<<

стр. 5
(всего 33)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

правах, указывающих на необходимость обеспечения неприкосновенности жилища
в одном ряду с обеспечением невмешательства в личную и семейную жизнь человека,
с охраной тайны корреспонденции, защитой его чести и репутации.
С учетом этих положений должно определяться и понятие "жилище", имея
в виду его содержание применительно к означенному кругу правоотношений. Это
понятие в законодательстве не раскрывается, но оно, однако, весьма детально
раскрыто в постановлении Пленума Верховного Суда СССР N 11 от 5 сентября 1986
г. "О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности"
с изменениями от 30 ноября 1990 г. (БВС СССР, 1986, N 6; ВВС СССР, 1991, N
2), которое, несмотря на происшедшие после его принятия изменения законодательства
о преступлениях против собственности, не утратило своего инструктивного значения.
Исходя из положений этого постановления, под жилищем следует понимать помещение,
предназначенное для постоянного или временного проживания или пребывания людей
(индивидуальный дом, квартира, комната в гостинице или в общежитии, дача,
садовый домик, туристская палатка и т.п.), а также те его составные части,
которые используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных
потребностей человека (балконы, веранды, кладовые и т.п.). Режим того или
иного помещения как жилища не меняется оттого, что оно одновременно используется
его собственником или нанимателем в качестве рабочего кабинета (офиса) или
производственного помещения (в частности, для занятия частной юридической
либо зубопротезной практикой).
Требование комментируемой статьи распространяется как на само жилище,
так и на все предметы и документы, находящиеся внутри его, а также на всю
информацию, которая в этом помещении передается.
Конституция, закрепляя принцип неприкосновенности жилища, устанавливает
вместе с тем запрет на проникновение в жилище помимо воли проживающих в нем
лиц, из чего можно сделать вывод, что нарушение неприкосновенности жилища
может быть связано не только с проникновением в него, но и с иными действиями
государственных органов, организаций, должностных лиц и граждан (например,
с поджогом жилого дома). При этом как те, так и другие действия, если они
совершаются вопреки воле проживающих в помещении лиц гражданами, являющимися
собственниками данного жилого помещения, либо зарегистрированными в нем, либо
принудительно вселенными в него по решению суда, не могут расцениваться как
нарушение конституционного права на неприкосновенность жилища.
Проникновение в жилище означает открытое или тайное вторжение в него
с целью проживания или в иных целях лиц, которые по закону не вправе находиться
в нем помимо воли проживающих лиц. Это вторжение может выражаться как в физическом
вхождении постороннего в жилище (или в отказе покинуть его), так и в забрасывании
в жилое помещение различных предметов, установлении в нем технических средств,
позволяющих вести прослушивание ведущихся там разговоров или визуальное наблюдение
за происходящими событиями, и т.д. Нарушение неприкосновенности жилища будет
иметь место и в тех случаях, когда с помощью современных технических приспособлений,
установленных за пределами жилища, ведется наблюдение за тем, что происходит
внутри его.
Нарушение неприкосновенности жилища в зависимости от его характера и
порожденных последствий может влечь для виновных в этом лиц наступление дисциплинарной,
административной или даже уголовной ответственности. В частности, согласно
ст. 136 УК незаконный обыск, незаконное выселение или иные незаконные действия,
нарушающие неприкосновенность жилища граждан, подлежат наказанию вплоть до
одного года лишения свободы.
Действующее законодательство предусматривает ряд ситуаций, в которых
проникновение в жилище помимо воли проживающих там лиц признается правомерным.
Во-первых, правомерно проникновение в жилище, предпринятое в целях предотвращения
или устранения стихийно возникшей опасности для проживающих там людей или
для иных граждан (прежде всего соседей). Необходимость в таком проникновении
может возникать при пожарах, наводнениях, утечке газа, повреждениях электропроводки
или водоснабжающих коммуникаций и т.п. и в правовом отношении основывается
прежде всего на законодательных положениях о крайней необходимости (см., в
частности, ст. 14 УК). Однако в ряде законодательных актов содержится и специальная
регламентация такого рода ситуаций. В частности, п. 18 ст. 11 Закона Российской
Федерации от 18 апреля 1991 г. "О милиции" (ВВС РФ, 1991, N 16, ст. 503) предоставляет
милиции право беспрепятственно входить в жилые и иные помещения для обеспечения
личной безопасности граждан и общественной безопасности при стихийных бедствиях,
катастрофах, авариях, эпидемиях, эпизоотиях и массовых беспорядках.
Проникновение в жилище работников технических служб для устранения различных
неполадок, представляющих опасность для жилого помещения или других граждан,
как правило, должно осуществляться в присутствии должностных лиц соответствующих
жилищных органов или собственника жилого помещения. Однако понятно, что при
пожаре или наводнении такие требования не могут предъявляться.
Во-вторых, закон признает допустимым принудительное проникновение в жилище
в целях выявления, пресечения, раскрытия преступления или для обнаружения
лица, скрывающегося от следствия и суда. Так, согласно п. 18, 24, ст. 11 Закона
Российской Федерации от 18 апреля 1991 г. "О милиции" сотрудники милиции вправе
беспрепятственно входить в жилые и иные помещения граждан, на принадлежащие
им земельные участки и осматривать их при преследовании лиц, подозреваемых
в совершении преступлений, либо при наличии достаточных данных полагать, что
там совершено или совершается преступление; они могут осматривать места хранения
огнестрельного оружия, боеприпасов к нему. Право беспрепятственно входить
в жилые и иные принадлежащие гражданам помещения в случае, если имеются достаточные
данные полагать, что там совершено или совершается преступление, а также в
случае преследования лиц, подозреваемых в совершении преступлений, если промедление
может поставить под угрозу жизнь и здоровье граждан, предоставлено и органам
федеральной службы безопасности (п."з" ст. 13 Федерального закона от 3 апреля
1995 г. "Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации".
- СЗ РФ, 1995, N 15, ст. 1269).
Ограничение конституционного права граждан на неприкосновенность жилища
допускается согласно ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 12 августа 1995 г.
"Об оперативно-розыскной деятельности" (СЗ РФ, 1995, N 33, ст. 3349) при проведении
на основании судебного решения оперативно-розыскных мероприятий в связи с
информацией о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного
деяния; о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное
деяние; о событиях, создающих угрозу безопасности Российской Федерации. Причем
в случаях, которые не терпят отлагательства и могут привести к совершению
тяжкого преступления, а также при наличии данных об угрозе безопасности Российской
Федерации соответствующие оперативно-розыскные мероприятия могут быть проведены
и на основании мотивированного постановления одного из руководителей органа,
осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, с обязательным уведомлением
суда (судьи) в течение 24 часов.
Уголовно-процессуальный закон предусматривает возможность принудительного
проникновения в жилище для выполнения целого ряда следственных действий: выемки,
обыска, наложения ареста на имущество, осмотра места происшествия или помещения
(ст. 167-173, 175, 178-179 УПК). Эти действия в подобных случаях могут производиться
только на основаниях и в порядке, установленных УПК (ч. 3 ст. 12).
Что же касается порядка совершения указанных действий, то он отличается
значительным разнообразием. Так, обыск может быть произведен на основании
мотивированного постановления органа дознания или следователя, санкционированного
прокурором (ст. 168 УПК). Выемка и наложение ареста на имущество осуществляются
по мотивированному постановлению органа дознания или следователя (ст. 167
УПК). Осмотр же места происшествия или помещения производится без вынесения
специального о том постановления и лишь постфактум оформляется протоколом
(ст. 178-179).
И хотя такое разнообразие процессуальных порядков формально отвечает
требованиям ст. 25 Конституции ("в случаях, установленных федеральным законом,
или на основании судебного решения"), совершенно справедливой является рекомендация
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 1993
г. принимать к судебной проверке материалы, подтверждающие необходимость проникновения
в жилище против воли проживающих в нем лиц, если такие материалы представляются
в суд (БВС, 1994, N 3, с. 12).
В случаях же, когда УПК непосредственно не предусматривает возможность
вхождения в жилище для производства того или иного следственного действия
(допроса, опознания, следственного эксперимента и др.), но в этих действиях
существует настоятельная необходимость, проникновение в жилище прокурора,
следователя, лица, производящего дознание, может быть осуществлено только
на основании судебного решения.
В-третьих, законным является и такое принудительное проникновение в жилище,
которое вызывается необходимостью обеспечить исполнение судебных решений по
уголовным и гражданским делам, а также иных актов. Так, согласно ст. 357 и
359 ГПК судебный исполнитель при совершении исполнительных действий, связанных
с наложением ареста на имущество, изъятием определенных предметов, принудительным
выселением, лишением родительских прав, отобранием ребенка и др., вправе,
если это необходимо, произвести осмотр помещения.
Специфические гарантии неприкосновенности жилища предусмотрены действующим
законодательством в отношении отдельных категорий лиц, чья деятельность, будучи
сопряженной с повышенным профессиональным риском и особой ответственностью,
нуждается в особом обеспечении.
В соответствии со ст. 18 Федерального закона от 8 мая 1994 г. "О статусе
депутата Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального
Собрания Российской Федерации" (ВФС, 1994, N 7, ст. 304) депутат Совета Федерации
и депутат Государственной Думы в течение всего срока их полномочий обладают
неприкосновенностью, которая распространяется, в частности, и на их жилое
помещение. Конституционный Суд Российской Федерации, проверяя по запросу Президента
Российской Федерации конституционность вышеуказанной нормы, отметил в постановлении
от 20 февраля 1996 г., что по смыслу ст. 98 Конституции в соотнесении ее со
ст. 22, 23, 24, 25 неприкосновенность парламентария не ограничивается только
его личной неприкосновенностью и, следовательно, без согласия соответствующей
палаты Федерального Собрания неприкосновенность занимаемых депутатом жилых
и служебных помещений не может быть нарушена (ВКС РФ, 1996, N 2). В силу этого
постановления обыск и иные следственные действия, сопряженные с ограничением
неприкосновенности жилища, могут быть произведены лишь после получения на
то согласия Совета Федерации или Государственной Думы.
Несколько иные условия, при которых возможно законное проникновение в
жилое помещение судьи, предусматриваются Законом Российской Федерации от 26
июня 1992 г. "О статусе судей в Российской Федерации", с изменениями и дополнениями
от 14 апреля 1993 г. и 21 июня 1995 г. (ВВС, 1992, N 30, ст. 1792; 1993, N
17, ст. 606; 1995, N 91-ФЗ, п. 6, ст. 16). Согласно п. 6 ст. 16 оно допускается
при условии соблюдения Конституции Российской Федерации и только в связи с
производством по уголовному делу в отношении этого судьи.


Статья 26

1. Каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность.
Никто не может быть принужден к определению и указанию своей национальной
принадлежности.
2. Каждый имеет право на пользование родным языком, на свободный выбор
языка общения, воспитания, обучения и творчества.

Комментарий к статье 26

1. Национальность человека - это его принадлежность к определенной этнической
общности людей, отличающейся особенностями языка, культуры, психологии, традиций,
обычаев, образа жизни. В ч. 1 комментируемой статьи признается прежде всего
право каждого свободно определять и, по собственному усмотрению, указывать
или не указывать свою национальную принадлежность.
В основе национальной самоидентификации личности лежит, однако, не просто
желание быть лицом определенной национальности, а осознание своей принадлежности
к определенной этнической общности, к людям, духовно связанным общим языком,
культурой и т.д. При этом самоидентификация не обязательно будет определяться
этническим происхождением - национальностью родителей, хотя обычно именно
с ней связано восприятие своей национальной принадлежности как в однонациональной
семье, так и в смешанной, где выбирается национальность одного из родителей.
Тем не менее человек в силу жизненных обстоятельств может оказаться в иной
национально-культурной и языковой среде, получить в ней воспитание и развитие,
воспринять язык, национальную культуру, психологию другой этнической общности,
осознать свою принадлежность к ней. И, по смыслу Конституции, человек вправе
определить свою национальную принадлежность независимо от его этнического
происхождения.
В прежние времена, как устанавливалось, например, Положением о паспортной
системе в СССР 1974 г., национальная принадлежность человека определялась
по национальности родителей, указанной в их паспортах. Если родители имели
разную национальность, то при выдаче впервые паспорта по достижении 16 лет
человек сам определял, какую из них записать в его паспорт. Однако в дальнейшем
запись о национальности изменению не подлежала. Графа "национальность" являлась
непременным атрибутом также всякого рода анкет, иных учетных документов.
В настоящее время, как следует из ч. 1 ст. 26 Конституции, запрещено
какое-либо принуждение к определению своей национальной принадлежности или
указанию ее в документах, при опросах и т.д. Графа "национальность" изъята
из анкет, других учетных документов. Если же она где-то и встречается, то
гражданин не обязан ее заполнять.
Такой графы не должно быть и в будущем новом паспорте гражданина Российской
Федерации. Пока же она сохраняется в действующем общегражданском паспорте.
Если гражданин желает исправить в нем запись о национальности и соответствующий
орган ему в этом отказывает, то такой отказ может быть обжалован в суд на
основе Закона Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. "Об обжаловании в
суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан". - ВВС РФ, 1993,
N 19, ст. 685). На подведомственность судам такого рода жалоб специально обращено
внимание в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21
декабря 1993 г. "О рассмотрении судами жалоб на неправомерные действия, нарушающие
права и свободы граждан" (БВС, 1994, N 3, с. 5, 6).
С юридической точки зрения определение национальной принадлежности не
влечет каких-либо правовых последствий, ибо Конституция (ст. 19) гарантирует
равенство прав и свобод человека независимо от расы и национальности. УК предусматривает
уголовную ответственность за прямое или косвенное ограничение прав или установление
прямых или косвенных преимуществ граждан в зависимости от их расовой, национальной
принадлежности (ст. 74).
Конституционное закрепление национального равноправия граждан не отрицает
важности для каждого человека его национальной принадлежности, формирования
в обществе уважительного отношения к самобытной культуре, национальному языку,
своеобразию быта, прогрессивным обычаям и традициям людей любой нации и народности,
искоренения националистических предрассудков.

2. Язык - важнейшее средство человеческого общения, неотъемлемый элемент
любой этнической общности, ее культуры, основная форма проявления национального
и личностного самосознания.
Конституция, гарантируя сохранение и равноправие языков народов России,
их самобытное развитие, признает в ч. 2 комментируемой статьи прежде всего
право каждого на пользование родным языком. Родным является обычно язык этнической
общности, к которой принадлежит индивид. Однако, судя по данным переписей
населения, не единичны случаи, когда люди считают родным язык других этнических
общностей. Конституция признает также право каждого на свободный выбор языка
общения, воспитания, обучения и творчества.
Конституционные гарантии прав личности в языковой сфере, предусмотренные
ст. 26, необходимо рассматривать в единстве с другими конституционными положениями
- о равенстве прав и свобод человека и гражданина независимо от языка (ч.
2 ст. 19), о праве республик устанавливать свои государственные языки, о гарантировании
всем народам России права на сохранение родного языка (ст. 68).
Основным федеральным актом, конкретизирующим государственные гарантии
языкового суверенитета народов и личности, является Закон РСФСР от 25 октября
1991 г. "О языках народов РСФСР" (ВВС, 1991, N 50, ст. 1740). Его нормы распространяются
на российских граждан и постоянно проживающих на территории России лиц без
гражданства.
Существенной особенностью правовой регламентации в сфере языкового общения
является то, что не устанавливается никаких правовых норм использования языков
народов России в межличностных неофициальных взаимоотношениях, а также в деятельности
общественных, религиозных объединений. Это одна из конкретных гарантий действительно
свободного выбора языка общения.
Статья 5 Закона от 25 октября 1991 г. устанавливает, что государство
гарантирует гражданам Российской Федерации осуществление основных прав и свобод
вне зависимости от их знания какого-либо языка. Знание или незнание языка
не может служить основанием для ограничения языковых прав граждан.
Этим положениям Закона, а также установлениям Федерального закона от
6 декабря 1994 г. "Об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской
Федерации" о праве избирать и быть избранным независимо от национальности
и языка (ст. 4). Принципу федеральной Конституции о равноправии граждан независимо
от национальности и языка противоречат положения конституций целого ряда республик,
которые обусловливают право быть избранным, например, главой государства (президентом)
обязательным владением русским языком и языком титульной нации.
Закон от 25 октября 1991 г. гарантирует гражданам, не владеющим государственным
языком Российской Федерации или республики в ее составе, право выступать на
заседании, совещании, собрании в государственных органах, организациях, на
предприятиях и в учреждениях на том языке, которым они владеют. В случае необходимости
должен обеспечиваться соответствующий перевод.
На государственном, родном или любом другом языке народов России, которым
владеет гражданин, он вправе обращаться в государственные органы, организации,
на предприятия и в учреждения Российской Федерации с предложениями, заявлениями,
жалобами. Ответы на них должны даваться на языке обращения, а при отсутствии
такой возможности - на государственном языке Российской Федерации (ст. 15
Закона).
Возможность пользоваться услугами переводчика в процессуальных действиях,
а также право выступать в суде на родном языке гарантируются лицам, участвующим
в деле и не владеющим языком или языками, на которых ведется судопроизводство
в органах правосудия или производство по делам в правоохранительных органах.
Эти положения Закона конкретизированы в процессуальном законодательстве -
УПК, ГПК, АПК, КоАП, а применительно к конституционному судопроизводству -
в Федеральном конституционном законе "О Конституционном Суде Российской Федерации".
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября
1995 г. "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации
при осуществлении правосудия" особо подчеркнуто, что в силу ч. 2 ст. 26 Конституции
суд по ходатайству участвующих в деле лиц обязан обеспечить им право делать
заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства и выступать
в суде на родном языке (БВС, 1996, N 1, с. 5).
Закон от 25 октября 1991 г. запрещает языковую дискриминацию и в сфере
обслуживания и коммерческой деятельности. Отказ в обслуживании граждан под
предлогом незнания языка недопустим и влечет за собой ответственность согласно
законодательству (ст. 22).
Осуществление права свободного выбора языка воспитания и обучения объективно
ограничено имеющейся системой воспитательно-образовательных учреждений. Поэтому
оно может быть реально гарантировано в пределах возможностей, предоставляемых
этой системой, но на государстве лежит обязанность ее развивать.
Право выбора воспитательно-образовательного учреждения с тем или иным
языком воспитания и обучения детей принадлежит родителям или лицам, их заменяющим
(ст. 9 Закона). Закон Российской Федерации "Об образовании" (в редакции от
13 января 1996 г. - СЗ РФ, 1996, N 3, ст. 150) гарантирует гражданам Российской
Федерации право на получение основного общего образования на родном языке,
а также на выбор языка обучения в пределах возможностей, предоставляемых системой
образования. Язык (языки), на котором ведется обучение и воспитание в образовательном
учреждении, определяется учредителем (учредителями) образовательного учреждения
и (или) его уставом (ст. 6).
Право на свободное пользование родным языком очень важно для развития
национального самосознания личности, сохранения самобытной культуры этнической
общности, упрочения этнических связей. В то же время для расширения доступа
личности к ценностям отечественной и мировой культуры, духовного обогащения
существенное значение имеет овладение языками других народов, прежде всего
русским языком, который является не только государственным языком Российской
Федерации, но прежде всего добровольно принятым народами России средством
межнационального общения.


Статья 27

1. Каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации,
имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства.
2. Каждый может свободно выезжать за пределы Российской Федерации. Гражданин
Российской Федерации имеет право беспрепятственно возвращаться в Российскую
Федерацию.

О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию
см. Федеральный закон от 15 августа 1996 г. N 114-ФЗ

Комментарий к статье 27

1. Настоящая статья полностью соответствует требованиям Всеобщей декларации
прав человека (ст. 13), Международного пакта о гражданских и политических
правах (ст. 12). Это в полной мере касается как свободы передвижения, выбора
места пребывания и жительства внутри страны, так и возможности покидать свою
страну и возвращаться в нее.
Закрепление указанных прав в конституционной норме имеет большое значение
само по себе, но оно еще усиливается тем обстоятельством, что со свободой
передвижения и выбора места пребывания и жительства тесно связана реализация
многих других конституционных прав и свобод граждан, например право собственности
и наследования, право на жилище, труд, охрану здоровья и медицинскую помощь,
избирательные права и др.
Принятие комментируемой нормы предопределило необходимость существенного
обновления законодательства, отмены многих нормативных актов, которыми с начала
30-х гг. закреплялся разрешительный режим выбора места жительства и пребывания
в форме прописки с многочисленными ограничениями и строгой ответственностью
за их несоблюдение. При этом многие нормативные акты, в особенности ведомственные,
не публиковались для всеобщего сведения, и население о них не знало.
Созданный в бывшем СССР Комитет конституционного надзора в своем заключении
от 11 октября 1991 г. N 26 признал, что отпали правовые основания для оставления
в силе постановления Совета Министров СССР и других нормативных актов, предусматривающих
разрешительную систему прописки на территории страны, и признал утратившим
силу, в частности, ряд указаний, содержащихся в Положении о паспортной системе
в СССР, утвержденном постановлением Совета Министров СССР от 28 августа 1974
г. N 677 (СП, 1974, N 19, ст. 109).
Законодательными и другими органами упомянутое заключение не было принято
во внимание, и акты о прописке продолжали применяться, оставаясь и формально
действующими.
Требования ч. 1 комментируемой нормы нашли отражение в Законе Российской
Федерации от 25 июня 1993 г. "О праве граждан Российской Федерации на свободу
передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации"
(ВВС РФ, 1993, N 32, ст. 1227) и связанных с ним законах Российской Федерации
от 19 февраля 1993 г. "О беженцах" и "О вынужденных переселенцах" (в редакции
от 25 декабря 1995 г. - ВВС РФ, 1993, N 12, ст. 425, 427, Российская газета,
28 декабря 1995 г.).
В Законе от 25 июня 1993 г. наряду с общими положениями раскрыты понятия
места пребывания и жительства, цели введения регистрационного учета, основные
правила регистрации и снятия с учета, указаны основания введения ограничений
на свободу передвижения и выбор места пребывания и жительства и т.п. Этот
Закон ознаменовал начало поэтапного упразднения института прописки. Закон
направлен на ликвидацию запретительного и разрешительного режимов и устанавливает
свободный режим, требующий лишь регистрационного учета граждан России.
В Законе установлено, что лица, не являющиеся гражданами Российской Федерации
и законно находящиеся на ее территории, имеют право на свободу передвижения,
выбор места пребывания и жительства на территории Российской Федерации в соответствии
с Конституцией, законами и международными договорами Российской Федерации.
Под местом пребывания Закон понимает гостиницы, санатории, больницы,
другие подобные учреждения, а также жилые помещения, не являющиеся местом
жительства гражданина, где он проживает временно, например дача, садовый домик.
Под местом жительства Закон понимает жилой дом, квартиру, служебное жилое
помещение, общежитие, иные жилые помещения, в которых гражданин проживает
постоянно или преимущественно в качестве собственника, по договору найма (поднайма),
договору аренды либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством
Российской Федерации.
Целью регистрационного учета в Законе определено обеспечение необходимых
условий для реализации гражданами их прав и свобод, исполнения обязанностей
перед другими гражданами, государством и обществом.
Граждане Российской Федерации обязываются регистрироваться по месту пребывания
и по месту жительства.
Вместе с тем в Законе закреплено правило, по которому регистрация или
отсутствие таковой не могут служить основанием ограничения или условием реализации
прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией и законами Российской
Федерации, конституциями и законами республик в составе Российской Федерации,
например, основанием для ограничения права на трудоустройство.

Примечание

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации по делу о
проверке конституционности ч. 2 ст. 10 Закона Республики Северная Осетия-Алания
(ВКС, 1995, N 6, с. 31) рассматривается связь права на свободу выбора места
жительства с избирательными правами граждан. Подчеркивая, что эти права являются
конституционными, Суд в постановлении отмечает, что граждане должны выполнять
требования Закона регистрироваться по месту пребывания и по месту жительства,
и это касается и вынужденных переселенцев.
В то же время в постановлении дана оценка и Решению Центральной избирательной
комиссии по выборам депутатов Парламента Республики Северная Осетия от 2 февраля
1995 г. N 4 "Об участии беженцев и военнослужащих в выборах Парламента Республики
Северная Осетия-Алания", установившему, что граждане, не проживающие на территории
Республики Северная Осетия и находящиеся за ее пределами, независимо от причин
отсутствия в списки избирателей не включаются. Тем самым вместо разъяснения
порядка применения оспариваемой нормы Закона Центральная избирательная комиссия
своим решением ввела не предусмотренные законом ограничения избирательных
прав граждан.
Решение Центральной избирательной комиссии как искажающее буквальный
смысл ч. 2 ст. 10 названного Закона Республики Северная Осетия постановлением
Конституционного Суда предложено не исполнять и пересмотреть.

Законом исчерпывающе определены основания ограничения граждан Российской
Федерации в их праве на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства.
Такие ограничения допустимы в пограничной полосе, в закрытых военных городках,
в закрытых административно-территориальных образованиях; в зонах экологического
бедствия; на отдельных территориях и в населенных пунктах, где в случае опасности
распространения инфекции и массовых неинфекционных заболеваний и отравлений
людей введены особые условия и режимы проживания населения и хозяйственной
деятельности; на территории, где введено чрезвычайное или военное положение.
Правило о защите прав граждан на свободу передвижения, выбор места пребывания
и жительства предусматривает, что решения и действия или бездействие государственных
и иных органов, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, общественных
объединений, государственных служащих, ущемляющие указанное право граждан,
могут быть обжалованы в вышестоящий в порядке подчиненности орган, вышестоящему
в порядке подчиненности должностному лицу либо непосредственно в суд. Подробно
порядок обжалования регламентирован в Законе Российской Федерации от 27 апреля
1993 г. "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы
граждан" (в редакции от 14 декабря 1995 г. - СЗ РФ, 1995, N 51, ст. 4970).
Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 г.
N 713 (СЗ РФ, 1995, N 30, ст. 2939) утверждены Правила регистрации и снятия
граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания
и по месту жительства в пределах Российской Федерации. Вводимая система регистрации
существенно отличается от системы прописки.
Граждане обязаны регистрироваться по месту пребывания и по месту жительства
в органах регистрационного учета и соблюдать названные Правила. Контроль за
соблюдением Правил должностными лицами и гражданами возлагается на органы
внутренних дел.
Документами, удостоверяющими личность гражданина, необходимыми для осуществления
регистрационного учета, являются: паспорт, свидетельство о рождении для лиц,
не достигших 16-летнего возраста, заграничный паспорт для граждан, постоянно
проживающих за границей, но которые временно находятся на территории России,
удостоверение личности для военнослужащих (офицеров, прапорщиков, мичманов);
военный билет - для солдат, матросов, сержантов и старшин, проходящих военную
службу по призыву или контракту; справка об освобождении из мест лишения свободы
- для лиц, освободившихся из мест лишения свободы; иные выдаваемые органами
внутренних дел документы, удостоверяющие личность гражданина.
Граждане, прибывшие для временного проживания в жилых помещениях, не
являющихся их местом жительства, на срок свыше 10 дней, обязаны в 3-дневный
срок со дня прибытия обратиться к должностным лицам, ответственным за регистрацию,
представив им необходимые документы. Регистрация осуществляется, как правило,
на срок до 3 месяцев.
Регистрация граждан по месту пребывания производится без их снятия с
регистрационного учета по месту жительства. В Правилах установлено, что гражданин,
изменивший место жительства, обязан не позднее 7 дней со дня прибытия на новое
место жительства обратиться к должностным лицам, ответственным за регистрацию,
и представить необходимые документы, в том числе документ, являющийся основанием
для заселения в жилое помещение, например ордер, договор, свидетельство о
праве на наследство жилого помещения, решение суда о признании права пользования
жилым помещением, заявление лица, предоставившего гражданину жилое помещение,
либо иной документ или его надлежаще заверенную копию.
За регистрацию граждан по месту жительства взимается государственная
пошлина в порядке и размерах, предусмотренных Законом Российской Федерации
от 9 декабря 1991 г. "О государственной пошлине" (в редакции Федерального
закона от 31 декабря 1995 г. - ВВС РФ, 1992, N 11, ст. 521; СЗ РФ, 1996, N
1, ст. 19).
Правила содержат указания, касающиеся и снятия граждан с регистрационного
учета по месту пребывания и жительства.

2. Положения ч. 2 комментируемой статьи о праве каждого свободно выезжать
за пределы Российской Федерации и о праве гражданина Российской Федерации
беспрепятственно возвращаться в свою страну должны быть конкретизированы в
федеральном законодательстве. Пока оно не принято. В соответствии с постановлением
Верховного Совета РФ от 22 декабря 1992 г. N 4183-1 на территорию Российской
Федерации распространено действие Закона СССР от 20 мая 1991 г. "О порядке
выезда из СССР и въезда в СССР граждан СССР" (ВВС РФ 1993, N 1, ст. 19), который
действует впредь до принятия соответствующего закона Российской Федерации.
Ряд вопросов разрешен постановлением Правительства Российской Федерации от
28 января 1993 г. N 73 "О мерах по обеспечению права граждан Российской Федерации
на свободный выезд за ее пределы и беспрепятственное возвращение и совершенствованию
порядка командирования работников за границу" (САПП, 1993, N 5, ст. 397).
Выезд из Российской Федерации в другие страны осуществляется по заграничным,
дипломатическим и служебным паспортам, а также паспорту моряка. В заграничном
паспорте указывается, выдан ли он для временного выезда или для выезда на
постоянное жительство за рубежом.
В соответствии с Приказом Министра внутренних дел Российской Федерации
от 17 февраля 1993 г. N 157, утвердившим "Временные правила оформления и выдачи
заграничных паспортов гражданам Российской Федерации", органы внутренних дел
приступили к выдаче всем желающим гражданам и организациям заграничных паспортов
вне зависимости от цели зарубежной поездки. Эти паспорта без разрешительных
записей дают право на многократное пересечение государственной границы бывшего
СССР в течение пятилетнего срока их действия.
В России таким образом впервые реализовано одно из основных прав человека
- свободно выезжать из своей страны и беспрепятственно возвращаться на ее
территорию.
Заграничные паспорта выдаются гражданам Российской Федерации по их личному
заявлению или по ходатайству их законных представителей органами внутренних
дел. Заявления граждан о выдаче заграничных паспортов для временного пребывания
за границей рассматриваются в месячный срок, а если поездка связана со срочным
лечением выезжающего больного, любой серьезной болезнью либо со смертью родственника,
проживающего за границей, - в течение трех дней. Заявление о выдаче заграничного
паспорта для выезда из Российской Федерации на постоянное жительство рассматривается
в трехмесячный срок.
Ходатайства о выдаче заграничного паспорта, подаваемые предприятием,
организацией, учреждением, направляющим гражданина за границу для временного
пребывания, рассматриваются не более чем в месячный срок.
Закон содержит перечень случаев, когда в выдаче паспорта временно может
быть отказано. К числу таких случаев относятся, например, следующие: если
гражданин осведомлен о сведениях, составляющих государственную тайну, или
действуют иные договорные, контрактные обязательства, препятствующие выезду
из Российской Федерации, - до прекращения действия обстоятельств, препятствующих
выезду;
- если против лица возбуждено уголовное дело - до окончания производства
по делу;
- если лицо осуждено за совершение преступления - до отбытия наказания
или освобождения от него;
- если лицо уклоняется от исполнения обязательств, наложенных на него
судом, - до исполнения обязательств;
- если к лицу предъявлен гражданский иск в суде - до окончания производства
по делу;
- если лицо сообщило о себе заведомо ложные сведения;
- если лицо приписано к призывному участку и подлежит призыву на действительную
срочную военную службу - до прохождения действительной срочной военной службы
или до освобождения от нее в соответствии с российским законодательством.

Количество отказов в выдаче заграничных паспортов составляет менее 1
процента. Временная задержка в их выдаче в основном связана с осведомленностью
лица о сведениях, составляющих государственную тайну, либо с его осуждением.
Постановлением Совета Министров-Правительства Российской Федерации от
19 марта 1994 г. N 238 (САПП, 1993, N 12, ст. 1059) создана Межведомственная
комиссия по рассмотрению обращений граждан Российской Федерации в связи с
отказами им в выдаче заграничного паспорта и временными ограничениями на выезд
за рубеж. Комиссия руководствуется российским законодательством: законами
"О государственной тайне", "О безопасности", Гражданским кодексом Российской
Федерации и др. В отношении подавляющего большинства обратившихся в комиссию
было принято решение о снятии ограничений на выезд.
В Законе СССР от 20 мая 1991 г. (ст. 16) указывается на недопустимость
ограничения прав граждан, выезжающих за границу. В отношении граждан, обратившихся
с просьбой о выезде из России, и членов их семей действуют все положения законодательства,
они пользуются всеми правами и несут установленные законом обязанности. Какое-либо
произвольное ограничение их гражданских, трудовых, жилищных и иных прав не
допускается. При выезде из Российской Федерации за ее гражданином на ее территории
сохраняются право собственности на законно приобретенное им движимое и недвижимое
имущество, денежные средства, ценные бумаги и другие ценности.
В соответствии с ч. 2 комментируемой статьи и Законом СССР от 20 мая
1991 г. гражданам Российской Федерации гарантируется беспрепятственное возвращение
в свою страну. На российское гражданство, а следовательно, на беспрепятственный
въезд в Россию могут, в соответствии с Законом "О гражданстве Российской Федерации"
от 28 ноября 1991 г. с изменениями и дополнениями от 17 июня 1993 г., претендовать
все, кто имеет паспорт гражданина СССР.
Соглашение о помощи беженцам и вынужденным переселенцам от 24 сентября
1993 г., разработанное в рамках СНГ, предусматривает комплекс мер, облегчающий
их въезд на территорию сторон.
Нарушение права граждан на свободный выезд за пределы Российской Федерации
и беспрепятственное возвращение в страну, в том числе и решение упомянутой
Межведомственной комиссии, может быть в соответствии с положениями ст. 46
Конституции и Законом Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. "Об обжаловании
в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" обжаловано в
суд (см. комментарий к ст. 46).


Статья 28

Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая
право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или
не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные
и иные убеждения и действовать в соответствии с ними.

См. Закон РСФСР от 25 октября 1990 г. "О свободе вероисповеданий"


Комментарий к статье 28

Комментируемая статья включает в себя несколько важных понятий, нуждающихся
в разъяснении. Прежде всего речь идет о свободе совести, которая с 1936 г.
и до настоящего времени понимается как отношение человека к религии, включающее
в основном право иметь религиозные или атеистические убеждения. Представляется,
что понимание свободы совести как свободы выбора между религией и атеизмом
основано на недоразумении. Российская Федерация есть светское, а не атеистическое
государство. Не имея государственной религии и не придерживаясь государственной
атеистической политики, государство не может ставить своих граждан перед дилеммой
между верой и неверием, тем самым противопоставляя их друг другу.
Суть вопроса состоит в признании государством наличия в обществе многообразных
мировоззренческих позиций и убеждений, не всегда сводимых к идеологии и политике
и охватывающих науку, культуру, религию и т.д. Поэтому свобода совести равнозначна
свободе убеждений и мировоззрений, не имеющих политико-идеологического содержания.
В Конституции прямо не сформулировано "право на убеждения", но запрещается
принуждение к выражению убеждений или отказу от них (ч. 3 ст. 29).
Свобода вероисповедания понимается в комментируемой статье как однопорядковое
"свободе совести", но не как равнозначное ей. Это связано прежде всего с религиозным
многообразием, исторически сложившимся на территории России. Православие,
католичество, протестантство, иудаизм, ислам, буддизм, а также различные секты
данных и иных религий, имеющие своих приверженцев, представляют собой конкретные
вероисповедания. Приобщение человека к конкретному вероисповеданию составляет
реализацию свободы вероисповедания. Содержание исповедания любого вероучения
раскрывается в ч. 2 ст. 17 Закона РСФСР от 25 октября 1990 г. "О свободе вероисповеданий"
(ВВС, 1990, N 21, ст. 240).
Свобода вероисповедания включает право человека в признаваемом им вероучении
исповедовать свою веру индивидуально или совместно с другими. Слово "религия"
в данной статье является тождественным слову "вера". Индивидуальное или совместное
с другими исповедание веры представляет собой совершение религиозных обрядов
по правилам, изложенным в конкретном вероучении. Право же не исповедовать
никакой религии к вероисповеданию отношения не имеет. Свобода выбирать, иметь
и распространять религиозные и иные убеждения принадлежит людям не только
в пределах вероисповедания, но охватывает вообще все человеческие убеждения.
Чтобы свобода выбирать и иметь религиозные и иные убеждения не оставалась
только провозглашенным лозунгом, комментируемая статья предусматривает и возможность
совершения конкретных действий в соответствии с избранными убеждениями. К
таким действиям могут быть отнесены: распространение религиозных и иных убеждений
непосредственно или через средства массовой информации, миссионерская деятельность,
дела милосердия и благотворительности, религиозное обучение и воспитание,
подвижническая деятельность (монастыри, скиты и прочее), паломничество и иная
деятельность, определяемая соответствующими вероучениями. Данные виды религиозной
деятельности указаны в ч. 2 ст. 17 Закона применительно к религиозным объединениям.
Однако Конституция решила этот вопрос иначе, указав, что право действовать
в соответствии со своими религиозными убеждениями гарантируется каждому, причем
индивидуально или совместно с другими, а не только религиозным объединениям
или лицам в составе таких объединений. Этот аспект должен быть учтен при приведении
законодателем Закона "О свободе вероисповеданий" в соответствие с требованиями
ст. 28 Конституции, а также в правоприменительной практике. Дело в том, что
вероисповедание не исчерпывается совершением религиозных обрядов на основе
правил конкретной религии. Вероисповедание есть прежде всего совершенно определенный
образ жизни людей. Верующий человек старается каждый свой день прожить в согласии
со своим вероучением, в том числе и соблюдая его обрядность. Поэтому, конечно,
к числу действий в соответствии со своими убеждениями должны быть отнесены
как связанные с совершением обрядовой стороны вероучения, так и вытекающие
из него, а в некоторых предусмотренных законом случаях и действия, не имеющие
конфессиональной основы.
Прежде всего это относится к праву на альтернативную гражданскую службу,
предоставляемому не только верующим (ч. 3 ст. 59 Конституции, ч. 2 ст. 7 Закона).
Предусмотренная ст. 14 Закона для органов государственной власти возможность
объявлять дни больших религиозных праздников дополнительными нерабочими (праздничными)
днями могла бы быть снабжена дополнительным указанием и на возможность верующего
просить о замене праздничного для него дня другим рабочим днем.
Следует отметить важное для правоприменительной деятельности обстоятельство:
права и свободы, предусмотренные комментируемой статьей, не могут быть ограничены
даже в условиях чрезвычайного положения (ч. 3 ст. 56 Конституции).
Некоторые статьи Закона "О свободе вероисповеданий" текстуально и по
смыслу не соответствуют Конституции. Так, комментируемая статья не пользуется
термином "атеистические" убеждения, содержащимся в ст. 3 Закона, говоря лишь
об "иных" убеждениях. Смысловое несоответствие Конституции данного Закона
состоит в том, что "иные" убеждения представляют собой убеждения как таковые,
включая и религиозные. Если понимать свободу совести не как выбор между вероисповеданием
и атеизмом, а как право человека иметь любые убеждения, то под свободой совести
нужно понимать исключительно свободу убеждений (мировоззрений).
Необходимо также отметить, что ч. 4 ст. 8 Закона, провозглашающая отделение
атеистических общественных объединений от государства, имеет пропагандистский
характер и не находит опоры в Конституции и действующем законодательстве.
В Российской Федерации все без исключения общественные объединения граждан
отделены от государства, в том числе и атеистические.

Статья 29

1. Каждому гарантируется свобода мысли и слова.
2. Не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую,
национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального,
расового, национального, религиозного или языкового превосходства.
3. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений
или отказу от них.
4. Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить
и распространять информацию любым законным способом. Перечень сведений, составляющих
государственную тайну, определяется федеральным законом.
5. Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается.

Комментарий к статье 29

1. Мысль как результат, продукт мышления человека отражает познание им
окружающего мира и самого себя в этом мире и воплощается в его представлениях,
взглядах, мнениях, убеждениях. Мышление, мысль лежат в основе любой деятельности
человека, обусловливают его социальную активность, взаимоотношения с другими
людьми, обществом, государством. Формой мысли является ее языковое, словесное
выражение (устное или письменное), другие знаковые системы общения, например
художественные формы.
Гарантирование Конституцией каждому свободы мысли означает невмешательство
государства в процесс формирования собственных мнений и убеждений человека,
защиту его от любого иного вмешательства, недопущение какого-либо идеологического
диктата, насилия или контроля над личностью.
Свобода слова - это гарантированная государством возможность беспрепятственно
выражать свое мнение и убеждения по самым различным вопросам общественного,
государственного, иного характера посредством устного или печатного слова,
на собраниях, митингах, другими средствами. Свобода выражения мнения лежит
в основе многих других прав и свобод, прежде всего таких, как, например, право
на участие в выборах, право петиции, свобода совести, право на образование,
свобода творчества и др.
Конституции советского периода гарантировали свободу слова, печати лишь
в соответствии с интересами народа и в целях укрепления и развития социалистического
строя (например, ст. 50 Конституции СССР 1977 г.). Об интересах и развитии
самой личности при этом даже не упоминалось. Действующая Конституция России
не обусловливает свободу мысли и слова какими-либо идеологическими рамками.
Наоборот: конституционные нормы о свободе мысли и слова должны действовать
в единстве с положениями Конституции о признании идеологического и политического
многообразия, недопущении установления какой бы то ни было идеологии в качестве
государственной или обязательной (ст. 13). Реально гарантированная свобода
выражения разнообразных взглядов, мнений, убеждений, свобода критики, оппозиции
является конкретным показателем демократизма общества.
Положения Конституции России о свободе мысли и слова соответствуют международным
стандартам в этой сфере, установленным Всеобщей декларацией прав человека
(ст. 18, 19), Международным пактом о гражданских и политических правах (ст.
18, 19), Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод (ст.
9, 10).

2. Свобода мысли и слова, выражения своего мнения чрезвычайно важна для
реального проявления свободы человека. Но эта свобода не может быть абсолютной,
безграничной. Слово как главное средство человеческого общения оказывает сильнейшее
воздействие на сознание и поведение людей. Оно может созидать и разрушать,
звать к социальному прогрессу и призывать к насилию, обогащать внутренний
мир человека и унижать личное достоинство. Этим объективно обусловлена необходимость
определенных нравственных и правовых ограничений, связанных с осуществлением
свободы слова.
Часть 2 комментируемой статьи устанавливает главные правовые барьеры
против злоупотребления свободой слова, выражения мнения. Не допускается пропаганда
или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную
ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального,
религиозного или языкового превосходства.
Хотя эти конституционные запреты и сформулированы в достаточно общем
виде, но дают вполне определенный ориентир поведения при осуществлении рассматриваемой
свободы. Их нарушение влечет за собой предусмотренную законом ответственность.
Так, ст. 74 Уголовного кодекса устанавливает уголовную ответственность за
нарушение равноправия граждан по признаку расы, национальности или отношения
к религии, в частности за пропаганду исключительности либо неполноценности
граждан по этим признакам.
В преамбуле Закона РСФСР от 25 октября 1991 г. "О языках народов РСФСР"
(ВВС, 1991, N 50, ст. 1740) указано на недопустимость пропаганды вражды и
пренебрежения к любому языку, создания противоречащих конституционно установленным
принципам национальной политики препятствий, ограничений и привилегий в использовании
языков, иных нарушений законодательства о языках народов России. Такие нарушения
со стороны юридических и физических лиц, как установлено ст. 28 Закона, влекут
за собой ответственность и обжалуются в установленном порядке в соответствии
с законодательством.
Основанные на Конституции конкретные запреты, касающиеся злоупотреблений
свободой слова, и соответствующие меры ответственности предусмотрены и в других
статьях УК, в ГК, КоАП. Так, в УК установлена ответственность за публичные
призывы к насильственному изменению конституционного строя или захвату власти
(ст. 70), к измене Родине, совершению террористического акта или диверсии
(ст. 70-1), за пропаганду войны, клевету и оскорбление (ст. 71, 130, 131),
изготовление или сбыт порнографических предметов (ст. 228), изготовление или
распространение произведений, пропагандирующих культ насилия и жестокости
(ст. 228-1), в КоАП - за распространение ложных сведений о кандидате в народные
депутаты или кандидате в Президенты (ст. 40-2) и др. Статья 152 ГК предусматривает
право гражданина требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство
или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет,
что они соответствуют действительности.
Следует отметить, что и в законодательстве зарубежных стран содержится
немало строгих санкций за сочинение и умышленное искажение фактов, за призывы
к мятежу, поношение нации, республики, конституции, конституционных учреждений,
за утрату государственной тайны, распространение "непристойностей" и т.д.
Разработаны и международные стандарты, направленные против злоупотреблений
свободой слова, информации, выражения своего мнения. В ч. 3 ст. 19 Международного
пакта о гражданских и политических правах предусмотрено, что пользование этими
свободами налагает особые обязанности и особую ответственность и, следовательно,
может быть сопряжено с некоторыми ограничениями, которые должны быть установлены
законом и являются необходимыми: а) для уважения прав и репутации других лиц;
б) для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья
или нравственности населения. Аналогичное положение содержится и в ч. 3 ст.
55 Конституции России.
Реализация конституционных норм о свободе слова, выражения своего мнения
предполагает как беспрепятственное осуществление каждым этой свободы, создание
государством необходимых для этого правовых и организационных механизмов,
так и решительное пресечение злоупотреблений данной свободой. В Указе Президента
Российской Федерации от 23 марта 1995 г. "О мерах по обеспечению согласованных
действий органов государственной власти в борьбе с проявлениями фашизма и
иных форм политического экстремизма в Российской Федерации" (СЗ РФ, 1995,
N 13, ст. 1127) обращается внимание на участившиеся случаи разжигания социальной,
расовой, национальной и религиозной розни, распространение идей фашизма. Эти
крайне опасные явления в жизни нашего общества создают угрозу основам конституционного
строя, ведут к попранию конституционных прав и свобод человека и гражданина,
подрывают общественную безопасность и территориальную целостность России.
В Указе предусматривается целый комплекс мер по усилению борьбы с проявлениями
фашизма и иных форм политического экстремизма, по координации в связи с этим
деятельности Генеральной прокуратуры, МВД, ФСБ, Минюста, Комитета по печати,
органов исполнительной власти субъектов Федерации, органов местного самоуправления
и др.

3. Мысли человека, воплощенные в его мнениях и убеждениях, характеризуют
внутренний мир человека, содержание его сознания, определяют его индивидуальность.
Мнения - более подвижный элемент сознания. Убеждения - устойчивая система
взглядов, характеризующая ценностные ориентации личности.
Конституционная свобода мысли и слова означает не только возможность
беспрепятственно выражать свои мысли и убеждения, свое мнение, но и недопустимость
принуждения к их выражению или отказу от них. Этот запрет, предусмотренный
ч. 3 ст. 29, обязаны соблюдать все - государственные органы, органы местного
самоуправления, политические партии и другие общественные объединения, их
должностные лица, все члены общества. Тем самым охраняется внутренний мир
человека, гарантируется свободное развитие личности, в том числе право менять
свои убеждения, но не по принуждению, а по собственному выбору в процессе
познания реальности, свободных дискуссий, обсуждения различных идей.

Примечание

В связи с этим представляет интерес позиция Конституционного Суда Российской
Федерации, выраженная в его определении от 27 сентября 1995 г., касающемся
жалобы А.В. Козырева (ВКС, 1995, N 6, с. 2-4). Поводом для жалобы послужило
рассмотрение в одном из судов дела по иску В.В. Жириновского к НТВ и А.В.
Козыреву о защите чести и достоинства. А.В. Козырев считал, что ст. 7 ГК РСФСР
(как и ст. 152 нового ГК) о судебной защите чести и достоинства не соответствует
ст. 29 (ч. 1 и 3) Конституции, гарантирующей каждому свободу мысли и слова,
поскольку допускает возможность судебного опровержения любых сведений. По
мнению заявителя, существуют определенные сведения, которые не могут быть
предметом судебного опровержения, поскольку они являются выражением личного
мнения и взглядов, оценочных суждений того, кто их распространяет, и принуждение
к отказу от них - это вторжение в область "мысли и слова", "мнений и убеждений",
охраняемых ст. 29 Конституции.
Конституционный Суд отметил, что право на судебную защиту чести и достоинства
и возложение на того, кто распространил порочащие сведения, обязанности доказать
их соответствие действительности не нарушают гарантированную Конституцией
свободу мысли и слова. Но в обращении поставлен важный и актуальный вопрос:
как добиться в каждом конкретном случае, чтобы требования защиты чести и доброго
имени не противоречили интересам свободной дискуссии по политическим проблемам
в демократическом обществе? Решение указанного вопроса относится к компетенции
судов общей юрисдикции.
При рассмотрении в этих судах дел о защите чести и достоинства подлежат
установлению не только достоверность, но и характер распространения сведений,
исходя из чего суд должен решать, наносит ли распространение сведений вред
защищаемым Конституцией ценностям, укладывается ли это в рамки политической
дискуссии, как отграничить распространение недостоверной фактической информации
от политических оценок и возможно ли их опровержение по суду. Суды общей юрисдикции
вправе и обязаны обеспечивать должное равновесие при использовании конституционных
прав на защиту чести и достоинства, с одной стороны, и свободу слова - с другой.

4. Право на свободное выражение своего мнения включает в себя право каждого
свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию
любым законным способом. Это право на свободу информации, гарантируемое ч.
4 комментируемой статьи, может осуществляться различными способами - посредством
межличностного общения, средств массовой информации (СМИ), материальных носителей
информации, учебных заведений, на собраниях и митингах, сходах граждан, через
различного рода клубы, лектории, наглядные средства (плакаты и т.п.) и иные
способы по собственному выбору. Законными эти способы считаются, если при
их использовании соблюдаются установленные законодательством правила, например
для СМИ, для проведения митингов, демонстраций, шествий и пикетирования.
Свобода информации выражается прежде всего в праве каждого искать и получать
информацию. Применительно к СМИ это право конкретизировано в ст. 38 Закона
Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. "О средствах массовой информации"
(ВВС, 1992, N 7, ст. 300), которая гласит, что граждане имеют право на оперативное
получение через СМИ достоверных сведений о деятельности государственных органов
и организаций, общественных объединений, их должностных лиц. Эти сведения
должны предоставляться СМИ по запросам редакций, а также путем проведения
пресс-конференций и в иных формах. Специально этому вопросу посвящен Федеральный
закон от 13 января 1995 г. "О порядке освещения деятельности органов государственной
власти в государственных средствах массовой информации" (СЗ РФ, 1995, N 3,
ст. 170).
Более широко право на доступ к информации определено в Федеральном законе
от 20 февраля 1995 г. "Об информации, информатизации и защите информации"
(СЗ РФ, 1995, N 8, ст. 609), хотя он и касается главным образом документированной
информации. Граждане наряду с другими пользователями обладают равным правом
на доступ к государственным информационным ресурсам (в библиотеках, архивах,
фондах, банках данных, других информационных системах). Исключение составляет
информация с ограниченным доступом (ст. 12). Граждане и организации имеют
право на доступ к документальной информации и о них самих (ст. 14). Отказ
в доступе к открытой информации, как и к информации о самом себе, может быть
согласно ст. 13, 14, 24 Закона обжалован в суд.
Свобода информации выражается также в праве каждого свободно передавать,
производить и распространять информацию законными способами. Отсюда вытекает
недопустимость монополии государства на производство и распространение информации.
Средства распространения информации могут быть как государственными, так и
общественными, частными. Так, ст. 7 Закона "О средствах массовой информации"
признает право гражданина, объединения граждан, постоянно проживающего в России
иностранного гражданина и лица без гражданства быть учредителем газеты или
иного СМИ. Согласно ст. 6 Закона "Об информации, информатизации и защите информации"
гарантируется право собственности граждан на информационные ресурсы и распоряжения
ими.
Право на распространение информации законными способами означает и необходимость
соблюдения определенных ограничений к доступу информации, отнесенной к государственной
тайне или к конфиденциальной. Часть 4 комментируемой статьи предусматривает,
что перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным
законом.
Законодательство о государственной тайне основывается на Конституции,
Законе Российской Федерации от 5 марта 1992 г. "О безопасности" (ВВС РФ, 1992,
N 15, ст. 769) и включает Закон Российской Федерации от 21 июля 1993 г. "О
государственной тайне", ряд других актов.
Закон "О государственной тайне" определяет перечень сведений в военной
области, в сфере экономики, науки и техники, внешней политики и внешнеэкономической
деятельности, разведывательной, контрразведывательной и оперативно-розыскной
деятельности, которые могут быть отнесены к государственной тайне (ст. 5).
На основе этих положений и в соответствии со ст. 4 данного Закона Указом Президента
Российской Федерации от 30 ноября 1995 г. утвержден перечень сведений, отнесенных
к государственной тайне, а также перечень государственных органов, наделенных
полномочиями по распоряжению этими сведениями (СЗ РФ, 1995, N 49, ст. 4775).
За разглашение государственной тайны установлена ответственность вплоть до
уголовной (ст. 75, 76 УК).
Конституционный Суд в постановлении от 20 декабря 1995 г. по жалобе С.
указал, что в силу нормы ч. 4 ст. 29 Конституции уголовная ответственность
за выдачу государственной тайны правомерна лишь при условии, что перечень
сведений, составляющих государственную тайну, содержится в официально опубликованном
для всеобщего сведения федеральном законе. Правоприменительное решение, включая
приговор суда, не может основываться на неопубликованном нормативном правовом
акте, что вытекает из ч. 3 ст. 15 Конституции (ВКС, 1995, N 6, с. 51).
В то же время Закон "О государственной тайне" определяет перечень сведений,
не подлежащих засекречиванию, например о состоянии экологии, здравоохранения,
санитарии, демографии, образования, культуры, сельского хозяйства, о состоянии
преступности, фактах нарушения прав и свобод личности и др. (ст. 7). Граждане
вправе обжаловать в суд решения должностных лиц о засекречивании подобных
сведений.
Законодательство запрещает также распространять конфиденциальную информацию,
прежде всего о частной жизни, нарушающую личную или семейную тайну, сведения,
составляющие коммерческую или иную специально охраняемую законом тайну. Это
налагает особые обязанности на журналистов, других носителей информации (см.,
например, ст. 40, 41, 49 Закона "О средствах массовой информации", ст. 10,
11, 21 Закона "Об информации, информатизации и защите информации").

5. Наиболее значимым и влиятельным источником информирования общества
и личности являются СМИ. Поэтому в ч. 5 комментируемой статьи особо гарантируется
свобода массовой информации. Она означает свободное распространение через
СМИ любой информации, кроме конфиденциальной и составляющей государственную
тайну, отражение в этой информации политического и идеологического плюрализма,
запрет цензуры. Под СМИ понимаются пресса, радио-, теле-, видео-, кинохроникальные
программы, информационные агентства и иные формы периодического распространения
массовой информации, предназначенной для неограниченного круга лиц.
Конституционное установление о гарантированности свободы массовой информации
конкретизировано в Законе "О средствах массовой информации" и распространяется
на все виды СМИ - государственные, общественные, частные. Воспрепятствование
в какой бы то ни было форме со стороны граждан, должностных лиц государственных
органов и организаций, общественных объединений законной деятельности СМИ
Закон определяет как ущемление свободы массовой информации, влекущее уголовную,
административную, дисциплинарную или иную ответственность в соответствии с
законодательством (ст. 25, 58). В то же время Закон признает недопустимым
и злоупотребление свободой массовой информации, влекущее такую же ответственность
(ст. 4, 59).
На конституционном уровне установлен и запрет цензуры. Статья 3 Закона
"О средствах массовой информации" определяет цензуру массовой информации как
требование от редакции СМИ со стороны должностных лиц, государственных органов,
организаций, учреждений или общественных объединений предварительно согласовывать
сообщения и материалы (кроме случаев, когда должностное лицо является автором
или интервьюируемым), а равно наложение запрета на распространение сообщений
и материалов, их отдельных частей. В советские времена цензурой повсеместно
занималась такая организация, как Главлит. Названный Закон четко определяет,
что не допускается создание и финансирование организаций, учреждений, органов
или должностных лиц, в задачи либо функции которых входит осуществление цензуры
массовой информации (ст. 3).
На практике предстоит еще немало сделать, чтобы в полной мере обеспечить
свободу массовой информации. На имеющиеся в этой сфере нерешенные проблемы
экономического, правового, организационного характера указывается в постановлении
Государственной Думы от 10 февраля 1995 г. "О выполнении в Российской Федерации
статьи 29 Конституции Российской Федерации" (СЗ РФ, 1995, N 8, ст. 648). Укреплению
гарантий экономической самостоятельности СМИ служат Федеральный закон от 1
декабря 1995 г. "О государственной поддержке средств массовой информации и
книгоиздания Российской Федерации", Указ Президента Российской Федерации от
6 октября 1995 г. "О совершенствовании телерадиовещания в Российской Федерации"
(СЗ РФ, 1995, N 41, ст. 3878; N 49, ст. 4698).
Защита свободы массовой информации осуществляется и в судах. Так, постановлением
Конституционного Суда от 19 мая 1993 г. было признано неконституционным постановление
Верховного Совета Российской Федерации от 17 июля 1992 г. "О газете "Известия"",
затрагивавшее права газеты, журналистского коллектива. Конституционный Суд
признал недопустимым такие решения, которые способствуют оказанию давления
на газету, затрудняют ее существование как независимого СМИ и ограничивают
тем самым свободу массовой информации (ВКС, 1994, N 2-3, с. 64-74).
В декабре 1993 г. была образована Судебная палата по информационным спорам
при Президенте Российской Федерации, действующая на основе Положения о ней,
утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 31 января 1994 г.
(САПП, 1994, N 6, ст. 434). Палата не входит в систему судебных органов. Ее
основной задачей является содействие Президенту в эффективной реализации им
конституционных полномочий гаранта закрепленных Конституцией прав, свобод
и законных интересов в сфере массовой информации. Судебная палата рассматривает
споры, связанные с ущемлением свободы массовой информации или с недобросовестным
использованием этой свободы, с обеспечением принципов равноправия и политического
плюрализма в сфере массовой информации, другие споры и дела в этой сфере,
если они не отнесены к юрисдикции судов. Судебная палата выносит решения и
рекомендации в адрес СМИ, вправе вносить представления в прокуратуру, суд,
другие органы.


Статья 30

1. Каждый имеет право на объединение, включая право создавать профессиональные
союзы для защиты своих интересов. Свобода деятельности общественных объединений
гарантируется.
2. Никто не может быть принужден к вступлению в какое-либо объединение
или пребыванию в нем.

О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности см. Федеральный
закон от 12 января 1996 г. N 10-ФЗ

Комментарий к статье 30

1. Развитая система общественных объединений - неотъемлемый элемент гражданского
общества. С их помощью люди могут совместно решать общие проблемы, удовлетворять
и защищать свои потребности и интересы в сфере политики, экономики, культуры,
во всех областях общественной жизни. Это независимые от государства организации,
способные влиять на государственные институты и в то же время ограждать от
их необоснованного вмешательства в общественную жизнь.
Конституционное право каждого на объединение и является юридической основой
образования и деятельности таких общественных институтов, включая профсоюзы.
В комментируемой статье ничего не говорится о политических партиях, но право
на их создание вытекает из ч. 3 ст. 13 Конституции. Часть 4 этой же статьи
закрепляет принцип равенства общественных объединений перед законом.
Названные конституционные положения конкретизируются в законодательстве,
которое регламентирует содержание права на объединение, его основные государственные
гарантии, статус общественных объединений, порядок их создания, деятельности,
реорганизации и ликвидации. К основным актам в этой сфере относятся федеральные
законы от 19 мая 1995 г. "Об общественных объединениях" (СЗ РФ, 1995, N 21,
ст. 1930), от 12 января 1996 г. "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях
деятельности" (СЗ РФ, 1996, N 3, ст. 148), Гражданский кодекс.
Другие законы касаются отдельных видов общественных объединений, например
федеральные законы от 28 июня 1995 г. "О государственной поддержке молодежных
и детских общественных объединений", от 11 августа 1995 г. "О благотворительной
деятельности и благотворительных организациях", от 12 января 1996 г. "О некоммерческих
организациях" (СЗ РФ, 1995, N 27, ст. 2503; N 33, ст. 3340; 1996, N 3, ст.
145). Действие Федерального закона "Об общественных объединениях" распространяется
и на общественные объединения, деятельность которых еще не урегулирована специальными
законами, например на политические партии. Статус политических партий требует,
однако, особой регламентации.
Конституционное право каждого на объединение включает в себя право создавать
на добровольной основе общественные объединения для защиты общих интересов
и достижения общих целей; право вступать в существующие общественные объединения
либо воздерживаться от вступления в них, а также право беспрепятственно выходить
из общественных объединений. Таковы суть и содержание права на свободу объединения
или, как принято формулировать в международных документах и зарубежных конституциях,
права на свободу ассоциации с другими. Оно может осуществляться по достижении
18 лет, а применительно к профсоюзам, молодежным общественным объединениям
- с 14, детским - с 10 лет.
Данное право, согласно ч. 1 комментируемой статьи, принадлежит в Российской
Федерации каждому, следовательно, не только российским гражданам. Статья 19
Федерального закона "Об общественных объединениях" определяет, что иностранные
граждане и лица без гражданства наравне с гражданами Российской Федерации
могут быть учредителями, членами и участниками общественных объединений, за
исключением случаев, установленных федеральными законами и международными
договорами Российской Федерации.
Ограничение пользования этим правом может быть предусмотрено законом
в некоторых случаях и для российских граждан. Возможность таких ограничений
для лиц, входящих в состав вооруженных сил, полиции или административных органов
государства, допускается, например, ч. 2 ст. 22 Международного пакта о гражданских
и политических правах, ч. 2 ст. 11 Европейской конвенции о защите прав человека
и основных свобод.
Так, согласно ст. 9 Закона Российской Федерации от 22 января 1993 г.
"О статусе военнослужащих" (ВВС, 1993, N 6, ст. 188) они могут состоять лишь
в тех объединениях, которые не преследуют политических целей, и участвовать
в их деятельности, не находясь при исполнении обязанностей военной службы.
Как установлено ст. 3 Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 г. "О статусе
судей в Российской Федерации" (в редакции от 21 июня 1995 г.), судьи не вправе
принадлежать к политическим партиям и движениям (ВВС, 1992, N 30, ст. 1792;
СЗ РФ, 1995, N 26, ст. 2399). Запрет прокурорским работникам быть членами
общественных объединений, преследующих политические цели, и принимать участие
в их деятельности предусмотрен в ст. 4 Федерального закона от 17 ноября 1995
г. "О Прокуратуре Российской Федерации" (СЗ РФ, 1995, N 47, ст. 4472).
Общественные объединения многообразны. Но они имеют общие черты, отраженные
в понятии общественного объединения, данного в ст. 5 Федерального закона от
19 мая 1995 г. Это добровольное, самоуправляемое, некоммерческое формирование,
созданное по инициативе граждан, объединившихся на основе общих интересов
для реализации общих целей, указанных в уставе общественного объединения.
В состав учредителей таких объединений наряду с физическими лицами могут входить
юридические лица - общественные объединения. Не могут быть учредителями, членами
и участниками общественных объединений органы государственной власти и органы
местного самоуправления.
Общественные объединения могут создаваться в одной из следующих организационно-правовых
форм: общественная организация, общественное движение, общественный фонд,
общественное учреждение, орган общественной самодеятельности. Их особенности
раскрываются в ст. 8-12 Федерального закона от 19 мая 1995 г. Общественные
объединения вправе создавать союзы (ассоциации), образуя новые общественные
объединения. Действуют общероссийские, межрегиональные, региональные и местные
общественные объединения, а также международные общественные объединения,
представительства иностранных некоммерческих неправительственных объединений.
Деятельность общественных объединений основывается на принципах добровольности,
равноправия, самоуправления и законности.
Конституция гарантирует свободу деятельности общественных объединений.
Это означает, что они создаются гражданами по своему выбору без предварительного
разрешения органов государственной власти и органов местного самоуправления,
могут регистрироваться в органах юстиции и приобретать права юридического
лица либо функционировать без государственной регистрации и приобретения таких
прав. Но только зарегистрированные общественные объединения вправе, например,
участвовать в избирательных кампаниях. Общественные объединения свободны в
определении своей внутренней структуры, целей, форм и методов своей деятельности,
самостоятельно принимают свои уставы. Не допускается вмешательство органов
государственной власти и их должностных лиц в деятельность общественных объединений,
равно как и вмешательство последних в деятельность органов государственной
власти и их должностных лиц, за исключением предусмотренных законом случаев.
В то же время государство призвано обеспечивать соблюдение прав и законных
интересов общественных объединений, оказывать поддержку их деятельности, в
том числе предоставлением им налоговых и иных льгот и преимуществ, решать
вопросы, затрагивающие их интересы, с участием соответствующих общественных
объединений или по согласованию с ними (см. ст. 3, 15, 17, 21, 27 и др. Закона
"Об общественных объединениях", ст. 2, 5, 7 и др. Закона "О профессиональных
союзах, их правах и гарантиях деятельности").
Свобода объединения, однако, не может быть безграничной, использоваться
в антисоциальных целях. Конституция запрещает создание и деятельность общественных
объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение
основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации,
подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание
социальной, расовой, национальной и религиозной розни (ч. 5 ст. 13). Подобные
основания ограничения свободы ассоциации предусмотрены и в Международном пакте
о гражданских и политических правах (ч. 2 ст. 22), Европейской конвенции о
защите прав человека и основных свобод (ч. 2 ст. 11).
Федеральный закон от 31 июля 1995 г. "Об основах государственной службы
в Российской Федерации" (СЗ РФ, 1995, N 31, ст. 2990), исходя из принципа
деидеологизации государственной службы, запрещает образование в государственных
органах структур политических партий, религиозных, общественных объединений,
за исключением профсоюзов (п. 12 ч. 1 ст. 11). Аналогичный запрет применительно
к структурам политических партий и движений распространяется и на предприятия,
учреждения, организации, что вытекает из Указа Президента РСФСР от 20 июля
1991 г. "О прекращении деятельности организационных структур политических
партий и массовых общественных движений в государственных органах, учреждениях
и организациях РСФСР" (ВВС, 1991, N 31 ст. 1035).
Недопустимы и злоупотребления свободой объединения. Это влечет применение
различных мер ответственности, в том числе и к незарегистрированным общественным
объединениям.
В случае нарушения Конституции Российской Федерации, конституций (уставов)
субъектов федерации, законодательства, совершения действий, противоречащих
уставным целям, и неустранения этих нарушений после представления прокурора
или после двух письменных предупреждений органа, регистрирующего общественные
объединения, деятельность общественного объединения приостанавливается судом
на срок до шести месяцев. Если нарушения не будут устранены и в этот период,
то общественное объединение может быть приостановлено или ликвидировано (ст.
42, 43, 44 Закона "Об общественных объединениях").
Приостановление деятельности объединения как мера ответственности предусмотрена
и в п. "в" ст. 23 Закона РСФСР от 17 мая 1991 г. "О чрезвычайном положении"
(ВВС, 1991, N 22, ст. 773). В случае введения чрезвычайного положения по указанным
в п. "а" ст. 4 этого Закона основаниям может быть приостановлена, после соответствующего
предупреждения, деятельность политических партий, общественных организаций
и массовых движений, препятствующих нормализации обстановки. Это положение
Закона имеет опору в ст. 56 Конституции.
По решению суда общественное объединение может быть ликвидировано в случае
нарушения требований ч. 5 ст. 13 Конституции; виновного нарушения своими действиями
прав и свобод граждан; неоднократных или грубых нарушений закона или иных
правовых актов либо при систематическом осуществлении деятельности, противоречащей
его уставным целям. Ликвидация означает запрет на деятельность общественного
объединения независимо от факта его регистрации. В случае нарушения общественным
объединением законодательства, особенно совершения деяний, наказуемых в уголовном
порядке, к ответственности могут быть привлечены лица, входящие в руководящие
органы этого объединения, другие его члены и участники (ст. 41, 44 Закона
"Об общественных объединениях").
С другой стороны, Конституция и законодательство охраняют от нарушений
прав сами общественные объединения, гарантируют им широкие возможности судебной
защиты своих прав.
Часть 4 ст. 125 Конституции, ст. 3 (п. 3 ч. 1), 96 Федерального конституционного
закона от 21 июля 1994 г. "О Конституционном Суде Российской Федерации" (СЗ
РФ, 1994, N 13, ст. 1447) предусматривают право граждан, их объединений обращаться
в Конституционный Суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод
законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле, рассмотрение
которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон.
Закон "Об общественных объединениях" также гарантирует им возможность
обжаловать в суд действия и решения государственных органов, их должностных
лиц, касающиеся общественных объединений. Это, например, отказ в государственной
регистрации общественного объединения, а также уклонение от такой регистрации;
письменное предупреждение органа, регистрирующего общественные объединения,
о нарушении объединением законодательства; решение суда о приостановлении
или ликвидации объединения (ст. 22, 23, 38, 45).
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября
1995 г. "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации
при осуществлении правосудия" обращается внимание судов на необходимость при
рассмотрении жалоб на отказ в регистрации либо заявлений о ликвидации общественных
объединений тщательно исследовать и оценивать в совокупности все представленные
письменные и вещественные доказательства, показания свидетелей и другие доказательства,
свидетельствующие о целях, задачах, фактической деятельности общественных
объединений (БВС, 1996, N 1, с. 5).
Государственные органы, органы местного самоуправления, их должностные
лица, причинившие вследствие нарушения законов ущерб общественным объединениям,
несут ответственность, предусмотренную уголовным, гражданским и административным
законодательством.
Новые возможности правовой защиты появились у общественных объединений
после вступления нашей страны в Совет Европы. Согласно Европейской конвенции
о защите прав человека и основных свобод, которую Россия должна ратифицировать,
в Европейский Суд по правам человека с жалобой на нарушение государством прав
и свобод, гарантированных этой Конвенцией (включающей и право на свободу ассоциации),
вправе обращаться не только частные лица, но и неправительственные организации,
если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.
Такое право вытекает и из ч. 3 ст. 46 Конституции России.
2. Часть 2 комментируемой статьи закрепляет одну из важнейших гарантий
свободы объединения, соблюдения принципа добровольности в создании и деятельности
общественных объединений. Никто не может быть принужден как к вступлению в
какое-либо объединение, так и к пребыванию в нем. Участие или неучастие в
общественных объединениях - личное дело каждого. Любые действия или решения,
направленные на принуждение к вступлению в объединение или препятствующие
выходу из него, являются противоправными.
Статья 19 Конституции гарантирует равенство прав и свобод человека и
гражданина независимо, в частности, от принадлежности к общественным объединениям.
В ст. 19 Закона "Об общественных объединениях" определены как недопустимые
требования об указании в официальных документах на членство или участие в
тех или иных общественных объединениях. Принадлежность или непринадлежность
граждан к общественным объединениям не может служить основанием для ограничения
их прав и свобод, условием для предоставления им государством каких-либо льгот
и преимуществ, за исключением случаев, предусмотренных законодательством.
Федеральный закон "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности"
запрещает обусловливать прием на работу, продвижение по работе, а также увольнение
лица принадлежностью или непринадлежностью его к профсоюзу (ч. 2 ст. 9). Сходное
положение содержит и Федеральный закон "Об основах государственной службы
Российской Федерации", не допускающий при поступлении на государственную службу,
а также при ее прохождении установления каких бы то ни было прямых или косвенных
ограничений или преимуществ в зависимости, в частности, от принадлежности
к общественным объединениям, созданным в порядке, предусмотренном Конституцией
и федеральным законом (ч. 2 ст. 21). Последняя оговорка существенна, так как
она означает, что принадлежность к общественным объединениям, созданным в
ином порядке, противоречащем, в частности, требованиям ч. 5 ст. 13 Конституции
о запрете создания и деятельности объединений в антиобщественных целях, может
явиться препятствием для поступления на государственную службу.


Статья 31

Граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно без оружия,
проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Комментарий к статье 31

Закрепленное в комментируемой статье право предоставляет гражданам широкие
возможности для обмена мнениями по самым разным вопросам жизни общества. Публичные
мероприятия широко используются партиями, общественными движениями, общественными
организациями для решения различных проблем. Митинги и пикетирование активно
используются профсоюзами и работниками различных отраслей народного хозяйства
для предъявления требований органам власти, в особенности касающихся улучшения
жизненных условий, борьбы с преступностью и др. Различные публичные мероприятия
имеют существенное значение для проведения предвыборных кампаний.
Реализация права, закрепленного в комментируемой статье, является одной
из гарантий свободы мысли и слова, выражения мнений и убеждений, получения
и распространения информации, права на создание объединений, на участие в
управлении делами государства. Проведение публичных мероприятий - одно из
средств укрепления связи государственных органов с населением, изучения общественного
мнения.
Содержание комментируемой статьи соответствует положениям международных
договоров. Так, в ч. 1 ст. 20 Всеобщей декларации прав человека установлено,
что "каждый человек имеет право на свободу мирных собраний и ассоциаций",
а ст. 21 Международного пакта о гражданских и политических правах "признается
право на мирные собрания. Пользование этим правом не подлежит никаким ограничениям,
кроме тех, которые налагаются в соответствии с законом и которые необходимы
в демократическом обществе в интересах общественной безопасности, общественного
порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод
других лиц".
Положения Конституции должны конкретизироваться в текущем законодательстве.
Однако закона пока нет, и в соответствии с Указом Президента Российской Федерации
от 25 мая 1992 г. "О порядке организации и проведения митингов, уличных шествий,
демонстраций и пикетирования" (ВВС, 1992, N 22, ст. 1216) предусмотрено, что
до урегулирования Законом Российской Федерации порядка организации и проведения
митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования следует исходить из
положений Декларации прав и свобод человека и гражданина, принятой Верховным
Советом РСФСР 22 ноября 1991 г.
В соответствии с этой Декларацией осуществление указанного права не должно
нарушать права и свободы других лиц. Запрещается использование этого права
для насильственного изменения конституционного строя, разжигания расовой,
национальной, классовой, религиозной ненависти, для пропаганды насилия и войны.
Указом предписано, что до принятия соответствующего закона нормы Указа
Президиума Верховного Совета СССР от 28 июля 1988 г. "О порядке организации
и проведения собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций в СССР" на
территории Российской Федерации применяются в части, не противоречащей упомянутой
Декларации.
В Российской Федерации действует уведомительный порядок реализации права
на проведение публичных мероприятий, т.е. для их проведения не требуется специального
разрешения властей. Приведенные термины различных публичных мероприятий означают:
"собрание" - совместное присутствие группы граждан в определенном месте и
в конкретно определенное время для коллективного обсуждения и решения каких-либо
проблем или вопросов; "митинг" - массовое собрание граждан для публичного
выражения отношения к решениям и действиям лиц и организаций, событиям общественно-политической
жизни; "уличное шествие" - организованное массовое движение людей по пешеходной
или проезжей части улицы, проспекта с целью привлечения внимания к каким-либо
проблемам; "демонстрация" - публичное выражение группой людей общественно-политических
настроений с использованием во время шествия плакатов, транспарантов и иных
наглядных средств; "пикетирование" - наглядная демонстрация группой граждан
своих настроений и взглядов без шествия и звукоусиления.
Митинги, демонстрации, пикетирование нередко сопровождаются предъявлением
различного рода претензий, требований к властям.
В названном выше Указе от 28 июля 1988 г. предусмотрено, что инициаторами
проведения публичных мероприятий могут быть граждане, достигшие 18-летнего
возраста, уполномоченные общественных организаций и других общественных объединений,
отдельные группы граждан.
Уведомление в виде письменного заявления подается местной администрации
специально уполномоченным лицом не позднее чем за 10 дней до намеченной даты
проведения публичного мероприятия. В заявлении указываются цель, форма, место
проведения мероприятия или маршруты движения, время начала и окончания, предполагаемое
количество участников, фамилии, имена, отчества уполномоченных, организаторов,
места их жительства и работы, учебы, дата подачи заявления. Не позднее чем
за 5 дней до мероприятия администрация сообщает уполномоченному о принятом
решении.
Публичное мероприятие должно проводиться в соответствии с целями, указанными
в заявлении, в определенные сроки и в указанном месте.
При проведении мероприятия его организаторы и участники обязаны соблюдать
законы, общественный порядок. Запрещается иметь при себе оружие, специально
подготовленные предметы, которые могут быть использованы против жизни и здоровья
людей и для причинения материального ущерба.
Государственные органы, общественные объединения, должностные лица, а
также граждане не вправе препятствовать публичным мероприятиям, проводимым
в установленном порядке.
Проведение публичного мероприятия может быть запрещено, если цель его
проведения противоречит Конституции Российской Федерации, конституциям или
уставам ее субъектов, а мероприятие угрожает общественному порядку и безопасности
граждан.
По требованию представителей органов власти публичное мероприятие может
быть прекращено в случаях, если не было подано заявление о его проведении;
если состоялось решение о его запрещении; если нарушен порядок его проведения;
если возникла опасность для жизни и здоровья людей; если нарушен общественный
порядок.
Ответственность за нарушение порядка организации и проведения публичных
мероприятий наступает в зависимости от характера допущенного нарушения в административном
или уголовном порядке (ст. 166-1 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях
и ст. 200-1 УК РСФСР). Материальный ущерб, причиненный во время мероприятия,
подлежит возмещению в установленном законом порядке. Порядок проведения публичных
мероприятий, как это определено в самом Указе Президиума Верховного Совета
СССР от 28 июля 1988 г., не распространяется на собрания и митинги трудовых
коллективов и общественных объединений, проводимые в соответствии с законодательством,
их уставами и положениями.
В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 25 мая 1992
г. органы внутренних дел обязаны осуществлять мероприятия по охране общественного
порядка при проведении митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования,
по предупреждению и пресечению противоправных действий и привлечению виновных
к ответственности (ст. 3).
Конституционное право граждан участвовать в проведении публичных мероприятий
конкретизируется в ряде нормативных актов, включая издаваемые субъектами Российской
Федерации и органами местного самоуправления. В них учитываются особенности
регионов, возможности тех или иных населенных пунктов в плане проведения массовых
мероприятий.

Примечание

Правительством Москвы было принято Постановление о порядке организации
и проведения собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования
на улицах, площадях и иных открытых общественных местах г. Москвы от 17 марта
1992 г. N 120 (Вестник мэрии Москвы, 1992, N 7, ст. 38).
Уведомительный порядок, в соответствии с этим Положением, сопряжен с
выполнением определенных требований как со стороны организаторов массовой
акции, так и органа исполнительной власти.
Уведомление о проведении митингов и других публичных мероприятий (в Положении
- "массовые акции") подается в органы исполнительной власти уполномоченными
(организаторами) массовых акций, трудовых коллективов предприятий, учреждений
и организаций, общественных организаций (объединений), организаций общественной
самодеятельности и отдельных групп граждан в срок не ранее чем за 15 дней
и не позднее чем за 10 дней до намеченной даты их проведения с представлением
выписки из протокола заседания, на котором принималось решение о проведении
данного мероприятия.
О массовой акции с числом участников свыше 5 тыс. человек уведомляется
мэрия, до 5 тыс. - префектура административного округа, до 1 тыс. - супрефектура
муниципального округа г. Москвы.
В Положении содержатся реквизиты уведомления, указывается, что его подписывают
не менее трех уполномоченных (организаторов). Орган исполнительной власти
принимает уведомление и на его копии письменно подтверждает дату и время получения.
Положение приводит также перечень случаев, когда уведомление о проведении
массовой акции не принимается органом исполнительной власти. К их числу относятся,
в частности, такие случаи: в уведомлении отсутствуют обязательства уполномоченных
(организаторов) обеспечивать соблюдение общественного порядка; они сами или
уполномочившие их организации неоднократно не выполняли взятые обязательства
по ранее проводившимся массовым мероприятиям; акция создает реальную угрозу
нормальному функционированию предприятий, учреждений, организаций; создается
необходимость прекращения работы пассажирского и железнодорожного транспорта
из-за невозможности изменения маршрута его движения.
Уполномоченные (организаторы) массовой акции не вправе ее проводить,
если уведомление не было подано в срок или не было принято, и обязаны прекратить
ее подготовку.
Массовые акции проводятся в соответствии с целями, в сроки, указанные
в уведомлении, а также в обусловленных местах (маршрутах).

Решения и действия органов государственной власти, органов местного самоуправления,
общественных объединений, должностных лиц, ущемляющие право на проведение
публичных мероприятий, могут быть обжалованы заинтересованными лицами в порядке,
установленном Законом от 27 апреля 1993 г. "Об обжаловании в суд действий
и решений, ущемляющих права и свободы граждан".
Закон Российской Федерации "О чрезвычайном положении" от 17 мая 1991
г. (ст. 22) допускает запрещение проведения собраний, митингов, уличных шествий
и демонстраций, а также иных массовых мероприятий на период чрезвычайного
положения.
Особые условия участия в публичных мероприятиях предусмотрены в отношении
военнослужащих, что соответствует их назначению и роли, которую они выполняют
в государстве. Закон Российской Федерации от 22 января 1993 г. "О статусе
военнослужащих" (ст. 7) содержит норму, в соответствии с которой военнослужащие
вправе во внеслужебное время участвовать в митингах, собраниях, уличных шествиях,
демонстрациях, пикетировании, не преследующих политических целей и не запрещенных
органами государственной власти и управления и органами местного самоуправления.
В служебное время военнослужащие принимают участие в собраниях и общественных
мероприятиях в порядке, предусмотренном общевоинскими уставами Вооруженных
сил.


Статья 32

1. Граждане Российской Федерации имеют право участвовать в управлении
делами государства как непосредственно, так и через своих представителей.
2. Граждане Российской Федерации имеют право избирать и быть избранными
в органы государственной власти и органы местного самоуправления, а также
участвовать в референдуме.

О референдуме Российской Федерации см. Федеральный конституционный закон
от 10 октября 1995 г. N 2-ФКЗ

Об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации см.
Федеральный закон от 6 декабря 1994 г. N 56-ФЗ

Об обеспечении конституционных прав граждан Российской Федерации избирать
и быть избранными в органы местного самоуправления см. Федеральный закон от
26 ноября 1996 г. N 138-ФЗ

3. Не имеют права избирать и быть избранными граждане, признанные судом
недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору
суда.
4. Граждане Российской Федерации имеют равный доступ к государственной
службе.
5. Граждане Российской Федерации имеют право участвовать в отправлении
правосудия.

Комментарий к статье 32

1. Впервые право граждан участвовать в управлении государственными и
общественными делами было сформулировано в Конституции РСФСР 1978 г. (ст.
46) вслед за Конституцией СССР 1977 г. Его провозглашение в условиях все еще
сохраняющейся монополии на власть партийно-государственной элиты, административно-приказной
системы номенклатурного управления превращало это право в декларацию.
Последующие демократические преобразования в обществе, признание и возникновение
политического многообразия, многопартийности создали благоприятные условия
для наполнения данного права реальным содержанием. В отличие от предшествующих
конституционных установлений ст. 32 не упоминает об участии граждан в управлении
также общественными делами. Право на это вытекает из другой статьи - 30. Участию
граждан в местном самоуправлении как институте самоорганизации населения,
не входящем в систему государственной власти, посвящены ст. 12, 130-133 Конституции.
Право граждан участвовать в управлении делами государства неразрывно
связано с принципом народовластия - одной из основ конституционного строя
(см. комментарий к ст. 3). Оно юридически обеспечивает реализацию данного
принципа, включение граждан в сферу принятия и осуществления государственных
решений, в сферу политики. Тем самым преодолевается отчуждение гражданина
от государства. В свою очередь гарантиями и одновременно конкретными формами
реализации этого стержневого политического права является целый ряд других
прав, изложенных в ст. 32.
Признаваемое в ч. 1 ст. 32 право граждан полностью соответствует международным
стандартам, в частности, предусмотренному п. "а" ст. 25 Международного пакта

<<

стр. 5
(всего 33)

СОДЕРЖАНИЕ

>>