СОДЕРЖАНИЕ



ГЕНДЕР И РАННЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ КОНФЛИКТОВ В ФЕРГАНСКОЙ ДОЛИНЕ

СОДЕРЖАНИЕ:

ВЫРАЖЕНИЕ ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ 4

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ ОТЧЕТА 5

1. ВВЕДЕНИЕ 14

2. СИТУАЦИОННЫЙ АНАЛИЗ 16
* Общие сведения о Ферганской долине
* История конфликтов в Ферганской долине
* Глубинные факторы риска возникновения конфликтов в Ферганской долине

3. МЕТОДОЛОГИЯ 23

4. ГЕНДЕРНОЕ НЕРАВЕНСТВО В ДОСТУПЕ К РЕСУРСАМ 25
* Женщины и мужчины о приоритетных проблемах региона
* Владение и контроль над собственностью: традиция неравенства женщин
* Обобщение по разделу

5. МОЛОДЕЖНЫЙ ФАКТОР РИСКА 42
* Образование
* Безработица
* Восприятие молодежью государственной политики и взгляды на будущее
* Этнический и религиозный факторы
* Обобщение по разделу

6. ПРОБЛЕМЫ ГЕНДЕРНОГО НАСИЛИЯ В РЕГИОНЕ 70
* Гендерное насилие: неоднозначная роль и позиции женщин
* Участие женщин и мужчин в конфликтах: роли, интересы, последствия
* Обобщение по разделу

7. ЗАКЛЮЧЕНИЕ 80

8. РЕКОМЕНДАЦИИ 84

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА 88

ГЛОССАРИЙ 90

ПРИЛОЖЕНИЯ 91
* Карта Ферганской долины
* Структура проекта (название)
* Схема мониторинга
* Целевые зоны
* Гендерно-чувствительные индикаторы в системе раннего предупреждения


Список графиков
График 1. Оформление земельной доли на членов семьи в южном Кыргызстане
График 2. Оформление земельной доли на членов семьи в северном Таджикистане
График 3. Получение земельного надела при распределении земли. Южный Кыргызстан
График 4. Степень осведомленности о своих правах на землю и имущество, южный Кыргызстан
График 5. Если существует запрет на получении информации о правах на землю и имущество, то это исходит со стороны...?" Таджикистан (%)
График 6. Посещаемость средней школы. Северный Таджикистан
График 7. Посещаемость девочек наравне с мальчиками среднюю школу. Южный Кыргызстан
График 8. Оценка населением эффективности государственной молодежной политики. Южный Кыргызстан
График 9. Оценка населением эффективности государственной молодежной политики. Северный Таджикистан
График 10. Ответы респондентов на вопрос: Со стороны кого, вы чувствуете дискриминацию по отношению к вашей национальности? Южный Кыргызстан
График 11. Ответы респондентов на вопрос: Со стороны кого, вы чувствуете дискриминацию по отношению к вашей национальности? Северный Таджикистан
График 12. Отношение к представителям другой национальности, северный Таджикистан
График 13. Отношение респондентов к представителям другой национальности, южный Кыргызстан
График 14. Отношение к людям, перешедшим в другие религии, южный Кыргызстан
График 15. Отношение к людям, перешедшим в другие религии, северный Таджикистан
График 16. Вероятность возникновения насильственного конфликта из-за перехода в другую религию. Южный Кыргызстан
График 17. Вероятность возникновения насильственного конфликта из-за перехода в другую религию. Северный Таджикистан
График 18. Степень подтверженности женщин насилию при перевозке сельскохозяйственной и животноводческой продукции. Южный Кыргызстан
График 19. Женщины подвергаются насилию со стороны.... Ответы женщин и мужчин южного Кыргызстана
График 20. Женщины подвергаются насилию со стороны.... Ответы женщин и мужчин северного Таджикистана

Список таблиц
Таблица 1. Три наиболее актуальные проблемы молодежи юга Кыргызстана
Таблица 2. Три наиболее актуальные проблемы молодежи севера Таджикистана
Таблица 3. Причины вступления в радикальные релиозные группы молодыми мужчинами и женщинами южного Кыргызстана
Таблица 4. Причины вступления в радикальные религиозные группы молодыми мужчинами и женщинами северного Таджикистана


АББРЕВИАТУРЫ

ИДУ Исламское Движение Узбекистана
КР Кыргызская Республика
КСФК Кыргызская сельскохозяйственная финансовая корпорация
НПО Неправительственная организация
НСК Национальный Статистический Комитет
НСК КР Национальный Статистический Комитет Кыргызской Республики
ПРООН Программа Развития Организации Объединенных Наций
СНГ Содружество независимых государств
С/У Сельская управа
ФИНКА Закрытое акционерное общество, микрокредитная компания ФИНКА
ЮНИФЕМ Женский Фонд Развития Организации Объединенных Наций



АВТОРСКИЙ КОЛЛЕКТИВ


Авторы

Анара Мусабаева, Анара Молдошева




Эксперты по Таджикистану

Марифат Абдуллаева, Манзура Махкамова






ВЫРАЖЕНИЕ ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ

Подготовка отчета стала возможной благодаря поддержке и ценному вкладу многих людей и организаций.

Авторы выражают благодарность за помощь в координации работы сети мониторов на местах Джамилей Капаровой (Кыргызстан) и Лобар Сатаровой (Таджикистан). А также признательны Идриссе Каргбо, консультанту ЮНИФЕМ за предложения и рекомендации по структуре отчета.

Хотелось бы отдельно отметить Зумрат Салморбекову, руководителя проекта, чьи терпение, юмор и знания о регионе очень помогли в ходе работы над отчетом.

Особая признательность выражается сети мониторов, без чьей самоотверженной работы этот отчет не состоялся бы. Мониторы собрали много качественной информации, несмотря на трудности, связанные с общей напряженной нестабильной обстановкой в регионе.
В сборе информации участвовали следующие мониторы из Кыргызстана и Таджикистана:

Кыргызстан
Таджикистан
Абдырахманов Айбек
Абдурахимов Гуфрон
Аслонов Жумабай
Аминова Лубат
Амирбекова Санабар
Бобоева Мухиба
Абдыраимов Ырысбай
Курбанова Матлюба
Болпонова Жумагуль
Окилов Тожибой
Жороев Кылычбек
Пардаева Яхишой
Жусуева Гульмира
Раупов Абдуманнон
Касмалиева Толгонай
Рахимова Адолат
Матаева Гульнараим
Рустамов Темурмалик
Назарова Раиса
Тахсинов Нажмитдин
Олоков Уран
Тешаев Забиювло
Сатыев Кубанычбек
Урунов Голиб
Укубаева Кундуз
Файзуллаева Гулбахор
Усманов Улугбек
Эгембердиев Асылбек
Эгембердиева Жылдыз


КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ ОТЧЕТА
Данный отчет является результатом пилотного проекта "Гендерные аспекты в системе раннего предупреждения и предотвращения конфликтов в Ферганской долине", в ходе которого, с марта по декабрь 2005 года, в южном Кыргызстане и северном Таджикистане, входящих в зону Ферганской долины, были проведены исследования по изучению социальной напряженности и возможности конфликтов.
При этом основным фокусом исследования было рассмотрение ситуации в регионе с гендерной точки зрения.

Ферганская долина расположена в Центральной Азии и занимает площадь более 100 тыс. кв. км. Три суверенных государства - Кыргызская Республика, Республика Таджикистан и Республика Узбекистан, образовавшиеся после распада Советского Союза в 1991 г., имеют свои территории в Ферганской долине с общим населением более 11 миллионов человек.

Среди наиболее важных причин возможности возникновения конфликта в Ферганской долине являются нехватка воды и земли на фоне многоэтничности и высокой плотности населения; большой удельный вес молодежи в структуре населения; высокий уровень безработицы и трудовой миграции; нерешенность вопросов демаркации и делимитации границ, наличие анклавов и спорных территорий; прохождение стратегических путей наркотрафика через регион; влияние радикальных религиозных, и экстремистких группировок. Ферганская долина также имеет историю конфликтов на этнической и религиозной почве. К числу наиболее насильственных конфликтов с большими человеческими жертвами относятся конфликт в Узбекистане в 1989 г. сопровождавшийся погромами и эвакуацией тысяч семей месхетинских турков из Узбекистана, Ошско-Узгенский конфликт по поводу земли в Кыргызстане в 1990 г. Высокий потенциал конфликтности также связан с недавними событиями, произошедшими весной 2005 года в Кыргызстане и Узбекистане1, которые продемонстрировали, что внутренняя политическая нестабильность и социальное недовольство в странах Ферганской долины напрямую влияет на дестабилизацию во всем регионе.

Высокий потенциал региональной неустойчивости Ферганской долины в течение долгого времени побуждает международные и местные организации осуществлять различного рода программы и проекты, направленные на снижение факторов риска и предотвращение конфликтов, включая проекты по развитию потенциала местных сообществ, инфраструктурные проекты в приграничных территориях, а также образовательные и исследовательские проекты. Несмотря на существующие инициативы международных агенств и местных НПО, направленных на снижение факторов риска и предотвращение конфликтов, до сих пор наблюдается недостаток гендерно-разделенных данных и гендерного анализа причин конфликтов и особенностей их воздействия на женщин и мужчин.

Принимая во внимание важность гендерной составляющей ситуации в Ферганской долине и недостаток гендерно-разделенной информации, региональный офис ЮНИФЕМ в СНГ реализовал проект "Гендерные аспекты в системе раннего предупреждения и предотвращения конфликтов в Ферганской долине" в рамках глобальной инициативы Женского Фонда Развития ООН (ЮНИФЕМ) "Мониторинг мира и конфликта с использованием гендерно-чувствительных индикаторов раннего предупреждения конфликтов". Эта инициатива была проявлена в ответ на резолюцию Совета Безопасности ООН № 1325 от 2000 года по вопросам женщин, мира и безопасности, целью которой является вовлечение женщин и поощрение их участия в мирных инициативах и предотвращении конфликтов.

При подготовке отчета использовалась информация, собранная сетью мониторов (16 в Кыргызстане и 13 в Таджикистане)2. Для сбора информации использовались гендерно-чувствительные индикаторов, разработанные в ходе проекта. В ходе мониторинга были использованы как количественные, так и качественные методы исследования, в том числе обсуждения в фокус-группах, анкетный опрос, индивидуальные глубинные интервью и изучение частных случаев (кейс-стади), и материалы электронного форума по проблемам молодежи.

Согласно результатам исследования, предметами особой озабоченности являются гендерное неравенство в доступе к экономическим ресурсам на фоне общей нехватки воды, земли сельскохозяйственного назначения; недостаток доступа к медицинским и другим социальным услугам; большая численность молодежи, ограниченной в возможностях получения качественного образования, социальных услуг и не имеющей средств к существованию из-за отсутствия работы. Положение и статус женщин ухудшается в связи с усилением бедности, сохранением стойкой тенденции главенства мужчин во владении и контроле над основными экономическими ресурсами, усилением и возрождением многих патриархальных традиций, незначительным представительством женщин в центральных и местных органах власти.

Основная часть проблем в Ферганской долине имеет структурный характер. Без учета данного фактора раннее предупреждение конфликтов представляется невозможным. Ситуационный анализ и данные мониторинга выявили также наличие причин непосредственного характера, например, многочисленные нарушения прав человека и гражданских свобод как внутри отдельных государств, так и связанные с необходимостью местного населения региона почти ежедневно пересекать границы для ведения торговли или посещения родственников. Можно также говорить и об ухудшении безопасности в регионе в связи с ростом наркотрафика через регион и деятельностью радикальных и экстремистских организаций. Материалы мониторов изобилуют также описанием единичных случаев убийств и избиений гражданского населения силовыми и пограничными структурами на границах. В совокупности со структурными и непосредственными причинами такие единичные случаи могут служить детонаторами напряженности и вести к вспышкам конфликтов.

С учетом основных проблем, рассматривающихся в данном отчете, одним из главных условий сохранения стабильности в Ферганской долине является эффективное государственное управление и сотрудничество в целях достижения долгосрочных интересов народов стран, входящих в данный регион. Поэтому основной рекомендацией данного отчета национальным правительствам является признание за собой ключевой ответственности за изменение условий, вызывающих конфликты как в своих странах, так и в регионе в целом. Для адресации многих структурных факторов конфликтов, правительствам необходимо развивать комплексные стратегии развития, ориентированные на решение основополагающих проблем социального и экономического характера совместно с соседними странами.

Основные выводы

В ходе данного исследования были получены следующие основные результаты и выводы3:

Гендерное неравенство в доступе к ресурсам
* В регионе остаются стойкими традиции главенства мужчин во владении и контроле над основными экономическими ресурсами. Как показали результаты мониторинга, женщины очень редко являются собственниками, так как в более чем в 80% случаев земля и другое имущество оформляются на мужчин, то есть на мужа, отца, брата или сына.
* Неравенство в распределении ресурсов на уровне владения землей и контроля над собственностью ограничивает женщин в возможностях выхода из бедности, в частности за счет использования различных кредитов. В условиях существования системы залогов при получении средних и крупных кредитов, женщины, как правило, могут рассчитывать только на мелкие кредиты, не позволяющие развивать устойчивые формы бизнеса, и удовлетворящие лишь ежедневные нужды семьи. Проявляя высокий потенциал адаптации к новым экономическим и социальным условиям, женщины, тем не менее, оказываются ограниченными "экономикой выживания" - уличными рынками, мелким и челночным бизнесом, а также несут издержки расширения производственной деятельности в условиях натурализации домашнего хозяйства.
* Женщины, в поиске защиты своих прав, чаще мужчин обращаются к неформальным структурам власти - в суды аксакалов (старейшин села), женские и махалинские (общинные, соседские) советы. Это не в последнюю очередь связано с тем, что услуги официальных судов являются платными и с тем, что зачастую обращение в государственные структуры сопровождается необходимостью давать чиновникам взятки.
* Локализация жизненных стратегий женщины на уровне семьи наряду с ограниченными возможностями защиты своих прав через формальные институты ведут к тенденции усиления влияния норм обычного права, "адата" - традиционного кодекса поведения, ориентированного на "мужские" интересы в решении многих вопросов взаимодействия в сообществе, в том числе имущественного характера. Таким образом, женщины оказываются перед двойными барьерами, закрепляющими их неравенство в доступе к ресурсам и защите своих прав на владение и управление земельными и другими активами.

Молодежный фактор риска
* Ферганская долина не только перенаселена, но и характеризуется большим удельным весом молодежи, который составляет от 40 до 50% населения региона. Учитывая остроту и серъезность проблем, испытываемых молодыми людьми, есть основания считать молодежный фактор серьезной угрозой стабильности в регионе.
* Бедность и разрушение социальной и культурной инфраструктуры ведут к тенденции усиления гендерного неравенства в доступе к образованию, медицинским и социальным услугам. Высшее образование стало платным и поэтому неподъемным для многих бедных семей. Специальные инвестиционные программы для молодежи отсутствуют как в Таджикистане, так и в Кыргызстане.
* Безработица среди молодежи названа респондентами в обеих странах самой острой проблемой. В сочетании с бедностью и ограничениями в доступе к образованию, она ведет к маргинализации молодежи. Молодежь становится одной из самых уязвимых и социально незащищенных групп общества. Все это способствует оттоку молодежи на заработки в другие страны.
* Судя по материалам опроса, вопрос межэтнических отношений и дискриминации на основе этнической принадлежности продолжает оставаться актуальным, главным образом в связи с действиями пограничных, таможенных служб соседнего государства, при этом мужчины чаще подвержены дискриминации на этнической почве по сравнению с женщинами.
* Религиозный фактор приобретает большую важность. Имеющиеся сведения указывают на довольно высокий уровень нетерпимости по отношению к перешедшим в другую религию в обеих странах. Относительное большинство респондентов и в Кыргызстане, и в Таджикистане, считают, что отношения между сторонниками "традиционных" для региона религий и перешедшими в другие религии могут стать причинами конфликтов в будущем.
* Выявлена тенденция увеличения интереса к религии, как среди девушек, так и среди юношей. Неформальные группы по изучению ислама становятся популярными среди молодых девушек, а молодые мужчины чаще обращаются за получением знаний религии в медресе и чаще посещают мечети. Таким образом, молодежь, с одной стороны, пытается заменить традиционные институты социализации общением в неформальных религиозных группах, а с другой, пытается пополнять дефицит знаний, недополученных через школы, вузы и общение в семье.
* Материалы мониторинга выявили высокую степень неудовлетворенности государственной молодежной политикой и низкие ожидания об улучшении политики в ближайшей перспективе. Среди мужчин скептицизм и недоверие в отношении молодежной политики государства проявляется в большей степени, чем среди женщин. Особенно высоким является уровень недоверия к государственным органам в решении проблем молодежи в Кыргызстане.
* Падение доверия к государственным институтам среди молодежи может способствовать обращению молодого поколения к поискам альтернативного устройства общества в противовес слабому и нестабильному государству. Это может сыграть на руку радикальным группам, проповедующим отказ от светского государства и создание исламского халифата. Одной из основных причин приобщения к радикальным группам молодых женщин и мужчин, согласно материалам исследований, являются "поиски справедливого общества".

Проблемы гендерного насилия в регионе
* Замкнутость женщин на интересах семьи и домашнего хозяйства, увеличение роли семейно-родственных и соседских отношений как неформального механизма социальной защиты, способствуют воспроизводству женщинами традиционных властных иерархий, составляющих одну из основ распространенных в регионе практик подчинения и насилия. В этом смысле, женская роль в ситуациях конфликтов вряд ли может рассматриваться как однозначно безнасильственная, а женщины только как жертвы.
* Существующие подходы, противопоставляющие "мужские" и "женские" роли в конфликтах и утверждающие, что "мужские" роли способствуют насилию, а "женские" - миру и стабильности, значительно затрудняют понимание существующего опыта участия женщин и мужчин в конфликтах.
* На практике, поведение женщин и мужчин в конфликтах во многом определяется их социальным статусом, в частности, к какой группе они относятся, к богатым или бедным. Как показывают материалы мониторинга, чаще всего на открытое выражение протеста и участие в конфликтах идут женщины из бедных семей. Среди женщин, участвующих в протестах, преобладают наиболее уязвимые категории - одинокие, вдовы и разведенные, являющиеся главами семей и, следовательно, полагающиеся только на себя в защите своих интересов и интерсов своих детей.
* Само присутствие женщин, женских организаций, как в конфликтных действиях, так и акциях по разрешению конфликтов, не может являться показателем того, что они имеют и защищают собственные, в частности политические интересы. В целом практика показала, что активность женщин подвергается большому риску быть "прирученной" и использованной в интересах властных различных структур и других заинтересованных групп влияния.



Основные рекомендации

На основе выводов, полученных из данных исследования, авторами предлагаются следующие рекомендации для последующей деятельности в области гендерно-чувствительного раннего предупреждения конфликтов в Ферганской долине.


Для центральных правительств, местных органов власти и политических лидеров стран, входящих в Ферганскую долину

* Правительства стран, входящих в регион Ферганской долины должны принять на себя ключевую ответственность за изменение условий, вызывающих конфликты, как в своих странах, так и в регионе в целом. Для адресации многих структурных факторов конфликтов, правительствам необходимо развивать комплексные стратегии развития, ориентированные на решение основополагающих проблем социального и экономического характера в сотрудничестве с соседними странами.
* Поскольку недостаток воды, земли и других экономических ресурсов является одним из основных факторов возникновения конфликтов, в особенности в приграничных территориях, необходимо направить все усилия на развитие регионального сотрудничества для поиска совместных решений водных и энергетических проблем, а также на возможности достижения приемлемых решений проблем на двустороннем и трехстороннем уровнях.
* Учитывая ухудшение положения и статуса женщин в связи со структурными изменениями, произошедшими за последнее десятилетие, необходимо формировать политику, направленную на изменение сложившихся доминантно-подчиненных гендерных отношений, создавая условия для переориентации преимущественно "мужской" модели управления в сторону более эгалитарной модели, включающей все категории населения в процесс принятия решений.
* Учитывая, что большой пласт факторов конфликта связан с проблемами молодежи Ферганской долины, особое внимание должно быть уделено скорейшей адресации вопросов молодежной безработицы, созданию условий для обеспечения равных возможностей в доступе к качественному и востребованному образованию, медицинским и другим услугам. Необходимо всячески поддерживать каналы и механизмы для ориентации энергии и чаяний молодежи в позитивное русло через вовлечение в развитие местных сообществ, создание условий для формирования формальных и неформальных молодежных объединений, а также организацию досуга, ориентированного на потребности молодежи.
* Национальные правительства и местные органы власти должны содействовать развитию адекватных гендерно-чувствительных методологий мониторинга и оценки ситуации в регионе, а также внедрять в практику применение различных процедур публичного и широкого обсуждения результатов мониторинга.
* Правительства стран Ферганской долины должны оказывать поддержку обмену информацией, созданию сетевых объединений врачей, учителей, ученых на индивидуальном и институциональном уровне, поддерживать региональные средства массовой информации, гражданское общество, сетевые объединения работников культуры с целью развития сотрудничества.

ДЛЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ
* Международным организациям рекомендуется переориентировать существующие дискурсивные подходы к региону Ферганской долины как к зоне конфликтов и дестабилизации и задуматься над необходимостью преодоления различий и разрывов между академическими, политическими и практическими подходами к объяснению и разрешению конфликтов. Важно обратить внимание на проблемы неадекватного реагирования государственных структур на нужды людей как одного из ключевых факторов риска возникновения различных конфликтов и насилия в регионе.
* Доноры должны работать над разработкой более последовательных региональных стратегий, ориентированных на долгосрочные цели человеческого развития и основанные на комплексном гендерном анализе, не ограничиваясь фокусом на предотвращении или раннем предупреждении конфликтов. Необходимо добиться общего для всех ключевых лиц понимания угроз и вызовов, в том числе относящихся к трафику наркотиков, преступности и терроризму, как неразрывной части более широких и комплексных задач развития и человеческой безопасности в Ферганской долине.
* Международным агентствам рекомендуется способствовать разработке и внедрению гендерно-чувствительных индикаторов в политику правительства, в практику международных агентств и местных НПО, работающих в области раннего предупреждения и предотвращения конфликтов. При этом необходимо использовать подходы, учитывающие специфику стран Ферганской долины.
* Расширить понимание международным сообществом неоднозначной роли, возможностей и рисков участия женщин в процессах мирного урегулирования конфликтов в условиях существующего неравного и подчиненного положения женщин Ферганской долины в государственных, семейно-родственных и общинных иерархиях.
* Международные агентства могут развивать в странах региона на сетевой основе экспертный и аналитический, междисциплинарный потенциал по разработке адекватных гендерно-чувствительных методологий мониторинга и оценке ситуации. Важно рассмотреть перспективы мониторинга ситуации с целью раннего предупреждения конфликтов в Ферганской долине на более систематической основе.
ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА
* Организациям гражданского общества необходимо поддерживать усилия, направленные на раннее предупреждение конфликтов через развитие инициатив для местных сообществ, вовлекая в них женщин и молодежь.
* Целесообразно развивать программы, направленные на повышение участия женщин в принятии решений для усиления стабильности в регионе, основываясь на актуализации интересов женщин через продвижение профессиональных интересов учителей, врачей, предпринимательниц, родителей, домохозяек, создавая, таким образом, дополнительные каналы выражения конкретных интересов женщин, формирования их политического голоса и усиление коллективной солидарности и ресурсов.
* Важно также расширять возможности создания сетевых объединений ученых, работников культуры и НПО, работающих в области укрепления регионального сотрудничества и мирных инициатив.
* Необходимо направить усилия на предоставление исключенным группам женщин и молодежи услуг по развитию потенциала, усиление влияния и лоббированию интересов, соблюдая принципы совместного участия самих целевых групп.
* Важно развивать страновые и региональные исследования по изучению гендерных эффектов политики развития и предовращения конфликтов в регионе, в том числе проблемы индивидуальных и групповых идентичностей среди женщин и мужчин как представителей различных социальных групп и категорий населения; типы лидерства в молодежной среде, потенциал и уровни "мужской" и "женской" власти и влияния в местных сообществах, а также роль и влияние СМИ в регионе.


ВВЕДЕНИЕ

Данный отчет является результатом пилотного проекта "Гендерные аспекты в системе раннего предупреждения и предотвращения конфликтов в Ферганской долине", который осуществлялся в рамках глобальной инициативы Женского Фонда Развития ООН (ЮНИФЕМ) "Мониторинг мира и конфликта с использованием гендерно-чувствительных индикаторов раннего предупреждения конфликтов". Эта инициатива была проявлена в ответ на резолюцию Совета Безопасности ООН № 1325 от 2000 года по вопросам женщин, мира и безопасности, целью которой является обеспечение поддержки для включения и продвижения участия женщин в мирных инициативах и предотвращении конфликтов.

Ферганская долина с ее высоким потенциалом региональной неустойчивости в течение долгого времени побуждала международные и местные организации осуществлять различного рода программы и проекты, направленные на снижение факторов риска и предотвращение конфликтов, в том числе проекты по развитию потенциала местных сообществ, инфраструктурные проекты в приграничных территориях, а также образовательные и исследовательские проекты.

ЮНИФЕМ в силу своей миссии предоставляет техническую помощь различным инновационным программам и стратегиям по продвижению прав женщин, их политическому участию и экономической безопасности. При поддержке ЮНИФЕМ на территории Кыргызстана и Таджикистана осуществляется ряд проектов, направленных на улучшение доступа женщин к земле и по поддержке институциональной среды по правам женщин. Всемирный Банк, Азиатский Банк развития и другие международные агентства поддерживают проекты в местных сообществах по реабилитации социальной инфраструктуры, по земельной реформе и реструктуризации сельского хозяйства4.

Несмотря на существующие инициативы, до сих пор наблюдается недостаток гендерно-разделенных данных и гендерного анализа причин конфликтов и особенностей их воздействия на женщин и мужчин, тогда как положение женщин, по многим экспертным оценкам, в регионе ухудшается, усугубляясь растущей бедностью и безработицей на фоне дезинтеграции всех частей долины.

Принимая во внимание важность гендерной составляющей ситуации в Ферганской долине, в октябре 2003 ЮНИФЕМ организовал миссию в Ферганскую долину для изучения деятельности других доноров, международных и местных НПО в области раннего предупреждения. В ходе этой миссии была проведена серия консультационных встреч с потенциальными партнерами и участниками проекта. Ключевым вопросом тех консультаций был анализ перспектив предотвращения конфликтов и насилия, активный обмен информацией по статусу женщин в регионе. Одним из результатов этой работы стало определение задачи по созданию методологии гендерно-чувствительного сбора информации и разработке гендерно-чувствительных индикаторов.

В ходе данного проекта с марта по декабрь 2005 года в южном Кыргызстане и северном Таджикистане, входящих в зону Ферганской долины, были проведены исследования по изучению социальной напряженности и возможности конфликтов. При этом основным фокусом исследования было рассмотрение ситуации в регионе с гендерной точки зрения.

В рамках данного проекта основными партнерами ЮНИФЕМ были Программа ПРООН в Кыргызстане по превентивному развитию, а также Программа ПРООН в Таджикистане по приграничному сотрудничеству.

Короткие сроки реализации самого проекта и подготовки данного отчета не позволили подробно осветить все важные проблемы, связанные с конфликтным потенциалом. Например, в отчете не делался особый акцент на вопросах трудовой миграции и влияния наркотрафика на общий конфликтный потенциал региона, не затронута тема роли, влияния и гендерной ориентированности средств масоовой информации в ситуациях конфликтов. Кроме того, многие проблемы нуждаются в дальнейшем, более глубоком изучении и дополнительном обсуждении, поскольку попытка проведения мониторинга ситуации в зоне потенциальных конфликтов на основе гендерно-чувствительных индикаторов проводилась в данном регионе впервые. Вероятно, потребуется дальнейшая работа, как по улучшению самих индикаторов, так и по постановке задачи проведения мониторинга на более систематической основе. Решение этих задач возможно только совместными усилиями правительств стран Ферганской долины, международных агентств по развитию, самих местных сообществ и различных экспертных групп.




1. СИТУАЦИОННЫЙ АНАЛИЗ

Общие сведения о Ферганской долине

Ферганская долина расположена в Центральной Азии и занимает площадь более 100 тыс. кв. км. Три суверенных государства - Кыргызская Республика, Республика Таджикистан и Республика Узбекистан, образовавшиеся после распада Советского Союза в 1991 г., имеют свои территории в Ферганской долине с общим населением более 11 миллионов человек.

На Ферганскую долину приходится 27% общей численности населения Узбекистана, 31% от всего населения Таджикистана и 51% населения Кыргызстана5. В зону Ферганской долины входят Ошская, Джалал-Абадская и Баткенская области Кыргызстана, Андижанская, Наманганская и Ферганская области Узбекистана, а также Согдийская область Таджикистана.

Ферганская долина характеризуется высокой плотностью населения. В той части долины, которая относится к Узбекистану, плотность населения является самой высокой на территории стран бывшего Советского Союза и составляет 356 чел./кв.км. Более половины населения в регионе моложе 30 лет.

Население региона полиэтнично. В Кыргызской части Ферганской долины 65% населения составляют этнические кыргызы, 27% - узбеки; на территории Узбекистана - 84,5% населения - этнические узбеки, 5% - таджики, около 3% - кыргызы; в Согдийской области Таджикистана - 57% - этнические таджики, 31% - узбеки, 1% - кыргызы6.



История конфликтов в Ферганской долине
С того времени как Кыргызстан, Узбекистан и Таджикистан обрели свою независимость на территории Ферганской долины произошел ряд конфликтов, наиболее крупными из которых являются следующие:

1989 г., конфликт между узбеками и месхетинскими турками в Узбекистане. Начавшись как небольшой спор на рынке по поводу цены клубники, этот конфликт перешел в массовое движение за "социальную справедливость" и наказание "чужих". В этом конфликте по официальным данным погибло 103 человека и более 1000 были ранены, разрушено более 700 домов.

1990 г., Ошско-Узгенский конфликт. Предметом споров в начале этого конфликта было распределение орошаемой земли, но затем конфликт приобрел насильственный характер и элементы этнической чистки. В результате, погибло 300 человек, и более 1000 человек были ранены, совершено более 5000 преступлений.

1992-1997 гг., гражданская война в Таджикистане. За годы войны между прокоммунистическими силами и альянсом исламской и демократической партий погибло более 70,000 человек, около миллиона оказались перемещенными лицами или беженцами, более 25,000 женщин стали вдовами.

1999-2000 гг., Баткенские события. В августе 1999 года группы вооруженных боевиков вторглись на территорию Кыргызстана в Баткенской области7 из Таджикистана и захватили заложников, граждан иностранного государства. Боевики требовали предоставления им беспрепятственного прохода через территорию Кыргызстана в Узбекистан. После получения выкупа, боевики освободили заложников. В 2000 году вооруженные группировки Исламского Движения Узбекистан вновь вторглись на территорию Кыргызстана. Столкновения с боевиками продолжались несколько месяцев как в 1999 году, так и в 2000 году. Всего за период вторжения боевиков с 22 августа по 25 октября 1999 года погибло 27 граждан Кыргызстана. В 2000 году было убито от 100 до 120 боевиков, погибло 33 кыргызских военнослужащих8.

2005 г., мартовские события в Кыргызстане. В период парламентской выборной кампании 2005 года в Кыргызстане повсеместно по всей стране и особенно в южных областях страны, стали происходить различные митинги, акции протестного характера, а также инициативы по самовольному захвату земель и другой собственности. Характерным признаком этих политических событий стало вовлечение и активное участие в них женщин и особенно женщин из бедных семей.
В результате политического переворота и в ходе протестного движения произошла смена власти.

2005 г., май, Андижанские события. В мае 2005 г. в ходе демонстрации в г. Андижан власти применили военную силу. В результате только по официальным данным погибло 176 человек. Согласно альтернативным источникам, число жертв достигло 750 человек, среди них были женщины, дети и старики9.


Глубинные факторы риска возникновения конфликтов в Ферганской долине

Социальные и экономические факторы
С распадом Советского Союза страны Центральной Азии потеряли устоявшиеся экономические связи и традиционные рынки. Кыргызстан и Таджикистан были самыми бедными республиками Советского Союза. Например, Таджикистан в 1990 г. имел самый низкий ВВП на душу населения среди всех республик; около 47% доходной части бюджета Таджикистана формировалось за счет субсидий из центрального союзного бюджета. А в Кыргызстане только прямые централизованные дотации составляли примерно одну седьмую часть ВВП, не говоря о скрытых дотациях через ценовую политику.

После распада СССР все трансферты в бывшие республики Центральной Азии прекратились, что больно ударило по экономике этих стран. Безработица приняла угрожающие масштабы. В узбекской части Ферганской долины около 35% трудоспособного населения оказались безработными, в том числе большая часть молодежи до 25 лет.

В регионе наблюдается чрезвычайный рост миграции. По некоторым оценкам, Таджикистан с 1989 года потерял около 11% своего населения в результате миграции10, Узбекистан около 4%, а Кыргызстан - более 7%11. Значительную часть мигрантов составили представители нетитульных национальностей, выехавшие по политическим мотивам в Россию и другие республики в первые годы после распада СССР. Другую часть мигрантов составляют так называемые экономические мигранты, покидающие свои страны в поисках работы в сопредельных странах Ферганской долины либо в Казахстане и Российской Федерации.

Бедность, безработица, недостаток природных ресурсов, в том числе земли и воды привели к тому, что население, особенно женщины, вынуждены искать работу в неформальном секторе. На сегодняшний день, по приблизительным оценкам, женщины составляют почти 80% среди неформальных мелких торговцев, ежедневно передвигающихся по рынкам по всему региону.

В большинстве случаев такие мигранты работают в чрезвычайно тяжелых условиях, их труд оплачивается едва ли не по самым минимальным расценкам и не защищен законом. Еще более усугубляют ситуацию введение визовых режимов, взаимные усложнения требований к пересечению границ и регистрации в странах пребывания в совокупности с многочисленными злоупотреблениями пограничных и таможенных служб. Несмотря на наличие договоров о вечной дружбе между странами региона и многочисленных двусторонних и многосторонних соглашений по различным вопросам сотрудничества, многие вопросы остаются неразрешенными. Различия позиций государств по вопросам торговой политики, в частности экспорта и импорта товаров и их перемещения через границы являются серьезными препятствиями для жителей долины и зачастую способствуют росту преступности, контрабандной торговли и другим нарушениям12.

На фоне бедности, безработицы и отсутствия денег для многих жителей стали недоступными медицинские услуги. Высок уровень заболеваемости туберкулезом, из-за недостатка и плохого качества воды происходят вспышки малярии. Ухудшение в доступе к услугам здравоохранения и другим социальным услугам за прошедшее десятилетие явились дополнительными трудностями для женщин, поскольку они несут основное бремя ответственности за здоровье семьи.

В то же время ухудшается ситуация в области репродуктивного здоровья женщин и мужчин. Учитывая, что количество врачей в селах уменьшается, вызывают тревогу факты ограничения доступа женщин к медицинским услугам в связи с существующими патриархальными установками, в соответствии с которыми мужчины в семье запрещают женщинам обращаться к врачам мужского пола.

Вода
Вода - наиболее ценный ресурс в засушливом климате Центральной Азии. Таджикистан и Кыргызстан обладают основными запасами воды в регионе. Недостаток воды является предметом многих конфликтов, происходящих в сообществах. В советские времена сложилась система взаимозависимости различных частей долины между собой через общую инфраструктурную сеть водных, энергетических и транспортных линий. Зачастую, интересы и потребности трех стран в дефицитных водных ресурсах противоречат друг другу. Так например, Кыргызстан использует реку Сыр-Дарью для производства электроэнергии, очень необходимой в зимний период, в то время как соседние Узбекистан и Казахстан нуждаются в воде для ирригации своих обширных хлопковых полей и фруктовых садов в летний период.

Неэффективное использование воды в сельском хозяйстве в силу плохого функционирования или полного разрушения существовавших ранее дренажных систем и ирригационных каналов усугубляет проблему с недостатком воды. Вследствие этого, периодически происходит затопление, повышение засоленности почв, негативно воздействующих на жизнь местных сообществ и способствующих межэтнической напряженности.

Проблемы, связанные с водой, напрямую задевают женщин, поскольку именно они в большинстве случаев несут ответственность за обеспечение семей водой, и, являясь основными сельскохозяйственными рабочими, чаще испытывают трудности из за отсутствия поливной воды. По имеющимся данным, из 10 миллионов населения Ферганской долины около 60% не имеют доступа к качественной питьевой воде13. Эта проблема, имеющая особенную остроту в условиях высокой плотности населения долины, имеет несколько аспектов, связанных с гендерными вопросами. Традиционно в регионе за водой ходят женщины и дети, и, как правило, именно женщины используют воду для приготовления пищи, стирки и других бытовых нужд членов семьи. Из-за недостатка качественной питьевой воды, зачастую население долины пользуется водой из арыков, ирригационных каналов, различных резервуаров накопления. Плохое качество воды ведет к росту числа различных заболеваний и особенно негативно сказывается на репродуктивном здоровье женщин и мужчин.

Проблема с недостатком поливной воды - не менее острая проблема. Женщины являются основными работниками на полях, будь то личные хозяйства или работа по найму. Соответственно они несут ответственность за полив сельскохозяйственных земель и сталкиваются с проблемами конфликтов в местных сообществах, связанных с конкуренцией при распределении поливной воды.

Наркотрафик
Война и нестабильность в соседнем Афганистане и Таджикистане способствовали росту наркотрафика и милитаризации Ферганской долины. После поражения Талибана, беспрецедентный поток наркотиков хлынул из Афганистана в Центральную Азию.

Массовая безработица, политическая нестабильность и разобщенность центрально-азиатских государств является благоприятной почвой для роста наркотрафика. Имеются сведения о том, что в Таджикистане полувоенные группировки вовлечены в перевозку наркотиков, являющихся для них важнейшим источником финансирования своей деятельности. Считается, что до 65% "афганских" наркотиков попадает на европейские рынки через центрально-азиатский регион14.

Наркобизнес стал главным источником финансирования криминальных и экстремистских групп и организаций, некоторые из которых предположительно имеют связи с глобальными террористическими группами. Озабоченность вызывает то, что в наркоперевозки вовлекаются не только бедные люди, но и госслужащие и чиновники. Наблюдается тревожная тенденция вовлечения женщин и детей в наркоперевозки, которые нередко соглашаются выполнить такую "работу" в обмен на продукты питания и одежду.

Вместе с увеличением наркотрафика увеличивается и число употребляющих наркотики, что, безусловно, представляет угрозу общественному здоровью и создает почву для криминализации и роста различных преступлений. Увеличение количества инъекционных наркоманов ведет также к росту заболеваемости ВИЧ/СПИДом.

Религиозный фактор риска
Ферганская долина известна как очаг религиозного экстремизма в Центральной Азии. Политическая и экономическая исключенность молодых мужчин, нестабильность, последовавшая за войной в Таджикистане, создали идеальные условия для возникновения исламской боевой оппозиции.

Зародившееся в Ферганской долине Исламское Движение Узбекистана (ИДУ) сотрудничало с Таджикской Объединенной Оппозицией, Ал-Кайедой и Талибаном. Преследуя цель создания Исламского халифата и оперируя на территории четырех стран - в Узбекистане, Таджикистане, Кыргызстане и Афганистане, члены ИДУ, подготовленные Ал-Кайедой, вторгались на территорию Кыргызстана в Баткенской области в 1999-2000 гг. Это радикальное движение является сторонником шариатского права, которое выступает за существенное ограничение прав женщин.

Другая транснациональная религиозно-политическая партия, Хизбут-Тахрир (партия Исламского Освобождения) пропагандирует ненасильственный путь к теократическому государству. Хизбут-Тахрир имеет определенную долю успеха в регионе не только потому, что имеет хорошо поставленную подпольную деятельность, но и потому, что оказывает материальную поддержку членам партии, что немаловажно на фоне бедности и безработицы. Сторонники идеи создания Исламского халифата на территории Ферганской долины пропагандируют свободную торговлю, отсутствие границ между мусульманскими государствами и установление социальной справедливости.

Несмотря на 70-летнюю историю атеистической пропаганды, ислам занимает важное место в жизни людей, проживающих в Ферганской долине. Дезинтеграция бывших советских республик привела к тому, что многие мусульманские святыни в регионе оказались на территории теперь уже независимых суверенных государств, что ограничивает доступ к ним паломников, среди которых большинство составляют женщины и дети.

Территориальные диспуты
Современные границы трех республик Ферганской долины были установлены в советские времена без принятия во внимание географических, экономических и этнических особенностей взаимодействия местного населения. Ферганская долина наиболее пострадала от национальной политики 30-х годов прошлого столетия, превратившей веками связанные территории в некое подобие кроссворда.

Большие диаспоры узбеков в Таджикистане (25%) и Кыргызстане (14%), сконцентрированных по периметру узбекской границы способствовали усилению влияния Узбекистана в обеих республиках. Призывы создания автономного государства в Ферганской долине раздавались со стороны узбекской диаспоры во время Ошского конфликта в 1990 г. и со стороны Исламского Движения Узбекистана (ИДУ) в 1999-2000 гг. во время вторжения боевиков ИДУ на территорию Баткенской области Кыргызстана. После Баткенских событий Узбекистан в нарушение международных норм в одностороннем порядке заминировал границы с Кыргызстаном и Таджикистаном. Впоследствии отмечались случаи подрыва на минах жителей приграничных территорий и домашнего скота. Хотя с июня 2004 г. правительство Узбекистана заявило о своей готовности к разминированию границ, это произошло только частично на приграничных территориях анклавов Сох и Шахимардан.

Со времени таджикской войны (1992-1997 гг.) воображаемые в советские времена границы стали явью в жизни многих рядовых жителей. Узбекистан ввел визовый режим к въезду граждан из Кыргызстана и Таджикистана. Хотя границы появились в 1991 году, конкретное их прохождение продолжается дискутироваться. По информации, полученной в ходе интервью главы Кыргызской Паритетной Комиссии работниками ЮНИФЕМ в октябре 2003 г., существовало около 100 спорных пунктов между Узбекистаном и Кыргызстаном, и по многим участкам на кыргызско-таджикской границе до сих пор не достигнут консенсус. На территории долины существует несколько территориальных анклавов. Спорные территории зачастую являются плодородными землями со стратегическим доступом к водным ресурсам.

Несмотря на то что, начиная с 1950-х гг. создавались рабочие группы и паритетные комиссии, до сих пор процесс демаркации и делимитации границ не завершен в силу ряда причин, в том числе из-за недостатка сотрудничества между заинтересованными сторонами и недостаточного исполнения уже принятых соглашений. Взаимные территориальные споры часто становятся предметом конфликтов между сообществами в приграничных зонах15. Наблюдаются случаи незаконного занятия спорных участков жителями соседней республики16.

По мнению многих жителей Ферганской долины, конфликты вызываются не столько самим фактом наличия спорных территорий или неопределенных границ, а, в частности, установлением пограничных и таможенных постов, ограничивающих свободное передвижение жителей через границы. Вопросы дискриминации по национальной принадлежности поднимаются так же в связи с действиями работников таможенных, приграничных служб и силовых структур сопредельного государства.

Например, как пишет М. Ривс17, в январе 2003 г. пограничные посты, ранее установленные между Кыргызстаном и Таджикистаном вокруг Ворухского анклава были разрушены жителями с двух сторон. Хотя причина была в недовольстве жителей с обеих сторон в поборах и взяточничестве, в Бишкеке, столице Кыргызстана, это событие было интепретированно как индикатор усиления межэтнической напряженности. Автор говорит о том, что с точки зрения жителей, конфликт лежит не в отношениях между таджиками и кыргызами, а между государством и простыми жителями. Аналогичные тенденциозные освещения пограничных инцидентов нередко наблюдаются и со стороны государственных структур Узбекистана и Таджикистана.

Политическое участие женщин
Положение женщин значительно ухудшилось с момента распада Советского Союза. Уровень участия женщин в принятии решений существенно снизился. В середине 1990-х все три страны отказались от советской системы квотирования, обеспечивавшей женщинам около 30% мест в парламенте. В данное время только 16% мест в парламенте Узбекистана занято женщинами, в Таджикистане - 20,5%. В новом парламенте Кыргызстана, сформированном в марте 2005 г., нет ни одной женщины (0%)18, а в предыдущем было всего 7% женщин.

На местных, региональных уровнях складывается аналогичная ситуация. В Согдийской области Таджикистана, например, женщины составляют 10% в областном маджлисе, 13% - в городских и 12% - в районных маджлисах19. В сообществах, попавших в зону мониторинга, не оказалось ни одной женщины-главы местного самоуправления.

Существует положение в законах всех трех стран, согласно которому пост заместителя главы области должна занимать женщина. Традиционно, женщины-заместители глав областных администраций ответственны за социальные вопросы, здравоохранение, вопросы женщин и семьи. В каждой из стран Ферганской долины есть Национальный механизм по делам женщин, на который, наряду с осуществлением других функций, возложены задачи реализации Пекинской Платформы Действий. Каждая из стран имеет Национальный План действий по достижению гендерного равенства.

Все три страны подписали Конвенцию о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин (CИДО), но только Узбекистан и Таджикистан сдали отчеты по СИДО.


2. МЕТОДОЛОГИЯ

Для обеспечения качественного мониторинга ситуации в Ферганской долине, были разработаны гендерно-чувствительные индикаторы20. За основу была взята классификация, предложенная Шмейдл и Пиза-Лопес в их работе "Гендер и раннее предупреждение конфликтов: основа для принятия действий"21.

В разработке индикаторов участвовали как проектный штат, так и ключевые партнеры проекта, такие как Программа превентивного развития ПРООН Кыргызстана и Программа по приграничному сотрудничеству ПРООН Таджикистана. Индикаторы были поделены на качественные и количественные и распределены по следующим четырем категориям: социально-экономические, включающие в себя индикаторы по доступу мужчин и женщин к экономическим и природным ресурсам, индикаторы по положению молодежи в регионе, по насилию в отношении женщин и доступу женщин к уровню принятия решений. Всего было разработано 26 индикаторов.

Мониторинг проводился в Джалал-Абадской, Ошской и Баткенской областях Кыргызстана и Согдийской области Таджикистана. Всего было охвачено 14 сообществ в Таджикистане и 26 - в Кыргызстане22. Для сбора информации были привлечены 29 мониторов (14 женщин и 15 мужчин). 16 из них находились в Кыргызстане и 13 - в Таджикистане. Мониторы были отобраны и обучены проектом ЮНИФЕМ, все они непосредственно живут и работают в сообществах, входящих в зону обследования.
В ходе мониторинга использовались как количественные, так и качественные методы исследования, в частности обсуждения в фокус-группах, анкетный опрос, индивидуальные глубинные интервью и изучение частных случаев (кейс стади). Всего за период мониторинга в опросе "Доступ мужчин и женщин к природным и экономическим ресурсам" приняло участие 1510 человек в Кыргызстане и 1537 человек в Таджикистане. В опросе "Проблемы и перспективы молодежи Ферганской долины" участвовало 514 респондентов в Кыргызстане и 520 - в Таджикистане. Также в рамках изучения молодежного фактора в регионе был проведен дискуссионный электронный форум "Проблемы и перспективы молодежи Ферганской долины" на Интернет-сайтах информационных агентств Akipress.kg и Fergana.ru23.

3. ГЕНДЕРНОЕ НЕРАВЕНСТВО В ДОСТУПЕ К РЕСУРСАМ

Женщины и мужчины о приоритетных проблемах региона

Согласно результатам мониторинга в Кыргызстане и Таджикистане как женщин, так и мужчин в в первую очередь беспокоят ставшие уже традиционными для данного региона проблемы - нехватка поливной и питьевой воды, нехватка земли, бедность и безработица.


"Мы вот уже 15 лет, как приехали сюда и обосновали село. Мы берем воду из речки, которая течет из Кайрагача (15 км от нас). Если первые хозяйства (ближе к каналу) успевают полить огороды, то до нас (мы находимся в конце) вода просто не доходит. Вообще воды нет.... Судите сами: есть земля, но нет воды. Работать на своей земле - нет смысла, так как нет воды" (женщина, 47 лет, фокус-группа "Доступ к ресурсам", Джаббор-Расуловский район, Таджикистан).


Вместе с тем актуальность данных проблем в каждой из стран является разной. Так, например, для жителей Баткена наиболее актуальными являются проблемы, связанные с нехваткой земель сельскохозяйственного назначения, недостатком пастбищ, самовольным захватом земель гражданами других стран. Жители Согдийской области выделили, прежде всего, неопределенность границ, проблемы с распределением водных ресурсов и правовую неграмотность населения24.


Мы никогда не конфликтуем по поводу нехватки травы для скота, не делим "это наше, это не наше". Мы ощущаем трудности, но это не выливается в обвинения или конфликты с киргизами...Когда проводим скот, нас не останавливают. Между нашими жителями нет враждебности (женщина, 45 лет, фокус-группа "Доступ к ресурсам", село Маданият, Таджикистан).

На фоне этих данных примечательно то, что судя по ответам респондентов разногласия, споры и конфликты между различными этническими группами не просматриваются как наиболее значимые среди других названных проблем.


На мой взгляд, во-первых, у нас в селе остро стоит вопрос с гигиеной, у нас нет бани. Во-вторых нет квалифицированных кадров в школах, после окончания педагогических институтов к нам в село молодые учителя не хотят приезжать. Надо поставить перед Министерством образования, чтобы студенты-бюджетники, обязательно отрабатывали после окончания ВУЗа в сельских школах...(женщина, 53 года, фокус группа "Доступ к ресурсам", Сузакский район, Кыргызстан).

Особенности "женского" и "мужского" списков приоритетных проблем во многом определялись различиями тех ролей, которые традиционно играют женщины и мужчины в семье и в сообществах. Мужчины-респонденты, например, были обеспокоены отсутствием необходимой инфраструктуры для сельскохозяйственной деятельности - отсутствием транспорта, сельскохозяйственного оборудования, техники, высокими ценами на горюче-смазочные материалы и, в целом, нерентабельностью сельскохозяйственного труда, деградацией почв и др. А оценка женщин отражала суть и качество тех лишений, которым подвергаются в настоящее время люди в социальной сфере.

Женщин волновало плохое состояние дорог. В плохую погоду матери не могут послать детей в школу по таким дорогам. У детей нет обуви (встреча мониторов, 8 ноября 2005 г., г. Ош, Кыргызстан).

Именно женщинам приходится каждый день решать вопросы пропитания членов семьи, в особенности детей. Поэтому вопросы отсутствия работы, а значит и дохода являются проблемой не только самой женщины, но и ее детей. В то же время, в силу традиций и менталитета, мужчина может уйти из дома утром и прийти вечером, и его особенно не будет волновать чем питалась его семья за целый день. При этом полагается, чтобы при возвращении мужчины домой и для него нашлась еда. Такое положение вынуждает женщин искать любые возможности получения каждодневного заработка, чаще всего через ведение челночной торговли, что требует постоянных поездок и пересечения границ.

Женщины были также обеспокоены проблемами экологии, такими как, например, вырубка деревьев. Вместе с тем, именно женщины и дети, стараясь обеспечить свои семьи топливом, непосредственно участвуют в вырубке деревьев для дров, в частности на приграничных территориях сопредельных стран. Это создает дополнительные риски для женщин и детей оказаться подвергнутыми нападкам, запугиванию со стороны силовых структур и жителей этих территорий.


Когда женщины выходят на сбор шибога (вид травы), используемый для выпечки лепешек в тандыре (печке), нередко они подвергаются запугиванию и угрозам со стороны солдат... Они отбирают связки шибога, обливают бензином и сжигают (информация мониторов, Таджикистан).


Серьезной социальной проблемой является ограничение населения в доступе к медицинским услугам. Не в каждом селе имеются пункты оказания медицинского обслуживания, закрываются больницы, уезжают специалисты. Для женщин проблема усугубляется еще и тем, что они нередко сталкиваются с прямыми запретами обращаться к врачам мужского пола на основе религиозных и традиционных предубеждений. Так, например, женщины приграничного села Хушьяр (Узбекистан), обычно обращались за медицинской помощью к единственному врачу-женщине, работавшей в соседнем кыргызском селении Согмент. В мае 2005 года в Сохском анклаве произошел конфликт из-за воды между кыргызами села Согмент и таджиками села Хушьяр. В результате женщинам из села Хушьяр было запрещено пользоваться услугами кыргызского врача.

Данные по Кыргызстану показывают, что население посещает медицинские учреждения при острой боли (45%) или если заболел ребенок (22%), причем в первой подгруппе преобладают мужчины, а во второй - женщины. В Таджикистанеситуация схожая: около 50% опрошенных посещают медицинские учреждения только в экстренных случаях. Учитывая то, что большинство респондентов назвали невозможность оплатить анализы и лечение первой трудностью при обращении за медицинскими услугами, можно говорить о том, что значительная часть населения не могут себе позволить профилактическое лечение или обследование.

Такое положение вкупе с низким уровнем информированности населения, в частности о ВИЧ/СПИД, становится серьезным фактором риска поскольку наблюдается тенденция роста этого заболевания в регионе. Около 70% опрошенных респондентов в Кыргызстане либо ничего не знают о СПИДЕ, либо осведомлены о нем только частично. Хотя четкой гендерной разницы в знаниях о СПИДЕ не наблюдается, женщины осведомлены относительно в меньшей степени, чем мужчины.

В целом, различия женщин и мужчин в оценках приоритетных проблем своего региона связаны со спецификой женских и мужских сфер труда и влияния. Издержки кризиса государственного социального сектора после распада СССР привели к росту ответственности женщин. В то же время культурные особенности региона, имеющего традицию большого влияния патриархальных ценностей и уклада жизни, усиливают зависимость женщин, особенно девочек и молодых женщин от интересов семьи и родственников.

Владение и контроль над собственностью: традиции неравенства женщин

Ограничения женщин в доступе к ресурсам во многом связаны с их неравным положением во владении и контроле над собственностью. Результаты мониторинга наглядно подтверждают что женщины очень редко являются собственниками земельной доли и недвижимого имущества. Так, на вопрос: На чье имя чаще всего оформляется земельная доля25 семьи? были получены следующие ответы: в Кыргызстане 81% опрошенных мужчин и 77% женщин ответили, что земельная доля семьи оформляется на имя мужа. Далее по степени предпочтения следует такая категория как родители мужа. Так считают 10,7% мужчин и 10,1% женщин. Только 2,6% мужчин и 6,7% женщин отметили, что доля семьи чаще оформляется на имя жены (см. график 1).

График 1. Оформление земельной доли на членов семьи в южном Кыргызстане (%)

По мнению респондентов, семейный статус женщин во многом определяет различия в доступе к земельным ресурсам. В частности отмечалось, что если женщина была замужем, то никакой несправедливости по отношению к ней в распределении земли не было, поскольку земля выдавалась из расчета количества членов семьи. Как правило, земельные доли распределялись таким образом, чтобы участки членов одной семьи находились рядом. При этом оформление земельной собственности на имя мужа, в существующих традиционных представлениях обычно не рассматривается как нарушение прав женщины.


У нас в Алайском районе главой семьи является мужчина, это закон
(женщина, 39 лет, фокус-группа "Доступ к ресурсам", Алайский район, Кыргызстан).

Наши традиции пока не позволяют женщине сказать "это мое". (Если) муж еще жив, неприлично заявлять на что-то свои права (мужчина, 58 лет, фокус-группа "Доступ к ресурсам", джамоат Кистакуз, Таджикистан)

Женщины, которые на момент приватизации не были замужем, входили при распределении земельных долей в семьи либо брата, либо своего отца. При разводах, зачастую, от имени женщин выступали их отцы. Из всего этого, можно увидеть тенденцию не рассматривать женщин, как самостоятельный субъект имущественного права. В то же время необходимо принимать во внимание, что для женщин, особенно в сельских регионах, достаточно проблематичной является возможность оспаривания роли главы семьи и домохозяйства. Кроме того, патриархальные традиции, на которых основаны родственные и общинные связи, могут работать как определенный механизм социальной защиты, как средство взаимной помощи, что немаловажно для женщин в условиях слабой поддержки социального сектора со стороны государства.

И мужчины и женщины имеют землю одинакового качества, если это одна семья, ведь земельная доля отмеряется одной семье в одном месте, и участок мужа будет рядом с участком жены и детей. Другой вопрос, если женщина разведена или вдова, чаще всего они получали землю последними по очереди и если плодородной земли мало, то они получали не очень лучшие земли (женщина, 67 лет, Фокус группа "Доступ к ресурсам", Сузакский район, Кыргызстан).

Женщина становится главой домохозяйства в случаях вдовства или развода. Положение одинокой женщины и ее семьи становится более уязвимым при решении многих вопросов, в том числе когда касается вопроса получения земли. Как правило, вдовы и разведенные женщины получали землю в последнюю очередь, и худшего качества.

По закону она (разведенная) может продать свою землю. Но на самом деле, на практике, продать свою земельную долю, женщина зачастую не может. Даже если земля кого-то интересует, в солидарность с бывшим мужем ее никто не купит. Потом ее доля очень мала, какие-то 3-7 соток земли, и эта земля находится среди земельной доли ее бывшего мужа, поэтому покупателей мало (мужчина, 43 года, фокус-группа "Доступ к ресурсам", Узгенский район, Кыргызстан).

Таким образом, женщины, не имеющие мужского покровительства, имеют меньше шансов получить соответствующую земельную долю. При этом следует отметить, что статус разведенных еще более низкий, чем статус вдов. Вдовы, по крайней мере, могут рассчитывать на некоторую поддержку со стороны семьи своего мужа, особенно если у нее есть сыновья. Принимая главенство после смерти мужа, они также имеют возможность влиять на решения и могут стать собственниками. Разница в положении и возможностях в зависимости от статуса женщин в семье, ярко проявляется в тех случаях, когда женщина ведет самостоятельное хозяйство и пытается защищать свои права.

Майрамкан, 39 лет, два года назад развелась с мужем и вернулась в родное село. С большими трудностями разделила свою совместную с мужем земельную долю, разменяла ее с бывшей жительницей ее родного села и теперь стала хозяйкой земельного надела размером 60 соток в ее родном селе. В этом году Майрамкан начала освоение своего земельного участка. Как и принято, в нашем традиционном обществе, статус разведенной женщины, и тем более женщины, по словам сельчан, скандальной, через суд добившейся своей земельной доли был низок. Она чувствовала каждодневно и повсеместно упреки и осуждение. Как-то, летом, у водораздела собралось около 15 мужчин-собственников земли, которые поливали по очереди свои наделы. Многократные просьбы Майрамкан повернуть воду и на ее надел, мужчины игнорировали. Дальше в дело пошли ее угрозы, на что мужчины только посмеялись. Угроза, что она не получит воду и останется с детьми без урожая, толкнули Майрамкан на крайний шаг. Майрамкан встала около водораздела, сняла с себя верхнюю одежду и пригрозила, что если кто-то из мужчин повернет воду, она заявит на него в милицию и обвинит в попытке изнасилования. Так, она стояла до вечера, пока не замерзла и не полила свою землю. (кейс стади, Кыргызстан)


Кроме факторов, связанных с семейным статусом, на возможности женщин претендовать или оспаривать свое право на собственность существенное влияние оказывает низкая представленность женщин в органах местного управления. Не имея представителей в органах власти, женщины оказываются исключенными из процесса принятия решений по ключевым вопросам относительно распределения ресурсов.


Преимущества были на стороне жителей-мужчин, так как при распределении земли (решение принималось сельской управой), участвовали сотрудники сельских управ, бывшие в основном мужчинами. Мужчинам, получавшим землю, было легче договариваться с мужчинами, и они в результате получали лучшие земли (мужчина, 23 года, Фокус группа "Доступ к ресурсам", Алайский район, Кыргызстан).

В Таджикистане неравенство женщин в вопросе контроля над ресурсами проглядывается отчетливее, чем в Кыргызстане. Особенности Таджикистана в отношении возможностей женщин распоряжаться земельными ресурсами определяются тем, что земля здесь не находится в частной собственности, а право пользования регистрируется специальным земельным сертификатом. Как отмечается в оценках ЮНИФЕМ, чаще всего сертификаты выдаются на имя мужа, брата, или случае вдовства женщины - даже на взрослого сына. Менее 50% опрошенных женщин из числа семей, получивших земельные доли, смогли включить свои имена в документ26. На 27 мая 2004 г., по данным регистра предприятий Госкомстата РТ, лишь 6% от общего числа зарегистрированных дехканских (фермерских) хозяйств было оформлено на женщин. В 1999 году их доля составляла 3,9%27. По результатам настоящего мониторинга большинство женщин и мужчин среди респондентов также признают, что в подавляющем большинстве регистрация земельной доли происходит на мужа или его родственников (см. график 2).


График 2. Оформление земельной доли на членов семьи в северном Таджикистане (%)

При этом исследования ЮНИФЕМ показывают, что женщинам Таджикистана мешает отставивать свои права на землю распространенное мнение о том, что они не очень хорошие менеджеры и поэтому не смогут организовать работу на земле. Бытует также представление, что женщины неэффективно используют кредиты, хотя существующая статистика и по Кыргызстану и Таджикистану утверждает, что именно женские группы получателей кредитов отличаются высоким уровнем возвратности28. Такая форма скрытой дискриминации, не признаваемая и часто неосознанная, может оказывать существенное воздействие на решение чиновников, вовлеченных в осуществление земельной реформы29.

Также на оценку женщинами своих предпринимательских способностей влияют мнения окружающих, часто основаные на предубеждениях и стереотипах. В условиях, когда успешность рассматривается традиционно как "мужская" характеристика, женщина, которая претендует на роль успешного предпринимателя, редко рассматривается в позитивном ключе. Принято считать, что успешная в бизнесе или производстве женщина, имеет не столь счастливую семейную жизнь, или она не соответствует идеалам высокой морали и нравственности.

Многие женщины - бизнесменки стали морально неустойчивыми. Раньше услышать, что чья-то жена или сестра, дочь загуляла, было позором для всего джамоата. (мужчина, 54 года, фокус группа "Доступ к ресурсам", джамоат Кистакуз, Таджикистан)

Между тем, женщины в настоящее время являются основной сельскохозяйственной рабочей силой. Женский труд по сбору хлопка и табака, как и в советские времена, продолжает оставаться дешевым и экономически нерациональным. Такое положение становится особенно очевидным в связи с массовой миграцией мужчин на заработки30. Например, в 33% домохозяйств Таджикистана отмечается отсутствие мужчин, в основном, вследствие миграции31. В то же время, эксперты по вопросам миграции обращают внимание на то обстоятельство, что замена уехавшей рабочей силы на селе, чаще всего, происходит не за счет внедрения современной техники, а за счет привлечения и интенсификации женского и детского труда. Это в свою очередь приводит к увеличению доли малопроизводительного, ручного труда и распространение примитивных форм хозяйствования в аграрной сфере32.


Многие женщины работают только за получение продуктов первой необходимости - картофель, морковь и не надеются на деньги. В колхозе денег почти не платят. Дехканское хозяйство - только вывеска. По-настоящему это повторение колхоза. Хукуматы (местные власти), как в советское время, устанавливают план заготовок. Есть монополисты - кампания "Коттон". Они очень дешево покупают хлопок... (из информации мониторов, Таджикистан).




График 3. Получение земельного надела при распределении земли. Южный Кыргызстан (%)


В целом женщины чаще чем мужчины отмечали, что не знают, получили ли они землю или нет (см. график 3). Также, среди женщин-респондентов было больше тех, кто не знал о качестве полученной земли. В ходе мониторинга наблюдалось, что женщины ниже, чем мужчины оценивали и свой уровень знания по правам на землю (см. график 4).


Мужчины и женщины не знают о своих правах, потому что информации нет, особенно у женщин. Мужчины, допустим, участвуют на собраниях, как-то информированы, а женщины сидят дома и ничего не знают (женщина 38 лет, фокус-группа "Доступ к ресурсам", Араванский район, Кыргызстан).



График 4. Степень осведомленности о своих правах на землю и имущество, южный Кыргызстан (%)


Нередко незнание своих прав женщинами связано с запретом на получение информации. Источниками такого запрета для женщин на первом месте отмечаются супруги, затем родители и родственники (см. график 5). Однако, запреты на получение информации респондентами Кыргызстана не отмечаются как очень значимые причины незнания своих прав как женщинами, так и мужчинами.

В Таджикистане мужчины нередко сталкиваются с запретами на получение информации. Так, 57% опрошенных мужчин указали на запреты получать информацию со стороны родителей. Такое явление, возможно, связано с проявлением осторожности родителей в силу недостаточной уверенности в легальности поступающей различного рода информации и боязнью вовлечения своих детей в террористические и экстремистко-религиозные группировки. Родители также могут опасаться, что получение информации о правах может не приветствоваться представителями властей и стать поводом для задержания молодых мужчин силовыми структурами. Факт высокой настороженности родителей требует более детального изучения с точки зрения прогнозов для раннего предупреждения конфликтов на религиозно-экстремисткой почве или связанных с нарушением прав человека.



График 5. Если существует запрет на получении информации о правах на землю и имущество, то это исходит со стороны...?" Таджикистан (%)



Одним из факторов, влияющих на статус женщин в вопросах распоряжения собственностью и ресурсами, является сложившийся обычай, при котором все имущество принадлежит мужу либо родителям мужа. Сама женщина и ее родственники занимают второстепенное положение. В таких условиях, у женщин отсутствует возможность предъявлять свои права, поскольку это чревато применением физического насилия против нее со стороны мужа или его родственников. На сегодня практически отсутствуют случаи, когда замужняя женщина сумела в собственной семье потребовать и получить регистрацию имущества, в частности земельного надела, на свое имя. Это положение наглядно отражено в широкораспространенных поговорках, таких как, например в Таджикистане "духтар - моли кас", что означает "дочь принадлежит другим", и в Кыргызстане - "кызга кырк жерден тыйуу", что означает "для девочек - сорок запретов".


Я вышла замуж 21 год назад. Не получаю долю от них (свекра и свекрови), для себя не имею даже 1,5 сотки (земли). Бегала, председателю колхоза говорила, не выполнили мою просьбу. Теперь хочу поругаться и получить землю...(женщина, 39 лет, фокус группа "Доступ к ресурсам", джамоат Ворух, Таджикистан)


"Женщины, зачастую, обращаются в сельскую управу, обращаются к женсоветам или в суды аксакалов, часто обращаются в ЛАРК (проект Швейцарского координационного офиса по земельной реформе), раньше они оказывали бесплатные консультации, с этого года они делают платные консультации" (мужчина, 48 лет, фокус-группа "Доступ к ресурсам", Ляйлякский район, Кыргызстан).
Вопрос о механизмах защиты прав женщин является важным аспектом проблемы неравного доступа женщин к ресурсам. Материалы обсуждений в фокус-группах выявили, что женщины, как в Кыргызстане, так и Таджикистане, в целом предпочитают обращаться к официальным органам власти для защиты своих прав на землю. Так, они обращаются в первую очередь в айыл-окмоту и джамоаты33. Свои права на землю и имущество, в частности при разводах защищают в основном молодые женщины, которых местные жители называют "активными и грамотными".

Вместе с тем, за последние годы наблюдается усиление роли неформальных, традиционных институтов права. Так, все больше женщин обращается к неформальным институтам местного самоуправления, то есть в суды аксакалов (советы старейшин) и в женсоветы. Происходит это, по мнению респондентов, потому что за услуги неформальных институтов не нужно платить. Указывается также и то, что официальные власти практически не решают их проблем, бездействуют или работают в пользу местных богачей. Действия местных органов власти, официальных судов и правоохранительных органов характеризуются респондентами как коррумпированные, несправедливые, сопряженные с бюрократической волокитой.

Нарынгуль, 48 лет, лидер НПО 5 лет назад (в 2000 году) получила грант от международной организации на посадку деревьев в родном селе с целью оказать помощь крайне бедным, выбранным 6 молодым семьям и 4 вдовам в строительстве жилья. Саженцы с участием населения были посажены на ничейной по тем временам территории. Деревья выросли, и весной следующего года планировалось начать строительство. Однако землю, на которой растут деревья, приватизировал местный богач при помощи главы сельской управы. Конфликт в том, что новый хозяин претендует и на деревья. Члены НПО и те молодые семьи обращались во многие учреждения: к судам аксакалов, в сельскую управу, там рекомендуют обратиться в суд, а судебные расходы обходятся дорого для бедных семей. Члены НПО и эти нуждающиеся люди устали искать правду среди госструктур, ведь они не исполняют свои обязанности и не борются с бедностью, а если кто и хочет это делать, то мешают или препятствуют другим" (Из информации мониторов, Кыргызстан).


В тоже время, традиционные институты местного самоуправления - суды аксакалов, комитеты махалля (соседские общины) и женские советы чаще ориентируются на нормы обычного права, адата34 и, руководствуясь мужскими интересами, играют противоречивую роль в том, что касается гендерных отношений.

Около 52% женщин и 50% мужчин в Кыргызстане отметили, что чаще всего земельные споры разрешаются в пользу мужчин. Только 2% женщин и 4% мужчин считают, что пол не имеет значения при разрешении земельных споров. В Таджикистане, более 70% респондентов обоего пола указали на разрешение земельных споров в пользу мужчин. В таких условиях проблемы женщин имеют мало шансов быть решенными. Негативные последствия существования такого рода барьеров перед женщинами, особенно сельскими, отмечались и в Докладе о человеческом развитии в Центральной Азии, где, в частности, говорится, что из-за предпочтения, отдаваемому мужчинам в традиционном праве, при приватизации земли, возросло гендерное неравенство в доступе к земле35.

Понимаете, наши женщины знают, что после посещения ими юридических, правовых инстанций, семья распадется. Для сохранения семьи они используют традиционные методы решения проблем (глубинное интервью, женщина, 52 года, Таджикистан).

Традиционное обычное право, как правило, доминирует над официальным и в вопросах брака, разводов и наследования. Даже если женщина знает, что ей положена земля, она не будет добиваться этого, поскольку ей в этом будут препятствовать поведенческие и культурные коды, которые будут означать, что женщина уронила честь, "вынесла сор из избы", "опозорила мужа и семью". Таким образом, женщины в своем поведении стараются соответствовать традиционным предписаниям и нормам.

Вместе с тем проблематичность данного положения состоит в том, что женщины часто могут не знать свои права ни по мусульманскому, ни по официальному светскому праву36. Это относится особенно к случаям разводов, при которых, согласно шариату, женщинам полагается определенная доля в имуществе. Вопросы защиты законных прав затруднены также и тем, что в Ферганской долине довольно распространены неофициальные и полигамные браки, заключенные на основе исполнения религиозных ритуалов. Хотя, многие родители поощряют своих дочерей заключать официальные браки, зачастую это происходит уже после рождения нескольких детей. Учитывая эти тенденции, вызывает тревогу факт, что существующая в регионе гендерная статистика не способна адекватно отражать какую-либо динамику масштабов распространения традиционных обычаев, их влияния на случаи полигамных, неофициальных браков и разводов37.


Если кредитная организация требует большой залог, а в селе - это дом, то заявку оформляет муж, он же глава семьи, а если кредит маленький и залог - телевизор или ковер, то кредит берет женщина. (мужчина, 43 года, фокус-группа "Доступ к ресурсам", Сузакский район, Кыргызстан).

Ограниченный доступ женщин к контролю над собственностью существенно влияет на возможности женщин в получении кредитов и их использования для ведения независимой экономической деятельности. Неслучайно, женщины являются основными пользователями микрокредитных организаций. Не обладая достаточным имуществом для залога и информацией о своих правах, они попросту не могут получить средние или крупные кредиты.38. При такой ситуации, размер получаемых кредитов не позволяет женщинам заниматься более рентабельными видами деятельности.

Животноводство, где чаще всего задействованы мужчины, рассматривается как экономически более выгодное дело. Традиционно животноводством занимаются и могут заниматься в основном мужчины. Для этого вида деятельности требуются средние или крупные кредиты. В животноводстве можно быстрее окупить затраченные средства путем продажи скота, получения молока и другой продукции. Женщины, получая микрокредиты, не могут, к примеру, закупить домашний скот для последующего разведения. Поэтому, кредиты, в основном, используются женщинами для ведения мелкой торговли и во вторую очередь, сельского хозяйства.

Руководители кредитных союзов в основном мужчины, потому что для таких кредитных организаций нужно много подготовки, знакомств и денег, а этого у женщин нет (женщина 43 года, фокус-группа "Доступ к ресурсам", Ляйлякский район, Кыргызстан).


Земледелие с его многочисленными издержками, связанными с нехваткой земли, воды, техники, деградацией почв и др., вкупе с трудностями сбыта сельскохозяйственной продукции, оставляет крестьян практически без прибыли. Монитор в одном из южных районов Кыргызстана констатирует, что владение шестью сотками земли служит основанием не причислять таких жителей к числу безработных. "Между тем, даже люди, имеющие земельные наделы в 35 соток не могут прокормить себя; на пустых землях невозможно прокормить семью, поскольку на обработку 1 га земли уходит в среднем 20-25 тысяч сомов"39, - отмечается далее. Из одного гектара хлопчатника собирают 2 тонны хлопка. При цене хлопка в 8-10 сомов, одна семья за круглый год может заработать 20 тысяч сом и таким образом остаться без ничего"40.

Если мужчина берет кредит, то он использует деньги на сельское хозяйство или животноводство, а женщины берут на мелкую торговлю в комке41 или на ближайшем рынке. Женщины не могут правильно использовать деньги и становятся банкротами (мужчина, 41 год, фокус-группа "Доступ к ресурсам", Сузакский район, Кыргызстан).


Около 70% респондентов, как в мужской, так и в женской подгруппах, считают, что использование малых кредитов женщинами способствует улучшению материального положения семьи в основном в краткосрочной перспективе. Однако результаты обсуждений в фокус-группах выявили большую озабоченность людей неэффективным использованием малых кредитов как средства преодоления бедности из-за высоких процентов и коротких сроков погашения кредита. Беззалоговые микрокредиты, как правило, выдаются по высоким процентам, например, в ФИНКЕ под 48%, КСФК и ПРООН - 12%42. Схемы таких кредитных агентств обычно основаны на коллективной ответственности групп взаимопомощи.

Как было выявлено в социологическом исследовании бенефициариев программы ПРООН по сокращению бедности, основным мотивом вступления сельчан в такие группы является бедственное положение их семей и отсутствие работы; 44% опрошенных бенфициариев отметили, что их доходоприносящая деятельность помогает прокормить семью, но доход явно недостаточен43 44.

Есть в Джалал-Абаде (микрокредитная) организация "Финка", очень мне не нравится эта организация, они дают деньги женщинам, но много случаев, когда женщина остается без дома и имущества (женщина, 49 лет, фокус -группа "Доступ к ресурсам", Сузакский район, Кыргызстан).


Как показали результаты мониторинга, больше половины респондентов как в Кыргызстане, так и в Таджикистане не знают о существовании специальных программ кредитования для женщин. Это может свидетельствовать о недостаточном количестве целевых женских кредитных программ и слабой информированности населения о существующих программах.

...если 60% кредиторов смогли получить какую-то прибыль, то 40% - наоборот обанкротились или обнищали...Эти кредиты очень нужны народу. Но согласитесь, такое соотношение заставляет задуматься...Поэтому многие женщины... просили увеличить сроки кредитов с 3-4 месяцев до 6 месяцев, а также снизить процент кредита (женщина, 42 года, фокус группа "Доступ к ресурсам", джамоат Чорку Таджикистан).

На эффективность использования женщинами микрокредитов вероятно влияет также то, что зачастую получаемые кредиты и их использование контролируется мужчинами и другими членами семьи. Зачастую женщины, являясь получателями кредитов и неся ответственность за их выплату, не распоряжаются полученными средствами, так как мужчины в семье, обычно мужья, распоряжаются полученными средствами.

Женщины берут кредиты и отдают мужчинам. (Они) продают косточки, сушенные абрикосы. Но все перерабатывают...женщины ...Они копят косточки, перебирают их, сортируют абрикосы, фасуют. А мужчины продают и покупают. Деньги в руках мужчин (женщина, 47 лет, фокус группа "Доступ к ресурсам", Таджикистан).


Обобщение по разделу:

Вышеизложенные положения и материалы по существующим в регионе особенностям неравенства женщин в доступе к ресурсам позволяют предложить следующие выводы, тем не менее, требующие дальнейшего изучения:

* Наиболее приоритетными проблемами региона по оценкам респондентов являются нехватка водных и земельных ресурсов, безработица и бедность. Примечательно, что вопросы неопределенных границ и спорных территорий не рассматривались респондентами как ключевые проблемы региона, а расцениваются прежде всего как ограничения политического характера, составляющие трудность для ведения бизнеса, получения заработков, поддержания контактов с родственниками в связи с необходимостью практически ежедневно пересекать существующие границы.
* Различие в представлениях о наиболее актуальных проблемах региона между женщинами и мужчинами во многом определяется спецификой гендерного разделения труда. Зонами особой напряженности, по мнению женской группы респондентов, является разрушение со времени распада Советского Союза социо-культурной и социо-бытовой инфраструктуры региона - дорог, больниц, школ, бань, нарушение экологии.
* Проявляя высокий потенциал адаптации к новым экономическим и социальным условиям, женщины, тем не менее, оказались ограниченными "экономикой выживания" - уличными рынками, мелким и челночным бизнесом. Женщины также составляют основную часть рабочих в сельскохозяйственном секторе.
* В то же время, в регионе остаются стойкими традиции главенства мужчин во владении и контроле над основными экономическими ресурсами. Как показали результаты мониторинга, более чем в 80% случаев земля и другое имущество оформляются на мужчин, то есть мужа, отца, брата или сына.
* Неравенство в распределении ресурсов на уровне владения землей и контроля над собственностью ограничивает женщин в возможностях выхода из бедности, в частности за счет использования различных кредитов. В условиях существования системы залогов при получении средних и крупных кредитов, женщины, как правило, могут рассчитывать только на мелкие кредиты, не позволяющие развивать устойчивые формы бизнеса. Вынужденно практикуемая женщинами экономика выживания ориентирована на удовлетворение ежедневных нужд семьи. На этом интересе и специфике ответственности женщин перед семьей выстраиваются многие схемы микрокредитования, за которыми часто скрываются высокие проценты, снижающие их эффективность. При этом нередко женщины, взявшие кредит, не могут свободно им распоряжаться из-за контроля со стороны мужа или других членов семьи.
* Женщины, в поиске защиты своих прав чаще, чем мужчины обращаются к неформальным структурам власти - в суды аксакалов (старейшины села), женские и махалинские (общинные, соседские) советы. Это не в последнюю очередь связано с тем, что услуги официальных судов являются платными и с тем, что зачастую обращение в государственные структуры сопровождается необходимостью давать чиновникам взятки. Также это может происходить и по той причине, что женщинам нередко запрещается самостоятельно и напрямую взаимодействовать с различными внешними по отношению к семье структурами, что особенно характерно для Таджикистана. При этом отмечается, что женщины не владеют полной информацией ни по нормам обычного и религиозного права, ни по нормам официальных законов.
* Локализация жизненных стратегий женщины на уровне семьи наряду с ограниченными возможностями защиты своих прав через формальные институты ведут к тенденции усиления влияния норм обычного права - "адата". В решении многих вопросов взаимодействия в сообществе, в том числе имущественного характера, обычное право ориенттируется на "мужские" интересы. Таким образом, женщины оказываются перед двойными барьерами, закрепляющими их неравенство в доступе к ресурсам и правах на владение и управление земельными и другими активами.

1 В марте 2005 года, в результате политического переворота и в ходе протестного движения произошла смена власти в Кыргызстане. Двумя месяцами позже - в мае - в ходе демонстрации в г. Андижан власти применили военную силу. В результате только по официальным данным погибло 176 человек. Согласно альтернативным источникам количество жертв достигло 750 человек.
2 Узбекистан не был охвачен проектной деятельностью в связи со сложной политической ситуацией в стране, особенно усугубившейся после Андижанских событий мая 2005 года.
3 Подробнее смотрите в конце каждого раздела.
4 Sabates-Wheeler. Land Rights and Economic Security for Rural Women in Tajikistan. Findings of: A Rural Women's Needs, A legislative Review, and An Institutional Assessment. Dushanbe, 2002

5 ЮНИФЕМ, проектный документ, 2004 г., октябрь
6 См. там же.
7 Баткенская область была организована на базе Ошской области в конце 1999 года с целью усиления национальной безопасности и пограничного контроля. Данное решение была попыткой предотвращения вооруженных вторжений в страну.
8 А. Табышалиева в сотрудничестве с НСК КР. Кыргызстан: Общая оценка состояния страны. Бишкек, 2001, с. 95.
9 Международная Кризисная Группа. Узбекистан: Восстание в Андижане. Брифинг №38, Бишкек/Брюссель, 25 мая 2005 г.
10 На демографическую ситуацию в Таджикистане повлияла также и гражданская война 1992-1997 гг., в результате которой около полумиллиона человек эмигрировали в Россию, и около 70,000 человек - в северный Таджикистан. Источник: Обзор результативности экологической деятельности. Таджикистан. Европейская экономическая комиссия ООН. Женева, 2004 г. (Доступно на сайте: http://www.unece.org/env/epr/studies/Tajikistan/russian/Chapter00.pdf)
11 Доклад о человеческом развитии в Центральной Азии. Региональное бюро ПРООН по странам Европы и СНГ, 2005 г., стр. 160.
12 Отчет по раннему предупреждению. ПРООН, 2004 г., 29-30
13 Кыргызстан и Узбекистан: фокус на вопросах о питьевой воде и санитарии. Агентство IRIN, доступно на сайте: http://www.irinnews.org/report.asp?ReportID=37655
14 А. Табышалиева. Региональное сотрудничество для предотвращения конфликтов. Центральная Азия: новое пространство для сотрудничества. Институт региональных исследований, Бишкек, 2000 г., с. 24.
15 Early Warning Report. Preventive Development Programme. UNDP. 2004, 27-33..
16 Смотрите информацию о спорных участках в: Отчете социологического исследования Проекта ЮНИФЕМ в Кыргызстане "Права женщин на землю и устойчивые средства к жизни. Компонент по правовой помощи. Бишкек, 2005, Резюме отчета.
17 Madeleine Reeves. Locating danger: konfliktologiia and search for fixity in the Ferghana Valley borderlands. Central Asia Survey. 24 (1), p.68, March 2005
18 Согласно данным Межпарламентского Союза от 28 февраля 2006 г. Доступно на http://www.ipu.org/wmn-e/classif.htm
19 Гендерный баланс в органах власти Таджикистана 2006. Координационный офис ООН в Таджикистане. Доступно на сайте: http://www.untj.org
20 См. приложение. Схема гендерно-чувствительных индикаторов, разработанной в рамках проекта.
21 Susanne Schmeidl with Eugenia Piza-Lopez. Gender and Conflict Early Warning: A Framework for Action. International Alert, June, 2002, p. 13-23
22 См. приложение 4. Список целевых сообществ.
23 Ferghana.ru: http://forum.ferghana.ru/viewforum.php?f=17; Akipress.kg: http://fergana.akipress.org/youth
24 Экономические и правовые проблемы жителей приграничных районов Баткенской области Кыргызстана. Проект ЮНИФЕМ "Права женщин на землю и устойчивые средства к жизни". Бишкек, 2005 г.
25 В Кыргызстане земельная доля определяется как земельный участок сельскохозяйственного назначения (кроме пастбищ), предоставляемая в собственность гражданину Кыргызской Республики в порядке определяемой Правительством КР. Подробно см. ЮНИФЕМ/Кыргызстан, 2005 г.
В Таджикистане земельная доля определяется как земельный участок сельскохозяйственного назначения, предоставляемый гражданину Таджикистана, в порядке, определенном Правительством РТ. Подробно см. ЮНИФЕМ/Таджикистан, 2005 г.
26 Использование договоров по правам человека для защиты права сельских женщин на землю в Таджикистане. ЮНИФЕМ, 2004 г., с.18.
27 Права женщин в ходе земельной реформы в Республике Таджикистан. ЮНИФЕМ, 2005 г., с. 28.
28 Центр изучения общественного мнения "Эль-Пикир", Общественное объединение "Институт оценки развития", ЮНИФЕМ, 2005 г.
29 Использование договоров по правам человека для защиты права сельских женщин на землю в Таджикистане. ЮНИФЕМ, 2004 г., с. 5-7.
30О масштабах этого явления в регионе можно судить по численности трудовых мигрантов: в Кыргызстане насчитывается 350-500 тыс. мигрантов, в Таджикистане - 650 тыс. При этом из Таджикистана на заработки выезжает 85% мужчин и 15% женщин; из Кыргызстана - 60% мужчин и 40% женщин (С. Олимова, 2005 г., 6-10 июня).
31 Использование договоров по правам человека для защиты права сельских женщин на землю в Таджикистане. ЮНИФЕМ, 2004 г., с. 10.
32 Материалы Семинара "Стратегии развития и продовольственной безопасности в горных регионах Центральной Азии", Душанбе, 2005 г.

33 Джамоаты - органы местной власти (сельские управы).
34 Адат - традиционный кодекс поведения.
35 Доклад о человеческом развитии в Центральной Азии. Региональное бюро ПРООН по странам Европы и СНГ. 2005 г, с. 182.
36 Rachel Sabates-Wheeler (2002) Land Rights and Economic Security for Rural Women in Tasjikistan. UNIFEM, Dushanbe, 2002, p.11
37 См. также. Доклад о человеческом развитии в Центральной Азии. Региональное бюро ПРООН по странам Европы и СНГ. 2005, с. 183-184.
38 Центр изучения общественного мнения "Эль-Пикир", Общественное объединение "Институт оценки развития", ЮНИФЕМ, 2005 г.
39 1 доллар США составляет примерно 41 Кыргызских сомов.
40 См. также Отчет ЮНИФЕМ "Экономические и правовые проблемы жителей приграничных районов в Баткенской области Кыргызстана", Бишкек, 2005.
41 Комок - коммерческий ларек.
42 Отчет по исследованию "Мониторинг реализации НССБ в области социальной мобилиации, развития малого и среднего бизнеса, микрокредитования и занятости на местном уровне", ПРООН, Бишкек, 2004, с. 67
43 Отчет социологического исследования "Определение нужд и потребностей бенефициариев программы ПРООН по сокращению бедности в области малого среднего бизнеса для развития доходоприносящей деятельности". ПРООН, Бишкек, 2003, с. 8 и 65.
44 Сложные схемы формирования и выдачи кредитных ресурсов, проходящих через несколько инстанций и поступающих к конечным потребителям кредитов с "накрученными" процентами, описывались также в отчете проекта ЮНИФЕМ в Кыргызстане "Доступ сельских женщин к экономическим ресурсам". ЮНИФЕМ, Бишкек, 2005 г., сс. 34-35.
??

??

??

??




1





16





СОДЕРЖАНИЕ