<<

стр. 3
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

(d) Развитие идет по направлению к большей свободе и разуму, хотя
орудиями достижения этого является не рациональное планирование, а такие иррациональные силы, как наши страсти и эгоистические интересы. (Гегель называл это "хитростью разума".)
(е) Моральный позитивизм, или, в случае Маркса, моральный "футуризм". (Этот термин объясняется в главе 22.)
(f) Классовое сознание является одним из орудий, посредством которого стимулируется развитие общества. (Гегель оперировал с сознанием нации, "национальным духом" или "национальным гением".)

376
(g) Методологический эссенциализм. Диалектика.
(h) Идеи, указанные в пунктах (h1) и (h2), играют определенную роль в работах Маркса, однако важное место они заняли только у его последователей.
(h1) Различие между "формальной" свободой и "формальной" демократией и "реальной", или "экономической", демократией. В связи с этим марксизм выражает "амбивалентное" отношение к либерализму, т.е. смесь любви и ненависти.
(h2) Коллективизм.
В следующих главах пункт (а) будет главной темой. В связи с (а) и (6) см. прим. 13 к настоящей главе. По поводу (b) см. главы 22-24. По поводу (с) см. главы 22 и 25. Относительно (d) см. главу 22 (и в связи с гегелевской "хитростью разума" см. текст к прим. 84 к гл. 12). По поводу (f) см. главы 16 и 19. Относительно (g) см. прим. 4 к настоящей главе, прим. 6 к гл. 17, прим. 13 к главе 15, прим. 15 к главе 19 и прим. 20-24 к гл. 20 и соответствующий текст. В свези с (h1) см. прим. 19 к гл. 17. Пункт (h2) оказал свое влияние на Марксов антипсихологизм (см. текст к прим. 16 к гл. 14).
Необходимо отметить, что Маркс - несомненно под влиянием платонов-ско-гегелевской доктрины о превосходстве государства над индивидуумом - развивает свою теорию, согласно которой даже "сознание" индивидуума определяется его социальными условиями. И все же по своей сути Маркс был индивидуалистом: основной его интерес заключался в стремлении помочь страдающим человеческим индивидуумам. Таким образом, коллективизм как таковой определенно не играл важной роли в собственных работах Маркса. (За исключением подчеркиваемого им коллективного характера классового сознания, упомянутого в пункте (f) - см., например, прим. 4 к гл. 18.) Однако коллективизм играет большую роль в марксистской практике.
3 В Capital, 387-389 - (МЭ, 23; 378-379) Маркс делает несколько
интересных замечаний по поводу платоновской теории разделения труда (см.
прим. 29 к гл. 5 и соответствующий текст) и о кастовом характере платонов
ского государства. (При этом Маркс ссылается, однако, только на Египет, но
не на Спарту; ср. прим. 27 к гл. 4.) В связи с этим Маркс цитирует (МЭ, 23;
379) интересный отрывок из исократовского "Бузириса", 15 и след., 224/225,
где Исократ сначала выдвигает аргумент в пользу разделения труда, очень
похожий на аргумент Платона (см. текст к прим. 29 к гл. 5). Затем Исократ
продолжает: "И действительно... египтяне [настолько] превзошли своих
соперников... что знаменитые философы, касавшиеся этого вопроса, восхва
ляют государственное устройство Египта более, чем какое-либо другое, и
спартанцы... управляют своим собственным полисом столь замечательным
образом именно потому, что они скопировали методы египтян". Я думаю,
что Исократ здесь скорее всего ссылается на Платона и вполне возможно,
что, в свою очередь, на Исократа ссылается Крантор, когда он выступает
против тех, кто обвинял Платона в том, что он стал последователем египтян
(см. прим. 27 (3) к гл. 4). ** Следует отметить, что в "Капитале" в цитате
Исократа отсутствует, как, впрочем, указывает К. Поппер в этом примеча
нии, заключительная часть, начиная со слов "и спартанцы...". - Прим.
редактора и переводчика. **
4 Или как "разрушающего интеллект" ("intelligence destroying") - см.
текст к прим. 68 к гл. 12. По поводу диалектики в целом и гегелевской
диалектики, в частности, см. главу 12, особенно текст к прим. 28-33. Я не
буду рассматривать в этой книге диалектику Маркса, поскольку я разбирал

377
ее в другом месте (см. What is Dialectic? // Mind, New Series, vol. 49, 1940, p. 403 и след.; переработанный вариант в "Conjectures and Refutations", p. 312 и след.). Я считаю марксову диалектику, подобно гегелевской, довольно опасной путаницей, однако здесь я могу не заниматься ее анализом, в частности потому, что критика историцизма Маркса покрывает все, что можно всерьез рассматривать в его диалектике.
5 См., например, цитату в тексте к прим. 11 к настоящей главе.
6 Утопизм впервые подвергнут наладкам со стороны Маркса и Энгельса в
"Коммунистическом манифесте", III, 3 (см. Н. о. М., 55 и след. = GA,
Series I, vol. 6, 553-555) - (МЭ, 4; 455-457). По поводу марксовой критики
"буржуазных экономистов", которые "старались согласовать политическую
экономию капитала с притязаниями пролетариата" (МЭ, 23; 17), т.е. критики,
направленной в основном против Дж. Ст. Милля и других представителей
контовской школы, см., в частности, Capital, 868 (против Дж. Ст. Милля; см.
также прим. 14 к настоящей главе) и 870 (против контовского "Revue
Positiviste"; см. также текст к прим. 21 к гл. 18). По поводу проблемы
"социальная технология versus историцизм" и "постепенная, поэтапная (piece
meal) социальная инженерия versus утопическая социальная инженерия" см.,
в частности, главу 9 (см. также прим. 9 к гл. 3; прим. 18 (3) к гл. 5 и прим. 1
к гл. 9; в этих примечаниях существенны ссылки на М. Eastman. Marxism: is
it Science?).
7 (1) Приведенные в этом абзаце две цитаты Ленина заимствованы из S.
and В. Webb. Soviet Communism. 2nd ed., 1937, p. 650 и след. В примечании
авторы этой книги отмечают, что вторая цитата взята из речи, произнесенной
Лениным в мае 1918 г. Замечательно, как быстро Ленин осознал ситуацию.
Накануне прихода коммунистической партии к власти Ленин опубликовал
в августе 1917 г. книгу "Государство и революция", в которой он выступил
чистым историцистом. В этот период он не только не осознавал наиболее
трудные проблемы конструирования нового общества, но даже верил вместе
с большинством марксистов, что этих проблем просто не существует или что
они будут без труда решены в процессе исторического развития (см., в
частности, отрывки из "Государства и революции" в Н. о. М., 757 и след.
(= V. I. Lenin. State and Revolution, L. L. L, vol. 14, pp. 77-79) - (Ленин,
33; 100-102)). В этих фрагментах Ленин подчеркивает простоту проблем
организации и управления на различных фазах построения коммунистиче
ского общества. "Все дело в том, - пишет он, - чтобы они работали
поровну, правильно соблюдали меру работы и получали поровну. Учет этого,
контроль за этим упрощен* (курсив в оригинале) "капитализмом до чрезвы
чайности" (Ленин, 33; 101). Эти методы могут быть просто переняты
рабочими, поскольку они доведены до "всякому грамотному человеку доступ
ных операций... знания четырех действий арифметики" (там же, с. 101).
Эти поразительно наивные заявления весьма показательны. (Мы обнаружи
ваем, что подобные взгляды высказывались и в Германии, и в Англии - см.
настоящее примечание пункт (2).) Эти идеи Ленина следует сравнить с
ленинскими речами, произнесенными несколькими месяцами позже. По
следние хорошо показывают, насколько далек был пророческий "научный
социалист" от какого-либо предчувствия предстоящих проблем и бед. (Я
имею в виду беды периода военного коммунизма - того периода, который
был результатом этого пророческого и антитехнологического марксизма.)
Однако эти более поздние утверждения Ленина показывают также его
способность обнаруживать и признавать сделанные ошибки. Он отказался от

378
марксизма на практике, хотя и не сделал этого в теории. См. также разделы 2 и 3 главы V "Государства и революции" - Н. о. М., 742 и след. (= State and Revolution, pp. 67-73) - (Ленин, 33; 40-50), демонстрирующие чисто историцистский, т.е. пророческий и антитехнологический ("антиутопический", как мог бы сказать Ленин - см. Н. о. М., 747 ( = State and Revolution, pp. 70-71) - (Ленин, 33; 45-48)) характер этого "научного социализма" до его прихода к власти.
Однако когда Ленин признается, что он не знает какой-либо книги, рассматривающей реальные конструктивные проблемы социальной инженерии, он этим только показывает, что марксисты, верные указаниям Маркса, даже не знакомы с "утопическими" сочинениями "кабинетных профессоров-социалистов", которые пытались положить начало рассмотрению именно этих проблем. Я имею в виду фабианцев в Англии, а также А. Менгера (A. Menger. Neue Staatslehre. 2nd ed., 1904, в частности р. 248 и след.) и И. Поппера-Линкоя в Австрии. Последний предложил кроме множества других концепций также технологию коллективного сельского хозяйства и, в частности, формирования гигантских хозяйств того типа, которые позже были созданы в России (см. Allgemeine Naehrpflicht, 1912, см. р. 206 и след. и р. 300 и след. второго издания, 1923). Однако он был отвергнут марксистами как "полусоциалист". Они называли его "полусоциалистом" потому, что он предусматривал в своем обществе сектор частного предпринимательства, а экономическую активность государства ограничивал заботой об основных потребностях каждого - "гарантированным минимумом существования". За пределами этого, по мнению И. Поппера-Линкоя, общество оставалось строго конкурентной системой.
(2) Ленинская позиция, выраженная в "Государстве и революции", процитированная ранее, очень похожа, как отметил Джакоб Винер, на воззрения Джона Каррузерса (J. Carruthers. Socialism and Radicalism, в особенности pp. 14-16; см. также прим. 9 к гл. 9). Дж. Каррузерс пишет: "Капиталисты изобрели систему финансов, с которой, хотя она и достаточно сложна, легко работать практически и которая очень хорошо помогает любому человеку наилучшим способом управлять, своей фабрикой. Очень похожая, но еще более простая система финансов будет подсказывать управляющему, избранному работниками социалистической фабрики, каким образом ему управлять, и он будет испытывать в этом случае не большую необходимость прибегать к совету профессионального организатора, чем нуждается в этом капиталист".
8 Этот наивный натуралистический лозунг и представляет собой Марксов "принцип коммунизма" (заимствованный Марксом из статьи Луи Блана (L. Blanc, L'orrganisation de travail), как любезно указал мне Брайен Маги). Его корни лежат в платонизме и раннем христианстве (см. прим. 29 к гл. 5; Деяния святых апостолов, 2, 44-45 и 4, 34-35, см. также прим. 48 к гл. 24 и дальнейшие ссылки, приведенные там). "Принцип коммунизма" цитируется Лениным в "Государстве и революции" - см. Н. о. М., 752 (= State and Revolution, 74) - (Ленин, 33; 95). Марксов "принцип социализма", который включен в Конституцию СССР 1936 года, почти не отличается от процитированного по форме, однако, значительно слабее его. Действительно, статья 12 этой Конституции утверждает: "В СССР осуществляется принцип социализма: "От каждого по его способности, каждому - по его труду"". Подстановка слова "труд" вместо раннехристианского "потребности" трансформирует романтическое и экономически совершенно неопределенное натуралистическое

379
утверждение в весьма практический, но общеизвестный принцип - в такой принцип, который даже "капитализм" может признать своим.
9 Я имею в виду название знаменитой книги Ф. Энгельса "Развитие социализма от утопии к науке". (Эта книга была опубликована на английском языке под названием "Socialism: Utopian and Scientific" - (МЭ, 19; 185-230).
10 См. мою работу The Poverty of Historicism // Economica. New Series,
vol. 11, NN 42, 43, 1944; позднее опубликована отдельным изданием (К. Pop
per. The Poverty of Historicism. London, Routledge and Kegan Paul; Boston, Mass.,
The Beacon Press, 1957).
11 Это одиннадцатый тезис марксовых "Тезисов о Фейербахе" (1845) -
см. Н. о. М., 231 (= F. Engels. Ludwig Feuerbach und der Ausgang der
klassischen Deutchen Philosophie. Berlin, J. W. Dietz, Nachf., 1946, S. 56) -
(МЭ, 3; 4). См. также прим. 14-16 к настоящей главе и разделы 1, 17 и 18
в "The Poverty of Historicism".
12 Я не намерен здесь входить в какие-либо детали метафизической или
методологической проблемы детерминизма. (Несколько дальнейших замеча
ний по этой проблеме можно найти в главе 22.) Однако я хотел бы отметить,
в какой степени неадекватно трактовать термины "детерминизм" и "научный
метод" как синонимы. Это все еще делается, даже столь замечательным и
чрезвычайно ясным в изложении своих мыслей исследователем, как Б. Ма
линовский, - см. его статью в "Human Affairs" (Ed. by Cattell, Cohen and
Travers, 1937, ch. XII). Я полностью согласен с методологическими тенден
циями этой статьи, с ее акцентом на применение научного метода в
социальных науках, так же, как и с ее блестящим осуждением романтиче
ских тенденций в антропологии (см., в частности, р. 207 и след., pp. 221-
224). Однако когда Малиновский приводит аргументы в пользу "детерми
низма в изучении человеческой культуры" (op. cit., p. 212; см. также р. 252),
я не знаю, что здесь может подразумеваться под .детерминизмом, кроме
просто "научного метода". Это отождествление, однако, несостоятельно и
представляет собой большую опасность, как это показано в тексте моей книги.
Дело в том, что такой подход может привести к историцизму.
13 По поводу критики историцизма см. мою работу The Poverty of His
toricism // Economica, New Series, vol. 11, 1944.
Для Маркса вполне извинительно, что он придерживался ошибочной веры в существование "естественного закона исторического развития" - ведь некоторые из лучших ученых его времени (к примеру, Т. Г. Гексли - см. Т. Я. Huxley. Lay Sermons, 1880, p. 214) действительно верили в возможность открытия закона эволюции. Однако на самом деле не может быть никакого эмпирического "закона эволюции". Существует специфическая эволюционная гипотеза, утверждающая, что жизнь на земле развилась определенным образом. Вместе с тем универсальный, или естественный, закон эволюции должен был бы установить гипотезу, касающуюся хода развития жизни на всех планетах (по крайней мере). Другими словами, если ограничиваться наблюдением одного уникального процесса, то нет никакой надежды найти и проверить "закон природы". (Конечно, существуют законы эволюции, принадлежащие к развитию молодых организмов, и т. п.)
Безусловно, могут существовать социологические законы и даже законы социологические, относящиеся к проблеме прогресса. Примером последних может служить гипотеза, согласно которой там, где свобода мысли и обмена мыслями эффективно защищена правовыми институтами и соответствующие

380
институты обеспечивают публичность обсуждений, там будет и научный прогресс (см. главу 23). Однако есть причины, по которым нам лучше вообще не говорить об исторических законах (см. прим. 7 к гл. 25 и соответствующий текст).
14 Capital, 864 ("Предисловие к первому изданию") - (МЭ, 23; 10). (По
поводу сходных замечаний Дж. Ст. Милля см. прим. 16 к настоящей главе.)
В этом же самом месте Маркс также говорит: "Конечной целью моего
сочинения является открытие экономического закона движения современного
общества" (Н. о. М., 374) - (МЭ, 23; 10). (См. также текст к прим. 16 к
настоящей главе.) Столкновение между марксовым прагматизмом и его же
историцизмом становится совершенно очевидным, как только мы сравниваем
эти отрывки с одиннадцатым из его "Тезисов о Фейербахе" (цитированном
в тексте к прим. 11 к настоящей главе). В "The Poverty of Historicism",
раздел 17, я попытался более четко охарактеризовать это столкновение,
определив Марксов историцизм в форме, которая в точности аналогична его
критике Л. Фейербаха. Дело в том, что мы можем следующим образом
перефразировать Марксов отрывок, процитированный в тексте к этому
примечанию: "Историцист может только объяснять общественное развитие
и различными способами способствовать его осуществлению. По мнению
историциста, однако, никто не может изменить ход общественного
развития" (см. также главу 22, в частности текст к прим. 5).
15 Capital, 469 - (МЭ, 23; 448). Следующие три цитаты заимствованы из
Capital, 868, 673, 830 - (МЭ, 23; 17, 625, 759). Первая из этих цитат взята
из "Послесловия ко второму изданию" (** Отметим, что в Capital "Послес
ловие ко второму изданию" названо "Предисловием ко второму изданию",
и это неточное название К. Поппер несколько раз употребляет в своей
книге. - Прим. редактора и переводчика. **) Термин "shallow syncretism"
("плоский синкретизм") в английском переводе этой цитаты не вполне
адекватно передает очень сильное выражение оригинала. (** В оригинале
К. Маркс использует выражение "geistloser Synkretismus", которое К. Поппер
перевел на английский язык как "insipid, brainless syncretism", а в настоящем
издании мы перевели как "безжизненный и глупый синкретизм". В издании
"Сочинений" К. Маркса и Ф. Энгельса на русском языке, как и в английском
переводе, используется термин "плоский синкретизм" - (МЭ, 23; 17). -
Прим. редактора и переводчика. **) Относительно упомянутых в тексте
"многочисленных косвенных свидетельств" см., например, Capital, 105, 562,
649, 656 - (МЭ, 23; 135, 526, 604, 610).
16 Capital, 864 = Н. о. М., 374 - (МЭ, 23; 10). См. также прим. 14 к
настоящей главе. Следующие три цитаты заимствованы из J. S. Mill. A
System of Logic (1st ed., 1843; цитируется по 8th ed.), книга VI, гл. X, § 2
(конец); § 1 (начало); § 1 (конец) (русский перевод: Дж Спи Милль.
Система логики силлогистической и индуктивной. Изложение принципов
доказательства в связи с методами научного исследования. М., Издание
Г. А. Лемана, 1914, с. 830, 829; ** при цитировании "Системы логики..."
Дж. Ст. Милля мы в некоторых случаях внесли небольшие поправки в
используемый нами русский перевод этой работы - прим. редактора и
переводчика. **) Интересный отрывок (который говорит почти то же, что и
знаменитое утверждение Маркса, процитированное в тексте к прим. 14)
имеется в этой же самой главе миллевской "Системы логики...", § 8.
Ссылаясь на исторический метод, который стремится обнаружить "законы
социального строя и социального прогресса", Милль пишет: "С его помощью

381
нам удастся, быть может, впоследствии не только далеко заглянуть в будущую историю человечества, но и определить, какие искусственные средства и в какой именно степени можно применять для того, чтобы ускорить ecmecтвенный прогресс настолько, насколько он благодетелен, чтобы загладить все его возможные неудобные или вредные следствия и предохранить против тех опасностей или неожиданностей, каким подвергается человечество в силу необходимых случайностей своего развития" (курсив мой) - (русский перевод: Дж. Ст. Милль, там же, с. 846-847). Другими словами, используя выражение Маркса, "сократить и смягчить муки родов".
17 См. J. S. Mill, op. cit., книга VI, гл. X, § 3 (русский перевод:
Дж. Ст. Милль, там же, с. 830-832). Следующие далее замечания Милля
заимствованы из первого абзаца § 3. Термины "орбита" и "траектория"
используются в конце второго абзаца § 3. Говоря об "орбитах", Милль,
по-видимому, имеет в виду циклические теории исторического развития типа
тех, что были сформулированы в платоновском "Политике" или, возможно,
в "Рассуждении о первой декаде Тита Ливия" Н. Макиавелли (N. Machiavelli.
Discourses on Livy).
18 J. S. Mill, loc. cit., середина последнего абзаца § 3 (русский перевод:
Дж. Ст. Милль, там же, с. 832). В связи со всеми процитированными
отрывками из Дж. Ст. Милля см. также прим. 6-9 к гл. 14 и "The Poverty of
Historicism", разделы 22, 24, 27, 28.
19 В связи с проблемой психологизма (термин обязан своим происхожде
нием Э. Гуссерлю) я позволю себе процитировать несколько фраз замечатель
ного психолога Д. Каца. Отрывки заимствованы из статьи: D. Katz. Psycho
logical Needs // Human Affairs. Ed. by Cattell, Cohen and Travers, 1937, ch. III,
p. 36: "В философии одно время существовала тенденция делать из психоло
гии "единственную" фундаментальную основу всех остальных наук... Эта
тенденция обычно называется психологизмом... Однако даже науки, тесно
связанные - подобно социологии или экономике - с психологией, обладают
нейтральным ядром, которое не является психологическим...". Более подробно
мы рассмотрим психологизм в главе 14 (см. также прим. 44 к гл. 5).
20 Цитата К. Маркса взята из "Предисловия" к "К критике политической
Экономики" (1859) = Н. о. М., 371 (= Karl Marx. Zur Kritik der politischen
Oekonomie. Ed. by K. Kautsky. Berlin, J. W. Dietz, Nachtf., 1930, S. LIV-
LV) - (МЭ, 13; 6). (См. также "Введение 175 Дж. Коула в Capital, XV и
след.) Процитированный отрывок дополняют цитаты, приведенные в тексте
к прим. 13 к гл. 15 и в тексте к прим. 4 к гл. 16; см. также прим. I к гл. 14
и соответствующий текст.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 14
1 "Предисловие" К. Маркса к "К критике политической экономии",
цитированное также в прим. 20 к гл. 13 и в тексте к прим. 13 к гл. 15 и к
прим. 4 к гл. 16, - Н. о. М., 372 (= Capita!, р. XVI) - (МЭ, 13; 7). См.
также: К. Маркс и Ф. Энгельс. Немецкая идеология (Н. о. М., 213 = GA,
Series 1. vol. V, 16): "Не сознание определяет жизнь, а жизнь определяет
сознание" (МЭ, 3; 25).
2 См. прим. 19 к гл. 13.
3 См. М. Ginsberg. Sociology. Home University Library, p. 130 и след., где
эта проблема обсуждается в сходном контексте, однако без ссылки на Маркса.


382
4 См., к примеру, Zoology Leaflet, 10. Chicago, Field of Natural History,
1929.
5 По поводу институционализма см., в частности, главу 3 (текст к
примечаниям 9 и 10) и главу 9.
6 J. S. Mill A System of Logic, книга VI, гл. IX, § 3 (русский перевод:
Дж. Ст. Милль. Система логики силлогистической и индуктивной. Изложе
ние принципов доказательства в связи с методами научного исследования.
М., Издание Г. А. Лемана, 1914, с. 819). (См. также прим. 16-18 к гл. 13.)
**При цитировании "Системы логики..." Дж. Ст. Милля мы в некоторых
случаях внесли небольшие поправки в используемый нами русский перевод
этой работы. - Прим. редактора и переводчика.**
7 J. S. Mill, op. cit, книга VI, гл. VI, § 2 (русский перевод:
Дж. Ст. Милль, там же, с. 796-797).
8 J. 5. Mill, op. cit., книга VI, гл. VII, § 1 (русский перевод:
Дж. Ст. Милль, там же, с. 798). Относительно противоположности между
"методологическим индивидуализмом" и "методологическим коллективиз
мом" см. F. A von Hayek. Scientism and the Study of Society. Part II, Section
VII // Economica, 1943, p. 1 и след.
9 Эта и следующая цитаты взяты из J. S. Mill, op. cit., книга VI, гл. X,
§ 4 (русский перевод: Дж. Ст. Милль, там же, с. 832-833).
10 Я использую термин "социологические законы" для обозначения есте
ственных законов социальной жизни в противоположность ее нормативным
законам - см. текст к прим. 8-9 к гл. 5.
11 См. прим. 10 к гл. 3. Процитированный отрывок взят из моей "Нищеты
историцизма" (The Poverty of Historicisra // Economica, New Series, vol. 11,
1944, Part II, p. 122; см. также К. Popper.The Poverty of Historicism. London,
Routledge and Kegan Pau; Boston, Mass., The Beacon Press, 1957, p. 65.
Предположением о том, что именно Маркс был первым из тех, кто рассматривал социальную теорию как изучение нежелательных социальных последствий почти всех наших действий, я обязан К. Полани, который подчеркнул этот аспект марксизма в частном разговоре со мной (1924).
* (1) Только что упомянутый аспект марксизма составляет важный пункт согласия между представлениями Маркса о методе социальных наук и моими собственными представлениями на этот счет, однако существует значительное разногласие между нашими взглядами относительно способов анализа этих нежелательных или непреднамеренных последствий. Дело в том, что Маркс был методологическим коллективистом. Он считал, что именно "система экономических отношений" как таковая порождает нежелательные следствия - систему институтов, которую, в свою очередь, можно объяснить в терминах "средств производства", но которую нельзя проанализировать в терминах индивидуумов, их отношений и их действий. В противоположность этому я утверждаю, что институты (и традиции) следует анализировать в индивидуалистских терминах, т.е. в терминах отношений индивидуумов, действующих в определенных ситуациях, и непреднамеренных следствий их действий.
(2) Ссылка в тексте на "очистку холста" и на главу 9 относится к прим. 9 и 12 к гл. 9 и соответствующему тексту.
(3) В связи с высказанными в тексте соображениями (в абзаце, к которому относится это примечание, а также в некоторых последующих абзацах) о непреднамеренных социальных последствиях наших действий я хочу обратить внимание на тот факт, что в определенном отношении аналогичная ситуация имеет место и в физических науках (например, в технике и
(2)
383
технологии). Действительно, задача технологии состоит в основном в том, чтобы информировать нас о непреднамеренных следствиях того, что мы делаем (например, мост может стать слишком тяжелым, если укрепить некоторые его элементы). Эту аналогию можно продолжить и дальше. Технические изобретения редко функционируют в соответствии с нашими первоначальными проектами. Изобретатели автомобиля вряд ли предвидели социальные последствия их новшества, но они определенно не предвидели чисто технических последствий этого изобретения - многообразных видов поломок машин. Для того, чтобы избежать аварий, конструкции автомобилей постоянно совершенствовались и в результате машины изменились до неузнаваемости. (И с ними изменялись также соответствующие человеческие мотивы и побуждения.)
(4) По поводу моей критики заговорщицкой теории общества, или теории заговоров (с. 112-114 настоящего тома "Открытого общества"), см. мои статьи "Prediction and Prophecy and their Significance for Social Theory" // Proceedings of the Xth International Congress of Philosophy, 1948, vol. I, p. 82 и след., особенно р. 87 и след., и "Towards a Rational Theory of Tradition" // The Rationalist Annual, 1949, p. 36 и след., особенно р. 40 и след. Обе эти статьи включены в мою книгу "Conjectures and Refutations". *
12 См. отрывок из Дж. Ст. Милля, процитированный в тексте к прим. 9 к
настоящей главе.
13 Ср. прим. 63 к гл. 10. Важный вклад в логику власти, или логику силы,
внесли Платон (в книгах VIII и IX "Государства" и в "Законах"), Аристо
тель, Макиавелли, Парето и многие другие.
14 См. Max Weber. Gesammelte Aufsaetze zur Wissenshaftslehre, 1922, в
частности, S. 408 и след.
В связи с рассматриваемыми вопросами выскажем одно замечание, касающееся часто повторяемого утверждения, согласно которому метод наук об обществе отличен от метода естественных наук, поскольку мы знаем "социальные атомы", т.е. самих себя, непосредственно, тогда как наше знание физических атомов является только гипотетическим. Из этого часто заключают (например, Карл Менгер), что метод социальной науки, поскольку он использует наше знание самих себя, является психологическим и, может быть, субъективным в противоположность "объективным" методам естественных наук. На это мы можем ответить: безусловно, не существует никаких оснований, запрещающих нам использовать любое "непосредственное" знание, которое мы можем приобрести о самих себе. Однако такое знание полезно в науках об обществе, только если мы обобщаем, т.е. предполагаем, что наше знание о себе верно и для других. Это обобщение имеет гипотетический характер и его следует проверять и исправлять при помощи "объективного" опыта. (Пока вы не встретили человека, который не любит шоколад, вы можете думать, что его любят все.) Без сомнения, в случае "социальных атомов" мы в определенных отношениях находимся в лучшем положении, чем в случае физических атомов, благодаря не только нашему знанию о самих себе, но также использованию языка. И все же с точки зрения научного метода социальная гипотеза, предлагаемая на основе нашей собственной интуиции, не отличается от физической гипотезы об атомах. Последняя также может возникнуть у физика на основе его интуитивных представлений об атоме. В обоих случаях это лишь личные интуиции или представления человека, который предлагает гипотезу. В этой связи существенным для науки является только вопрос о ее "публичном", или "общественном",


334
характере, т.е. вопрос о том, могут ли предлагаемые наукой гипотезы быть проверены на опыте и выдержать экспериментальные испытания.
С этой точки зрения социальные теории не более субъективны, чем физические. (И поэтому правильнее говорить о "теории субъективных ценностей" или о "теории актов выбора", а не о "субъективной теории ценностей; см. также прим. 9 к гл. 20.)
15 Настоящий абзац вставлен в текст для того, чтобы избежать возможного
неправильного понимания моих аргументов против психологизма. Я благо
дарен профессору Э. Гомбриху за то, что он обратил мое внимание на
возможность такого неправильного понимания.
16 Гегель настаивал на том, что его "идея" существует "абсолютно", т.е.
независимо от чьей-либо мысли. Следовательно, можно утверждать, что он
не являлся психологистом. И все же Маркс совершенно оправданно не
принимал всерьез этого "абсолютного идеализма" Гегеля: он рассматривал
его как замаскированный психологизм и боролся с ним. См., в частности,
Capital, 873 (курсив мой): "Для Гегеля процесс мышления, который он
превращает даже под именем идеи в самостоятельный субъект, есть демиург
действительного" (МЭ, 23; 21). Маркс же критиковал утверждение о том,
что процесс мышления (сознание или психика) создает "действительное", и
показывал, что он не создает даже социальной действительности (не говоря
уже о материальной вселенной).
По поводу гегелевской теории зависимости индивидуума от общества см., кроме раздела III гл. 12, обсуждение в главе 23 социального, а точнее - межличностного, или интерсубъективного, элемента научного метода, а также анализ в главе 24 межличностного, интерсубъективного аспехта в трактовке рациональности.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 15
1 Ср. "Предисловие" Дж. Коула к "Capital", XVI (см. также следующее
примечание).
2 Ленин также иногда использует термин "вульгарные марксисты", но в
несколько ином смысле. Как мало общего взгляды вульгарных марксистов
имеют с воззрениями Маркса, можно видеть из "Предисловия" Дж. Коула
к "Капиталу" (Capital, XX) и из текста к прим. 4 и 5 к гл. 16 и из прим. 17
к гл. 17.
3 Согласно А. Адлеру, жажда власти в действительности есть не что иное,
как потребность в компенсации чувства неполноценности путем доказатель
ства своего превосходства.
Некоторые вульгарные марксисты даже верят, что последняя точка в философии современного человека была поставлена А. Эйнштейном, который,по их мнению, открыл "относительность", или "релятивизм", т.е. что "все относительно".
4 И. Хекер говорит (J. F. Hecker. Moscow Dialogues, p. 76) о марксовом
"историческом материализме": "Я бы предпочел называть его "диалектиче
ским историцизмом" или... чем-то вроде этого". Я снова обращаю внимание
читателя на то, что в этой книге я не имею дела с марксовой диалектикой,
поскольку рассматривал ее в другом месте (см. прим. 4 к гл. 13).
5 По поводу процитированного фрагмента Гераклита см., в частности,
текст к прим. 4 (фрагмент 3) к гл. 2, текст к прим. 16и 17к гл. 4и прим. 25

385
к гл. 6 (русский перевод: Л 244 = Фрагменты ранних греческих философов. Часть 1. Издание подготовил В. В. Лебедев. М., Наука, 1989, с. 244).
6 Две приведенные здесь цитаты из Capital, 873 - (МЭ, 23; 22, 21)
("Послесловие ко второму изданию "Капитала"").
7 См. Das Kapital, vol. HI/2, 355 - это глава 48, раздел III, откуда
заимствованы приведенные цитаты (МЭ, 25, ч. 2; 387, 386-387, 387).
8 Das Kapital, vol. Ш/2, 355 - (МЭ, 25, ч. 2; 387).
9 Цитаты в этом абзаце взяты из F. Engels. Anti-Duehring (см. Н. о. М.,
298, 299 (= F. Engels. Herrn Eugen Duehring's Umwaelzung der Wissenschaft,
294-295)) - (МЭ, 20; 294-295).
10 Я имею в виду, например, влияние экономических условий (таких, как потребность в измерении земли) на развитие египетской геометрии и на достижения ранней пифагорейской геометрии в Греции.
11 См., в частности, цитату из Capital, 873, приведенную в прим. 16 к
гл. 14, а также отрывки из "Предисловия" к "К критике политической
экономии", частично процитированные в тексте к прим. 13 к настоящей
главе. По поводу проблемы марксова эссенциализма и различения между
"действительностью" и видимостью см. прим. 13 к настоящей главе и
прим. 6 и 16 к гл. 17.
12 Однако я склонен заявить, что защищаемый Марксом взгляд все же
несколько лучше, чем идеализм гегелевского или платоновского толка. Как
я уже писал в "What is Dialectic?", если бы мне пришлось выбирать между
гегелевским идеализмом или мзрксовым материализмом, я, конечно, выбрал
бы материализм (см. "Mind", vol. 49, p. 422 или "Conjectures and Re
futations", p. 331, где я рассматриваю проблемы, очень схожие с теми, о
которых здесь идет речь).
13 Эта и следующая цитаты взяты из марксова "Предисловия" к "К
критике политической экономии" - Н. о. М., 372 (= Zur Kritik der poli
tischen Oekonomie, LV) - (МЭ, 13; 7).
Пролить свет на эти цитаты (и на текст к прим. 3 к гл. 16) нам поможет "Второе замечание" главы II, § 1 марксовой "Нищеты философии" (см. Н. о. М., 354 и след. ( = GA, Series I, vol. VI, 179-180)). Дело в том, что Мархс здесь очень четко разделяет общество на три слоя, если можно их так назвать. Первый слой соответствует "действительности", или "сущности", второй и третий - первичной и вторичной формам видимости. (Это очень близко к платоновскому разделению идей, чувственных вещей и образов чувственных вещей - см. по поводу платоновского эссенциализма главу 3; по поводу соответствующих идей Маркса - см. также прим. 8 и 16 к гл. 17.) Первый или фундаментальный слой (или "реальность") - это материальный слой, машины, механизмы и другие материальные средства производства, существующие в обществе. Этот слой Маркс называет материальными "производительными силами", или "материальным производством". Второй слой Маркс называет "производственными отношениями", или "общественными отношениями". Они зависят от первого слоя: "Общественные отношения тесно связаны с производительными силами. Приобретая новью производительные силы, люди изменяют свой способ производства, а с изменением способа производства, способа обеспечения свой жизни, - они изменяют все свои общественные отношения" (МЭ, 4; 133). (По поводу первых двух слоев см. текст к прим. 3 к гл. 16.) Третий слой формируется идеологиями, т.е. правовыми, моральными, религиозными, научными идеями: "Те же самые люди, которые устанавливают общественные отношения соответственно раз-

386
витию их материального производства, создают также принципы, идеи и категории соответственно своим общественным отношениям" (МЭ, 4, 133). Опираясь на этот анализ, мы могли бы сказать, что в России первый слой был преобразован так, чтобы соответствовать третьему, что является решительным опровержением теории Маркса (см. также следующее примечание).
14 Легче всего делать весьма общие пророчества, к примеру утверждать,
что в разумный промежуток времени будет дождь. Поэтому не так уж много
говорит пророчество, утверждающее, что в течение нескольких десятилетий
где-нибудь произойдет революция. Однако как мы видим, Маркс говорил
несколько больше, чем это, и как раз достаточно для того, чтобы сказанное
им могло быть фальсифицировано последующими событиями. Те, кто отка
зываются от возможности такой фальсификации, устраняют последнюю
каплю эмпирического содержания из системы Маркса, которая в таком
случае становится чисто "метафизической" (в смысле моей "The Logic of
Scientific Discovery").
Каким образом Маркс в соответствии со своей теорией понимал общий механизм любой революции, иллюстрируется следующим описанием буржуазной социальной революции (также называемой "промышленной революции"), заимствованным из "Манифеста Коммунистической партии" (Н. о. М., 28 (курсив мой); (= GA, Series I, vol. VI, 530-531)): "Средства производства и обмена, на основе которых сложилась буржуазия, были созданы в феодальном обществе. На известной ступени развития этих средств производства и обмена... феодальные отношения собственности уже перестали соответствовать развившимся производительным силам. Они тормозили производство вместо того, чтобы его развивать. Они превратились в его оковы. Их необходимо было разбить, и они были разбиты" (МЭ, 4; 429) (См. также текст к прим. 11 и прим. 17 к гл. 17.)
15 Н. Heine. Religion and Philosophy in Germany. Engl, trans)., 1882; ци
тируется по "Приложению" к Р. Carus. Kant's Prolegomena, 1912, p. 267
(русский перевод: Г. Гейне Собрание сочинений в десяти томах. Т. 6, М.,
1958, с. 95).
16 Признание в этой дружбе можно обнаружить в Capital, 671 (конец
примечания 2) - (МЭ, 23; 624).
Маркс, следует признать, часто был нетерпимым. Тем не менее я чувствую, хотя легко могу и ошибиться, что у него было достаточно критического чувства, чтобы видеть слабость всякого догматизма, и что ему не понравился бы тот способ, с помощью которого его теории впоследствии были превращены в догмы (см. прим. 30 к гл. 17 и мою статью "What is Dialectic?", опубликованную также в "Conjectures and Refutations", pp. 425-434 (см. прим. 4 к гл. 13)). Однако уже Энгельс, как представляется, был готов терпимо относиться к нетерпимости и ортодоксии марксистов. В своем "Предисловии к английскому изданию "Капитала''" он писал, что "на континенте "Капитал" часто называют "библией рабочего класса"". И вместо того, чтобы протестовать против превращения "научного" социализма в религию, Энгельс в своих комментариях переходит к доказательству того, что "Капитал" заслуживает этого названия, поскольку "выводы, сделанные в "Капитале", с каждым днем все больше и больше становятся основными принципами великого движения рабочего класса..." всего мира (Capital, 886) - (МЭ, 23; 33). Отсюда уже остался только один шаг до охоты за еретиками и проклинания тех, кто сохраняет критический, т.е. научный, дух - дух, который однажды вдохновил как Энгельса, так и Маркса.

387
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 16
1 К. Маркс и Ф. Энгельс Манифест Коммунистической партии (Н. о. М.,
22 = GA, Series I, vol. VI, 525) - (МЭ, 4; 424). Как указывалось в главе 4
(см. текст к прим. 5, 8 и 11, 12), у Платона были очень близкие идеи.
2 См. текст к прим. 15 к гл. 14.
3 К. Маркс. Нищета философии (Н. о. М., 355 = GA, Series I, vol. VI,
179) - (МЭ, 4; 133). (Цитата заимствована из того же самого места, из
которого была взята цитата в прим. 13 к гл. 15.)
4 К. Маркс. Предисловие к "К критике политической экономии"
(Н. о. М., 371 и след.) ( = Zur Kritik der politischen Oekonomie, LIV-LV) -
(МЭ, 13; 6-7). См. также "Введение" Дж. Коула в Capital, XVI. См. также
прим. 20 к гл. 13, прим. 1 к гл. 14, прим. 13 к гл. 15 и соответствующий текст.
Пониманию смысла цитируемого марксова утверждения и особенно исполь
зуемых им терминов "материальные производительные силы" и "производст
венные отношения" могут помочь цитаты из Маркса, приведенные в прим. 13
к гл. 15.
5 Capital, 650 и след. - (МЭ, 23; 605-606). См. также аналогичные
утверждения о капиталисте и собирателе сокровищ в Capital, 138 и след.
( = Н. о. М., 437) - (МЭ, 23; 164); см. также прим. 17 к гл. 17. В "Нищете
философии" Маркс пишет: "Если все члены современной буржуазии имеют
один и тот же интерес, поскольку они образуют один класс, противостоящий
другому классу, то интересы их противоположны, антагонистичны, посколь
ку они противостоят друг другу. Эта противоположность интересов вытекает
из экономических условий их буржуазной жизни" (Н. о. М., 367 - GA,
Series I, vol. VI, 189) - (МЭ, 4; 144).
" См. Capital, 651 - (МЭ, 23; 606).
7 Это в точности аналогично гегелевскому националистическому истори-
цизму, где истинный интерес нации осознается в субъективных умах наци
оналистов, особенно их лидера.
8 См. текст к прим. 14 к гл. 13.
9 См. Capital, 651 - (МЭ, 23; 605).
10 * Я первоначально использовал термин "laissez-faire капитализм". Однако позже, учитывая тот факт, что "laissez-faire" указывает на отсутствие торговых барьеров (таких, как таможенные), - а я считаю это весьма желательным, - и тот факт, что я рассматриваю экономическую политику невмешательства, принятую в начале девятнадцатого века, как нежелательную и даже как парадоксальную, я решил изменить мою терминологию и использовать вместо этого термин "unrestrained capitalism" ("не ограниченный законодательно капитализм", или "не регулируемый законодательно капитализм"). *
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 17
1 См. "Предисловие" к "Критике политической экономии" (Н. о. М.,
372 = Zur Kritik der Politischen Oekonomie, LV) - (МЭ, 13; 7). По поводу
теории страт, или слоев, "надстройки" см. прим. 13 к гл. 15.
2 Относительно платоновской рекомендации "убеждения и силы" см., к
примеру, текст к прим. 35 к гл. 5 и прим. 5 и 10 к гл. 8.

388
3 См. пространную цитату из Энгельса в: В. И. Ленин. Государство и революция (Н. о. М., 733-734 и 735 = Slate and Revolution, 15 и 16) - (Ленин, 33; 18).
А Приводимая цитата заимствована из К. Маркс и Ф. Энгельс. Манифест Коммунистической партии (Н. о. М., 46 = GA, Series I, vol. VI, 546) - (МЭ, 4; 447).
5 В. И. Ленин. Государство и революция (Н. о. М., 725 = State and
Revolution, 8-9) - (Ленин, 33; 7).
6 Принципиальные проблемы исторического эссенциализма, особенно
проблемы типа: "Что такое государство?" или "Что такое государственное
управление?", затрагиваются в тексте к прим. 26-30 к гл. 3, 21-24 и 26 и
след. к гл. 11 и 26 к гл. 12.
Относительно языка политических требований (или, лучше сказать, используя терминологию Л. Дж. Рассела, языка политических "предложений-проектов* или политических "рекомендаций" ("proposals")), о котором упомянуто в тексте и который, на мой взгляд, должен заменить эссенциализм, см., в частности, текст между прим. 41 и 42 к гл. 6 и прим. 5 (3) к гл. 5. По поводу марксова эссенциализма см. текст к прим. 11 и прим. 13 к гл. 15, прим. 16 к настоящей главе и прим. 20-24 к гл. 20, в частности, методологические замечания в третьем томе "Капитала" (Das Kapital, III/2, 352) - (МЭ, 25, ч. 2; 384), цитируемые в прим. 20 к гл. 20.
7 Эта цитата взята из "Манифеста Коммунистической партии" (Н. о. М.,
25 = GA, Scries I, vol. VI, 528) - (МЭ, 4; 426). Следующий далее в этом
примечании текст взят из "Предисловия к английскому изданию "Капита
ла"" Ф. Энгельса, в котором он говорит о марксовом выводе, "что, по
крайней мере в Европе, Англия является единственной страной, где неиз
бежная социальная революция может быть осуществлена всецело мирными
и легальными средствами. Конечно, при этом он [Маркс] никогда не забывал
прибавить, что вряд ли можно ожидать, чтобы господствующие классы
Англии подчинились этой мирной и легальной революции без "бунта в
защиту рабства''" (Capital, 887 - (МЭ, 23; 34); см. также текст к прим. 17
к гл. 19). Этот отрывок четко показывает, что в соответствии с марксизмом
насильственность или ненасильственность революции будет зависеть от
наличия или отсутствия сопротивления прежнего правящего класса. См.
также текст к прим. 3 и след. к гл. 19.
8 Ф. Энгельс. Анти-Дюринг (Н. о. М, 296 т GA, Special volume, 292) -
(МЭ, 20; 292); см. также отрывки, упомянутые в прим. 5 к настоящей главе.
Сопротивление буржуазии было подавлено после революции в России в течение нескольких лет, однако там не наблюдалось никаких признаков "отмирания" российского государства, даже в плане его внутренней организации.
Теория отмирания государства весьма нереалистична. Я считаю, что она, возможно, была принята Марксом и Энгельсом в основном для того, чтобы выбить почву из-под ног своих соперников. Под соперниками в имею в виду М. А. Бакунина и анархистов. Марксу не нравилось наблюдать чей-либо радикализм, превосходящий его собственный. Анархисты, подобно Марксу, стремились опрокинуть существующий социальный порядок, однако направляли свою атаку против политико-правовой, а не против экономической системы. В соответствии с их взглядами, государство есть враг рода человеческого и должно быть уничтожено. Маркс же в противоположность соперникам-анархистам, исходя из своих собственных предпосылок, легко полу-

389
чил заключение, согласно которому институт государства при социализме мог бы выполнять новые и необходимые функции - функции охраны справедливости и свободы, т.е. именно те функции, которые относили к компетенции государства великие теоретики демократии. 9 См. Capital, 799 - (МЭ, 23; 732-733).
10 В главе "Так называемое первоначальное накопление" сам Маркс
заявлял (Capital, p. 801), что "Мы оставляем здесь в стороне чисто экономи
ческие пружины аграрной революции. Нас интересуют ее насильственные"
(т.е. политические) "рычаги" (МЭ, 23; 734).
11 По поводу надстройки и ее структуры см. цитаты, приведенные в
прим. 13 к гл. 15.
12 См. текст к прим. 13 к гл. 15.
13 Одной из самых замечательных и ценных частей "Капитала" - по
истине нетленным документом человеческих страданий - является гла
ва VIII первого тома, озаглавленная "Рабочий день", в которой Маркс кратко
подытоживает раннюю историю законодательства о труде. Из этой прекрасно
документированной главы и взяты последующие цитаты.
Вместе с тем, следует признать, что эта же самая глава содержит материал, дающий полное опровержение марксистского "научного социализма", который основывается на пророчестве о постоянно увеличивающейся эксплуатации рабочих. Нельзя читать эту главу, не осознав, что это пророчество, к счастью, не оправдалось. Кстати, вполне возможно, что крах этого пророчества частично вызван и деятельностью марксистов по организации труда. Однако главный вклад в это дело внесла растущая производительность труда, которая, по Марксу, является результатом "капиталистического накопления".
14 См. Capital, 246 - (МЭ, 23; 256) (см. прим. 1 к цитируемому отрывку;
в русском издании - примечание 67).
15 См. Capital, 257 и след. - (МЭ, 23; 265 и след.). Замечание Маркса в
примечании 1 к этому отрывку (Capital, 258; в русском переводе - приме
чание 90 на с. 266) чрезвычайно интересно. Оно показывает, что описанные
им случаи были использованы реакционными тори для пропаганды в пользу
рабства. В этой связи Маркс называет среди других и Томаса Карлейля -
оракула (предшественника фашизма), который участвовал в движении в
защиту рабства. Т. Карлейль, по словам Маркса, сводил "единственное вели
кое событие современной истории, Гражданскую войну в Америке, к тому
обстоятельству, что Петр с Севера изо всех сил стремится проломить череп
Павлу с Юга, так как Петр с Севера нанимает своего рабочего "поденно", а
Павел с Юга "пожизненно"" - (МЭ, 23; 266). При этом Маркс цитирует
статью Т. Карлейля - Th. Carlyle. Dias Americana in Nuce // Macmilian's
Magazine, August, 1863, и заключает: "Так лопнул, наконец, мыльный пузырь
симпатии тори к городским, - но отнюдь не к сельским! - наемным рабочим.
Суть этих симпатий называется рабством!" - (МЭ, 23; 266).
Я процитировал этот отрывок, в частности, потому, что хочу подчеркнуть полное несогласие Маркса с убеждением, согласно которому нет большой разницы между рабством и "наемным рабством". Именно Марксу удалось отчетливо показать, что отмена рабства (и, следовательно, введение "наемного рабства") является наиболее важной и необходимой ступенью в деле освобождения угнетенных. Термин "наемное рабство" поэтому опасен и вводит в заблуждение: ведь вульгарные марксисты истолковывали его как знак согласия Маркса с тем, что фактически является карлейлевской оценкой ситуации.

390
16 Маркс определяет "стоимость" товара как среднее количество рабочего
времени, необходимого для его производства. Это определение является
прекрасной иллюстрацией его эссенциализма (см. прим. 8 к настоящей
главе). Дело в том, что Маркс вводит понятие "стоимость" для того, чтобы
получить некоторую сущность, которая соответствовала бы тому, что прояв
ляется в форме цены товара. Цена - это обманчивый вид явления. "Вещь...
может иметь цену, не имея стоимости", - пишет Маркс (Capital, 79) - (МЭ,
23, 112); см. также великолепные замечания Дж. Коула в его "Введении" к
"Капиталу", особенно - Capital, XXVII и след. Анализ марксовой "теории
стоимости" будет проведен в главе 20 (см. прим. 9-27 к гл. 20 и текст).
17 Относительно проблемы "наемных рабов" см. конец прим. 15 к насто
ящей главе, а также Capital, 155, особенно прим. 1 - (МЭ, 23; 178-179,
прим. 40 на с. 178-179). По поводу марксова анализа, результаты которого
кратко охарактеризованы в тексте, см., в частности, Capital, 153 и след., а
также прим. 1 к р. 153 - (МЭ, 23; 176 и след., прим. 37 на с. 176-177); см.
также главу 20.
Мое описание марксова анализа может быть подкреплено утверждениями Энгельса из "Анти-Дюринга", в которых содержится резюме "Капитала": "Другими словами, даже если исключить возможность всякого грабежа, насилия и обмана, даже если допустить, что всякая частная собственность первоначально была основана на личном труде собственника и что во всем дальнейшем ходе вещей обменивались друг на друга только равные стоимости, - то мы и тогда при дальнейшем развитии производства и обмена неизбежно придем к современному капиталистическому способу производства, к монополизации средств производства и жизненных средств в руках одного малочисленного класса, к низведению другого класса, составляющего громадное большинство, до положения неимущих пролетариев, к периодической смене спекулятивной производственной горячки и торговых кризисов и ко всей нынешней анархии производства. Весь процесс объяснен чисто экономическими причинами, причем ни разу не было необходимости прибегать к ссылке на грабеж, насилие, государство или какое-либо политическое вмешательство" (Н. о. М., 269 - GA, Special volume, 160-167) -(МЭ, 20; 167).
Возможно, этот отрывок из "Анти-Дюринга" сможет когда-нибудь убедить вульгарных марксистов, что марксизм не объясняет депрессий заговором "большого бизнеса". Сам Маркс говорил по этому поводу: "Капиталистическое производство заключает в себе условия, которые не зависят от доброй или злой воли и которые допускают относительное благополучие рабочего класса только на короткое время, да и то всегда лишь в качестве буревестника очередного кризиса" (Das Kapital, II, 406; курсив мой) - (МЭ, 24; 464).
18 Относительно доктрины "собственности как кражи" или "собственности
как грабежа" см. также марксово замечание, касающееся Джона Уотса, в
"Капитале" (Capital, 601, прим. 1) - (МЭ, 23; 561, прим. 45).
19 По поводу гегельянского характера различения между чисто "формаль
ной" и "действительной", "реальной" свободой, или демократией, см.
прим. 62 к гл. 12. Гегель любил нападать на британскую конституцию за ее
культ чисто "формальной" свободы в противоположность прусскому государ
ству, в котором "актуализирована реальная свобода". Цитата в конце этого
абзаца взята из Das Kapital, III/2, 355 - (МЭ, 25, ч. 2; 387); она приведена
также в тексте к прим. 7 к гл. 15 См. также прим, 14 и 15 к гл. 20.
20 Относительно парадокса свободы и необходимости защиты свободы со
стороны государства см. четыре абзаца текста перед прим. 42 к гл. 6 и в

391
особенности прим. 4 и 6 к гл. 7 и соответствующий текст; см. также прим. 41 к гл. 12 и соответствующий текст и прим. 7 к гл. 24.
21 Против этого анализа можно было бы возразить, что если мы предпола
гаем совершенную конкуренцию между предпринимателями как производи
телями и особенно как покупателями труда на рынке труда (и если мы далее
предположим, что не существует "промышленной резервной армии" безра
ботных, оказывающей давление на этот рынок), то не может быть никаких
разговоров об эксплуатации экономически слабых экономически сильными,
т.е. рабочих предпринимателями. Однако реалистично ли предполагать суще
ствование совершенной конкуренции между покупателями на рынках труда?
Например, на многих локальных рынках труда существует только один
реально значимый покупатель. Кроме того, мы не можем предполагать, что
совершенная конкуренция автоматически устранила бы проблему безработи
цы - хотя бы потому, что труд не может легко перемещаться.
22 По поводу проблемы вмешательства государства в экономику и харак
теристики нашей современной экономической системы как интервенциониз
ма см. следующие три главы, а также прим. 9 к гл. 18 и соответствующий
текст. Следует отметить, что интервенционизм, как он понимается здесь,
представляет собой экономическое дополнение к тому, что я назвал в главе 6
(текст к прим. 42-44) политическим протекционизмом. (Ясно, почему
термин "протекционизм" не может быть использован вместо термина "ин
тервенционизм".) См. также прим. 9 к гл. 18 и прим. 25-26 к гл. 20.
23 Этот отрывок более полно был процитирован в тексте к прим. 14 к гл. 13;
по поводу противоречия между практическим действием и историцистским
детерминизмом см. прим. 14 к гл. 13 и текст к прим. 5 и след. к гл. 22.
24 См. раздел II главы 7.
25 См. В. RusselL Power, 1938, в частности, р. 123 и след.; W. Liрртапп.
The Good Society, 1937, в частности, р. 188 и след.
26 В. RusselL Power, p. 128 и след. (курсив мой).
27 Законы, направленные на защиту демократии, все еще достаточно
несовершенны. В этом направлении очень многое должно быть сделано.
Свобода печати, к примеру, необходима потому, что общественности должна
предоставляться правдивая информация. Однако провозглашение свободы
печати - это еще недостаточная институциональная гарантия того, что цель
распространения правдивой информации будет достигнута. То, что хорошие
газеты обычно делают по своей собственной инициативе, а именно - снаб
жают людей всей доступной им важной информацией, это следовало бы
установить в качестве долга средств информации - или с помощью тщательно
отработанных законов, или на основе морального кодекса, санкционирован
ного общественным мнением. Явления, подобные письму Г. Б. Зиновьева, мог
бы регулировать закон, отменяющий результаты выборов, выигранных нече
стными методами. Этот закон мог бы предусматривать наказание издателя,
пренебрегшего своей обязанностью публиковать только достоверную инфор
мацию и в результате публикации ложной информации нанесшего обществу
значительный ущерб. Такой ущерб издатель, согласно такому закону, должен
был бы возместить, например, оплатив расходы, связанные с новыми выбора
ми. Я не могу входить в детали обсуждаемых вопросов, однако твердо убежден,
что путем обращения не к страстям, а к разуму мы могли бы легко преодолеть
многие технические трудности, возникающие, например, при проведении
избирательных кампаний. Я не вижу причин, которые не позволили бы нам,
к примеру, стандартизовать размер, тип и т. п. избирательных проспектов и

392
запретить избирательные плакаты. (В этом еще нет реальной угрозы свободе, как ее нет и в разумных ограничениях, обязывающих тех, кто выступает перед судом, защищать свободу, а не угрожать ей.) Современные же методы пропаганды - это удар и по общественности, и по баллотирующимся кандидатам. Агитация, годная для торговли мьшом, не должна использоваться для того, чтобы ратовать за президента.
** По нашей просьбе К. Поппер пояснил историю, связанную с упомянутым здесь письмом Г. Е. Зиновьева. В 1924 г. накануне выборов ряд британских газет опубликовали письмо, приписываемое Зиновьеву, с призывом к английским коммунистам и рабочим выступить против правительства. Это письмо оказало влияние на итоги выборов, в которых лейбористы потерпели поражение. - Прим. редактора. **
28 * См. британский "Указ по контролю за соглашениями" ("Control of
Engagement Order", 1947). Тот факт, что этот указ вряд ли вообще исполь
зовался (а им явно не злоупотребляли), показывает, что законодательство -
даже весьма серьезное - часто вводится в действие без настоятельной
потребности. А это, в свою очередь, вызвано тем, что фундаментальное
различие между двумя типами законодательства, а именно - законодатель
ством, которое устанавливает общие правила поведения, и законодательст
вом, которое дает правительству возможность действовать по своему усмот
рению, недостаточно осознано. *
29 * Относительно этого различения и по поводу использования термина
"правовая структура" см. F. A. Hayek. Thе Road to Serfdom. London, 1944.
См., к примеру, р. 54 (курсив мой), где Хайек говорит о "противопоставле
нии... системы постоянно действующих правил, в рамках которых индиви
дуумы принимают самостоятельные экономические решения, системе центра
лизованного руководства экономикой сверху" (русский перевод: Ф. А. Хай
ек. Дорога к рабству // Вопросы философии, 1990, N 11, с. 124). Ф. Хайек
подчеркивает значение предсказуемости правовой системы - см., к приме
ру, р. 56 (с. 125 русского перевода). *
30 Рецензия, опубликованная в Санкт-Петербургском "Вестнике Европы",
цитируется Марксом в "Послесловии ко второму изданию "Капитала""
(Capital, 871) - (МЭ, 23; 19-20).
Отдавая Марксу должное, мы все же должны заметить, что он не всегда воспринимал свою собственную систему вполне серьезно и часто был готов поступиться некоторыми положениями своей основной схемы. Он рассматривал эту схему скорее как точку зрения (и как таковая она была, безусловно, наиважнейшей для него), чем как систему догм.
На двух следующих друг за другом страницах "Капитала" (Capital, 832-833) мы поэтому находим сначала высказывание, которое подчеркивает обычную марксистскую теорию вторичного характера правовой системы (или ее характера как оболочки, как "видимости"), и другое высказывание, которое приписывает весьма важную роль политической силе государства и возводит ее в ранг полноценной экономической силы. Первое из этих высказываний: "Автору следовало бы знать, что законы вообще никогда не совершают революций" (Capital, 832) - (МЭ, 23, 760). Это утверждение относится к промышленной революции и к критикуемому Марксом автору, который требовал принятия правовых актов, осуществляющих революцию. Второе высказывание является разъяснением (и одним из наиболее неортодоксальных, с марксистской точки зрения) методов накопления капитала: все эти методы, - пишет Маркс, - "пользуются государственной властью,

393
т.е. концентрированным и организованным общественным насилием... Насилие является повивальной бабкой всякого старого общества, когда оно беременно новым. Само насилие есть экономическая потенция* (Capital, 833; курсив мой) - (МЭ, 23; 761). Отрывок вполне ортодоксален, за исключением выделенного мной курсивом последнего предложения, которое порывает с марксистской ортодоксией.
Энгельс был более догматичен. Достаточно обратить внимание на его высказывания в "Анти-Дюринге", где он писал: "Ясно, какую роль играет в истории насилие по отношению к экономическому развитию". Далее Энгельс утверждал, что всякий раз, когда "политическая власть действует наперекор этому развитию... за немногими исключениями, она, как правило, падает... Этими немногими исключениями являются те единичные случаи завоеваний, когда менее культурные завоеватели истребляли или изгоняли население завоеванной страны и уничтожали его производительные силы... не умея их использовать" (Н. о. М., 277) - (МЭ, 20, 188). (Ср., однако, прим. 13-14 к гл. 15 и соответствующий текст.)
Догматизм и авторитаризм большинства марксистов - действительно удивительнейшее явление. Такой догматизм показывает, что марксисты иррационально используют марксизм как метафизическую систему. Это отношение можно обнаружить как среди марксистов-радикалов, так и среди умеренных марксистов. Э. Берне, к примеру, делает удивительно наивное заявление, согласно которому "опровержения... неизбежно искажают марк-сову историю" (см. Н. о. М., 374). Это, по-видимому, означает, что марксовы теории неопровержимы, т.е. ненаучны. Я же, со своей стороны, утверждаю, что любая научная теория опровержима и может быть превзойдена. Л. Лорат (L. Laurat. Marxism and Democracy. Translated by E. Fitzgerald, 1940, p. 226), придерживаясь другой позиции, пишет: "Глядя на мир, в котором мы живем, мы не можем не удивляться той почти математической точности, с которой были реализованы главные предсказания Маркса".
Сам Маркс, похоже, думал по-другому. Я, конечно, могу ошибаться, но я верю в искренность его заявления (в конце его "Предисловия к первому изданию "Капитала""): "Я буду рад всякому суждению научной критики. Что же касается предрассудков так называемого общественного мнения... то моим девизом по прежнему остаются слова... "Segui il tuo corso, e lascia dir le genti!"" ("Следуй своей дорогой и пусть люди говорят что угодно!" - А. Данте. Божественная комедия, Чистилище, песнь V) (Capital, 865) - (МЭ, 23; 11).
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 18
1 Относительно эссенциализма Маркса и той важной роли, которую по
нятие материальных средств производства играет в его теории, см. прим. 13
к гл. 15. См. также прим. 6 к гл. 17 и прим. 20-24 к гл. 20 и соответствую
щий текст.
2 Capita!, 864 = Н. о. М., 374 - (МЭ, 23; 10). См. также прим. 14 и 16
к гл. 13.
3 То, что я называю дополнительной, второстепенной целью "Капитала",
его антиапологетической целью включает в себя некоторую академическую
задачу, а именно - критику политической экономии с точки зрения ее
научного статуса. Именно на эту задачу своего исследования указывал

394
Мархс и в названии своей работы, предшествовавшей "Капиталу", а именно - "К критике политической экономии", и в подзаголовке самого "Капитала", который в буквальном переводе читается как "Критика политической экономии". Оба названия определенно намекают на заглавие известной работы Канта "Критика чистого разума", которое, в свою очередь, означает: "Критика чистой или метафизической философии с точки зрения ее научного статуса". (Совершенно явно на это указывает название краткого изложения "Критики" Канта, а именно - "Пролегомены ко всякой будущей метафизике, могущей появиться как наука" (в английском варианте - "Prolegomena To Any Metaphysics Which In Future May Justly Claim Scientific Status"). Намекая на Канта, Маркс, по-видимому, хотел сказать следующее: "Точно так же, как Кант критиковал претензии метафизики, показывая, что это не наука, а в основном апологетическая теология, так и я критикую здесь соответствующие претензии буржуазной экономики". В окружении Маркса считалось, что "Критика" Канта главным образом была направлена против апологетической теологии - это хорошо видно из ее изложения в работе друга Маркса Г. Гейне "Религия и философия в Германии" (H. Heine. Religion and Philosophy in Germany) (см. также прим. 15 и 16 к гл. 15). Интересно, что, несмотря на надзор со стороны Энгельса, первый английский переводчик "Капитала" (1886) перевел подзаголовок этого труда как "Критический анализ капиталистического производства" ("A Critical Analysis of Capitalist Production"), сместив тем самым акцент с того, что я назвал главной целью марксова исследования на его второстепенную цель.
Маркс цитирует Э. Берка в Capital, 843, прим. 1 - (МЭ, 23; 218, прим. 22а). Цитата взята из Е. Burke. Thoughts and Details on Scarcity. London, 1800, p. 31 и след.
4 См. мои замечания о классовом сознании в конце раздела I главы 16.
По поводу сохранения классового единства после окончания борьбы с классовым врагом я хочу сказать следующее. С моей точки зрения, предположение о том, что классовое сознание может быть аккумулировано и сохранено после окончания классовой борьбы и может пережить породившие его силы, вряд ли согласуется с допущениями, которые Маркс использует в своем пророческом доказательстве, и особенно с его диалектикой. Другое же предположение Маркса о том, что классовое сознание с необходимостью должно пережить эти силы, явно противоречит его теории, согласно которой классовое сознание рабочих является отражением или продуктом тяжелых социальных условий. Тем не менее, это предположение должен принять каждый, кто согласен с Марксом в том, что диалектика истории непременно ведет к социализму.
В этом контексте особенно интересен цитируемый мною далее отрывок из "Манифеста Коммунистической партии" (Н. о. М., 46 и след. = GA, Series I, vol. VI, 46) - (МЭ, 4; 447). В нем ясно говорится, что классовое сознание рабочих является простым следствием "влияния обстоятельств", то есть воздействия соответствующей классовой ситуации. Этот отрывок содержит также и формулировку критикуемой мной доктрины Маркса, а именно - его пророчества о бесклассовом обществе. Вот этот фрагмент: "Если пролетариат в борьбе против буржуазии непременно объединяется в класс, если путем революции он превращает себя в господствующий класс и в качестве господствующего класса силой упраздняет старые производственные отношения, то вместе с этими производственными отношениями он уничтожает условия существования классовой противоположности, уничтожает классы вообще, а

395
тем самым и свое собственное господство как класса. - На место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех". (См. также текст к прим. 8 к настоящей главе.) Вера в такое развитие исторических событий прекрасна, но она носит эстетический и романтический характер. Используя терминологию самих марксистов, такую социальную теорию можно назвать "утопизмом", основанном на субъективных желаниях, а не "научным социализмом".
Маркс боролся - и вполне справедливо - с тем, что он называл "утопизмом" (см. главу 9). Однако он сам был романтиком и поэтому не мог распознать наиболее опасные элементы утопизма: романтическую истерию и эстетический иррационализм. Вместо этого он боролся против романтических (по-видимому, самых наивных) попыток рационального планирования, противопоставляя этим попыткам свой историцизм (см. прим. 21 к настоящей главе).
Во всех достаточно глубоких рассуждениях Маркса и его попытках применить научный метод присутствуют иррациональные и эстетические чувства вместо полного контроля за ходом мысли. Это и есть мышление, которое выдает желаемое за действительное. Именно такое романтическое, иррациональное и даже мистическое мышление, выдающее желаемое за действительное, привело Маркса к принятию допущения о том, что классовое единство и классовая солидарность рабочих сохранятся и после того, как классовая ситуация кардинально изменится. Таким образом, мышление, основанное на субъективных желаниях, вера в мистический коллективизм и иррациональная реакция на ход развития цивилизации привели Маркса к пророчеству о необходимости пришествия социализма.
Эта форма романтизма является тем аспектом марксизма, который наиболее привлекателен для многих его последователей. Весьма трогательно его выражает И. Хекер в посвящении к своим "Московским диалогам" (J. F. Hecker. Moscow Dialogues). И. Хекер говорит о социализме как о "социальном строе, при котором не будет больше борьбы классов и рас и все будут пользоваться благом и красотой сообща". Кто не хотел бы обрести небеса на земле! И все же одним из основных принципов рациональной политики должен стать принцип, согласно которому мы не можем сотворить небеса на земле. Мы не можем стать свободными духами или ангелами, по крайней мере в течение нескольких следующих столетий. Мы связаны с этой землей нашим метаболизмом, как некогда мудро провозгласил Маркс. Мы, утверждает христианство, являемся одновременно и духом, и телом. Поэтому мы должны быть более скромными. Тот, кто обещает в политике и в медицине слишком многое, скорее всего является шарлатаном. Мы должны стараться улучшить положение дел в нашем обществе, но мы должны избавиться от идеи философского камня, отказаться от поиска чудодейственной формулы, которая превратит наше развращенное человеческое общество в некое идеальное "золотое" сообщество.
За всеми такими романтическими взглядами на общество стоит присущая людям надежда изгнать дьявола из нашего мира. Платон полагал, что мы можем это сделать, изгнав дьявола в низшие классы общества и взяв его под контроль. Анархисты полагали, что все будет хорошо после того, как политическая система государства будет разрушена. Маркс лелеял похожую мечту об изгнании дьявола путем разрушения экономической системы.
Из сделанных мною замечаний вовсе не следует, что нельзя достичь определенных успехов, даже проводя сравнительно небольшие реформы,

396
например, такие как налоговая реформа или снижение процентной ставки. Я настаиваю лишь на том, что мы всегда должны допускать, что изгнание зла может повлечь за собой новое зло, хотя, может быть, значительно меньшее и относящееся к совершенно иному аспекту окружающей нас реальности. Таким образом, вторым важнейшим принципом разумной социальной политики может быть следующий принцип: цель политики заключается в том, чтобы выбирать наименьшее зло (как сформулировал это венский поэт и критик К. Крауз). Политикам следует не скрывать зло, а проявлять рвение в поисках того зла, к которому неизбежно приведут их действия, - в противном случае правильная оценка того, что является наименьшим социальным злом, окажется невозможной.
5 Хотя я не намерен подробно анализировать здесь диалектику Маркса в
целом (см. прим. 4 к гл. 13), я могу, однако, показать, как легко "усилить"
его логически неубедительное доказательство с помощью так называемого
"диалектического рассуждения". В соответствии с таким рассуждением, нам
требуется только одно - представить антагонистические тенденции внутри
капитализма таким образом, чтобы социализм (например, в форме тотали
тарного государственного капитализма) предстал бы в виде необходимого
синтеза. Для этого две антагонистические тенденции капитализма мы могли
бы описать следующим образом. Тезис: При капитализме имеет место
накопление капитала в руках немногих людей, индустриализация и' бюрок
ратическое управление промышленностью, экономическое и психологиче
ское уравнивание рабочих посредством стандартизации их нужд и желаний.
Антитезис: Происходит обнищание больших масс людей и рост их классо
вого сознания вследствие (а) классовой войны и (b) осознания своей перво
степенной роли в экономической системе как системе индустриального
общества, в котором рабочий класс является единственным производящим
классом и, соответственно, единственным существенным классом (essentia!
class), т.е. классом, выражающим сущность данного общества (см. также
прим. 15 к гл. 19 и соответствующий текст).
Бряд ли нужно подробно показывать, как из принять" допущений возникает искомый марксистский синтез. Однако необходимо подчеркнуть, что с помощью незначительного изменения акцентов в описании рассматриваемых антагонистических тенденций можно получить различные "синтезы" - фактически любой из тех, который кому-то хочется обосновать. Например, можно легко представить в виде такого необходимого синтеза и фашизм, и "технократию", и систему демократического интервенционизма.
6 * В связи с обсуждаемыми в тексте вопросами Брайен Маги пишет:
"Именно этим проблемам посвящена книга М. Джиласа "Новый класс"
(М. Djilas. The New Class) - хорошо разработанная теория коммунистиче
ской революции, написанная нераскаявшимся коммунистом". *
7 История рабочего движения полна противоречий. Она свидетельствует
О том, что рабочие в свое время были готовы к величайшим жертвам в борьбе
за свободу своего класса и всего человечества. Вместе с тем в этой истории
есть много глав, повествующих об элементарном эгоизме и преследовании
рабочими сугубо групповых интересов во вред интересам других групп.
Вполне понятно, что профессиональный союз, объединяя входящих в него членов и создавая им достаточно выгодные условия жизни с помощью коллективных договоров, лишает этих преимуществ тех, кто не присоединился к союзу, включив, например, в коллективные договоры условие о том, что работа предоставляется только членам союза. Однако совсем другое дело,

397
когда союз, став монополистом, закрывает свой список членства, не предусмотрев даже надлежащей процедуры принятия новых членов (такой, как прямое перемещение в списке ожидания), т.е. закрывает путь в союз тем рабочим, которые хотели бы в него вступить. Такое вполне может случиться. Действительно, то, что человек является рабочим, не есть гарантия того, что он всегда будет помнить о солидарности угнетенных и не будет в полной мере пользоваться доступными ему экономическими преимуществами, то есть эксплуатировать своих коллег.
8 "Манифест Коммунистической партии" (Н. о. М., 47 = GA, Series I,
vol. VI, 546) - (МЭ, 4; 447). Более полно этот отрывок процитирован в
прим. 4 к настоящей главе, где речь идет о романтизме Маркса.
9 Термин "капитализм" слишком неясен для того, чтобы использовать его
в качестве названия конкретного исторического периода развития общества.
Первоначально этот термин применялся в уничижительном смысле ("систе
ма, способствующая получению больших доходов людьми, которые не
работают") и сохранил такой смысл в обыденном употреблении. В то же
время он использовался и в качестве научного термина, но при этом ему
придавались самые различные значения. Следуя Марксу, можно даже
сказать, что "капитализм" в определенном смысле является синонимом
"индустриализма", поскольку всякое накопление средств производства мож
но назвать "капиталом". В этом смысле коммунистическое общество, в
котором весь капитал принадлежит государству, вполне корректно можно
назвать "государственным капитализмом". Учитывая отмеченную много
значность понятия "капитализм", я предложил использовать термин "не
ограниченный законодательно капитализм", или "не регулируемый зако
нодательно капитализм", для обозначения того периода развития общества,
который анализировал Маркс (называя его "капитализмом"), и назвать
интервенционизмом переживаемый нами в настоящее время исторический
период развития общества. Название "интервенционизм" охватывает все три
типа современной социальной инженерии: коллективистский интервенцио
низм России, демократический интервенционизм Швеции и "малых демок
ратий", "Новый курс" Америки и даже фашистские методы строго регла
ментируемой экономики. То, что Маркс называл "капитализмом", то есть не
ограниченный законодательно капитализм, полностью сошел с исторической
сцены в двадцатом веке.
10 Партия шведских "социал-демократов", торжественно провозгласившая
"шведский эксперимент", когда-то была марксистской, но отказалась от
марксистских теорий перед тем, как принять на себя государственную
ответственность и начать важнейшие социальные реформы. Одним из пун
ктов, в котором шведский эксперимент расходится с марксизмом, является
акцент на потребителя и роль потребительских кооперативов в отличие от
догматического марксистского акцента на производство. В шведской соци
ально-технологической экономической теории сильно влияние того, что
марксисты называют "буржуазной экономикой", в то время как ортодоксаль
ная марксистская теория стоимости вообще не играет в ней никакой роли.
11 Об этой программе см. Н. о. М., 46 = GA, Series I, vol. VI, 545 - (МЭ,
4; 446-447). Ср. пункт (1) этой программы с текстом к прим. 15 к гл. 19.
Можно заметить, что даже в одном из самых радикальных предложений, когда-либо выдвинутых Марксом (см. "Обращение Центрального комитета к Союзу коммунистов" (К. Marx. Address to the Communist League, 1850)), он рассматривал прогрессивный налог как в высшей степени революционную

398
меру. В конце этого обращения при описании революционной тактики, которая сконцентрирована в боевом лозунге: "Непрерывная революция!", Маркс пишет: "Если демократы предлагают пропорциональный налог, рабочие должны требовать прогрессивного; если сами демократы предлагают умеренно-прогрессивный налог, рабочие должны настаивать на налоге, ставки которого растут так быстро, что крупный капитал при этом должен погибнуть" ((Н. о. М., 70) - (МЭ, 7; 267); см. также прим. 44 к гл. 20). ** Среди специалистов нет полного согласия относительно авторства - коллективного или индивидуального - некоторых работ К. Маркса и Ф. Энгельса. Так, в случае "Обращения Центрального комитета к Союзу коммунистов" К. Поппер, следуя "A Handbook of Marxism" (p. 60), считает автором этой работы одного Маркса, а в русском издании "Сочинений" К. Маркса и Ф. Энгельса указано коллективное авторство (МЭ, 7; 257). - Прим. редактора и переводчика. **
12 Относительно моей концепции постепенной, поэтапной (piecemeal)
социальной инженерии см. главу 9. Соображения по поводу политической
интервенции в экономику, а также более точное объяснение термина интер
венционизм см. в прим. 9 к настоящей главе и в соответствующем тексте.
13 Я считаю эту критику марксизма очень важной. Она упоминается в
разделах 17 и 18 моей работы "The Poverty of Historicism", где я утверждаю,
что эту критику можно парировать, предложив некоторую историцистскую
моральную теорию. Я полагаю, что марксизм может избежать обвинений в
том, что он учит "вере в политические чудеса* (этот термин введен Юлиусом
Крафтом), только в том случае, если принимается такая моральная теория.
См. также прим. 4 и 21 к настоящей главе.
14 Относительно проблемы компромисса см. замечание в конце абзаца
главы 9, к которому относится прим. 3. Обоснование сделанного в тексте
утверждения о том, что "все эти планы не относятся к обществу в целом"
см. в главе 9, а также в "The Poverty of Historicism", II, где дана критика
холизма.
15 Ф. фон Хайек (см., например, его работу F. A. von Hayek. Freedom and
the Economic System. Chichago, 1939) настаивает на том, что "плановая
экономика" чревата самыми серьезными опасностями для личной свободы.
Вместе с тем он подчеркивает, что планирование свободы необходимо.
("Планирование свободы" защищал и К. Манхейм в своей книге "Человек
и общество в эпоху реконструкции" (К. Mannheim. Man and Society in an Age
of Reconstruction, 1941). Однако я уверен, что его идея "планирования"
должна вести не к свободе, а к тирании, так как она имеет явно выраженный
коллективистский и холистский характер. "Свобода" Манхейма, вне вся
кого сомнения, взята у Гегеля. См. конец главы 23 и мою работу "The Poverty
of Historicism", II).
16 Это противоречие между исторической теорией Маркса и исторически
ми реалиями, имеющими место в России, обсуждается в главе 15 и прим. 13,
14 к ней.
17 Это еще одно противоречие между марксистской теорией и историче
ской практикой. В отличие от противоречия, упомянутого в предыдущем
примечании, данное противоречие породило многочисленные дискуссии и
попытки прояснить суть дела введением вспомогательных гипотез. Наиболее
важной из таких гипотез является теория империализма и колониальной
эксплуатации. Согласно этой теории, революционное движение терпит крах
в тех странах, где пролетариат вместе с капиталистами жнут там, где сеяли

399
не они, а туземное население колоний. Эта гипотеза, которая полностью опровергается на примерах развития стран, подобных странам неимпериалистических малых демократий, будет обсуждаться более подробно в главе 20 (в том месте, к которому относятся прим. 37-40).
Многие социал-демократы считают русскую революцию, в соответствии со схемой Маркса, запоздалой "буржуазной революцией", утверждая, что эта революция была связана с экономическим развитием, которое шло параллельно "промышленной революции" в более развитых странах. Разумеется, при такой интерпретации предполагается, что история должна согласовываться со схемой Маркса. Эссенциалистская проблема: "Является ли русская революция запоздалой промышленной или преждевременной социальной революцией?" на самом деле имеет чисто вербальный характер. Если такая проблема создает для марксизма какие-то сложности, то это означает лишь то, что марксизм не в состоянии описать события, которые не предвидели его основоположники.
18 Марксистские лидеры могли вдохнуть в своих последователей востор
женную веру в уготованную им миссию освобождения человечества, но они
же несли ответственность и за окончательный провал своей политики и крах
всего движения. Причиной такого провала в значительной степени была их
интеллектуальная безответственность. Марксистские лидеры заверяли рабо
чих, что марксизм является наукой и что интеллектуальная часть движения
находится в надежных руках. Однако они никогда не подходили к марксизму
с научной, то есть критической точки зрения. До тех пор, пока они могли
применять марксизм (а что может быть легче этого?), пока они могли
интерпретировать историю в своих статьях и речах, они были интеллекту
ально удовлетворены (см. также прим. 19 и 22 к настоящей главе).
19 В течение нескольких лет перед возникновением фашизма в Централь
ной Европе в среде социал-демократических лидеров наблюдались явно
пораженческие настроения. Они стали верить, что фашизм является неиз
бежным этапом общественного развития. Они начали вносить некоторые
поправки в схему Маркса, но никогда не сомневались в правильности его
историцистского подхода, и они совершенно не понимали того, что вопрос
"Является ли фашизм неизбежным этапом развития цивилизации?" может
только вводить в заблуждение.
20 Такое явление, как марксистское движение в Центральной Европе,
редко встречалось в истории. Это движение - несмотря на то, что оно
исповедовало атеизм, - справедливо можно назвать религиозным. (Возмож
но, такое утверждение удивит тех интеллектуалов, которые не воспринимают
Маркса всерьез.) Конечно, марксистское движение во многих отношениях
было коллективистским и даже клановым, однако, участвуя в нем, рабочие
осознавали свою великую цель, боролись за свое освобождение, вырабаты
вали нормы своего поведения, учились использовать свое свободное время,
заменять алкоголь альпинизмом, свинг - классической музыкой, трилле
ры - серьезными книгами. Рабочие поверили в то, что "освободить рабочий
класс могут только они сами". (О том глубоком впечатлении, которое
марксистское движение произвело на некоторых внешних по отношению к
нему наблюдателей, см., например, G. E. R. Gedye. Fallen Bastions, 1939.)
21 Цитата взята из "Послесловия ко второму изданию "Капитала"" Маркса
(Capital, 870 - (МЭ, 23; 19); см. также прим. 6 к гл. 13). Она свидетельст
вует о том, что Марксу везло с рецензентами (см. также прим. 30 к гл. 17 и
соответствующий текст).

400
Другой, весьма интересный отрывок, выражающий антиутопизм и исто-рицизм Маркса, можно найти в его работе "Гражданская война во Франции" (Н. о. М., 150 = К. Marx. Der Buergerkreig in Frankreich. Hamgurg, A. Willaschek, 1920, SS. 65-66) - (МЭ, 17-, 347), где он одобрительно отзывается о Парижской Коммуне: "Рабочий класс не ждал чудес от Коммуны. Он не думает осуществлять par decret du peuple [no декрету народа] готовые и законченные утопии. Он знает, что для того чтобы добиться своего освобождения и вместе с тем достигнуть той высшей формы, к которой неудержимо стремится современное общество... ему придется выдержать продолжительную борьбу, пережить целый ряд исторических процессов, которые совершенно изменят и обстоятельства и людей. Рабочему классу предстоит не осуществлять какие-либо идеалы, а лишь дать простор элементам нового общества, которые уже развились з недрах старого разрушающегося буржуазного общества". Мало найдется в работах Маркса таких отрывков, которые лучше чем этот, показывали бы то, что у историциста нет плана действий. Рабочему классу придется "выдержать продолжительную борьбу", - пишет Маркс. Однако если у рабочих нет плана, который нужно реализовать, если им не предстоит "осуществлять какие-либо идеалы", - как выражается Маркс, - то за что же они борются? Маркс утверждал, что "рабочий класс не ждет чудес", но сам он несомненно ждал чудес, полагая, что историческая борьба неизбежно приведет к "высшей форме" обществен-кой жизни (см. также прим. 4 и 13 к настоящей главе). Маркс, конечно, имел некоторые основания для отказа от социальной инженерии. Организация рабочих, безусловно, была самой важной практической задачей в его время. Если такую оговорку, как "для этого еще не пришло время", вообще можно считать законной применительно к каким-то историческим событиям, то она с полным правом должна относиться к отказу Маркса даже поверхностно заняться проблемами рациональной социальной инженерии. (Сказанное можно проиллюстрировать явно инфантильным характером соответствующих предложений, которые выдвигались утопистами вплоть до Э. Беллами включительно.) К сожалению, свою верную политическую интуицию Маркс подкреплял теоретическими нападками на социальную технологию. Это использовали некоторые ортодоксальные его последователи для оправдания своей приверженности прежним взглядам даже в то время, когда социальные условия кардинально изменились и социальная технология стала в политическом плане более важным делом, чем задача организации рабочих.
22 Марксистские лидеры интерпретировали эти события как диалектические взлеты и падения в ходе истории. Они вели себя скорее как гиды, как проводники по горам и долам истории, а не как действительные политические лидеры. Убедительные обвинения в адрес такого сомнительного искусства интерпретировать трагические исторические события, вместо того чтобы бороться с ними, выдвигал поэт К. Крауз (упоминавшийся в прим. 4 к настоящей главе).
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 19
1 Capital, 846 = Н. о. М., 403 - (МЭ, 23; 772).
2 Цитируемый отрывок взят из "Манифеста Коммунистической партии"
К. Маркса и Ф. Энгельса (Н. о. М., 31 = GA, Series I, vol. VI, 533) - (МЭ,
4; 431).

401
3 Capital, 547 - (МЭ, 23; 514). Ленин цитирует этот фрагмент в работе
"Карл Маркс" (Н. о. М., 560) - (Ленин, 26; 72-73).
Относительно термина "концентрация капитала" (который в тексте этой главы я перевожу как "концентрация капитала в руках немногих владельцев") можно сделать следующее замечание. В третьем издании "Капитала* (Capital, 689 и след.) - (МЭ, 23; 638) Маркс проводит следующие различения: (а) накоплением (нем. "Accumulation", англ. "accumulation") капитала называется просто рост средств производства по абсолютной величине, например в рамках отдельного региона; (о) концентрацией (нем. "Konzentration", англ. "concentration") капитала называется обычный рост капитала в руках каждого отдельного капиталиста, такой его рост, который является частью общей тенденции накопления капитала и позватяет капиталистам господствовать над возрастающим числом рабочих (Capital, 689-690) - (МЭ, 23; 639-640); (с) централизацией (немец. "Zentralisation", англ. "centralisation") называется такой рост капитала, который происходит благодаря экспроприации одними капиталистами собственности других капиталистов, т.е. "один капиталист побивает многих капиталистов" (Capital, 691) - (МЭ, 23; 640).
Во втором издании "Капитала" Маркс еще не различал концентрацию и централизацию, а использовал термин "концентрация" как в смысле (b), так и в смысле (с). В третьем издании "Капитала" мы читаем: "Это - собственно централизация в отличие от накопления и концентрации" (Capital, 691) - (МЭ, 23; 640). Во втором издании в этом же месте было сказано: "Это - собственно концентрация в отличие от накопления". Однако это изменение проведено Марксом не во всем тексте "Капитала", а только в некоторых его фрагментах (особенно в Capital, 690-693 и 846) - (МЭ, 23; 639-642 и 772). Так, например, фрагмент "Капитала", процитированный в тексте, к которому относится настоящее примечание, имеет одинаковый вид и во втором, и в третьем изданиях "Капитала". В отрывке из "Капитала", который цитируется в настоящей главе далее - в том месте, к которому относится прим. 15, термин "концентрация" заменен Марксом на термин "централизация" (Capital, 846) - (МЭ, 23; 772).
4 См. Н. о. М., 123 (курсив мой) = К. Marx. Der Achtzehnte Brumaire des
Louis Bonaparte. Wien-Berlin, Verlag fuer Literatur und Politik, 1927, SS. 28-
29 - (МЭ, 8; 126): "Победительницей осталась буржуазная республика. На
ее стороне стояли финансовая аристократия, промышленная буржуазия,
средние слои, мелкие буржуа, армия, организованный в мобильную гвардию
люмпен-пролетариат, интеллигенция, попы и сельское население. Париж
ский пролетариат имел на своей стороне только самого себя".
Относительно чрезвычайно наивного высказывания Мархса о "сельских производителях" см. также прим. 43 к гл. 20.
5 См. текст, к которому относится прим. 11 к гл. 18.
6 Ср. с цитатой, приведенной в прим. 4 к настоящей главе, в которой, в
частности, говорится о средних слоях и об "интеллигенции".
О "люмпен-пролетариате" см. Capital, 711 и след. (МЭ, 23; 658). В этом месте в английском издании "Капитала" термин немецкого оригинала "Lumpen-proletariat" ("люмпен-пролетариат") переведен как "tatterdemalion or slum proletariat" ("пролетарский сброд").
7 О смысле термина "классовое сознание" ("class consciousness") в мар-
ксовом понимании см. конец раздела 1 главы 16.
Помимо развития капитулянтских настроений, о чем говорится в тексте настоящей главы, возможны и другие явления, подрывающие классовое


402
сознание и ведущие к разобщению внутри рабочего класса. Например, Ленин отмечал, что капиталисты могут внести раскол в среду рабочих, предлагая им поделить свои прибыли. Он писал: "...В Англии тенденция империализма раскалывать рабочих и усиливать оппортунизм среди них, порождать временное загнивание рабочего движения, сказалась гораздо раньше, чем конец XIX и начало XX века" (Н. о. М., 707 = V. I. Lenin. Imperialism, the Highest Stage of Capitalism, L. L. L., vol. XV, p. 96) - (Ленин, 27; 404). См. также прим. 40 к гл. 20.
Г. Паркес справедливо пишет в своей прекрасной книге Н. В. Parkes. Marxism - A Post Mortem, 1940 (опубликованной также под названием "Marxism - An Autopsy") о том, что предприниматели вместе с рабочими могут эксплуатировать потребителя. Действительно, в условиях протекционизма или при монополизме в промышленности капиталисты могут делить награбленное с рабочими. Эта возможность свидетельствует о том, что Маркс преувеличивал антагонизм интересов рабочих и предпринимателей.
Следует также отметить, что большинство современных правительств склонно придерживаться линии наименьшего сопротивления. Поэтому правительства готовы удовлетворить интересы рабочих и предпринимателей за счет потребителя, поскольку именно рабочие и предприниматели являются наиболее организованными и обладающими наибольшей политической силой группами общества. Правительства могут делать это с чистой совестью, убеждая себя в том, что действуют во благо всего общества, ибо стремятся ликвидировать наиболее сильный антагонизм между основными его классами.
8 Ср. с текстом к прим. 17 и 18 к настоящей главе.
9 Некоторые марксисты даже осмеливаются утверждать, что насильст
венная социальная революция повлекла бы за собой гораздо меньшие
страдания по сравнению с постоянными бедствиями, характерными для того
строя, который они называют "капитализмом". Однако никаких научных
обоснований подобной оценки, конечно, не приводится. Грубо говоря, такая
оценка является образцом крайне безответственной пророческой претенци
озности. Л. Лорат критикует Сиднея Хука за то, что он в своей работе
"Towards an Understanding of Marx" придерживается именно таких взглядов
(см. L. Laurat. Marxism and Democracy. Translated by E. Fitzgerald. London,
Gollancz, 1940, p. 38, note 2).
10 "Ведь само собой разумеется, - говорил Энгельс о Марксе, помня при
этом Гегеля, - что, когда вещи и их взаимные отношения рассматриваются
не как постоянные, а как находящиеся в процессе изменений, то и их
мысленные отражения, понятия, тоже подвержены изменению и преобразо
ванию; их не втискивают в окостенелые определения, а рассматривают в их
историческом, соответственно логическом, процессе образования" (F. Engels.
Preface to Das Kapital, III/l, p. XVI) - (МЭ, 25, ч. 1; 16).
11 Это соответствие не является строгим, поскольку коммунисты иногда
придерживаются более умеренной теории, особенно в тех странах, где
социал-демократы не используют умеренного варианта марксистской теории
(см., например, текст настоящей главы, к которому относится прим. 26).
12 См. прим. 4 и 5 к гл. 17 и соответствующий текст, а также прим. 14 к
настоящей главе и сопоставьте сказанное в этих примечаниях с прим. 17 и
18 к настоящей главе и с соответствующим текстом.
13 Разумеется, кроме этих двух направлений существуют и другие. Есть
марксисты, придерживающиеся весьма умеренных" взглядов, например, так
называемый "ревизионист" Э. Бернштейн. Он фактически отвергает марк-

403
сизм в целом. Его позиция есть не что иное, как защита принципов сугубо демократического ненасильственного рабочего движения.
14 утверждение об изменении позиции Маркса представляет собой, конечно, некоторую интерпретацию марксовой теории, к тому же не очень убедительную. Дело в том, что Маркс действительно был непоследовательным и постоянно использовал понятия "революция", "власть", "насилие" и т. п. весьма двусмысленно. Это было обусловлено, в частности, тем, что в период жизни Маркса реальная история не развивалась по начертанному им плану. История соответствовала марксистской теории лишь в той степени, в какой в ней проявлялась явно выраженная тенденция изменения того строя, который Маркс называл "капитализмом", то есть тенденция отказа от политики невмешательства. Маркс часто и с удовольствием ссылался на эту тенденцию, например, в "Предисловии к первому изданию "Капитала"" (см. марксову цитату, приведенную в прим. 16 к настоящей главе, и соответствующий текст). Однако эта же тенденция, то есть движение общества по направлению к интервенционизму, приводила к облегчению участи рабочих, что противоречило теории Маркса и тем самым снижало вероятность революции. Возможно, что именно такая двойственная ситуация и была причиной колебаний и неясных трактовок самим Марксом его собственного учения.
Для иллюстрации сказанного приведем два отрывка из работ Маркса - один из ранней, а другой из поздней работы. Первый отрывок взят из "Обращения Центрального комитета к Союзу коммунистов", 1850 (Н. о. М., 60 и след. = Labour Monthly, September 1922, p. 136 и след.). Он интересен тем, что содержит практические рекомендации. Исходя из допущения, что рабочие вместе с буржуазными демократами победили в борьбе с феодализмом и установили демократический режим, Маркс настаивает на том, что после победы боевым лозунгом рабочих должен стать лозунг: "Непрерывная революция!". Что это значит - объясняется Марксом так: "Они должны действовать в таком направлении, чтобы непосредственное революционное возбуждение не было опять подавлено тотчас же после победы. Напротив, они должны его поддерживать, насколько это только возможно. Они не только не должны выступать против так называемых эксцессов, против случаев народной мести по отношению к ненавистным лицам или официальным зданиям, с которыми связаны только ненавистные воспоминания, они должны не только терпеть эти выступления, но и взять на себя руководство ими" (Н. о. М., 66) - (МЭ, 7; 263) (см. также прим. 35 (1) к настоящей главе и прим. 44 к гл. 20.)
Второй отрывок из Маркса - более умеренного характера, контрастирующий с только что процитированным, возьмем из его более поздней работы: К. Marx. Address to the First International (Amsterdam, 1872; см. L. Laurat, op. cit., p. 36): "Мы не отрицаем, что существуют такие страны, как Америка, Англия, и если бы я лучше знал ваши учреждения, то может быть прибавил бы к ним и Голландию, в которых рабочие могут добиться своей цели мирными средствами. Однако, не во всех странах дело обстоит именно так" (МЭ, 18; 154). О более умеренных взглядах Маркса см. также текст настоящей главы, к которому относятся прим. 16-18.
И уж полную путаницу можно обнаружить - не более и не менее - как в заключительной части "Манифеста Коммунистической партии", содержащей два противоречащих друг другу утверждения, которые отделяет друг от друга только одно предложение (МЭ, 4; 459): (I) "Одним словом, коммунисты повсюду поддерживают всякое революционное движение, направленное
14*

404
против существующего общественного и политического строя". (Сюда должна быть включена, к примеру, Англия.) (2) "Наконец, коммунисты повсюду добиваются объединения и соглашения между демократическими партиями всех стран". Довершая путаницу, следующее за процитированными предложение гласит: "Коммунисты считают презренным делом скрывать свои взгляды и намерения. Они открыто заявляют, что их цели могут быть достигнуты лишь путем насильственного ниспровержения всего существующего общественного строя". (Включая и демократический строй.)
15 Capital, 846 = Н. о. М., 403 и след. - (МЭ, 23; 772-773). Относительно
замены в третьем издании "Капитала" термина "концентрация", применяв
шегося во втором издании, термином "централизация" см. прим. 3 к насто
ящей главе. Что касается марксовой фразы, которая в немецком оригинале
выглядит так: "sie unvertraeglich werden mit ihrer kapitalistischen Huelle" (англ.:
"their capitalist cloak becomes a straight jacket", русск.: "они становятся
несовместимыми с их капиталистической оболочкой"), то можно отметить,
что более буквальный ее перевод мог бы быть следующим: "they become
incompatible with their capitalist wrapper" or "cloak" ("они больше не умеща
ются в свою капиталистическую оболочку") или, в более вольном варианте:
"their capitalist cloak becomes intolerable" ("их капиталистическая оболочка
становится непригодной"),
В процитированном в тексте к этому примечанию отрывке чувствуется сильное влияние гегелевской диалектики, о чем свидетельствует продолжение этого фрагмента. (Гегель иногда называл антитезисом отрицание тезиса, а синтезом - "отрицание отрицания".) "Капиталистический способ присвоения, - пишет Маркс, - ...есть первое отрицание индивидуальной частной собственности, основанной на собственном труде. Но капиталистическое производство порождает с необходимостью естественного процесса свое собственное отрицание. Это - отрицание отрицания. Оно восстанавливает... индивидуальную собственность на основе... общего владения землей и... средствами производства" (МЭ, 23; 773) (О более детальном диалектическом выведении социализма см. прим. 5 к гл. 18.)
16 Такой точки зрения Маркс придерживался в "Предисловии к первому
изданию "Капитала"" (Capital, 865) - (МЭ, 23; 10-11), где он говорит:
"Однако... прогресс не подлежит сомнению... Представители английской
короны за границей заявляют... что... во всех культурных государствах
европейского континента... радикальное изменение в существующих отноше
ниях между капиталом и трудом столь же ощутительно и столь же неизбежно,
как в Англии... Г-н Уэйд, вице-президент Соединенных Штатов Северной
Америки, заявил на публичном собрании: по устранении рабства в порядок
дня становится радикальное изменение отношений капитала и отношений
земельной собственности" (см. также прим. 14 к настоящей главе).
17 См. "Предисловие Энгельса к первому английскому изданию "Капита
ла"" (Capital, 887) - (МЭ, 23; 34). Этот фрагмент в более полном виде
цитируется в прим. 7 к гл. 17.
18 См. письмо К. Маркса Г. Гайндману от 8 декабря 1880 г. - (МЭ, 34;
383) и книгу Я. M. Hyndman. The Record of an Adventurous Life, 1911, p. 283.
См. также L. Laurat. Marxism and Democracy, p. 239. Можно процитировать
приведенный в тексте фрагмент Маркса в большем объеме: "На Ваши слова
о том, что Вы не разделяете взглядов моей партии в отношении Англии, я
могу только возразить, что эта партия считает английскую революцию не
необходимой, но - согласно историческим прецедентам - возможной.

405
Бели бы неизбежная эволюция перешла в революцию, то в этом были бы повинны не только правящие классы, но и рабочий класс". (Обратите внимание на двусмысленность этой позиции.)
19 Г. Паркес в книге Я. В. Parkes. Marxism - A Post Mortem, p. 101 (см.
также р. 106 и след.) выражает аналогичные взгляды. Он утверждает, что
марксистская "убежденность в том, что капитализм нельзя реформировать,
а можно только уничтожить", является одним из характерных догматов
марксистской теории накопления. "Примите какую-нибудь другую тео
рию, - пишет он, - и появится возможность преобразовать капитализм
путем постепенных реформ".
20 См. конец "Манифеста Коммунистической партии" (Н. о. М., 59 =
СА, Series I, vol. VI, 557) - (МЭ, 4; 459): "Пролетариям нечего... терять
кроме своих цепей. Приобретут же они весь мир".
21 См. "Манифест Коммунистической партии" (Н. о. М., 45 = GA, Se
ries I, vol. VI, 545) - (МЭ, 4; 446). Приведенный в тексте фрагмент
цитируется более полно в тексте настоящей главы в том месте, к которому
относится прим. 35. Последняя цитата в этом абзаце взята из "Манифеста
Коммунистической партии" (Н. о. М., 35 = GA, Series I, voi. VI, 536) -
(МЭ, 4; 435). См. также прим. 35 к настоящей главе.
22 Однако социальные реформы редко проводятся под давлением тех, кто
бедствует. На общественное мнение могут сильно влиять религиозные дви
жения, включая утилитаристское, а также личности (такие, как Ч. Дик
кенс) . Г. Форд открыл - к удивлению марксистов и многих "капиталистов",
что повышение заработной платы может приносить пользу работодателям.
23 См. прим.18 и 21 к гл. 18.
24 Н. о. М., 37 = GA, Series I, vol. VI, 538 - (МЭ, 4; 438).
25 Н. о. М., 756 = V. I. Lenin. State and Revolution. L. L. L., vol. 14,
p. 77 - (Ленин, 33; 99). Вот этот фрагмент полностью: "Демократия имеет
громадное значение в борьбе рабочего класса против капиталистов за свое
освобождение. Но демократия вовсе не есть предел, его же не прейдеши, а
лишь один из этапов по дороге от феодализма к капитализму и от капита
лизма к коммунизму".
Ленин утверждал, что демократия означает только "формальное равенство" (Ленин, 33; 99). См. также Н. о. М., 834 = V. I. Lenin. The Proletarian Revolution and the Renegade Kautsky. L. L. L., vol. XVIII, p. 34 - (Ленин, 37; 255), где Ленин применяет этот гегельянский довод, используя понятие чисто "формального" равенства, в полемике с Каутским, который якобы не учитывает "противоречие между формальным равенством, которое "демократия" капиталистов провозглашает, и тысячами фактических ограничений... Именно это противоречие раскрывает... лживость, лицемерие капитализма".
26 См. Я. В. Parkes. Marxism - A Post Mortem, p. 219.
27 Такой тактический ход вполне соответствует "Манифесту Коммунисти
ческой партии", в котором провозглашается, что коммунисты (Н. о. М.,
59) - (МЭ, 4; 459) "повсюду добиваются объединения и соглашения между
демократическими партиями всех стран", и в то же время, что "их цели
могут быть достигнуты лишь путем насильственного ниспровержения всего
существующего общественного строя", включая и демократический строй.
Этот тактический ход согласуется и с программой Коммунистического Интернационала 1928 года, поскольку в ней говорится (Н. о. М., 1036 = The Programme of the Communist International. London, Modern Books Ltd., 1932, p. 61, курсив мой): "Определяя свою тактическую линию, каждая

406
Коммунистическая партия должна учитывать конкретную внутреннюю и внешнюю ситуацию... Партия принимает лозунги... с целью организации... масс в максимально возможных масштабах". Однако этого нельзя добиться, не используя органически присущую марксизму двусмысленность понятия революции.
28 См. Н. о. М., 59 и 1042 = GA, Series I, vol. VI, 557 и The Programme
of the Communist International, p. 65 - (МЭ, 4; 459), а также конец прим. 14
и прим. 37 к настоящей главе.
29 Это не цитата, а парафраз, который можно сравнить, например, с
отрывком из "Предисловия Энгельса к первому английскому изданию "Ка
питала"", цитированным в прим. 7 к гл. 17. См. также L. Laurat. Marxism
and Democracy, p. 240.
30 Первый из этих двух отрывков цитировался в L. Laurat. Marxism and
Democracy, p. 240 - (МЭ, 22; 253-254); второй см. в Н. о. М., 93 =
К. Marx. The Class Struggle in France 1848-1850. Introduction by F. Engels.
Moscow, Co-operative Publishing Society of Foreign Workers in the USSR, 1934,
p. 29 (курсив мой) - (МЭ, 22; 547).
31 Энгельс в какой-то мере осознавал, что необходимо было изменить
тактику, поскольку он пришел к следующему выводу: "История показала,
что и мы и все мыслившие подобно нам были неправы" (Н. о. М., 79 =
К. Marx. Die Klassenkampfe in Frankreich. Vorwort von F. Engels. Berlin,
Vorwaerts, 1890, S. 8) - (МЭ, 22; 535). Он осознавал главным образом одну
ошибку - что они с Марксом переоценили скорость общественного развития.
Однако то, что развитие драктически шло в другом направлении, Маркс и
Энгельс не признавали никогда, хотя и выражали недовольство по этому
поводу. В этой связи смотри то место текста главы 20, к которому относятся
прим. 38-39, где я цитирую парадоксальное утверждение Энгельса о том,
что "рабочий класс фактически все более и более обуржуазивается".
32 Ср. прим. 4 и 6 к гл. 7.
33 Экономические преимущества могут быть сохранены за подданными и
по другим причинам, например потому, что сила тиранов зависит от
поддержки определенных групп подданных. Однако это не значит, что
тирания фактически должна быть властью класса, как сказал бы Маркс.
Ведь даже если тиран вынужден подкупать определенные группы населения,
давать им экономические и другие преимущества, все равно это не значит,
что именно эти группы сами вынуждают его так поступать или могут
потребовать преимуществ и пользоваться ими по праву. Если не существует
социальных институтов, позволяющих таким группам влиять на власть
предержащего, то тиран может отнять те преимущества, которыми они
обладали, и искать поддержки у других групп населения.
34 Н. о. М., 171 = К. Marx. Civil War in France. Introduction by F. Engels.
London, Martin Lawrence, 1933, p. 19 - (МЭ, 22; 200-201) (см. также
H. о. М., 833 = V. I. Lenin. The Proletarian Revolution and the Renegade
Kautsky, p. 33-34 - (Ленин, 37; 252)).
35 H. o. M., 45 = GA, Series I, vol. VI, 545 - (МЭ, 4; 446). См. также
прим. 21 к настоящей главе. Ср. со следующим фрагментом из "Манифеста
Коммунистической партии" (Н. о. М., 37 = GA, Series I, vol. VI, 538) -
(МЭ, 4; 437-438): "Ближайшая цель коммунистов... завоевание пролетари
атом политической власти".
(1) Тактический совет, который может привести к поражению в битве за демократию, подробно изложен Марксом в "Обращении Центрального ко-

407
митета к Союзу коммунистов" (Н. о. М., 67 = Labour Mounthly, September 1922, p. 143 ) - (МЭ, 7; 263-264); см. также прим. 14 к настоящей главе и прим. 44 к гл. 20). В этом "Обращении" Маркс объясняет, какую позицию следует занять после завоевания демократии по отношению к демократической партии, с которой, согласно "Манифесту Коммунистической партии" (см. прим. 14 к настоящей главе), коммунисты должны добиться "объединения и соглашения". Маркс пишет: "Одним словом, с первого же момента победы необходимо направлять недоверие уже не против побежденной реакционной партии, а против своих прежних союзников" (т.е. демократов). Маркс требует, чтобы "вооружение всего пролетариата ружьями, карабинами, орудиями и боевыми припасами было проведено немедленно" и чтобы рабочие сделали "попытку организоваться в виде самостоятельной пролетарской гвардии, с командирами и собственным генеральным штабом". Это нужно для того, чтобы "буржуазно-демократические правительства не только немедленно утратили опору в рабочих, но и увидали бы себя с самого начала под наблюдением и угрозой властей, за которыми стоит вся масса рабочих".
Ясно, что такая политика обязательно разрушит демократию. Она обязательно настроит правительства против тех рабочих, которые не готовы твердо придерживаться закона, а стараются управлять по велению сердца. Маркс пытается оправдать такую политику с помощью следующего пророчества (Н. о. М., 67, 68 = Labour Monthly, September 1922, p. 143) - (МЭ, 7; 264): "Лишь только новые правительства до известной степени упрочатся, немедленно начнется их борьба против рабочих". И далее Маркс пишет: "Но для того чтобы энергично и грозно выступить против этой партии" (то есть социал-демократов), "которая начнет предавать их с первого же часа победы, рабочие должны быть вооружены и организованы". Я думаю, что эта тактика ведет именно к тому негативному результату, который предсказывается. Она вполне может подтвердить историческое пророчество. Вне всякого сомнения, если бы рабочие действовали согласно указаниям Маркса, любой здравомыслящий демократ (даже если и особенно если он намерен поддержать дело угнетенных) вынужден был бы примкнуть к тем, кого Маркс называет изменниками рабочих, и бороться против тех, кто намерен разрушить демократические институты, защищающие каждого от произвола со стороны тиранов и Великих диктаторов.
К сказанному я могу добавить, что процитированные только что фрагменты являются сравнительно ранними высказываниями Маркса, что более поздние его суждения выглядят несколько иначе, по крайней мере являются менее определенными. И все-таки именно эти ранние фрагменты сохраняли свое влияние в течение долгого времени, и это влияние часто приносило вред.
(2) В связи с пунктом (b) текста настоящей главы (см. с. 188) можно процитировать Ленина (Н. о. М., 828 = The Proletarian Revolution, 30) - (Ленин, 37; 256-257): "Рабочие великолепно знают и чувствуют, видят и осязают, что буржуазный парламент чужое учреждение, орудие угнетения пролетариев буржуазией, учреждение враждебного класса, эксплуататорского меньшинства". Абсолютно ясно, что такие слова отнюдь не вдохновляли рабочих на защиту демократии от фашистов.
36 См. В. И. Ленин. Государство и революция (Н. о. М., 744 = State and Revolution, p. 68) - (Ленин, 33; 88): "Демократия... для богатых - вот таков демократизм капиталистического общества... Маркс великолепно схватил эту суть капиталистической демократии... сказав: "угнетенным раз в

408
несколько лет позволяют решать, какой именно из представителей угнетающего класса будет... подавлять их!"". См также прим. 1 и 2 к гл. 17.
37 В работе "Детская болезнь левизны в коммунизме" (Н. о. М., 844 и
след. = V. I. Lenin. Left-Wing Communism, An Infantile Disorder. L. L. L.,
vol. XVI, p. 72-73; курсив частично мой) - (Ленин, 41; 77-78) Ленин писал:
"Надо все силы, все внимание сосредоточить на следующем шаге... на
отыскании формы перехода или подхода к пролетарской революции. Про
летарский авангард идейно завоеван... Но от этого еще довольно далеко до
победы... чтобы действительно весь класс, действительно широкие массы
трудящихся и угнетенных капиталом дошли до такой позиции, для этого
одной пропаганды, одной агитации мало. Для этого нужен собственный
политический опыт этих масс Таков - основной закон всех великих
революций... Потребовалось испытать на собственной шкуре... всю неиз
бежность диктатуры крайних реакционеров... как единственной альтерна
тивы по отношению к диктатуре пролетариата, чтобы решительно повер
нуть к коммунизму".
38 Как и следовало ожидать, одна марксистская партия пытается перело
жить вину за свои ошибки на другую. Первая обвиняет вторую в проведении
"политики катастроф", а вторая, в свою очередь, обвиняет первую в том, что
она поддерживает веру рабочих в победу в борьбе за демократию. Очень
забавно то, что сам Маркс детально описал подобный способ поведения -
обвинять обстоятельства и особенно конкурирующую партию в чьих-либо
ошибках. (Разумеется, это описание было направлено против оппозиционных
левацких партийных фракций того времени.) Маркс писал (Н. о. М., 129-
130, курсив частично мой) - (МЭ, 8; 151): "Им нет надобности слишком
строго взвешивать свои собственные средства. Им стоит ведь только дать
сигнал - и народ со всеми своими неисчерпаемыми средствами бросится на
угнетателей. Но если оказывается, что их интересы не заинтересовывают,
что их сила есть бессилие, то виноваты тут либо вредные софисты" (по-ви
димому, другая партия), "раскалывающие единый народ на различные
враждебные лагери... либо все рухнуло из-за какой-нибудь детали исполне
ния, либо, наконец, непредусмотренная случайность повела на этот раз к
неудаче. Во всяком случае демократ" (или антидемократ) "выходит из самого
позорного поражения настолько же незапятнанным, насколько невинным он
туда вошел, выходит с укрепившимся убеждением, что он должен победить,
что не он сам и его партия должны оставить старую точку зрения, а,
напротив, обстоятельства должны дорасти до него". ** К. Поппер, как
нам представляется ошибочно, указывает, что эта цитата Маркса воспроиз
ведена Лениным в работе "Карл Маркс": V. I. Lenin. The Teachings of Karl
Marx. L. L. L., vol. 1, p. 55. - Прим. редактора и переводчика. **
39 Я говорю "радикальное крыло марксизма", поскольку историцистскую
трактовку фашизма как неизбежного этапа исторического развития прини
мали и отстаивали те партийные группы, которые были далеки от коммуни
стов. Даже те лидеры венских рабочих, которые пытались оказать героиче
ское, но запоздалое и плохо организованное сопротивление фашизму, иск
ренне верили, что фашизм является необходимым этапом исторического пути
к социализму. Испытывая сильную ненависть к фашизму, они полагали,
что - несмотря на его крайнюю реакционность - фашистский режим
следует считать прогрессивным шагом, приближающим страдающий народ
к конечной цели освобождения от гнета.
40 Ср. с отрывком, который цитировался в прим. 37 к настоящей главе.

409
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 20
1 Единственный полный английский перевод трех томов "Капитала"
насчитывает около 2.500 страниц. К ним следует добавить еще три тома,
опубликованных на немецком языке под названием "Theorien ueber den
Mehrwert" (англ. "Theories of Surplus Value", русск. "Теории прибавочной
стоимости") и содержащих материалы, которые Маркс собирался использо
вать в "Капитале".
2 См. противопоставление не ограниченного, или не регулируемого,
законодательно капитализма и интервенционизма, которое мы предложили
и рассмотрели в главах 16, 17 и 18 (см. прим. 10 к гл. 16, прим. 22 к гл. 17,
прим. 9 к гл. 18 и соответствующий текст).
Цитируемое утверждение Ленина взято из Н. о. М., 561 = The Teachings of Karl Marx, p. 29 (курсив мой) - (Ленин, 26; 73) Интересно, что ни Ленин, ни большинство марксистов, оказывается, не понимали, что общество изменилось со времен Маркса. В 1914 году Ленин говорит о "современном обществе" так, словно общество является современным и для него, и для Маркса. А ведь "Манифест Коммунистической партии" был опубликован в 1848 году.
3 Цитаты в этом и следующем абзацах взяты из Capital, 691 - (МЭ, 23;
640).
4 См. замечания, сделанные по поводу терминов "накопление капитала",
"концентрация капитала" и "централизация капитала", в прим. 3 к гл. 19.
5 Такая интерпретация действительно была бы более подходящей, по
скольку в этом случае снизилась бы вероятность развития пораженческих
настроений среди рабочих, которые угрожают классовому сознанию (как
было сказано в тексте к прим. 7 к гл. 19).
6 См. Capital, 697 и след. - (МЭ, 23; 654).
7 Две цитаты в этом абзаце взяты из Capital, 698, 706 - (МЭ , 23; 646,
653). Термин Маркса "mittleren Prosperitaet" я перевел как "semi-prosperity"
("среднее оживление"); этот термин можно было бы буквально перевести
как "medium prosperity" ("умеренное оживление"). ** В русском издании
"Капитала" используется термин "среднее оживление". - Прим. редактора
и переводчика. ** Я перевел Марксов термин "Ueberproduktion" (англ. "over
production", русск. "перепроизводство") как "excessive production" ("избы
точное производство"), поскольку Маркс понимал под "перепроизводством"
не то, что в данный момент производится больше, чем можно продать, а то,
что производится такое количество товара, что в скором времени возникнут
трудности с его продажей.
8 Tax выражается Г. Паркес - Я. В. Parkes. Marxism - A Post Mortem,
1940, p. 101 (см. прим. 19 к гл. 19).
9 Теория трудовой стоимости, разумеется, очень стара. Надо помнить,
что мои рассуждения о теории стоимости тесно связаны с так называемой
"объективной теорией стоимости". Я не намерен критиковать "субъективную
теорию стоимости" (которую, пожалуй, лучше было бы назвать теорией
субъективных оценок или теорией актов выбора; см. прим. 14 к гл. 14).
Дж. Винер любезно указал мне на то, что чуть ли не единственная связь
теорий стоимости Маркса и Рикардо возникла потому, что Маркс неправиль
но понял Рикардо, и что Рикардо никогда не утверждал, будто труд обладает
большей созидательной силой, чем капитал.

410
10 Мне кажется очевидным, что Маркс никогда не сомневался в том, что его "стоимости" в некоторой степени соответствуют рыночным ценам. Он учил, что стоимость одного товара равна стоимости другого, если одинаково среднее количество рабочего времени, необходимое для их производства. Если один из товаров золото, то его вес может считаться ценой другого товара, выраженной в золоте, и поскольку деньги (по закону) обеспечиваются золотом, мы в результате получаем денежное выражение цены товара.
Маркс учил (см. важное прим. 1 к Capital, 153) - (МЭ, 23; 176-177; прим. 37), что меновые пропорции товаров на рынке изменяются в соответствии со стоимостью, а рыночные цены в деньгах - соответственно их стоимости в золоте. "С превращением величины стоимости в цену, - несколько неуклюже говорит Маркс (Capital, 79; курсив мой) - (МЭ, 23: 112) - это необходимое отношение проявляется как меновое отношение данного товара к находящемуся вне его денежному товару* (т.е. к золоту). "Но в этом меновом отношении может выразиться как величина стоимости товара, так и тот плюс или минус по сравнению с ней, которым сопровождается отчуждение товара при данных условиях". Другими словами, цены могут флуктуировать. "Следовательно, возможность... отклонения цены от величины стоимости заключена уже в самой форме цены. И это не является недостатком этой формы, - наоборот, именно эта отличительная черта делает ее адекватной формой такого способа производства, при котором правило может прокладывать себе путь сквозь беспорядочный хаос только как слепо действующий закон средних чисел". Мне кажется ясным, что "правилом", о котором говорит здесь Маркс, является стоимость. Он верит в то, что стоимости "проявляются" (или "утверждают себя") только как средние величины реальных рыночных цен. Следовательно, последние колеблются вокруг стоимости.
Я акцентирую внимание на этом потому, что некоторые ученые отрицают, что Маркс считал именно так. Например, Дж. Коул в своем "Предисловии" к английскому переводу "Капитала" (Capital, XXV; курсив мой) пишет: "Маркс... обычно рассуждает так, как будто в действительности после временных рыночных флуктуации проявляется тенденция обменивать товары согласно их "стоимостям''. Однако в первом томе "Капитала'' (Capital, p. 79 - МЭ, 23; 112) Маркс утверждает, что он не имеет этого в виду, а в третьем томе "Капитала" он... совершенно ясно говорит о неизбежной дивергенции цен и "стоимостей"". Вместе с тем, хотя Маркс на самом деле не считал флуктуации рыночных цен просто "временными", он утверждал, что существует тенденция обменивать товары - с учетом рыночных флуктуаций - согласно их "стоимостям". Действительно, из приведенных в этом примечании цитат из "Капитала", на которые ссылается Дж. Коул, ясно, что Маркс не говорил ни о какой дивергенции между стоимостью и ценой, а описывал средние величины и флуктуации. Несколько иной подход использован Марксом в третьем томе "Капитала", где в главе IX вместо "стоимости" он ввел новое понятие - "цена производства" (немец. "Produktionspreis", англ. "production-price") . Цена производства представляет собой сумму издержек производства и средней прибавочной стоимости. Однако и в этом случае для рассуждений Маркса остается характерным то, что введенная им новая категория - цена производства выступает по отношению к реальной рыночной цене только как регулятор средних величин. Она не детерминирует рыночную цену непосредственно, а проявляется (точно так же, как и "стоимость", о которой речь идет в первом томе "Капитала") в виде некой средней величины, вокруг которой

411
колеблются, или флуктуируют, реальные рыночные цены. Это можно подтвердить следующей цитатой из "Капитала" (Das Kapital, HI/2, 396 и след.) - (МЭ, 25, ч. 2; 431 и след.): "Рыночные цены поднимаются выше и падают ниже этой регулирующей цены производства, но такие колебания взаимно уничтожаются... Мы найдем здесь то господство регулирующих средних, которое Кетле указал для общественных явлений". Аналогичным образом Маркс говорит (Das Kapital, HI/2, 399) - (МЭ, 25, ч. 2; 434) о "регулирующей цене... вокруг которой колеблются... рыночные цены". На следующей странице, где идет речь о влиянии конкуренции, Маркс говорит, что его интересует "естественная цена... то есть не та цена... которая регулируется конкуренцией, а та, которая, наоборот, регулирует ее" (курсив мой). Применение Марксом термина "естественная цена" (немец. "natuerliche Preis", англ."natural price") явно указывает на то, что Маркс надеялся, что он обнаружил ту сущность, "формами проявления" которой выступают колеблющееся рыночные цены (см. также прим. 23 к настоящей главе). Кроме того, мы видим, что Маркс последовательно придерживался точки зрения, согласно которой интересующая его сущность, будь то стоимость или цена производства, проявляется как средняя величина рыночных цен. См. также Das Kapital, Ш/1, 171 и след. - (МЭ, 25, ч. 1; 189 и след.).
11 Дж. Коул (в Capital, XXIX), в целом давая совершенно правильную
оценку теории прибавочной стоимости Маркса, в то же время утверждает, что
эта теория была "его научным вкладом в экономическую теорию". Однако в
своем "Предисловии" ко второму тому "Капитала" Энгельс показал, что
Маркс не является автором этой теории, что он не только никогда не говорил,
что это его теория, но даже исследовал историю ее возникновения (в работе
"Теории прибавочной стоимости" - см. прим. 1 к настоящей главе). Для
того, чтобы показать, что Маркс в своем исследовании использовал теорию
прибавочной стоимости Адама Смита и Давида Рикардо, Энгельс цитирует в
этом "Предисловии" рукописи Маркса, а также приводит длинные выдержки
из упомянутого в "Капитале" (Capital, 646) - (МЭ, 23; 601) памфлета "The
Source and Remedy of the National Difficulties. A Letter to Lord John Russel"
(London, 1821), демонстрируя тем самым, что основные идеи теории приба
вочной стоимости были выдвинуты независимо от марксова различения между
трудом и рабочей силой - см. Das Kapital, II, XII-XV - (МЭ, 24; 15-17).
12 Первую часть Маркс называет необходимым рабочим временем, а
вторую - прибавочным рабочим временем - см. Capital, 213 и след. -
(МЭ, 23; 242 и след.).
13 См. "Предисловие" Энгельса ко второму тому "Капитала" (Das Kapital,
П, XXI и след.) - (МЭ, 24; 21 и след.).
14 Вывод Марксом доктрины прибавочной стоимости тесно связан с его
критикой "формальной" свободы, "формальной" справедливости и т. п. В
этой связи см. прим. 17и19 к гл. 17и соответствующий текст. См также
текст, к которому относится следующее примечание.
15 См. Capital, 845 - (МЭ, 23; 772). См. также ссылки, упомянутые в
предшествующем примечании.
16 См. текст, к которому относится прим. 18 к настоящей главе, а также
прим. 10 к этой главе.
17 См. особенно главу X третьего тома "Капитала".
18 Capital, 706 - (МЭ, 23; 653). Начиная со слов "Следовательно...
перенаселение", цитируемый отрывок следует сразу за тем фрагментом,
который цитировался в тексте к прим. 7 к настоящей главе. (Я опустил слово

412
"относительное" перед словом "перенаселение", поскольку оно не существенно в данном контексте и может ввести в заблуждение. В Capital, 706 (Everyman edition) допущена опечатка: "overproduction" ("перепроизводство") стоит вместо "surplus population" ("избыточное население", или "перенаселение").) Приведенная цитата представляет интерес в связи с проблемой спроса и предложения и учением Маркса о том, что спрос и предложение должны иметь "основу" (или "сущность") - см. прим. 10 и 22 к настоящей главе.
19 В этой связи можно заметить, что феномену, о котором идет речь, -
нищете в период бурной индустриализации (или "раннего капитализма";
см.'прим. 36 к настоящей главе и соответствующий текст) - недавно было
дано объяснение с помощью гипотезы, которая, если ее считать приемлемой,
показывает, что для решения этой проблемы многое дает теория эксплуата
ции Маркса. Я имею в виду объяснение, основанное на доктрине двух чисто
монетарных систем (золотой и кредитной) Вальтера Ойкена и его методе
анализа различных имеющих место в истории экономических систем как
"смесей" чистых систем. Применяя этот метод, Леонард Микш недавно
показал (а статье L. Miksch. Die Geidordnung der Zukunft // Zeitschrift fuer
das Gesamte Kreditwesen, 1949), что кредитная система имеет дело с вынуж
денными вкладами, т.е. потребитель вынужден копить денежные средства и
не использовать их. "Однако капитал, сохраненный путем таких вынужден
ных вкладов, - пишет Микш, - принадлежит не тому, кто вынужден
ограничивать потребление, а предпринимателям".
Если такая теория приемлема, то анализ Маркса (но не его "законы" и пророчества) можно считать в значительной степени обоснованным. Ведь марксова "прибавочная стоимость", которая по праву принадлежит рабочему, но "присваивается", или "экспроприируется", "капиталистами", очень мало отличается от "вынужденных сбережений" Микша, которые становятся собственностью "предпринимателя", а не того потребителя, который вынужден эти сбережения делать. Сам Микш намекает на то, что его результаты объясняют большую часть экономических явлений девятнадцатого века (а также возникновение социализма).
Следует заметить, что анализ Микша объясняет соответствующие факты в терминах дефектов системы конкуренции (он говорит об "экономической монополии производства денег, обладающей громадной властью"), в то время как Маркс пытался объяснить те же самые факты с помощью допущения о свободном рынке, т.е. конкуренции. (К тому же "потребителей", конечно, нельзя полностью отождествлять с "промышленными рабочими".) Однако, какими бы ни были предлагаемые объяснения, сами факты, названные Микшом "общественно нетерпимыми", остаются фактами, и то, что Маркс их не принимал, и то, что он старался найти их объяснение, делает ему честь.
20 См. прим. 10 к настоящей главе, особенно фрагмент, касающийся
"естественной" цены (а также прим. 18 и соответствующий текст). Интерес
но, что в третьем томе "Капитала", недалеко от фрагмента, процитирован
ного в прим. 10 к настоящей главе, и в аналогичном контексте Маркс делает
следующее методологическое замечание: *Если бы форма проявления и
сущность вещей непосредственно совпадали, то всякая наука была бы
излишня" ( Das Kapital, Ш/2, 352; курсив мой) - (МЭ, 25, ч. 2; 384) Это,
конечно же, чистейший эссенциализм. То, что этот эссенциализм граничит
с метафизикой, показано в прим. 24 к настоящей главе.
Ясно, что когда Маркс постоянно говорит о форме цены, особенно в первом томе "Капитала", он имеет в виду "форму проявления", а сущностью в этом

413
случае выступает "стоимость" (см. также прим. 6 к гл. 17 и соответствующий текст).
21 В первом томе "Капитала имеется специальный раздел, озаглавленный "Товарный фетишизм и его тайна" (Capital, 43 и след. - (МЭ, 23; 103)).
22 См. Capital, 567 (курсив мой) - (МЭ, 23; 532), где Маркс подводит
следующий итог: "Удвоение производительной силы труда при прежнем
разделении рабочего дня оставит цену рабочей силы и прибавочную сто
имость без изменений. Только теперь каждая из них будет выражаться в
двойном количестве, но соответственно удешевленных потребительных сто
имостей" (т.е. товаров). "Таким образом, при повышающейся производи
тельной силе труда цена рабочей силы могла бы падать непрерывно наряду
с непрерывным же ростом массы жизненных средств рабочего" (см. также
Capital, 328 - (МЭ, 23; 325)).
23 Если производительность в среднем возрастает в общем масштабе, то
возрастает и производительность золотодобывающих компаний, а это значит,
что золото, как и любой другой товар, становится дешевле, поскольку оно
оценивается в рабочем времени, необходимом для его добывания. Соответ
ственно все, что относится к другим товарам, имеет отношение и к золоту,
и поэтому когда Маркс говорит (см. предыдущее примечание), что реальный
заработок рабочего растет, то, согласно его теории, это верно и относительно
его заработка, исчисляемого в золоте, т.е. в деньгах. (Следовательно, анализ
Маркса (Capital, 567 - МЭ, 23; 532) итог которого я цитировал в предыду
щем примечании, некоррехтен там, где он говорит о "ценах". Ведь "цены"
являются "стоимостями", выраженными в золоте, и они могут оставаться
постоянными, если производительность одинаково возрастает во всех сферах
производства, включая производство золота.)
24 Удивительная черта марксовой теории стоимости (отличающейся в этом
отношении, по мнению Дж. Винера, от теории английской классической
школы) заключается в том, что в ней проводится фундаментальное различие
между человеческим трудом и всеми остальными процессами, происходящи
ми в природе, например деятельностью животных. В результате эта теория
целиком основана на этической концепции, т.е. на доктрине, согласно
которой человеческие переживания и человеческая форма жизнедеятельно
сти принципиально отличаются от всех других природных процессов. Эту
доктрину можно назвать доктриной священности человеческого труда. Я
не отрицаю, что эта теория верна в моральном смысле и что мы должны
следовать ей в своих поступках. Однако я думаю, что экономический анализ
не должен основываться на неосознанно принятой автором такого анализа
этической, метафизической или религиозной доктрине. Маркс, который, как
мы увидим в главе 22, не верил в моральность человека или подавлял в себе
такую веру, опирался на этический базис там, где он сам этого не ожидал -
в своей абстрактной теории стоимости. Разумеется, эта особенность марксо
вой теории тесно связана с его эссенциализмом - он считал человеческий
труд сущностью всех социальных и экономических отношений.
25 Об интервенционизме см. прим. 10 к гл. 16, прим. 22 к гл. 17 и прим. 9
к гл. 18 (см. также прим. 2 к настоящей главе.)
26 О парадоксе свободы в его приложении к экономической свободе см.
прим. 20 к гл. 17, где указаны другие ссылки.
Проблема свободного рынка, которая упоминается в настоящей главе только в связи с рынком труда, очень важна. Если обобщить сказанное по этому поводу в тексте, то становится ясно, что идея свободного рынка

414
парадоксальна. Если в рынок не вмешивается государство, то в его деятельность могут вмешаться полуполитические организации, такие как монополии, тресты, союзы и т. д., превращая свободу рынка в чистую фикцию. Кроме того, очень важно осознать, что без хорошо защищенного свободного рынка вся экономическая система перестает служить своей единственной рациональной цели - удовлетворению требований потребителя. Если у потребителя нет выбора, если он должен брать то, что предлагает производитель, если не потребитель, а производитель - будь то частное лицо, государство или отдел маркетинга - является хозяином рынка, то может возникнуть ситуация, при которой потребитель является для производителя только поставщиком денег и перевозчиком хлама, вместо того, чтобы производитель удовлетворял желания и нужды потребителя.
Здесь мы явно сталкиваемся с важной проблемой социальной инженерии: рынок необходимо контролировать таким образом, чтобы контроль не лишал потребителя свободы выбора и не устранял потребности производителей конкурировать в интересах потребителя. Экономическое "планирование", которое не планирует экономической свободы в этом смысле, ставит экономическую систему на опасную грань тоталитаризма (см. F. A. von Hayek. Freedom and Economic System // Public Policy Pamphlets, 1939-1940).
27 См. прим. 2 к настоящей главе и соответствующий текст.
28 Это различение между машинным оборудованием, которое способствует
расширению производства, и машинным оборудованием, которое в основном
способствует интенсификации производства, введено в тексте настоящей
главы главным образом для того, чтобы сделать более ясными анализируемые
мною доводы в пользу теории Маркса. Кроме этого, я надеюсь, что введение
этого различения может улучшить и приводимые Марксом аргументы.
Я хочу перечислить здесь наиболее важные отрывки из сочинений Маркса, относящиеся к экономическому циклу (trade cycle, сокращенно: t-c) и его связи с безработицей (unemployment, сокращенно: и): "Манифест Коммунистической партии" (Н. о. М., 29 и след.) - (МЭ, 4; 429 и след.) (t-c); Capital, 120 - (МЭ, 23; 149) (денежный кризис = общая депрессия); Capital, 624 - (МЭ, 23; 580 и след) (t-c и обращение денег); Capital, 694 - (МЭ, 23; 643) (и); Capital, 698 - (МЭ, 23; 646-647) (t-c); Capital, 699 - (МЭ, 23; 647-648) (t-c, зависящий от и; автоматизм цикла); Capital, 703-705 - (МЭ, 23; 651-653) (взимозависимость t-c и и); Capital, 706 и след. - (МЭ, 23; 653-654) (и). См. также третий том "Капитала", особенно главу XV, раздел "Избыток капитала при избытке населения" - Н. о. М., 516-528 - (МЭ, 25, ч. 1; 275-285) (t-c и и) и главы XXV-XXXII (МЭ, 25, ч. 1; 440-505; ч. 2; 3-65) (t-c и обращение денег), особенно см. Das Kapital, Ш/2, 22 и след. - (МЭ, 25, ч. 2; 24 и след.). См. также фрагмент из второго тома "Капитала" (Das Kapital, П, 406 - МЭ, 24; 464), одно из предложений которого цитировалось в прим. 17 к гл. 17.
29 См. Minutes of Evidence, taken before the Secret Committee of the House
of Lords appointed to Inquire into the Causes of Distress etc., 1857. Эта работа
процитирована в Das Kapital, HI/1, 398 и след. - (МЭ, 25, ч. I; 454 и след.).
30 См., например, две статьи К. Симкина по бюджетной реформе (С. Sim-
kin. Budgetary Reform // The Australian Economic Record, 1941, 1942); см.
также прим. 3 к гл. 9. Статьи К. Симкина посвящены антициклической
политике и содержат краткое описание соответствующих мер, принятых в
Швеции.
31 См. Н. Parkes. Marxism - A Post Mortem, особенно p. 220, примечание 6.

415
32 Цитата взята из Das Kapital HI/2, 354 и след. - (МЭ, 25, ч. 2; 386) (Я
перевожу используемый Марксом в этом отрывке термин "Gebrauchswert"
как "useful commodities" ("потребительские товары"), хотя более точным его
переводом, по-видимому, является термин "use-value" ("потребительская
стоимость" или "потребительная стоимость").** В тексте мы привели эту
цитату в варианте К. Поппера. В русском издании третьего тома "Капитала"
(МЭ, 25, ч. 2; 386) вместо "потребительские товары" стоит "потребительная
стоимость". - Прим. редактора и переводчика. **
33 На теорию, которую я имею в виду (Дж. Винер сообщил мне, что такой
или очень близкой теории придерживался Джеймс Милль), часто ссылался
Маркс. Он боролся против этой теории, не определяя при этом достаточно
ясно свою точку зрения. Позицию Маркса можно кратко охарактеризовать
как доктрину, согласно которой весь капитал сводится в конечном счете к
заработной плате, поскольку "недвижимый" (или, как говорил Маркс,
"постоянный") капитал был произведен и выплачен в виде заработной платы.
В теории Маркса постоянного капитала вообще не существует, есть только
переменный капитал.
Эта доктрина очень просто и ясно изложена Г. Паркесом (Я. Parkes, op. cit., p. 97): "Любой капитал является переменным капиталом. Это становится очевидным, если мы рассмотрим некоторую гипотетическую область производства, в которой контролируются все процессы производства от фермы или рудника до конечного продукта и никакая техника и никакое сырье не закупаются вне этой области. Полная стоимость производства в этом случае будет равняться общей сумме заработной платы, а поскольку экономическую систему в целом можно рассматривать как такую гипотетическую область производства, в которой оборудование (постоянный капитал) всегда оплачивается через заработную плату (переменный капитал), общая сумма постоянного капитала должна быть частью общей суммы переменного капитала".
Я не думаю, что эти доводы, в которые я сам когда-то верил, могут ослабить марксистскую позицию. (Пожалуй, это единственный важный пункт, в котором я не могу согласиться с прекрасной критикой марксизма, данной Г. Паркесом.) Причина этого в следующем. Если рассматриваемая нами гипотетическая область производства решит увеличить объем оборудования, - а не только заменить старое или провести его необходимое усовершенствование, - то мы можем считать этот процесс типично марксистским процессом накопления капитала путем вложения в производство прибыли. Для того, чтобы определить степень успеха такого капиталовложения, нам следует установить, возрастет ли в последующие годы прибыль пропорционально величине капиталовложений. Некоторую часть новой прибыли можно снова использовать для развития производства. Тогда в течение того года, когда эти капиталовложения были сделаны (или когда прибыль накапливалась путем превращения ее в постоянный капитал), сделанные капиталовложения оплачиваются в форме переменного капитала. Однако после того, когда капиталовложения были сделаны, они могут рассматриваться как часть постоянного капитала, поскольку предполагается, что капиталовложения делаются пропорционально размерам новой прибыли. Если эта пропорция не соблюдается, норма прибыли должна упасть. Это означает, что капиталовложения были сделаны неудачно. Таким образом, норма прибыли является мерой успеха капиталовложений, мерой продуктивности вновь добавленного постоянного капитала, который становится

416
постоянным именно в марксовом смысле (несмотря на то, что первоначально он всегда оплачивается в форме переменного капитала) и воздействует на норму прибыли.
34 См. главу XIII третьего тома "Капитала" в Н. о. М., 499 - (МЭ, 25,
ч. 1; 23S-239) : "Таким образом... абсолютная масса производимой... прибы
ли может возрастать, и возрастать прогрессивно, несмотря на прогрессивное
падение нормы прибыли. Это не только возможно. На основе капиталисти
ческого производства так должно быть, если оставить в стороне преходящие
колебания".
35 Цитаты, приведенные в этом абзаце, взяты из Capital, 708 и след.
(курсив мой) - (МЭ, 23; 655-660).
36 Приведенное в тексте резюме позиции Г. Паркеса см. в его книге:
Н. Parkes. Marxism - A Post Mortem, p. 102.
Следует заметить, что марксистская теория о зависимости революции от прогрессирующего обнищания рабочего класса в некоторой степени была подтверждена в прошлом веке вспышками революций в тех странах, в которых нищета действительно возрастала. Однако, вопреки пророчеству Мархса, эти страны не были странами развитого капитализма - это были или аграрные страны, или страны, в которых капитализм находился на низкой ступени развития. В подтверждение этому Г. Паркес приводит целый списох таких стран (см. Н. Parkes, op. cit, p. 48). Таким образом, оказывается, что революционные тенденции ослабевают вместе с развитием индустриализации. Поэтому русскую революцию нельзя считать преждевременной (равно как и развитые страны не следует считать "перезрелыми" для революции). Русская революция, скорее, была результатом нищеты, характерной для неразвитого капитализма, и нищеты крестьянства, усиленной войной и угрозой поражения в этой войне. См. также прим. 19 к настоящей главе.
37 Н. о. М., 507 - (МЭ, 25, ч. I; 260-261).
В примечании к этому отрывку (Das Kapital, HI/1, 219) - (МЭ, 25, ч. 1; 261, прим. 36) Маркс замечает, что Адам Смит был прав, возражая Давиду Рикардо. Фрагмент из Смита, на который, по-видимому, ссылается Маркс, цитируется далее в этом абзаце текста. Он взят из A. Smith. Wealth of Nations, vol. II, p. 95 (Everyman edition). Сам Маркс цитирует отрывок из Рикардо (D. Ricardo. Principles of Political Economy // Works. Ed. by MacCulloch, 1852, p. 73 = D. Ricardo, Everyman edition, p. 78). Однако есть еще более характерный в этом отношении отрывок, в котором Рикардо утверждает, что описанный Смитом экономический механизм "не может... влиять на норму прибыли" D. Ricardo. Works, p. 232).
38 См. Н. о. М., 708 (цитируется в V. I. Lenin. Imperialism: The Highest
Stage of Capitalism, p. 96) - (Ленин, 27; 405).** Приводимая К. Поппером
цитата из Энгельса взята из письма Ф. Энгельса К. Марксу от 7 октября 1858
г. (МЭ, 29; 293). - Прим. редактора и переводчика. **
39 Об этом изменении позиции Энгельса см. прим. 31 к гл. 19 и соответ
ствующий текст.
40 См. V. I. Lenin. Imperialism: The Highest Stage of Capitalism, 1917
(H. о. М., 708 = Imperialism, p. 97) - (Ленин, 27; 405-406).
41 Такая позиция может быть оправданием, хотя и весьма неудовлетвори
тельным, для некоторых наиболее удручающих замечаний Маркса, цитиру
емых Г. Паркесом в его книге Н. Parkes. Marxism - A Post Mortem, p. 213
и след., прим. 3, которые в высшей степени пессимистичны. Эти замечания

417
Маркса порождают даже сомнение в том, были ли Маркс с Энгельсом такими уж истинными поборниками свободы, какими их некоторые представляют, и не находились ли они под большим влиянием гегелевской безответственности и гегелевского национализма, чем этого можно было бы ожидать, исходя из их учения.
42 Цитируемый в тексте отрывок взят из "Манифеста Коммунистической
партии" (Н. о. М., 35 = GA, Series I, vol. VI, 536) - (МЭ, 4; 435). См.
также утверждение Энгельса: "Все более и более превращая громадное
большинство населения в пролетариев, капиталистический способ производ
ства создает силу, которая... вынуждена совершить этот переворот" (Н. о. М.,
295 " GA, Special Volume, 290-291 - (МЭ, 20; 291)). Следующая в этом
абзаце цитата взята из Н. о. М., 156 и след. = X. Marx. Der Burgerkrieg in
Frankreich, p. 84 - (МЭ, 17; 365).
43 Этот удивительный по своей наивности фрагмент взят из Н. о. М., 147
и след. (курсив мой) = К. Marx. Der Burgerkrieg in Frankreich, p. 75 и
след. - (МЭ, 17; 345).
** По поводу такой политики см. "Обращение Центрального комитета к Союзу коммунистов" (К. Marx. Address to the Communist League) - (МЭ, 7; 257-267). Эта работа цитировалась в прим. 14 и 35 к гл. 19; см. также прим. 26 и след. к гл. 19. (** Относительно авторства этой работы см. наше примечание к прим. 11 к гл. 18. - Прим. редактора и переводчика. **) См. следующий фрагмент из "Обращения Центрального комитета к Союзу коммунистов" (Н. о. М., 70 и след. (курсив мой) = К. Marx. Address to the Communist League = Labour Monthly, September 1922, p. 145-146) - (МЭ, 7; 267): "Так, например, если мелкие буржуа предлагают выкупить железные дороги и фабрики, рабочие должны требовать, чтобы эти железные дороги и фабрики, как собственность реакционеров, были просто конфискованы государством без всякого вознаграждения. Если демократы предлагают пропорциональный налог, рабочие должны требовать прогрессивного; если сами демократы предлагают умеренно-прогрессивный налог, рабочие должны настаивать на налоге, ставки которого растут так быстро, что крупный капитал при этом должен погибнуть; если демократы требуют регулирования государственных долгов, рабочие должны требовать объявления государственного банкротства. Следовательно, требования рабочих всюду должны будут сообразовываться с уступками и мероприятиями демократов". Такова тактика коммунистов, о которых Маркс сказал, что "Их боезой лозунг должен гласить: "Непрерывная революция!"".
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 21
1 См. прим. 22 к гл. 17 и прим. 9 к гл. 18 и соответствующий текст.
2 Ф. Энгельс в "Анти-Дюринге" писал, что Ш. Фурье давно открыл
"порочный круг" капиталистического способа производства - см. (Н. о. М.,
287) - (МЭ, 20; 271).
3 Н. о. М., 527 = Das Kapital, III/l, 242 - (МЭ, 25, ч. 1; 284).
4 См., например: Н. В. Parkes. Marxism - A Post Mortem, 1940, p. 102 и
след.
5 Этот вопрос я хотел бы оставить открытым.
6 На такую возможность обратил внимание мой коллега проф. К. Сим
кин.

418
7 См. текст, к которому относится прим. 11 к гл. 14, и конец прим. 17 к
гл. 17.
8 См. "Предисловие" к книге Г. Фишера "История Европы"
(Я. A. L. Fisher. History of Europe, 1935, Preface, vol. I, p. VII). Приведенный
в тексте отрывок более полно цитируется в прим. 27 к гл. 25.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 22
1 О борьбе С. Кьеркегора против "официального христианства" см.,
например, его "Книгу судьи" (S. Kierkegaard. Book of the Judge. German ed.
by H. Gottsched, 1905).
2 CМ. J. Townsend. A Dissertation on the Poor Laws. By a Well-wisher to
Mankind. London, 1786 (переиздание: London, 1817). Это сочинение цитиру
ется в Capital, 715 - (МЭ, 23; 661).
В Capital, 711 (прим. 1) - (МЭ, 23; 658, прим. 87) Маркс приводит мнение "галантного и остроумного аббата Галиани", придерживающегося похожих взглядов: "Бог устроил так, что люди, исполняющие наиболее полезные работы, рождаются в наибольшем числе" (F. Galiani. Delia Moneta. Milano, 1803, p. 78).
Тот факт, что даже в странах Запада христианство еще не полностью освободилось от настроений в поддержку возврата к закрытому обществу угнетения и реакции, виден, например, из превосходного полемического сочинения Г. Уэллса, направленного против предвзятых и профашистских взглядов религиозного деятеля У. Инга на Гражданскую войну в Испании (Я. G. Wells. The Common Sense of War and Peace, 1940, pp. 38-40). Ссылка на книгу Г. Уэллса не означает, что я солидаризируюсь с какими-либо из его высказываний - критических или конструктивных - о федерации и особенно с идеей, выдвигаемой на р. 56 и след., относительно наделенных широкими полномочиями всемирных комиссий. Мне кажется, что эта идея чревата огромной опасностью фашизма. Необходимо также отметить, что существует и противоположная опасность - опасность прокоммунистической церкви (см. прим. 12 к гл. 9).
3 S. Kierkegaard, op. cit., p. 172.
4 Однако Кьеркегор сказал о Лютере нечто такое, что, возможно, спра
ведливо также и по отношению к Марксу: "Реформистская идея Лютера...
порождает... самую изысканную форму язычества" (S. Kierkegaard, op. cit.,
p. 147).
5 H. о. М., 231 - F. Engels. Ludwig Feuerbach, 56 - (МЭ, 3; 4); см.
также прим. 11 и 14 к гл. 13.
6 См. прим. 14 к гл. 13 и соответствующий текст.
7 См. мою книгу "The Poverty of Historicism", section 19.
8 H. o. M., 247 и след. = GA, Special Volume, 97 - (МЭ, 20; 94).
" H. o. M., 248 и 279 = GA, Special Volume, 97 и 277 - (МЭ, 20; 95 и 278) (последняя цитата приведена в сокращенном виде).
10 L. Laurat. Marxism and Democracy, 1940, p. 16 (курсив мой).
11 См. The Churches Survey Their Task, 1937, p. 130; A. Loewe. The
Universities in Transformation, 1940, p. 1. С замечаниями, высказанными в
конце настоящей главы, ср. точку зрения, выраженную Г. Паркесом в
заключительных словах его труда, содержащего критику марксизма (Я. Раr
kes. Marxism - A Post Mortem, 1940, p. 208).

419
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 23
** Автор эпиграфа к главе - Бертран Рассел (1872-1970), один из крупнейших английских философов, математиков и общественных деятелей XX века. - Прим. редактора и переводчика. **
1 Относительно К. Манхейма см. его книгу "Идеология и утопия" (я буду
цитировать немецкое издание: К. Mannheim. Ideologic und Utopie, 1929).
Термины "социальная среда" и "тотальная идеология" восходят к К. Ман-
хейму; термины "социологизм" и "историзм" упоминаются в предыдущей
главе. Идея "социальной среды" - платоновская.
Критику работы К. Манхейма "Человек и общество в эпоху реконструкции" (Man and Society in the Age of Reconstruction, 1941), в которой сочетаются историцистские тенденции с романтическим и даже мистическим холизмом, см. в моей книге "Нищета историцизма" (К. Popper. The Poverty of Historicism, II // Economica, 1944).
2 См. мою интерпретацию теории Канта в статье К. Popper. What is
Dialectic? // Mind, New Series, vol. 49, 1940, особенно р. 414, позднее пере
печатанной в книге "Предположения и опровержения" (К. Popper. Con
jectures and Refutations. London and Henley, Routiedge and Kegan Paul, 1963,
особенно р. 325).
3 "Категориальный аппарат" - это термин К. Манхейма (К. Mannheim.
Ideologie und Utopie, 1929, S. 35). Относительно "свободно парящего интел
лекта" см. К. Mannheim, op. cit., S. 123, где этот термин приписывается
Альфреду Веберу. По поводу теории интеллигенции, не имеющей жестких
связей с традицией, см. op. cit., SS. 121-34 и особ. S. 122.
4 О теории или, скорее, практике установления бессмысленности убеж
дений оппонентов см. прим. 51 и 52 к гл. 11.
5 См. К. Popper. What is Dialectic?, p. 417, а также Conjectures and
Refutations, p. 327. См. также прим. 33 к гл. 12.
6 Аналогия между методом психоанализа и методом Витгенштейна упо
минается Дж. Уисдомом (J. Wisdom. Other Minds // Mind, vol. 49, p. 370,
примечание): "Скептические утверждения типа: "Я никогда не могу знать,
что чувствует другой человек", - могут иметь более одного... источника. Эта
сверхдетерминированность скептических симптомов усложняет их лечение.
Лечение подобно лечению психоанализом (если воспользоваться аналогией
Витгенштейна), где лечение является диагнозом, диагноз - описанием,
очень подробным описанием симптомов" и так далее. (Я хочу заметить, что
мы, разумеется, не можем знать, что чувствует другой человек, если
использовать слово "знаю" в обыденном смысле. Мы можем только строить
гипотезы на этот счет и тем самым решать эту так называемую проблему.
Выражаемый мною скепсис, возможно, является ошибкой, но еще большая
ошибка - это попытка снять скепсис семиотико-аналитическим лечением.)
7 Психоаналитики, кажется, утверждают то же самое о представите
лях индивидуальной психологии, и они, вероятно, правы. Так, 3. Фрейд
(S. Freud. History of Psycho-Analytic Movement, 1916, p. 42; русский перевод:
З. Фрейд. Очерки истории психоанализа. Одесса, 1919) пишет, что А. Адлер
высказал ему следующее замечание (оно хорошо соответствует индивидуаль
но-психологической схеме Адлера, согласно которой ощущения собственной
неполноценности имеют превалирующее значение в структуре психики): "Ты

420
думаешь, для меня такое уж удовольствие всю жизнь стоять в твоей теки?" Это наводит на мысль, что Адлеру не удалось успешно применить свою теорию к себе самому, по крайней мере в этом случае. Однако то же самое, кажется, справедливо и по отношению к Фрейду: никто из основателей психоанализа сам психоанализу не подвергался. На это замечание они обычно отвечали, будто проводили психоанализ сами над собой. Заметим, однако, что они никогда не принимали такого извинения от кого-либо другого.
8 В связи со следующим далее анализом научной объективности см. мою
"Логику научного исследования" (К. Popper. The Logic of Scientific Discovery,
section 8, p. 44 и след.; русский перевод в - К. Поппер. Логика и рост
научного знания. М., Прогресс, 1983, с. 67 и след).
9 Я хочу попросить прощения у кантианцев за упоминание их заодно с
гегельянцами.
10 См. прим. 23 к гл. 8 и прим. 39 (второй абзац) к гл. 11.
11 См. прим. 34 и след. к гл. 11.
п К. Mannheim. Ideologie und Utopie, 1929, S. 167.
13 Первая из приведенных цитат взята из К. Mannheim, op. cit., p. 167. (Ради простоты в переводе этой цитаты я использовал термин "сознание" вместо "рефлексия"). Вторая цитата взята из op. cit., p. 166.
" Н. о. М., 255 = GA, Special Volume, 117-18 - (МЭ, 20; 116) "Гегель первым правильно представил соотношение свободы и необходимости. Для него свобода есть познание необходимости". Собственные гегелевские формулировки его любимой идеи таковы: "Подлинно внутренняя необходимость... есть свобода" (Hegel Selections, 213) (= WW, VI, 310) - (ЭНЦ, 1; 143); "...Христианский, принцип самосознания есть свобода" (Hegel Selections, 362) (= WW, XI, 46) (** В русском переводе "Философии истории" Гегеля в указанном месте содержится рассуждение о "христианском принципе самосознания свободы", а не дефиниция этого принципа (ФИ, 18). - Прим. переводчика. **); "Вместе с тем сама в себе свобода заключает в себе бесконечную необходимость осознать именно себя и тем самым становиться действительной, потому что по своему понятию она есть знание о себе, она является для себя целью, и при том единственною целью духа, которую она осуществляет", и так далее (Hegel Selections, 362) (WW, XI, 47) - (ФИ, 19).
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 24
1Я пользуюсь термином "рационализм" для обозначения противоположности "иррационализму", а не "эмпиризму". Р. Карнап писал в сзоей книге "Логическая структура мира" (R. Carnap. Der Logische Aufbau der Welt. B.-Schlaschtensee, 1926, S.260): "Слово "рационализм" в современном понимании часто означает... противоположность иррационализму".
Используя термин "рационализм" таким образом, я не утверждаю, что другой способ использования этого термина, а именно - для обозначения противоположности эмпиризму, является менее важным. Напротив, я убежден, что противопоставление "рационализм" - "эмпиризм" характеризует одну из наиболее интересных проблем философии. Однако в данном случае речь идет не об этой проблеме. Я полагаю, что для обозначения противоположности эмпиризму вместо "рационализма" в картезианском смысле лучше использовать другой термин - "интеллектуализм", или "интеллектуальный интуиционизм". Должен заметить в связи с этим, что я не определяю

421
термины "разум" и "рационализм". Я использую их как своего рода ярлыки и слежу за тем, чтобы от этих слов как таковых ничего не зависело. См. также главу 11, в особенности прим. 50. В связи с ссылкой на Канта в тексте см. прим. 56 к гл. 12 и соответствующий текст.
2 Как раз это я и пытался сделать в своей статье "О рациональной теории
традиции" (Toward a Rational Theory of Tradition // The Rational Annual,
1949, p 36 и след.) и позже в книге "Conjectures and Refutations", p 120 и
след.
3 Платон. "Тимей", 51 е (см. также перекрестные ссылки в прим. 33 к
гл. 11).
4 См. главу 10, особенно прим. 38-41 к этой главе и соответствующий
текст.
У Пифагора, Гераклита, Парменида и Платона мистические и рационалистические элементы перемешаны. Особенно это характерно для Платона. Вопреки тому значению, которое он придавал "разуму", Платон включил в свою философию такую мощную примесь иррационализма, что тот почти вытеснил унаследованный от Сократа рационализм.
Возможно, случайным, но в любом случае достойным внимания является то обстоятельство, что и доныне сохраняется культурная граница между Западной Европой и примерно теми районами Центральной Европы, которые не находились под управлением Римской империи Августа и, следовательно, не наслаждались благами римского мира, то есть римской цивилизацией. Именно "варварские" районы чрезвычайно склонны увлекаться мистицизмом, хотя он и не здесь был изобретен. Бернард Клервосский имел самый большой успех в Германии, где позднее процветал Майстер Зкхарт со своей школой, а также Я. Беме.
Много позже Спиноза, пытавшийся сочетать картезианский интеллектуализм и мистические тенденции, заново открыл теорию мистической интеллектуальной интуиции, которая вопреки суровому сопротивлению Канта, привела к посткантианскому росту "идеализма", к Фихте, Шеллингу, Гегелю. Практически весь современный иррационализм движется назад к упомянутым философам, как это кратко описывалось в главе 12. (См. прим. 6, 19-32, 58 к настоящей главе, прим. 32-33 к гл. 11 а также перекрестные ссылки на мистицизм, которые приводятся в этих главах.)
5 О "механической деятельности" см. прим. 21 и 22 к настоящей главе.
6 Я говорю "отвергнуть допущение" для того, чтобы обозначить следую
щие возможности: 1) допущение будет ложным; 2) оно будет ненаучным
(или неприемлемым), хотя случайно может оказаться истинным; 3) допу
щение будет "бессмысленным" или "не имеющим значения" в том значении
этих понятий, которое используется, например, в "Логико-философском
трактате" Л. Витгенштейна (см. прим. 51 к гл. 12 и прим. 8 (2) к настоящей
главе).
В связи с различием между "критическим" и "некритическим" рационализмом следует заметить, что учение Дунса Скотта так же, как и Канта, можно интерпретировать как близкое к "критическому рационализму". (Я имею в виду их учение о "примате воли", который может быть истолкован как примат иррационального решения.)
7 В этом, а также в следующем примечании мы выскажем несколько
соображений о парадоксах, особенно о парадоксе лжеца. Предваряя эти
замечания, следует сказать, что так называемые "логические" или "семан
тические" парадоксы не являются в настоящее время просто игрушками

422
логиков. Они имеют значение не только для развития математики, но важны и для других областей интеллектуальной деятельности. Например, существует определенная связь между этими парадоксами и такими проблемами, как парадокс свободы (см. прим. 20 к гл. 17 и прим. 4, 6 к гл. 7), который имеет большое значение в политической философии. В пункте 4 настоящего примечания будет показано, что различные парадоксы суверенитета (см. прим. б к гл. 7 и соответствующий текст) очень похожи на парадокс лжеца. Я не намерен рассматривать современные методы разрешения этих парадоксов (точнее - методы конструирования языков, в которых эти парадоксы не возникают), поскольку это выходит за рамки настоящей книги.
(1) Парадокс лжеца может быть сформулирован различными способами. Вот один из них. Предположим, некто говорит в один прекрасный день: "Все, что я сказал сегодня - ложь" или более точно: "Все высказывания, сделанные мною сегодня, - ложны" и после этого весь остаток дня он больше ничего не произносит. Если теперь мы зададимся вопросом, истинно ли то, что высказал этот человек, мы обнаружим следующее: если предположить, что сказанное им истинно, то принимая во внимание, что он сказал, мы должны будем признать, что сказанное им является ложью. Если же исходить из того, что сказанное им было ложью, то принимая во внимание, что он сказал, мы должны будем придти к выводу, что сказанное им истинно.
(2) Парадоксы иногда называют "противоречиями". При этом, однако, совершается некоторая ошибка. Обычное противоречие (или самопротиворечивое утверждение) представляет собой не что иное, как логически ложное утверждение, подобное предложению: "Платон был счастлив вчера, и неверно, что Платон был счастлив вчера". Если мы признаем, что такое утверждение является ложным, дальнейших трудностей у нас не возникнет. Относительно парадокса же мы не можем, не попадая в затруднительное положение, сказать ни того, что парадоксальное высказывание истинно, ни того, что оно ложно.
(3) Существуют, однако, утверждения, близкие к парадоксам, которые тем не менее представляют собой лишь самопротиворечивые высказывания. Возьмем, к примеру, высказывание: "Все высказывания являются ложными". Если допустить, что это высказывание истинно, то приняв во внимание, о чем в нем говорится, мы в результате придем к выводу, что оно ложно. Однако, если предположить, что оно является ложным, в затруднительное положение мы не попадем, поскольку такое предположение приведет нас только к признанию, что не все высказывания ложны или, другими словами, -что существуют высказывания, по крайней мере одно высказывание, которое истинно. Однако такой результат не представляет для нас опасности, поскольку он не влечет за собой признания того, что наше исходное утверждение истинно. (Он не влечет за собой признания, что мы на самом деле можем сконструировать свободный от парадоксов язык, в котором удалось бы сформулировать высказывания типа "Все высказывания являются ложными" или "Все высказывания являются истинными".)
Вопреки тому обстоятельству, что высказывание "Все предложения являются ложными" в действительности не представляет собой парадокса, это высказывание можно, если хотите, назвать "разновидностью парадокса лжеца", поскольку между ними существует определенное сходство. К тому же следует заметить, что древнегреческая формулировка этого парадокса (критянин Зпименид сказал: "Все критяне - лжецы") является на самом деле "разновидностью парадокса лжеца", то есть противоречием, а не

423

<<

стр. 3
(всего 4)

СОДЕРЖАНИЕ

>>