<<

стр. 2
(всего 3)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

тельность труда, уровень урбанизации и демографическая структура насе-
ления являются значимыми факторами. В средней доходной группе заня-
тость в сфере услуг неэластична по доходу, но зависит от соотношения про-
изводительности труда, уровня урбанизации и доли детей. Нижняя строка в
табл. П5 подтверждает наличие ошибки выборки в уравнении, объединяю-
щем все доходные группы, т.к. в низкодоходной группе наиболее остро сто-
ит проблема неполноты данных. Поэтому коэффициенты в объединенном
уравнении смещены в сторону высокодоходной группы.
Как уже говорилось, оценки долгосрочной траектории развития сервисной
занятости в России, представленные в табл. 6, являются смещенными, так
как в выборке доминируют страны с высоким уровнем доходов. В табл. 7 по-
казаны результаты оценивания по подвыборке стран со средним уровнем
доходов. Высшая средняя группа лучше подходит для сопоставления с Рос-
сией, чем низшая средняя группа, к которой относится Россия по классифи-
кации Мирового Банка. По нашему мнению, Россия могла оказаться среди
стран с доходами ниже среднего уровня только потому, что при классифи-
кации стран по доходным группам для пересчета ВНП используется текущий
валютный курс (см. сноску 6 на с. 30), а не индекс ППС. По показателю ВВП
на душу населения с поправкой на ППС Россия должна быть отнесена к
числу стран высшей средней доходной группы. Несмотря на различия в ко-
эффициентах уравнений, по которым делались прогнозы, оценки долго-
срочных равновесных долей сервисной занятости, показанные в табл. 7 для
высшей средней доходной группы, мало отличаются от тех, что были пред-
ставлены в табл. 6. Наиболее существенное улучшение заключается в сни-
жении разброса оценок, полученных с использованием различных наборов
объясняющих переменных. По 1990 г. оценки ожидаемой доли занятости в
сфере услуг группируются вокруг 50% от общей занятости. Это означает,
что отставание в развитии сервисного сектора составляло 5–6%.
Наконец, мы сравнили развитие сервисного сектора в России с его прогрес-
сом в других странах с переходной экономикой. В табл. П6 в Приложении
представлены ожидаемые доли занятости в сфере услуг для ряда стран
Центральной и Восточной Европы и Китая. К 1998–1999 гг. значительное
31
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



Таблица 7. Ожидаемая равновесная доля занятых в сфере услуг

Верхняя средняя доходная группа Нижняя средняя доходная группа
Фактическая доля Набор Набор
ВВП ВВП
переменныха) переменныха)
Год

ФЭ МНК ФЭ МНК ФЭ МНК ФЭ МНК


1990 45.6 50.3 52.7 50.0 71.2 52.7 54.7 48.9 64.0

1991 45.7 50.1 52.3 49.9 70.3 52.4 54.5 49.2 64.6
1992 45.5 49.7 51.7 47.3 63.4 51.9 54.0 46.7 63.6

1993 46.1 49.2 50.8 48.7 65.8 51.1 53.3 48.9 64.7

1994 47.7 48.5 49.6 49.2 66.1 50.2 52.4 50.1 65.2
1995 50.0 48.4 49.5 50.0 67.2 50.1 52.4 51.4 66.4

1996 52.2 48.3 49.3 50.7 67.8 50.0 52.2 52.3 66.1
1997 57.8 56.2 54.0 55.3 68.8 54.6 58.0 56.5 70.2

1998 59.1 56.0 53.6 56.1 69.7 54.3 57.7 57.7 70.0
1999 58.8 56.5 54.3 57.1 71.3 54.9 58.2 58.7 70.4

Примечание: а) Набор переменных включает логарифм ВВП на душу населения, уровень урбани-
зации, трудовая активность женщин, логарифм относительной производительности труда, демо-
графические переменные и контрольные переменные для источника данных.


превышение "нормы" произошло в Эстонии, Латвии и Болгарии. Значитель-
ное отставание так и не было преодолено в Хорватии и Китае. В остальных
странах достигнут уровень, близкий к ожидаемому. Отсюда можно сделать
некоторые предварительные выводы. В странах с наиболее успешной ди-
намикой перехода к рынку наблюдался сравнительно слабый рост сферы
услуг. Хотя в целом страны с менее успешной динамикой перехода к рынку
демонстрировали впечатляющие темпы развития услуг (например, Болга-
рия, Россия), опыт Румынии показывает, что такая динамика может вызвать
и сокращение занятости в сфере услуг.


4.2. Отставание по отдельным отраслям сферы услуг

В этом разделе мы повторим анализ, проведенный в предыдущем парагра-
фе, но уже на уровне отдельных отраслей сферы услуг. С этой целью ис-
пользуются данные из базы данных LABORSTA (Labor Statistics Database),
32 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



составляемой Международной Организацией Труда. Выборка содержит
данные об отраслевой структуре общей занятости в 99 странах за период с
1969 по 2000 г. Данные приводятся в тысячах человек. Распределение по
отраслям соответствует второй редакции ISIC (ISIC-2) для раннего периода
и третьей редакции ISIC (ISIC-3) для более позднего периода. Обширные
комментарии позволяют привести данные по разным странам к сопостави-
мому виду. При сборе данных использовался один из следующих четырех
источников: перепись населения, обследование рабочей силы, обследова-
ние предприятий по вопросам занятости или официальные источники. По
некоторым странам для одного и того же периода имелись данные из не-
скольких источников. В этом случае приоритет отдавался обследованиям
рабочей силы. Пропущенных наблюдений много как для стран, входящих в
ОЭСР, так и для остальных стран. Значения объясняющих переменных
брались из WDI (2001).
При оценивании моделей занятости по отдельным отраслям сферы услуг
рассматриваются два альтернативных набора регрессоров. Первый на-
бор состоит из переменных, которые использовались при построении
модели для сервисного сектора в целом: логарифм ВВП на душу населе-
ния, относительная производительность труда, коэффициент участия
женщин в рабочей силе, процент городского населения, демографиче-
ские переменные, и дамми для контроля источника данных. Второй на-
бор содержит переменные, которые могут быть особенно важны для опи-
сания динамики конкретной отрасли сферы услуг. В табл. 8 приводятся
названия отраслей, включенных в анализ — торговля, транспорт, бизнес-
услуги и социальные услуги (их выделение соответствует классификации
ISIC-2), и перечни специфических объясняющих переменных для каждой
отрасли. Зависимой переменной во всех уравнениях выступает доля
данной отрасли в общей численности занятых.
Табл. П7 в Приложении показывает результаты оценивания отдельных рег-
рессионных моделей для каждой из четырех отраслей с одним и тем же на-
бором независимых переменных. Все отрасли различаются по знакам, ве-
личине и значимости полученных коэффициентов при переменных, под-
тверждая необходимость дифференцированного подхода к анализу детер-
минант занятости в различных отраслях сферы услуг. Качество оценок, с
точки зрения их объясняющей силы, также меняется от отрасли к отрасли.
Это означает, что выводы, которые были сделаны на основе модели, по-
строенной для сервисного сектора в целом, могут быть несколько обманчи-
вы. На самом деле, развитие каждой из отраслей сферы услуг обусловлено
собственными движущими силами, и использование одного и того набора
объясняющих переменных не позволяет отразить различий в детерминан-
тах развития.
33
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



Таблица 8. Классификация подотраслей сферы услуг

Сокращенное Категории группировки Независимые
Раздел (ISIC2)
название (ISIC-3) переменные

Торговля 6: Оптовая G: Оптовая и розничная ВВП на душу населения,
и розничная торговля; ремонт труд. активность женщин,
торговля, автомобилей, отн. производительность
рестораны мотоциклов, личных труда, урбанизация,
и гостиницы вещей и бытовых демография, дамми для
приборов + H: источника данных,
Гостиницы и рестораны конечное потребление
домохозяйств (% от ВВП),
экспорт (% от ВВП)

Транспорт 7: Транспорт, I: Транспорт, складское ВВП на душу населения,
складское хозяйство, связь отн. производительность
хозяйство, связь труда, урбанизация,
плотность населения,
дамми для источника
данных, доб. стоимость
в промышленности (% от
ВВП), доб. стоимость в с/х
(% от ВВП)

Бизнес-услуги 8: Финансы, J: Финансовое ВВП на душу населения,
страхование, посредничество + K: отн. производительность
операции с операции с труда, урбанизация;
недвижимостью, недвижимостью, прямые иностр.
бизнес услуги арендные и бизнес инвестиции (чистый
услуги приток, % от ВВП), дамми
для источника данных,
доб. стоимость в
промышленности (% от
ВВП), доб. стоимость в с/х
(% от ВВП)

Социальные 9: Коммунальные, L: Гос. управление, ВВП на душу населения,
услуги социальные и оборона, обязательное отн. производительность
персональные соц. страхование + M: труда, урбанизация,
услуги + 0: Прочие Образование + N: расходы государства на
виды деятельности Здравоохранение и соц. конечное потребление
работа + O: Проч. ком- (% от ВВП), труд.
мунальные, соц. и пер- активность женщин,
сональные услуги + P: демография, дамми для
Частные домохозяйства источника данных
с наемными работника-
ми + Q: Экстратеррито-
риальные организации
+ X: Проч. виды дея-
тельности
34 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



В модели с фиксированными эффектами логарифм ВВП на душу населения
имеет позитивный эффект и является значимым лишь для транспорта и
бизнес-услуг. Сильная положительная связь между доходом и долей заня-
тости в бизнес-услугах и на транспорте, скорее всего, отражает более высо-
кий промежуточный спрос на эти услуги в развитых странах. В уравнениях
для торговли и социальных услуг логарифм ВВП отрицателен, но статисти-
чески незначим. Отсутствие сильной положительной зависимости между до-
ходом и долей занятых в сфере социальных услуг вызывает удивление. Оно
может быть связано с интенсивным регулированием сферы социальных ус-
луг, многие из которых финансируются государством, либо с проблемой
мультиколлинеарности, вызванной высокой корреляцией независимых пе-
ременных.
Более высокий уровень урбанизации увеличивает занятость в торговле, на
транспорте и в социальных услугах, но практически не влияет на занятость в
бизнес-услугах. Городское население предъявляет более высокий спрос на
торговые услуги, так как по сравнению с сельской местностью, в самих до-
машних хозяйствах производится меньшее количество товаров. Спрос на
услуги общественного транспорта также выше у горожан. Кроме того, город-
ские профессии требуют более высокого уровня образования, чем сельско-
хозяйственные занятия, а занятость в образовании составляет около одной
пятой всех занятых в социальной сфере. Не последнюю роль играет и ме-
ханизм самоотбора, поскольку лица с более высоким спросом на образова-
ние мигрируют в города.
Более высокая относительная производительность товарного сектора спо-
собствует увеличению доли торговли и социальных услуг, но не оказывает
влияния на транспорт и бизнес услуги. Более высокий процент занятости
среди женщин сокращает долю занятости на транспорте, но увеличивает в
торговле, бизнес-услугах и социальных услугах. Положительная зависи-
мость между уровнем занятости женщин и долей занятых в торговле согла-
суется с гипотезой о замещении домашнего производства некоторых това-
ров и услуг приобретением их на рынке. Кроме того, для сферы торговли
характерно предоставление наиболее гибких графиков работы, невысокие
требования к объему знаний и навыков, что привлекает женщин с низким
уровнем образования или длительными периодами незанятости. В резуль-
тате, женщины составляют подавляющую часть занятых в торговле.
Более высокий процент детей в структуре населения снижает занятость в
торговле и на транспорте, но имеет положительное влияние на бизнес-ус-
луги и не оказывает существенного воздействия на социальные услуги. Эти
результаты подтверждают сделанный ранее вывод о том, что дети скорее
товаро-, чем услугоёмки, но вместе с тем, они потребляют больше социаль-
ных услуг, чем другие группы населения. Более высокая доля пожилых лю-
35
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



дей увеличивает долю занятых в социальных услугах (вероятнее всего, за
счет здравоохранения и государственного администрирования пенсионных
программ) и в бизнес-услугах (за счет финансовых и страховых операций).
В табл. П8–П11 представлены результаты оценивания моделей со специ-
фическими наборами переменных для каждой отрасли. Регрессия для доли
занятых в торговле не обладает большой объясняющей способностью (об-
2
щий R = 0.29). Занятость в торговле неэластична по доходу и не реагирует
на усиление вовлеченности в международную торговлю (измерялась как от-
ношение экспорта к ВВП). Доля торговли в среднем выше в странах с более
высоким уровнем конечного потребления домашних хозяйств (в % к ВВП),
большей относительной производительностью труда в товарном секторе и
более высоким уровнем урбанизации. Демографическая структура оказыва-
ет слабое влияние на долю занятых в торговле, что может объясняться бо-
лее низкой покупательной способностью этих групп по сравнению с населе-
нием в активном возрасте. Включение в модель дамми переменной для со-
циалистических стран показывает, что в социалистических экономиках заня-
тость в торговле ниже, чем в рыночных, в среднем на 1.1%.
Положительный коэффициент при переменной относительной производи-
тельности в модели для доли транспорта указывает на более низкую произ-
водительность труда в этой отрасли. Более высокая плотность населения
стимулирует увеличение занятости в этой отрасли. Рост выпуска промышлен-
ной и сельскохозяйственной продукции подавляет увеличение занятости на
транспорте. Возможно, крупные промышленные и сельскохозяйственные
предприятия находят более выгодным иметь собственные транспортные под-
разделения, а не пользоваться услугами сторонних транспортных фирм.
Результаты оценивания для бизнес-услуг показывают, что рост прямых ино-
странных инвестиций увеличивает долю занятых в этой отрасли. Это объяс-
няется тем, что современные методы управления и организационные струк-
туры, вводимые иностранными компаниями, предполагают концентрацию на
основных видах деятельности и приобретение большего объема вспомога-
тельных услуг у сторонних организаций. По той же причине имеет негатив-
ное влияние и рост доли добавленной стоимости, произведенной в про-
мышленности и сельском хозяйстве.
Социальные услуги являются наиболее неоднородной категорией в ISIC-2 и
включают в себя значительную долю тех видов деятельности, в которых
действие рыночных механизмов подавляется государственным регулирова-
нием или прямым государственным управлением. Наряду с положительной
зависимостью от относительной производительности, уровня трудовой ак-
тивности женщин и урбанизации, занятость в социальных услугах положи-
тельно связана долей детей и лиц старшего возраста в общей численности
населения. Влияние эффекта объема государственных расходов на конеч-
36 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



ное потребление положительно и статистически значимо в модели МНК.
Отрицательный знак коэффициента при социалистической дамми перемен-
ной показывает, что несмотря на заявления о заботе о благосостоянии гра-
ждан, в социалистических странах в сфере социальных услуг трудилось
меньше работников, чем в рыночных экономиках, находящихся на том же
уровне экономического развития.
В табл. 9 представлены оценки ожидаемых долей занятости в каждой из рас-
сматриваемых сервисных отраслей и разница между фактическими и ожи-
даемыми значениями. Для 1990–1996 гг. оценки сделаны по официальным
данным, а с 1997 г. — по данным обследований населения по проблемам за-
нятости. Разница между оценками, полученными по модели МНК и модели с
фиксированными эффектами, весьма значительна. Хотя оценки, построенные
для общей доли занятых в сфере услуг, показали, что к 1996 г. отставание в
развитии услуг было уже ликвидировано, результаты оценивания для отдель-
ных сервисных отраслей свидетельствуют, что задача реструктуризации
внутри сферы услуг будет оставаться актуальной и в ближайшие годы.
Доля занятости в торговле продолжает оставаться очень низкой по между-
народным стандартам, хотя в последние годы разрыв постоянно сокращал-
ся. Доля транспорта была выше нормы на момент начала реформ и не де-
монстрирует никаких признаков снижения в переходный период. По нашему
мнению, для России в определенном смысле естественно иметь "избыточ-
ную" занятость в транспортных услугах по причине большой площади тер-
ритории и концентрации природных ресурсов в восточной части страны при
том, что основные потребители этих ресурсов сосредоточены в европейской
части страны и за рубежом. Любопытно было обнаружить, что доля занятых
в бизнес-услугах превышала норму в 1990 г. и продолжала снижаться в те-
чение всего переходного периода. Подобная динамика маскирует две про-
тивоположных тенденции внутри этой отрасли: резкое снижение занятости в
науке и научном обслуживании, с одной стороны, и стремительный рост за-
нятости в финансовой сфере, банках и операциях с недвижимостью — с
другой. Имеющиеся данные не позволяют отделить "классические" бизнес-
услуги от научной деятельности.
Согласно официальным оценкам, в социальных услугах занят меньший про-
цент работников, чем ожидается на основе международных сопоставлений.
Однако, эти данные не включают занятых в вооруженных силах и других ин-
формационно закрытых секторах. Для того, чтобы выяснить, какие из более
узко выделенных видов деятельности (образование, здравоохранение, госу-
дарственное управление) вносят основной вклад в это отрицательное откло-
нение, необходимо дополнительное исследование. Также требует дополни-
тельного исследования вопрос о причинах столь больших различий между
официальными оценками занятости в социальных услугах и оценками, полу-
ченными по данным обследований населения по проблемам занятости.
37
4. МАКРОЭКОНОМИКА РОСТА СФЕРЫ УСЛУГ



Таблица 9. Отклонения для отдельных подотраслей

Торговля Транспорт
Ожидаемая доля Ожидаемая доля
Фактическая




Фактическая
Год
доля




доля
МНК ФЭ МНК ФЭ



1990 8.2 19.6 9.9 7.7 4.5 7.8
1991 8.2 18.6 9.6 7.8 4.5 7.9
1992 8.3 17.1 8.7 7.8 4.9 8.1
1993 9.5 17.1 9.2 7.6 4.8 8.2
1994 10.0 16.8 9.4 7.8 5.0 8.3
1995 10.6 17.6 10.2 7.9 5.1 8.4
1996 10.9 18.0 10.5 7.9 5.3 8.6
1997 13.0 18.5 13.0 9.2 6.4 8.0
1998 13.3 19.2 13.6 9.2 6.4 8.2
1999 13.3 18.5 13.5 9.1 6.4 8.1


Бизнес-услуги Социальные услуги
Ожидаемая доля Ожидаемая доля
Фактическая




Фактическая




Год
доля




доля




МНК ФЭ МНК ФЭ



1990 8.5 5.7 7.6 19.1 31.6 24.1
1991 8.8 5.5 7.3 19.5 28.0 23.9
1992 8.4 5.4 6.8 19.8 20.9 22.1
1993 8.5 5.2 6.6 20.0 24.9 23.2
1994 7.9 5.8 6.4 21.2 24.3 23.4
1995 8.1 6.2 7.1 22.3 21.8 23.6
1996 7.7 6.5 7.7 24.1 21.4 23.8
1997 4.6 6.4 7.1 31.0 24.7 26.7
1998 4.6 6.2 6.8 31.9 26.0 27.0
1999 4.3 6.3 6.9 32.1 26.5 27.4
38 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА В СФЕРЕ УСЛУГ

В этом разделе исследуются различные аспекты отраслевого перераспре-
деления рабочей силы на уровне индивидуальных поведенческих реакций.
В частности, мы рассматриваем различия в характеристиках рабочей силы и
условиях труда между сервисным и товаропроизводящим секторами (а так-
же внутри сервисного сектора между отдельными отраслями и видами дея-
тельности), демографические профили приходящих на новую работу в сер-
висном секторе и увольняющихся из него, причины индивидуальных реше-
ний перехода на работу в сферу услуг.


5.1. Описание данных

В этом разделе используются данные 1994–2000 гг. Российского лонгитьюд-
ного мониторингового обследования (Russian Longitudinal Monitoring Survey
— RLMS). В основе обследования лежит общенациональная выборка. От-
раслевые коды были составлены К. Сабирьяновой и предоставлены David-
son Data Center and Network Института Уильяма Дэвидсона при Мичиганском
университете.
Выборка состоит из наемных работников, самозанятых, временно отсут-
ствующих на работе и незанятых. Первые три группы далее называются
занятыми7. Категория незанятых включает как безработных, так и эконо-
мически неактивных граждан. Особое внимание к структурным измене-
ниям заставило нас исключить работников моложе 15 лет и работников
пенсионного возраста (женщин старше 55 лет и мужчин старше 60 лет).
Это было сделано с целью максимально сократить влияние эффекта
ухода на пенсию и возможного возвращения пенсионеров в ряды рабо-
тающих. Размер выборки составил в 1994 г. 6402 чел. (в т.ч. занятых
4535 чел.), в 1996 г. — 5952 чел. (занятых — 4042), в 1998 г. — 6220 чел.
(занятых — 3938), и в 2000 г. — 6552 чел. (занятых — 4213). Хотя RLMS
проводилось и в 1995 г., данные этого раунда не использовались, чтобы
обеспечить равные двухгодичные промежутки между соседними раунда-
ми. Для анализа мобильности рабочей силы нами были построены три
совмещенных выборки, которые состояли из респондентов, участвовав-
ших двух последовательных раундах. Размеры совмещенных выборок
составили в 1994–1996 гг. — 4101 чел. (из них 849 сменивших место ра-
боты или статус занятости), в 1996–1998 гг. — 4308 чел. (840 сменивших
место работы или статус занятости), и в 1998–2000 гг. — 4705 чел. (1147
сменивших место работы или статус занятости).

7
Учитывалось только место основной работы, вторичная занятость и случайные при-
работки не рассматривались.
39
5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА В СФЕРЕ УСЛУГ



С 1994 г. российский рынок труда претерпел значительную отраслевую
реструктуризацию (см. табл. 10). К 1998 г. доля занятых в сельском хозяй-
стве снизилась на 1.4%, сокращение доли занятых в промышленности бы-
ло еще более значительным и составило 4%, в то же время доля занятых
в сфере услуг выросла на 4.8%. После финансового кризиса 1998 г. темпы
роста занятости в сфере услуг замедлились и стали ниже темпов роста
занятости в сельском хозяйстве. В результате доля занятых в сфере услуг
в 2000 г. незначительно снизилась. В промышленности увеличение произ-
водства после кризиса не сопровождалось ростом занятости, а было дос-
тигнуто за счет увеличения производительности труда. Внутри сферы ус-

Таблица 10. Распределение занятости по отраслям (% общей численности занятых),
RLMS

1994 г. 1996 г. 1998 г. 2000 г.
Сельское и лесное хозяйство 11.5 11.3 9.9 10.1
Промышленность 35.7 33.2 32.4 31.6
Добыча и перерабатывающая про-
мышленность 27.9 26.4 26.0 25.2
Строительство 7.8 6.8 6.4 6.4
Сфера услуг 50.5 53.2 55.6 55.3
Транспорт 6.5 6.1 6.4 6.4
Связь 1.1 1.3 1.1 1.0
Торговля 8.1 7.9 8.7 10.1
Коммерция 2.6 3.8 3.8 4.3
ЖКХ 4.3 4.5 5.0 5.0
Здравоохранение 7.0 7.6 8.5 7.8
Образование 9.7 9.7 10.0 9.8
Культура 1.4 1.7 2.1 2.0
Наука 2.5 1.6 1.5 1.3
Финансы 1.2 1.4 1.4 1.1
Управление 2.4 2.7 2.7 2.5
Общественная безопасность 3.9 4.8 4.4 4.2
Прочие виды деятельности 0.9 1.4 1.3 1.7
Пропущенные значения 1.4 0.8 0.8 1.3
Всего 100.0 100.0 100.0 100.0
Число опрошенных 4894 4382 4248 4508

Примечание: В соответствии с ОКОНХ.
40 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



луг наиболее высокие темпы роста занятости наблюдались в торговле,
коммерции8, жилищно-коммунальном хозяйстве и правоохранительных ор-
ганах; самое большое снижение занятости было зарегистрировано в сфе-
ре научного обслуживания.
Распределение занятости по отраслям, полученное на основе RLMS, отли-
чается от официальных оценок (см. табл. 1): доля занятых в сфере услуг в
среднем на 2–3% выше, а доли сельского хозяйства и промышленности ни-
же, чем в официальных оценках. Эти расхождения могут связаны с большей
распространенностью теневой деятельности в сфере услуг, которая усколь-
зает от официальной статистики и неверно дооценивается при расчете
официальных оценок. Неофициальный характер RLMS дает возможность
лучше учитывать незарегистрированных работников. Кроме того, более вы-
сокие доли занятых в сельском хозяйстве в данных Госкомстата отчасти
объясняются завышенными официальными оценками занятости в крестьян-
ских фермерских хозяйствах.
Табл. П12 иллюстрирует различия в характеристиках работников в товарном
и сервисном секторах. Работники сферы услуг в среднем моложе, более об-
разованы, чем занятые в сельском хозяйстве и промышленности. Кроме то-
го, среди занятых в сфере услуг больше женщин и городских жителей. Бо-
лее высокий процент работающих в сфере услуг занимает посты руководи-
телей, специалистов и служащих, в то время как рабочие места в товарном
секторе представлены в основном профессиями рабочих, операторов,
сборщиков и неквалифицированных рабочих.
Характеристики работников варьируют и внутри самой сферы услуг между
различными ее отраслями (табл. П13 Приложения). Прежде всего резкие
различия характерны для гендерного состава. Женщины преобладают в
здравоохранении, образовании, финансах и страховании, сфере государст-
венного управления и в отрасли связи. Мужчины доминируют в правоохра-
нительной сфере и на транспорте, а также в сельском хозяйстве и промыш-
ленности. Только в жилищно-коммунальном хозяйстве и в науке доли муж-
чин и женщин приблизительно равны. В течение 1994–2000 гг. гендерный
состав отраслей сферы услуг не оставался постоянным. Существенное уве-
личение доли женщин произошло в коммерции, связи, торговле и здраво-
охранении. Доля мужчин возросла в культуре, финансах, а также в промыш-
ленности. При этом численность мужчин, занятых в сфере услуг, росла бо-

8
В соответствии с ОКОНХ, общая коммерческая деятельность по обеспечению рынка
(сокращенно, коммерция) включает операции с недвижимостью, посреднические ус-
луги при купле-продаже товаров, ценных бумаг и другие посреднические услуги не-
финансового характера, сдача в наем без выраженной специализации, юридические и
аудиторские услуги, маркетинговые исследования и рекламу, консалтинговую дея-
тельность и т.п.
41
5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА В СФЕРЕ УСЛУГ



лее медленными темпами, чем численность женщин, занятых в этом секто-
ре, поэтому в целом доля мужчин, занятых в сфере услуг, постоянно сокра-
щалась в течение всего рассматриваемого периода
Хотя средний возраст работников почти одинаков во всех секторах, возрас-
тной состав по отраслям внутри сферы услуг неоднороден. Вновь возник-
шие или возродившиеся отрасли, ориентированные на рынок, такие как тор-
говля, коммерция и финансы, отдают предпочтение более молодым работ-
никам, чьи навыки и знания более адекватны рыночной экономике. В науке
средний возраст работников является самым высоким из всех отраслей
сферы услуг, к тому же, он увеличивался в 1990-е годы. Именно среди заня-
тых в науке была зафиксирована самая низкая доля молодых работников и
самая высокая доля работников старшего возраста. В 1994–2000 гг. наи-
больший приток молодых кадров наблюдался в торговле, культуре и связи,
в то же время в финансах доля молодых работников постоянно сокраща-
лась.
Что касается образования, то в промышленности и, в еще большей степе-
ни, в сельском хозяйстве работники с низким уровнем образования со-
ставляют значительно больший процент, чем в сфере услуг. Внутри сферы
услуг наиболее низкие требования к образованию работников предъявля-
ют ЖКХ, связь и транспорт. Наоборот, в социальных услугах процент ра-
ботников с низким уровнем образования очень низок. В 1994–2000 гг. доля
работников, не имеющих законченного среднего образования, существен-
но снизилась, что связано, прежде всего, с уходом на пенсию лиц из стар-
ших возрастных групп, которые обычно менее образованы, чем более мо-
лодые работники. Сфера услуг является главным работодателем для ра-
ботников с высшим образованием. Внутри сферы услуг самый высокий
уровень образования характерен для науки, образования, финансов и го-
сударственного управления.


5.2. Трудовая мобильность

Быстрое перераспределение рабочей силы в пользу услуг возможно лишь в
том случае, если оно сопровождается интенсивной трудовой мобильностью.
В табл. 11 показано распределение населения в трудоспособном возрасте
по статусу занятости. В этой группе населения доля занятых в промышлен-
ности снизилась с 26.2% в 1994 г. до 20.6% в 2000 г. Вместе с тем, увеличи-
валась как доля занятых в сфере услуг, так и доля незанятого населения.
Доля занятых в сельском хозяйстве сокращалась до 1998 г., затем немного
возросла.
В самом первом приближении возможны два объяснения описанных тен-
денций. Первое объяснение состоит в том, что работники, уволенные из
42 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



промышленности и сельского хозяйства, оказались в категории незанятых
среди безработного или неактивного населения. Их предприятия либо со-
всем закрылись, либо прекратили нанимать новых работников взамен уво-
лившихся. Учитывая, что результаты в табл. 11 охватывают только трудо-
способное население, то вариант с уходом работников в состояние незаня-
тости является особенно негативным. Второе объяснение предполагает, что
работники, уволенные из промышленности и сельского хозяйства, нашли
новые рабочие места в сфере услуг, а впервые ищущие работу стали выхо-
дить на рынок труда в более позднем возрасте в связи с продолжением об-
разования. В этом случае должны были бы возрасти как доля занятых в
сфере услуг, так и доля незанятого населения. Второе объяснение отражает
вариант успешного перераспределения рабочей силы.

Таблица 11. Распределение населения в трудоспособном возрасте, %

1994 г. 1996 г. 1998 г. 2000 г.

Сельское хозяйство 8.5 8.1 6.7 6.9

Промышленность 26.2 23.4 20.8 20.6

Сфера услуг 35.8 36.0 35.4 36.1

Незанятость 29.5 32.5 37.1 36.4

Всего 100 100 100 100

N 6274 5853 6134 6415


Для того, чтобы ответить на вопрос о характере трудовой мобильности в
России, мы рассчитали вероятности переходов между промышленностью,
сельским хозяйством, сферой услуг и состоянием незанятости. На рис. 3–5
показаны соответствующие потоки для 1994–2000 гг. Выборка по-
прежнему ограничена населением в трудоспособном возрасте. Вероятно-
сти рассчитаны для двухлетних периодов. Прежде чем обратиться к обсу-
ждению результатов, необходимо сделать одно замечание. Поскольку вы-
борки совмещались по раундам с двухгодичными промежуткам, то рассчи-
танные показатели трудовой мобильности отражают изменения на ноябрь
текущего года по сравнению с ноябрем двумя годами ранее. У нас нет ни-
какой информации о том, что действительно происходило в течение этих
двух лет. Поэтому наши показатели не учитывают краткосрочные измене-
ния статуса и дают заниженные оценки масштабов трудовой мобильности
по тем рабочим местам, на которых респонденты трудились менее двух
лет. Наиболее существенно это обстоятельство может исказить оценки
трудовой мобильности молодых работников, которые чаще меняют работу,
43
5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА В СФЕРЕ УСЛУГ




0.005 Промыш-
С/х
ленность
0.678 0.119
0.122 0.662
0.014
(426)
(1139)
0.135
0.098
0.079


Услуги
0.052 0.044
0.694
(1434)
0.134
0.134 0.036
0.087
0.179
0.117


Незанятые
0.698
(1060)


Рис. 3. Межсекторная мобильность в России, ноябрь 1994 г.– ноябрь 1996 г.




0.003 Промыш-
С/х
ленность
0.676
0.700
0.023
(389)
0.095 (1034) 0.085
0.004 0.120 0.076


Услуги 0.033
0.064
0.712
(1546) 0.135
0.022
0.141 0.081
0.131 0.158


Незанятые
0.739
(1298)


Рис. 4. Межсекторная мобильность в России, ноябрь 1996 г. – ноябрь 1998 г.
44 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ




Промыш-
0.006
С/х
ленность
0.705 0.699
0.023 0.110
(352)
0.085 (994)
0.007 0.084
0.122


0.054
Услуги
0.040
0.711
(1675)
0.035 0.102
0.148 0.088
0.107 0.170


Незанятые
0.707
(1638)


Рис. 5. Межсекторная мобильность в России, ноябрь 1998 г. – ноябрь 2000 г.


и для безработных, поскольку период безработицы обычно продолжается
менее двух лет9.
Результаты показывают значительную стабильность всех четырех состоя-
ний, поскольку самые большие вероятности имеет опция "продолжить рабо-
ту на том же самом месте" или "остаться в состоянии незанятости". Напри-
мер, рис. 3 показывает, что из числа тех, кто был занят в сфере услуг в но-
ябре 1994 г., 69.4% трудились на том же рабочем месте двумя годами поз-
же, 13.5% перешли на новое место работы в сфере услуг, 11.7% выбыли из

9
Для того, чтобы приблизительно оценить насколько велика ошибка для работ, продол-
жавшихся менее 12 месяцев, мы сравнили одно- и двухгодичные показатели мобильно-
сти, используя волну RLMS 1995 г. Среди тех, кто сменил работу в 1995 г., 29% еще раз
поменяли место работы в 1996 г., а 15% перешли в состояние незанятости. Если пока-
затели мобильности рассчитываются на двухлетней основе, то смена места работы по-
следней группой не учитывается. Среди тех, кто имел работу в 1994 г., но оказался без
работы в 1995 г., 62% так оставались незанятыми в 1996 г., а 38% нашли работу в
1996 г. Если показатели мобильности рассчитываются на двухлетней основе, то вре-
менная незанятость индивидов из последней группы не учитывается. Для лиц, впервые
выходящих на рынок труда либо возвращающихся на рынок труда после длительной
незанятости, вероятность иметь стабильные рабочие места особенно низка. Среди тех,
кто не имел работы в 1994 г., но получил работу в 1995 г., к ноябрю 1996 г. лишь 47%
сохранили эти места, тогда как 25% повторно сменили место работы, а 28% вернулись в
состояние незанятости. Если показатели мобильности рассчитываются на двухлетней
основе, то большая часть этих перемещений никак не учитывается.
45
5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА В СФЕРЕ УСЛУГ



состава занятого населения, 4.4% нашли новую работу в промышленности и
1% — в сельском хозяйстве. В 1996–2000 гг. трудовая мобильность несколь-
ко снизилась во всех секторах, включая сферу услуг. На протяжении всего
периода с 1994 по 2000 г. сфера услуг продолжала оставаться наиболее
стабильным сектором: доля сохранивших свои рабочие места была здесь
постоянно выше, чем в промышленности или сельском хозяйстве. Боль-
шинство из уволившихся находили новую работу в той же сфере услуг. Од-
нако, важно заметить, что во всех секторах наблюдались как увольнение,
так и наем работников, причем достаточно высокий оборот рабочей силы
наблюдался даже в стагнирующих секторах. Поскольку смена места работы
обычно не сопровождалась изменением сектора занятости, то главной при-
чиной изменений в отраслевой структуре занятости являлись различия ме-
жду секторами в разнице между количеством ушедших из данного сектора в
состояние незанятости и количеством вновь нанятых работников из числа
впервые ищущих работу.
Следующим шагом было разделение сферы услуг на 12 отраслей и анализ
оборота рабочей силы в каждой из них. Мы отдельно рассматривали тен-
денции увольнений, найма и оборота рабочей силы. Табл. П14–П16 в
Приложении демонстрируют неоднородность оборота рабочей силы внут-
ри сервисного сектора: в одних отраслях занятость увеличивалась, в дру-
гих сокращалась. Все показатели в таблицах даны в процентах к числен-
ности занятых на начало соответствующего двухлетнего периода. Резуль-
таты показывают, что постоянное снижение численности занятых на про-
тяжении рассматриваемых шести лет наблюдалось лишь в науке и связи.
Постоянный прирост занятости наблюдался в сфере государственного
управления, ЖКХ и культуре. В остальных отраслях динамика занятости
была непостоянной.
В 1994–1996 гг. падение занятости отмечалось в 5 из 12 сервисных отрас-
лей. Оно варьировало от 2.7% в здравоохранении до 22.5% в науке. Наи-
высшие темпы роста были зафиксированы в коммерции и финансах. Наи-
более интенсивный наем был характерен для отраслей с увеличением заня-
тости, а наименее интенсивный — для отраслей, в которых занятость сни-
жалась. Например, в коммерции за 1994–1996 гг. было нанято почти столько
же работников, сколько было занято в этой отрасли в 1994 г. В целом, все
сервисные отрасли, за исключением науки, проявляли высокую активность в
привлечении новых работников, однако в отраслях, где занятость снижа-
лась, вновь принятые работники лишь компенсировали только часть уво-
ленных. Показатель валового оборота характеризует масштабы общего пе-
рераспределения рабочей силы. Беспрецедентный по мировым стандартам
валовой оборот наблюдался в торговле и коммерции, в то же время в бюд-
жетных отраслях (здравоохранении, науке, образовании) оборот был мини-
мален.
46 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



В 1996–1998 гг. спад распространился на 6 из 12 отраслей. Его размеры
составили от 4.5% в финансах до 11.7% в науке. В финансах занятость
резко упала после банкротства нескольких крупных банков и сокращения
найма в оставшихся банках после кризиса августа 1998 г.: показатели
найма резко сократились по сравнению с предшествующим периодом.
Высокие показатели увольнений отмечались в коммерции и связи. В
коммерции снижение занятости происходило на фоне высокого валового
оборота и было вызвано, прежде всего, резким снижением коэффициен-
тов найма. Список прогрессировавших отраслей возглавили здравоохра-
нение и культура, но темпы роста занятости в этих отраслях были значи-
тельно ниже, чем у лидеров прошлого периода. Валовой оборот остался
на высоком уровне, но стал более равномерным (40–50%), за исключе-
нием торговли и коммерции, где он продолжал оставаться крайне
высоким.
В 1998–2000 гг. падение занятости отмечалось в 5 отраслях, и нулевые тем-
пы роста — в двух других отраслях (на транспорте и в науке). Снижение за-
нятости было незначительным во всех секторах кроме отрасли финансов
(–18%), на которой продолжали сказываться последствия финансового кри-
зиса. Начавшийся экономический рост дал мощный толчок развитию тор-
говли и коммерции, занятость в которых увеличилась на 13.9% и 15.6%, со-
ответственно. Валовой оборот рабочей силы не продемонстрировал призна-
ков сколько-нибудь существенного снижения.
Табл. 12 проливает свет на источники пополнения кадров различных отрас-
лей сферы услуг. Хотя основную часть вновь принятых составляют те, кто
прежде имел работу, доля вновь принятых из числа впервые ищущих рабо-
ту, постоянно росла с 32.3% в 1994–1996 гг. до 42.4% в 1998–2000 гг. Среди
подотраслей сферы услуг незанятость была основным "поставщиком" кад-
ров для торговли, образования, связи и коммерции. Переход с одного места
работы на другое (job-to-job) были наиболее характерны для науки, финан-
сов, здравоохранения и транспорта. Эти результаты еще раз демонстриру-
ют снижающийся вклад трудовой мобильности типа "job-to-job" в реструкту-
ризацию занятости.


5.3. Детерминанты трудовой мобильности

Теоретическая модель. Предлагаемая простейшая модель принятия ре-
шений о мобильности базируется на принципе максимизации полезности
путем поиска в процессе работы (on-the-job-search). Решения о смене мес-
та работы зависят от динамики заработной платы на текущем месте рабо-
ты, а также от потока предложений о работе со стороны. Наша модель ба-
зируется на работах Earle (1997), Boeri, Flinn (1999), Lehmann, Wadsworth
(2000).
47
5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА В СФЕРЕ УСЛУГ



Таблица 12. Источники занятости в подотраслях сферы услуг

Другая
Та же Другие
подотрасль Незанятость
подотрасль отрасли Общее
сферы услуг
число
В % к числу нашедших работу в соответствующей
подотрасли с ноября 1994 г. по ноябрь 2000 г.

Транспорт 35.7 15.3 19.7 29.3 157
Связь 25.0 12.5 25.0 37.5 24
Торговля 27.6 13.5 16.3 42.5 416
Коммерция 12.9 29.3 21.1 36.7 147
ЖКХ 21.5 15.1 34.3 29.1 172
Здравоохранение 37.1 16.2 9.6 37.1 197
Образование 31.4 13.6 13.6 41.4 220
Культура 30.2 25.4 11.1 33.3 63
Наука 58.8 17.6 23.5 0.0 17
Финансы 39.5 23.7 15.8 21.1 38
Управление 30.1 21.9 19.2 28.8 73
Общественная
безопасность 35.1 19.6 14.4 30.9 97
Всего, % 29.3 17.1 17.8 35.8 100.0
N 475 277 289 580 1621


Предположим, что в экономике существует три сектора: сельское хозяйство,
промышленность и сфера услуг. Сектора отличаются друг от друга по своим
производственным потенциалам, fi = fi (t, ?it), где ?it — это внешнее шоковое
воздействие на все фирмы сектора i в период времени t. Обозначим через
yi (X, T; Z) производительность труда рассматриваемого работника в секторе
i и предположим, что она распределена на единичном интервале [0;1]. Про-
изводительность является функцией от индивидуальных характеристик ра-
ботника (Z), стажа работы на данном рабочем месте (T) и общего стажа ра-
боты в данном секторе (X). Правила принятия решения являются статиче-
скими в том смысле, что при сравнении различных альтернатив в расчет
принимаются лишь выгоды, получаемые в текущем периоде, а не совокуп-
ные ожидаемые выгоды за весь жизненный цикл. Использование статичных
правил принятия решений можно оправдать двумя причинами. Во-первых, в
условиях быстрых изменений ситуации в период перехода к рынку люди мо-
48 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



гут быть не в состоянии предсказать вероятности будущих исходов, а сле-
довательно, и будущие изменения в заработной плате. Во-вторых, в усло-
виях высокой инфляции, которая имела место в большинстве бывших со-
циалистических стран в начале переходного периода, людям требовалось
бы использовать настолько высокие ставки дисконтирования, что будущие
доходы имели бы чрезвычайно низкие веса. Таким образом, статичные пра-
вила хорошо аппроксимируют реальный процесс принятия решений во вре-
мя переходного периода.
Работник, занятый в секторе i в период t, получает заработную плату (wi),
задаваемую следующим уравнением:

wi = yi (X, T; Z) fi (t, ?it) + ?, (4)

где ? есть доплата за соответствие (match) работника его текущему месту
работы. Предполагается, что величина ? положительна для хороших соот-
ветствий и отрицательна для плохих. Иными словами, работодатели стиму-
лируют к увольнению плохо подходящих им работников путем выплаты бо-
лее низкой заработной платы и, наоборот, хорошо подходящих работников
"прикрепляют" к рабочим местам более высокими заработками. Величина
доплаты за соответствие предполагается неизвестной ex ante. Работник
должен проработать с новым работодателем, по крайней мере, один пери-
од, чтобы определить, насколько работник и работодатель подходят друг
другу.
За исключением различий, ведущих к вариации в производительности труда
у, все кандидаты на вакантные рабочие места совершенно аналогичны для
работодателя и ожидаемое значение ? равно нулю. Поэтому величина зара-
ботной платы (wj), предлагаемая работнику другой фирмой, равна:
wj = yj (X, 0; Z) fj (t, ?jt). (5)
Наше последнее предположение касается издержек, связанных с мобильно-
стью. Такие издержки могут включать затраты на поиск работы, на переезд к
новому месту жительства, на получение дополнительного образования и т.п.
Поскольку при переезде в другой регион респодент больше не участвует в
RLMS, то издержки межрегиональной мобильности в исследовании учесть
невозможно, а все остальные издержки, связанные с мобильностью, скорее
всего, очень невелики. Поэтому мы предполагаем, что мобильность не со-
провождается какими-либо издержками.
Решение принимается в конце периода (t – 1). Работник имеет две альтер-
нативы: (1) остаться с прежним работодателем либо (2) уволиться и начать
работу на новом рабочем месте. Решение происходит на основе простого
сравнения заработной платы при стаже T на текущем месте работы и зара-
ботной платы на новом месте работы со стажем, равным нулю. Вероятность
49
5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА В СФЕРЕ УСЛУГ



принятия внешнего предложения о работе равна:
Pr {wj – wi > 0} = =Pr {yj (X, 0; Z) fj (t, ?jt) – yi (X, T; Z) fi (t, ?it) – ? > 0}. (6)
Сначала рассмотрим случай, когда смена места работы не влечет за со-
бой изменение сектора занятости, т.е. i = j. Модель предсказывает, что
смена места работы внутри одного сектора возможна при отрицательном
эффекте стажа на текущем месте работы (при этом он необязательно
должен быть отрицателен для всех уровней стажа; возможна также не-
линейная зависимость заработка от стажа, когда эффект стажа стано-
вится отрицательным начиная с некоторого уровня) или если оказалось,
что работник плохо подходит его теперешнему работодателю. Вероят-
ность межсекторной мобильности возрастает при росте производитель-
ности труда или производственного потенциала принимающего сектора,
при сокращении производительности труда или производственного по-
тенциала оставляемого сектора, а также по мере ухудшения качества
соответствия работника месту работы.

Спецификация эконометрической модели. Наша эмпирическая стратегия
состоит в оценивании мультиномиальной логит модели межсекторной мо-
бильности как функции производительностей труда, производственных по-
тенциалов и качества соответствия между работником и конкретным рабо-
тодателем. Зависимая переменная принимала одно из четырех значений:
(1) продолжать работать на том же месте; (2) найти новую работу в сель-
ском хозяйстве; (3) найти новую работу в промышленности; (4) найти новую
работу в сфере услуг. На данном этапе выборка ограничена теми, кто вооб-
ще не менял места работы (stayers), либо перешел на другое место работы,
минуя состояние незанятости (job-to-job movers).
Предполагается, что индивидуальная производительность труда в каждом
секторе определяется возрастом, полом, образованием, стажем работы на
данном месте и наличием опыта работы в принимающем секторе. Однако в
анкете не содержалось прямого вопроса о количестве лет работы в каждом
секторе, поэтому мы заменили эту переменную на переменную, характери-
зующую оставляемый сектор. В отношении направлений влияния указанных
факторов выдвигались следующие гипотезы. С возрастом увеличивается
вероятность сохранить имеющуюся работу. Переменная квадрата возраста
была включена с тем, чтобы выявить возможность нелинейность этой зави-
симости. Ожидается, что с увеличением стажа трудовая мобильность будет
снижаться. Что касается образования, то работники с более высоким уров-
нем образования имеют лучшие перспективы трудоустройства, особенно в
растущих секторах, но в то же время для них ниже вероятность быть уво-
ленными с текущих мест работы при сокращении штатов. К сожалению,
RLMS не позволяет построить переменную, которая отражала бы изменения
50 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



в размерах производственного потенциала каждого из секторов. Поэтому мы
использовали данные Госкомстата по региональным индексам промышлен-
ного и сельскохозяйственного производства, взятые из Госкомстат (1999).
Согласно теории соответствия работника месту работы (job-matching theory),
лица, меняющие место работы, должны приходить из нижней части распре-
деления заработной платы, где концентрируются работники, плохо подхо-
дящие своим текущим работодателям. Достоинством RLMS является нали-
чие информации о заработках респондента. Однако проблема состоит в
том, что значительная часть работающих респодентов по тем или иным
причинам отказывается или затрудняется сообщить размеры своей зара-
ботной платы. В частности, в нашей выборке по 30% работающих респон-
дентов (4868 из 16730 чел.) отсутствует информация о заработках. К сожа-
лению, распределение отсутствующих значений заработка не является слу-
чайным. Оценка соответствующей логит модели показала, что вероятность
отказа от ответа статистически значимо зависит от возраста, пола, региона
проживания, профессии, отрасли занятости, места жительства респонден-
тов и наличия задержек заработной платы. Чтобы преодолеть эту проблему,
работающим респондентам, отказавшимся или затруднившимся сообщить
размеры собственных заработков, были присвоены значения заработной
платы на основе совмещения (matching procedure) их характеристик с харак-
теристиками тех индивидов, по которым имеется информация по заработ-
ной плате. Поиск совпадающих индивидов велся по следующим парамет-
рам: год, регион проживания, пол, отрасль (25 категорий), род занятий
(10 категорий) и наличие/отсутствие задержек заработной платы. Респон-
дентам с пропущенными заработками были присвоены значения заработной
платы, равные средним для остальных респодентов с аналогичными харак-
теристиками. Таким образом, нам удалось устранить 63% пропущенных зна-
чений. Затем нами были рассчитаны индексы заработной платы (отдельно
по каждому раунду) как отношение индивидуальной заработной платы рес-
пондента к средней заработной плате с учетом статуса занятости.
Региональные переменные и место жительства характеризуют состояние и
перспективы местного рынка труда. Учет данного фактора особенно важен
для России, где, как известно, межрегиональная мобильность очень мала. В
выборке RLMS были выделены 8 регионов: Москва и Санкт-Петербург, Се-
верный и Северо-западный регион, Поволжье, Урал, Восточная Сибирь и
Дальний Восток, Северный Кавказ, Западная Сибирь и Центральный регион.
Эти регионы очень сильно различаются между собой по отраслевой струк-
туре, уровню доходов, темпам роста и т.п. Очевидно, что уровень добро-
вольных увольнений зависит от ситуации на местном рынке труда, т.е. на-
личия альтернативных вариантов трудоустройства. В частности, городские
жители имеют доступ к большему количеству вакансий, в то время как сель-
ские жители нередко "привязаны" к единственному работодателю в окрест-
51
5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА В СФЕРЕ УСЛУГ



ности. Изменения в ситуации на местных рынках труда отражаются также в
динамике региональных уровней безработицы. Данные по региональным
уровням безработицы по областям за 1994, 1996, 1998 гг. (в соответствии с
методологией МОТ) взяты из сборника Госкомстат (2001b).
Индивидуальная заработная плата зависит также от шоков, переживаемых
конкретным предприятием. RLMS содержит ограниченный список перемен-
ных, характеризующих предприятие, на котором работает респондент, сре-
ди которых наиболее приемлемыми для целей нашего исследования явля-
ются форма собственности и размеры предприятия. Переменная собствен-
ности принимала значение, равное единице, в том случае, если респондент
является владельцем или совладельцем предприятия, на котором он рабо-
тает. Aghion, Blanchard (1994) и Blanchard (1997) показали, что высокая без-
работица может спровоцировать сопротивление реструктуризации путем
поддержания избыточной занятости на государственных и приватизирован-
ных предприятиях. Поскольку инсайдерская власть может быть использова-
на для предотвращения сокращения численности работников, то владение
акциями предприятия должно привести к увеличению вероятности сохране-
ния места работы.

Результаты оценивания представлены в табл. 13. Они показывают, что
основными факторами мобильности являются низкое качество соответствий
между работником и работодателем, эффект стажа и сегментация на рынке
труда.
Возраст не влияет на вероятность перехода ни в один из секторов. Стаж ра-
боты оказался более важной переменной, чем возраст. Зависимость между
стажем и мобильностью также нелинейна и значима для всех исходов. Ве-
роятность увольнения уменьшается по мере увеличения стажа работы, и
лишь после 20 лет стажа эта зависимость меняет знак. Положительная
связь между стажем и вероятностью продолжить работу на том же месте со-
гласуется с выводами теории соответствия работника и места работы (job-
match theory) и гипотезой об использовании инсайдерской власти. Однако,
если стаж работы на данном предприятии превышает 20 лет, то вероят-
ность сохранить место работы становится ниже, чем вероятности найти ра-
боту в любом (!) другом секторе. Причиной такого изменения может быть ус-
таревание человеческого капитала и более низкая производительность тру-
да пожилых работников по сравнению с их молодыми коллегами. Нелиней-
ность зависимости между стажем на текущем месте работы и вероятностью
смены места работы также означает, что темпы роста заработной платы бу-
дут выше в первые годы работы на новом месте. Следовательно, работники
могут согласиться на предложение новой работы, даже если начальная за-
работная плата на новом месте ниже текущей, ожидая ускоренного роста
заработной платы в первые годы работы на новом месте.
52 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



Таблица 13. Результаты оценивания по мультиномиальной логит модели (с вменен-
ными заработками)

Сельское
Промышленность Услуги
хозяйство

Коефф-т t-стат. Коефф-т t-стат. Коефф-т t-стат.

Возраст 0.156 1.670 –0.003 –0.068 0.001 0.034

Квадрат возраста –0.002 –1.843 0.000 –0.206 0.000 –0.714

Стаж –0.143 –3.602 –0.180 –7.957 –0.152 –7.487

Квадрат стажа 0.004 2.839 0.004 5.725 0.003 4.562

Пол (мужской = 1) 0.347 1.120 0.566 3.986 0.211 1.876

Образование (опущено
начальное)

Неполное среднее –0.450 –0.539 0.560 0.738 –0.575 –1.021

Среднее –0.529 –0.616 0.335 0.444 –0.655 –1.172

Среднее специальное –0.473 –0.534 0.200 0.263 –0.610 –1.082

Высшее 0.338 0.344 0.108 0.140 –0.346 –0.603

Место жительства
(город = 1) –1.936 –4.313 0.570 2.644 0.694 4.383

Индекс заработной
–0.582 –2.799 –0.036 –0.533 –0.026 –0.513
платы

Задержки заработной
платы (да = 1) 0.447 1.670 –0.121 –1.013 0.017 0.183

Собственность –0.067 –0.268 –0.200 –1.325 0.042 0.305

Размер фирмы
(опущено <11)

11–50 –0.455 –1.555 –0.226 –1.055 –0.470 –3.299

51–100 –1.022 –2.514 –0.370 –1.532 –0.698 –4.136

101–1000 –0.287 –0.912 –0.254 –1.216 –0.720 –4.766

>1000 –0.608 –0.920 –0.116 –0.499 –0.913 –4.646
53
5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА В СФЕРЕ УСЛУГ



Окончание табл. 13

Сельское Промышленность Услуги
хозяйство

Коефф-т t-стат. Коефф-т t-стат. Коефф-т t-стат.

Сектор (опущено
сельское хозяйство)

Промышленность –1.638 –3.549 1.732 4.812 –0.040 –0.169

Услуги –1.352 –3.791 0.524 1.461 0.417 1.864

Уровень безработицы –0.053 –1.386 0.010 0.519 –0.023 –1.463

Индекс промышленного
–0.001 –0.067 0.001 0.171 –0.001 –0.335
производства

Индекс сельхоз.
0.000 0.041 –0.002 –0.364 0.003 0.705
производства

Константа –30.851 –2.427 –1.669 –0.315 –0.282

Число наблюдений = 5.474 Log likelihood = –3,353.9905

Wald chi2(106) = 11,523.97 Pseudo R2 = 0.1614

Примечание: Базовая группа — лица, не менявшие места работы. Регрессии также включали
дамми для регионов проживания и профессиональной принадлежности.


Гендерная переменная статистически значима только для промышленности.
Даже с учетом профессии мужчины имеют больше шансов, чем женщины,
найти работу в промышленности. Вместе с тем, пол не влияет на вероятно-
сти найти работу в сфере услуг и сельском хозяйстве. Это может служить
подтверждением того, что женщины испытывают дискриминацию при найме
на работу на промышленные предприятия. Влияние различий в уровне об-
разования на направления трудовой мобильности оказалось очень слабым.
Фактор места жительства (город или село) оказался важным для всех исхо-
дов. Городские жители имеют больше шансов найти новую работу в про-
мышленности и сфере услуг, чем заняться сельским хозяйством. Для сель-
ских жителей вероятность найти новую работу в промышленности и сфере
услуг ниже, чем вероятность сохранить текущее место работы, однако они
охотно соглашаются на новую работу в сельском хозяйстве. Последний вы-
вод отражает недостаток промышленных и сервисных вакансий в сельской
местности. Уровень безработицы в регионе не оказывает значимого влияния
на мобильность, отражая то обстоятельство, что большинство увольнений
происходит по собственному желанию.
54 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ



Вероятность сменить место работы снижается по мере увеличения заработ-
ной платы, однако этот эффект статистически значим лишь для сельского
хозяйства. Эти результаты согласуются с теорией соответствия работника
месту работы. Вариант найти новое место работы в промышленности или
сфере услуг часто является привлекательным для тех работников, чья за-
работная плата выше средней. С теорией соответствия работника месту ра-
боты согласуется и тот факт, что работники неохотно увольняются с более
крупных предприятий, которые с большей вероятностью могут предложить
карьерный рост и, следовательно, рост заработной платы. Как выяснилось,
владение акциями предприятия не является фактором, привязывающим ра-
ботников к занимаемым рабочим местам. Владение акциями не дает ника-
кой дополнительной инсайдерской власти.
И наконец, большинство переходов осуществляется внутри одного сектора.
Маловероятно, что рост производственного потенциала в одном секторе бу-
дет стимулировать переток туда работников из других секторов, точно также
вряд ли этот рост окажет влияние на мобильность внутри самих секторов.
Таким образом, работники нечувствительны даже к вполне предсказуемым
изменениям спроса на труд со стороны различных секторов экономики.



6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В течение 1990-х годов занятость в российской сфере услуг выросла весьма
значительно, несмотря на глубокий трансформационный кризис, который
потряс страну в эти годы. Этот рост занятости может быть интерпретирован
как переход от изначально деформированной отраслевой структуры к рав-
новесной структуре, отвечающей законам рыночной экономики. В 1990 г.
фактическая доля занятых в сфере услуг была примерно на 6% ниже нор-
мы, рассчитанной на основе международных сопоставлений, но уже к
1996 г. это отставание было практически устранено. Развитие сферы услуг в
России оказалось даже более динамичным, чем в большинстве других стран
бывшего соцлагеря. Однако, зависимость между успешностью реформ и
изменениями в отраслевой структуре экономики по-прежнему остается не-
ясной и требует дополнительного исследования.
При построении модели для измерения величины отставания российской
сферы услуг нами получено подтверждение гипотезы Баумоля–Фьюкса о
том, что главной причиной глобальной экспансии услуг являются более низ-
кие темпы роста производительности труда в этом секторе. Однако, эффект
дохода также имел значимое влияние на рост занятости в сфере услуг. В
отличие от предыдущих исследований, мы в явном виде включили в анализ
демографические переменные и переменные, характеризующие структуру
55
6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ



внешней торговли. При этом было выявлено, что дети являются скорее то-
варо-, чем услугоемкими: увеличение доли детей в общей численности на-
селения ведет к снижению занятости в сфере услуг. Пожилые люди, наобо-
рот, сравнительно услугоемки, и увеличение доли людей старше 65 лет спо-
собствует росту занятости в сфере услуг. Как показали результаты, на раз-
личных уровнях экономического развития динамика сервисной занятости
подчиняется различным правилам. В частности, эффект дохода наиболее
силен в группах стран с самым высоким и самым низким доходом на душу
населения, но практически не имеет влияния в странах со средним уровнем
доходов. Роль эффекта различий в темпах роста производительности труда
имеет тенденцию к снижению по мере роста реальных доходов. Нам не уда-
лось выявить положительное влияние роста уровня трудовой активности
женщин на развитие сферы услуг, которое отмечается рядом других иссле-
дователей.
В работе были более подробно проанализированы закономерности измене-
ния доли занятых в отдельных отраслях сферы услуг. Обнаруженные раз-
личия в детерминантах их развития наводят на мысль о том, что сфера ус-
луг как единое целое является слишком широкой категорией для серьезного
исследования. Оценки величины отставания для отдельных отраслей рос-
сийского сервисного сектора выявили значительный "излишек" рабочей си-
лы в сфере социальных услуг, а также в отрасли транспорта и связи. В то же
время относительно слаборазвитыми продолжают оставаться торговля и
бизнес-услуги. Эти результаты означают, что в ближайшие годы перед орга-
нами, вырабатывающими политику занятости, будет стоять задача реструк-
туризации занятости внутри самой сферы услуг.
Быстрое перераспределение трудовых ресурсов в пользу услуг возможно
лишь в том случае, если оно опосредовано интенсивной трудовой мобиль-
ностью. Эмпирический анализ, проведенный на основе данных обследова-
ния домашних хозяйств, показал, что несмотря на увеличение трудовой мо-
бильности в целом, чаще всего смена работы не сопровождалась измене-
нием сектора занятости. Поэтому главной причиной изменений в отраслевой
структуре занятости являлись различия между секторами в разнице между
количеством ушедших из данного сектора в состояние незанятости и коли-
чеством вновь нанятых работников из числа впервые ищущих работу.
Результаты эконометрического анализа межотраслевой мобильности пока-
зывают, что основными факторами мобильности являются низкое качество
соответствий между работником и работодателем, эффект стажа и сегмен-
тация на рынке труда. В частности, вероятность найти новую работу в сфе-
ре услуг выше у жителей городов и тех, кто уже имеет опыт работы в этом
секторе. Вместе с тем, новые рабочие места в сфере услуг менее привлека-
тельны для работников с большим стажем, а также занятых на крупных
предприятиях.
56 ПЕРЕХОД К ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ




ПРИЛОЖЕНИE

Таблица П1. Описательные статистики основных переменных

1960 г. 1970 г. 1980 г. 1990 г. 1995 г. 1999 г.
Переменная Статистика
N = 175 N = 177 N = 181 N = 178 N = 86 N = 59

Доля
Среднее 24.74 29.86 36.88 41.78 54.49 57.33
занятых
в сфере
услуг
в общей
занятости, % Станд. откл. 15.10 16.57 18.87 20.41 16.19 14.76


ВВП Среднее – – 4,026.3 6,232.8 11,392.8 13,719.8
на душу
населения,
Станд. откл. – – 4,204.0 6,105.0 8,460.7 9,159.1
по ППС

Среднее 35.21 40.86 46.55 51.29 63.56 68.0
Уровень
урбанизации,
Станд. откл. 23.85 24.23 24.61 24.35 21.45 17.07
%

Среднее 29.52 30.11 32.59 34.62 37.20 39.57
Уровень
занятости
Станд. откл. 15.07 13.90 12.77 11.40 10.05 8.29
женщин, %

Относит. Среднее 0.41 0.54 0.90 0.81 0.88 0.84
производит.
Станд. откл. 0.28 0.63 1.25 0.61 0.34 0.32
труда

Доля
Среднее 38.71 38.93 36.76 35.14 27.56 23.87
населения
в возрасте
до 14 лет, % Станд. откл. 7.09 8.41 9.42 10.04 8.70 7.83


Доля
Среднее 4.90 5.30 5.85 6.00 8.81 10.48
населения
в возрасте
старше
Станд. откл. 2.64 3.23 3.88 4.00 5.54 4.54
65 лет, %

Примечание: N — количество наблюдений переменной доли занятых в сфере услуг. Выборка огра-
ничена наблюдениями с непропущенными значениями доли занятых в сфере услуг.
57
ПРИЛОЖЕНИE



Таблица П2. Отклонения доли занятости в сфере услуг от нормы (1990 г., модель
Фьюкса)

Отрицательные отклонения

Более 20% 20–10% 10–0%

Танзания, Руанда, Бутан, Греция, Корея, Лаос, Исландия,
Китай, Гамбия, Гвинея, Шри Ланка, Азербайджан,
Коморос, Бурунди, Нигер, Свазиленд, Парагвай, Киргизстан, Хорватия,
Папуа Новая Гвинея, Тунис, Чад, Того, Сьерра-Леоне, Макао,
Буркина-Фасо, Таиланд, Австрия, Фиджи, Кипр, Италия, Мексика,
Соломоновы о-ва, Румыния, Армения, Казахстан, Коста Рика, Кабо-
Албания, Ангола, Индия, Алжир, Мальдивы, Верде, Ирландия,
Зимбабве, Сенегал, Габон, Экваториальная Малайзия, Финляндия,
Турция, Ботсвана, Конго Дем. Гвинея, Камбоджа, Гана, Словакия, ЮАР,
Респ., Камерун, Гаити, ЦАР, Филиппины, Япония, Иран, Кот-Д'Ивуар,
Болгария, Гватемала, Литва, Испания, Мадагаскар Замбия, Гонконг,
Польша, Марокко, Беларусь, Аргентина
Молдова, Намибия, Бахрейн,
Эстония, Украина, Бангладеш,
Уганда, Туркменистан,
Маврикий, Непал, Македония,
Венгрия, Россия, Латвия,
Португалия




Положительные отклонения

0–10% 10–20% Более 20%

Сальвадор, Бельгия, Египет, Чили, Уругвай, Венесуэла, Панама,
Франция, Гвинея Бисау, Никарагуа, Ямайка, Монголия, Полинезия,
Колумбия, Белиз, Пакистан, Эквадор, Тринидад и Багамские о-ва,
Люксембург, Великобритания, Тобаго Гайана, Иордания,
Дания, Барбадос, Новая Мавритания, Лесото,
Зеландия, Боливия, Новая Йемен, Мали,
Каледония, Сингапур, Мозамбик, Ливан,
Швеция, Саудовская Аравия, Суринам, Бенин,

<<

стр. 2
(всего 3)

СОДЕРЖАНИЕ

>>