<<

стр. 2
(всего 13)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Основу международно-правовой регламентации права на инфор-
мацию составляют положения ст. 19 Международного пакта о граж-
данских и политических правах, принятого Генеральной Ассамбле-
ей ООН 16 декабря 1966 г. Как известно, эти положения устанавли-
вают право каждого человека свободно «искать, получать и распро-
странять всякого рода информацию и идеи независимо от государ-
ственных границ». СССР подписал этот международно-правовой
акт в Международный год прав человека, в марте 1968 г. Ратифика-
ция этого документа состоялась 5 лет спустя (1973 г.), а юридичес-
кую силу этот Международный пакт обрел 23.03.76. Россия как пра-
вопреемник всех международно-правовых обязательств СССР явля-
ется государством – участником этого Международного пакта.
В Европе, параллельно с Международным пактом, принятым
ООН, действует и пользуется значительно большим юридическим и
политическим весом Европейская конвенция о защите прав челове-
ка и основных свобод, принятая Европейским Сообществом 4 ноя-
бря 1950 г.
Ст. 10 этой Конвенции закрепляет право каждого человека «полу-
чать и распространять информацию и идеи без вмешательства госу-
дарственных органов и независимо от государственных границ».
Обратим внимание на укороченность (по сравнению с формули-
ровками Международного пакта ООН) формулы Европейской кон-


32
Международно-правовые стандарты в сфере регулирования информационных прав и свобод

венции. В ней отсутствует право поиска информации при наличии
права получения и распространения. По букве закона это может оп-
ределенным образом ограничивать активизм граждан объединенной
Европы в их стремлении удовлетворить свои информационные по-
требности.
«Получение» – это пассивная форма такого рода удовлетворения,
право «искать» – гораздо более активная и эффективная. Кстати, со-
ответствующая формулировка российской конституционной нормы
(ст. 29 ч. 4) пятичленна. Кроме уже упоминавшихся прав поиска, по-
лучения и распространения информации на территории Россий-
ской Федерации каждый имеет право свободно «передавать» и «про-
изводить» информацию любым законным способом.
Кроме ст. 10 Европейской конвенции о правах человека и основ-
ных свободах европейское право содержит еще ряд документов, с
разной степенью юридической обязательности и с разными предме-
тами регулирования, регламентирующих отношения по доступу ши-
рокой общественности к информации. В этом ряду и новая редак-
ция Рекомендации Комитета Министров СЕ R (81) 19 странам –
членам СЕ «О доступе к официальной информации, находящейся в
распоряжении государственных органов».
Первоначально принятая Комитетом Министров СЕ 25.11.81., она
содержала призыв к государствам – членам СЕ обеспечить каждому
человеку, находящемуся под их юрисдикцией, право получать по за-
просу информацию, имеющуюся у государственных органов, кроме
законодательных и судебных. Согласно нормам этой рекомендации
из общей презумпции открытости «для каждого» такого рода инфор-
мации допустимы исключения. Но только такие, которые необходи-
мы в демократическом обществе для защиты правомерных общест-
венных интересов (таких, как обеспечение государственной безопас-
ности, общественного порядка, экономического благосостояния
страны, борьбы с преступностью, предотвращения разглашения кон-
фиденциальной информации), а также для защиты правомерных
личных интересов (защиты частной жизни, чести, достоинства и т. д.).
В Рекомендации специально подчеркивается, что орган власти, отка-
завший в предоставлении информации, должен письменно мотиви-
ровать свой отказ в соответствии с законодательством и практикой.
По результатам многолетней работы международной группы экспер-
тов по доступу к официальной информации (DH-S-AC) при Оргко-
митете по правам человека СЕ 21.02.02 была принята новая редакция
этого важного документа – Рекомендация № R (2002) 2 «О доступе к
официальным документам» ( публикуется в данном издании).

33
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

Еще одной весьма значимой и актуальной для ситуации на рос-
сийском информационном пространстве является Рекомендация
Комитета Министров СЕ R(94) 13 от 22 ноября 1994 г. «О мерах по
обеспечению транспарентности (прозрачности) средств массовой
информации» ( публикуется в данном издании).
В ней рекомендуется правительствам государств – членов СЕ обес-
печить включение в свои национальные законодательные акты, регу-
лирующие деятельность СМИ, ряд норм, направленных на создание
правового и организационного режима открытости, прозрачности во-
просов финансирования и некоторых иных сторон деятельности СМИ.
В частности, в п. 1 Рекомендации – «Общественный доступ к ин-
формации о СМИ» – указывается, что «общественность должна
иметь возможность доступа на справедливой и непредвзятой основе
к некоторым основным сведениям о СМИ». Принимая во внима-
ние, что по отношению к общественности цель транспарентности
СМИ заключается в том, чтобы знать, кто реально владеет тем или
иным СМИ, дабы иметь возможность формировать мнение по отно-
шению к распространяемой этими СМИ информации, в Рекомен-
дации вполне обоснованно прописывается особый правовой режим
«прозрачности» электронных СМИ.
Завершая сюжет о роли международно-правовых стандартов в сфере
регулирования информационных прав и свобод, можно сделать вполне
обоснованный вывод о том, что правовое регулирование отношений,
связанных с правом на информацию и защитой данных о личности, –
важная и активно развивающаяся часть предмета регулирования между-
народного публичного права или международного гуманитарного права.
Поскольку в обозримой перспективе роль и значение этой систе-
мы договорных и обычных норм будет только возрастать, правомер-
но выдвинуть предположение о том, что внутригосударственные от-
ношения в области основных информационных прав и свобод во все
большей степени будут развиваться под решающим воздействием
международно-правового регулирования.
Реальность такого воздействия простимулировала появление до-
статочно радикальных научных возрений на его дальнейшее разви-
тие. В частности, по мнению некоторых ученых-правоведов неу-
клонное сближение международно-правового и конституционно-
правового институтов прав и свобод человека и гражданина в буду-
щем может вообще сделать последний излишним.
Не вдаваясь в развернутую оценку столь радикального взгляда,
все же выскажу по этому поводу одно принципиальное соображе-
ние. Мне кажется, что в обозримом будущем национальные консти-

34
Законодательные основы свободы массовой информации

туционные регуляции все же никуда не исчезнут, а вот постепенное
формирование базового для развитых стран информационно-пра-
вового статуса человека и гражданина как одной из сущностных черт
зримо становящейся на наших глазах мировой цивилизации, пост-
роенной на знаниях и информации, уже реально развивается*.

Законодательные основы свободы массовой
информации
Сегодня повышение интереса к подготовке и принятию норма-
тивных правовых установлений, призванных регулировать разнооб-
разные общественные отношения по поводу той или иной информа-
ции, в том числе производимой и распространяемой посредством
интернета, отмечается во всем мире.
У нас в России только в первой половине 90-х годов ХХ века бы-
ло принято около 500 нормативных правовых актов, регулирующих
такого рода общественные отношения. Из них 75 полностью посвя-
щены этим вопросам, остальные включают лишь отдельные нормы,
касающиеся информационных отношений**. Причем такого рода
правовые новации не просто дань новомодному объекту права – ин-
формации. Теперь это – вопрос вхождения или невхождения в ми-
ровую семью информационных сообществ.
К примеру, в Европе уже сегодня реально действуют серьезные
международно-правовые ограничения для стран-аутсайдеров в
формировании современного информационного законодательства.
Так, в соответствии с Директивой Европейского Союза 95/46/СЕ с
октября 1998 года страны мира, не обеспечившие к этому сроку
надлежащий национальный законодательный уровень защиты пер-
сональных данных (ПД), теряют право на получение тех или иных
ПД из стран Европейского Союза. В соответствии со статьей 6 Ев-
ропейской конвенции о защите личности в связи с автоматической
обработкой персональных данных так называемые «чувствитель-
ные данные» (о судимостях, о национальной принадлежности, о
здоровье или сексуальной ориентации) могут подвергаться автома-
тической обработке лишь в тех государствах – участниках Конвен-
ции в которых национальное право предусматривает надлежащие
гарантии их защиты.
*См.об этом: М. Кастельс. Информационная эпоха. Экономика, общество и культура. М.:
ГУ ВШЭ, 2000. Монахов В. Право и СМИ в виртуальной среде. Научно-техническая
информация. 2001. серия 1, № 9, С. 25–31.
**См.: Копылов В.А. О структуре и составе информационного законодательства.
Государство и право. 1996. № 6. С. 101.

35
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

Определяющим условием дальнейшего законодательного разви-
тия и обогащения правового института свободы массовой информа-
ции стал поиск гармоничного сочетания, баланса принципов и норм
свободы и ответственности основных субъектов этого правового ин-
ститута.
Активно развивающееся в последнее десятилетие российское за-
конодательство о средствах массовой информации (только законо-
дательных актов об этой сфере общественных отношений действует
около трех десятков) является одной из важнейших форм закрепле-
ния результатов такого поиска.
В 2003 году российские медиа отметили свое 300-летие. 16 дека-
бря 1702 года Петр I издал соответствующий Указ, а 13 января 1703
г. во исполнение его в Москве появилась первая российская печат-
ная газета «Ведомости о военных и иных делах, достойных знания
и памяти, случившихся в Московском государстве и иных окрест-
ных странах». Само название этого периодического печатного из-
дания достаточно внятно говорит о том, что первая ласточка рос-
сийских СМИ родилась в государственном «гнезде» и зависимость
от породившего ее государства впитала, что называется, «с моло-
ком матери».
Вместе с тем последующие три века не раз показывали «городу и
миру» яркие примеры выполнения лучшими представителями рос-
сийской прессы высокой общественной миссии защитника общест-
венных интересов, доверенного лица общества, ориентированного
на общественное благо.
В западных странах Европы мы увидим несколько иную картину
рождения прессы. Первые ласточки европейских печатных изданий
устраивали свои гнезда иначе, чем их российские собратья. Антвер-
пен – 1605 год, Страсбург – 1609 год, Лондон – 1622 год – это даты
рождения первых европейских газет, и все они зарождались в граж-
данском обществе, его экономической, прежде всего торговой, ипо-
стаси, в силу чего органично, с самого рождения являясь институци-
ями общества, а не государства.
К исторически разным «родительским генам» европейской и
российской прессы со временем добавились различные векто-
ры законодательного регулирования ее деятельности. Скажем,
в Германии этот вектор свое генеральное направление на пре-
доставление прессе максимально возможной на данный исто-
рический момент «свободы от государства» приобрел еще в 1874
году в имперском Законе «О прессе», подписанном канцлером
Бисмарком.

36
Законодательные основы свободы массовой информации

Российское же государство практически все эти три века свое ре-
гулирующее воздействие по отношению к прессе (преимущественно
в форме уставов о цензуре или декретов о печати) направляло ровно
в противоположную сторону, все более и более ее огосударствляя.
В результате этого первый в тысячелетней истории России закон
о печати был принят уже в рамках ее новейшей истории. Им стал За-
кон СССР от 12 июня 1990 года «О печати и других средствах массо-
вой информации». Объявив многовековую российскую государст-
венную цензуру «вне закона», он тем самым заложил предпосылки
формирования благоприятной правовой среды для социально необ-
ходимого отделения – вслед за церковью – СМИ от государства.
Что же касается первых российских интернет-изданий, то их появ-
ление на свет обошлось уже без соответствующих государственных
нормативно-правовых понуждений и финансовых воздаяний. Пер-
вая в России ежедневная интернет-газета Газета.ру (www.gazeta.ru),
появившаяся на рубеже 1999 г., финансировалась частной нефтяной
кампанией – и это не может не радовать сторонников развития рос-
сийского гражданского общества вообще и его медийной составляю-
щей в частности.
Сегодня основополагающим актом, регулирующим медиаотно-
шения в российском правовом пространстве, является Закон Рос-
сийской Федерации «О средствах массовой информации» 1991 года.
Статья 1 этого Закона закрепляет важные концептуальные положе-
ния, раскрывающие конкретное юридическое содержание катего-
рии «свобода массовой информации на территории Российской Фе-
дерации». Исходя из смысла статьи, свобода массовой информации
в ее российской законодательной интерпретации включает в себя
следующие основные правомочия, не подлежащие ограничениям,
исключая предусмотренные законодательством Российской Феде-
рации о средствах массовой информации:
– поиск, получение, производство и распространение массовой
информации;
– учреждение средств массовой информации;
– владение, пользование и распоряжение СМИ;
– изготовление, приобретение, хранение и эксплуатация техни-
ческих устройств и оборудования, сырья и материалов, предназна-
ченных для производства и распространения продукции средств
массовой информации.
Известный американский исследователь мирового коммуника-
ционного и информационного права проф. М. Прайс утверждает,
что законы о СМИ в переходных обществах в большей степени

37
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

«включают в себя не реалии, а устремления», зачастую представляя
собой «недолговечный памятник опыту новых свобод и травмам
преобразований»*.
Закон РФ «О СМИ» 1991 года, во многом подтверждая данный те-
зис проф. М. Прайса, тем не менее испытание «огнем» политичес-
ких сражений более чем десятилетнего периода его применения в
целом выдержал. Сегодня мы переживаем этап его испытания «во-
дой» – в реалиях экономической действительности переходного пе-
риода. Уже имеющиеся результаты этих испытаний зримо свиде-
тельствуют, что потенциала этого Закона для адекватных ответов
новым вызовам нашего времени не хватает.
Все явственней становится общая тенденция: чем больше мы ос-
ваиваем нормальные, цивилизованные рыночные отношения, тем
сильнее дает о себе знать неразвитость правового регулирования от-
ношений субъектов свободы массовой информации по принципу
«три в одном», входящих в предмет регулирования не менее важных
конституционных институтов, закрепленных статьями 8 и 34 Кон-
ституции РФ – свободы экономической деятельности и ст. 44 – сво-
боды различных видов творчества, права на доступ к культурным
ценностям.
Гармонизация реализации правомочий трех конституционных
свобод: массовой информации, экономической деятельности и ин-
теллектуального творчества – обретает значение генерального на-
правления модернизации российского информационного, экономи-
ческого законодательства по интеллектуальной собственности, обре-
тения ими качеств законодательства софтверовского поколения.
Для российского законодательства в сфере СМИ еще одним важ-
ным фактором необходимости его апгрейда является сохраняющая-
ся неразвитость правового регулирования отношений его субъектов
в виртуальной среде обитания**.
Раскрывая этот тезиз, подчеркнем, что признание наличия такой
неразвитости, – отнюдь не повод для того, чтобы упускать возмож-
ность использововать те заделы по этому направлению правового
регулирования информационных отношений, которые существуют
в нашем медийном законодательстве и сегодня.
Прежде всего имеются в виду нормы ст. 24 Закона РФ «О средст-
вах массовой информации» 1991 г. — «Иные средства массовой ин-

* См.: Прайс М. Телевидение, телекоммуникации и переходный период. Право, общество
и национальная идентичность. М., 2000. С. 126.
**См.: Монахов В.Н. СМИ и Интернет: проблемы правового регулирования. – М.:
Экопринт, 2003. 320 с.

38
Законодательные основы свободы массовой информации

формации». Именно эти нормы, через так называемую аналогию
правил, по сей день во многом определяют правовые подходы к ре-
гулированию деятельности «новых СМИ» и в печатной и в веща-
тельной прессе России.
Конечно же, аналогия правил, как и аналогия закона или
права — не самый четкий правовой регулятор. В ходе ее приме-
нения достаточно обширна сфера правовой неопределенности
и, соответственно, свободы усмотрения того или иного право-
применителя. Именно в этом юридически вязком грунте таится
корень многих организационно-правовых проблем, возникаю-
щих в ходе создания интернет-изданий и их деятельности в вир-
туальной среде.
Возьмем, к примеру, проблему оформления и закрепления над-
лежащего правового статуса радио- и телевещателей, реально ра-
ботающих в Сети. В ходе формирования алгоритма этого оформ-
ления в конце 90-х годов прошлого века было сломано довольно
много копий. Вполне серьезно обсуждался, скажем, вариант, со-
гласно которому распространение радио-, теле-, видеопрограмм в
Сети должно было осуществляться при наличии соответствующей
лицензии существовавшего тогда специального уполномоченного
правительственного органа — ФСТР, да еще и при согласовании с
МИД РФ.
К счастью, разум возобладал, правда, не без борьбы, в успехе
которой (сетевой народ также имеет право знать своих героев!)
стоит выделить позитивно значимую роль тогдашнего техничес-
кого директора радиостанции «Эхо Москвы» С. Комарова, су-
мевшего в ходе решающего заседания Центральной комиссии по
вещанию при ФСТР России в мае 1998 г. посеять сомнения, а в
чем-то даже переубедить своих оппонентов — сторонников вве-
дения института лицензирования для вещательной деятельности
в интернете.
В итоге, на том майском 1998 г. заседании Центральной ко-
миссии по вещанию было принято достаточно взвешенное ре-
шение: ввести добровольную регистрацию (не лицензирова-
ние!) тех вещательных СМИ, которые осуществляют деятель-
ность в Сети.
В этой связи стоит подчеркнуть, что один из последних законода-
тельных актов в этой сфере общественных отношений – Закон Ве-
ликобритании 2003 о коммуникациях* – также закрепляет аналогич-
ную модель правового регулирования вещательной деятельности в
*Доступен по адресу: http://www.legislation.hmso.gov.uk/acts/acts2003/20030021.htm

39
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

интернете. То есть он не включил интернет-вещание в закреплен-
ный им перечень «подлежащих лицензированию телевизионных ус-
луг».
Принцип добровольной регистрации интернет-СМИ, введенный
в рунете в конце 90-х прошлого века действует и поныне. Кстати, до-
бровольность этой правовой процедуры отнюдь не означает полно-
го безразличия государства к факту ее осуществления. Так, в соот-
ветствии с действовавшим до 2002 г. нормативным письмом Мини-
стерства РФ по налогам и сборам от 11.05.00... «О порядке налогооб-
ложения организаций, размещающих периодические издания в сети
интернет» организации, размещавшие периодические издания в се-
ти интернет и получившие свидетельство о регистрации в качестве
СМИ, приобретали тем самым право на установленную законом
льготу по налогу на прибыль.
Кроме того, размещение в сети интернет продукции СМИ нерек-
ламного и неэротического характера освобождалось от обложения
НДС. Размещенная же в интернете продукция организаций, не заре-
гистрированных в качестве СМИ, облагалась НДС на общих осно-
ваниях.
У печатных СМИ, действующих в Сети, в сравнении с их веща-
тельными собратьями, проблем не намного меньше. Главная среди
них: отсутствие устоявшейся административной и судебной практи-
ки и, как следствие, возможность вольной интерпретации различ-
ными правоприменителями нормативных формул законов.
Так, в уже известной нам ст. 24 Закона РФ «О СМИ» говорится о
текстах, «созданных с помощью компьютеров и/или хранящихся в
их банках данных», что на интернет-языке и означает сетевой экви-
валент печатных СМИ. Если созданные таким образом тексты рас-
пространяются интернет-изданиями, прошедшими государствен-
ную регистрацию, то особых проблем с определением их правового
режима в принципе возникать не должно. Правовой режим «старо-
го» СМИ в своих основных параметрах актуален и для «нового» —
сетевого или виртуального издания.
Вопросы, а главное, неоднозначные ответы на них, чаще появ-
ляются в тех случаях, когда виртуальные издания еще не успели
(или их владельцы не сочли это нужным) зарегистрироваться в ка-
честве СМИ, и потому действуют не на более-менее твердой базе
de jure, а на зыбкой базе de facto, в основе которой, как правило, ле-
жит знаменитое российское «авось». Вот тут-то и возникают раз-
ные проблемы, прежде всего, с определением правового режима


40
Назвался сайтом — полезай в СМИ

как самих виртуальных изданий, так и распространяемых ими «со-
общений и материалов».

Назвался сайтом — полезай в СМИ
В российском судебно-правовом пространстве первым прецеден-
том по разрешению известной коллизии «Сайт – средство массовой
информации» явилось решение Судебной палаты по информацион-
ным спорам при Президенте РФ (далее – Судебная палата или
СПИС) от 21.10.99 «Об обращении губернатора Кемеровской обла-
сти А.М. Тулеева по поводу сведений, распространенных Агентст-
вом политических новостей»*.
С позиций сегодняшнего дня фабула этого дела достаточно три-
виальна. Кого, в самом деле, сегодня можно всерьез удивить ка-
ким-либо компроматом в интернете?! Но осенью 1999 г. это было
еще внове и ответа на вопрос: как и с какого конца к такого рода
делам подступиться, тогда в России не знал практически никто.
Именно Судебной палате выпала нелегкая доля торить дорогу су-
дебно-правового разрешения споров с участием и новых субъектов
права (редакция или редактор СМИ, функционирующего в вирту-
альной среде) и по поводу новых объектов правоотношений (сайт ).
Летом 1999 года информационное «Агентство политических но-
востей» разместило на своем сайте сообщение о том, что губернатор
Кемеровской области А.М. Тулеев, собираясь баллотироваться на
пост Президента России, якобы, «принял православное вероиспове-
дание: прошел обряд крещения и стал членом местного церковного
прихода». В сообщении так же утверждалось, что А.М. Тулеев «в на-
чале 90-х годов стал адептом ислама и даже совершил хадж в Мекку».
Текст этого сообщения в полном объеме под рубрикой «Говорят,
что» воспроизвела газета «Версия». Журнал «Профиль» также дал
короткую публикацию на эту тему.
Распространение подобных «сенсационных», но недостоверных
сведений, в свою очередь, спровоцировало появление информации
о том, что, якобы, на экстренном заседании шуры алимов (мусуль-
манской экстремистской организации) А.М. Тулеев был приговорен
к смертной казни за отказ от ислама. Это, в свою очередь, заставило
правоохранительные органы принимать серьезные и экстренные
меры безопасности в отношении губернатора Кемеровской области.
В своем обращении в Судебную палату А.М. Тулеев утверждал,
что каждое слово в распространенных в СМИ сообщениях по по-
*Текст решения публикуется во второй части данного издания.

41
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

воду его религиозных воззрений «является провокационным вы-
мыслом».
С опровержением информации, распространенной «Агентством
политических новостей», выступили Кемеровская и Новокузнец-
кая епархии, а также пресс-служба администрации Кемеровской
области.
В своем решении по данному делу Судебная палата отметила, что
журналисты, согласно ст. 49 Закона РФ «О СМИ», публично рас-
пространяя сведения о личной жизни гражданина, обязаны полу-
чить от самого гражданина, либо его законных представителей, со-
гласие на их распространение. Если бы сотрудники «Агентства по-
литических новостей», газеты «Версия» и журнала «Профиль» попы-
тались это сделать, то они легко убедились бы в недостоверности ин-
формации, которой располагали.
Вмешательство в тонкую сферу религиозных отношений требует
корректности и деликатности. К сожалению, редакции СМИ – уча-
стники данного информационного спора – этим правилом прене-
брегли.
В соответствии с нормой ст. 57 Закона РФ «О СМИ», редакции га-
зеты «Версия» и журнала «Профиль», сделавшие ссылку на «АПН»,
как на источник распространенной ими недостоверной информа-
ции, тем самым получили освобождение от ответственности за нару-
шение закона.
Как сообщил Судебной палате уполномоченный на тот момент
орган – Министерство РФ по делам печати, телерадиовещания и
средств массовых коммуникаций – «Агентство политических ново-
стей» на момент рассмотрения дела не было зарегистрировано в ка-
честве средства массовой информации. Вместе с тем, оно активно
производило и распространяло массовую информацию с использо-
ванием интернета.
Одной из задач, которую предстояло решить Судебной палате в
ходе разрешения того дела, была задача определения организацион-
но-правовой природы «Агентства политических новостей» как субъ-
екта определенных правоотношений в Сети. В ходе ее решения Су-
дебная палата пришла к заключению, что этот субъект виртуальных
правоотношений представляет собой информационное агентство,
использующее иную форму периодического распространения мас-
совой информации в смысле части второй ст. 2 Закона РФ «О
СМИ», а именно — сеть интернет.
В соответствии со ст. 23 Закона РФ «О СМИ» «в отношении ин-
формационных агентств на них одновременно распространяется

42
Назвался сайтом — полезай в СМИ

статус редакции, издателя, распространителя и правовой режим
средства массовой информации».
Исходя из этого и ряда других юридических фактов, Судебная пала-
та заключила, что к деятельности «АПН», вне зависимости от отсутст-
вия его регистрации в качестве СМИ, применимы положения ст. 56
Закона РФ «О СМИ», в соответствии с которым «учредители, редак-
ции, распространители, журналисты, авторы распространенных сооб-
щений и материалов несут ответственность за нарушения законода-
тельства Российской Федерации о средствах массовой информации».
Учитывая все эти юридические и фактические обстоятельства и
руководствуясь процессуальными нормами Положения о Судеб-
ной палате, утвержденного Указом Президента России, Судебная
палата:
• признала, что распространение в сети интернет «Агентством
политических новостей» недостоверных сведений, касающихся
А.М. Тулеева, представляет собой злоупотребление правами журна-
листа и нарушение норм журналистской этики;
• рекомендовала «Агентству политических новостей», редакциям
газеты «Версия» и журнала «Профиль» опубликовать опровержение
распространенной ими недостоверной информации;
• рекомендовала профильному комитету Государственной Думы
Федерального собрания РФ (тогда это был Комитет по информаци-
онной политике и связи) активизировать разработку предложений
по законодательной регламентации деятельности новых субъектов
производства и распространения массовой информации с использо-
ванием сети интернет*.
Этим решением Судебная палата сформировала в российском
правовом пространстве ряд принципиально важных прецедентов.
В частности — алгоритм судебно-правового определения органи-
зационно-правовой природы новых субъектов правоотношений,
возникающих в связи с производством и распространением мас-
совой информации в интернете, иных телекоммуникационных
сетях, а также возложения на них ответственности за правонару-
шения с использованием этих информационно-коммуникацион-
ных структур.
Тем самым доселе распространенный аргумент сетевых право-
нарушителей об отсутствии у них регистрации своих ресурсов в

*Видимо, это была одна из первых рекомендаций официального государственного органа
по поводу необходимости внесения в российское медийное законодательство
соответствующих изменений и дополнений в связи с реализацией свободы массовой
информации в Сети.

43
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

качестве СМИ, прикрываясь которым как щитом, они зачастую
уходили от ответственности, утратил свою легитимность. Если ты
фактически подпадаешь под законодательно закрепленные при-
знаки СМИ, будь добр соответствующим образом отвечать за со-
деянное в Сети, а не прятаться в кусты оффлайновой незарегист-
рированности.
Теперь, оттолкнувшись от рассмотренного частного случая,
попробуем выйти на более общий уровень анализа правовой
природы размещенных в Сети информационных объектов. Для
удобства восприятия представим себе структуру Сети в виде не-
кого поселения, в котором отдельными строениями выступают
различные сетевые ресурсы – домашняя интернет-страница,
сайт, портал, on-line конференция, электронная почтовая рас-
сылка или столь модный сегодня блог (сокращенно от web log) –
сетевой дневник*.
Каждое из этих сетевых «строений» по общему правилу пред-
ставляет собой информационный объект, содержанием кото-
рого являются размещаемые на нем и периодически обновляе-
мые сведения, сообщения и материалы, предназначенные,
опять же по общему правилу, для неопределенного круга лиц.
Иными словами эти объекты распространяют не что-нибудь, а
«массовую информацию» в понимании нормы ст. 2 Закона РФ
«О СМИ».
Следовательно, правовая природа данных информационных объ-
ектов своей содержательной стороной достаточно близка правовой
природе средства массовой информации, являясь в терминологии
ст. 2 Закона РФ «О СМИ» «иной формой периодического распрост-
ранения массовой информации».
При этом наибольшее приближение к правовой природе средства
массовой информации среди указанных объектов виртуальной ре-
альности имеют именно информационные сайты. Споры о том, не
следует ли web-сайты относить к СМИ возникли еще в конце 90-х


*Ежесуточно в мире появляется от 8000 до 17 000 таких онлайновых дневников. Блогом
может быть что угодно – собственное жизнеописание, прямой репортаж с какого-либо ин-
тересного мероприятия, впечатления об увиденном в путешествии и т. д. Значительнейшая
часть модного блогостроительства – результат своеобразного веб-серфинга, т. е. хожде-
ния по разным сайтам. Нашел человек в интернете что-то интересное, написал об этом в
своем онлайновом дневнике и дал ссылку. Кто-то сходил по этому адресу, а вернувшись
оставил свой комментарий. Тем самым блог приобретает качества публичности ( напри-
мер, www.dirty.ru), когда его ведением занимается уже не один человек, а все зарегистри-
рованные посетители.

44
Назвался сайтом — полезай в СМИ

годов прошлого века и с разной степенью интенсивности просуще-
ствовали до сегодняшних дней.
Как представляется, наиболее логичную и обоснованную по-
зицию по разрешению данного вопроса сформировал известный
питерский исследователь и «решатель» правовых проблем Сети
Виктор Наумов*. В логике его подхода – любой сайт – источник
массовой информации, но отнюдь не любой сайт – средство
массовой информации. Поскольку, как правильно отмечает В.
Наумов, переход в правовое положение СМИ с неизбежностью
сопряжен с соответствующими обременениями (новый баланс
прав и обязанностей), то это серьезное и юридически значимое
действие должно предприниматься собственниками и
управленцами тех или иных сетевых ресурсов, сервисов осо-
знанно и добровольно.
Размышляя о статусе СМИ**, В. Наумов метафорично интерпре-
тирует его в качестве своеобразных «погон» или «униформы» для
СМИ. А за красивые «погоны и униформу», дающие определенные
права и преференции (налоговые, таможенные, арендные и т. д.),
как впрочем и за все в жизни, «надо платить». В частности – повы-
шенной юридической ответственностью за то, чем отзовется вирту-
альное слово и/или изображение.
Например, если на страницах «просто сайта» размещаются
какие-либо материалы, содержащие призывы к насильствен-
ному изменению конституционного строя Российской Феде-
рации или к развязыванию агрессивной войны, то это может
повлечь за собой определенную уголовную ответственность.
Использование же аналогичного сетевого ресурса в правовом
качестве интернет-СМИ в составах уголовных преступлений,
предусмотренных статьями 280 и 354 УК РФ, будет являться
квалифицирующим признаком, влекущим значительно более
жесткое наказание.
С другой стороны, состав ряда других преступлений с выраженным
информационным содержанием (ст.ст. 129, 130, 137 УК РФ) диффе-
ренциации по способу публичного распространения того или иного
вида незаконной информации не содержат.


*См. об этом: Наумов В.Б. Право и Интернет: Очерки теории и практики. – М.:
Книжный Дом «Университет», 2002. C. 68–95.
**По отношению к СМИ как объекту прав точнее говорить о правовом режиме, а не
статусе, см. на этот счет норму ст. 23 Закона РФ «О средствах массовой
информации».

45
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

Наряду с повышенной юридической ответственностью право-
вой режим СМИ для сайта в определенных ситуациях влечет для
его владельцев некоторое ограничение «свободы маневра» в их
юридически значимых действиях или бездействиях. Наиболее яр-
кий пример в этом смысле представляют нормы избирательного
законодательства*.
Несмотря на существование целого ряда судебных прецедентов,
организационно-правовая коллизия «сайт – средство массовой ин-
формации» до сих пор не получила однозначного нормативного
правового разрешения, что в условиях нашей романо-германской
правовой системы (не признающей судебные прецеденты в качестве
источников права) означает длящееся наличие в регулировании от-
ношений по распространению массовой информации в рунете серь-
езного правового пробела.
В. Наумов определяет и систематизирует возможные способы лик-
видации этого пробела. С его точки зрения, это возможно в результа-
те трех вариантов действий. Во-первых, путем внесения в норму, ха-
рактеризующую признак периодичности распространения массовой
информации**, дополнительных уточнений, отражающих особенно-
сти функционирования такого источника информации как сайт. Во-
вторых, возможно включение категории сайт в понятие средства мас-
совой информации. Третьим вариантом могло бы стать создание в
сфере информационного обмена новой системы категорий и поня-
тий, вообще не ставящей во главу угла понятие «средство массовой
информации».
Как представляется, социально и юридически оправданным будет
движение по всем трем направлениям. Естественно, с разными ско-
ростями. Скажем, первый и второй варианты можно реализовать в
первоочередном порядке, подготовив соответствующие поправки в
действующий Закон «О СМИ».


*См. главу «Интернет и выборы» в сб.: Монахов В.Н. СМИ и Интернет: проблемы право-
вого регулирования. – М.: Экопринт, 2003, С. 48–55, а также норму ст. 5.5. КоАП РФ в
редакции ФЗ от 18.06.03 г., в соответствии с которой, нарушение в период избирательной
кампании, кампании референдума порядка опубликования (обнародования) агитационных
материалов в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования (вклю-
чая сеть «Интернет») влечет наложение административного штрафа на граждан в размере
от пяти до двадцати пяти минимальных размеров оплаты труда, на должностных лиц – от
десяти до пятидесяти минимальных размеров оплаты труда; на юридических лиц – от
трехсот до одной тысячи минимальных размеров оплаты труда.
**Со своей стороны я бы добавил в этот перечень, необходимых для виртуальной среды
жизнедеятельности СМИ уточнений, еще тираж и территорию распространения.

46
Назвался сайтом — полезай в СМИ

В ходе реализации такого варианта действий будет полезен учет
опыта Казахстана, где аналогичные правовые новеллы вошли в ме-
дийное законодательство еще в 2001 г., и где в настоящее время идет
работа по переходу уже ко второму поколению такого рода правовых
регуляций.
В частности, обнародованный в августе 2004 г. проект закона РК
«О гарантиях свободы слова в Республике Казахстан» содержит ин-
тересные правовые конструкции, заслуживающие внимания и рос-
сийских законодателей.
Ст.2. Основные понятия, используемые в настоящем Законе:
- Средство массовой информации – периодическое печатное изда-
ние, радио- и телепрограмма, кинодокументалистика, аудиовизу-
альная запись и иная форма периодического или непрерывного пуб-
личного распространения массовой информации, включая WЕВ-
сайты в общедоступных телекоммуникационных сетях (интернет и
другие);
– WЕВ-сайт – подготовленная при помощи специальных техни-
ческих и программных средств электронная представительская
страница физического, либо юридического лица Республики Казах-
стан, на которой собственник размещает информацию в целях мас-
сового распространения;
– Сетевое средство массовой информации – электронное издание,
подготовленное при помощи специальных технических и программ-
ных средств и предназначенное для распространения массовой ин-
формации в электронно-цифровой форме через общедоступные те-
лекоммуникационные сети, имеющее постоянное название, теку-
щий номер и обновляемое не реже одного раза в полугодие.
Ст.9. Виды средств массовой информации:
– Периодические печатные издания, теле -, радиовещание, WEB-
сайты и иные электронные средства массовой информации, имею-
щие постоянное название и выходящие в эфир не реже одного раза
в год на условиях, предусмотренных законодательством.
– Иные электронные средства массовой информации представ-
ляющие собой подготовленные при помощи специальных техниче-
ских и программных средств электронные представительские стра-
ницы юридических и физических лиц, средств массовой информа-
ции Республики Казахстан, могут быть средствами массовой инфор-
мации по усмотрению их собственников. В случае решения владель-
цев сделать их средствами массовой информации, их сведения под-


47
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

лежат занесению в единый реестр средств массовой информации
Республики Казахстан.
В ходе совершенствования российского правового режима сай-
та, определенную перспективу предоставляет также доктринальная
точка зрения о необходимости формирования «особого режима
прав на интернет-сайт, позволяющего приобретать и передавать
одновременно весь комплекс прав на объекты, использованные на
сайте».
Теперь несколько слов по поводу третьего из предлагаемого
В. Наумовым набора, варианта действий по законодательной рег-
ламентации деятельности субъектов производства и распростра-
нения массовой информации в РФ с использованием сети интер-
нет. Во-первых, подчеркнем не просто необходимость, а истори-
ческую неизбежность именно такого варианта развития событий.
Эту неизбежность понимают и авторы действующего Закона РФ
«О СМИ». Вот что, например, подчеркивает в этой связи Ю.М.
Батурин: « уровень развития правоотношений в области распрост-
ранения информации изменился с 1991 г. настолько, что нет ника-
ких сомнений в необходимости изменять сами основы подходов
регулирования»*.
Во-вторых, размышления о конкретных формах практической
реализации этого варианта действий обращает наши взоры уже не
на Восток (Казахстан), а на Запад (Франция, Финляндия, Австрия,
Испания, Италия). Именно в информационном законодательстве
этих западноевропейских стран мы можем обнаружить свежие при-
меры креативных законодательных новаций, адекватно отвечающих
на вызовы глобального информационного общества.
Например, во Франции, по итогам трехлетних оживленных обще-
ственно-государственных обсуждений в августе 2000 г. был принят
закон существенно реформирующий (внося значительные поправки
в закон от 30.09.86. «О свободе общественной аудиовизуальной ком-
муникации») организационно-правовые составляющие аудиовизу-
ального медийного сектора Франции. В частности, серьезные нова-
ции закона связаны с закреплением статуса и ответственности про-
вайдеров интернет-услуг.
Закон от 30.09.86. (раздел VI «Положения о регулировании элек-
тронных коммуникационных служб, не относящихся к службам ча-
стной коммуникации») получил новые редакции четырех статей, со-
держащих регуляции отношений в интернете. Новая редакция ста-
*Телекоммуникация и право: вопросы стратегии. Под ред. Ю.М. Батурина. – Центр
«Право и СМИ», Москва, 2000. С. 324.

48
Назвался сайтом — полезай в СМИ

тей 43-9 и 43-10 закона от 30.09.86. ввела обязанность установления
личности создателей сайтов, статьи 43-7 и 43-8 установили ответст-
венность владельцев серверов.
Статья 43-7 главы 6 гласит, что физические и юридические лица,
оказывающие услуги по доступу к сети интернет, деятельность кото-
рых не связана с осуществлением частной коммуникации, обязаны с
одной стороны информировать своих клиентов о наличии техниче-
ских средств, позволяющих ограничить доступ к некоторым матери-
алам и отсеивать их, а с другой стороны, обязаны предлагать им как
минимум одно из этих средств.
На основании статьи 43-10, «лица, чья деятельность состоит из
редактирования сообщений сетевых услуг, не включающих частную
переписку», должны сообщать публике свои фамилию, имя и адрес,
если они физические лица; если же они – юридические лица, то на-
именование компании и адрес, по которому они зарегистрированы.
Профессиональные редакторы должны также указывать имя глав-
ного редактора и, если необходимо, имя лица, ответственного за ре-
дакционное содержание. Непрофессиональные редакторы могут со-
хранять анонимность, передавая информацию о себе владельцу, чье
имя и адрес указываются на сайте.
Статья 43-9 закона расширяет это положение, требуя, чтобы вла-
дельцы серверов и провайдеры доступа к сети «сохраняли информа-
цию, позволяющую идентифицировать любое лицо, участвовавшее
в создании содержания услуг, ими обеспечиваемых». Подзаконный
акт, принятый с учетом мнения Национальной Комиссии по ин-
формационным технологиям и свободам, определяет, какую имен-
но информацию и как долго следует сохранять таким образом.
В то же время, закон от 1 августа 2000 года определяет условия,
при которых наступает гражданско- и уголовно-правовая ответст-
венность владельцев сайтов. Теоретически они не могут нести ответ-
ственность за содержание сайтов, которыми они владеют, исключая
случаи, «когда, будучи проинформированы судами, они не предпри-
мут незамедлительных действий для того, чтобы предотвратить до-
ступ к такому содержанию». Текст закона, принятый Парламентом
Франции 28.07. 2000 г., первоначально включал второй возможный
случай ответственности владельцев, когда «будучи проинформиро-
ваны третьей стороной, что содержание, которое они разместили,
незаконно или наносит ущерб этой стороне, они не предпримут со-
ответствующих действий». Однако, Конституционный Совет Фран-
ции (аналог нашего Конституционного Суда – В.М.) изъял этот
подраздел из статьи 43-8 закона на том основании, что «опуская ус-

49
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

тановление формы такого уведомления и не устанавливая сущест-
венные признаки противоправного поведения, при наличии кото-
рых возникала бы уголовная ответственность затрагиваемых сто-
рон», законодатель не выказал должного уважения принципам пре-
ступления и наказания, строго определенных законом, как того тре-
бует ст. 34 Конституции Франции. В результате в Законе оставлено
только одно основание для возникновения ответственности вла-
дельцев сайтов. Хотя данные положения направлены на оптимиза-
цию рассмотрения растущего числа прецедентов по вопросам пра-
вового положения и ответственности профессиональных операто-
ров интернета, тем не менее, остается возможность коллизий дан-
ного Закона и Директивы ЕС по электронной торговле от 8 июня
2000 г.*
В Финляндии весьма серьезная модернизация национального ме-
дийного законодательства состоялась в 2003 г. Ее содержанием яви-
лась замена двух ранее действовавших в этой сфере законов («О сво-
боде печати» 1919 г. и «Об ответственности вещателей» 1971 г.) од-
ним законодательным актом, одновременно и кодифицирующим их
основные положения и существенно расширяющим их предметы
регулирования.
Новый медийный Закон Республики Финляндии – «Об осуще-
ствлении свободы выражения в СМИ» – вступил в действие 1 янва-
ря 2004 г. Существенная часть норм этого закона регулирует как раз
информационно-коммуникативные отношения в Сети. Его базо-
вым принципом является тезис о том, что вмешательство в деятель-
ность любого СМИ правомерно только тогда, когда оно в полной
мере является неизбежным и в должной мере учитывает важность
свободы выражения в демократическом обществе, базирующемся
на началах господства права.
Деятельности интернет-СМИ именуемых в нем сетевыми изда-
ниями, закон посвящает достаточно большое количество своих по-
ложений. Сетевым изданием, в смысле данного закона, является
приведенная в связное целое, сопоставимое с периодическим изда-
нием, совокупность сетевых сообщений из материалов, изготовлен-
ных или обработанных издателем, которую предполагается выпус-
кать на регулярной основе.
Закон упоминает и иные – кроме сетевых изданий – объекты Се-
ти – порталы, чаты, блоги, закрепляя за ними особый, более мягкий,
чем у сетевых изданий правовой режим. В частности, такого рода се-
*Act no. 2000-719 of 1 August 2000 amending Act no. 86-1067 of 30 September 1986;
Constitutional Council, decision no. 2000-433 DC of 27 July 2000.

50
Назвался сайтом — полезай в СМИ

тевые структуры освобождены от обязанности иметь ответственных
редакторов (в сетевом издании он обязателен). Вместе с тем уголов-
ная ответственность за преступления посредством распространения
с их помощью незаконной информации предусматривается. Все се-
тевые издания должны архивироваться, а соответствующие записи –
храниться не менее трех недель.
Еще одна заслуживающая внимания правовая позиция нового
финского закона – распространение права на ответ на сетевые из-
дания. Частное лицо, у которого имеются разумные основания счи-
тать какое-либо Е-сообщение оскорбительным, вправе разместить в
сетевом издании свой ответ на него.
Летом 2004 г. обнародован проект изменений и дополнений в за-
кон Австрии 1981 г. «О прессе и других публицистических СМИ»
(Mediengesetz). Законопроект ориентирован на устранение пробе-
лов действующего Закона, в том числе путем включения в него регу-
ляций, касающихся деятельности сетевых медиаструктур. Новая ре-
дакция Закона многие важные понятия определяет по-новому, а
также вводит ряд новых понятий. Среди них – «периодическое эле-
ктронное средство массовой информации». Под таким понимаются
сайты и электронные СМИ, распространяемые в схожем формате не
реже четырех раз в год. Их владельцы, подобно владельцам прочих
СМИ, будут обязаны публиковать о себе определенный набор иден-
тифицирующих сведений. Операторы сайтов должны будут обеспе-
чить общедоступность такого рода сведений в любой момент време-
ни. Нормы об авторском праве будут распространены на электрон-
ные бюллетени, но не будут касаться массовых рассылок электрон-
ной почты.
По типу вышеупомянутого финского Закона, австрийский законо-
проект закрепляет право на ответ в отношении размещенной на сайте
информации. Но делает это с большей детальностью. И с большим
учетом технологической среды жизнедеятельности данного вида ин-
формации. В частности, на главной странице сайта предусматривает-
ся размещение не полного текста ответа , а только его «иконки» , то
есть гипер-ссылки на него. Тем самым достигаются две цели – эконо-
мится пространство главной страницы для иной информации и, в то
же время, предоставляется реальная возможность желающим позна-
комиться с содержанием ответа. Такая возможность должна быть
обеспечена как минимум в течение того времени, пока на сайте нахо-
дится информация, к которой ответ относится. В том случае, если ин-
формация, по поводу которой дается ответ, уже удалена с сайта, то от-
вет на нее должен оставаться доступным на протяжении того же про-

51
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

межутка времени, в течение которого эта информация находилась на
сайте, но не более одного месяца.
Исковая давность по отношению к праву на ответ в отношении
размещенной на сайте информации будет ограничиваться 6-месяч-
ным сроком, и исчисляться он будет с того дня, когда информация
впервые появилась на сайте.
Важно подчеркнуть, что пакет поправок в австрийский медиаза-
кон дифференцирует сайты по критерию их публичности. Для тех из
них, которые предназначены исключительно для самовыражения и
не претендуют на широкую публичность, предусмотрен более мяг-
кий правовой режим функционирования. В частности, к ним не бу-
дут применяться положения о праве на ответ и обязанности опове-
щать об исходе уголовного судопроизводства, а операторы таких
сайтов будут освобождены и от обязанности публиковать сведения о
своем основном бизнесе и раскрывать информацию о долях, кото-
рыми они обладают в других медийных компаниях.
Поправки также вносят изменения в положения, регламентирую-
щие исполнение судебных решений. Наряду с такими мерами, как
изъятие и конфискация продукции СМИ, у австрийских судов по-
явится возможность закрывать любые сайты, содержащие материа-
лы незаконного характера*.
В Испании регистрация предусмотрена только для тех сайтов, с
помощью которых их владельцы осуществляют коммерческую дея-
тельность. Некоммерческим сайтам регистрация не нужна, однако
их владельцы должны размещать на страницах свое имя, адрес и
персональный идентификационный номер. Кроме того, принятый
после недавних террористических актов на вокзалах Мадрида Закон
также требует от провайдеров блокировать доступ к зарубежным
сайтам, если на них содержится информация, угрожающая нацио-
нальной безопасности Испании**.
Осуществленная осенью 2004 г. модернизация итальянского уго-
ловного законодательства среди прочего коснулась и отношений в
Сети. В частности, теперь публикация порочащих сведений в италь-
янском сегменте интернета приравнена к аналогичной публикации
в СМИ, со всеми, вытекающими из этого юридическими последст-
виями. Виновное в этом лицо может быть наказано штрафом в раз-
мере до 30 тысяч евро. За оскорбление личности могут оштрафовать


*Информация о законах Финляндии и Австрии представлена с использованием
материалов, опубликованных на страницах ЗИП №№ 3 и 9 за 2004 г.
**http://www.centrasia.ru/news.php4?st=1099455780.

52
Пропавшая фамилия, или файл к делу не пришьешь

до 3 тысяч евро, которые возрастают до 10 тысяч, если человеку при-
писывается при этом конкретное порочащее действие.
Однако такого рода штрафы применяются в Италии только в том
случае, если виновной стороной не публикуется опровержение по-
рочащих сведений. Их публикация автоматически освобождает от
дальнейшего судебного преследования.
Весьма важным вопросом законодательного закрепления право-
вого режима СМИ, функционирующих в рунете, является вопрос об
их наименовании. Необходим термин наиболее точно и, что очень
важно, максимально однозначно, отражающий их суть и специфи-
ку. В Законе РФ «О СМИ» 1991 г. эта часть проблемы была разреше-
на использованием термина «иные СМИ».
Теперь же этого уже недостаточно, пришла пора дать этим субъек-
там виртуальной сетевой жизни надлежащее имя собственное. Име-
ющиеся на сегодня варианты таких имен пока еще до требуемых ус-
ловий по тем или иным причинам, не дотягивают.
Скажем, «электронное издание», примененное в публикуемом в
данном издании варианте проекта ФЗ «О средствах массовой ин-
формации» 2003 г.
Во-первых, само понятие «издание» плохо соотносится, напри-
мер, с вещательным СМИ, распространяющим свою продукцию в
Сети. Впрочем, возможно, со временем к этому сочетанию можно
привыкнуть. Ведь, скажем, в Украине один из законов,
перечисляя различные виды СМИ, наряду с компьютерными се-
тями и другими телекоммуникациями оперирует категорией – эк-
ранные издания – и к этому вроде бы там привыкли. Кроме того,
понятие «электронное издание» достаточно близко, до степени
смешения, соприкасается с понятием «электронные СМИ», весь-
ма прочно утвердившемся в нашем языке применительно к теле-
радиовещательным СМИ.
Изъян сложившегося словоупотребления имеет место быть и по
отношению к выражению «сетевые СМИ». Дело в том, что это сло-
восочетание активно используется в сфере телерадиовещания, где
под ним понимаются СМИ, объединенные в теле и радио сети.
Так что вопрос, как лучше именовать СМИ, функционирующие в
Сети, остается пока открытым.

Пропавшая фамилия, или файл к делу не пришьешь
К сожалению, далеко не все, кто занимается созданием и развити-
ем новых, предназначенных для работы в Сети СМИ, отдают себе


53
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

отчет в достаточно серьезном характере возникающих по ходу этой
деятельности проблем. Некоторые «практики виртуальной реально-
сти», до тех пор пока их самих не клюнет тот самый знаменитый пе-
тух, считают эти проблемы выдумками «яйцеголовых теоретиков»,
которым и надлежит ломать над ними головы. Увы, приходится их
разочаровывать.
«Семена» действительно абстрактных, на первый взгляд, проблем,
если им не уделять должного внимания, дают вполне реальные «всхо-
ды», оборачивающиеся порой для редакции СМИ выплатами — не-
редко достаточно солидными — по статье непредвиденные расходы.
В подтверждение этого тезиса приведу вполне конкретный при-
мер из этого смыслового ряда. В конце1996 г. в выходившей тогда в
Москве газете «Сегодня» публикуется статья, анализирующая ре-
зультаты выборов губернатора Тюменской области. Ее сетевой вари-
ант, как водится, был распространен «до» выхода в свет бумажного
варианта газеты. Среди прочего, он распространялся по стране с по-
мощью (оформленной соответствующим договором) технологичес-
ких возможностей тогдашней специализированной государствен-
ной структуры связи – ФАПСИ.
Один из абонентских пунктов ФАПСИ размещался в помещениях
администрации Тюменской области, откуда сетевой вариант газеты
«Сегодня» и попал в редакцию газеты «Тюменский курьер» («ТК»).
Поскольку тема статьи, о которой идет речь, была весьма актуаль-
ной для Тюмени, то ее текст практически с «электронных колес» по-
шел в номер «Тюменского курьера».
И все было бы ничего, но в этой статье, и не в лучшем свете, пред-
ставал один из участников предвыборной борьбы. Вскоре от его
имени в один из судов Тюмени поступил иск к газете «Тюменский
курьер» о защите чести, достоинства и о возмещении (в достаточно
большом размере) причиненного морального вреда. В заседании су-
да редакция «ТК» апеллировала к норме п. 6 ст. 57 Закона РФ
«О СМИ», освобождающей ее от ответственности по причине до-
словной перепечатки статьи из московской газеты.
Словом, по известной русской пословице Иван («ТК»), в строгом
соответствии с нормой закона, кивает на Петра («Сегодня»), но суд
не придает этим действиям ответчика по иску ровно никакого юри-
дического значения. И формально судьи оказываются правы. Дело в
том, что при сличении двух печатных вариантов (московского и тю-
менского) той злополучной для «ТК» статьи обнаружилась разница
текстов… ровно в одно слово, причем словом этим была фамилия
истца! Отсутствующая в печатном варианте статьи в газете «Сего-

54
Пропавшая фамилия, или файл к делу не пришьешь

дня», она красовалась как в полученном в Тюмени электронном ва-
рианте статьи этой же газеты, так и, соответственно, в печатном ва-
рианте статьи в «ТК». Причем великий и могучий русский язык пре-
доставил в распоряжение судей косвенное, но весьма существенно
зримое подтверждение былого наличия в оригинале статьи «утерян-
ной» фамилии.
Как оказалось, политически бдительный московский редактор,
вычеркнув из двух фамилий одну, видимо, в спешке забыл испра-
вить «далее по тексту» множественное число на единственное. В ре-
зультате в московском печатном варианте появилась фраза, явно на-
рушающая правила русской грамматики: «А. является одними из со-
здателей…». В статье в «Тюменском курьере» эта же фраза звучит
грамматически правильно: «А. и Р. являются одними из создате-
лей…» — но, как посчитали сибирские, а позднее уже и московские
судьи, юридически (в частности, с точки зрения правовых норм ста-
тей 151 и 152 ГК России) некорректно.
И те и другие служители Фемиды упрямо не замечают яркого во
всех отношениях, и прежде всего в лингвистическом, доказательст-
ва присутствия в оригинальном печатном варианте статьи в «Сего-
дня» куда-то впоследствии пропавшей фамилии. Как, впрочем, не
придают значения и соответствующим документам из Тюменского
абонентского пункта ФАПСИ — распечаткам и записям на дискетах
оригинала электронного варианта статьи в газете «Сегодня», где
«пропавшая» фамилия присутствует.
Перефразируя Маяковского, можно с сожалением констатировать:
пока еще к текстам «из интернета» у судей ни почтения, ни доверия нет.
Да и то сказать: ведь текст из виртуальной реальности к делу не при-
шьешь… Впрочем, здесь стоит добавить: пока не пришьешь! Дело в том,
что ст. 10 принятого в 2001 году в первом чтении ФЗ «Об электронной
торговле» закрепила вполне внятный порядок регуляции такого рода
отношений, включающий в себя следующие основные моменты.
Во-первых, сформулировано важное положение о том, что пред-
ставление в качестве письменных доказательств электронных доку-
ментов, подписанных при помощи электронной цифровой подписи
(ЭЦП) или иных аналогов собственноручной подписи, принципи-
ально допустимо, и для этого должен быть предусмотрен порядок,
закрепленный законодательством Российской Федерации.
Иными словами, в соответствии с этой нормой допустимость до-
казательств не может отрицаться только на том основании, что они
представлены в виде электронных документов, а порядок их предо-


55
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

ставления — предмет именно законодательного, а не подзаконного
«инструктивного» регулирования.
Во-вторых, закреплен определенный набор критериев оценки
электронных документов в качестве доказательств. В ходе такой
оценки, в частности, следует учитывать надежность того, каким
образом документы были сформированы, хранились или передава-
лись; каким образом обеспечивалась достоверность и неизменяе-
мость электронных документов, а также любые другие соответству-
ющие условия.
В ходе дальнейшей работы над законопроектом* нашим законо-
дателям было бы полезно учесть имеющийся зарубежный опыт регу-
лирования общественных отношений, связанных с включением в
легитимную доказательственную базу, принимаемую правосудием,
новых для него – виртуальных доказательств.
В том числе, Закона Канады от 13.04.00 «О доказательствах» и
Закона Бельгии от 20.10.00 «О введении телекоммуникационных
средств и электронной подписи в судебные и внесудебные проце-
дуры».

И словно мухи тут и там бродят... «дезы» по сайтам
Еще один болезненный срез проблем, вызванных деятельностью в
Сети СМИ, связан с распространением по Сети слухов, компромата
и охраняемых законом тайн. Ярким свидетельством актуальности
этой проблемы в России является деятельность в Сети таких одиоз-
ных сайтов, как «Коготь-1» и «Коготь-2» (будем надеяться, что их де-
ятельность в Сети навсегда останется в прошлом)**, компроматных,
*Данный законопроект снят с рассмотрения в ГД в апреле 2004 г. В начале 2005 г. на рассмо-
трение ГД внесены две новых конкурирующих редакции законопроекта «Об электронной тор-
говле». Один подготовлен членами Комитета по энергетике, транспорту и связи В. Горбаче-
вым и В. Язевым, а другой – членами Комитета по информационной политике В. Комиссаро-
вым и К. Ветровым.
** В марте 1999 г. скандально известный сайт «Коготь-2», содержавший подборку компро-
мата на красноярского бизнесмена, депутата и авторитета Анатолия Быкова, был закрыт,
и на его титульной странице появилось сообщение: «Sorry, This web page is not in service».
С сервера были удалены и внутренние страницы сайта. И только в феврале 2001 г. появи-
лись более-менее точные сведения и о создателях и о территориальном происхождении
«Когтей». По сообщению Д. Чепчугова, начальника управления «Р» ГУВД Москвы, соот-
ветствующее расследование сотрудники милиции проводили совместно с Федеральным
бюро расследований США. Основанием для возбуждения «дела» по ст . 137 УК РФ стало
заявление гражданина, статья о котором появилась на этом сайте. В ходе оперативно-ро-
зыскных мероприятий удалось установить и задержать всех организаторов и исполнителей
этого преступления. Ими оказались несколько сотрудников одного из частных охранных
предприятий России, а также частная компания, находящаяся на территории США, но ор-
ганизованная выходцами из России.

56
И словно мухи тут и там бродят... «дезы» по сайтам

слуховых сайтов и иже с ними. Как представляется, подходящим для
такого рода информационных структур является образ «информаци-
онной прачечной», предназначенной для отмывки откровенно гряз-
ной информационной продукции в целях ее последующего, более-
менее легитимного включения в широкий политико-экономический
и информационный оборот, по принципу: вечером – в интернете, ут-
ром — в газете или в телевизоре.
Патриотической справедливости ради отмечу, что технологии
такого рода отмывки «сетевого компромата» родились отнюдь не в
нашем отечестве, а там же, где родился и сам интернет — в США.
Многим, наверняка, памятна та воистину вселенская шумиха, что
была поднята в свое время вокруг «Моника-гейта». Но вот откуда,
собственно, явилась на свет эта история, кто доставил в реальный
мир злополучные для тогдашнего Президента США Клинтона ин-
формационные «компромат-дровишки», помнят немногие! А ведь
взяты они были как раз из тамошнего «интернетовского леса».
Дело в том, что впервые историю о мадам Трипп, передавшей «ку-
да и кому следует» записи своих телефонных переговоров с Мони-
кой Левински, рассказал на своем сайте Drudge Report американ-
ский интернет-журналист Мэтт Драдж. Естественно, такая история
не осталась незамеченной. Несколько дней она проверялась амери-
канскими традиционными СМИ на достоверность (обращаю на это
особое внимание журналистов) и лишь после того, как ее сочли до-
стоверной, скандальная «лав стори» появилась на первой полосе
«Вашингтон Пост», а сам Драдж предстал перед зрителями канала
NBC в качестве «человека недели».
В России также немало шума наделал появившийся зимой 98–99
годов на сайте IP-клуба серьезный документ из уголовного дела,
возбужденного по ст. 275 УК РФ («Государственная измена»)
УФСБ РФ по Тихоокеанскому флоту против известного журнали-
ста — Григория Пасько. Наверняка, по примеру коллег из NBC на-
ши телевизионные журналисты были бы не прочь увидеть в своих
программах организатора этой вошедшей в историю интернет-
публикации. Но он так и не раскрыл свое инкогнито, видимо, не
без оснований опасаясь обвинения по ст. 283 УК («Разглашение го-
сударственной тайны») и/или по ст. 310 УК («Разглашение данных
предварительного расследования»), которое вполне реально грози-
ло бы ему переселением (и, весьма вероятно, надолго) в места, как
говорится, не столь отдаленные…
Попутно стоит отметить небезынтересное обстоятельство функ-
циональной связи традиционных и «новых СМИ». Дело в том, что

57
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

первые три месяца пребывания этого документа в интернете не вы-
зывали особого притока посетителей на сайт, их количество состав-
ляло в среднем 100 человек в сутки. Но стоило упомянуть адрес это-
го сайта в новостях Первого телевизионного канала, как его посеща-
емость возросла в разы. С затуханием же скандала на телевидении
посещаемость сайта плавно вернулась в прежнее русло.
И, наконец, слухи. Вообще-то, само по себе распространение
слухов с использованием СМИ (как традиционных, так и но-
вых) российским законом не запрещается. Вместе с тем следует
учитывать определенные особенности правового режима рас-
пространения «слуховой информации». Во-первых, согласно
требованию ч. 1 ст. 51 Закона РФ «О СМИ», журналисту запре-
щено — под страхом не только дисциплинарной, но и уголов-
ной ответственности — распространять слухи «под видом до-
стоверных сообщений».
Камнем преткновения в этой формуле закона является словосо-
четание «под видом» — не имея пока устоявшейся судебно-правовой
трактовки и оценки, оно может пониматься по-разному.
Скажем, известен случай, когда под эту категорию пытались подве-
сти слух, который, будучи неоднократно повторенным электронными
СМИ в течение одного вечера, стал претендовать на роль «достовер-
ной информации». Речь идет о слухе, касающемся здоровья первого
Президента России Б.Н. Ельцина, который был распространен в пред-
грозовом августе 1993 г. еще «старым» НТВ г-на В. Гусинского.
Крепость нервов Б. Ельцина, которую он неоднократно за го-
ды своего президентства демонстрировал в своих отнюдь не бе-
зоблачных отношениях с прессой, хорошо известна. Однако тот
случай в августе 1993 г., когда трижды за вечер в прямом эфире
передачи НТВ «Времечко» прозвучал слух о его критически
плохом самочувствии, стал исключением из общего правила.
Как позже было выяснено, источником этой «информации» был
телефонный звонок в студию человека, назвавшегося «сотрудником
охраны президента» и сообщившего, что Ельцин тяжело болен, а
страна находится на грани государственного переворота. Вот тогда-
то Б. Ельцин не выдержал и публично осудил НТВ за такого рода
практику распространения слухов. Пресса печатная, в частности
«Независимая газета» устами своего тогдашнего обозревателя Ири-
ны Петровской, поддержала его в этой оценке: непроверенные слу-
хи по столь важному поводу и столь массово тиражируемые, вполне
могут сыграть роль детонатора социального катаклизма.


58
И словно мухи тут и там бродят... «дезы» по сайтам

С того времени много воды, в том числе информационной, утекло,
и вера наших граждан в любое печатное и звучащее слово заметно ос-
лабла. Тем не менее проверять слухи перед их публичным распрост-
ранением журналистам все же надо. Ибо распространенные в СМИ
оговорки типа «по слухам», «говорят», «будто бы», «из компетентных
источников» и т. п. не входят в закрепленный в ст. 57 Закона РФ «О
СМИ» перечень оснований для освобождения журналистов от юри-
дической ответственности за то, «как наше слово отзовется».
Никто не отменял и предусмотренную ст. 49 Закона РФ
«О СМИ» одну из основных обязанностей журналиста — проверять
достоверность сообщаемой им информации. Так что, в тех случаях,
когда речь идет о чести, достоинстве и деловой репутации конкрет-
ных личностей и юридических лиц, все субъекты права СМИ несут
установленную ответственность, в необходимых случаях солидар-
ную, за распространение недостоверных сведений, в том числе и
слухов.
Достоин внимания еще один сетевой аспект распространения
слуховой информации — той, что в эру бумажных СМИ называлась
«газетной уткой».
Вот пример этого смыслового ряда. Вечером 5 марта 1999 г. в гос-
тевой книге сайта Полит.Ру появилось сообщение о якобы имев-
шем место быть самоубийстве тогдашнего губернатора Санкт-Пе-
тербурга В. Яковлева. В ту же ночь журналисты других интернет-из-
даний эту информацию «сняли» и в своих экстренных ночных вы-
пусках новостей ее широко распространили, не забыв сослаться на
Полит.Ру. Эту «новость» через несколько дней показало, причем на
фоне заставки Полит.Ру, питерское ТВ: смотрите, мол, какие «де-
зы» гуляют по интернету. Дальше — больше. В дело вступила боль-
шая пресса — «Новые известия», «старое» НТВ et сetera. Все вроде
бы слух-то опровергают, но все же, все же, все же…
Хорошо хоть дети у Яковлева не подкачали и — дорога ложка
к обеду! — вовремя подарили ему внучку, которую он прилюдно,
«телевизионно» забрал из роддома, чем окончательно опроверг
нехороший сетевой слух о себе. Проблема, нежданно-негаданно
посетившая семью Яковлевых, слава богу, благополучно разре-
шилась, но для интернет-медиа она осталась — в виде вопроса о
юридической корректности действий издателей Полит.Ру.
Дело в том, что себя любимых виновными в происшедшем они не
посчитали. Во всем, дескать, виновата технологическая составляю-
щая интернет-медиа — ведь зловещий слух возник не на самом сай-


59
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

те издания, а где-то «сбоку», на веб-борде*, в гостевой книге. А коли
так, то и спрос с нас короток...
Но на самом деле, не все так просто. Применим к данной ситуации
уже знакомую нам аналогию правил. С чем можно сравнить тексты
на веб-борде или специализированном форуме интернет-медиа?
Правильно, с письмами читателей или с телефонными звонками в
студию! Отвечают ли за их публикацию печатные, радио- и телевизи-
онные СМИ? Судя по судебной практике рассмотрения исков о за-
щите чести и достоинства, в отношении печатных СМИ вывод одно-
значен: отвечают. В отношении же их виртуальных аналогов соответ-
ствующая судебная практика только начинает складываться.
Какое конкретное содержание она приобретет через несколько
лет, предсказать трудно. Но в той или иной степени ей предстоит
учесть несомненную социальную полезность различных форм ин-
тернет-реагирования потребителей на нерадивых производителей
товаров, работ, услуг, получающих в последнее время в Сети все бо-
лее и более широкое распространение. В частности, «черных спис-
ков», куда попадают все те, кто чем-то и как-то не удовлетворил по-
требителей той или иной продукции, товаров, услуг и т. д.
В рунете это явление возникло сравнительно недавно. Скажем,
журнал «Коммерсантъ-Деньги» впервые написал об этом интернет-
феномене только в конце 2000 года. Как правило, в «черных спис-
ках» приводятся конкретные сведения о компаниях или частных ли-
цах, плохо проявивших себя при исполнении каких-либо обяза-
тельств. Сегодня в зоне «ru» таких электронных «досок позора» рас-
положено несколько сотен, по самым различным отраслям (рекру-
тинг, реклама, туризм, информационные технологии и т. д.).
С их помощью потребители достаточно успешно проводят контр-
рекламные кампании против нерадивых производителей и их про-
дукции. Размещенные в виртуальной Сети критические замечания
по поводу того или иного вида товаров или услуг вполне реально
влияют на выбор тысяч других покупателей со всего мира при оче-
редной покупке.
Особо подчеркнем, что подобным, сетевым образом обнародо-
ванная негативная «потребительская» информация весьма серьезно
*От англ. «web-board» — доска объявлений в интернете. Кстати, в Швеции есть
специальный закон, регулирующий отношения по поводу такого рода «досок» или, если
хотите, информационных «заборов», включающий в себя институт ответственности их
владельцев за содержание размещаемой там информации. Это – Act on Responsibility for
Electronic Bulletin Boards. В нем, в частности, закреплено положение об обязанности их
владельцев удалять сообщения третьих лиц, в том случае, если содержащаяся в них
информация нарушает ряд норм уголовного и гражданского законодательства.

60
И словно мухи тут и там бродят... «дезы» по сайтам

отличается по своей действенности, скажем, от традиционных, до-
интернетовских «писем в редакцию», содержащих жалобы на что-то
или на кого-то.
В доинтернетовскую эпоху подобные жалобы могли быть пред-
ставлены на всеобщее обозрение всего лишь в одном выпуске того
или иного печатного издания или в одной вещательной передаче —
размещенная же в интернете информация находится там месяцами,
может много раз дублироваться на других сайтах и в новостных рас-
сылках, следовательно, ознакомиться с ней и сделать соответствую-
щие выводы может гораздо большее количество потенциальных по-
требителей.
Помимо специализированных сайтов, предоставляющих нега-
тивную информацию о деятельности определенных компаний, су-
ществуют так называемые сайты «Общественного мнения», на кото-
рых потребители выражают недовольство в адрес определенного ви-
да продукции или услуг. Многие потребители ориентируются на та-
кого рода публикации при выборе того или иного товара.
В результате серьезные компании в целях охраны своей деловой
репутации уже вынуждены в профилактических целях прибегать к
выборочному или постоянному мониторингу соответствующей ин-
формации в интернете для оперативного реагирования на распрост-
ранение недостоверной информации и улучшения сервиса обслужи-
вания потребителей, что, кстати, помогает минимизировать количе-
ство поступающих жалоб и предотвращает многие судебные разби-
рательства. К сожалению, не все и не всегда.
Так, содержание «Черного списка» популярного в индустрии ме-
таллов сайта MetalTorg.ru в декабре 2002 г. стало предметом разбира-
тельства Арбитражного суда Московской области, после того как ту-
да был подан иск о защите деловой репутации против компании
«Мегасофт» — владельца этого сайта.
Истец — компания «Тройка-сталь», специализирующаяся на по-
ставках металлопроката в Москве — утверждал, что посредством
специализированного форума данного сайта — «Черный список» —
была распространена недостоверная информация, порочащая дело-
вую репутацию заявителя.
«Тройка-сталь» требовала опровергнуть эту информацию, приос-
тановить работу сайта и взыскать с «Мегасофта» довольно серьезную
сумму в качестве компенсации.
Исковое заявление «Тройки-сталь» стало неприятной неожидан-
ностью для владельцев сайта. Они полагали, что поскольку их «Чер-
ный список» содержит стандартное предупреждение: «MetalTorg.ru

61
Свобода массовой информации в интернете. Правовые условия реализации

не несет ответственности за достоверность самостоятельно разме-
щаемой посетителями сайта информации и не может подтвердить ее
или опровергнуть», то тем самым они полностью обезопасили себя
от всех возможных претензий.
Представители «Мегасофта» настойчиво подчеркивали, что их
компания привлекается к суду за распространение сведений, к со-
зданию которых она не имеет никакого отношения.
«Если суд признает «Мегасофт» лицом, распространяющим
ложную информацию, и обяжет нас выплатить денежную сумму,
то можно будет без труда обанкротить любой интернет-ресурс,
содержащий «Форум» или Гостевую книгу», – этот аргумент от-
ветчика звучал постоянным рефреном по ходу рассмотрения
данного дела. Для этого, продолжали они, какой-либо организа-
ции достаточно будет опубликовать о себе ложные сведения, а
затем обратиться в суд с требованием компенсации. Удовлетво-
рение иска создаст прецедент, который поставит под угрозу су-
ществование ресурсов, содержащих такие интерактивные разде-
лы, как форумы и гостевые книги, где пользователи свободно,
без цензуры, могут высказывать свои мнения по интересующим
их вопросам.
Судебная тяжба по этому действительно прецедентному делу тя-
нулась долго и с переменным успехом. Сначала суд отказал «Трой-
ке-сталь» в удовлетворении иска, но в сентябре 2003 г. это решение
было пересмотрено, и суд обязал ответчика опубликовать на сайте
www.MetalTorg.ru опровержение той информации, что вызвала иск.
Суд также обязал ответчика выплатить истцу компенсацию. Требо-
вание же истца приостановить работу «Форума» сайта удовлетворе-
но не было.
«Мегасофт» данный вердикт оспорил, однако неудачно. В начале
марта 2004 г. в Федеральный арбитражный суд Московского округа
поставил точку в развитии этого дела, оставив жалобу ответчика без
удовлетворения. Логика базовой правовой позиции решения этого
судебного органа построена на следующем тезисе:
«На основе применения правовых норм ГК Российской Федера-
ции суд обеих инстанций, оценив представленные по делу доказа-
тельства, пришел к выводу о том, что распространенные ответчиком
сведения являются порочащими деловую репутацию истца.
При этом суд обеих инстанций правильно исходил из того, что от-
ветственность лица, распространившего порочащие сведения, на-
ступает независимо от наличия или отсутствия у такого лица статуса
средства массовой информации.

62
И словно мухи тут и там бродят... «дезы» по сайтам

Ссылка ответчика на то, что сведения в виде сообщений распро-
странялись не им, а анонимными посетителями принадлежащего
ему сайта, доступ к которому является свободным, обоснованно
отклонена судом первой и апелляционной инстанций с указанием
на то, что сама возможность появления порочащих сведений на
страницах данного интернет-сайта является следствием создания
ответчиком, как его владельцем, соответствующих технологичес-
ких условий.
При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции пришел
к выводу о том, что при вынесении обжалованного определения суд
первой и апелляционной инстанций правильно определил нормы
материального права, подлежащие применению, не допустил нару-
шений норм процессуального права и принял обоснованный и за-

<<

стр. 2
(всего 13)

СОДЕРЖАНИЕ

>>