СОДЕРЖАНИЕ

Предприятие как объект

Неоднократно в юридической литературе возникал вопрос о правовой природе производственных объектов как имущественных комплексов, о возможности их продажи как в целом, так и по частям. Эта тема в настоящее время стала более актуальной, поскольку после прошедшей волны приватизации промышленных предприятий часть приватизированных объектов привлекательна во многих отношениях, но ввиду значительной стоимости имущественных комплексов в целом недобросовестные хозяйственные общества, предприниматели используют помимо известных корпоративных способов с участием акционеров и возможности покупки комплексов по частям.

Законны ли сделки?

В очередной раз арбитражные суды, реализуя задачу укрепления законности и предупреждения правонарушений в сфере экономической деятельности, пытаются на примере судебной практики ответить на вопрос о законности таких сделок и определить круг регулирующих подобные правоотношения норм.
Так, глава 6 ГК РФ дает перечень объектов гражданских прав, часть из которых характеризуется как неделимые и сложные вещи.
По определению, данному в ст. 133 ГК РФ, неделимой является вещь, раздел которой в натуре невозможен без изменения ее назначения. В качестве примера, как правило, приводится автомобиль. К этой же категории можно отнести земельные участки, определенные в границах, строения и другие вещи, деление которых привело бы к невозможности использовать их в дальнейшем по их назначению.
Кроме указанного свойства вещи, в ГК РФ содержится понятие сложной вещи, описание которой дается в ст. 134 ГК РФ.
ГК РФ не устанавливает каких-либо ограничений при продаже неделимых и сложных вещей, допуская возможность продажи, например автомобиля, телевизора и т. п. по частям, когда в силу различных причин неделимые и сложные вещи не могут использоваться по назначению. Значение в этом случае имеет воля сторон при совершении сделки с такими объектами. Если в результате сделки покупатель приобретает автомобиль, телевизор для использования их по назначению, то в таком случае имеет значение статус имущества именно как сложных либо неделимых вещей.
Иной случай, когда продается какой-либо производственно-имущественный комплекс. ГК РФ под имущественным комплексом понимает предприятие в целом как объект прав, допуская при этом возможность его продажи как в целом, так и по частям. Иных характеристик производственного имущественного комплекса ГК РФ не содержит. Вместе с тем в состав промышленного комплекса могут входить, к примеру, отдельные цеха по производству определенного вида товаров, а в некоторых случаях завод в целом может объединять в себе несколько цехов, участвующих в одном цикле, например по производству коксохимической продукции, либо завод с полным металлургическим циклом.
Продажа части такого комплекса и, как следствие, наличие нескольких собственников могли бы неблагоприятно сказаться в целом на функционировании предприятия, что привело бы к неустойчивости оборота и иным последствиям, так как многие промышленные комплексы имеют статус градообразующих предприятий.
Признание сделок по продаже части производственно-имущественных комплексов недействительными позволило бы создать препятствия для недобросовестных субъектов и нерадивых хозяев комплексов.

Позиция суда

В правоприменительной практике при рассмотрении дел о признании таких сделок недействительными суды столкнулись с рядом проблем. В частности, при определении статуса производственно-имущественного комплекса как неделимого и сложного объекта прав. В качестве примера можно привести одно из рассмотренных арбитражным судом Пермской области дел.
ОАО обратилось в суд с иском о признании недействительной сделки, совершенной с ООО, предметом которой являлась купля-продажа производственного оборудования ОАО. По объяснениям сторон отчужденное производственное оборудование не составляет самостоятельного производства с замкнутым технологическим циклом, а находится в звеньях единой технологической производственной цепи. Одновременно ОАО осуществляет эксплуатацию взрывоопасных и химически опасных производственных объектов.
Кроме того, согласно свидетельству, выданному Федеральным горным и промышленным надзором России, ОАО эксплуатирует опасные производственные объекты, зарегистрированные в государственном реестре опасных производственных объектов в соответствии с Федеральным законом "О промышленной безопасности опасных производственных объектов".
Нормы указанного Закона содержат условия, запреты, ограничения и другие обязательные требования по содержанию и контролю за эксплуатацией опасных производственных объектов, в том числе устанавливают обязанность организации, эксплуатирующей опасный производственный объект, обеспечивать наличие и функционирование необходимых приборов и систем контроля за производственными процессами и иные обязанности по содержанию объекта (ст. 3, 9 Закона).
В рассматриваемом споре суд обосновал неделимость технологического оборудования ОАО невозможностью обеспечения безопасности производства в целом при отчуждении даже части оборудования. Данный вывод подтвержден заключением экспертизы промышленной безопасности опасного производственного объекта ОАО в части анализа риска. В заключении эксперта содержатся выводы о том, что даже частичное исключение оборудования из технологической схемы производств недопустимо, так как снижает заложенные проектом надежность и безопасность.
Сомнение вызывает добросовестность и разумность воли сторон при совершении указанной сделки, поскольку часть проданного оборудования была де-юре отдана обратно ОАО в финансовый лизинг с уплатой ежемесячных платежей за пользованием имуществом, собственником которого до недавнего времени было ОАО.
В ином случае Президиум ВАС РФ в Постановлении от 05.04.2005 N 15318/04 высказал суждение о том, что признание вещи неделимой влечет за собой определенные правовые последствия - часть ее не может быть предметом самостоятельных гражданских прав. При этом предметом иска о признании сделки недействительной была продажа системы топливопровода, являющегося единым техническим сооружением, служащим для перекачки топлива с морского танкера в емкостный парк, и одно без другого не могло существовать, поскольку связано общим назначением.
Кроме того, из справки муниципального образования следовало, что топливопровод составлял единую технологическую схему выгрузки и приема топлива для предприятий, организаций и учреждений поселка и относится к жизненноважному и социально значимому объекту.
Указанные обстоятельства послужили причиной отмены судебного акта, которым судом первой инстанции было отказано в удовлетворении исковых требований о признании сделки недействительной на том основании, что истцом не было представлено доказательств того, что указанный объект существует. Также судом надзорной инстанции было указано на отсутствие в решении суда первой инстанции оценки проданного объекта как сложной вещи в соответствии со ст. 134 ГК РФ.
При пересмотре в порядке надзора решения суда Арбитражного суда г. Москвы и постановления ФАС Московского округа по иску зам. прокурора о признании недействительным в части распоряжения Госкомимущества России о включении в план приватизации общества зданий радиотелевизионных станций и телевизионных мачт Президиум ВАС РФ в Постановлении от 02.12.2003 г. N 12025/03 указал на запрет приватизации радиотелевизионных передающих центров, включая их технические средства и сооружения.
Кроме этого, в материалах дела имелись сведения о том, что к техническим средствам и сооружениям радиотелевизионного передающего центра относятся спорные технические здания и передающие мачты, поскольку установленное в зданиях и на мачтах специальное оборудование центра не может эксплуатироваться самостоятельно и в совокупности со зданиями и мачтами составляет неделимое имущество этого центра.
Вместе с тем указанному обстоятельству, как изложено в упомянутом Постановлении Президиума ВАС РФ, суды предшествующих инстанций суждения не дали.
Возникают все же некоторые сомнения в категоричности таких выводов. К примеру, возможно ли рассматривать в качестве самостоятельного объекта гражданских прав цех по производству товаров народного потребления, существующей в комплексе металлургического завода с полным циклом, либо определенные виды имущества, которые входят в состав имущественных комплексов как объектов, но тем не менее не принимают активного и постоянного участия в технологическом процессе, например жедезнодорожные цистерны?
Для ответа на эти вопросы при рассмотрении подобной категории дел и при наличии сомнений в статусе объектов было бы целесообразно обязательное проведение экспертизы, устанавливающей, какое именно оборудование участвует в производственном цикле и отчуждение которого могло бы привести к остановке производства, а также возможным убыткам, вызванным исключением из производственного цикла объектов продажи.
Заслуживает внимания и один из доводов противной стороны, озвученный при рассмотрении судом вопроса о юридической природе производственных объектов.
Так, по мнению стороны, производственные мощности как единый технологический комплекс не являются по определению, данному в ст. 133 ГК РФ, вещью, так как состоят из индивидуально-определенных вещей.
В развитие его следует также отметить, что в соответствии со ст. 132 ГК РФ самостоятельным объектом прав признается предприятие в целом как имущественный комплекс. Тогда как в большинстве рассматриваемых дел в качестве объектов понимаются производственные мощности - части предприятия в том смысле, который заложен в ст. 132 ГК РФ.
Тем не менее любой объект материального мира, который имеет стоимостную оценку, является вещью, точное определение которой не содержит ст. 128 ГК РФ, указывая лишь примерный перечень объектов гражданских прав, точнее их виды. Сложная вещь рассматривается как совокупность индивидуально-определенных вещей, связанных единым назначением, поэтому часть производственного комплекса, состоящая из различного вида оборудования, производственных мощностей, участвующих в едином производстве, является вещью в том смысле, который заложен в ст. 134 ГК РФ.
Подводя итог всему вышеизложенному, можно сказать, что направление судебно-арбитражной практики указывает на то, что суды склонны при решении вопроса о сложной и неделимой вещи относить к ее разряду объекты, функционирующие как единое целое, части которого участвуют в сложном технологическом процессе, и, как следствие, вывод о невозможности этих частей быть предметом самостоятельных гражданских прав.

Признание сделок по продаже части производственно-имущественных комплексов недействительными позволило бы создать препятствия для недобросовестных субъектов и нерадивых хозяев комплексов.

Л. Дружинина,
помощник судьи арбитражного
суда Пермской области

"эж-ЮРИСТ", N 35, сентябрь 2005 г.



СОДЕРЖАНИЕ