стр. 1
(всего 3)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Консорциум экономических исследований и образования
Серия "Научные доклады"



Переход к постиндустриальному
обществу?
Исследование занятости в сервисном
секторе экономики России
?abcd

А.Л. Лукьянова



Научный доклад № 03/09




Проект (№ 01-132) реализован при поддержке
Консорциума экономических исследований и образования

Мнение автора может не совпадать с точкой зрения Консорциума

Доклад публикуется в рамках направления
Рынки труда и социальная политика



? А.Л. Лукьянова 2003
Классификация JEL: J63, L80, P20


ЛУКЬЯНОВА А.Л. Переход к постиндустриальному обществу? Исследование
занятости в сервисном секторе экономики России. — М.: EERC, 2003. — 72 с.


Переход к рыночной экономике в странах Центральной и Восточной Европы и быв-
шего СССР предполагал фундаментальные сдвиги в распределении ресурсов меж-
ду секторами, в частности, серьезные изменения структур занятости. Развитие
сферы услуг в России оказалось впечатляющим даже на фоне других стран с пере-
ходной экономикой. В данной работе используется модель роста сервисного секто-
ра Баумоля–Фьюкса для определения масштабов отставания в развитии сферы услуг
в начале переходного периода и оценки прогресса, достигнутого к настоящему вре-
мени. Эмпирический анализ, основанный на данных РМЭЗ (1994–2000 гг.), показал,
что главной причиной изменений в отраслевой структуре занятости являлись
различия между секторами в разнице между количеством ушедших из данного
сектора в состояние незанятости и количеством вновь нанятых работников из числа
впервые ищущих работу. Для лиц, меняющих место работы, основными факторами,
объясняющими межсекторную мобильность, являются низкое качество соответствий
между работником и работодателем, эффект стажа и сегментация на рынке труда.


Ключевые слова. Россия, переходная экономика, мобильность на рынке труда,
реструктуризация, сфера услуг.


Благодарности. Автор выражает благодарность Рубену Гронау, Ростиславу
Капелюшникову и Кларе Сабирьяновой за их полезные комментарии, а также Темиру
Буржубаеву за предоставленные данные. Особое спасибо Кларе Сабирьяновой
и Davidson Data Center and Network при Мичиганском университете за предоставление
данных по отраслевым кодам RLMS.


Анна Львовна Лукьянова
Ульяновский государственный университет,
Институт экономики и бизнеса
432063 Ульяновск, Пушкинская 4a
Тел.: +7 (8422) 32 06 97
Факс: +7 (8422) 32 07 05
E-mail: alukyanova@mail.ru
СОДЕРЖАНИЕ



ОСНОВНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ И ВЫВОДЫ 4

1. ВВЕДЕНИЕ 6

2. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ 8

3. ИЗМЕРЕНИЕ ЗАНЯТОСТИ В СФЕРЕ УСЛУГ 13

4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ 17

4.1. Отставание по сфере услуг в целом 17
4.2. Отставание по отдельным отраслям сферы услуг 31

5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА В СФЕРЕ УСЛУГ 38

5.1. Описание данных 38
5.2. Трудовая мобильность 41
5.3. Детерминанты трудовой мобильности 46

6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ 54

ПРИЛОЖЕНИE 56

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 71
4 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ




ОСНОВНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ И ВЫВОДЫ

Несмотря на глубокий кризис, поразивший всю российскую экономику в на-
чале 1990-х, занятость в сфере услуг демонстрировала впечатляющие пока-
затели роста. По темпам своего развития этот сектор в России оказался бо-
лее динамичным, чем в большинстве стран с переходной экономикой. Цель
данной работы — проанализировать произошедшие на рынке труда струк-
турные изменения, касающиеся, в основном, перемещения рабочей силы из
промышленности и сельского хозяйства в сфере услуг. Автор исследования
пытается найти ответы на вопрос, какие процессы происходили в сфере за-
нятости на момент начала реформ и какой прогресс достигнут в настоящее
время, а также выявить зависимость между процессом реформ и измене-
ниями в отраслевой структуре.
Сейчас уже хорошо известно, что на момент начала экономических преоб-
разований структура занятости в России отличались от аналогичных струк-
тур в развитых странах: непропорционально большая доля работников была
задействована в сельском хозяйстве и промышленности. Сфера услуг, пре-
жде всего торговля и бизнес-услуги, оставалась неразвитой, так как услуги
предоставлялись исключительно государством, а не частными предпри-
ятиями. Начавшиеся в 1991 г. реформы вызвали фундаментальные сдвиги в
распределении ресурсов между секторами. В частном секторе началось
бурное развитие, а вместе с ним — и в сфере услуг, в то же самое время
промышленность и сельское хозяйство переживали невероятный спад. Та-
кие изменения могут быть интерпретированы как переход от изначально
деформированной отраслевой структуры к более равномерной системе, от-
вечающей законам рыночной экономики.
• В первой части работы дается обзор теоретической литературы, посвя-
щенной проблемам роста сервисного сектора экономики, и обобщаются
сведения о развитии сферы услуг в Советском Союзе до начала эконо-
мических преобразовании в начале 1990-х. В остальных разделах рабо-
ты даются более точные определение термину "сфера услуг" и анализи-
руются произошедшие в этой области изменения.
• Для анализа развития и роста сервисного сектора используется модель
Баумоля–Фьюкса. Модель позволяет определить масштаб отставания в
российской сфере услуг на момент начала перехода к рынку и оценить
достигнутый прогресс. Так в 1990 г. доля занятых в сфере услуг была
примерно на 6% ниже нормы, но к 1996 г. занятость достигла междуна-
родных норм, рассчитанных для стран с рыночной экономикой. Эмпири-
5
ОСНОВНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ И ВЫВОДЫ



ческий анализ рынка труда в работе проводился на основе общенацио-
нальной выборки из данных 1994–2000 гг. Российского мониторинга эко-
номического положения и здоровья населения (RLMS).
• Анализ российского рынка труда выявил неоднородные темпы развития
различных отраслей этого сектора. Так, существует значительный изли-
шек рабочей силы в сферах социальных услуг, транспорта и связи. Од-
нако торговля и бизнес продолжают оставаться слаборазвитыми. Эмпи-
рический анализ показал, что, несмотря на увеличение трудовой мо-
бильности, чаще всего смена работы не сопровождается изменением
сферы занятости. Причем одним из основных факторов перемены места
работы является несоответствие между работником и работодателем.
• Главной причиной изменений в отраслевой структуре занятости стали
различия между секторами по количеству ушедших и количеству вновь
нанятых из числа впервые ищущих работу. Поэтому зависимость между
успешностью реформ и изменениями в отраслевой структуре экономики
по-прежнему осталась неясной, а значит, требует проведения дополни-
тельных исследований.
6 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ




1. ВВЕДЕНИЕ

Дискуссии о будущем сервисной экономики обычно заканчиваются выво-
дом о том, что вследствие технологических изменений и долгосрочного
роста уровня жизни населения эволюция отраслевой структуры занято-
сти в различных странах подчиняется сходным закономерностям. Сейчас
уже широко признано, что на момент начала реформ структуры занято-
сти во всех социалистических странах значительно отличались от струк-
тур занятости в странах с рыночной экономикой. По сравнению с рыноч-
ными экономиками на том же уровне развития, в социалистических стра-
нах непропорционально большая доля работников была занята в сель-
ском хозяйстве, добывающей и обрабатывающей промышленности. Ус-
луги, прежде всего торговля и бизнес-услуги, были развиты крайне сла-
бо, поскольку предоставлялись государственным, а не частным секто-
ром. Даже в сфере социальных услуг (включая здравоохранение, обра-
зование, государственное управление) доля занятых была ниже, чем в
рыночных экономиках. Но в долгосрочной перспективе распределение
занятости в странах с переходной экономикой должно приблизиться к
нормальной рыночной структуре. Таким образом, масштабное перерас-
пределение трудовых ресурсов между секторами является одной из клю-
чевых задач экономической реструктуризации.
В действительности, структурные изменения начались задолго до начала
переходного периода. Так, в России занятость в сфере услуг стабильно уве-
личивалась с середины 60-х годов, достигнув к 1990 г. 45.9% всех рабочих
мест в экономике. Перемещение рабочей силы стремительно усилилось в
переходный период. В результате, в настоящее время в сфере услуг занято,
по меньшей мере, столько же работников, сколько в промышленности и
сельском хозяйстве вместе взятых. У "чуда сервисной занятости" есть и дру-
гая поразительная сторона: несмотря на резкое падение ВВП, в сфере услуг
создавались дополнительные рабочие места. В табл. 1 показано, что сфера
услуг являлась единственным в экономике сектором, где было зафиксиро-
вано увеличение количества занятых в абсолютном выражении.
В данной работе мы анализируем процесс перемещения рабочей силы из
сельского хозяйства и промышленности в сферу услуг в условиях переход-
ного периода. Исследование ставит целью найти ответы на следующие во-
просы. Какие сдвиги в отраслевой структуре занятости были необходимы на
момент начала реформ и какой прогресс достигнут к настоящему времени?
Еще одна проблема связана с неоднородностью самой сферы услуг, вклю-
чающей в себя широкий спектр видов деятельности, начиная от простейших
бытовых услуг и заканчивая высокотехнологическими бизнес-услугами. От-
7
1. ВВЕДЕНИЕ



сюда вытекает необходимость декомпозиции сферы услуг и изучения осо-
бенностей занятости в отдельных ее отраслях.

Таблица 1. Изменение занятости по секторам экономики




1970 г.


1980 г.


1990 г.


1997 г.


1998 г.


1999 г.


2000 г.
Всего занятых, % 100 100 100 100 100 100 100

Промышленность, % 41.8 42.1 42.3 31.8 30.2 30.3 30.4

Сельское хозяйство, % 19.5 15.0 13.2 13.7 14.0 13.7 13.4

Сфера услуг, % 37.1 40.9 41.4 51.9 53.1 53.1 53.1
Прочие отрасли, % 1.5 2.0 3.1 2.7 2.7 2.9 3.2


Изменение Изменение
(1970–1990 гг.) (1990–2000 гг.)

Тыс. чел. % Тыс. чел. %

Всего занятых 11319 17.7 –10998 –14.6

Промышленность 5070 18.9 –12284 –38.6

Сельское хозяйство –2538 –20.3 –1356 –13.6

Сфера услуг 7421 31.2 2954 9.5

Прочие отрасли 367 139.1 –312 –13.3

Примечание: Классификация отраслей по ОКОНХ.
Источник: Рассчитано автором по: Госкомстат (2001), табл. 6.6.


Столь крупное расширение занятости в сфере услуг могло быть достигнуто
лишь путем увеличения мобильности работников между секторами. В со-
циалистические годы трудовая мобильность в странах ЦВЕ была приблизи-
тельно на том же уровне, что и в Западной Европе, однако большая часть
мобильности принимала форму перемещений между сходными рабочими
местами в пределах одной отрасли (Commander, 1995). Таким образом, да-
же высокая трудовая мобильность необязательно ведет к перераспределе-
нию трудовых ресурсов между отраслями. Неоднозначность последствий
трудовой мобильности означает, что анализ макроэкономических факторов
перераспределения трудовых ресурсов по отраслям должен быть дополнен
изучением мобильности работников на микроуровне.
8 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



Работа имеет следующую структуру. Во втором разделе дается обзор тео-
ретической литературы, посвященной проблемам роста сервисной экономи-
ки, а также обобщаются результаты эмпирических развития сферы услуг в
Советском Союзе до начала реформ и по более широкому кругу переходных
экономик в 1990-е годы. В третьем разделе мы фокусируемся на определе-
нии понятия "сферы услуг" и анализе подходов к измерению занятости в
этом секторе; особое внимание обращается на вопросы сопоставимости
российской и международной классификаций отраслей. Четвертый раздел
посвящен построению эконометрических моделей занятости в сервисном
секторе и определению на их основе размеров отставания в развитии рос-
сийского сервисного сектора в целом и в разрезе отдельных отраслей. В пя-
том разделе рассматривается процесс перемещения рабочей силы на мик-
роуровне, т.е. на уровне индивидуальных решений о перемене места рабо-
ты. Наконец, в шестом — заключительном разделе — представлены основ-
ные выводы исследования.


2. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

Фьюкс (Fuchs, 1968) выдвинул три возможных объяснения расширения доли
сервисного сектора.
1. Эластичность спроса на услуги по доходу больше единицы, поэтому при
увеличении реального душевого дохода потребление услуг и, как след-
ствие, занятость в сфере услуг увеличиваются более высокими темпами,
чем растут доходы1.
2. С ростом дохода становится более выгодным покупать на стороне те ус-
луги, которые прежде производились внутри фирмы или домохозяйства.
3. Для сферы услуг характерен более медленный рост производительности
труда, чем для промышленности и сельского хозяйства.
Эти идеи породили серию эмпирических исследований, посвященных устой-
чивому росту сервисной занятости в развитых западных странах. Большая
часть работ базируется на модели несбалансированного роста Баумоля
(Baumol, 1967). В этой модели рассматривается экономика, состоящая из
двух секторов, причем производительность труда в первом секторе (произ-
водство товаров) выше, чем во втором (производство услуг)2. С рядом дос-
таточно стандартных допущений (производственные функции с постоянной
отдачей от масштаба, постоянная эластичность спроса, совершенная конку-

1
Впервые данная гипотеза была предложена С. Кузнецом.
2
Баумоль (Baumol, 1967) сравнивал сферу услуг с перерабатывающей промышлен-
ностью и использовал иные обозначения.
9
2. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ



ренция, закрытая экономика), можно вывести уравнение, описывающее ди-
намику занятости в сервисном секторе (Inman, 1985):
?s = (? – 1) rg + (1 + ?) (rg – rs) + ?, (1)

где ?s — темп прироста доли занятых в сервисном секторе, rg и rs — темпы
прироста производительности труда в товарном и сервисном секторах, ? —
эластичность спроса на услуги по доходу, ? — эластичность спроса на услу-
ги по цене, ? — экзогенные сдвиги в спросе на услуги.
Три слагаемых уравнения могут быть проинтерпретированы следующим об-
разом:
1. Эффект дохода, (? – 1)rg — рост дохода ведет к увеличению доли сер-
висного сектора, если ? > 1, т.е. если услуги являются предметами роскоши.
В эмпирических моделях для выражения эффекта дохода обычно в качест-
ве регрессора используется показатель ВВП на душу населения.
2. Эффект различий в производительности труда, (1 + ?)(rg – rs), отражает
чистый эффект воздействия двух противоположных факторов. Во-первых, бо-
лее медленный рост производительности в сфере услуг ведет к увеличению
доли занятости в сервисном секторе для любого фиксированного объема вы-
пуска (так называемый "эффект удельных затрат труда"). Во-вторых, более
медленный рост производительности в сфере услуг ведет к увеличению цен
на услуги по отношению к ценам на товары. Соответственно, потребители за-
меняют относительно дорогие услуги более дешевыми товарами (эффект за-
мещения). Эффект замещения доминирует над эффектом удельных затрат
тогда и только тогда, когда спрос на услуги является эластичным по цене
(? < –1). Эффект различий в производительности труда моделируется вклю-
чением в регрессионное уравнение отношения индексов цен на услуги и това-
ры. Допущения о постоянной отдачи от масштаба и совершенной конкуренции
означают, что отношение цен равно величине, обратной отношению произво-
дительностей труда в соответствующих секторах.
3. Экзогенные сдвиги, ?, отражают факторы, вызывающие изменение отно-
сительного спроса на услуги при постоянном доходе и относительных ценах.
Это слагаемое соответствует второй гипотезе Фьюкса. Экзогенные факторы
могут включать технологические инновации, международную торговлю, из-
менения в уровне занятости женщин, урбанизацию, контрактацию услуг сто-
ронним организациям, увеличение социальной роли государства, другие
культурные и институциональные факторы.
Сделанные Фьюксом (Fuchs, 1980) оценки подтвердили, что распределе-
ние занятости между сельским хозяйством, промышленностью и сферой
услуг тесно связано с уровнем реального ВВП на душу населения. С рос-
том реальных доходов доля сельского хозяйства падает, доля услуг рас-
10 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



тет, доля промышленности растет до уровня дохода в 3300 долл. США (в
долл. 1970. г.) на душу населения, а затем начинает падать. Фьюкс пока-
зал, что если сокращение доли сельского хозяйства объясняется разли-
чиями в эластичности спроса по доходу, то сдвиг в пользу сферы услуг
связан с различиями в темпах роста производительности труда между сек-
торами.
Несколько более поздних эконометрических оценок для развитых стран в се-
редине 1980-х годов показали, что доля услуг не зависит значимо от дохода,
т.е. ? ? 1. В то же время авторы пришли к выводу, что спрос на услуги слабо
эластичен по цене, и более низкие темпы роста производительности труда
являются главным фактором роста доля занятых в сфере услуг, а экзогенные
сдвиги играют второстепенную роль (Inman, 1985). Однако аналогичные мо-
дели, оцененные по перекрестным данным стран ОЭСР в конце 1990-х годов,
дали совершенно противоположные результаты: эффект дохода оказался
наиболее значимым фактором, а переменные, связанные с издержками, име-
ли небольшую значимость или были вовсе незначимыми. Среди экзогенных
факторов сильное позитивное влияние имели уровень занятости женщин и
степень социальной ориентированности государства (OECD, 2000). Измене-
ния в эластичности спроса на услуги отчасти объясняется неоднородностью
сферы услуг. Эластичности спроса по доходу варьируют по отраслям сервис-
ного сектора: с ростом доходов люди, скорее всего, увеличат посещение рес-
торанов, количество авиаперелетов и туристических поездок, однако они вряд
ли станут интенсивнее использовать услуги общественного транспорта. По-
этому состав потребляемых услуг имеет огромное значение. В частности,
Саммерс (Summers, 1985), используя международные перекрестные данные
за 1970–1975 гг., установил, что спрос на коммунальные услуги, здравоохра-
нение и персональные услуги имеет эластичность по доходу, значительно
превышающую единицу, в то же время эластичности спроса на другие услуги:
досуг и образование, транспорт и коммуникации, услуги по государственному
управлению, — оказались близки к единице или ниже единицы. В свете
этой аргументации результаты недавних исследований объясняются расши-
рением высокотехнологичного сектора, которое привело к существенным из-
менениям в структуре услуг. Кроме того, в последние 10–20 лет сократился
разрыв между производительностью труда в сфере услуг и сфере производ-
ства товаров: возросла фондовооруженность сервисного сектора, предостав-
ление все большего количества услуг перемещается из государственного в
частный сектор.
Противники международных сопоставлений структур потребления и занято-
сти с использованием модели (1) или других аналогичных моделей зачастую
возражают, что подобные сопоставления вообще неправомерны, т.к. вкусы
потребителей сильно различаются от страны к стране в силу культурных
особенностей. Вопрос о том, действительно ли вкусы различаются настоль-
11
2. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ



ко, что международные сравнения становятся несостоятельными, стал
предметом интенсивных дискуссий в литературе по международной эконо-
мике. С точки зрения экономистов, тождественность вкусов означает, что
различия в количествах товаров, приобретаемых в тех или иных ситуациях,
зависят только от относительных цен и доходов. Кравис (Kravis, 1984) вы-
полнил ряд эмпирических тестов, чтобы доказать тождественность вкусов в
указанном смысле; его результаты подтверждают гипотезу о том, что вкусы
потребителей в различных странах не имеют существенных отличий. Для
устранения возможного влияния различий в предпочтениях жителей разных
стран нами в дальнейшем будет использована модель с фиксированными
эффектами.
Офер (Ofer, 1973) в 1960-е годы провел обширное исследование развития
сферы услуг в СССР. Несмотря на давность, оно по-прежнему представляет
интерес с точки зрения методологии и полученных результатов. По его
оценкам, доля сервисной занятости в 1959 г. составляла около 60% от меж-
дународной нормы. При этом наибольшее отставание в развитии было ха-
рактерно для торговли, бизнес-услуг и государственного управления, в то же
время "избыточная" занятость наблюдалась в образовании, здравоохране-
нии и науке. Низкая доля бизнес-услуг могла быть связана с тем, что социа-
листические предприятия в среднем были крупнее, чем западные предпри-
ятия и, соответственно, в меньшей степени нуждались в приобретении по-
добных услуг у сторонних организаций. Чтобы проверить правомерность
этого обоснования, Офер провел международные сопоставления профес-
сиональных структур занятости в нескольких странах. Этот анализ показал,
что промышленность и сельское хозяйство также испытывали недостаток
административных, офисных и маркетинговых работников. По мнению Офе-
ра, отставание в развитии сервисного сектора объясняется спецификой со-
ветской стратегии роста (ускоренное развитие тяжелой промышленности,
низкий уровень урбанизации, высокий уровень занятости, малая доля част-
ного потребления в ВВП), а также централизованной организацией оптовых
поставок и более высоким качеством рабочей силы, занятой в сфере услуг в
СССР. Идеологические факторы, прежде всего, — теория Маркса о непро-
изводительном характере труда в сфере услуг, играли ограниченную роль.
Более позднее исследование группы Мирового Банка (Easterly, 1994) пока-
зало, что в 1970–1980-е годы России не удалось приблизиться к ожидаемой
норме ни по одному из трех рассматривавшихся показателей — занятости,
добавленной стоимости и конечному потреблению. Более того, согласно их
оценкам, отставание еще больше увеличилось в торговле, бизнес-услугах,
потребительских услугах (не включая жилищное хозяйство) и в сфере госу-
дарственного управления. Позитивная динамика была зафиксирована для
транспорта, доля которого и прежде превышала норму. Это исследование
интересно и тем, что авторы попытались оценить, какое количество рабочих
12 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



мест может быть создано в сфере услуг в переходный период. По результа-
там их расчетов, в 1990 г. для преодоления отставания требовалось созда-
ние 2.86 млн. дополнительных рабочих мест. Заметим, что за 1990–1999 гг.
фактическая занятость в российском сервисном секторе выросла на 2.79
млн. рабочих мест. Означает ли это, что отставание в развитии услуг уже
преодолено?
Несмотря на интенсивные структурные сдвиги, анализ литературы по пере-
ходной экономике показал, что было проведено очень небольшое количест-
во исследований, посвященных проблеме перераспределения труда между
отраслями. Большинство теоретических и эмпирических моделей формули-
руются в терминах изменения форм собственности и следуют стандартной
модели Агийона–Бланшара (Aghion, Blanchard, 1994). Эти модели, как пра-
вило, игнорируют изменения в отраслевой структуре занятости. Лишь не-
давно появилось несколько работ, восполняющих этот пробел. Jackman,
Pauna (1997) изучали межотраслевые потоки трудовых ресурсов в шести
странах ЦВЕ в 1989–1994 гг. и предложили ряд показателей для измерения
диспропорций в размещении рабочей силы, а также скорости и эффектив-
ности перераспределительных процессов. По их расчетам, в 1989 г. диспро-
порции в структуре занятости были наиболее существенны в Румынии
(31.3% работников должны были переместиться в другой сектор, чтобы
структура занятости стала аналогична существующим в южно-европейских
странах). Необходимость отраслевой реструктуризации была также значи-
тельна в Болгарии (24.2%) и Польше (23.0%). Венгрия, Чехия и Словакия
находились на момент начала реформ в лучшем положении, но в этих стра-
нах около 17–18% рабочей силы должны были поменять сектор занятости.
Оценивая прогресс в области реструктуризации на конец 1994 г., Жакман и
Пона приходят к выводу, что диспропорции остались такими же, какими они
были до начала реформ, ситуация даже ухудшилась в Болгарии и Румынии.
В Польше и Венгрии отставание сократилось всего на 1–3%. Наиболее зна-
чительное улучшение отраслевой структуры занятости было достигнуто в
Чехии и Словакии. При этом большая часть структурных сдвигов отражала
не реальное перераспределение рабочей силы, а неравномерность в со-
кращении рабочих мест по секторам экономики из-за различных темпов
спада производства в этих секторах.
Sorm, Terrell (2000) исследовали реструктуризацию занятости и трудовую
мобильность в Чешской Республике в 1989–1998 гг. Согласно их оценкам,
основные структурные сдвиги произошли в первой половине этого периода.
Самое значительное сокращение занятости наблюдалось в первичном сек-
торе (сельское и лесное хозяйство, рыбоводство), который уменьшился
вдвое за 1989–1993 гг., а затем еще на 29% в 1994–1998 гг. Промышлен-
ность потеряла пятую часть занятых к 1993 г. и еще 10% между 1993 и
1998 г. В то же время быстро увеличивалась занятость в строительстве,
13
3. ИЗМЕРЕНИЕ ЗАНЯТОСТИ В СФЕРЕ УСЛУГ



оптовой и розничной торговле, гостиничном и ресторанном бизнесе и фи-
нансовой сфере, т.е. в тех секторах, которые были сравнительно невелики
при социализме. Сорм и Террель также обнаружили, что около половины
людей, менявших место работы, находили новую работу в другом секторе,
при этом безработные и экономически неактивные граждане имеют боль-
шую вероятность сменить сектор, чем те, кто перемещается непосредствен-
но с одной работы на другую. Mickiewicz, Zalewska (2001) определили, что
многие исследователи склонны переоценивать влияние начальных условий
на скорость и эффективность перераспределения рабочей силы. Они при-
ходят к выводу, что дореформенный уровень ВВП на душу населения не
оказывает влияния на выбор способов трансформации структур занятости в
переходный период. По мнению этих авторов, решающим фактором являет-
ся скорость реформ в сфере корпоративного управления (в данном иссле-
довании в качестве прокси для этой переменной использовалось среднее из
восьми показателей реформирования предприятий, рассчитываемых ЕБРР).
Свидетельства о том, удалось ли переходным экономикам преодолеть отста-
вание в развитии сферы услуг, остаются противоречивыми. Так, в ЕBRD
Transition Report (1999) на основе анализа данных о подушевом ВВП (с учетом
ППС) по 41 стране констатируется, что к 1997 г. страны Центральной Европы,
балтийские государства и восточные части СНГ практически достигли нор-
мального уровня сервисной занятости. Gros, Suhrcke (2000), используя анало-
гичную методику и данные по 130 странам, делают вывод, что отставание
преодолено только по показателю добавленной стоимости, тогда как в облас-
ти занятости еще необходима значительная реструктуризация.



3. ИЗМЕРЕНИЕ ЗАНЯТОСТИ В СФЕРЕ УСЛУГ

Прежде чем перейти к изложению моделей и результатов, представляет-
ся целесообразным уточнить некоторые моменты, связанные с опреде-
лением понятия "сфера услуг" и измерением занятости в этом секторе.
Наиболее серьезная проблема возникает из-за различий в международ-
ной и российской классификациях отраслей экономики. В разных странах
данные статистики занятости формируются из различных источников:
выборочных обследований населения, выборочных обследований и пе-
реписей предприятий, данных социального страхования и оценок офици-
альных статистических органов. В общем случае, занятыми считаются
лица старше определенного возраста, которые фактически работали или
имели рабочее место в рассматриваемый период. К занятым относятся
работники, работающие как полный, так и неполный рабочий день. При
этом существует множество различий между странами в том, как опре-
деляется и измеряется статус занятости, особенно в отношении работ-
14 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



ников, занятых неполный рабочий день, студентов, военнослужащих и
неоплачиваемых работников семейных предприятий.
Для международных сопоставлений наиболее полным источником яв-
ляются обследования населения по проблемам занятости. Если ис-
пользуются данные обследований предприятий, то учитываются только
наемные работники, т.е. исключаются самозанятые и работники семей-
ных предприятий. В этом случае доля занятых в сельском хозяйстве и
некоторых видах услуг оказывается заниженной. Серьезные различия
затрагивают и определение рассматриваемого периода: в некоторых
странах данные собираются по состоянию на день опроса или в тече-
ние определенного периода, предшествовавшего дню опросу, в то вре-
мя как в других странах период вообще не регламентируется. В разви-
вающихся странах, где домохозяйства является основной производст-
венной единицей и все его члены участвуют в производстве, но некото-
рые из них в малом объеме или нерегулярно, оценки численности ра-
бочей силы иногда оказываются значительно ниже количества факти-
чески работающих. Различия касаются также статуса безработных гра-
ждан. В большинстве стран безработные, имеющие опыт работы, клас-
сифицируются в соответствии с отраслью последнего места работы.
Однако в некоторых странах безработные и впервые ищущие работу
вообще не классифицируются по отраслевому признаку. В результате,
объем и распределение рабочей силы по секторам не является полно-
стью сопоставимым.
При публикации данных по занятости Международная Организация Тру-
да использует Международную стандартную отраслевую классификацию
(International Standard Industrial Classification — ISIC). Согласно этой
классификации, к сфере услуг относятся оптовая и розничная торговля,
рестораны, гостиницы, транспорт, складское хозяйство, связь, финансо-
вые учреждения, страхование, операции с недвижимостью, деловые ус-
луги, а также коммунальные, социальные и персональные услуги, вхо-
дящие в разделы 6–9 (ISIC, 2-я редакция) или категории G–P (ISIC, 3-я
редакция). Основное различие между этими двумя классификациями со-
стоит в том, что третья редакция дает более подробную классификацию
услуг. Однако некоторые страны, к числу которых принадлежит и Россия,
предоставляют данные в соответствии с национальными классифика-
циями, в которых определения отраслей отличаются от ISIC.
В настоящее время российские статистические органы продолжают со-
бирать сведения о занятости в соответствии с Общесоюзным классифи-
катором отраслей народного хозяйства (ОКОНХ). ОКОНХ был введен в
действие в 1976 г., и к 2001 г. в него были внесены 24 поправки. Однако
все эти изменения не носили принципиального характера и ограничива-
15
3. ИЗМЕРЕНИЕ ЗАНЯТОСТИ В СФЕРЕ УСЛУГ



лись рамками одного сектора (сельского хозяйства, промышленности или
услуг), поэтому они вряд ли могут повлиять на сопоставление динамики
занятости в указанных секторах по годам. Например, до 1995 г. органы
государственной противопожарной службы входили в состав жилищно-
коммунального хозяйства, а в 1995 г. они были переведены в категорию
органов государственного управления. Наиболее существенные измене-
ния были внесены в ОКОНХ в 2000 г. и отражали изменения в составе
органов государственного управления.
Официальные издания Госкомстата РФ публикуют данные об отрасле-
вой структуре занятости, собранные из целого ряда источников: данные
предприятий, данные обследований населения по проблемам занято-
сти (для оценки численности самозанятых и занятых в крестьянских
фермерских хозяйствах), данные миграционной службы (для оценки
численности иностранной рабочей силы), налоговой инспекции и выбо-
рочных обследований по неформальной занятости (Госкомстат, 1996).
Данные классифицируется по ОКОНХ, который несколько отличается
от ISIC. Таким образом, данные Госкомстата не могут применяться для
прямого сравнения с данными, полученными из международных источ-
ников. Табл. 2 показывает различия в величине долей каждого из сек-
торов при использовании ОКОНХ и ISIC. Рис. 1 дает некоторое пред-
ставление об источниках выявленных различий. Во-первых, ОКОНХ ох-
ватывает рабочую силу только в гражданских отраслях и не учитывает
занятых в вооруженных силах, внутренних войсках, структурах МЧС,
системе исполнения наказаний. Вместе эти виды деятельности состав-
ляют около 3% от общей занятости. Во-вторых, между ОКОНХ и ISIC
существует ряд отличий в части отраслевой принадлежности отдель-
ных видов деятельности. В ОКОНХ водо-, тепло- и газоснабжение,
очистка водных стоков отнесены к жилищно-коммунальному хозяйству,
в то время как в ISIC они включены в раздел "Промышленность" (кате-
гория Е). Есть и обратные примеры. Ремонт автомобилей, бытовых
приборов, личных вещей, стирка и химическая чистка изделий из ткани
и меха, архитектурные работы, производство личных вещей по индиви-
дуальным заказам в ОКОНХ учитываются как промышленность, а в ISIC
— как услуги. Рубрика, обозначаемая в большинстве публикаций Гос-
комстата как "Прочие отрасли", включает в себя такие разнообразные
виды деятельности, как материально-техническое снабжение и сдача в
аренду производственного технического оборудования, заготовки, ком-
пьютерная обработка данных, операции с недвижимостью, общая ком-
мерческая деятельность по обеспечению функционирования рынка,
геология, геодезия, метеорология и прочие виды, не включенные в дру-
гие классификационные группы. Этот список показывает, что данную
группу отраслей нельзя механически присоединить к сфере услуг, так
16 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



Таблица 2. Сравнение ОКОНХ и ISIC-3

ОКОНХ
Год
A I S Прочее S + прочее

1990 13.2 42.3 41.4 3.1 44.5
1991 13.5 41.8 41.8 2.9 44.7

1992 14.3 40.5 41.9 3.2 45.1
1993 14.6 39.4 43.1 2.8 45.9

1994 15.4 37.0 44.9 2.7 47.6

1995 15.1 35.2 46.8 3.0 49.8
1996 14.4 33.7 48.6 3.3 51.9
1997 13.7 31.8 51.9 2.7 54.6

1998 14.1 30.1 53.1 2.7 55.8

1999 13.7 30.3 53.1 2.9 56.0
2000 13.4 30.4 53.1 3.2 56.2

ISIC-3 Разница
Год
A I S A I S S + прочее

1990 14.2 40.2 45.6 –1.0 2.1 –4.2 –1.1
1991 14.5 39.8 45.7 –1.0 2.0 –3.9 –1.0
Официальные оценки




1992 15.7 38.8 45.5 –1.4 1.7 –3.6 –0.4
1993 15.8 38.0 46.1 –1.2 1.4 –3.0 –0.2
1994 16.4 35.9 47.7 –1.0 1.1 –2.8 –0.1
1995 16.1 34.0 50.0 –1.0 1.2 –3.2 –0.2
1996 15.3 32.5 52.2 –0.9 1.2 –3.6 –0.3
14.4 30.9 54.7 –0.7 0.9 –2.8 –0.1
1997
12.2 30.0 57.8 1.5 1.8 –5.9 –3.2
рабочей силы
Опросы




1998 11.5 29.4 59.1 2.6 0.7 –6.0 –3.3
1999 11.8 29.4 58.8 1.9 0.9 –5.7 –2.8
2000 12.2 30.0 57.8 1.5 1.8 –5.9 –3.2

Примечание: A — сельское хозяйство, I — промышленность, S — сфера услуг.
Источники: ОКОНХ — Госкомстат (2001), ISIC — LABORSTA Database (http://laborsta.ilo.org).
17
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



Ремонт автомобилей, персо-
Армия, милиция,
МЧС, органы нальных вещей и бытовой
техники, стирка и химическая
чистка, архитектурные услуги,
Услуги
изготовление изделий по ин-
дивидуальным заказам

Ветеринарные Горячее и холодное водо-
услуги снабжение, тепло- и газо-
снабжение

Прочие
отрасли

Промыш-
Сельское
ленность
хозяйство
Заготовка леса

Рис. 1. Сравнение ОКОНХ и ISIC

как ряд видов деятельности следует отнести к промышленности или к
сельскому хозяйству. Однако большинство из перечисленных видов
деятельности все же относится к услугам.
В то же время, результаты обследований населения по проблемам занято-
сти публикуются в соответствии с Общероссийским классификатором дея-
тельности предприятий (ОКДП), который практически идентичен ISIC-3. По-
этому данные обследований населения по проблемам занятости могут быть
непосредственно использованы для международных сопоставлений.


4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ

В этом разделе представлено несколько показателей для измерения мас-
штаба перемен в структуре занятости, необходимых на момент начала ре-
форм в России, дается описание и объяснение недавних тенденций изме-
нения занятости в разрезе отраслей сферы услуг, а также предпринимается
попытка построить долгосрочную траекторию изменения доли сервисной за-
нятости в целом по сектору и по отдельным отраслям.


4.1. Отставание по сфере услуг в целом

Спецификация модели. Для измерения величины отставания в развитии
сферы услуг мы используем сравнительный подход, описанный в Fuchs
18 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



(1980), Ofer (1973), Easterly (1994). Целью является построение оценок воз-
можной доли занятости в сфере услуг в том случае, если бы в конце 1980-х
годов Россия являлась нормальной рыночной экономикой. Мы исходим из
следующего факта: коэффициенты моделей, оцененных Фьюксом отдельно
для США и стран-членов ОЭСР, очень мало отличались между собой. Это
означает, что, по крайней мере, с 1970-х годов динамика доли сервисной за-
нятости подчинялась одним и тем же закономерностям во всех развитых
странах. Мы предполагаем, что и Россия следовала бы этой тенденции, ес-
ли бы рыночные силы не находились под контролем государства.
Теоретически можно выделить два похода, основанных на "привязке"
темпов роста доли сферы услуг к общему экономического развитию
страны. Первый подход состоит в том, чтобы использовать какой-либо
отдельный показатель экономического развития, например, ВВП на душу
населения или средневзвешенный индекс (с фиксированными весами),
рассчитанный на основе нескольких показателей экономического разви-
тия. Этот подход иллюстрирует первую гипотезу Фьюкса. Второй подход
заключается в использовании некоего набора показателей развития, ка-
ждый из которых может самостоятельно влиять на отраслевую структуру
занятости. Второй подход представляется более подходящим для
специфической ситуации в СССР и в постсоветской России, но по раз-
ным причинам. В работе Ofer (1973) продемонстрировано, что в начале
1960-х годов СССР был менее урбанизирован и имел более высокие по-
казатели трудовой активности населения по сравнению с другими стра-
нами с аналогичным уровнем доходов на душу населения. Иными слова-
ми, между уровнем развития по доходу и по другим показателям не на-
блюдалось четкого взаимного соответствия, причем большинство пока-
зателей развития отставали от дохода. Поэтому включение в анализ до-
полнительных показателей развития (доли сельского населения и коэф-
фициента участия взрослого населения в рабочей силе) привело в рабо-
те Офера к снижению ожидаемой ("нормальной") доли сферы услуг в
общей занятости. И наоборот, в 1990-е годы при низком ВВП на душу на-
селения по технологической сложности производства и развитию чело-
веческого капитала Россия находилась на уровне наиболее развитых за-
падных стран. В этих условиях следует ожидать, что учет дополнитель-
ных параметров развития не снизит, а, напротив, повысит оценку "нор-
мальной" доли сервисной занятости.
Мы не будем однозначно привязываться ни к одному из этих подходов и
рассчитаем два показателя величины отставания в развитии сферы ус-
луг: один — на основе только ВВП на душу населения и другой — на ос-
нове ВВП и широкого круга других индикаторов уровня развития. Для оп-
ределения ожидаемой структуры занятости в соответствии с первым
подходом мы используем систему уравнений, впервые предложенную в
19
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



работе Fuchs (1980):
?
Сельское хозяйство: A = e ? (GDP ln A = ? (GDP? ) ,
)
или (2)
?
Услуги: S = 100 ? e? (GDP ln(100 ? S ) = ? (GDP? ) ,
)
или (3)

где GDP — ВВП на душу населения в сопоставимых единицах.
Альтернативная оценка ожидаемой доли сферы услуг в общей занятости
рассчитывается на базе следующих показателей: ВВП на душу населения,
соотношение производительности труда в товарном и сервисном секторах,
степень трудовой активности женщин, уровень урбанизации; переменные,
характеризующие демографический состав населения и структуру внешней
торговли3.
Соотношение производительности труда в товарном (сельское хозяйство +
промышленность) и сервисном секторах учитывает секторальные различия в
производительности труда в разных странах, что позволяет проверить третью
гипотезу Фьюкса. Производительность труда рассчитывалась как объем до-
бавленной стоимости соответствующего сектора в текущих долларах США,
деленный на количество занятых в этом секторе. Если темпы производитель-
ности труда в сфере услуг являются более низкими, то коэффициент относи-
тельной производительности будет иметь положительный знак.
Оставшиеся переменные отражают экзогенные сдвиги в уравнении (1).
Включение показателя уровня занятости женщин оправдывается тем фак-
том, что многие бытовые и персональные услуги (например, уход за детьми,
уборка, приготовление пищи и т.д.) могут быть либо произведены внутри
домашнего хозяйства, либо приобретены на рынке. Неработающие женщи-
ны широко вовлечены в домашнее производство, а работающие женщины
посвящают меньше времени домашнему хозяйству и с большей вероятно-
стью станут приобретать соответствующие услуги за пределами домохозяй-
ства, на рынке. Мы ожидаем, что в странах с более высоким уровнем заня-
тости женщин (ceteris paribus) доля занятости в сфере услуг будет выше.
Однако с использованием данной переменной возникает проблема ее воз-
можной эндогенности. Дело в том, что рабочие места в сфере услуг зачас-
тую предлагают работникам более гибкие условия труда, чем в промышлен-
ности и в сельском хозяйстве (например, частичная занятость, работа на
дому). Женщины с детьми могут согласиться на работу в сфере услуг и, та-

3
Из-за отсутствия данных в модель не была включена переменная относительной
стоимости услуг, что может привести к переоценке влияния используемых в модели
переменных, поскольку имеются серьезные основания полагать, что в богатых стра-
нах относительная цена услуг (по отношению к цене товаров) выше, чем в бедных
странах (см., например, Bhagwati, 1984; Kravis, 1982; Falvey, Gemmell, 1991).
20 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



ким образом, войти в состав экономически активного населения, в то время
как рабочие места в промышленности и сельском хозяйстве для них непри-
влекательны. Кроме того, многие профессии в сфере услуг, такие как работа
няни, социальная и конторская работа считаются "женскими", что связано с
представлениями о традиционной роли и функциях женщин в семье. Поэто-
му женщинам зачастую не требуется никакой дополнительной переподго-
товки для работы в сфере услуг. Таким образом, более высокий уровень
развития сферы услуг сам по себе может способствовать увеличению тру-
довой активности среди женщин, что следует учитывать при интерпретации
результатов эмпирического анализа.
Переменная уровня урбанизации вводится исходя из следующих соображе-
ний. Во-первых, городской образ жизни сам по себе увеличивает спрос на
услуги в таких сферах, как транспорт, коммунальные услуги, досуг и проч.
Во-вторых, более высокий уровень специализации производства в городах
заставляет фирмы покупать больше услуг на стороне вместо того, чтобы
обеспечивать их выполнение собственными силами. В-третьих, благодаря
территориальной концентрации предоставление услуг городскому населе-
нию более эффективно. Два первых фактора однозначно увеличивают долю
сферы услуг. Третий фактор воздействует на сервисную занятость в двух
противоположных направлениях. С одной стороны, более низкие цены на
услуги в городах стимулируют увеличение спроса на услуги и, как следст-
вие, рост занятости в этом секторе (в этом проявляется действие эффекта
замещения). В то же время более высокая производительность труда по ус-
лугам, производимым в городах, сокращает необходимые затраты труда в
расчете на одну единицу услуг (эффект удельных затрат труда). По нашему
мнению, эффект удельных затрат труда достаточно мал по сравнению с по-
ложительными эффектами урбанизации, и чистый эффект повышения доли
городского населения будет положительным.
Учитывая значительные различия в демографическом составе рассматри-
ваемых стран и систематическую связь между возрастной структурой насе-
ления и уровнем экономического развития страны, мы решили в явном виде
ввести в уравнение две демографические переменные: долю детей в воз-
расте от 0 до 14 лет и долю населения в возрасте старше 65 лет в общей
численности населения. Дети сравнительно "услугоёмки" в части таких услуг
как образование, уход за маленькими детьми и т.п. Старшее поколение
предъявляет повышенный спрос на медицинские обслуживание, персональ-
ные услуги и т.д., увеличивая относительную занятость в этих отраслях. В
целом, ожидается, что обе переменных будут иметь положительное влия-
ние на долю сервисной занятости.

Данные и результаты оценивания. Поскольку ни одна из стран мира не
может служить приемлемой базой для сравнения с Россией с точки зрения
21
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



экономического развития, климатического сходства, численности и плотно-
сти населения, мы используем базу данных индикаторов развития, состав-
ляемую Мировым Банком (World Bank Development Indicators Database —
WDI, издание 2001 г.). Эта база данных охватывает 207 стран и включает
более 500 показателей за период с 1940 по 1999 гг. Однако, данные о рас-
пределении занятости по секторам экономике имеются лишь для
1980–1998 гг. Значения ВВП на душу населения скорректированы с учетом
паритета покупательной силы (ППС) и указаны в текущих международных
долларах США; эти данные начинаются с 1974 г. Данные об уровне трудо-
вой активности населения и структуре занятости определяются в соответст-
вии с методологией МОТ. Некоторые пропущенные наблюдения по структу-
ре занятости были заменены значениями, взятыми из базы данных
LABORSTA и "Total and Economically Active Population: Estimates and Projec-
tions, 1950–2010". В табл. П1 в Приложении представлены значения описа-
тельных статистик для ряда лет. Они однозначно показывают мировой
тренд роста занятости в сфере услуг, начиная с середины прошлого века.
Однако в регрессионном анализе использовались данные за 1974–1999 гг.
Результаты оценивания уравнений Фьюкса (2)–(3) для 1990 г. представлены
в табл. 3. 1990-й год был выбран в качестве исходного двум причинам: (1)
для многих стран с переходной экономикой он был последним годом доре-
форменной эпохи, (2) в имеющейся базе данные на последний год десяти-
летия являются наиболее полными. Коэффициенты оценивались на основе
подвыборки из 118 стран с рыночной экономикой, т.е. всех несоциалистиче-
ских стран, по которым имелись необходимые данные. Оценки ожидаемой
доли сервисной занятости для тогдашних социалистических стран строи-
лись путем экстраполяции полученной модели за пределы подвыборки. Зна-
ки и величина коэффициентов в целом близки к приведенным в работе
Fuchs (1980).
В трех правых колонках табл. 3 показаны ожидаемые и фактические доли
секторов в 1990 г. и разница между ними. Фактическая величина находится
на уровне 78% от ожидаемой. Для того, чтобы сравнить Россию с другими
станами с переходной экономикой мы рассчитали процентное отклонение
фактической доли сервисной занятости от ее оценки по уравнению (3)
(см. табл. П2 в Приложении). Вместе с большинством других центрально-
европейских стран и стран СНГ Россия попала в группу стран с наибольши-
ми (более 20%) отрицательными отклонениями. Из стран бывшего социали-
стического блока в 1990 г. самое значительное отставание в развитии сфе-
ры услуг наблюдалось в Китае и Румынии. Порядок следования стран Цен-
тральной Европы совпадает с приводимым в работе Jackman, Pauna (1997),
за исключением Словакии. С учетом доходов на душу населения доли сер-
висной занятости в Словакии, а также в Азербайджане, Киргизстане и Хор-
ватии, находились в 1990 г. на уровне международной нормы. Монголия
22 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



представляет собой нетипичный для данного региона случай очень большо-
го позитивного отклонения. На наш взгляд, эта нетипичность объясняется не
столько процветанием сервисного сектора в Монголии, сколько низким
уровнем ВВП. Кроме того, нельзя исключать вероятность ошибок измерения
в зависимой или независимой переменных. Еще одно предостережение ка-
сается малых стран, которые доминируют в группе стран с наибольшими
положительными отклонениями. В силу малых масштабов экономики эти
страны могут специализироваться на определенных видах деятельности и,
как следствие, иметь крайне несбалансированные отраслевые структуры.
Поэтому необходимо дополнительное изучение зависимости между особен-
ностями внешней торговли и отраслевыми структурами.

Таблица 3. Регрессии по долям секторов, модель Фьюкса, 1990 г.
Коэффициент




Фактическая
t-статистика




Отклонение
Ожидаемая
доля



доля
R2




?
Сельское хозяйство –0.279 –7.611 0.34 7.5 13.9 6.4

? 26.380 3.323

?
Сфера услуг –0.067 –12.596 0.57 60.8 45.9 –14.9

? 6.783 22.901

Промышленность 31.7 40.2 8.5


Метод Фьюкса имеет, по крайней мере, один практический недостаток. По-
лученные оценки очень чувствительны к изменениям ВВП на душу населе-
ния, в особенности для стран с низкими и средними доходами. Чувствитель-
ность метода объясняется двумя основными причинами. Во-первых, в мето-
де используется один-единственный показатель и хотя резкие изменения в
национальных ВВП вполне вероятны, структуры занятости представляются
более консервативными и изменяются медленнее. Во-вторых, вычисления
ведутся по перекрестным данным, которые могут отражать влияние дело-
вых циклов и шоков спроса на национальном уровне.
Альтернативный подход базируется на использовании набора из нескольких
показателей развития, что позволяет преодолеть указанные недостатки и
предложить более реалистичную и устойчивую спецификацию модели долго-
срочного равновесного уровня занятости. Еще одно достоинство предлагае-
мого метода состоит в использовании панельного характера данных WDI.
23
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



Результаты оценивания по МНК и модели с фиксированными эффектами приво-
дятся в табл. 4. С концептуальных позиций модель с фиксированными эффекта-
ми является более предпочтительной для моделирования межстрановых осо-
бенностей. Она предполагает уникальность пути развития каждой страны, т.е. ха-
рактеризующий страну набор показателей не является случайной выборкой из
некоторой генеральной совокупности. Таким образом, удается устранить влияние
межстрановых различий во вкусах и предпочтениях. С точки нашего исследова-
ния, аргументация в пользу модели с фиксированными эффектами выглядит бо-
лее весомой и потому, что конечной целью исследования является построение
прогноза для одной конкретной страны — России. Спецификация со случайными
эффектами не рассматривалась, т.к. ее предпосылки о случайности и непостоян-
стве индивидуальных эффектов в данном случае не соблюдаются.
В целом, оценки по МНК имеют больше значимых коэффициентов по сравне-
нию с панельными оценками, т.к. большая часть вариации наблюдается между
странами, а не во времени. Однако эти оценки могут быть смещенными из-за
игнорирования страновой специфики предпочтений. Поэтому при отсутствии


Таблица 4. Оценки по МНК и модели с фиксированными эффектами (ФЭ) для общей
доли занятых в сфере услуг

МНК ФЭ
Объясняющие
переменные Коэффициент t Коэффициент T

Log GDP 4.448 8.563 1.480 2.620

Female LFP –0.032 –1.010 0.055 0.673
Log productivity ratio 8.861 13.508 7.501 13.885

Urbanization 0.314 20.628 0.350 8.606
Age 0–14 0.370 5.291 –0.126 –1.113

Age 65+ 0.748 7.275 1.642 8.431
LF survey 5.267 9.584 3.334 7.845

Socialist –9.946 –11.548 –4.829 –6.843

Constant –65.577 –10.210 –31.500 –3.934
R2 = 0.7332 R2: within = 0.6201 F(9, 936) = 169.7
F(15.1825) = 547.8 between = 0.7352 Prob > F = 0.000
Prob>F = 0.000 overall = 0.6997

Примечание: Стандартные ошибки в МНК скорректированы на гетероскадастичность. Специфика-
ция МНК включает контрольные переменные для охвата населения опросом и пропущенных зна-
чений по всем переменным, кроме бинарных.
24 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



явной оговорки об использовании МНК все комментарии по результатам оцени-
вания следует относить к модели с фиксированными эффектами.
В табл. 4 коэффициенты при всех переменных, кроме доли детей в общей чис-
ленности населения, имеют ожидаемые знаки. Результаты подтверждают гипо-
тезы Фьюкса об эластичности спроса на услуги по доходу и об отставании сфе-
ры услуг по темпам роста производительности труда, при этом эффект произ-
водительности доминирует над эффектом дохода. Не подтвердилось предпо-
ложение об "услугоемкости" детей: соответствующий коэффициент отрицате-
лен, хотя и незначим. В то же время, старшее поколение является "услугоем-
ким": более высокая доля населения старше 65 лет увеличивает процент заня-
тости в сфере услуг. Городское население использует относительно больше
услуг, нежели сельское. Незначимость влияния уровня занятости женщин мо-
жет быть связано с высокой вовлеченностью женщин в семейное сельское хо-
зяйство в развивающихся странах. Контроль источников и качества данных так-
же оказался полезным: обследования населения по проблемам занятости дают
более высокие оценки занятости в сфере услуг, чем официальные источники (в
среднем на 3.3 процентных пункта). В табл. 4 содержится бинарная перемен-
ная, принимающая значение, равное единице, для социалистических стран4.
Коэффициент при этой переменной показывает, что доля занятых в сфере ус-
луг в социалистических странах была, по меньшей мере, на 4.8% ниже, чем в
странах с рыночной экономикой, находившихся на сопоставимых уровнях эко-
номического развития. Но скорее всего, это лишь нижняя граница отставания от
нормы, реальное отставание было больше, поскольку модель с фиксированны-
ми эффектами не позволяет четко разделить влияние особенностей страны и
влияние фактора социализма. Оценка МНК — 9.9% — наоборот, является
верхней границей отставания от нормы5.

4
Куба, Монголия и КНДР отнесены к социалистическим странам на всем рассматривае-
мом периоде. Для других стран (Албания, Армения, Азербайджан, Босния и Герцеговина,
Болгария, Беларусь, Эстония, Грузия, Хорватия, Киргизстан, Казахстан, Литва, Латвия,
Молдова, Македония, Россия, Словения, Таджикистан, Туркменистан, Украина, Узбеки-
стан, Югославия) первым годом рыночной экономики считался год вступления в МВФ. Для
Польши, Венгрии и Китая первым рыночным годом принят 1990 г., а для Чехии и Словакии
— 1991 г. Вьетнам отнесен к социалистическим странам в 1975–1990 гг.
5
В табл. П4 в Приложении представлены эффекты внешней торговли. С учетом специфи-
ки национальных предпочтений и других национальных особенностей, более высокая до-
ля экспорта и импорта сельскохозяйственной продукции в структуре торговли тормозит
развитие сервисной занятости, и наоборот, более высокий уровень импорта промышлен-
ной продукции стимулирует рост сферы услуг. Это означает, что специализация малых
стран на определенных видах деятельности, прежде всего, на сельском хозяйстве, может
повлиять на долю занятых в сфере услуг. Включение в уравнение дополнительных пере-
менных, связанных с внешней торговлей, практически не повлияло на коэффициенты ос-
тальных переменных и имело значимый положительный эффект лишь на коэффициент
при логарифме относительной производительности труда.
25
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



В табл. 5 показано взаимодействие эффекта социализма и факторов эко-
номического роста. Результаты позволяют сделать некоторые выводы о


Таблица 5. Эффекты социализма

МНК ФЭ
Объясняющие
Переменные
Коэффициент t Коэффициент t

Log GDP 4.681 9.071 3.119 5.599

Female LFP –0.012 –0.382 –0.040 –0.519

Log productivity ratio 9.366 13.592 8.949 16.952

Urbanization 0.317 20.724 0.313 8.207

Age 0–14 0.349 4.909 –0.138 –1.295

Age 65+ 0.692 6.730 1.322 7.113

Private consumption 0.069 2.722 0.190 8.602

LF survey 5.162 9.412 2.955 7.276

Socialist 2.911 0.732 62.834 3.384

Interactions:

Socialist?Log GDP –0.343 –1.603 0.741 0.420

Socialist?Female LFP –0.198 –2.414 –0.330 –2.076

Socialist?Log prod.
ratio 0.528 1.544 –3.268 –1.863

Socialist?Urbanization –0.034 –0.700 –0.252 –2.622

Socialist?Priv.
consumption –0.050 –1.631 –0.537 –4.909

Constant –73.658 –11.055 –54.783 –7.013

R2 = 0.7363 R2: within = 0.6764 F(15.924) = 128.8

F(22.1818) = 387.66 between = 0.7536 Prob > F = 0.0000

Prob > F = 0.0000 overall = 0.7305

Примечание: Стандартные ошибки в МНК скорректированы на гетероскадастичность. Специфика-
ция МНК включает контрольные переменные для охвата населения опросом и пропущенных зна-
чений по всем переменным, кроме бинарных.
26 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



сравнительной роли идеологических и экономических факторов. По наше-
му мнению, положительный коэффициент при переменной социализма
подтверждает гипотезу о том, что, по крайней мере, в 1970–1980 гг. чисто
идеологические факторы играли очень малую роль. Из модели МНК сле-
дует более сильный вывод о том, что система социализма даже могла
способствовать развитию услуг. В то же время, система социализма имела
негативное влияние на основные факторы экономического роста: уровень
занятости женщин, относительную производительность труда в сфере ус-
луг, уровень урбанизации и долю частного потребления в ВВП. Впрочем,
большинство из этих эффектов незначимы в обеих спецификациях.
Далее мы попытались построить долгосрочную траекторию развития доли
сервисной занятости в России с учетом различных переменных. Процедура
построения прогнозов заключалась в следующем. Сначала была оценена
модель с фиксированными эффектами по уравнению, которое аналогично
приведенному в табл. 4. С использованием его коэффициентов и оцененных
фиксированных эффектов были рассчитаны прогнозные доли занятых в
сфере услуг как для рыночных, так и для социалистических стран. Далее с
тем, чтобы скорректировать ожидаемые доли на негативные последствия
социализма, мы вычли из полученных значений произведение социалисти-
ческой дамми-переменной на ее коэффициент. Эта операция никак не отра-
зилась на прогнозах для стран с рыночной экономикой, т.к. в этом случае
значения дамми для социализма равны нулю.
Для социалистических стран произошло увеличение ожидаемой доли за-
нятых в сфере услуг, т.к. коэффициент при дамми для социализма отри-
цателен. Результаты прогноза для России представлены в табл. 6 (ре-
зультаты МНК приводятся для сравнения). Разрыв максимален, если в
расчет принимается только размер ВВП на душу населения. Вопреки
ожиданиям, добавление дополнительных параметров развития не при-
вело к увеличению разрыва. Демографические переменные и уровень
урбанизации оказались менее чувствительны к транзитивному шоку, вы-
звавшему резкий спад ВВП и снижение производительности труда в то-
варном секторе. Обобщая все оценки, можно сделать вывод, что в
1990 г. нормальная доля занятых в сфере услуг должна была равняться
51–53% от общей численности занятых, то есть отставание составляло
около 6%. Табл. 6 показывает, что в 1990–1996 гг. наблюдался интен-
сивный процесс преодоления отставания в развитии: в первые семь лет
реформ отставание было фактически преодолено и доля сервисной за-
нятости достигла своего долгосрочного равновесного уровня. Однако
значительная часть этого снижения была связана с понижением самого
целевого уровня. В 1997–1999 гг. наблюдалось незначительное превы-
шение равновесного уровня.
27
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



Таблица 6. Ожидаемые равновесные доли занятых в сфере услуг

ВВП, урбанизация, труд. активность


Фактическая
женщин, относительная
ВВП

доля
производительность труда,
Год
демографические переменные

? ФЭ ? ФЭ
МНК ФЭ МНК ФЭ

1990 45.6 53.7 52.6 –7.0 61.6 51.0 –5.4

1991 45.7 53.3 52.3 –6.6 60.5 50.8 –5.1

1992 45.5 52.5 51.6 –6.1 54.9 47.5 –2.0

1993 46.1 51.4 50.8 –4.7 56.2 49.2 –3.1
1994 47.7 50.0 49.7 –2.0 55.9 49.7 –2.0

1995 50.0 49.9 49.6 0.4 56.5 50.8 –0.8

1996 52.2 49.6 49.4 2.8 56.8 51.2 1.0
1997 57.8 55.9 54.0 3.8 61.4 55.2 2.6
1998 59.1 55.4 53.7 5.4 61.9 55.8 3.3

1999 58.8 56.3 54.4 4.4 63.1 56.9 1.9

Примечание: ФЭ — фиксированный эффект.


Перераспределение занятости между секторами можно легко объяснить,
обратившись к стандартной модели общего равновесия, показанной на
рис. 2. Либерализация цен и разрушение системы централизованного пла-
нирования, служившей прежде основным механизмом перераспределения
ресурсов, привели к улучшению конкурентной среды и созданию правиль-
ных стимулов для максимизации прибыли. Либерализация цен и появление
частных фирм означали перемещение из точки S, в которой находилась
экономика при централизованном планировании, в точку M, соответствую-
щую рыночной экономике. В то же время макроэкономическая нестабиль-
ность, неразвитость рыночных институтов, дезорганизация и т.п. привели к
сдвигу границы производственных возможностей влево, вызвав перемеще-
ние в точку Е с более низким спросом на услуги. Таким образом, в переход-
ный период факторы, действующие на стороне предложения, вели к увели-
чению масштабов и доли сервисной занятости, но в то же время факторы
спроса действовали в противоположном направлении, хотя этот эффект и
не был достаточно велик, чтобы перевесить эффект предложения. Взаимо-
действие этих двух эффектов позволяет объяснить наблюдавшийся во мно-
гих переходных экономиках парадокс роста доли сервисной занятости при
сокращении ВВП.
28 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



Услуги




M

E




S




Товары
Рис. 2. Перераспределение занятости в переходный период



Прежде чем перейти к дальнейшему изложению, необходимо сделать ряд тех-
нических замечаний, которые могут потенциально повлиять на точность резуль-
татов. Используемая нами панель является несбалансированной: не по всем
показателям имеются непрерывные данные для каждой из стран за весь изу-
чаемый период. Из 207 стран лишь 152 содержат, по крайней мере, одно пол-
ное наблюдение, т.е. данные по всем зависимым и независимым переменным
за период с 1980 по 1999 г. Остальные страны были исключены из выборки. Из
оставшихся стран одни имеют полные данные лишь за один год, другие — за
все годы рассматриваемого периода. Среднее количество лет, по которым
имеются полные данные, составляет 9.9 года на страну. Более того, пропуски
наблюдений не являются случайными: их вероятность значительно выше для
стран с низкими доходами и тех переходных стран, которые образовались в на-
чале 1990-х годов в результате политической дезинтеграции и распада импе-
рий. Этот проблема порождает угрозу возникновения ошибки выборки (selection
bias), т.к. пропуски наблюдений обусловлены эндогенными причинами. Самое
простое решение — исключить из выборки все те страны, по которым отсутст-
вует полная информация, и использовать лишь сбалансированную субпанель
— в данном случае не является приемлемым. Пришлось бы "выкинуть" боль-
шую часть информации; в итоге, полученные оценки окажутся смещенными, а
рассчитанные тестовые статистики неверными.
Учитывая возможность возникновения ошибки выборки, мы оценили уравнения
отдельно для каждой доходной группы, чтобы выяснить, действуют ли на раз-
29
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



ных уровнях дохода одни и те же закономерности, и затем сравнить переход-
ные экономики со странами, находящимися на тех же уровнях развития. Не так
просто найти страны, которые подпадают под определение находящихся "на
тех же уровнях развития", так как в начале переходного периода подавляющее
большинство социалистических стран находилось в высшей средней доходной
группе, а десять лет спустя они "рассеялись" по всем доходным группам. К
1999 г. в высшей средней доходной группе осталось всего несколько бывших
социалистических стран. Иными словами, список стран, которые могли бы слу-
жить базой для сравнения, существенно изменился за прошедшие 10 лет. Со-
гласно данным (WDI, 2001), в 1990 г. Португалия и Греция имела такие же раз-
меры ВВП на душу населения, как и Россия. В 1998 г. Россия уже занимала ме-
сто между Бразилией и Малайзией. В нашем исследовании определение до-
ходных групп и распределение стран по доходным группам соответствуют по-
следней классификации Мирового Банка6. Принадлежность страны к опреде-
ленной группе была зафиксирована по состоянию на 1998 г. В соответствии с
этой классификацией, Россия попала в низшую среднюю группу. Большинство
стран Центральной Европы и Балтии были отнесены к высшей средней группе,
и лишь одна из посткоммунистических стран — Словения — оказалась в группе
стран с высокими доходами.
Результаты оценивания для отдельных доходных групп представлены в
табл. П5 в Приложении. Они показывают, что сервисная занятость в странах
с низкими и с высокими доходами действительно подчиняется различным
закономерностям. Уровень урбанизации имеет значимый положительный
эффект во всех уравнениях, причем коэффициент при этой переменной
имеет тенденцию к возрастанию по мере роста дохода. Коэффициент при
относительной производительности труда значим и положителен в боль-
шинстве уравнений, что подтверждает важность учета фактора различий в
производительности труда. Пожилое население отличается повышенной ус-
лугоемкостью во всех группах, но зависимость значима лишь для стран с
самыми низкими и самыми высокими доходами. Дети скорее товаро-, чем
услугоемки: для большинства групп соответствующий коэффициент значимо
отрицателен, лишь в группе наиболее богатых стран более высокий процент
детей в общей численности населения ведет к увеличению доли занятых в
сфере услуг. Эффект повышения трудовой активности женщин незначим,
либо имеет отрицательный знак, что не соответствует ожиданиям и не под-
дается объяснению. Различия в используемых источниках данных могут

6
Мировой Банк ранжирует страны по уровню их экономического развития, используя кри-
терий ВНП на душу населения (с пересчетом по текущему валютному курсу): "Выделяются
следующие группы: группа с низкими доходами, 760 долл. США и менее; низшая средняя
группа, 761–3.030 долл. США; высшая средняя группа, 3.031–9.630 долл. США; и группа с
высокими доходами: 9.361 долл. США и более" (World Bank, 1999/2000 World Development
Report, p. 291).
30 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



стать причиной серьезных ошибок при проведении международных сравне-
ний. В частности, опросы рабочей силы обычно дают более высокие оценки
занятых в сфере услуг во всех группах, кроме высшей доходной группы, где
качество официальных оценок и результатов опросов рабочей силы при-
мерно одинаково.
Для стран с низкими доходами важнейшим фактором, определяющим долю
занятых в сфере услуг, являются уровень урбанизации, относительная про-
изводительность труда и доля пожилого населения. Для стран с высокими
доходами логарифм ВВП на душу населения, относительная производи-

стр. 1
(всего 3)

СОДЕРЖАНИЕ

>>