стр. 1
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

С.А. КРАВЧЕНКО
СОЦИОЛОГИЯ: ПАРАДИГМЫ
ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ
СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ВООБРАЖЕНИЯ
МОСКВА-2002

Рецензенты:
Доктор социологических наук, профессор А.Б. Гофман Доктор философских наук, профессор Л.К. Зыбайлов
Редактор: кандидат филологических наук Л.Н. Ольхова Научно-вспомогательная работа: аспирант О.Е. Бабкина Корректор: Е.В. Небесная
Учебное пособие отличается инновационным изложением материала. Его особенностями являются:
- изложение материала в полипарадигмалъной
интерпретации, что позволяет видеть сильные и слабые стороны
основных социологических теорий, возможности применения их
методологического инструментария лишь в конкретных
пространственных и временных координатах;
- акцент сделан на развитие социологического воображения,
что помогает видеть латентные аспекты социальных явлений, учит
диагностировать аномальные отклонения от нормы в развитии
общественных институтов и отношений;
- учитывается культурное многообразие через
осуществление сравнительного анализа российских реалий с их
западными и восточными аналогами, что способствует лучшему
пониманию и формированию толерантного отношения к различным
культурам;
- в каждой теме показываются возможности методов и
методологического инструментария конкретных теория, что
осуществляется через анализ социальных процессов, происходящих
ныне в мире и России.
Для студентов, аспирантов, преподавателей, всех тех, кто интересуется социологической проблематикой.
Кравченко С.А.

СОДЕРЖАНИЕ
Введение 11
Тема I. ВОЗНИКНОВЕНИЕ СОЦИОЛОГИИ 13
1. Здравый смысл и социология 13
2. Предпосылки возникновения социологии 16
Систематизированный скептицизм 16
Великая Французская революция 1789 г. 16
Промышленная революция 17
Радикальные изменения в ментальности 17
3. Место социологии в познании социальной действительности ... 18
Тема 2. СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ И СОЦИОЛОГИЧЕСКОЕ
ВООБРАЖЕНИЕ 23
1. Социология как наука, её полипарадигмальный характер 23
Уровни социологического анализа 23
Главные парадигмы 24
Методология 25
Предмет социологии 26
2. Факторы обновления социологического знания 28
3. Ч.Р. Миллс: социологическое воображение 29
Тема 3. ПЕРВЫЕ СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ:
ОБОСНОВАНИЕ "ОБЪЕКТИВНЫХ" ЗАКОНОВ 35
1. О. Конт: создание позитивистской социологии 35
Поиск объективных законов социального развития 36
Законы, обоснованные О. Контом 37
2. Индивиды в системе порядка и прогресса (по мотивам контовских
идей) 38
3. Г. Спенсер: обоснование структурно-функциональной эволюции
общества 39
Развитие социологии и ее принципов 40
Эволюционная теория 41
Законы, обоснованные Г. Спенсером 43
4. Власть, возможности её демократизации (в контексте взглядов Г.
Спенсера) 43
5. Первые российские социологи: поиски решающих факторов
общественного развития 46
Тема 4. СТРУКТУРНЫЙ ФУНКЦИОНАЛИЗМ Э. ДЮРКГЕЙМА 49
1. Институционализация социологии 50

Вычленение предмета социологии 50
Социологизм Э. Дюркгейма: основные методологические принципы
познания общества 50
Методы 51
2. Влияние разделения труда на общественное развитие 52
Разделение труда как социальный закон 52
Типы социальной солидарности 52
3. Анормальное разделение труда 53
Аномия 53
О самоубийстве 54
4. Применение принципов "социологизма" к исследованию права
(кросскультурный анализ российских и американских реалий) 54
Тема 5. ДИАЛЕКТИКО-МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКАЯ
СОЦИОЛОГИЯ К. МАРКСА И Ф. ЭНГЕЛЬСА 61
1. Концепция отчуждения 63
Проблема дегуманизации человека 63
Разделение труда 64
2. Создание диалектико-материалистической социологии, её предмет
и методы 66
Природа 66
Структуры и социальные агенты 67
Общественное сознание, сознание ложное, классовое сознание 68
Социальные законы 69
Непредвиденные последствия 70
Социальные факты и ценности 70
3. Противоречия и конфликты 71
Классы и классовая борьба 71
Социальная революция 72
4. К. Маркс о власти, обращенной к человеку 73
Тема 6. "ПОНИМАЮЩАЯ" СОЦИОЛОГИЯ М. ВЕБЕРА 78
1. Идейно-теоретические предпосылки становления веберовской
интерпретивной парадигмы 79
2. Предмет и методы "понимающей" социологии 80
Новый взгляд на роль естественных и социальных наук 80
Социальные факты и ценности 81
Понимание (Verstehen) социальных действий 82
Типизация социальных действий 83
Основные методы понимания социальных действий 84
Идельно-типические конструкции 85
Непредвиденные последствия 86
3. Рациональность и иррациональность 87
Анализ общества по характеру действий его членов 87
Бюрократия 89
Господство: границы рационального 90
Иррациональная рациональность 91
4. Перспективы рационализации власти в России: актуальность
веберовских идей 93

Тема 7. СИМВОЛИЧЕСКИЙ ИНТЕРАКЦИОНИЗМ ДЖ. МИДА, Ч.
КУЛИ И Г. БЛУМЕРА 99
1. Дж. Мид - основоположник парадигмы символического
интеракционизма 100
Идейно-теоретические истоки 100
Социальное действие: символ - ответная осмысленная реакция 100
Принятие роли - средство интерпретации значимых символов 101
Гипотеза Сапира-Уорфа 102
Самость 102
Механизм развития самости 103
Обобщенный другой и значимый другой 104
Применение принципов символического интеракционизма к исследованию
гендерных ролей 105
2. Ч. Кули: теория "зеркального Я" 107
Основные постулаты и метод теории "зеркального Я" 109
Современные изменения в самоидентификациях россиян ПО
3. Г. Блумер: символы и коллективное поведение 111
Базовые посылки 111
Сфера коллективного поведения 111
Разрушение значимых символов как фактор спонтанного коллективного
поведения 112
Формы спонтанного коллективного поведения 112
Формы институционального коллективного поведения 113
Критика символического интеракционизма 116
Особенности форм спонтанного поведения в современном российском
обществе 116
Тема 8. А. ШЮТЦ - ОСНОВОПОЛОЖНИК
ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОЙ СОЦИОЛОГИИ 120
1. Идейно-теоретические истоки 121
2. Феноменологическая парадигма: предмет и методы 122
Типизация и конструирование идеальных типов 123
Интерсубъективный мир 123
"Мы " - группа и "Они "- группа 124
3. Концепция дома 125
4. "Мы" и "Они" в российском обществе 127
Тема 9. СОЦИОЛОГИЯ ЗНАНИЯ П. БЕРГЕРА И
Т.ЛУКМАНА 131
1. Конструирование социальной реальности 132
Двойственная фактичность общества 132
Агенты производства и поддержания субъективной реальности 133
Релятивность знания и субъективно сконструированных жизненных
миров 134
2. Знания в традиционных и современных плюралистических
обществах 135
Институты по производству и передачи знания 136

Толерантность к иному знанию как ценность современного общества 136
Факторы, обеспечивающие стабильность плюралистических обществ 137
Проблема выбора системы знаний 138
Институты, стимулирующие выбор знания 139
3. Возможности феноменологического подхода для анализа
социокультурного состояния России 140
Тема 10. ЭТНОМЕТОДОЛОГИЯ 148
1. Предмет и методы 149
Локальное производство социального мира 149
Документальный метод 150
Эксперименты по разрушению повседневных взаимодействий как метод
изучения фоновых ожиданий 151
2. Основные исследовательские направления в этнометодологии
Анализ разговорных практик 153
Изучение институтов 153
3. Место этнометодологии в системе социологического знания.... 154
4. Использование этнометодологических методов для анализа
практической повседневной деятельности в коммунальной квартире... 155
Тема 11. СОЦИАЛЬНЫЙ ПСИХОАНАЛИЗ 3. ФРЕЙДА 158
1. Структура личности, её социальные действия 158
Детерминированность социальных действий сознательными и
бессознательными факторами 158
"Оно", "Я" и "Сверх-Я" 159
Анализ свободных ассоциаций 161
Основные защитные механизмы "Я" 162
Страхи и неврозы 163
Критика К. Маркса 164
2. Масса: коллективное бессознательное и сознательное 164
Факторы, способствующие образованию и распаду массы 164
Агрессивность массы 165
Идентификация 166
Корпоративный дух массы 167
Вождь массы 168
3. Роль культуры в человеческих отношениях 169
Культура и человеческие страсти 169
Дифференциация запретов по социально-культурному признаку 169
Нарциссизм культурных идеалов 170
4. Инфантильное и интеллектуализированное поведение 171
Влияние религии на характер поведения 171
Дух науки и интеллектуализированное поведение 172
5. Социальный психоанализ о роли бессознательного и
деструктивного факторов в политике 173
Тема 12. ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПСИХОАНАЛИЗ
Э.ФРОММА: ОБЩЕСТВО ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА 179
1. Человек для себя 179

Телесно-духовная целостность природы человека 179
Экзистенциальные дихотомии 180
Любовь: единение человека с миром 182
Дилемма: созидать или разрушать 182
Совесть и разум 183
2. Социальный характер 184
Продукт межличностного взаимодействия, детерминированный
культурой 185
Социальный характер западного общества 186
Типизация социальных характеров 188
3. Патологическое и здоровое общество 188
Критерии общественного здоровья 188
Причины возникновения общественной патологии 189
В каком направлении изменять человека и общество 190
4. Фроммовские подходы к изучению деструктивпости в политике 192
Тема 13. ИНТЕГРАЛЬНАЯ СОЦИОЛОГИЯ П. СОРОКИНА 198
1. Человек как "удивительное интегральное существо" 199
Доминирование социокультурного начала 199
Интегральное использование каналов познания 200
Культурный мир 201
Высшая интегральная ценность 201
Фактор Доброты: возможность целей и средств, адекватных природе
человека 202
2. Социокультурные суперсистемы и флуктуация обществ 203
Социокультурные суперсистемы в истории человеческой цивилизации 203
Основной закон истории 204
Цикл флуктуации 204
3. Социальная стратификация и мобильность, теоремы флуктуации...205
Абсолютность социальной стратификации 205
Социальная мобильность и ее флуктуация 206
Политическая флуктуация 207
Экономическая флуктуация 208
Гипотезы о флуктуационных тенденциях в России 209
4. Социология революции 209
Негативные демографические изменения 209
Закон социального иллюзионизма 211
Факторы, определяющие характер власти 212
Детерминированность менталъности социокультурным фактором 212
"Биологизирующая " роль революции 213
"Закон позитивной и негативной поляризации " 213
5. П. Сорокин о реформировании общества в условиях его кризиса....214
Тема 14. Т. ПАРСОНС: СОЗДАНИЕ РАЗВЕРНУТОЙ
СТРУКТУРНО-ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ТЕОРИИ НА ОСНОВЕ
ИНТЕГРАЛЬНОГО ПОДХОДА 219
1. Теория социального действия 220

Идейно-теоретические истоки 220
"Волюнтаристская теория социального действия" 222
Система элементарного действия 222
Система социального действия и её подсистемы 223
Социальный актор - ситуация 224
Типы социальных действий 225
Типовые переменные 226
Функциональная сетка AGIL 227
2. Теория социальной системы 227
Социальная система: общая схема 227
Общество как тип социальной системы 227
Подвижное равновесие общества 229
3. Общественный порядок и факторы его обеспечивающие 230
Тема 15. Р. МЕРТОН: СОЗДАНИЕ ПАРАДИГМЫ
СТРУКТУРНОГО ФУНКЦИОНАЛИЗМА В ВЕРСИИ ТЕОРИИ
СРЕДНЕГО УРОВНЯ 238
1. Теоретико-методологические основы мертоновской парадигмы
структурного функционализма 239
Критика классического структурного функционализма 239
Теория среднего уровня 240
Стратегия функционального анализа 241
Одиннадцать заповедей функционализма 242
2. Функционалистская теория аномии 244
Понятие аномии 244
Типологизация способов адаптации индивидов в условиях аномии 244
Конформность 245
Инновация 245
Ритуализм 246
Ретритизм 246
Мятеж 247
3. Применение принципов Р. Мертона к исследованию способов
адаптации индивидов к политическим реалиям 247
Тема 16. Э. ГИДДЕНС: СИНТЕЗ ДЕЯТЕЛЬНЫХ АГЕНТОВ И
САМООРГАНИЗУЮЩИХСЯ СТРУКТУР 255
1. Концепция современности 256
Общеметодологический кризис 256
Характерные черты современности 257
2. Теория структурации 260
Социальные практики как предмет исследования 260
Структура 260
Главная теорема теории структурации 262
Агент 263
Практическое сознание 264
Порядок 264
3. Э. Гидденс и агентно-структурная политическая реальность
современности 264

Тема 17. СТРУКТУРАЛИСТСКИЙ КОНСТРУКТИВИЗМ
П.БУРДЬЕ 273
1. Синтез структурализма и феноменологии 273
Идейно-теоретические истоки 273
Принцип двойного структурирования социальной реальности 274
2. Основная теорема структуралистского конструктивизма 274
Концепция габитуса 274
Капитал и его виды 276
Концепция поля 277
3. Предрасположенность агентов к определенным действиям в
политическом поле 278
Тема 18. СИНЕРГЕТИКА И ПОСТСТРУКТУРАЛИЗМ КАК
ПРЕДВЕСТНИКИ ПОСТМОДЕРНИСТСКИХ ТЕОРИЙ 285
1. Синергетика: изучение самоорганизующихся структур 285
Порядок из хаоса 285
Новый взгляд на мироздание 287
Постнеклассическая методология 289
2. М. Фуко: основание теории археологии знания 290
Предмет археологии знания 290
Метод деконструкции 291
Эпистема 291
3. Постструктурализм Ж. Дерриды 292
Грамматология: неодетерминистская теория развития 292
"Смерть Автора" 293
Деконструкция: теоретическое обоснование 294
4. У. Бек: создание теории общества риска 295
Риски модерна: методологические и социокультурные подходы 295
Рефлексивность структур модерна 297
5. Фукоизм о знании и власти, их контроле над людьми 298
Тема 19. ПОСТМОДЕРНИСТСКИЕ ТЕОРИИ 302
1. Постмодерн и потребность нового социологического знания ....302
2. 3. Бауман: социология постмодерна 303
Постмодернистская ментальность 303
Предмет социологической теории постмодерна 305
3. Ж. Бодрийяр: создание "антисоциальной" теории 306
"Конец социального" 307
Потребительское общество 307
Символический обмен 308
Гиперреальность 309
4. Симулякры и симуляции современного общества (по мотивам
произведений Ж. Бодрийяра) 310

ВВЕДЕНИЕ
Учебное пособие ставит своей задачей познакомить студентов с основными социологическими теориями, видя в них средство познания человека, культуры, общества. Главный акцент сделан на том, чтобы в концентрированной форме изложить суть творчества ведущих представителей мировой социологической мысли, начиная от становления социологии и заканчивая постмодерном. При этом автор предлагает свой подход к подаче материала, который исходит из следующих принципиальных позиций.
Во-первых, изложение социологического знания осуществляется через призму политеоретической интерпретации, что апеллирует к активной позиции студента, предполагает развитие творчески-критического отношения к политическим теория, их методологическому инструментарию. Практический смысл подобной подачи материала нацеливает читателей на комплексное и одновременно избирательное использование различных теорий, их методологических средств, учит на этой основе принятию более гибких жизненных, политических и управленческих решений. У студента появится возможность выбора, какой теории, каким технологиям анализа политических реалий отдать предпочтение.
Во-вторых, каждая тема заканчивается разделом, показывающим возможности применения теоретических и методологических принципов для практического исследования конкретных социокультурных реалий. Читатель увидит, как, используя принципы конкретной социологической парадигмы можно интерпретировать социальные действия людей, сформировать общее представление об обществе.
В-третьих, автор исходит из того, что социология - это наука не о конкретном обществе и не об обществе в целом, а об обществах, проживающих в них социальных типах людей, характере их культуры, традициях, ментальности и социальных действиях. В связи с этим теоретический материал излагается, прежде всего, в контексте сравнительного анализа реалий современного российского и других обществ.
В-четвертых, автор не мыслит теоретическую социологию без социологического воображения, в котором сливаются воедино наука и "искусство не доверять" обычному видению мира. Социологическое воображение развивает особую функцию разума: видеть латентные аспекты социальных явлений, проникать в сущность окружающих реалий, видеть их оборотную сторону и различные грани. Оно учит диагностировать аномальные отклонения от нормы в развитии общественных отношений, вырабатывать методы "лечения" и превентивного предупреждения социальных "болезней".
Наконец, в-пятых, в настоящем учебном пособии показывается, за что и как ведущие социологи критиковали друг друга, по каким проблемам вели споры, ради чего готовы были заниматься политической деятельностью. Такая картина "жизненной социологии" даст читателю более углубленное представление о творческом наследии прошлого, его влиянии на развитие современной социологической мысли.
Учебное пособие рассчитано на курс в объеме 70-72 часов (15-19 лекций, 8-10 семинарских занятий и 5-6 круглых столов, на которых студенты в свободных дискуссиях могли бы обсудить изученные темы).
У автора есть конкретные планы и замыслы по переработке настоящего учебного пособия в систематизированный учебник по социологии, который бы состоял из примерно 25 актуальных тем, данных в политеоретической интерпретации и иллюстрированных эмпирическим материалом. Поэтому автор будет признателен за критические замечания по данному учебному пособию и высказанные

соображения и пожелания на будущее. С благодарностью будут рассмотрены предложения, связанные с изданием и финансированием указанной перспективной работы.
Обсудить все вопросы учебно-методического характера, а также высказать предложения можно по адресу:
117454, Москва, пр.Вернадского, дом 76, Московский государственный институт международных отношений (МГИМО-Университет), кафедра социологии. Тел.: 434-94-26

13
Тема I. ВОЗНИКНОВЕНИЕ СОЦИОЛОГИИ
1. Здравый смысл и социология
2. Предпосылки возникновения социологии
3. Место социологии в познании социальной действительности
Мы все живем в обществе и убеждены, что его хорошо знаем: достаточно руководствоваться здравым смыслом, чтобы объяснить то или иное явление, предвидеть возможный ход развития событий, мудро относиться к несовершенствам социальных реалий. Но можно ли полагаться только на здравый смысл при выборе жизненных ориентиров? Как соотносятся научные социологические представления со здравым смыслом?
1. Здравый смысл и социология
Когда началась перестройка, большинство из нас возмущалось, что преобразования идут слишком медленно. Весьма широко было распространено мнение, что если "поднажать", то максимум дней за 500 можно решить все проблемы - преодолеть "застой", ликвидировать зло тоталитарного прошлого, достигнуть всеобщей справедливости и в экономике, и в политике, и в социальной сфере. Общественное мнение и здравый смысл подталкивали руководство страны к принятию легковесных политических стратегий. Какие виделись радужные перспективы избавления страны от засилья бюрократов-кровососов, которых предполагалось заменить самоуправлением самого народа снизу доверху! Насколько совершеннее и возвышеннее должны были стать человеческие отношения без пьяниц и алкоголиков - для этого, казалось, нужно только решительно перекрыть доступ к "зеленому змию". Какое счастье должны были испытать все советские люди, получив "бесплатное" отдельное жильё со всеми современными удобствами к 2000 г. Увы, благие мечты так и остались мечтами. Здравый же смысл подсказывал - не туда пошли, идеалы социализма подвели. А почему бы нам не выбрать американский путь? И в самом деле, чем мы хуже американцев, разве россияне не могут жить по-американски?
Сменившая "перестройщиков" команда реформаторов Б. Ельцина, казалось, сделала все возможное, чтобы скачком перепрыгнуть к западным фундаментальным ценностям - правовому, социально ориентированному государству, монетаристской экономике, цивилизованному рынку, основанному на частной собственности, индивидуальным свободам. Но чем больше был темп преобразований, тем быстрее убегали от нас прочь декларированные идеалы, а их место занимала ценностная неопределенность, непредсказуемость поведения как руководителей, так и руководимых, а криминализация общественных отношений достигла масштабов, которой еще недавно нельзя было просто вообразить. Социально-политические катаклизмы, экономическая коррозия буквально охватила все слои общества. А ведь искренне хотели как лучше... И опять здравый смысл подсказывал - не туда пошли, России нужен собственный путь развития, иной механизм принятия и исполнения решений - с новым Героем во главе, новым Моисеем, который "железной" рукой восстановит порядок и справедливость.
Если же руководствоваться общеизвестным канонам социологической науки, то подобное развитие событий следовало прогнозировать. Еще в прошлом веке социологи аргументированно доказали, что любая скачкообразная смена

14
политических, экономических или религиозных ценностей, независимо от их характера и содержания, неизбежно приводит к социальной дезорганизации, к разрушению механизма социального контроля и, соответственно, к деструктивным действиям в виде роста преступности, самоубийств и т.п. Кроме того, людям кажется, что они сознательно преобразуют общество в желаемом направлении, но значительная часть творения на деле оказывается неосознаваемой, а последствия -непредвиденными. Социологическая наука давно пришла к выводу, что попытки реализации планов (революционных или радикально-реформистских), существенно нарушающих привычные модели мировосприятия людей, их поведения, разрушающих устоявшиеся связи между различными социальными группами, функции государственных и общественных структур, как правило, оборачиваются непредвиденными последствиями нежелательного толка для членов общества.
Не менее важен ещё один принципиальный момент. Социологи знают, что здравый смысл относителен во времени и пространстве. Он в значительной степени историчен, на нем есть определенный налет религиозных верований и идеологических воззрений. Он также культурно обусловлен: отнюдь не все, что является здравым и рациональным, скажем, в Америке считается таковым в европейских странах, России или на Востоке, и наоборот.
Более того, россияне на своем опыте познали, что подчас здравый смысл есть не что иное, как мир социальных иллюзий, парадоксальное сочетание светлых и зловещих образов, которые подавляют свободную волю человека, превращая его в атом толпы. Мировосприятие нескольких поколений россиян основывалось на том, что наш строй, народ, наши вожди - "самые лучшие", а нищета и террор - это от многочисленных "врагов", как внешних, так и особенно внутренних.
Лишь в самом конце XX века в России к власти пришла политическая элита, представители которой сделали ставку не на желаемое, диктуемое идеологическими соображениями, а на возможное, прагматическое. При принятии политических решений соображения здравого смысла все чаще стали сопоставляться с данными социальных наук, в том числе и социологии. Это не значит, что социологическая наука оказалась враз востребованной властью, но тенденция обозначилась. Приведем лишь один пример. Вопреки расхожему соображению здравого смысла, будто компьютеризация - панацея от неграмотности, способная подменить собой систематический процесс научения, руководство страны принимает решение о прекращении перманентных реформ в системе образования, рассчитанных на облегченные подходы усвоения знаний, выступает за укрепление оправдавших себя российских образовательных традиций, имеющих весьма высокую репутацию во всем мире.
Разумеется, здравый смысл не всегда противоречит научному знанию. Более того, в социологии есть направление, которое специально изучает знание и прежде всего здравый смысл в его противоречивом развитии, чтобы, с одной стороны, раскрыть возможности влияния здравого смысла на действительное поведение людей в конкретных социальных и культурных условиях, а с другой - показать его ограниченность, возможные заблуждения, расхождения знаний с реальными фактами, что неосознанно сказывается на характере не только обыденной, но и экономической и политической деятельности людей.
Приведем еще несколько примеров, свидетельствующих о том, что не всегда и не во всем можно доверять здравому смыслу. Считается, что романтическая любовь - это неотъемлемый компонент человеческого общества. Она присутствует во всех обществах и является главным фактором вступления людей в брак.

15
На самом же деле на протяжении всей человеческой истории вплоть до последних полтораста лет вступление в брак как среди богатых, так и бедных определялось решением семьи или клана, т.е. экономическими и политическими факторами, но никак не фактором романтической любви, которая начинается связываться с браком лишь при переходе от аграрного к индустриальному обществу. Более того, и сегодня в большинстве случаев не чувство любви порождает союз между женщиной и мужчиной, а заданные обществом особые алгоритмы отношений в виде тактики ухаживания (особой в каждой культуре) позволяют возникнуть романтической любви. Иными словами, романтическая любовь становится компонентом брака, лишь когда исторически возникают определенные социальные и культурные условия.
Многие советские руководители, начиная антиалкогольную кампанию, были убеждены в том, что чем больше употребляются спиртные напитки, тем выше процент алкоголиков в населении страны. Соответственно, предполагалось, что радикальное сокращение производства и потребления спиртного приведет к такому же существенному уменьшению процента людей, страдающих алкогольной зависимостью.
На самом деле связи между потребление спиртных напитков и алкоголизмом значительно сложнее. Есть регионы в России, да и в мире - Италия, Израиль, - где при весьма высоком, почти поголовном употреблении спиртного процент алкоголиков ниже среднего по стране.
Кто не слышал: "Богатые богатеют, а бедные беднеют". Обычно это суждение относят к странам, нациям и к отдельным социальным группам, не говоря уже об отдельных личностях. Были даже попытки обосновать "объективный закон углубляющейся экономической дифференциации" (К. Маркс), согласно которому богатство концентрируется все у меньшего числа людей, ибо составляющие большинство населения средние слои и особенно рабочий класс беднеют.
Однако исследования, проведенные выдающимся российско-американским социологом П. Сорокиным, показали, что данный "закон" отражал лишь временную тенденцию, к тому же ограниченную культурным своеобразием европейских стран. Уже с середины XIX века в США начала увеличиваться реальная заработная плата рабочих и служащих. Подобная ситуация с конца XIX -начала XX века стала проявляться и в странах Европы и Японии. Проанализировав же данные за более длительный период времени, П. Сорокин пришел к выводам, которые вообще опровергают вышеприведенный постулат: благосостояние существенно меняется от одной страны к другой, от одной группы к другой; в истории семьи, нации или любой другой группы не существует устойчивой тенденции ни к обогащению, ни к обнищанию.
Все мы знаем, каким экономическим и моральным бременем легли на российское общество проблемы беженцев, как чеченцев, так и россиян из бывших советских республик. Здравый смысл подсказывает, что достаточно накормить этих людей и дать им жильё, чтобы сделать их счастливыми или, по крайней мере, свести на нет их деструктивное поведение, вспышки социального и криминального насилия. Однако, очевидно, что это слишком узкий подход к проблемам. Нужно ещё создать рабочие места для безработных. Но и этого мало. Необходимо вернуть людей к социальным и культурным условиям их прежней жизни, к ценностям и нормам, на основе которых с детства складывалось их мировосприятие.
Подобные примеры можно продолжать и продолжать. Очевидно, здравый смысл имеет свою специфику, а наука - свою. Попытки же подменить здравым

16
смыслом науку приводили к тому, что вожди, идеологи, миссионеры, возможно, искренне хотели, как лучше, а получалось "как всегда".
В отличие от здравого смысла, по словам выдающегося американского социолога Р. Мертона, для социологии характерен систематизированный скептицизм. В этом её квинтэссенция. Чтобы проникать в суть социальных явлений, дать им возможно более полную интерпретацию, социологи систематически с помощью определенного теоретико-методологического инструментария ставят под сомнение все социальные реалии, стремясь выявить степень устойчивости связей или, говоря научным языком, корреляции между ними. Их интересует, как общество влияет на человека, а люди на общество, почему изменяются модели поведения людей, взаимодействия социальных групп, какова роль в этих процессах сознания и инстинктов человека, факторов расы и этноса, культуры и общественных структур - семьи, школы, религии, государства, а также роль природных факторов - географической среды, экологической обстановки.
2. Предпосылки возникновения социологии Систематизированный скептицизм
Как считает выдающийся социолог современности Р. Мертон, систематизированный скептицизм (его термин) в отношении законов общества, характера поведения больших групп людей просто не мог возникнуть, пока общество развивалось относительно спокойно, а поведение людей было в высшей степени предсказуемо. Испокон веков оно жестко регламентировалось определенными культурными традициями, устоявшимися коллективными представлениями, многочисленными ритуалами и табу, ценностями и нормами религии и семьи. "Наука как будто бросает вызов "удобным властным допущениям", просто подчиняя их беспристрастному анализу, - отмечал Р. Мертон. - Организованный скептицизм содержит в себе скрытое сомнение в некоторых основаниях установленной рутины, власти, принятых процедур и сферы "сакрального" вообще... независимо от того, идет ли речь о сакральной сфере политических убеждений, религиозной веры или экономических прав, научный исследователь не ведет себя предписанным некритическим и ритуалистическим образом"1.
Что же и когда произошло с обществом, что заставило людей усомниться в незыблемости их бытия, пробудило поиски принципиально новых факторов общественного развития, новых интерпретаций поведения человека, которые в итоге привели к зарождению и становлению социологии как самостоятельной науки?
Великая Французская революция 1789 г.
Революция, провозгласив идеалы всеобщей свободы и равенства, братства и счастья, устранила от власти помещиков-феодалов. Вместе с тем она разрушила
1 Мертон Р. Наука и социальный порядок. - Личность. Культура. Общество. 2000. Т.П. Вып. 2. - С. 165-166

17
средневековое сословно-монархическое устройство, социально значимые формы поведения, закрепленные в традициях. Непредвиденными последствиями тому стало утверждение не виданных ранее морально-этических норм - на смену ценностям Царства Божия приходили ценности благосостояния, жажды власти и славы, комфорта и удовольствий. В этих условиях поведение масс людей как богатых, так и бедных стало направляться страстями и вожделениями. В беспрецедентном масштабе вспыхивают социальные катаклизмы, распространяются деструктивные действия и хаос.
Французская революция изначально подпитывалась теоретиками Просвещения их верой в силу человеческого разума, который-де способен устроить жизнь всех людей ко всеобщему благополучию. Эти радужные иллюзии сменяются как скепсисом, так и осознанием необходимости новых подходов к анализу общества.
Промышленная революция
Индустриальная революция основывалась на передовых достижениях в естественных науках, внедряла новые машины и технологии. Но не только это. Вместе с техникой приходил и новый социальный порядок, радикально преобразовывавший все сферы общественной жизни. Его характерными особенностями стали: фабричная система хозяйствования, урбанизация, невиданные ранее взаимодействия больших групп людей, которые становятся повседневными.
Строительство предприятий и разрастание городов вызвало огромные миграционные потоки. Множество крестьян покидали свои земельные наделы и отправлялись на фабрики, меняя при этом не только сферу сельскохозяйственной деятельности, но и уклад жизни, привычные образцы социального поведения. Возникает и быстро растет слой управленческой бюрократии, а с ним и рационализируются капиталистические производственные отношения. Но ещё в течение длительного периода времени это приводило к благополучию лишь небольшого числа собственников, в то время как подавляющее большинство людей подвергалось нещадной эксплуатации.
Радикальные изменения в ментальности
Зашатались традиционные религиозные ценности. Первые социологи, многие из которых были выходцами из религиозных семей, полагали, что ими создаваемая новая наука могла бы выполнять функции религии, служить нравственным целям через утверждение в сознании людей четких жизненных ориентиров.
Принципиально новую роль в жизни общества стали играть науки. Они институционализируются посредством повсеместного создания университетов и колледжей. Возникает представление, что с помощью наук люди могут контролировать мир и даже управлять им. Особую популярность приобретают естественные науки - физика, биология, химия. Благодаря открытиям ученых-естествоиспытателей расшатываются метафизические представления о мире. Отнюдь не случайно при своем зарождении социология строилась в противовес метафизики и по образу и подобию естественных наук.
Мировосприятие, прежде всего у ученых становится иным. Лучшие мыслители того времени задались вопросами, почему приход идеалов всеобщей свободы и равенства был столь драматичен, почему прогресс науки и техники,

18
зарождение просвещенного общества в противовес дикости и варварству сопровождаются столь грубыми межличностными раздорами? Вопросы озадачили ученых и тем, что на фоне выдающихся успехов в естествознании выявилась очевидная неспособность познания собственно человеческого общества, у которого обнаружились невиданные ранее несовершенства. Никто не мог дать вразумительных, аргументированных объяснений тому, что ещё принесет развитие фабричной системы, начавшаяся борьба за передел власти, изменения в образе жизни и поведении людей. Кроме того, обрело институционализацию право на религиозное и политическое несогласие.
Так возникла объективная потребность в обосновании принципиально новых подходов к изучению общества, его структур, социальных групп и его членов.
Практически все мыслители того времени критиковали нарождавшийся строй, предпринимали попытки как-то объяснить катаклизмы и на этой основе предвосхитить характер будущего общества. Но они принципиально разошлись в предлагаемых методах постижения истины и средствах движения к справедливому, гуманному общественному устройству.
По существу, выделилось три подхода. Представители первого ратовали за возвращение к относительно спокойному феодальному прошлому, полагая, что порядок, основанный на наследственной власти, жестком механизме регулирования поведения людей с помощью религиозных представлений и традиций лучше хаоса и дезорганизации, в котором оказалось общество. Однако большинство мыслителей считало, что такой возврат просто невозможен.
Второй подход составили разнообразные социалистические теории. Сен-Симон, Ф. Фурье, Р. Оуэн и другие стали предлагать умозрительные проекты преобразования общества, основанные на социальном идеале, полагая, что для их реализации достаточно убедить правителей прекратить межчеловеческие раздоры и принять их "самый справедливый" способ обустройства жизни.
Третий подход образовал собственно основоположник социологии - О. Конт. Ученый сделал ставку на создании теории, основанной на эмпирических исследованиях реального общественного бытия, пытаясь выявить законы его развития, найти как причины возникновения деструктивных сил, раздоров и несправедливости, так и факторы порядка и прогресса, зарождения идеалов свободы и справедливости.
3. Место социологии в познании социальной действительности
Термин "Социология" происходит от латинского societas - общество и греческого logos - учение. Буквально означает наука об обществе. Но сказать это для определения специфики позновательных возможностей социологии как самостоятельной науки, отличной от других социальных наук (психологии, экономики, политологии, социальной антропологии), явно недостаточно, ибо все они отражают объективные реалии рукотворного мира, т.е. изучают человеческую деятельность.
Социологи опираются на междисциплинарные подходы и используют данные других наук и прежде всего родственных социальных наук. Очевидно, развитие социальных наук неизбежно ведет к их относительной интеграции. И все же социология имеет свою качественную определенность, которая выражается в особых подходах к тому, что из социально-культурного мира и как исследуется.
Принято различать объект познания и предмет науки. Объект - это объективная реальность, на которую направлена исследовательская

19
деятельность ученых. Понятно, что представители конкретной социальной науки могут изучать лишь часть объективной реальности, лишь те её стороны, которые определяются спецификой данной науки. Для социологии это прежде всего взаимодействия индивидов и социальных общностей в социально-культурном контексте общества. Причем, что особенно важно подчеркнуть, не просто в обществе, а в обществах. Речь идет не только о странах, но и об общностях, отличающихся друг от друга социально-культурным содержанием. Например, для социологов, изучающих деструктивное поведение важно сравнить его проявления с особенностями, скажем, в Америке, странах Европы или Востока или других регионов мира. У себя же в стране - с тем, насколько оно характерно для мужчин и женщин, людей разных возрастных категорий, принадлежащих к различным социальным и этническим группам, исповедующих разные верования и т.д. В каждом из этих случаев исследователи будут иметь дело с качественным и количественным своеобразием деструктивности в конкретном культурном контексте большого общества или относительно малой общности людей.
Вместе с тем, определение науки только по объекту исследования явно недостаточно, ибо отмеченные социальные реалии могут изучаться и другими социальными науками, хотя и в иных срезах и аспектах. Каждая наука отличается от других тем, что у нее есть присущий только ей предмет, т.е. специфическое воспроизведение реальности на абстрактно-теоретическом уровне посредством постановки своеобразных вопросов с целью выявления наиболее существенных с научной точки зрения связей и отношений данной реальности.
Рассмотрим это на конкретном, обыденном примере из нашей повседневной действительности - юная леди покупает свадебный наряд. Экономист к этому событию может подойти с позиции ассортимента товара, материальных возможностей покупателя, вероятного дохода от занятия бизнесом по торговле свадебными принадлежностями и т.д. Вообще представители экономической науки изучают человеческое поведение через призму производства, обмена, распределения и потребления материальных благ.
Психолог может заинтересоваться этим событием с позиции исследования эмоционального состояния юной особы. Психология одна из старейших наук и изучает поведение человека главным образом на индивидуальном уровне.
Социального антрополога это событие может привлечь задействованными в нем верованиями и правилами поведения, получившим общее распространение в обществе. Предметом социальной антропология является прежде всего описание культур различных обществ.
У социолога же будут другие вопросы и, соответственно, им будут выявляться другие связи и отношения этой реальности, прежде всего в контексте значимости материальных и социальных факторов, характера взаимодействия индивида, его ценностных ориентации, специфики ментальное(tm). К примеру, какие материальные, социальные, культурные или иные условия побуждают девушку покупать столь непрактичный для повседневного пользования наряд? Какие духовные факторы (традиции, религиозные представления) стимулировали эту деятельность? Какие конкретные социальные институты задали ей своего рода канву, заранее установленный порядок, с которого начинается организация брачно-семейных отношений? Рационально ли это действие или оно вызвано определенными ценностными установками?
Очевидно, девушка, покупающая свадебное платье, следует некому сложившемуся социальному образцу взаимодействия индивидов, определенной традиции, посредством которой осознанно или нет воспроизводится стабильный

20
порядок, предсказуемость общественных отношений. При этом социологов, как правило, интересует не отдельно взятый факт, а типичность подобных фактов для конкретной культуры - прошлых и современных обществ, для людей, принадлежащих к разным социальным общностям, соответственно, имеющих различные ценностно-нормативные ориентации и своеобразные видения жизненного мира. Поэтому наверняка у них возникнет и вопрос, а есть ли функциональные альтернативы данному социальному образцу поведения? Какова степень распространенности "отклонения"? Выясняется, что в обществе есть люди, которые в силу разных причин выбирают несанкционированные обществом сексуальные контакты. В этом случае социологи также задают вопросы, почему определенного типа люди игнорируют брачный наряд как определенный символ "нормального" поведения и традиционно сложившиеся социальные образцы поведения. Однако и в случае с "нормальным", и в случае с "отклоняющемся" поведением социологи ставят вопросы о роли самих индивидов, о характере их действий, которые могут иметь, как явный, осознанный компонент, так и скрытый, едва ли осознанный смысл.
Данный конкретный пример и возможные социологические вопросы позволяют в самых общих чертах определить предметную область социологии: с одной стороны, это изучение влияния общества на сознание, мотивацию поведения людей, определяя то какие эти люди и что они склонны делать, а с другой стороны,
- понимание деятельности, поведения индивидов, обладающих свободой выбора,
исходя из того, как они оценивают значения объектов социального мира в
конкретных социальных и культурных условиях и как они в конечном счете сами
творят социальные и культурные реалии (покупая свадебное платье, девушка
создает предпосылки тому, что подобная социальная практика будет повторяться).
Разумеется, этот пример не может дать исчерпывающего представления о предмете социологии. Но он, на наш взгляд, подтверждает метафорическое суждение известного социолога П. Бергера о том, что предметом социологии является как "общество в человеке", так и "человек в обществе".
Практически с момента зарождения социологии возникли оживленные дебаты ученых о взаимосвязях и взаимодействиях "общества" и "человека", что затрудняло уяснение сути предмета социология как самостоятельной науки. Как это не парадоксально, но до сих пор среди ученых ведутся споры и сохраняется неопределенность относительно предмета социологического знания. На наш взгляд, главная причина тому - противоречивое развитие социокультурных реалий
- к примеру, в последнее время значительно возросла роль собственно
человеческого фактора в воздействии на характер общества, - а также постоянный
поиск все новых и новых, как правило, более совершенных методов анализа как
социально-культурных общностей, так и поведения людей.
Методы науки - это совокупность основных познавательных приемов, процедур, инструментария, с помощью которых осуществляется научное исследование, систематизируются полученные знания.
Каждая наука использует как свои методы, так и общенаучные приемы, характерные для ряда наук. Естественно, что с развитием науки создаются принципиально новые методы. Методы социологии также постоянно уточняются, что позволяет глубже проникать в исследуемые социальные явления и процессы. Но при этом они сохраняют свой эмпирический характер. По этому качеству они в принципе отличались от умозрительных методов, оценочных суждений, характерных для философии, метафизики.

21
Изначально социология полагалась на методы других наук, прежде всего естественных. Пройдет немного времени и социологами будут выработаны свои собственные методы, но их эмпирическое содержание неизменно сохраняется. Практически каждая новая теория, вошедшая в копилку мировой социологической мысли знаменовала появление новаторских принципов и приемов исследования социальных реалий. Об их конкретном содержании мы поговорим позже, когда будут рассматриваться соответствующие теории. Сейчас же заметим, что с момента становления социологии как самостоятельной науки и ее предметная область, и её методический инструментарий весьма существенно изменились благодаря ряду обстоятельств.
Отметим главные:
1) произошло осознание качественного усложнения процесса развития
современных обществ, что повлекло структурализацию уровней
социологического анализа общества;
2) увеличилось число школ, направлений, теоретико-методологических
подходов;
3) существенно обновилось само социологическое знание, радикально
изменились взгляды на законы развития человека и общества, факторы,
определяющие характер их взаимосвязей и взаимодействия.
Основные термины и выражения:
Здравый смысл, непредвиденные последствия, культурная обусловленность, социальный закон, систематизированный скептицизм, теоретико-методологический инструментарий, корреляция, индустриальная революция, институционализация, эмпирическое исследование, социальная наука, социология, методы науки, оценочное суждение
ЛИТЕРАТУРА
Волков Ю.Г., Мостовая И.В. Социология. М.: Гардарика, 1998. -Рекомендуются темы 1 и 2
Гидденс Э. Социология. - М.: Эдиториал УРСС, 1999. - Глава 1
Комаров М.С. Введение в социологию. Учебник для высших учебных заведений. М.: Наука, 1994. - В главе I показывается становление социологии как самостоятельной науки, её отличие от истории, философии, психологии, политологии
Мертон Р. Наука и социальный порядок. - Личность. Культура. Общество. 2000. Т.П. Вып. 2
Новикова С.С. История развития социологии в России. Москва - Воронеж, 1996
Новикова С.С. Социология. История, основы, институционализации в России. Москва - Воронеж, 2000
Общая социология: Учебное пособие / Под общ. Ред. А.Г. Эфендиева.- М.: ИНФРА-М, 2000. - Глава 1
Смелзер Н Социология. М.: Феникс, 1994. - Глава 1. Весьма неординарно излагаются социологические подходы к изучению общества
Социология. Основы общей теории. Учебник для вузов. Под ред. Г.В. Осипова. М.: Аспект-Пресс, 1998. - Рекомендуются главы 1 и 2, в которых раскрывается вопросы становления социологии, её парадигм, объекта и предмета.

22
Учебный социологический словарь с английскими и испанскими эквивалентами. Издание 4-е, дополненное, переработанное. Общая редакция С.А.Кравченко. М.: Экзамен, 2001
Фролов С.С. Основы социологии. М.: Юристь, 1997. -Главы 1 и 2
Farley J.E. Sociology. - Prentice Hall, 1998. - Chapter one "Sociology: The Discipline"; chapter two "How Sociology Is Done"
Ritzer G. Classical Sociological Theory. - McGraw-Hill Higher Education, 2000. -Chapter 1 "A historical sketch of sociological theory: the early years"; chapter 2 "A historical sketch of sociological theory: the later years"
Schaefer R.T. - McGraw-Hill Higher Education, 2001. - Chapter one "The Sociological perspective"

179
Тема 12. ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПСИХОАНАЛИЗ Э. ФРОММА: ОБЩЕСТВО ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА
1. Человек для себя
2. Социальный характер
3. Патологическое и здоровое общество
4. Фроммовскис подходы к изучению деструктивности в политике
Эрих Фромм (Fromm) - немецко-американский социолог, который внес значительный вклад в постижение социально-бессознательного, иррациональных сторон общественной жизни, внутренних противоречий человека, его страстей и желаний.
Э. Фромм родился 23 марта 1900 года. Образование получил в ведущих университетах Германии: психологию и социологию изучал во Франкфурте-на-Майне, к психоанализу приобщился в Берлинском институте.
С позиций акцентирования роли культурного фактора Э. Фромм критически переосмыслил фрейдовский натурализм, его естественнонаучные схемы природы человека и, творчески развивая общую методологию социального психоанализа, метод глубокой герменевтики предложил теорию гуманистического психоанализа, которая исходит из необходимости приспособления общества к социальным потребностям человека. Стержнем этой теории является концепция социального характера как совокупности социокультурных установок и норм для подражания, существующих в конкретном обществе, которые, как правило, не осознаются индивидами, но тем не менее детерминируют их поведение в социальной жизни.
С 1929 Фромм работал в известном Франкфуртском институте социальных исследований, в котором занимался изучением неосознанных мотивов поведения в малых и больших группах. Участвовал в эмпирических исследованиях бессознательного, иррационального, страхов и страстей в общественной жизни. С приходом нацистов к власти эмигрировал в США, где вел преподавательскую работу и основал институт психоанализа. Долгое время работал в Мексике, где также создал психоаналитический институт. Последние годы Фромм жил в Швейцарии, продолжая писать книги до последних дней.
Ряд работ Э. Фромма, которые являются бестселлерами и неоднократно переиздавались в США и Европе, ныне стали доступны и российскому читателю: "Бегство от Свободы". М., 1989; "Душа человека". М., 1992; "Анатомия человеческой деструктивности". М., 1998; "Здоровое общество". М., 1995; "Человек для себя; Иметь или быть?" Минск, 1997.
Среди других работ социолога отметим: "Психоанализ и религия" (1950); "Искусство любви" (1956); "Дзен-буддизм и психоанализ" (1960) "Концепция человека у Маркса" (1961); "Без цепей иллюзий" (1962); "Учение о Христе и другие очерки по религии, психологии и культуре".
Умер Э. Фромм 18 марта 1980 года.
1. Человек для себя
Телесно-духовная целостность природы человека

180
Своё теоретическое новаторство в развитии социального психоанализа Э. Фромм обозначил термином гуманистический психоанализ. Тем самым он подчеркивает свою преемственность со многими идеями 3. Фрейда о наличии биоиррационального в человеческой жизни. Однако социолог категорически не согласился с фрейдистскими постулатами о детерминированности деструктивное(tm) только инстинктивными влечениями, об относительном постоянстве количества деструктивное(tm) в человеческой природе, на чем, как известно, строились утверждения будто инстинкты смерти предопределяют определенный уровень агрессивности и разрушительности людей в обществе. На основе исследования многочисленных эмпирических данных деструктивных действий индивидов (совокупности числа самоубийств и убийств на 100 тыс. человек взрослого населения) в различных странах Европы и США ученый обнаружил, что совокупный показатель таких действий - величина не постоянная, а колеблющаяся, её крайние значения разнятся почти в 10 раз. Эти и другие данные побудили Фромма переосмыслить существовавшие трактовки человеческой природы. Социолог отверг как фрейдовский бионатурализм, так и социологические теории, исходившие из изначальной "доброты" человека, который "являет собой как бы чистый лист бумаги, на котором общество и культура наносят свои письмена".
Главный постулат Фромма - рассматривать человека в его телесно-духовной целостности. По мнению социолога, "идеальная модель" цели человека - быть самим собой, а условие достижение этой цели - быть человеком для себя, развертывание человеком своих сил согласно его природе.
Экзистенциальные дихотомии
Пытаясь преодолеть ограниченности биологического и социального подходов к человеку, Фромм предложил видение человеческой сущности как структуры фундаментальных противоречий, названных им "экзистенциальными дихотомиями". Основная экзистенциональная дихотомия - дихотомия жизни и смерти. Человек является частью природы, он - животное и тем самым подчиняется законам природы; вместе с тем он вышел за пределы собственно природного мира благодаря возникновению у него самосознания, разума, воображения. Тело человека заставляет его хотеть жить, а разум позволяет ему предвидеть собственный конец, что обрекает человека на двойственное, противоречивое существование. "Человек - единственное животное,- пишет Фромм, - для которого собственное существование составляет проблему, которую он должен разрешить и которой он не может избежать. Он не может вернуться к дочеловеческому состоянию гармонии с природой; он должен продолжать развивать свой разум, пока не станет хозяином природы и хозяином самому себе"1. Необходимость вновь и вновь разрешать противоречия своего существования, находить более высокие формы единства с природой, с другими людьми и самим собой - вот источник всех душевных сил, движущих человеком, источник его страстей, которые уходят корнями в целостную структуру человеческого бытия.
Что же следует из постулата об экзистенциональных дихотомиях человека? Если Фрейд считал, что либидо является основной силой, движущей человеческими желаниями, то Фромм исходит из того, что наиболее мощные
Фромм Э. Человек для себя. Минск: Издатель В.П. Ильин, 1997. - С. 40

181
силы, определяющие характер поведения человека, берут начало в социокультурных условиях его существования. В то время как тело требует удовлетворение животных потребностей, разум и совесть ориентируют человека на стандартизированную систему культурных образцов, которые есть в любом обществе. Они составляют собственно человеческие потребности. В разных культурах они могут быть специфическими. Но их общей основой для всего человеческого рода является необходимость единения, приобщения к деятельности других людей, сопричастности с себе подобными, в том числе с прошлыми и будущими поколениями.
Даже при полном удовлетворении биологических потребностей человек не удовлетворен. Более того, в противоположность животному с этого момента у человека начинаются самые непреодолимые проблемы - он стремится к власти или к любви, созиданию или разрушению, ради религиозных или политических идеалов рискует собственной жизнью.
На экзистенциональные дихотомии каждый индивид дает свой ответ, ищет свой путь сопричастности с другими людьми, с миром в целом. Человек может вообще отрицать (но не уничтожить!) эту дихотомию путем обращения к религии - христианская вера приписывает душе бессмертие, отрицая тем самым факт, что человеческая жизнь кончается смертью. Он может обратиться к идеологиям, которые также стремятся примирить или отрицать данную дихотомию. Например, в советское время господствующая идеология утверждала, что смысл жизни в социальных обязанностях индивида перед государством и коллективом, именно им подчинены развитие свободы и счастье человека. Культивировавшаяся преданность жизни "идеалам коммунизма", "вождям" народа зачастую достигала таких страстей, которые превосходили стремление к самосохранению.
Фромм отмечает несколько типичных возможных ориентации по разрешению дисгармонии человеческого существования. Так, человек может попытаться приобщиться к миру подчиняясь отдельной личности, социальной группе, организации, Богу (мазохистская тенденция: человек испытывает удовлетворение от причиняемых ему моральных или физических страданий). Сопричастности человек может достичь и при помощи власти над миром, посредством господства над другими людьми (садистская тенденция -получение удовлетворение от страданий других). Человек, движимый социальным мазохизмом или садизмом, как считает социолог, останется неудовлетворенным, тревожным и беспокойным, ибо нет предела для отмеченных стремлений, и в конечном итоге они приводят к крушению его индивидуальности: он попадает в зависимость от тех, кому подчиняется или над кем господствует.
Есть только одно решение проблемы: человек должен принять на себя ответственность за самого себя. Только полагаясь на собственные силы, он может придать смысл своей жизни, став самим собой и для себя.
Другой экзистенциональной дихотомией, по Фромму, является укорененность в противовес кровосмешению. Социолог считал, что в человеке идет борьба, с одной стороны, между глубоким и сильным стремлением не разрывать природные узы, прежде всего не покидать сферу материнской защиты, а с другой - поиском новых человеческих корней. Функции укорененности и безопасности, которые дает связь с матерью, у взрослого человека начинают выполнять семья, род, коллектив, нация, государство, церковь и тем самым реализуется потребность в помощи и сердечном тепле.

182
Как известно, эту потребность Фрейд объяснял сексуальным влечением ребенка к матери и его особым отношением к отцу, выражавшимся в подчинении и бунте, что в итоге вело к формированию моральных принципов и совести отцовского типа. Фромм же полагал, что существует совесть не только отцовского, но и материнского типа2. Причем по мере взросления человека его совесть становится все более независимой от этих изначальных образов.
Однако не всякий человек может освободиться от уз крови и земли. Освобожденный от традиционных связей, напуганный свободой, человек может прибегнуть к новому идолопоклонству. Наиболее ярко, считает социолог, это выражается в национализме и расизме, в культе государства и вождей. Человек, как правило, не осознавая того, начинает судить о членах своего клана и "чужаках", исходя из разных критериев. Фромм замечает: "Все, кто не относится к числу "своих" по узам крови и земле (выраженным в общности языка, обычаев, пищи, песен и т.д.) вызывают подозрение, и достаточно малейшего повода, чтобы они стали объектом параноидального бреда. Такая кровосмесительная фиксация отравляет отношение индивида не только к чужим, но и к членам его собственного клана, к самому себе. Человек, не освободившийся от уз крови и земли, не родился ещё в полной мере как человеческое существо; его способность к любви и разуму искалечена"3.
Любовь: единение человека с миром
По Фромму, существует лишь один путь единения человека с миром, который позволяет ему сохранять и развивать свою индивидуальность, быть самим собой и для себя - любовь. "Любовь - это объединение с кем-либо или чем-либо вне самого себя при условии сохранения обособленности и целостности своего собственного "Я". Это переживание причастности и общности, позволяющее человеку полностью развернуть свою внутреннюю активность. Переживание любви делает ненужными иллюзии. Отпадает потребность преувеличивать значение другого человека или свою собственную значимость"4.
Любовь как выражение человеческой солидарности может проявляться в самых различных сферах жизни. В области мышления она выражается в разумном постижении мира; в области действия - в созидательном труде; в области чувств - в единении в другим человеком, со всеми людьми или природой при сохранении своей индивидуальности, свободы и целостности.
Дилемма: созидать или разрушать
Ответом на экзистенциональные дихотомии могут стать созидательность или разрушительность в действиях людей. Человек один осознает себя существом сотворенным без его согласия и желания. Но его разум и воображение движут настоятельной потребностью выйти за пределы этого пассивного, ограниченного состояния и стать творцом собственной жизни. В акте творчества человек поднимается над пассивностью и случайностью своего
2 См.: Фромм Э. Здоровое общество. В кн.: Психоанализ и культура. М.: Юристь, 1995. -
С. 312
3 Там же. С. 320
4 Там же. С. 299

183
существования как животного. Созидание предполагает вступление человека в царство целеустремленности и свободы, где он создает необходимые ему материальные и духовные ценности и тем самым преодолевает ограниченность своего существования. Но уничтожение, разрушение жизни также дает возможность человеку выйти за пределы своего существования. В акте разрушения человек так же ставит себя над жизнью. В стремлении преодолеть собственную ограниченность человек всегда оказывается перед дилеммой: либо созидать, либо разрушать.
В трактовке созидательности и разрушительности Фромм переосмыслил многие фрейдистские положения. Напомним, согласно Фрейду, деструктивность обусловлена инстинктивными влечениями человека и могла лишь менять свою направленность - по отношению к себе или по отношению к другим. Фромм считает, что это положение противоречит фактам и выявил другие корреляции: "Мы не обнаруживаем глубокой деструктивное(tm) по отношению к другим у тех, у кого мало враждебности по отношению к самим себе; и наоборот, мы видим, что враждебность к себе и враждебность к другим взаимосвязаны"5. И далее делается вывод: "деструктивность развивается в результате блокировки плодотворной энергии"6.
Фромм показал, что в отличие от "органических влечений" Фрейда, которые постоянны и существуют сами по себе, созидание и разрушение, коренящиеся в природе человека, могут проявлять себя по-разному и характер их взаимодействия обусловлен социокультурными факторами. "Созидание и разрушение, любовь и ненависть не являются инстинктами, существующими независимо друг от друга, - пишет он. - И то и другое служит ответом на одну и ту же потребность преодолеть ограниченность своего существования, и стремление к разрушению неизбежно возникает в тех случаях, когда не удовлетворяется стремление к созиданию. Удовлетворение потребности в созидании ведет к счастью, разрушительность - к страданию, и больше всех страдает сам разрушитель"7.
Совесть и разум
Фромм различал авторитарную и гуманистическую совесть. В первом случае ценностные суждения становятся нормами совести, потому что они узаконены авторитетом и при этом они могут быть противными человеческой природе (так, в советский период критерии добра и зла были продиктованы авторитетом "вождей": кто верил в авторитет Сталина, считал, что он поступает по совести). Гуманистическая совесть - выражение целостности человека, требующее от нас жить плодотворно, развивать полное функционирование личности.
Фромм считает, что прозябание или успех зависят от самого человека. Дело в том, что природа человека способна к изменениям, поддается гуманизации, и современный человек в принципе способен обрести новую, очеловеченную форму, тем самым став человеком для себя. Хотя и в этом случае человеку придется столкнуться с экзистенциональной дихотомией и делать
Фромм Э. Человек для себя. Минск: Издатель В.П. Ильин, 1997. - С. 178
6 Там же. С. 179
7 Фромм Э. Здоровое общество. В кн.: Психоанализ и культура. М.: Юристь, 1995. - С.
304

184
выбор между потребностями в реализации чувства тождественности и возможностью стадного конформизма.
В развитии человеческого рода степень осознания человеком самого себя как активного субъекта своих сил зависит от того, насколько продвинулся процесс индивидуализации. Развитие западной культуры, казалось, шло по этому пути. Однако, как полагает Фромм, "для большинства людей индивидуализм оказался всего лишь фасадом, за которым скрывалась неспособность достичь индивидуального чувства самотождественности", которое служит источником наиболее сильных стремлений и действий людей. Чувство тождественности все больше и больше смещается к конформизму, к чувству безусловной принадлежности к толпе. В этом случае характер действий людей становится совсем иным. Индивиды отказываются от любви, лишаются свободы, жертвуют собственными мыслями ради достижения общественного положения, ради принадлежности к стаду и обретения сходства с остальными. Такие действия Фромм относит к рассудочным, понимая под рассудком способность манипулировать миром вещей при помощи мышления.
Рассудочным действиям ученый противопоставляет интеллектуально ориентированные действия, которые основываются на разуме - способности человека мысленно постигать мир. "Разум - это способность человека мысленно постигать мир, в противоположность рассудку, представляющему собой способность манипулировать миром вещей при помощи мышления. Разум - инструмент человека для достижения истины, рассудок - инструмент для более успешного обращения с миром; первый - человечен по своей сути, второй принадлежит к животному в человеке" .
Поскольку человек обладает как разумом, так и телом, в своих действиях ему приходится реагировать на дихотомию своего существования не только мышлением, но всеми процессами жизнедеятельности, в том числе и чувствами. Благодаря этому человек реализует ещё одну свою потребность - потребность в системе ориентации, которая может существовать на двух уровнях. Первый уровень предполагает потребность в какой-нибудь системе ориентации, независимо от того, истинна она или ложна. На втором уровне потребность состоит в объективном постижении мира с помощью разума.
Итак, по Фромму, все великие человеческие страсти - жажда власти, тщеславие, любовь, братство, стремление созидать или разрушать, соответствующие им действия - вытекают из базовых собственно человеческих потребностей: потребности в сопричастности с себе подобными, преодолении ограниченности собственного существования, в чувстве укорененности и ощущении тождественности, в системе ориентации. Основу этих потребностей составляет не физиология, не различные фазы развития либидо, как следует из фрейдовской теории, а практическая жизнь человека, его деятельность и взаимодействие с другими людьми и природой.
С позиций гуманистического психоанализа человек для себя - это тот, кто в практическом взаимодействии с людьми и природой живет по любви и разуму, способен творить, обладает чувством тождественности, основанном на ощущении себя субъектом и носителем собственных сил, стремится постичь с помощью разума внутренние и внешние реальности внутри и вне нас самих.
2. Социальный характер
1 Там же. - С. 325

185
Продукт межличностного взаимодействия, детерминированный культурой
Социолога интересуют не абстрактные качества абстрактных людей, не единичные добродетели или пороки, а типичные черты, которые соотносят человека с собственно человеческим и природным миром. Под понятием социальный характер Фромм подразумевает то общее для большинства представителей одной и той же культуры, что образует относительно стабильную систему неинстинктивных стремлений, ориентации, установок, которая функционирует так, как того требуют общественные структуры в данный исторический момент9.
Теория Фромма опирается на фрейдовскую характерологию в следующих пунктах: черты характера конституируют силы, которые личность может не осознавать; признается, что сущность характера строится не на единичном его свойстве, а является целостной структурой, из которой вытекает некое множество единичных свойств. Однако Фромм отверг представление, будто сексуальное влечение является источником энергии характера и полагал, что его основу составляют процессы взаимоотношения людей другом с другом и их отношением к вещам. Характер - это продукт межличностного взаимодействия, он также детерминирован социокультурной структурой общества.
Назначение социального характера состоит в организации энергии членов общества таким образом, чтобы их поведение определялось не сознательным решением следовать социально заданному образцу, а желанием поступить так, как они должны, испытывая при этом удовлетворение от действий, соответствующих требованиям культуры. Формируя и направляя человеческую энергию, социальный характер обеспечивает непрерывную деятельность конкретного общества. Так, например, социальный характер современного общества направляет энергию людей на весьма организованный труд, который предполагает дисциплинированность, пунктуальность и т.д. Если бы каждый человек, занятый трудовой деятельностью, ежедневно сознательно принимал решения, что он хочет работать, исполнять все предписанные при этом требования, то подобное сознательное обдумывание деятельности привело бы к значительному числу исключений, чем это допустимо для функционирования предприятия и общества в целом. Для большинства представителей современной культуры необходимость быть на уровне требований высоко организованного труда превращена во внутреннее, неосознанное стремление к такому поведению.
Социальный характер как ядро индивидуальных характеров множества индивидов формируется в процессе приобщения индивидов к материальным и духовным ценностям. На него оказывают влияние особенности производственной деятельности, религиозные и политические идеи. Через социальный характер новому поколению от предыдущего передаются разум и любовь, равно как враждебность и беспокойство. Пока объективные условия образа жизни и жизненная практика остаются относительно неизменными, социальный характер играет главным образом стабилизирующую роль в обществе. Однако, как подчеркивает Фромм, если изменяются внешние
'См.: Там же.-С. 338

186
экономические или идеологические условия, если они перестают соответствовать традиционному социальному характеру, то он превращается в дезинтегрирующий общество элемент.
Социальный характер западного общества
Говоря о современном западном обществе, Фромм отмечает, что на его социальный характер особое влияние оказывает рынок как основа структуры человеческих отношений. Рынок внес такие положительные ориентации в социальный характер, как практичность, бережливость, старательность, сдержанность, осмотрительность, упорство, хладнокровие, приверженность порядку и др. Вместе с тем, с точки зрения социолога, рыночные отношения внесли и значительный негатив в социальный характер, что выражается прежде всего в закреплении установок и норм латентной несвободы индивида. Современный рынок не предполагает наличие внешней силы, заставляющей людей заключать те или иные контракты. Однако большинство людей вынуждено соглашаться на условия рынка, иначе они не могут существовать. Поэтому "свобода" индивида в значительной степени иллюзорна. В целом социолог отмечает следующие отрицательные стороны социального характера, имея в виду его "идеальный тип": отсутствие воображения, скупость, подозрительность, холодность, обеспокоенность, упрямство, леность, одержимость, собственничество.
Особо Фромм рассматривает установку в социальном характере на эксплуатацию, на использование человека человеком. Базисное понятие "использование" выражает то "фундаментальное обстоятельство, что один человек служит другому не ради собственных целей, а ради целей работодателя... человек, живое человеческое существо, перестает быть целью сам по себе и становится средством для обеспечения экономической выгоды другого или своей собственной, или безликого гиганта -экономического механизма"10. Из этой установки вытекает ориентация на то, что вещи ценятся выше человека. В этой связи Фромм полемизирует с Марксом: "Противоречие между капиталом и трудом - нечто гораздо большее, чем противоречие между двумя классами, чем их борьба за большую долю в общественном продукте. Это конфликт двух ценностных принципов: между миром вещей и их накоплением, с одной стороны, и миром жизни и её продуктивностью - с другой "l l.
Притивоборство этих ценностных ориентации привело, как считает Фромм, к весьма существенным переменам в западном обществе, что сказалось и на его социальном характере и, соответственно, на социальном поведении индивидов. Практически исчезла экономическая эксплуатация масс. С ликвидацией экономических тягот коренным образом изменилось человеческое и политическое положение трудящихся, которые становятся социальными партнерами администраторов и представителей власти. Произошла сексуальная революция, в ходе которой рухнула прежде существовавшая система запретов и вытеснения сексуальных влечений.
Вместе с тем, несмотря на материальное процветание, политическую и сексуальную свободу, многие индивиды лишились позитивных черт, относящихся к достоинству человека: у них нет ни собственных убеждений, почти нет индивидуальности, нет самостоятельности. Социальный характер
10 Там же.-С. 351
11 Там же.-С. 352

187
западного общество обрел следующие качества: "Вместо соперничества мы находим усиливающуюся тенденцию к совместной работе; вместо стремления к непрерывному росту прибыли - желание иметь постоянный и надежный доход; вместо эксплуатации - тенденцию поделиться богатством с другими и манипулировать ими и самим собой; вместо рациональной или иррациональной, но явной власти мы обнаруживаем власть анонимную - власть общественного мнения и рынка; вместо собственной совести - потребность приспосабливаться и получать одобрение со стороны; вместо чувства собственного достоинства и чувства хозяина - постоянно усиливающееся, хотя большей частью неосознаваемое, чувство бессилия"12.
Главная тенденция изменений в социальном характере - это, по мнению Фромма, отчуждение. Под отчуждением социолог понимает такой способ восприятия мира, при котором человек становится как бы отстраненным от самого себя. Он не ощущает себя движителем своих собственных действий. Более того, он вступает в мир несвободы: хотя индивид питает иллюзию, будто делает то, что он хочет, в действительности им движут иррациональные силы, отделенные от его сознательного "Я".
Отчужденный человек, находящийся во власти иррациональных сил, создает себе идолов в виде вождя, коллектива, клана, власти, денег, вещей и т.д., почитая которые он надеятся вновь обрести свои силы. Но на самом деле он утрачивает самость, ибо созданные им идолы возвышаются и главенствуют над ним. Человек перестает быть творцом, превращаясь в слугу, сделанных его руками идолов. Фромм, в частности, отмечал: "Человек, движимый главным образом жаждой власти, уже не воспринимает себя во всем богатстве и во всей безграничности человеческого существования; он становится рабом своего частичного, проецируемого на внешние цели стремления, которым он "одержим". Человек, предающийся исключительно страсти к деньгам, охвачен этим своим стремлением; деньги - идол, которому он поклоняется"13.
Отчуждение в сфере потребления означает, что акт потребления перестает быть конкретным человеческим актом, в котором участвуют физические потребности и эстетический вкус. Акт потребления должен быть значимым, творческим человеческим переживанием. В социальном характере западного общества это присутствует в малой степени. Потребление превращается в удовлетворение искусственно подогреваемой игры воображения. Люди, замечает Фромм, "пьют" ярлыки, рекламное изображение напитков; аналогично потребляют "здоровое" мыло или "здоровую" зубную пасту.
При утверждении таких нормативных ориентации человек начинает ощущать себя вещью. У вещей нет своего "Я", и люди, ставшие вещами, не могут иметь чувства "Я". Помыслы и действия отчужденного человека направлены на то, чтобы выгодно продать себя на рынке. "Его самооценка зависит от того, насколько он преуспеет: может ли он удачно продать себя, может ли он получить за себя больше того, с чего он начинал, удачлив ли он. Его тело, ум и душа составляют его капитал, а его жизненная задача - выгодно поместить этот капитал, извлечь выгоду из самого себя. Человеческие качества, такие, как дружелюбие, обходительность, доброта, превращаются в товары, в ценные атрибуты "личностного набора", способствующие получению более высокой цены на рынке личностей. Если человеку не удается выгодно
12 Там же. - С. 355-356
13 Там же. - С. 375

188
"инвестировать" себя, он испытывает такое чувство, словно он сама неудача; если он в этом преуспевает, то он сам успех"14.
В социальный характер ныне вошло истолкование всей жизни как коммерческого предприятия. По мнению Фромма, эта черта ныне становится дополнительной причиной самоубийств, на которую не обратил внимание Э. Дюркгейм. Отчужденный человек с "балансовым" подходом оценивает свою жизнь, по существу, проводя аналогии с коммерческим предприятием, деятельность которого может закончиться крахом. Причиной многих случаев самоубийств, считает социолог, было осознание того, что "жизнь не удалась", что не получилось выгодно "инвестировать" себя, и теперь жизнь "не стоит того, чтобы жить дальше". Человек совершает самоубийство подобно, тому как бизнесмен объявляет себя банкротом, когда убытки превышают доходы.
Типизация социальных характеров
Опираясь на проделанный анализ, Фромм предлагает разграничивать социальные характеры плодотворной и неплодтворной ориентации. Разумеется, ведя речь об их "идеальных типах" - характер конкретной личности может сочетать несколько ориентации при доминировании одной из них. Под характером плодотворной ориентации социолог имеет в виду способность человека использовать свои силы и реализовать заложенные в нем возможности, подразумевая, что человек должен быть свободен и независим от кого-то, кто контролирует его силы. Говоря о характере неплодотворной ориентации, Фромм выделяет следующие его подвиды: рецептивная ориентация (люди надеются на помощь других в решении своих проблем); эксплуататорская ориентация (стремление получить желаемое силой или хитростью); стяжательская ориентация (как можно больше принести в дом и как можно меньше из него отдать); рыночная ориентация, ныне доминирующая. "Цель рыночного характера - полнейшая адаптация, чтобы быть нужным, сохранить спрос на себя при всех условиях, складывающихся на рынке личностей". Люди с рыночным характером не умеют ни любить, ни ненавидеть, они не испытывают глубокой привязанности ни к себе, ни к другим, у них нет "самых близких", они не дорожат даже собой.
3. Патологическое и здоровое общество Критерии общественного здоровья
Фромм считает, что главным критерием здорового общества является его приспособленность к человеческой природе, что позволяет удовлетворительно решать проблемы человеческого существования. Человек может адаптироваться почти к любой социокультурной системе, но если эти системы противоречат его природе, у него развиваются ментальные и эмоциональные нарушения, которые в конечном счете будут побуждать к изменению общества. Фромм не принял фрейдовский постулат о неизбежности конфликта между обществом и природой человека, который фактически означал защиту современного общества.

14

Там же.-С. 389

189
Здоровому обществу социолог противопоставляет не просто "нездоровое" общество, а общество патологическое, безумное. Примером патологического общества являются нацистское или сталинисткое общество. Хотя эти общества по-своему обеспечили индивидам убежище и безопасность, они создали условия для высшей степени отчуждения, утвердили авторитарное идолопоклонство, вынудили людей бежать от свободы.
Общей чертой патологических обществ является отсутствие веры в разумные, творческие действия людей, которая была замещена верой в идолов - вождя, государство, "отечество". История возникновения патологического общества в России, как считает Фромм, такова. Ленин, следуя Марксу, исходил из исторической миссии рабочего класса, суть которой в достижении новой гармонии между людьми и между человеком и природой, построения общества, в котором "свободное развитие каждого является свободным развитием всех". Но Ленин не верил, что достичь этой цели может собственно рабочий класс и полагал, что во главе его должна стоять группа профессиональных революционеров. При этом решающим моментом было неверие в разумные действия собственно рабочих и крестьян, которое исходило, полагает Фромм, из неверия в человека вообще. Это и привело к выбору в пользу замены веры в человека на авторитарное идолопоклонство со всеми вытекающими последствиями - беспощадной эксплуатацией, политическим террором, отчуждением человека от самого себя и от собственно человеческих сил.
В противоположность патологическому здоровое общество, как "модель идеального типа", предполагает самоценность человека - ни один человек не является средством для достижения целей другого человека. Более того, никто не использует себя в целях, не способствующих раскрытию человеческих возможностей. Экономическая и политическая деятельность подчинены собственно человеческим интересам. В здоровом обществе человек - активный и ответственный участник жизни общества, хозяин своей жизни. Его жизненная цель быть многим, а не обладать многим. Страстное желание создать и сохранить богатство заменяется экзистенциальным обладанием - рационально обусловленным стремлением к самосохранению, что относится пище, жилищу, одежде человека.
Словом, здоровое общество адекватно потребностям человека.
Причины возникновения общественной патологии
Фромм не согласен со взглядами Фрейда, который полагал, что общественная патология возникает при особо сильном подавлении либидонозных влечений, при вытеснении иррациональных страстей - если конфликт с либидо не может разрешиться нормально, то возникают симптомы неврозов, которые в тяжелых случаях перерастают в патологию. По его мнению, это односторонний подход к проблеме. С точки зрения гуманистического психоанализа, причины возникновения социальной патологии кроются в вытесненных потребностях в продуктивности, что приводит к неспособности выработать такой социальный характер, который был бы ориентирован на реализацию творческих сил человека, на внутреннее единение человека с другими людьми. Вместо этого фундаментальной посылкой патологического общества становится неограниченное потребление как цель жизни, жажда обладания, которые неизбежно воспроизводит эгоизм и алчность. Жажда обладания ведет к социальной напряженности и конфликтам. Эгоизм,

190
порождаемый таким обществом, замечает Фромм, заставляет её лидеров ставить личный успех выше общественного долга: "Никого больше не шокирует то, что ведущие политические деятели и представители деловых кругов принимают решения, которые служат их личной выгоде, но вредны и опасны для общества"15.
Зачастую возникновение патологического общества начинается с того, что экономические или политические программы, декларирующие самые гуманные цели, не учитывают собственно человеческий фактор и вступают в конфликт с потребностями человеческой природы. Так, советское общество времен сталинизма доказало, что экономика может успешно развиваться с точки зрения производства определенных производительных сил, однако это само по себе не ведет к возникновению строя, который был бы адекватен человеческой природе. Умаление и забвение человеческого фактора, отмечает Фромм, привело к тому, что хотя рассудок людей продолжал прекрасно работать, их разум начал деградировать, что вело к появлению отчуждения, апатии, иррационализма во все больших масштабах.
В современных западных обществах ставка сделана на автоматизацию и роботизм - автоматы исполняют все желания без принуждения, они создают машины, работающие подобно людям, но одновременно производят людей, работающих как машины. Знания и понятливость этих людей растут, но их разум деградирует. Все "счастливы", хотя ничего не чувствуют, никого не любят и не рассуждают. Жизнь утрачивает смысл - в ней нет ни радости, ни веры, ни реальности.
На основании этих суждений социолог приходит к выводу о неразрывном единстве всех сфер жизнедеятельности человека. По его мнению, путь к здоровому обществу лежит не через самостоятельное развитие экономики или достижение политической свободы, а лишь через одновременные изменения в промышленности и политической организации, в духовной и философской ориентации, в структуре социального характера и культурной деятельности. Общество не может предоставить человеку возможность свободно мыслить, если оно не дало ему свободно чувствовать. Оно не может дать человеку эмоциональную свободу, если не избавит его от экономической зависимости. Попытки радикального продвижения в одной области при исключении других не давали в целом положительного результаты для приспособления общества к человеческой природе. "Без сомнения один интегрированный шаг вперед во всех жизненных сферах будет иметь гораздо более далеко идущие и долговременные результаты для прогрессивного развития человечества, чем сотня шагов, проповедуемых и даже переживаемых в течение короткого периода в одной изолированной сфере. Несколько тысячелетий неудач, связанных с "изолированным" прогрессом, должны бы послужить достаточно убедительным уроком... Истинным критерием реформы является не её темп, а реалистичность"16.
В каком направлении изменять человека и общество
15 Фромм Э. Иметь или быть? Минск: Издатель В.П. Ильин, 1997. - С. 219
16 Фромм Э. Здоровое общество. В кн.: Психоанализ и культура. М.: Юристъ, 1995. - С.
493-494

191
Фромм высказывает некоторые практические соображения по движению к здоровому обществу и социальному характеру продуктивной ориентации. Для этого, как минимум, необходимо осознать причины болезни общества и, конечно же, начать практические шаги к изменению ситуации во всех сферах жизни.
Производственная сфера должна быть организована таким образом, чтобы человек мог принимать участие в управлении и принятии решений. Владение собственностью на средства производства принципиального значение не имеет. Главное состоит в том, что трудовая деятельность имеет смысл для человека: он знает, что делает, влияет на то, что делает, чувствует себя в единстве со своими коллегами по работе. Кроме того, необходимо переориентировать основную мотивацию с материального обогащения на духовное удовлетворение. Целью является не господство над природой, а господство над техникой и иррациональными социальными силами. "Наша задача - создать здоровую экономику для здоровых людей".
В сфере политики необходимо пассивную демократию (будь то "народная демократия" или "централизованная демократия") заменить активной демократией участия - истинно разумные решения не могут приниматься путем массового голосования, ибо у современного отчужденного индивида есть мнения и предрассудки, но нет убеждений, есть симпатии и антипатии, но нет воли. Поэтому проработка жизненно важных вопросов должна происходить в малых группах, что предполагает личный контакт и затрудняет иррациональное воздействие на сознание людей.
В культурной сфере нет надобности создавать новые духовные цели. Скорее, необходимо реализовать уже созданные великими гуманистическими учениями ценности, которые способствуют развитию разума, совести и братской солидарности. А вот систему образования переделать надо, ибо она вносит в социальный характер такие черты, которые прежде всего требуются на рынке личностей - конкурентоспособность и конформизм. Учитель считает ученика хорошим, если он послушен, не доставляет хлопот. Соответственно, предприниматель считает работника хорошим, если тот приносит ему максимальную пользу. Акцент же в образовании должен быть сделан на включение в социальный характер способности к критическому мышлению, воображению, самосознанию, созидательной активности, коллективному творчеству. Руководящими принципами человека должны стать разум и совесть, свобода быть самим собой. Для достижения критического мышления и эмоциональной независимости, считает Фромм, следует запретить все методы "промывания мозгов", которые используются в промышленной рекламе и политической пропаганде, создающие атмосферу полузабытья - человек одновременно верит и не верит происходящему, теряет ощущение реальности.
Есть ли реальные шансы движения к здоровому обществу? С точки зрения конформизма, таких возможностей нет. Однако социолог оптимистично смотрит в будущее, отмечая веру в человеческий разум, добрую волю и здравомыслие. Фромм утверждает, что лишь установка на плодотворность должна превратить "разумный шанс", каким бы малым он ни был, в "реальную возможность". Прообразом будущего, по его мнению, может стать здоровое общество, в котором на смену рыночному характеру придет характер продуктивный, ароботизм будет заменен гуманистическим духом.

192
4. Фроммовскис подходы к изучению деструктивности в политике
Как Вам стало известно, Фромм выделяет три основные ориентации по разрешению дисгармонии человеческого существования. Первая - мазохистская тенденция: человек приобщается к миру, подчиняясь отдельной личности, социальной группе, организации, партии, государству или Богу. При этом он, как правило, испытывает удовлетворение от причиняемых ему физических или моральных страданий).
Вторая - садистская тенденция: индивид достигает сопричастности при помощи власти над миром, посредством политики господства над другими людьми. В этом случае он получает удовлетворение от страданий других.
Третья - тенденция, основанная на любви: в отношениях с другими людьми человек принимает на себя ответственность за самого себя и свои действия. При этом его путь единения с ними и миром осуществляется посредством любви как связи с кем-либо при условии сохранения целостности своего собственного "Я".
В российской культуре любая политика - от царей до коммунистов - имела два первых вышеназванные начала. От руководимых она требовала уничтожение собственной индивидуальности, личных прав и свобод. Достаточно вспомнить, что воплощение партийных планов в жизнь связывалось не с саморазвитием людей, а с их самопожертвованием, готовностью к страданиям, испытаниям, преодолению трудностей и т.д. Руководители же смотрели друг на друга с нескрываемой завистью: у кого больше "штыков" (индивидов, находящихся в подчинении), тот и выше рангом, более значим в государственной и партийной иерархии. Удовлетворить же завистника невозможно: подчиненных и власти никогда не бывает достаточно.
Фромм также переосмыслил фрейдистские положения о детерминированности деструктивности инстинктивными влечениями человека. Социолог пришел к принципиально новому выводу: общество, характер конкретной политики могут способствовать либо сознательности, либо разрушительности.
Политика советских руководителей от Ленина до Горбачева строилась на положении о том, что человек по своей природе разумен и добр. Добро должно было восторжествовать, как только будет покончено с определенными социальными реалиями Зла - частной собственностью, буржуазией, кулаками, "врагами народа", бюрократами, националистами, империалистами и т.д.
Недооценка сложности человеческой природы, абсолютизация разума, героизма, жервенности и игнорирование внутренней активности, человеческой индивидуальности, любви как таковой, приводили к тому, что планы по строительству "светлого будущего" никогда не сбывались, а экономические достижения самым причудливым образом сочетались с варскими акциями против собственного народа, с деструктивностью и жестокостью по отношению "плохих" образцов иной культуры. Заблуждения советских руководителей относительно рационалистской сущности человека, их блокировка плодотворной энергии людей дали Фромму основание считать в принципе несовершенными и неэффективными политические механизмы советского общественного устройства и прогнозировать крах этого режима.
К сожалению, и сегодня многие иллюзии прошлого сохраняются. Демократы, недооценивая силу иррациональных и разрушительных страстей, полагали, что упразднение государственной авторитарной экономики,

193
политического господства одной партии автоматически создаст свободных людей, разблокирует плодотворную энергию миллионов людей и они станут готовыми к сотрудничеству в условиях рыночных отношений. Однако свобода предпринимательства, приватизация, политический плюрализм сами по себе вовсе не ведут к возникновению духа единения, созидания и любви. Для этого ещё требуется политика обеспечивающая, по словам Фромма, "переживание причастности и общности", политика, дающая реальные права каждому и всем, а в идеале - каждому гражданину влиять на характер принимаемых решений, неся за это ответственность.
Политика демократов по реформированию российского общества изначально была ориентирована на самые различные разрушительные и прагматические цели, но только не на то, чтобы новое взаимодействие людей привело к доминированию созидания и любви. И верхи, и низы, подчас не осознавая того, продолжали жить по иррационально-деструктивным принципам -одни хотят господства над людьми, другие ищут приемлемую общественную структуру или даже отдельно взятую сильную личность для подчинения.
Фроммовская методология помогает выявить природу деструктивной политики в отношениях центра и регионов, понять иррациональность многих конфликтов, возникших после распада традиционных кровосмесительных фиксаций времен Советского Союза - заверения национальных лидеров (тогда партийных секретарей, а ныне - губернаторов) в верности официальному курса, как правило, гарантировали и гарантируют "отцовское покровительство" Кремля.
Новые взаимоотношения центра и регионов, к сожалению, строятся не на уровне критического переосмысления прошлой безопасности, ассоциировавшейся с близостью к "вождям" Кремля. Вместо движения к новым человечески отношениям, в которых бы присутствовали разум, любовь, гуманистическая совесть, взаимное уважение прав, на поверхность политической жизни выплеснулись, освободившиеся от официальной цензуры и самоцензуры эмоции, которые растревожили иррациональные силы. Залегавшие в слоях подсознания вытесненные обиды, связанные с той или иной ущербностью национальной или социальной группы, вероисповедания, теперь вышли на поверхность и обрели форму противоборства "своих" с "чужаками".
Заметим, что Фромм с оптимизмом смотрит на возможности такой политики, благодаря которой человек "преуспеет в развитии своего разума и любви, больше, чем это ему удавалось до сих пор, сможет построить мир, основанный на человеческой солидарности и справедливости, ощутит, что уходит своими корнями в опыт всеобщего братства". Социолог считает, что в принципе природа человека способна к изменениям, к минимизации деструктивное(tm), поддается гуманизации, и современный человек способен обрести новую, очеловеченную форму, тем самым став человеком для себя.
Стержнем гуманистического психоанализа является концепция социального характера как совокупности социокультурных установок и норм для подражания, существующих в конкретном обществе, которые, как правило, не осознаются индивидами, но весьма существенно детерминируют их поведение в социальной жизни, в выборе характера политических стратегий.
Фроммовская методология концепции социального характера может быть использована и для анализа политических процессов, происходящих в современном российском обществе. Наш традиционный социальный характер, в котором, несомненно, весьма сильные позиции в прошлом имела плодотворная ориентация, ныне подвергается серьезным испытаниям и, конечно же, существенно

194
меняется, нравится нам это или нет. Можно спорить по частностям, но общий вектор перемен очевиден - синдром отчуждения становится доминирующим, что предопределяет движение в сторону рыночной ориентации. Это выражается и в соответствующих политических практиках. Деятельность всех политических агентов обретает все более нетерпимость, на основе чего возрастает вероятность решения тех или иных проблем силовыми способами. Периодически происходят всплески политического экстремизма, которые могут привести к экскалации внутриполитической обстановки в отдельных регионах и стать фактором политического терроризма. Среди представителей политической элиты ощущается явный недостаток творческих индивидуальностей, предлагающих решения проблем на основе разума, демократических принципов, особенно права, использования потенциала свободных индивидов, но зато в избытке претенденты на роль "вождей", новых политических идолов, которые, манипулируя патриотическими лозунгами, обещают быстрые и легкие решения самых сложных вопросов.
Напомним, Фромм различает разум (стремление распознать сущность действительности) и рассудок (мышление, служащее для биологического выживания, позволяющее манипулировать людьми и вещами). Политические факты свидетельствуют, что в нашем социальном характере начинает умаляться роль разума и возвеличивается роль рассудка. Чеченская кампания, использование некоторыми политическими силами религиозного и национального факторов в борьбе за власть, нарушения прав русских и русскоязычного населения в регионах, дискриминация отдельных категорий населения (ученых, военнослужащих, врачей) при проведении приватизации и др. обнаружили поразительное отсутствие реализма. Телевидение и пресса подают информацию в расчете на рассудочное восприятие толпы - трудно понять смысл политических акций в отношении самих средств массовой информации, тех или иных событий в политической жизни.
Разумеется, в России есть люди выдающегося разума, но их творческий потенциал оказывается не востребованным в условиях распространяющегося влияния характера рыночной ориентации. Если деструктивные силы и иррациональные страсти получат превосходство в нашем характере, отмечал Фромм, то это вредно отразится и на разуме, и на совести. Они не смогут должным образом выполнять свои функции.
Традиционно была сильна для россиян такая черта, как совестливость. Совесть, считает Фромм, по самой природе имеет нонконформистский, плодотворный характер. Но совесть может существовать лишь тогда, когда человек ощущает себя человеком, а не вещью. Ныне совесть в политике все более оттесняется соображениями прагматической и собственно коммерческой целесообразности. С телеэкранов не сходят фильмы, разжигающие иррациональные страсти, только потому, что они являются весьма доходным товаром. Не удивительно, что элита свои политические акции все менее подкрепляет нравственными идеалами. Вместо совести, сохранения общественной морали утверждается конформизм, пассивность, духовная пустота, безразличие. Опираясь на методологию гуманистического психоанализа, можно отметить, что в нашей стране не получили достаточного развития институты гражданского общества и правового государства, соответственно не сформировались культурные и политические реалии, которые бы оказывали достаточно серьезное противодействие иррациональным влечениям руководителей, их неосознанным импульсам. Нынешняя российская власть, существующая как бы сама по себе, в отстранении от социума, вне связи с гражданским обществом неизбежно обретает

195
компоненты деструктивное(tm). Особенностями такой власти является нарциссизм, стяжательская ориентация, эксплуататорское отношение, как к самим государственным чиновникам, так и к рядовым гражданам.
Как считает Фромм преодоление деструктивное(tm) в значительной степени возможно путем утверждения "человеческих отношений" в сфере труда.
Э. Фромм рассматривает труд через призму сознательного и бессознательного, конструктивных и деструктивных действий, адекватности данного процесса человеческой природе. Социолог отмечает, что в условиях рыночного социального характера труд перестает быть моральным или религиозным долгом и выступает как противоестественное, бессмысленное условие для получения материального вознаграждения, необходимого для содержания самого себя и семьи. Исследование "человеческих отношений" на производстве с отчужденным характером труда показали, что в главными стимулами к труду являются деньги, престиж, власть, что у нанятого инвивида практически нет возможностей развивать свой разум, чувство прекрасного, способности к сотрудничеству с другими людьми. Это приводит к бессознательной враждебности к работе, к идеалу лени и бездеятельности -стремлению получить ту же оплату за меньший труд. Бессознательная деструктивность сопутствует и деятельности предпринимателя, который зачастую вынужден производить втайне презираемый товар, но приносящий прибыль. Он разыгрывает спектакль с покупателями, чтобы продать товар; он ненавидит конкурентов; он ненавидит себя, потому что видит, как проходит жизнь без всякого смысла. Ненависть к себе и другим, как правило, не осознается, будучи вытесненной. И у рабочих, и у предпринимателей обнаруживаются такие вытесненные свойства личности, как садизм, отчуждение, конформизм и другие качества, которые не содействуют развитию собственно человеческих способностей.
Фромм отмечает, что социологические исследования трудовой деятельности, как правило, не учитывают неосознанную неудовлетворенность работой у "удовлетворенных" респондентов, которые однако страдают от различной нервозности. Есть ли возможность адаптировать организацию труда к природе человека? Фромм ссылается на классический эксперимент Э. Мэйо, в результате которого работницы, выполнявшие ту же монотонную сборочную работу телефонных трансформаторов, но сознательно приобщенные к осмысленному и интересному эксперименту (к их предложениям прислушивались и они нередко принимались), повышали производительность труда даже тогда, когда условия работы заведомо ухудшались. Заболеваемость среди них упала на 80% по сравнению с общей заболеваемостью, в их среде возникла атмосфера дружеского общения. Словом, социолог приходит к выводу, что социально-культурный аспект труда оказывает решающее значение на возможность человека к саморазвитию и на преодоление деструктивных тенденций в обществе.
Вопросы на развитие социологического воображения:
1. Э. Фромм в книге "Анатомия человеческой деструктивное(tm)" отмечает, что институт кровной мести существует практически во всех регионах мира, встречается у весьма миролюбивых народов (гренладцев). За убийство кару должен понести любой представитель клана или семьи, откуда вышел убийца. Это делает кровопролитие бесконечным - кара ведет к новому витку мести.

196
Социологические исследования свидетельствуют, что даже слухи о злодеяниях могут вызвать жажду мести, чем зачастую пользуются политические экстремисты. Почему, по Вашему мнению, мстительность так глубоко укоренилась в ментальное(tm) многих народов? Какие меры можно предпринять, чтобы минимизировать страсть к мщению?
2. В рамках приходящих в Россию новых ценностей практически нет места
совести, которая становится "частным" делом. Однако с умалением совести у
иррационализма, вседозволенности почти не остается преград. Человек без совести
не ценит собственную жизнь дороже вещей, не корит себя за то, что сам не стал
творцом, нет у него и сожаления о загубленных жизнях других людей. Не в этом
ли кроется латентная причина деструктивное(tm) в наших политических акциях? Не
в этом ли состоят главные трудности нашего движения к демократическому
свободному обществу?
3. Развитие рыночных отношений в России уже начинает оказывать влияние
на наш социальный характер. Есть ли, по Вашему мнению, адаптировать эти
отношения к природе человека?
Основные термины и выражения:
Гуманистический психоанализ, человек для себя, телесно-духовная целостность, экзистенциальные дихотомии, мазохистская тенденция, садистская тенденция, сопричастность с себе подобными, укорененность, кровосмешение, совесть отцовского типа, совесть материнского типа, любовь, созидательность, разрушительность, авторитарная совесть, гуманистическая совесть, чувство тождественности, стадный конформизм, разум, рассудок, социальный характер, отчуждение, мир несвободы, характер плодотворной ориентации, характер неплодотворной ориентации, характер с рецептивной ориентацией, характер с эксплуататорской ориентацией, характер со стяжательной ориентацией, рыночный характер, патологическое общество, здоровое общество, экзистенциальное обладание, роботизм, демократия участия, плодотворная энергия
ЛИТЕРАТУРА
Алексеева Т.А. Современные политические теории. М.: РОССПЭН, 2000. -Лекция 3
Ашин Г.К., Кравченко С.А., Лозанский Э.Д. Социология политики. Сравнительный анализ российских и американских политических реалий. Учебное пособие для высших учебных заведений. М.: "Экзамен", 2001. - Тема 4: "Социальный и гуманистический психоанализ: роль бессознательного и деструктивного факторов в политике"
Добренькое В.И. Социология Э. Фромма // История социологии в Западной Европе и США. М.: Норма, 1999
Додельцев Р.Ф. Фрейдизм: культурология, психология, философия. М.: МГИМО, 1997
Здравомыслов А.Г. Социология конфликта. М.: Аспект Пресс, 1995. - Глава 5, раздел 4 "Возможности психоанализа для понимания иррационального в конфликтах"

197
История социологии в Западной Европе и США // Ответственный редактор -академик РАН Г.В. Осипов. - М.: Издательская группа: НОРМА-ИНФРА • М, 1999. - Рекомендуется глава 19
Попов В.Д. Социально-психологические законы и социальный психоанализ.-В кн.: Имидж госслужбы. М., 1996
Судьбы реформ в России. М., РНИСиНП, 1997
Учебный социологический словарь с английскими и испанскими эквивалентами. Издание 4-е, дополненное, переработанное. Общая редакция С.А. Кравченко. М.: Экзамен, 2001
Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивное(tm). М., ООО "Издательство АСТ-ЛТД", 1998
Фромм Э. Здоровое общество. В кн.: Психоанализ и культура. Избранные труды Карен Хорни и Эриха Фромма. М.: Юристь, 1995
Фромм Э. Человек для себя. Иметь или быть? Минск: Издатель В.П. Ильин, 1997
Хорни К. Новые пути в психоанализе. Собрание соч. в трех томах, т. 2. М.: Издательство "Смысл", 1997

198
Тема 13. ИНТЕГРАЛЬНАЯ СОЦИОЛОГИЯ П. СОРОКИНА
1. Человек как "удивительное интегральное существо"
2. Социокультурные суперсистемы и флуктуация обществ
3. Социальная стратификация и мобильность, теоремы флуктуации
4. Социология революции
5. П. Сорокин о реформировании общества в условиях его кризиса
Одним из первых, кто попытался ликвидировать противостояние между структурными и интерпретивными парадигмами был российско-американский социолог Питирим Александрович Сорокин, создавший так называемую интегральную социологию. Социолог предложил изучать общество, его явления с позиций как объективности социокультурных систем, находящихся в сложном движении - по горизонтали, вертикали и в виде флуктуации (колебания от оптимальной величины), так и с учетом субъективного фактора - сложной, интегральной сущности самого человека, его ценностного мира.
П. Сорокин разработал свою теорию на основе синтеза представлений как известных российских социологов - Л. Петражицкого, М. Ковалевского, Е. Де-Роберти, так и западных - Э. Дюркгейма, М. Вебера. Вместе с тем, его теория -принципиально новый взгляд на человека, цивилизацию, общество, суть которого сам автор характеризовал как интегрализм11. Методологическая основа его парадигмы включает в себя в качестве внутренних компонентов интуитивный, эмпирический и рационалистический методы.
Питирим Александрович Сорокин (Sorokin) - выдающийся российско-американский социолог XX столетия, создатель интегральной парадигмы, на основании которой им были созданы теории социокультурных систем, социальной стратификации и социальной мобильности, революции и реформ, знания и искусств и др.
П. Сорокин родился 21 января 1889 г. в семье ремесленника, занимавшегося церковно-реставрационными работами. Мальчик рано остался сиротой. Однако с детства проявил необыкновенную тягу к знаниям, совмещая работу и образование. После сдачи экстерном экзаменов на аттестат зрелости Сорокин поступает в Психоневрологический, а затем в Петербургский университет, где встречается с выдающимся социологом того времени М.М. Ковалевским, становится его ассистентом и секретарем. Ещё студентом он в 1913 г. создает свой первый крупный
11 В литературе широко распространено мнение о качественно различных этапах в творчестве Сорокина, согласно которому интегральная парадигма была обоснована лишь в конце жизни ученого, в то время как многие работы, посвященные осмыслению тех или иных проблем российского и других обществ, были написаны ранее и не имеют отношение к интегрализму. Бесспорно, это так, если иметь в виду целостную парадигму в её завершенном виде. Но интегральная социология как научная система интерпретаций и постижения мира с глубокой и всесторонней аргументацией была сформулирована не в одночасье, не в одной-двух последних книгах. Те или иные стороны теорий выкристаллизовывались уже в начале творческого пути ученого и далее им развивались и конкретизировались в течение всей жизни.

199
труд "Преступление и кара, подвиг и награда. Социологический этюд об основных формах общественного поведения и морали ".
Занятие наукой Сорокин совмещает с политической деятельностью, являясь членом партии социалистов-революционеров, редактором её печатных органов. Накануне Февральской революции 1917 г. Сорокин становится сподвижником премьер-министра А. Керенского и в итоге оказывается в тюрьме. После революционных событий Сорокин всецело отдает себя науке. В 1919 г. он создает первый в России факультет социологии в Петроградском университете. Уже в следующем году им выпускается в свет "Общедоступный учебник социологии" и "Система социологии" в двух томах.
В 1922 г. Сорокин навсегда оставляет Россию - переезжает сначала в Чехословакию, а затем в США. Вскоре он возглавил социологический факультет Гарвардского университета. Здесь Сорокин публикует свои знаменитые работы "Социология революции", "Социальная и культурная динамика" в четырех томах, "Кризис нашего времени" и многие другие.
Сорокин избирался президентом Американской социологической ассоциации. Как и многие социологи, Сорокин был весьма нетерпим к мнениям своих оппонентов и даже коллег. Особенно нелицеприятно он отзывался о Т. Парсонсе, сменившего его на посту руководителя социологического факультета и преобразовавшего его в факультет социальных отношений.
Среди других работ Сорокина, опубликованных ныне в России: "Социологические теории современности", "Человек. Цивилизация. Общество", "Человек и общество в условиях бедствия", "Интегрализм - моя философия", "Об основных условиях возможности возрождения нашего народного хозяйства", "Причины войны и условия мира", "Современное состояние России", "Общие черты и различия между Россией и США", "Таинственная энергия любви", "Долгий путь. Автобиографический роман".
Умер П. Сорокин 10 февраля 1968 года.
1. Человек как "удивительное интегральное существо" Доминирование социокультурного начала
Человеческая личность, по П. Сорокину, формируется под воздействием ряда факторов - космических, биологических, социально-психологических, но прежде всего - социокультурных. При рождении человек еще не является ни личностью, ни творцом общественной жизни. Его моральные убеждения, эстетические вкусы и мировоззренческие взгляды не предопределены.
Связь биологического и социокультурного начала Сорокин определяет следующим образом: "Человек с лучшей физической конституцией может лучше проигрывать "социокультурные записи", чем тот, кто рождается с худшими наследственными данными; но то, какие записи он станет играть, относительно мало зависит от органических или биологических факторов. Зовут ли его Смит или Джонс, протестант ли он или буддист, говорит ли он по-английски или по-турецки, республиканец он или демократ, лифтер или король, является ли он гражданином России или Сиама, состоит в моногамном или полигамном браке, носит восточную

200
или американскую одежду - эти и другие социокультурные характеристики не наследуются биологически, а приобретаются в процессе взаимодействия с людьми, среди которых он рождается, воспитывается, получает образование"2.
Интегральная природа человеческой личности формируется и в процессе интеракции индивидов друг с другом, которая также проходит под влиянием ряда факторов. На характер взаимодействия людей оказывает влияние и бессознательные рефлексы, и биосознательные регуляторы - чувство голода и жажды, сексуальные влечения, и, наконец, социосознательные нормы и ценности.
"Новая интегральная теория человеческой личности, - поясняет Сорокин, - не отрицает, что человек является животным организмом, наделенным "бессознательным", рефлексо-инстинктивным механизмом тела, но она подчеркивает, что помимо этой формы бытия, человек является сознательным, рациональным мыслителем и сверх-сознательным творцом или духом"3.
Интегральное использование каналов познания
Интегральное существо человека проявляется и раскрывается в его
способностях отражать и анализировать мир с помощью интегрального
использования каналов познания. По Сорокину, всю окружающую нас
действительность можно представить в виде трех наиболее важных формах: 1)
эмпирически-чувственная форма - постигается нами либо с помощью органов
чувств, либо инструментов их дополняющих (разного рода приборов); 2)
рационально-умственная форма - познается главным образом разумом с помощью логических операций; 3) сверхчувственно-сверхрациональная форма бытия -постигается только посредством сверхчувственной и сверх-рациональной интуиции или "божественного вдохновения", "вспышки озарения".
Все гениальные творения во всех областях культуры - религии, философии, науки, эстетики - так или иначе были рождены и вдохновлялись интуицией, милостью "высшего озарения". При этом ученый особо подчеркивает, что истина, полученная при помощи интегрального использования чувства, разума и интуиции -это "более полная и более ценная истина, нежели та, которая получена через один из этих каналов... При интегральном использовании этих трех каналов познания они дополняют друг друга и контролируют"4. В результате наше знание о действительности представляет собой совокупный вклад ученых-эмпириков, мыслителей-логиков, великих религиозных и нравственных деятелей, а также представителей искусства.
Наконец, интегральное существо человека проявляется и в том, что он является не только эмпирическим наблюдателем и экспериментатором, рациональным мыслителем, но и активным участником создания творческого начала во вселенной. Помимо неорганических и органических явлений, которые существовали до появления человека, человек создал новую реальность -суперорганический или культурный мир, имеющий компонент смысла. Именно смысл, который придает человек неорганическим или органическим явлениям, радикально меняет их ценность.
Для иллюстрации своего тезиса Сорокин приводит ряд конкретных примеров. Так, кусок дешевой материи, прикрепленный к палке, благодаря своему смыслу
2 Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. М.: Политиздат, 1992. - С. 159
3 Сорокин 77. Главные тенденции нашего времени. М.: Институт социологии РАН, 1993. - С.
143
4 Сорокин 77. Моя философия - интегрализм.- Социс, 1992, № 10. - С. 134

201
превращается в национальный флаг, символ чести нации, ради которого люди жертвуют своей жизнью. Биологически и физически нет человеческих организмов, которые были бы королями или героями, учеными или рабочими. В социокультурном отношении абсолютный монарх обладает несравненно большей силой, чем любой из его подданных, каким бы физически сильным он ни был. Все эти и миллионы других смыслов появились благодаря созданному человеком суперорганическому миру. Феномен становится социокультурным, в котором компонент смысла накладывается на физический и биологический компоненты.
Культурный мир
Весь культурный мир Сорокин подразделяет на: 1) бесконечное множество идеологических смыслов, выраженных в языке, науке, религии, философии, искусстве; 2) образцы материальной культуры; 3) типы социокультурных личностей (хозяев и рабов, католиков и протестантов, французов и американцев и т.д.) и социокультурных групп (политических, экономических, профессиональных, религиозных и т.д.); 4) образцы поведения, имеющих тот или иной набор смыслов (церемонии, ритуалы, поступки).
Человек создал суперорганический мир. Теперь же этот мир посредством вышеотмеченных идеологических, материальных, личностных и поведенческих явлений формирует как личность каждого индивида, так и облик каждой социальной группы.
Высшая интегральная ценность
По Сорокину, среди смысловых ценностей суперорганического мира есть одна высшая интегральная ценность - единство Истины, Красоты и Добра. Человек весьма преуспел в добыче истины и в создании шедевров красоты. Однако за последние четыре столетия, как считает социолог, творчество в области Добра резко отстало от творческой деятельности в области Истины и Красоты. Человеку не удалось обосновать эффективные пути и средства для своего морального возвышения, для контроля своих бессознательных инстинктов и чувственных вожделений, связанных с погоней за материальным благополучием, властью и наслаждениями. Его судьба, по мнению социолога, в конечном счете, зависит ни от ООН, всемирного правительства или торжества демократии, а от него самого - от способности творить Добро, от "увеличения производства и аккумуляции неэгоистической любви к человеку и человечеству".
Неэгоистическая творческая любовь, утверждает Сорокин, может положить конец агрессивным нападениям индивидов и групп друг на друга; преобразовать враждебные отношения в дружеские; может оказать воздействие на международную политику и умиротворить конфликты.
Кроме того, неэгоистическая любовь необходима для физического, духовного и нравственного здоровья человека. Опираясь на свои исследования, Сорокин отмечает, что люди альтруисты живут дольше, чем эгоисты; дети, лишенные любви, склонны к моральному уродству; любовь - сильнейшее средство против политического радикализма, экстремизма, социальной аномии. Любовь способна противостоять тенденциям к преступности, самоубийству, ненависти, психоневрозу.
Энергия любви, по Сорокину, проявляется как "бесконечный универсум, который неистощим качественно и количественно". Из многих форм этой энергии

202
социолог особо выделяет космически-онтологический, биологический и психологический ее аспекты5.
Фактор Доброты: возможность целей и средств, адекватных природе человека
По мнению Сорокина, известные до сих пор формы правления, будь то в Америке или России, не принимали в расчет Доброту, энергию неэгоистической любви, и потому "демократические режимы были почти столь же воинственными, неустойчивыми, как и авторитарные режимы, и имели такой же высокий уровень преступности"6.
При осуществлении той или иной политики в России никогда не ставился вопрос о Доброте - прежде всего, вопрос о гуманности путей и средств достижения поставленных целей, об их адекватности природе человека, об "умиротворяющей и гармонизирующей функции любви ", которая есть "наилучший "гаситель " межчеловеческой агрессии, вражды и борьбы "7.
Из-за умаления и забвения фактора Доброты, сугубо прагматического подхода к политическим преобразованиям, в стране никак не может сложиться механизм согласования многообразных интересов. Изначально политика либеральных демократов в России в 90-е годы была ориентирована на самые различные прагматические цели - спекулятивную куплю-продажу, приватизацию, ваучеризацию, сбор налогов и т.д. - но только не на то, чтобы новое взаимодействие людей привело к собственно совершенствованию человеческих отношений.
Демократы-реформаторы, недооценивая важность Доброты, полагали, что нигилистическое упразднение государственной авторитарной экономики, политического господства одной партии автоматически создаст разумных и свободных людей, разблокирует творческую энергию миллионов людей и они станут готовыми к сотрудничеству в условиях рыночных отношений и соблюдения прав человека. Однако, как показало провидение социолога и подтвердила жизнь, "без любви все Билли о правах и все конституционные гарантии свободы есть пустая фраза"8. Любые благие замыслы сами по себе вовсе не ведут к процветанию, согласию, миру, если они не обеспечивают производство любви и Доброты, их проникновение в социальные институты и культуры.
К сожалению, место Доброты у нас оказалось занятым завистью, ненавистью и разрушительностью, что и привело общество в состояние кризиса и социального беспорядка. И руководители, и руководимые стали жить по иррационально-деструктивным принципам, подчас не осознавая того.
Вероятно, сорокинские прозрения, акцентирующие необходимость человеческих отношений, пропитанных взаимной любовью, есть та панацея, позволяющая стране вырваться из политически бунтарского поля, в котором она оказалась несколько столетий назад, отойти от постоянного политического противоборства. Следование установкам ученого на "Дух всеобщей дружбы, симпатии и неэгоистической любви с взаимной помощью", возможно, позволило бы выбрать принципиально новый, эффективный вектор политической стратегии, от которой зависит реализация интегральной сущности человека в объективно сложных
5 Подробнее об этом см.: Сорокина. 77. Главные тенденции нашего времени. М.: Институт
социологии РАН, 1993.-Глава 5
6 Сорокин 77. Таинственная энергия любви.- Социс, 1991, № 8. - С.121
7 Там же.-С. 131
8 Сорокин 77. Таинственная энергия любви.- Социс, 1991, № 9. - С. 150

203
реалиях - когда требуется согласование интересов между людьми в условиях культурной, ценностной дифференциации, а также дефицита материальных и духовных благ.
Для западного общества фактор Доброты в общественной и политической жизни также имеет свою актуальность. Особенно это касается внешней политики США, представлений ряда политических лидеров об "однополярном мире", в котором должен доминировать миропорядок с "единственной сверхдержавой". Отсюда следуют убеждения об особой роли США в поддержании международной безопасности, урегулировании конфликтов, в процессах демократизации других стран и т.д.
Именно Доброта, как считает Сорокин, является тем фактором, который позволяет человеку выдвигать гуманные цели и использовать для их достижения такие средства, которые адекватны его интегральной природе.
2. Социокультурные суперсистемы и флуктуация обществ Социокультурные суперсистемы в истории человеческой цивилизации
В культуре человечества Сорокин выделяет множество различных по величине культурных систем. К основным культурным системам социолог относит язык, науку, философию, религию, искусство, этику, право. Когда эти системы утверждаются, они также реализуются в поведении и образе жизни их носителей.
Кроме этих обширных систем, есть еще более обширное культурное единство, обозначенное Сорокиным как социокультурные суперсистемы, которые различаются в зависимости от характера своих основных ценностей. По мнению ученого, все экономические, политические, социальные реалии, типы личностей и групп необходимо анализировать в контексте процесса периодической смены друг друга трех известных до сих пор социокультурных суперсистем, характерных для всей истории человеческой цивилизации - религиозной или идейной, чувственной и интегральной при доминировании одной из них.
Так, например, в Европе с VI по XII вв. главенствующей была религиозная суперсистема, согласно ценностям которой экономика, политика, право, мораль, философия, искусство были подчинены теологии. Высшей истиной считалась религиозная истина. Хотя чувственные и интегральные системы присутствовали в средневековой культуре, их роль была незначительна. Начиная с XVI и вплоть до XX в. в Европе утверждается и доминирует чувственная культура, которая акцентирует такие чувственные ценности, как благосостояние, комфорт, наслаждение, популярность, жажда власти и славы - все это детерминирует преобладающий тип личности, образ социальных групп, характер институтов. Религиозные ценности остались, но их признают только на словах. В истории человеческой цивилизации были периоды, хотя непродолжительные, когда преобладала интегральная суперсистема культуры - греко-римская культура IV-VI вв. до н. э., европейская культура XIII в. Начиная с XX века на смену чувственной культуре идет культура интегральная, утверждающая в качестве доминирующей ценности "бесконечное разнообразие, состоящее из чувственного, рационального и надрационально-сверхчувственного аспектов"9.
' Сорокин 77. Социологические теории современности. М.: ИНИОН, 1992. - С. 37

204
Основной закон истории
Опираясь на данное видение исторического процесса Сорокин обосновал, как ему представлялось, "основной закон истории", согласно которому происходит перманентная флуктуация (колебание от средних параметров) как социокультурных суперсистем, так и обществ, равно, как их конкретных сфер: типы политики, экономики, идеологии не являются постоянными и не развиваются по восходящей линии, а непрерывно "качаются между полюсами тоталитаризма и строго свободных режимов". Исходя из этого постулата, социолог прогнозировал, что с переходом от чувственной культуры к новому интегральному циклу произойдет преодоление нынешнего кризисного состояния, при котором невиданный расцвет науки, технологий, образованности сочетается странным образом с войнами и революциями, межчеловеческими раздорами и обесцениванием человеческой жизни.
Основной закон истории Сорокин применяет и при анализе современных ему обществ. Чувственная форма социокультурной суперсистемы является, по Сорокину, главной детерминантой современного общества, его образа жизни, доминирующей ментальное(tm) и стремлений людей. Под воздействием флуктуации в XX веке начался процесс дезинтеграции чувственных обществ, который так или иначе охватил все страны мира. Нарушились механизмы социального контроля, ибо произошла дезинтеграция моральных, правовых ценностей, которые управляли поведением индивидов и социальных групп. Когда люди выходят из-под контроля общепризнанных ценностей, они превращаются в существа, управляемые, главным образом, бессознательными рефлексами и биосознательными регуляторами - своими страстями и вожделениями. В этом социолог усматривал глубинные корни индивидуализма и эгоизма, обострения борьбы за существование, превращения силы в право и, наконец, - войн, революций, роста преступности, проявлений социальной аномии. "Так это было во все великие переходные периоды, - отмечал Сорокин, - от одного базисного социокультурного строя до другого; и так это происходит в настоящем столетии. Заметная дезинтеграция чувственного порядка возбудила взрывы первой и второй мировых войн, множество малых войн, кровопролитнейших
" 1 "10
революции, мятежей, преступлении и насилия в их наихудших формах . Цикл флуктуации
По Сорокину, процесс флуктуации социокультурной системы проходит через ряд последовательных этапов: дезинтеграция - кризис - мобилизация сил - новый социокультурный порядок.
Катаклизмы, по мнению социолога, являются последствиями дезинтеграции чувственной культуры - моральных, правовых и других ценностей, которые прежде контролировали поведение людей. Выход из-под их контроля приводит к тому, что индивиды начинают, главным образом, руководствоваться своими биологическими побуждениями, страстями и вожделениями. В этих условиях обостряется борьба за существование, сила становится правом, революция и другие формы межчеловеческих раздоров вспыхивают в беспрецедентном масштабе.
Сорокин особо рассматривает природу кризиса. Упадок происходит двумя путями: (а) путем вырождения свободных институтов, ценностей и идеологии в "принудительных и мошеннических монстров"; (в) путем растущего обесценивания прежних институтов, ценностей и идеологий11. Конкретно это выражается в том, что
10 Сорокин 77. Главные тенденции нашего времени.- С. 30
11 См.: Там же. -С. 50

205
на фоне торжественных деклараций равных прав всех граждан на жизнь, свободу, поиски счастья в реальной жизни гигантски возрастает неравенство между властными магнатами и зависимым "человеческим прахом"; что газеты, радио и телевидение монопольно контролируются небольшой группой "властной элиты"; что принцип всеобщего избирательного права "в своей выхолощенной форме" обеспечивает лишь "правительства политиканов, посредством политиканов и для политиканов"12.
К счастью, замечает Сорокин, процесс дезинтеграции, как правило, вызывает мобилизацию сил, которая не только борется с дезорганизацией, но также начинают строить новый интегральный социокультурный порядок, который характеризуется следующим образом. "Новый социополитический строй ставит целью построение современного научного знания и аккумулированной мудрости человечества; он вдохновляется не "борьбой за существование и взаимным соперничествам", но духом всеобщей дружбы, симпатии и неэгоистической любви с взаимной помощью, вытекающих из этих отношений"13.
Естественно, что новый социополитический строй предполагает и новые тенденции в деятельности властных организаций самого разного толка -правительств, деловых корпораций, профсоюзов и иных организаций. Здесь Сорокин выделяет следующие "значительные тенденции". Возрастание роли ученых экспертов в планировании, развитии, контроле и управлении правительственной деятельности и политики. Многие из высших руководителей существующих правительств и корпораций уже в значительной степени являются скорее номинальными главами, чем самостоятельными политиками. Современные государственные политические деятели, по мнению социолога, все более становятся просто номинальными фигурами исполнителей "безмолвных приказов" науки и технологии. Имеет место и тенденция, которая, предвещает окончательное увядание правительств политиков, посредством политики и для политиков и их замещение "правительствами ученых и экспертов". Развивая свою мысль, П. Сорокин отмечает, что "хорошее правительство близкого будущего будет нуждаться в том, чтобы каждый научный администратор успешно выполнял задачу интеграции узкого знания во взаимодействии с учеными и мудрецами, и одновременно будет нуждаться также в моральных руководителях, чтобы вести правительство в их служении только целях добра, а не зла"14.
Можно сколь угодно критически оценивать деятельность нынешней власти в России, однако, объективности ради, отметим, что отдельные черты тенденций интегрального социокультурного порядка (приход во властные структуры ученых-специалистов) просматриваются и у нас.
3. Социальная стратификация и мобильность, теоремы флуктуации
Абсолютность социальной стратификации
По Сорокину, социальная стратификация - это дифференциация определенной совокупности людей на классы и слои в иерархическом ранге, что выражается в неравномерном распределении прав и привилегий, ценностей, власти и влияния. Конкретное проявление социальной стратификации весьма многочисленны. Однако,
12 См.: Там же. - С. 55
13 См.: Там же. - С. 56
14,
См.: Там же. - С. 59

206
как считает Сорокин, их можно свести к трем основным формам - экономической, политической и профессиональной. Все они находятся во взаимосвязи друг с другом: представители высших политических кругов, как правило, относятся и к высшим экономическим и профессиональным слоям. И наоборот: неимущие, как правило, не занимают престижные места в политической сфере.
Любая социальная группа стратифицирована. Ни одна из попыток уничтожить экономическую, политическую или профессиональную стратификацию не увенчалась успехом. Однако это не означает, что социальная стратификация по своим качественным и количественным параметрам остается неизменной. Напротив, социальная стратификация любой группы зависит от социокультурного характера общества и его членов. Кроме того, она постоянно флуктуирует.
Социальная мобильность и ее флуктуация.
Под социальной мобильностью Сорокин понимает переход индивида из одной социальной позиции в другую. При этом он выделяет два типа социальной мобильности - горизонтальную и вертикальную. Под горизонтальной мобильностью подразумевается переход индивида из одной социальной группы в другую, расположенную на одном и том оке социальном уровне (повторный брак, перемена места работы и т.д.) при сохранении прежнего социального статуса.
Под вертикальной социальной мобильностью подразумевается перемещение индивида из одного социального уровня в другой, при этом может быть как восходящая мобильность так и нисходящая.
По степени перемещения индивидов различаются открытые и закрытые типы обществ. В реальной жизни нет как абсолютно открытых, так и абсолютно закрытых обществ - между полюсами существует множество средних, промежуточных типов. По интенсивности вертикальной мобильности можно судить о демократичности общества - интенсивность вертикальной мобильности меньше в закрытых, недемократических странах и наоборот.
Социальная мобильность также имеет тенденцию к флуктуации. Ее интенсивность изменяется от общества к обществу, а в рамках одного и того же общества отмечается сравнительно подвижные и неподвижные периоды. Так, в истории России периодами рельефно выраженных перемещений были - правление Ивана Грозного, царствование Петра I, Октябрьская революция. В то время по всей стране старая правительственная верхушка была практически уничтожена, а люди из низших социальных слоев заняли высшие управленческие должности.
Для иллюстрации разной степени интенсивности вертикальной мобильности в политической сфере Сорокин приводит таблицу, в которой показан процент "пришельцев" среди монархов и руководителей высших уровней различных стран, поднявшихся до самого высокого социального положения из низших слоев.
Таблица 4. Интенсивность вертикальной политической мобильности15

Страна
Процент "выскочек" среди монархов и администраторов высших уровней
Западная Римская империя 45,6
15 Сорокин 77. Человек. Цивилизация. Общество. - С. 380

207
Восточная Римская империя 27,7
Россия 5,5
Франция 3,9
Англия 5,0
Соединенные Штаты Америки 48,3
Президенты Франции 23,1
и Германии
Вместе с тем, как считает Сорокин, в вертикальной мобильности в ее трех основных формах - политической, экономической, профессиональной - нет постоянного направления ни в сторону усиления, ни в сторону ослабления ее интенсивности. Это предположение действительно для истории любой страны, для истории больших социальных организмов и, наконец, для всей истории человечества.
Так как вертикальная мобильность присутствует в той или иной степени в любом обществе, постольку в каждом обществе есть своеобразие "лестницы", каналы социальной циркуляции, по которым люди могут перемещаться из одного слоя в другой. К наиболее важным таким каналам социолог относит институты армии, религии, образования, политических партий, коммерции и семьи.
Рассмотрим две конкретные формы флуктуации социальной стратификации -политическую и экономическую.
Политическая флуктуация
На основе данного видения социокультурных изменений Сорокин обосновал свою знаменитую теорему флуктуации, согласно которой циклические колебания суперсистем по не выявленной ритмической регулярности (хотя в принципе социолог не исключал возможность установления тенденций ритмичности циклов) детерминируют флуктуацию обществ между прогрессом и регрессом, развитием демократических свобод и авторитаризмом, мирным периодом и военным, революционным и эволюционным и т.д. Изменения происходят в определенном количественном и качественном направлении, пока не будет достигнута "точка насыщения". Далее изменения идут по инерции, а то и просто по принуждению. Исчерпав потенциал политического движения в одном направлении, начинается обратное движение, хотя и на новой основе. Так происходит замещение одной властной системы другой, альтернативной системой, которая, в свою очередь, под влиянием доминирования новых ценностных ориентацией начнет движение уже в другом направлении до "точки насыщения". Затем весь процесс повторится вновь.
В своих работах социолог подверг критике концепции, по которым власть развивается по восходящей линии согласно "историческим тенденциям" - от монархии к республике, от самодержавия к демократии, от правления меньшинства к правлению большинства и т.д. По его мнению, эти тенденции не подкреплены фактами. Кроме того, для оценки степени свободы граждан от власти более важным критерием является характер государственного контроля и вмешательства, а не альтернативная пара монархия - республика. При этом Сорокин выдвигает и аргументирует тезис о том, что кривая государственного контроля не постоянна, она варьируется от страны к стране, а в рамках одного и того же общества зависит от времени, меняющихся социокультурных ценностей.
Говоря об абсолютизме российской государственной власти, Сорокин отмечает, что это явление "не есть нечто случайное или исключение" и зависит от

208
ряда факторов и в частности: 1) от военного или мирного состояния страны (если военное состояние будет длиться, область государственного вмешательства будет расти); 2) от селекции населения в годы войны и революции - процент гибели лиц выдающихся, одаренных, умственно квалифицированных, с глубоким сознанием долга (с красной и белой стороны) был гораздо выше, чем процент гибели "рядовой серой массы". "Остаются и выживают люди второго и третьего сорта: менее здоровые, менее волевые, менее независимые, которые менее способны бороться за личную свободу против государственной опеки, и потому более легко подчиняются произволу властителей".
Далее, по Сорокину, не подтверждается тенденция смены правления меньшинства на правление большинства. Процент людей, участвующих в политической власти, изменяется во времени и пространстве. Это справедливо не только в отношении демократических правительств, но и коммунистических, социалистических, синдикалистских и иных политических ориентации.
Тоже касается и другой альтернативной пары политического равенства -неравенства. В любом обществе постоянно идет борьба между силами политического выравнивания и силами стратификации. Иногда побеждают одни силы, иногда вверх берут другие силы (фактор войны вызывает усиление политической стратификации, а фактор мира наоборот, возрастание неоднородности населения приводит к усилению политического неравенства, и наоборот). Когда колебания профиля политической стратификации в одном из направлений становятся слишком резкими, то противоположные силы разными способами увеличивают свое давление и приводят профиль стратификаци к точке равновесия.
Кроме того, флуктуирует высота и профиль политической стратификации. По Сорокину, здесь проявляется следующие тенденции. При нормальных условиях, свободных от социальных потрясений в обществе, в котором есть институт частной собственности изменения высоты и профиля политической стратификации ограничены. При чрезвычайных обстоятельствах происходят радикальные изменения высоты и профиля политической стратификации. Профиль может стать или очень плоским или очень вытянутым и высоким, но такое положение всегда кратковременно. Если "политически плоское" общество не погибает, то "плоскость" быстро вытесняется усилением политической стратификации. И, наоборот, если политическое неравенство становится слишком сильным и достигает точки перенапряжения, то правящей верхушке общества суждено разрушиться или быть низвергнутой. Таким образом, в любом обществе, в любые времена происходит борьба между силами стратификации и силами выравнивания.
Экономическая флуктуация
Сорокин исходит из того, что теории бесконечного экономического прогресса ошибочны. Исторические факты свидетельствуют, что периоды накопления богатств сопровождались периодами их уменьшения или растраты. Под этим углом зрения социолог различает большие и малые циклы в экономическом развитии и анализирует разные типы флуктуации, их конкретные выражения. Отметим некоторые из них, которые социолог сформулировал в виде следующих теорем.
Средний уровень благосостояния и доходы различных обществ существенно меняется от одной страны к другой и от одной группы к другой.
Средний уровень благосостояния дохода в одном и том же обществе меняется во времени: материальные "подъемы " и "падения " - нормальные явления будь то для семьи, корпорации, территориальной группы.

209
В истории семьи, нации или любой другой группы не существует устойчивой тенденции ни к обогащению, ни к обнищанию. Все направления - вниз или вверх -фиксированы только для ограниченного периода времени. Нынешняя тенденция увеличения среднего уровня благосостояния и дохода населения в Европе и Америке, по мнению Сорокина, является, "вероятнее всего частью такого крупного экономического цикла"1 .
Кроме того, флуктуирует высота и профиль экономической стратификации. По Сорокину, здесь проявляется следующие тенденции. При нормальных условиях, свободных от социальных потрясений в обществе, в котором есть институт частной собственности изменения высоты и профиля экономической стратификации ограничены. При чрезвычайных обстоятельствах происходят радикальные изменения высоты и профиля экономической стратификации. Профиль может стать или очень плоским или очень вытянутым и высоким, но такое положение всегда кратковременно. Если "экономически плоское" общество не погибает, то "плоскость" быстро вытесняется усилением экономической стратификации. И наоборот - если экономическое неравенство становится слишком сильным и достигает точки перенапряжения, то верхушке общества суждено разрушиться или быть низвергнутой.
Таким образом, в любом обществе, в любые времена происходит борьба между силами стратификации и силами выравнивания.
Гипотезы о флуктуационных тенденциях в России
Эти и другие соображения социолога о политической флуктуации, если их экстраполировать на нашу современную российскую действительность, позволяет в качестве вероятных гипотез предположить следующее: 1) демократизм политической власти в России будет зависеть не только и не столько от утверждения институтов парламентаризма, сколько от перехода страны в мирное состояние; 2) в обозримом будущем характер власти будет умеренно колебаться от авторитаризма к демократизму и обратно; лишь новое поколение россиян, не испытавшее на себе тотальный произвол властителей обретет интеллектуальную и волевую способность бороться за личную свободу против государственной опеки, что резко качнет амплитуду власти в сторону демократизма; 3) весьма сомнительно, что проявит себя тенденция собственно народовластия, понимаемая как "политика - дело каждого"; 4) амплитуда политического равенства - неравенства людей будет колебаться: в одном месте победу одержат коммунистические силы выравнивания, в другом -либерально-демократические силы, ратующие за власть политиков-профессионалов. В отдаленной перспективе характер этой амплитуды будет все более детерминирован нарождающимися социокультурными ценностями, последствиями чего станет возрастание роли научных экспертов, людей с чувством моральной ответственности в принятии политических решений.
4. Социология революции
Негативные демографические изменения

16

Там же. -С. 315

210
Революции и, как правило, сопутствующие им войны усиливают и ускоряют дезинтеграцию чувственного общества. Это проявляется буквально во всех сферах общества.
Негативные изменения происходят в численности и составе населения: в годы революций еще больше, чем в годы войны повышается смертность и падает рождаемость, что видно из данных проведенных Сорокиным в таблицах 1 и 2.

Таблица 1. Движение кривой смертности. На 1000 чел. умирало

17



Годы
1913 1915 1916 1917 1918 1919 1920 1921

В Петрограде
21,4 22,8 23,2 25,2 43,7 72,6 50,6 27,8

В Москве
24,1 22,1 20,1 21,2 28,0 45,1 46,2

В условиях революционного времени браки становятся бесплодными и превращаются в "легальную форму случайных половых связей" без "санкций и обязательств, без потомства".
Для исторических судеб любого общества весьма важно, какие качественно элементы населения в нем увеличились или уменьшились в определенный период флуктуации. Изучение расцвета и гибели целых народов свидетельствует, что одной из основных причин тому было резкое качественное изменение состава населения в ту или иную сторону.
Таблица 2. Движение брачности и рождаемость. На 1000 чел. приходилось браков и родилось18

Годы
Петроград
Москва
Петроград
Москва
браки
браки
рождения
рождения
1913
6,3
-
26,4
-
1914
6,0
5,5
25,0
31,0
1915
5,0
4,1
22,5
27,0
1916
4,7
3,9
19,1
22,9
1917
8,5
5,3
17,8
19,6
1918
9,2
7,5
15,5
14,8
1919
20,7
17,4
13,8
17,5
1920
27,7
19,6
21,8
21,9
1921
26,7
-
36,0
-
Сорокин утверждает, что изменения населения России в годы войн и революций - погибли преимущественно физически здоровые, трудоспособные и энергичные, морально и умственно развитые люди - были типичны для всех крупных войн и революций. Если в целом за эти годы население всех возрастов
17 Сорокин 77. Современное состояние России. - Новый мир, 1992, № 4. - С. 186
18 Там же.-С. 187

211
уменьшилось на 13,6%, то в возрасте от 15 до 60 лет - на 20%, а мужская часть - на 28%. С начала войны почти все мужчины из высших учебных заведений были мобилизованы и скоро очутились на поле битвы. Их погибло в 6-7 раз больше, чем рядовой, умственно не квалифицированной массы. Общая смертность ученых, писателей, художников прямо и косвенно погибших от войны и революций, увеличилось в 6-7 раз по сравнению с довоенным временем19.
Закон социального иллюзионизма
Сорокин обратил внимание и на то, что в особые периоды флуктуации общества, его ценности и идеалы тоже флуктуируют. Причем колеблется не только их качество, но изменяется и их сущность, и сам характер. Ценности и идеалы, воспроизведенные в революционный период, как правило, иллюзорны.
Их анализ позволил социологу сформулировать "особый закон", названной им "законом социального иллюзионизма". Сорокин приводит ряд лозунгов, выдвинутых Февральской и Октябрьской революциями, сравнивает их с действительностью по истечению 2-3 лет. Так, ставилась задача разрушить социальную пирамиду неравенства, уничтожить эксплуататоров и эксплуатируемых. Действительно, "кто был ничем, тот стал всем", но сама пирамида имущественного и правового неравенства не исчезла - теперь у массы не стало даже формальных прав, включая право на жизнь.
Добивались восьмичасового рабочего дня - теперь же под видом "субботников" и "сверхурочных" рабочих заставляли работать по 12-14 часов, а крестьяне 3-4 дня в неделю должны были отдать коммунистической "барщине", выполняя "дровяную, сплавную, гужевую, подворную, строительную, хлебную, молочную" и т.п. повинности.
Революциями была провозглашена свобода - совести, слова, печати, союзов, собраний - получили то, что власть стала "учитывать и контролировать" все стороны поведения и взаимоотношения людей: гражданам предписывалось, какой профессией заниматься, где жить, что читать и писать, во что верить, что хвалить, что порицать и т.д.
Провозглашался мир - на деле установился милитаризованный режим, пронизывающий все стороны общества.
Декларировался принцип автономии народов - установилось невиданное при царизме централизованное и бюрократизированное управление регионами.
Хотели уничтожить капитализм - разрушили средства производства и обращения, а в конечном счете - хозяйство страны в целом. Вместо "хлеба" - голод и вымирание, вместо "диктатуры пролетариата" - неограниченная тирания, попирающая интересы рабочих и крестьян.
"Закон социального иллюзионизма" Сорокин обосновал в 20 - 30-е годы. Будучи оторванными от достижения мировой социологической мысли, россиянам потребовалось несколько десятилетий, чтобы начать понимать иллюзорность идей, выдвинутых во все периоды радикальных перемен. Достаточно вспомнить заявления В. Ленина о том, что сам приход большевиков к власти сделал враз страну "самой демократической" в мире или Н. Хрущева о том, что нынешнее поколение будет жить при коммунизме, или М. Горбачева - о предоставлении каждой семье отдельной квартиры к 2000 году и т.д. В настоящее время большинство населения осознает различие между декларируемыми политиками идеалами и реальной

19

Там же.-С. 188-189

212
действительностью. Хотя определенные слои, как правило, люди, искренне воспринявшие в свое время революционные идеалы, продолжают связывать решение современных проблем с верой-иллюзией в скорую и легкую материализацию высоких и благородных идеалов.
Факторы, определяющие характер власти
Вопрос о власти, о характере политического устройства общества всегда был центральным вопросом всякой революции. Его анализирует и Сорокин. Тоталитарно-коммунистическая власть, по его мнению, не является случайностью. Её глубинные корни опять-таки следует искать в процессе флуктуации обществ. В истории человеческой цивилизации такой строй возникал в Египте и Вавилонии, в Спарте и Риме, во Франции времен революций и Наполеона, в Австрии - Иосифа II, Пруссии - Фридриха II, в России - Петра I. Конкретными же "родителями" этого строя всегда были, по Сорокину, война и голод, соответственно, сопутствующие определенным фазам колебания социокультурных суперсистем. Чем рельефнее проявлялись "независимые переменные" войны и голода, тем выше уровень коммунизма и этатизма, тем больше власть регулирует поведение и взаимоотношения граждан. В России силы войны и голода поворачивали "маховое колесо" истории в сторону данного направления. "Начало коммунизации -этатизации и в политической, и в правовой, и экономической области, - отмечал Сорокин, - было положено руками царского правительства (военные положения, ограничения прав личности, права собственности, частной торговли, контроль промышленно-торговых дел, права реквизиции и национализации с 25 октября 1915 г. и т.д.)... Временное правительство в лице своего высшего экономического совета и министерва продовольствия продолжило линию этатизации-коммунизации. При нем, особенно в области экономической, были установлены все начала принудительного коммунизма... Большевикам ничего нового не пришлось вносить, кроме введения классового пайка да дальнейшей уравнительно предельной централизации и коммунизации. Все главное было сделано до них и без них"20.
Можно спорить с Сорокиным по поводу оценок политических действий представителей той или иной конкретной власти, но, очевидно, социолог прав по большому счету: у народа, участвующего в войне, народа, испытывающего дефицит средств к существованию может быть лишь менталитет, поведение и взаимодействия, адекватные авторитарной власти. Вся последующая история подтверждает, что авторитарный режим держался на культивировании "образа врага" и поддержании дефицита. Социолог верно спрогнозировал падение коммунистической власти с прекращением войны и ростом сытости населения, хотя и ошибся в сроках, полагая, что это произойдет значительно скорее.
Если следовать логике П. Сорокина, то можно полагать, что война в Чечне, массовое обнищание способствовали реставрации в той или иной форме "этатистско-коммунистической" власти. И напротив, мир и рост благосостояния будут формировать у народа ценностные ориентации, работающие на утверждение власти демократической.
Детерминированность ментальности социокультурным фактором

20

Там же.-С. 161-162

213
При исследовании властно-политических отношений, П. Сорокин прежде всего выделяет социокультурный аспект того или иного политического поведения индивида и выдвигает тезис о социокультурной обусловленности его ментальности.
По мнению социолога, характер властных структур и политических отношений, как определенных социокультурных феноменов, не может не определяться культурой доминирующей суперсистемы. Именно она формирует критерии того, что есть истина и что есть ложь политических отношений, от нее зависит и характер менталитета людей, их свойство, стремление и образ жизни. Поэтому невозможно искусственно внедрить властные структуры в общество, члены которого, руководствуясь своими смыслами, ценностями и нормами, своими критериями справедливости, не могут их принять и исповедовать, даже если людям с другим менталитетом эти властные структуры представляются эталоном. "Дайте группе дьяволов великолепную конституцию, - писал П. Сорокин, - и все же этим не создадите из нее прекрасного общества. И наоборот, общество, состоящее из талантливых и волевых лиц, неминуемо создаст и более совершенные формы общежития"21.
"Биологизирующая "роль революции
Сорокин отмечает, что революции, несмотря на побуждения самих революционеров, изменяют поведение людей далеко не в лучшую сторону, культивируя вражду, злобу, ненависть, разрушение, обман. Освободиться от этих явлений никому не дано, они неизбежны ибо революции "биологизируют" поведение людей. Правда, замечает социолог, в революции есть и жертвенность, и подвижничество, и героизм. Но "эти явления - достояние единиц, а не масс", их роль ничтожна сравнительно с "биологизирующей" и "криминализирующей" ролью революции. Для аргументации своего тезиса Сорокин ссылается на статистические данные.
Таблица 3. Динамика преступности в Москве22

Группы преступлен!
1914 г. (коэффициент принят за 100)
1918-1919 гг.
Кражи 100 315
Вооруженный грабеж 100 28500
Простой грабеж 100 800
Покушение на убийство 100 1060
Мошенничество 100 370
"Закон позитивной и негативной поляризации"
Означает ли, что общество, оказавшееся в кризисе, будет и далее продолжать воспроизводить силы, способствующие социальной аномии, обрекая себя на самоуничтожение? Нет, не означает, хотя гибель общества, по Сорокину, в принципе не исключена.
21 Там же.-С. 188
22 Сорокин 77. Современное состояние России. - Новый мир, 1992, № 5. - С. 170

214
Возможность выхода общества из кризиса социолог связывал прежде всего с интегральной сущностью человека. Проделав анализ поведения индивидов в кризисные периоды как в России, так и в других странах, социолог его типизировал согласно закону, названного им "законом позитивной и негативной поляризации". По этому закону, во время кризисов люди не ведут себя однозначно: одна часть общества становится более склонной к социальной аномии (негативный полюс), а другая - к моральному совершенствованию и религиозности (позитивный полюс ). В зависимости от типа личности, превалирования биологического или социального, индивиды тяготеют либо к одному полюсу либо к другому. Примерами "негативной поляризации" может быть рост эгоизма и самоубийств, ожесточения, тупая покорность судьбе, криминальные деяния и т.д. "Позитивная поляризация", по Сорокину, проявляется в росте творческих усилий и альтруизма, в жизни по моральным заповедям, увеличении неинституализированной религиозности, возникновении и развитии пацифистских и насильственных ассоциаций, во взаимном проникновении и интеграции разных мировоззренческих ориентации.
Результат "эпохальной борьбы" между силами "позитивной" и "негативной поляризации", считает Сорокин, никто "не в состоянии предсказать с уверенностью". Однако тенденция, по мнению ученого, оптимистическая: "Хотя силы негативной поляризации кажутся еще превалирующими, тем не менее силы позитивной поляризации обнаруживают уже заметную способность для сдерживания и уменьшения гибельных действий сил нерелигиозности и деморализации"23.
Человек не может пассивно созерцать эти процессы, как считает Сорокин. Сообразно своему историческому предназначению - творить Истину, Красоту и Добро - он должен предпринять попытки трансформировать общество.
5. П. Сорокин о реформировании общества в условиях его кризиса
П. Сорокин написал ряд работ, в которых исследуются проблемы реформирования кризисного общества. Одна из основных - "Человек и общество в условиях бедствия" до сих пор полностью не издана на родине автора. Опубликованы лишь отдельные франменты24. И все же в общих чертах можно познакомиться с основными взглядами ученого по этой теме, которые могут быть для нас полезны с точки зрения осмысления наших сегодняшних проблем.
Главный смысл реформ, по Сорокину, - они должны исходить из интегральной сущности человека и ни в коем случае не препятствовать его базовым инстинктам. Для этого, как минимум, необходимо: 1) чтобы сущности человека соответствовала форма производства и распределение благ; 2) чтобы функции государства в конечном счете стимулировали творческую активность населения; 3) чтобы утвердился морально-правовой порядок, единый как для власти, так и населения.
Итак, в форму производства должна быть заложена постоянно действующая пружина, именуемая "личным интересом", "хозяйственной автономностью и ответственностью". Занесение на красную доску ордена, похвалы в газетах и т.д., по мнению Сорокина, - "искусственные стимулы", их роль ничтожна, "она не способна дать сотую часть того положительного эффекта, который дает "личный интерес"".
23 Сорокин 77. Главные тенденции нашего времени. - С. 143
24 Сорокин 77. Человек и общество в условиях бедствия (фрагменты книги).- Вопросы
социологии 1993, № 3

215
Сорокин предложил ряд конкретных мер: "ясное и категорическое признание права собственности"; налоги должны быть таковы, чтобы сохранялась "уверенность лица в прочности своих прав на результаты своей хозяйственной деятельности" (налог по принципу "чем больше - тем лучше" ущемляет стимул "личного интереса" и его положительных эффектов); исключить хозяйствование в "формах частного хищничества" (аренда предприятий, позволяющая выжимать из них сиюминутную прибыль "ценой окончательного их разрушения"); имущественная дифференциация не должна быть безмерной, что "толкает нищие массы на разгром существующего порядка", порождает преступления, бунты, ведущие к разгрому производительных сил страны (обе крайности - уравнительность и безмерное имущественное неравенство - ведут к печальным результатам)"25.
Функции государства, особенно экономические не должны подавлять ни субъективность индивида, ни функцию собственно общества. Огосударствление общества, по мнению социолога, неизбежно ведет к безынициативным, примитивным способам ведения хозяйства. В подтверждение своего тезиса Сорокин приводит ряд примеров. Национализировали промышленность - деятельность многих предприятий прекратилась. Национализировали жилище - дома, став по сути бесхозными, начали разваливаться. Национализировали торговлю - прилавки опустели. Такие следствия огосударствления объясняются не неопытностью и неумелостью организаторов, а тем, что огосударствление не предусматривает селекционный механизм, позволяющий в процессе конкуренции и хозяйственного риска отсеивать людей бездарных и выдвигать действительно талантливых.
Разгрузка государства от несвойственных ему функций позволила бы государству уделять больше внимания охране внутреннего порядка, суду, осуществлению культурных функций.
Наконец, реформы должны обеспечить введение надлежащего правового порядка, который должен содействовать производительной и творческой деятельности населения. Продуктивная экономическая деятельность, считает Сорокин, возможна только при правовом поведении как самого населения, так и органов власти. Для этого необходимо, чтобы все граждане России стали "субъектами прав, участниками, членами единого общего коллектива, а не бесправными париями, не объектами прав, не материалом в руках народных пастырей"26. Для этого от власти, в частности, требуется организация независимого суда, оздоровление исполнительно-административного аппарата, а от граждан -усилие к действительному уважению чужих прав, исполнению своих личных прав и обязанностей, соблюдение общественного мира.
Сорокинские взгляды на социальную и культурную динамику ныне подвергаются определенной критике и уточняются. Так, теорема флуктуации исходит из внутреннего, имманентного источника изменений общества или обществ одной отдельно взятой цивилизации. Между тем, по мнению ряда современных социологов, общества имеют и внешние источники изменений, которые становятся все более значимыми факторами в общем векторе развития. Это связано прежде всего с изменениями традиционных границ обществ и даже цивилизаций. Появились наднациональные структуры (в политической сфере - НАТО; в экономической -ОПЕК, транснациональные корпорации типа "Дженерал Моторс", "Пепси-Кола").


26
25 Сорокин 77. Об основных условиях возможности возрождения нашего народного хозяйства.- Социс, 1994, № 2. - С. 4-6
Там же.-С. 14

216
Их политические и экономические действия, столкновения и конфликты на межнациональном и транснациональном уровнях могут дать куда больший толчок к социальным, культурным и политическим изменениям, чем реализация потенциальных возможностей самого общества.
Кроме того, происходят столкновения и конфликты между социокультурными системами, в результате которых подчас утрачивается социокультурная самобытность отдельных обществ. Под воздействием всех этих внешних факторов некоторые общества радикально поменяли вектора своего развития, что не укладывается в схему цикличности социальных и политических изменений. К примеру, прежде всего благодаря внешним факторам Бразилия, Мексика, Южная Корея, Сингапур, Гонконг и др. стали "новыми индустриальными странами" с доминированием американских социокультурных ценностей, которые существенно отличаются от их традиционных ценностей.
Далее, уловить направленность цикла флуктуации конкретных обществ ныне становится почти невозможным. Изменения стали разнонаправленными - они то ускоряются, то замедляются, подчас столь резко меняя свой вектор (преобразования в Китае, странах Восточной Европы, России), что прогнозировать их становится весьма трудно. По большому счету остается открытым и вопрос о том, что политические изменения в указанных и других странах непременно приведут к социальным улучшениям или ухудшениям. Более того, ценностный аспект прогресса размывается, становится относительным. По каким критериям, скажем, оценивать нынешние изменения в США? По одной шкале - доходам на душу населения, потреблению товаров - страна является лидером в мире. По другой - количеству деструктивных действий (убийств, самоубийств) - Америка является больным обществом.
И ещё. Социокультурный фактор у Сорокина рассматривается как доминирующий по отношению к политическому и экономическому факторам. Социокультурная реальность развивается как бы на разных (высшем и низших) уровнях, органически не связанных между собой. Сегодня же имеет место взаимозависимость факторов, которые комплексно влияют на характер социальных действий людей, на выбор ими политических стратегий. В сорокинской системе циклических изменений человек значительнее более активен по сравнению с эволюционистской и историко-материалистической теориями развития, но не настолько, чтобы самому определять свою жизненную стратегию, облик и характер институтов общества.
Эти и другие слабости пытались преодолеть ученики Сорокина Т. Парсонс, Р. Мертон и особенно представители современной социологии постмодерна.
Вопросы на развитие социологического воображения:
1. Политика Доброты не имеет ничего общего с американо-центристским порядком и вообще с блоковой политикой.
Отнюдь не случайно ряд политиков и обществоведов в самих США выступает за равноправное сотрудничество между всеми народами, включая взаимоотношения между американскими и российскими народами. Как замечает С. Хантингтон, дальнейшая эскалация идеологии и политики однополярного мира чревата превращением США в "одинокую сверхдержаву" и отчуждением от неё многих стран мира.
Есть ли, по Вашему мнению, основания полагать, что ситуация в XXI веке изменится, и народы мира предпримут существенные усилия для производства

217
Доброты? А может быть Доброта и Любовь - то средство, с помощью которого можно преодолеть политический радикализм и экстремизм? Так, что же будет доминировать в будущих человеческих отношениях: борьба за существование или Доброта?
2. По "закону позитивной и негативной поляризации", обоснованному П. Сорокиным, люди во время кризисов не ведут себя не однозначно: одна часть общества становится более склонной к социальной аномии, а другая - к моральному совершенствованию и религиозности. Если свидетельства тому, что особенности современного российского общества отвечают духу этому "закону"?
3. Ценности и идеалы, воспроизведенные в революционный период, как правило, иллюзорны. Это вытекает из "закона социального иллюзионизма". Сорокин распространял действие этого "закона" на глобальный уровень. А что Вы можете сказать по поводу "революционных" преобразованиях на локальном уровне -предприятии или фирмы?
Основные термины и выражения:
Интегральная социология, эмпирически-чувственная форма познания, рационально-умственная форма познания, сверхчувственно-сверхрациональная форма познания, культурный мир, идеологические смыслы, материальная культура, социокультурные типы личностей, образцы поведения, высшая интегральная ценность, социокультурные суперсистемы, религиозная социокультурная суперсистема, чувственная социокультурная суперсистема, интегральная социокультурная суперсистема, "основной закон истории", теоремы флуктуации, социальная стратификация, социальная мобильность, горизонтальная социальная мобильность, вертикальная социальная мобильность, восходящая мобильность, нисходящая мобильность, "закон социального иллюзионизма", "закон позитивной и негативной поляризации"
ЛИТЕРАТУРА
Ашин Г.К., Кравченко С.А., Лозанский Э.Д. Социология политики.
Сравнительный анализ российских и американских политических реалий. М.,
Экзамен, 2001. - Тема 5 "Интегральные подходы к политике: возможности их
использования для анализа власти и господства"
История социологии в Западной Европе и США. М., НОРМА - ИНФРА, 1999.
- Рекомендуется глава 20
Сорокин П. Интегрализм - моя философия. - Социс, 1992, № 10
Сорокин П. Об основных условиях возможности возрождения нашего
народного хозяйства. - Социс, 1994. - № 2
Сорокин П. Общие черты и различия между Россией и США. - Социс, 1993,
№8
Сорокин П. Причины войны и условия мира. - Социс, 1993, № 12
Сорокин П. Современное состояние России. - Новый мир, 1992, № 4, 5
Сорокин П. Таинственная энергия любви.- Социс, 1991. № 8, 9
Сорокин П. Человек и общество в условиях бедствия (фрагменты книги). -
Вопросы социологии, 1993, № 3

218
Сорокин П.А. Главные тенденции нашего времени. М.: Институт социологии РАН 1993. - Рекомендуются главы 1, 2,3,5
Сорокин П.А. Общедоступный учебник социологии. М.: Наука, 1994. -Дополнительная литература
Сорокин П.А. Система социологии. М.: Наука, 1993, т. 1 и 2. -Рекомендуется как дополнительная литература
Сорокин П.А. Социальная и культурная динамика: Исследование изменений в больших системах искусства, истины, этики, права и общественных отношений. -СПб.: ЗХГИ, 2000
Сорокин П.А. Социологические теории современности. М.: ИНИОН, 1992. -Рекомендуются главы 2 и 11.
Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество. М.: Политиздат, 1992. -Необходимо ознакомиться с разделами "Революция и социология" и "Социальная стратификации и мобильность"
Учебный социологический словарь с английскими и испанскими эквивалентами. Издание 4-е, дополненное, переработанное. Общая редакция С.А. Кравченко. М.: Экзамен, 2001
Return of Pitirim Sorokin. // Ed. by S.A. Kravchenko and N.E. Pokrovsky. M.: International Kondratieff Foundation, 2001

219
Тема 14. Т. ПАРСОНС: СОЗДАНИЕ РАЗВЕРНУТОЙ CТРУКТУРНО-ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ТЕОРИИ НА ОСНОВЕ ИНТЕГРАЛЬНОГО ПОДХОДА
1. Теория социального действия
2. Теория социальной системы
3. Общественный порядок и факторы его обеспечивающие
Толкотт Парсонс в автобиографическом очерке "О построении теории социальных систем: личная история" отметил, что его целью жизни было создание общей, универсальной теории, пригодной для анализа любых живых систем, начиная от одноклеточного организма и кончая сложнейшими человеческими цивилизациями. Что же общего могло быть у этих микро и макро реалий - простейшего организма и человеческого общества? Наличие структурированной системы, которая в своих действиях стремится к порядку и определенной рациональности. Естественно, что Т. Парсонс, прежде всего, пытался сделать свою теорию применимой для исследования человеческого общества. Последовательно идя к этой цели, ученый создает сначала теорию социального действия, а затем на её основе теорию социальной системы, в которых раскрываются принципы функционирования систем разных уровней во взаимосвязи с другими системами.
Как видно, амбиции ученого - объять необъятное. Понятно, чтобы к этому приблизиться потребовалась весьма сложная аналитическая конструкции, которая, по мысли ученого должна помогать интерпретировать конкретные явления действительности.
Сразу скажем, по мнению многих современных социологов, Т. Парсонсу не все удалось, есть очевидные противоречия в преемственности базовых понятий, использовавшихся в разные периоды творчества (хотя сам Парсонс в упоминавшемся выше труде особо подчеркивает постоянство своего теоретико-методологического инструментария). И все же мировая социологическая мысль необычайно высоко ценит ученого за то, что ему удалось реально сделать - создать принципиально новую теорию, позволяющую исследовать общество на разных системных уровнях - микро и макро. Такой подход оказался очень востребованным. По существу, Т. Парсонсом была создана школа современного структурного функционализма с Многочисленными учениками и последователями, в числе которых Р. Мертон, Н. Смелсер и др.
Толкотт Парсонс (Parsons) родился 13 декабря 1902 года в профессорской семье. Его отец был президентом колледжа.
Т. Парсонс получил всестороннее образование как в американских, так и европейских учебных заведениях. По окончании в 1924 году Амхерст колледжа он переезжает в Англию, поступает в Лондонскую школу экономики, где специализировался в области экономики, антропологии и социологии. Его наставником был Б. Малиновский - один из крупнейших социальных антропологов XX века. В следующем году он переезжает в Германию для продолжения учебы в Гейдельбергском университете. Здесь он защищает докторскую диссертацию о

220
капитализме, в которой в значительной степени присутствуют идеи М. Вебера и других европейских социологов.
В 1927 году Парсонс возвращается в Америку и начинает преподавательскую и научную деятельность в Гарвардском университете. Ученый переводит и издает с обширными комментариями ряд работ М. Вебера, Э. Дюркгейма, В. Парето.
В 1937 г. выходит в свет его книга "Структура социального действия", в которой критически анализируются взгляды М. Вебера, Э. Дюркгейма, В. Парето, А. Маршалла и на основе их интеграции предложена собственная теории социального действия. В 1951 г. он издает вторую фундаментальную работу "Социальная система", в которой свою теорию распространяет на анализ собственно человеческого общества. Её центральная тема - социальный порядок, природа интеграции и стабильности социальных реалий.
С середины 40-х годов Парсонс становится наиболее авторитетным социологом США. В 1946 г. он сменяет своего наставника и учителя П. Сорокина на посту декана социологического факультета, а затем преобразует его в факультет социальных отношений (что вызвало крайнее раздражение у П. Сорокина). В 1949 г. Парсонс избирался президентом Американской социологической ассоциации.
Среди других работ Парсонса: "Рабочие тетради по теории действия", "Система современных обществ", "К общей теории действия", "Общетеоретические проблемы социологии", "Социологическая теория и современное общество", "Социальная структура и личность", "Социальная система и эволюция теории действия" и др.
Умер Т. Парсонс 8 мая 1973 года.
1. Теория социального действия Идейно-теоретические истоки
Социолог начал свою преподавательскую и научную карьеру, когда американское общество переживало депрессию. Ни одна социальная теория того времени не давала достаточно всеохватывающего объяснения тем процессам, которые разворачивались тогда в Америке, переживавшей глубокую экономическую депрессию. Эти теории упрощали, огрубляли и примитивизировали представления о социальной системе, её функциях, способностях к самосохранению и совершенствованию.
Т. Парсонс, в частности, подверг критике интерпретивные теории, рассматривавшие поведение индивида на микро уровне и, с его точки зрения, абсолютизировавшие индивидуальную и общественную рациональность (М. Вебер). Не принял он и популярные в то время макро теории, в которых главным фактором общественного развития рассматривалась политическая борьба, а поддержания порядка - власть или навязанные ею санкции (К. Маркс).

221
Что же предложил Парсонс вместо этого? Во-первых, объединение достижений ряда социальных наук. Преобразование в Гарвардском университете факультета социологии в факультет общественных отношений было отнюдь не случайно. Эта новация была подчинена интегративной цели - для задуманного ученым анализа любых живых систем потребовались усилия клинической и поведенческой психологии, антропологии и, конечно, социологии.
Во-вторых, Парсонс предпринял попытки интеграции собственно социологических принципов, которые разрознено содержались в работах таких известных социологов, как М. Вебер, Э. Дюркгейм, В. Парето, З. Фрейда и английского экономиста А. Маршалла. Сюда же, очевидно, следует добавить П. Сорокина, который один из первых стал разрабатывать интегральные идеи.
Парсонса, в частности, привлекли веберовская трактовка социального действия как действия, имеющего субъективную мотивацию индивида и ориентированного на окружающих людей. Ему были также симпатичны "идеальные типы", которые позволяли создавать обобщенные представления конкретных явлений действительности. Вместе с тем он считал, что Вебер остановился на полпути к созданию теории социального действия, ибо не учитывал сочетание, систему, предложенных им переменных. В этой связи, по мнению Парсонса, возникает опасность произвольного выбора переменных, что могло привести к искажению или мозаичному толкованию социальной реальности.
В теории Э. Дюркгейма его особенно заинтересовали структурно-функциональный метод и идея порядка как результата коллективных представлений. Так же как и Дюркгейм, Парсонс исходит из того, что для социальной жизни более характерны "взаимная выгода и мирная кооперация, чем взаимная враждебность и уничтожение". При этом утверждалось, что только приверженность общим ценностям обеспечивает основу порядка в обществе. Свои взгляды социолог иллюстрирует примерами коммерческих сделок. При осуществлении сделки заинтересованные стороны составляют контракт, в основе которого лежат нормативные правила. С точки зрения Парсонса, страх санкций за нарушения правил недостаточен, чтобы заставить людей безусловно следовать им, главное - моральные обязательства. Поэтому правила, регулирующие коммерческие сделки, должны вытекать из общепризнанных ценностей, которые констатируют, что является правильным, должным. Порядок в экономической системе, следовательно, основывается на общем согласий относительно коммерческой морали. Однако, по мнению Парсонса слабость дюркгеймовской теории состояла в том, что в ней не высвечивалась роль самого действующего лица, его отношение к ценностям и нормам, возможность конкретного выбора из иерархии ценностей и целей. В этой связи Парсонс критически относился к позитивистской социологии вообще, предполагающей видение мира, как закрытой системы, сводящей на нет роль сознания конкретных индивидов.
У А. Маршалла плодотворной была идея трактовки действия как "рационального преследования собственного интереса". У В. Парето и З. Фрейда Парсонс посчитал важным постановку вопроса о роли рациональных и иррациональных сил в детерминации характера действия. Соответственно, во взглядах на общество социолога, прежде всего, интересовали вопросы, как социальной системе удается справляться с человеческой иррациональностью, избегать "войн всех против всех" и не доводить социальные конфликты до катаклизмов.

222
В-третьих, Парсонс, очевидно, на основе интегральных идей П. Сорокина предложил интегрально рассматривать социальную систему и личность индивида. В этой связи он уже самостоятельно выдвинул оригинальную идею четырехуровнего анализа, который основан на принципе системного рассмотрения поведенческого организма, личности, социальной и культурной систем.
"Волюнтаристская теория социального действия"
Именно так сам Парсонс определяет суть своей теории. В самом названии содержатся два принципиальных момента. Во-первых, определение "волюнтаристская" подчеркивает дистанцирование ученого от постулата Дюркгейма о том, что коллективные представления, как социальные факты, оказывают на индивида принудительное воздействие, побуждая к определенным, нормативно заданным способам поведения. По Парсонсу, усвоенные индивидами ценности и нормы, входящие в традиции общества, несомненно, определяют границы дозволенно в индивидуальных действиях. Однако, замечает он в работе "Структура социального действия", это "ни в малейшей степени не отрицает роли ситуативных и других ненормативных элементов". Добавляя при этом, что его теория "рассматривает их во взаимосвязи с нормативными". Иными слова, в зависимости от ситуации индивид, обладая свободной волей, может осуществить конкретный выбор, как ему действовать, т.е. его теория социального действия предполагает учет как рационального, так и иррационального компонентов в действиях людей. Но подчеркнем, волюнтаризм не равняется абсолютно свободной воли - индивиды не свободны вообще в своем выборе.
Во-вторых, в то время весьма популярной была бихевиористская теории поведения, трактовавшая поведение, как механическую реакцию на тот или иной стимул. От неё Парсонс также дистанцируется, выбирая термин действие, предполагающий осмысленный процесс, активность самого действующего индивида.
Система элементарного действия
По Парсонсу, самой общей системой является система действия. "Действие, -замечает он, - образуется структурами и процессами, посредством которых люди формируют осмысленные намерения и цели и более или менее успешно их реализуют в конкретных ситуациях"1.
По мнению ученого, мельчайшей единицей действия, выступающей как система, является единичный акт (unit act), который впоследствии стал называть элементарным действием. Дальнейшее дробления элементарного действия ведет к утрате его системной характеристики. Таким образом, элементарное действие это, прежде всего, система. Также системно Парсонс рассматривает все общественные институты и само общества, все явления, принадлежащие к области действия, ибо все они представляют реальность, для которой характерно общее качество -системность. Поэтому с точки зрения ученого нет принципиальной разницы между
1 Парсонс Т. Понятие общества: компоненты и их взаимоотношения // Современная западная теоретическая социология. Т. Парсонс. М.: ИНИОН РАН, 1994. - С. 104

223
теорией действия и теорией системы. Один и тот же теоретико-методологический подход используется для анализа системы любой сложности.
Итак, рассматривая элементарное действие, Парсонс выделяет следующие четыре его компонента, образующие в целом систему:
1) наличие действователя или актора - действующего организма;
2) существование цели, на достижение которой направлено действие актора -
"предполагаемое будущее положение вещей";
3) наличие ситуации, в которой происходит действие (это - "внешняя среда"
действия), которую в свою очередь можно представить в виде двух составляющих - а)
условия действия, определяемые объективными обстоятельствами и б) выбираемые
средства для достижения цели;
4) существование нормативной ориентации, т.е. усвоенных стандартов
поведения.
Подчеркнем еще раз, для Парсонса элементарное действие любой живой субстанции и действие социального актора - индивида, коллектива или любой другой общественной структуры едины по своей внутренней природе - они выступают как системы, представляют лишь её разные уровни. Разумеется, при рассмотрении собственно социального действия Парсонс отмечает его специфику.
Система социального действия и её подсистемы
Четырехуровневая структура социального действия точно такая же, как и элементарного действия. Но каждый элемент здесь имеет свою, значительно более сложную специфику.
Так, действователь обладает социальной природой, что проявляется в его статусах и, соответственно, адекватных им ролях. Статусы обозначают позицию индивида по отношению к другим, в то время как роли выражают "процессуальный аспект". Роли - это своего рода относительно постоянные каналы ориентации между социальным действователем и другими социальными объектами.
Нормативная ориентация приобретает социально-культурную характеристику. Она детерминирована усвоением индивидом ценностей и норм своей культурной среды, которые позволяют связывать воедино цели и средства, определять, что приемлемо в качестве цели и средств. ""Нормативная ориентация" действия, -отмечает Парсонс, - направляет внимание на решающую роль тех "стандартов", которые определяют желаемое направление действия в форме целей и стандартов поведения. Эту систему нормативных стандартов, по-видимому, лучше всего рассматривать в качестве одного из наиболее важных элементов "культуры" группы"2.
Человеческое действие всегда детерминировано границами генетического вида и упорядоченно культурными образцами.
Вот как его схематически изображает сам Парсонс:
Действие
2 Парсонс Т. Современное состояние и перспективы систематической теории в социологии // Современная западная теоретическая социология. Т. Парсонс. М.: ИНИОН РАН, 1994. - С. 39

224

Подсистемы
Преимущественные функции
Социальная
Интеграция
Культурная Личностная Поведенческий организм
Воспроизводство образца Целедостижение Адаптация
Как видно, в итоге получилась система, состоящая из четырех подсистем и адекватных им преимущественных функций. Причем для социальной подсистемы все другие подсистемы - культурная, личностная, поведенческий организм -представляют собой окружающую среду.
И ещё важно подчеркнуть то обстоятельство, что отмеченное иерархическое расположение подсистем показывает их двустороннюю взаимосвязь. С одной стороны, каждый нижний уровень создает условия, производит энергию для более высоких уровней, а с другой - высшие уровни контролируют те, которые расположены ниже.
Социальная подсистема прежде всего через статусы и роли обеспечивает взаимодействие индивидов и тем самым осуществляет функцию интеграции.
Культурная подсистема выполняет в основном "функцию сохранения и воспроизводства образца, равно как и творческого его преобразования"3.
Личностная подсистема, главным образом, выполняет функцию целедостижения. Это главный исполнитель процессов действия, который способен учесть усвоенные в процессе социализации культурные принципы и предписания. В смысле мотивации "главной целью действия является обеспечение личных потребностей или удовлетворенность личности"4.
Поведенческий организм выступает как адаптивная подсистема. Он определяет генетически заданные возможности человека, на которые опираются остальные подсистемы. "В нем содержатся условия, с которыми должно сообразовываться действие, и основные механизмы взаимодействия с физической средой, в частности механизм получения и обработки информации в центральной нервной системе и механизм двигательной реакции на требования физической среды"5.
Парсонс особо подчеркивает, что при анализе взаимоотношений между четырьмя подсистемами действия важно учесть процесс их взаимопроникновения. Так, в процессе социализации личность индивида способна усвоить как социальные объекты, так и культурные нормы.
По отношению к системе действия есть две системы реальности, являющиеся её средой. Первая - физическая среда. Это, по существу, окружающий мир живых организмов. Вторая - "высшая реальность". Это все то, что М. Вебер назвал "проблемой смысла" человеческих действий.
Социальный актор - ситуация
3 Там же
4 Там же
5 Парсонс Т. Система современных обществ. М.: Аспект Пресс, 1997. - С. 16

225
Естественно, возникла необходимость конкретного исследования отношений "социальный актор - ситуация (среда)". Эти отношения всегда динамичны, что обусловлено двумя факторами - наличием мотивационной и ценностной ориентаций у действователя. Рассмотрим ориентации социального действователя.
Мотивация. "В каком-то смысле "мотивация" - это ориентация относительно улучшения баланса удовлетворение - неудовлетворение действующего лица"6. Мотивация в совокупности включает в себя три модуса ориентации:
а) когнитивная (познавательная) ориентация, которая предполагает учет
расположения физических и социальных объектов, определение их специфики, в
особенности их функций в контексте цели, поставленной индивидом и т.д.;
б) катектическая (эмоциональная) ориентация проявляется в положительной
или отрицательной установке по отношению к тому или иному объекту, в
эмоциональной тяге к удовлетворению конкретных потребностей;
в) оценочная ориентация предполагает выбор из множества альтернатив,
чтобы оптимизировать свои усилия по удовлетворению потребностей. Иными
словами, действователь не может сразу направлять энергию на удовлетворение
широкого круга потребностей. Ему приходится делать выбор.
Ценностная ориентация. Она также включает в себя три модуса ориентации:
а) когнитивная (познавательная) ориентация опирается на нормы, усвоенные
индивидом в процессе социализации;
б) эмоциональная ориентация предполагает эмоциональную оценку
значимости того или иного объекта для удовлетворения потребности на основе
оценочных стандартов;
в) моральная ориентация осуществляет синтез ранее вынесенных суждений о
способе действия. Она, по Парсонсу, является своего рода "высшим апелляционным
судом", выносящим вердикт о направленности действия в контексте сложившихся
моральных стандартов.
Типы социальных действий
В зависимости от соотношения модусов мотивационной и ценностной ориентации Парсонс выделяет четыре типа социальных действий.
Итак, первый тип - интеллектуальное действие, которое включает в себя когнитивную мотивационную ориентацию и когнитивные ценностные стандарты;
второй тип - экспрессивное действие, предполагающее единство катектической эмоциональной ориентации и оценочных стандартов;
третий тип - моральное действие, включающее мотивационную оценочную ориентацию и моральные стандарты;
четвертый тип - инструментальное действие, наиболее сложное, которое включает в себя будущие цели, детерминированные катектической мотивационной ориентацией и оценочными стандартами, и средства достижения этих целей, детерминированные когнитивными стандартами. Как заметил Дж. Ритцер,
6 Парсонс Т. Система координат действия и общая теория систем действия: культура, личность и место социальных систем. М.: ИНИОН РАН, 1994. - С. 65

226
инструментальное действие, по существу, представляет собой веберовское ценностно-рациональное действие7.
Типовые переменные
Продолжая обосновывать синтез субъективного и объективного в детерминации социального действия, Парсонс обосновал методический инструментарий, позволяющий исследовать явные и латентные выборы, которые осуществляет актор по отношению к объектам ситуации, прежде чем действовать. В этой связи ученый предложил набор из пяти типовых переменных, содержащих дилеммы, решая которые индивид выбирает возможные ориентации действия. Они следующие:
1. "Аффективность - аффективная нейтральность". Она выражает наше
эмоциональное отношение к социальному явлению - какова эмоциональная
интенсивность, проявляемая актором по отношению к социальным объектам в данной
ситуации. Например, следует ли профессору иметь приятельские, панибратские
отношения со своими студентами или ему все же следует быть аффективно
нейтральным, как говорится, соблюдать дистанцию, держаться на расстоянии?
2. "Диффузность - специфичность". Дилемма предполагает выбор отношения
к социальному объекту с позиции целостной совокупности его свойств или
конкретной специфики. Она может принять следующую форму: следует ли
профессору учить своих воспитанников по самому широкому кругу вопросов жизни
или ему лучше ограничиться специфической сферой своего лекционного курса?
3. "Партикуляризм - универсализм". В этом случае речь идет о выборе в
процессе взаимодействия общих или партикулярных стандартов. Партикуляризм, в
частности, предполагает выбор в пользу лояльности по отношению к членам своей
группы, но не к "чужим". В нашем случае суть этой дилеммы может быть
представлена так: следует ли профессору применять особые, партикулярные
стандарты к конкретным категориям студентов (российским, зарубежным, девушкам,
юношам, верующим, неверующим и т.д.) или, напротив, в оценке всех студентов в
данной ситуации взаимодействия (учебные занятия) ему лучше руководствоваться
общими, универсальными критериями?
4. "Аскрипция - достижение". Проблема здесь в том, какой сделать выбор в
плане оценки исполняемых индивидами социальных ролей - на основе заданных от
природы и общества качеств или на основе их достижений. В нашем примере это
могут быть оценки профессором способностей своих воспитанников адекватно
выполнять роли студентов: являются ли они изначально заданными или же это есть
результат научения.
5. "Ориентация на коллектив - ориентация на себя". Эта дилемма вводится
социологом для выяснения того, что для индивида важнее: цели социальной группы
или личные цели. В рассматриваемом примере можно выяснить, ориентированы ли
действия профессора на интересы студенческой группы или, прежде всего, на свои
собственные?
Своей теории социального действия, по сути интерпретивной, нацеленной на понимание мотивации действия актора, Парсонс в конечном счете пытается придать
7 Ritzer G. Classical Sociological Theory. - McGraw-Hill Higher Education, 2000. - Р. 440.

227
структурно-функциональное обличье. В этом также проявляется его интегрализм при создании теории социальной системы.
Функциональная сетка AGIL
По Парсонсу, функция позволяет, с одной стороны, выявить важность элементов, частей внутри любой системы, а с другой - понять то, как сама система взаимодействует с её окружением. "Понятие функции, - пишет он, - имеет решающее значение для понимания любых живых систем, обозначая определенные черты, во-первых, взаимодействия системы с окружение, во-вторых, внутренней дифференциации самой системы"8.
Парсонс считал, что любая система, чтобы быть жизненной и эффективной должна отвечать четырем основным функциональным требованиям:
1. Адаптация (adaptation) предполагает приспособление системы к её внешней
среде.
2. Целедостижение (gоа1 attainment) означает, что система должна
вырабатывать цели и достигать их.
3. Интеграция (integration) предполагает способность системы осуществлять
внутреннюю регуляцию и координацию элементов системы действия.
4. Латентность (latenсу) в живых организмах, по существу, выполняет
функцию генетического кода, обеспечивая скрытое поддержание и воспроизводство
общезначимого действия. Если имеется в виду социальная система, то латентность
предполагает наличие общезначимого символа, который осуществляет "поддержание
культурного образца" (связанного главным образом с языком), а также мотивацию
акторов к его сохранению.
Функциональную сетку AGIL Парсонс использует на всех уровнях - будь то система действия или социальная система.
2. Теория социальной системы Социальная система: общая схема
Социальная подсистема системы действия Парсонсом рассматривается как самостоятельная система. Её структура анализируется социологом также через призму четырех независимых переменных.
Ценности занимают ведущее место в социальной системе и выполняют функцию сохранения и воспроизводства образца.
Нормы выполняют интеграционную функцию.
Коллективы выполняю целедостиженческую функцию.
Роли индивидов играют прежде всего адаптивную функцию9.
Общество как тип социальной системы
Парсонс Т. Некоторые проблемы общей теории в социологии. М.: ИНИОН РАН, 1994. - С. 80 9 См.: Там же.-С. 18-19

228
Парсонс определяет общество как тип социальной системы, обладающий наивысшей степенью самодостаточности. Самодостаточность общества проявляется прежде всего во взаимообмене с окружающей средой, в регулировании доступа к материальным ресурсам. Общество самодостаточно и в том смысле, что его члены, как правило, вносят вклад в его функционирование через многочисленные экономические и политические институты, а также коллективы. "Но если, - замечает Парсонс, - подавляющее большинство членов какого-то общества испытывает крайнее "отчуждение", то говорить об этом обществе как о самодостаточном нельзя"10.
В соответствии со своей четырехфункциональной схемой, выработанной для анализа систем действия, Парсонс подразделяет общество на четыре основные подсистемы.
Общество

Подсистемы
Структурные компоненты
Основная функция
Социетальное сообщество
Нормы
Интеграция
Фидуциарная подсистема

Политика
Ценности
Воспроизводство образца
Экономика
Целедостижение
Коллективы
Адаптация
Роли
Социетальное сообщество - это, по Т. Парсонсу - коллективы с определенными нормами (государственные органы, правовые институты, другие общественные инстанции), регулирующие поведение индивидов, обеспечивающие их лояльность по отношению к обществу в целом. В системе норм, которые управляют лояльностями, права и обязанности различных коллективов должны быть согласованы не только между собой, но и с легитимными основаниями порядка в целом11. Функция интеграции способствует координации частей социальной системы. Главным институтом, посредством которого реализуется эта функция, является право. Через правовые нормы упорядочиваются отношения между индивидами и институтами, что уменьшает потенциал конфликта. Когда же конфликт все же возникает, его, как правило, удается уладить через правовую систему, избегая дезинтеграции других подсистем и общества в целом.
Под фидуциарной подсистемой имеются в виду институты, занимающиеся генерализацией ценностей (семья, учебные заведения). Их главная функция -воспроизводство и поддержание существующих в обществе культурных образцов.
Политическая подсистема мобилизует коллективы и ресурсы для достижения определенных общественных целей. Функция целедостижения выражает потребность всех обществ устанавливать цели, на которые направляется социальная активность.
Экономическая подсистема создает условия для регулирования трудовых ресурсов, их включение в производство. Прежде всего, через роли, выполняемые
10
Там же. -С. 21 11 Там же. -С. 26

229
индивидами в экономической жизни, осуществляется функция адаптации. Для эффективного функционирования общества в целом особое значение имеет решение проблемы по обеспечению людей необходимым уровнем материальных благ.
Подвижное равновесие общества
Консенсус в отношении нормативного порядка является фундаментальным интегративным принципом в обществе. Из общепризнанных норм и ценностей вытекают общие цели, которые определяют направление движений в конкретных ситуациях. Так, например, в западном обществе члены конкретного предприятия разделяют цель эффективного производства на своей фирме, которая вытекает из общего взгляда на экономическую продуктивность. Общая цель становится побудительным мотивом для сотрудничества. Средствами воплощения целей в конкретные действия являются роли. Любой современный социальный институт предполагает наличие целой комбинации ролей. Между нормами и ролями имеет место процесс взаимопроникновения: нормы стандартизируют и упорядочивают ролевое поведение, делая его предсказуемым, что в итоге создает основу для консенсуса и социального порядка.
Исходя из того, что консенсус является важнейшей общественной ценностью, Парсонс усматривает главную задачу социологии в анализе институализации образцов ценностных ориентаций в социальной системе. Когда ценности институализированы и поведение индивидов структурировано сообразно им, возникает состояние стабильного "социального равновесия".
Консенсус и стабильность системы не означает, что она не способна к изменениям. Напротив, Парсонс считал, что на практике ни одна социальная система не находится в состоянии идеального равновесия, хотя определенная степень равновесия необходима для жизнеспособности системы. Поэтому процесс социального изменения Парсонс представляет как "подвижное равновесие". Так, если изменится взаимоотношение общества со своей средой, то это приведет к переменам в социальной системе в целом. Процесс "подвижного равновесия" может затрагивать не только части, но и все общество.
Отнюдь не случайно эволюцию общества и его подсистем Парсонс анализирует в контексте упоминавшихся выше типовых переменных, что позволяет интегрально рассмотреть изменения, происходящие в макро подсистемах общества и изменения в характере ориентаций действий, осуществляемых индивидами на микро уровне. Напомним эти переменные:
"Аффективность - аффективная нейтральность".
"Диффузность - специфичность".
"Партикуляризм -универсализм".
"Аскрипция - достижение".
"Ориентация на коллектив - ориентация на себя".
Нетрудно видеть, что, по существу, эти типовые переменные построены вокруг способов, с помощью которых люди решают самые жизненно важные вопросы: "Как индивиды получают вознаграждение?" и "Следует ли членам общества самим искать

230
пути реализации своих интересов или же это сделают социальные группы, к которым они принадлежат?".
Согласно Парсонсу, выборы в пользу первых составляющих дилемм -аффективности, диффузности, партикуляризма, аскрипции, ориентации на коллектив - характерны для традиционных обществ, в то время как выборы в пользу противоположных составляющих - аффективная нейтральность, специфичность, универсализм, достижение, ориентация на себя - свойственны исторически более высоким современным обществам. По его мнению, социальная эволюция обществ предполагает движение ко все большему увеличению в действиях индивидов выборов второго типа. Если же общество окажется не в состоянии двигаться в этом направлении, то в нем начинается стагнация. Так, общество, в котором статусы в основном предписаны, а также слишком сильны ориентации на коллектив препятствует наиболее способным индивидам проявлять творческую инициативу и выполнять важные социальные роли. Вместе с тем Парсонс допускал, что выборы в пользу первых составляющих дилемм не исчезнут полностью даже в наиболее развитых обществах (так, есть значительная возможность их сохранения в семье).
3. Общественный порядок и факторы его обеспечивающие
О реальном демократизме и свободе общества можно судить по характеру общественного порядка, по тому, какие общественные силы его обеспечивают, как граждане включаются в общественную и политическую жизнь.
Естественно, что в разных обществах в зависимости от культурных ценностей и норм, а также от мотивационной и ценностной ориентаций членов общества отношение к участию в политической жизни различно, иногда весьма существенно. Так, в советское время россияне жили по принципу: "Политика - дело каждого". Коллективное участие миллионов людей в политических акциях, демонстрациях, разного рода организациях, включая органы власти, безусловная поддержка политического курса КПСС были проявлениями коллективистских лояльностей, сформированных социетальным сообществом традиционного типа. Они были также адекватны характеру действий россиян на микро уровне - их выборов в пользу аффективности (быстрого решения сложных проблем), партикуляризма (веры в исключительное превосходство советского образа жизни), ориентации на коллектив (надежды на патернализм государства, партии, общественных организаций).
В Америке же подавляющее большинство людей не "ходит во власть" и не принимает непосредственного участия в политических процессах. Американцы больше делают выборов в пользу ориентаций на себя и потому предпочитают индивидуальные формы жизни. Они хотят просто свободы, права быть самими собой, не будучи принудительно вовлеченными в членство каких-либо структур. Те же, кто проявляет интерес к политике, имеют возможность выбирать политические коллективы (партии и движения), предполагающие, как разные роли, так и разные линии политического поведения вплоть до принятия или вообще отвержения официальных политических целей.
Начиная с 90-х годов прошлого столетия, в России стали происходить радикальные изменения. Социетальное сообщество дало перестало производить лояльности адекватные вождизму и "коллективистской" политике. Фидуциарная

231
подсистема дала сбой в генерации и поддержании традиционных ценностей. Более того, она стала производить принципиально новые идеалы либерально-демократического толка - представления об индивидуальных правах и свободах, о гражданском обществе и правовом государстве. Разумеется, это не могло не сказаться на политике как подсистемы. Характер политического поля стал кардинально меняться, вплоть до переосмысления ценностной парадигмы c коммуно-патерналистской на демократическую. Это, соответственно, повлекло за собой изменение экономической подсистемы. Расточительные действия индивидов и коллективов, характерные для советской экономики, стали осуждаться. Новые роли предполагали обязательство эффективно трудиться в соответствии с легитимными условиями найма. Соответственно, экономическая и практическая рациональности стали регулироваться главным образом институтами собственности и контракта.
Естественно, стали изменяться представления о социальном порядке, роли в нем человека, об основных политических целях и средствах их достижения. Отныне россияне могли индивидуально осознанно играть активную политическую роль, переходя от одной альтернативы к другой: участвовать или нет в политических партиях и движениях, спектр которых стал весьма внушительным; голосовать ли и как на выборах в Государственную думу; кому отдать предпочтение на выборах президентских, по каким ценностным критериям оценивать кандидатов. При этом возникли невиданные ранее отклонения поведения отдельных индивидов и социальных групп от того, что принято определять "нормальным" состоянием.
В этой связи структурно-функциональная парадигма интегрального толка Т. Парсонса может быть полезной в исследование того, как в обществе складывается порядок, какие факторы являются решающими в его поддержании, как возникают социальные и политические новации и, соответственно, как ориентации действий людей, их явные и латентные выборы адаптируются к новым социокультурным реалиям.
По мнению Парсонса, власть не является главной силой, способной предотвратить социальное противоборство и её негативные последствия. Применение силы может быть эффективным средством, но лишь в течение исторически непродолжительного периода. В долговременной же перспективе ставка на силу может лишь усугубить проблемы взаимодействия подсистем общества. Насилие способно вызвать разлад в мотивационных и ценностных ориентациях людей, что также способствует общественной дезинтеграции. Оно не эффективно и по трудовым и временным затратам, которые неизбежно требуются для поддержания порядка.
В качестве альтернативы власти как средства для поддержания порядка в обществе Парсонс видит иные факторы. По его мнению, более эффективным средством является утверждение такого социетального сообщества и фидуциарной подсистемы, которые через нормы и ценностности, способны обеспечить взаимное сотрудничество людей, их коллективов на основе учета и согласованности общих целей и базовых потребностей.
В современном обществе решающим фактором поддержания порядка являются самоограничения людей, добровольное принятие ими норм и ценностей общества, а также все большая ориентация их выборов в процессе действий на аффективную нейтральность, универсализм, достижение, ориентацию на себя. В идеальном случае вообще исчезает надобность во внешнем источнике власти, чтобы

232
обеспечивать порядок в обществе. А если же правящая элита часто прибегает к насилию, то это значит, что произошло рассогласование во взаимодействии подсистем общества, нарушилась его адаптация со средами. Словом, в обществе возникла функциональная патология и ему угрожает дезинтеграция.
Структурно-функционалистская парадигма Парсонса, будучи примененной к российским реалиям, позволяет пролить свет на некоторые стороны как нынешней дезинтеграции страны, так и функциональных патологий, имевших место в разные периоды её развития.
Произвольные манипуляции советских, а затем и российских властей с институциональными структурами и их функциями, согласно данной парадигме, неминуемо должны были вызвать рассогласование всех подсистем общества, привести в движение дезинтеграционные силы, что в действительности неоднократно случалось. Достаточно вспомнить, какие институциональные перемены и последовавшие социальные взрывы вызвала политика В. Ленина по "коммунизации" экономики, или попытки Н. Хрущева ради доказательства идеи "отмирания" государства в условиях "развернутого коммунистического строительства", передать собственно государственные функции профсоюзам и трудовым коллективам. Им, в частности, в принудительном порядке предписывалось брать "на поруки" лиц, совершивших правонарушения. В итоге вместо ожидаемой социальной гармонии общество столкнулось с дисфункциональностью государственных правоохранительных органов и трудовых коллективов и, соответственно, невиданной волной социальной деструктивности.
В приведенных примерах нарушались сразу все четыре функциональные требования - адаптации, целедостижения, интеграции и воспроизводства культурного образца. Так, были резко ослаблены адаптационные возможности экономической подсистемы за счет навязывания ей "воспитательных" функций; переосмысливались прежние цели государства и профсоюзов, при этом ставились новые, подчас искусственные, навеянные идеологическими догмами; нарушалась интеграция внутренних компонентов государственных и общественных структур; наконец, переосмысливались мотивации и ценностные ориентации индивидов, что нарушало воспроизводство устоявшихся образцов поведения людей на работе и в быту. Все это в конечном счете привело к дезинтеграции, резкому ухудшению социального и экономического благосостояния людей.
Уже через некоторое время в срочном порядке пришлось принимать меры по укреплению органов судов, милиции и прокураторы. Но разве можно срочно, "на заказ" восстановить взаимопроникновения между подсистемами, вернуть отлаженную функциональность?
Особая масштабность нынешней дезинтеграции не в последнюю очередь вызвана поспешно-непродуманным разрушением в начале 90-х годов прежних структур, их функциональности, особенно управленческой вертикали. В то же время новые, только что утверждавшиеся экономические и политические структуры не могли предложить общую для всех нормативно-ценностную парадигму, а потому не обеспечивали лояльность значительного числа членов общества. В итоге в российском обществе пока не сложились структурно-функциональные предпосылки, которые могут гарантировать стабильный общественный порядок, адекватный демократическому свободному обществу.

233
Замена одних структур на другие не может автоматически повлечь за собой адекватную трансформацию статусов и ролей у миллионов людей, что конкретно вылилось в серьезные потери функциональности вновь создаваемых как политических, так и экономических структур. Для многих людей они просто нефункциональны и даже дисфункциональны, ибо в массовом сознании доминируют выборы в пользу действий, ориентированных на прежние структуры патерналистского толка, с которыми связываются ожидания стабильности и порядка.
Отнюдь не случайно некоторые политические силы, прежде всего прокоммунистической ориентации, ратуют за стабильность и порядок. Однако осознанно или нет, в стороне остается принципиальный вопрос о характере социального порядка. Какой порядок мы собственно хотим? Прежний, основанный "на сильной руке" вождя с тотальным государственным контролем и предписанными сверху статусами, ограниченным числом возможных ролей, или новый, демократический, предполагающий индивидуальную инициативу и регулирование человеческих отношений на основе универсализма?
В утверждении социального порядка Парсонс особую роль отводит культуре. Культура обладает особой способностью проникать во все другие подсистемы общества, будучи их органической частью. Так, культурные нормы входят в личности индивидов, включая их в социальную систему, определяют суть, качество интеракций между социальными акторами вообще.
Культура может иметь самостоятельную форму существования, выступая в виде знания, идей, ценностей и норм. Поэтому культура обладает, по словам Парсонса, "сверхординарной интеграционной техникой системы действия". Однако культура традиционного общества закрепляет старые неравенства предписанного толка, предполагает использование силы для поддержания порядка, даже если общество является формально эгалитарным в основе своей, каким, например, было советское общество.
Американская культура, связанная с либерально-демократическими ценностями, напротив, по мнению Парсонса, создала "новый тип социетального сообщества", обеспечивая стабильное взаимодействие, социальный порядок и общественное равновесие не силой принуждения, а прежде всего авторитетом самих "ценностных приверженностей". "Новое социетальное сообщество, понимаемое как интегративный институт, - заявляет Парсонс, - должно функционировать на уровне, отличном от тех, что привычны нашей интеллектуальной традиции; оно должно выйти за те пределы, где правят политическая власть, богатство и факторы, их порождающие, и подняться на уровень ценностных приверженностей и механизмов влияния"12.
Из этого суждения применительно к российскому обществу следует, что оно практически уже с конца 60-х - начала 70-х годов оказалось на перепутье между властно-силовой и культурной легитимизацией нормативного порядка. Наша страна продолжала жить по принципам первого типа, который исторически характерен для традиционного общества. Америка, напротив, перешла к культурной легитимизации, которая действует через институциональную систему ценностей. Именно система ценностей, а не сила главным образом стала управлять лояльностями, регулировать права и обязанности коллективов и индивидов.
12 Парсонс Т. Система современных обществ. М.: Аспект Пресс, 1997. - С. 162

234
Т. Парсонс отмечает, что противодействия людей друг другу вообще избежать нельзя, но от этого общество не входит фатально в кризис и социальную вакханалию. Главное - чтобы работал механизм социального контроля, обеспечивающий непременное преимущество силам взаимодействия людей, что не исключает использование материальных, духовных, репрессивных и воспитательных средств. Стабильное развитие в конечном счете детерминируется общей системой ценностей, которая формирует единую мотивацию поведения, гармонизирует социальные роли через большинством разделяемые моральные ориентации.
Применительно к современному российскому обществу можно утверждать, что преодолеть нынешнюю дезинтеграцию невозможно, если подавляющее большинство россиян не примет общую систему культурных ценностей. Причем, это может быть только система ценностей, адекватная модели демократического свободного общества в её российской форме. Бесперспективность ценностей патерналистского толка очевидна - их добровольно не примут социально активные слои и группы, в своей совокупности они диссонируют с тенденциями общемирового развития.
Переход от властно-силового порядка к порядку, основанному на культурной легитимизации, не может осуществиться быстро, ибо для этого требуются принципиально новые для России структурно-функциональные связи. Но не только. В стране должно произойти высвобождение индивидуальных статусов из рода коллективных уз и развитие ролевого плюрализма.
То, что этот переход лежит в русле общемирового развития, - в этом мало кто сегодня сомневается. Но насколько наши социальные акторы - политическая элита, население - осознавали эту необходимость и готовы к ней, причем не декларативно, а функционально?
Как правило, наши революционеры и реформаторы при выдвижении политических целей полагались на чрезвычайные меры без учета того, готовы ли подсистемы нашего общества функционировать сообразно желаемым идеалам и есть ли люди с адекватными социальными статусами и соответствующим ролевым набором.
Очевидно и то, что исторические предпосылки (прежде всего отсутствие предрасположенностей в пользу выборов универсализма, ориентации на себя) были крайне неблагоприятны для этого перехода. Это обрекало страну на особую дезорганизацию в процессе перехода от старых к новым подсистемам, а затем и кризисное развитие, катаклизмы, которые рельефно проявились в конце 80-х - начале 90-х годов прошлого столетия. Усилиями подсистем советского общества были сформированы устойчивые "коллективистские знания" и патерналистские ценности, ориентированные на авторитарную (тоталитарную) модель государства, которое "может все " - предоставить жилье, работу, прописку, другие привилегии. Эти ценности и нормы были практически всеми - и руководителями и руководимыми -разделяемы, что делало социальный порядок понятным и предсказуемым. Суть советской стабильности в социальном порядке, основанном на личной зависимости людей от коллективов, к которым они принадлежали - особенно от производственных и партийных структур.
Кроме того, народам России в годы тоталитарного режима внушался комплекс превосходства "советской культуры", плоды чего мы пожинаем и ныне. Многие современные социальные акторы, воспитанные на идеалах нарциссизма, конфликтных

235
стереотипах, не готовы к диалогу культур, к жизни в обществе, в котором доминируют иные ценности, в частности, достижимые статусы, универсализм, ориентация на себя.
Таким образом, опираясь на положения парсоновской структурно-функциональной парадигмы, можно сделать следующее заключение: для перехода от социального порядка, основанного на властном насилии, на авторитаризме, деспотизме или тоталитаризме, на предписанных статусах к социальному порядку с культурной легитимизацией, предполагающего свободных индивидов, правовое регулирование отношений между ними, нужны не только демократические и рыночные институты, значительный уровень индустриализации, информатизации и образовательного потенциала народа, но и в качестве необходимых и достаточных условий - культурные основания в виде либерально-демократических ценностей, достижимых социальных статусов, значительного расширения ролевого плюрализма.
Этим объясняется, почему восточноевропейские страны даже с меньшим индустриальным и образовательным потенциалом смогли быстрее справиться с кризисом авторитарного порядка, с аномией и начать движение к социальному порядку демократического, свободного общества. Там не были разрушены до основания частная собственность, рыночные отношения, которые воспроизводили соответствующие ценности и образцы индивидуально-инициативного поведения. Там отчасти сохранялись институты гражданского общества, а главное, не успели вытравить потребность человека самому распоряжаться своей судьбой в контексте партнерских отношений с другими акторами.
Вопросы на развитие социологического воображения:
1. Предложенная Т. Парсонсом типизация социальных действий, разумеется, не
подменяет веберовских представлений о типах социальных действий. У Парсонса
несколько иное основание для типизации. Это - сочетание ориентаций
действователя (мотивационной и ценностной) на ситуацию. Кроме того,
предложенные им типовые переменные, выражающие дихотомический характер
решений действователя, позволяют проанализировать особенности явных и латентных
выборов актора, их соотнесение с традиционностью и современностью.
Используя веберовский и парсоновский подходы проделайте анализ социальных действий россиян. Насколько мы готовы к тому, чтобы перейти к более или менее цивилизованным рыночным отношениям?
2. Сейчас начался процесс реформирования российской армии в направлении
перехода на контрактную службу. Параллельно идет строительство правового
государства. Используя положения структурного функционализма Парсонса покажите
взаимопроникновение этих реформ. Каковы лояльности россиян по отношению к
этим государственным структурам? Как они изменились за последнее время?
3. Почти все россияне ныне обеспокоены "решением" поставленной ещё Т.
Гоббсом проблемы - как уберечь человеческие отношения от вырождения в "войну
всех против всех". При этом различные политические силы вкладывают в понятие
"общественный порядок" свое специфическое содержание.
2.
236
Из теории Парсонса следует, что дело не только в желательности конкретного порядка, но и в возможности его установления. Как Вы полагаете, какой общественный порядок Россия реально будет иметь в обозримом будущем (10-20 лет)?
Основные термины и выражения:
Универсальная теория, система, четырехуровневый анализ, волюнтаристская теория социального действия, единичный акт, элементарное действие, действователь (актор), интеграция, воспроизводство образца, целедостижение, адаптация, социальная подсистема, культурная подсистема, личностная подсистема, поведенческий организм, мотивация, когнитивная ориентация, катектическая ориентация, оценочная ориентация, ценностная ориентация, моральная ориентация, интеллектуальное действие, экспрессивное действие, моральное действие, инструментальное действие, аффективность - аффективная нейтральность, диффузность - специфичность, партикуляризм - универсализм, аскрипция - достижение, ориентация на коллектив - ориентация на себя, функциональная сетка AGIL, общество как тип социальной системы, социетальное сообщество, фидуциарная подсистема, политическая подсистема, экономическая подсистема, подвижное равновесие
ЛИТЕРАТУРА
Американская социологическая мысль. М.: МГУ, 1994. - Раздел "Структурно-функциональный анализ"
Ашин Г.К., Кравченко С.А., Лозанский Э.Д. Социология политики. Сравнительный анализ российских и американских политических реалий. М.: Экзамен, 2001. - Тема 3 "Современный структурный функционализм: социальный порядок, политическая инновация и адаптация к ней"
История социологии в Западной Европе и США // Ответственный редактор -академик РАН Г.В. Осипов. - М.: Издательская группа: НОРМА-ИНФРА · М, 1999. -Рекомендуется глава 14
Классики теоретической социологии ХХ века: Рабочая тетрадь по истории социологии. М.: ГУ ВШЭ, 2001
Ковалев А.Д. Обновленная версия теории действия и социальной системы; Его же. Формирование теории действия Толкотта Парсонса. - История теоретической социологии. - Т. 3. - М.: Канон, 1998. - Главы шестая и седьмая
Култыгин В.П. Классическая социология. М., Наука, 2000. - Раздел пятый
Парсонс Т. Современное состояние и перспективы систематической теории в социологии // Современная западная теоретическая социология. Т. Парсонс. М.: ИНИОН РАН, 1994
Парсонс Т. Некоторые проблемы общей теории в социологии. - Там же
Парсонс Т. Система координат действия и общая теория систем действия: культура, личность и место социальных систем. - Там же
Парсонс Т. Система современных обществ. М.: Аспект пресс, 1997

237
Парсонс Т. Функциональная теория изменения. - В кн.: Американская социологическая мысль. М.: МГУ, 1994
Учебный социологический словарь с английскими и испанскими эквивалентами. Издание 4-е, дополненное, переработанное. Общая редакция С.А. Кравченко. М.: Экзамен, 2001
Haralambos M., Holborn M. Sociology. - Collins Educational, 1995. - Сhapter 14 - "Sociological Theory"
Ritzer G. Classical Sociological Theory. - McGraw Higher Education, 2000. -Сhapter 14 - "Talcott Parsons"

238
Тема 15. Р. МЕРТОН: СОЗДАНИЕ ПАРАДИГМЫ СТРУКТУРНОГО ФУНКЦИОНАЛИЗМА В ВЕРСИИ ТЕОРИИ СРЕДНЕГО УРОВНЯ
1. Теоретико-методологические основы мертоновской парадигма
структурного функционализма
2. Функционалистская теория аномии
3. Применение принципов Р. Мертона к исследованию способов
адаптации индивидов к политическим реалиям
Роберт Мертон, современный американский социолог, предпринял попытку усовершенствовать и развить теорию и методологию структурного функционализма. С его точки зрения социология пока не готова к созданию всеобъемлющей теоретической системы. Парсоновская теория, по существу, представляла собой философскую систему, которую трудно сочетать с эмпирическим анализом. В этой связи Мертоном была разработана и предложена альтернативная парадигма структурного функционализма, позволяющая анализировать ограниченный и конкретный круг социальных явлений, но с включением эмпирических данных.
Роберт Кинг Мертон (Merton) родился 5 июля 1910 года в Филадельфии. Образование получил в Темпльском и Гарвардском университетах. Там же в Гарварде защитил докторскую диссертацию и начал преподавательскую деятельность.
В научной автобиографии Мертон отмечает, что на его взгляды оказали большое влияние П. Сорокин, ориентировавший на изучение европейской социологической мысли, прежде всего, трудов М. Вебера и Э. Дюркгейма, Т. Парсонс, Дж. Сартон и особенно П.Ф. Лазарсфельд, разрабатывавший проблематику методологии применения социальных и эмпирических наук в социологических исследованиях. С последним Мертон сотрудничал более тридцати лет в осуществлении различных исследовательских проектов, основав знаменитое Бюро прикладных социологических исследований.
Р. Мертон на основе европейских социологических традиций и, взяв многое от П. Сорокина и Т. Парсонса, создал свою оригинальную парадигму структурного функционализма, ориентированную на стандарты эмпирических исследований и с помощью методологического инструментария которой обосновал конкретные теории - социальной структуры и аномии, науки, бюрократии. Эта парадигма была ориентирована на теории среднего уровня и, по существу противостояла парсоновской стратегии построения "всеохватывающей теории".
Особую известность Мертону принес фундаментальный труд "Социальная теория и социальная структура". В нем социолог сосредоточился на изучении проблем аномии и дезорганизации общества, впервые введя понятия явных и латентных функций, а также дисфункций.
В 1957 году Мертон избирался президентом Американской
социологической ассоциации. Среди известных работ ученого: "О
теоретической социологии", "Социальная амбивалентность и другие очерки",
"Качественные и количественные социальные исследования" (Мертон являлся
главным редактором этой книги, посвященной творчеству П.Ф. Лазарсфельда),
"Социологические традиции от поколения к поколению".

239
На протяжении всей жизни Мертона особенно волновало то, как люди совершают великие открытия. Интерес к этой проблеме обострился, с тех пор как его родной сын стал лауреатом Нобелевской премии по экономике (долгов время он занимался исключительно математикой и лишь в зрелые годы с большим трудом получил экономическое образование). Теме новаторских открытий посвящены такие работы, как: "Социология науки", "Наука, технология и общество в Англии семнадцатого века", "На плечах гигантов", "Наука и социальный порядок".
Мертон с особой теплотой относится к российским социологам. Не имея ныне возможности по состоянию здоровья приехать в Россию, он дает консультации, направляет тексты своих выступлений на конференции. Так, с его участием вышла в свет книга: "Return ofPitirim Sorokin " (М., 2001).
1. Теоретико-методологические основы мертоновской парадигмы структурного функционализма
Критика классического структурного функционализма
Мертон поставил под вопрос правомерность трех постулатов, широко используемых социологами, работающими в рамках классического структурного функционализма (Б.К. Малиновский, А.Р. Радклифф-Браун).
1. "Постулат функционального единства общества". Из него следует,
что любая часть социальной системы функциональна для всей системы,
благодаря чему обеспечивается высокая степень интеграции всего общества.
По оценке Мертона, это может в основном быть справедливым в отношении традиционных социальных систем, особенно ранних, дописьменных обществ. Однако социолог высказал сомнение в правомерности распространения постулата о "функциональном единстве" на сложные, сильно дифференцированные современные общества. В качестве аргумента он приводит пример религиозного плюрализма. В обществе, в котором существуют разнообразные верования, религия имеет тенденцию скорее разделять, чем объединять. Поэтому социолог считает, что ныне нужно вести речь о степени функционального единства, а какова она - определяется конкретным социологическим исследованием. "Степень интеграции является эмпирической переменной, изменяющейся во времени в одном и том же обществе и являющейся различной в разных обществах, - пишет он. - То, что все человеческие общества должны иметь некоторую степень интеграции, есть вопрос определения и постулируется нами в качестве истинного положения. Но не все они имеют ту высокую степень интеграции, при которой каждая культурно-стандартизированная деятельность или убеждение являются функциональными для людей, живущих в нем"1.
2. Согласно "постулату универсальности функционализма", все
стандартизированные социальные или культурные формы имеют позитивные
функции. Этот постулат предполагает, по существу, "полезность" любой
социальной практики.
По мнению Мертона, данное утверждение является не только упрощенным, но может быть и неправильным. При функциональном анализе,
1 Мертон Р. Явные и латентные функции. В кн.: Американская социологическая мысль. Тексты. М.:МГУ, 1994.-С. 388

240
считает он, следует исходить из посылки, что часть общества может быть функциональна, дисфункциональна или нефункциональна. Отдельная структура (игорный бизнес) может выполнять функции, но она же может вызвать дисфункции отдельных частей, либо всей системы (рекреационной, культурно-развлекальной).
Более того, социолог ратует за четкую регистрацию тех социальных единств (индивидов или социальных групп), для которых конкретная социальная структура является функциональной, дисфункциональной или нефункциональной. Поэтому Мертон предлагает заменить постулат универсальности функционализма на критерий, согласно которому существующие культурные формы обладают целым набором функциональных последствий. "Вопрос о том, являются ли последствия того или иного культурного явления функциональными, решается не априорно, а в процессе исследования"2, - заключает он.
3. "Постулат необходимости". Его суть заключается в том, что в обществе есть "универсалии" - социальные или культурные явления, которые являются атрибутами, незаменимыми компонентами для существования общества в целом.
Мертон подверг критике положение о существовании необходимых "универсалий", не без оснований указав на то, о чем собственно идет речь: о существовании функциональных универсалий (условий выживания, сохранения социального порядка) или же о незаменимости отдельных структур общества. С первым положением Мертон соглашается, как и Парсонс, он считает, что любая система чтобы существовать должна удовлетворять необходимые (обязательные) функции. Однако категорически отрицает второе. По его мнению, нет убедительных доказательств, какие из структур (назывались такие институты, как семья или религия и др.), являются атрибутами всех человеческих обществ.
Для замены постулата необходимости социолог предлагает концепцию "функциональных эквивалентов" или "функциональных альтернатив". Он приводит пример того, что функциональной альтернативой религии может быть идеология: "С этой точки зрения политическая идеология, такая, как, например, коммунизм, может обеспечить функциональную альтернативу религии. Она может отвечать тем же функциональным требованиям, что и религия".
Вместе с классическим функционализмом Мертон не принял и структурно-функционалистскую парадигму Парсонса. Не ввиду её принципиальной ошибочности, а, главным образом, из-за несогласия с предложенной стратегией изучения общества. Парсоновская теория, по существу, представляла собой философскую систему, которую практически невозможно было соединить с эмпирическим анализом.
Какой теоретико-методологический инструментарий предложил Мертон взамен? Прежде всего, теорию среднего уровня и свою собственную стратегию функционального анализа.
Теория среднего уровня
Р. Мертону принадлежит заслуга разработка методологического инструментария для теории среднего уровня (middle-range theory). Его суть
! Там же. - С. 394

241
состоит в том, чтобы обеспечить гибкую связь между эмпирическим и теоретическим уровнями исследования. В отличие от парсоновской всеобъемлющей теоретической системы, его теория пригодна для анализа определенной, конкретной группы фактов, характерных для отдельных сфер общественной жизни. Её несомненным достоинством являлась легкость проверок гипотез с помощью эмпирических исследований.
К числу теорий среднего уровня социолог относил, например, теории социальной структуры, аномии, бюрократии, науки и др. В принципе Мертон не исключал, что в перспективе на базе теорий среднего уровня можно создать и всеобъемлющую теорию. Но для этого необходима "консолидация специальных" теорий на основе выработки взаимно согласованных понятий, а самое главное - использования общих подход исследования. Такие подходы он также предложил в своей стратегии функционального анализа.
Стратегия функционального анализа
Р. Мертон сформулировал основную теорему функционального анализа, которая гласит: "Точно так же как одно и то же явление может иметь многочисленные функции, так и одна и та же функция может по-разному выполняться различными явлениями"3.

стр. 1
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>