СОДЕРЖАНИЕ

Практическая манипуляция

Эффективность манипуляции сознанием тем выше, чем более скрытно она осуществляется. Именно поэтому манипуляторы прилагают колоссальные усилия для того, чтобы люди не верили в сам факт существования манипуляции, как таковой. Обратите внимание, нас постоянно убеждают смотреть как можно больше каналов телевидения, смотреть бесконечные информационные и аналитические передачи, участвовать в разнообразнейших ток-шоу и так далее. Манипуляторы говорят: всё в ваших руках, вас никто не сможет обмануть! Смотрите разные каналы, сравнивайте, и сразу поймете, где вам лгут, а где нет. На самом же деле, здесь скрыта хрестоматийная ловушка. Как раз наоборот, чем больше зритель потребляет информации, тем труднее ему в ней ориентироваться. В конце концов, информационный шум так изматывает психику человека, что он теряет способность критически воспринимать увиденное-услышанное и начинает мыслить готовыми, телевизионными штампами.

Тех, кто пытается предупредить общество, сразу же делают изгоем и подвергают моральной травле. Стоит кому-то сказать хоть слово о манипуляции, так сразу со всех сторон орава манипуляторов начинает старательно ерничать и клеить ярлыки. «Ха-ха-ха, опять теория заговора, опять масоны, манипуляторы», -наигранно хихикают именно те, кто как раз и занимается промывкой мозгов. И надо признать, действует это практически безотказно. Не случайно, в России очень мало серьезных книг, посвященных пиару, пропаганде, рекламе, то есть тем сферам жизнедеятельности, в которых манипуляция как раз и цветет махровым цветом. Разумеется, книжные лотки ломятся от макулатуры с характерными названиями вроде «Научись управлять другими», «Заставь окружающих подчиняться тебе» и так далее. В этих брошюрках и книжонках даются «ценные рецепты» на все случаи жизни, а вместе с тем, такие опусы совершенно бесполезны. Они стоят в одном ряду с «Как разбогатеть», «Как стать миллионером», «Как похудеть за 5 дней на 10 кг» и так далее.

Повторюсь, книг реально помогающих разобраться в феномене манипуляции — совсем немного. Одной из первых ласточек была книга С. Кара-Мурзы «Манипуляция сознанием», ставшая бестселлером и выдержавшая несколько переизданий, «Уши машут ослом» известного политконсультанта О. Матвейчева, из зарубежных авторов стоит отметить «Теорию когнитивного диссонанса» Леона Фестингера. Чуть позже появились несколько неплохих учебников, ну и, в общем-то, всё.

Разумеется, политтехнологи не заинтересованы раскрывать свои секреты, и в этом смысле пример О.Матвейчева является исключением. Ведь гораздо проще ловить рыбку в мутной воде. Поэтому когда в среде пиар-сообщества стали распространяться слухи о том, что группа специалистов готовит к изданию серьезный труд, посвященный актуальным проблемам российского пиара, манипуляторы занервничали. По слухам, важнейшим отличием этой книги от предшествующих, должен был стать акцент на раскрытии практических способов и технологий манипуляции сознанием. Иными словами, вместо абстрактного теоретизирования на заданную тему, авторы сосредоточились на сугубо практических вопросах.

Разумеется, это не могло не заинтересовать и нас, редакцию Контр-тв, и мы сделали все, чтобы как можно скорее ознакомиться с содержанием этой книги. Как только книга (как оказалось, учебник) вышла в свет, мы раздобыли несколько экземпляров и вот спешим поделиться впечатлениями.

Долгожданная книга называется «Основы PR», автор Эраст Галумов — один из патриархов российского пиара. Итак, вместо ожидаемой группы авторов на обложке значится один автор. Однако эта неточность выяснилась очень скоро, сам Эраст Галумов в заключении выражает благодарность внушительному «коллективу товарищей» в разной степени помогавших ему в написании учебника.

Скромное название «Основы пиара» не должно вводить в заблуждение. Перед нами действительно серьезная работа, далеко выходящая за рамки «основ».

Теория коммуникаций, организация PR-деятельности, кризисные и политические коммуникации, имидж государства — вот основные темы, профессионально разобранные автором. Подробнейшим образом, на богатейшем иностранном и российском материале показаны основные технологии внушения, лоббирования, рекламы и пропаганды, наиболее часто применяемые в современном мире.

Бен Ладен и Моника Левински, царь Николай Второй и Октябрьская Революция, классика жанра: «противостояние Ельцин-Зюганов», Буш и война в Ираке — всё можно рассматривать как пиар-образы и пиар-кампании, как ни цинично это звучит. Общественное мнение формируется сравнительно небольшой группой людей, владеющих медиа-пространством, обладающих знаниями, недоступными для остальных. По мнению автора, XXI век — это век пиара, сплава информации и психологии. Век, в котором виртуальное и эфемерное значит гораздо больше материального и реального. Сейчас сознание определяет бытие, а не наоборот, как это было в классическую индустриальную эпоху.

И ничего не свято: ради создания хлесткого образа рекламщики готовы на все. Плакаты, изображающие Христа с ружьем за спиной, Будда, рекламирующий авиакомпанию, сахар-рафинад с названием «Гексоген» (и это на фоне реальных терактов и человеческих жертв!) — все это теперь часть нашей реальности, формируемой и управляемая теми, кого патриотическая пресса неуклюже называет кукловодами. Увы, таков сейчас мир. И чтобы в нем не потеряться, необходимо научиться эффективно противостоять манипуляторам. Не верьте тем, кто говорит, что это невозможно. Сила манипулятора, в нашем незнании, а сами по себе они ничего особенного не представляют.

Редакция Контр-тв



Правительство готовит дефолт по социальным обязательствам

Главный удар придется по молодежи и старикам

Вновь старые песни о главном.

В своем Послании Федеральному собранию Президент РФ задал себе и государственным инстанциям вопрос: все ли сделано для экономического роста и социального развития, устраивает ли государство нынешнее положение дел? И дал однозначный ответ «нет», подчеркнув, что, прежде всего, «нас не устраивает уровень жизни людей».

Причем в отличие от послания 2003 года, в число самых приоритетных задач, помимо, удвоения ВВП и модернизации армии, включена задача «роста благосостояния людей», а прежняя формулировка «преодоление бедности» заменена на «уменьшение бедности». Однако генеральная направленность президентских установок заявлена вполне однозначно:

«Главный источник развития страны – это ее граждане. Для того, чтобы страна стала сильной и богатой, необходимо сделать все для нормальной жизни каждого человека…Мы должны общими усилиями создать безопасные условия жизни, снизить уровень преступности в стране. Необходимо улучшить состояние здоровья российской нации, остановить рост наркомании, избавиться от детской беспризорности.

Мы должны снизить уровень смертности, увеличить продолжительность жизни людей. Преодолеть демографический спад…

Мы вместе должны решить самые насущные для граждан страны проблемы. Это прежде всего – качество и доступность жилья, образования, медицинского обслуживания. Мы подошли к возможности решать эффективно эти задачи».

Вновь назначенное после выборов Правительство незамедлительно приступило к решению обозначенных Президентом задач. Во главу угла был поставлен вопрос «отмены льгот», замены их натуральной формы на денежную. Поскольку россиян, которые пользуются различными социальными льготами, сегодня насчитывается 103 млн. человек, то готовящиеся решения Правительства и сочувствующего ему Думского большинства затрагивают практически все социальные группы. Эти решения, по сути, представляют собой реализацию официальных предупреждений о «непопулярных мерах» в социально-экономической политике и являются логичным продолжением «шоковых» реформ 90-х годов, и вызвавших, и неявно предполагавших негативные социальные последствия (ухудшение условий жизни большинства российского населения, физического и психологического состояния людей, качества человеческого потенциала).

Замысел Правительства ориентирован на отмену всех социальных льгот с 2005 года. Хотя уже после первого раунда обсуждения этого вопроса в Думе и СМИ последовали заявления о том, что, например, льготы по оплате жилищно-коммунальных услуг будут сохранены, размер компенсации увеличен, а обозначенные меры введены поэтапно. Эти отступления от первоначальной жесткой схемы свидетельствует не столько о готовности властей учитывать общественное мнение и даже не о слабой проработанности вопроса, сколько о стремлении любой ценой разрушить пусть и не идеальные, однако психологически и экономически важные механизмы социальных гарантий для большинства населения страны, почти поголовно относящегося к малоимущим категориям.

Последовательный демонтаж системы социальных льгот идет с самого начала реформ 90-х годов, продолжился этот процесс и после 2000 года. Так, в 2001 году льготы по оплате коммунальных услуг потеряли военнослужащие, в 2003 году права на бесплатный проезд в городском транспорте были лишены почетные доноры, а права раз в год ездить бесплатно по стране на железнодорожном транспорте студенты дневных отделений. С 2005 года имеющихся льгот, скорее всего, лишатся инвалиды, ветераны и пенсионеры (примерно 32 млн. человек).

Аргументация Правительства сводится к тому, что «замена льгот денежной компенсацией более соответствует принципам рыночной экономики и может сделать социальную систему более справедливой», как заявил М.Фрадков. Также казуистически в качестве аргумента отмены льгот приводится факт неисполнения государством своих обязательств, общий размер которых составляет 2,8 трлн. рублей (более 21% ВВП). Полагается, что перевод льгот в денежную форму якобы повысит исполнение обязательств. Вице-премьером А.Жуковым названа величина предполагаемых денежных компенсаций в 170 млрд. рублей в 2005 г., при нынешнем уровне прямых бюджетных затрат (федеральных и региональных) в 40 млрд. рублей. Однако налицо целенаправленная манипуляция с цифрами, поскольку общий объем льгот оценивается в 165-500 млрд. рублей (в зависимости от метода оценки). Размер очевидного набора льгот достигает не менее 1200 рублей по самым мягким допущениям, тогда как для большинства нынешних льготников предполагается размер компенсации порядка 400-500 рублей.

Не случайно независимые эксперты признают, что «компенсация не будет адекватной». Характерно, что даже по данным опроса Министерства здравоохранения и социального развития, только 38% из 50 тысяч опрошенных льготников согласны получать льготы не натурой, а деньгами.

Относительно «соответствия» намеченных мер принципам рыночной экономики» следует иметь в виду, что в западных странах распространены и бесплатные услуги для социальных льготников, и денежные компенсации этих льгот. Так, в Италии бесплатно лечат инвалидов, ветеранов войны, детей до 6 лет, а также пенсионеров, если ежегодный доход их семьи ниже 36 тысяч евро. В Великобритании льготы на медицинское обслуживание еще более щедрые (за лечение зубов не платят беременные женщины и несовершеннолетние дети, ветераны войны и малоимущие британцы имеют право на бесплатные лекарства). В Испании кроме пенсионеров и людей с серьезными заболеваниями на бесплатные лекарства имеют право и призывники – альтернативщики, выполняющие важную социальную работу. Во многих странах денежные компенсации предлагают не инвалидам или пенсионерам, а молодым семьям. Например, почти во всех европейских странах за рождение ребенка мать получает солидную премию от специального социального фонда.

Все это означает, что ссылки на некий рыночный опыт преимущественно денежной формы социальных льгот попросту некорректны. Они камуфлируют продолжающееся следование Правительства курсом «Вашингтонского консенсуса», основанным на постулатах социальной безответственности и мнимой экономической эффективности. Главное для Правительства — не решить назревшие социальные проблемы, а ужать государственные расходы, фактически – провести дефолт по социальным обязательствам. Помимо прямых негативных последствий для населения, это означает гарантированный неэффективный структурный сдвиг в ВВП в сторону сокращения объема благ, производимых в отраслях, основанных на знании, информации и интеллекте. Но это – всего лишь очередной шаг в реализации долгосрочной антисоциальной программы. Ее предыстория включает в себя несколько принципиальных «реформ».

Во-первых, введение плоской шкалы налогов с доходов физических лиц оказалось прямо направлено против бедных и малообеспеченных групп населения. Для них ставка налога увеличилась с 12 до 13%; возрос налоговый пресс, который и прежде был в 2 раза обременительнее, чем у высокооплачиваемых групп.

Во-вторых, введение единого социального налога (ЕСН) перечеркнуло формирующуюся страховую систему с внебюджетными фондами. В результате такого «превращения» взносы предпринимателей, фактически осуществляемые за счет фонда оплаты труда, трансформировались в обычный государственный налог. ЕСН стал собственностью государства, утратив целевую направленность.

В-третьих, введение пенсионной системы накопительного типа за счет торможения роста пенсий сегодняшних пенсионеров ведет к снижению действующих ставок пенсий, дополнительной налоговой нагрузке для лиц младше 37 лет, к аккумуляции «длинных» рублей в руках государства с неопределенными целями.

В-четвертых, реформа ЖКХ ориентирована не столько на вывод его из плачевного состояния, сколько на получение в распоряжение ряда частных структур фонда жилищных субсидий, который по размеру приближается к пенсионному; его использование будет еще менее прозрачным, учитывая износ фондов в 70-80%.

В-пятых, введение единого государственного экзамена (ЕГЭ) создало новые привилегии для тех, кто обучается ближе к центру в оборудованных на современном уровне и укомплектованных учителями школах. Сегодня в России треть школ не имеет не только полного комплекта преподавателей, но зачастую водопровода, канализации, отопления и электричества, качество обучения в таких школах на порядок ниже того, что требует ЕГЭ.

В-шестых, внедрение так называемой адресной социальной помощи, эффективность которой близка к нулю, а доля денежных трансфертов в доходах населения составляет сегодня менее 2%, открыло новый источник для чиновничьих злоупотреблений.

В-седьмых, начавшаяся «оптимизация» сети учреждений культуры и искусства, а также здравоохранения, науки, других социальных подотраслей ведет к массовому упразднению объектов социальной сферы. В том же «оптимизационно-ликвидационном» духе предполагается поэтапный переход от финансирования содержания социальных организаций по смете к финансированию их основной деятельности по договору предоставления услуг населению.

По сути, вместо структурного сдвига в пользу отраслей, в которых создается интеллектуальный потенциал и сами основы жизни, именно эти отрасли стали подвергаться тяжелому бюджетному прессингу. Кроме морально-этических изъянов этой стратегии, попытка ее реализации гарантированно торпедирует столь необходимый экономический рост.

Знаковым для всей социальной политики является заявление М.Зурабова: «Уровень доверия населения к тем решениям, которые принимает правительство, не очень высок. Но наша обязанность – дать россиянам возможность (заработать пенсию). Если же человек не хочет этим заниматься, у нас нет права навязывать ему свои услуги». Иными словами, Правительство вполне цинично ведет не вызывающую доверия политику по насаждению социальных институтов, которые противоречат ожиданиям подавляющего большинства граждан. Две трети даже будущих пенсионеров не верят государству. В целом, внедряемые Правительством новации не выходят за рамки прежней, либерал-монетаристской политики. А «новая» социальная политика Правительства Фрадкова представляет собой не что иное, как лицемерно прикрываемое лозунгами «уменьшения бедности» системное лишение большинства граждан остатков социальной защищенности. С учетом масштаба и характера социальных проблем России подобные приоритеты в государственной политике представляются антинародными, подавляющими шансы на повышение жизненного уровня и преодоление демографического кризиса.

Геноцидный жизненный уровень

Нынешний уровень жизни россиян остается вдвое ниже, чем в 1991 году. При этом минимальная заработная плата меньше 700 руб. в месяц или четверть от прожиточного минимума трудоспособного населения; среднемесячная начисленная заработная плата равняется примерно 5 долл. США в день; 20 млн. человек (одна треть работников) имеют заработок ниже прожиточного минимума; 60% работников (40 млн. человек) не обеспечивают заработком даже минимальных своих потребностей и потребностей одного ребенка; различия в оплате труда 10% высоко- и 10% низкооплачиваемых работников составляют 30 раз. Рост средней заработной платы, происходящий в последние годы означает, главным образом, ее опережающее увеличение в высокооплачиваемых группах населения.

Сегодняшняя граница бедности оказалась в 1,5 раза ниже принятого в 1991 г. уровня и составляет 1800 руб. (2002), или 60 долл. в месяц (2 долл. в день), что, с точки зрения нормативов ООН, соответствует лишь уровню развивающихся стран. Распределение доходов населения показывает, что доля бедных достигает 25% (36 млн. человек); половина граждан страны имеет доходы меньше 4 долл. в день; десятая часть не обеспечена даже продуктовой корзиной; половина российских детей живет в состоянии бедности!

О чрезвычайно низком уровне потребления свидетельствует тот факт, что в среднем затраты на питание достигают половины общих расходов семей, в то время как в развитых странах этот показатель не превышает 20-30%.

Наиболее тяжелые последствия реформ связаны с чрезвычайным ростом социальной поляризации. Об этом свидетельствует распределение доходов населения. Так, разрыв в доходах 5%-ных крайних групп с наибольшими и с наименьшими доходами достигает, как минимум, 50 раз; «верхней» 20%-ной группе населения принадлежит 46% общего фонда доходов, а «нижней» – лишь около 6% . По существу, ныне существуют две России, которые живут в разных измерениях, плохо понимают друг друга, имеют различные ориентации и предпочтения, собственный спрос и рынок предложений товаров и услуг. Поляризация доходов влечет за собой дезинтеграцию общества, вызывает рост агрессивности и депрессивности.

В целом, по имеющимся оценкам, вследствие реформ большинство населения «проиграло» и никак не может приспособиться к нынешней жизни. В выигрыше от реформ оказалась лишь пятая часть населения. На фоне беспрецедентных масштабов бедности и социальной несправедливости бурно растет паразитарный бизнес, криминалитет и административные надстройки, тратящие присвоенные общественные ресурсы на иллюзорные, искусственно сформированные потребности. По оценке академика Д.Львова, 92% доходов от собственности распоряжаются 7% населения, среди которых решающую роль играют 12 семей.

Если называть вещи своими именами, то в ситуации с «отменой льгот» мы сталкиваемся с новым этапом стратегии геноцида в отношении российского народа. Согласно Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него, принятой ГА ООН в 1948 г., под геноцидом, в частности, подразумеваются предумышленное создание для какой-либо национальной, этнической или религиозной группы таких жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное физическое ее уничтожение, причинение умственного расстройства, предотвращение деторождения….

Демографическая деградация. Процесс реформ, по народному выражению, «подобрал слабых»: страна к 2003 году избыточно потеряла около 8 млн. человек, преимущественно от болезней сердца и сосудов головного мозга. Потери «неродившихся граждан» составили 14 млн. человек. Официально естественная убыль населения с 1990 года составила 7 млн. человек. Демографические процессы имеют однозначно катастрофический характер. Так, рождаемость характеризуется следующими тенденциями:

• абсолютное число родившихся за последние 15 лет сократилось почти в 2 раза – с 2.5 млн. в 1987г. до 1.4 млн. в 2002 г.;

• суммарный коэффициент рождаемости сегодня составляет 1,25, в то время как для замещения детьми родителей он должен достигать 2,15;

• общество устойчиво ориентируется на однодетную семью: одного ребенка имеют 54% семей, двух – 37%, трех и более – 9%; 15-17% супружеских пар бесплодны.

Еще в 1990 году в России не было ни одной области, где родилось бы менее 10 детей на 1000 человек населения. Через десять лет таких областей стало 65.

Еще более драматично складывается ситуация со смертностью в России:

• общий коэффициент смертности неуклонно растет в отличие от стареющих европейских стран, а численность умерших в 1,7 раза превышает число родившихся за тот же период времени;

• отмечается сверхсмертность мужчин, особенно трудоспособного возраста. При сохранении современного уровня смертности из россиян, достигших в 2000 году 16 лет, до 60 лет доживут менее половины мужчин. Продолжительность жизни мужчин, которым сейчас 25 и более лет, равна или даже меньше продолжительности жизни в конце XIX в.. Тревожна ситуация в армии – половину всех потерь личного состава составляют самоубийства.

В стране остается высокой и младенческая смертность: сейчас этот показатель достигает 13 на 1000 детей в возрасте до 1 года, что в 3-4 раза больше, чем в развитых странах.

Прогнозы общей численности населения России, предлагаемые различными организациями, неутешительны: к 2025 г. россиян будет 125 млн., а к середине текущего столетия – лишь около 100 млн. человек, то есть нас станет меньше на 45 млн.

Еще одно существенное следствие сдвигов 90-х годов – это падение качественных характеристик населения по трем основным группам индикаторов: здоровье (физическое, психическое, социальное), интеллектуальный потенциал и профессиональная подготовленность, духовно-нравственные ценности и ориентации.

В частности, отмечается рост заболеваемости, особенно по болезням социальной этиологии (туберкулез, сифилис, СПИД/ВИЧ, инфекционный гепатит). Прогнозы показывают, что к 2010 г. 8-11% (или 13 млн. человек) населения будет ВИЧ-инфицировано, преимущественно молодежи и женщин в активном репродуктивном возрасте. Экспоненциально растет наркомания, особенно среди детей в возрасте от 11 до 17 лет. Численность больных наркоманией достигает 4 млн. человек; ежегодно вследствие употребления наркотиков умирает 70 тыс. человек.

Особенно опасным является снижение репродуктивного здоровья. За десятилетие в 2,6 раза увеличилось число детей, больных уже при рождении (40%). Каждое поколение детей обладает в тенденции меньшим потенциалом здоровья, чем их родители. Так возникает «социальная воронка». проблемы здоровья перемещаются из групп населения старшего возраста в группы детей и молодежи. С 1999 г. отмечается интенсивный рост числа инвалидов (примерно на 1 млн. человек в год). Общая их численность составляла в 2002 г. более 14 млн. человек (7.5% населения); по прогнозам, в 2015 г. она возрастет до 20 млн. (15% населения).

Россия продолжает оставаться донором «интеллектуального капитала» для остального мира. Ежегодно из России уезжает порядка 100 тыс. человек. Только в США проживает ныне порядка 3 млн. русскоязычных выходцев из бывшего СССР. Причем это в основном квалифицированные специалисты, которым не нашлось применения в родной стране.

В России происходит относительное «старение» коренного населения, что может в обозримой перспективе привести к резкому сокращению численности населения. Численность населения в возрасте до 15 лет сократилась с 35,1 млн. человек в 1959 году до 13,6 млн. человек в 2001 году, то есть в 2,6 раза. Численность населения пенсионного возраста (мужчины 60 лет и более, женщины 55 лет и более) увеличилась за тот же период с 13,8 млн. человек до 20,5 млн. человек – в 1,5 раза.

Подобная демографическая ситуация чревата также скорым серьезным ухудшением экономических показателей развития страны. Но у проблемы есть и другой – географический – ракурс. Для страны с территорией 17,1 млн. квадратных километров и традиционно низкой плотностью расселения резкое сокращение населения означает разрушение территориальной инфраструктуры страны, что является прямой угрозой экономической безопасности страны.

Кризис рождаемости в ближайшее время способен вызвать значительную нехватку работоспособного населения для решения основополагающих вопросов государственности, поддержания инфраструктуры России. Об этом сказал в своем Послании и Президент. По прогнозам, в скором времени произойдет сокращение доля населения, проживающего в северных и восточных территориях. До 2016 года при сохранении нынешних тенденций ожидается сокращение численности населения Сибири и Дальнего Востока на 8%, северных и приравненных к ним территориях – на 12,0%. К самым мрачным прогнозам располагает вывод академика А.Вишневского: «Сегодня сравнительно низкая миграция китайцев в Сибирь ограничивается во многом властями КНР. А если однажды державная рука немного ослабит узду? Если возникнут кризисные явления в экономике? Миллионы китайцев просто пересекут границу, и их, скорее всего, не удастся ни сдержать, ни ассимилировать».

В целом, показатели качества жизни продолжают катастрофически ухудшаться. По сравнению с 1998 годом в 2003 году смертность поднялась на 22%, убийства – на 32%, самоубийства – на 6%, разводы – на 76%.

Контуры ответственной социальной политики. Текущие инициативы Правительства по отмене социальных льгот, действующие ориентиры среднесрочной экономической политики не содержат решения коренных социальных проблем страны. Напротив, провоцируя хаос административных преобразований в системе соцобеспечения, нарушая сложившиеся стереотипы поведения большинства населения в сферах, затрагиваемых льготами (проживание, проезд, образование, лечение и т.п.), эти инициативы неизбежно обернутся резким снижением и без того мизерной социальной поддержки. Акцент на « оптимизации» бюджетных расходов на основные отрасли социальной сферы — здравоохранение, образование, культуру — делается в то время, когда их плачевное состояние требует существенного роста государственного финансирования «человеческого капитала» страны. Кроме того, совсем не рассматривается узловая проблема социальной сферы – задача повышения заработной платы, от решения которой зависит, в конечном счете, судьба всех других социальных проблем.

Для неотложного решения социальных проблем необходима стратегия, направленная на создание трехуровневой конструкции, ориентированной на защиту населения.

Первый уровень — это комплекс базовых социальных гарантий, которые государство обеспечивает всем членам общества на минимально приемлемом уровне для создания равных стартовых возможностей. Определенная область социальной жизни остается вне рамок страховых рисков. С одной стороны, это касается социально уязвимых групп населения, а с другой — затрагивает социально значимые сферы жизнедеятельности общества. Так, в рамках пенсионного обеспечения речь идет о социальных пенсиях и пенсиях для инвалидов детства. Здравоохранение в обязательном порядке включает лечение социально опасных заболеваний, проведение профилактических мер и предупредительных действий по охране здоровья па государственном уровне. Масштабы бесплатного образования определяются также в формате минимальных социальных гарантий, уровень которых зависит от значимости конкретных видов интеллектуального потенциала.

Все расходы по обеспечению минимальных гарантий должны финансироваться из государственного бюджета за счет налоговых платежей.

Второй уровень общей конструкции социального обеспечения – это всеобъемлющая обязательная программа государственного страхования от социальных рисков: потеря работы, болезнь, старость, утрата кормильца. В современных условиях чрезвычайно низкого уровня и высокой дифференциации доходов населения решающее значение имеет реализация принципа солидарности, с помощью которого перераспределяются поступления от некоторых «финансирующих» подгрупп общества в пользу «получающих» подгрупп. Главный источник финансирования в этом сегменте — фонды обязательного страхования, формирующиеся на базе страховых платежей работодателя и работника.

Третий уровень системы — это разнообразные конструкции, гарантирующие свободу реализации интересов тем гражданам, кто в силу своей материальной обеспеченности нуждается лишь в этой свободе, а также защите ее от криминальных посягательств и бюрократии. Очевидно, что сюда входят, прежде всего, социальные услуги, предоставляемые на началах платности, а также негосударственное пенсионное обеспечение и добровольное страхование всех видов. Очень важны при этом четкие механизмы сочетания платности и бесплатности в сфере здравоохранения, на всех ступенях образования, обеспечения жильем и коммунальными услугами.

Главное условие социальных реформ — их системность и взаимосвязь с общей стратегией социальной политики. Нельзя реформировать пенсионную систему, принципы защиты от безработицы, проводить жилищно-коммунальную реформу, не меняя прожиточного минимума и оставляя неизменным положение с оплатой труда.

Реформирование отраслей социальной сферы необходимо проводить с позиции не освобождения Минфина от социально-чувствительных функций, а решения задач, обозначенных, в частности, в Президентском послании: улучшения здоровья детей и молодежи, сохранения и развития интеллектуального потенциала страны и т.п.. Имеющаяся система социальных индикаторов позволяет осуществлять эти меры с весьма удовлетворительной эффективностью.

Формирование комплексной социальной политики предполагает не только четкое определение роли государства в этом, федерального и регионального уровней, но и воссоздание негосударственных институтов социальной поддержки – деловых и общественных организаций.

Ключевой вопрос социальной политики – ресурсное обеспечение. Стремление сократить расходы по социальным статьям находится в явном противоречии с планируемым профицитом бюджета, ростом стабилизационного фонда, золото-валютных резервов. Аргументы правительства по поводу риска наступления «черного дня» игнорируют то обстоятельство, что этот день уже давно наступил. Что может быть «чернее» для страны, если значительная часть ее населения превращена в нищих и бедных, больных и угнетенных?

Призывая к сокращению государственного вмешательства в экономику, исполнительная власть стремится лишь к уменьшению бюджетных обязательств. При сохранении и даже увеличении общего объема финансовых ресурсов, находящихся в распоряжении государства, данный призыв означает, по сути, не расширение экономических свобод, а стремление к свободному использованию бюджетных средств самим правительством. О реальной направленности бюджета 2004 года свидетельствует тот факт, что примерно треть его средств выделяется на финансирование силовых ведомств, в то время как отрасли и сферы, реально обеспечивающие экономический рост и саму жизнеспособность общества, остаются на «голодном пайке». Форсируемое властями вступление в ВТО приведет к дальнейшему усугублению социально-экономического положения.

Аналитическая группа
glazev.ru

Использованы материалы Госкомстата РФ, ИТАР-ТАСС, Интерфакса, Известий, Ведомостей, выступлений и статей В. Путина, С.Глазьева, Н. Римашевской, Р. Гринберга, А. Рубинштейна, И.Гундарова, А..Гранберга, Д.Львова, А.Купцова и других.


Времена, 20 июня: Back in USSR…

«Матч Россия – Германия. Наши проигрывают с разгромным счётом. На трибуне сидит старый дед, сильно переживая из-за проигрыша своей команды. После очередного пропущенного гола, он вскакивает и начинает орать:
– Сынки, да что же вы, а? Мы же их били и под Москвой, и под Сталинградом, и под Курском, и под Кенигсбергом, и под Берлином!…
Сидящий рядом грузин говорит:
– Э-э, дэд, чиво шюмишь, да? Тогда у вас другой трэнэр бил…»
(Анекдот)

Передача «Времена» с Владимиром Познером» становится всё более полезной для страны и для народа, поскольку поневоле становится инструментом разоблачения маразматического и уродливого явления, именующегося «Независимой Российской Федерацией». Не случайно А.А. Зиновьев назвал нынешнюю РФ «рогатым зайцем».

Сам того не желая, Познер открывает нам важные для понимания происходящего истины. В обсуждении темы передачи (позорное выступление российской сборной на чемпионате Европы), как в зеркале отразился уровень нашей псевдоэлиты, её возможности и перспективы.

Все были при деле.

Познер, вместе с «экспертом» по Православию по фамилии Лейдерман, отчаянно убеждал аудиторию: это, оказывается, Православие виновно в том, что россиянские футболисты играют хуже дворовой команды. Вот, дескать, в СССР был атеизм – и ничего, играли неплохо. А вот теперь Православие развели – и на тебе. Под корень эту Русскую Православную Церковь! Да и сам футбол не русская игра. Русские получили футбол как средство борьбы с революционными мыслями у рабочих, а в книге аглицкой так и написано: русские играют «не творчески». Не умеют. Не доросли. В отличие от «цивилизованных народов».

В конце концов – а не излишняя ли централизация России является виной тому, что мы плохо играем? Может, ну её, эту централизацию? Объявим парад суверенитетов – и тогда наши ка-ак заиграют! На страх врагам…

Ему вторил Газзаев: да, есть определённые проблемы. Но я верю! Всё будет хорошо! И бизнес вот пошёл в футбол! Правда пока нет ничего и не понятно, с какой радости появится разрушенная материальная и кадровая советская база – но верить в хорошее всё равно нужно!

Колосков просто говорил про «объективные трудности», пережёвывая то, что мы постоянно слышим сегодня с высоких трибун. Все были многоучёными и заранее правыми всегда и во всём.

Кроме народа (не хочется его называть не «населением» и не «электоратом»). По словам Познера, трансляции смотрели около 60 % телезрителей. О чём это говорит? О любви к футболу? Или о том, что люди устали от поражений и унижения своей страны, по которым её ведёт нынешняя «элита». И люди готовы были цепляться за что угодно, хоть за футбол – лишь бы почувствовать гордость за свою страну.

Но им даже это не смогла предоставить «псевдоэлита».

Если вслушаться в то, что говорили участники передачи, потрясали две вещи.

Во-первых, ВСЕ, даже искренне ненавидящий нашу страну вообще, а СССР в особенности, Познер, все говорили о том, как эффективен был СССР для развития отечественного спорта. Все (особенно «футболисты») сожалели о превосходной спортивной базе тех лет. Все с сожалением говорили: и практика подготовки молодых кадров тогда была на высоком уровне, а сейчас её просто нет. И единый Союз эффективнее обеспечивал и развитие союзного, и республиканских уровней спорта. Что от единого организма единой и могучей страны было хорошо всем – кроме наших противников. И 1988 год с его серебром на чемпионате Европы стал логичным апофеозом великой, уничтоженной изменниками страны. Все это признавали практически открыто.

А во-вторых – никто не брал на себя ответственность за нынешнее состояние дел. Ладно Познер – разламывать Россию его работа. Но ведь позиционирующие себя в качестве защитников интересов нашей страны чиновники от спорта – они-то не могут не понимать, что являлись прямыми соучастниками немыслимого развала и советского спорта, и всего государства? Все они нагрели руки на его разрушении, а теперь рассказывают нам, как «хорошо было тогда», а сейчас – «есть определённые проблемы». Да не «проблемы» это, а полный развал! И объяснениями, что, дескать, бизнес придёт и вольёт денег в спорт, и тогда, дескать, спорт станет эффективным, изумляют полной утратой контакта говорящего с реальностью. Либо говорящий понимает, что несёт полную чушь и считает слушателей за идиотов, либо он утверждает это на «полном серьёзе». Но тогда непонятно, есть ли у него минимальный здравый смысл.

Бизнес уже показал, КАК он заботится об «интересах страны». У него свои интересы и вкладывать средства в подготовку новых кадров для отечественного спорта он не станет. Кадры, молодые перспективные спортсмены – это такие же ресурсы, как нефть, газ и фосфаты. Они будут проданы «инвестором» за рубеж платежеспособному клиенту. Собственно, сейчас именно так и делается: «легионеры» выкладываются полностью для своих зарубежных хозяев. Игра на свою страну для них – неблагодарный, хоть и почётный, субботник. В лучшем случае – «халтурка».

Вкладывать сотни миллионов долларов в развитие инфраструктуры подготовки кадров бизнес опять же не станет. Вернее – станет, но подготовленные кадры уйдут туда, где за них больше заплатят. Уже сейчас, чтобы отдать мальчишку в хорошую спортивную школу, родители вынуждены заплатить солидный «откат». Вокруг ставшего рыночным спорта и его немалых (выкачанных со спонсоров и из бюджета) денег вьётся такой криминал, что ни о каком «спортивном развитии страны» и речи нет.

Если сравнить то, на каких условиях сегодня поступают в спортивные школы наши дети с тем, как при «злых коммунистах» эти самые «коммунисты» (и беспартийные) ходили по школам и приглашали ребят заниматься спортом – совершенно бесплатно – крайне любопытными выглядят увещевания сытых спортивных чиновников рыночной Россиянии: «Всё будет хорошо!».

Впрочем, то, что у «них» всё будет хорошо, никто не сомневается. А у спорта?

Все, не скрывая радости, вспоминали о советских футбольных победах. На Познера вообще страшно было смотреть, видя, как он смаковал кинохронику 50-60-х годов. А уж когда он рассказывал об успехе московского «Динамо», которое в 45-м без импортных тренеров и легионеров выиграло серию встреч у ведущих английских клубов, возникло ощущение «дежа-вю»: таким мы не видели и не слышали его с 1986 года, с телемостов «Москва-Сиэттл», где он с пеной у рта отстаивал свои незыблемые социалистические принципы.

Но все эти люди, когда пришло время, продали и свою страну, и свой спорт. Как многие из советских людей, в массе своей в конце 80-х, возжелавших жизни, где работают по-позднесоветски, а получают зарплату по-новоевропейски, участники передачи – Познер, Газзаев, Чухрай, Колосков – консолидировано показали нам с телеэкрана, что хотят внешних условий советских, а собственного потребления – рыночного.

Все они поражены «рыночной диареей». Так, Колосков запросто употреблял обороты типа «если мы реально посмотрим на вещи», объясняя «ОБЪЕКТИВНЫЕ ПРИЧИНЫ» бесславного выступления. Но при этом никто из них РЕАЛЬНО не задался вопросом: а кто конкретно виноват? Вот было хорошо – стало плохо. А виновен-то кто? Разве не он сам?

Особенно рыночная зараза стала заметна, когда Газзаев совершенно естественно пояснил нам: выиграют в последнем матче у российской сборной на чемпионате греки, потому что – внимание! – у них, греков, «запредельная мотивация – пройти в следующий уровень чемпионата». А у российской сборной – «ТОЛЬКО честь и достоинство».

Вот это и есть и приговор, и диагноз. Честь и достоинство – это, по Газзаеву, не мотивация.

Они видят проблемы только в одном — в деньгах. Они даже не понимают, что утрачены не «крытые стадионы», на которые постоянно ссылался Колосков, а первоосновы сознания патриотов и победителей. Они не в силах осознать, что разрушены не экономика, а нравственное самосознание страны, алчно выставленной на рыночную панель.

Бедные душой и совестью обыватели, занимающие командные места – чего от них можно ждать?...

Они даже не подступились к обсуждению реальных проблем, породивших бесславное выступление российской сборной на чемпионате.

Ладно: понять, «кто виноват», не сложно. Виновата людоедская Система, возникшая на обломках гордой и могучей страны.

Но неужели не видно: главная беда и проклятье России сегодня – в отсутствии у власти, у «псевдоэлиты», стремления вести свою страну к Победе? Нет, вдохновенных монологов о «величии России» и «более амбициозных задачах», мы слышим немало (они даже прерываются «бурными аплодисментами» зала – когда заходит разговор о том, что «итоги приватизации не будут пересматриваться»). Но, кроме разговоров, нет ничего. Нужна реальная политика, когда люди увидят: власть и говорит, и делает одно и то же. Нужна реальная политика, имеющая целью развитие страны по всем направлениям – и по спорту в том числе. Нужно реально показать людям: для власти ЧЕСТЬ И ДОСТОИНСТВО – важные понятия, не пустой звук. Людям нужна реальная созидательная ИДЕЯ. Тогда они смогут всё. А вместо этого власть потихоньку – так, чтобы не нервировать «общественное мнение» – сдаёт всё, что только можно сдать. Одного тренера поменяли на другого, «освоили средства», пошили новую форму – кардинальные перемены к лучшему налицо… А к 2008 году так и вообще что-то изменится…

Видно, построенный на крови и чудовищном предательском разрушении нынешний рыночный либерализм не может оторваться от своих грехов. Сегодняшний строй не созидателен – он разрушителен. И продолжает доедать то, что ещё осталось, успокаивая граждан обещаниями «а вот скоро лучше станет!»… И при чём тут Православие? Чем оно провинилось перед Познерами-Лейдерманами? Как раз в СССР общество, несмотря на официально декларируемый атеизм, было неизмеримо религиознее, чем сегодняшний похабно-безбожный, погрязший в разврате, бандитизме и безнравственности «социум». И, может, стоит иногда вспоминать слова Серафима Саровского: «Церкви будут стоять и сиять – но молиться в них будет нельзя».

Пожалуй, наиболее реалистичным на передаче, всё же был ведущий. Он прекрасно знает, чего ему нужно достичь. Он ангажирован Системой на то, чтобы приучать нас к постоянным и неминуемым поражениям, провалам и неудачам нашей страны. Вспомним, как мы удивляемся, когда снова и снова по телевизору крутят пожар, сбитый вертолёт, сданную российски-ориентированную территорию, разрушенное предприятие. Мы думаем: ну зачем нам в очередной раз это показывают? Не можем больше на этот кошмар смотреть! – и переключаем программу.

Мы не понимаем: тем, кто крутит этот кошмар, и нужно, чтобы мы «переключали программы». Им нужно, чтобы мы не протестовали, не боролись, не отстаивали интересы своей страны и своего народа. Кукловодам необходимо, чтобы мы ПРИВЫКЛИ и не сопротивлялись. Для этого нас и приучают постоянными трансляциями катастроф, убийств и позора. Это – типичная манипуляция сознанием. Нашим сознанием.

Демонстрация сдачи Аджарии, позора в Косове, издевательств над русскими в Прибалтике, вытеснения нас со всех рынков, разрушенных и разворованных заводов, жирующие на фоне этого физиономии Аяцкова, Абрамовича и Чубайса, а теперь ещё и позора в футболе – всё это призвано приучать нас к постоянным поражениям. Это – выработка и поддержание в нас «комплекса национальной неполноценности». Вы, жители России, ничего не умеете. У вас не осталось космоса, авиапрома, союзников, спорта, флота, боеспособной армии, честных и любящих свою страну лидеров («даже это вы, бараны нецивилизованные, не смогли организовать!»). У вас не осталось НИ-ЧЕ-ГО! Сидите – не рыпайтесь.

И такая работа происходит не в одной отдельной передаче. В каждом своём выпуске Познер умело и сноровисто уничтожает наши волю и сознание. Обратим внимание, как рассказывает Чухрай (и ведущий ему не мешает), что «это для меня – не способ национального приоритета», «я не понимаю, что это за горе…». Обратим внимание, как Познер демонстрирует, что и аудитория, и чиновники от футбола не верили в победу. Вот, показывают нам, смотрите – у вас все запрограммированы на поражение! Последний раз побеждали при СССР, но там был атеизм. А сейчас и СССР нет – и Православие. Так что победы вам не видать, как своих ушей! Привыкайте…

… Нашей «псевдоэлите» ничего не создать. Да она и не собирается. Её задача – выдоить из страны всё, что только можно, но так, чтобы страна не опомнилась, не сообразила, что ей «пускают кровь». Для этого жертву нужно усыпить и приучить к перспективе смерти.

Для этой важной цели и созданы такие «Времена». Они усыпляют, лишают нас воли к защите своей страны.

Но, глядя на эти «Времена», мы можем и должны учиться. Мы можем видеть слабые и сильные стороны врага. Мы должны понять, ЧТО нам нужно делать, чтобы защитить свою Родину.

Сегодня у нас смертельно опасные «Времена». Но если мы станем правильно думать и научимся понимать происходящее – у нас наступят правильные и безопасные для наших людей времена.


Событие недели. 14-20 июня

Событие прошедшей недели – достойное выступление сборной России на чемпионате Европы в Португалии. Искренне жаль болельщиков, искренне жаль всех тех, кто рассчитывал на победу СВОЕЙ СТРАНЫ. Руководство России не оставило им, как говорится в спортивных комментариях, «ни единого шанса».

Поражение печально, но само по себе оно лишь закономерный итог полутора десятков лет «развития» российско-демократического спорта. А точнее – результат политики, проводимой современной российской (вернее – россиянской) псевдоэлитой.

Поражения бывают у всех. На них учатся и стараются в следующий раз победить, вооружившись горьким опытом. Только в том случае, когда есть чёткое стремление к Победе, можно извлечь пользу из поражений.

Но для этого как раз и нужно такое «стремление». Необходимо, чтобы лидеры, руководство, власть – те, кто призван и взял на себя обязанность вести за собой, имели волю к Победе. Но ничего этого сегодня мы не видим.

Ужасающее состояние отечественного футбола, равно как всего остального спорта, полностью отражает состояние всего государственного организма сегодняшней России. Последние пятнадцать лет Система, олицетворённая «россиянской псевдоэлитой», не создавая ничего нового, исправно добивает то, что осталось от СССР.

Что случилось с подлодкой? Она утонула. Что произошло со станцией «Мир»? Она упала в океан. Что случилось с «Бураном»? На него упала крыша. Куда делся флот? Он порезан на металлолом и продан. Что случилось с армией? Она реформирована…

Идут какие-то процессы, издаются во множестве законы, принимаются президентские и иные программы, говорятся умные слова – но ничего полезного не делается. Вместо дел – деградация и болтовня.

Реальная деятельность по строительству государства заменена пиаром. Пиар – вместо хай-тека. Пиар – вместо внутренней политики. Пиар – вместо защиты наших интересов на международной арене.

Даже вместо спорта и то — сплошной пиар. Ну ладно, одели перед выборами верхушку «Единой России» в форму сборной, провели предвыборную акцию. Но вы хоть команду нормальную отстройте, создайте систему отбора и воспитания молодых спортсменов! Добейтесь, чтобы в вашей «фирменной» команде играли не продажные легионеры, а наши, российские футболисты. Восстановите ХОТЯ БЫ ЗДЕСЬ то, что разрушили, когда делили Советский Союз, раз ничего больше не можете восстановить. Ведь сами же будете опозорены, когда ваша пиаровская сборная с треском продует первому встречному.

Нет, даже на явно необходимые шаги эта псевдоэлита не способна в принципе. Ломать – не строить, тем более, если строить и не умеешь.

Самое ужасное, что псевдоэлита не только не умеет, она даже и не хочет, и не собирается учиться. Ей не нужно отстраивание страны – у неё иные цели. Она не ставит перед собой восстановительные задачи. И даже не хочет открыто признать ошибки, совершённые ею за последние пятнадцать лет. Констатировать факты – это пожалуйста. Но вот причины назвать… Тут в лучшем случае дело ограничивается констатацией факта, что «кто-то кое-где у нас порой, честно жить не хочет».Вместо воссоздания спорта – рокировка тренеров. Вместо программ восстановления экономики – пиар-акция по «удвоению ВВП» и «поддержке малого и среднего бизнеса». А что – и правильно: если фактически уничтожены базовые отрасли промышленности, только и остаётся, что поддерживать МСБ…

Уже в западных СМИ можно прочесть, что проблема России – в отсутствии у её руководства чёткой и осознанной позиции. Дело просто доходит до возмутительных и подлых вещей: наши офицеры, выполнявшие служебное задание, просто брошены властью на произвол судьбы в Катаре и сидят в тюрьме в ожидании смертного приговора. А власть даже не удосужилась честно поговорить об этом с народом. А зачем? Общественное мнение – это мнение тех, кого ни о чём не спрашивают. И все факты, свидетельствующие о неспособности и нежелании тех, кто назвал себя «современной российской элитой», защищать интересы своей страны и об отсутствии у них целостной политики, направленной на защиту этих интересов, вполне укладывается в законченную и логичную но, увы, безрадостную, картину.

Наша сегодняшняя элита совершенно недееспособна в смысле развития и восстановления страны. Она преследует свои цели, отличные от целей, необходимых для развития России и, похоже, утратила связь с реальным миром. Переместившись в мир «пиар-действий» и «пиар-технологий».

Нужно только понимать: действительность – дама строгая. Она жестоко мстит тому, кто утрачивает с ней контакт. Проигрыш сборной РФ – начало проигрыша псевдоэлиты.



Прогноз развития ситуации в РФ

1. Состояние власти и государства

— Период хаоса и беспорядочного разрушения структур советской государственности («ельцинизм») закончился. В ближайшей перспективе будут преобладать два процесса: 1) Упорядоченное разрушение сохранившихся советских социальных, экономических и государственных структур (например, армии, образования) с переводом РФ, под давлением США, в состояние периферийной страны. 2) Деградация и разрушение больших систем жизнеобеспечения (например, ЖКХ) — процессы, которые власть стремится, но не может взять под контроль.

Оба эти типа процессов переплетаются и сочетаются.

— Неудача всего замысла реформы, если исходить из заявленных целей, очевидна. Однако отказ власти от коррекции курса реформ является открытым, принципиальным и реальным. Замысел реформ, реализация которого привела к разрушению хозяйства и социальной сферы, продолжает выполняться. Таким образом, не осталось никаких сомнений в том, что действительной целью реформ были именно те результаты, которые и достигнуты. Следовательно, речь никак не может идти об ошибках или некомпетентности бригады реформаторов как во времена Ельцина, так и Путина.

Оппозиция должна исключить из своих заявлений тезис об «ошибках и некомпетентности» власти. Говорить можно только о сознательной политике и сделанном верховной властью историческом выборе, который противоречит интересам большинства населения РФ.

— За первый срок президентства Путина произошла стабилизация на ряде направлений государственной политики и экономики. Имеет место прирост производства в ряде отраслей, в основном работающих на экспорт (добыча нефти, производство металлов, удобрений, некоторых видов машин и химических продуктов).

Отрицать эти изменения — ошибка. Видеть за ними поворот к выходу из кризиса — еще большая ошибка. Во-первых, «очаговое» (по территории и по отраслевой структуре) оживление производства является именно признаком превращения РФ в периферийный придаток метрополии, такие улучшения наблюдаются даже в колониях. Эти «очаги» не соединяются в систему и не оживляют народного хозяйства в целом. Даже напротив, рост добычи нефти и энергоемкого производства на экспорт подрывают энергетическую базу для восстановления народного хозяйства.

Кроме того, рост производства ограничен размерами простаивающих из-за кризиса производственных мощностей, часть которых стала загружаться после 1998 г. благодаря высоким ценам на нефть и удорожанию доллара. Мощности эти предельно изношены морально, они сильно сократились количественно за годы простоя. Их обновления не происходит, следовательно, потолок роста очень невысок.

В лучшем случае при нынешнем курсе стабилизация производства произойдет в ближайшие годы на уровне, при котором ни страна, ни население не могут выжить. Жизнь страны в настоящий момент иллюзорна, т.к. она питается ресурсами, сохранившимися от советской системы, но их запас иссякает.

— За последние годы власть и государство в целом полностью утратили функцию целеполагания. Утопические ложные цели Горбачева и Ельцина, создававшие хотя бы иллюзию смысла, полностью дискредитированы. Бригада Путина принципиально отказалась от выдвижения большой цели, большого «проекта», перейдя к предложению ситуативных формальных задач (удвоить ВВП, построить вертикаль власти и пр.). Для российской государственности этот переход означает глубокий кризис власти, ее неспособность выполнить одну из главных своих функций — объединения народа для «общего дела».

Другим признаком кризиса (и одновременно причиной углубления кризиса) является полная неспособность власти к рефлексии (то есть к анализу предыдущего этапа, собственных решений и действий) и к диалогу с обществом. Дело тут не в отсутствии гласности и откровенности — диалога и рефлексии нет внутри самого аппарата власти. Она является принципиально необучающейся системой.

В мировоззренческом, интеллектуальном и творческом плане та властная бригада, которую объективно смог собрать Путин, оказалась не на уровне стоящих перед РФ проблем.

— По причине вышесказанного, в РФ продолжается и даже начинает углубляться кризис легитимности власти. Тот факт, что он происходит при ее полной легальности и внешней политической стабильности, не меняет дела. Не сложилось общего убеждения, что власть в ее нынешней конфигурации с ее нынешним стратегическим курсом гарантирует выживание страны и народа. Это и означает, что данная власть нелегитимна («не от Бога»), она является временным, переходным явлением и неизбежно будет заменена настоящей властью. Признаком такого состояния был постоянный резкий разрыв между тем, как население оценивало Путина с его символическими жестами, и правительство с его реальными делами.

Авторитет Путина («кредит доверия») базируется именно на преходящих, временных ресурсах — на эффекте контраста с Ельциным по параметрам имиджа (а не политического курса); на благоприятной экономической конъюнктуре, давшей части населения передышку в страданиях от кризиса; на символических ущемлениях наиболее одиозных фигур прежнего режима; на эффективных пропагандистских акциях. Этот ресурс иссякает, и его замены на что-то более основательное не предвидится. Напротив, процессы, подрывающие образ Путина и легитимность его власти (например, деградация ЖКХ и старение жилого фонда), имеют массивный и неумолимый характер. Достаточно какому-то из этих процессов приобрести лавинообразный характер, и кризис власти также станет обвальным (подобно кризису февраля 1917 г. или лета 1991 г.).

2. Результат реформ и развитие кризиса

Радикальная реформа происходит в СССР и РФ с 1987 г. — почти 20 лет. По своей глубине воздействия на общественный строй правильнее было бы считать ее революцией. В западной литературе часто говорится «номенклатурная революция» или «революция сверху», в российской печати возникло понятие «революция регресса». Поскольку в левой традиции слову революция придается символический положительный смысл как освободительному повороту, будем употреблять термин реформа.

Антисоветский поворот стал возможен при возникновении альянса внутренних политических сил в СССР с внешним противником СССР в холодной войне. Этот альянс сложился на основе договоренности о разделе «трофеев». Завоеванием внешнего противника стала ликвидация СССР и социалистического лагеря с потенциальной возможностью установления «Нового мирового порядка». Добычей внутренних антисоветских сил и их нейтральных (или даже «внутренне советских») пособников стали общенародная собственность СССР, сбережения граждан, политическая власть и крайне дешевая рабочая сила. С этими завоеванными в ходе реформы ресурсами нынешнее господствующее меньшинство обустраивается в РФ и создает себе тылы для отступления на Западе.

Потери, которые при этом объективно понесло большинство населения СССР и РФ, колоссальны, хотя их субъективное восприятие людьми искажается посредством мощной манипуляции сознанием. Если исходить из масштабов этих потерь и их последствий для жизни людей, то правильно будет расценивать предыдущий этап реформ как гражданскую войну нового типа, в ходе которой организованное и поддержанное Западом меньшинство одержало победу и произвело захват необходимых для жизни страны и населения ресурсов. Побежденное большинство расплачивается за свою несостоятельность в этой войне.

Если на первом этапе (Горбачев и Ельцин) основанием для кризиса были непосредственные военные действия (разрушение несущих конструкций жизнеустройства страны — производства, культуры, государственности и социальной сферы), то на нынешнем этапе развитие кризиса предопределяется тем, что «победители» не пошли на мирные переговоры с населением и мирный договор не заключен. Страна живет в состоянии неустойчивого перемирия, которое обычно устанавливается на оккупированных территориях. Реформы не поддержаны и не могут быть поддержаны населением, оно лишь приспосабливается к ним в рамках пассивного сопротивления, в том числе с массовым использованием антисоциального и преступного поведения (вандализм, хищения, насилие).

Никаких шансов на воссоединение расколотого общества на основе принятия нынешней реформы нет, как нет шансов и на подавление «молекулярного» сопротивления этой реформы. Кризис развивается в новых формах и с новой динамикой. Его исход предопределен тем, что в рамках принятого курса реформ оказалось невозможно «послевоенное восстановление», а свернуть с этого курса властная бригада В.В.Путина по ряду причин сама не в состоянии (независимо от субъективных желаний отдельных членов этой бригады).

При описании ситуации лучше исходить из разумного предположения, что, захватив собственность и произведя в достаточной степени демонтаж советской политической системы, нынешнее господствующее меньшинство было заинтересовано в создании стабильного общественного порядка, пригодного хотя бы для существования самого этого меньшинства на завоеванной территории. Иными словами, у реформаторов имелась, помимо разрушительной, некоторая конструктивная программа.

Действительно, эта программа, хотя и изложенная туманно, сводилась к тому, чтобы переделать главные системы жизнеобеспечения страны, сложившиеся в советское время, на новых («рыночных») основаниях, по «новым чертежам». Это и стало бы возникновением нового порядка, нового «общественного строя».

Эта конструктивная программа реформаторов базировалась на ряде фундаментальных ошибок и неверных предположений. Вследствие этого она изначально была обречена на провал. К тому же затянувшийся этап разрушения привел к исчерпанию унаследованных от СССР ресурсов, так что конструктивная программа осталась без средств.

К настоящему моменту можно констатировать почти очевидный провал планов по перестройке на рыночных основаниях сложившихся в РФ промышленных и сельскохозяйственных предприятий, жилищно-коммунального хозяйства, энергетической и транспортной систем, образования и здравоохранения. Очень слабы или недопустимо расточительны вновь созданные рыночные системы финансов и торговли, до сих пор не удается создать новую, контрактную армию взамен почти ликвидированной Советской армии. Не перестроены, а всего лишь предельно ослаблены советские МВД и службы госбезопасности.

Таким образом, нового жизнеспособного общественного строя в ходе реформы установить не удалось — страна живет использованием старых советских систем, которые сама же власть продолжает разрушать. Это создало порочный круг кризиса, который уже приобрел характер исторической ловушки. Из него нет выхода без революции.

3. Динамика главных угроз для страны и народа

В обществе господствует ощущение неустойчивости нынешней жизни и назревания целого ряда угроз — при неспособности власти эти угрозы блокировать. Субъективное восприятие угроз и рисков в разных социальных группах различно, «карта страхов» населения подвижна и подчиняется сигналам телевидения. В то же время общая структура перечня ощущаемых угроз довольно устойчива. Если отставить в сторону внешнеполитические угрозы, то этот перечень сводится к следующему.

— Угроза дальнейшего обеднения основной массы населения.

Система распределения собственности и доходов, созданная в ходе реформы, не позволяет в достаточной мере финансировать государство, даже его абсолютно необходимые функции. При нынешнем курсе реформ единственным источником, из которого еще можно получить дополнительные средства, являются доходы благополучного большинства населения. Поэтому все актуальнее становится опасность новой большой программы правительства по потрошению карманов «среднего класса» и пенсионеров. Первой ласточкой стало введение обязательного страхования личных автомобилей, которое изъяло у населения около 5 млрд. долларов. На подходе гораздо более крупномасштабные изъятия.

Главный механизм будущих поборов — реформа ЖКХ. Расходы по содержанию этой отрасли хозяйства, возлагаемых целиком на население (при иллюзорных дотациях крайне бедной его части), составляют колоссальную сумму. Она еще резко увеличится после вступления в ВТО и неизбежного повышения тарифов на газ и электроэнергию до мирового уровня. Эти обязательные выплаты каждой семьи существенно снизят благосостояние населения. Еще более мощным ударом по нему станет введение обязательного страхования жилья (по первоначальным расчетам, его ставки должны были составить 2% рыночной стоимости жилья в год, затем они были подняты в планах правительства до 3%).

— Общее обеднение государства и населения, не позволяющее содержать главные системы жизнеобеспечения.

Это угроза всеобъемлющая, она касается всех сторон жизни современного цивилизованного общества. Эта угроза реализуется быстро, что выражается в прогрессирующей архаизации жизни все большей части населения. Разница лишь в том, что утрата одних благ цивилизации (например, электричества или отопления) гораздо нагляднее и болезненнее, чем утрата других (например, образования или здравоохранения).

Судя по динамике разных процессов, ранее всего перейдет в критическую стадию невозможность государства и населения содержать в дееспособном состоянии ЖКХ — и прежде всего водоснабжение и отопление. В городской среде наиболее опасен кризис водоснабжения (канализации), в связи с чем государство и местные власти идут в настоящее время на большие внешние заимствования на ремонт водопроводов. Эта мера несоизмерима с масштабом угрозы и сопряжена с большими отложенными издержками (города не смогут расплатиться).

Гораздо быстрее идет разрушение системы теплоснабжения, и расходы на то, чтобы остановить этот процесс, настолько велики, что их нельзя покрыть за счет внешних займов. Ввести эти расходы в платежи населения за услуги ЖКХ также нельзя, т.к. они слишком велики, государство ремонтировать теплосети также отказалось. Угроза массового отказа теплоснабжения не блокируется даже в малой степени. По оценкам Госстроя (начало 2004 г.) только для стабилизации состояния в ЖКХ требуются разовые затраты в размере 5 триллионов руб. или 160 млрд. долларов.

Лавинообразный характер приобрело после 1999 г. старение жилого фонда и переход его в категорию ветхого и аварийного. Причиной этого стало почти полное прекращение с 1992 г. плановых капитальных ремонтов, и в настоящее время государство уже не в силах остановить этот процесс. Реально эта угроза не блокируется и никаких разумных мер не планируется, хотя власти обязаны отселять жителей из аварийных домов.

— Деградация производственной базы страны при новой системе хозяйства.

По целому ряду причин новые собственники производственных предприятий и новая государственная система не могут содержать всю систему предприятий в дееспособном состоянии и эффективно их использовать. Это стало очевидным уже на втором этапе реформы, после 1992 г., что и привело к параличу производства и массовой распродаже новыми собственниками основных фондов и оборудования по цене металлолома.

После 1999 г. происходит частичное оживление производственной системы, но уже не в виде целостного народного хозяйства, а в виде анклавов более или менее современной промышленности с угасанием и архаизацией остальной части хозяйства. Инвестиции в производственную базу и инфраструктуру столь малы, что нет и речи об их восстановлении в объеме, достаточном для нормальной жизни страны и населения. Довольно скоро утрата современной технической базы для производства необходимых изделий и продуктов приобретет критическое значение, а средств для импорта не прибавится.

— Деградация трудовых ресурсов страны.

Эта угроза сочетается с предыдущей и предопределяет быстрое сокращение производственного потенциала страны ниже минимально необходимого уровня. Ухудшение трудовых ресурсов выражается и в снижении квалификации нового поколения работников, и значительном ухудшении их здоровья и, главное, в подрыве трудовой мотивации. Идеологическая кампания, проведенная в ходе реформы, сделала труд на производстве совершенно непрестижным в глазах молодежи. Резкое снижение зарплаты новыми собственниками предприятий завершило этот процесс.

— Угроза природных и техногенных катастроф.

Эта угроза становится непреодолимой вследствие подрыва или ослабления производственной базы, инфраструктуры, квалификации и мотивации работников и государственного управления. В нынешнем состоянии государство и общество неспособны содержать безопасную среду обитания населения и сохранность достояния страны. Те явления стихии и сбои техносферы, которые раньше были привычными инцидентами и могли удерживаться под контролем, сейчас ведут к большим потерям и требуют для ликвидации последствий больших затрат. Перспективы развития этой угрозы неблагоприятны, поскольку ресурсные возможности борьбы с ней сокращаются, а износ техносферы делает ее все более потенциально опасной.

— Угроза массовой преступности.

Реформа привела к массовой безработице и бедности с одновременным разрушением культурных устоев общества. Результатом этого стало возникновение огромного количества выброшенных из общества людей, значительная часть которых стала вести антисоциальный образ жизни. Это — комплексная угроза обществу, хотя наибольшее внимание привлекает преступность и преступное насилие.

В последние годы в РФ регистрируется в год более 1,5 миллионов только тяжких и особо тяжких преступлений. Их реальное число значительно больше. В жизни большинства граждан РФ риск стать жертвой преступления, в том числе с насилием, стал реальным и очень вероятным. При любом резком обострении общего кризиса жителям городов и поселков может угрожать всплеск преступности, вышедшей из-под контроля. Это — особый срез тлеющей в РФ холодной гражданской войны, таящий в себе опасность ее радикализации и перехода в «горячие» формы.

— Угроза массовой бесконтрольной миграции населения.

В результате реформы оказалось сломано хозяйственное равновесие между регионами, которое было достигнуто в советский период. Произошло резкое расслоение регионов по доходам и наличию рабочих мест. Следствием этого стал массовый выезд людей на заработки из регионов, терпящих депрессию или социальное бедствие, в благополучные или богатые города. Множество таких мигрантов живет в тяжелейших условиях, остается без доступа к образованию и здравоохранению, часть из них опускается и втягивается в преступные группировки. При этом возникает преступный черный рынок рабочей силы, на этой почве возникают социальные и национальные конфликты, создаются очаги потенциальной нестабильности и опасных кризисных ситуаций в случае ухудшения экономической обстановки.

Отдельную угрозу представляет бесконтрольная миграция из-за рубежа в малонаселенные районы Дальнего Востока и Сибири, которая относится уже к категории внешнеполитических угроз.

4. Тип российского общества и перспективы развития социального конфликта. Расстановка сил в конфликте

Как признался уже Андропов, «мы не знаем общества, в котором живем». Советское обществоведение, принявшее в качестве методологической основы для изучения общества исторический материализм, оказалось несостоятельно. Метод истмата, созданный для описания истории становления современного Запада, не только не позволил объяснить, но даже и верно описать характер русской революции и главные противоречия истории СССР. Это стало одной из причин беспомощности Советского государства на исходе ХХ века, а затем и слабости оппозиции. Это же незнание нашего общества частично объясняет крах конструктивной программы реформаторов.

Положение левых партий сегодня осложняется тем, что новое знание о нашем обществе добыто в ходе разрушения советского строя и поэтому противоречит всему официальному советскому обществоведению. Советское обществоведение исключало саму возможность того, что произошло в СССР, не желало и слышать о том, «чего не может быть никогда», а потому не обладало интеллектуальными инструментами для наблюдения. Это знание даже не может быть выражено на языке КПСС и раздражает тех, кто сохранил верность этому языку.

В отличие от гражданского общества Запада, наше общество и в период существования Российской империи, и в форме СССР относится к категории традиционных обществ. Революция 1905-1917 гг. предотвратила превращение России в зону периферийного капитализма, а советский проект позволил произвести модернизацию хозяйства и индустриализацию с опорой на присущие традиционной культуре идеалы и навыки солидарности и взаимопомощи (а не конкуренции, как это было на Западе).

В середине 80-х годов, в доктрине перестройки, а затем реформы, была поставлена задача смены цивилизационного типа советского общества с переходом его на присущие западному капитализму отношения купли-продажи и конкуренции. Или, другими словами, задача превращения нашего традиционного общества в гражданское, западного типа. Эта программа потерпела неудачу, и поставленная цель не была достигнута (хотя общественное сознание было деформировано и частично изуродовано). Наше общество сохранилось как традиционное, хотя и с испорченными несущими конструкциями. Это резко усложняет задачи как власти, так и оппозиции. Преимуществом оппозиции является тот факт, что она, в отличие от власти, не подчиняется диктату Запада (США), который в отношениях с традиционными обществами проявляет исключительную тупость и жестокость.

Чем быстрее оппозиция составит для себя верное представление о природе и особенностях российского общества, тем быстрее она найдет верный язык для общественного диалога и выработки проекта преодоления кризиса, тем меньше потерь понесет общество в момент острого социального противостояния.

Вывод о том, что нынешнее российское общество в главном сохранило черты общества традиционного, является достаточно надежно установленным. Его надо принимать во внимание при выработке оппозицией и стратегии, и тактики своей деятельности, а также при поиске нового языка, соответствующего современной действительности. Из этого вывода следует также ряд практически важных для оппозиции утверждений.

Прежде всего, это подкрепляет предположение, что реформаторам не удастся никакими силами создать в РФ дееспособное целостное хозяйство по типу западного капитализма. Во-вторых, оппозиции не удастся сплотить свою социальную базу с помощью методов и лозунгов классовой борьбы.

Дореволюционное российское общество не разделилось на классы. Под идеологией классовой борьбы в начале ХХ века скрывалась борьба подавляющего большинства народа против паразитического сословия дворян и помещичьего землевладения, а также борьба народа против наступления капитализма, ведущего к разделению общества на антагонистические классы и превращению России в периферию Запада. В советский период «классовость» общества еще более снизилась, и к концу ХХ века мы подошли как практически бесклассовое общество, хотя и с возрождением многих черт сословности (что, кстати, вызывало резкое неприятие трудящихся и было использовано в антисоветской пропаганде).

Нынешнее господствующее меньшинство, господство которого неизбежно ведет к ликвидации России как территориальной, политической, хозяйственной и культурной целостности, не представляет собой класса. Это маргинальная, не способная к социальному воспроизводству группа, не обладающая ни культурной идентичностью, ни жизнеспособной идеологией. Она не может выработать проект жизнеустройства страны, ее собственность не получила легитимности в российском обществе и даже в среде самой этой группы. Большинство населения РФ рассматривает ее как социально больную, почти преступную группу. Борьба с нею не может носить классового характера, назвать ее буржуазией — значит узаконить ее захваченную в ходе приватизации собственность.

С другой стороны, объективно противниками этого меньшинства являются все те, кто не желает или не может жить без независимой России. Это большинство, разделенное рядом неантагонистических или даже созданных искусственно противоречий, также не образует класса и не обладает классовым сознанием. По своим главным ценностям, интересам и типу культуры это советские люди. Их борьба против господствующего меньшинства (красноречиво назвавшего себя «новыми русскими») носит не классовый, а скорее уж национально-освободительный характер, как борьба против ига небольшого, но сильного племени кочевников, сумевших с помощью хитрости и эффективной организации временно подчинить себе советский народ. В такой борьбе применение приемов и языка классовой борьбы сразу вызывает раскол и распри внутри объективно союзного большинства.

После 2000 г. общество живет в принципиально новой политической ситуации. Закончились боевые действия антисоветской войны, и большинство народа, включая большинство борцов против «империи зла», оказались у разбитого корыта. Идет трудный процесс осмысления произошедшего, и в ходе этого процесса происходит «пересборка» политических сил. Если отсеять главное от второстепенного и найти адекватный язык для диалога, то оппозиция может объединить гораздо более широкую коалицию политических сил, чем это удавалось в период ельцинизма. Но для этого надо верно провести главную линию фронта и выработать способы нахождения компромиссов и заключения пактов для преодоления неглавных противоречий.

5. Состояние общественного сознания

Для политической партии важно не только понимание природы общества, но и его состояния в данный конкретный период. Наше общество в данный момент больное (в этом коренное отличие от периода революции начала ХХ века, когда российское общество было на подъеме). Болезнь его имеет давние предпосылки, однако для нас актуальным является духовный кризис, вызванный перестройкой.

Любое общество в состоянии болезни требует от политической партии особого языка и особых методов работы. Но традиционное общество болеет по-иному, чем общество гражданское, западное. Следовать в этот момент западным учебникам и урокам западной политической практики — вдвойне большая ошибка.

Самое тяжелое поражение общественного сознания производит в нашем обществе разрушение священных символов, очернение или осмеяние идеалов, скрепляющих людей в народ и охраняемых коллективной исторической памятью. Именно эту разрушительную работу провела во время перестройки идеологическая машина КПСС под руководством М.С.Горбачева и А.Н.Яковлева (при этом растравлялись все раны и трещины). У граждан СССР была поставлена под сомнение или даже временно разрушена система взглядов, в которой они могли ориентироваться в проблемах добра и зла. Именно поэтому они в начале 90-х годов не могли определить даже свои насущные интересы, занять какую-то позицию и выразить свое отношение к действиям реформаторов. Общественное сознание было парализовано.

Процесс разрушения общественного сознания (хотя бы в его верхних слоях) приобрел характер цепной реакции и угрожал распадом общества и радикализацией его осколков, вследствие чего даже власть была вынуждена принимать меры, чтобы его приостановить и взять под контроль (были придушены наиболее агрессивные и разрушительные программы телевидения типа НТВ Гусинского-Киселева, приглушено осмеяние и очернение Великой Отечественной войны, возвращена музыка Гимна Советского Союза и пр.). Это — нормальная техническая реакция, в этих действиях власти нет никаких признаков пересмотра политического курса.

В данный момент «испорчен» целый ряд важных структур общественного сознания, прежде всего навыки рационального мышления, мера (способность «измерять», взвешивать явления общественной жизни), способность к рефлексии (анализу предыдущих состояний) и предвидению. Эта болезнь поразила все слои общества сверху донизу и все политические движения. В относительно лучшем положении находятся обедневшие, но не выпавшие из общества слои трудящихся, для которых сохранение здравого смысла является условием физического выживания. В политическом спектре лучше положение левой оппозиции, поскольку она ближе к этим социальным слоям, а ее критическая позиция питается здравым смыслом.

Наиболее сложным является диалог с молодежью. Она стала объектом наиболее разрушительного воздействия на сознание. Для подрыва советского строя и вообще отношений солидарности в молодежном сознании был создан образ Запада как жизнеустройства «неограниченных потребностей и удовольствий». В целом увлечение Западом пошло на спад, но в сознание уже внедрена система потребностей, которая не может быть удовлетворена в России ни при каком строе, она разрушительна для общества и для личности. Эта утопическая система потребностей является самым сильным идеологическим оружием США в их программе культурного империализма. Индустрия рекламы, особенно на телевидении, имеет главной целью внушение невыполнимых запросов и претензий, которые при столкновении с реальностью расщепляют сознание молодежи, вызывают апатию или толкают к антисоциальному поведению. К подавленному рекламой разуму трудно обращаться с идеями солидарности и мобилизационного проекта.

Однако удар идеологов перестройки и реформы не прошел в глубь сознания, и главные устои нашей культуры не пострадали. Народ и общество не рассыпались, сохранилась общность языка, смыслов и глубинных представлений о мире и человеке. В этом — основание надежды на восстановление страны и справедливого солидарного жизнеустройства. На это в конечном счете и ориентированы программы оппозиции. Но для того, чтобы они были восприняты обществом как инструмент политической практики, необходимо лечение общественного сознания, «починка» перечисленных выше «испорченных» структур.

Эта проблема является фундаментальной, для ее решения нет готовой теории и методологии. В России революция произошла под «заемным» знаменем марксизма, а по мере развития Советского строя, принципиально противоречившего истмату, теория марксизма все больше расходилась с реальностью. Сегодня, после ликвидации советской власти и ее официальной идеологии, к фразеологии марксизма (а тем более к его сути) восприимчива лишь небольшая часть пожилых людей, даже небольшая часть КПРФ. Язык марксизма сегодня непригоден для «починки» общественного сознания.

Если признать, что либерализм также не овладел массовым сознанием или затронул только самые верхние слои сознания части молодежи, то положение России в духовной сфере оказывается исключительно сложным. Здесь нет ни религии, ни теории, ни производных от них социальных мифов, которые могли бы соединить общество и оправдать усилия, необходимые для выхода из кризиса. В других цивилизациях, которые уцелели после экспансии Запада и начали свой проект развития, необходимая духовная основа есть. Это — Китай и Япония, Юго-Восточная Азия, Индия и Исламский мир. Заметим, что ни в одной из них марксизм не является уже оболочкой, в которой «упакованы» идеи справедливости и благоденствия, — эти идеи излагаются на языке собственных культур.

Православие, на которое многие возлагали надежды как на возможное ядро для стабилизации общественного сознания, видимо, не может выполнить объединяющую роль. Это выявилось уже в начале ХХ века, когда Церковь не смогла указать никакого пути, альтернативного революции. Причина — в самой сути Православия как истинно христианской религии, уходящей от мирских конфликтов. Вторая причина исправимая, но не исправляемая — невежество и религиозная бесчувственность активных «интеллигентов в Православии», которые лихо смешивают Богово и кесарево и отпугивают людей своим напором.

Состояние политических партий оппозиции, да и левопатриотической интеллигенции, не на высоте этой задачи и в организационном плане. Все сложившиеся политические силы, представляющие фрагменты общества, уже привязаны к определенному образу и языку. Все они прошли за 90-е годы максимум своей способности к консолидации людей, и ни у одной из них эта способность не достигла критического уровня. Общество остается не связанным каким-то проектом и неспособным к мобилизации.

Либеральные идеологи исчерпали свой ресурс, ибо практически все убедились и согласились в том, что гражданского общества в России не возникло. Капитализм, даже не родившись, выродился в воровство. По инерции Явлинский удерживает часть интеллигенции, сдвигающейся влево от СПС, но и этот «социально-либеральный» проект уже на излете.

«Патриоты-громилы» (типа Жириновского и Лебедя), которые эксплуатировали расщепленное национальное сознание, также с середины 90-х годов теряли паству, поскольку связного социального проекта предложить в принципе не могли.

«Единая Россия», как «партия начальников», от выдвижения большого проекта принципиально отказывается, ограничивая свою роль конъюнктурной задачей поддержки данного конкретного президента.

КПРФ — партия с самой большой объединяющей способностью. Происходящие в ней процессы и поиск путей обновления — очень важный для всего общества и сложный вопрос. В скором времени состоится съезд КПРФ, и мы получим информацию о том, как видят руководители и идеологи партии ситуацию и тенденции ее развития.

Опыт последних лет показал, однако, что авторитет КПРФ в массовом сознании во многом создан низовыми организациями, реальная идеология которых сводится в основном к здравому смыслу и стихийной философии справедливости. Для выработки большого проекта такой идеологической базы недостаточно, и на новом этапе необходимо философское обновление оснований Программы КПРФ, которое придало бы ей большую объединяющую силу.

6. Расстановка политических сил

Карту расстановки политических сил в их отношении к оппозиции надо составлять в двух уровнях: на уровне объективных глубинных интересов и идеалов («чаяний») и на уровне конъюнктурно внушенных или воспринятых интересов и установок («расхожих мнений»).

Очень часто установки двух уровней друг другу противоречат. Например, в 1989—1990 гг. шахтеры объективно были заинтересованы в сохранении советского строя, но идеологически были подготовлены к тому, чтобы требовать его ликвидации. Это — пример расщепления сознания, которое сейчас в той или иной степени испытывают все социальные группы. Вести политическую работу, обращаясь одновременно к обоим уровням сознания, — высокое искусство. Имея по возможности наиболее достоверные «карты» на обоих уровнях, можно избежать тяжелых ошибок и не обладая таким искусством — с помощью методичной работы.

На основании множества признаков можно предположить, что на уровне «чаяний» сторонниками программы (точнее сказать, общего направления) оппозиции является подавляющее большинство граждан РФ. Но актуальным это единство может стать только в ходе преодоления тех противоречий между уровнями сознания, которое наблюдается в обществе. Люди должны упорядочить свою шкалу ценностей и определить, чего они хотят в главном. Такое упорядочение быстрее идет в условиях крайнего кризиса (каким была, например, Гражданская война 1918—1920 гг. — что и обусловило победу красных). Задача оппозиции — ускорить этот процесс, не дожидаясь катастрофы.

Для разделения сторонников и противников на стратегических и тактических любая партия должна определить главное противоречие нынешнего политического этапа. Это — важнейший вопрос политической программы партии. По отношению к нему проходит главная линия фронта. Уже после того, как эта линия определилась, можно выяснять, кто из тех, кто попал в армию противника по второстепенным причинам, может перейти на нашу сторону, а кто из нашего лагеря на деле попал к нам по ошибке. Переходы в условиях хаоса политической борьбы — обычное дело, надо только их предвидеть и не строить иллюзий.

На наш взгляд, главное противоречие в нынешней РФ создано попыткой изменить культурные основания и тип нашего общества, «модернизировать» его по западному образцу. Большинство тех, кто желает этого, видит возможность такого поворота в создании социально-экономических и политических структур («общественного строя») современного западного капитализма. Не должен удивлять тот факт, что в число этих «западников» перешла весьма большая часть гуманитарной интеллигенции, которая в советское время исповедовала марксизм. Они искренне и с достаточным основанием считают, что, с точки зрения марксизма, советский строй был «неправильным». Остается действовать строго по Марксу — принять капитализм и ожидать, когда он исчерпает свой потенциал в развитии производительных сил.

На уровне «чаяний» на этой же стороне оказываются те «красные западники», которые ожидают установления в РФ капитализма с тем, чтобы уже сегодня вести подготовку к пролетарской революции. Тактически они, однако, являются союзниками, поскольку ведут борьбу с нынешним режимом как «диким капитализмом». Этому проекту противостоит расколотое и раздробленное большинство, которое интуитивно или сознательно пришло к выводу, что смена культурных оснований и попытка построения «западного капитализма» не приведет к установления какого бы то ни было общественного строя, совместимого с жизнью страны, а превратит ее в периферийное пространство («сырьевой придаток Запада»). Соответственно в России не будет ни капитализма, ни пролетарской революции.

Это большинство, объединенное общими «чаяниями», внутри себя ведет ожесточенный спор и даже борьбу на уровне второстепенных противоречий, во многих случаях созданных искусственно. Стравливание частей этого большинства — главное оружие его принципиальных противников. Попытки преодоления вторичных разногласий и консолидации большинства на основе общих фундаментальных интересов, которые предпринимались в 90-е годы, потерпели неудачу, но в стратегическом плане образование общего фронта возможно и необходимо. Требуется трезвый анализ прежних попыток и выработка нового основания для союзных отношений.

Разумеется, внутри этого большинства есть и основательные разногласия относительно политического и социального устройства будущей России. Например, часть «белых» патриотов занимает антикоммунистическую позицию и сохраняет иллюзию возможности установления в России «национального капитализма». У части интеллигенции, напротив, сохраняется иллюзия «окультуривания» нынешнего режима с помощью демократических процедур со сдвигом его к социал-демократии. И та, и другая иллюзии в общественном сознании тают, поэтому с такими группами следует вести теоретическую дискуссию, не считая их противниками.

Еще большая часть общества использует антикоммунистическую и антисоветскую риторику «по службе» (как, например, работники госаппарата) или в качестве «обывателей», тянущихся к любой власти. При изменении ситуации они эту идеологическую оболочку легко сбросят, а по главным интересам и идеалам они являются потенциальными союзниками. Превратить их в скрытых союзников, попутчиков или противников — в огромной степени зависит от самой оппозиции.

В перспективе социальная база оппозиции должна расти как следствие двух процессов: вызревания угроз, с которыми в принципе не может справиться режим, действующий в рамках нынешнего курса реформ; восстановления связного рационального мышления и осмысления причин и природы кризиса. Насколько оппозиция использует эти возможности — зависит от ее способности обновить свою идейную, методическую и организационную базу, привести ее в соответствие с новой ситуацией. Старые язык и логика на предстоящем этапе работать не будут, они исчерпали свой ресурс. Это касается всех партий, вышедших из горбачевской перестройки и имеющих определенную программу.

Отдельный вопрос — тенденции в позиции власти. Видимо, в этой позиции главным фактором являются прагматические, а не идейные соображения. Власть заинтересована прежде всего в политической стабильности и готова будет ограничиться ритуальной руганью в адрес оппозиции, если она этой стабильности не угрожает. Если же влияние оппозиции будет расти, то власть, скорее всего, будет стараться мешать этому процессу с помощью всего арсенала средств дискредитации и создания административных и прочих помех. Однако если авторитет оппозиции успеет достичь критического уровня, после которого вражда с нею сама становится фактором обострения ситуации, то власть будет идти на компромисс. Условий для установления диктатуры в стране нет, т.к. угрозы носят объективный и массивный характер, а в таких условиях именно диктатура может легче всего «вывернуться» в патриотический режим типа советского — иначе справиться с угрозами будет нельзя.

7. Оптимистический сценарий выхода из кризиса

Пессимистические сценарии предполагают, что «контролируемое угасание» РФ закончится распадом страны и разделом частей между великими державами с превращением их в марионеточные псевдогосударства, в которых будут распоряжаться транснациональные «экономические операторы».

Рассматривать такие сценарии нет смысла, поскольку если они реализуются, то обучаться действовать в новых условиях придется на ходу. Оппозиция к таким условиям не готова, и даже рационально представить себе их мы не можем.

Но главное, эти сценарии предполагают, что нынешний режим имеет достаточно времени, чтобы контролировать постепенное угасание духа и культуры народа, его незаметное превращение в беззащитную массу, готовую принять любое иго. На деле деградация систем жизнеобеспечения идет настолько быстро, что уже в обозримом будущем для значительной части населения станет очевидным выбор — или население в массе своей должно пережить социальную и техносферную катастрофу с риском гибели большого числа людей, или оно должно соорганизоваться, чтобы изменить нынешний порядок. Страна имеет достаточно ресурсов, чтобы в краткие сроки восстановить и привести в порядок все системы жизнеобеспечения, но сделать это на рыночных принципах невозможно — никто не имеет достаточно денег, чтобы соединить все эти ресурсы через куплю-продажу. Под угрозой массовой гибели население неизбежно пожертвует, хотя бы на время, идолом рынка и заставит учредить органы, способные разрешить самые неотложные проблемы. Опыт и образцы из собственной истории для этого имеются.

Этот поворот будет представлять собой ненасильственную и почти незаметную революцию. Скорее всего, и находящаяся в тот момент у власти группировка к этой революции присоединится, то есть для предотвращения катастрофы будет создано коалиционное правительство национального согласия или что-то в этом роде. Перефразируя Маркса, можно сказать, что революцию совершат лопнувшие трубы теплосетей и массовые отказы водоснабжения.

Сергей Телегин



СОДЕРЖАНИЕ