<<

стр. 2
(всего 2)

СОДЕРЖАНИЕ

политики “частичных реформ”, описанный Дж. Хелманом. При этом воз Сейчас, по прошествии трех лет, несмотря на продолжающийся (хотя
можности подобного арбитража в России и других государствах СНГ бы и более низкими темпами) экономический рост и сохраняющуюся соци
ли существенно шире, чем в других странах с переходной экономикой, по альную стабильность, можно констатировать, что эти ожидания в значи
скольку здесь большим был масштаб накопленных ранее структурных тельной мере не оправдались. Складывается ощущение, что в России по
диспропорций. Тем самым выше были потенциальные выигрыши и более степенно восстанавливается — хотя и в более “рыночных” и “демократи
мощными становились стимулы к удержанию экономики и общества в ло ческих” формах — та иерархическая система, которая была характерна для
вушке “частичных реформ”. советского времени и которая гасила импульсы к изменениям и к разви
Однако в результате новая система в сравнении со старой оказалась тию, исходящие не из центра или не согласующиеся с его установками.
еще более неэффективной. Так же, как и раньше, общество в значитель Объяснение этого, на наш взгляд, заключается в том, что в результате
ной мере жило за счет ренты, но теперь чрезвычайно непропорциональ кризисов 1991 и 1998 гг. на сцене появились отдельные новые игроки, но сре
ным стало ее распределение. Основной объем ренты стал концентриро да в целом не претерпела существенных изменений. Она была и остается не
ваться в руках очень ограниченного круга лиц — при стагнации или сни конкурентной — как в экономике, так и в политике. Кризисы, расчищая по
жении жизненного уровня основной массы населения. Эта резко возрос ле, способствовали выдвижению в первый эшелон новых, более активных
шая несправедливость в распределении доходов, на наш взгляд, может и энергичных игроков. Однако, укрепившись в новом качестве, они теряли
объяснять возникновение “политической поляризации”, о значимости стимулы к развитию и к инновациям84. Благодаря сохранению неконкурент
которой пишет Т. Фрай. ной экономической и политической среды эти игроки, заняв доминирующие
Возросшая неэффективность системы и отсутствие у влиятельных иг позиции, могут извлекать ренту из своего “статуса” или доли на рынке, могут
роков (как на стороне бизнеса, так и на стороне власти) интереса к выхо перекрывать доступ к ресурсам для потенциальных конкурентов, а также мо
ду из сложившегося “плохого равновесия” делали неизбежным кризис, гут блокировать реформы, нарушающие сложившееся равновесие.
подобный тому, который имел место в августе 1998 г. Здесь необходимо подчеркнуть, что стремление к получению ренты
Этот кризис, на первый взгляд, не привел к радикальным сдвигам в де в целом естественно для рыночных агентов. Рента обычно связывается
ловой и политической элите. Однако, на наш взгляд, он оказал существен с понятием монополии. Однако, на наш взгляд, следует также различать
ное влияние на мотивацию действующих агентов — особенно в 1999—2000 инновационную и политическую ренту.
гг. Принципиальное отличие от начала 1990 х заключалось в том, что пред В условиях конкурентного рынка среда заставляет рыночных агентов
ставители сформировавшейся бизнес элиты уже обладали значимой соб искать способы снижения издержек или поиска новых рыночных ниш —
ственностью, и им было, что терять. Для представителей ельцинской поли
тической элиты кризис, приведший к власти левоцентристское правитель 84 Здесь следует отметить, что мы говорим об общей тенденции, которая по разному может
ство Е. Примакова, также обозначил потенциальную возможность утраты проявляться на разных рынках. Наиболее заметной она оказывается в сырьевых отраслях. На
против, продвинувшиеся в посткризисный период компании из пищевой промышленности
их социального статуса — в случае, если кризис повторится в более острой или машиностроения сталкиваются с фактором конкуренции со стороны иностранных произ
форме. водителей, и это вынуждает их к поиску инноваций.


48 49
и тем самым подталкивает их к инновациям. До тех пор, пока эти нововве инновации в сохраняющейся неконкурентной среде. При этом распрост
дения не будут переняты другими участниками рынка, их инициаторы мо ранение инноваций и вовлечение в инновационную активность все новых
гут рассчитывать на получение инновационной ренты. При этом речь идет экономических агентов постепенно позволили бы сформировать группы
не только о технологических, но и об организационно управленческих интересов, реально поддерживающие развитие конкуренции.
инновациях. Исследования свидетельствуют о том, что такие инновации В качестве одного из примеров таких механизмов стимулирования
тесно связаны с накоплением специфических знаний и возможны в лю инноваций можно назвать Фонд Чили, который был создан в середине
бых секторах и на разных стадиях в глобальных цепочках добавления сто 1970 х при паритетном финансировании правительства Чили и корпора
имости (global value chains)85. ции ITT и с деятельностью которого в 1980—90 е гг. был связан стреми
Напротив, “политическая рента”, на наш взгляд, возникает в тех слу тельный рост чилийского экспорта — искусственно разводимых лососе
чаях, когда отдельный участник рынка, через взаимодействие с властью вых, томатной пасты, столового винограда и других товаров86. Другие
и посредством влияния на систему регулирования, может искусственно примеры — ассоциации производителей, возникшие по инициативе биз
ограничить доступ на рынок для новых игроков, может получать ресурсы, неса в депрессивных регионах Южной Италии и Северо Восточной Бра
не соответствующие его уровню эффективности. зилии и сумевшие при поддержке местных властей обеспечить сущест
Очевидно, что доминирование подобных стратегий на микроуровне венное повышение качества продукции, рост производства и расширение
приводит к общему падению эффективности на макроуровне и тем самым экспорта87.
предопределяет неизбежность очередного кризиса. И хотя такой новый В традиционной терминологии можно сказать, что речь идет о меха
кризис может открыть новые возможности для продвижения более эф низмах и инструментах промышленной или структурной политики. Одна
фективных игроков, с высокой вероятностью в конечном счете система ко они не укладываются в стандартные схемы, поскольку они предполага
вновь вернется в состояние “плохого равновесия” — если с появлением на ют тесное взаимодействие между государством и бизнесом и подчас не
сцене новых игроков не будет меняться структура отношений, если не бу имеют жестких формальных рамок. На наш взгляд, более корректно гово
рить об институциональных инновациях, создающих при дефиците рыноч
дут появляться институты и механизмы, поддерживающие конкуренцию
и стимулирующие инновации. ной конкуренции условия для появления и распространения технологиче
Понимание значимости конкуренции для экономического и социаль ских и организационно управленческих инноваций.
ного развития не является новым. Вопрос в том, откуда возникнет конку Что может стать т о ч к о й о п о р ы для запуска процесса внедрения
ренция. Для российских реформаторов и их западных советников в начале подобных институтов и механизмов?
1990 х гг. был характерен расчет на то, что конкуренция будет привнесена В бизнесе, в политике и в госаппарате всегда есть “второй эшелон”.
вместе с внедрением рыночных механизмов и демократических институ Его игроки могут быть эффективнее лидеров, но в неконкурентной среде
тов. Эти ожидания не оправдались. Вязкое сочетание несовершенного им труднее продвинуться. По мере упрочения, цементирования системы
рынка и слабого, коррумпированного государства гасило исходящие свер они будут испытывать все большие трудности в развитии, будут наталки
ху импульсы преобразований, реформы начинали захлебываться, а потом ваться на все большие препятствия и барьеры. Такие компании на рынке
сами реформаторы встраивались в сложившуюся систему отношений ли и такие игроки на стороне государства (не только в госаппарате, но и в по
бо исчезали с политической сцены. Стоит отметить, что все это также не литической сфере) могут поддержать усилия по созданию новых институ
ново. Многие страны третьего мира пребывают в состоянии подобного тов. Но они вряд ли могут инициировать этот процесс — так как они не об
“плохого равновесия” на протяжении десятилетий. ладают для этого достаточным влиянием.
Выход из этой ловушки слабого рынка и неэффективного государства, Проблема заключается в том, что в рамках сложившегося баланса сил
на наш взгляд, — не в революционных преобразованиях в рамках широко игрокам “первого эшелона” институты и механизмы конкуренции не
масштабных реформ, а в постепенном внедрении и встраивании в сущест нужны. Они уже занимают доминирующие позиции, и рациональная
вующую систему механизмов и институтов, которые стимулировали бы стратегия их поведения сводится к использованию текущих возможностей

86 Более подробно см. Кузнецов (2002).
85 87
См., например, Kaplinsky (2000). См. Locke (2001).


50 51
извлечения “политической ренты”. Однако из любого правила всегда есть быть формализованы — с тем, чтобы обеспечить возможность их повторе
исключения — и в “первом эшелоне” есть нетипичные игроки, ориентиро ния и распространения.
Последний шаг весьма важен для обеспечения демонстрационного эф
ванные на долгосрочное развитие.
фекта — поскольку негативно пессимистические ожидания среди игроков
Их отличительная черта в том, что они не просто хотят сохранить име
ющееся (капитал, позиции на рынке, социальный статус), они хотят чего “второго эшелона” можно попытаться переломить с помощью серии ус
то большего. Они действуют нерационально с точки зрения доминирую пешных совместных проектов, доказывающих возможность взаимодейст
щих стратегий поведения, их интересы могут сталкиваться друг с другом. вия между заинтересованными игроками на стороне бизнеса и на стороне
И, тем не менее, именно они могут инициировать институциональные ин государства. В этих же целях могут быть использованы механизмы выявле
новации, запустить процесс. Однако, на наш взгляд, их усилия могут увен ния и распространения лучшей практики — например, на основе конкур
чаться успехом только при определенных условиях88. сов уже реализованных проектов, конкурсов типа “компания года” и т. д. 90
П е р в о е п р е п я т с т в и е , которое им придется преодолеть — это до Тр е т ь е п р е п я т с т в и е , скорее всего, будет выражаться в активном
стижение минимальной критической массы. Поскольку мы говорим о нети сопротивлении среды. Дело в том, что вокруг существующих неэффектив
пичных игроках, их группа заведомо будет очень узкой и достижение успе ных институтов сложились устойчивые группы интересов, включающие
ха будет более вероятным в случае взаимодействия между такими игрока в себя как представителей государства, так и представителей бизнеса. Бла
ми. В этом взаимодействии должны участвовать как представители бизне годаря наличию этих институтов и обладая преимущественным доступом
са, так и представители государства — так как в силу обоюдной слабости к ним, соответствующие игроки имеют возможность извлекать политиче
рынка и государства кооперация только на одной стороне, скорее всего, скую ренту. Поэтому в рамках рациональной модели поведения они будут
не даст ожидаемых результатов. Далее, такое взаимодействие должно от препятствовать реформированию таких институтов или превращать этот
ражать конкретные интересы его потенциальных участников и поэтому процесс в “частичные реформы”. Именно в этом, на наш взгляд, заключа
скорее должно быть ориентировано не на построение институтов как та ются причины систематического “пробуксовывания” институциональных
ковых, а на реализацию определенных проектов. При этом для того, что преобразований в России.
бы избежать возможной мимикрии и поиска ренты в таких проектах, они Для того, чтобы ослабить подобное сопротивление среды, по нашему
с самого начала должны опираться на долгосрочные и преимущественно мнению, следует изменить сам вектор преобразований. Вместо изменения
и ломки уже существующих институтов надо делать акцент на создании но
коллективные интересы их потенциальных участников.
В т о р о е п р е п я т с т в и е связано с недоверием между потенциальны вых институтов. Такие институты (или проекты, лежащие в их основе)
ми участниками процесса и их устойчивыми негативными ожиданиями, лучше запускать в тех секторах, где провалы и неэффективность старых
порождаемыми предшествующим опытом 1990 х гг. Сказанное касается институтов наиболее очевидны. Однако это лучше делать в режиме серии
как возможных инициаторов инноваций (first movers) в лице нетипичных экспериментов — при одновременном сохранении старых институтов, ко
игроков “первого эшелона”, так и более многочисленных эффективных торые пусть плохо, но работают.
игроков из “второго эшелона”, которые обладают меньшими ресурсами Такой подход, на наш взгляд, позволит не только ослабить сопротив
и не верят в то, что на практике можно что то изменить. ление сложившихся групп интересов, но и создаст условия для запуска
конкуренции институтов. Анализ опыта практического функционирова
В случае с инициаторами процесса, как показывает анализ опыта не
многочисленных успешных проектов взаимодействия между бизнесом ния таких отчасти параллельных институтов в дальнейшем даст основания
и государством в 1990 е гг. в России89, для установления атмосферы дове для перераспределения ресурсов в пользу наиболее эффективных среди
рия между потенциальными участниками лучше, чтобы на начальной ста них и тем самым — для формирования вокруг них новых групп интересов,
дии условия реализации таких проектов не были слишком формальными.
Вместе с тем, в дальнейшем при успехе таких проектов их условия должны 89 См. Пономарев, Гончар (2002).
90 Е. Кузнецов (2002) в своей работе описывает успешную практику внедрения в Мексике подоб
ного конкурсного механизма, обеспечившего развитие элементов конкуренции между региона
88При выделении этих условий мы опирались на результаты посвященных России исследова ми (штатами). На наш взгляд, здесь возможны определенные аналогии с механизмом “социали
ний Е. Кузнецова (2002), А. Пономарева и К. Гончар (2002), а также на работу Ричарда Локка стического соревнования”, который в 1930—1960 е гг. в неконкурентной среде советской плано
о формировании институтов доверия в Южной Италии и Северной Бразилии (см. Locke, 2001). вой экономики создавал определенные стимулы для инноваций и повышения эффективности.


52 53
способствующих укоренению этих институтов91. При этом, однако, следу печения относительной устойчивости всей системы лучше ориентиро
ет сознавать, что отнюдь не все институциональные инновации оказыва ваться не на разрушение или радикальное преобразование существующих
ются эффективными. И эволюционный подход, основанный на конку институтов (на чем традиционно была сконцентрирована деятельность
ренции институтов, может смягчить издержки неудачных экспериментов. российских реформаторов), а на систему экспериментов с созданием па
Наше последнее замечание касается того, что весьма важные для нас раллельных институтов. Это обеспечит условия для институциональных
понятия “первого” и “второго эшелонов”, конечно же, относительны. Од инноваций и запуска конкуренции институтов — с формированием групп
на и та же компания может быть безусловным лидером в своем регионе поддержки вокруг наиболее эффективных среди них и постепенным пере
и в то же время оставаться малозаметной на национальном рынке. Энер распределением ресурсов в их пользу.
Очевидно, что все сказанное не является ответом на вопрос как прово
гичный губернатор, имеющий свои политические амбиции, может терять
ся на фоне федеральной политической элиты. дить реформы. Это скорее лишь некоторые подходы к ответу на данный во
На наш взгляд, процесс запуска институциональных инноваций, прос, сформулированные в контексте обсуждения механизмов создания по
обеспечивающих большее пространство для конкуренции, скорее может зитивных стимулов и мотиваций для потенциальных сторонников ре
начаться с уровня регионов — в силу большего разнообразия их исходных форм — в лице нетипичных игроков “первого эшелона” и более многочис
условий и потенциально больших амбиций у представителей региональ ленных эффективных игроков “второго эшелона”. Тем не менее, в последу
ной элиты. При этом наибольшим потенциалом могут обладать проекты ющих работах на основе более подробного анализа механизмов стимулиро
взаимодействия между сильными региональными лидерами и крупными вания экономического роста в России и трансформации рыночных инсти
бизнес структурами, работающими на национальном рынке. В сравнении тутов в процессе глобализации мы попытаемся дать более полный ответ на
вопрос как — поскольку именно этот вопрос, в конечном счете, является
со многими федеральными политиками или высшими чиновниками отно
сительное преимущество региональных лидеров заключается в том, что ключевым для успеха экономических и политических преобразований.
им есть, куда расти. Относительным преимуществом бизнес структур на
ционального уровня может быть больший объем располагаемых ресурсов
и более широкий горизонт интересов.
Таким образом, цели политики строительства институтов в несовер ЛИТЕРАТУРА
шенной институциональной среде, по нашему мнению, должны заклю
чаться в поиске “исключений из правила” среди игроков “первого эшело
на” на стороне бизнеса и на стороне государства, и в организации их вза Афонцев С. (2000a) Рыночные реформы и демократический процесс // Государство,
экономика, общество: аспекты взаимодействия. М.: МОНФ, 2000. С. 37—68.
имодействия. Такое взаимодействие на начальной стадии должно быть от
Афонцев С. (2000б) Нормативная экономическая теория и политическая экономия
носительно неформальным и скорее облечено в форму конкретных проек
трансформации: оценка альтернативных подходов. Доклад на международной кон
тов, нежели ориентировано на создание новых институтов самих по себе.
ференции “Посткоммунистическая Россия в контексте мирового социально эко
На следующем этапе для расширения поддержки новых институтов нуж номического развития”. М., 2000. 1—2 декабря.
но будет переломить устойчивые негативные ожидания, сформировавши
Гельбрас В., Кузнецова В. Китайский сценарий для России // Россия между вчера
еся в бизнесе и в обществе. Этого можно добиться за счет демонстрацион и завтра. Книга первая. Экспертные разработки / Под ред. В. Преображенского
ного эффекта серии успешных совместных проектов, доказывающих воз и Д. Драгунского. М., 2003. С. 213—233.
можность взаимодействия между заинтересованными игроками в бизнесе Гельман В. Изучение выборов в России: исследовательские направления и методы
и в госаппарате. Наконец, для сдерживания сопротивления среды и обес анализа // Выборы и партии в регионах России. Сборник учебных материалов по
курсу “Политическая регионалистика” / Под ред. Г. Люхтерхандт Михалевой
и С. Рыженкова. М., СПб.: ИГПИ, Летний сад, 2000. С. 12—43.
91Нечто подобное, на наш взгляд, имело место в практике Китая в 1980—90е годы с развити Ершова Н.С. Трансформация правящей элиты России в условиях социального пе
ем так называемых “поселковых предприятий” (town village enterprises — TVE). Возникнове
релома // Куда идет Россия? / Под ред. Т.И. Заславской и Л.А. Аратюняна. М.: Ин
ние и бурный рост этих предприятий, принадлежавших муниципальным властям и коммунам,
терпракс, 1994. С. 151—155.
происходили на фоне очень медленных изменений в государственной промышленности.
В конечном счете, TVE оказались очень успешным примером институциональной иннова
ции — правда, плохо вписывающимся в стандартные представления экономической теории.


54 55
Заславская Т. О стратегии социального управления перестройкой // Иного не дано Полтерович В.М. Институциональные ловушки и экономические реформы. Препринт
/ Под ред. Ю. Афанасьева. М.: Прогресс, 1988. С. 9—50. № 98/ 004. М.: РЭШ, 1998.
Зудин А. Неокорпоративизм в России? (Государство и бизнес при Владимире Пу Пономарев А.К., Гончар К.Р. Альянсы бизнеса и государства в инновационных
тине) // Pro et Contra. 2001. Т. 6. №4. С. 171—198. проектах. Препринт WP5/2002/06. М.: ГУ ВШЭ, 2002.
Зудин Ю.А. Режим В. Путина: контуры новой политической системы // Общест Радаев В.В. Формирование новых российских рынков: трансакционные издержки,
венные науки и современность. 2003. №2. С. 67—83. формы контроля и деловая этика. М.: ЦПТ, 1998.
Иного не дано / Под ред. Ю.Н. Афанасьева. М.: Прогресс, 1988. Россия: формирование институтов новой экономики / Кузьминов Я., Яковлев А.,
Гохберг Л. и др. М.: ГУ ВШЭ, 2003.
Капелюшников Р. Где начало того конца?.. // Вопросы экономики. 2001. №1.
Федоровский А. Институциональные преобразования в Китае: предпосылки, осо
Карев М. Спрос и предложение в сфере арбитражного производства // Развитие
бенности, перспективы // Мировая экономика и международные отношения. 2003.
спроса на правовое регулирование корпоративного управления в частном секто
№4. С. 77—86.
ре. М.: МОНФ, 2003. С. 340—358.
Штольтинг Э. Немецкая идентичность — прошлое и настоящее. Беседа А.Г. Здра
Кордонский С. Рынки власти: административные рынки СССР и России. М.: ОГИ,
вомыслова с профессором Э. Штольтингом. Берлин, 2000.
2000.
http://www. riisnp. ru/contents. htm
Корнаи Я. Дефицит. М.: Наука, 1990.
Яковлев А. О причинах бартера, неплатежей и уклонения от уплаты налогов в рос
Крыштановская О. Финансовая олигархия в России // Известия. 1996. 10 января. С. 5.
сийской экономике // Вопросы экономики. 1999. №4. С. 102—115.
Крыштановская О.В. (2002а) Бизнес элита и олигархи: итоги десятилетия // Мир
Яковлев А.А. Структурные ограничения либеральных реформ в российской эконо
России. Т. XI. №4. 2002. С. 3—60.
мике // Экономический журнал ВШЭ. 2001. Т. 5. №1. С. 41—56.
Крыштановская О. (2002б) Режим Путина: либеральная милитократия? // Pro et
Яременко, Ю.В. Теория и методология исследования многоуровневой экономики.
Contra. 2002. Т. 7. №4. С. 158—180.
М.: Наука, 1997.
Кузнецов Е. Пробудиться, догнать и устремиться вперед: Механизмы запуска ин
Ясин Е. Бремя государства и экономическая политика (либеральная альтернатива) //
новационного роста России. Препринт WP5/2002/07. М.: ГУ ВШЭ, 2002.
Вопросы экономики. 2002. №11. С. 4—30.
Лэйн Д. Преобразование государственного социализма в России: от “хаотической”
Ясин Е. Модернизация экономики и система ценностей // Вопросы экономики.
экономики к кооперативному капитализму, координируемому государством? //
2003. №4. С. 4—36.
Мир России. 2000. Т. IX. №1. С. 3—22.
Anders Aslund (1996) // Transition. 1996. Vol. 2. P. 12—17.
Марголина С. Конец прекрасной эпохи. О немецком опыте осмысления нацио
нал социалистической истории и его пределах // Неприкосновенный запас. 2002. Richard E. Ericson, Barry W. Ickes. A Model of Russia’s Virtual Economy. BOFIT Dis-
№2 (22). С. 36—44. cussion Papers. 2000. No. 10.
Мигранян А. Механизмы тороможения в политической системе и пути его преодо Eva Fodor, Edmund Wnuk-Lipinsky, Natasha Yershova. The New Political and Cultural
ления // Иного не дано / Под ред. Ю. Афанасьева. М.: Прогресс, 1988. С. 97—121. Elite // Theory and Society. 1995. Vol. 24. No 5. P. 783—800.
Нольте Х. Х., Полян П. Гитлер и Сталин: с кем же жить лучше, с кем веселей? // Adam Frane, Matevz Tomsic. Elite (Re)configuration and Politico-economic Performance
Неприкосновенный запас. 2003. №2 (28). С. 105—111. in Post-socialist Countries // Europe-Asia Studies. 2002. Vol. 54. No. 3. P. 435—454.
Олсон М. Логика коллективных действий. Общественные блага и теория групп. Norbert Frei. Vergangenheitspolitik. Die Anfaenge der Bundesrepublik und die NS-Ver-
М.: ФЭИ, 1995. gangenheit. Deutscher Taschenbuch Verlag, Muenchen, 1999.
Паппэ Я.Ш. Олигархи. Экономическая хроника 1992—2000. М.: ГУ ВШЭ, 2000. Norbert Frei (Hg) Karrieren im Zwielicht. Hitlers Eliten nach 1945. Campus Verlag.
Frankfurt; N.Y., 2002.
Паппэ Я.Ш. (2002а) Российский крупный бизнес как экономический феномен:
особенности становления и современного этапа развития // Проблемы прогнози Timothy Frye (2002a). The Perils of Polarization. Economic Performance in the
рования. 2002. №1. С. 29—46. Postcommunist World // World Politics. 2002. April. 54. P. 308—337.
Паппэ Я.Ш. (2002б) Российский крупный бизнес как экономический феномен: Timothy Frye (2002b). Capture or Exchange? Business Lobbying in Russia // Europe-Asia
специфические черты, модели его организации // Проблемы прогнозирования. Studies. 2002. Nov. Vol. 54. No. 7. P. 1017—1036.
2002. №2. С. 83—97.
Clifford Gaddy, Barry W. Ickes . Russia’s Virtual Economy // Foreign Affairs. 1998. Sept.—
Пивоваров Ю., Фурсов А. Русская Система и реформы // Pro et Contra. 1999. Т. 4. Oct. P. 53—67.
№4. С. 176—197.


56 57
Goldthorpe J. The Service Class Revisited // Social Change and the Middle Classes / Eds. Katharina Pistor. Supply and Demand for Law in Russia: A Comment on Hendley // East
T. Butler, M. Savage. L.: UCL Press, 1995. P. 313—329. European Constitutional Review. 1999. 8. No. 4. P. 105—108.
Eric Hanley, Hatasha Yershova, Richard Anderson. Russia — New Wine in Old Bottle? Heiko Pleines (2003a). Wirtschaftseliten und Politik im Russland der Jelzin Ara (1994—
The Circulation and reproduction of Russian Elites 1983—1993 // Theory and Society. 1999). Osteuropa: Geschichte, Wirtschaft, Politik. Band 33. LIT Verlag: Munster-Hamburg-
1995. 24. 5. P. 639—668. London, 2003.
Joel S. Hellman. Winners take all: The Politics of Partial Reform in Postcommunist Tran- Heiko Pleines, (2003a). Social partners and captors: The political role of economic actors
sitions // World Politics. 1998. Jan. 50. P. 203—234. in Eastern Europe (Czech Republic, Poland, Russia) // Paper presented at the conference
“Overcoming state weakness”. 2003. May 17—19.
Joel S. Hellman, Geraint Jones, Daniel Kaufman. Seize the State, Seize the Day: an
empirical analysis of State Capture an Corruption in Transition // Paper prepared for the Hans-Henning Schroeder. El’tsin and the Oligarchs: The Role of Financial Groups in
ABCDE 2000 Conference. Washington (D.C.), 2000. April 18—20. Russian Politics Between 1993 and July 1998 // Europe-Asia Studies. 1999. Vol. 48. No. 6.
P. 957—988.
Joel S. Hellman, Geraint Jones, Daniel Kaufman, Mark Schankerman. Measuring
Governance, Corruption, and State Capture. How Firms and Bureaucrats Shape the Hans-Henning Schroder. Auf dem Weg zu einer neuen Ordnung? Der wirtschaftliche,
Business Environment in Transition Economies // World Bank Policy Research Paper soziale und politische Wandel in Russland von 1992 bis 2002 // Der schwerfallige Riese.
2312. 2000. April. Wie Russland den Wandel gestalten soll / Hrsg. Olaf Hillenbrand, Iris Kempe. Verlag
Bertelsmann Stiftung, Gutersloh, 2003. S. 25—200.
John Higley, Jan Pakulski, Wlodzimierz Weselowski. Introduction: Elite Change and
Democratic Regimes in Eastern Europe // Postcommunist Elites and Democracy in Lilia Shevtsova. Russia’s Post-Communist Politics: Revolution or Continuity? // Ed. by
Eastern Europe / Eds. John Higley, Jan Pakulski, Wlodzimierz Weselowski. Macmillan G. Lapidus / The New Russia: Troubled Transformation. Boulder, CO: Westview Press,
Press Ltd, 1998. P. 1—33. 1995. P. 5—36.
Ursula Hoffmann-Lange, Elite Transformation and Democratic Consolidation in Ger- Ivan Szelenyi, Szonja Szelenyi. Circulation or Reproduction of Elites During the Post-
many after 1945 and 1989 // Postcommunist Elites and Democracy in Eastern Europe / Communist Transformation of Eastern Europe: Introduction // Theory and Society. 1995.
Eds. John Higley, Jan Pakulski, Wlodzimierz Weselowski. Macmillan Press Ltd, 1998. P. 24. 5. P. 615—638.
141—162.
John Williamson. In Search of a Manual for Technopols // The Political Economy of
Raphael Kaplinsky. Spreading the gains from globalization: what can be learned from value
Policy Reform / Ed. by John Williamson. Washington (D. C.): Institute for International
chain analysis? IDS working paper. 2000. No. 110.
Economics, 1994.
Grzegorz W. Kolodko. From shock to therapy: the political economy of post-socialist.
David Woodruff. Money Unmade. Barter and the Fate of Russian Capitalism. Ithaca,
Oxford etc.: Oxford University Press, 2002.
London: Cornell University Press, 1999.
Olga Kryshtanovskaya, Sthephen White. From Soviet Nomenklatura to Russian Elite //
David M. Woodruff (2003) Property Rights in Context: Privatization’s Legacy for Corpo-
Europe-Asia Studies. 1996. Vol. 48. No. 5. P. 11—33.
rate Legality in Poland and Russia. MIT, mimeo.
Olga Kryshtanovskaya. Die Transformation der alten Nomenklatur-Kader in die neue rus-
Andrei Yakovlev. Commodity Exchanges and the Russian Government // RFE/RL
sische Elite // Russland — wohin? / Hrsg. Helmut Steiner, Wladimir A. Jadow. Berlin,
Research Report. 1993. No. 45. P. 24—28.
Trafo Verlag, 1999.
David Lane. Elite Cohesion and Division // Postcommunist Elites and Democracy in
Eastern Europe / Eds. John Higley, Jan Pakulski, Wlodzimierz Weselowski. Macmillan
Press Ltd, 1998. P. 67—96.
David Lane, Cameron Ross. Limitation of Party Control: The Government Bureaucracy in
the USSR // Communist and Post-Communist Studies. 1994. Vol. 27. No. 1. P. 19—38.
David Lane, Cameron Ross. The Russian Political Elites: Recruitment and Renewal //
Postcommunist Elites and Democracy in Eastern Europe / Eds. John Higley, Jan Pakulski,
Wlodzimierz Weselowski. Macmillan Press Ltd, 1998. P. 34—66.
Richard M. Locke. Building Trust // Paper presented at the Annual Meetings of the
American Political Science Association. Hilton Towers, San Francisco, California, 2001.
Sept. 1.
Joan Nelson. Introduction: The Politics of Economic Adjustment in Developing Countries
// Economic Crisis and Policy Choice: The Politics of Adjustment in the Third World / Ed.
by Joan Nelson. Princeton: Princeton University Press, 1990.

58
Препринт WP4/2004/01
Серия WP4
Социология рынков

Редактор серии В.В. Радаев



Андрей Александрович Яковлев

Взаимодействие групп интересов и их влияние
на экономические реформы в современной России




Публикуется в авторской редакции

Зав. редакцией Е. В. Попова
Выпускающий редактор А. В. Заиченко
Технический редактор С. Д. Зиновьев




ЛР № 020832 от 15 октября 1993 г.
Формат 60х84/16. Бумага офсетная. Печать трафаретная.
Тираж 150 экз. Уч. изд. л. 3,56. Усл. печ. л. 3,49. Заказ № 12. Изд. № 430

ГУ ВШЭ. 125319, Москва, Кочновский проезд, 3
Типография ГУ ВШЭ. 125319, Москва, Кочновский проезд, 3

<<

стр. 2
(всего 2)

СОДЕРЖАНИЕ