<<

стр. 2
(всего 2)

СОДЕРЖАНИЕ

коннекторов. К таким коннекторам относятся, в частности, русское зато и
французское en revanche. Вводимый ими тип отношений можно назвать
отношением ''возместительного противопоставления''. Ср. (69)–(70):
(69) Mme du Chatelet, peu preoccupee par la morale, avait en revanche un
respect scrupuleux pour les regles de bienseance qu’elle distinguait
radicalement des prejuges (E. Badinter)
(70) Судьба не могла в ту пору уберечь его от событий, от участия в них.
Таков был его характер, он вбирал в себя время жадно, хлебал всю
гущу происходящего. Зато судьба заботливо выручала его из
отчаянных положений, оттаскивала за волосы, за шиворот от самого
края... (Д. Гранин).
В самом общем виде можно сказать, что в предложениях, содержащих данный тип
отношений, сообщается о двух противоположно направленных явлениях, из

30
которых первое, с точки зрения говорящего, возмещается вторым. Однако,
исследователи, особенно, русские12, расходятся во мнении о том, какое именно
соотношение частей является типичным для данных коннекторов: когда первая
часть содержит положительную оценку, а вторая отрицательную (ср. (72)), или
наоборот (ср. (71)):
(71) – Она мне не мать, а только родительница. Потому как настоящая
мать заботится о своем детище, а моя только родила меня и отдала
на казенное воспитание с самых малых лет.
– Зато вы обучились, вышли в люди, – сказала Переполовенская (Ф.
Сологуб)
(72) Посоветовавшись, мы решили поехать на юг, для подкрепления
престижа взять с собой Айшу, а по соображениям человеколюбия
Алексея Спиридоновича и мосье Дэле. Наш мученик, слава богу,
поправился и был выпущен из сумасшедшего дома, зато Алексей
Спиридонович, удрученный несовместимостью свободы духа с
пайком, был готов занять его место (И. Эренбург).
С нашей точки зрения, этот вопрос несущественнен для определения семантики
этого коннектора. Главным в семантике зато / en revanche является именно идея
равновесия, компенсации, « un equilibre harmonieusement retabli », по образному
выражению М. Гревисса13. Именно возможность представить второй компонент
как в чем-то компенсирующий первый, будет определять возможность появления в
высказывании зато / en revanche.

Еще одной семантической разновидностью отношения собственно
противопоставления является противопоставление положения вещей 'мнимого'
положению вещей 'реальному'. Этот тип противопоставления передают
коннекторы на самом деле, в действительности и en realite:
(73) Там, у гроба матери, он казался лохматым, взъерошенным и
уродливым. Но на самом деле он был скорее красив (Ф. Сологуб)
(74) On croit que nous sommes payes pour des coups de crayon, sourit un
architecte. En realite, nous sommes charges de faconner l'espace, de le
rendre vivable pour l'homme dans son epoque (Journal de Geneve
29.2.96)
Положение вещей, описанное в компоненте, вводимом данными коннекторами,
представлено говорящим как принадлежащее к миру реальности и, благодаря
этому, оно противопоставлено положению вещей, описанному в первом
компоненте, и принадлежащему, соответственно, к миру видимому, кажущемуся.
Принадлежность положения вещей, описанного в первом компоненте, к миру
'кажущемуся' может либо выводиться непосредственно из контекста (ср. (75)
ниже) или выражаться при помощи языковых средств, связанных с идеей

12
Арутюнова Н. Д. Типы языковых значений: Оценка. Событие. Факт. М., 1988; Русская
грамматика-70; Левин Ю. И. Об одной группе союзов русского языка // Машинный перевод и
прикладная лингвистика. Вып. 13. М., 1970. С. 64-88; Перетрухин В. Н. Проблемы синтаксиса
однородных членов предложения в современном русском языке. Воронеж, 1979.
13
Grevisse, M. Le Bon Usage. Paris, 1980.
31
'мнимости', 'видимости': это могут быть выражения en apparence (ср. (76)), en
theorie, глаголы croire (ср. (74) выше), sembler, казаться (пример (73) выше) и под.:
(75) Le canard s’approcha du mouton, l’examina d’un oeil mefiant et lui palpa
les pattes avec son bec.
– Il est bien petit, fit-il observer.
– C’est que je viens de le faire tondre. En realite, c’est deja un mouton
d’une belle taille. Il est asez gros pour vous porter (M. Ayme)
(76) Bon orateur, populaire, feru d'economie et d'un incorrigible optimisme, Jack
Kemp dans un bain de foule avec le candidat republicain Bob Dole: en
apparence tout les separe, en realite tout les unit (Journal de Geneve
12.8.96).

И, наконец, отношение собственно противопоставления может переноситься
на металигвистический уровень, участвуя в композиционной организации текста. К
коннекторам, передающим данный тип противопоставления, относятся с одной
стороны… с другой стороны, d’une part… d’autre part, d’un cote… d’un autre cote и
под.:
(77) Les debuts furent plus faciles que les petites n’avaient ose l’esperer. Le
boeuf etait vraiment tres doue, et d’autre part, il avait beaucoup d’amour-
propre (M. Ayme)
(78) Со всесильными своими полномочиями он мог бы реквизировать и
вывозить Варыкинский лес, нам и Микулицыным даже не сказываясь,
и мы бы и бровью не повели. С другой стороны, пожелай он
обкрадывать казну, он мог бы преспокойно класть в карман, что и
сколько бы захотел, и тоже никто бы не пикнул (Б. Пастернак).
С помощью этих языковых единиц информативное пространство сообщаемого
членится на два отдельных фрагмента, и коннекторы не только разграничивают
эти два аспекта информации (как, например, в случае, во-первых, во-вторых), но
и акцентируют их различия. Таким образом, благодаря такой композиционно-
смысловой организации текста, компоненты, соединяемые коннекторами,
воспринимаются слушающим как два противоположных аспекта, две 'стороны'
одного положения вещей.

4.
Четвертая глава диссертации посвящена описанию отношения ''вопреки
ожидаемому'', которое можно определить следующим образом (символ ?contratt
обозначает коннектор “вопреки ожидаемому” / ‘’contre attente’’):

Последовательность р ?сontratt q предполагает, что компонент р может
служить аргументом в пользу некоторого вывода r, а компонент q является
аргументом, который опровергает этот вывод; при этом компонент q
представлен как более сильный аргумент в пользу вывода ¬ r, чем компонент
р в пользу вывода r.

Исходя из этого определения высказывание (79):

32
(79) J’aimerais bien aller au concert ce soir, mais j’ai un rendez-vous tres
important
можно интерпретировать таким образом: «если говорящий хочет пойти на концерт
(р), то можно было бы ожидать, что он туда пойдет (r); однако это не так (¬ r),
потому что у него важная встреча (q)». Таким образом, употребление коннектора
“вопреки ожидаемому” предполагает противоположную аргументативную
направленность компонентов р и q, причем q обладает большей аргументативной
силой, чем р.
Коннекторы, передающие этот тип противопоставления, наиболее полно
описаны в лингвистических исследованиях14. Однако поскольку в этих работах
исходной точкой являлась семантика того или иного коннектора, а не описание
самого отношения, то целостного описания отношения ''вопреки ожидаемому'' не
существует. Нами была предпринята попытка восполнить этот пробел.
В основу предлагаемой нами типологии отношения “вопреки ожидаемому”
положены два критерия:

• тип отношения между компонентами р и q. Мы предлагаем различать:
(а) тип отношений, при котором существует логическая связь между двумя
компонентами: излагаемое во втором компоненте противоположно тому,
что было бы естественно и закономерно при условиях, о которых
сообщается в первом компоненте; например, L’appartement est grand (p),
mais je ne l’acheterai pas (q) – Квартира большая (р), но я ее не куплю
(q). При нормальном ходе событий р и q будут взаимоисключающими.
Высказывания такого типа можно перефразировать при помощи
уступительных предложений: Bien que l’appartement soit grand, je ne
l’acheterai quand meme pas – Хотя (несмотря на то что) квартира
большая, я ее все же не куплю
(б) между компонентами не существует логической зависимости, связь
между ними косвенная: в данном случае речь идет просто об аргументах
разной направленности на шкале признака; ср. L’appartement est grand,
mais la rue est tres animee – Квартира большая, но улица шумная, где
между признаками « большая» и « шумная » не существует логической
зависимости. Однако, эти два признака воспринимаются как
'противоположно' направленные, поскольку входят в один
прагматический (в терминах В. Г. Гака) класс, образованный по признаку
«качества квартиры при ее покупке». В этом классе компоненты
приобретают, соответственно, положительную и отрицательную
характеристики, благодаря которым они и могут служить аргументом для
того или иного вывода. При отсутствии логических отношений между

14
См., в частности, работы В. З. Санникова, В. Н. Перетрухина, В. В. Холодова, Ю. И. Левина, Ж.-
К. Анскомбра, О. Дюкро, Р. и Дж. Лакоффов и др.
33
компонентами высказывания невозможно перефразировать при помощи
уступительных конструкций: *Вien que l’appartement soit grand, la rue est
quand meme tres animee – *Несмотря на то, что квартира большая,
улица все равно шумная.

• в том случае, когда компоненты связаны логическими отношениями,
необходимо различать направление зависимости компонентов:
прогрессивное – q опровергает выводы, сделанные на основании р, и
регрессивное – когда, наоборот, р опровергает выводы, сделанные на
основании q.

Сочетание этих двух критериев – тип отношения между компонентами и
направление логической зависимости в случае ее существования – позволяет
выделить cледующие варианты отношений:
I ГРУППА: независимость р и q: L’appartement est clair, mais le quartier est tres anime.

II логическая зависимость компонентов высказывания, в которой можно
ГРУППА:
выделить три подгруппы:
(1) сильная прогрессивная зависимость: q опровергает выводы, которые
можно сделать на основании р: Elle etait fatiguee [p], mais /toutefois / pourtant
[*par contre, *au contraire, *tandis que] elle n’arrivait pas a s’endormir [q]
Данный тип оотношения характеризуется сильной зависимостью семантики
компонентов р и q. Это проявляется в том, что противопоставление между р и q, а
точнее, между выводами r и ¬ r, кодифицировано в языке: р и r находятся или
могут быть поставлены в условные отношения, которые можно сформулировать
как «если р, то должно бы быть r». Коннектор вводит компонент q, который входит
в противоречие с выводом, сделанным на основании р: «несмотря на то, что р,
имеет место q». Таким образом, выводы r и ¬ r входят во внутреннюю
семантическую структуру высказывания. В этом заключается принципиальное
отличие данного типа отношений, которые принято называть уступительными, от
предыдущего, где причинно-следственная связь между компонентами
отсутствует, и отношение между р и r устанавливается в процессе интерпретации
высказывания, исходя из аргументативной цели говорящего, внешней по
отношению к структуре высказывания.
Для того чтобы описать отношение сильной прогрессивной зависимости
семантики компонентов, необходимо учитывать, что противопоставление между р
и q, характерное для данного типа отношений, может осуществляться на двух
уровнях:
(1) на уровне семантики высказывания. В этом случае, в зависимости от того,
сколько компонентов принимает участие в создании противопоставления, можно
различать:

34
• косвенные уступительные отношения: в создании семантической структуры
высказывания участвуют четыре компонента: р, r, q, ¬ r:
(80) У твоей жены ангельское терпение (р) [r = она все безропотно
сносит], но на этот раз ты перешел все границы дозволенного (q) [¬ r
= на этот раз и она на выдержала].
• прямые уступительные отношения: в создании семантической структуры
высказывания участвуют три компонента: р, r, q (= ¬ r), то есть в высказываниях
такого типа вывод r противопоставляется непосредственно компоненту q.
(81) – Tu sais que toutes les Espagnoles sont brunes?
– Pas toutes, Maria est Espagnole (р) [r = elle devrait etre brune], et
pourtant elle est blonde (q) [=¬ r].

(2) на уровне акта речи. В отличие от предыдущего типа противопоставления,
которое осуществлялось на уровне семантики компонентов высказывания,
данный тип противопоставления связан с самим актом речи, с условиями,
необходимыми для его осуществления. Для того чтобы проиллюстрировать
различия между этими двумя типами противопоставления, представим себе два
таких ответа на реплику Х, объявляющего:
(82) X: Pierre est tombe malade, il ne pourra pas participer au colloque.
Y: (i) Mais on peut trouver quelqu’un d’autre, on a encore le temps.
(ii) Mais qu’est-ce que tu veux que cela me fasse!.
В (i) Y противопоставляет свое высказывание выводу, который, с его точки зрения,
Х хотел был, чтобы он сделал на основании сказанного. Следовательно, это
типичный случай противопоставления, осуществляемого на уровне
содержательной стороны высказывания. В (ii) реплика Y’a противопоставляется
самому акту речи Х’а: слушающий (Y) упрекает говорящего (X) за сам факт
произнесения им реплики, считая ее неуместной.
Высказывания, в основе которых лежит противопоставление, осуществляемое
на уровне акта речи, можно разделить на две группы:
Первая группа включает случаи, когда компонент q противопоставляется
компоненту р как акту речи, имеющему определенную иллокутивную цель.
Например (83), где, произнося mais moi, je ne t’ai rien dit, говорящий как бы
'перечеркивает' цель своего речевого акта – сообщение о некотором положении
дел:
(83) Elle sera tres contente si tu lui telephones, mais moi, je ne t’ai rien dit.
Вторая группа включает случаи противопоставления, затрагивающего общие
принципы речевого общения. В высказываниях данного типа нарушаются
определенные правила коммуникации, постулаты речевого общения. Так, в (84)
нарушается принцип количества передаваемой информации:
(84) Как это ни может показаться элементарным и даже примитивно
детским, но первое, что необходимо сделать при изучении значения,
это – определить его наличие или отсутствие (В. Звегинцев).


35
Если то, что я хочу сообщить, может показаться очевидным, значит этa
информация является лишней, и я не должен ее сообщать, поскольку это пустая
трата времени; но несмотря на это, я ее сообщаю.

(2) слабая прогрессивная зависимость: mais подсказывает возможность ¬ r:
Elle est tres mignonne, mais / (?)toutefois / (??)et pourtant [par contre / en
revanche / tandis que] sa soeur non.
В отличие от сильной прогрессивной зависимости семантики компонентов, где
существование р имплицировало существование ¬ q, в данном случае p лишь
подсказывает возможность существования ¬ q. Действительно, на основании того,
что одна сестра хорошенькая, можно было бы предположить, что вторая сестра –
тоже хорошенькая. Однако это 'условное' отношение между компонентами в
данном случае гораздо слабее, чем в высказываниях типа Все небо затянуто
тучами, но дождя нет, где противопоставление между р и q кодифицировано в
языке. Таким образом, при слабой прогрессивной зависимости компонентов
между ними нет логического противоречия. Это сближает их с первым в
предложенной нами классификации типом отношений – Le chien est beau mais
mechant, L’appartement est confortable, mais le quartier est tres anime – где между
компонентами р и q нет отношения логической зависимости.

(3) cильная регрессивная зависимость: р опровергает выводы, которые могут
быть сделаны на основании q: Он все равно захотел туда пойти, я ему,
однако, сказал, что не стоит этого делать; Le chat ne s’est rien casse,
pourtant [*mais] il est tombe du cinquieme etage.
При регрессивной зависимости семантики компонентов р и q аргументация идет
в обратном направлении: здесь р опровергает выводы, которые могут быть
сделаны на основании q:
(85) Elle n’arrivait pas a s’endormir, pourtant elle etait fatiguee.
Исходя из положения вещей, описанного в q (= elle etait fatiguee), мы можем
предположить, что, если человек устал, он должен быстро заснуть, однако, это не
так (р = elle n’arrivait pas a s’endormir). Компонент р ставит под сомнение q,
подчеркивая странность описываемой ситуации.
Регрессивная зависимость семантики компонентов может быть двух типов:
• q противопоставляется не выводу из р, а самому р, опровергая его
истинность; если q, значит р – ложно или, по крайней мере, можно
высказыть сомнение в его обоснованности, поскольку р сопровождается,
как правило, ¬ q:
(86) A: Il est sorti.
B: Mais je viens de lui telephonner!
• р сохраняет свою истинность, несмотря на то, что q подсказывает
возможность неосуществления р. Первый компонент обозначает

36
определенное положение вещей, второй – тоже реальный факт, но такой,
что, судя по его содержанию, то, о чем идет речь в первой части, не должно
было бы иметь места:
(87) Le chat est reste en vie, pourtant il est tombe du septieme etage.

Предлагаемая классификация типов отношения ''вопреки ожидаемому''
позволяет более точно описать семантику и функционирование коннекторов
данного класса, многие из которых справедливо считаются синонимами, поскольку
не все коннекторы обладают способностью употребляться во всех типах
отношений. Так, например, mais не употребляется в высказываниях с
регрессивной зависимостью компонентов – ср. (87'), а pourtant в высказываниях с
косвенными уступительными отношениями – ср. (88) – и при отсутствии
логической зависимости между компонентами – ср. (89), в которых употребляется
mais:
(87') Le chat est reste en vie, *mais il est tombe du septieme etage
(88) Le temps n’est pas beau, mais / *pourtant j’ai envie de prendre l’air
(89) L’appartement est clair, mais / *pourtant le quartier est tres anime.
Эти вопросы, а также семантика коннекторов, не имеющих семантических
аналогов в сопоставляемом языке, освещаются в четвертой главе диссертации.

5.
Пятая глава диссертации посвящена отношению альтернативы и
коннекторам, способным передавать данный тип противопоставления. В этой
связи в диссертации обсуждаются вопросы о правомерности приравнивания
семантики коннекторов естественного языка к семантике логических операторов,
как это делается в некоторых исследованиях под влиянием идей П. Грайса (см.,
например, работы Дж. Газдара, С. Левинсона, Б. Де Корнюлье). Точка зрения,
принятая в данном исследовании, заключается в том, что разделительные союзы
ou / или обладают специфическими семантическими особенностями, существенно
отличающими их от логических коннекторов инклюзивной и эксклюзивной
дизъюнкции “?“ и “??“. Предлагаемая в данной работе точка зрения разделяет с
грайсовым подходом основной принцип минимальности, то есть оставляет за
семантикой то, что присуще именно ей и не является результатом влияния
контекста или общих принципов языкового взаимодействия. Однако она
отличается от грайсового подхода тем, как определяется это минимальное
значение. В этом отношении нам ближе позиция О. Дюкро, разрабатываемая им в
его многочисленных трудах и кратко охарактеризованная в главе Определение
понятия «коннектор».

В настоящем исследовании мы предлагаем считать, что минимальное значение
ou / или должно состоять по крайней мере из одного из следующих компонентов,
порядок перечисления которых никоим образом не является аргументом в пользу
37
большей или меньшей значимости одного из них:

1) ГИПОТЕТИЧНОСТЬ ИЛИ ПОТЕНЦИАЛЬНОСТЬ ПОЛОЖЕНИЙ ВЕЩЕЙ, соединяемых при
помощи ou / или (повествовательное предложение, содержащее разделительные
отношения, заключает в себе, как правило, предположение, гипотезу; ср.,
'утвердительный характер' высказывания Elle est partie hier по сравнению с
гипотетичностью – безусловно, частичной, то есть относящейся только к
обстоятельству времени, – высказывания Elle est partie hier ou avant-hier).
Компонент потенциальности, гипотетичности может быть, в частности,
эксплицирован при помощи конкретизаторов peut-etre / может быть: Elle est
partie hier ou peut-etre avant-hier;

2) ПРОТИВОПОСТАВЛЕНИЕ, возникающее между двумя описываемыми положениями
вещей; в качестве аргумента можно привести возможность выразить (и усилить)
это противопоставление между дизъюнктами при помощи au contraire / наоборот;
ср.:
(90) Les chevaux partirent au galop et Meaulnes ne sut d’abord si le cocher en
blouse s’efforcait de les retenir, ou, au contraire, les exсitait a fuir (Alain-
Fournier)
(91) При общении с небожителями Вы испытывали священный трепет или,
наоборот, чувствовали себя легко и свободно? (Из интервью А.
Баталова журналу Весь мир );

3) ЭЛЕМЕНТ ВЫБОРА между соединяемыми компонентами. Этот выбор, который
предлагает говорящий, но может отвергнуть слушающий, является
потенциальным, возможным, то есть на момент произнесения высказывания он
еще не сделан. В этой связи следует отметить, что оба дизъюнкта не могут быть
вместе членом одной предикации: ср. явную неприемлемость высказывания
*Jeanne ou Marie ensemble pourront le faire sans aucun doute (в отличие от
высказывания Jeanne, ou Marie, ou Jeanne et Marie ensemble pourront le faire).
Таким образом, с одной стороны, дизъюнктивные отношения, вводимые ou /
или, близки к отношениям собственно противопоставления, которые не
обязательно должны содерждать компонент выбора (ср. противопоставление 'без
выбора' Elle est tres gentille, sa soeur, par contre, pas tellement и
противопоставление 'с выбором' Je peux t’attendre en bas dans le parking ou par
contre devant l’entree), а с другой стороны, к отношению замещения, которое
предполагает и противопоставление, и выбор, но выбор уже сделанный,
осуществленный, а не потенциальный (ср. Finalement, au lieu d’aller jouer au tennis,
on a fait un tour a velo, которое противопоставляется неосуществленному выбору в
On pouvait / On pourrait aller jouer au tennis ou faire un tour a velo).
Подводя итог, можно сказать, что союз ou / или не является по своей природе
ни инклюзивным, ни эксклюзивным; его можно скорее описывать как нейтральный

38
показатель альтернативы, то есть различных предположений, возможностей и т.
п., из которых говорящий предлагает сделать выбор. В число таких альтернатив, в
частности, может быть включена и альтернатива, предусматривающая
возможность осуществления обоих противопоставленных ранее положений
вещей, что находит свое отражение в схеме «p ou q ou (p et q)»:
(92) Un matin le Chevalier m’apparut fort triste; c’etait le lendemain d’un jour
que nous avions passe a la campagne, le Chevalier, son amie ou la
mienne ou peut-etre de tous les deux (D. Diderot)
(93) Разговор ли с Копыловым, или стычка с Фицхалауровым, а может
быть, и то и другое, вместе взятые, были причиной того
настроения, которое так неожиданно сложилось у него, но только под
огонь он решил больше не идти (М. Шолохов).

Следует, однако, отметить, что
4) 'СИЛА ПРОТИВОПОСТАВЛЕНИЯ', заключенная в дизъюнкции, является понятием
скалярным и, следовательно, допускает ту или иную степень противопоставления,
которая варьируется в зависимости от выбранного союза (ср. ou c soit... soit и с
ou... ou) и от присутствия во втором дизъюнкте специфических вводных слов и
наречий (наоборот, скорее, au contraire, plutot и под.), конкретизирующих,
уточняющих значение основного союза.
Говоря о силе противопоставления дизъюнктивного отношения, мы имеем в
виду не только союзы ou / или: речь идет об особенности, характерной для всей
конструкции Conjdisj (X1, X2, ..., Xn) в целом и способной изменяться в
противоположных направлениях в зависимости от одного из указанных выше
факторов (одноместный или + эмфатическое выделение, двухместный или... или
без эмфатического выделения и т. д. – примером тому могут служить возможные
ответы на вопрос Сколько у них кошек?: (а) Ну, не знаю, две или три; (b) ДВЕ
ИЛИ ТРИ, произнесенное с интонационным выделением и тоном, не терпящим
возражений; (с) Или две, или три; (d) ИЛИ ДВЕ ИЛИ ТРИ, произнесенное как и
первое с интонационным выделением и cоответствующим тоном; (е) Ну, не знаю,
или две, или три15; и др.). Необходимо отметить, что одноместные союзы ou / или
находятся в самой нижней (по сравнению с soit... soit, ou bien, либо, или же) части
шкалы дизъюнктивного противопоставления.
И последним компонентом значения, который необходимо упомянуть, но
который может вызвать некоторое недоумение после всего того, что было сказано
выше, является компонент “эксклюзивности”. Однако, речь пойдет не об
отношении взаимоисключенности, возникающем, по мнению многих логиков и
лингвистов, между двумя членами альтернативного противопоставления, а об
эксклюзивности ‘внешней’. Это значит, что

5) в соответствии с необходимой степенью силы противопоставления

15
Приемлемость данного ответа многим кажется сомнительной.
39
дизъюнкция, построенная на основе двухместного союза ou... ou / или... или, а
также одноместного ou / или, становится ЭКСКЛЮЗИВНОЙ, то есть исключает
существование или мысль о существовании других альтернатив, отличных от тех,
что эксплицитно выражены в данном дизъюнктивном отношении.
Нам кажется бесспорным, что после категоричного утверждения (94)
добавление третьей возможности (On pourra y aller aussi demain matin), как в (95),
выглядит довольно странно и наводит на мысль о колебании говорящего в
принятии решения. Напротив, совершенно естественным кажется добавление
новой возможности после дизъюнкции (не выделенной эмфатически),
построенной на основе одноместного ou / или: ср. (96). Таким образом,
двухместный союз вводит закрытый ряд альтернатив, исключающий возможность
чего-то третьего, а одноместный союз вводит открытый ряд альтернатив,
допускающий существование других гипотез:
(94) Ou on y va cet apres-midi ou on y va ce soir
??
(95) Ou on y va cet apres-midi ou on y va ce soir. Mais on pourra y aller aussi
demain matin
(96) On pourra y aller cet apres- midi ou ce soir. Mais on pourra y aller aussi
demain matin.
Понятие ‘внешней’ эксклюзивности связано, на наш взгляд, с достаточно
высокой степенью силы противопоставления, как, например, в двухместном союзе
ou... ou / или... или, который выражает это значение лексически. Однако,
определенная степень ‘эксклюзивности’ внутренне присуща и более слабому
варианту дизъюнкции: в данном случае эксклюзивность может быть опровергнута
или скорректирована, как в предыдущих примерах. Следовательно, понятие
эксклюзивности также является скалярным.

Отношение “чистой” разделительности может быть, кроме того, усложнено
дополнительными семантическими оттенками, также имеющими скалярный
характер. При этом следует отметить, что система русских разделительных
коннекторов гораздо богаче, чем соответствующая французская, поэтому при
описании различных оттенков противопоставления мы опирались в основном на
систему разделительных коннекторов русского языка.
Коннекторы, передающие отношение альтернативы, мы предлагаем разделить
на три большие группы:
(1) коннекторы, передающие отношение равноценности компонентов. Это союз
хоть... хоть, союз то... то и французский tantot… tantot, в семантике которых
альтернатива взаимодействует с временным фактором, и под.. Союзы данной
группы показывают, что соединяемые ими компоненты равноценны, что
различие между ними в данной ситуации не является существенным:
(97) Хоть честный человек, хоть нет, Для нас равнехонько, про всех готов
обед (А. Грибоедов)
(98) Il avait du alors venir presque tous les jours chez elle, tantot dejeuner,
40
tantot diner (G de Maupassant).

(2) коннекторы, передающие отношение неравноценности компонентов, причем
эта неравноценность, противопоставленность дизъюнктов может носить
различный характер:
(а) cобственно противопоставление (или наоборот, ou contraire); см.
примеры (90)-(91) выше. Сочетание союзов с конкретизаторами эксплицируют
компонент противопоставления, заложенный в семантике альтернативных
отношений. При этом хотелось бы подчеркнуть, что в данном случае речь идет
именно о ‘внутреннем’ противопоставлении (друг относительно друга) членов
дизъюнктивного отношения, а не о противопоставлении дизъюнктов другим
возможным альтернативам, эксплицитно не выраженным в данном высказывании
(понятие ‘внешней’ эксклюзивности).

(b) взаимодействие альтернативы с модальным элементом (может быть,
не то... не то, то ли... то ли и под.):
(99) Рэю за это зарыли в землю, а детей стал воспитывать не то пастух,
не то волчица (Н. Тэффи)
(100) Он не интеллигент, но близорукий. У него, видать, трахома на глазах.
Вот он и надел очки, чтобы другим его было хуже видать. А может
быть он служит на оптическом заводе и там даром раздают очки (М.
Зощенко).
Коннекторы данной группы используются для представления говорящим второго
компонента как 'возможной альтернативы' первому, подчеркивая
неопределенность знаний говорящего, отсутствие у него точной информации об
описываемой ситуации. Многие из русских коннекторов не имеют семантических
аналогов во французском языке, поэтому мы сочли интересным показать
возможности перевода данных союзов на французский язык (праграф V.3.2.2.
диссертации).

(с)взаимодействие альтернативы с фактором оценки
(с1) бoльшая, с точки зрения говорящего, адекватность одного из
дизъюнктов для описания существующего положения вещей (скорее, точнее и
под.). Данное употребление коннекторов, передающих альтернативное отношение
(речь идет, безусловно, в первую очередь, о союзах ou / или), можно отнести к
металингвистической функции, которая обусловлена заложенным в семантике
разделительных союзов компонентом выбора, что позволяет говорящему в
процессе коммуникации подобрать наиболее доступную для слушающего форму
изложения или сделать свое описание наиболее адекватным.
Металингвистический характер альтернативных отношений может проявляться:
• в результате стремления говорящего найти оптимальную словесную форму
для описания, дать при помощи второго компонента более точную
формулировку, и тогда альтернативные отношения, в зависимости от
41
семантики конкретизатора, могут преобразовываться в другие типы отношений,
в частности, в отношение коррекции, как в примерах (101)-(102). В этой связи в
главе V уделено большое внимание мало изученному вопросу о возможностях
взаимозамены союзов ои / или и сочетаний этих союзов с конкретизаторами.
Анализ корпуса примеров позволил сделать вывод о том, что такая
взаимозамена возможна далеко не всегда: опущение конкретизатора приводит
либо к существенному изменению семантики высказывания, либо к созданию
неприемлемого высказывания; ср., например, (103) и (103') ниже.
(101) Son hote ou plutot son geolier, etait un vieillard de soixante ans, d’une taille
gigantesque et d’un aspect feroce que son caractere ne dementait pas (X.
de Maistre)
(102) В руках у меня два места. Одно место – обыкновенная корзинка, на
какую глядеть мало интереса. Зато другое место – очень
великолепный фибровый, или, вернее, фанерный чемодан (М.
Зощенко)
(103) Je me serais ingenie, avec Montesquieu, de decouvrir ce qu'il y a de vrai
ou plutot de completement faux dans l'opinion qui accuse Annibal d'avoir
commis une lourde faute, en n'attaquant pas Rome apres la bataille de
Cannes […] (E. Fournier)
(103') Je me serais ingenie, avec Montesquieu, de decouvrir ce qu'il y a de vrai
ou de completement faux dans l'opinion qui accuse Annibal d'avoir commis
une lourde faute…
При замене ou plutot на ou в (103) получается, что говорящий ищет, с одной
стороны, то, что истинно, а с другой, то, что ложно, тогда как в варианте с ou plutot
мы имеем дело с перифразой, связанной с введением оценочного компонента:
говорящий оценивает как совершенно ошибочное (completement faux) то, что
всеми признается как правильное.

• использование альтернативных отношений с металингвистической функцией
может быть обусловлено также стремлением говорящего сделать, учитывая
возможные потребности слушающего, свою речь наиболее ясной, объяснить
при помощи второго компонента то, что было сказано в первом. В основе этого
употребления лежат пояснительные отношения:
(104) Аквилегия, или водосбор, является одним из самых неприхотливых
многолетников.
Языковой единицей, специально предназначенной для выполнения собственно
пояснительной функции, в русском языке является коннектор то есть, во
французском – c’est-a-dire. Учитывая семантику этих двух коннекторов, которую
можно определить как 'пояснительное отождествление', можно предположить, что
между пояснительными и альтернативными отношениями нет точек
соприкосновения, поскольку последние представляют описываемые положения
вещей как несовместимые, взаимоисключающие. Однако, пояснительная
альтернатива соотносит уже не два положения вещей, а две вербализации одного

42
положения вещей, которые, с точки зрения говорящего, являются равнозначными,
равновозможными. Компоненты р и q становятся референциально
тождественными; ср. (104) выше, а также (105):
(105) Au fond de la salle, sur un biclinium ou lit a deux places, etait accoudee
Arria Marcella dans une pose voluptueuse et sereine […] (Th. Gautier).

(с2) субъективная оценка говорящим компонентов альтернативного
отношения или положения вещей в целом (а то и, если не... то, или в
крайнем случае, или хотя бы и под.). Неравнозначность компонентов в
данном случае может быть заложена в семантике союза (а то и, если не…
то, sinon) (ср. (106)) или выражаться сочетанием союза (как правило, или /
ои) с конкретизатором – ср. (107):
(106) Знал он, что при сильном ударе, если неправильный будет у шашки
крен, вырвет ее из руки, а то и кисть вывихнет (М. Шолохов)
(107) Pendant cet intervalle, Ivan avait su gagner la bienveillance de la femme et
du vieillard, ou du moins etait parvenu a se rendre necessaire (X. de
Maistre).

(3) логическая зависимость дизъюнктов – так называемые “предложения
альтернативной мотивации” (иначе, а то, не то, sinon, autrement). В данном
типе разделительных отношений, в отличие от предыдущих, между
компонентами высказывания существует определенная логическая
зависимость: неосуществление положения вещей, описанного в компоненте р,
является условием для осуществления положения вещей, описанного в
компоненте q. Так, в (108):
(108) Вы можете даже не стесняться фантазировать, но чтобы фантазия
была реальна – иначе ребенок ей не поверит [...] (А. Аверченко),
если то, что сказано в первом компоненте не осуществится (в данном случае,
если фантазия не будет реальна), тогда будет иметь место положение вещей,
описанное во втором компоненте, вводимом иначе: «ребенок ей не поверит».
Мы предлагаем выделять четыре группы высказываний с логической
зависимостью компонентов, причем отношения «альтернативной мотивации», так
как их определяет русистика16, охватывают только вторую и третью группы
высказываний с логической зависимостью компонентов:
1. первый и второй компонент не связаны отношением мотивации;
неосуществление р является 'условием' осуществления q;
2. мотивация относится к акту речи; вторым компонентом говорящий
мотивирует, почему сообщаемое в первом компоненте верно с его точки
зрения;

16
См., например, работы Белошапкова В. А. Предложения альтернативной мотивации в
современном русском языке // Исследования по современному русскому языку. М., 1970. С. 13-24;
Колосова Т. А. Русские сложные предложения асимметричной структуры. Воронеж, 1980; Русская
грамматика-80.
43
3. мотивация относится к содержательной стороне высказывания: при
помощи второго компонента говорящий мотивирует осуществление
действия, описанного в первом компоненте;
4. обратная мотивация: в данном случае не второй, а наоборот, первый
компонент объясняет, почему действие, описанное во втором компоненте
не может быть осуществлено.
Семантические различия между перечисленными группами высказываний
создаются не только лексическим наполнением, но и различием структур – разным
соотношением временных и модальных планов частей и средствами выражения
того или иного типа отношений.

6.
Шестая глава диссертации посвящена описанию отношения замещения,
которое было отнесено к числу противопоставительных Ф. Брюно в уже
цитированной нами книге, а потом 'забыто' исследователями. Поэтому основное
внимание в данной главе было уделено уточнению семантики отношения
замещения и его типологии. Необходимо было также уточнить список языковых
средств, способных оформлять данный тип противопоставления: поскольку
отношение замещения во французском и русском языках не выделялось в
отдельный тип семантических отношений и, как следствие, не являлось объектом
специального исследования, то и коннекторы замещения относили к
разнообразным группам традиционно выделяемых типов отношения –
градационным (не то чтобы), сопоставительным (скорее… чем), а во
французском языке заместительные (в нашей классификации) коннекторы plutot
que, loin de рассматривались наряду с противопоставительными коннекторами,
такими, как mais, pourtant, toutefois и под. В диссертации мы попытались доказать
обоснованность выделения коннекторов замещения в отдельный класс
(параграфы VI.2.1., VI.2.2. работы).
Очертив круг рассматриваемых языковых единиц, мы разделили их на
подгруппы, исходя из оттенков передаваемых ими значений. Внутри отношения
замещения предлагается выделять две группы: ПРОСТОЕ или НЕЙТРАЛЬНОЕ
ЗАМЕЩЕНИЕ (вместо того чтобы, au lieu de и под.) и ЗАМЕЩЕНИЕ СЛОЖНОЕ, которое,
в свою очередь, подразделяется на три группы: два скалярных замещения –
ЗАМЕЩЕНИЕ ПО ПРЕДПОЧТЕНИЮ (plutot que, скорее... чем и под.) и ЗАМЕЩЕНИЕ ПО
ДЕСКРИПТИВНОМУ СООТВЕТСТВИЮ (не то чтобы... но и под.) – и не являющееся
скалярным ЗАМЕЩЕНИЕ ПО НЕПРИЕМЛЕМОСТИ ((bien) loin de).
Семантику простого (или нейтрального) замещения, которое мы анализируем
на примере функционирования коннекторов вместо того чтобы и au lieu de:
(109) Вместо того чтобы комплексовать по поводу своих физических
данных, постарайтесь превратить недостатки в достоинства (МК-
бульвар № 9 1998)

44
(110) Octave, au lieu de l'ecouter, regardait sa bourse (J. K. Huysmans),
можно определить следующим образом:

(а) вводится некоторое предложение q, которому присваивается статус:
а1) 'положения вещей возможного, допустимого, предполагаемого';
а2) положения вещей, осуществление которого можно или должно было бы
ожидать, положения вещей в определенном смысле 'нормального',
независимо от того, как оно оценивается говорящим – положительно или
отрицательно;

(b) к q присоединяется предложение р, принадлежащее к той же парадигме
событий, тому же типу деятельности или состояния. Как и в пункте а,
положению вещей р присваивается статус:
b1) 'положения вещей возможного, допустимого, предполагаемого', но, в
отличие от первого,
b2) р является положением дел 'а-нормальным', также независимо от его
оценки (положительной или отрицательной) говорящим (причем,
положительному q всегда будет соответствовать отрицательное р, и
наоборот);

(с) между р и q устанавливается отношение сильного противопоставления:
они противопоставляются не только своими сказуемыми или другими членами
предложения, но и тем, что они представлены как взаимоисключающие,
контрадикторные;

(d) и, наконец, компонент q отвергается (несмотря на а1-а2) и принимается р
(несмотря на b1-b2).

Замещение, передаваемое скорее... чем, лучше… чем и plutot que, в отличие
от замещения, которое мы назвали 'простым', и аналогично замещению,
вводимому не то чтобы и под., содержит, помимо компонента замещения в узком
смысле, еще один компонент, который можно было бы назвать 'адекватность',
'соответствие'. Высказывания, построенные по модели «скорее р, чем q», «лучше
р, чем q» и «р plutot que q» представляют положение вещей р как более
'соответствующее', в том смысле, что положение вещей р в большей степени
отвечало бы требованиям или пожеланиям субъекта действия или говорящего и,
следовательно, является более предпочтительным, по сравнению с q; ср. (111) и
(112):
(111) Puisqu'elle avait des envies qu'il ne pouvait satisfaire dans le moment,
n'etait-il pas naturel qu'elle les payat plutot que de s'en priver? (G. de
Maupassant)
(112) Я – царь, и мне надлежит победить тебя, какою бы то ни было ценою.
Лучше быть зверем, побеждающим и торжествующим, чем человеком,
который уступает и отдает свое (Ф. Сологуб).
Поэтому для описания 'замещения по предпочтению' к определению простого
замещения необходимо добавить еще один пункт:

45
(e) замещение, вне зависимости от того, осуществилось ли оно в
действительности или только рассматривается говорящим или субъектом
действия как возможное, представлено plutot que, скорее… чем, лучше… чем
как следствие (не совокупности обстоятельств, а) реального выбора,
предпочтения, основанного на большем соответствии, большей адекватности
р по сравнению с q.

Именно на этот компонент 'предпочтения', который характерен для plutot que и
русских коннекторов, в отличие от au lieu de и вместо того чтобы, опирается
существование, в особых коммуникативных условиях, неожиданная
интерпретация типа адинатон (adynaton «невозможное»), примером которой
может служить (113):
(113) Elle serait morte de honte plutot que de repeter les paroles que l'homme
qu'elle preferait lui avait adressees le matin (J. K. Huysmans).
В высказваниях типа адинатон одно положение вещей q предпочитается (и
замещается, в действительности или только 'на словах') другому положению
вещей р, основной целью которого является помешать осуществлению q, даже
несмотря на то, что р оценивается в той или иной степени отрицательно, занимая
таким образом более низкую ступень на шкале предпочтений (поэтому
стандартным вариантом р становится «Plutot mourir»). Функция положения вещей
р заключается прежде всего в усилении (отрицательной) оценки положения вещей
q, поскольку его осуществления следует избежать любой ценой.

Еще один тип замещения, также скалярного, основан на большей
адекватности, большем соответствии р по сравнению с q, – это 'замещение по
дескриптивному соответствию'. Однако характер этого соответствия иной. Если
замещение по предпочтению касается положений вещей, связывает содержание
двух пропозиций, которые оцениваются с точки зрения предпочтительности, то
замещение по дескриптивному соответствию, что уже видно из его названия,
связано с описанием положений вещей, с тем, каким образом то или иное
положение вещей отражено в языке, то есть с модусом утверждения: говорящий
сопоставляет два описания рr и qr как языковые отражения одного и того же
положения вещей r, оценивая их по шкале 'дескриптивного соответствия' и
замещая менее адекватное (qr) более адекватным (рr). Ср.:
(114) На беглый взгляд, она не то чтобы казалась очень грязною, а
производила такое впечатление, словно она никогда не моется, а
только выколачивается вместе со своими платьями (Ф. Сологуб).
Замещение по дескриптивному соответствию накладывает достаточно сильные
ограничения на семантику компонентов. Для того, чтобы компоненты могли
восприниматься как варианты описания одного положения вещей, необходимо,
чтобы они были в какой-то степени 'вариантами' друг друга, вариантами,
различающимися степенью проявления признака, оценкой и т. п. В этом случае

46
они могут быть использованы в качестве возможных описаний одного и того же
положения вещей говорящим, который пытается более четко и адекватно
сформулировать свои мысли или повторяет описание другого говорящего для
того, чтобы его исправить, сделать более точным с его точки зрения; ср. beugler –
parler, ordre – instruction в (115) и красивая – заметная, грусть – оторопь в (116):
(115) Gouy demanda une diminution de fermage; et comme les autres se
recriaient, il se mit a beugler plutot qu'a parler […] (G. Flaubert); Ainsi que
tout ce qu'ecrivait Herr Schultze, c'etait plutot un ordre qu'une instruction (J.
Verne)
(116) Она должна быть общительной, энергичной, не то чтобы красивой,
но... Как бы это сказать? Заметной! (АиФ № 15 1998); Меня вдруг
охватило какое-то щемящее чувство, не то чтобы грусть, а как бы
оторопь (М. Салтыков-Щедрин)
Мы предлагаем следующее определение замещения по дескриптивному
соответствию:
коннектор, вводящий данный тип отношения, соединяет два 'схожих',
однотипных компонента рr и qr, которые он представляет как два описания
одного и того же положения вещей r. При этом компонент qr оценивается
говорящим как менее адекватное, менее 'верное' описание r, по сравнению с
компонентом рr, который, соответственно, его замещает как более
'правильное' описание r.

И, наконец, последний тип замещения, характерный только для французского
языка, – замещение по неприемлемости, – передается коннекторами,
принадлежащими книжному стилю речи, loin de / que, часто усиленными наречием
bien:
(117) Bien loin de s'exagerer la gravite de leurs relations, jamais ces ames
delicates ne s'etaient dit un mot a ce sujet; le mot d'amitie meme n'avait
pas ete prononce entre elles depuis la confidence de mariage, faite aupres
du tombeau d'Abailard (J. K. Huysmans).
Этот тип замещения можно определить таким образом:
положение вещей q, хотя теоретически и может служить альтернативой
положению вещей р, действительно имеющему место, но на самом деле не
является или не стало реальной альтернативой для субъекта действия,
поскольку (с точки зрения говорящего) оно слишком 'далеко' от его
наклонностей, привычек, характера и т. п., чтобы быть принятым во внимание
или даже быть упомянутым.

Поскольку в русском языке нет коннекторов с аналогичной семантикой, то особый
интерес представляют предлагаемые варианты перевода loin de / que на русский
язык, которые подробно анализируются в работе.

7.
Заключительная описательная глава диссертации посвящена отношению
коррекции, также оставленному исследователями без внимания:
47
(118) Эй, не стойте слишком близко –
Я тигренок, а не киска (С. Маршак).
Под термином «коррекция» мы предлагаем понимать такое семантическое
построение С положений вещей р и q, являющихся характеристикой одного факта,
при котором эти положения вещей становятся взаимоисключающими,
несовместимыми на определенном временном промежутке t1 – t2, поскольку, в
представлении говорящего, положение вещей q является ложным, а положение
вещей р является истинным. Другими словами, говорящий отрицает
существование положения вещей q и заменяет его положением вещей р, которое
как бы 'оправдывает' опровержение q.
Отношение коррекции рассматривалось в лингвистических исследованиях, как
правило, в связи с описанием коннекторов, способных передавать данный тип
отношения: это прежде всего русский союз а и французский mais17. При этом
отмечалось, что необходимым условием создания отношения коррекции является
отрицание в первом компоненте. Однако коррекция – единственный тип
противопоставления, который может создаваться и без участия коннекторов на
основе соположения (ср. (119)), а употребление коннекторов накладывает на
семантическую и синтаксическую структуры высказываний определенные
ограничения (они рассматриваются в параграфе VII.4. диссертации). Кроме того,
представляется достаточно очевидным, что не все высказывания с отрицанием в
первом компоненте являются противопоставительными; ср. (120):
(119) Наша нервная система не пустой звук, не выдумка. Она – состоящее
из волокон физическое тело (Б. Пастернак)
(120) Мы не в одинаковом положении. На твоем попечении дочь (Б.
Пастернак).
Поэтому в диссертации были проанализированы условия создания отношения
коррекции – структура высказывания, характер отрицания и соотношение
семантики компонентов. Это позволило нам сформулировать определение
отношения коррекции, которое можно представить при помощи следующей общей
схемы:
q. q ложно [= ¬ q], истинно р.

При этом должны быть выполнены следующие условия:
(1) ¬ q должно быть отрицательным предложением, анализируемым
как Neg + q (где q является утверждением, которое, по мнению
говорящего, было или может быть высказано). При этом возможны два
структурных варианта:
– при наличии трехчленной структуры [q, ¬ q, p] или двучленной [¬ q, p]
отрицание в компоненте ¬ q должно быть эксплицитным и
синтаксическим и носить полемический характер;

17
См., в частности, работы Ж.-К. Анскомбра и О. Дюкро, М. В. Джулиани, Д. Маркони и П. М.
Бертинетто, В. З. Санникова и И. М. Богуславского, Г. Е. Крейдлина и Е. В. Падучевой и др.
48
– если компонент ¬ q эксплицитно не выражен, то между q и р
обязательно должен стоять заменяющий его показатель 'ложности'
положения вещей q.
(2) компоненты, соединенные отношением коррекции, должны быть
связаны тематически, являясь характеристикой одного и того же факта,
то есть должны играть одну и ту же смысловую роль и выполнять одну и
ту же синтаксическую функцию по отношению к теме высказывания. При
этом характеристика, данная в q, представляется говорящим как
несовместимая с характеристикой, данной в р.
(3) при наличии двучленной структуры [¬ q, р], то есть при отсутствии
эксплицитно выраженного компонента q, последовательность [¬ q, р]
должна представлять собой один речевой акт.

Предложенное определение описывает такой тип коррекции, когда говорящий,
прежде чем ввести более адекватный компонент р, откланяет in toto (или
представляет это таким образом) компонент q. Однако, существуют такие
высказывания, в которых говорящий представляет приемлемой хотя бы часть
информации, содержащейся в q, прежде чем заменить ее на информацию,
отчасти отличную или отчасти более адекватную, заключенную в компоненте р.
Как, например, в (121):
(121) Une etroite robe, ou, pour mieux dire, un fourreau de gaze transpartente,
moulait exactement les contours juveniles de son corps elegant et frele […]
(Th. Gautier).
Поэтому мы предлагаем различать два вида коррекции: первый тип коррекции
(когда говорящий полностью отвергает первый компонент) можно назвать 'полной
коррекцией', а второй тип (признающий 'частичную' приемлемость первого
компонента) – 'частичной'. Отношение 'частичной коррекции' подразделяется в
свою очередь на два класса. В основе этого деления лежат понятия
«скалярности» и «интерпретации». В первом классе, опирающемся на понятие
«скалярности» (ср. выражения ou pour mieux dire, mieux, ou plutot, или вернее и
под.), говорящий в своей речи допускает значительную степень
приблизительности: его слова в той или иной мере соответствуют
действительности или дают более или менее адекватное описание этой
действительности. При этом компонент р лишь немного лучше (больше
соответствует действительности, более точно ее описывает), чем q; ср. (121)
выше.
Во втором классе «частичной коррекции», в основе выделения которого лежит
понятие «интерпретации», мы имеем дело с тем или иным толкованием
определенного положения вещей: конечно, было сказано q, но этим q, если
вдуматься (будь то оговорка или слишком приблизительная и неточная
формулировка), на самом деле говорящий хотел сказать р. Типичным показателем
данного типа коррекции являются то есть / c’est-a-dire (которые, следует
заметить, не могут употребляться при полной коррекции – *То есть, неправда...,
49
но могут сочетаться с показателями частичной скалярной коррекции: То есть, я
бы сказал скорее...), а также выражения я хотел сказать, я имел в виду и под.
Примерами, иллюстрирующими отношения интерпретативной коррекции, можно
считать (122) и (123):
(122) – А, Григорий Петрович! – воскликнул он, точно обрадованный
встречей.
– Гуляете? Или по делу?
– Да, гуляю, то есть, по делу, – сказал Игумнов (Ф. Сологуб)
(123) – Matra, quand vous avez procede a l'arrestation de l'accuse, monsieur le
docteur Matthieu ne vous a-t-il pas fait observer que vous vous mepreniez?
– C'est-a-dire, monsieur le president, qu'il m'a insulte.
– Que vous a-t-il dit?
– Il m'a dit : "Mort aux vaches !" (A. France).

¦¦¦

Подводя итог проведенному исследованию, мы можем сказать, что
предлагаемый подход к семантике противопоставления позволяет охватить все
многообразие этого отношения и создать его системное описание. В основе всех
типов противопоставления, как было показано в работе, лежит идея
несовместимости компонентов (хотя основа этой несовместимости – различна), и
именно это отличает противопоставление от других, близких ему, типов
семантических отношений между высказываниями (сопоставления, градации и
др.). Решение поставленных в диссертации задач – описание отношения
противопоставления как такового, с одной стороны, и средств его выражения
(коннекторов), с другой, – позволило создать целостную картину этого отношения,
а также уточнить семантику некоторых типов противопоставления, в первую
очередь, отношения коррекции (которое может быть выражено и без участия
коннекторов) и отношения замещения. Кроме того, в результате выделения
отношения замещения в особый тип противопоставления удалось выявить тонкие
семантические оттенки коннекторов данного класса и внести изменения в
существующие классификации связующих средств французского и русского
языков.
Использование функционального подхода для определения понятия коннектор
позволило выйти за рамки традиционно выделяемой категории союзов, объединив
их на основе той функции, которую они выполняют в логической организации
текста, – то есть создание определенных семантических отношений между
высказываниями, – с другими языковыми единицами, имеющими аналогичную
функцию, и выявить таким образом общие закономерности и свойства, присущие
коннекторам, вне зависимости от их морфологического статуса.
Применение принципа разграничения собственно лексического и
прагматического значений, с успехом использующееся для описания других
лексических единиц, позволило уточнить семантику многих коннекторов и
50
объяснить некоторые явления, которые до этого лишь констатировались. С другой
стороны, анализ семантики коннекторов с учетом еще одного критерия, а именно
типа их лексического значения, помогает обнаружить различия в некоторых
случаях синонимии, 'неуловимые' при другом подходе.
Сопоставительный анализ коннекторов также привел к интересным
результатам. Это касается прежде всего таких языковых единиц, котрые либо не
имеют семантического аналога в сопоставляемом языке, либо 'аккумулируют'
семантику нескольких коннекторов сопоставляемого языка. К сожалению, объем
работы не позволил провести исчерпывающий сопоставительный анализ всех
противопоставительных коннекторов французского и русского языков, но мы
надеемся, что в дальнейшем такое описание будет непременно создано на основе
проведенного исследования и с использованием предложенной методологии.

¦¦¦




51
Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях
автора:
Монографии
1. Коннекторы противопоставления во французском и русском языках
(сопоставительное исследование). М., 2001 – 27 п. л.

Статьи и тезисы
2. Au contraire и его синонимы // МГУ: Доклады на Ломоносовских чтениях, 1996 –
0,25 п. л.
3. Коннекторы замещения во французском языке // Актуальные проблемы
романистики: Сб. статей. Смоленск, 1998 – 0,25 п. л.
4. Отношение противопоставления: от грамматики к стилистике // Риторика в
свете современной лингвистики. Тезисы докладов межвузовской конференции
(13-14 мая 1999 г.). Смоленск, 1999 – 0,1 п. л.
5. Отношение альтернативы (на материале французского и русского языков) //
МГУ: Доклады на Ломоносовских чтениях, 2000 – 0,3 п. л.
6. Дифференциальный семантический анализ: отношение замещения (au lieu de)
vs отрицание сопутствующего обстоятельства (sans) (на материале французского
языка) // Текст-2000: Теория и практика. Междисциплинарные подходы:
Материалы Всероссийской научной конференции. Часть I / УдГУ. Ижевск, 2001 –
0,1 п. л.
7. Семантика антитезного противопоставления // Риторика в свете современной
лингвистики. Тезисы докладов межвузовской конференции (14-15 мая 2001 г.).
Смоленск, 2001 – 0,1 п. л.
8. Отношение противопоставления: определение, типология и условия
возникновения // «Риторика ? Лингвистика». Сб. статей. Смоленск, 2001 – 0,7 п.
л. (в печати).

<<

стр. 2
(всего 2)

СОДЕРЖАНИЕ