<<

стр. 2
(всего 6)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Горизонтальное разделение власти имеет место между элементами государственного управления на одном и том же уровне. Власть в этом случае распределяется между тремя органами власти - законодательным, исполнительным и судебным.
В рационально устроенном государстве власть осуществляется посредством специальных органов, представляющих различные ветви власти: законодательную, исполнительно-распорядительную, судебную. Политический опыт демократических стран показывает, что эти ветви власти не следует объединять в одном органе, целесообразно их разграничить, что обусловлено рядом причин.
Во-первых, необходимо четко определить функции, компетенцию и ответственность каждого государственного органа, осуществлять взаимный контроль, создать систему сдержек и противовесов, помогающую достигать единства действий через поддержание динамичного равновесия в процессе преодоления противоречий.
Во-вторых, необходимостью предотвращения злоупотребления властью, установления диктатуры, тоталитаризма.
В-третьих, реализация принципа разделения властей позволяет гармонично соединять такие противоречивые аспекты жизни общества, как власть и свобода, закон и право, государство и общество под углом зрения самоценности личности.
Идея разделения властей уходит в далекое прошлое. Так, размышляя о способах ограничения абсолютной власти короля и феодалов, Ш.Монтескье предложил разделить эту власть на законодательную, исполнительную и судебную, которые должны иметь равные полномочия и быть независимы друг от друга. Сосредоточение власти в руках одного органа или лица, противоречит свободе личности, неизбежно ведет к злоупотреблениям и подрывает верховенство закона. Если суды будут не только судить, утверждал Монтескье, - но и законодательствовать, то "сама жизнь людей окажется жертвой произвола", соединение же трех властей в единое целое означало бы "ужасающий деспотизм". Теория разделения властей сыграла прогрессивную роль в борьбе буржуазии с абсолютизмом, произволом монархов, феодалов и высшего духовенства. [c.220]
Впервые принцип разделения властей нашел свое юридическое оформление в Конституции США (1778 г.), затем в конституционных актах Великой французской революции.
Пристальное внимание проблеме разделения властей уделяли философы и историки различных школ и направлений.
Четкое методологическое обоснование принципа разделения властей дано В.С.Соловьевым в работе "Оправдание добра. Нравственная философия". "Ясно, что эти три различные власти законодательная, судебная и исполнительная - при всей необходимой раздельности (дифференциации), - подчеркивал он, - не могут быть разобщены (и тем не менее должны вступать в противоборство между собою), так как они имеют одну и ту же цель: правомерное служение общему благу" (4). Л.А.Тихомиров в работе "Монархическая государственность" (1904 г.) оригинально истолковывает принцип разделения властей. Он пишет о трояком проявлении государственной власти: законодательном, судебном и исполнительном. Каждая власть - законодательная, судебная и исполнительная имеют смысл только как проявление одной и той же силы, которая в законодательстве устанавливает общую норму, а в суде и администрации применяет ее к частным случаям и приводит в исполнение.
В марксизме принцип разделения властей не был воспринят. В.И.Ленин считал, что опровержением теории разделения властей был опыт Парижской Коммуны, которую он называл "работающей корпорацией", соединившей принятие законов с осуществлением их исполнения. Приветствовался разрыв с буржуазным парламентаризмом, что позволяло рабочему классу прямо и непосредственно выражать и диктовать свою волю, проводить в жизнь интересы пролетариата.
Ленин полагал, что парламентские институты все больше превращаются в пустые говорильни, за спиной которых усиливаются исполнительные структуры (6).
В подавляющем большинстве стран мира конституционно закреплено разделение властей, в том числе и в России. Но это вовсе не означает того, что в них повторяется одна и та же структура власти. [c.221]
Разделение властей и разграничение их компетенции в различных странах имеет свою специфику. Однако общим для всех демократических государств является правило, согласно которому три ветви власти не должны быть полностью разобщены, или, напротив, соединены под единым началом.
Поэтому в рамках единой целостной государственной власти необходимо разграничение властей, чтобы каждая из них эффективно осуществляла свои полномочия, и их единство, чтобы обеспечить интересы личности, народа, а также социальный прогресс общества.
Обобщение фактов, учет имеющегося опыта, позволяет нам охарактеризовать общее назначение и место каждой ветви власти.
Законодательная власть. Она основывается на принципах Конституции и верховенства права, формируется путем свободных выборов. Законодательная власть вносит поправки в Конституцию, определяет основы внутренней и внешней политики государства, утверждает государственный бюджет, принимает законы, контролирует их исполнение. Законы обязательны для всех исполнительных органов власти и граждан. Верховенство законодательной власти ограничено принципами права, конституцией, правами человека. Законодательные органы находятся под контролем избирателей посредством системы народного представительства и свободных демократических выборов и в системе с другими органами власти - судебными и исполнительными. Носителем законодательной власти выступает парламент.
Исполнительно-распорядительная власть. По сравнению с законодательной властью она отличается большим динамизмом, восприимчивостью к общественной жизни. Функции исполнительной власти в России за последние годы существенно изменились.
Исполнительную власть осуществляет правительство, которое решает множество вопросов, в том числе в сфере хозяйствования, планирования, культуры, образования, финансирования, обеспечения повседневного быта и нужд населения и т.д. Особенность состоит в том, что исполнительная власть не только исполняет законы, но и сама издает нормативные акты или выступает с законодательной инициативой. Отличительная черта этой власти [c.222] состоит в том, что она осуществляет свою деятельность преимущественно за "закрытыми" дверями. В силу этого обстоятельства, при отсутствии надлежащих сдержек, исполнительная власть неизбежно подминает под себя и законодательную власть, и судебную. Чтобы не допустить этого - нужны особые варианты. Исполнительно-распорядительная деятельность должна быть основана на законе и в рамках закона. Она не имеет права присваивать себе полномочия и требовать от граждан выполнения каких-либо обязанностей, если это не предусмотрено законом. Ее сдерживание достигается посредством регулярной подотчетности и ответственности перед народным представительством, который имеет право контроля за деятельностью исполнительной власти.
Судебная власть. Она включает учреждения, которые представляют самостоятельную структуру государственной организации. Состояние судебной власти, отношение к ней в обществе, направления ее развития оказывают существенное воздействие на все стороны жизни общества: экономическую, политическую, культурную, статус человека, обеспечение и защиту его прав и свобод. Каждый человек должен иметь твердую уверенность в том, что его обращение к судебной власти будет завершено справедливым решением, ибо защита прав и свобод человека, разрешение конфликтов и споров цивилизованными средствами - норма правового государства. В принципе, суд не является репрессивным органом, ибо он призван быть защитником права, пресекая правонарушения.
Судебная власть воздействует на законодательную и исполнительную. Законодательная власть контролируется через систему судов (Верховный суд, Конституционный суд).Так с помощью Конституционного суда в стране обеспечивается конституционность не только подзаконных актов, но и самих законов. В Конституции РФ предусмотрена специальная глава о судебной власти.
В Конституции через высшие органы судебной власти - Конституционный суд РФ, Верховный суд РФ, Высший арбитражный суд РФ - обозначены основные контуры судебной системы.
В России активно обсуждаются проблемы, связанные с введением суда присяжных. По мнению его сторонников, этот суд представляет собой важную гарантию [c.223] объективности и беспристрастности в осуществлении правосудия.
Конституция РФ предусматривает систему сдержек и противовесов. Исходя из того, что президент является главой государства, гарантом Конституции, прав и свобод человека и гражданина, суверенитета, независимости и государственной целостности Российской Федерации выстроена связка: президент - правительство - Федеральное собрание. Президент назначает с согласия Государственной Думы председателя правительства.
В случае отклонения трех кандидатур президент получает право самостоятельно назначить председателя, распустить Думу и назначить новые выборы, президент принимает решения об отставке правительства, по предложению председателя правительства назначает и освобождает его заместителей и федеральных министров, представляет Совету Федерации для назначения кандидатуры судей Конституционного Суда, Верховного и Высшего Арбитражного Судов, Генерального прокурора.
Президент РФ может быть отрешен от должности Советом Федерации на основании выдвинутого Государственной Думой обвинения в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления, подтвержденного заключением Верховного Суда РФ о наличии в действиях Президента РФ признаков преступления и заключением Конституционного суда РФ о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения.
Государственная дума имеет право выразить недоверие правительству. Президент вправе как согласиться с этим решением и отправить правительство в отставку, так и распустить саму Думу при условии, что повторно она подтвердит свое нежелание работать с таким правительством. Конституционная связка президент-правительство нужна для стабильности страны и безопасности государства. [c.224]
3. Легитимность (законность) власти
Власть - понятие правовое, означающее созидание и распределение ценностей согласно общественным интересам. Власть - это законное право принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, и использовать принуждение во имя торжества законов. Правители всегда [c.224] стремятся создать впечатление правомерности своей власти и законности правления. В обществе, в котором народ с уважением относится к закону и доверяет правительству, требуются минимальные усилия для принуждения. Там же, где законность власти не бесспорна, воцаряется беззаконие и сохраняется опасность социальных потрясений.
Важное значение для политической стабильности и поддержки лидеров имеет концепция легитимности (законности) власти. Законность власти можно определить как степень естественного признания населения страны системы, к которой оно принадлежит. Государство может быть легитимным, если граждане чувствуют, что оно оправдывает их надежды.
Власть обретает законность тремя способами: благодаря традиции, иначе говоря, благодаря тому, что она "всегда" обладала законностью. Право - основание власти в монархическом обществе принадлежит к этому типу; в силу признания правомерности системы законов, в условиях которой субъекты пришли к власти и выполняют свои обязанности; на базе харизмы, веры в руководителя, которому приписывают выдающиеся личные достоинства (возможен элемент обожествления). Такая вера может возникнуть в результате появления лидеров, имеющих исключительный талант.
Для поддержки властей и режима очень важно утвердить в обществе сознание законности власти, ее носителей. Именно вера в законность режима обеспечивает стабильность политической системы, всех властных отношений. Объектами легитимности выступают: политические элиты, административный персонал, нормы и структуры режима. Источниками легитимности являются: основополагающие идеологические принципы, приверженность структуре и нормам режима, преданность конкретным авторитетам. Показателями легитимности являются: уровень принуждения, применяемый для проведения политики в жизнь; наличие попыток свержения правительства или лидера; сила проявления гражданского неповиновения, а также результаты выборов, референдумов, массовости демонстраций в поддержку власти (оппозиции). [c.225]
Политические отношения на определенных этапах развития могут привести к кризису легитимности, корни которого следует искать в характере изменений в обществе. Кризис легитимности чаще всего возникает тогда, когда статусу основных социальных институтов грозит опасность, когда прогрессивные требования основных групп общества не воспринимаются политической системой. Кризис может возникнуть и в обновленной общественной структуре, если системе в течение длительного времени не удается оправдать надежды широких общественных слоев.
Для поддержания законности власти используются различные средства и методы: изменение законодательства и государственного управления; создание такой политической системы, законность которой основана на традициях; харизматические лидеры; успешное осуществление государственной политики и программы; поддержание законности и правопорядка в стране.
Функционирование политических систем свидетельствует о том, что все они сталкиваются с проблемами законности, успешное решение которых укрепляет жизнеспособность политических институтов, обеспечивает стабильность и эффективность их функционирования. Очевидно, некоторые государства исчезли с политической карты мира потому, что им не удалось справиться с проблемами легитимности. [c.226]
4. Какая власть должна быть в России?
В обществе, организованном в государство, политическая власть равнозначна эффективному социальному контролю со стороны обладателей власти над ее адресатами. Она обусловливает контроль за другими людьми с целью воздействия на государство, его законодательную, административную и правовую деятельность. Поскольку политическая власть - суть управление другими людьми, она всегда является двусторонним отношением. Однако власти присущ и "поведенческий" аспект. Ибо она основывается на соотношении между двумя действующими лицами, понять которое можно лишь с точки зрения воздействия поведения одного действующего лица на поведение другого. Кроме того власть имеет также "ситуационный" аспект, то есть для понимания сути власти и ее [c.226] функционирования необходимо соотносить власть с конкретной ситуацией или конкретной ролью.
Психологическое отношение подвластных к государственной власти формируется под влиянием многих факторов, включая характер народа, исторические традиции, положение государства в обществе.
Для русских характерно сочетание двух крайностей: с одной стороны, раболепства и холуйства перед властью, а с другой - презрение и надругательство, поскольку в русской истории власть всегда была принуждением сверху и извне. В России границу гражданского уважения к власти часто преступали все сверху донизу.
С какими же проблемами сталкивается сегодня российская власть? Прежде всего это вопросы структуры власти. Как известно прежнюю систему, названную командно-административной, сломали. Однако новая еще в процессе создания. Существующую сегодня систему все еще можно обозначить как административно-советскую. Слабости нынешней власти налицо: раздробленность, отсутствие оперативной связи, вирус некомпетентности, слабость обратной связи, нет разделения властей. Идет процесс выяснения отношений между исполнительной и законодательной властью, ослабла судебная власть.
Вторая проблема - кадры. Движение демократов не выдвинуло кадров. А те немногие, кого все-таки выдвинули, не находят своей ниши во властных структурах. Следует отметить, что приход новых людей к власти не состоялся в принципе. У наших восточноевропейских соседей бархатным революциям предшествовало многолетнее формирование массовой оппозиции ("Солидарность" в Польше, Гражданский форум в Чехословакии), из которых затем и черпались в основном кадры для новой власти.
Какова социальная база нынешней власти? Демократический слой - малочислен. Предпринимательство - слабо развито. Откуда же, как не из старых источников, черпать кадры. Поэтому и реформы идут с таким скрипом. У цивилизованной рыночной экономики два столпа: демократическое управление и свободное предпринимательство. В России предстоит эти проблемы еще долго решать.
Третья проблема - решения. В былые времена исполнение решений держалось на страхе перед тюрьмой и [c.227] даже расстрелом. Позже, в "оттепель" и в застой - на страхе лишиться партбилета, а с ним и престижной должности, сопутствующих ей благ. Нынче страха нет, но нет и цивилизованного механизма, который делал бы автоматическим, само собой разумеющимся исполнение решений власти. Принимаемые решения сегодня в большей своей части не опираются на экономическую заинтересованность.
Четвертая проблема - права власти. Во времена командно-административной системы номенклатура чувствовала пределы: это - можно, даже это - сойдет, а вот это - нет, тут надо остановиться. Сегодня власть имущих мало что останавливает. Безнаказанность, как спиртное, пьянит. И поэтому все время хочется "добавить". Пресса поднимает вопрос о коррупции власти, о цинизме "верхов", о мафиози, чувствующих себя в коридорах власти как дома, но все напрасно.
Во всем мире существует эффективный способ общественного воздействия на нравы власть имущих - имеется в виду предание гласности всего, что связано как с их деятельностью, так и с образом жизни. Однако ситуация сегодня такова, что каждый делает, что хочет: газеты - пописывают, читатели - почитывают, а те, о ком речь - не читают. Безнравственность власти начинается с неспособности (или нежелания) ее представителей следовать закону применительно к самим себе. А чем дальше от закона - тем дальше от народа.
Каковы же основные тенденции отношений власти? Исследования, проведенные в последнее время выявили устойчивые тенденции, указывающие на то, что идет процесс укрепления государственной, национальной, исполнительной и бюрократической власти. Практика действительно показывает, что государственные органы и бюрократический аппарат стремятся расширить свою власть и функции, используя для этого все имеющиеся средства.
Другая тенденция состоит в смещении политической власти от нижних ее звеньев, уровней в сторону центральных, общенациональных правительств. В России идет тот же процесс, что и во всех цивилизованных странах. Однако в первые годы реформ был провозглашен тезис о наделении нижних уровней власти большими полномочиями; возможно тогда это и имело смысл. Но [c.228] это был чисто политический, популистский шаг. Поскольку без ресурсов (уровня организации, финансов, компетенции, информации и опыта) решить стоящие проблемы невозможно, сегодня и идет обратный процесс - происходит сосредоточение власти в руках центральных правительств и расширение их функций. Нижестоящие органы все чаще играют роль проводников государственной политики, адресатов федеральных фондов для нужд собственных программ, принимающих решения в рамках общенациональной политики. В основном эта тенденция связана со сложностью современных обществ. Индустриальное общество - это взаимозависимое национальное сообщество. Чтобы решить стоящие перед современным обществом проблемы (экономический спад, инфляция, безработица, экология и др.) необходим общенациональный подход. Невозможно на местном уровне решить и такие проблемы как социальная защита населения, общественная безопасность, здравоохранение, обеспечение энергоресурсами, транспортом и т.д. Поэтому только политические демагоги могут призывать к передаче власти местным органам, оставляя за центром функции координатора.
К тому же не следует драматизировать процесс перемещения власти от законодательных органов к исполнительным. Ведь известно, что и в прежние времена принятие решений и законодательная инициатива всегда находились в руках исполнительных органов, а законодательный орган служил лишь противовесом исполнительного, совершенствуя, ратифицируя или отвергая исходящие от него предложения.
В связи с этим следует привести слова знаменитого Александра Гамильтона, одного из наиболее влиятельных составителей Конституции США. Он писал: "Я знаю, что существуют люди, которым исполнительная власть может понравиться лишь в том случае, если она будет рабски потворствовать желаниям народа или законодательных органов; но мне кажется, что эти люди имеют весьма примитивное представление о цели всякого правительства, а также об истинных средствах достижения всеобщего благосостояния.
...Республиканские принципы вовсе не требуют подчинения любым дуновениям ветерка народных страстей или поспешного повиновения любым минутным желаниям [c.229] большинства, которые могут появиться под влиянием коварных действий лиц, потворствующих предрассудкам толпы с тем, чтобы затем продать ее интересы" (7).
Разумеется, не следует забывать, что расширение функций исполнительной власти (это отчетливо просматривается в России) ведет к становлению бюрократического государства, а следовательно, росту полномочий. Бюрократы сегодня уже не являются простыми администраторами. Они прочно связаны с разработкой политики на высшем уровне, выступая в качестве советников, консультантов, лоббистов в органах исполнительной и законодательной власти.
Какая же власть должна быть в России? Власть в России должна быть легитимной, независимой, компетентной. В то же время России нужна сильная власть. Это не возврат к прошлому. Сильная власть не есть власть меча и насилия. Коммунистически-тоталитарная диктатура явила миру не сильную власть, а насильственно-произвольное попирание жизни, самостоятельности и свободы. Она злоупотребляла своей мощью. В то же время борьба против командно-административной системы за "новую", "лучшую" власть фактически привела в середине 1993 года к подрыву самой государственной организации. Стремясь к лучшей власти, на деле реформаторы создали власть бессильную, беспомощную, раздробленную. Демократы опасаясь злоупотребления властью, обессиливали саму власть, а вместе с тем подрывали внутренний порядок и дисциплину в стране. Многочисленные поправки в Конституции и указы лишь подтачивали действие властей и не обеспечивали ни от безвластия, ни от ошибочных программ, ни от злоупотреблений.
Разумеется есть государства, которые могут существовать и при сравнительно слабой власти. Однако для этого необходим целый ряд условий: малый размер государства, малочисленность населения, развитая сеть коммуникаций, слабое национальное, одинаковое, религиозное, бытовое и хозяйственное различие, высокий уровень народного правосознания, отсутствие военной угрозы и др. Всех этих условий за всю историю своего существования Россия не имела никогда, ни в один период своей жизни. Слабая власть есть своего рода "роскошь", которую себе может позволить только народ, находящийся в [c.230] исключительно благоприятных условиях; не тот народ, которого все еще тянет в анархию, т.е. к безвластному замешательству, а тот народ которому маловластие или безвластие уже не грозит замешательством; не тот народ, границы государства и государственные задачи которого намного опередили силу и гибкость его правосознания, а тот народ, который духовно дорос до своих численно-пространственных размеров, который идейно, технически и организационно справился с бременем своих государственных задач. Как верно подметил известный русский философ и государствовед И.А.Ильин: "Народ, не могущий позволить себе этой роскоши, не должен и посягать на нее, ибо это посягание будет жизненно-беспочвенным и опасным и непременно приведет к образованию утопических партий и к гибельным попыткам с их стороны" (8).
Поэтому России нужна сильная власть, которая совсем не призвана посягать на необъятное и неосуществимое. Она не должна выходить за свои пределы и подминать под себя всю свободную, творческую жизнь граждан, претендовать на всевидение, всепредвидение и всемогущество. В противном случае, новая власть станет неизбежно надрываться и скомпрометирует себя, как это случилось с советской властью.
Сильная власть должна иметь духовный авторитет. Люди должны чувствовать, что это их власть, преданная историческому делу. Это далее независимая власть: от иностранного капитала, от своей армии, от мафиозных структур, от каких-либо международных явных или тайных организаций, от партий, от всяких ультимативных нажимов, лоббистов, от церкви. И, наконец, эта власть должна быть в государственных делах волевым центром страны.
Без этих основных условий внутренней силы власти она не будет пользоваться ни уважением, ни доверием народа. Вместе с тем, какая бы власть не утвердилась, она должна функционировать в трех ипостасях: 1) обеспечить законные права граждан, их конституционные свободы всегда и во всем; 2) утверждать право как стержень общественных отношений и самой уметь подчиняться праву; 3) выполнять хозяйственно-социальную функцию. [c.231]
5. Гласность и контроль народа за деятельностью власти
Термин "гласность" происходит от слова "голос", "возможность говорить". Голос, звучащий громко и внятно для всех. Отсюда же глашатай (герольд), зычно вещающий на площади средневекового города. В России слово стало расхожим после отмены крепостного права и судебно-административных реформ 1860-х годов. Им обозначался способ вести дела с участием общественности. "Гласность" - русское слово, которым обозначается общепринятое представлением об открытости и публичности как условиях демократического принятия решений.
Перевод слова "гласность" на другие языки как "открытость", "публичность" часто неадекватны и уводят в сторону. Более близок к истине французский перевод гласности как "достояние общественности".
Случайно ли, что термин "гласность" не имеет аналогов на других языках? Следует согласиться с мнением, что никакие переводы на другие языки и никакие фиксированные словарные значения не в состоянии передать специфической и конкретной содержательности, которой пропитано это понятие в нынешней ситуации. Следует добавить и то обстоятельство, что историческое своеобразие традиционного понятия гласности в России жестко определяется его неопределенностью, существованием на подвижной, размытой границе между несвободой и свободой, как нечто допустимое и необязательное.
Если исходить из того положения, что гласность это широкая информированность граждан о социальной жизни общества, что это свободный доступ к получению информации и ее передаче, то подобной ситуации не наблюдалось ни в Российском государстве в прошлом, ни в советский период, то есть была ситуация отсутствия гласности. Во времена административно-командной системы запрет лежал на всем, что касалось, например, истинного объема национального производства, размеров военного бюджета, деятельности органов внутренних дел и КГБ, организованной преступности, детской преступности, проституции, положения в тюрьмах и лагерях, катастроф (на железных дорогах, природных, авиа-), личности "вождей", привилегий, на время запуска космических кораблей. [c.232]
Налицо информационный вакуум. Особая тайна лежала на способах управления и принятия решений партийно-государственным аппаратом. Нередко о Пленумах ЦК партии сообщалось на следующий день и лишь с объявлением повестки дня и ни словом не упоминалось о ходе обсуждения вопросов и содержании принятых решений. О них правда сообщалось, но только узкому кругу особо доверенных людей и то строго дозированно.
Порой складывалась парадоксальная ситуация, когда о том или ином событии знали и вполголоса говорили все, однако публично о нем упоминать было запретно. Власти придерживались принципа: "в стране все благополучно и граждане могут только радоваться".
Таким образом нельзя сказать, что в обществе отсутствовала информированность людей. Но со всей определенностью можно утверждать, что в стране действительно существовал информационный вакуум. Достоянием общественности становились лишь события и факты, разрешенные "сверху".
Поэтому начало перестройки не без основания связывалось с гласностью. Люди были информированы о событиях, имевших место в прошлом, достоянием общественности стали и события текущей жизни. Мы поразили мир своей открытостью, порой не знавшей границ. И не всегда это шло на пользу делу, однако без гласности было не обойтись.
Гласность наряду с типом политического режима и характером политической культуры масс, выступает одной из необходимых предпосылок демократии. Способами осуществления гласности являются отчеты выборных или исполнительных органов перед трудящимися. Однако многие годы отчеты носили формальный характер, когда осуществлялась лишь информационная их функция, отсутствовала обратная связь и они не переходили в форму обсуждения деятельности выборных и исполнительных органов. А ведь гласность как достояние общественности - это та область общественной жизни, в которой общественность осуществляет контроль за политической властью. Этот институт открыт для всех граждан и защищает их во время обсуждения общественно значимых вопросов от любого давления извне. Он дает гарантии свободы [c.233] собраний и создания организаций, а также свободы выражения и распространения в печати своего мнения.
Закрепленное в Конституции разделение властей устанавливает законность общественного контроля над политической властью; безраздельная власть именно потому бесконтрольна, что недоступным является и место, где принимаются решения, и сами они носят элитарный характер. А ведь в понимании классической политической мысли гласный характер власти служит границей между абсолютной монархией и деспотизмом, с одной стороны, и республикой - с другой, где понятие "республики" имеет двойное значение: системы, подлежащей общественному контролю и рассекреченной власти.
Контроль власти со стороны народа ставит границы государственной власти, произволу, множеству "секретных" законодательств, "закрытых" нормативных актов (различного характера инструкций, внутренних циркуляров): на смену государственной тайне абсолютных монархий приходит правовое государство. Политическая власть вынуждена подчиниться контролю общественности, а это предполагает существование независимого гражданского общества и институтов, способных обеспечить выражение его интересов, например свободы слова (Гайд-парк в Лондоне), организаций и печати.
По справедливому мнению французского политолога Марии Ферретти с появлением свободы печати общественный дух (в том виде, в котором он представляется, например, в "Наказах третьего сословия депутатам Генеральных штатов", в частной форме выражения мнений) превращается в общественное мнение, обеспечивающее гласность власти и придающее истинное содержание политическому представительству (представительная демократия как уже говорилось, предполагает гласность парламентских дебатов).
С установлением гласности изменяется сам облик власти, реальное соотношение между "верхами" и "низами": достояние общественности приобретает признанное и узаконенное влияние на политическую власть. В то же время следует подчеркнуть следующее обстоятельство. Процесс ликвидации тайного характера политики и власти достаточно противоречив и, конечно, не так прямолинеен, поскольку победа гласной власти над [c.234] тайной не гарантирована. Практика политической жизни показывает, что чаще всего происходит процесс постоянного, непрерывного перемещения границ, как это и происходит в нашей стране. С началом перестройки шел процесс постепенного подчинения общественному контролю бывших запретных зон, но параллельно уводились из сферы достояния общественности (гласности) новые виды деятельности, не попавшие под такой контроль. И не только. Вспомним, сколько было сломано копий в борьбе с привилегиями бывшего партийно-государственного аппарата. А сегодня те привилегии, которые имеет сменившая их власть и не снившаяся бывшему аппарату, подлежит умолчанию.
Гласность, характеризующая облик политической жизни общества, не должна оставлять государственной власти широкого поля для тайных, секретных маневров или осуществления контроля за печатью посредством монополизации средств массовой информации. После бума гласности в России это может произойти. Поэтому власть должна быть под постоянным контролем общественности.
Способом осуществления гласности выступает и обсуждение проектов тех или иных решений, документов, которые затрагивают интересы граждан страны. Это обеспечивает: более или менее полную информацию населения об обсуждаемых государственных документах; привлекают внимание людей к наиболее значительным социальным процессам. Одним из способов осуществления гласности выступает деятельность прессы.
Функция обеспечения политической гласности лежит на парламенте. Современный парламент - главный форум политической гласности, ее концентрированное выражение, проявление. Парламент - тот институт, где представители партии, независимые депутаты, правительство, депутаты, предлагающие различные альтернативные решения, парламентские фракции, комиссии обязаны открыто заявлять о своих позициях, намерениях, профессионально, политически аргументируя и развивая их. Если этого не происходит, то любого депутата, любую комиссию или фракцию, или представителя таковых, любого члена правительства можно заставить открыто аргументировать свою позицию. Парламент, как форум политической гласности, требует от партий, правительства, [c.235] депутатов открытой политической полемики. Ограничение парламентской гласности (на пленарных заседаниях, заседаниях комиссий) приемлемо только в чрезвычайных случаях и строго оговорено определенными условиями. [c.236]
Глава XIII.
Основные понятия: власть, политическая власть, государственная власть, источники власти, законность (легитимность) власти, разделение властей.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Возможно ли существование общества без политической власти? Зачем она нужна? В чем ее сущность? Как связаны политика и политическая власть? В чем различие понятий "власть" и "господство"?
2. Сравните воззрения на политическую власть мыслителей древности и Нового времени. Какие общие проблемы их волновали?
3. Определите особенности русской традиции в исследовании проблем власти (Радищев А., декабристы, Герцен А., Чернышевский, Бакунин М., Ткачев П.), политико-религиозные концепции.
4. Сравните веберовскую и марксистскую концепцию политической власти.
5. Существует множество классификаций власти. Какая из них и по какому основанию Вам кажется наиболее верной?
6. Нарисуйте схему типы (виды) и формы власти. В чем отличие власти политической от власти государственной?
7. Составьте схему "Структура политической власти".
8. Каковы источники власти, назовите их разновидности?
9. Что такое легитимность власти, чем и как она обеспечивается?
10. Каковы условия доверия общества к власти? В чем заключается ответственность власти перед обществом?
11. Необходима ли бюрократия в механизме политической власти? Аргументируйте ответ.
Диспут.
Политическая власть сегодня.
Вопросы:
1. Что означает профессионализм политической власти в современных условиях? [c.236]
2. На какие ветви разделяется политическая власть в современном обществе? Возможно ли их сосуществование?
3. Проанализируйте выполнение социальной функции политической властью в современной России.
4. Кризис политической власти в России - это реальность или иллюзия? Дайте обоснованный ответ.
Литература:
1. Митрохин В.И. Сущность власти: философский анализ. М., 1992; Митрохин В.И: Россия: власть, президент, выборы. М., 1996.
2. Ханкишш Э. Великая коалиция или конверсия власти // Политология вчера и сегодня. М., 1990. - С.49; Боднар А. Наука о политике. Варшава, 1984. - С.55.
3. Вятр Е. Социология политических отношений. М., 1979. - С.158.
4. Соловьев В.С. Соч. в 2 т. М., 1990. - Т.1. - С.452.
5. Уткин А. Пять роковых шагов Горбачева // Российская Федерация. Общ.-полит. журн., 1995, №7.
6. Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.33. - С.46.
7. Токвиль А. де. Демократия в Америке. М., 1992. - С.130.
8. Ильин И.А. Наши задачи. Историческая судьба и будущее России. М., 1992. - С.130.
9. Краснов Б.И. Теория власти и властных отношений // Соц.-полит. журн. - 1994. - № 3-6.
10. Мельников Ю.Ф. Власть в современном обществе. М.: Изд-во ВУ, 1995. [c.237]
ГЛАВА ХIV. ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО
1. Место и роль политического представительства в системе политических отношений
Феномен представительства существует на протяжении всех этапов развития человеческого общества, имеет место во всех сферах социальной жизни и на всех уровнях ее организации. Особое место в общественной организации принадлежит политическому представительству. Как показывает социальный опыт, прямое политическое участие людей возможно в небольших общинах, где решения принимаются на собраниях большинством голосов. Самоуправление не может осуществляться отсутствующими и требует физического присутствия участников - плебисцита. Плебисцит как форма выражения и осуществления власти сохранялся во все времена в небольших социальных образованиях. Политические решения на них принимаются непосредственно участниками плебисцита. В современных государствах получили распространение многие формы плебисцита: собрания, сходы, митинги, манифестации и т.д. Развитие средств коммуникации привело к рождению такого института непосредственного участия в принятии важнейших политических решений как референдум.
Однако в современном государстве и его политических институтах наибольшее распространение получили опосредованные формы реализации властных полномочий, при которых один политический субъект, выполняет роль представителя другого политического субъекта. История политических отношений показывает, что властвующий субъект крайне редко выступает от своего имени ("Государство это - я", - Людовик ХIV). Как правило, он считает себя или является фактически представителем других политических сил (государства или его института, нации, класса, сословия, политической партии, населения определенной территории т. д.). Отношения, возникающие между этими субъектами, позволяющие выступать одному из них в качестве представителя другого (других), т.е. осуществлять от имени первого властные полномочия и иную политическую [c.238] деятельность, являются отношениями политического представительства.
История развития политических отношений знает различные способы возникновения отношений политического представительства:
- в результате узурпации, насильственного захвата власти (например, при установлении любых типов диктатур);
- путем традиции (например, при передаче властных полномочий в наследной монархии);
- посредством делегирования властных полномочий, которое может осуществляться в авторитарной форме (как, например, наместничество) и в демократической форме (выборы президента, парламента);
- нетрадиционным путем, при определенных обстоятельствах (например, назначение регента, осуществляющего высшие властные полномочия до совершеннолетия монарха или фаворитизм, когда высшие властные полномочия в государстве осуществляет человек, не имеющий на то формальных оснований).
Но наиболее распространенным в современных государствах способом формирования политического представительства является делегирование власти.
Это - один из основных способов ее функционирования, основной механизм реализации отношений политического представительства без которого не может функционировать государственный организм. Политическое представительство в современном демократическом обществе образует сложную многоступенчатую структуру и присутствует при образовании и функционировании практически всех институтов политической системы.
Современная парламентская демократия представляет собой композицию двух ветвей народовластия - плебисцитарной и представительной. Любые современные модели представительного правления содержат в основе три базисных принципа:
- представительное начало доминирует над плебисцитарным;
- прямая демократия действует в рамках законов, устанавливаемых верховным выборным (представительным) органом; [c.239]
- основные принципы конституции, касающиеся неотъемлемых прав человека и гражданина (находящиеся под защитой международных деклараций) принимаются в качестве непререкаемых и верховными выборными органами, и общенациональными референдумами.
Таким образом представительные и плебисцитарные установления не только дополняют, но лимитируют друг друга, создавая систему политических противовесов: парламент не может изменить политические права личности, а правила организации плебисцита, устанавливаемые парламентом предотвращают охлократию.
В современных демократических государствах различают два направления процесса делегирования власти: "снизу - вверх" и "сверху вниз". Первый случай характерен при передаче полномочий народа его представителям (президенту, депутатам парламента) посредствам процедуры демократических выборов, второй - при последующем распределении властных полномочий (президент или парламент делегируют исполнительные полномочия премьер-министру, который далее делегирует их министрам и т.д.).
Рассмотрение с этой точки зрения процесса формирования отношения политического представительства позволяет выявить два принципиально различных основания взаимоотношений между политическими субъектами. При делегировании властных отношений от народа при выборах органов власти, между избирателями и их представителями возникают отношения доверия, основанные на уверенности в том, что избранный представитель будет выражать и отстаивать интересы избирателей. Такие отношения можно рассматривать как отношения неформального представительства, как субъектно-субъектные отношения (мы пока не рассматриваем возможную дальнейшую трансформацию этих отношений). Делегирование отношений представительства "сверху - вниз" ведет к возникновению управленческих отношений, отношений руководства и подчинения, т.е. "субъектно-объектных" отношений. Такой вид политического представительства можно определить как формальное представительство (вне зависимости от личностных отношений между руководителем и его представителем). В дальнейшем мы будем рассматривать [c.240] сущность и проблемы формирования неформальной части отношений политического представительства.
Отношения политического представительства тесно связаны с другим видом политических отношений - договорными отношениями.
Договорная практика отношений политического представительства получила теоретическое оформление в концепции договорных отношений власти и общества (государства и народа). Первой была идея соглашения (пакта) народа о передаче государству права устанавливать порядок (Т.Гоббс, "О гражданине", "Левиафан") и последовавшая за ней концепция общественного договора (Ж.Ж.Руссо "Об общественном договоре, или Принципы политического права"). Концепция договорных отношений общества и государственной власти была оформлена конституционными документами ряда стран того времени (США, Франция). Со временем конституция как вид договора государства с народом, в том числе и о делегировании власти от народа его представителям, стала основным договорным документом большинства стран. Для современного демократического общества характерно то, что отношения политического представительства при делегировании власти проявляются исключительно в форме договорных отношений.
Согласно теории народного суверенитета, главным источником власти и основным политическим субъектом ее делегирования является народ. Становление гражданского общества происходит с преобразованием этнической общности в суверенный народ, правосознание которого поднимается до понимания необходимости признать и реализовать естественные и неотъемлемые права человека и гражданина. Эти права обеспечиваются через общественный договор с государством, в форме конституции, утверждаемой путем референдума, ставящей все органы государственной власти в зависимость от суверенного народа, единственного источника власти. Делегирование властных полномочий представителям народа в лице отдельных или коллективных политиков осуществляется в ходе представительной демократической процедуры - выборов в органы политической власти.
Современные концепции политической власти рассматривают этот феномен в качестве многомерной и [c.241] многофункциональной категории. Среди измерений пространства политической власти выделяются три координаты:
- отношения политика к той социальной общности, интересы которой он представляет, т.е. отношений представительства;
- отношения политического деятеля и социальных институтов общества, "властвующей элиты" (Р.Миллс);
- "власть как производство желаемых результатов" (Б.Рассел), т.е. политические технологии - набор согласованных во времени и политическом пространстве действий, которые должен выполнять политик для решения политических задач.
Известно, что политика начинается там, где затрагиваются интересы больших групп людей, "где миллионы". Но политические отношения возникают там, где из миллионов выделяется политик, принимающий решения, касающиеся судеб этих миллионов, при условии признания его права на такого рода решения. Т.е. этот политик должен являться легитимным представителем социальной общности.
Кроме того, именно благодаря своим представителям, социальная общность осознает себя в качестве таковой и может выступать в качестве единой консолидированной политической силы. Политик, представляющий социальную общность задает и легитимизирует определенные образцы политических отношений и политической активности. Идентификация члена политической общности с политиком - важнейший механизм ее приобщения к политическим процессам. Поэтому исходным признаком политического деятеля является его положение как представителя общности от имени которой он выступает.
Способы взаимоотношения политика со своей социальной общностью могут быть многообразны. Например, харизматическое лидерство предполагает непосредственную и эмоционально окрашенную связь лидера с общностью. В рамках представительной демократии эти отношения основываются на рациональном расчете выгод и потерь связанных с работой политика. В любом случае, если политик не выступает от имени общностей, пусть даже формально, он не воспринимается в качестве политика. [c.242]
Важнейшим аспектом рассматриваемых взаимоотношений является уровень влияния политика на мобилизацию социальной общности, на защиту ее собственных интересов. Если это влияние велико, политический деятель может превратить общность в активного политического субъекта. Социальные общности, как политическая сила могут выступать непосредственно во время митингов, демонстраций, социальных взрывов. В периоды "нормального" политического процесса непосредственное участие социальных общностей, как правило, связано с формами представительной демократии, основной из которых являются выборы в органы власти, процесс способствующий превращению подданных государства в граждан, т.е. таких жителей данного государства, которые, являясь членами сообщества обретают чувство собственного достоинства и способность делать политический выбор.
Отношения политического представительства изменчивы и динамичны, они зависят от многих факторов социальной среды. Глубже отразить эти особенности может помочь понятие политического рынка, под которым подразумевается особая форма обмена. Исходным ресурсом, подлежащим обмену на политическом рынке является возможность. Согласно классической теории народного суверенитета, вся полнота возможностей решать свои проблемы принадлежит народу. Однако в силу различных причин происходит дифференциация участия: кто-то не имеет ни возможности, ни желания заниматься общественными проблемами, кто-то, наоборот, ничем иным заниматься не может. Поэтому часть своих возможностей люди добровольно передают тому, кто пользуется их доверием и кто, решая общественные проблемы выступает не от себя лично, а представляет интересы других.
Отношения политического представительства и возникают в результате обмена возможностями общественной деятельности. Механизмом обмена ресурсом возможностей, являются выборы политика социальной общностью в орган власти. Отметим что в данном случае мы имеем дело с качественным скачком при котором возможности отдельных людей превращаются в реальную власть политиков. Политик, с одной стороны, [c.243] аккумулирует возможности общественной деятельности, передаваемые ему членами социальной общностью, а, с другой - получает право влиять на эту общность. В свою очередь, передав свои возможности, члены общности получают право давления на "своего" представителя. Таким образом, модель обмена предполагает и механизм ответственности, который понимается как соблюдение условий договора в явном или неявном виде заключенного между политическим деятелем и социальной общностью.
Формирование отношений политического представительства имеет еще одну качественную черту - институционализацию отношений представительства. Политик, получив доверие социальной общности оказывается включенным в политический институт и становится представителем властвующей элиты. Он вынужден подчиняться не только интересам представляемой им социальной общности, но и законам и нормам, распространяющим влияние на деятельность политического института. Институционализация отношений политического представительства приводит к двойственному положению политика: с одной стороны он является как представитель социальной общности выразителем ее частного интереса, с другой стороны, будучи членом государственного института он обязан выражать общенациональные интересы.
Через систему представительства современное общество стремится решить проблемы имеющие наибольший интерес для различных социальных общностей. Через нее индивиды и социальные общности получают возможность переносить свои требования в сферу принятия политических решений. Таким образом, система представительства выступает как посредник между государством и обществом, и предназначена для выражения и защиты интересов различных социальных групп и общностей. Она служит механизмом коррекции политической системы, оберегая ее от стагнации и застоя, а также выполняет функции политического образования и формирования общественного мнения. [c.244]
2. Партийное представительство политических интересов
Отношения политического представительства внутренне противоречивы: политик, действуя от имени социальной общности, всегда преследует и свои собственные интересы. Иногда трудно определить, какую общность он действительно представляет, сам же политик может искренне заблуждаться на этот счет. Степень совпадения интересов общности и интересов политика, выступающих от ее имени может быть различной. К сожалению, определить эту степень можно, как правило после того как события, инициированные политическим деятелем уже произошли. Поэтому важнейшей проблемой при формировании современной системы политического представительства является вариант ответа на вопрос: Кого действительно представляет политик?
В зависимости от того, какая принимается в обществе концепция представительства, возможны следующие варианты ответа (в том числе и одновременно несколько):
- депутат представляет интересы определенных социальных слоев и общностей;
- депутат представляет нацию в целом и каждого социального слоя, этнической или конфессиональной общности одновременно;
- депутат представляет интересы всех избирателей округа;
- депутат представляет интересы тех избирателей, которые голосовали за него;
- депутат представляет свою партию и ее программу.
Принятая концепция формирования отношений представительства становится основой для принятия формы избирательной системы и регламентируется конституционными документами. Но основным фактором, выбора концепции представительства является степень зрелости гражданского общества и соответствующий ей уровень развития системы партийного представительства.
Как правило, политические партии создаются наиболее проницательными представителями социальных общностей, понимающими их краткосрочные и долгосрочные интересы. Эти активные меньшинства превращаются в политические элиты представляемых социальных [c.245] общностей. Тем самым между политическими партиями и их социальной базой возникают отношения представительства, основанные на добровольном, периодически подтверждаемом в ходе выборов, делегирование социальными общностями политическим партиям права отстаивать их интересы в органах государственной власти. В действительности приведенная выше схема возникновения и функционирования отношений представительства в чистом виде на уровне социальная общность - политическая партия - государственный институт действует редко, поскольку между интересами социальных групп и интересами политических партий существуют противоречия. Они возникают из-за многовариантности способов осуществления партиями политического представительства связанных с тем, что:
- политическая партия не получает поддержки социальных общностей, на выражение чьих интересов она претендует;
- интересы одной социальной общности представляются несколькими партиями;
- социальные общности отдают предпочтения партиям, ошибочно считая, что те выражают их интересы;
- партия представляет интересы небольшой части социальной общности;
- партия претендуют на выражение интересов и представительство различных социальных общностей;
- партия стараются представить себя массам выразительницей интересов всего общества, а не представителей меньшинства - социальной общности.
Другим источником противоречий является внутренне противоречивая природа партий, оказывающая влияние на возможности политического представительства. Партийная структура (лидер-штаб, бюрократический аппарат, активные члены партии, пассивные члены партии, сочувствующие, меценаты) требует внутрипартийной легитимности "партийной олигархии" (Р.Михельс). Но высшее руководство партии является таковым в следствии природы самой организации. Без иерархической структуры партия как стабильная организация, состоящая из лиц, обладающими одинаковыми политическими убеждениями и действующими над осуществлением общих целей, существовать не может. В то же время, активные [c.246] члены партии требуют от руководства не только активной работы и четкого направления движения партии, но и демократичности в организации. Это приводит к возникновению во внутренней структуре конфликта между принципом эффективной организации и демократизмом. Для того чтобы уменьшить остроту конфликта, лидеры пытаются легитимизировать свой статус в иерархии, ссылаясь на свое представительство, т.е. выборность представительными органами партии. Тем не менее, для любой партии существует объективная неизбежность в неравенстве участия в политической жизни партийного руководства и партийных масс. Отсюда возникает необходимость в доказательстве реальности своего представительства как на уровне социальная группа - партия, так и на уровне внутрипартийной структуры.
Различные партии по разному подходили к разрешению этих противоречий. Например: партии идеологические (коммунистические, авангардные, государственные монопартии), разрешали противоречие путем насильственной узурпации власти и созданием в условиях тоталитаризма системы квазидемократического политического представительства. Внутрипартийные разногласия решались путем периодических чисток и репрессий.
Партии парламентского типа доказывали свое право представления интересов на периодических выборах в исполнительные законодательные органы власти. А поскольку основная функция этих партий была напрямую связана с выборами в органы власти, внутрипартийные противоречия разрешались в зависимости от успеха или неудачи на очередных выборах.
Поскольку парламентская демократия является основным вектором для развития политической системы в большинстве стран мира, то наиболее надежный способ, позволяющий дать оценку уровню представления интересов социальной группы той или иной партией - результаты демократических выборов.
Выступая в роли коллективного политика на политическом рынке партии стремятся завоевать доверие социальных общностей и народа в целом. Борьба за политическое представительство интересов социальных общностей заставляет политические партии: [c.247]
- конкурировать между собой, состязаться за голоса избирателей;
- воздействовать на электорат с целью убедить голосовать его за определенные партии;
- осуществлять сотрудничество или конфронтацию в ходе избирательного процесса.
Неудача политических партий на выборах возникает, как правило, из-за необъективного представления о реальных интересах представляемой социальной общности или неспособности их адекватного выражения. Показателем степени эффективности партийной системы является так же доля кандидатов, вынужденных на выборах апеллировать непосредственно к населению, минуя политические партии и другие организации и одержавших победу.
Наряду с политическими партиями интересы социальных общностей могут представлять группы интересов - политические субъекты, которые в отличии от политических партий не пытаются непосредственно участвовать в органах политической власти, но стремится оказать на них определенное влияние. Достаточно широко распространена типология групп интересов Г.Алмонда и Г.Пауэлла. К группам интересов можно отнести профсоюзы, женские, молодежные, ветеранские, экологические организации. Иногда они могут трансформироваться в политические партию (например, профсоюзы в Англии и Польше), или непосредственно выдвигать своих представителей в органы власти (российское экологическое движение "КЕДР", движение "Женщины России"). Но прямое представительство групп интересов скорее исключение, поскольку они не способны конкурировать с политическими партиями, специально предназначенными для этих целей. Имея организационные структуры, состав участников, обладающий определенной компетентностью и информированностью, а так же собственностью и экономическим влиянием, группы интересов обладают значительным ресурсом власти, но не используют его в государственных институтах. Методы воздействия групп интересов на государство выражаются в форме лоббирования, экспертизы предполагаемых политических решений, разработки социальных программ, проведения демонстраций, забастовок и других акций протеста (подробно об этом в главе "Политические партии"). [c.248]
Общая схема осуществления политического представительства интересов социальных общностей различными политическими субъектами выглядит следующим образом:

[c.249]
3. Проблемы легитимности и отчуждения политического представительства
Согласно М.Веберу, государство - это отношение господства людей над людьми, основывающегося на легитимном (т.е. рассматривающегося в качестве такового) насилии, для его существования, необходимо, чтобы те, над кем осуществляется господство, признавали власть тех, кто господствует в данный момент. Распространяя этот принцип на систему отношений политического представительства можно утверждать, легитимным является такое представительство, которое принимается большинством населения, а не просто навязывается ему. Легитимная власть, т.е. власть основанная на добровольном признании установленных норм, направленных на регулирование отношений управления и подчинения имела разные основания. Способы легитимности, т.е. социально значимые причины, обосновывающие право политического представительства имеют в соответствии с классификацией способов легитимности, введенной М.Вебером, истоки в традиции, харизме и действующем законодательстве.
Легитимность как социокультурная характеристика власти является результатом эволюции общества. Итогом [c.249] этой исторической эволюции стало современное конституционное государство, в котором отношения политического представительства основаны на примате права. В нем основным законом - конституцией установлены определенные, устойчивые правила и механизмы функционирования государства. В конституционном государстве развит либерально-демократический принцип легитимности, основанный на свободном волеизъявлении граждан, выборности всех центральных органов власти народом, конституционной ограниченности деятельности государства, равноправием политических сил, действующих в рамках закона. Центральным звеном этих правил и механизмов являются демократические выборы, как наиболее легитимный способ делегирования отношений представительства и соответственно формирования легитимной политической элиты.
Количественные оценки, политического представительства к которым иногда прибегают политики с целью доказать нелегитимность избрания своих соперников из-за малого процента полученных ими голосов, признаются общественным мнением несостоятельными, поскольку эти правила заранее оговорены общественным договором - конституцией. Современные демократические избирательные системы позволяют депутатам представлять избирателей всего округа даже в том случае, если за них проголосовала 1/4 часть, или даже меньшая часть избирателей (например, в случае проведения выборов, когда по закону для победы требуется любое относительное большинство). В то же время известно, что при авторитарных режимах, когда выборы являются ширмой для заранее принятых политическим руководством решений, даже близкое к 100% участие избирателей в голосовании, не говорит о легитимности избранных депутатов и о том, что они действительно представляют интересы всех избирателей.
Образование между гражданами и политическими деятелями отношений представительства посредством конституционных демократических выборов означает политическое участие граждан в формировании политической элиты и рассматривается как признании ее легитимности, а, соответственно, и легитимности проводимой ею политики. возникновение отношений представительства всегда содержит в себе возможность отчуждения делегатов от электората. [c.250] Причина этого кроется в механизме реального осуществлении власти, связанного с политическим режимом, в противоречии интересов социальных общностей их представителей, а также в отсутствии механизма надежного контроля за деятельностью последних.
При авторитарных режимах выборы, если и проводились, то не являлись механизмом формирования правящей элиты. Избиратели были практически отчуждены от депутатов, которые в действительности выступали не как представители избирателей, а как представители правящей организации. Например, в СССР до 1989 г. для скрытия действительных механизмов осуществления власти создавалась и рекламировалась видимая система линий обратной связи между депутатами и избирателями включающая в себя:
- наказы избирателей, которые депутатам надо было выполнять;
- прием депутатами своих избирателей, который надо было вовремя проводить;
- отчеты депутатов на собраниях избирателей, которые надо было периодически осуществлять;
- письма и обращения избирателей, на которые надо было реагировать;
- систему отзыва депутата, не справляющегося со своими обязанностями.
Но на практике почти всегда эти элементы обратной связи осуществлялись формально. Реальная власть находилась у партийно-государственного аппарата и даже самый добросовестный депутат, если он не был представителем этого могущественного аппарата, становился мешающим аппарату просителем. Отзыв депутата осуществлялся не с помощью референдума его избирателей, а по решению соответствующего представительного органа.
Хрестоматийным примером возникновения отчуждения представителей народа от народа является избранное в 1789 году национальное собрание Франции. В период Великой французской революции идея народного представительства стала истоком невиданного всплеска политической активности народа. Обсуждение кандидатур, составление депутатских наказов происходило в атмосфере большого энтузиазма. Делегирование своей воли другому вовсе не воспринималось как ее отчуждение. Никого не тревожило, что [c.251] депутат, призванный к участию в политических делах, приобретает известную долю власти и тем самым становится выше своих избирателей. Конкретным инструментам воздействия избирателей на своего депутата не придавалось значения. Ж-Ж.Руссо предупреждал, что в любом представительстве заключена возможность отчуждения. В конце 1789 года Национальное собрание отменило все "связующие инструкции" (наказы) и право отзыва депутатов избирателями. Депутатский корпус отторг себя от уполномочившей его нации. Началось правление "именем народа, ради народа, но без народа", получившей завершение в системе якобинского террора. Это был поучительный урок того, к чему может привести отчуждение представительного правления. Несмотря на это, в странах с неустойчивым политическим режимом существует опасность, что избранные демократическим путем законодатели могут, изменив конституцию или избирательное законодательство, нарушить правила проведения выборов, вызвав не только отчуждение депутатов от электората, но и подрыв легитимности представительного органа власти. Это создает основания для социально-политического неинституционального конфликта.
Проблема отчуждения тесно связана с уровнем политической культуры населения. Для иллюстрации этого сошлемся еще на один исторический пример: Наполеон III, чтобы победить своих соперников республиканцев основные акты государственного строительства выносил на прямое утверждение или неутверждение всем народом Франции, минуя парламент (Палату депутатов, избранную довольно ограниченным избирательным правом) посредством референдума-плебисцита. Этот, казалось бы сверхдемократичный метод голосования, в действительности привел к тому, что народ не разбирающейся в правовых тонкостях поддержал Луи Бонапарта и своей необдуманной волей превратил республику в империю.
Следствием отчуждения представителей от социальных общностей, связанного с механизмом реальной власти, неспособностью представителей к артикуляции и реализации интересов своих избирателей, фактическим безвластием соответствующего представительного органа (1, 35) является абсентеизм - индифферентное отношение населения к политической жизни, устойчивое уклонение от участия в голосовании на выборах разных уровней. Абсентеизм нарушает [c.252] систему отношений между гражданским обществом и государством. В тоже время, абсентеизм свидетельствует об отсутствии необходимости в формировании отношений представительства у определенной группы граждан, а, следовательно, нелегитимности с их точки зрения созданных отношений представительства, нелегитимности тех политических деятелей и органов власти, которые выступают от имени этой социальной общности.
В большинстве стран с демократическим режимом власти выработан действенный механизм предотвращающий отчуждение политиков от избирателей. Он включает в себя обязательность периодических выборов, после которых те представители, которые не отражают интересы избирателей, отчуждены от них теряют доверие и власть. Значительную роль в профилактике отчуждения играет действенность общественного мнения избирателей и эффективность средств массовой информации. [c.253]
Глава XIV.
Основные понятия: политическое представительство, делегирование власти, политический рынок, партийное представительство, легитимность политического предпринимательства.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Каковы место и роль политического представительства в системе политических отношений?
2. Как Вы понимаете отчуждение политического представительства?
3. Сделайте сравнительный анализ политического представительства при различных политических режимах.
Литература:
1. Избирательные реформы: опыт, проблемы, перспективы. - М., 1993.
2. Иванов В.Н., Матвиенко В.Я. и др. Технология политической власти. Зарубежный опыт. - Киев, 1994.
3. Лысенко В.И. Выборы в представительные органы в новой Европе... - М.: Наука, 1994.
4. Устименко С.В. Сущность и формирование отношений политического представительства в современной России (Политико-философский анализ). Автореф. диссерт. докт. филос. наук. М., 1996.
5. Юрьев А. Выборы глазами политического психолога. // Власть. 1996. № 4. С. 22. [c.253]
ГЛАВА XV. ВЫБОРЫ В ОРГАНЫ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ
Выборы в органы власти составляют сердцевину демократического политического процесса и являются закономерным результатом долгого и противоречивого процесса исторического поиска обществом лучшей модели формирования и функционирования государства. Сегодня демократические выборы в органы государственной власти стали естественным процессом в политической жизни многих стран мира. [c.254]
1. Особенности выборов при различных политических режимах
В мире трудно найти страны в которых не проводились бы выборы в органы политической власти. Однако далеко не все выборы можно отнести к демократическим. В этом разделе мы постараемся осуществить своего рода "входной контроль", позволяющий отличить демократические выборы от недемократических. Для этого выделим типы выборов в зависимости от характера взаимодействия государства и гражданского общества.
Так, выборы, при которых гражданское общество подчинено государству, характерны для различных авторитарных режимов. Все основные решения о составе депутатов, о содержании предвыборных программ принимаются заранее политическим руководством страны (хунтой, олигархией, монопольной партией и т. п.). Кандидаты, как правило, анонимны, так как избиратели не знают ни их самих, ни их программ. Они выступают не как представители избирателей, а как представители правящих партийно-государственных структур. Тоталитарная политическая система, за идеологическими прикрытиями прячет свое действительное содержание и претендует на выражение народной воли, воплощение демократии высшего типа. Она использует так называемые безальтернативные формы демократии, создающие видимость всенародной поддержки, но не позволяющие оказывать реального влияния на процесс принятия решения. Классическим примером функционирования избирательной системы в условиях авторитарного государства является практика существовавшая в течении десятилетий в СССР. Всеобъемлющее планирование, социальный контроль, [c.254] не оставляющий места для индивидуальной автономии и свободы, всесильная и абсолютная власть КПСС пронизывала все сферы жизни общества. Поскольку монопартия контролировала в первую очередь властные структуры, то естественно, что в СССР существовала жесткая система формирования представительных органов власти всех уровней. Скрытый от глаз большинства населения механизм заключался в том, что несмотря на наличие формального права избирательной инициативы у трудовых коллективов и формального права выбора, реальное право избирательной инициативы, а, соответственно, и выбора кандидатов находилось у партийной бюрократии.
Осуществление такой практики было типичным не только для политических режимов - стран бывшего "социалистического лагеря", а также для Пакистана, Индонезии, Филиппин и ряда стран с тоталитарными и авторитарными режимами власти. Здесь выборы представляют квазидемократическую декорацию, скрывающую действительный механизм формирования правящих элит. Кроме того, авторитарный режим, будучи не склонный делиться реальной властью, может, прибегая к обещаниям демократических перемен, намеренно скомпрометировать движение за демократические выборы, выявить демократическую оппозицию, чтобы впоследствии расправиться с ней.
Понятно, что невелика роль выборов и в тех странах, где механизм выборов подчинен силе патриархальной традиции, которая определяет и способ голосования и выбор кандидатов. В этих условиях выборы являются лишь формой общинных и клановых механизмов мобилизации социальной активности.
Второй тип выборов, при неустойчивом равенстве сил государства и гражданского общества. Он часто встречается в странах, где демократические режимы еще не имеют глубоких корней, а демократические устремления лидеров государства наталкиваются на противодействие антидемократических сил. При этом избранные народом представительные органы власти нередко прекращают свое существование в результате насильственных действий.
Анализ опыта мирной демократизации в южно-европейском и латиноамериканском регионах, показывает, что наиболее вероятный способ успеха заложен в "серии [c.255] мелких реформ" и в готовности оппозиции делиться на первых порах ограниченным полем действия, предоставляемой ей авторитарной системой в начальной фазе процесса. Преимущества такого процесса заключаются в том, что конкурирующие силы получают время, чтобы привыкнуть к атмосфере демократических выборов, а оппозиционные партии и политики получают возможность обрести собственное политическое лицо, вкусить конкуренции и управленческой работы на местном уровне. В то же время, авторитарные режимы, как только они признают демократию наиболее легитимной формой правления и конечным результатом планируемой политической эволюции, тем самым сразу же подрывают базу своей легитимации. Таким образом переход общества от авторитаризма к демократизму связан с решением политической дилеммы: постепенность перехода прежнего режима к новому в условиях потери поддержки населения. Решение этой непростой задачи требует оптимизации перехода через ряд этапов, через политические технологии в том числе и через многократно повторяемый избирательный процесс. Постепенный переход к демократии связан с выборами в органы государственной власти различных уровней:
- избрание местных структур самоуправления;
- формирование политической арены предвыборной борьбы на местном и региональном уровнях путем создания партий и движений, и выборы их руководящих органов;
- избрание руководителей исполнительной власти.
Итак, технология развертывания гражданского общества происходит через демократические выборы. Продолжительность же перехода от авторитаризма к демократии исчисляется десятилетиями, поколениями и сериями демократических выборов. Чем меньше практического опыта многопартийности, чем неблагоприятнее социально-демократические условия, способствующие выработке политической терпимости, тем необходим больший временной интервал. Поспешность некоторых стран, считающих что переход к демократии - происходит в мгновение, которое нельзя упускать, зачастую приводит к скорому восстановлению авторитаризма в квазидемократическом виде. [c.256]
Кроме того, несовершенное законодательство, отсутствие демократических традиций и механизмов общественного контроля за ходом выборов, характерное для стран с неустойчивым равновесием между государством и гражданским обществом, могут приводить к многочисленным фальсификациям результатов голосования. Для таких стран каждые действительно демократические выборы представляют собой маленький, но необходимый шаг на трудном пути становления правового государства.
Третий тип выборов при демократических режимах, когда государство подчинено гражданскому обществу.
Условием развития гражданского общества выступает равновесие, равенство прав, равное развитие государства, общества и индивида. Все вероятные конфликты межу ними регулируются не дисциплиной страха и господства, а правовыми и политическими средствами, властью государства, которая сама подотчетна созданными ею законам.
Можно выделить и несколько общих характеристик, обусловленных природой демократии как основанного на выборах политического соперничества. Это: взаимное доверие между претендентами на власть, традиционное уважение правил формирования властвующих элит через свободные демократические выборы.
Поведение избирателей и кандидатов в депутаты в странах с развитой демократией характеризуется как автономное и целерациональное. В то же время, общественное мнение не всегда в состоянии воздействовать на государство и высших должностных лиц, которые устанавливают различные цензы, правила и способы проведения выборов. В такого рода обществах выборы выступают как реальный механизм формирования политических элит. Они позволяют населению воздействовать на официальный политический курс, модифицируя его в соответствии со своими потребностями. Здесь выборы в органы власти представляют собой легитимные каналы взаимодействия официальных и неофициальных субъектов, в ходе чего достигается общественный порядок и социальная стабильность.
В конституционном обществе (правовом государстве) развит либерально-демократический или конституционалистский тип легитимности, основанный на свободном волеизъявлении граждан, формировании отношений [c.257] государственного представительства путем выборности всех центральных органов власти народом. Этот тип легитимности - результат долгой социоэкономической и социокультурной эволюции западных обществ, выступает сегодня ведущей тенденцией мирового развития. [c.258]
2. Классификация выборов
Если принять за исходное основание классификации разделение властей, то можно выделить выборы в законодательные, исполнительные, и судебные органы власти. Выборы в законодательные органы власти - парламенты, собрания представителей, думы и т.д. - характерны для большинства стран с развитой демократической системой. В России в настоящее время избирается двухпалатный парламент, а так же региональные и местные органы представительной власти.
Все чаще используется в демократических странах и принцип выборности руководителей исполнительной власти: губернаторов и Президента - в США, Президента и префектов - во Франции и т. д. В России опыт выборов руководителей исполнительной власти ограничен избранием президента страны, президентов автономных республик и нескольких руководителей администраций. Но в последнее время в России происходит оживление процесса избрания руководителей органов исполнительной власти и местного самоуправления.
В некоторых странах принцип выборности используется для отбора представителей судебной власти: судей, судебных заседателей, присяжных поверенных. Однако чаще, для того, чтобы обеспечить независимость и политическую неуязвимость судей, создавая тем самым в государстве систему сдержек и противовесов, их выборы заменяются назначением, иногда пожизненным.
В соответствии с территориальным представительством можно выделить выборы в государственные (федеральные) органы власти (парламент, президент, в региональные органы власти (губернаторы, депутаты земельных, краевых, областных и других территориальных органов власти), выборы в местные (муниципальные) органы власти, или органы местного самоуправления (бургомистры, мэры, главы администраций, депутаты собраний, дум, советов и т.д.). Одной из разновидностей [c.258] территориального представительства являются выборы депутатов в международные органы, например, в Европарламент.
Выборы отличаются используемой системой вотирования - признания победы политическим субъектом - кандидатом, партией, избирательным блоком при определенном порядке голосования. Можно выделить три основных типа вотирования и соответствующих им типов голосования: альтернативное, коммулятивное и лимитированное. Альтернативное голосование предполагает наличие у активного (пришедшего на выборы) избирателя одного голоса, который он может отдать "за" или "против" определенного кандидата (избирательного объединения, партии, движения). При коммулятивном голосовании число голосов у избирателя - больше, чем количество зарегистрированных кандидатов. Избиратель имеет право отдать все свои голоса одному из кандидатов или распределить их в определенной пропорции, согласно своим симпатиям или антипатиям. Лимитированное голосование предполагает наличие у избирателя меньшего количества голосов, чем число зарегистрированных кандидатов. Избиратель в данном случае имеет те же права, что и при коммулятивном голосовании, т.е. может либо отдать все свои голоса одному из кандидатов, либо распределить их в какой-нибудь пропорции между ними. Возможны модификации перечисленных типов вотирования. Например, в ходе выборов в Совет Федерации 1993 г. в России был применен вариант лимитированного голосования, при котором избирателю, давалось право двух голосов, но было невозможно отдать свои голоса только одному из кандидатов
Существуют и иные системы вотирования, которые, правда, редко применяются на практике при выборах в органы государственной власти. К ним относятся "рейтинговые" системы вотирования - плампинг и пойнт-систем. Плампинг позволяет избирателю вычеркнуть или оставить в бюллетене то число кандидатов, которое он сочтет необходимым. Кандидат, набравший большее количество голосов избирателей считается избранным в орган государственной власти. Пойнт-систем предполагает примерно ту же процедуру, но без вычеркивания кандидатов или партий в бюллетене. При использовании пойнт-систем [c.259] избиратель отмечает в бюллетене рейтинг кандидата или избирательного объединения (например, цифрами 1, 2, 3 и т.п.). Выигрывает выборы тот кандидат или блок, который, по мнению большинства избирателей, имеет высший рейтинг.
К одной из наиболее сложных модификаций рейтинговых систем относится преферентное голосование по методу "передаваемого голоса" (квота Друпа). Особенность использования этой системы и определения результатов голосования заключается в следующем:
- при заполнении бюллетеня избиратель должен поставить в пустых графах напротив фамилий кандидатов цифры в следующем порядке: "1" - против фамилии наиболее предпочтительного кандидата; "2", "3", "4" и т.д. - фамилии тех кандидатов, которым он готов передать свой голос в случае, если при распределении мандатов кандидат №1 не получит нужного для избрания количества голосов;
- подсчет голосов осуществляется по турам; первый тур, начинается в участковых избирательных комиссиях и устанавливает, сколько на каждого кандидата приходится избирательных бюллетеней, в которых фамилия кандидата помечена цифрой "1"; затем исчисляется "квота" - число голосов, которое необходимо получить, чтобы оказаться избранным по формуле:

кандидаты, получившие число голосов больше квоты считаются избранными;
- для определения победителей, не набравших голосов больше квоты проводится второй тур подсчета голосов; определяются излишки голосов победивших кандидатов и передаются конкурирующим кандидатам, не набравшим "квоту" согласно указанному в бюллетене следующему предпочтению.
Недостаток этой системы - определенная сложность и продолжительность определения победителей компенсируется более тонким распределением предпочтений избирателей и отсутствием необходимости проведения второго тура голосования. [c.260]
Выборы в органы власти могут быть всеобщими и локальными. Всеобщие выборы проводятся в масштабах всего государства или региона. Локальные выборы проводятся при создании новых административно-территориальных образований, при выбытии представителей (по причинам недееспособности, отзыва, смерти, изменения избирательного законодательства и т.д.).
Отметим также, что выборы могут быть очередными и досрочными. Борьба за досрочные выборы может быть весьма сильным оружием в политике, как свидетельствует опыт российской политической жизни. В то же время, как показывает опыт стран с развитой демократией, легитимность досрочных выборов, если они проводятся в соответствии с конституцией не вызывает сомнений. [c.261]
3. Принципы выборов
Демократические выборы определяются целым рядом принципов - своего рода общепризнанных норм, имеющих безусловную ценность, которые и делают их механизмом представительства. Эти принципы определяются избирательным законодательством, основная задача которого обеспечить одно из важнейших прав человека - право на голосование или право голоса.
Сам термин "голосование" - очень древний. Он пришел к нам из античной Спарты, где высший орган государственной власти (герусия) формировался в ходе общего собрания (апеллы) общими выкриками, то есть выбранным членом герусии становился тот спартиад, за которого громче всех кричали - голосовали собравшиеся. Из античных Афин до нас дошло и понятие "урна". Именно в урну опускали древние афиняне свои черные или белые камни-бюллетени в ходе голосования. Отсюда же пошло и выражение "подкинуть черный шар", как синоним понятию "проголосовать против": черный камень в Афинах обозначал голосование против.
Право голоса - это самое основное право, без которого все остальные права не имеют смысла. Отрицание общечеловеческой самоценности демократических выборов свидетельствует об авторитарных или тоталитарных устремлениях социально-политических сил претендующих на власть, что в полной мере подтвердилось в практике российского большевизма. Теоретически эта позиция была [c.261] обоснована В.И. Лениным, который с пренебрежением относился к представительной демократии и ее институтам, доказывая полную зависимость последних от частных интересов господствующего класса. Практически это нашло свое отражение в разгоне большевиками Учредительного собрания - представительного органа власти, избранного демократическим путем. Последствия "необольшевизма" проявились в 1993 -1994 году при ликвидации в России советов - представительных органов власти избранных демократическим путем. Идея разгона советов довольно долго витала в умах многих политиков из окружения президента. В конце концов она была реализована. Приводимые обоснования этого шага весьма похожи на ленинскую аргументацию.
В конституциях стран с парламентской демократией закрепляется прежде всего сам принцип выборности представительных органов и неотъемлемое право народа на их формирование. В самих текстах конституций, как правило, раскрывается содержание принципа всеобщности выборов. Принцип всеобщности означает, что все жители имеют право на активное, в качестве избирателей и пассивное, в качестве кандидатов в органы власти, участие в выборах. Исключения определяются целым рядом цензов: возрастным, ограничивающим возраст избирателей совершеннолетием, а возраст кандидатов - более высоким уровнем; цензом недееспособности, ограничивающим право для участия в выборах психически больных граждан, о чем должно быть судебное решение. Существуют моральные цензы, которые ограничивают права и отстраняют от участия в выборах лиц, содержащихся по приговору суда в местах лишения свободы.
Общепринято, что другие цензы ограничивают или нарушают принцип всеобщности выборов.
Советскому законодательному праву известен еще целый ряд сословно-классовых цензов, ограничивающих избирательную активность определенных классов и сословий. Их перечень и содержание были различными на различных этапах развития государства.
Половой ценз долгое время ограничивал участие женщин в выборах (в некоторых мусульманских странах ограничивает до сих пор). Имущественный ценз ограничивает активность малоимущих граждан. Ценз оседлости [c.262] ограничивает электоральную активность мигрантов, поскольку в ряде стран используются цензы оседлости, требующие проживания в течении определенного времени на территории избирательного округа .
Непременный принцип современных демократических выборов - равное избирательное право. Его практическое воплощение заключается в том, что в законодательный орган избираются депутаты, каждый из которых представляет одинаковое число граждан, а каждый избиратель в одинаковой степени влияет на общее электоральное решение. Обеспечить соблюдение этого принципа далеко не просто. Соблюдение этого принципа во многом зависит от правильной "нарезки" избирательных округов.
В США считается приемлемым, если на выборах в Конгресс разница в количестве жителей округов составляет 2 %. В России, в соответствии с федеральным законом по выборам депутатов Госдумы, допускается различие в избирательных округах в пределах одного субъекта федерации в 20%, а в труднодоступных и отдаленных районах - 30%. Особая строгость в соблюдении правил "нарезки" избирательных округов порождена вполне обоснованными опасениями, что неправильная "нарезка" может стать эффективным способом для манипулирования голосами избирателей. Подобная тактика была широко распространена в США и даже получила особое название "джерримендеринг" по имени губернатора Массачусетса Э.Джерри, который в начале прошлого века выкраивал избирательные округа самой причудливой формы для обеспечения победы своим сторонникам.
Принцип равного избирательного права имеет еще некоторые весьма важные преломления: равенство возможностей кандидатов при выдвижении, которое обеспечивается необходимым числом подписей, собранных в поддержку кандидата и равенство возможностей кандидатов при проведении предвыборной агитации. Последнее требование соблюсти непросто, поскольку материальные возможности кандидатов неравны, а формы контроля - несовершенны. Поэтому в некоторых странах используют исключительно государственное финансирование избирательных кампаний, которое обеспечивает равенство материальных условий кандидатов. [c.263]
Иногда используется вынужденное нарушение принципа равенства для расширения избирательных прав отдельных категорий граждан путем введения специальных квот. При этом осуществляется передача части мест в органах государственной власти определенным слоям населения, например расовые квоты при выборах парламентов ЮАР или Зимбабве гарантируют определенную часть мест представителям расовых меньшинств. Отчасти это относится и к России: национальные округа имеют право избирать депутата в Госдуму, несмотря на то, что численность населения в несколько раз меньше, чем в одномандатных округах других субъектов Федерации.
Следующий принцип - непосредственность выборов. Сущность этого принципа, конституированного в большинстве стран с развитой парламентской демократией, заключается в том, что избиратели прямо (без посредников, делегатов или представителей) избирают членов парламента, президента, представителей других органов политической власти. Следует различать формально непрямые выборы, когда выборщики однозначно исполняют волю избирателей и непрямыми по существу, когда выборщики голосуют по своему усмотрению. Формально непрямые выборы, например при выборах президента США, практически ничем не отличаются от прямых, поскольку избранные на них выборщики обязаны точно выполнить решение своих избирателей.
Широко используемые ранее косвенные выборы существенно уменьшали демократизм избирательных процедур. Прежде всего их использование неизбежно связано с ограничением у значительной части избирателей возможности лично участвовать в организации и проведении выборов, непосредственно влияя на их ход и результаты. Непрямые выборы способствуют такому явлению как абсентеизм - отказ от участия в выборах, безразличие, равнодушие людей к выдвинутым кандидатам и их программам. Кроме того, использование непрямых выборов усиливает возможность искажения реального соотношения политических сил в сторону укрепления позиций наиболее влиятельной из них, поскольку голоса сторонников противоположных сил, составляющих меньшинство, теряются по несколько раз на каждом более высоком уровне выборов. "В большинстве случаев косвенные [c.264] выборы дают преувеличенное представление о степени влияния господствующей партии и являются средством подавления партий сравнительно менее многочисленных". Прямые выборы создают возможности, действительно, всеобщего участия в них избирателей и обеспечивают в полной мере легитимизацию избирательной кампании.
Другим важнейшим принципом демократических выборов является состязательность: участие в выборах конкурирующих партий, движений, кандидатов, представляющих различные социальные группы. Политические партии, выражающие интересы различных социальных общностей, стремятся включить посредством выборов различные социальные слои и группы в политическую систему. Состояние многопартийности, естественное для стран с развитой демократией, обеспечивает мирное соревнование социальных интересов. При этом важнейшим механизмом примирения конфликтов являются выборы представителей в органы власти, организация и проведение которых для политических партий - главное направление их деятельности. Только начиная с 1993 года принцип состязательности был закреплен в России законодательно.
Принципом, относящимся к процедуре голосования, признанным во всех демократических государствах, является тайное голосование. Этот принцип обеспечивается различными способами технического характера, уменьшающими вероятность внешнего влияния на избирателя. За нарушение принципа тайного голосования законом предусмотрены жесткие меры наказания.
К принципам демократических выборов следует отнести возможность общественного контроля за выборами. Присутствие наблюдателей, как иностранных, так и национальных, может повысить авторитетность избирательного процесса для государств, в которых проводятся выборы.
В некоторых странах, например на Филиппинах, участие в выборах является не правом, а обязанностью граждан, а неявка на избирательный участок без уважительных причин может караться административным, или даже уголовным наказанием. Но в демократических странах действует принцип свободы выборов и добровольного участия в них граждан. Этот принцип означает, что никто не вправе оказывать воздействие на [c.265] гражданина с целью принудить его к участию или неучастию в выборах, а также никто не может повлиять на его свободное волеизъявление.
К принципам демократических выборов относятся так же принцип равенства возможностей в предвыборной борьбе. Он обеспечивается созданием условий, при которых различие материальных возможностей не может предоставить кому-либо из кандидатов преимущества и требует создания избирательной системы не допускающей результатов выборов, получение которых может быть осуществлено недемократическим путем (в результате подкупа, угроз, фальсификаций). И еще один принцип - ограничение срока выборов, недопущение отмены или переноса выборов, если это не предусмотрено правовыми нормами. Выборы теряют свои функции, если их проведение будет зависеть от произвола отдельных лиц. Периодичность же выборов, позволяет избирателям производить изменения политической элиты в соответствии со своими интересами. [c.266]
4. Избирательные системы
К моменту утверждения всеобщего избирательного права в промышленно развитых странах сложились две основные избирательные системы - мажоритарная и пропорциональная. Вначале наибольшее распространение получила мажоритарная избирательная система. Сущность ее заключается в том, что депутатские места в каждом округе достаются кандидату, который собрал установленное большинство голосов, а остальные кандидаты, как и стоящие за ними политические силы, не набравшие нужного количества голосов, остаются непредставленными в органах власти. Мажоритарная система бывает трех видов в зависимости от того, какого большинства для избрания депутатов требует закон - относительного, абсолютного (50% + 1 голос) или квалифицированного (2/3, 3/4 от общего числа поданных голосов).
Мажоритарная система имеет ряд, казалось бы, неоспоримых положительных свойств. Во-первых, она способствует возникновению между депутатами и избирателями прочных, непосредственных связей, часто имеющие личностный характер. Депутат хорошо знает свой избирательный округ, проблемы и интересы его жителей. Избиратели [c.266] имеют достаточно полное представление о кандидате, его политических взглядах, поведении, чертах характера и т.д. Прочные личные связи депутата в своем избирательном округе укрепляют его положение в парламенте, препятствуют влиянию на него внешних факторов, в том числе и давления различных теневых структур.
Во-вторых, мажоритарная система, укрепляя позиции наиболее сильного политического течения, создает условия для возникновения устойчивой расстановки сил в законодательных органах, способствуя вытеснению из парламентских структур мелких и средних по влиянию партий, что стимулирует образование двух- или трехпартийных политических систем. Сильные позиции лидирующей в парламенте партии позволяют сформировать стабильное правительство, способное проводить эффективный и последовательный политический курс.
К недостаткам мажоритарной избирательной системы относится, прежде всего то, она не отражает реальную расстановку социально-политических сил в стране. Многие влиятельные политические партии и организации вытесняются за пределы парламента, что приводит к активизации внепарламентских методов политической борьбы. В России в 1991-1993 годах, политические силы непредставленные в парламенте оказались в структурах исполнительной власти. Тем самым была блокирована возможность политического консенсуса, как важнейшего фактора стабильности в обществе. Конфликт между пропрезидентскими и пропарламентскими силами показал отсутствие в обществе устойчивой модели политического поведения, ориентированный на достижение согласия. Нетерпимость на психологическом уровне легко перерастет в диктат на уровне политическом в силу отсутствия общепризнанных правил политических взаимодействий. Представительная власть не смогла создать пространства достижения компромисса между политическими силами различных ориентаций и тем самым оказалась не способна выполнить свою основополагающую миссию легитимной защиты общества от диктата. Особенно опасно то, что действия непредставленного в парламенте меньшинства оказались весьма разрушительными для политической системы в целом. Таким образом, мажоритарная избирательная система создает возможность для доминирования [c.267] в поведении политических субъектов частных интересов в ущерб общенациональным. Тем самым ослабляется значение парламента и правительства, как общенациональных, общегосударственных органов.
Мажоритарная система создает благоприятные условия для манипулирования политической волей избирателей, используя "джерримендеринг" или "избирательную географию", когда результаты выборов в большой мере зависят от умелой "нарезки" избирательных округов. Эта возможность, кстати, достаточно широко использовалась партийно-номенклатурной элитой на выборах народных депутатов СССР и РСФСР в 1989 и 1990 гг., а также этнократическими элитами на выборах в органы власти в республиках России в 1994-1995 гг. для обеспечения доминирования законодательных органах представителей так называемых титульных наций.
Рассмотрим два способа осуществления подобной манипуляции.
1. Известно, что городские округа в результате "нарезки" были более многочисленными, чем сельские. В результате сельское население, обладающее более консервативными политическими установками, смогло направить в представительные органы власти большее число депутатов, чем аналогичное число жителей городов.
2. Используя при "нарезке" избирательных округов данные предыдущих выборов, правящее большинство может выделить территорию, на которой противостоящая партия пользуется подавляющим влиянием. Эта территория оформляется в отдельный округ. На других территориях влияние этой партии будет минимизировано.
Для наглядности рассмотрим такую ситуацию. Имеется три избирательных округа по 100 тыс. избирателей в каждом. В них баллотируются кандидаты от партий А, Б, В. Ставится цель - ослабить партию А и усилить партию Б, для чего создается избирательный округ "1", где партия А имеет неоспоримое преимущество. Выборы в округе "1" дают следующие результаты: кандидат партии А получает 90 тыс. голосов, кандидат партии Б - 2 тыс. голосов, кандидат партии В - 8 тыс. голосов. В округах "2" и "3" побеждает кандидат от партии Б, он набирает 34 тыс. голосов, а кандидаты от партий А и В по 33 тыс. голосов. В результате партия А, собрав в трех округах [c.268] 150 тыс. голосов, получает одно место в парламенте, партия Б, собрав 70 тыс. голосов, получает два места, а партия В, собрав 74 тыс. голосов, - ни одного места в парламенте. Таким образом, мажоритарная избирательная система делает возможной ситуацию, когда значительное число избирателей остается без своего представителя в парламенте (до 1/2 избирателей), и партия, завоевавшая голосов меньше, чем конкурент, получает большую часть мест в парламенте.
Пропорциональная избирательная система основана на том, что мандаты распределяются между партиями в соответствии с числом голосов, поданных за каждую из них. В прошлом левые партии противопоставляли пропорциональную избирательную систему мажоритарной, как более демократическую. Пропорциональная система имеет следующие модификации:
- пропорциональная система на общенациональном уровне, когда избирательные округа не вычленяются и избиратели голосуют за политические партии в масштабе всей страны;
- пропорциональная система в многомандатных округах, когда избиратели голосуют за представителей партии в масштабах округа, при этом места в парламенте распределяются в зависимости от влияния партии в округе.
Очевидны положительные качества пропорциональной избирательной системы: она обеспечивает справедливое представительство политических сил на парламентском уровне. В результате при принятии парламентских решений в большей мере учитываются интересы отдельных социальных и политических групп. Пропорциональная система, выявляя сложность и многоцветие политической палитры, способствует созданию эффективных обратных связей между гражданским обществом и государством, стимулирует развитие плюрализма в политической системе.
Отрицательные качества пропорциональной системы являются продолжением ее достоинств. Ослабевает связь между избирателями и парламентариями, поскольку голосование идет за партии, а не за конкретных лиц. Списки кандидатов составляются чаще всего административно-канцелярским путем, что усиливает зависимость кандидатов от партийно-аппаратных структур. Отсюда появляется возможность бюрократических решений и [c.269] махинаций, подрывающих доверие населения к представительным органам и политическим партиям.
Недостатком пропорциональной системы является и то, что обеспечивая представительство в парламенте политических сил, не обладающих поддержкой в рамках всей страны, создаются сложности при формировании правительства. Отсутствие доминирующей политической партии делает неизбежным появление коалиций партий, политические программы которых страдают эклектичностью и неопределенностью, ибо создаются на основании компромиссов партий с различными целевыми установками. Поскольку такие компромиссы непрочны, то и действия правительств отличаются непоследовательностью и противоречивостью. По малозначительным причинам такие коалиции распадаются, возникает парламентская нестабильность. Это позволило известному политическому деятелю Франции Мишелю Рокару сформулировать следующую оценку избирательных систем: "Мажоритарная система слишком груба, пропорциональная - слишком опасна".
Для преодоления недостатков мажоритарной и пропорциональной избирательных систем создаются разного рода смешанные избирательные системы:
- Определяется нижний предел для ограничения представительства мелких партий - избирательный метр. Пример: бундестаг ФРГ, где представительство ограничено для партий, набравших менее 5 % голосов. Таким образом, исключается участие мелких партий, что создает условия для создания более стабильного правительства, хотя благодаря этому ограничению от парламентского представительства может отсекаться до 2 млн. граждан ФРГ. По такому же принципу осуществляется ограничение избранных партий избирательных блоков и объединений в России.
- Вместо многомандатных создаются маломандатные округа. Право на участие в выборах предоставляется 4-5 партиям, причем в качестве победителей могут рассматриваться только 2-3 партии. Такая система способствует созданию устойчивых партийных блоков весьма эффективных для проведения избирательных кампаний и завоевания политической власти, а также создает условия [c.270] для отсечения крупных партий, оппозиционных официальному курсу.
- В списки кандидатов вносятся не партии, а их представители, поэтому при голосовании происходит отбор прежде всего персоналий, а не только выбор партийной программы.
В масштабе страны создается система, при которой часть депутатских мандатов завоевываются на основе принципов мажоритарной системы, а другая часть - распределяется в зависимости от голосования по партийным спискам. Таким способом удается избежать существенных недостатков как пропорциональной, так и мажоритарной избирательной системы и в полной мере использовать их достоинства. Именно такая система в наибольшей степени соответствует особенностям современной России: сохранению привычки избирателей к мажоритарной системе и одновременно развитию в стране многопартийности. [c.271]
5. Основные функции выборов
Одна из важнейших функций выборов - создание функционирующей представительной системы. Выборы в органы власти создают отношения представительства граждан в этих органах и позволяют влиять на их деятельность. Представительная система власти, воздействуя на общество, модифицирует его в соответствии с интегральными интересами представителей его социальных групп, обеспечивая процесс общественного развития.
Выборы являются особым механизмом артикуляции интересов различных социальных групп. Период выборов вызывает обостренное осознание людьми жизненно важных проблем. Люди сравнивают свои интересы с тем, как их понимают и предлагают осуществить кандидаты в органы власти. Выборы представляют собой настоящий политический рынок, на котором кандидаты в обмен на свой имидж и свои предвыборные программы получают доверие и полномочия, имеющиеся у избирателей. Однако наибольшую цену здесь имеют только наиболее интересные для избирателей программы.
Поскольку интересы различных социальных групп могут не только отличаться, но и быть противоположными, выборы выполняют функцию мирной конкуренции интересов различных групп населения. Раньше, в [c.271] "довыборную эпоху" различие интересов социальных групп, с одной стороны, приводило к конфликтам, с другой - рождало общественную потребность создавать организации представляющие интересы социальных групп и , которые пользуясь преимуществом организованности могли значительно легче навязать свою волю другим социально-политическим силам в отстаивании интересов социальных групп. При этом возникают политические партии, переводящие социальный стихийный конфликт в фазу с определенной коллективной дисциплиной. Таким образом партии превращаются в представителей различных социальных групп, находящихся в конфликте между собой, а конкуренция между ними на выборах в органы власти превращается в механизм мирного разрешения социального конфликта. Логика предвыборной борьбы заставляет крайние политические позиции заменять более умеренными, поскольку последние находят поддержку у основной массы населения. В этом смысле выборы представляют собой один из способов институционализации и разрешения социального конфликта. При этом конфликт происходит открыто, публично, а все общество выступает судьей, разрешающим его. Выборы в отличие от насильственных революций - эффективный социальный клапан, позволяющий выпустить пар социально-политической напряженности в приемлемых для общества формах.
В ходе выборов реализуется и такая социальная функция, как институционализация отношений представительства. Теоретически каждый член общества, способный адекватно выражать интересы какой-либо социальной общности, может быть ее представителем в органах власти. Однако в действительности это удается далеко не всем. Формирование представителем собственной базы поддержки является одной из центральных проблем избирательного процесса, решение которой предполагает налаживание различного рода каналов коммуникации и взаимодействия с избирателями. Только тот из политиков, кому удалось это сделать наиболее успешно, проходит сквозь "сито естественного отбора" и вливается во властвующую элиту. Тем самым в демократическом обществе выборы выступают как центральный механизм политического процесса и способствуют рекрутированию в политическую элиту лучших представителей общества. [c.272]
С позиций права выборы представляют собой наиболее легитимный способ формирования государственных институтов. Для гражданского общества, выборы являются одной из фундаментальных составляющих основ организации и функционирования демократизма. Легитимность, т.е. подлинность демократического получения мандата на власть от избирателей, волеизлияние которых свободно и в гражданско-юридическом, и в политическом, и в социально-психологическом отношении.
К функциям выборов следует отнести также активизацию политического участия населения в период избирательной кампании и происходящую в это время политическую социализацию и ресоциализацию личности. Избиратель во время выборов часто пересматривает или уточняет свои политические позиции, идентифицируя себя с теми или иными социально-политическими силами. Выборы, таким образом, выступают механизмом политического развития общества.
Исходя из вышесказанного становится очевидной важнейшая функция выборов в соответствии с общественным договором - Конституцией - трансформация политической системы в направлении поиска для страны оптимального политического курса. [c.273]
6. Условия эффективности выборов
Эффективность выборов зависит от целого ряда экономических, социальных, правовых, культурных и моральных условий, отсутствие которых может превратить выборы в антисоциальный механизм. Как доказывал выдающийся русский политолог И.А.Ильин, совсем не всякий народ и не всегда способен выделить к власти лучших при помощи всенародных выборов. Во Франции в период Великой французской революции идея народного представительства стала истоком невиданного политико-юридического энтузиазма народа. Обсуждение кандидатур, составление депутатских наказов ввергло нацию в состояние хронического недосыпания. Перепоручение своей воли другому вовсе не воспринималось как ее отчуждение. Никого не тревожило, что депутат, призванный к участию в политических делах, приобретает известную долю власти и тем самым становится выше своих избирателей. Конкретным инструментам воздействия избирателей [c.273] на своего депутата не придавалось значения. Однако в любом представительстве заключена возможность отчуждения. В конце 1789 года Национальное собрание отменило все "связующие инструкции" /наказы/ и право отзыва депутатов избирателями. Депутатский корпус отторг себя от уполномочившей его нации. Началось правление "именем народа, ради народа, но без народа", получившей завершение в системе якобинского террора. Это был горький урок теории представительного правления. Поэтому не следует видеть в выборах панацею решения всех социально-политических проблем в любых общественных условиях.
Назовем некоторые из условий эффективности выборов в органы власти. В экономической области - это развитые отношения собственности, предполагающие рыночные механизмы и свободу предпринимательства. Человеку, обладающему собственностью, есть, что терять и что защищать, его способ бытия коренным образом отличается от жизни горьковского босяка. Наличие экономических интересов требует соответствующих политических механизмов их артикуляции и защиты. Как раз выборы и являются одним из такого рода механизмов, с помощью которого можно безболезненно устранить руководителей, не обеспечивших условия реализации материальных интересов большей части избирателей. На теледебатах в 1978 году кандидат в президенты США Рональд Рейган, обращаясь к телезрителям спросил, считают ли они, что живут сейчас лучше, чем четыре года назад. Если да, то они могут снова голосовать за его оппонента Джимми Картера. Если нет, то они должны согласиться, что настало время для перемен. Этот "элементарный" вопрос оказался весьма действенным средством убеждения, потому что он затрагивал материальные интересы населения.
Среди социальных факторов эффективного избирательного механизма на первом месте следует поставить существование экономически состоятельного "среднего класса", обеспечивающего общественную стабильность. Постоянство проживания большинства населения на "своей" территории, крепость семейных устоев, прочность общественных институтов и общепризнанных социальных ценностей обеспечивают устойчивый общественный [c.274] порядок. Семья, церковь, трудовой коллектив (корпорация), политическая партия и другие социальные институты позволяют в рамках конкурентной борьбы в полной мере выразить общественный интерес и определить пути его реализации.
Среди политических условий, необходимых для эффективности демократических выборов наряду с демократическими традициями следует отметить существование сильного сложившегося гражданского общества со структурированными институтами: развитую многопартийность как отражение многообразия социальных интересов, устоявшуюся законодательную базу, независимое от государства функционирование средств массовой информации.
Правовые условия демократических выборов в современном виде возникли не сразу. Первой была идея соглашения (пакта) народа о передаче государству права устанавливать порядок. (Т.Гоббс, "О гражданине", "Левиа-фан") и последовавшая за ней концепция общественного договора (Ж.Ж.Руссо "Об общественном договоре, или Принципы политического права"). Концепция договорных отношений общества и государственной власти была оформлена конституционными документами ряда стран того времени (США, Франция). Со временем конституция как вид договора государства с народом стал договорным документом большинства стран.
Эффективные выборы предполагают ощущение народом своей историческо-национальной общности как основы патриотизма, уважения к закону, чувства государственной ответственности. В этом залог высокой политической культуры народа, демократических традиций. Особо следует подчеркнуть необходимость общественно-политического консенсуса относительно государственного устройства общества и его основных институтов. Если одна часть общества выступает за капитализм, а другая - за социализм, то выборы лишь обострят эту борьбу, а затем перенесут ее на уровень политических институтов, что рано или поздно приведет к разрушению государства. Вот почему так важно иметь общепризнанные хотя бы на уровне политической элиты "правила игры" - законы, зафиксированные в Конституции и Избирательном кодексе. [c.275]
Безусловно, избирательная система не может не учитывать и имеющийся социокультурный контекст, влияющий на политический процесс. Остановимся на этом аспекте демократичности выборов подробнее. Сегодня в России можно выделить по крайней мере три зоны, в которых господствуют различные политические субкультуры, условно подразделяющиеся на "западную", "азиатскую" и "русскую".
Западная субкультура охватывает столицы и крупные промышленные центры России. Ее отличительная особенность - вера в эффективность западной парламентской демократии и в возможность безболезненного перенесения либерально-демократической традиции на российскую почву. Одновременно приверженцы этой модели надеются на бескорыстную помощь западных стран при установление демократических режимов.
Азиатская субкультура господствует в автономиях Северного Кавказа, Поволжья и в ряде других. Здесь политика более отделена от повседневной жизни людей. Парламентская демократия и демократические выборы часто искажаются общинными и клановыми отношениями, формальные выборы лишь легитимизируют те решения, которые приняты старейшинами и влиятельными людьми. Поэтому демократия культивируется здесь декоративно, граждане мало влияют на тех, кто облечен властью. Политические отношения обусловлены сложной системой традиций феодального и дофеодального происхождения. Их нарушение грозит властителям отрешением от власти.
Особенности азиатской субкультуры: почтение к старшим по возрасту, особая роль религии, терпимость к коррупции в политике, отстраненность женщин от политической жизни. Избирательное поведение в рамках азиатской политической субкультуры мобилизовано высшими органами власти и влиятельными членами социальных общностей и не является автономным, совершаемым согласно свободному индивидуальному выбору как в западной политической субкультуре.
Остальную часть страны охватывает русская субкультура, носителями которой являются преимущественно сельские жители, а также избиратели средних и малых городов. Принято считать, что русская политическая субкультура является промежуточной между [c.276] западной и азиатской, включая в свой состав представления и образцы поведения той и другой субкультур, сплавляя их воедино. Обратим внимание на такую характерную черту русской субкультуры как традиционная отстраненность от политики, поиск свободы от властей. Ведь русский человек всегда чувствовал свою отчужденность от власти, стремился избежать ее воздействия. Русской субкультуре свойственно противопоставление официального и неофициального, формального и неформального способов поведения в политике. При этом сама политика зачастую характеризуется как не вполне чистоплотное дело. Особая роль в этой субкультуре принадлежит интеллигенции, которая видит себя в постоянном духовном поиске, в вечной оппозиции политическому режиму, каким бы он ни был. Среди интеллигенции ценится подвижничество, моральный труд, страдание "за народ". Именно в силу этих особенностей русской субкультуры ее носители подвержены популизму, причем как левому, так и правому. Им всегда требуется единомыслие: решение проблем "всем миром". Русская политическая культура не терпит политической борьбы, так как это культура покоя, она приемлет движение лишь для смены одного состояния на другое. Она несет ностальгию по порядку и веру в политика-вождя, который трудным, но коротким путем всех приведет в светлое будущее. Отсюда знаменитое русское долготерпение и одновременно склонность к бунту как к кардинальному способу решения проблем в кратчайший срок. Поэтому отношение к выборам первоначально было сверхоптимистичным, что вызвало острую политическую борьбу за депутатские мандаты, массовое участие и большие надежды на решение социальных и экономических проблем политическими средствами. Однако по прошествии некоторого времени, когда выяснилось, что депутаты не в состоянии решить непосильные для них задачи, интерес к политической деятельности и доверие к выборам упали.
Противоречивость русской политической субкультуры состоит еще и в том, что в ней сосуществуют определенные демократическими и авторитарные традиции. Вместе с демократическими традициями в русской политический субкультуре с сочетается мессианская вера во всесильного политического лидера (царя, вождя, [c.277] президента), способного спасти Отечество. Напомним, что политический строй древней Руси характеризовался своеобразным сочетанием двух начал: княжеского и демократического - вечевого. Русский князь был правителем, главой войска, высшим судьей, но его власть ограничивалась народным собранием /вече/. Народ сажал князя, и снимал в случае, если его правление вызывало недовольство и злоупотребления.
В ряде случаев, как в Новгородской республике вече становилось верховным органом власти. Оно избирало руководителей правительства, решало вопросы внутреннего управления и внешних связей, приглашало князя начальником вооруженных сил. Это же относилось и древнему Пскову. Вечевой строй русских земель был подорван монгольским нашествием.
В XVI веке в Московском царстве начинают собираться земские соборы - своеобразные совещания царя с выборными от населения людьми. В 1598 году Россия на Земском соборе впервые избрала себе монарха - царя Бориса Годунова. В 1613 г. Земский собор избрал нового царя - Михаила Романова. До 1653 г. земские соборы собирались регулярно, были представительными и ограничивали самодержавную власть.
Путь к созданию представительных органов власти парламентского типа в России начинается в 1906 году после дарования российским императором жителям страны права на проведение выборов в Государственную думу. Эти выборы, проводились по квотной системе с цензами, ограничивающими избирательные права более половины взрослого населения страны и чередовались с периодическими разгонами парламента самодержавием. Такой исторический генезис русской политической культуры не мог не проявиться и в сегодняшних условиях.
Если сопоставить условия демократичности с российской действительностью, то можно сказать, что сегодня происходит процесс созревания достаточных условий для полноценных выборов в органы власти. [c.278]
Глава XV.
Основные понятия: выборы, органы политической власти, типы выборов, классификация выборов, вотирование, принципы выборов, избирательное право, мажоритарная и пропорциональная избирательная системы, функции выборов.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. В чем состоит особенность выборов в условиях тоталитарного и демократического политического режимах?
2. Кто и как может быть избран в органы политической власти?
3. Какие Вы знаете избирательные системы? Проведите их сравнительный анализ.
4. Почему избирательная система не может не учитывать социокультурный контекст?
Литература:
1. Законодательная база выборов представительной власти. / Россия: партии, выборы, власть. Под ред Краснова Б.И. М., 1996.
2. Избирательное право и принципы его реализации. / Россия: партии, выборы, власть. Под ред Краснова Б.И. М., 1996.
3. На пути к выборам-95. Технология успеха (общая редакция М.Н.Анохина, Ю.И.Матвиенко). М., 1995.
4. Поведение избирателя и электоральная политика в России. // Полис. 1995. № 5.
5. Федеральный закон "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации". М.: Известия, 1995. [c.279]
РАЗДЕЛ ЧЕТВЕРТЫЙ. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЖИЗНЬ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА
ГЛАВА XVI. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЖИЗНЬ ОБЩЕСТВА И ЕЕ ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ ПАРАМЕТРЫ
Политическая жизнь - специфическая область человеческого общества, одна из важнейших сторон общественного бытия. Без политической жизни немыслимо существование современного общества. [c.280]
1. Понятие, содержание и уровни политической жизни
Политическая жизнь общества - это совокупная деятельность индивидов, социальных слоев, групп, классов и других общностей, посредством которой происходит формирование, функционирование и преобразование политической системы общества в целях организации и использования политической власти для реализации своих интересов. Возникновение политической жизни как относительно самостоятельной сферы явилось закономерным результатом поступательного развития человеческого общества. Главную роль в этом процессе сыграло появление классов и классовой борьбы. Со времени разложения первобытнообщинного строя вся история была историей классовой борьбы, борьбы между эксплуатируемыми и эксплуатирующими, подчиненными и господствующими классами на различных ступенях общественного развития. Все ранее существовавшие и современные нам общества могут быть отнесены к одной из пяти категорий: [c.280] традиционное общество, стадия создания предпосылок для подъема, стадия подъема, стадия быстрого созревания и век высокого массового потребления. Последняя стадия характеризуется тем, что ведущими отраслями хозяйства становятся потребительские товары длительного пользования и услуги. Одними из первых в стадию высокого массового потребления вступили США, Канада, Великобритания, Австралия, Швеция. В этих странах, как и в ряде других, классовая борьба в традиционном ее понимании не находит своего места. Однако это вовсе не означает того, что политическая жизнь здесь угасает, что граждане политически пассивны.
Политическая жизнь охватывает не только интересы классов, но и социальных групп, слоев, личности, наций и народностей, а также социальных институтов. Это именно та сфера, где люди, не обладающие властью, могут отстаивать свои интересы путем выражения своего доверия или недоверия власть имущим. Это та сфера, где проявляется активная деятельность политических лидеров, их политическая воля, способные оказывать значительное влияние на ход общественного развития. Особенно это проявляется в период избирательных кампаний : при выборе главы государства, парламентских выборах.
Политическая жизнь - это непрекращающийся процесс деятельности множества человеческих индивидов, которые, образуя различного рода объединения, группы и т.д., направляют свои кооперированные усилия на решение всевозможных политически значимых задач с помощью особой системы политических средств. Такая характеристика политической жизни людей дает основание для выделения ее важнейших групп элементов: субъектов и объектов политической деятельности, направлений политической деятельности и специфических средств политической деятельности. Они показывают, кто действует, на что направлена политическая деятельность и каким образом она осуществляется.
Кроме того, следует иметь в виду, что политическая жизнь включает в себя как господствующие институты и учреждения, так и политические учреждения, элементы, находящиеся в оппозиции государственной власти. Для того, чтобы более конкретно представить себе [c.281] политическую жизнь общества, необходимо рассмотреть основные ее формы.
Критерием для выделения основных форм политической жизни является наличие автономности и специфичности функций, связанных с властными отношениями. Можно выделить следующие структурные компоненты политической жизни общества: государство (представительные и исполнительные органы власти, суд, прокуратура, органы юстиции, милиция, органы государственной безопасности и др.); политические партии и политические движения; общественные организации и иные ассоциации и объединения людей в той мере, в какой они вовлечены в политические отношения, в том числе и международные политические отношения; средства массовой информации; политические и правовые нормы, принципы и традиции, регулирующие политические процессы и отношения в обществе; политическое сознание, политическая идеология, политическое общественное мнение; политика и политическое руководство, политическое лидерство; политическая культура как совокупность политических ценностей, образцов политического поведения, затрагивающих взаимоотношения граждан и власти; политическая деятельность.
Все эти формы политической жизни тесно связаны между собой (схема 2). Они находятся в постоянном движении, изменении. В то же время в своем движении одни формы политической жизни развиваются быстрее, другие по каким-либо причинам задерживаются, слабо поддаются изменениям, как бы застывают в своем развитии. В связи с этим в обществе возникает политическая напряженность, которая может перерасти в открытый политический конфликт. Последний может вызвать в обществе политическую нестабильность. Поэтому многие боятся конфликтов как таковых. Но ведь конфликты постоянные спутники политической жизни и попытка избавиться от них вообще дело безнадежное. Это мероприятие из области утопии. Хотя в марксистских программах общество будущего виделось бесконфликтным. Но практика опровергла этот тезис. [c.282]
Схема 2

[c.283]
И что же получается? Общество не может жить без конфликтов? Люди вечно должны быть в ссоре, раздорах? Ответ, очевидно, дает сама жизнь. Не в ссоре, но в борьбе. И прав был поэт А. Блок:
...И вечный бой,
покой нам только снится...
В то же время следует учитывать и такое обстоятельство, когда одни формы, элементы политической жизни значительно опережают другие и разрыв достигает критической отметки, в обществе возникает острый политический кризис, способный привести к разрушению определенных форм политической жизни. Пример тому развал СССР, политические кризисы в ряде бывших республик Союза.
Как известно, среди элементов политической жизни на первом месте стоят институты, отношения, нормы и ценности. Именно среди них и начался кризис, так как обнаружилась их слабая практическая значимость в изменившихся условиях жизни общества.
Командно-административная система оказалась неспособной удовлетворить самые элементарные социально-политические и нравственные требования людей. Система по сути дела деградировала. Более того, начался процесс ее вырождения. Это проявилось в прекращении выполнения части аппарата власти своих элементарных функций и появления неформальных структур, которые стремились компенсировать бездеятельность официальных органов власти и управления.
В демократическом обществе подобная ситуация не могла возникнуть. Все это говорит о том, что политическая жизнь в советском обществе покоилась не на принципах демократии. Демократические параметры политической жизни общества были слабо выражены. Каковы же эти демократические параметры?
Как свидетельствует исторический опыт, в политической жизни общества демократия имеет несколько измерений. Например, демократия как форма государства, противоположная авторитаризму в любых его проявлениях. Такое понимание демократии дает возможность осмыслить природу политической власти, ее сущность, выяснить вопрос о том, кто правит. [c.284]
Кроме этого, в политической жизни общества большое значение имеет демократия общественно-политическая. В этом случае демократия предстает как принцип организации и деятельности политических и общественных организаций. Вполне очевидно, что это явление высокоорганизованного гражданского общества. Важную роль в изучении политической жизни общества играет анализ демократии как политического мировоззрения и как политической ценности. Как политическое мировоззрение демократия - это отражение в сознании граждан самого содержания демократии, прежде всего идей свободы и равенства прав. Демократия как политическая ценность чаще всего воспринимается как синоним прав и свобод граждан в их формально - абстрактном или конкретном выражении.
Одним из важных признаков демократического общества является положение, когда политическая власть исходит от народа, принадлежит ему. С точки зрения выражения народного суверенитета наиболее общими разновидностями форм демократии являются непосредственная (прямая и представительная демократия). Историческими примерами прямой демократии являются известные каждому школьнику афинское народное собрание, сходки у франков, городское вече в городах-республиках в Западной Европе и России, собрания жителей швейцарских кантонов. В настоящее время институтами прямой демократии являются референдумы (плебисциты) и опросы (демоскопия).
Представительная демократия формируется населением путем всеобщих равных прямых выборов при тайном голосовании. Каждый гражданин, голосуя на выборах, представляя мандат своему избраннику тем самым возлагает на себя политический долг уважать ту власть, которую он передал своему представителю.
Необходимым условием демократии является конституционное оформление государственного строя. Для демократической политической жизни общества важно не только кто правит, но и как правит, как организована власть. Это определяет конституция страны, которая многими людьми воспринимается как символ демократии (1).
К признакам демократического общества следует отнести комплекс прав и свобод граждан: равноправие [c.285] граждан и равенство их перед законом, равное право всех членов общества на участие в управлении государственными и общественными делами, свобода ассоциаций, гарантии самостоятельных действий общественных организаций и союзов, свобода предпринимательства.
Необходимо отметить и такой важный атрибут демократической политической жизни как плюрализм интересов в обществе. Это и является предметом нашего разговора во втором вопросе. [c.286]
2. Политический плюрализм, оппозиция и гарантии защиты меньшинства в демократическом обществе
Понятие "плюрализм" означает многообразие и применяется к мнениям, идеологиям и политике. С плюрализмом мнений люди встречаются ежедневно. Это вечная естественная форма человеческого разномыслия, без которого невозможно само поступательное развитие человечества. В каждой области, в которой человек занят, действует, он, будучи по-своему уникален, обладает разным уровнем знаний, своеобразным опытом. У людей не одинаковы умственные способности, поэтому они вправе иметь и выражать свое мнение, отличающееся от мнения других. Многообразие мнений, суждений, идеологий - величайшее достижение человечества.
Иное содержание имеет политический плюрализм. Это - продукт классового общества и условие его прогресса, суть которого заключается в объективной обусловленности различных позиций и интересов классов и социальных групп. Плюрализм в обществе неизбежен и неустраним, если даже по каким-либо причинам (административно-волевым) различие интересов игнорируется и не допускаются никакие официально признанные формы их выражения и защиты. Изучая историю человеческого общества, мы встречали немало примеров, когда в той или иной стране делались попытки утвердить единомыслие с помощью насилия, вплоть до физического уничтожения инакомыслящих. Вспомним, что ведь и религия утверждалась подобным образом. Становление христианства в Западной Европе и на Руси, например, не обошлось без применения силы официальной власти и церковников.
А если обратить свои взоры на совсем недавнее прошлое, то мы обнаружим, что социализм и коммунизм как идеология и практика насаждались нередко путем [c.286] насилия в бывших странах мирового социалистического содружества. Признавались только те организации и движения, которые поддерживали программные установки правящей партии. В идейной и политической областях инакомыслия не допускалось. Собственно говоря, это и явилось одной из главных причин краха КПСС.
Однако, как писал известный русский философ Владимир Соловьев, "без свободной и открытой борьбы истина не может постоять за себя, не может овладеть действительностью, не может обнаружить своей жизненной силы и правды" (2).
Политический и идейный плюрализм объективно обусловлены. Но они отличаются как по времени и условиям своего существования, так и предметно, ибо имеют своим содержанием несколько разные аспекты общественной жизни. Однако главное их различие относится к государственно-правовой сфере.
Идейный плюрализм связан с правом человека иметь свое мнение и юридически неподсуден. Во всех цивилизованных государствах не судят и не наказывают за собственное мнение, которое не отражает официальное. С недавних пор Россия вступила в полосу плюрализма и за критику политики правительства не то, что не подвергают репрессиям, как это было раньше, но и не осуждают. Позицию человека нельзя запретить или насильственно изменить без нарушений исконных прав его. При тоталитарных режимах не признается это элементарное демократическое право. В бывшем СССР партийно-государственный аппарат старался распространить свою власть даже на мысли людей. Поскольку в полной мере не удалось этого достичь, то появились диссиденты, другими словами инакомыслящие. Ведь без слова нет и дела.
Размышляя над переводом "Священного писания", над библейским вопросом: что было "в начале"? - Гете говорит в "Фаусте": "Написано: "В начале было слово".
Однако в России со свободой слова было туго. Еще императрица Екатерина II своими указами запрещала общественную деятельность Фонвизина, Новикова. Жестокому наказанию был подвергнут один из образованнейших людей того времени Н.Радищев, доведенный в конце жизни до самоубийства. Потерпели поражение декабристы. Пушкин и Лермонтов убиты на дуэли. Герцен [c.287] и Огарев стали невозвращенцами. Чернышевский сослан в Сибирь, Достоевский за свои убеждения подвергся гражданской казни. А уже в советское время крупнейшие деятели науки, литературы, искусства были репрессированны. Принцип господствовал один: "чем меньше своих мнений, тем больше единомышленников".
Подобную ситуацию академик И.П. Павлов в свое время охарактеризовал как средневековую инквизицию. В своем письме в Совет Народных Комиссаров в 1934 г., возмущаясь насилием над научной мыслью, он писал, что в устав академии введен параграф, "что вся научная работа академии должна вестись на платформе учения о диалектическом материализме Маркса и Энгельса - разве это не величайшее насилие даже над научной мыслью. Чем это отстает от средневековой инквизиции и т.д. и т.п." (3)
Результат такой политики известен. Ведь революция 1917 года в России не была случайным явлением в истории страны. Распад СССР также закономерный процесс. И самодержавие, и командно-административная система мешали демократическим преобразованиям в обществе. Сколь ни была бы прочна плотина, она все равно будет прорвана мощным потоком, если он не будет иметь выхода.
В отличие от идейного плюрализма, политический плюрализм как различие интересов и форм их выражения имеет иной правовой статус. Любое цивилизованное государство защищает избранную и поддерживаемую гражданами форму человеческого общежития, прибегает к мерам и действиям по защите от распада, разрушения избранных общественно-политических форм, наказывает тех, кто нарушает закон. Прав был древнеримский ученый и государственный деятель Цицерон, отмечая, что государство есть общий правопорядок. "Государство, - писал он, - есть достояние народа, а народ не любое соединение людей, собранных вместе каким-бы то ни было образом, а соединение многих людей, связанных между собой согласием в вопросах права и общностью интересов" (4)
Нарушения же закона случается там, где инакомыслие и разномыслие, связанные с интересами, сопровождаются действиями, противоречащими закону. Если, например, политический плюрализм, как объективно обусловленная разность интересов и политических позиций [c.288] организационно оформляется и реально выражается, а сам данный процесс связан с организациями, которые не разрешены и действия его неконституционны, то он преследуется по закону.
Идейный (идеологический) и политический плюрализм прямо связаны между собой. По мнению проф. А.П.Бутенко, несовпадающие интересы и устремления порождают идейные споры и идеологическое разномыслие, что, в свою очередь, ведет к политическому плюрализму, стремящемуся соответствующим образом реализоваться. В то же время существует тонкая грань, отделяющая одно от другого (разрешимое от недопустимого), чего находящиеся у власти часто не замечают или не понимают. Видеть эту грань необходимо, т.к. политический деятель, находясь на вершине власти, имеет в своих руках соответствующие инструменты власти и средства управления, и политик должен уметь ими пользоваться в зависимости от политической обстановки, чтобы вместо политической дискуссии не использовать скальпель. Например, армия вообще не должна использоваться при разрешении внутриполитических конфликтов. Армия как инструмент политики предназначена для защиты страны от нападения извне. Это главная (и единственная) функция армии.
Политический плюрализм ярче всего проявляется в многопартийности, которая считается сейчас более демократическим инструментом, чем однопартийная. Требование создания многопартийной системы вытекает из попыток привести партийную структуру в соответствии с плюралистической общественной структурой, существующей в современных развитых государствах. В то же время необходимо заметить, что первоначально демократия не связывалась с существованием партий, какими мы их знаем. В свое время радикальные демократы проявляли даже враждебное отношение к партиям и идентифицировали свою группу с обществом в целом. На практике, однако, выяснилось, что демократия нуждается в плюрализме. Но если этот плюрализм не находит выражения в парламентских группировках или в партийных фракциях при наличии лишь одной партии, то демократия оказывается лишенной своего существенного признака. Поэтому без признания многопартийной системы демократическая [c.289] представительная система не может называться демократической. Как отмечал философ Н.А. Бердяев, "более соответствует свободе человеческого духа не монистическая, а плюралистическая социальная система" (5).
Многопартийность - это выработанная человеческой цивилизацией форма общественного управления, при которой борьба нескольких политических партий за государственную власть выступает как механизм использования расхождения интересов и разномыслия в целях общественного прогресса. Необходимо выделить ряд характерных черт многопартийности: выявление мнений, интересов и их гармонизация; легитимация (узаконение) демократического строя, отвечающего принципу волеизъявления народа; возможность выбора общественных сил, партий и лидеров, способных реализовать стоящие перед обществом задачи; чередование партий у кормила власти, исключающее возможность их перерождения и длительного общественного застоя.
В России конституционные основы формирования многопартийности были созданы 3 Съездом народных депутатов СССР в марте 1990 г.
Кроме многопартийности политический плюрализм предполагает и существование оппозиции. Это действительно непременное условие развития любого демократического общества. Оппозиция может функционировать в виде такой политической оформленной организации как партия. Примером может быть сложившаяся система парламентаризма в Англии, США и других странах.
Одним из основополагающих принципов демократии, без которого она практически не может существовать, является принцип подчинения меньшинства большинству. Его реализация позволяет определить "общую волю" народа в условиях социально-неоднородного общества, сглаживать и разрешать неизбежные в общественной жизни напряжения и расхождения. Разумеется, избранная народом власть, т.е. большинством, имеет возможность подчинять несогласное меньшинство "общей воле" в принудительном порядке, но лучше, если это достигается с помощью методов убеждения, на базе добровольного принятия требования демократической дисциплины при полном уважении права меньшинства отстаивать свои позиции, свободно выражать свои взгляды, не [c.290] выходя при этом за рамки законности и правопорядка. Меньшинство имеет право быть услышанным. В то же время ограждение прав меньшинства нисколько не противоречит суверенитету народа, ибо меньшинство - часть народа и в меньшинстве при определенных обстоятельствах может оказаться любая часть народа. С другой стороны возражение большинством еще не есть истина.
Современные демократии определяются наряду с господством принципа большинства и компромиссами. Кроме того, само применение принципа большинства невозможно без основополагающего компромисса, на котором основывается конституция. Еще до начала процесса принятие решений достигается принципиальный конcенcус. Этот конcенcус включает как "соглашение о возможности не соглашаться", так и готовность меньшинства считать решения большинства обязательными. "Соглашение по основным вопросам" в демократической стране означает, что условием политической деятельности является народ , обнаруживающий такое единство в фундаментальных вопросах, что он может без всякого риска позволить себе политические дискуссии. Согласие достигнуто: право собственности и рыночное хозяйство незыблемы.
Многообразие интересов вынуждает создавать коалиции и укрепляет готовность к компромиссам отдельных групп. В настоящее время классовые конфликты в странах Запада отошли на задний план, именно благодаря достижению согласия по основным вопросам.
Конечно, по-прежнему существуют нелояльные меньшинства, т.е. группировки, не разделяющие основополагающий консенсус демократии. На Западе к нелояльным меньшинствам относят коммунистов, т.к. в их программных документах указывается на ликвидацию частной собственности и рыночного хозяйства. Вместе с тем, там пришли к выводу, что преследование нелояльных меньшинств таит в себе двойную опасность: нелояльность может восприниматься очень широко и произвольно, что приведет к своего рода мании коллективного преследования; самая изощренная система охраны государства не поможет, если значительное меньшинство не поддержит консенсус по фундаментальным вопросам, и потому будут приниматься все более серьезные меры, которые ослабят демократию, вместо того, чтобы собственно, защищать ее. Поэтому к нелояльным меньшинствам [c.291] относятся вполне терпимо, если они действуют в рамках конституции страны.
В качестве заключения рассматриваемого вопроса отметим некоторые нормы политического плюрализма: отказ от политического насилия и диктатуры; признание народа абсолютным и суверенным источником власти; признание верховенства закона и прав человека; поиск политического консенсуса и готовность к компромиссам; решение наиболее важных вопросов большинством голосов и наличие терпимости по отношению даже к нелояльному меньшинству; признание демократических процедур и механизмов ограничения государственной власти и др.
Правовое закрепление политического плюрализма гарантирует общество от насильственного изменения своего строя, с одной стороны, и соблюдение установленных законов "правил демократической игры" различных политических партий и движений - с другой. В этом случае силы, ратующие за безграничный плюрализм, выглядят либо политическими демагогами, либо сознательно ставят своей целью свержение существующего строя. В отношении этих сил власть должна применять закон. [c.292]
3. Роль средств массовой информации в политической жизни
Всеми признана значительная роль современных средств массовой информации в формировании общественного мнения, их влияние на ход избирательных кампаний и борьбу между различными общественно-политическими силами. В современную эпоху особенно возросла роль телевидения, которое благодаря новейшим коммуникационным технологиям приобрело поистине глобальный размах, став мощным средством воздействия на мировосприятие миллионов людей в разных странах. Можно утверждать, что современное телевидение - основное средство формирования общественного мнения.
При всех политических режимах в обществе идет борьба за контроль над средствами массовой информации. При авторитарных и особенно тоталитарных режимах государственная власть устанавливает жесткий контроль над прессой, радио и телевидением, превращая их в рупор официальной пропаганды, направленный на упрочение позиций правящей группировки. В условиях [c.292] демократического общества те или иные средства массовой информации выражают интересы различных общественно-политических групп. Кроме того, в развитых демократиях ведущие газеты, журналы, радио- и телекомпании обладают значительной самостоятельность, проводя и отстаивая политику открыто не связанную с властными структурами и политическими силами. Одним из принципиально важных атрибутов демократии является свобода печати и слова, которая регулируется правовыми нормами, определяемыми соответствующим законодательством. Подлинная демократия исключает всякие цензурные ограничения, но не исключает определенные правовые и нравственные нормы.
В ряде стран Европы, Азии и Латинской Америки средства массовой информации условно делятся на государственные и негосударственные. Под контролем государства находятся несколько теле- и радиоканалов, а также официальные издания, в которых публикуются главным образом правительственные документы. Однако в каждой стране существует различное соотношение между государственным и частными секторами в сфере средств массовой информации. Для современного Запада, например, характерно количественное преобладание частных периодических изданий, радиостанций и телекомпаний. В то же время государственные коммуникации остаются важным источником официальной информации и активно распространяют правительственные позиции по различным вопросам текущей политики.
Строго говоря, в Великобритании, Франции, Италии, Японии и других ведущих странах Запада отсутствуют сугубо государственные средства массовой информации. В этих странах действуют радиокомпании и телекорпорации, которые находятся под эгидой государства, но имеют статус общественных и некоммерческих организаций. К примеру, в Великобритании это - радио- и телекорпорации Би-би-си, в ФРГ - телепрограммы АРД и ЦДФ. Компанией Би-би-си руководит не правительство, а совет управляющих, в состав которого входят представители различных общественных и профессиональных групп: финансист, несколько крупных предпринимателей, профсоюзный лидер, профессиональные работники телевидения, бывший руководитель отдела печати [c.293] министерства иностранных дел, дирижер, популярная писательница. Таким образом, в совете управляющих Би-би-си, который формируется правительством, представлены разные круги британского общества. Кроме того, ежегодно руководство Би-би-си отчитывается перед парламентом. Би-би-си проводит в целом проправительственную линию, но в то же время эта компания обладает достаточно большой независимостью от того или иного правительства, находящегося у власти. В ФРГ телекомпании АРД и ЦДФ имеют статус общественно-правовых корпораций. Эти корпорации, также как и Би-би-си, контролируются общественными советами. Так, в совет АРД входят представители федерального и земельного правительств, ведущих политических партий, церкви, деловых кругов, профсоюзов, деятели науки, культуры, молодежных и женских организаций, сами журналисты. Такой разнообразный состав совета обеспечивает плюрализм мнений и баланс различных интересов при определении содержания и направленности передач телекомпании. По действующему в ФРГ закону, на АРД и другие общественно-правовые корпорации возложена ответственность за "формирование мнений и ценностей". В отличие от коммерческих средств массовой информации общественно-правовые корпорации в ФРГ финансируются за счет официально взимаемых сборов за радио и телевидение.
В США также нет сугубо государственных радиокомпаний и телекорпораций. Там наряду с коммерческими радио- и телекомпаниями действуют так называемые общественное телевидение и общественное радиовещание. Они передают политическую информацию, а также транслируют передачи на самые разнообразные общеобразовательные темы. На каналы общественного радио и телевидения не допускается коммерческая реклама, и они финансируются за счет добровольных пожертвований со стороны благотворительных фондов, крупных компаний и банков, а также общественных организаций и отдельных граждан. Многие газеты, журналы, телекомпании и радиостанции ориентируются на те или иные политические силы, оказывают им значительную поддержку, формируя в их интересах общественное мнение. Сами средства массовой информации представляют собой крупные коммерческие компании с многомиллионными оборотами и [c.294] крупной недвижимостью. В советы директоров этих компаний входят прежде всего предприниматели большого бизнеса, а также некоторые представители общественности. Издатели, главные редакторы и журналисты наиболее влиятельных средств массовой информации неизменно состоят в правящей элите и имеют доступ к ведущим политическим деятелям.
Однако как бы не были велики доходы газет или телекомпаний, их явно недостаточно для того, чтобы выживать в условиях напряженной конкурентной борьбы на информационных рынках. Даже ведущие средства массовой информации сильно зависят от частных банков и компаний, которые платят большие деньги за размещение своей коммерческой рекламы в эфире и на страницах печатных изданий. Такие жесткие рыночные условия ставят многие средства массовой информации в отношения зависимости от крупного капитала, а для увеличения своих прибылей те или иные органы прессы готовы распространять информацию и сюжеты, подрывающие общественные нормы и нарушающие действующее законодательство.
С целью недопущения подобных негативных явлений со стороны прессы во многих странах действуют специальные ведомства, осуществляющие государственный и общественный контроль над средствами массовой информации. Так, во Франции с конца 80-х годов действует Высший совет по аудиовизуальным средствам. Этот совет, члены которого назначаются по соответствующей квоте президентом страны и представителями обеих палат французского парламента, с одной стороны, должен обеспечить свободу печати и права прессы, а, с другой стороны, он контролирует выполнение средствами массовой информации правовых норм, призванных оградить детей и подростков от сцен насилия и порнографии, обеспечить уважение человеческого достоинства и соблюдение демократических прав и свобод. Кроме того, во многих странах осуществляется определенный контроль над содержанием коммерческой рекламы. Примечательно, что во Франции и Италии действует законодательство, направленное на то, чтобы некоммерческие средства массовой информации отдавали приоритет национальным образцам культуры, защите родного языка и развитию отечественных духовных ценностей. [c.295]
Общедемократической нормой во многих странах стал равный и бесплатный доступ для партий в периоды предвыборных кампаний на находящиеся под эгидой государства радио- и телекомпании. При этом партии и их представители используют предоставленные им лимиты в эфире для изложения своих предвыборных позиций и критики в адрес своих соперников, но при этом они должны оставаться строго в пределах конституционных и иных правовых норм. К тому же, партиям, политическим и общественным деятелям категорически запрещено публично призывать к применению каких-либо насильственных действий в политической борьбе.
Свобода печати и отсутствие государственной цензуры налагает на средства массовой информации большую ответственность перед обществом. Газеты, журналы, радио и телевидение обязаны обеспечивать гражданам их право на получение всеобъемлющей и объективной информации. В то же время средства массовой информации не должны распространять дезинформирующие сведения, а также информацию, которая может способствовать разжиганию социальных, политических, межнациональных и иных конфликтов в обществе. Очевидно, что позитивная и негативная роль прессы в поддержании общепринятых норм нравственности и морали исключительно велика и важна. От того, насколько журналисты требовательны в своей деятельности, и в какой степени они соблюдают кодекс профессиональной этики, во многом зависит не только политическая культура общества, но и его внутренняя политическая и социальная стабильность.
На основе сказанного должно быть понятно, почему средства массовой информации часто называют "четвертой властью", а их работников обладателями второй древнейшей профессией. [c.296]
Глава XVI.
Основные понятия: политическая жизнь, демократическое общество, формы демократического общества, идейный плюрализм, политический плюрализм, оппозиция, гласность.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Что такое политическая жизнь, из каких структурных элементов (форм) она состоит? Представьте эту структуру схемой.
2. Какова сущность понятия "плюрализм"? Чем отличается идейный плюрализм от политического плюрализма?
3. Раскройте понятие "оппозиция", кто входит в это понятие в нашей стране?
4. Как Вы понимаете гласность? Кто в ней заинтересован и кому она мешает? Как обстоят дела с гласностью в России?
5. Что означает свобода средств массовой информации?
Литература:
1. См.: Токвиль А. де. Демократия в Америке. - М., 1992.
2. Соловьев В.С. Национальный вопрос в России // Литературная критика. - М., 1990. - С.312.
3. Советская культура. - 1989. - 14 января.
4. Цицерон. Диалоги. - М., 1966, - С.20.
5. Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. - М., 1990. - С.20.
6. Краснов Б.И. Политическая жизнь общества // Соц.-полит. журн., 1995. - № 4.
7. Сахаров Н.А. Роль средств массовой информации в общественно-политической жизни // Политология - студенту. М., 1995. [c.297]
ГЛАВА XVII. ПОЛИТИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ
В политической науке важное место принадлежит проблематике возникновения, утверждения и функционирования политической системы общества.
Модернизация общественных структур, осуществляемая в России, выдвинула в центр внимания разработку путей выходя из кризиса, определение оптимальных принципов функционирования политической системы российского общества. В стране утверждается принцип разделения властей, становится реальностью политический плюрализм. Что он может дать обществу? В какой мере это повлияет на дальнейшее развитие демократизации, прав и свобод личности? [c.298]
1. Понятие и структура политической системы
Понятие "политическая система" позволяет наиболее полно и последовательно раскрыть социально-политическую природу общества, существующие в нем политические отношения, институты, нормы и принципы организации власти.
Стимулирующим фактором в становлении и развитии теории политических систем явилась разработанная Богдановым А.А. и Л. фон Берталанфи общая теория систем. Опираясь на их методологию, Талкотт Парсонс подошел к рассмотрению общества как весьма сложной системе управления, состоящей из относительно автономных систем: экономической, политической и духовной. Каждая из названных систем осуществляет специфические функции. Назначение политической системы по Т.Парсонсу - обеспечение интеграции, выработка и реализация общих целей. Этим фактически и ограничился исследователь в толковании понятия "политическая система".
Идеи Т.Парсонса основательно углубил и разработал другой американский политолог Д.Истон, которого многие специалисты считают основателем теории политических систем. В работах "Политическая система" (1953), "Предел политического анализа (1965) он представил политическую систему как развивающийся и саморегулирующийся организм, активно реагирующий на поступающие извне импульсы - команды. [c.298]
У системы есть вход, на который из окружающей социальной и культурной среды поступают импульсы - требования и поддержка. На выходе системы - политические решения, осуществляются политические действия, направленные на их реализацию. Требования - первый вид входящих импульсов. Характер требований самый разнообразный. Они могут касаться распределения благ и услуг, расширения возможностей образования, продолжительности рабочего времени, правил движения автотранспорта, охраны прав и свобод граждан, совершенствования законодательства о браке, здравоохранении, обеспечении общественной безопасности и т.п.
Второй вид входящих импульсов - поддержка. Она выступает в разных формах: материальной (выплате налогов, различных обложений, труд на общественных началах, усердная воинская служба); соблюдение законов и директив государственной власти; активное участие в политической жизни с целью сохранения и утверждения политических ценностей; почтительное отношение или уважение к власти, государственной символике (к гимну, флагу, официальным ритуалам). Поддержка, оказываемая системе, усиливается, когда система удовлетворяет запросы и требования граждан. Без достаточной поддержки политическая система не может работать эффективно и надежно.
Импульсы - требования и импульсы-поддержки должны регулярно поступать в систему, иначе она будет работать с перебоями или вообще перестанет функционировать. Чрезмерная перегрузка системы разнообразными импульсами не способствует ее эффективности, больше того в таких случаях политическая система перестает оптимально реагировать на поступающую социальную информацию. Может наступить ее стагнация.
Отношения к требованиям, идущим от различных слоев населения, зависят в значительной степени от типа политической системы. Антидемократические, тоталитарные системы, например, рассматривают запросы и требования людей как своеобразное выражение недовольства властями, их способности защищать интересы народа. Поэтому такого типа системы стремятся поставить под сомнение справедливость требований населения и подавляют их различными средствами. Демократические, [c.299] конституционные политические системы, как правило, рассматривают запросы и требования, идущие от различных групп населения, как необходимое условие нормальной реализации своих функций. Люди обычно поддерживают те политические группировки, лидеров, на которых они могут влиять и которые уже подтвердили свою готовность удовлетворять их запросы и нужды.
На выходе системы - "исходящие" легитимные, обязывающие политические решения, действия по их реализации. Продукты деятельности политической системы могут приобретать разные формы и содержание: распределение товаров и услуг, поощрений и стимулов, законодательные акты регулирующие поведение граждан в различных ситуациях; постановления, касающиеся возврата долгов системе; уточнение или введение политических символов; заявления о политической линии и намерениях и т.п. Обычно все вышеназванные "исходящие" политические системы связаны с поддержкой и в зависимости от типа политической системы могут быть ответом на требования населения.
Подход Д.Истона в определении модели политической системы не дает возможности объяснить почему порой правительство принимает решения, которые не исходят из требований граждан, более того, часто противоречат их интересам и требованиям. Взять к примеру, решение американских правящих кругов о развязывании войны во Вьетнаме или решение правящей группы политбюро ЦК КПСС о вводе войск в Афганистан. В этих решениях народ, конечно же, никак не был заинтересован. Можно было сослаться и на другие весьма непопулярные политические акции. Принятие такого рода политических решений продиктовано импульсами (требованиями), исходящих не из внешней социально-культурной среды, а от внутренней правящей элиты, принимающей решения.
Теория политических систем Истона подвергалась основательной критике за поверхностный учет психологических, личностных аспектов политических взаимодействий. При этом Истона упрекают за то, что он в движении от институционального подхода к бихевиоральному остановился на полпути.
Иной подход к определению политической системы предлагает Г.Алмонд. Он считает необходимым на первый [c.300] план выдвигать целевой, поведенческий аспект различных структур, входящих в политическую систему. С его точки зрения политическая система - это различные формы политического поведения как государственных, так и негосударственных структур, в анализе которых выделяются два уровня - институциональный и ориентационный. Если первый сосредоточен преимущественно на исследовании государственных и негосударственных политических институтов, то второй ориентирован на изучение политических структур, которые в своей совокупности образуют политическую культуру. Г.Алмонд подчеркивает, что в отличие от всех других общественных систем и организаций политическая система наделена правом применения или угрозы применения более или менее легитимного физического принуждения. "Это узаконенная сила, - пишет он, - пронизывающая все "входящие" и "исходящие" факторы общества, придавая ему особые свойства и смысл, обеспечивая его сплоченность как системы"(1).
По мнению политологов Уорда и Макридиса, "политическая система представляет собой механизм для выявления и постановки проблем, а также для выработки и контроля за исполнением решений в сфере государственных отношений, в разных обществах определяемой по-разному" (1, 48). Официальный механизм, с помощью которого проблемы и решения на законных основаниях выявляются, ставятся в повестку дня, вырабатываются и приводятся в действие, называется правлением (или государственным управлением). Но правление не охватывает всего содержания понятия "политическая система.
В последнюю наряду с правлением включаются и негосударственные, неформальные структуры, влияющие на механизм выявления и постановки проблем, а также на выработку и реализацию решений в сфере государственных отношений. В число этих факторов и структур входят: историческое наследие и географические ресурсы - социальная и экономическая организация общества, его идеология и системы ценностей, политический стиль, интересы партий и структура руководства.
Известный индийский политолог П.Шаран более определенно заявляет: "понятие политической системы более емкое, чем понятие государственного управления, [c.301] поскольку оно охватывает всех лиц и все институты, участвующие в политическом процессе" (1, 49).
В советской политической литературе вплоть до середины 70-х годов аналогом понятия "политическая система" было понятие "политической организации общества" (2). Политическая организация общества включала государство со всеми его органами, негосударственные организации и прежде всего КПСС, профсоюзы, молодежные организации. Считалось, что ядром политической организации является КПСС направляющая, мобилизующая и руководящая сила общества. Монопольное положение КПСС в политической жизни общества в значительной мере принимало роль государства, подавляло инициативу, творчество, политическую самостоятельность других субъектов политики. С начала 80-х годов категория "политическая система" стала утверждаться в философской, политической литературе советского общества. Но объем, содержание этой категории истолковывались все же иначе, чем в зарубежной политической науке (3). В соответствии с марксистским подходом обусловленности политической надстройки экономическим базисом, социально-классовой структурой общества политическая система жестко связывалась с определенным типом формации.
Политическая система общества определилась как сложный комплекс государственных институтов, политических партий, общественных организаций, в рамках которой происходит политическая жизнь общества и осуществляется государственная и общественная власть. Из приведенного определения просматривается абсолютизация институционального подхода и сужение масштабов и взаимодействия политической системы с другими социальными структурами общества, психологическими, идейными установками правящей элиты и политических лидеров.
Каково методологическое значение категории политическая система для анализа государственного, политического управления в различных регионах мира? Во-первых, с ее помощью легче отделить политическую сферу от государственной, раскрыть их взаимодействие между собой. Во-вторых, легче сопоставить элементы государственной политики и политики общества, отличить государственное управление от управления в обществе в целом. В-третьих, системный подход позволяет обнаружить много общего в различных типах политических [c.302] систем, определить тенденции их модернизации и пути сближения. В-четвертых, эвристические возможности этой категории позволяют изучать динамику различных национальных политических структур в сравнительном ключе на протяжении длительного времени, помогают оценивать политический климат страны и на этой основе принимать наиболее оптимальные политические решения.
Политическая система выступает как динамическая целостная система в органической взаимосвязи с другими системами: экономической, культурной, этнической, религиозной. Границы политических систем подвижны. Они изменяются в период агрессивных войн, активного добровольного участия граждан в политической жизни. Субъектами политики порой становятся отдельные граждане, социальные группы, общественные организации, для которых политическая деятельность является не профессиональной, а побочной, на общественных началах, или эпизодической (участие в выборах, митингах, демонстрациях).
Функционирование национальной политической системы происходит как во внутренних социальных, экологических, географических и иных условиях, так и в международной среде, состоящей из более масштабных политических систем, например, НАТО, ООН и др.
На политическую систему воздействует большое число факторов. Среди них особую роль играют два: географический и социально-экономический. Географический фактор по разным направлениям оказывает влияние на политическую систему. Например, островное положение Англии в различные исторические периоды спасало ее от вторжения иноземных захватчиков, давало возможность правящей элите тратить меньше средств на содержание армии и флота и больше выделять ресурсов на создание социальной и политической инфраструктуры. Великобритания испытывала значительно меньшее влияние на формирование политических и культурных норм и ценностей по сравнению с континентальной Европой. Географическое положение США в сочетании с большими территориальными пространствами, наличием больших массивов плодородных земель, богатством сырьевых ресурсов, открытыми границами способствовало динамическому экономическому развитию, формированию специфических политических традиций, демократического [c.303] образа жизни. Ограниченные территории, бедность полезными ископаемыми (Япония, Корея) побуждают население, правящую элиту этих стран проявлять особую заботу о создании эффективной экономики, способной успешно конкурировать на мировом рынке. Итак, географические факторы (включая природные ресурсы, климат и население) способны оказывать значительное воздействие не только на экономические, но и на политические процессы, на функционирование политической системы в целом.
Очевидным является и воздействие социально-экономического фактора на политический процесс. Во-первых, он влияет на место и распределение политической власти в обществе; во-вторых, обусловливает социальную и политическую стабильность в стране. Известно, что экономические кризисы, спад производства, ухудшение уровня жизни населения часто приводили политическую систему к разрушению.
В определении структуры политической системы наметились различные подходы. Индийский политолог П.Шаран основными элементами структуры политической системы считает власть (распределение ресурсов среди конкурирующих групп), интересы, политику, политическую культуру (ориентации на политическую систему). Под структурой он подразумевает поддающуюся наблюдению деятельность, из которой складывается политическая система. Одной из основных единиц политических систем является политическая роль. Из них складывается ролевая структура, которую можно определить как подсистема. Таким образом политическая система - это совокупность взаимодействующих подсистем, таких как законодательные, избирательные подсистемы, группы давления, суды и т.д.
Преобладающей точкой зрения российских и зарубежных политологов на структуру политической системы является выделение в ее составе таких подсистем как институциональная, нормативная, функциональная, коммуникативная, культурная.
Институциональная система состоит из политических институтов, каждый из которых также является системой государственной, партийной, [c.304] общественно-политической, состоящей, в свою очередь, из частных подсистем (4).
Фундаментальной основой политической системы является государство. оно представляет собой властную опору существующей общественной системы, оказывает значительное воздействие на деятельность других подсистем: выражает политическую природу общественного строя.
Государство обладает монопольным правом в рамках контролируемой им территории на осуществление от имени всего общества внутренней и внешней политики, издание законов, нормативных актов, обязательных для всего населения, взимание налогов, различных платежей, право контроля за соблюдением законов и правовых норм вплоть до применения или угрозы применения физического принуждения.
Рассматривая специфику взаимодействия государства с экономической системой общества, важно иметь в виду следующее.
Во-первых, экономическая система в значительной мере определяет социально-политическую направленность законов и нормативных актов, регламентирующих деятельность государственных органов и регулирующих отношения между различными группами населения. Во-вторых, экономически доминирующие социальные группы и слои посредством государства могут подчинить себе процесс использования общих материальных ресурсов для удовлетворения своих частных, эгоистических интересов. Тем самым они еще более укрепляют свое доминирующее положение в обществе.
Учет этого обстоятельства имеет принципиальное методологическое значение для наиболее полного раскрытия той роли, которую играет в историческом развитии государство.
В границах политической системы действуют различные политические партии, общественно-политические движения, профессиональные союзы, молодежные организации, организации предпринимателей, творческие объединения, всевозможные лоббистские организации, создаваемые в структурах законодательной и исполнительной власти. Причем следует иметь в виду, что различные политические партии и общественно-политические движения [c.305] играют не одинаковую роль в политической жизни той или иной страны. Одни являются правящими, т.е. формируют из своего состава правительство, занимают ведущее положение в законодательных органах государства, имеют большой авторитет во всех слоях общества. Другие находятся в оппозиции, располагают небольшим числом мест в парламенте или вовсе их не имеют и не оказывают сколь-нибудь значительного влияния на общественную и политическую жизнь в своих странах. В ряде стран функционируют однопартийная, многопартийная, двухпартийная системы. Например, в КНР и в некоторых других странах сложились однопартийные системы. Многие авторы, говоря об однопартийности как символе XX века, связывают необходимость ее установления с максимальной концентрацией всех сил той или иной страны, нации с намерением вырваться из отсталости, обеспечить уровень накопления и создания на этой основе современной техники, инфраструктуры, основ образования и повышения уровня жизни населения. Однако опыт исторического развития бывшего СССР, стран Восточной Европы (где фактически функционировали однопартийные системы, не считая при этом наличия в некоторых их них нескольких партий, которые не являлись серьезным фактором в политической жизни этих стран) показали неэффективность однопартийности в борьбе с бюрократизмом, догматизмом в теории, углублении демократических процессов.
Многопартийность рассматривается некоторыми политологами как приближение к идеалу общества, лишенного атрибутов господствующих групп, людей, классов над другими. В социально-экономическом плане многопартийность призвана обеспечить соревновательность, соперничество между партиями, политическими группами, способствуя постоянной модернизации как самих политических партий, так и общества в целом. Но следует учитывать и ряд негативных факторов, порождающихся многопартийностью. Это прежде всего стремление партийной элиты порой искусственно нагнетать, разжигать антагонизмы и противоречия в обществе, в интересах борьбы за власть, затягивать решение назревших в обществе вопросов, руководствуясь при этом формулой " чем хуже для правящей партии, тем лучше для оппозиции". [c.306]
Исторический опыт, социальная политика стран с высоко развитой экономикой, устойчивыми демократическими традициями свидетельствует об эффективности двухпартийной системы. Так, например, важнейшей особенностью политической системы США является двухпартийная система, при которой у власти попеременно находятся две буржуазные партии (демократическая и республиканская). Двухпартийная система США в современном виде сложилась в середине XIX в. Существенная черта этой системы заключается в том, что обе партии действуют в тесном единстве, представляя собой инструмент сохранения политического господства имущих социальных слоев. Политическое господство двухпартийной системы обеспечивается поддержкой правящего класса, особенностями избирательной системы и государственного устройства, порядком финансирования выборов, силой традиций.
Меньше по влиянию партии в таких политических системах рассматриваются как "партия давления", обеспечения механизма функционирования политического рынка.
Тенденция развития политической жизни и политических процессов указывают на необходимость освоения опыта, культуры межпартийных отношений, характера поведения партий в политической системе в зависимости от изменений внутренних и международных связей и отношений данной страны или группы стран.
Важным активно функционирующим институтом политической системы являются средства массовой информации, которые иные авторы называют "четвертой властью". Средства массовой информации выступают, как правило, в двух ипостасях: в качестве государственных учреждений и как органы партий, массовых общественных организаций. На современном этапе развития существенно возросли их роль и значение, их воздействие на всю политическую жизнь как важного канала формирования и выражения общественного мнения и гласности. Средства массовой информации обладают большими возможностями в информировании общественности об актуальных политических событиях как внутреннего, международного плана, о деятельности государственных учреждений правящих и оппозиционных политических партий, о [c.307] социально-политических концепциях и практических действиях общественно-политических движений.
Политическая система включает и такой элемент как политическая культура. Она представляет собой комплекс ценностей и образов поведения, адекватных потребностям развития данного типа политической системы, предполагающих участие граждан в социальном и политическом управлении, одобрение и поддержку ими форм и политической деятельности, утверждение общественного порядка. От уровня политической культуры во многом зависит практика функционирования политической системы, которая обнаруживает взаимосвязь с поведением граждан, их политической позицией. Политическая культура обществ характеризуется уровнем участия граждан в политической жизни, процессах подготовки и принятия политических решений на основе демократических принципов и норм, участия в выборах представительных органов власти, в общественных референдумах, обсуждениях проектов законов и т.д.
На функционирование политической системы большое влияние оказывает и такой ее структурный элемент как политическое сознание, т.е. восприятие и осознание мира политики, политических процессов личностью, коллективом, социальной группой, обществом в целом, а также их отношение к политической действительности. Особенно значимым элементом политического сознания является общественное мнение. Его постоянный учет - существенная черта характера политической системы. Одной из форм общественного сознания является политическая идеология, выражающая определенные классовые интересы и социальную природу политических движений.
Особое место в политической системе занимают религиозные объединения. Их воздействие на реальную политику осуществляется прежде всего через участие верующих граждан в политической жизни той или иной страны. В истории многих стран, включая и Россию, длительное время шла борьба между церковью и государством. Во многих странах эта борьба завершилась разделением светской и духовной ветвей власти. Оптимальное взаимодействие между церковью и государством наблюдается в развитых демократических обществах. Однако в авторитарных политических системах, например в ряде [c.308] стран Латинской Америки, Ближнего и Среднего Востока, церковь играет доминирующую роль в политической жизни общества.
Нормативную подсистему составляют всевозможные нормы. Особое место среди этих норм занимают нормы права, которые служат главным регулятором общественных отношений, обеспечивают нормальное функционирование не только государственных органов, но и общественных организаций, не вмешиваясь в сугубо внутреннюю деятельность последних. Но нормативная подсистема не сводится к правовой системе. Она включает политические традиции, мораль, этику политической жизни.
Функциональная подсистема выражается в формах и направлениях политической деятельности, в способах и методах осуществления власти, т.е., в политическом режиме. В современных условиях можно выделить следующие политические режимы: либерально-демократический, авторитарный, военно-диктаторский, фашистский, тоталитарный. Существенное влияние на политический режим оказывают соотношение социальных сил, уровень и формы политической борьбы, исторические традиции страны. Режим обладает относительной самостоятельностью по отношению к конституционной структуре. Опираясь на него, правящие круги могут выходить за рамки установленного правопорядка, ужесточить формы власти, действовать в обход и вопреки законодательным актам. Борьба демократических сил, может в свою очередь либерализовать политический режим, ограничить действие существующих бюрократически-административных учреждений и институтов.
Коммуникативная подсистема включает разнообразные формы и принципы взаимодействия как внутри политической системы, между ее подсистемами, например, между законодательной и исполнительной ветвями власти или между каждой из них и средствами массовой информации, а также между политической системой одной страны и других стран.
Скрепляющим, цементирующим фактором всех структурных элементов политической системы выступают политические отношения. Будучи вторичными по отношению к экономике, они играют весьма существенную роль в обеспечении функционирования всех сфер жизнедеятельности [c.309] общества. Особая роль политических отношений состоит в том, что они выражают отношения по поводу публичной власти, как правило, больших групп людей (наций, классов, социальных групп). Они имеют разную социальную направленность. Один вектор этих отношений направлен на упрочение и развитие существующих политических институтов - другой может выступать как деструктивный фактор данной политической системы и выражать политические интересы оппозиционно-умеренных или революционных сил, имеющих цель ее разрушить. Политические отношения сотрудничества, учета баланса интересов, изоляции, нейтрализации, борьбы и т.д. и представляют собой ту общественную форму взаимодействия между нациями, классами, при помощи которой они и примыкающие к ним социальные группы и слои включаются в политическую деятельность, в решение насущных задач.
Структура политической системы может рассматриваться и с социальной точки зрения. В нее входят социальные, национальные, профессиональные группы людей, стоящих на разных ступнях политической культуры, выполняющих различные политические функции: избиратель, налогоплательщик, государственный чиновник, работник физического труда и т.д. Разумеется, эти люди по разному относятся к политической системе, ее символам, программам, политическим лидерам. Необходимым компонентом любой политической системы являются представители экономической, политической, военной, культурной элит. Конечно эта часть населения оказывает определяющее влияние на принятие политических решений, на характер государственной власти (См. рис. 1). [c.310]

Рис. 1. Структура политической системы [c.311]
2. Российская политическая система
Политическая система России в значительной мере определяется, принятой в 1993 году Конституцией РФ. Конституция провозглашает Россию демократическим федеративным правовым социальным государством с республиканской формой правления. Единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Важно подчеркнуть, что политическая система РФ строится не по национальному принципу, а с учетом наличия в России многонационального населения. Федеральная российская политическая система выражает волю и интересы всех народов, проживающих на территории РФ.
Федеративное устройство Российской Федерации основано на ее государственной целостности, единстве системы государственной власти, разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, равноправии и самоопределении народов в России. [c.311]
Многонациональный российский народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления.
Ведущим элементом политической системы России является социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие всех граждан.
Государственные органы РФ осуществляют свою деятельность на основе принципа разделения власти на три ветви: законодательную, исполнительную и судебную. Каждая из этих трех систем органов власти и управления самостоятельны и руководствуются положениями Конституции, федеральными законами и другими правовыми актами.
В России демократическим путем избираются законодательная власть - Государственная Дума, Совет Федерации, глава государства и исполнительной власти - Президент, который назначает с согласия Государственной Думы Председателя Правительства Российской Федерации и вместе с последним формирует состав правительства.
Судебная власть РФ независима и подчиняется только Конституции РФ и федеральному закону. Судьи Конституционного Суда, Верховного Суда, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации назначаются Советом Федерации по представлению Президента РФ.
К судебной системе власти в определенной степени примыкают органы прокуратуры. Генеральный прокурор Российской Федерации назначается на должность и освобождается от должности Советом Федерации и по представлению Президента РФ.
Российская Федерация - государство светское. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Религиозные объединения отделены от государства. Гражданам РФ гарантируется свобода совести, вероисповедания, включая право исповедовать религию или не исповедовать никакой.
Система федеральных органов государственной власти России дополняется системой органов государственной власти субъектов РФ - республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов. Их структуру субъекты Российской Федерации определяют самостоятельно в соответствии [c.312] с основами конституционного строя России и общими принципами организации представительных, исполнительных и судебных органов власти, установленных федеральным законом.
Весьма значимым элементом российской политической системы являются органы местного самоуправления. Их роль определена Конституцией России. Они самостоятельно управляют муниципальной собственностью, формируют, утверждают и исполняют местный бюджет, осуществляют охрану общественного порядка. Органы местного самоуправления могут наделяться законом отдельными государственными полномочиями с передачей необходимых для их осуществления материальных и финансовых средств.
Местное самоуправление осуществляется в городских, сельских поселениях и на других территориях с учетом исторических и иных местных традиций.
Существенным элементом российской политической системы является наличие в ее составе различных политических партий, общественно-политических движений, избирательных политических блоков и союзов. Достаточно сослаться на участие в выборах депутатов Государственной Думы в 1995 году более сорока подобного рода политических объединений. Конституция России провозглашает политическое многообразие и многопартийность. Но запрещает создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушения целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни (5).
В политической системе России особое место занимают политические традиции. Их изучение нельзя начинать ни с Октябрьской революции, ни со времен Петра I, их корни и формирование надо искать еще в деятельности киевских князей и московских государей. Характерной политической традиционной установкой в российском обществе являлось единовластное, самодержавное управление. Россия заимствовала византийскую идею о сотрудничестве церкви и государства, что привело к подчинению церкви государством. Усилению самодержавия [c.313] способствовала идея о Москве как третьем Риме (четвертого Рима не бывать), идея о божественном происхождении царской власти. Несмотря на многочисленные попытки - от царя Алексея до Александра II, в России так и не удалось ограничить самодержавную власть Конституцией, установить власть закона. Такие важнейшие принципы функционирования политической системы как разделение властей и независимость судебной власти, оказались несовместимы с самодержавием. Только судебная реформа 1864 года утвердила самостоятельное правосудие, отделила суд от администрации. Но октябрь 1917 года ликвидировал "буржуазную судебную систему". Были введены местные суды, состоящие из судьи и двух заседателей, избираемых Советом. Кроме того, на разных уровнях действовали ревтрибуналы, которые вершили расправу без суда, в административном порядке.
Весьма устоявшейся политической традицией в России была и по сей день продолжает оставаться вера в революционное переустройство общества как самый действенный фактор социального прогресса. В то же время презрение к реформам, эволюционным методом совершенствования общественных и политических институтов. Уроки истории, казалось бы должны были научить народ России, что насильственные революции подобно войнам, представляют собой аномальные явления, ведут к разрушениям и хаосу в обществе, к гибели сотен тысяч и миллионов людей. Но, к сожалению, до сих пор радикально настроенные политические лидеры собирают на свои митинги тысячи легковерных людей и призывают их к революции и восстаниям. Пора бы понять, что только путь взвешенных, продуманных решений, согласия, диалога, компромисса - реальный, подлинно эффективный путь к рационально регулируемому обществу.
Как и во всех современных политических системах в политической системе России приобрели важное значение средства массовой информации. Их иногда называют "четвертой властью". Конституция РФ гарантирует свободу средствам массовой информации, запрещает цензуру содержания их материалов и передач. Но не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. [c.314]
Средства массовой информации в том числе и такие как телевидение, радио перестали быть выражением политических, идеологических взглядов и установок только государственных органов или ведущей политической партии. В содержании их деятельности все более проявляется реальный плюрализм. Хотя, конечно, правящая политическая и идеологическая элита все еще продолжает оказывать на их работу значительное влияние. Некоторые газеты, телевизионные, радиостудии ангажированы на поддержку политики и идеологических концепций "партии власти" без учета или даже вопреки их подлинной социальной ценности.
В заключение хочется подчеркнуть, что современная политическая система России еще молода. Ее становление и развитие продолжается. Вероятно в будущем будут осуществлены положительные перемены во взаимодействии трех ветвей власти, уточнены принципы федерализма, произойдет складывание подлинной многопартийности и вместо десятков карликовых партий будут сформированы три-четыре массовые политические партии. Можно ожидать прогрессивных изменений в политической культуре и менталитете граждан России. [c.315]
3. Западноевропейские политологи о функциях и типологии политических систем
В отечественной политической литературе функции политических систем было принято разделять на внутренние и внешние. К внутренним функциям обычно относились: защиту существующей экономической и социальной системы; управление народно-хозяйственным комплексом, регулирование хозяйственной деятельности предприятий и экономических ассоциаций; консолидацию социально-политических сил, регулирование социальных отношений; охрану правопорядка и поддержание общественной дисциплины; культурно-воспитательную деятельность.
В качестве внешних функций назывались: защита суверенитета, государственных интересов; развитие взаимовыгодного сотрудничества с другими странами; участие в решении глобальных проблем современности. [c.315]
Такой подход к пониманию функций политической системы в значительной мере принижал ее роль в обществе, не раскрывал такие важные качества политических систем как возможность их саморегулирования и самопреобразования, а также процесс политической социализации различных групп населения, приобщения их к политической жизни.
Американский политолог Г. Алмонд предложил иной подход к определению и классификации функций политической системы. Он разделил функции на "входящие", выполняемые политической системой и "исходящие", выполняемые ведущим элементом политической системы - государством. Входящие функции: политическая социализация и рекрутирование; артикуляция интересов; агрегирование интересов; политическая коммуникация. Исходящие функции: нормотворчество; использование правил и норм; контроль за соблюдением правил и норм (6).
Рассмотрим первую группу функций более подробно. Политическая социализация выражается в приобщении членов общества к политической жизни и формирования у них качеств гражданина своей страны, в утверждении цивилизованной этики и стиля политической деятельности, уважения к закону и праву.
Артикуляция интересов означает совокупность и форму предъявления требований к тем институтам политической системы, которые вырабатывают, принимая решения и проводят их в жизни. Требования могут выражать отдельные граждане, общественные объединения (политические партии, общественные движения и т.д.). Формы предъявления требований могут быть самыми разнообразными (петиции, запросы, письма, пикетирование и др.). Их содержание определяется прежде всего демократичностью общественной системы, традициями и уровнем политической культуры населения.
Агрегирование интересов осуществляется на основе анализа и обобщения разнообразных претензий и требований, исходящих от отдельных людей, социальных групп и слоев населения и оформления их в определенную политическую платформу, программное заявление и т.п. Реализуется эта функция обычно политической партией или общественно-политическим движением. [c.316]
Политическая коммуникация происходит путем различных взаимодействий (информационных, личных контактов лидеров и др.) между различными элементами политической системы, а также между национальной политической системой и международными политическими системами и социальной средой вне системы.
Вторая "исходящая" группа функций вытекает из такого качества политической системы как возможность преобразования (конверсии) на основе механизма отбора требований и поддержек, поступающих на "вход" политической системы. Одной из ведущих функций этой группы является нормотворчество. Она включает в себя разработку законов, правовых норм, подзаконных актов. Причем не только представительными, но и исполнительными органами государства. Следует иметь в виду, что нормотворчество неправомерно сводить лишь к законотворческой деятельности. Политические нормы включают в себя также политические традиции, обычаи, политические ценности. Осуществление нормотворческой деятельности предполагает выработку политики, определение стратегических целей, средств и методов для их достижения. Экономическая политика, например, может иметь в качестве исходной цели снижение уровня безработицы, повышение темпов экономического роста. Претворение в жизнь этих задач конкретизируется принятием серии законодательных актов, способствующих их реализации.
Функция применения норм и правил предполагает приведение законов, норм, правил в действие. Это предусматривает стимулирование деятельности не только исполнительных органов и административной бюрократии, но и законодательной ветви власти. Практическая реализация законов и правовых и иных норм может потребовать их коррекций или принятия дополнительных решений. Поэтому нельзя провести четкой границы между выработкой законов (норм) и их использованием.
Функция контроля за соблюдением норм и правил включает в себя истолкование (интерпретацию) законов и нормативных актов и действия с целью определения факта нарушения той или иной политической (юридической) нормы, а также положение соответствующих санкций (показаний). По преимуществу этим занимается судебная ветвь властей, хотя, конечно, и другие ветви власти [c.317] принимают участие в ее реализации. Верховный Суд США, например, благодаря своему праву интерпретировать Конституцию играет заметную роль в нормотворчестве, т.к. властен аннулировать, изменять постановления и законы, принятые исполнительными и законодательными органами не на конституционной основе.
В политологической литературе встречаются и другие подходы к определению и классификации функций политических систем (7). Различают, например, внесистемные и внутрисистемные функции. К первой группе относят: политическое представительство, целепологание, интеграцию, коммуникацию. Ко второй (внутрисистемной) относят: координационную, связанную с определением места каждого элемента в политической системе и связи между ними, а также восполнительную (конструирующую, призванную при необходимости создавать (конструировать новые элементы политической системы.
Разработка теории политических систем предполагает их дифференциацию по различным типам. В отечественной философской и политической литературе длительное время считалось, что критерием, в соответствии с которым следует классифицировать политические системы, являются общественно-экономическая формация, экономический базис общества. Соответственно с этим критерием выделялись рабовладельческая, феодальная, буржуазная и социалистическая политические системы (8).
Недостаточность такой типологии состоит в ее чрезмерной абстрактности и жесткой привязке к экономической структуре общества. Известно, что однотипный экономический базис (фашистская Германия, Франция, Великобритания, Италия) перед второй мировой войной породил различные типы политических систем. В Германии и Италии господствовали тоталитарные фашистские политические системы, а во Франции и Великобритании либерально-демократические, Такого рода примеры можно было продолжить. Дело, видимо, не только в экономическом базисе общества, хотя, конечно, он играет определенную роль в становлении и функционировании политических систем.
В зарубежной политической мысли типы политических систем классифицируются по разным основаниям и критериям, что позволяет более конкретно анализировать, [c.318] отличать достоинства одних типов политических систем и видеть недостатки других как при одинаковых экономических структурах, так и их различных.
Политолог Ж. Блондель делит политические системы по содержанию и формам управления. Он выделяет пять основных типов: либеральные демократии с опорой на либерализм в принятии государственных решений; коммунистические системы с приоритетом равенства социальных благ и пренебрежением к либеральным средствам его достижения; традиционные политические системы, управляемые олигархиями с весьма неравномерным распределением социальных и экономических благ; становящиеся политические системы в развивающихся странах с авторитарными средствами управления; авторитарно-консервативные системы, цель которых сохранение социального и экономического неравенства, но более действенными средствами.
Встречается и упрощенная классификация политических систем. Например, системы, ориентированные на традицию или статус-кво. Их главная цель - сохранить и поддержать традиционные структуры, положение сложившееся в политической и духовной сферах. Это также системы, ориентированные на перемены. Их цель структурные преобразования всех сфер жизнедеятельности общества.
Но большинство западных политологов выделяют следующие три типа политических систем:
Политические системы англо-американского типа. Они характеризуются секуляризованной политической культурой, опирающейся на рациональный расчет, терпимость и толерантность граждан и политической элиты. Системы этого типа стабильны, эффективны, способны к саморегулированию. Здесь оптимально реализуется принцип разделения власти на три ветви: законодательная, исполнительная, судебная и четко определены их функции.
Политические системы тоталитарного типа. Власть сосредоточена в руках немногочисленной политической номенклатуры (бюрократия). Средства массовой информации находятся под контролем государства. В обществе, как правило, разрешена деятельность только одной партии, которая контролирует деятельность всех элементов политической системы, включая и государство. Господствует идеология правящей партии. Чрезмерно расширены [c.319] функции репрессивных органов. Политическая активность носит разрешительный и принудительный характер.
Континентально-европейские системы. Имеется в виду политические системы, сложившиеся во Франции, Германии и Италии. Страны Скандинавии занимают промежуточный характер между континентально-европейской и англо-американской системами. Для них характерно существование и взаимодействие элементов старых и новых культур, политических традиций и форм политической деятельности, партии и общественно-политические объединения свободно функционируют в границах существующих конституционных норм, представительная и исполнительная ветви власти осуществляю свою деятельность на основе определенных законом регламентов и процедур.
Существуют и другие критерии классификации политических систем. Это свидетельствует о многомерности современных политических структур, о необходимости изучать, анализировать политические системы с учетом разных подходов, критериев и приемов. Именно такой системный анализ обеспечит получение наилучших результатов. [c.320]
Глава XVII.
Основные понятия: политическая система общества, политическая организация общества, подсистемы политической системы, институты (элементы) политической системы, функции политической системы, типы политических систем.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Что такое "политическая система общества", какие функции она выполняет? Тождественно ли это понятие "политической организации общества"? Аргументируйте свой ответ.
2. Попытайтесь графически изобразить структуру "политической системы общества". Какой из компонентов (элементов) политической системы является главным, определяющим почему?
3. Есть ли взаимосвязь Конституции страны и ее политической системы? Если "да", то в чем она выражается? Покажите на примере Конституции Российской Федерации. [c.320]
4. Проанализируйте приоритеты и принципы взаимосвязи политической системы с другими формами социального бытия (экономикой, классовой структурой, национальными отношениями, культурой).
5. Какие типы политических систем являются более устойчивыми, жизнеспособными? Почему?
6. Политические системы каких стран являются беспартийными? Ответ найдите в справочной литературе. Приведите примеры однопартийной и многопартийной систем (на примере конкретных стран).
7. Сравните различные типы политических режимов. Есть ли у них общее и что отличает друг от друга?
Литература:
1. Шаран П. Сравнительная политология. -М., 1992.- Ч. 1. С.47.
2. Основы политологии. Курс лекций.- М., 1992, С.181.
3. Бурлацкий Ф.М., Галкин А.А. Современный Левиафан. - М.,1985.
4. Основы политологии. Курс лекций. - М., 1992., С.183.
5. См.: Конституция РФ. - М., 1993. - С.8.
6. См.: Политология. Краткий тематический словарь. Вып. 1. - М., 1992.
7. Основы политологии. Курс лекций. - С.185; Бро Ф. Политология. - М., 1992. - С.58.
8. См.: Основы теории политических систем. - М.: Наука, 1982.
9. Краснов Б.И. Политические системы // Соц.-полит. журн. - 1995. - № 5.
10. Анохин М.Г. Политические системы: адаптация, динамика, устойчивость. М., 1996.
11. Марченко М.Н. Политическая система общества. / Политология. Курс лекций. М.: МГУ, 1993. [c.321]
ГЛАВА XVIII. ПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕЖИМЫ
Вряд ли можно назвать другую тему в политологии, которая бы так непосредственно задевала интересы каждого, как тема политических режимов. Это и понятно, ибо вопрос о том, в каких условиях жить человеку - демократических, авторитарных или тоталитарных, быть свободным или ждать неоправданных преследований, наказаний и репрессий - не последний вопрос повседневного человеческого бытия.
Что же такое политический режим, каковы его разновидности?
Политический режим - это обобщенная функциональная характеристика существующей в обществе политической системы. Это - совокупность приемов, способов и методов осуществления политической власти. Разнообразие политических режимов обусловлено в первую очередь социальной природой общественной силы, стоящей у власти, а также общей расстановкой сил в обществе. Различие существующих политических режимов определяется также сутью предоставленных гражданам прав и свобод, формальным и реальным разделением ветвей государственной власти, уровнем жизнедеятельности гражданского общества, наличием политических партий и легальной оппозиции, идеологического плюрализма и т.д. С позиций этих критериев различают демократические и недемократические режимы, к последним относятся тоталитаризм и авторитаризм. [c.322]
1. Демократия как политическая форма общественного прогресса
При всей кажущейся простоте вопроса о сути демократии как политического режима, оказывается он далеко не так прост. Хотя сегодня демократией не клянется только ленивый, многим кажется: все простые и честные люди, составляющие народ и уважающие его - "за" демократию, а жулики и плуты, эксплуататоры и тираны, всегда подавляющие народ - враги демократии, ибо это - власть чуждой для них силы - народных масс. Но если все так просто, то тогда, как объяснить неприятие демократии такими мыслителями древности, как Платон и Аристотель? Как известно, по Платону, отрицательный тип государства выступает в четырех [c.322] нисходящих формах: 1) тимократия - власть честолюбцев; 2) олигархия - власть немногих богатых; 3) демократия - власть завистливых бедняков и 4) тирания - власть жестокого деспота. В противоположность этим отрицательным государственным устройствам Платон признавал идеальное государство, где власть принадлежит немногим, но способным и подготовленным для управления людям. Не жаловал демократию и Аристотель, рассматривавший ее как правление большинства неимущих в интересах исключительно этого большинства. Для него лучшей политической формой была полития, "умеренная демократия" соединяющая в себе лучшие черты олигархии и демократии - некая средняя форма государства, где налицо правление специально отобранного и пекущегося об общем благе управленческого слоя.
Не просты подходы к демократии и сегодня. Так, известный французский специалист по этим вопросам Клод Лефор пишет: "Что такое демократия? Древние отвечали: строй, при котором власть в руках народа. Такой ответ уже не удовлетворял ни Аристотеля, ни даже Платона, поскольку они проводили черту между демократией, регулируемой законами и демократией, лишенной таковых, при которой народ, т.е. большинство, находящееся под влиянием демагогов, обладало неограниченной властью" (1).
Возникает вопрос: а почему "неограниченная власть большинства" плоха? Тем, что большинство может не согласиться с несправедливым сосредоточением основных богатств в руках меньшинства? Это и будет результатом "влияния демагогов"? Разве защита социальной несправедливости - это и есть функция демократии?
Если мы обратимся к американской политологии, то главные достоинства западной демократии ее приверженцы из противоречивого лагеря плюралистов и элитистов (их, пожалуй, особенно много в политологии) видят в органическом сочетании, с одной стороны, присущего этой демократии плюрализма позиций и интересов, находящих свое отражение и выражение в демократически организованной власти, а с другой стороны, в ее способности поставить во главе управления страной образованную элиту, лучшим образом учитывающую как потребности и интересы разных общественно-политических сил, так и общие интересы страны. Естественно, что те политологи, которые делают акцент на [c.323] плюрализме интересов и сил, участвующих в западной (американской) демократии, названы сторонниками "плюралистической теории демократии" (Бентли, Паркер, Хартц и др.), а те, кто акцентирует внимание на элитарном характере управляющего политического слоя причислены к сторонникам "элитарной теории демократии" (Шумпетер, Шаттшнайдер и др.). В чем же видят те и другие суть демократии?
Незыблемым и тут и там оказывается плюрализм, это - неотъемлемая черта любых построений. Но есть и другое. Так, Й.Шумпетер писал: "В демократии основная функция подачи голоса избирателем - формирование правительства. Это может быть сведено к избранию ведущих должностных лиц". А известный американской политологии Е.Шаттшнайдер, объясняя существование и роль элиты разделением труда в обществе, в своей книге "Полусуверенный народ" (1961) подчеркивал: "Демократия - это состязательная политическая система, в которой соревнующиеся лидеры и организации определяют альтернативные направления общественной политики при участии общественности в процессе принятия решений". Хотя в таком толковании демократии и меньше элитизма, чем у Й.Шумпетера, объяснение Е.Шаттшнайдера, "как все действительно происходит", приближает его к позициям "элитистов-демократов". "Конфликт, конкуренция, лидерство и ответственность, - писал он, - являются составными частями "работающего" определения демократии. Демократия - это политическая система, в которой народ делает выбор между альтернативами, выдвигаемыми конкурирующими организациями и лидерами". Однако демократия это еще и форма сотрудничества людей, безразличных к политике, и экспертов. Необходимо подчеркнуть роль лидерства и организации в демократии, считает Е.Шаттшнайдер, а не спонтанное зарождение политики в среде рядовых граждан.
Приведенные высказывания широко используются политологами-плюралистами и политологами-элитистами, демонстрируя отсутствие между ними принципиальных различий - все сводится к акцентам, ударениям. Однако и теми и другими демократия не принимается как власть народа, как определение народом сути осуществляемой политики. Оказывается, демократия, согласно современным западным стандартам, это - власть, считающаяся с [c.324] волей народа, но эта воля сведена к голосованию, когда решается вопрос, делается выбор, какая часть представителей богатых будет вершить свою собственную власть. Что именно в этом суть наиболее распространенного в западной политологии (да и в обществе) понимания демократии, можно прочитать в американском учебнике по политологии: "В современном мире демократия больше не понимается как непосредственное определение народом правительственной политики. В современных демократических государствах народу отводится более общая роль. Под демократией сейчас понимается политическая система, предполагающая наличие конституционных возможностей для замены государственных служащих и социального устройства, гарантирующего большей части населения возможность воздействовать на решение основных вопросов посредством выборов: между кандидатами на правительственные должности" (2).
С присущей западной политологии терпимостью, допускающей плюрализм, авторы учебника не скрывают, что есть два подхода к демократии - сущностный (кто правит?) и конституционно-юридический (как правят?). Не занимаясь противопоставлением сущностной и юридической характеристики демократии, они предлагают самим читателям сделать выбор, а главное уяснить, что без определенных конституционно-юридических норм законное, легитимное, демократическое правление ни в одной современной стране невозможно. Все это так, но в этом вопросе - вопросе о сущности демократии - плюрализм мнений, согласно которому дважды два и четыре и пять не подходит: здесь надо выбирать между знанием и демагогией, между истиной и ложью.
А истина заключается в том, что демократия - это важнейшее завоевание человечества, ибо она представляет собой выработанный и обогащенный в ходе всемирной истории такой способ решения жизненно важных вопросов той или иной общности людей, при котором все члены этой общности обладают возможностью равноправно решать эти вопросы, соблюдая принцип подчинения меньшинства большинству.
Однако сама демократия, возникшая в безгосударственном и бесклассовом родовом обществе как неполитическая демократия не оставалась всегда одинаковой, [c.325] одной и той же. С возникновением государства, в условиях разделения общества на классы демократия обрела политический характер и в условиях противоборства антагонистических классов подверглась существенным трансформациям.
Усложнение общественных функций привело к разделению общества на "управляющих" и "управляемых"; реальная возможность каждого решать общие вопросы со временем превратилась в право, однако его реализация оказалась зависимой от дополнительных условий, а потому стала менее реальной. Наконец, классовые антагонизмы, проявившись в сфере демократии, превратили ее в институт, через посредство которого стали осуществляться интересы экономически господствующего класса, а сама демократия стала одной из форм классового господства. Поэтому политическая демократия на протяжении существования всех антагонистических устройств (от рабства до казарменного коммунизма) никогда не была и по сути своей не могла быть подлинной демократией, т.е. правлением всего народа, народовластием, ибо невозможно осуществление действительной воли большинства в то время, когда экономически господствующим в обществе было эксплуататорское меньшинство. Там, где в рамках этой полосы истории сохранялась демократия как форма правления, сама форма народовластия оторвалась от своего содержания - власти народа - и превратилась в обставленную атрибутами народного волеизъявления действительную власть определенного класса, т.е. стала одной из форм его классового господства.
Поскольку политическая демократия - одна из форм реализации классового господства, несущая на себе печать своего происхождения, печать борьбы народных масс за свою власть, следует учитывать, что она представляет собой как раз такую форму, которая предполагает предоставление широким массам определенных прав и свобод, наличие определенных институтов, необходимых для тех или иных форм волеизъявления масс. Потому она и является лучшей политической формой общественного прогресса, что означает формальное признание равенства между гражданами, равного права всех на определение устройства государства и управление им. [c.326]
Раздвоение сущности и формы в демократии осознавалось постепенно. Уже со вступлением в классовое общество, когда начались объективные трансформации демократии, началось раздвоение и субъективного отношения к демократии: власть имущие, их политики и идеологи (а Платон и Аристотель, несомненно, были такими) как представители богатого меньшинства прекрасно понимали, что демократия, трактуемая как власть народа, как власть большинства, неприемлема для них, ибо предполагает не только передачу политической власти из рук правящего меньшинства большинству, но грозит также тем, что вместе с властью большинство, а это, как правило, обездоленные, эксплуатируемые массы, оказавшись под влиянием "демагогов" - потребуют и перераспределения богатства, возвращения массам народа присвоенных посредством эксплуатации и угнетения богатств, созданных в первую очередь благодаря труду этих народных масс. Очевидно, трактовка демократии как народовластия грозила власть имущим многими бедами.
Поэтому с первых шагов классового господства начались нападки на демократию как народовластие, развернулись фальсификации этого понятия: не будучи в состоянии подорвать уже существовавший авторитет демократии и в то же время не желая соглашаться с властью народа, власть имущие и их идеологи пошли по пути выхолащивания смысла демократии как народовластия, превращения ее в форму правления, в определенный политический режим, отличительная черта которого не в том, кто здесь правит бал (истинный смысл демократии как народовластия), а в том, как здесь осуществляется политическая власть - опираясь на конституцию, на законы - конституционно-юридическим путем, легитимно или нет?
Так проблемы демократии стали ареной острой идейно-политической борьбы, что с самого начала было связано со стремлением власть имущих дискредитировать и фальсифицировать демократию как власть народа, как властвование большинства граждан, народных масс. Не прекратилась эта борьба и сегодня: ее проявления в изображении народа в виде "быдла", а граждан в качестве "совков", будто бы не способных участвовать в управлении государством, якобы еще не доросших до демократии. [c.327]
Возникает вопрос: возможна ли на деле демократия как власть народа и что необходимо для ее осуществления?
Демократия как власть народа и как прогрессивный политический режим осуществимы, причем именно в этом единстве. Но для этого необходимы определенные условия.
Во-первых, в условиях представительной демократии нужно сделать так - посредством хорошо продуманной и законодательно оформленной избирательной системы, - чтобы действительно сами граждане, народ, его подавляющее большинство имело непосредственную возможность выдвигать своих кандидатов и избирать своих депутатов, руководителей, президентов и т.д.
Во-вторых, важно, чтобы законодательно была предусмотрена продуманная система постоянного контроля граждан, избирателей за своими выдвиженцами, предусматривающая их постоянные встречи, устанавливающие меру соответствия осуществляемой политики интересам избирателей, народа, возможность обеспечения этого соответствия.
В-третьих, властные функции между народом и управляющей обществом властью должны быть распределены так, чтобы в руках народа всегда оставался "контрольный пакет", т.е. законодательно предусмотренная возможность быстрого (не волокитного) народного волеизъявления, позволяющего узнать мнение народа: "за" или "против" он осуществляемой политики, "за" или "против" сохранения у власти правительства, всех власть имущих и быструю реализацию воли народа.
Создание таких законодательных гарантий вполне возможно, их отсутствие - результат сознательного нежелания политической элиты лишать себя возможности бесконтрольного правления под прикрытием демократических вывесок. Однако историю и народ можно обманывать долго, но бесконечно это делать еще никому не удавалось. [c.328]
2. Тоталитаризм и авторитаризм как недемократические режимы
Сегодня у нас, в России, широко используются понятия "авторитаризм" и "тоталитаризм", позаимствованные из западной политологии как для объяснения определенных периодов нашей отечественной истории, так и для объяснения развития других стран. Поскольку никакого предварительного обсуждения сути авторитаризма и [c.328] тоталитаризма, а так же применимости или неприменимости этих категорий к тем или иным этапам отечественной истории фактически не было, то, естественно, что применяются эти категории нашими авторами путем переложения мыслей западных авторов, т.е. перенося их оценки на нашу почву, а в худшем случае применяя их, как говорится, ни к селу, ни к городу.
Тем, кто профессионально занимается проблемами тоталитаризма и авторитаризма, известно, что западную политологию по этим вопросам давно захлестывают волны статей, брошюр и книг, от самого низкопробного сорта (чего хватает и у нас!) до произведений "классиков". Стоит напомнить, что после введения понятия тоталитаризм в 20-х годах итальянскими либералами Джованни Амендолой и Пиеро Габетти в качестве классических здесь рассматриваются книги Фридриха Хайека. "Дорога к рабству" (1944) Ханны Арендт. Происхождение тоталитаризма (1951), где многопланово раскрывается суть этого понятия, а само оно применяется не только к фашизму, но и к сталинизму; а также работа К.Фридриха и З.Бжезинского "Тоталитарная диктатура и автократия" (1956), где раскрываются сущностные черты тоталитаризма (чуть раньше К.Фридрих в одной из своих работ выделил пять основных черт тоталитаризма, широко признаваемых и сегодня) и, наконец, лекции Раймона Арона, прочитанные в Сорбонне в 1957-1958 годах.
Существует и обширная литература об авторитаризме и авторитарных режимах (скажем, о режиме Шарля де Голля (1890-1970) во Франции 50-60-х годов. Как известно, стремясь вывести Францию из состояния постоянной правительственной чехарды, де Голль пошел на глубокое изменение политического режима: по его инициативе в 1958 году была подготовлена новая Конституция, существенно расширившая права президента, его личную власть.
Что же собой представляет авторитаризм и тоталитаризм как политические режимы? В чем их сходство и в чем различие?
Авторитаризм (от латинского слова auctoritas - влияние, власть) - это недемократический политический режим, выступающий как такая установленная или навязанная форма политической власти, которая сконцентрирована в [c.329] руках одного человека или в одном органе власти, в результате чего снижается роль других органов или ветвей власти и, прежде всего, умаляется роль представительных институтов. Авторитаризм при своем последовательном осуществлении в качестве власти одного лица, одной личности может превратиться в автократию (от греческого слова autocrateia - самодержавие, самовластье), т.е. в форму правления с неограниченным бесконтрольным полновластьем одного лица. Именно так управлялись деспотии Древнего Востока, империи - Рим, Византия, абсолютные монархии средневековья и Нового времени.
Можно утверждать, что наиболее существенными чертами авторитаризма как политического режима являются три черты: во-первых, концентрация власти в руках одного лица или одной - чаще всего исполнительной - ветви власти и ее институтов; во-вторых, существенное сужение роли представительной ветви власти и ее органов; в-третьих, сведение к минимуму оппозиции и автономии различных политических систем (ассоциаций, партий, союзов, учреждений), резкое свертывание демократических политических процедур (политических дебатов, массовых митингов и демонстраций, ограничения печати и т.п.). Наглядным примером подобного развития может служить развитие России при разгоне Верховного Совета РФ в 1993 году и после этого.
Тоталитаризм - (от латинского слова totaliter - целиком, во всем объеме) - это недемократический политический режим, характеризующийся всеобщим - тотальным - контролем власть имущих над всеми сторонами общественной жизни: экономикой, политикой и культурой, над всеми сторонами человеческой жизнедеятельности - как в общественной, так и в личной жизни.
Для многих людей, не искушенных политологическими тонкостями, но уже достаточно "затурканными" модными словечками и оборотами, тоталитаризм представляется подлинным исчадием ада или чудовищным модерным Левиафаном, не позволяющим гражданам не то что жить, но просто свободно дышать. Они убеждены, что при тоталитаризме и вожди-правители и люди-граждане не от мира сего. Им уже успели внушить, что тоталитарный вождь это - откровенный диктатор, настоящий вампир, ежедневно накачивающий себя человеческой кровью, [c.330] злодеяния которого не могли распознать только холуи и круглые идиоты. Другое дело, дескать, авторитарный, цивилизованный диктатор, вроде де Голля, представляющий авторитарную власть "железной руки": он все видит, все понимает, его главная забота - общественный порядок и решение назревших задач, это - действительный радетель за благо народа, за процветание страны.
Начитавшись подобных ужасов о тоталитаризме и наслышавшись умильных рассуждений о нужной нам "железной руке", обыватели считают тоталитаризм и авторитаризм чуть ли не антиподами, не ведая того, что дело обстоит совсем не так. В чем сходство и в чем различие тоталитаризма и авторитаризма?
Надо сразу же подчеркнуть главное: и тот и другой политические режимы антинародные, недемократические, хотя и стараются каждый по-своему завоевать себе место под солнцем. Талантливый молодой философ Р.Х.Кочесоков, глубоко проанализировав суть авторитаризма и тоталитаризма, предлагает следующую их сравнительную характеристику: "Авторитаризм большинством (или значительной частью) населения воспринимается как нелегитимный режим, в то время как легитимность тоталитаризма большинством не оспаривается. Авторитаризм устанавливается вопреки мнению большинства, или, по крайней мере, без его поддержки и согласия; тоталитаризм же устанавливается при самом активном участии масс. Именно вследствие массовой поддержки тоталитаризм в научной литературе иногда называют "диктатурой массовых движений". Вспомните приход к власти Муссолини и Гитлера, какая была поддержка! "При авторитаризме государство и гражданское общество разделены, государство не очень интенсивно вмешивается в жизнь гражданского общества, хотя и держит его под жестким контролем; гражданское общество в определенной степени остается автономным, хотя и не способно оказывать серьезное воздействие на государство. При тоталитаризме начавшееся формироваться гражданское общество целенаправленно этатизируется" (3).
Другими словами, при авторитаризме, т.е. при власти "железной руки" между политическим лидером и народными массами существует непреодолимая дистанция; этот лидер отнюдь не всегда пытается "заигрывать" с народом, а, наоборот, часто всячески подчеркивает свое [c.331] превосходство. Народ, его значительная часть, отвечая взаимностью, рассматривает лидера как узурпатора и совсем не стремится к близости с ним. Тоталитарный же вождь и народ образуют неразрывную органическую целостность. При этом вождь постоянно подчеркивает свою близость, свое единство с народом, воспринимает себя как его часть. Да и народ воспринимает его как своего. Что особенно важно, враг авторитарного вождя воспринимается только как его враг, а враг тоталитарного вождя воспринимается как враг народа. Культ тоталитарного вождя представляет собой культ власти самого народа.
Не менее важны различия и в политическом поведении граждан. Если при авторитаризме власть имущие предоставляют человеку определенные возможности самореализации в гражданском обществе и препятствуют активной самостоятельной политической деятельности граждан, вследствие чего для авторитаризма характерен политический абсентизм, то при тоталитаризме и как раз из-за предельной политизации и идеологизации всей жизнедеятельности людей, они никак не могут оставаться в стороне от политической жизни, да и сам политический режим постоянно старается держать людей в состоянии политической напряженности и даже экзальтации. Политический абсентизм не только не приветствуется, как при авторитаризме, но и рассматривается как серьезное зло.
Весьма показательно и то, что тоталитарный вождь - как правило, любимец толпы, массы: достаточно напомнить восторженное отношение миллионов итальянцев к своему дуче - Бенито Муссолини, или кликушеское поклонение Гитлеру вовсе не экзальтированных, а степенных немцев, не говоря уже о всем известном чудовищном культе, обожествлении нашего незабвенного Иосифа Виссарионовича, которого восторженными криками, причем не по принуждению, а добровольно, встречали не только партийные боссы, но и обезумевшие от страха и преклонения простые граждане Страны Советов.
Одной из ключевых проблем, встающих при изучении недемократических режимов, особенно перед теми, кто стремится понять суть тоталитаризма - выяснение корней или причин возникновения тоталитарных порядков в самых, казалось бы, неодинаковых условиях: в Италии 20-х годов, в Германии 30-х годов и в Советской России [c.332] послеоктябрьского сталинского периода. При всех попытках западной политологии ответить на этот вопрос, при определенных интересных догадках и высказываемых разными авторами ценных мыслях, он все же оказался не решенным, что, на мой взгляд, значительно ослабляет всю западную критику тоталитаризма.
Чаще всего ссылаются на основополагающую в этом отношении книгу Ханны Арендт "Происхождение тоталитаризма" (1951). Сама Ханна Арендт родилась в немецко-еврейской семье. После прихода Гитлера к власти она уезжает в Прагу, а затем в Париж, а после оккупации Парижа переезжает в США, где в 1938 году отказывается от германского гражданства, но паспорт США получила лишь через 30 лет. Судя по заглавию книги мы вправе искать в ней ответа на поставленный вопрос, однако в книге много внимания уделено еврейскому вопросу и антисемитизму, что не вскрывает главных причин возникновения тоталитаризма. Мне представляется, что гораздо раньше и в каком-то смысле более основательно об истоках тоталитаризма писал Фридрих Хайек. В своей весьма глубокой работе "Дорога к рабству", написанной еще в 1944 году и не так давно изданной на русском языке, он дал свою, во многом внешне весьма убедительную трактовку происхождения тоталитаризма.
Следует напомнить, что сам Ф. Хайек в юности увлекался социалистическими идеями, но после прихода фашизма к власти эмигрировал из Австрии и жил в Англии и США. Уже во время войны он предупреждал весь "демократический Запад", считая, что он, сам того не ведая, вступил на дорогу к рабству. Почему? Согласно его мнению, об этом свидетельствует повальное увлечение государственным регулированием военной экономикой, дававшим хорошие результаты. Ф. Хайек был убежден, что, если такая практика будет продолжаться и после войны, усиливая плановое регулирование экономикой, то это неизбежно обернется ростом социалистических идей как первым шагом к тоталитаризму. Вопреки тем, кто изображал фашизм как реакцию на распространение социализма (а разве и сегодня мало таких?) Ф.Хайек уже в 1944 году писал: "Мы до сих пор не хотим видеть, что расцвет фашизма и нацизма был не реакцией на [c.333] социалистические тенденции предшествующего периода, а неизбежным продолжением в развитии этих тенденций" (4).
Спрашивается: каких тенденций? Согласно весьма убедительно изложенному мнению Ф. Хайека, зародыш тоталитаризма коренится уже в любой форме коллективизма, в любой попытке подчинить индивида, его индивидуальные устремления чему-либо общему (totalis). Если бы Ф. Хайек был прав в этом своем, в сущности этимологическом объяснении происхождения тоталитаризма, то дело человечества в борьбе с тоталитаризмом было бы безнадежно.
Поначалу кажется, будто Хайек прав: ведь государственный контроль над всеми сторонами общественной жизни, подчинение этому контролю всего и вся: экономики, политики, культуры и идеологии, семейной и личной жизни - и составляет суть тоталитаризма. И гнев либерала Ф.Хайека не трудно понять: для него, выступающего за полную, ничем не стесненную свободу личности, любое ограничение свободы, любое подчинение индивида коллективу, общему непереносимо, а потому он (Хайек) готов поставить на одну доску не только фашизм и социализм, но даже и кейнсианство (за его вмешательство в экономическую жизнь). Но здесь-то и обнаруживается ущербность его позиции, его попыток таким путем обосновать происхождение тоталитаризма. Становится ясно, что Ф. Хайек не видит разницы между возможностью и действительностью тоталитаризма: между его опасностью, связанной со многими естественными сторонами общественной жизни (в том числе и государственным регулированием и коллективизмом, подчиняющим индивида общему, совместному), но не порождающим все же тоталитаризма, и его действительностью, когда его абстрактная возможность по мере накопления опасных предпосылок, черт сначала превращается в реальную возможность, а затем - только при определенных обстоятельствах - в действительный тоталитаризм. Ничего подобного такому анализу реальных причин утверждения тоталитаризма у Ф.Хайека нет. Его же стремление вывести тоталитаризм непосредственно из государственного вмешательства в экономику, из коллективизма - свидетельство непонимания того, что и государство и право, да и само общество в своем повседневном [c.334] функционировании "коллективистичны", подчиняют индивида "общему", вовсе не порождая этим тоталитаризма.
Как же преодолеть этот камень преткновения западной политологии в анализе причин утверждения тоталитаризма? Нет надобности доказывать, насколько важен этот вопрос: ведь в ответе на него содержится также возможность объяснить и суть тоталитаризма и его общие черты, повторяющиеся в разных странах.
Не претендуя на бесспорность своих суждений, можно утверждать, что у Италии 20-х годов, Германии 30-х годов и в СССР сталинских времен было нечто общее и весьма существенное, что и создало условия для утверждения здесь тоталитаризма. Дело в том, что тоталитаризм становится возможным и действительным в тех условиях и в тех странах, которые в ходе своего развития по тем или иным причинам (часто весьма не одинаковым) объективно оказываются перед исключительными, экстремальными задачами (типа: или - или?), для решения которых необходима чрезвычайная мобилизация энергии и усилий всего населения. И население, понимая ситуацию, идет на это за "спасителями" нации, вождями народа.
Именно так было, хотя и всякий раз по-своему, во всех названных странах. Вспомним Италию начала 20-х годов, в каком тяжелом экономическом и социально-политическом положении оказалась страна, каким безвыходным представлялось ее положение: только чудо может помочь ей вылезти из ямы. И чудо явилось, хотя и в обличьи итальянских фашистов, чернорубашечников. А разве не нечто весьма похожее было в Германии, потерпевшей поражение в войне, провалившейся в экономический и политический кризисы, оказавшиеся совершенно непреодолимыми для традиционных общественно-политических сил? А разве Советский Союз, когда обнаружилась неспособность властей разумно использовать нэповскую политику в новых условиях - конца 20-х - начала 30-х годов - не представлялась страной, вползающей в безвыходное состояние, что хорошо показано И. Клямкиным в статье "Какая улица ведет к храму?".
Как раз с этим связаны и некоторые общие - основополагающие - черты тоталитаризма и, прежде всего, распространение в таких странах не просто общей, а мессианской моноидеологии - социальной или [c.335] национальной, утверждение авторитета ее отстаивающей единственной партии и появление харизматических личностей - отцов нации или спасителей народа, его "великих вождей". Если в Италии и Германии такой мессианской моноидеологией была национал-шовинистическая идеология, то в СССР ею был мессианский большевизм, обещавший трудящимся саму Россию сделать мессией, несущей светлое знамя свободы и счастья всем трудящимся мира. Подобная мессианская моноидеология была призвана в каждом случае воодушевить массы, собрать их под свои знамена, сделать их "героическими союзниками" власть имущих, тоталитарной власти. И, во-вторых, именно с этим, с пониманием массами чрезвычайной ситуации, в которой оказалась страна (отсюда важность политизации масс, их политической активности, а не пассивности), связана также готовность населения к определенным жертвам во имя решения "возвышенных героических задач", чем широко пользуются в своих интересах творцы тоталитарных порядков.
Без понимания этого, без учета этих общих глубинных причин, лежащих в основе определенной логики развития, ведущего к утверждению тоталитарных порядков, нельзя понять ни сущности тоталитаризма, ни причин его утверждения в весьма различающихся (по другим параметрам) обстоятельствах, ни объяснить его разноплановых и весьма прочных связей с массами. Отмеченные черты: общая мессианская моноидеология (1), единственная партия и ее обожествляемый вождь (2) представляют собой исходные необходимые черты формирующегося тоталитаризма. С приходом к власти тоталитарных сил становятся явью и все остальные черты: создается государственная машина принуждения - чудовищный аппарат террора (3), а вместе с ним и преследование инакомыслия, монополия на информацию (4), создается централизованно управляемая мобилизационная экономика (5).
Как рассмотренные причины возникновения тоталитаризма, так и присущие ему характерные черты свидетельствуют об органической связи и этого политического режима с определенными условиями и целями его существования, объясняют большую цепкость, живучесть его определенных черт. [c.336]
Завершая характеристику политического режима и его основных для XX века разновидностей, отметим, что в самой действительности существует огромное разнообразие политических устройств, сочетающих в себе достаточно разнородные черты политических режимов вчерашнего и сегодняшнего дня, выражающих непрерывно меняющуюся расстановку общественных сил и их попыток перестроить политическую и социальную жизнь на свой лад.
Встает вопрос: что есть в России и что ждет ее граждан в ближайшем будущем? В наше время по существующей Конституции в России налицо президентская республика с весьма выраженными элементами авторитаризма и даже проявлений президентской опричнины. Как об этом свидетельствуют события последних лет в стране еще не решена проблема перехода от тоталитарных порядков к рынку и демократии.
Давно идущая борьба за политическую власть между властвующими сторонниками капитализации и вестернизации страны и их противниками - приверженцами продуманной экономической реформы, учитывающей менталитет россиян и их собственный выбор пути в будущее, обостряется в последнее время месяц от месяца. Очевидно, что россияне, вкусив прелестей дикой капитализации, зароптали и стали отходить от безоглядной поддержки властей, о чем свидетельствуют результаты выборов и 1993 года и особенно 1995 года. Именно это прозрение народа - постепенное и противоречивое грозящее новыми переломами и переменами - пугает партию власти.
Со страхом оглядываясь по сторонам, видя кипящие страсти крайних политических партий - и все это на фоне не вполне изжитых остатков тоталитаризма и диктаторских поползновений, многие спрашивают: а не возвращаемся ли мы к тоталитаризму?
Есть все основания утверждать, что тоталитаризм нам сейчас не грозит. Хотя мы и сегодня находимся перед исключительными задачами, для решения которых необходима чрезвычайная мобилизация и концентрация усилий всего населения (а ведь это - главное условие движения к тоталитарным порядкам!), все же у нас ныне нет единой идеологии, которая бы сплотила весь народ, нет авторитетной партии с единой программой, готовой повести весь народ к цели, нет харизматического [c.337] вождя, за которым бы пошли массы. Вместе с тем есть опыт - горький и еще не забытый опыт уже господствовавшего у нас тоталитаризма. Все это несколько успокаивает!
Однако есть и другое: сегодня у граждан, у населения нарастает политическая усталость, апатия и огромное желание наведения порядка, стремление скорее выйти из нынешнего бедственного и унизительного положения и связанная с этим готовность опять же к жертвам. Это - опасный симптом! И все же это - скорее условие диктатуры, власти "сильной руки", но не тоталитаризма. Вместе с тем зреет опасение и того, а не является ли происходящее мостиком к еще невиданной диктатуре, особенно страшной потому, что в ней смешаются, совместятся еще не умершие остатки тоталитаризма (холопская вера в лидера, надежда на "спасителя нации", готовность к жертвам) с такими чертами авторитаризма, как стремление к порядку любой ценой, привыкание к кровопусканиям, к разгону демократических учреждений (парламента, Конституционного суда, совета Федерации), к запрещению неугодных властям партий и их печатных органов, введение цензуры и т.д. Осознание этих опасностей неизбежно мобилизует всех тех, кто верит в демократию, кто вчера был готов бороться против тоталитаризма, а сегодня готов воспрепятствовать любой диктатуре.
Что же ждет Россию в этой области? Ответ на поставленный вопрос лежит не в каких-то придуманных общественно-политических закономерностях (вроде "ужесточения и усиления власти по мере продвижения от тоталитаризма к демократии", что должно вылиться в утверждение неограниченного авторитаризма, как считают И.Клямкин, А.Мигранян и другие поборники "железной руки"), которыми власть имущие и их прислужники всегда оправдывали свои антидемократические действия и созданные для этого режимы9. Нет, ответ на поставленный вопрос был и остается вариантным, ибо этот ответ зависит от того, какие общественно-политические силы и чьи интересы возобладают в ходе подготовки президентских выборов и чья политика - народа или его притеснителей - будет доминировать в обществе. Если в ходе развертывающейся борьбы утвердится неограниченный авторитаризм, или еще невиданная [c.338] диктатура, опирающаяся на еще не изжитые черты тоталитаризма, то это вовсе не значит, что так и должно быть. Нет, это лишь значит, что на данном этапе у народа и приверженцев демократии не хватило сил воспрепятствовать этому! [c.339]
Глава XVIII.
Основные понятия: политический режим, демократия, тоталитаризм, авторитаризм, народовластие, автократия.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Что такое политический режим и каковы его разновидности?
2. Дайте развернутую характеристику авторитаризму.
3. Сравните тоталитарные режимы различных стран.
4. Какой политический режим утвердится в ближайшем будущем в России. Ваш прогноз?
Литература:
1. Опыт словаря нового мышления. 50/50. М., 1989.
2. Раскин Майкл и др. Введение в политологию. Нью-Джерси, 1988.
3. Кочесоков Р.Х. Тоталитаризм: философско-политическое исследование. Автореферат, 1993. С.11-12.
4. Хайек Ф. Дорога к рабству. // Вопросы философии. 1991. № 10. С.115.
5. Витюк В.В. Авторитаризм и гражданское общество. / Куда идет Россия..? М., 1994.
6. Митрошенков О.А. Онтология гуманизма и тоталитаризма. М., 1993.
7. Основы демократии и власти. Под ред. Г.С.Еськова. М., 1993.
8. Райман Арон. Демократия и тоталитаризм. М., 1993.
9. Волкогонов Д.А. Семь вождей. Галерея лидеров СССР. В 2-х книгах. М., 1995. Кн. 1. С. 153-156.
10. Поппер К.Р. Открытое общество и его враги. В 2-х тт. М., 1992. Т. 2. С. 73-80. [c.339]
ГЛАВА ХIХ. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ
Политическая жизнь российского общества характеризуется сегодня высоким участием граждан в политике. Идет борьба людей за свои интересы. Необычна их включенность в избирательные кампании. Одни выступают сторонниками реформ и модернизации общества, другие являются противниками обновления страны, всей системы общественно-политических отношений. Словом, раскрытие этой темы позволит понять читателю сущность, структуру политического процесса, а также способы его реализации. [c.340]
1. Понятие политического процесса, его содержание и структура
Слово "процесс" (processus) означает определенное движение, имеющее свое направление; последовательная смена состояний, стадий, эволюции; совокупность последовательных действий для достижения какого-либо результата. Понятие "политический процесс" отражает динамику развития политической жизни общества, изменение во времени и пространстве ее состояний. Короче говоря, это вся совокупность действий по обеспечению формирования, изменения, преобразования и функционирования политической системы. В этом плане политический процесс предстает как многообразная деятельность "завязанных" в определенную структуру политических институтов и движений, направленная на достижение ими своих целей путем реализации определенных функций и применения соответствующих методов, принципов и процедур.
Движущей силой политического процесса выступают противоречия, возникающие в ходе взаимодействия социально-политических сил - участников политического процесса. Именно субъекты-участники своими действиями производят изменения в отношениях власти, передвижения в персональном составе органов, принимают политические решения, нормативно упорядочивают общественную жизнь и ведут борьбу за наиболее благоприятные политические условия реализации своих интересов.
Сущность политического процесса заключаются в производстве и воспроизводстве, с одной стороны, различных компонентов политической системы, человека политического; структур, институтов и средств политического властвования и политического участия, политической [c.340] культуры и норм, а с другой стороны, производство посредством политической системы определенного социального порядка и социальных изменений.
Содержание политического процесса включает в себя: а) социально-политические условия возникновения и функционирования политического процесса; б) субъекты политических действий и средства их влияния на объект, а также объекты воздействия; в) политические интересы, мотивы и цели поведения в политическом взаимодействии; г) взаимодействие субъектов в форме борьбы и сотрудничества.
По своему составу (структуре) политический процесс может быть представлен совокупностью процессов: революция, реформы, модернизация, восстание, политический кризис, прямое политическое действие, конфликты и сотрудничество, избирательная кампания. Политический процесс осуществляется через борьбу людей за свои интересы. Именно последние играют роль генератора политического процесса.
В целом можно выделить три аспекта политического процесса с точки зрения:
а) субъектов и объектов политического процесса в соотношениях терминов "участник", "автор", "субъект" и "объект" или "носитель" тех или иных отношений процесса; б) политического пространства и время (ситуационный анализ) политическая ситуация, как исходный компонент политического процесса, расстановка, перегруппировка, соотношение политических сил; в) плоскости взаимодействия:
* линия государственного управления (функциональный аспект деятельности государства, госуправление и политический режим);
* партийная стратегия и тактика (функциональная сторона);
* политическое участие на 3-х уровнях: на уровне общественных объединений, социальных общностей и индивидов, который в свою очередь раздваивается на политическое лидерство и на политическое участие отдельных граждан. [c.341]
2. Способы реализации политического процесса
В политической науке выделяются два способа реализации политического процесса: консервативно-рутинной и радикально-реформаторский. Характерным признаком первого способа является то, что данный процесс [c.341] направлен на сохранение сложившихся политических институтов (государство, партии, общественные организации, административный аппарат, судебная система, законодательная власть) и форм правления (политического режима). Он отличается обилием регламентов, упорядочивающих поведение людей в различных сферах их жизнедеятельности, делегированием значительного количества властных полномочий наверх, отсутствием плюрализма политической системы и оппозиции. В результате политическая система становится маловосприимчивой к нововведениям.
Радикально-реформаторский политический процесс несет в себе удовлетворение новых общественно-политических потребностей. В нем функционируют гибкие формы организации. Он ведет к качественному обновлению прежних задач, изменению средств и способов политической деятельности. Отношение к новизне в этом случае всегда позитивное и противостояние к инновациям носит разумный характер.
Отмечая различия этих двух способов политического процесса следует подчеркнуть, что в реальной жизни они переплетаются и взаимодополняют друг друга, что в различные периоды на первый план может выходить либо радикально-реформаторский, либо консервативно-рутинный.
Политическая система общества, таким образом, находится в постоянном движении, т.е. одно ее состояние неизбежно сменяется другим. Она как бы проходит через отдельные политические ситуации, являющиеся в свою очередь фрагментами политического процесса, его звеньями. На грани двух политических ситуаций разворачиваются политические события (съезд политической партии, выборы, события октября 1993). Возникновение того или иного события может быть концом старой или началом новой политической ситуации. Поэтому в самом общем виде политический процесс можно представить как переход от одного политического события к другому (от съезда к съезду партии, от выборов к выборам, от одной политической кампании к другой, от одного политического решения к другому). И это правильно. В то же время реформы и революция, восстание, бунт, мятеж, путч, политический кризис, прямое действие в политике [c.342] (митинг, демонстрация, забастовка), конфликт и сотрудничество. Все это своего рода тоже политические события. Политический процесс это реальная политическая деятельность.
Политические процессы наиболее зримо раскрываются с точки зрения участвующих в них субъектов. Понять реальные политические процессы можно лишь выяснив, кто обладает властью, каким образом эти люди пришли к власти и как они ее используют. В связи с этим при анализе того или иного политического процесса необходимо знать какие субъекты в нем участвуют, их статус, цели, ресурсы и стратегию поведения, например, в ходе модернизации и конфликтов. [c.343]
Глава XIX.
Основные понятия: политический процесс, политические изменения, политическое развитие, политическое событие.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Назовите виды политического процесса.
2. Как соотносятся между собой политический процесс, политическая ситуация и политическое событие.
3. Дайте характеристику системе субъектов политических действий.
4. Понятие и сущность политического процесса.
Литература:
1. Политология. Учебное пособие под ред. Пугачева В.П. - М., 1994.
2. Политические институты и процессы. - М., 1986.
3. Социальная стратификация. Вып. 1-3. - М., РАН, 1992.
4. Сорокин П.А. Социальная стратификация и мобильность. / Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992.
5. Философия политики. Под ред. проф. Бессонова Б.Н. Кн. II. - М., РАГС, 1993.
6. Модернизация: зарубежный опыт и Россия. М., 1994.
7. Дмитриев А.В. Конфликт на российском распутье. // Соц. исследования. 1993. № 9.
8. Реформирование России: мифы и реальность (1989-1994). М., 1994.
9. Характеристика политического процесса. // Политология на российском фоне. М., 1992. Гл. VI. [c.343]
ГЛАВА XX. ПОЛИТИЧЕСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ
Попытки преобразований проходят красной нитью через всю историю России. Кажется, именно нестабильность, катастрофичность является наиболее устойчивой чертой ее многовекового пути. Ориентированная на западноевропейский опыт модернизация началась в стране еще с XVIII века. И весь коммунистический проект, в сущности, тоже специфическая форма модернизации.
Опыт последней российской модернизации тесно связан с понятием "перестройка". Отметим, впрочем, что процесс начался за несколько лет до ее объявления - еще во времена Андропова - и имел черты наиболее интересного восточно-азиатского варианта. А особенности восточно-азиатской модернизации в принципе связаны с эффективной эксплуатацией двух-трех не таких уж сложных механизмов - сводящихся к: 1) специфической промышленной политике (так называемому таргетингу); 2) планированию научно-технического прогресса; 3) форсированной экспортной поддержке. Но эти механизмы можно успешно использовать только имея относительно некоррумпированный, патриотически ориентированный государственный аппарат. Рассмотрим проблемы методологического характера в теме и конкретно процесс политической модернизации в России10. [с.344]
1. Теории модернизации середины XX века и анализ опыта некоторых стран
Теории модернизации второй половины XX века представляли собой одно из направлений теории общественно-исторического развития, которые сложились в рамках философии Нового времени. Их существенной чертой был универсализм, т.е. развитие общества они рассматривали как всеобщий (универсальный) процесс, имеющий одни и те же закономерности и этапы (стадии) для всех стран и народов. Методологической основой универсализма был технологический детерминизм, который выводил развитие человечества из прогресса технологии и экономики, ведущего ко всемирному [с.344] благоденствию и решению социальных проблем. Считалось, что этот прогресс размывает социокультурные и политические особенности разных стран, диктует каждому обществу свои собственные требования (1).
Выясним, что же представляла собой модернизация в конкретных сферах жизни общества по мнению ее исследователей? В социальной области модернизация связывалась с четкой специализацией людей, общественных и государственных институтов по видам деятельности, которая все меньше зависела от пола, возраста, социального происхождения, личных связей людей и все больше - по мере развития модернизации - от личных качеств человека, его квалификации, усердия, образования. Социальная модернизация рассматривалась и как замена отношений иерархической подчиненности и вертикальной зависимости отношениями равноправного партнерства на базе взаимного интереса (2). Теоретики модернизации исследовали, как в процессе перехода от традиционного общества к современному изменяется роль и функции семьи, демографическая структура, как с этими изменениями связана ускоренная урбанизация.
Экономическая модернизация означала развитие и применение технологии, основанной на научном знании, высокоэффективных источников энергии, углубление общественного и технического разделения труда, развитие рынков товаров, денег и труда, а впоследствии и их регулирование, постоянное усложнение организации производства, существование стимулов для создания и внедрения технологических и организационных новшеств.
Однако уже в 60-е годы некоторые исследователи обращали внимание на то, что в процессе модернизации необходимо прежде всего наращивать вложения в сферу образования. Как писал Ф.Харбисон, "центральная проблема всех модернизирующихся стран состоит в том, чтобы ускорить процесс формирования человеческого капитала". Такая позиция означала отказ от концепций технологического детерминизма, от стремления свести модернизацию к технико-экономическим нововведениям (3).
Политическая модернизация предполагала, во-первых, расширение территорий и упорядочение административно-политических границ, образование национальных или федеративных государств, усиление центральной [с.345] (как законодательной, так и исполнительной) власти, и в то же время, - разделение властей; во-вторых, способность государства к структурным изменениям в экономике, политике, социальной сфере при сохранении стабильности и внутренней сплоченности общества; в-третьих, важным аспектом политической модернизации считалось включение все более широких масс населения в политический процесс (хотя бы посредством выборов); в-четвертых, наконец, - установление политической демократии или хотя бы популистского правления, изменение способов легитимации власти (вместо ссылок на "божий промысел" и "природу вещей" - идеологические и политические предпочтения общественных групп). В то же время, авторы теорий модернизации подчеркивали, что в государствах Азии, Африки и Латинской Америки, в отличие от стран Западной Европы и Северной Америки, нет развитого гражданского общества, поэтому их политическая модернизация затруднена. Одной из существенных черт модернизированного общества они считали "рекрутирование государственной бюрократии в соответствии с формальными требованиями к образованию, квалификации и деловым качествам людей, тогда как в традиционном обществе "вход" в ряды политиков и чиновников был обусловлен статусом, происхождением и личными связями человека.
Духовная модернизация предполагала дифференциацию культурных и ценностных систем и ориентаций, секуляризацию образования и распространения грамотности, многообразие школ и течений в философии и науке, религиозную терпимость (конфессиональный плюрализм), развитие средств сообщения и распространения информации, приобщение крупных групп населения к достижениям культуры, распространение ценностей индивидуализма. Кроме того, модернизация связывалась с рационализацией сознания на основе научных знаний и с отказом от поведения в соответствии с традициями. Некоторые ученые, например Ш.Эйзенштадт, даже считали, что "развитие нового культурного стереотипа" образует "сердцевину" всего процесса модернизации (4). Теоретики модернизации признавали, что в разных странах модернизации проводились и проводятся разными способами и разными темпами. Эти различия справедливо объяснялись [с.346] тем, что в одних странах модернизации органичны, вызваны внутренним развитием общества, а в других проводятся под влиянием более развитых стран.
В теориях значительное место уделялось социально-политическим механизмам модернизации, роли государства, политических институтов и лидеров в осуществлении преобразований. Одновременно рассматривалась и проблема социального субъекта обновления: какие социальные группы заинтересованы в модернизации и способны ее возглавить, какова роль модернизаторской элиты в обновлении общества, особенно в развивающихся странах. Главный вывод, к которому приходили теоретики модернизации, состоял в том, что успех реформ зависит прежде всего от того, сумеет ли модернизаторская элита обеспечить стабильность общества в процессе перемен. В связи с этим было отмечено, что важную роль в модернизации могут сыграть вооруженные силы, обеспечив общественную стабилизацию и контроль за преобразованиями в условиях ломки всей социальной структуры. В 50-60 гг. некоторые ученые, разрабатывавшие общую теорию модернизации (Д.Эптер, Б.Хиггинс, Дж.Джермани, М.Леви и др.) одновременно изучали опыт модернизации отдельных стран Азии, Африки и Латинской Америки. В рамках страновых исследований модернизации, в первую очередь на примере успешного опыта Японии, приходило понимание того, что модернизация вовсе не означает полного размывания общественных традиций, что есть такие традиции, которые могут способствовать модернизации. Заметным явлением в литературе по проблемам модернизации уже в 70-е годы стал сравнительный анализ модернизаций Японии и России как стран, находившихся в прошлом примерно на одинаковом уровне развития, где традиции сыграли колоссальную роль в процессе и характере преобразований, а также в результатах модернизации.
Представляет интерес модернизация послевоенной Германии, суть которой - разработка модели социального рыночного хозяйства. Преодоление нацистского наследия после второй мировой войны одновременно стало преодолением той модели развития, которая складывалась в Германии с конца прошлого столетия. Ответ на вызовы XX века пришлось искать заново. Необходимо было сохранение достижений в социальной политике, что не [с.347] означало простого усовершенствования старого хозяйственного порядка, ибо старые формы наполнялись новым содержанием и сочетались с развитием новых элементов (политикой содействия конкуренции и проч.). Разумеется, это сочетание старого с новым могло дать положительный эффект только тогда, когда эти элементы были связаны узами определенного порядка - социального рыночного хозяйства. Основные идеи этого порядка происходили из двух близких друг к другу (но тем не менее, различны) разновидностей современного (модернизированного) либерализма - ордолиберализма ("фрайбургская школа" во главе с В.Ойкеном и Ф.Бемом) и неолиберализма (А.Рюстов, В.Репке и другие). Концепция социального рыночного хозяйства опиралась на следующие положения:
- государство в своей экономической политике должно отдавать приоритет не регулированию хозяйственных процессов, а установлению форм и правил, по которым должны действовать хозяйственные субъекты;
- создание форм и правил должно быть нацелено на то, чтобы обеспечить условия для свободной конкуренции хозяйственных субъектов; конкурентный порядок является основой функционирования экономики и общества, построенного на принципах свободы и демократии; в силу взаимозависимости всех сторон общественной жизни - прежде всего экономической и политической - необходимо их комплексное преобразование, чтобы они соответствовали друг другу, то же относится и к элементам каждого блока в отдельности, например, необходимо, чтобы условиям предпринимательской деятельности соответствовала денежная политика, последней - банковская система и т.д. Конкуренция как основа не только хозяйственной, но и всей общественной жизни рассматривалась после периода тоталитаризма в качестве единственно возможного механизма реализации принципа индивидуальной свободы. Но чтобы свободой не злоупотребляли и не пользовались ею для ограничения свободы других людей, устанавливался соответствующий порядок. Свобода и порядок стали ключевыми понятиями программы послевоенной модернизации Германии, наиболее убедительной разработанной Вальтером Ойкеном11. [с.348]
Таким образом, содержание модернизации заключалось в том, чтобы перейти от централизованно регулируемого и регламентируемого общественного порядка к свободному конкурентному порядку и тем самым - решить проблему индивидуальной свободы и власти в связи с механизмом экономического регулирования. Но такой переход должен происходить не стихийно, а вследствие целенаправленной политики государства. Другими словами, новый строй не вырастает "естественным образом", а взращивается (а затем и поддерживается и развивается) в определенных условиях и определенными методами.
Однако наученные горьким опытом начала века немецкие теоретики и политики искали способы скорректировать неблагоприятные или не соответствующие конкурентной системе последствия развития самой конкуренции, предотвратить негативные социальные явления, угрожающие стабильности в обществе и чреватые сползанием от демократии к диктатуре. Вот почему В.Ойкен и его сторонники, несмотря на всю свою приверженность свободной конкуренции, старались разработать регулирующий механизм содействия конкуренции. Заслуга ордолибералов и неолибералов заключалась как раз в том, что они принципиально определили направление и цель движения, обрисовали (и обосновали) основные контуры будущей системы, которую с легкой руки Мюллер-Армака назвали "социальным рыночным хозяйством". Ойкен и вся "фрайбургская школа" были не разработчиками "программы", а скорее создателями идеологии модернизации Германии. Самое ценное в концепции ордолиберализма то, что в ней обосновывается необходимость активных действий государства по созданию институциональных форм рынка и его правовому регулированию. Разумеется, такая политика несла в себе немалый риск: ведь сознательная и целенаправленная деятельность государства по модернизации общественно-экономической системы могла обернуться усилением бюрократического [с.349] чиновничьего аппарата, который постепенно забывает о реформах, сохраняя лишь реформаторскую риторику, и начинает решать собственные задачи, прежде всего, укреплять свою власть. В послевоенной Германии этого удалось избежать и не в последнюю очередь благодаря тем же ордолибералам, которые выступали против усиления любой власти и видели противодействие этому в той же конкуренции - но уже политической. Многопартийная система и жесткая конкуренция партий и в бундестаге, и в местных органах власти, и во время выборов, а также четкая система сдержек и противовесов в условиях разделения властей, влияние общественного мнения (средства массовой информации) позволяли фактически держать государство (прежде всего исполнительную власть) под эффективным контролем. В целом же опыт Германии подтверждает, что демократическим реформам благоприятствует сильная, но ограниченная государственная власть. Теоретики "социального рыночного хозяйства" и политики-практики, прежде всего Аденауэр и Эрхард, прекрасно понимали, что сам по себе демократический политический строй не может автоматически преобразовать хозяйственную систему, в которой властные структуры (государственные, частномонополистические или групповые) диктуют свои правила и принуждают других хозяйственных субъектов следовать им. Для послевоенной Германии были характерны сугубо специфические черты, которые были обусловлены наследием гитлеровского режима. В частности, приходилось решать очень острую проблему конверсии огромного военно-промышленного комплекса, который после второй мировой войны был практически полностью разрушен администрацией держав-победителей, особенно во французской и советской зонах оккупации. Не следует забывать и о "плане Маршалла", который помог ФРГ как и другим странам Западной Европы, заложить основы общества массового потребления и без которого реформы Эрхарда были бы заведомо обречены на провал (5). [с.350]
2. Концепция российской модернизации
До 70-80-х гг. XIX в. модернизации в России начинались исключительно "сверху", по инициативе правящего слоя, да и то лишь его отдельной части, который сопоставлял Россию с Западом. Этот слой в целом не был заинтересован ни в развитии инициативы народа, ни в коренном преобразовании общественных отношений. И дело здесь не только в косности правящих кругов России, хотя ее всегда было в избытке, и не только в исторической инерции государственной системы. Нужно иметь в виду и геополитический фактор, способствовавший консервации архаичных порядков и абсолютистского централизма. Находясь на стыке Европы и Азии, не имея естественных препятствий на своих границах, Россия, с одной стороны, испытывала угрозу вражеского вторжения, с другой стороны, имела перед собой колоссальные пространства для собственной экспансии, что нередко вызывало неудовольствие у ее соседей и партнеров в Европе и на Ближнем Востоке (Турция, Персия) (6).
Модернизация России "сверху" усугубляла социокультурный раскол в обществе, присущий ему если не со времен Ивана Грозного, то, во всяком случае, со времен Петра I. Если в Западной Европе конфликтующие друг с другом классы, модернизаторские и антимодернизаторские силы все же принадлежали к одной культуре, то в России модернизаторы были отделены от народа непреодолимой пропастью. Они оставались чужаками в своей собственной стране во всем, начиная от представлений о способах государственного управления и кончая манерой разговаривать и одеваться. Так, невозможно себе представить, чтобы французские дворяне, в отличие от крестьян, разговаривали не на французском, а на каком-то другом языке. Между тем, как известно, в русском высшем обществе считалось неприличным разговаривать по-русски, а не по-французски. А сегодня "демократы" устраивают своих детей в школы и в учебные заведения за рубежом. Однако в России, как ни в одной другой стране, прошедшей сквозь тернии догоняющей модернизации, проявились все отрицательные последствия форсированного, неорганичного развития. Они были вызваны болезненной ломкой старых общественных отношений, насаждением чуждой (западной, "санкт-петербургской") культуры, [с.351] насильственным выталкиванием огромных масс людей из привычных для них социально-экономических и культурных ниш. Догоняющая модернизация в России породила колоссальную маргинализацию и даже люмпенизацию большой части населения, у которой накапливался невиданный по своей силе заряд злобы и ненависти к "богатеям", ко всем, кто представлял чужой для них мир, чужую культуру. В начале XX в. маргинализация в России приобрела критические для устойчивости общества масштабы. Революция 1905 года и реформа П.А.Столыпина (разрушение общины в деревне), первая мировая война, обе революции 1917 г. и гражданская война подняли такую волну маргинализации, которая смыла буквально все, что хоть как-то напоминало о старом обществе, ненавистной народу чужой культуре, рыночных отношениях, частной собственности и личной инициативе. Ограниченная имперская модернизация зашла в тупик и превратилась в контр или псевдомодернизацию, т.е. в иной, но также, как выяснилось впоследствии, тупиковый вариант развития.
Большевистская революция представляется нам результатом той реакции на автократическую модернизацию, которая вызревала в России на протяжении нескольких десятилетий. В известном смысле, большевики решили перехитрить Историю. Они попытались построить в России общество лучше, чем на Западе. Но "лучше" означает вместе с тем и "как". За своеобразные "точки отсчета" взяты развитые страны Западной Европы и Америки. Понимая, что в России нет непосредственных предпосылок для социализма, большевики взяли курс на ускоренную индустриализацию страны. Результат известен. Несмотря на огромные успехи в ряде отраслей промышленности, главная задача - повышение благосостояния народа и свобода личности - решены не были.
В качестве ориентиров для политики реформ нам в основном предлагают, как при Петре I или в 1917 г. страны Запада. Правда, есть и такие сторонники преобразований, которые советуют использовать опыт стран Востока: Японии, Южной Кореи, Китая. Однако во всех случаях, за редким исключением, за основу для подражания вновь берутся те аспекты общественного развития, которые в жизни других стран отходят в прошлое. [с.352]
Модернизация в России в конечном счете должна создать условия для постиндустриализации (т.е. постмодернизации). В противном случае она теряет смысл, поскольку не решает на современном уровне ни одной из возникших перед Россией проблем. Стратегия российского обновления должна ориентироваться на то, чтобы работать на опережение, учитывая не сегодняшний, а завтрашний день мировой науки и техники, социокультурного прогресса и политических структур. Только та страна в условиях целостного и внутренне взаимосвязанного мира может рассчитывать на высокое качество жизни своего народа, которая по крайней мере по нескольким видам современной продукции стоит на передовых рубежах научно-технического прогресса вровень с конкурентами или даже опережает их.
Разрабатывая общую концепцию российской модернизации, необходимо иметь в виду ряд общих условий научно-технической революции, которые как раз и создаются в процессе модернизации и постмодернизации. Это: - изменение структуры экономики, переориентация хозяйства на современные, наукоемкие отрасли, а также те сферы общественного производства, которые непосредственно работают на удовлетворение потребностей людей, в том числе социально-экономической инфраструктуры, сферы обслуживания, что требует соответствующих изменений и в структуре капиталовложений; - создание рыночного, т.е. конкурентного, антимонополистического хозяйственного механизма, который бы побуждал предприятия внедрять в производство новинки научно-технической мысли, стараться получить прибыль за счет снижения издержек, а не за счет монопольного взвинчивания цен и раскручивания инфляции; - формирование личной и общественной модели потребления, способствующей развитию субъекта модернизации, человека с современными потребностями, которые были бы мощным стимулом для производства; - поворот всего общества и государственной политики в сторону культуры, форсированное развитие образования, переобучения людей новым профессиям, создание в обществе такой атмосферы, при которой у большинства людей возникала бы собственная потребность учиться, осваивать новые специальности; - развитие личной и коллективной инициативы, становление нового типа работника, способного к самоорганизации [с.353] и самодисциплине, изменение типа мышления, если не у всех, то, по крайней мере, у наиболее активных людей, способных быть субъектами модернизации, для чего необходимо постепенное развитие демократии, в том числе и экономической.
Очевидно, что осуществление модернизации и тем более - постмодернизации России возможно лишь в течение нескольких десятилетий. Оно предполагает работу по меньшей мере двух-трех поколений людей. Нужно осознать, что в первую очередь России предстоит провести позднеиндустриальную модернизацию, что соответствует задаче стабилизации, и одновременно, укрепить существующие заделы в области высоких технологий, которые уже в ближайшем будущем могли бы обеспечить прорыв России на мировых рынках и стать основным источником валютных поступлений, необходимых для реконструкции остальной промышленности и расширения потребительского рынка.
Основная трудность постиндустриализации нашей страны заключается в том, что в России нет или почти нет ее социального субъекта, который бы осознавал до конца и свои собственные интересы, и сам процесс становления постиндустриального общества в развитых странах. Социальная структура российского общества в целом неблагоприятная для постмодернизации. В постиндустриализации России непосредственно заинтересовано лишь меньшинство населения - те социально-профессиональные группы, которые одновременно могли бы стать ее субъектами: наиболее образованная и квалифицированная часть научно-технической и гуманитарной интеллигенции, сосредоточенной в гражданских сферах, в частности, в фундаментальной науке, давно уже ориентирующаяся в своей работе на мировые стандарты, но не получающая признания в стране; интеллигенция, высококвалифицированные рабочие и технократы из той части ВПК, которая способна по своему техническому и интеллектуальному потенциалу успешно конкурировать на мировом рынке высокотехнологичной продукции и стать вместо нефтегазодобывающего и лесного комплекса основным источником валютных поступлений страны; узкий слой высококвалифицированных рабочих гражданских отраслей производства, часть производительных [с.354] предпринимателей и фермеров, представителей банковских кругов, особенно вышедшие из рядов научно-технической интеллигенции ("предприниматели-доценты"); офицерский корпус, прежде всего, тех родов войск, где используется новейшая технология и техника и где постоянно ощущается нехватка квалифицированных специалистов, т.е. та часть вооруженных сил, которая в перспективе должна составить костяк кадровой, профессиональной армии.
Учитывая то значение, которое для многих людей имеют их предприятия, где они проработали не один десяток лет, субъектами позднеиндустриальной модернизации в принципе являются не только конкретные социально-профессиональные группы общества, но и сами крупные предприятия и научно-производственные объединения, в основном выпускающие продукцию для конечного потребления (предметы личного потребления, в особенности длительного пользования, продукцию машиностроения и т.п.). Роль субъектов модернизации могут и должны также играть финансово-промышленные группы. Важные шаги к созданию таких групп в России были сделаны в конце 1993 года. Учитывая опыт зарубежных стран, в частности, Франции, государство должно активно поощрять продвижение таких групп на мировые рынки товаров средних (индустриальных) и высоких технологий.
Очагами постмодернизации России должны стать технокультурополисы, где есть социальные субъекты постмодернизации, расположены учебные заведения и крупные научные центры, существует целая система научных исследований и опытно-конструкторских разработок, налажены транспорт и коммуникации, сложилось соответствующее характеру труда качество жизни их жителей, и, наконец, установились прочные связи с индустриальными предприятиями - потребителями "интеллектуального продукта" технокультурополисов. Потенциально уже сейчас в России технокультурополисами являются основные культурные и научно-индустриальные центры страны (Москва и Московская область, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Самара, Саратов, Челябинск, Екатеринбург, Новосибирск, Томск, Красноярск, Иркутск, Хабаровск и некоторые другие города), а также центры ВПК, где сосредоточено [с.355] высокотехнологичное, наукоемкое производство, типа подмосковных Болшево и Зеленограда, Арзамаса-16.
Важную роль в российской модернизации должно сыграть государство. Не только потому, что это соответствовало бы и сложившейся структуре экономики, российским традициям, но и потому, что частное предпринимательство в России еще слишком слабо, к тому же нередко носит криминальную окраску, а сами государственные предприятия слишком инертны, чтобы на них целиком положиться в деле радикального обновления экономики страны. Государство в России, поощряя частную и коллективную инициативу, должно выступить гарантом политической стабильности и порядка, без которых никакая модернизация, особенно в сильно люмпенизированном обществе, невозможна. Оно, должно стать инициатором целого ряда широкомасштабных научно-технических и социально-экономических программ по основным направлениям модернизации и постмодернизации по примеру программы Европейского Союза ESPPIT или японской по созданию ЭВМ пятого поколения, стимулируя госпредприятия и частный бизнес к участию в их реализации. В настоящее время, когда к реальной модернизации Россия еще не приступала, ей необходима авторитарная власть. И дело даже не в том, что становление рыночного хозяйства нуждается в "сильной руке", а переход от тоталитарной системы к демократии будто бы требует некоего промежуточного варианта в виде авторитаризма. В конце концов после второй мировой войны и Германия, и Италия перешли от тоталитаризма к демократии и нормальной рыночной экономике без особых промежуточных стадий. Присутствие на их территориях оккупационных армий западных стран было хотя и важным, но отнюдь не решающим фактором такого перехода. На наш взгляд, необходимость авторитаризма в России обусловлена характером российского общества, тем, что ему предстоит перейти от состояния, в котором сильны черты традиционности и добуржуазных общественных отношений, к рыночному хозяйству и гражданскому обществу. Это означает глубокую ломку и преодоление сопротивления со стороны старых общественных структур и старого общественного сознания. Отсюда и вытекает особая роль государственных институтов, которым надлежит политическими и правовыми [с.356] средствами сломить это сопротивление. Итак, в России в обозримом будущем не стоит вопрос "демократия или авторитаризм"? Вопрос стоит по-другому: какого типа авторитаризм будет в России? Необходимость модернизации требует установления в России авторитарного режима либерально-технократического и одновременно патриотического толка, который возьмет на себя миссию политического и правового гаранта подлинного обновления России. Без сильной, даже жестокой власти не удастся одними экономическими средствами обуздать мафиозные кланы, покончить с разгулом чиновничьей коррупции, призвать к порядку люмпенов. Подобный авторитаризм ("просвещенный"), охраняющий условия для развития гражданского общества, открытый для новаций и постепенной демократизации, может стать политической гарантией действенной альтернативы отсталости страны и хаосу. Но в первую очередь он должен опираться на заинтересованные в модернизации социальные слои и только по мере ее продвижения вперед - расширять свою социальную базу. Для своего успеха модернизаторскому авторитаризму надлежит формировать идейно-политический консенсус в обществе, как это делалось в новых индустриальных странах. Причем, речь идет, конечно, о консенсусе по ключевым проблемам развития страны - модернизации, национальным интересам, общественной и государственной безопасности. Такой консенсус необходим как внутри деловой, интеллектуальной и политической элиты (технокультурократии), так и между элитой и всем обществом, основными социальными группами. Он может быть выражен и достигнут путем выборов (прези-дентских, парламентских и местных), с помощью опросов общественного мнения, референдумов по наиболее важным вопросам государственного устройства. Другими словами, консенсус должен обеспечивать обратную связь между обществом и государством, чтобы государство могло вносить нужные коррективы в свою политику модернизации, ни в коем случае не отступая от стратегического курса.
Российской модернизации может быть полезен опыт некоторых новых индустриальных стран (Таиланд, отчасти Южная Корея и Тайвань, Бразилия), где авторитарная модернизация проводилась с учетом мнений оппозиции. [с.357] Оппозиция в определенной мере входила в правящий (модернизаторский) блок, а лидеры модернизации всячески стимулировали ее участие в проведении модернизаторской политики. Тем самым обеспечивалась социально-политическая стабильность и заодно правительство могло полнее контролировать деятельность оппозиции. Конституция России в принципе соответствует задаче авторитарной модернизации страны. Она содержит в себе все необходимые основы для разработки "модернизаторских законов" и правового механизма перемен в обществе. Модернизация предполагает укрепление судебной власти, института адвокатуры, разделение прокурорского надзора и органов дознания, как и соответствующее уголовное и гражданское законодательство. В то же время правовая модернизация должна сочетаться с широкой пропагандой юридических знаний, расширением юридического образования и повышением его качества. В модернизации страны важную роль особенно догоняющего развития играет личность политического лидера, причем в тандеме с ним, как правило, выступает не менее уважаемый экономист, генератор идей модернизации и реформаторской экономической политики.
Россия нуждается в духовном обновлении, в своего рода революции сознания, без которой любые перестройки в обществе будут либо отвергаться основной массой людей, либо приобретать самые несуразные формы. Принимая во внимание, какую роль в жизни российского общества всегда играла идеология, духовное начало, ожидать полной деидеологизации общественного сознания было бы просто наивно. Как показывает опыт догоняющей модернизации новых индустриальных стран, их правящие круги учитывали значение идеологии в деле социально-экономических преобразований и отнюдь не ратовали за деидеологизацию. России также нужна идеология модернизации - синтетическая, прагматическая, открытая новациям, выполняющая конструктивную роль. По существу, это должна быть неоконсервативная идеология, если учесть ту социальную функцию, которую выполнила идеология неоконсерватизма в ходе постиндустриализации развитых стран.
Неоконсервативная идеология модернизации позволила бы примирить умеренные фланги трех [с.358] обозначившихся в России идейно-политических течений: либерального, социалистического и национально-патриотического. Поскольку стремление к социальной справедливости стало своего рода традицией российского общественного сознания, под знаменами неоконсерватизма в нынешних условиях есть место приверженцам демократического социализма, сознающим, что социальная справедливость может быть обеспечена только на базе экономической эффективности, недостижимой без преодоления наследия советской системы. Под эти знамена могут встать и либерал-прагматики, понимающие, что самый верный путь к торжеству либеральных принципов лежит через последовательные реформы, а не через "либеральный обвал", чреватый социальным взрывом и "африканизацией" России. В лоне неоконсерватизма могут обрести себя и патриоты-демократы (демократы-государственники), выступающие за укрепление государственности и восстановление ряда традиционных ценностей (семья, нравственность, долг, патриотизм) в сочетании с ценностями демократии. Фактически неоконсерватизм в условиях России мог бы выполнить роль центристской идеологии, обеспечивающей в обществе идейно-политическое согласие по ключевым проблемам стратегии модернизации и национально-государственных интересов, столь необходимое для успеха преобразований. Модернизаторская идеология должна быть многоуровневой. Она не может быть одинаковой для всех социальных и этнических групп - опыт господства такой идеологии "всеобщего единства" в России уже был. Очевидно, идеология модернизации в первую очередь должна стать идеологией тех социальных сил, которые являются субъектами постиндустриализации. На этом уровне ей в наибольшей степени должен быть присущ рационализм и прагматизм.
Второй уровень модернизаторской идеологии соответствует задачам позднеиндустриальной модернизации, следовательно, на нем должны быть представлены и элементы концепций догоняющего развития, и идеи социал-демократии, поскольку именно социал-демократическая система взглядов адекватна позднеиндустриальной стадии развития. Наконец, третий уровень модернизаторской идеологии выполняет роль внешнего амортизатора: он призван реагировать на антиморализаторские идеи, которые [с.359] еще долго будут витать над российской землей. Эти идеи могут исходить и от ортодоксальных сторонников большевизма, и от национал-патриотов, выступающих с претензиями на роль всемирного светоча, от традиционалистов, мечтающих навсегда изолировать Россию от зарубежного влияния, и от радикальных "демократов", усматривающих в свободном рынке наивысшее достижение мировой цивилизации. Третий уровень идеологии модернизации должен затрагивать массовое сознание, в том числе тех слоев общества, которые вольно или невольно противодействуют модернизации.
Идеология модернизации должна строиться и на достижениях мировой общественной мысли, и на традициях российской культуры, как на рациональных основаниях, так и на вере народа в свои силы и возможности. Нельзя подвигнуть народ принять какую-либо программу модернизации, если вдалбливать ему идею собственной неполноценности, поддерживать комплекс "совка". Соответственно, нельзя сделать такую программу привлекательной, если делать упор на российскую исключительность, подчеркивать ее антизападничество и антибуржуазность. Идеология модернизации России объективно призвана совершить переворот в сознании людей, подобный лютеровской Реформации в Западной Европе, переворот, столь важный для развития цивилизованного предпринимательства и рационального хозяйствования. Но без использования русского духовного наследия осуществить его не удастся. Однако для культивирования рационалистического мышления, необходимо для модернизации России, помимо возвышенных идей корифеев русской и мировой культуры, столь же важно, особенно в среде тех, кто готов пока лишь к позднеиндустриальной модернизации, распространять обычные "земные" идеи рационального экономического поведения, не забывая и об их исторической ограниченности. При том, что "экономический человек" уже сходит со сцены истории в развитых странах, он мог бы во многих отношениях послужить примером для среднего российского человека.
Идеология модернизации должна нащупать точки соприкосновения между западной идеей постиндустриального общества, глобальной гармонии природы, человека и социума, сформулированной в докладах Римскому клубу, [с.360] и идеей космичности человеческого бытия, выдвинутой русскими философами на рубеже XIX-XX вв.
Вряд ли стоит забывать, что важной ценностью российского общественного сознания является идея великой России как мировой державы. Нельзя пренебрегать и наметившейся в последние годы экологизацией общественного сознания, которая соответствует задаче постиндустриализации, поскольку в конечном счете только постмодернизация в состоянии решить экологические проблемы, резко повысить технологическую надежность и безопасность производственных систем. В то же время, идея модернизации должна сочетаться с идеями укрепления общественного и правового порядка, борьбы с преступностью. Надо полагать, что не случайно модернизация Сингапура сопровождалась и продуманной пропагандой "культурного поведения" граждан, и введением жестких законодательных мер в отношении нарушителей общественного порядка. Наконец, важным фактором развития и распространения идей модернизации могут и должны стать массовые общественные движения, складывающиеся вокруг реальных социокультурных проблем, по типу американского "Морального большинства" Д.Фолуэлла (переименованного впоследствии в "Федерацию за свободу"): например, объединения родителей, обеспокоенных наркоманией среди школьников, интеллектуалов, озабоченных распространением "массовой культуры", движения в защиту окружающей Среды, общества потребителей. От их позиции немало зависит в деле трансформации общественного сознания. Модернизация России, естественно, невозможна без социально-экономической, политической и правовой стабилизации в обществе. От выбора средств и методов стабилизации зависит, как будет в дальнейшем осуществляться модернизация. [с.361]
Глава XX.
Основные понятия: трансформация, модернизация, развитие, политическая модернизация, механизм модернизации, постмодернизация, идеология модернизации, социальное рыночное хозяйство. [с.361]
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Раскройте сущность понятия "модернизация" и "политическая модернизация".
2. В чем отличие модернизации стран Азии и России? Дайте сравнительный анализ.
3. Покажите в форме схемы структуру субъектов модернизации в России.
4. Какая на Ваш взгляд должна быть идеология модернизации в России?
Литература:
1. Модернизация: зарубежный опыт и Россия. М., 1994.
2. См.: Lerner D. (With the collab. of L.W.Pevsner). The Passing of Traditional Society: Modernizing the Middle East. Glencoe (III), 1958.
3. Harbison F.H. Human Resources Development Planning in Modernising Economies // Leading Issues in Development Economies: Selected Materials and Commentary. Ed by Meier G.M.Y. 1964 p.273.
4. Eisenstadt S.M. Modernization: Protest and Change, p.5. Levy, M, p.61.
5. Подробнее см.: Гутник В. Как проводилась реформа Эрхарда // Финансовые вести, 1993, № 22; Гутник В. Реформа 1948 г. в Германии. Открытая дверь в социальное рыночное хозяйство // Глобус. Международный вестник, 1993, 1 июля № 26.
6. См.: Российская модернизация: проблемы и перспективы (материалы "Круглого стола") // Вопросы философии, 1993, № 7, с.15;
7. Хорос В. Русская идея на историческом перекрестке // Свободная мысль, 1992, № 6, с. 38.
8. Сорокин П.А. Социокультурная динамика. / Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992. [с.362]
ГЛАВА XXI. ПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ

"Огонь вражды, сынок,
Гаси, пока он мал,
Пока, помилуй бог! -
Пожаром он не стал".
Аттар
Конфликт - это столкновение противоположных интересов, мнений, взглядов, серьезное разногласие, острый спор, чреватый осложнениями и борьбой враждующих сторон различного уровня и состава участников; испытание сил противоборствующих сторон.
Конфликты охватывают все отношения человека с объективной действительностью. [c.363]
1. Общая характеристика социальных конфликтов и специфика политических конфликтов
История развития человечества четко фиксирует положение: в условиях кризиса общества или его отдельных сфер - идет мучительный процесс отыскания средств его исцеления, усиленная разработка "стратегии выживания". Борьба за выживание требует и новых социальных теорий, которые бы учитывали особенности нового времени, позволяли разрешать возникающие противоречия, конфликты и эффективно управлять общественными процессами. Одной из них и призвана стать теория конфликтов. Она охватывает широкий круг вопросов. Это определение самого понятия "конфликта", раскрытие его природы как особого общественного явления, выявление причин и условий возникновения конфликта и конфликтных ситуаций, возможностей их прогнозирования и разрешения. Исследователями анализируются структура или "анатомия" конфликта как определенной системы, а также движущие силы (участники) развития социальных коллизий. Важную проблему составляют и вопросы типологии, классификации конфликтов, выявление их роли в жизни общества.
Проблема конфликта стара как мир (1). Китайские философы уже в VII-VI веках до н.э. видели источник движения всего существующего во взаимоотношениях, присущих материи положительных (ян) и отрицательных (инь) сторон. В Древней Греции ценным является учение [c.363] о противоположностях и их роли в возникновении вещей. Так, Анаксимандр утверждал, что вещи возникают из постоянного движения апейрона, единого материального первоначала, приводящего к выделению из него противоположностей. Благодаря вечному движению апейрона и образованию противоположностей, одни миры и вещи рождаются, а другие уничтожаются, во Вселенной происходит бесконечный круговорот миров и вещей, не нуждающийся ни в каком содействии богов. Гераклит пошел дальше и сделал попытку вскрыть причину движения, представить движение вещей и явлений как необходимый, закономерный процесс, порождаемой борьбой противоположностей. Следует знать, утверждал он, что борьба всеобща и что " все происходит через борьбу и по необходимости".(2) В той или иной форме, подобные мысли высказывали Сократ, Платон, Эпикур, Полибий и другие.
Большое внимание исследованию конфликтов в обществе уделял Н.Макиавелли. В работах, посвященных римской истории, он рассматривает конфликты различного уровня и отмечает их положительную роль в развитии общественных процессов.
Однако до конца XVIII в. мыслители, занимавшиеся вопросами конфликта, сводили его к вопросу господства и подчинения, разрешаемому прежде всего благодаря регулирующей деятельности государства.
Конфликт, как социальное явление, впервые был исследован в работе Адама Смита " Исследования о природе и причинах богатства народов" (1776). Важное место в исследовании конфликтов занимает Гегель с его учением о противоречиях и борьбе противоположностей.
Свое теоретическое обоснование проблема конфликта получила в конце XIX - начале XX века в рамках социологии. Это, естественно, наложило существенный отпечаток на ее содержание. Сама социология, находившаяся тогда под влиянием биологии, рассматривала конфликты, исходя из дарвинской теории естественного отбора. Затем в социологии утвердился психологический подход, и в связи с этим на конфликт распространился социально-психологический взгляд. Позднее социология оказалась под сильнейшим влиянием функционализма, который конфликтам отводил негативную роль, и проблема конфликтов как бы отступила на задний план. [c.364]
Поэтому в противоположность теориям структурного функционализма, выносившим конфликты за пределы социологического анализа, как нечто чужеродное для социальной системы, уже с 50-х годов стали появляться специальные работы, посвященные социальным конфликтам, как явлениям присущим внутренней жизни общества, существующего в нем порядка вещей.
Наибольшую известность получили концепции: "позитивно-функционального конфликта" Льюиса Козера (США), "конфликтной модели общества" Р. Дарендорфа (Германия) и "общей теории конфликта" К. Боулдинга (США).
Сущность концепции Л. Козера состоит в следующем. Обществу присуще фатально неизбежное социальное неравенство, вечная психологическая неудовлетворенность членов общества и проистекающая отсюда напряженность между индивидами и группами, обусловленная их чувственно-эмоциональной, психической расcтроенностью, от случая к случаю разряжающаяся в их взаимных коллизиях. Поэтому социальный конфликт Козер сводит к "напряженности между тем, что есть, и тем, что должно быть в соответствии с чувствами известных групп и индивидов". Под социальным конфликтом он понимает "борьбу за ценности и претензии на определенный статус, власть и ресурсы, борьбу, в которой целями противников являются нейтрализация, нанесения ущерба или уничтожение соперника". Это наиболее распространенное определение конфликта в западной политологии.
Немецкий социолог Ральф Дарендорф в середине 60-х годов выступил с обоснованием теории социального конфликта, получившей название "конфликтной модели общества". По его мнению, любое общество постоянно подвергается изменению, социальные изменения вездесущи; оно испытывает в каждый момент социальный конфликт, социальный конфликт вездесущ; каждый элемент общества способствует его изменению; любое общество опирается на принуждение его членов другими. Поэтому, отмечает Дарендорф, для общества характерно неравенство социальных позиций, занимаемых людьми по отношению к распределению власти, а отсюда проистекают различия их интересов и устремлений, что и вызывает взаимные трения, антагонизмы, а как результат этого - [c.365] структурные изменения самого общества. Подавленный конфликт он сравнивает с опаснейшей злокачественной опухолью в теле общественного организма.
Среди концепций, претендующих на универсальное применение как к внутренней жизни общества, так и к международным отношениям, важное значение занимает "общая теория конфликта" американского социолога Кеннета Боулдинга, изложенная в его книге "Конфликт и защита. Общая теория". Он считает, что конфликт неотделим от общественной жизни. В самой природе человека лежит стремление к постоянной вражде и борьбе с себе подобными, к эскалации насилия. Конфликт К. Боулдинг определяет как ситуацию, в которой стороны сознают несовместимость своих позиций, и каждая сторона стремится занять позицию, несовместимую с желаниями, интересами другой стороны. Вместе с тем, конфликты являются таким видом социального взаимодействия, когда стороны осознают как свое противостояние, так и свое отношение к нему. Они сознательно организуются, разрабатывая стратегию и тактику борьбы. Но все это не исключает того, что конфликты можно и нужно преодолевать или по крайней мере существенно ограничивать.
В целом зарубежные социологи далеко продвинулись в изучении конфликтов в обществе. Здесь можно подчеркнуть и такой момент. Широкое распространение и эффективное использование концепций социального конфликта в странах Запада, а также высокий авторитет ученых заключается в том, что эти концепции в своей основе затрагивают насущные интересы людей - их непосредственные нужды. а не отвлеченные абстрактные схемы в виде интересов класса вообще.
Следует отметить и то обстоятельство, что сама политология, например, США, ставшая одной из самых авторитетных общественных наук, превратилась в теорию регуляции конфликтов, владения конфликтной ситуацией.
В исследованиях советских ученых, в свое время, подчеркивалась прежде всего объективная, материально-экономическая и классовая природа конфликта, обусловленность общественно-политической деятельности людей и социальных групп, в конечном счете, их местом в системе общественного производства, их коренными экономическими интересами. [c.366]
Как известно, проблема социального конфликта получила довольно глубокое обоснование в работах К. Маркса, Ф. Энгельса, В.И. Ленина. Этот факт послужил основанием для ряда ученых-обществоведов вообще причислить марксистскую концепцию общественного развития к числу "конфликтных теорий", с чем вряд ли можно согласиться, так как подобный подход сводит цельную мировоззренческую систему к частной теории.
В то же время нельзя не отметить того обстоятельства, что в марксизме проблема конфликта получила несколько упрощенное толкование, т.к. по сути дела она сводилась к столкновению между антагонистическими классами. Поскольку таковых в социалистическом обществе, считалось, нет, то исследования на уровне теории не велись.
Однако надо признать совершенно очевидный факт, что общество сохраняется как целое, благодаря присущим ему внутренним конфликтам. Наличие в обществе множества конфликтов, их сложное переплетение, препятствуют расколу общества на два лагеря, который может привести к гражданской войне, революции и другим формам аномалии.
Если конфликты неизбежное явление общественной жизни, то в чем же состоят их причины?
Наиболее общей причиной социального конфликта является неравное положение, занимаемое людьми в императивно координированных ассоциациях, в которых одни управляют и командуют, другие вынуждены подчиняться и исполнять директивы и указания.
Надо признать, что извечное разделение человеческого рода, отдельных общественных групп и коллективов на "верхи" и "низы", неустранимость обостренных отношений между ними, как источник всевозможных конфликтов - не находятся в противоречии с действительной историей развития общества.
Можно считать, что, в конечном счете, конфликты определяются сознанием людей. В качестве причин, вызывающих конфликты, необходимо назвать несовпадение индивидуальных и общественных ценностей, разлад между ожиданиями, практическими намерениями и поступками людей, непонимание ими своих действий по отношению друг к другу, всяческие недоразумения, логические [c.367] ошибки и вообще семантические трудности в процессе коммуникации, недостаток и некачественность информации, а то и вообще ее искажение.
Пожалуй, универсальный источник конфликта состоит в несовместимости претензий сторон при ограниченности возможностей их удовлетворения. Конфликт вечен, потому что невозможно создание такой общественной системы, при которой бы потребности всех желающих были бы полностью удовлетворены.
Разумеется, при удовлетворении всех потребностей людей, конфликтов бы не было. Но тогда остановилось бы само развитие человеческого общества. Ведь жизнь соткана из противоречий, которые лежат в основе любого конфликта.
В связи с этим необходимо отметить позитивные функции конфликта. Например, он играет роль "отводного канала", "выхлопного канала" для накопившихся страстей. Он может быть стимулятором и движущей силой социальных изменений. Позитивная функция конфликта проявляется и в содействии формирования социально необходимого равновесия, переоценки и изменения прежних ценностей и норм общества (благодаря разрешению конфликта), усилению лояльности членов данной структурной единицы; в гарантии развития общества путем вскрытия противоположных интересов, создание возможностей для их научного анализа и , прежде всего, определения необходимых изменений.
Конфликт, однако, может иметь и отрицательные последствия. Например, он может угрожать интеграции общества, разрушить сложившиеся социально-политичес-кие структуры его и т.п. Задача управления конфликтом как раз и состоит в том, чтобы не допустить его разрастания или снизить его негативные последствия.
Конфликтов в обществе великое множество. Поэтому их стараются классифицировать. Конфликты могут быть между странами, нациями, предприятиями, рабочими и администрацией, семейными (между мужем и женой) и т.д. и т.п. В соответствии с организацией общества, конфликты формируются на уровнях: индивидуумов, групп, крупных систем (или подсистем), классов и социальных слоев общества в целом, и, наконец, на региональном или глобальном уровнях. [c.368]
Разумеется, нельзя все конфликты подгонять под единую универсальную схему: есть конфликты типа "схваток", когда противников разделяют непримиримые противоречия и рассчитывать можно только на победы; есть конфликты типа "дебатов", где возможен спор, возможен маневр, но, в принципе, обе стороны могут рассчитывать на компромисс; есть конфликты типа " игр", где обе стороны действуют в рамках одних и тех же правил, поэтому они никогда не завершаются и не могут завершиться разрушением всей структуры отношений, сложившихся между противоборствующими сторонами. [c.369]
2. Конфликт и противоречие
Противоречие - это взаимодействие противоположных сторон и тенденций, предметов и явлений, которые находятся в единстве и взаимопроникновении, выступая источником самодвижения и развития объективного мира и познания. Единство и борьба противоположностей относительны.
В обществе как сложном социальном образовании противоречия действуют во всех его сферах. В экономической противоречия между плановой и рыночной сторонами экономики; между тенденциями к интеграции всех экономических регионов страны и тенденциями к децентрализации, к самостоятельности их; производством и потребностями; централизованной системой управления и инициативой предприятий и др. В социальной сфере противоречия между личностью и обществом; различными классами и социальными группами; между тенденцией к социальному равенству и углублению дифференциации доходов в период утверждения рыночных отношений.
Поскольку мы рассматриваем политические конфликты, то остановимся несколько подробней на противоречиях в политической сфере. Прежде всего на противоречии между публичной властью и самоуправлением. В России, к сожалению, до сих пор не удалось превратить государство из органа стоящего над обществом, в орган, этому обществу всецело подчиненный. Здесь не общество пошло по пути постепенного поглощения государства, а наоборот, произошло гипертрофированное огосударствление всех сфер жизни общества. В нашей стране в период строительства социализма [c.369] процесс огосударствления общества приобрел всеобщий характер. Разрешить противоречие между публичной государственной властью и общественным самоуправлением была призвана реформа политической системы, демократизация всех властных структур, всемерное развитие прямого, непосредственного участия трудящихся масс в определении политики государства и в управлении обществом. Однако следует признать, что это противоречие пока что не находит своего разрешения.
Второе противоречие между государством и обществом. Как известно, государство должно действовать от имени и по поручению народа. Однако отношения между ним и обществом внутренне противоречивы. Государство может адекватно представлять общественные и народные интересы, но интересы государства и общества могут и не совпадать. Причиной этого выступает бюрократизация государственного аппарата, его отрыв от масс, ориентация органов управления не на удовлетворение потребностей и воли народа, а на обособленные интересы аппарата управления. В истории советского общества такое расхождение интересов государства и общества наблюдалось в условиях режима личной власти, оно не преодолено и в настоящее время. Например, в конце 20-х - начале 30-х гг. была проведена насильственная коллективизация крестьянских хозяйств. Это не отвечало интересам народа в целом. Также как и ввод ограниченного контингента войск в Афганистан и антиалкагольная кампания, обернувшиеся позором для всего общества. Против воли народа началась война в Чечне.
Третье противоречие между элементами политической системы: а) между различными субъектами государственной власти, а именно центральными (федеральными) и региональными. Некоторые регионы в борьбе за суверенитет, перестали считаться с федеральными законами. В свое время "война законов" привела к распаду Союза ССР. Следует отметить, что отношение людей к закону всегда было сложным. Здесь необходимо выделить три аспекта. Первый, когда закон правит людьми. Это обстоятельство наблюдается в правовом государстве. Второй - когда люди правят законом. Это диктатура, в условиях которой власть имущие легко переступают через закон, если он стоит на их пути. Третий - [c.370] когда люди правят людьми. Это полный распад законодательной системы, когда наблюдается деструкция всех общественных отношений, приводящая к самоубиению данного социума как относительно упорядоченного общества; б) существуют противоречия между политическими партиями. Отметим некоторые тенденции, позволяющие осмыслить противоречия между ними. Во-первых, идет ожесточенная борьба между партиями за власть; во-вторых, некоторые партии еще недостаточно четко определили свои цели и социальную базу, на которую они собираются опираться. В-третьих, имеется четкое размежевание партий относительно будущего России; в-четвертых, идет противоборство между политическими партиями по вопросам модернизации российского общества; в) налицо противоречия между государством и различными общественными организациями и движениями. Как правило их интересы не совпадают. Такая организация как профсоюзы, например, открыто выступает против решений правительства, направленных на ущемление прав трудящихся, подрыв их материального положения.
Четвертое противоречие в сфере национальных отношений: а) между субъектами Российской Федерации; б) между национальными меньшинствами и коренной нацией внутри субъекта Федерации; в) между общими интересами федеративной власти и органами власти субъектов Федерации; г) между интернациональным и национальным, между тенденцией, выражающей возрастание роли языка межнационального общения, и потребностями развития родных языков; д) между великодержавным шовинизмом и местным национализмом и другие. Таким образом мы рассмотрели противоречия в политической жизни общества. А каков механизм разрешения противоречий? Какова роль политических институтов в их разрешении?
Эффективное управление обществом возможно лишь тогда, когда учитываются реальные противоречия и имеется механизм их разрешения. К последнему можно отнести: 1) программно-целевой механизм, предполагающий формирование и проведение научно обоснованной политики, включающей и масштабные исторические цели; 2) правовой механизм разрешения противоречий, связанный с совершенствованием законодательства Российской Федерации и ее субъектов; 3) организационно-корректирующий [c.371] механизм, связанный с совершенствованием организационной структуры власти или рокировкой кадров.
Важную роль в разрешении противоречий играет метод структурно-функциональной диагностики, с помощью которого изучают различные системы управления, с целью выявить причины нарушения связей между субъектом и объектом управления и что необходимо сделать, чтобы системы функционировали эффективно. Разновидностью структурно-функциональной диагностики является метод организационного анализа, предполагающий: выяснение соответствия организационных структур власти новым требованиям жизни; распределение и перераспределение прав и обязанностей (функций) различных звеньев аппарата, администрации, проведение централизации или децентрализации; выяснение степени профессиональной подготовки кадров государственных органов и учреждений; выяснение методов взаимоотношений работников госаппарата с гражданами; выяснение условий труда, служащих аппарата, их стиля работы и другие.
Рассмотрение сути противоречий и механизма их разрешения с философско-социологической точки зрения было необходимо, чтобы яснее понять современные теории конфликтов. [c.372]
3. Условия, возникновения и стадии развития политических конфликтов
Специфика политического конфликта определяется его объективной и субъективной сторонами, которые в своей совокупности определяют его качественную природу. Сторонники марксистской концепции конфликта подчеркивают, например, решающее значение объективной материально-экономической основы политического конфликта. Большинство же западных социологов на первое место ставят чисто субъективные моменты. Последние специфику политических конфликтов выводят из того обстоятельства, что человек, включенный в политическую деятельность (действия) в своем сознании оперирует "символическими политическими образами", представлениями, дающими ему знание о политической картине мира, страны, региона, о своем месте в политической жизни и о других. Политический символ выступает в форме определенных политических взглядов, установок, [c.372] идеологических доктрин. Символический политический образ имеет большое значение в понимании политических конфликтов. В повседневной жизни, даже те политические конфликты, которые на первый взгляд кажутся обусловленными объективными материальными причинами, например, из-за собственности, на деле связаны с символическими элементами, вроде политического престижа, уважения личности политического лидера.
В то же время, чтобы политический символ стал источником конфликта, должна существовать неопределенность его значения, а также двусмысленность относительно того, что именно он собой представляет. Неустойчивость символики имеет важное значение в политике. Она является следствием раздвоенности сознания человека на два элемента - открытый и скрытый. Открытый элемент есть ни что иное, как осознание человеком самого себя, а скрытый - это то, что человек прячет от других. Последний элемент также подразделяется на две части: ту, которую человек прячет от других, или сознательно скрывает, и ту, которая прячется им даже от себя, или бессознательно скрываемую часть сознания12.
Источник политических конфликтов может корениться в этой раздвоенности человеческого сознания, в подавлении официальной системы символов неофициальной, оппозиционной системы символики. В связи с этим можно заключить, что всякая политическая борьба - это проявление противоречий в сфере сознания и бессознательного. Например, в результате революций одна система символики уступает место другой. Можно провести сравнительный анализ символов, лозунгов и призывов буржуазно-демократической и социалистической революций. В обоих случаях шла борьба за привилегии того или иного класса, обладать властью, вершить политику и т.д. Роль государства сводится, в основном, к защите господствующей системы политических символов. Отсюда следует, что любая революция устанавливает новую государственную [c.373] власть, новый политический режим также в интересах господства новой системы политических символов, классов, социальных сил, владеющих экономическими рычагами общества.
Предпосылки и условия возникновения внутриполитических конфликтов весьма разнообразны. Политическая жизнь нашего общества в настоящее время характеризуется: подъемом массовых демократических движений; усилением обратной связи между субъектом и объектом управления общественно-политическими процессами; возрастанием участия личности в политической жизни, проявляющегося в повышении ответственности политических партий, организаций; ростом активности общественных организаций страны во всех регионах, областях и краях; стремлением власти реализовать те политические требования, которые волнуют людей. Кроме того отмечаются: неэквивалентный обмен между городом и деревней; легализацией теневой экономики (как предпосылка возрождения межклассовых противоречий); возрастанием национализма, шовинизма и сепаратизма; возрастанием политических амбиций и властолюбие отдельных руководителей (как дестабилизирующий фактор); противоречиями между сторонниками реформ и защитниками отживающих социально-экономических и политических отношений и институтов; противоречиями между различными политическими партиями и движениями относительно пути развития России; использованием методов политической борьбы; нетерпимостью к политическому инакомыслию; различиями в психологии и идеологии различных социальных групп и т.д. и т.п.
Все это может стать условиями конфликтных ситуаций, их предпосылками.
Политическая жизнь представляет собой особую форму реализации политических интересов людей (классов, партий, социальных групп). Она находит четкое выражение во властных отношениях, направленных на защиту, закрепление и развитие достигнутых завоеваний, создание новых предпосылок для дальнейшего укрепления положения определенных политических сил, достижение консенсуса между ними. В обществе различные структуры политической жизни обнаруживают свою противоречивость, что является совершенно естественным явлением. [c.374]
Противоречия присущи политической жизни общества на любом этапе его развития. Однако, они не всегда являются причиной политического конфликта. Если притязания субъекта учитывают закономерности функционирования общества, то политические процессы будут развиваться без конфликтов и потрясений. И, напротив, противоречия перерастают в борьбу двух противоположных сил, в политический конфликт, когда одни из них или обе - не учитывают объективного хода развития общественных процессов.
Интенсивность и острота социально-политических антагонизмов зависит прежде всего от состояния социально-политических и классовых сил в обществе. Интенсивность политических конфликтов прямо зависит от степени развитости и удовлетворенности интересов людей, коллективов, социальных слоев, классов. Отмечается прямая зависимость интенсивности политического конфликта от присутствия в его структуре идеологического элемента. Конфликты, в которых их участники сознают, что являются представителями определенных коллективов, групп, партий, борющихся не ради себя лично, но исключительно за общие идеалы, вероятно, будут более радикальными, чем те, столкновения, которые происходят из-за личных целей. Борьба за социалистическую идею отличается часто крайним радикализмом и бескомпромиссностью.
Западные политологи обвиняют марксистов в том, что они "превращают борьбу интересов в борьбу идей". Другими словами, они призывают рабочих своих стран бороться не за "отвлеченные идеи", а за конкретные, практические интересы, за улучшение жизни именно сегодня, а не в будущем.
Стадии развития политического конфликта. Для первой стадии этого конфликта характерно сформировавшееся отношение сторон по поводу конкретного противоречия или группы противоречий, выраженное в более или менее четкой форме их противостояния. Второй фазой конфликта является определение стратегии противоборствующими сторонами и форм их борьбы для разрешения имеющихся противоречий, с учетом потенциала и возможностей применения различных, в том числе и насильственных средств внутренней и [c.375] международной ситуации. Третья стадия связана с вовлечением в борьбу других участников, через блоки, договоры. Четвертая стадия - нарастание борьбы, вплоть до кризиса, охватывающего поэтапно всех участников с обеих сторон и перерастающего в общенациональный. Пятая стадия конфликта - переход одной из сторон к практическому применению силы, в начале в демонстрационных целях или ограниченных масштабах, чтобы принудить противостоящую сторону удовлетворить интересы той стороны, которая начала демонстрацию силы. Шестая стадия - это вооруженный конфликт, начинающийся с ограниченного конфликта (ограничения в целях, охватываемых территориях, масштабе и уровне военных действий, применяемых военных средствах) и способный, при известных обстоятельствах, развиться до более высоких уровней вооруженной борьбы (войны, как продолжения политики) всех участников. [c.376]
4. Политические и военные провокации
В ходе борьбы за власть и гегемонию человеческая цивилизация накопила солидный арсенал различных приемов противоборства. Однако среди многочисленных политических и военных средств насилия особое место принадлежит провокациям. Этот прием используют государства, партии, общественно-политические движения, экстремистские группировки. Вместе с тем, ответственность за политическую провокацию субъекты стремятся переложить на своих противников. Именно с провокацией начались первая и вторая мировые войны, а также большинство военных конфликтов современности. Было бы наивным полагать, что этот прием политического противоборства остался только в истории. Современная политическая практика дает нам богатый материал для теоретических обобщений и политических выводов.
Генезис феномена провокация и понятие уходят своей историей во времена античного мира. Термин "provocatio" латинского происхождения, в переводе он обозначает вызов, в первоначальном смысле "provocator" трактовался как бросающий вызов. В Древней Греции, когда города-полисы вели междоусобные войны, существовал обычай: воин выходил перед своим войском и войском противника и вызывая соперника померяться [c.376] силами. После их поединка начиналось общее сражение. Воина, который начинал сражение, называли провокатором. Таким образом, происхождение термина связано непосредственно с вооруженной борьбой. В ходе исторической эволюции термин "провокация" изменил свое значение и начал использоваться в более широком плане в качестве категории особого рода политического и военного насилия.
ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПРОВОКАЦИЯ - это прием политического противоборства, который включает в себя специально организованные акции подрывного характера в целях вызова ответных мер со стороны противника и использования их последствий для дестабилизации обстановки, эскалации насилия, дискредитации политики государств, партий, лидеров, дезинформации общественного мнения (4).
Наиболее полно сущность провокации проявляется в ее функционально-ролевом предназначении. Рассмотрим это более подробно.
1. Функция предлога для начала войны или вооруженного конфликта. Как во времена древности, так и в наше время обострению международной обстановки, возникновению военного конфликта предшествуют причины, которые подразделяются на основные, главные, второстепенные и непосредственные. Чаще всего в качестве непосредственной причины конфликта используется предлог или повод. Любой агрессор, начиная военную кампанию, заботится о придании своей акции характера справедливого возмездия. Именно с этой целью и организуется провокация. При этом сама провокация является ширмой, которая позволяет хотя бы на время скрыть истинные замыслы агрессора. Это особенно актуально стало теперь, когда в международном сообществе разработан целый комплекс мер по наказанию агрессора и оказанию помощи жертвам агрессии. Так, именно с провокаций в Тонкинском заливе началась агрессия США против ДРВ; в результате многочисленных провокаций Израиля против арабских стран возникло 5 арабо-израильских войн и др.
2. Функция дестабилизации внутри- и внешнеполитической обстановки. В настоящее время, несмотря на положительные изменения в отношениях между государствами, продолжают сохраняться многие [c.377] противоречия, возникают и новые очаги напряженности. Чаще всего это является результатом субъективных причин. Особенно ярко это проявилось в СНГ, который за короткий промежуток времени превратился в конфронтационный узел противоречий. Деструктивные силы, к которым можно отнести срастающиеся мафиозно-политические группировки сепаратистского направления, реакционные националистические и конфессиональные круги, борясь за сферы влияния, стремятся усугубить с помощью акций подрывного характера территориальные проблемы, возродить или обострить существующие национальные, этнические, религиозные противоречия, столкнуть между собой народы. В результате таких действий безопасность СНГ в целом и каждого в отдельности государства существенно снижается, закладываются факторы долговременного дестабилизирующего характера. Создается благоприятная обстановка для иностранного вмешательства во внутренние дела СНГ. Об этом ярко свидетельствуют события на Кавказе, в Приднестровье, Средней Азии.
3. Функция дискредитации государств, партий, общественно-политических движений и их лидеров. Уже с самого начала борьбы за власть политические противники, наряду с военной силой, стремились применить целый ряд приемов с целью подрыва авторитета и влияния своих оппонентов. В ходе таких акций используются не только реальные факты, но и вымысел, клевета. К сожалению, современное политическое противоборство в СНГ по мере его обострения представляет немало примеров использования этого приема.
4. Функция дезинформации общественного мнения. Широкие возможности по ее использованию представляют средства массовой информации. Если ранее они находились в руках КПСС и монопольное право на их использование давало возможность партии практически неограниченно манипулировать общественным мнением, то сейчас, в условиях зарождающейся демократии в странах содружества, возникает новая опасность: политические группировки, в руках которых находятся власть и финансы, начинают также искажать реальные события и факты в своих интересах. По мнению профессионалов, чтобы проводить свою политику в области дезинформации [c.378] общественного сознания, политической группировке необходимо иметь 3-4 канала продвижения информации.
5. Функция дезориентации общественного сознания. Эта функция тесно связана с дезинформацией, но имеет ряд особенностей. Они заключаются в том, чтобы с помощью пропагандистского камуфляжа отвлечь внимание людей от событий, знание о которых в данный момент не выгодно субъекту провокации. С этой целью в массовом порядке населению преподносятся различные сенсационные факты, которые отвлекают внимание людей от их жизненно важных проблем, заставляют на время забыть о них.
Функции политических провокаций являются наиболее обобщенным показателем сущностных характеристик этого феномена, но при исследовании надо иметь в виду, что их реализация достигается применением конкретных способов и приемов; к ним можно отнести клевету, шантаж, диверсии, подлоги и т.п.
Из приведенного определения политической провокации и перечисления ее функций видно, что провокация всегда выступает следствием целенаправленной деятельности субъекта политики. Наряду с этим некоторые авторы считают, что ее можно подразделить на умышленную и неумышленную.
По нашему мнению, при разделении провокаций на умышленные и неумышленные допускается серьезная методологическая ошибка: смешиваются два различных качества, две философские категории - необходимость и случайность. При этом надо иметь в виду: если провокация является заранее организованной акцией субъекта, в которой последний под влиянием определенных причин действует, предвидя последствия своих шагов, то неумышленный инцидент в отличие от этого происходит стихийно, без сознательного участия субъекта. Важно подчеркнуть, что провокация - явление с ярко выраженной каузальной связью, а инцидент в отличие от нее возникает в результате стихийного стечения обстоятельств. Инцидент можно использовать в качестве повода для эскалации политического и вооруженного насилия, но при этом провокация начнется лишь с момента сознательной подстрекательской деятельности субъекта. Можно предположить, что инцидент создает лишь предпосылку для провокации. [c.379]
История политического противоборства знает немало инцидентов, которые, не будучи специально подготовленными акциями для достижения определенных политических целей, все же оказывали значительное влияние на ход и исход событий, служили непосредственным предлогом для организации провокаций. Классическим примером тому может служить начало первой мировой войны. Это подробно описано в романе В. Пикуля "Честь имею". Автор убедительно доказывает, что целая цепь провокационных акций, а не только и не столько инцидент в Сараево, стали непосредственной причиной начала первой мировой войны. Не подлежит сомнению, что, если бы не было выстрелов в Сараево, то со стороны мировой финансовой олигархии были бы инспирированы другие поводы и предлоги для дестабилизации обстановки и начала войны.
В связи с этим нам представляется, что нельзя рассматривать в качестве политических провокаций непреднамеренные инциденты, в том числе и те, которые привели к определенным политическим последствиям (конфликтам, осложнению международной обстановки), если эти акции не являются заранее подготовленными звеньями в системе враждебных мер противника. Следовательно, для квалификации того или иного акта как провокации необходимо опираться на ряд оснований.
Мы предлагаем для этого следующие: во-первых, наличие у субъекта целевой установки, направленной на обострение ситуаций; во-вторых, осуществление целенаправленной подстрекательской деятельности; в-третьих, наличие соответствующего организационного аппарата, предназначенного для осуществления подобных акций и использования их последствий для эскалации реакционного политического насилия.
Вместе с тем инцидент может весьма близко подходить к провокации, а порой и вплетаться в ее ткань, но при этом он будет всего лишь элементом, и далеко не самым важным, в сложной и многогранной подрывной деятельности.
В зависимости от используемых реакцией средств, провокации можно подразделить на ряд разновидностей: террористические акции (покушение на Папу Римского, поджег рейхстага и пр.); односторонние нарушения [c.380] международных договоренностей; подстрекательские заявления и дезинформация; комбинированные разведывательно-провокационные акции; массовые политические кампании (сборища неофашистов и т.п.); обсуждение в государственных органах внутренних проблем, относящихся исключительно к юрисдикции других суверенных народов; военные провокации и др.
В самом общем виде к содержанию механизма провокации относится целый комплекс элементов: субъекты провокации и отношения между ними; политические интересы и цели субъектов, вытекающие из них политические и военные доктрины, конкретные провокационные акции, тенденции их развития, последствия и результаты.
Несмотря на то, что в ходе проведения провокации взаимодействуют различные правительственные и неправительственные организации и объединения, ведущим субъектом широкомасштабных провокаций выступает государство, в лице его руководящих органов.
Мы являемся свидетелями невиданного в нашей многовековой истории широкого обмена людьми и идеями. Наше российское общество стало примером открытости и беспредельной демократии при дефиците дисциплины и порядка. Соответственно возросли масштабы вмешательства, воздействия на наши внутренние дела из-за рубежа. И далеко не всегда интересы иностранных партнеров совпадают с интересами российского общества. Наряду с позитивными импульсами из-за рубежа идет подпитка сепаратистских, националистических сил, создаются своего рода лобби, группы и слои влияния, которые невольно, а зачастую и умышленно выступают в качестве проводников чужих интересов в нашей стране. Посмотрим на реальную ситуацию.
Националистический экстремизм в Прибалтике активно поддерживается рядом стран по другую сторону Балтийского моря, Польша усиливает свое влияние на Западную Украину, Румыния рассчитывает - сколько лет потребуется на возвращение в ее пределы Молдавии, Турецкие политики начинают размышлять категориями пантюркизма и, судя по поступающей информации видят сферу своего влияния в республиках Средней Азии, а в перспективе - и в Татарстане. Они активно налаживают отношения с Арменией и [c.381] Азербайджаном одновременно. Но на влияние в Азербайджане претендует Иран - туда направляются исламские проповедники, пропагандистская литература. Удивительная ситуация - столкнулись интересы Турции и Ирана из-за влияния на советской территории.
Западный капитал присматривается к Якутии, японцы и китайцы - к нашему Дальнему Востоку, немцы - к Калининградской области, финны - к Карелии и т.д. Думается не следует относить всю многообразную деятельность, которую развернули на нашей территории иностранцы, к категории взаимовыгодного сотрудничества. В этих условиях защита интересов Отечества, а не абстрактных "общечеловеческих ценностей", приобретает особую актуальность. [c.382]
5. Пути предупреждения и методы разрешения политических конфликтов
Предупреждение и разрешение конфликтов находится, и это совершенно очевидно, в распоряжении власть имущих. Любая политическая инстанция, обладающая монополией на законное принуждение (насилие), порождена необходимостью справляться с конфликтами. Для этого она наделена властью, финансами, силовыми структурами. Власть, не справившаяся с конфликтами, неизбежно терпит поражение. Если конфликт сопряжен с притязаниями извне, можно организовать отпор; если он, наоборот, раздирает группу по причине нищеты и крайней нехватки товаров, материальных благ, его следует урегулировать, чтобы междоусобные распри не погубили членов группы. По мнению французского политолога Филиппа Бро, фатальность конфликтов и идея консенсуса или, по крайней мере, сплоченности, кажутся неразрывно связанными в политической практике как на международной арене, так и внутри страны (5).
Сдерживающими факторами конфликтов в политической области, средством их предупреждения является высокий уровень социально-экономического развития и политической культуры общества, а также доверие к власти и закону.
Важно отметить и искусство политического маневрирования как средство предупреждения конфликта. В свое время английский философ Ф. Бэкон писал: "В [c.382] самом деле искусно и ловко тешить народ надеждами, вести людей от одной надежды к другой, есть одно из лучших противоядий против недовольства. Поистине, мудро то правительство, которое умеет убаюкивать людей надеждами, когда оно не может удовлетворить их нужды, и ведет дело таким образом, чтобы любое зло смягчено было надеждой: а это не так уж трудно, ибо, как отдельные лица, так и целые партии, весьма склонны тешить себя надеждами или хотя бы заявлять о них вслух, если сами уж не верят" (6).
Конфликт не возникает вдруг. Причины его накапливаются, зреют иногда довольно длительное время. В процессе вызревания конфликта можно выделить несколько ступеней: 1) скрытая стадия, обусловленная неравным положением двух (в простом варианте) групп в сферах "иметь" и "мочь", охватывающих все аспекты жизненных условий. Главная причина возникновения скрытого конфликта - это стремление людей к улучшению своего статуса и к превосходству; 2) стадия напряженности. Она может быть нулевой, средней степени и высокой; 3) стадия антагонизма, как следствие высокой напряженности, особенно при сочетании ее структурной и конъюнктурной разновидностей; 4) несовместимость, как четвертая стадия конфликта, также является следствием высокой напряженности, это, собственно, конфликт. Конфликт может быть прерван на любой из стадий, на определенное время или окончательно, если будет изжита коренная причина.
Разрешение конфликта предполагает знание объекта конфликта, состава его участников, исторических корней, непосредственного повода и уровня напряженности.(См. рис.1) [c.383]

Рис. 1
Принято считать, что разрешение конфликтов - это, как в дипломатии, "искусство возможного", когда неудачи объясняют скорее сложностью ситуации, невозможностью ее преодоления, нежели неправильными действиями. Разрешение конфликта - дело довольно сложное.
Разрешение конфликта может идти различными путями. При определенных условиях это может произойти как бы самопроизвольно, когда предмет конфликта стихийно исчезает.
Каковы же конкретные методы? Во-первых, это метод "избегания" конфликта. В качестве примера могут служить следующие действия: уход с политической арены того или иного политического деятеля (добровольно), угроза ухода; увольнение с работы по собственному желанию, если тот или иной работник не может сработаться с руководством или с коллегами; эмиграция из страны; избегание встреч с "противником"; семейно-брачный развод и др.
Однако "избегание" конфликта не означает окончательной его ликвидации, фактического разрешения. Само противоречие, лежащее в основе конфликта противоборствующих сторон, остается. Так, например, в результате поражения во второй мировой войне, Япония отказалась от каких-либо притязаний на "северные территории". Сегодня этот вопрос активно обсуждается с ее стороны. Россия же всячески избегает обсуждать проблему "северных территорий", так как иначе это может привести, при сложившихся сегодня обстоятельствах, к осложнению отношений между двумя сторонами.
Избежать конфликта можно и другими путями. Дейл Карнеги, некогда безвестный фермер в штате Миссури, приобрел мировую славу, так как нашел способ удовлетворения одной из тех потребностей, какие присущи всему человечеству. Одна из его книг называется "Как завоевать друзей и оказывать влияние на людей". А главы своей книги он обозначал весьма оригинально: "основные методы обращения с людьми"; "шесть правил, соблюдение которых позволяет понравиться людям; "двенадцать правил, [c.384] соблюдение которых позволяет склонять людей к вашей точке зрения"; "девять правил, соблюдение которых позволяет воздействовать на людей, не оскорбляя их и не вызывая у них чувства обиды"; "семь правил, соблюдение которых позволяет сделать вашу семейную жизнь более счастливой".
А вот несколько, рекомендуемых Д.Карнеги правил: "С самого начала придерживайтесь дружелюбного тона", "Проявляйте уважение к мнению вашего собеседника. Никогда не говорите человеку, что он - не прав", "Внушайте вашему собеседнику сознание его значительности и делайте это искренне", "Начинайте с похвалы и искреннего признания достоинств собеседника" и т.п.
Второй метод разрешения конфликта - это его отрицание или подмена. Это такой способ отношения к конфликту, когда дают ему тлеть и перемещают в другую плоскость, в другую область. Например, фразеология политических деятелей, ведущих избирательную кампанию, носит нередко, отпечаток нигилизма. Чтобы победить, политику, нужно "набрать" максимум голосов, по необходимости удовлетворяя разные категории населения в их, далеко не полностью, совпадающих интересах, в силу чего он должен избегать четкой позиции по реальному конфликту, и пытаться, насколько возможно, подменять понятия, говоря о разногласиях, руководствуясь при этом такими сценариями, которые способствуют более широкому объединению, ведут к согласию между политическими субъектами.
Третий метод. Нередко конфликт разрешается методом конфронтации. Последняя обязательно выдвигает на авансцену политики явно неразрешимый антагонизм во всей его грубой неприкрытости. Конфронтация же ведет к кризису и поражению данного режима, его исчезновению (революция в России в 1917г. и финал перестройки в 1991 году в СССР).
Вообще, история изобилует сценариями краха.
Четвертый момент разрешения конфликта можно назвать как способ его откладывания. Это своего рода оставление победителю в его полное владение своей территории, сдача своих позиций. Сдача на "милость победителя" - действие довольно распространенное в практике, особенно политической борьбы и в межличностных отношениях. В то же время следует отметить тот факт, что сторона, сдавшая свои позиции, по мере накопления сил и изменения ситуации в ее пользу, как правило, делает попытку вернуть утраченное в прошлом. Самый яркий [c.385] пример - это Версальский договор 1919 года, "грабительский" и унизительный по отношению к Германии и некоторым другим странам. Последствия его известны - вторая мировая война. Или такой пример. Президент России Б. Ельцин в свое время сдал свой пост первого секретаря горкома партии Москвы, но через некоторое время взял реванш у Горбачева. И 1500 дней политического противостояния завершились крупной политической победой Б. Ельцина (7).
Пятый метод урегулирования конфликта - примирение сторон на основе сближения их позиций и интересов через посредника. Это своего рода примирительная процедура, добрые услуги, посредничество. В роли посредника могут выступать согласительные комиссии, менеджеры по конфликтам, отдельные политические деятели или страны в межгосударственных конфликтах. Добрые услуги и посредничество известны уже в средние века. Эти два средства разрешения конфликтов, зафиксированы в Гаагской (1907 г.) конвенции. На американском континенте действует договор о мирном разрешении споров (Боготинский пакт от 30 апреля 1943 г.). На африканском континенте действует Протокол Комиссии по посредничеству, примирению и арбитражу Организации Африканского Единства.
Шестой метод разрешения конфликта - третейское разбирательство или арбитраж.
Стороны добровольно передают свой спор для разбирательства третьей стороне, решение которой является обязательным для обеих сторон. Арбитры при разборе строго руководствуются общепризнанными нормами международного права, конституцией страны, нормами договоров, в которых участвуют обе стороны. Как средство мирного разрешения конфликта, третейское разбирательство известно с древнейших времен. Судебное разбирательство - как средство мирного разрешения конфликта - идентично третейскому.
Однако разрешение конфликта путем арбитража или третейского суда имеет существенные недостатки. Они состоят в том, что эти методы предполагают т.н. урегулирование "сверху". Арбитр или судья обладают достаточной властью, чтобы разрешить возникшее противоречие и заставить участников спора прийти к компромиссу [c.386] или поступиться чем-то, отказаться от чего-то. Специалисты пришли в выводу, что эти методы урегулирования конфликта хотя и разрешают его на данный момент, но на самом деле могут затянуть его на годы.
В связи с этим в практику разрешения конфликтов все более внедряется такое средство, как переговоры - седьмой метод разрешения конфликтов. Переговоры необходимы, чтобы избежать применения насилия, и они возможны, когда между сторонами имеется хотя бы минимальная сфера совпадающих интересов. Переговоры на международном уровне подчиняются особым правилам, потому что на них сходятся такие субъекты права, которые не имеют между собой обязательных отношений и друг другу не подчиняются. Внутренние переговоры отражают как бы другую волю правителей, за которой всегда стоит теоретическая возможность прервать их посредством одностороннего акта. Результатом переговоров - и внутренних и международных, как правило, является узаконение того нового порядка, который они установили. Этим обусловлена привлекательность переговоров.
Особой регламентации переговоров не существует - сами стороны избирают наиболее предпочтительную процедуру. Число участников необязательно зависит от числа втянутых в конфликт сторон.
Часто люди видят две возможности ведения переговоров - быть мягкими или жесткими. Мягкий человек идет на уступки, не желая конфликтовать во время переговоров, но после, чувствуя себя уязвленным, может пойти на новый конфликт. Жесткий участник желает непременно получить как можно больше, чем портит отношения с другой стороной. Позиция того и другого уязвима. Когда стоят упорно на позициях, не вникая в интересы друг друга, соглашения, конечно, не достигнуть.
Поэтому все шире внедряются переговоры с использованием новых методик разрешения конфликта - "ненасильственных", которые в итоге устраивают все заинтересованные стороны.
Прежде конфликт рассматривался с точки зрения "кто проиграл, кто выиграл", и любое урегулирование требовало от участников конфликта либо пойти на компромисс, либо чем-то поступиться. Роль посредника в конфликтах обычно сводилась к нахождению [c.387] компромиссов, когда более слабый вынужден был жертвовать какими-то своими интересами. Такие подходы к конфликтам в последние годы признаются все более неприемлемыми.
По мнению проф. Дж.Бертона (США) в новом понимании конфликт считается разрешенным, когда вскрыты и устранены действительные причины разногласий или столкновений с применением насилия. Джон Бертон считается крупнейшим специалистом в области конфликтологии. Им написано более 15 книг по этой проблеме. В настоящее время он разрабатывает совершенно новое направление - предотвращение, своего рода профилактику конфликтов. Речь идет о вскрытии и устранении причин потенциальных направлений, о прогнозировании возможных обострений конфликтных ситуаций.
Переговоры как раз и позволяют прийти к согласию, консенсусу, они открывают путь к сотрудничеству противоборствующих ранее сторон. К этим выводам уже давно пришли на Западе (8). В частности, американские ученые сумели доказать, что в условиях продолжающегося конфликтного взаимодействия, когда за каждым туром противоборства следует другой, крайне невыгодно делать ставку на разовый выигрыш, достигаемый за счет потери доверия другой стороны.
Наоборот, если каждая из сторон будет следовать линии на сотрудничество, полагаясь на доверие другой стороны и не подрывая этого доверия своими действиями, то результатом такого взаимодействия будет оптимально выигрыш каждой. Эффективная стратегия переговоров - это прежде всего стратегия согласия, поиска и приумножения общих интересов и умений их сочетать таким образом, который не будет впоследствии вызывать желание нарушить достигнутое соглашение. "Ваш интерес состоит в том, чтобы наилучшим образом обеспечить их интересы".
Это, однако, не означает, что надо во всем идти на уступки партнеру по переговорам, ради достижения соглашения любой ценой. Ведь не может быть устойчивого соглашения, если хотя бы одна из сторон будет чувствовать себя ущемленной. Устойчивость достигаемого путем переговоров соглашения - вот один из критериев эффективности процесса переговоров.
Поэтому сегодня не могут быть в почете такие приемы, как предварительный "набор очков для торга", [c.388] "увязки" различного характера, практиковавшиеся до последнего времени, сыгравшие отрицательную роль, например, в международных переговорах между СССР и США. Не могут себя оправдать и факторы конъюнктурного соображения. Дело в том, что значение этих факторов со временем проходит, а соглашение, достигнутое с их помощью, остается. Люди забывают конъюнктурные факторы, и тогда возникает ощущение несправедливости договора, ощущение ущемленности и обиды.
Определенные политические круги формируют на этих ощущениях соответствующее общественное мнение. В результате прошлое соглашение аннулируют или требуют реванша.
Итак, ключевыми понятиями в налаживании взаимоотношений между соперничающими сторонами стали согласие (консенсус), соглашение, сотрудничество.
В нашей стане формированию консенсуса может способствовать плюрализм. Без плюрализма нет выбора. Без выбора нет консенсуса. Механизмы выбора формирует консенсус. Очевидно, что одним из главных условий согласия (консенсуса) является терпимость соперников друг к другу, к инакомыслию13. Однако в основе этой терпимости лежит высокая политическая культура общества, как важнейший признак всякого гражданского общества.
К сожалению, наша общественная психология отличается нетерпением. Это обстоятельство отмечал еще Ф.М. Достоевский, обеспокоенный тем, что слишком хочется нам "вместо первого шага прямо шагнуть десятый". Отсюда вера в чудо или в свое доморощенное, или в заморское, Ведь народ был совершенно уверен в том, что, в результате социалистической революции, он, за короткий промежуток времени, достигнет того уровня жизни, над достижением которого другие народы бились столетиями. И обоснование рывка в коммунизм в Программе КПСС 1961 года тоже покоилось на чуде, а не на научном расчете. Из области чудес, в какой-то мере, и "Программа 500 дней". И уж совсем трудно укладывается в рамки здравого смысла надежда на то, что найдутся заморские [c.389] чудаки, которые нам "под ключ" построят все необходимое, что нужно человеку цивилизованного общества.
Нам некогда ждать, мы уже опоздали. Мы долго терпели. Застоялись. Отсюда и нетерпение. Изыскиваем сегодня средства, которые вели бы кратчайшим, прямым путем к высотам социально-экономического и технического прогресса, уже покоренными другими народами, забывая очевидную истину, что не всякая прямая короче кривой. [c.390]
Глава XXI.
Основные понятия: социальный конфликт, политический конфликт и кризис, конфликтология, объект конфликта, компромисс, консенсус.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Тождественны ли понятия "кризис" и "конфликт"? Сформулируйте определение понятия "политический кризис", раскройте этапы его возникновения и нарастания.
2. Проанализируйте причины возникновения политических кризисов и их взаимосвязь.
3. Какова сущность конфликта? Какие типы и виды конфликтов Вы знаете? В чем специфика политического конфликта?
4. Можно ли избежать конфликт? Каковы его источники, объекты? Какие силы общества могут входить в состав участников политического конфликта?
5. Назовите известные Вам ступени вызревания конфликта (стадии его развития).
6. Подумайте над характеристикой политических конфликтов в России: их причины, способы разрешения в современных условиях.
7. Есть ли способы ослабления конфликта? Если "да", то какие? Что такое "компромисс" и "консенсус"? Приведите примеры из практики политической жизни нашей страны.
8. Обоснуйте необходимость и возможные способы анализа политических конфликтов.
Круглый стол.
Тема: Анализ основных стадий развития политического конфликта (см. § 3 данной главы).
Литература:
1. Черняк Е.Б. Вековые конфликты. - М.: Междунар. отношения, 1988. В книге предпринята попытка рассмотреть эту [c.390] проблему на материале всемирной истории. Анализируются столкновения Древнего Рима и раннего христианства, Византии и Арабского халифата, средневековых папств и империй; на примерах войн, участниками которых выступали турецкие янычары и германские ландскнехты, британские пираты и испанские инквизиторы, а в новейшее время - силы реакции и национального и социального освобождения.
2. Материалисты древней Греции. Госполитиздат, 1955. С.48.
3. Гегель Г. Философия права. М.: Мысль, 1990. С.441.
4. Бро Ф. Политология. М., 1992. С.59.
5. Бэкон Ф. Соч. в 2-х т. Т.2. С.384.
6. Горбачев-Ельцин. 1500 дней политического противостояния. М., 1992.
7. Фишер Р., Юри У. Путь к согласию, или переговоры без поражения. М.: Наука, 1990.
8. Краснов Б.И. Конфликты в обществе // Соц.-полит. журн., 1993.
9. Социология конфликтов. / Национальная доктрина России. М., 1994. № 5-8.
10. Камю А. Бунтующий человек. М., 1992.
ГЛАВА XXII. ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ
Среди многообразных по происхождению, характеру, типологии, способам разрешения конфликтов в особую группу выделяются конфликты этнополитические (межэтнические, межнациональные). Они относятся к числу наиболее сложных, запутанных, затяжных и трудноразрешимых. Как показывает история, этнополитические коллизии во многих полиэтнических странах по своим масштабам, продолжительности и интенсивности значительно превосходят иные типы социально-политических конфликтов. [c.392]
1. Сущность и основные причины этнополитических конфликтов
Этнополитический конфликт - форма межгруппового конфликта, в котором группы с противоположными интересами различаются по этническому признаку. Под этнополитическим понимается конфликт с определенным уровнем организационного политического действия, общественных движений, массовых беспорядков, сепаратистских выступлений и даже гражданской войны, в которых противостояние происходит по различиям в этнической общности.
Существует сложность в определении этнополитических конфликтов. Дело в том, что этнополитический конфликт в "чистом" виде бывает редко.
Поскольку территория бывшего СССР является полиэтнической по составу населения (что характерно и для государств возникших на этой территории), то фактически любой внутренний конфликт - социально-экономический или политический по своему содержанию - обретает этнический оттенок. С другой стороны, здесь имеется достаточно оснований для межэтнических противоречий как на личностном, так и на групповом уровнях. Поэтому этнический фактор генерирует многие из тех острых и кризисных ситуаций, которые возникают в сфере политики, межобщинных отношений, отношений между государственными и внутригосударственными образованиями.
Вот почему грань между социальными, политическими и этнополитическими конфликтами на территории распавшегося СССР достаточно зыбкая, трудно [c.392] определимая, а сами конфликты множественны по формам и разнообразны по динамике развития. Следует иметь в виду и то, что этнический фактор нередко служит камуфляжем борьбы различных политических элит.
Бывают случаи обратного политического камуфляжа, когда этническая природа конфликта подменяется иными политическими мотивами.
Таким образом термин "этнополитический конфликт" в действительности охватывает широкий круг ситуаций. Они показывают, что чисто этнического конфликта как такового практически не бывает.
В этнополитологии обычно различают и неранговые системы межэтнических отношений, хотя встречается и множество пограничных ситуаций. В неранговых, но все же строго подраздельных системах этнополитические конфликты могут возникать между группами, обладающими относительно равными долями богатства и власти, когда одна или несколько групп боятся или чувствуют, что их положение по сравнению с другой этнической группой имеет тенденцию к ухудшению. Подобный конфликт может происходить в локализованной и узкой форме без вовлечения центра политической власти. Однако большинство этнополитических конфликтов связано с ранговой или стратифицированной системой межэтнических отношений, в которой не только различные этнические группы занимают место в соответствии со шкалой власти, престижа и богатства и обычно поставлены относительно друг друга, но, что еще важнее, в которой центр политической власти и государственный аппарат более или менее контролируются господствующей или составляющей большинство этнической общностью, а подчиненная общность или общности остаются в маргинальном положении.
По устойчивости такого рода конфликтов в течение довольно длительных периодов и размаху насилия, которое может их сопровождать, различают "конфликты интересов" и "конфликты ценностей", или "конфликты идентичности", где первая форма конфликтов относительно легче поддается преодолению или урегулированию, нежели вторая. Этнополитические конфликты обычно принадлежат ко второму типу, в котором задачи или цели участников конфликта имеют тенденцию [c.393] быть взаимоисключающими или несовместимыми. В результате такие конфликты гораздо труднее поддаются урегулированию.
Для того, чтобы классифицировать этнические группы, участвующие в конфликте, необходимо обозначить различные виды ситуаций, при которых этнические группы взаимодействуют. Многие этнополитические конфликты в мире фактически являются следствием проблем, возникающих из изменения положения этнической группы в обществе. Вот наиболее типичные ситуации, в которых взаимодействуют этнонациональные группы.
1. Этнические группы в государстве, которое признает себя полиэтническим или многонациональным. Такие группы могут устанавливать свою тождественность на основе языка (как в Бельгии и Швейцарии), религии (сикхи, мусульмане и индусы в Индии; христиане и мусульмане в Ливане), национальности (как в Советском Союзе) или расы (Южная Африка). В этих случаях этнические группы отличающиеся от доминирующей или более многочисленной национальности, могут обладать или не обладать особым правовым статусом. Обычно они представляют меньшинство и не занимают господствующего положения.
2. Этнические группы в государстве, которое официально не признает себя полиэтническим, как, например, Франция, Япония, Индонезия, Турция, Португалия, многие африканские страны. Здесь меньшинства могут иметь региональную основу (как бретонцы или корсиканцы во Франции, шотландцы или валлийцы в Великобритании), расовую (как черные африканцы в Соединенных Штатах), религиозную (как копты в Египте или шииты в Ираке), племенную (как в Афганистане) или комбинацию ряда этих критериев.
3. Этнические меньшинства, которые идентифицируют себя с родственной этнической общностью в соседнем государстве, где она может составлять большинство населения (как венгры в Румынии, турки в Болгарии, албанцы в Югославии, чиканос в Соединенных Штатах).
4. Многочисленные этнические группы в государстве, где ни одна из них не занимает особого доминирующего положения. Такая ситуация преобладает в Африке к югу от Сахары, в некоторых странах Азии. [c.394]
5. Этнические меньшинства, которые проживают по обе стороны межгосударственной границы и имеют статус меньшинства в каждой из сопредельных стран, как в ряде регионов Юго-Восточной Азии, баски в Испании и Франции, курды на Среднем Востоке, лезгины в Азербайджане и России.
6. Этнические иммигранты и беженцы, появляющиеся в результате массовой миграции из одних стран в другие, в основном из слаборазвитых стран в индустриально развитые государства (африканцы в Англии и Франции, курды в ФРГ).
7. Автохтонные народы и племена представляют собой особый случай среди этнических групп. Обычно их относят к меньшинствам из-за исторических обстоятельств: покорения и включения в новые государственные структуры; привязанности к своей земле и территории, а также из-за векового сопротивления геноциду, этноциду и ассимиляции. Автохнотонные народы встречаются в обеих Америках, Австралии и Новой Зеландии. Кроме того, имеются многочисленные племена на юге и юго-востоке Азии, на Крайнем Севере и Дальнем Востоке.
Что касается бывшего СССР и новых государств, образовавшихся на его территории, включая Российскую Федерацию, то достаточно трудно определить - к какой из приведенных ситуаций они относятся. Скорее всего речь может идти об этнических системах асимметрического типа, которые оформлены идеологически и политически практикой так называемой "национальной государственности". Эти идеология и практика основывается на двух главных постулатах:
а) нациями объявляются этнические общности, вернее та часть этнических групп, которая проживает в пределах республик, носящих название этой группы (они называются титульными национальностями);
б) эти этно-нации официально квалифицируются как обладатели собственной государственности ("коренные нации"), в то время как остальное население относится к категории "некоренного", "русскоязычного" или "меньшинств", проживающих на территории "не своей" государственности.
Этнический конфликт может выражаться во многих формах, начиная с индивидуального поведения (оно связано [c.395] с избеганием, исключением и враждой и сопровождается созданием стереотипов, возникновением предрассудков, нетерпимости и дискриминации на уровне межличностных отношений) и кончая общественно-политическими выступлениями, движениями за отделение вплоть до насильственных столкновений (или могут выливаться в мятежи, резню, геноцид, восстания, бунты, революции, терроризм, гражданские войны, войны за национальное освобождение и межгосударственные войны).
Существует несколько теорий, объясняющих причины этнополитических конфликтов на основе изучения опыта, накопленного в разных регионах мира. Различаясь по масштабам, социальному значению, происхождению, "возрасту", напряженности, этнополитические конфликты имеют одну "конечную природу", способствующую этнической мобилизации. Их глубинные корни - это нарушение прав той или иной нации или этнической группы, справедливости и равноправия в межнациональных отношениях.
Согласно распространенному подходу считается, что социально-экономические кризисы провоцируют межэтническую напряженность. События, происходящие на территории бывшего СССР, показывают, что ухудшение социально-экономической ситуации, действительно может способствовать развитию межэтнических конфликтов. С точки зрения детерминации этнополитического конфликта социально-экономическими факторами следует рассматривать концепцию неравномерного развития, неравномерной модернизации "ядра" и этнонациональной "периферии" в многонациональном, полиэтническом государстве. В этой связи этнополитический конфликт может быть результатом объективной обделенности этнических периферийных групп или навязывания менее развитым районам страны образцов более развитого центра. Таким образом значительное экономическое неравенство между различными этническими группами, осознаваемое как коллективное этнонациональное угнетение, становится причиной формирования и проявления этнонациональной солидарности.
Однако следует иметь в виду, что связи между социально-экономическим положением и этнополитическим конфликтом носят гораздо более сложный характер, нежели представляется на первый взгляд. Они могут быть [c.396] прямыми и опосредованными, более или менее сильными и слабыми, закономерными и случайными, однонаправленными и взаимными.
С точки зрения социологического подхода объяснение причин конфликтов базируется на анализе этнических параметров основных социальных группировок (классы, социально-профессиональные группы и т.д.). В данном случае речь идет о такой этносоциальной стратификации, когда представители одной этнической группы занимают верхние ярусы социально-классовой пирамиды. Тем самым они создают привилегированное себе положение, в ущерб другим группам, подвергающимся дискриминации по этническому или расовому признаку. Этот феномен вполне правомерно рассматривается как источник и побудительный мотив для межэтнической напряженности и открытых конфликтов во многих регионах мира.
Что касается бывших союзных республик СССР, ныне суверенных государств, то здесь принцип распределения социальных ролей в общей иерархической структуре имел весьма своеобразную картину. За годы советской власти в союзных республиках (в том числе и в российских автономиях) сложились многочисленные и образованные этнические элиты титульных национальностей.
Однако с ростом численности кадров национальной интеллигенции и усилением конкуренции в сфере умственного (преимущественно управленческого) труда стала нарастать напряженность между лицами коренной и некоренной национальности. Политика "коренизации" органов власти и управления (и вообще престижных профессий), длительное время сохранявшаяся во всех республиках, в конце концов вошла в противоречие с принципом социальной справедливости. Вместо открытого соревновательного выбора в условиях равноправия всех перед законом кадры подбирались по этническому признаку. В результате к началу 90-х годов во всех союзных республиках доля лиц коренных национальностей, занявших разного рода привилегированные социальные ниши, значительно превосходила их долю в составе населения данной республики. Такое положение создавало потенциальную почву для национальной кичливости и чванства у титульных национальностей и порождало чувство обделенности и обиды у нетитульных. После распада СССР [c.397] процесс вытеснения иноязычных граждан из властных структур в странах СНГ и Балтики заметно усилился. Именно это является одной из доминирующих причин межнациональной напряженности и оттока русскоязычного населения из этих государств.
Значительное место в объяснении причин этнополитических конфликтов занимает политологический подход и существующие на этой основе концепции. Одной из самых распространенных является концепция, рассматривающая взаимоотношения этнической группы и государства в качестве конфликтогенной этнополитической проблемы. В этой связи подчеркивается роль этнонационализма в мобилизации этнических чувств, межэтнической напряженности и эскалации ее до уровня открытого конфликта. В политологических концепциях этнонационализм определяется как идеологическое течение, направленное на достижение и сохранение автономии, единства и самобытности социальной группы, которая самоосознает себя как этническая общность. Этнонационализм является как идеологией, так и политическим движением этнического меньшинства. Она преследует три основные цели:
- обеспечение автономии и самоуправления;
- право на территорию;
- признание статуса своей культуры как равного с общегосударственной.
Основное политическое содержание этнонационализма - это стремление к созданию собственной государственности.
Межнациональные конфликты (и даже войны) связанные с государственным устройством, то есть конфликты правительства с оппозицией, требующей автономии для отдельной этнической общности или региона в современной истории происходят довольно часто. Например, конфликт Северная Ирландия - Англия, тамило-сингальский конфликт и др.
Этнополитические мотивы преобладают в происходящих на территории бывшего СССР конфликтах: карабахском, грузино-абхазском, осетино-ингушском, в Молдове, странах Балтии и других. В их основе ущемление политических и гражданских прав лиц нетитульной национальности, обострение проблем национального [c.398] суверенитета, национально-государственного устройства и другие причины политического характера.
В возникновении и разрастании межэтнических конфликтов велика роль социально-психологических причин, господствующих в массовом сознании стереотипов, настроений, предрассудков. События последних лет в СССР и СНГ показывают, что фактор поведенческой психологии, социально-психологические механизмы этнических конфликтов играют гораздо более важную роль, чем это представлялось в рамках традиционных интерпретаций.
Глубокий экономический кризис, охвативший страны СНГ и Балтии, сопровождается социально-политическим кризисом и обострением межнациональных отношений, возникновением этнополитических конфликтов. "Виновниками", "козлами отпущения", как правило, оказываются представители не "своей" национальности, из-за которых якобы возникли все беды, и которые "мешают" титульному населению самоутвердиться, жить обеспеченно и самобытно. Так, в Грузии говорят, что во всем виноваты абхазы, осетины, русские, в Азербайджане - армяне, в Прибалтике и Молдове - русские.
Реакцией на состояние фрустрации является, как правило, агрессия, направленная против объекта, ставшего ее источником. Этим объектом оказываются национальные меньшинства или граждане нетитульной национальности. В данном случае вступает в действие вариант с так называемым "козлом отпущения", на которого переносится агрессия.
В возникновении этнополитических конфликтов провоцирующую роль могут сыграть гипертрофированная тревога за судьбу этноса, его языка, культуры, традиций, болезненная реакция по поводу всего, что касается самочувствия "своей" нации. Имеется достаточно свидетельств того, что группы с приниженным статусом и дискриминационные в господствующих структурах часто боятся за само свое существование, даже если демографические, политические и культурные условия их существования на самом деле не столь экстремальны. Эта реакция обеспокоенности проистекает из-за распространения гипертрофированного чувства опасности и порождает крайние действия в ответ на довольно умеренные угрозы. [c.399]
Сопоставления в международном плане ситуаций, в которых возникают этнополитические конфликты, указывают на преобладание повторяющихся проблем, способствующих этнической мобилизации и лежащих в основе многих межэтнических конфликтов. Эти проблемы связаны с распределением ресурсов и власти между этническими группами, с вопросом земли и территории (родные места, колонизация, поселения, иммиграция и т.д.), с языком, религией, культурной самобытностью, а также с дискриминацией, основанной на признаках расы или цвета кожи.
Если иметь в виду и многочисленные конфликты, происходящие на территории бывшего СССР, то можно этнополитические конфликты свести к нескольким основным типам.
* Территориальные конфликты часто тесно связаны с воссоединением раздробленных в прошлом этносов. Примеры такого типа - конфликты в Нагорном Карабахе, в Южной Осетии, национальное движение лезгинов в Азербайджане и др. Сюда же относятся конфликты, связанные с восстановлением территориальных прав депортированных народов. К ним относятся: спор между осетинами и ингушами из-за принадлежности Пригородного района, движение немцев России и СНГ за восстановление государственности в Поволжье.
* Конфликты, порожденные стремлением этнического меньшинства реализовать право на самоопределение в форме создания независимого государственного образования. Таково положение в Абхазии, Гагаузии, отчасти в Приднестровье.
* Конфликты, в основе которых лежат притязания того или иного государства на часть территории соседнего государства. Например, стремление Эстонии и Латвии присоединить к себе ряд регионов Псковской области, которые, как известно, были включены в состав этих двух государств при провозглашении их независимости, а в 40-е годы перешли к РСФСР.
* Конфликты, вызванные дискриминацией русскоязычного населения в странах СНГ и Балтии.
* Конфликты, возникающие в связи с массовым притоком в тот или иной регион беженцев и вынужденных переселенцев. [c.400]
* Конфликты, в основе которых лежат факторы исторического характера: происходившие в прошлом войны, произвольно установленные границы между национально-территориальными образованиями, ошибки и промахи в национальной политике, дискриминации, обиды, унижения, нанесенные народам.
Разумеется, в чистом виде трудно вычленить каждый из этих типов конфликтов. Нередко имеет место наслоение одних конфликтных ситуаций на другие. Характерен в этом отношении карабахский конфликт. Он стал результатом целого комплекса этнических, территориальных, политических, экономических и в известной мере религиозных противоречий. К примеру, боснийский конфликт включает в себя этнические, территориальные, геополитические, религиозные аспекты. [c.401]
2. Динамика этнополитических конфликтов
Для наличия любого конфликта, в том числе и этнополитического, нужна конфликтная ситуация. Речь идет об объективном сочетании разных обстоятельств, которые предшествуют конфликту и обусловливают обычно несовместимые требования потенциальных участников конфликта. Одни и те же, но с противоположным знаком требования или притязания, или возможности открываются для двух сторон, причем удовлетворение интересов одной стороны препятствует удовлетворению другой. Это положение можно проиллюстрировать на многих примерах, скажем, на ситуации в Нагорном Карабахе, Абхазии, Приднестровье и др.
Конфликтная ситуация может существовать задолго до того, как произойдет прямое столкновение участников, начатое по инициативе одного из них. Чтобы конфликт начал развиваться, необходим инцидент, повод, то есть такое внешнее обстоятельство, которое является пусковым механизмом, толчком, детонатором, порождающим развитие событий. Начавшись с инцидента, конфликт затем разгорается, превращаясь в крупномасштабный, острый и затяжной.
Межнациональные конфликты имеют собственную динамику. Наиболее характерные ее моменты заключаются в следующем. [c.401]
Во-первых, постепенное усиление конфликта за счет введения все более активных сил, а также за счет накопления опыта борьбы. Так, карабахский конфликт начался с митингов и мирных требований армянского населения об изменении статуса Нагорного Карабаха. В поддержку этих требований стали проводиться митинги и демонстрации в Ереване и других городах Армении. Резкая эскалация армяно-азербайджанского конфликта наступила после трагедии Сумгаита.
Во-вторых, увеличение количества проблемных ситуаций и углубление первичной проблемной ситуации. Это характерно для всех этнополитических конфликтов. По мере развития конфликта происходит выискивание все новых претензий, обвинений, первичная проблемная ситуация обрастает все новыми аргументами и фактами. Наиболее характерным в этом смысле является конфликт вокруг Приднестровья. Первоначальные требования сводились к автономии в рамках Молдовы. Однако высшие органы власти Молдовы отвергли такую возможность. Конфликт продолжал разрастаться. И приднестровцы стали ставить вопрос об отделении от Молдовы и государственной самостоятельности.
В-третьих, повышение конфликтной активности участников, изменение характера конфликта в сторону его ужесточения, вовлечения в конфликт новых лиц. На примере этнополитических конфликтов в Нагорном Карабахе, Грузии, Боснии и других, видно, как усиливается конфронтация, конфликт из относительно "спокойного" переходит в вооруженное столкновение, растет число убитых и раненых, в конфликт вовлекается практически все население с одной и с другой стороны.
В-четвертых, нарастание эмоциональной напряженности, сопровождающей конфликтные взаимодействия, которая может оказать как мобилизующее, так и дезорганизующее влияние на поведение участников конфликта. Чаще эмоции не соединяют, а разъединяют. В межнациональном конфликте по мере его развития возрастает чувство антипатии или враждебности. Поводы и случаи для этого всегда находятся. Так, погромы и убийства невинных людей армянской национальности в Сумгаите, а затем в Баку в 1990 году усилили вражду между армянами и азербайджанцами. После вооруженного [c.402] нападения со стороны Молдовы на Бендеры, увеличилась пропасть между молдаванами и русскоязычными жителями Приднестровья.
В-пятых, для межнационального конфликта характерно формирование устойчивого образа "внешнего врага", когда компромисс воспринимается только как капитуляция противника, когда проявляется стремление каждой из сторон-участниц противоборства "одержать победу". Показательным в этом отношении является Нагорный Карабах, где доминирует установка "до победного конца", а поиски компромисса мирных решений удаются с трудом.
В-шестых, для этнополитических конфликтов, как правило, характерна их интернационализация, то есть вовлечение в конфликт или его урегулирование третьих сил или международных организаций. Так, в грузино-абхазском конфликте на стороне Абхазии участвовали добровольцы Конфедерации народов Кавказа. В разрешении боснийского конфликта активно участвуют ООН, СБСЕ, НАТО и другие международные и региональные организации.
На развитие этнополитческого конфликта, несомненно, оказывает влияние религиозный фактор. В истории и жизни народов национальное и религиозное тесно переплетаются, взаимодействуют. Религия и этнонационализм поддерживают, стимулируют друг друга. Религиозный фактор может повысить температуру конфликта, обострить его. Вместе с тем, практика этнонациональных конфликтов последних лет показывает, что нередко этнонациональный фактор оказывается более сильным, чем религиозный. Так, несмотря на единоверие коренных народов Средней Азии, там вспыхивали конфликты между киргизами и узбеками, таджиками и киргизами, узбеками и турками-месхетинцами.
Чтобы разобраться в существе этнополитических конфликтов, необходимо знать какие политические силы участвуют в них, кто организаторы и исполнители противоборства на этнической почве. Замечено, что не все члены этнической группы в равной мере участвуют в этнополитическом конфликте. Обычно этнические притязания предъявляются национальной элитой, еще даже до того, как рядовые члены группы станут осведомленными о них, не говоря уж о том, чтобы принять эти формулировки [c.403] как свои собственные. Элита, в свою очередь, может раскалываться на различные фракции не только по вопросам стратегии и тактики, но часто и по целям самого конфликта. Подобное происходит с басками, тамилами, курдами, ирландскими республиканцами, палестинцами и многими другими. Это же имеет место в Грузии, Северной Осетии, Молдове. Выражают ли национальные элиты основные требования и стремления народов, коих они претендуют представлять, или они навязывают свою идеологию массам, а также политическим противникам и соперникам? На этот вопрос трудно ответить, поскольку в ситуациях этнополитического конфликта - по самой его природе - вряд ли может иметь место процесс демократического принятия решений в экстремальных условиях.
Наиболее мощным средством мобилизации масс в свою поддержку становится национальная идея. Национальный фактор используется в политических целях либо стоящими у власти политическими группировками, либо их оппозиционерами, рвущимися к власти. Национальный фактор становится главным оружием для достижения политических целей. Для этого все чаще предпринимаются попытки разыграть "национальную карту", перебросить десятилетиями копившееся недовольство людей в сферу межнациональных отношений. Деструктивные силы в угоду личным или групповым амбициям, узкокорыстным интересам эксплуатируют национальную идею, спекулируют на национальных чувствах, толкают людей к слепой ненависти, ввергают народы в пучину хаоса и страданий.
Анализ межнациональных конфликтов показывает, что непосредственными участниками массовых действий являются представители различных социальных слоев, возрастных групп, политических направлений, верующих и атеистов. Объединяющим началом всех сил становится этнический фактор.
Однако было бы неверно целиком объяснять причину конфликтов только генерирующей и организующей ролью элит. Наряду с этим необходимо выяснить сам феномен массовой мобилизации и интенсивность эмоций участников конфликтов, изначальную силу группового стремления к автономии, к жертвенности, готовности перейти к самым жестоким методам насилия. При этом [c.404] следует учитывать законы, диктуемые логикой коллективного поведения.
Характерным для поведения людей в критических ситуациях является бессознательные формы взаимодействия и коммуникации, когда индивид не обладает личным контролем над ситуацией. Одна из них - толпа.
В толпе резко повышается внушаемость людей. При этом снижается критичность восприятия информации, осознанность поведения, затрудняются оценка и контроль собственных реакций человека. Этот, столь часто встречающийся в этнополитических конфликтах феномен, когда масса рядовых граждан оказывается вовлеченной в действия, в которых не видит смысла, а тем более личного интереса, объясняется сложной логикой коллективных действий. [c.405]
3. Технологии урегулирования этнополитических конфликтов
Многоаспектный характер этнополитических конфликтов предполагает такие пути урегулирования, которые позволили бы влиять на события в разных сферах и разными средствами - от правовых до социально-психологических. Однако важнее предупредить конфликт, не дать ему разгореться, перейти из латентной формы в открытую. Что в этой связи следует иметь в виду?
1. Необходимо признать, что межнациональные проблемы имеют собственное содержание и должны решаться методами национальной политики. Поэтому сегодня особенно актуальна реализация общей концепции государственной национальной политики в Российской Федерации. Эффективная национальная политика, в полной мере должна учитывать новые реалии постсоветского периода, современные тенденции федеративных и национальных отношений.
2. Учитывая решающую роль экономики в общественной жизни в целом и в межнациональных отношениях в частности, следует использовать экономические рычаги для нормализации этнополитической ситуации. Принципиально важно не упускать из виду стратегическую цель - преодоление резких различий между регионами и республиками по уровню жизни, по условиям развития, обеспечение территориальной справедливости [c.405] (ни один регион не должен получать каких-либо неоправданных привилегий).
3. Необходимо учитывать, что этническая картина России ныне существенно расходится с национально-государственным и административно-территориальным устройством. Все республики, края, области, округа являются смешанными по этническому составу населения. Поэтому важное значение имеет создание культурной инфраструктуры консенсуса (национальные общества и центры, двуязычие, национально-культурная автономия и т.п.). Важно соблюдать принцип паритетности при выдвижении и назначении людей разных национальностей в органы власти и управления. Этнические признаки человека не должны быть основанием ни для льгот и привилегий, ни для дискриминации и притеснений. Тогда не будет конфликтов по поводу занятия должностей (по принципу этнической принадлежности), использования национальных языков, территориальных споров.
Заметное место в разработке средств и способов преодоления этнополитических конфликтов принадлежит прогнозированию. Видимо, исходить из того, что в обозримом будущем можно будет устранить конфликты на этнической почве - нереально. Поэтому предвидеть возникновение таких конфликтов - значит иметь возможность своевременно принять должные меры по предупреждению, локализации или скорейшему, с наименьшими потерями, разрешению.
Как же быть, если этнополитический конфликт не удалось предотвратить? Каким образом можно его погасить и урегулировать?
Прежде всего следует учитывать, что этнополитический конфликт легче погасить в самом начале, в зародыше, когда конфликт не приобрел широкомасштабный характер. Дело в том, что межнациональные конфликты, однажды вспыхнув, имеют тенденцию к разрастанию. Если конфликт перешел в длительную стадию, принял затяжной характер - то его разрешение становится трудным, иногда с необратимыми последствиями.
Технология урегулирования межнациональных конфликтов предполагает алгоритм деятельности в этом направлении. В ходе работы по разрешению конфликта прежде всего должны быть проанализированы источники конфликта, [c.406] биография конфликта, стороны конфликта, позиция и отношения сторон, конечное отношение к конфликту.
Согласие редко достижимо без участия посредников, которые, как правило, выполняют роль арбитража, уравнителей баланса интересов, миротворцев. В переговорном процессе могут участвовать как официальные представители сторон, так и общественные силы по методу народной дипломатии.
Совершенствование практики разрешения конфликтов дало толчок к появлению новых методов, основанных на резком изменении качественного состояния ситуации, чаще всего с использованием третьей стороны или каких-либо иных форм внешнего воздействия.
В их числе такой метод как альтернатива. Его суть в применении нестандартного, неординарного выбора из предлагаемых вариантов решения. Например: "обмен территории на мир" или экономическая, территориальная уступка в обмен на получение льгот, восстановление прав определенной этнической группы. Этот механизм, кстати, применяется в настоящее время в ходе палестино-израильских переговоров. В определенной мере он используется также при решении вопроса о воссоздании автономии советских немцев Поволжья.
Как достаточно эффективный метод урегулирования конфликта может выступать изменение статуса национально-государственного образования либо получение его этносом, ранее такого статуса не имевшего. Так, по оценкам экспертов, на начальном этапе карабахского конфликта повышение статуса Нагорно-Карабахской области до уровня автономной республики в значительной степени могло сгладить обострение, перевести ситуацию в более мягкие формы разрешения.
При обсуждении существа дела следует сосредоточиться на интересах, а не на позициях. [c.407]
Глава XXII.
Основные понятия: межнациональные, межэтнические конфликты, межгрупповой конфликт, "титульные" и "нетитульные" национальности, национальное самосознание, национализм, шовинизм. [c.407]
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. В чем причины, специфика и сложность межнациональных, межэтнических конфликтов? Назовите конфликтогенные факторы в межнациональных отношениях.
2. Назовите политические силы, разжигающие межнациональные конфликты. Кто организатор и его исполнитель противоборства на национальной почве?
3. Что вкладывается в понятия "титульная" национальность и "нетитульная" национальность? Когда эти понятия появляются и как используются в межнациональных конфликтах? Приведите конкретные примеры из истории России, государств Прибалтики, Югославии.
4. Какова роль в разжигании и разрешении межнациональных конфликтов религии?
5. Раскройте причины существующих и возможных этнополитических конфликтов в странах СНГ.
6. Была ли возможность избежать "чеченского кризиса"? Аргументируйте свои взгляды.
7. Каковы пути и формы мирного урегулирования этнополитических конфликтов?
Литература:
1. Государственная служба Российской Федерации и межнациональные отношения. М., 1995.
2. Здравомыслов А.Г. Социология конфликта. М., 1995.
3. Национальные отношения и этнические конфликты. М., 1993.
4. Национализм (взгляд из-за рубежа). М., 1995.
5. Разделит ли Россия участь Союза ССР. М., 1993.
6. Россия: социальная ситуация и межнациональные отношения в регионах. М., 1996.
7. Швейцер П. Роль тайной стратегии администрации США в распаде Советского Союза и социалистического лагеря. Минск, 1995.
8. Фишер Р., Юри У. Путь к согласию или переговоры без поражений. М., 1990.
9. Этнос. Нация. Общество. Этнологический словарь. М., 1996. [c.408]
РАЗДЕЛ ПЯТЫЙ. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНСТИТУТЫ
ГЛАВА XXIII. ПОНЯТИЕ, СТРУКТУРА И КЛАССИФИКАЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ ИНСТИТУТОВ
Термин "институт" в политической науке используется прежде всего для обозначения разного рода упорядоченных и формализованных политических отношений.
Институализация политических отношений выступает в качестве механизма, обеспечивающего организацию совместной политической деятельности людей, и предполагает формирование определенных организаций, в рамках которых протекает та или иная политическая деятельность.
Институционализм, возникший в Западной Европе в конце XIX в. как одно из направлений экономической, социологической и политической науки и порожденный объективной потребностью общества в теоретическом обосновании усиления влияния надстройки на все стороны жизни общества, концентрирует внимание на функциях социально-политических институтов, их роли в обществе как средств социально-политического контроля.
Институционалисты (Т. Веблен, М. Ориу, Ж. Ренар, А. Грачи и др.) под политическими институтами понимают группы людей, объединенных какой-либо идеей, чувством солидарности и так далее для выполнения определенных функций. Т. Парсонс и П. Хортон трактуют политические институты как систему ролей, организованную систему поведения и политических отношений. Р. Кениг под политическими институтами понимает систему норм, регулирующих поведение человека в политической сфере. [c.409]
В связи с этим структура, внутренние элементы политических институтов выглядят следующим образом: а) статус людей в политической сфере деятельности и политических отношений; б) совокупность ролей, которые выполняют люди, ассоциированные в рамках данного института; в) политические нормы, как субъективные компоненты деятельности, которые функционируют в форме обычаев, традиций, законов, принципов. Думаю, что классификацию политических институтов необходимо дать по таким критериям как: а) степени организованности; б) вертикальной и горизонтальной дифференциации; в) видам деятельности. Важным является и функция политических институтов. Следует сосредоточить внимание на трех из них: регулятивной (регулирование деятельности и политических отношений); закрепление и воспроизводство политических отношений; включение людей в политическую деятельность и политические отношения при соблюдении преемственности и непрерывности. Главная функция всех институтов - регулирование общественно-политических процессов и явлений с целью сохранения их стабильности и поддержания равновесия между ними.
Нужно также отметить существенную особенность генезиса политических институтов. Она состоит в том, что деятельность по созданию того или иного института не носит одноактного, разового характера, а представляет собой процесс, охватывающий значительный исторический период, в котором могут быть выделены определенные этапы, переходные формы становления того или иного политического института. Необходимо учитывать и различные общественные условия, в которых происходит и развитие политических институтов. Например, известная незавершенность политических институтов в докапиталистических обществах была обусловлена прежде всего недостаточной зрелостью частнособственнических отношений. Кроме того политические институты в ходе своего исторического развития претерпевают значительную трансформацию и они могут быть устойчивыми и неустойчивыми. От степени их стабильности во многом зависит уровень стабильности всей политической системы.
Каждый институт как субъект политики реализует свою политическую активность через своих лидеров, руководителей и рядовых членов. [c.410]
Какие же политические институты необходимо выделить? Прежде всего - это государство, парламент, институт президентства, политические партии и группы давления, правовые системы и суды, избирательные системы и др.
Их сущности, назначению, структуре и функциям посвящены специальные главы данного учебного пособия. [c.411]
Глава XXIII.
Литература:
1. Конституция Российской Федерации.
2. Марченко Г.И. Политические институты и общественные движения. М., 1991.
3. Политические институты и процессы. М., 1986.
4. Сахаров Н.А. Институт президентства. М., 1994.
5. Сорокин П.А. Политическая стратификация. / Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992. [c.411]
ГЛАВА XXIV. ГОСУДАРСТВО
Проблема государства - одна из приоритетных в современной политической теории. Это обусловлено тем, что государство является главным орудием политической власти в обществе, центральным элементом его политической системы, средством установления и поддержания общественного порядка, согласования интересов различных слоев населения. [c.412]
1. Государство как институт политической системы, орудие публичной власти
Государство не относится к вечным феноменам общества. Существовали и существуют до сих пор общества, которые не создали для упорядочения своей жизни особые институты.
В обществе без государства политические функции не монополизируются на постоянной основе привилегированной его частью. В обществе с государством власть централизованной группы, опирающейся на иерархический административный аппарат и строящей свою деятельность на базе юридических норм. Здесь действует четко установленная иерархия - разделение на лиц, владеющих политической властью и подчиняющихся ей, то есть существуют отношения управления и подчинения, где организованное меньшинство обладает монополизированной централизованной политической властью.
Как же происходит переход от общества без государства к обществу с государством? Он осуществляется тогда, когда в результате развития производительных сил появляется прибавочный продукт и возникает возможность регулирования условий жизнедеятельности, использования части общественного продукта на накопление, что порождает социальную дифференциацию, стремление лиц, овладевших этим продуктом, к консолидации в однородную социальную группу, господствующую над остальной частью общества. Так появляется социальная стратификация, то есть организация общества, при которой иерархические группы связаны между собой отношениями господства и подчинения. Господствующие группы начинают выполнять функции организации и контроля над экономической деятельностью, а подчиненные становятся работниками, [c.412] создающими общественный продукт. Группа управляющих для поддержания и воспроизводства отношений господства и подчинения использует различные методы - от переговоров до насилия. Отношения между управляющими и управляемыми заключаются в рамки политического сообщества, где и институционализируются роли носителей власти и им подчиненных.
Таким образом любая политическая система есть иерархическое соединение управляющих и управляемых, причем обладающие властью составляют меньшинство, называемое часто "политической элитой". Оно реализует свою волю посредством чиновничьего аппарата, идеологической легитимизации, принуждения, опирается на согласие остальной части населения. В механизме достижения согласия важное место занимают традиции, обычаи, привычки, средства манипулирования сознанием людей. Общество заинтересовано в том, чтобы согласие приобретало форму легитимности, и в этом отношении значительна роль официальных идеологий, направленных на укрепление государственности и достижение гражданского мира на принципах законности. Когда же они оказываются недостаточными, государство прибегает к насилию.
Развитие представлений о государстве шло по двум линиям: этатистской и антиэтатистской. Для первой характерно позитивное отношение к государству, для второй - рассмотрение государства как социального и нравственного зла (2). Вплоть до XVIII в. преобладали этатистские представления. Благополучие общества, забота о благе подданных, торжество справедливости и гуманность обосновывались необходимостью укрепления государственной власти. Государство наделялось исключительными правами, но не имело ни обязанностей, ни ответственности перед гражданами. Только в XVIII в. теоретические воззрения о правах граждан, свободе личности приобрели форму требований ограничения государственной власти.
Существует и антиэтатистское воззрение на государство как на деспотическую силу, ограничивающую свободу и содействующую рабству. К примеру, Св. Августин считал, что земной град должен быть преодолен ради града божьего, царства небесного, где упразднится власть человеческая. Представители социалистической утопической [c.413] мысли утверждали, что правительство - это заговор богатых, чтобы угнетать бедняков (Т. Мор), правительство есть зло (У. Годвин), государство - это невежество, суеверие, лень и страсть к разорительным удовольствиям главарей общества, подчиняющий и использующих в качестве орудий способных, бережливых, трудовых людей (Сен-Симон).
В зависимости от тех или иных акцентов государство рассматривается в трех плоскостях: общественной - как средство решения общих задач, дел; классовой - как средство угнетения и подавления одних классов другим (экономически господствующим, властвующим); правовой - как источник права и законов, организующих жизнь общества.
При нормативном подходе государство трактуется как совокупность норм, регулирующих поведение граждан, политические отношения. Для институционального подхода характерно толкование государства как воплощения власти, как ее института, имеющего сложную природу и существующего в форме иерархической структуры.
Представители социологического подхода рассматривают государство с позиции социальной дифференциации общества. Наиболее концентрированно этот подход просматривается в марксизме. К. Маркс был первым, кто предпринял попытку всестороннего анализа государства как "социальной реальности", как орудия классового господства.
Существует несколько концепций происхождения государства. Теократическая связывает его возникновение с божьим установлением. В древних мифах народов Востока, Египта, Греции персона верховного правителя - божественного происхождения. Согласно воззрениям древних евреев бог находится в договорном отношении со всеми людьми. Современный католицизм предполагает божественный генезис идеи государства и принципов власти при преходящем характере и происхождении конкретных актов ее осуществления.
Патриархальная теория рассматривает государственную власть как опекунскую, отеческую в результате соединения родов в племена, племен в общности, государства. Еще Конфуций изложил патриархально-патерналистскую концепцию государства, согласно которой государство является большой семьей. Он призывал [c.414] правителей строить отношения с подданными на началах добродетели. Государство - это развитая форма патриархальной власти, осуществляемая от имени всех и к общей пользе.
Договорная концепция выводит государство из соглашения между правителями и подданными, заключаемого в целях организации общественной жизни. В учениях Моцэы отстаивается принцип естественного равенства людей и идея договорного государство, в основе которой лежит воззрение о принадлежности верховной власти народу. Демокрит и Эпикур считали, что для сохранения государственного единства требуется единогласие граждан, взаимное сочувствие, взаимопомощь, братство. Т. Гоббс и Дж. Локк наиболее полно выразили идею общественного договора, считая, что государство это результат своеобразного соглашения, заключенного между суверенными властителями и подданными, и орган всестороннего примирения людей, которые в естественном состоянии постоянно конфликтуют.
В XIX в. возникла "теория завоевания", ее основатель - Л. Гумплович. Он считал, что государство возникло как результат порабощения слабых групп более организованными и более сильными. Психологическая теория выводит образование государства из идеи, рожденной человеческим гением. Широкое хождение имеет социально-экономическая теория. Один из ее ранних представителей - Платон - выводит истоки государства из разделения труда, обособления деятельности по руководству обществом.
Государство в своем развитии прошло длительный исторический путь, на протяжении которого менялись как содержание, так и формы. Схематично это выглядит так:
- на ранней стадии становления имелись остатки догосударственной, первобытной демократии, чередовались монархические (вождизм приобретал форму единовластного наследственного правления) и республиканские образцы правления, весьма сильны были традиции и обычаи, унаследованные от первобытного строя;
- второй этап - (средние века до начала Нового времени - XVII в.) в развитии государства связан с установлением сильной монархической власти с явно выраженными отношениями господства и подчинения монарха, [c.415] государя и его подданных, общества. Власть и государство отождествлялись, и оно в лице монарха полностью доминировало в общественной жизни, хотя в первые века средневековья государство было раздробленным, раздиралось феодальными распрями.
В позднее средневековье происходила концентрация и централизация власти и монархическое правление становилось абсолютным. Отношения вассальной преданности монарху заменились исполнением служебных функций в складывающемся организованном государственном аппарате управления. Возникает институциональная дисциплина. Появляется и сам термин государство (от латинского слова status (состояние), а прежнее понятие республика, обозначающее общее или общественное дело (от лат. res - вещь, дело и publica - общественная) и ранее употребляемое для обозначения государства, стало использоваться применительно к форме правления - республиканскому строю. В русском же языке утверждается это название по имени главы общественной власти - государя;
- на протяжении третьего этапа (с Нового времени - XVII века) в Европе завершается процесс формирования наций, этнической консолидации и складывается новое государство и общество суверенного народа, уравновешивающего государственную власть и во многом становящегося независимым от государства, вступающего с ним в партнерские отношения на основе конституционного права и договора. В этот период формируются элементы гражданского общества и сами граждане как личности, наделенные определенными правами и обязанностями по отношению к обществу, государству и самим себе, способные жить как самостоятельные субъекты.
Крупнейшие мыслители того времени Т. Гоббс, Дж. Локк, Ж.-Ж. Руссо, И. Кант обосновывают необходимость замены абсолютизма как одной из форм государства, установления царства разума и нравственности, активно разрабатывают идеи гражданского общества, свободы и прав человека.
На Востоке же закрепляются монархические формы правления с архаичными общественными структурами, военно-феодальными институтами, внеэкономическим принуждением и имперскими формами национально-государственного устройства. [c.416]
Общая теория государства возникла в конце XIX в. как легалистская теория и именовалась "юридической". Согласно так называемой "теории трех элементов" государство существует там, где есть народ (население), территория и государственная власть. Под государством можно понимать организованный народ, территорию, на которую распространяется власть, и организацию самой государственной власти. То есть государство отождествлялось с государственным правом, а точнее - с законом (3).
Современная теория государства является юридической, ибо основание государства она видит в правах народов и связывает власть с правами человека - основными требованиями определенной меры свободы человека первичной по отношению к власти. Эти требования и права народов признаны и зафиксированы в принципах и нормах международного права. Таким образом современная общая теория государства рассматривает его как правовую форму организации и функционирования политической власти с точки зрения международного права.
Соответственно изменяется и смысл "теории трех элементов". Речь идет не о населении государства, а о народе как этнической общности, имеющей права на политическое самоопределение. Любой этнос, осознающий себя как нацию, вправе создавать свою суверенную или автономную организацию публичной власти, и это право признается мировым сообществом. Следовательно, первый субстанциональный элемент государственности - политически самоопределяющаяся нация.
Второй - территориальный элемент. Это не просто территория в признанных границах, а страна, географическая область, с которой нация связана исторически как субъект права на политическое самоопределение. По территориальному признаку оно может реализоваться путем образования как автономии, так и государства - субъекта федерации.
Третий - институциональный элемент государственности. Это публичная власть, ограниченная правами человека. Связь этого аспекта государственности с правами человека не формируется в региристической форме. Общая теория государства исходит из того, что власть ограничена необходимостью соблюдения прав человека и что власть, попирающая права человека и [c.417] осуществляющая террор против народа, не признается государством. Эта теория признает право народа на гражданское неповиновение.
Выделяются и такие сущностные компоненты государственности, как: право - особая форма общественной жизни, система регуляции и защиты свободного поведения людей средствами государственной власти, выступающей от имени всего общества; налоги, взимаемые с населения для покрытия расходов государства при осуществлении своих функций; принуждение, позволяющее государству осуществлять свои полномочия, если иные механизмы не эффективны. [c.418]
2. Функции государства и его исторические типы
Государство относится к наиболее устойчивой структуре политической организации общества, является ее основой в силу того, что выполняет ряд функций, отличных от деятельности других субъектов политической системы.
Функции государства (лат. functio - исполнение, совершение) - это обязанности, круг деятельности, назначение, роль в наиболее концентрированной, обобщенной форме.
С развитием государства, усложнением его задач и ростом объема забот расширялись и углублялись функции. В современном мире в общем плане можно классифицировать функции следующим образом:
- руководство и управление. Руководство связано с выработкой государством стратегии, общих параметров и ориентиров жизни и развития общества, включая направления и принципы, методы решения экономических, социальных, политических, национальных и культурных вопросов, проблем. Управление же задействовано на выработку и применение конкретных механизмов реализации общих замыслов, задач, стратегических установок (путем выработки решений, планирования и прогнозирования деятельности, осуществления контроля и координации, использования кадрового фактора и других рычагов воздействия);
- внутренние и внешние функции. К внутренним функциям относятся политическая, правовая, организаторская, экономическая, социальная, образовательная, культурно-воспитательная. [c.418]
Политическая функция связана с осуществлением политической власти: поддержанием политического господства доминирующего в экономике класса, подавлением воли угнетенных классов, слоев (для антагонистических обществ), обеспечением политической стабильности, регулированием национальных (межнациональных) отношений, взаимодействием с политическими партиями, профессиональными союзами, другими общественными институтами. К политической функции относится и выработка программно-стратегических целей и задач развития общества.
Правовая функция всецело принадлежит государству. Осуществляя правотворчество, оно устанавливает правовые законы и нормы, регулирующие общественные отношения, поведение граждан.
Организаторская функция государства состоит в упорядочении всей властной деятельности: принятии, организации и исполнения решений, формировании и использовании кадрового корпуса управленцев, осуществлении контроля за исполнением законов, решений, предписаний, информационном обеспечении политики, осуществлении мер координации деятельности различных субъектов политической системы и др.
Экономическая функция является одной из главных, хотя она в разном объеме и содержании осуществляется в том или ином обществе и на различных этапах его развития. В современных условиях участие государства в экономике проявляется в выработке и осуществлении налоговой политики, выделении кредитов, использовании экономических санкций, стимулов в развитии отраслевой экономики, непосредственном влиянии на транспорт, энергетику, использовании долгосрочного планирования, программирования.
Социальная функция государства проявляется в осуществлении заботы о человеке как члене социума: удовлетворение потребностей людей в работе, жилье, образовании, поддержании здоровья; осуществление социальной защиты престарелых, инвалидов, молодежи, безработных; страхование жизни, здоровья, собственности.
В цивилизованном мире сложилось так называемое социальное государство. Это понятие связывается с утверждением всеобщего блага (как идеала), принципов [c.419] социальной справедливости, социальной защищенности, достойных условий существования. Социальное государство стремится сгладить социальное неравенство, помочь слабым и обездоленным (путем перераспределения социального дохода в пользу менее обеспеченных слоев), обеспечить занятость и право работника на предприятии, развивать систему социального страхования, обеспечить доступность для всех образования, здравоохранения, культуры.
Одним из ведущих направлений деятельности социального государства становится разработка и реализация социальной политики, способствующей созданию равных стартовых возможностей для реализации жизненных планов, развития личности и проявления особой заботы о молодежи, безработных, малоимущих. То есть в условиях становления и функционирования социального государства резко возрастает объем его социальных забот, предпосылкой чего стали значительный экономический подъем развитых западноевропейских государств и возможность осуществления целей общества (государства) всеобщего благоденствия.
Возникновение социальных государств стало возможным в 60-х годах XX в. на основе быстрого развития рыночного хозяйства, конкуренции, индивидуальной предприимчивости и ответственности. Вместе с тем социальное государство не ориентируется на порождение массового социального иждивенчества, хотя и провозглашает социальный принцип сближения доходов и жизненных шансов как материального условия свободы каждого.
Образовательная функция государства. По мнению видных государственных деятелей Великобритании, США, Японии, качественное образование - основа будущего, столбовая дорога в современную цивилизацию. Многие государства стоят перед задачей, которой нет альтернативы: осуществление кардинальной реформы в сфере образования, выработка политики, охватывающей весь процесс образования от дошкольного до университетского. И государство в первую очередь обеспечивает демократизацию образования, его непрерывность, предоставление людям равных возможностей его получения, качественную подготовку молодежи к активной жизни. [c.420]
Культурно-воспитательная функция государства направлена на создание условий для удовлетворения культурных запросов людей, формирования высокой духовности, гражданственности.
Внешние функции государства связаны с защитой границ, территории страны (оборонная), вмешательством в дела других государств (военно-агрессивная, насильственная), поддержанием и развитием межгосударственных отношений (дипломатическая), а также осуществлением внешней торговли, координацией совместной деятельности с другими государствами в различных сферах, участием в блоках, союзах.
Содержание, объем и проявление функций обусловлены типом общества, его классовой структурой, волей господствующего класса. Практика убеждает в том, что чрезмерное вмешательство государства в дела общества, стремление регулировать все его процессы отрицательно сказывается на самостоятельности, инициативе, ответственности регионов, местных структур управления, порождает иждивенчество, потребительскую психологию. Поэтому за последнее время наметилась тенденция ослабления воздействия государства на отдельные общественные дела и процессы.
Важное теоретическое и практическое значение имеет вопрос о форме государства - совокупности его признаков, определяемых характером и содержанием деятельности государства. Принято выделять две основные формы - форму правления и форму государственного устройства. Они разнообразны в силу исторической традиции государственности, особенностей ее становления.
Форма правления - внешнее выражение содержания государства, обусловленное структурой и правовым положением органов государственной власти. От положения и характера высшего органа государственной власти зависит в конечном итоге различие между двумя основными формами правления - монархией (абсолютной, парламентской) и республикой (президентской, парламентской, смешанной).
Форма государственного устройства - это национально-территориальная организация государства и взаимоотношения центральных, региональных органов. [c.421] Она дает ответ на вопрос о том, из каких частей состоит территория страны и их правовое положение, каковы соотношение и взаимосвязи иерархических структур государства. Обычно выделяется две формы: унитарная и федеративная, хотя есть и смешанные формы государственного устройства.
Имеющая место конфедерация не относится к форме государственного устройства, а является формой объединения суверенных государств, координирующих свою деятельность по каким-то вопросам. Конфедерациями в прошлом были США (1776-1787 гг.), Швейцария до 1848 г., Германский союз в 1815-1867 гг. Хотя Швейцария и относится ныне к конфедерации, по своему устройству она в большей мере является федерацией. Черты же конфедерации имеют место в Европейском экономическом сообществе, преобразованном в 1991 г. в Европейский союз на встрече глав государств в Маастрихте.
Анализ роли и места государства в политической системе будет не полон без учета методов, с помощью которых осуществляется государственная власть, то есть без политического режима. Современная история знает три формы политического режима: демократическую, авторитарную, тоталитарную.
Демократический политический режим - эта форма народовластия, характеризующаяся свободным волеизъявлением народа, верховенством законов, провозглашением принципа социальной справедливости и равенства всех перед законом.
Авторитарный политический режим обусловлен чрезмерным централизмом власти в руках правящей касты, запретом оппозиции, культивирование в массах раболепского отношения к власти, страха и фанатизма.
Тоталитарный политический режим - крайняя форма авторитаризма для которой характерны: полный (тотальный) контроль государства над жизнью общества, запрещение всех демократических организаций, оппозиции и инакомыслящих. Типичным примером тоталитарного режима является фашистская диктатура. Развернутая характеристика политических режимов дана в специальной теме. [c.422]
3. Правовое государство
Демократическое реформирование общества идет по пути к правовому государству, призванному быть на страже интересов и потребностей людей, их прав и свобод. Это государство, основанное на праве и ограниченное им в своих действиях, подчиненное воле народа как суверена власти.
Идея власти закона, одинакового для всех граждан, звучала еще в VI в. до н.э. в устах афинского политического деятеля Солона. Проблема соотношения естественных прав человека и законов государства была поставлена Аристотелем и Цицероном. Концепция же правового государства в основных проявлениях сформировалась в XVII-XIX вв. в трудах Локка, Монтескье, Канта, Джефферсона, Мэдисона, К.Т.Велькера, Р. фон Моля (в работах двух последних окончательно утвердился термин правового государства).
Правовое государство - объективная необходимость и величайшая социальная ценность, эффективный способ организации общества и управления им. Спрашивается, почему? Во-первых, потому, что это состояние всеобщей подвластности закону: и граждан, и должностных лиц, и органов власти и управления, и самого государства. Во-вторых, закон - единственно возможное средство выражения и закрепления потребностей и интересов каждого человека и всего общества, превращения воли народа в общеобязательный регулятор общественных отношений, возведения этой воли в ранг правил, которым подвластны все. В-третьих, закон устанавливает права и обязанности участников общественных отношений, четкий порядок в обществе. В-четвертых, закон подкрепляет свои предписания мерами ответственности и тем самым гарантирует защищенность общества и граждан от нарушения законных прав, интересов, свобод.
Правовое государство есть правовая форма осуществления государственного суверенитета народа. Это означает, что все публично-властные полномочия находятся у государства и его органов, а организация и функционирование самой власти строится на правовых началах. Создание такого государства предполагает, по мысли ряда исследователей, признание порочности концепции о приоритете государства над правом и ошибочности [c.423] этатистского правопонимания, при котором право сводится к законам, целиком зависящим от волеизъявления тех, кто фактически осуществляет господство. Правовое государство может базироваться только на утверждении закономерного воздействия права на государство, исключающего несвязанность любой политической деятельности основами права, нравственности, гуманизма. "Правление закона" может быть атрибутом правового государства лишь тогда, когда сами законы адекватны необходимому правопорядку.
Каковы же пути формирования правового государства?
1. Превращение закона в решающее средство управления всеми сторонами жизни общества, для чего необходимо изменение соотношения закона с подзаконными актами в пользу первого.
2. Добиться такого состояния общества, при котором соблюдение закона было бы выгоднее, чем его нарушение, что предполагает высокий уровень правовой культуры населения, его правовую грамотность.
3. Превращение правоохранительных органов в рабочий механизм, активно содействующий становлению правопорядка.
4. Децентрализация управления, разграничение функций центральных структур власти и органов самоуправления, расширение компетенции последних.
Государство, стремящееся к тождеству правопорядка, строит свои взаимоотношения с другими субъектами политической системы на основе закона. В механизме этих взаимоотношений определяющее значение имеет то обстоятельство, что государство как наиболее устойчивая, сохраняющая преемственность и обладающая наибольшим объемом властных полномочий структура является фундаментом политической системы. Это положение в теоретическом плане важно глубоко осмыслить.
Каков же его смысл?
Государство определяет юридическо-правовые условия функционирования слагаемых политической системы. Не вмешиваясь в работу партий, профсоюзов, движений, других самостоятельных организаций, признавая их самостоятельность в решении внутренних организационных вопросов и отправлении функциональных [c.424] обязанностей, оно тем не менее определяет порядок юридической регистрации общественных объединений, получении ими прав юридического лица.
Государство применяет политические санкции (заявления, предупреждения, запрещение) в отношении субъектов политической организации общества на основе права, закона. Применение санкций, как правило, обусловливается антиконституционными, антиправовыми акциями общественных объединений, хотя имеют место и политические соображения, прикрываемые интересами безопасности существующего политического режима. Иллюстрацией последнего могут служить примеры запрещения прогрессивных организаций в условиях фашистской диктатуры или приостановление деятельности всех политических партий в условиях чрезвычайного положения.
Обязательными для исполнения всеми объектами политической системы являются Конституция (Основной Закон) государства и другие законы. В уставах партий часто содержатся положения об обязательности соблюдения Конституции страны. Это значит, что партии, другие общественные организации, движения не могут играть роль оппозиции государственным структурам (парламенту, правительству, главе государства). Более того, в оппозиции - политическом противовесе властным структурам - видится проявление плюрализма: естественного состояния демократически организованного общества. Однако оппозиция не в праве нарушать законы общества. В противном случае оправданы санкции со стороны государства, обязанного защищать законы, вплоть до использования рычагов принуждения и насилия.
Потребности общественного консенсуса, скоординированного развития общества как цельного организма, - требуют содействия государственной политике со стороны всех субъектов политической системы. Разумеется, содержание политики и механизм ее осуществления могут быть объектом критики и борьбы. Для этого выработаны такие методы и формы, как отстаивание своей позиции через средства массовой информации; предание гласности своих платформ, заявлений; проведение митингов, борьба за избирателей, проведение своей линии через депутатов и др. Но до изменения государственной политики, пересмотра ее коренных положений, каждый представитель [c.425] партии, движения, в силу гражданского права, обязан осуществлять (если он работает в государственном учреждении) государственные решения. Таков государственный и моральный императив.
Отношения государства с другими элементами политической системы строятся на основе партнерства, взаимодействия, учета реалий политического плюрализма, поиска согласованных усилий в решении проблем и других принципов. В этих отношениях в бывших социалистических странах произошли серьезные деформации. Основная - огосударствление партии, превращении ее в остов командно-административной системы. По существу правящая партия превратилась в тоталитарно-государственную структуру, сосредоточившую в своих руках все нити не только стратегического, но и повседневного управления. Эти и другие деформации политической системы стали исчезать, искореняться с появлением реалий политического плюрализма, многопартийности, когда государство фактически стало приобретать полноту властных полномочий и реально превращаться в основу политической системы.
Таким образом государство занимает в политической системе центральное место, обусловливаемое его природой и назначением как особого инструмента, с помощью которого осуществляется политическая власть экономически господствующего класса. Сохранение и упрочение политической власти возможно лишь тогда, когда государство интегрирует интересы всех слоев населения. Стремясь обеспечить консолидацию общественных сил, их сотрудничество, гражданское согласие, оно взаимодействует с другими субъектами политической системы как ее основа, придавая обществу устойчивость и способность к развитию. [c.426]
Глава XXIV.
Основные понятия: государство, правовое государство, государство социальное, монархия, республика, политический режим, унитарное государство, федерация, конфедерация. [c.426]
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Что такое государство, его основные признаки?
2. Каково место и роль государства в политической системе? Покажите графически функции государства.
3. Какие теории возникновения и развития государства Вам известны?
4. Какие можно выделить основные признаки правового государства?
5. Как можно соотнести свободу и ответственность личности в демократическом правовом государстве?
6. Как соотносятся понятия "закон", "право", "справедливость"?
7. Можно ли говорить о том, что закон не всегда является правовым?
8. В России после принятия новой конституции в декабре 1993 года установилась президентская форма правления. В чем ее суть?
9. Все ветви власти утверждают, что в России идет становление правового государства. Есть ли основания для такого утверждения? Аргументируйте свой ответ.
Литература:
1. Вебер М. Избр. произведения. - М., 1990. - С.646.
2. Основы политологии // Курс лекций под ред. проф. В.П.Пугачева. - М., 1992. - С.116-118.
3. Зорькин В.Д. Позитивистская теория права в России. - М., 1978. - С.73.
4. Веденеев Ю.А. Теория и практика переходных процессов в развитии российской государственности. // Государство и право. 1995. № 1.
5. Кургинян С. Политические и идеологические основы государственного строительства. / Россия XXI. 1994.
6. История государства и права России. М., 1995.
7. Поппер К.Р. Открытое общество и его враги. В 2-х тт. М., 1992. Т. 2. С. 63-84.
8. Рогозин Д.О. Русский ответ. Историко-философский очерк российской государственности. С.-Пб., 1996.
9. Ленин В.И. Государство и революция. ПСС. Т. 33.
10. Цицерон. О государстве. М., 1990. [c.427]
ГЛАВА XXV. ИДЕЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
1. Основные вехи исторической эволюции идеи гражданского общества
В качестве основания для периодизации истории теоретических представлений о гражданском обществе можно рассмотреть идейное господство той или концепции (доктрины). Соответственно выделяется несколько стадий или периодов: а) "естественно-правовой" период; б) период легитимации; в) рационалистический период.
Идейное развитие концепции гражданского общества можно рассматривать также как последовательную смену различных моделей или парадигм теоретического (философского и научного) синтеза.
В "естественно-правовой" период (с античности до конца XVIII в.) происходит первый синтез идеи гражданского общества, суть которого определяется концепциями "естественного права" и общественного договора. Их основное содержание можно выразить формулой: "естественное состояние - общественный договор - гражданское, политическое состояние". Это период господства так называемой "естественной религии", апеллирующей в основном к истокам изначального общежития людей и неизменной человеческой природе.
Согласно концепциям "естественного права" и общественного договора, гражданское общество (или гражданское состояние) приходит на смену "естественному состоянию", в котором господствуют культ силы и "борьба всех против всех". На первый план в этих концепциях выдвигается требование неотъемлемых прав и свобод человека, присущих его естественной природе. Это - право на собственность, жизнь, волеизъявление и т.д. Переход к гражданскому (политическому) состоянию сопровождается или опосредуется заключением общественного соглашения или договора, на основе которого народ и власть строят далее свои взаимоотношения. С этой точки зрения, гражданское общество - это единство или единение лиц (чаще всего политическое), основанное на соглашении (договорных обязательствах) граждан с государством и его [c.428] представителями (сувереном, правительством, собранием и пр.).
"Естественно-правовой" период развития идеи гражданского общества связан с именами Платона, Аристотеля, Бэкона, Гроция, Гоббса, Локка, Спинозы, Руссо, Гольбаха, Дидро, Монтескье, Пуфендорфа, Томазия и др. Значительную роль в развитии "естественно-правовой" концепции гражданского общества сыграли отечественные философы и юристы (И. Посошков, С. Десницкий и др.). По своей сути их представления, несмотря на отдельные попытки реалистического анализа, носили в основном утопический характер. Они стремились обосновать принципиально неосуществимые на практике общественные идеалы и вымышленные модели.
В конце XVIII - первой четверти ХХ вв. в социально-политической мысли начинается второй синтез идеи гражданского общества, который характеризуется преодолением синкретизма общества и государства и радикализацией политического сознания ее представителей. На первый план выдвигается проблема взаимодействия гражданского общества и государства. Если прежние концепции этого общества подчеркивали примат неотчуждаемых прав человека и акцентировали внимание на его экономической свободе, то гражданская идеология значительно расширяет и закрепляет требования политической свободы, независимости граждан и их объединений от возможного или фактического произвола государства, его бюрократического аппарата.
Дихотомия "естественное состояние - гражданское состояние (общество)" уже в конце XVIII века сменяется дихотомией "гражданское общество - государство", расчленяющей общественное целое на две взаимосвязанные сферы бытия. Так начинается новый, "легитимацион-ный" период, который связан с именами Гумбольдта, Гизо, Смита, Канта, Токвиля. В основе их социально-политических взглядов лежит представление о гражданском обществе как неполитической сфере социума, противостоящей государству или сосуществующей с ним, которая включает также такие институты и организации, как предпринимательство, торговля, семья и родственные объединения, различные общественные союзы и ассоциации. [c.429]
Существенный вклад в обоснование и пересмотр теоретических оснований данной концепции принадлежит Гегелю и Марксу. Среди отечественных мыслителей следует выделить особо М. Бакунина, Б. Чичерина, П. Новгородцева, С. Франка, И. Ильина и др. В их понимании гражданское общество выступает совокупным представителем разнообразных частных и общественных объединений, имеющих собственные, независимые от государства источники существования.
Новый этап в развитии идеи гражданского общества в рассматриваемый период ее теоретической реконструкции начинается в конце XIX - начале ХХ вв., когда происходит дальнейшая дифференциация общественных наук, в т.ч. институционализация социологической науки по мере ее отделения от социальной философии и превращения в самостоятельную науку об обществе. Вместе с тем изменяется само понимание гражданского общества. Из конструкции идеального общественного устройства, основанного на естественном праве и общественном договоре, оно трансформируется в сферу социальной реальности, характеризующуюся особыми качествами.
Реализация третьего синтеза идеи гражданского общества начинается в конце 20-х и завершается в основном в начале 90-х годов ХХ века. Она вызвана существенным развитием научно-технического прогресса, дальнейшей рационализацией общественной жизни, переходом от практических требований экономической и политической свободы личности, характерных для предшествующего периода, к расширению свобод в сфере культуры, стилей жизни и т.д. Постепенно появляются идейные условия для трансформации дихотомии "гражданское общество - государство" в более сложные конструкции, в которых гражданское общество занимает либо промежуточное, либо центральное положение.
Идея гражданского общества получает свое практическое воплощение в форме гражданской рациональности - системы устойчивых, общепринятых представлений об этом обществе (как правило, уже реально существующем), которые однозначно понимаются и разделяются большинством его членов. На этой стадии усиливаются такие признаки и факторы, как рационально-критическое отношение к социальной действительности, [c.430] идейный плюрализм, сосуществование различных установок и жизненных стратегий людей и др. Идея гражданского общества постепенно утрачивает как свое религиозное содержание, так и чрезмерную теоретичность, оторванность от социальной практики. Она становится достоянием обыденного сознания и практического мышления большинства жителей современной цивилизации.
В последние десятилетия ХХ века наметилась также тенденция постепенного отказа некоторых исследователей от сугубо рационалистической интерпретации гражданского общества. Так, Ю.Хабермас и другие представители франкфуртской школы, а также сторонники экзистенциальной и феноменологической традиций в социальной философии и социологии все чаще стали рассматривать гражданское общество в более широком контексте - контексте взаимодействия личности и официальных структур государства, системного и жизненного миров. В этой связи они затрагивают проблему отчуждения человека, колонизации жизненного пространства людей со стороны государства и других институтов.
Таким образом, к концу ХХ столетия постепенно намечается переход к четвертому синтезу идеи гражданского общества. На смену рационалистической парадигмы теории гражданского общества, утверждающей господство разума в сфере научно-технического и индустриального развития, приходят другие интерпретации и конструкции, углубляющие и расширяющие наше представление о нем. [c.431]
2. Современные интерпретации идеи гражданского общества
Анализ представлений о гражданском обществе, существующих в современной социальной науке, предполагает, во-первых, характеристику их социально-философских оснований, во-вторых, учет идейно-политических предпосылок, складывающихся под влиянием политических реалий, и, в-третьих, систематизацию научных (прежде всего - социологических) концепций гражданского общества.
1. Социально-философские предпосылки современных интерпретаций гражданского общества. [c.431]
В качестве исходных, базисных социально-философских теорий, в рамках которых разрабатываются модели гражданского общества, рассмотрим 2 группы концепций:
1) формационный и цивилизационный подходы;
2) концепции модернизации и постсовременности.
Формационный подход не получил широкого распространения в концепциях западных марксистов. Он разрабатывался в основном в отечественной марксистской литературе. Как известно, развитие общества характеризуется в марксизме как естественно-исторический процесс, в ходе которого различные общественно-экономические формации сменяют друг друга. Понятие "общественно-экономическая формация" выражает исторически конкретную стадию (тип, форму) общества, основанную на определенном способе производства.
Понятие "гражданское общество", разрабатываемое сторонниками формационного подхода, относится чаще всего к характеристике буржуазного строя или капитализма. Оно употребляется вслед за Марксом как в широком смысле (для обозначения буржуазной формы общества в целом), так и в узком (для теоретического выражения конкретной социальной организации, находящейся между базисом и надстройкой, между экономикой и государством).
Разрабатывая теоретическую модель современного гражданского общества, отечественные марксисты (Заславская Т.Е., Осипов Г.В. и др.) опираются прежде всего на следующие схему марксового анализа структуры общественно-экономической формации: "производительные силы - производственные отношения - общественные отношения (гражданское общество) - политический строй - формы общественного сознания". Гражданское общество рассматриваются ими прежде всего как сторона общественной формации, находящаяся между способом производства и политическим строем.
В целом формационная модель не отражает современных тенденций развития гражданского общества. Представление о нем как исторически преходящем и "недолговечном" феномене не соответствует действительности. Современный мир пока еще не выработал альтернатив общественного развития, позволяющих обойти или [c.432] перескочить период созревания и формирования институтов и структур гражданского общества.
Цивилизационный подход к исследованию гражданского общества развивается параллельно и отчасти в противовес формационному подходу. Данный подход значительно расширяет границы его познания и преобразования. Суть его заключается в том, чтобы рассматривать гражданское общество в контексте развития цивилизации, общецивилизационного процесса. При этом формирование этого общества составляет, по мнению его сторонников, едва ли не основное содержание общецивилизационного процесса. В этом смысле современная цивилизация охватывает все те общественные системы, в которых сформированы институты гражданского общества (рыночные, демократические и правовые).
Теоретические основания цивилизационного подхода уходят своими корнями в концепции О. Шпенглера, А. Тойнби и П. Сорокина. Согласно им, гражданское общество отличается от других общественных форм более высоким уровнем цивилизованности. Критерием же цивилизованности общества объявляется при этом сам человек, степень его свободы, возможность саморазвития и самовыражения, а также его умение жить в мире и согласии с другими людьми. Отсюда следует, что содержанием цивилизационных процессов, ведущих к построению развитого гражданского общества, становится развитие человека, реализация общечеловеческих ценностей.
В концепциях модернизации и постсовременности (А. Турен, Ю. Хабермас, Э. Гидденс, З. Бауман и др.) гражданское общество определяется либо как общество, приходящее на смену традиционному общественному укладу, либо как общество, вырастающее из современного состояния и несущее на себе все его черты. В обоих случаях речь идет не о различных типах общества, а всего лишь о разных фазах или стадиях существования и развития гражданского общества. Даже представители теории постсовременности не отрицают сам факт существования гражданского общества, как такового. Они лишь подчеркивают значение постсовременной фазы его развития.
В реальном мире, в мире социальной реальности, которая признается многими теоретиками как дискретная реальность, сосуществуют и взаимодействуют [c.433] досовременные, современные и постсовременные социальные системы. Наиболее развитые в экономическом и культурном отношении страны Запада уже выходят на постсовременный уровень развития. Значительная часть стран, в т.ч. и Россия, находятся на современной стадии развития или на этапе перехода к ней. Так называемые развивающиеся страны относятся по данной типологии к переходным или традиционным формам общества, в которых гражданское общество находится еще в "эмбриональном" (зачаточном) состоянии.
Общей чертой различных теорий постмодернизма является отказ от поиска системообразующих факторов институционализации гражданского общества. Для большинства из них характерен взгляд на формирование гражданского общества как во многом спонтанный и поливариантный процесс, обусловленный как объективными, так и субъективными факторами. Однако, вместе с тем делается допущение, что современный облик гражданского общества определяется прежде всего причинами нематериального характера. Если на этапе зарождения гражданского общества в его современном виде первостепенное значение имеет развитие промышленной индустрии и техники, то на этапе перехода к постсовременности преобладающим становится влияние культуры и символической интеракции.
2. Идейно-политические предпосылки современных концепций гражданского общества.
В качестве идейного основания своих концепций различные исследователи используют, как правило, проблему противопоставления экономических укладов и форм государственного устройства, которую можно выразить условно при помощи дихотомий: "административно-плановая экономика/рыночная экономика", "демократия/автократия (авторитаризм)" и др. Покажем это на схеме.
Исходя из данного ряда дихотомий, можно выделить четыре основные идейно-политические доктрины гражданского общества: либерально-демократическую (доктрина "рыночной демократии"), социал-демократическую (концепция "демократического социализма" и "социалистического гражданского общества"), авторитарно-буржуазную (доктрина "государственного [c.434] капитализма") и авторитарно-социалистическую (доктрина "государственно-бюрократического социализма").

Понятие "гражданское общество" используется представителями всех приведенных выше доктрин. Для идеологов государственно-бюрократического социализма это - буржуазное, капиталистическое общество, основанное на частной собственности и применении наемного труда. Они рассматривают его как источник социального неравенства и растущей напряженности в обществе. Будущее социализма сторонники этой доктрины связывают с упразднением частной собственности и утверждением такого общественно-политического строя, при котором буржуазное гражданское общество теряет свою социально-экономическую и правовую основу, а, следовательно, перестает существовать вообще.
Сторонники доктрины "государственного (авторитарного) капитализма" рассматривают гражданское общество как сферу частного бизнеса, семейно-родственных и иных негосударственных отношений, образующих в своей совокупности социально-экономическую базу капиталистического государства. При таком понимании оно вытесняется из политической жизни, деполитизируется и превращается в придаток могущественного бюрократического государства, призванного поддерживать стабильность и осуществлять воспроизводство данного авторитарного режима. [c.435]
Для сторонников концепции "демократического социализма" (В. Брандта, Э. Фрэнкиля и др.) гражданское общество есть совокупность общественно-политических организаций и институтов, которые наряду с демократическим государством образуют основу социальной (экономической, политической и пр.) демократии. Однако они склонны к частичному отождествлению политических и экономических структур гражданского общества.
Наконец, теоретики "рыночной демократии" рассматривает понятие "гражданское общество" как аналог "общества рыночной демократии" ("либерально-демократическое общество"). Оно представляется им прежде всего как "экономическое общество", в котором государство ограничено в своих возможностях регуляции экономической жизни и контролируется общественными объединениями и движениями.
Однако все попытки определения гражданского общества при помощи понятий "капитализм", "социализм", "демократия", "автократия" и т.д. несут на себе определенный идеологический отпечаток и не могут быть названы научными в строгом смысле этого слова.
Указанные идейные ориентации отчетливо просматриваются в позициях участников дискуссии на тему о судьбах гражданского общества в России. Первая позиция: Россия должна войти или вернуться в лоно мировой цивилизации, формируя внутри себя институты гражданского общества и демократического государства. Вторая, полярная позиция: Россия в силу своей культурной уникальности и национальной специфичности "обречена" на собственный путь общественного развития, для которого неприемлемы атрибуты западной цивилизации - рынок, демократия, гражданское общество. Третья позиция: в России уже существует гражданское общество и его лишь надо освободить от государственно-бюрократического гнета.
3. Опыт систематизации современных интерпретаций гражданского общества.
Первый предварительный подход к систематизации точек зрения и концепций в области исследования проблем гражданского общества намечается по линии установления их дисциплинарной принадлежности. В соответствии с ним часть интерпретаций гражданского [c.436] общества можно отнести к "экономическим" трактовкам, делающим акцент на его экономическом происхождении и способе существования, "политическим" (или политологическим), определяющим данное общество как эпифеномен государства, его постоянный и неизменный спутник, стремящийся выйти из под контроля, "социологическим", характеризующим содержание гражданской жизни по "остаточному" принципу (исходя из тезиса: все, что остается за вычетом экономики и государства, следует относить к сфере гражданского - социальной и культурной).
В современной социальной науке имеется два принципиально различных взгляда на природу гражданского общества, связанные с его широкой и узкой трактовками. Одни исследователи характеризуют его как общественную систему или социетальное сообщество, достигшее определенного уровня социально-экономического, культурного развития и обладающее всеми признаками цивилизованности (рыночная экономика, демократия, соблюдение прав человека и т.д.). Другая часть исследователей рассматривает данное общество как особую сферу социума, противостоящую государству и другим общественным структурам. Поскольку первый взгляд не получил достаточно широкого распространения, то остановимся вкратце на характеристике второго, более распространенного подхода.
Все научные представления, сложившиеся в рамках рассмотрения гражданского общества как особой сферы социума, можно систематизировать при помощи двух дихотомий: "государственное - негосударственное" и "общественное - частное". Если расположить их в виде осей координат, то мы получим график с четырьмя смысловыми полями, часть из которых обозначает различные стороны гражданского общества - (1) сферу государственной общественности, представляющей собой официальную, легитимную (законно избранную и признанную) власть; (2) сферу свободной, автономной общественности, олицетворяющей разнообразные, независимые от государства общественные институты и организации (например, экологические движения, молодежные организации и пр.); (3) сферу бюрократической организации государства, выражающей частно-групповые интересы правящей элиты; (4) сферу частной жизни людей, их объединений (например, частные фирмы, клубы и пр.). [c.437]

При конструировании определений гражданского общества в рамках его понимания как сферы социума используется в основном две составляющие - "негосударственная общественность" и "негосударственная частная жизнь". Гражданское общество рассматривается, с этой точки зрения, либо как вся сфера негосударственной жизни социума, либо как ее частная или, напротив, общественная сфера, обладающая значительной степенью автономии по отношению к государству. Следовательно, выделяется, по крайней мере, три варианта структурного расчленения содержания данного понятия, используемого в его специфическом смысле: (1) гражданское общество как внегосударственная общественная реальность, противостоящая государству; (2) гражданское общество как частная сфера жизни людей, их ассоциаций, отличная от государственной и общественной сфер; (3) гражданское общество как общественная (публичная) сфера, опосредующая отношения между частной сферой (поведением конкретных индивидуальностей) и государством.
Наиболее распространенной точкой зрения в рамках указанного выше понимания гражданского общества является отождествление последнего с внегосударственной сферой социума, обладающей особыми [c.438] признаками и характеристиками (демократичностью, открытостью, плюрализмом, свободой выбора, личностной автономией и т.д.). Ее придерживается большинство сторонников такого понимания.
Определение гражданской общества как частной сферы социума, независимой как от государства, так и общественных структур, например, социальных движений и пр., не получило широкого распространения в научной литературе. Считается, например, что гражданское общество существует в рамках частной сферы социума, а государство конституирует его политическую сферу. В содержание понятия "частная сфера" включают все многообразие индивидуальных и групповых интересов, а также соответствующих им способов реализации.
Более распространенной является точка зрения, согласно которой гражданское общество рассматривается как общественная сфера, занимающая промежуточное место между личностью и государством, как коммуникативный процесс между гражданином и государством, приобретающий в современных условиях форму "интерсубъективного дискурса" (Э. Гидденс) или "коммуникативной рациональности" (Ю. Хабермас).
Таким образом, независимо от вариантов определения гражданского общества представители такого понимания приходят к выводу, который в обобщенной форме выразил П. Андерсон. По его мнению, гражданское общество "по-прежнему является необходимым практико-индикативным понятием (выделено автором), обозначающим все те институты и механизмы, которые выпадают за рамки государства в строгом смысле слова... В его задачу входит определение необходимой демократической линии в политико-идеологических суперструктурах капитализма" (6). Это - "практическое поле действия очень автономных, негосударственных институтов" (там же).
Отметим лишь наиболее общие недостатки "сферного" подхода к интерпретации гражданского общества в современной научной литературе. Во-первых, он предполагает неправомерное сужение смысловых границ понятия "гражданское общество", ограничивая его содержание конкретной областью общественной реальности. По нашему мнению, термин "гражданский", имеющий множество смысловых оттенков, указывает на [c.439] специфичность всего социума, а, следовательно, характеризует качественное состояние всего общественного целого, а не его какой-либо части или сферы. Это - не особая сфера реальности, а способ взаимодействия ("сцепления") частей общества.
Во-вторых, совершенно недопустимо ограничивать содержание гражданского общества частной сферой или областью частной жизни людей, противопоставляя ей общественно-государственную жизнь или наоборот. Частное и общественное не антиподы, а два соотносящиеся между собой аспекта одного и того же общества. Они объединяются понятием "социальное", выражающим целостность общества и взаимосвязь всех его частей и элементов.
В-третьих, нельзя ограничивать круг связей гражданского общества с другими общественными структурами лишь его взаимоотношением с государством. Рассматривать гражданское общество как исключительно внегосударственное образование означает искусственно сужать пространство его жизнедеятельности, лишать его реальных рычагов воздействия на общественные дела, которыми обладает государственная власть. Кроме того, государство - не единственный институт общества, ответственный за регулирование его отношений. [c.440]
3. Особенности институционального подхода к исследованию современного гражданского общества
В основе институционального подхода лежит представление о цикличности общественного развития и изначальной дуальности социального мира. С одной стороны, гражданское общество в его конкретно-историческом состоянии выступает результатом процесса системообразования и жизнесозидания, совершаемого эволюционным путем и при активном участии разнообразных субъектов. На всем протяжении его развития оно проходит этапы возникновения, формирования, расцвета и упадка. С другой стороны, гражданское общество является одновременно системой и жизненным миром, целостно-дифференцированной, идеально-реальной, естественно-искусственной, субъективно-объективной и интерсубъективной, субстанциональной и реляционной, деятельностной и структурной, стихийной и сознательной формой организации (и самоорганизации) социальной жизни. [c.440]
Наиболее широкое основание, определяющее двуединство сторон этого общества, задается дихотомией "системный мир - жизненный мир".
Между системным и жизненным мирами социальной реальности существует множество связей и противоречий, определяющих степень и характер их взаимопроникновения. И тот, и другой мир стремится изначально расширить сферу своего влияния, что ведет зачастую к нарушению социальной стабильности и различным аномалиям, например, - чрезмерной бюрократизации жизненного мира или (как в случае с мафией) подчинению таких систем как государство, интересам криминальных структур.
Гражданское общество возникает из потребности в динамическом равновесии между системным и жизненным мирами. С самого начала оно выступает как связующее звено между ними. Оно является той "третьей" силой, которая служит сдерживающим фактором на пути экспансионистских или тоталитаристских устремлений и тенденций системного мира (в т.ч. усиления бюрократических начал в государстве как основном звене политической системы), с одной стороны, и экстремистских ориентаций (своеволия, анархии, насилия и произвола), порождаемых неконтролируемыми и необузданными интересами жизненного мира, с другой стороны. Поэтому гражданское общество - это исторически сложившаяся форма сбалансированного и динамического взаимодействия между системной и жизненной сферами современного социетального сообщества, а также способ автономного и одновременного существования (и сосуществования) различных субъектов в обоих мирах с учетом единства их частных и общественных интересов.
С данным пониманием гражданского общества мы связываем свое представление об объекте и предмете теории современности. Если объектом такой теории выступает все современное общество, социум во всем его многообразии, то в качестве ее предметной области мы рассматриваем закономерности и механизмы институционализации гражданского общества.
Из всей совокупности общественных процессов и связей теория современности выделяет институциональные связи и изменения как главный ракурс своего [c.441] изучения. Эти изменения связаны, как известно, либо с постепенной трансформацией различных видов жизненной активности людей в образцы и виды системной организации (процессы институционализации), либо с обратным переходом системных образований (целостностей) в дифференцированные и разнонаправленные виды активности (процессы деинституционализации).
Следовательно, содержание понятия "институци-онализация гражданского общества", являющегося центральным понятием в теории современности, определяется характером стихийного или целенаправленного формирования различных структур, институтов и организаций, соответствующих как разнообразным интересам и формам активности людей представителей жизненного мира, так и требованиям нормативного порядка системного мира. Условием успешной институционализации является относительная самостоятельность и независимость (гарантированность от прямого вмешательства или вторжения системного и жизненного миров) источников существования формирующихся гражданских структур и институтов. [c.442]
Глава XXV.
Основные понятия: гражданское общество, гражданская рациональность, модель гражданского общества, концепция гражданского общества, институциализация гражданского общества.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Каковы основные этапы исторической эволюции и формы существования идеи гражданского общества? Что представляет собой теоретический синтез этой идеи?
2. Дайте характеристику "естественно-правового" периода формирования идеи гражданского общества. Сравните основное содержание "легитимизационного" и "рационалистического" периодов в развитии данной идеи. Чем вызвана необходимость ее четвертого теоретического синтеза?
3. Как соотносятся между собой формационный и цивилизационный подходы к познанию гражданского общества? Покажите особенности изучения этого общества в концепциях модернизма и постмодернизма. [c.442]
4. Назовите главные идейно-политические предпосылки современных концепций гражданского общества. В чем заключается общее и особенное в авторитаристских и демократических моделях данного общества?
5. Критерии систематизации современных представлений о гражданском обществе. Достоинства и недостатки "широкого" и "узкого" значений понятия "гражданское общество"?
6. Раскройте содержание институциональной теории гражданского общества. Определите возможности ее практического применения в условиях России.
Литература:
1. Витюк В.В. Становление идеи гражданского общества и ее историческая эволюция. - М.: Институт социологии РАН, 1995.
2. Гражданское общество и региональное развитие. - Томск, 1994.
3. Проблемы становления гражданского общества в России. - Красноярск, 1996.
4. Проблемы формирования гражданского общества. - М., 1993.
5. Резник Ю.М. Гражданское общество как феномен цивилизации. - М., 1993.
6. Гражданское общество. - М., 1994. Реф. сб. С. 26. [c.443]
ГЛАВА XXVI. ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО И ГОСУДАРСТВО
Формирование демократии и гражданского общества - это процессы, идущие параллельно и исключительно взаимосвязано. Именно в рамках гражданского общества воплощается большая часть прав и свобод человека. Вот почему отношения и институты гражданского общества в современных государствах пользуются поддержкой и защитой закона. Гражданское общество - структура чрезвычайно сложная, это фундамент демократической общественной организации (1). [с.444]
1. Политическая наука о соотношении гражданского общества и государства
Категория "гражданское общество" - одна их самых молодых в нашем отечественном обществоведении, в политологии в том числе. И это, несмотря на то, что мировая обществоведческая мысль давно и достаточно подробно исследовала эту проблему. В политических учениях, принадлежавших Аристотелю, Цицерону, Монтескье, Макиавелли, Локку, Гоббсу, Канту, Гегелю, Марксу, Бакунину, Вл.Соловьеву, она или подробно анализировалась, или упоминалась, главным образом, в антитезе "гражданское общество - государство". Все эти великие умы разными путями, но упорно подводили нас к мысли, что гражданское общество есть что-то, находящееся вне поля зависимости от государства, что-то внешнее по отношению к государству, оппозиционное ему, в каких-то моментах ему противостоящее.
Исходя из того, что гражданское общество есть прежде всего одна из форм объединения людей, одна из форм их общности, будет интересно обратиться к истории становления человеческих сообществ. На заре человечества возникали простейшие, немногочисленные, малоустойчивые объединения людей для совместного добывания пищи, строительства жилья, защиты от врагов, зверей и непогоды.
Чаще всего эти объединения создавались в рамках семьи, рода племени и сплачивала их воедино подчиненность одному, но очень мощному интересу - необходимости выживания человечества как вида живой природы. С [с.444] ростом производительности общественного труда, с углублением процесса разделения труда - объединения людей становятся все более многочисленными, функционально разнообразными, все более устойчивыми. Общий интерес все еще связывает эти объединения. Но уже появляется - для некоторых общностей возможность выжить самостоятельно, вне выживания общества в целом: с появлением частной собственности и классов происходит расслоение некогда всеобщих интересов, появляются интересы отдельных общностей людей.
Одновременно с последовательным развитием самого гражданского общества происходит накопление совокупности знаний о нем. Самые выдающиеся авторы политических доктрин не могли обойти в своих учениях вопросов о гражданском обществе, о его взаимоотношениях с государством. В этом они все едины. Отличаются же они друг от друга своим пониманием статуса сторон при анализе дихотомии "гражданское общество - государство".
Одни из них (Аристотель, Макиавелли, Гоббс, Гегель), рассматривая связку "гражданское общество - государство", отдают предпочтение в ней государству и представляют беспредельное развитие государственности в качестве основного средства разрешения всех общественных проблем. По мнению некоторых из них, гражданское общество лишь тогда достигает высот своего развития, когда оформляется в политическую структуру, т.е. государство. Настоящим гимном государству можно считать слова Томаса Гоббса: "... вне государства - владычество страстей, война, страх, бедность, мерзость, одиночество, варварство, дикость, невежество; в государстве - владычество разума, безопасность, богатство, благопристойность, изысканность, знание и благосклонность" (2).
Другие мыслители (Монтескье, Руссо, Маркс, Бакунин) при анализе той же связки считают государство чуждым и временным эпизодом в развитии и становлении гражданского общества. По их мнению идеалом общественного устройства является безгосударственная организация. Монтескье, например, полагал, что гражданское общество есть высшая четвертая ступень человеческой истории после естественного состояния, семьи и общества героического времени. Широко известны взгляды Маркса на коммунистическую общественно-экономическую [с.445] формацию с повсеместным общественным самоуправлением вместо государства.
Современные последователи проблем гражданского общества всемерно используют теоретическое наследие выдающихся мыслителей, пытаются избавиться от крайностей их взглядов, трансформируют их позиции в соответствии с реалиями сегодняшнего дня. В то же время многие теоретические разработки ученых прошлых веков составляют и поныне мощную методологическую базу теории гражданского общества.
Так, например, Аристотелю принадлежит мысль о том, что основу гражданского общества должны составлять владельцы собственности. Большинство же одним из главных признаков гражданского общества называли широкую - вплоть до самоуправления - демократию, а основную форму связи с государством видели в установлении справедливых законов. Интересны мысли К.Маркса о тождестве гражданского общества и государства: это тождество может существовать в трех возможных вариантах:
1) гражданское общество и государство - две враждебные армии;
2) гражданское общество и государство - две дружеские армии;
3) одна из армий в результате противоборства становится победительницей и распускает другую армию.
Наша отечественная история дает все три образца таких альтернатив: третий вариант - это сталинская диктатура, когда гражданское общество было распущено и в таком состоянии еле существовало, второй вариант - это то, к чему мы стремимся, а первая альтернатива - это, пожалуй, сегодняшнее состояние связки "гражданское общество - государство".
Какие же выводы становятся возможными в итоге весьма краткого исторического и социального анализа проблемы?
Прежде всего вывод о том, что прогресс человечества зависит и всегда зависел от сочетания в нем политического и неполитического. По-настоящему гражданским обществом можно считать такую общность людей, где достигнуто оптимальное соотношение всех сфер общественной жизни, т.е. где взаимосвязь и взаимодействие экономического, политического, социального и духовного [с.446] обеспечивают и обусловливают прогресс в развитии человеческого общества, его поступательное движение вперед, к высшим формам общественной организации.
Другой вывод состоит в том, что на современном этапе человеческой цивилизации такого благополучного (для прогресса) сочетания политического и неполитического не достигнуто, сфера неполитического достаточно самостоятельна и нуждается в определении и исследовании. В частности, можно предложить такое определение:
Гражданское общество - это одна из форм общности людей в их неполитическом бытии, напрямую зависящая от сферы политической власти и тесно с ней соприкасающаяся, но и огражденная от ее прямого вмешательства необходимыми нормативными актами.
Исходная идея гражданского общества - преобразование коллективности, организованной по законам природы совместной жизни людей в обществе, и развитие человека, вышедшего из мира всеобщей вражды, необузданной свободы, в гражданина этого общества. Цивилизованное и гуманизированное, такое общество становится способным сформировать личность гражданина нового типа, который в свою очередь создает новое гражданское общество. Силой, формирующей и связывающей эти два начала (коллектив и личность) является власть государства, которая также трансформировалась во власть нового современного типа.
Таким образом, три начала формируют гражданское общество: коллектив, индивид и власть.
Становление гражданского общества - цивилизованный процесс, в котором одновременно цивилизируются и гражданин, и гражданские отношения между членами общества, и само общество как коллективное начало гражданственности, и государство, и отношения между ним, индивидом и обществом. Условием такого развития является равновесие, равное развитие, взаимное равенство прав, свобод и обязанностей всех трех составляющих гражданское общество - человека, общества и государства, индивидуальности личности и коллективно, совместной жизни людей, организованной в общество. Преобладание одной из этих трех составляющих разрушает гражданское общество. [с.447]
В гражданском обществе свободно развивается ассоциативная жизнь, сфера массовых движений, партий, группировок по убеждениям и любым другим признакам. Оно добивается децентрализации власти государства за счет передачи части ее самоуправлению, осуществляет взаимодействие большинства и меньшинства на основе согласования их позиций путем переговоров, без конфликтов, носящих открытый характер. [с.448]
2. Основные признаки гражданского общества и механизм взаимодействия его структур с государственными
Подробному рассмотрению данного вопроса следует предварить несколько замечаний.
Первое. Процесс складывания гражданского общества - как общечеловеческой и общецивилизационной ценности - еще окончательно не завершен. Это относится и к его определению, понятию, и его отграничению от властной, политической, государственной сферы, и к его функциям, характерным чертам, признакам. Однако, наибольшая незавершенность видится нам в гармонизации отношений гражданского общества с политической властью, с государством. Конечно, с теоретической точки зрения приоритетно такое их отношение, когда они тесно и взаимовыгодно сотрудничают. На практике же мы видим - как часто и как грубо политическое вторгается в сферу гражданского. В истории почти всех современных стран есть примеры беззастенчивого вмешательства государства, политической власти в дела гражданского общества. Причем, вмешательство это происходит под вполне благовидными предлогами - например, для упорядочения отношений между отдельными элементами того же гражданского общества.
В нашей стране мы сегодня наблюдаем процессы суверенизации составных частей общества, расширения их гражданских прав, разгосударствления собственности на средства производства. Однако эти процессы нередко тормозятся, а иногда и прерываются откровенными политическими действиями. Другими словами, путь к согласию между политической властью и гражданским обществом прерывается конфронтацией и противостоянием. [с.448]
Второе. Современное общественное мнение все более укрепляется в мысли, что одной из основных тенденций общественного прогресса является развитие человеческого социума как единого целого, без вражды, без конфронтаций, без борьбы тех элементов общества, которые его составляют. Настоящий ренессанс в связи с этим переживает теория конвергенции. Многие факты современности подтверждают существование именно такой тенденции, что, конечно же, благотворно сказывается на процессе становления и развития гражданского общества, на характере его отношений с политической властью.
Третье. Признавая гражданское общество общечеловеческой ценностью, вполне естественно предполагать, что оно обладает и общими для всего человечества характерными признаками. В то же время, гигантское разнообразие конкретных условий складывания, функционирования и развития гражданского общества и его взаимоотношений с политической властью неизбежно приводит к выводу о специфических особенностях гражданского общества как в зависимости от отдельных этапов истории каждой конкретной страны, так и в зависимости от стадии ее общественного развития, от имеющихся в обществе традиций, обычаев, от преобладающих в истории страны форм политической власти, типа государственного устройства и т.д.
Поэтому, на наш взгляд, характеризуя признаки гражданского общества как всеобщие, следует видеть разнообразие их проявлений в каждой отдельно взятой стране, регионе.
Каковы же основные признаки гражданского общества? Прежде всего, это наличие в обществе свободных владельцев средств производства. На первый взгляд этот признак выглядит банальностью: где же это существует общество без владельцев средств производства, да и где же это владельцев средств производства не объявляют свободными? (См.: Рис.1. Границы гражданского общества.).
Однако, владелец владельцу рознь (чем владеешь? насколько владеешь? и т.д.), это во-первых. А, во вторых, смысл данного признака гражданского общества заключен в слове "свободный" и может быть раскрыт при его подробном анализе: - от чего (или от кого) свободный? - в чем свободный? - в какой степени свободный? Ответы на [с.449] эти вопросы и показывают характер связи ассоциации собственников, действующих объективно в неполитической среде (они - производители), с политическими структурами.

Рис. 1. Границы гражданского общества
Итак, от чего должен быть свободен собственник, чтобы стать субъектом гражданского общества? Все мыслители прошлого давали однозначный ответ - от диктата, от вмешательства в производственные дела государственных органов, политической власти. Помимо сложнейших отношений собственника с несобственником (но участником производственного процесса), владелец средств производства на всех этапах истории вел изнурительную борьбу (с переменным успехом) за недопущение или хотя бы за ограничение14 воздействия политической сферы на экономику. В этой борьбе наилучшим исходом для общества в целом, для его устойчивого прогрессивного развития - была бы ничья, равновеликое воздействие экономики и политики друг на друга. Опыт XX века показывает, что чрезмерное освобождение владельцев средств производства от влияния политических структур усиливает анархию и произвол в экономике, приводит ее к кризисам типа 1929-1933 годов, середины 70-х годов. Преобладание же политической сферы приводит человечество к еще более тяжелым кризисам, какими стали первая и вторая мировые войны. Поэтому сегодня в развитых [с.450] капиталистических странах устраивается и старательно поддерживается равновесие во влиянии экономики и политики друг на друга.
Что же касается нашей страны, то здесь сложилась особая ситуация. Вот как описывает ее ученый А. Мигранян: "В... условиях, когда недостаточно развита экономическая, социальная и культурная сфера и переход к новой системе начинается с надстройки, новое ... государство оказывается практически единственной силой, на которую возлагается задача осуществления коренной ломки и перестройки старой экономической, социальной и духовной жизни общества. В итоге происходит инверсия функций государства и гражданского общества. Общество - имеется в виду гражданское общество - оказывается не в состоянии самостоятельно формулировать и ставить в повестку дня проблемы, требующие непосредственного решения, а государство берет на себя не только собственные функции, но и функции общества. Таким образом, государство как бы " поглощает" общество" (3). В рассматриваемой нами связке (владелец - государство) это "поглощение" было абсолютным, всеохватывающим. И действительно: частный индивидуальный владелец средств производства был искоренен, частное коллективное владение - в форме кооперативного социализма, наиболее естественного для России (вспомним крестьянскую общину) - так и не утвердилось. Не смогло справиться на нашей почве и совместное государственно-капиталистическое владение наиболее приемлемое, по мнению В.И. Ленина, для сложностей переходного периода.
Что же осталось? - Страна пошла по пути тотального огосударствления средств производства. Политическое руководство посчитало, что захват власти и экспроприация средств производства автоматически обеспечат превращение всех без исключения людей в совокупных общественных владельцев. Но возможно ли такое? История уже дала отрицательный ответ на этот вопрос.
Однако средства производства не могут остаться без владельца - и таковым стало государство - единолично, безраздельно, монопольно, без какого-либо совместного с кем-либо совладения. При этом считалось, что государство - народное, значит и собственность - общенародная. На деле же государственное монопольное владение [с.451] средствами производства окончательно ликвидировало частного (индивидуального или коллективного) владельца. И гражданское общество, и без того не очень развитое в нашей стране, осталось без своей экономической основы.
Поэтому основной проблемой формирования гражданского общества в нашей стране является ускоренное создание и развитие института частных - коллективных и индивидуальных - владельцев средств производства. Именно они - достаточно развитые и организованные, пользующиеся мировым позитивным опытом и собственными прогрессивными традициями - смогут сделать то, что в индустриально развитых странах уже сделано: добиться паритета с политическими структурами - в качестве первого шага к выводу страны из того кризиса, в котором она оказалась.
Вторым признаком гражданского общества, заслуживающим подробного рассмотрения, выступает развитость и разветвленность демократии. Очевидно, что и этот признак далеко не оригинален, тем более, если исходить из такой дефиниции: "Гражданское общество есть демократическое общество в отличие от всевластия (диктатуры) одного лица или социальной группы (класса)".
Но здесь оригинальным должен быть анализ терминов, которые обозначают данный признак. Начнем с термина "демократия".
Здесь есть необходимость преодоления во многом традиционных взглядов на демократию, как на обязательный атрибут только лишь политической сферы, области властных отношений. Так, например, это просматривается в трактовке термина "демократия", имеющего хождение в нашей научной литературе.
Демократия рассматривается весьма однозначно - как разновидность политического устройства общества с вариантами такого типа: демократия - форма государства; демократия - форма государственно-политического устройства общества; демократия - политический строй и т.д. (4)
Скорее всего такой подход к понятию демократии есть результат фактически сложившегося в нашей стране примата политического над экономическим, да и над всем другим. Результатом этого же является и представление о субъекте власти в определении демократии. В одном случае - [с.452] "признание народа источником власти" (См.: Советский энциклопедический словарь), в другом - "признание народа в качестве источника власти" (См.: Философский энциклопедический словарь), в третьем источник власти вообще не упоминается, можно лишь догадываться, что таковыми будут "способы и формы народовластия, закрепленные в законах свободы и равноправия граждан" (см.: Словарь иностранных слов). При всех вариантах опять вполне явственно просматривается приоритет политического над всеми другими сферами общественной жизни.
Таким образом, нынешнее понимание демократии как формы политического устройства, где система государственных институтов обеспечивает ту или иную ступень участия народных масс в управлении своими же делами, базируется на неверном методологическом посыле о возможности разрешения общественных проблем только и преимущественно политическими, властными, государственно-административными методами. Кроме того, весьма расплывчаты, неопределенны такие понятия, как "народ", "трудящиеся массы", выступающие в качестве субъектов власти.
На наш взгляд, преодоление такого традиционного, и не во всем методологически выверенного подхода к демократии, должно состоять и в уточнении самого термина "демократия", и в более четком определении действующих лиц, субъектов власти в самом функционировании демократии.
Итак, сегодня демократию надо понимать не только и не столько как разновидность политической структуры общества, а как основной способ организации, упорядочения и регулирования отношений между всеми элементами социальной структуры общества, главным образом, по поводу их экономических и социальных интересов. Казалось бы, что ничего необычного в таком подходе нет: и раньше экономические интересы определяли политику, а политика обслуживала носителей экономических интересов. И общество развивалось, восходило по ступеням социального прогресса, совершенствовалось, улучшалось. В то же время человечество оплачивало свой прогресс колоссальными жертвами в бесчисленных колониальных походах, в региональных и мировых войнах, в искусственно создаваемых условиях голода, эпидемий, безработиц [с.453] и прочих "прелестей" цивилизаций. Главная причина того, что прогресс сопровождается жертвами, состоит отнюдь не в приоритетности - то ли политики над экономикой, то ли экономики над политикой. Причина - в приоритетности одного или немногих элементов социальной структуры над многими другими его элементами. Исходя из этого, и сформировался у прогрессивной общественности тезис о классовом характере и любой демократии, и любого государства.
Идея о государстве, как орудии классового насилия, способствовала формированию у многих поколений революционных марксистов двух - по крайней мере долговременных, устойчивых, но и столь же ошибочных стереотипов: а) о всесилии государства, как института насильственного строительства любого нового общества; б) о принципиальном тождестве между буржуазной демократией и буржуазной диктатурой. Отсюда и теоретический вывод, на долгие годы определивший курс, например, большевизма: диктатура пролетариата исторически и безусловно отменяет необходимость сохранения каких бы то ни было элементов буржуазной демократии - что осуществлялось на практике.
И что же получилось? Утверждая государство "нового типа", превознося его роль в обществе, мы совершенно забыли о его демократизации, о необходимости выражать интересы не только одного (даже самого революционного класса), забыли о гражданском обществе, да и о многом другом. Мы не заметили также, что во многих странах мира давно начались и набрали силу совершенно другие по своей направленности процессы - складывания гражданского общества как мощного противовеса государства, властным отношениям и по-цивилизованному вынуждающего государственные структуры заботиться и выражать интересы не только избранных слоев.
И еще одна сторона демократии как характерного признака гражданского общества. Демократия любого уровня предполагает наличие управляемых и управляющих. В качестве управляемых, прежде всего, выступают представители неполитической сферы - собственники, занятые в сфере производства; управляющие - это постоянные профессиональные политики. Степень развитости гражданского общества зависит от соотношения этих [с.454] неизбежных элементов демократии. Гражданское общество можно считать сформированным, если достигнуто хотя бы равенство сторон управляющих и управляемых. В идеале же, при высокой степени совершенства гражданского общества, налицо будет доминирование (но не абсолютное!), управляемых над профессионально подготовленными управляющими. Только при таком доминировании живое гражданское общество может сбросить, говоря словами К. Маркса, обвивавшие его вездесущие и многослойные военные, бюрократические, церковные и судебные путы. (5)
При рассмотрении в качестве признаков гражданского общества наличие свободных собственников средств производства и разветвленную демократию - нельзя пройти мимо вопроса: а каков механизм взаимодействия структур гражданского общества с системой политической власти, с государственными структурами? Чем они соединяются, чтобы образовать единое целое - долговечное и жизнеспособное? На наш взгляд, таким механизмом, объединяющим политическое и неполитическое в обществе, выступает юриспруденция, право.
Поэтому наиболее зримым и действенным признаком гражданского общества следует назвать законообеспеченность населения, или, другими словами, наличие правового государства.
Одной из особенностей взаимоотношений между политическим и неполитическим в нашей стране было - и в глубоком прошлом, и в последние семьдесят лет - абсолютное преобладание, превосходство политического, властного над всем другим. У нас это давно уже стало в определенной мере способом общественного мышления, общественной идеологией, которая, выдвигая государство на первое место, пытается "научно" обосновать - и преимущественную защиту интересов государства, а не гражданина; и безусловное подчинение личности государству; и отожествление общества и государства; и приоритет социально-экономических прав человека перед правами гражданскими.
На практике такой способ мышления проявился в абсолютном примате государства, примата власти над всеми сферами жизни общества. Наихудшим следствием для судьбы гражданского общества был примат власти в [с.455] регулировании отношений между управляющими и управленцами. Никакого равенства в рамках огосударствленной демократии не было и нет до сих пор, ибо в примате государства - как способе управления - заинтересована огромная масса бюрократов, чья роль немедленно понизится, если граждане смогут сами принимать решения относительно своих частных дел. Именно поэтому бюрократическо-командная система упорно отстаивает доминирование профессиональных политиков - управляющих над управляемыми.
Но изменения неизбежны. Под влиянием решительных перемен сдвиги к гражданскому обществу начались, и признаком этого являются наметившиеся шаги к правовому государству (6). Чем шире и увереннее будут эти шаги, тем быстрее установится равенство управляемых и управляющих.
Становление правового государства, законодательное утверждение его характеристик позволит обществу преодолеть большое количество вредных для граждан стереотипов, мешающих складыванию гражданского общества.
Правовое государство изменит представление о том, что государственное всегда выше личного, что гражданин перед государством ответственен, а государство перед гражданином - нет. Изменится патерналистский взгляд на государство, как на единственный источник благополучия населения. Десятилетиями советских людей убеждали, что все блага, и действительные, и воображаемые, в том числе "права трудящихся", дарованы государством. Десятилетиями люди благодарили государство за заботу о них , "забывая", что они сами и создатели, и владельцы всего создаваемого.
При правовом государстве изменится и одна из величайших ненормальностей нашей страны - отношение к собственности.
Правовое государство коренным образом изменит своеобразное - мягко говоря - отношение значительной части граждан к законам. За десятилетия пренебрежения правом, точным исполнением законов - это происходило на всех уровнях - правовая культура населения достигла ныне своего минимального уровня: социально ценным было не знание прав и связанной с ними ответственностью, а знание того, что разрешает или запрещает [с.456] начальство; было ценным не знание законов, а знание того, как закон обойти; стало традиционной надежда советских людей на справедливое, правильное решение хорошего начальника, но не возможность сослаться на закон и защищать свои законные права через суд. Другими словами, везде и всюду господствовал, властвовал человек, а не законность.
Преодоление правового нигилизма во всех звеньях общественного организма, ускорение основных характеристик правового государства, повышение законообеспеченности - самым благоприятным способом скажутся на совершенствовании всех структур гражданского общества. Свободный собственник, производитель и владелец материальных и духовных ценностей, опираясь на широкую и разветвленную систему демократии, плюрализма, гласности, сможет организовать и наладить благоприятные для себя и для общества в целом отношения с политической сферой, перевести эти отношения в режим, наиболее благоприятный для общественного прогресса.
Это означает, что будут созданы и достигнуты высокой степени зрелости все институты гражданского общества, будет постепенно ограничено государственное вмешательство в экономическую и социокультурную жизнь, организационно-хозяйственная функция. Гипертрофированно разросшаяся у государства - в силу объективных обстоятельств - будет сведена к минимуму. Государство займет отведенное ему место - быть только функцией общества под его всесторонним контролем.
На всех этапах развития общества, особенно тех, которые сопровождаются глубокими преобразованиями, решительными переходами от прежнего состояния к новому, получают мощный импульс развития многие проблемы - или до этого неисследованные, или хорошо забытые, - но жизненно важные, актуальные именно для этого этапа, именно для этого общества.
Рыночные отношения, политические реформы, плюрализм, приватизация, разгосударствление, правовое государство и еще десятки терминов, появившихся в нашем обиходе не только как термины, но и как точно обозначенные задачи, которые просто необходимо нашему обществу знать, чтобы продолжать свое существование. Среди этих задач формирование гражданского общества. [с.457]
Глава XXVI.
Основные понятия: гражданское общество, глобальное общество, естественное право.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Проанализируйте генезис понятия "гражданское общество".
2. Сравните два подхода к толкованию гражданского общества.
3. Какова сущность и структура гражданского общества? Попытайтесь изобразить структуру гражданского общества в форме схемы.
4. Опишите экономические, социальные и духовные условия функционирования гражданского общества.
5. Назовите факторы, способствующие и препятствующие формированию гражданского общества в современной России.
6. Какими рамками должно быть ограничено осуществление естественного права каждого человека?
7. Существуют ли в нашем обществе предпосылки реализации известной формулы: частная собственность - независимый гражданин - гражданское общество - правовое государство?
Литература:
1. Политология: Энциклопедический словарь. М., 1993.
2. Гоббс Т. О гражданине. Избр. произв. Т.1. М.: Мысль, 1965. С.364.
3. 50/50. Опыт словаря нового мышления. М., Издательство "Прогресс", 1989. С. 447-448.
4. Советский энциклопедический словарь. М.: Издательство "Советская энциклопедия", 1980, С.378; Философский энциклопедический словарь. М.: "Советская энциклопедия", 1983. С.146; Словарь иностранных слов. М.: Издательство "Русский язык", 1984. С.153.
5. Маркс К. Первый набросок "Гражданской войны во Франции в 1871 г." // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т.17. С.543.
6. Чалидзе В. Заря правовой реформы. М.: Прогресс, 1990. С.38, 41-64.
7. Поппер К.Р. Открытое общество и его враги. Т. 1, 2. М., 1992.
8. Гражданское общество и пути его формирования. / Национальная доктрина России. М., 1994. № 5-8. [с.458]
ГЛАВА XXVII. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ
Термин "партия" имеет латинское происхождение и означает часть, группа, т.е. часть более крупной общности. Политическая партия - наиболее активная и организованная часть какого-либо класса, либо социального слоя, выражающая их интересы и осуществляющая руководство их политической деятельностью. Политические партии преследуют определенные цели, добиваясь решающих позиций в осуществлении государственной власти, влияния на политическую жизнь и организацию общества. [c.459]
1. Возникновение политических партий и их современная типология
Политические партии в современном понимании являются относительно молодыми институтами в общественной жизни. Однако задолго до формирования современных политических движений и политических партий термин этот означал группы, соперничающие друг с другом в сфере власти или влияния на власть. Термин "партия" в значении группы лиц, выступающих в защиту интересов определенной части населения, употреблялся в древнем мире. Аристотель сообщает о партиях жителей горы, равнины и прибрежной части города в Афинах. Но в античной политической литературе употребление слова "партия" еще не было четко определено, и этот термин имел различные значения. Им обозначали как политиков вокруг вождя (так, говорили о партии Цезаря, Суллы и т.п.), так и группу людей, управляющих государством. Первые политические партии отличались неустойчивостью и организационной неоформленностью.
Однако, ни в условиях рабовладельческого строя, ни при феодализме, политических партий в современном значении этого слова не было. Они складывались в условиях буржуазного строя, причем их первые, еще не совершенные организационные формы, появляются в преддверии и в ходе буржуазных революций как группировки сторонников короля и феодалов, с одной стороны, и защитников интересов буржуазии, ее различных фракций - с другой. Таковы "кавалеры" - сторонники короля и "крутоголовые", выражающие интересы буржуазии, а также нового дворянства в XVII веке в Англии: правые, [c.459] центристы и левые во время революции во Франции в XVIII веке, федералисты и республиканцы в США в XVIII веке, представители различных группировок плантаторов и буржуазии и т.д.
В ходе революционных событий возникают также непрочные, недостаточно организованные группировки, защищающие интересы предпролетарских слоев населения (например, диггеры - сторонники захвата земель феодалов и их обработки для себя в XVII веке в Англии, левая часть якобинцев в секциях Парижа во Франции в XVIII веке и т.д.).
Подлинная история политических партий как особых, отличающихся высокой степенью институционализации политических движений, датируется концом XVIII и в особенности XIX веком. Это связано прежде всего с вступлением на историческую арену "третьего сословия", а в XIX веке - с введением всеобщего избирательного права. Современные партии, действующие в массовой среде, возникли в Европе во второй половине XIX века и являются относительно молодыми институтами общественной жизни.
В истории партий Макс Вебер выделил три этапа: партии как аристократические группировки, партии как политические клубы и современные массовые партии. Это деление истории политических партий принято в политологии. Два первых этапа можно считать предысторией политических партий, имея в виду, однако, что граница между массовой партией XIX века и ее предшественниками более ранних эпох, не очень отчетлива (1). Все три стадии прошли две английские партии - либеральная (виги) и консерваторов (тори). История других современных партий короче, и значительное их большинство сформировалось сразу как массовые партии.
Первой массовой партией было основанное в 1861 году Либеральное товарищество регистрации выборов в Англии. В 1863 году возникла первая массовая рабочая партия - Всеобщий немецкий рабочий союз, основанный Ф.Лассалем. В Японии, первой из восточных стран, импортировавшей западные институты, партий не было вплоть до первой мировой войны.
Считается, что двумя основными причинами появления массовых партий были: во-первых, распространение [c.460] избирательных прав, которое вынуждало к расширению объема влияния; во-вторых, организационное развитие рабочего класса. Последнее вело к тому, что: 1) организующийся вне парламента пролетариат, создавал массовые партийные организации; 2) в свою очередь этот процесс вынуждал к конкуренции традиционные группировки, которые массовости пролетарских партий должны были противопоставлять преобразования своих структур в том самом направлении.
Таким образом, политическая партия - это активная и организованная часть общества, объединенная общими интересами, целями или идеалами и стремящаяся овладеть государственной властью или решающим образом влиять на ее осуществление.
От других общественных объединений, действующих на политической арене (групп давления, профессиональных и предпринимательских союзов и т.п.), партии отличаются своим стремлением к получению политической власти или ее осуществлению: участием в выборах, в парламентской деятельности, в правительстве, ее цели носят более глобальный характер, чем специфические цели других общественных организаций.
Политические партии играют важнейшую в общественно-политической и государственной жизни, будучи одним из центральных компонентов политической системы. С борьбой между ними связано решение вопроса о политической власти - ее принадлежности, использовании, способах и формах осуществления. Партии активно участвуют в политической жизни на всех стадиях политического процесса: в выборах, формировании органов государства, принятии политических и государственных решений, в их реализации.
Сторонники партии, голосующие за выдвинутых ее кандидатов на выборах в государственные органы, образуют ее электорат (от англ. "elector", франц. "electeur" - "избиратель"). Те социальные слои или региональные общности, к которым принадлежит основная масса электората, составляют социальную базу партии.
Сущность политических партий более всего проявляется в их целях и функциях. Функции политических партий зависят как от конкретных условий, так и от характера политического режима. В соответствии с классическим [c.461] подходом, партии в представительной системе осуществляют по меньшей мере четыре функции: определение цели, формирование общественного мнения, отбор кандидатов и обеспечение условий деятельности депутатов.
Разрабатывая идеологию и программы, партии стремятся определить направление стратегии и убедить граждан в возможности альтернативных действий.
Изложенные в программных документах политической партии стратегия и тактика через ее практическую деятельность становятся предпосылкой распространения ее влияния на электорат. На этом этапе выявляется функция рекрутирования новых членов, воспитания активистов, мобилизация электората на поддержку партийных кандидатов, подбор лидеров и продвижение их на руководящие должности в органах государства и массовых общественных организациях.
Далее, партии создают среду, в которой действуют депутаты. Это осуществляется двумя взаимодополняющими способами. они обеспечивают постоянные контакты между избирателями и депутатами; обеспечивают рамки деятельности депутатов в парламенте. Депутатов от одной группы объединяет парламентская группа, обеспечивая их согласованные действия.
Главная проблема при этом - дисциплина голосования. В этом смысле существует различие между "мягкими" и "жесткими" партиями. Партия называется "мягкой", если она не заставляет своих депутатов голосовать одинаково; каждый член парламентской группы голосует так, как он хочет. Напротив, "жесткая" партия предписывает своим депутатам дисциплину голосования. Дисциплина голосования предусмотрена главным образом в левых партиях (коммунистических, социалистических); однако, некоторые партии, стоящие на правых и центристских позициях, также стали ее практиковать (консервативная партия Великобритании, ХДС Германии, Французская ЮДР и др.).
Наиболее важная функция - участие партии в формировании и контроле за деятельностью органов власти.
Таковы основные функции партий в соответствии с классическим анализом, в котором ставится сильный акцент на парламентские аспекты партийной деятельности. [c.462]
Партия занимает особое место среди различных организаций, действующих в политической системе общества. Главной целью политических партий является завоевание (свержение) существующей политической власти или участие в ее осуществлении. Основные цели партий так или иначе связаны с осуществлением власти в политических системах. Поэтому они, собственно, и называются политическими организациями. Любая из них, придя к власти, расставляет своих людей на ключевые участки управления. То есть партия - участник политического процесса, но она не должна властвовать. Ее участие во власти осуществляется через своих представителей в органах власти. Не имея никаких непосредственных публично-властных полномочий, политические партии разрабатывают государственную политику (предложения относительно политического курса и политического режима), но эта политика проводится в жизнь лишь в меру ее принятия представительными органами.
Политические партии следует отличать от политического движения, которое не имеет характерных для партии организационной структуры и конкретно разработанной политической программы, а также от группы давления, которая стремится не к завоеванию государственной власти, а лишь к обладанию влиянием над теми, кто ее осуществляет.
На основе общих политических идей и разрабатываются программы партий, в которых определяются их задачи на кратко-, средне- и долгосрочную перспективу. Как правило, политические партии обладают внутренней структурой, в которой могут быть выделены следующие элементы: а) высший лидер и штаб, выполняющие руководящую роль; б) стабильный бюрократический аппарат, выполняющий функции "приводного ремня" между верхушкой и основанием партий; в) активные члены партии, участвующие в ее жизни, не входя в аппарат; г) пассивные члены партии, которые примыкая к ней, лишь в незначительной степени участвуют в ее деятельности.
Типология политических партий. Существует много критериев, с помощью которых классифицируются политические партии. Так сторонники институционного подхода демонстрируют организационные критерии, в традиции либеральной - наиважнейшей является [c.463] классификация, исходя из характера политической связи, в марксистском подходе, основную роль играют классовые критерии. Марксизм рассматривал партии как форму самовыражения социальных классов. Идеи - это не что иное, как отражение конкретной социально-экономической реальности: партии представляют различные борющиеся социальные классы. Их соперничество выражает классовый антагонизм. Партия - это политическое выражение класса. Таковы, если говорить кратко, марксистские взгляды на партию.
Исходя из социальной природы, можно выделить партии, представляющие интересы: 1) отдельных классов (напр., буржуазные, рабочие, крестьянские); 2) отдельных социальных слоев и групп (напр., интеллигенции, мелких хозяев); 3) нескольких классов и социальных групп (напр., политические партии, возникающие на основе национально-освободительных движений).
Критерием, позволяющим классифицировать партии, является характер их доктрин, в основном идеологически направленных. В зависимости от доминирующих в них идейно-политических установок партии можно разделить на революционные, реформистские, консервативные, реакционные.
Относительно много критериев представляет сфера внутренней организации и ролей выполняемых партией в политической организации или по отношению к ней. Исходя из приверженности к определенным ролям в политической системе и по отношению к политической системе, выделяются партии, ориентированные на: а) функции легальной борьбы за власть, ее осуществление и упрочение; б) участие в выборах. Это так называемые партии обслуживающие (например, американские), которые фактически приостанавливают деятельность за периодом предвыборной кампании и выборов; в) осуществление власти и реализации стратегических программ общественного развития (например, коммунистические партии в социалистических странах); г) поддержку существующей политической элиты в государстве.
Исходя из организационной структуры и членства выделяются партии: централизованные, организованные иерархически, с сильным руководящим центром и строгой дисциплиной; децентрализованные - в основном это [c.464] партии, выступающие в политической системе, где партийная система играет второстепенную роль.
Кадровые партии, деятельность которых нацелена прежде всего на выборы, ориентированы не на то, чтобы иметь как можно больше членов, а на то, чтобы объединить, "знать", представителей социальных элит. Большинство кадровых партий - это европейские либеральные и консервативные партии. В политическом спектре кадровые партии находятся прежде всего справа и в центре. Кадровые партии имеют децентрализованный характер и слабую организацию. Наконец, во всех кадровых партиях руководящая роль принадлежит парламентариям. Как правило, большинство кадровых партий "мягкие" (т.е. не соблюдающие дисциплину голосования) в отличие от "жестких" массовых партий. Впрочем, исключение составляет консервативная партия Великобритании как пример "жесткой" кадровой партии.
Массовые партии - это партии нового типа, возникшие в условиях расширения демократии, введения всеобщего избирательного права. Это крупные организации, имеющие сложную внутреннюю структуру и пользующиеся реальным влиянием - как формальным, так и неформальным - в политических системах, где они действуют. Это партии, ориентированные на политическое воспитание и формирование новых элит. Следует различать три типа партий ( в порядке их появления): социалистический, коммунистический и фашистский. Каждая из этих моделей имеет свои особенности, специфические черты.
Партии с четкими и формально определенными принципами членства. Принципы эти (обычно содержатся в уставах) определяют форму и условия принятия в партию и пребывания в ней (регулярная уплата членских взносов, участие в собраниях и работа в первичной организационной ячейке и т.д.), партийная дисциплина и т.д.
Партии со свободным членством, где принадлежность выражается через голосование за кандидатов собственной партии как, например, в США. В Итальянской христианско-демократической партии членство состоит в выкуплении раз в год карт принадлежности, которые выполняют роль своеобразных членских билетов. [c.465]
Имеются также партии с индивидуальным и коллективным членством в зависимости от того, осуществляется прием в них непосредственно или через другие организации, такие, как профсоюзы. В последнем случае человек, вступая в профсоюз, одновременно вступает и в партию, поскольку профсоюз является коллективным членом этой партии. Такой партией является, к примеру, лейбористская партия Великобритании.
Еще одним критерием классификации является институт партийного руководства. Руководство можно понимать формально (по уставу) или социологически, а следовательно, исследуя действительные отношения подчинения и главенства, которые могут прикрываться уставами. Исходя из этого отметим следующие партии:
С коллективным руководством, где лидер руководящей группы выполняет роль арбитра, выражает основное доктринальное направление или концентрируется на власти в самых существенных для функционирования всей партии сферах.
С единоличным руководителем типа вождя, которое является, как правило, формально санкционированным.
Харизматическо-вождистского руководства, где, кроме формальных гарантий коллективного руководства, доминирует личность, исходя из авторитета в обществе или партии, особенно заслуг, придающих ей символическое измерение и т.д.
Политические партии различаются также по месту, занимаемому ими в системе государственной власти. Здесь можно выделить легальные и нелегальные партии, а также правящие и оппозиционные.
Наконец, партии могут быть конкурирующими или монопольными. Конкурирующие партии действуют в рамках плюралистической системы, либо осуществляя высшую власть в политической системе, либо борясь за это. Монопольные, более известные как "единственные партии", осуществляют в политической системе высшую власть, исключая из нее любую другую партию.
Перечисленные выше типы политических партий взаимно не исключают друг друга, напротив, они часто совмещаются. Так, например, коммунистическая партия как классовая партия обычно бывает массовой (хотя в период нелегальной деятельности чаще всего она носит кадровый характер). В зависимости от системы, в которой [c.466] она действует, партия может быть легальной или нелегальной, с точки зрения идеологии революционной (как кадровой, так и массовой партией); для нее характерна сильная внутренняя организация; в политических системах она играет различную роль - от главенствующей (в социалистической системе) до побочной (в условиях, когда она лишена массового влияния, в результате юридических или других ограничений искусственно отодвинута на второстепенные позиции).
Понятно, что типология партий представляет собой не более чем абстрактную схему, служащую для упорядочения крайнего разнообразия партийных организаций. [c.467]
2. Партийные системы
В политологической литературе существуют различные методики классификации партийных систем. Общепринятой является следующая классификация различных систем партий и различных моделей связей между ними: многопартийная, двухпартийная и однопартийная.
Многопартийная система означает, что ни одна из выступающих в парламенте партий не в состоянии самостоятельно править. Создается правящая коалиция или правительство (однопартийное, внепартийное и т.д.), не располагая большинством в парламенте, вынужденное его получить путем компромисса с другими партиям. В настоящее время, за исключением отдельных англоязычных стран (Великобритания, США, Канада, Новая Зеландия и Австралия), большинство западных стран практикует многопартийность в различном объеме: от 12 партий в Нидерландах до четырех (страны Скандинавии) или трех партий (Бельгия, ФРГ, Австрия). Промежуточную ситуацию можно наблюдать в таких странах, как Италия или Франция.
Развитию многопартийности могут благоприятствовать или мешать различные факторы: социальные, идеологические, религиозные, институциональные.
Недостатки многопартийности. Многопартийность страдает рядом недостатков. Прежде всего, в отличие от двухпартийности, многопартийность плохо соответствует агрегированию интересов. Действительно, двухпартийная система вынуждает каждую из обеих соперничающих партий, с целью максимального расширения своего [c.467] влияния, включать в свои программы требования, пользующиеся широкой народной поддержкой. Так, многочисленные разрозненные требования, выражение интересов в резкой форме различными группами, агрегируются, гармонизируются, превращаются в несколько обобщенных требований. Таким образом, партиям удается сориентироваться в потоке отдельных требований и свести их к нескольким коллективным целям, отвечающим на импульс среды (2). Если же существует множество небольших партий, то каждая из них стоит на ограниченной позиции и выражает только требования ограниченной группы своих сторонников, вовсе не стремясь к их гармонизации с требованиями других групп. Каждая партия хочет стать рупором определенной категории людей. В этом случае партии, действующие прежде всего как группы интересов, не агрегируют интересы.
Следующий недостаток многопартийности - опосредованный характер выбора. Формально избиратель может выбирать среди множества программ. Однако эта свобода выбора в действительности иллюзорна. Избиратель не принимает непосредственно решений относительно своей судьбы, не участвует в принятии крупных национальных решений. Он предоставляет это право посредникам-депутатам, которые вместо него принимают те или иные решения в зависимости от коалиций и компромиссов, ставших возможными в результате выборов. Избиратель может только раздать карты политической игры: все зависит в конечном счете от парламентских связей и союзов, которые заключают партии.
Третий недостаток заключается в том, что интегральная многопартийность предполагает отсутствие стабильного и спаянного парламентского большинства, способного к активной и долгосрочной поддержке правительства. Парламентское большинство, имеющее мозаичный характер, формируется и расформировывается, наделяя властью недолговечные правительственные кабинеты и лишает их власти. Правительственная нестабильность - это расплата за интегральную многопартийность.
Впрочем, можно избежать негативных результатов или смягчить их, если в многопартийной системе будут существовать стабильные и прочные союзы, которые придадут этой системе более умеренный характер. [c.468]
Формированию союзов благоприятствуют выборы по мажоритарной системе в два тура, особенно выборы, при которых избирается коалиция. В этом случае две крупные коалиции могут сформироваться на выборах и удержаться в парламенте. Такая стабильная биполяризация создает ситуацию, близкую двухпартийности. Таким образом, в ситуации уменьшения конкуренции, умеренная многопартийность является промежуточной ступенью между интегральной многопартийностью и двухпартийностью.
Двухпартийная система. Суть ее заключается в том, что существуют две сильные партии, из которых каждая способна к принятию власти и самостоятельному ее осуществлению. Одна из двух партий получает абсолютное большинство мест в парламенте. Другая становится тогда оппозиционной.
Двухпартийность полезна, поскольку она "функциональна", ее результаты способствуют хорошему функционированию политической системы. Двухпартийность упрощает процесс агрегирования интересов и сокращения требований. Она делает ненужным посредничество: сам избиратель выбирает цели и руководителей, обязанных их осуществлять. Правительство, сформированное главой победившей партии, обходится без посредников. Наконец, двухпартийность гарантирует стабильность правительства, поскольку партия, находящаяся у власти, получает абсолютное большинство парламентских мест.
"Жесткая" и "мягкая" двухпартийность. Первое различие между двумя типами двухпартийности, имеющее количественный характер, основывается на уровне дисциплины обеих партий. "Жесткая" двухпартийность предполагает дисциплину голосования, "мягкая" - ее не предполагает.
"Совершенная" и "несовершенная" двухпартийность. Двухпартийность в чистом виде - это по существу теоретическое представление. Практически бывает так, что рядом с двумя крупными партиями, господствующими на политической сцене, существуют и небольшие партии. Их роль и значимость зависят от процента голосов, полученных ими на выборах.
Отсюда и количественное различие между двухпартийными системами: существование "совершенной" двухпартийности, при которой две основных партии набирают [c.469] 90% голосов, и "несовершенной" двухпартийности, кода можно говорить "о двух партиях с половиной": третья партия получает достаточно голосов, чтобы спутать карты двух крупных партий, за которые проголосовало 75-80% избирателей.
В первом случае обе крупные партии имеют столь мощную поддержку избирателей, что той или иной из них практически обеспечено абсолютное большинство парламентских мест. Такая партия может руководить в одиночку, не вступая в союз с другими, что по существу исключает участие небольших партий в политической деятельности.
Что же касается системы "несовершенной" двухпартийности, то здесь успехи обеих крупных партий на выборах не столь впечатляющи. Хотя обе партии и господствуют на политической арене, но ни одна из них не может в одиночку завоевать абсолютное большинство.
Им приходится объединяться либо с третьей партией, либо друг с другом.
Такая двухпартийная модифицированная система особенно характерна для ФРГ. В период с 1961 по 1966 гг. ХДС правила в союзе с либеральной партией, затем, с 1966 по 1969 гг. "большая коалиция" объединила две крупные партии (ХДС и СДПГ). С 1969 по 1982 гг. образовался новый союз между социалистами (СДПГ) и либералами (СвДП). Затем, после 1982 г., СвДП снова объединилась с ХДС.
Недостатки двухпартийной системы. Одним из самых существенных недостатков двухпартийной системы является вынужденный обстоятельствами акцент на критику противников, а не на свои конструктивные предложения. Избирательные кампании все больше и больше становятся компаниями "против" чего-то, и избиратели все чаще и чаще голосуют не "за кандидата", а "против" его противников.
Еще один недостаток двухпартийной системы состоит в том, что перестает существовать политический "центр". При двухпартийной системе возникновение третьей партии грозит только одной из уже существующих партий. Ведь если на политической арене появляется вторая, скажем, левая партия, то она становится конкурентом "первой" на "монополию слева". С другой [c.470] стороны, для правой партии появление "второй" левой будет выгодно.
Двублоковая система. При этой системе соперничают за власть два блока, партийные союзы. Партии, выступающие вне блока, приговорены к второстепенности, не играют существенной политической роли. Двублоковая структура характеризует системы с выраженными мнениями идейного раздела общества, преимущественно при постоянных влияниях коммунистических левых. Двублоковость вытекает из компромисса внутри отдельных союзов и не эволюционирует к двухпартийности. Между союзническими партиями появляется много различий: соперничают они между собой за избирательный период. Наиболее характерная двублоковость отмечается во Франции, где перед президентскими, парламентскими или кантональными выборами формируются два блока - левый и правый.
Многопартийные системы с доминирующей партией. Обычно система с доминирующей партией функционирует на многопартийной основе. Для доминирующей партии, в условиях плюралистической партийной системы, характерны две следующие черты: а) она явно опережает своих соперников в течение длительного периода (хотя может случиться и так, что на каких-то одних выборах они ее опередят); б) она отождествляет себя со всем обществом: ее доктрины, идеи сливаются в одно целое с идеями, присущими этому периоду. Структуре доминации способствуют такие обстоятельства, как: стабильность идеологического господства буржуазии, слабое развитие классовой борьбы, отсутствие сильной интегрированной оппозиции, мажоритарная система выборного закона, которую предпочитают традиционные партии влияния, затрудняет развитие новым политическим силам и т.д.
В наше время доминирующее положение одной партии встречается в пяти западных странах: Швеции, Норвегии и Дании, где доминирующей партией является социал-демократическая, в Исландии и Италии - консервативная или христианско-демократическая партия.
Доминирующая партия определяется по абсолютным и относительным параметрам. Во-первых, поданные за нее голоса должны превысить определенный порог (примерно 30-50%); во-вторых, она должна явно опережать своих конкурентов. Так, в названных выше пяти [c.471] странах, есть четыре-пять партий менее значительных, каждая из которых получает не более 10-20% голосов.
Главное преимущество, которое дает система с доминирующей партией, - возможность стабильного правительства. Однако долгие годы, находясь у власти и на выборах, пользуясь выгодой своего положения, доминирующая партия рискует погрязнуть в тине застоя.
Неконкурентные системы. Четкий, незамаскированный тип неконкурентной системы основан на подавлении всех политических объединений, кроме одного. Поэтому понятия "неконкурентные системы" и "однопартийные системы" - можно считать синонимами и внутри них выделять различные типы в зависимости от характера, природы рассматриваемой партии. Критерием природы единственной партии становятся две основные черты: идеология и внутрипартийная организация.
Сущность однопартийной системы. В однопартийных системах высшая политическая власть, за исключением вопросов, входящих в компетенцию прочих организаций, осуществляется руководителями партии. Единственная партия монополизирует легитимную политическую деятельность в соответствующих системах. Она превращается в руководящую силу государства. Основные политические решения принимаются партией, и государственная администрация лишь осуществляет их на практике.
Однопартийная система позволяет поддерживать связь между руководством и массами, а парламентские и выборные механизмы ликвидируются или выхолащиваются. Сама партия строится в виде пирамиды, ее механизм действует по нисходящей и восходящей: сверху вниз идет пропаганда, а снизу вверх идет информация
Смысл, вкладываемый в понятие "однопартийная система", различается в зависимости от того, идет ли речь о коммунистической системе, фашистских режимах или развивающихся странах.
Если в конкурсных системах партии в первую очередь участвуют в выборах и заняты парламентской деятельностью, то в неконкурсных системах единственная партия вынуждена выполнять намного более широкие и разнообразные функции. Она легко становится многофункциональной, особенно в тоталитарных системах, тяготеющих к контролю за всеми видами активности в обществе. [c.472]
В коммунистической системе единственная партия выступает как руководящая и направляющая сила общества, занимается просвещением и убеждением масс, идеологической деятельностью.
Фашистская партия даже не пытается пробудить политическое сознание масс. Ее пропаганда не столько воспитывает, сколько разжигает фанатизм. По-военному организованная партия, выполняет, в основном, задачу служб безопасности и полиции.
В развивающихся странах единственная партия делает упор на мобилизацию масс. Партию используют для роста национального самосознания, для легитимизации авторитета руководства, для вовлечения граждан в политические процессы.
Внутренняя жизнь единственной партии. Фашистские партии не признают демократических ценностей. Они строятся на основе культа вождя и назначения руководителей. Здесь ни о какой внутрипартийной демократии не может быть и речи.
Зато коммунистические партии выступают за "демократический централизм", который предполагает избрание руководства и свободную дискуссию на разных уровнях субординации. Так, на верхнем уровне съезд или пленум центрального комитета играют роль внутрипартийного парламента. Вместе с тем, в партии преобладает жесткое подчинение низовых партийных организаций вышестоящим.
В развивающихся странах обычно наблюдается расхождение между уставом и действительностью. Однопартийная система там нередко маскирует господство олигархии или личную власть.
Роль однопартийности. Установление режима единственной партии обычно оправдывается с помощью трех основных доводов.
Во-первых, единственная партия выступает как средство интеграции нации, она позволяет гармонично сочетать необходимое единство и реальное многообразие.
Во-вторых, единственная партия выступает и как инструмент экономической и социальной модернизации, которая мобилизует силы общества.
В-третьих, единственная партия отражает социальную однородность. С точки зрения марксизма, политические [c.473] партии являются выразителями общественных классов и их интересов. Поэтому, если в обществе отсутствует антагонизм классов, то может существовать лишь одна партия, представляющая одновременно различные, но сотрудничающие классы и социальные группы.
В этой связи поучительным представляется опыт стран Восточной Европы и СССР.
КПСС претендовала на выразительницу интересов всего советского народа, на роль его авангарда. Однако это было преувеличением. Последние годы убедительно показали, что существовал значительный отрыв партии от масс. В конце 80-х годов заявили о себе отдельные слои общества, которые отнюдь не симпатизировали КПСС и ее целям. Для выражения и защиты своих интересов они стали создавать собственные организации.
С КПСС случилось то, что С.Паркинсон 30 лет назад сформулировал в виде некоего закона. "Дерево ..., - писал он, - никогда не загниет от болезни и никогда ... - от грехов. Дерево начинает загнивать, когда достигает максимальных размеров и перестает расти, потому что завершен биологический цикл. Организации, так же как и растения, не живут вечно. Зрелость неминуемо сменяется старостью и загниванием" (3).
Достигнув максимальных количественных размеров (с кандидатами - почти 20 млн. человек), КПСС оказалась жертвой своего монополизма. Не имея оппозиции в стране, фракций и течений в самой партии, КПСС не подвергалась серьезной критике ни извне, ни изнутри. Механизм выявления слабых мест и болезней, их устранения и излечения, отсутствовал, что постепенно вело к процессу застоя и загнивания. А почва для этого была. Поскольку партия стала единственной, и к тому же правящей. Многие вступали в нее не по идейным соображениям, а ради карьеры и корыстных расчетов. Они использовали ее организацию в собственных целях, дискредитируя в глазах народа, а потом развалили и первыми предали ее.
Партия все более становилась бюрократической организацией, для демократических норм партийной жизни оставалось все меньше места. Многие партийные руководители отрывались от рядовых членов, мало считались с их мнением. Партийные выборы нередко превращались в формальность, вследствие чего немало руководителей [c.474] длительное время не сменялись, или перемещались из одного руководящего кресла в другое. Сформировалась своего рода каста "несменяемых" и "непотопляемых" партийной номенклатуры. Для "вождей" устав партии не был указом. Все это привело к застою в жизни партии, а затем и к кризису.
Таковы типичные пороки и "болезни" политической партии в условиях однопартийности и монополизма в политической жизни. Все это свидетельствует о том, что однопартийность целесообразна и оправдана лишь в условиях переходных, исключительных или чрезвычайных, в которых оказывается та или иная страна! В итоге можно сказать, что однопартийная система имеет больше недостатков, чем положительных сторон, и потому она приемлема как временное явление в конкретных условиях отдельных государств.
Многопартийность в России. За последние годы в Российской Федерации происходит переход от однопартийной системы к многопартийности. Зачатки современного политического плюрализма стихийно вызревали уже в начале 80-х годов в форме диссидентского движения. Однако путь к действительной многопартийности открыла перестройка. Процесс радикального реформирования нашего общества вызвал к жизни новые общественно-политические движения, партии и их объединения. Развитие рыночных отношений существенно трансформирует социально-политическую структуру общества, усиливается процесс социальной дифференциации, находящий отражение в возникновении широкого спектра политических объединений.
Можно выделить три последовательных этапа становления многопартийности в России. Первый этап занимает период 1985-1987 гг., в то время возникают различные "неформальные" движения, объединения, союзы, фронты. Второй этап приходится на 1987 - начало 1989 года. В этот период происходит институционализация и конституирование общественно-политических организаций и движений. С весны 1989 года и по настоящее время - идет процесс рождения политических партий различной направленности, создание межпартийных блоков, союзов, коалиций. [c.475]
Принятый в октябре 1990 г. Закон СССР "Об общественных объединениях", пока является единственным такого рода законом и ныне действует в Российской Федерации. В этом законе термином "общественные объединения" обозначаются политические партии, массовые движения, профессиональные союзы, женские, молодежные, ветеранские организации и другие объединения граждан. Закон предусматривает общие положения, порядок образования, права и условия работы общественных объединений, контроль за их деятельностью, определяя характер их международных связей. В марте 1991 г. начались регистрации партий. В настоящее время регистрацию оформили несколько десятков партий.
Следует отметить, что становление многопартийности в стране идет трудно и противоречиво. Она пока еще далека от тех цивилизованных рамок, о которых мечтают знатоки и ревнители западной демократии (4). Чаще всего бывает так, что партии возникают, регистрируются, порой даже исчезают, но никто не знает, кто за ними стоит, кто их поддерживает. И в этом - главная беда многих группировок, претендующих на право называться партиями. Дело в том, что за ними нередко действительно никто не стоит - ни классы, ни группы, ни слои. Они не представляют никого, кроме самих себя.
Муки родов многопартийности выражаются и в характере словесных баталий. Здесь в большом ходу разного рода ярлыки, непарламентские выражения, оскорбительные выпады. "Консерваторы", "коммунистический фашизм", "национальные социалисты" - такие ярлыки наклеили коммунистам демократы - "чернорубашечники", "нацисты" и т.д. - другому лагерю своих противников. К слову "патриот" добавили приставку "национал", и оно тоже приобрело негативное звучание. А позднее тем и другим была дана обобщающая, еще не известная в мировой практике кличка "красно-коричневые". Разумеется, не остаются в долгу коммунисты, национал-патриоты, которые также хлестко, звучно награждают демократов различными нелестными эпитетами.
Нашему обществу не хватает политической культуры, и к подлинной многопартийности в России лежит трудный, нескорый путь. Но пройти этот путь нужно, [c.476] дабы стать демократическим обществом, прочно вошедшим в круг современных цивилизованных стран.
Участники политических событий организуются не только в политические партии, но и в группы по интересам. [c.477]
3. Группы давления (интересов)
Понятие "группы давления" пришло из американской политологии. Группы давления это не политические партии. Последние преследуют цель осуществления власти. Первые ограничиваются оказанием влияния на власть, стремлением подвергнуть ее давлению, оставаясь при этом все же вне ее. Пальма первенства в изучении групп давления принадлежит Артуру Ф. Бентли, Дэвиду Б. Трумэну, Г. Алмонду (США), Группы давления многообразны: профсоюзы рабочих, феминистские движения, организации предпринимателей, ассоциации в защиту светского образования, движения ветеранов, религиозные группировки, молодежные движения, семейные ассоциации, ассоциации родителей учащихся и др. Естественно встает вопрос, что же такое группа давления? Очевидно, чтобы иметь четкое представление об этом феномене необходимо выделить признаки группы давления. Первый - существование организованной группы на основе общих интересов. В соответствии со степенью специализации и организованности групп аналитики выделяют четыре типа групп интересов: 1) спонтанные, стихийные, например, манифестации и бунты; 2) неассоциативные - неформальные, непостоянные и ненасильственные; 3) институциональные - формальные организации (партия, собрание, администрация, армия, церковь); 4) ассоциативные группы интересов, т.е. добровольные и специализирующиеся на выражении интересов организации (профсоюзы, группировки деловых людей или промышленников, этнические или религиозные ассоциации граждан. Второй признак группы давления - защита интересов в самом широком смысле (материальные интересы и моральные проблемы). Здесь требуется одно дополнение. Ведь чтобы жить самим и дать жить своим идеям, все группировки, даже искренне заявляющие о своем бескорыстии, даже чисто идеологические, должны иметь материальные ресурсы. Третий признак - оказание давления. Следует отметить такую деталь, что деятельность по оказанию давления на власть вовсе не является неизбежной. Группа давления может оставаться просто группой интересов, не стремясь [c.477] оказать влияние на политическую власть, занимаясь внутригрупповыми проблемами (профсоюзы, например). В то же время изучать группы давления - это значит анализировать группы интересов в их внешней динамике и особенно в плане их политической деятельности. Группа давления есть группа интересов, которая оказывает давление.
Какую роль в политической жизни общества, играют группы давления? Прежде всего они передают настроения и требования народа правительству, а также влияют на законодательный процесс (иногда разрабатывают законопроекты и представляют их). Выполняют важную роль при подборе экспертов и специалистов на министерские и административные должности. Кроме того группы давления оказывают поддержку и мобилизуют людей в реализации правительственных программ.
В чем состоит суть действия групп давления, какова их тактика и методы деятельности? Как показывает политическая практика из многих стратегий, используемых группами интересов для достижения своих целей, имеют значение две: прямое влияние на правительственные органы и официальных лиц, а также косвенное влияние на них через отдельных лиц, политические партии и общественное мнение. Каждой из стратегий соответствуют определенный набор тактических средств и методов. Например, воздействие на власть может быть открытым: информирование, консультирование, угроза. Скрытая деятельность предлагает частные отношения, коррупцию (коллективную и индивидуальную), финансирование партий и расходы на избирательную кампанию.
Воздействие на партии и общественное мнение предполагает свои средства и методы (например, убеждения и принуждения).
Из всего изложенного группу давления можно определить как организацию, созданную для защиты интересов и оказания давления на общественные власти с целью добиться от них принятия таких решений, которые соответствуют ее интересам. [c.478]
Глава XXVII.
Основные понятия: политическая партия, парламентская партия, партийная система, однопартийность, многопартийность, общественно-политическое движение, общественная организация, неформальные объединения.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Чем объясняется возникновение политических партий? Может ли современное общество существовать без политических партий и общественно-политических движений?
2. В чем сущность партии, ее основные функции?
3. Какие партии называют массовыми? Источники финансирования партий.
4. Каковы способы достижения сплоченности и их связь с целями партий?
5. Какие Вам известны основания для типологии партий? Чем американские политические партии отличаются от европейских? Что Вы знаете о партиях России и современных партиях за рубежом? (В том числе в странах СНГ).
6. Чем различаются политические партии, общественно-политические движения и общественные организации?
7. Что такое партийные системы и какие системы Вам известны? Назовите примеры однопартийной, двухпартийной, многопартийной системы. Чем характеризуется каждая?
8. Проанализируйте процесс становления многопартийности в нашем обществе с точки зрения общности и принципиальных различий. Можно ли говорить об образовании в современной России многопартийной системы?
9. Каковы современные тенденции массовых демократических движений? Назовите известные Вам общественно-политические движения (в мире и России)?
10. Что такое альтернативные и неформальные объединения и движения? Каково их место в политической системе?
Литература:
1. Вебер М. Избранные произведения. - М., 1990. - С.526.
2. Шаран П. Сравнительная политология. - М., 1992. - Ч.3. - С.112-115.
3. Паркинсон С. Закон Паркинсона и другие памфлеты. - М., 1976. - С.299.
4. Рябов В.В., Хаванов Е.И. Общественный интерес, общественные движения и политические партии. - М., 1993. - С.56.
5. Новый этап партийного строительства в России. / Россия: партии, выборы, власть. М., 1996.
6. Политические партии России. / Россия: партии, выборы, власть. М., 1996.
ГЛАВА XXVIII. ПАРЛАМЕНТ И ПАРЛАМЕНТАРИЗМ
Парламент (англ. parliament, от франц. parlement, от parler - говорить) - высший представительный орган власти. Впервые был образован в Англии в XIII в. как орган сословного представительства; реальное значение приобрел после буржуазных революций XVII-XVIII вв. Парламентаризм, система государственного руководства обществом, характеризующаяся четким распределением законодательных и исполнительных функций при привилегированном положении законодательного органа - парламента по отношению к другим государственным органам.
К сущности парламентаризма можно подходить исторически, прослеживая процесс формирования его функций и системы институтов, и функционально, суммируя его функции в политической системе общества и в соответствии с этим анализируя структуру власти парламентаризма и его правовые нюансы. [с.480]
1. Структура и функции парламента
Парламент как собственно наименование для обозначения представительного учреждения применяется в большинстве развитых стран. В США и странах Лат. Америки он называется конгрессом, в Швеции - ригсдагом, в Финляндии - сеймом, в Норвегии - стортингом, в России - Федеральным собранием и т.д. Различаются двухпалатная и однопалатная структура парламента. Государства с федеративной формой государственного устройства строят парламент по двухпалатной системе. Нижние палаты в двухпалатных парламентах и однопалатные парламенты всегда образуются путем прямых выборов.
Основными элементами внутренней организации палат парламента являются: 1) партийные объединения членов палат; 2) руководящие органы палат; 3) парламентские комиссии (комитеты). Во многих странах существует регламент деятельности партийных объединений членов палат, устанавливается партийный минимум. Председатель палаты может быть как беспартийным (Великобритания), так и партийным (от фракционного большинства). В руководящие органы палат входят, [с.480] помимо председателей, их заместители, секретари и квесторы (наблюдатели). Обычно руководящие органы палат формируются на пропорциональной основе.
Парламентские комитеты делятся на две категории: временные и постоянные. Временные комитеты, созданные для рассмотрения какого-либо дела, могут еще носить название специальных комиссий. Партийный состав комитетов пропорционален партийному составу палат. При этом председатели комитетов работают постоянно, а члены комитетов - на временной основе. Выборы председателя комитета осуществляются: 1) самими членами комитета; 2) назначаются председателем палаты; 3) исходя из правил старшинства. Основная работа комитетов и комиссий связана с законотворческой деятельностью правительства.
Статус парламентариев предусматривает императивный или свободный мандат. В первом случае парламентарий зависит от своих избирателей и даже имеет право перехода из одной партии в другую, сохраняя за собой мандат. В значительной мере на позицию парламентария оказывает влияние лобби. Лоббизм особенно развит в США. Лоббизм - система контор, агентов монополий при законодательных органах, оказывающих давление на законодателей.
Каждый депутат парламента имеет две привилегии. Это привилегия неответственности и неприкосновенности. Он имеет следующие правомочия: право законодательной инициативы, право голоса, право запроса как в устной, так и в письменной форме. Когда делается большой запрос, он носит название "интерпелляция". Основные различия формирования и деятельности двух палат предусматривают осуществление процесса сдерживания, сохранения равновесия (механическая теория).
Верхняя палата избирается: путем непрямых выборов; имея большие ограничения по возрасту; меньшим числом, чем нижняя; наиболее длительный срок полномочий; с частичным обновлением; в иное время, чем нижняя.
Все рассмотренное выше позволяет сделать вывод о том, что современный парламент - это институт власти, имеющий множество функций, особую внутреннюю структуру и организационную структуру.
Каковы же эти функции? Представительная функция. Она служит политическому выражению [с.481] дифференциации общества по интересам, институированной политической трансформации и сопоставлению установок, диктуемых интересами. В процессе политизации интересов, их трансформации в политическую волю и проекты решений парламент призван вскрывать конфликты интересов и находить возможные компромиссы.
Эту функцию парламент осуществляет на основе демократического избирательного права и демократической системы выборов; осуществление этой функции гарантируется функционированием партий как организованной политической силы, являющейся выразителем и посредником интересов и воли избирателей. Гарант реализации представительной функции парламента - демократическая избирательная система в совокупности с конкуренцией в условиях многопартийности. Содержание и характер представительства интересов в современном парламентаризме отличаются комплексностью и наличием множества принципов. Важнейшие из них - партийное представительство, территориальное представительство, корпоративное представительство интересов и этническое представительство.
Партийное представительство заключается в парламентском представительстве различных общественно-экономических альтернатив пропорционально той поддержке, которой они пользуются в обществе. Этот принцип может быть гарантирован как в однопалатной, так и двухпалатной парламентской системе. Для реализации остальных принципов представительства - территориального, корпоративного и этнического - необходима система простого или сложного двухпалатного парламента. Простая двухпалатная система имеет место в случае, когда наряду с палатой депутатов, возникшей путем прямых выборов, членство во второй палате обусловлено единственным (например, генеологическим), персональным принципом. Типичные примеры тому - палата лордов, верхняя палата, сенат и т.д. Вторая палата может быть основана и на другом единственном принципе - территориальном, в интересах пропорционального представительства отдельных федераций, провинций и т.п. Основанная на нескольких принципах вторая палата характеризуется сочетанием персонального, территориального принципов друг с другом или с какими-либо иными. Например, с [с.482] позициональным, ведомственным, когда депутатами второй палаты являются также лица, занимающие определенное положение в сфере науки, культуры, религии, но депутатство в данном случае не персонифицировано, не наследуется и не делегируется, а просто обусловлено занимаемым положением в обществе. Наиболее распространенным является однопалатный парламент, основанный на прямых выборах и характеризующийся одним принципом, или же так называемая простая двухпалатная парламентская система, при которой одна палата возникает в результате прямых выборов населения, а другая - на основе территориальной пропорциональности (1).
Функции власти. Парламент - орган власти, принимающий решения. Он осуществляет выбор альтернатив общественно-экономического и политического развития общества в целом и его основных подсистем, их структуру, политическое содержание.
В современных политических системах социально-политические альтернативы формулируются парламентскими партиями. Избиратели отдают свои голоса в соответствии с оценкой политических альтернатив, выраженных в их программах. Поддержка, оказывается именно партиям, доля их участия в парламенте отражает волю избирателей, легитимирует стратегию и программу партий, победивших на выборах.
После победы на выборах и обретения парламентского большинства политическая программа партии (партий) трансформируется в парламентские решения. Эта трансформация происходит в рамках специфической процедуры принятия решений. Повседневное функционирование и реализация парламентской власти обусловлены этой процедурой, при которой одновременно сочетаются правовая, профессиональная рациональность и разумность принимаемых решений, а также требования парламентской демократии.
Правотворческая, законодательная функция. Конечным результатом деятельности парламента является, как правило, создание какой-либо правовой нормы. Благодаря различным формам источника права, в рамках процедуры принятия решений, соответствующей различным требованиям, рождаются те правовые нормы, которые несут функцию регуляции поведения. [с.483]
Законодательные полномочия парламент осуществляет в соответствии с процедурой, предусмотренной регламентами палат. Первой стадией законодательного процесса является внесение законопроекта. Парламент обязан принять законопроект к рассмотрению только при том условии, что он внесен в соответствии с установленными правилами лицом или органом, обладающим правом законодательной инициативы. Сообразно субъектам этого права различают: 1) правительственную инициативу; 2) парламентскую инициативу; 3) народную инициативу; 4) специальную инициативу (внесение законодательств органами, которые указаны в конституции). Наибольшую значимость имеют правительственная и парламентская инициативы.
В период обсуждения законопроекта часто используется прием "флибустьерство", т.е. затягивания прений; прием "суварикоми", когда часть депутатов преграждает вход в зал заседаний другим депутатам, а также бойкот, основанный на отказе присутствовать на заседаниях или отказе от мандатов. В Англии используется прием "гильотина", когда прекращаются прения на основе графика.
При двухпалатной структуре парламента законопроект рассматривается обеими палатами. Прием перехода рассматриваемого законопроекта из палаты в палату и обратно носит название "челнока". Чтобы избежать челнока представители двух палат (согласительная комиссия) вырабатывают приемлемый проект (текст).
Функция политического контроля и привлечения к ответственности. В системе разделения власти наряду с наличием механизмов торможения и противовесов парламент к тому же наделен в одних случаях исключительным (привлечение к ответу президента республики), в других - особыми (выражение недоверия правительству), а в третьих - специальными (например, лишение депутата права на неприкосновенность, отстранение от обязанностей, интерпелляция и т.д.) полномочиями. Правомочия парламента в области контроля, отчета и привлечения к ответственности чрезвычайно велики, но используются они как в сущности исключительные.
Функция обеспечения политической гласности. Современный парламент - главный форум политической гласности, ее концентрированное проявление. Парламент - тот институт, где представители партии, [с.484] независимые депутаты, правительство, депутаты, предлагающие различные альтернативы решения, парламентские фракции, комиссии обязаны открыто заявлять о своих позициях, намерениях, профессионально, политически аргументируя и развивая их. Если этого не происходит, то любого депутата, любую комиссию или фракцию (или представителя таковых), любого члена правительства можно заставить открыто аргументировать свою позицию.
Парламент, как форум политической гласности, требует от партий, правительства, депутатов открытой политической полемики. Ограничение парламентской гласности (на пленарных заседаниях, заседаниях комиссий) приемлемо только в чрезвычайных случаях и строго оговорено определенными условиями.
Функция легитимации. Демократически избранный парламент, осуществляющий свои функции - важнейший институт легитимации. Современный парламент, как целое, как организация и система институтов, осуществляет свою легитимационную функцию посредством юридически закрепленного и регулируемого функционирования. Парламентская легитимация - это легитимация организации, института, а не отдельного лица; эта функция принадлежит не депутату или депутатам, а парламенту в целом (2).
С одной стороны, парламентская легитимация - это следствие демократического избрания парламента, демократизма его функционирования и гласности, с другой стороны, легитимационный эффект парламента распространяется на всю политическую систему, включая внепарламентские государственные институты.
В качестве заключения по данному вопросу следует отметить: власть парламента - производное от суверенитета народа на основе демократических выборов. В интересах выполнения определенных функций парламент наделяется легитимной властью; в системе разделения власти парламентская власть - ограниченная, обособленная от других подсистем власти, но в то же время вынужденная взаимодействовать с ними власть; власть парламента - конституционная, нормативно гарантированная власть; парламентская власть сопряжена с выполнением определенных функций. В этом отношении она имеет гарантированный масштаб и характер, а сами функции объективно [с.485] обусловливают как широту полномочий парламента, так и их пределы; парламентская власть и парламентаризм, как специфическая структура и система власти, являются частью партийной политической системы, в условиях которой партии ведут борьбу друг с другом за власть в парламенте.
Сущность современного парламентаризма исчерпывается данными критериями, все прочие существующие характеристики - их производное. Это парламентские выборы, внутреннее функционирование парламента, его структура, организационная система, его связь с другими факторами власти, статус депутата и т.д. [с.486]
2. Отличительные признаки парламентской системы власти от президентской
Основополагающий принцип парламентской системы состоит в том, что правительство формируется не главой государства - президентом, а лидерами партий парламентского большинства. В силу этого правительство ответственно перед парламентом, а парламент правомочен выражать ему доверие или недоверие. В случае, когда большинство депутатов голосует за вотум недоверия правительству, оно в полном составе, включая и премьер-министра, уходит в отставку. Таким образом, при парламентской системе правительство находится у власти только до тех пор, пока оно имеет поддержку парламентского большинства.
Другим важнейшим отличительным принципом парламентской системы является то, что главой высшей исполнительной власти по конституции считается премьер-министр, а не глава государства (президент или монарх). Если при президентской системе кабинет министров при всей своей значимости служит лишь совещательным органом, то при парламентской системе премьер-министр - это только "первый среди равных", который принимает политические решения совместно с кабинетом, т.е. на коллегиальной основе. Возглавляя правительство, премьер-министр не является одновременно и главой государства, а поэтому не располагает такими широкими властными полномочиями, как президент при президентской системе. [с.486]
Прародительницей парламентской системы стала Великобритания, где данная система сформировалась на рубеже XVII-XVIII вв. Затем она распространилась на ее колонии: Канаду, Австралию, Новую Зеландию, Ирландию, Ямайку и большинство стран Карибского бассейна. Самое широкое распространение парламентская система получила на европейском континенте. Ее восприняли Швеция, Норвегия, Дания, ФРГ, Австрия, Швейцария, Италия, Испания, Португалия, Бельгия, Венгрия. В Азии на принципах парламентской системы устроена власть в Японии, Израиле и Сингапуре. Характерно, что в ряде стран парламентская система вполне сочетается с такой формой государственного правления, как конституционная монархия. Такое сочетание часто называют парламентской монархией.
В отличие от президентской системы, при которой правительство находится у власти, пока оно устраивает президента, при парламентской системе правительство остается у власти или меняется в зависимости от результатов парламентских выборов. Эти выборы в большинстве стран с парламентской системой проходят по пропорциональной или смешанной (пропорционально-мажоритарной) избирательным системам. Обе системы предполагают, что депутаты парламента полностью или частично выбираются избирателями в соответствии со списками кандидатов, сформированных партиями. Действие избирательных систем таких типов приводит к тому, что по итогам выборов или одна партия образует парламентское большинство, или (что происходит гораздо чаще) ни одна партия не получает большинства в парламенте.
При парламентской системе исход выборов имеет самое непосредственное влияние на состав правительства: или образуется правительство из представителей той партии, которая получила на выборах большинство депутатских мест в парламенте, или из представителей партий, объединившихся в коалицию для создания блока парламентского большинства. Возможен и третий вариант, когда правительство по партийному составу представляет меньшинство, и его пребывание у власти всецело зависит от поддержки со стороны тех партий в парламенте, чьи представители не входят в это правительство. [с.487]
Однопартийное правительство при парламентской системе наиболее характерно для таких стран, как Великобритания, Франция, Япония, Канада, Австралия. В свою очередь, в Италии, Нидерландах, Бельгии, ФРГ, Швейцарии, Дании, Норвегии, Финляндии, Израиле у власти находятся коалиционные правительства. При однопартийном правительстве премьер-министром, как правило, становится лидер победившей на выборах партии. При коалиционном правительстве премьер-министром становится обычно лидер наиболее влиятельной партии из тех, которые образовали блок парламентского большинства или меньшинства.
При парламентской системе премьер-министр, являясь главой кабинета и партии, ответствен не только перед парламентом, но и перед своей партией. Именно ей он обязан своим приходом к власти, и поэтому премьер-министр, определяя политический курс правительства, прежде всего сверяет его с установками своей партии. Особенно возрастает зависимость премьер-министра от партии, когда его кабинет состоит из представителей нескольких партий. В этих условиях премьеру часто приходится маневрировать и идти на компромисс для сохранения консенсуса в правительстве и предотвращения распада правительственной коалиции.
Очевидно, что, если правительство сформировано только из представителей партии, которая имеет твердое большинство в парламенте, то она при парламентской системе становится действительно правящей, поскольку контролирует высшие законодательную и исполнительную власти. По сравнению с однопартийным правительством позиции коалиционного более неустойчивы.
При парламентской системе партии в парламенте отличаются большой сплоченностью и твердой дисциплиной, когда дело касается поддержки "своего" правительства. Вместе с тем и в правящей партии может возникнуть недовольство действиями своего партийного лидера, находящегося на посту премьер-министра. Иногда правящая партия выбирает нового партийного лидера, и тогда он автоматически становится новым премьер-министром вплоть до новых парламентских выборов. В последнее время такая замена партийного лидера при сохранении правящей партии у власти произошла в Великобритании, [с.488] когда в 1991 г. консерваторы заставили уйти с поста лидера партии М. Тэтчер, и ее преемник Джон Мейджор тут же занял пост главы правительства. В Японии подобная процедура смены премьер-министра и его кабинета происходит довольно часто, что является результатом соглашений между лидерами различных фракций в правящей либерально-демократической партии.
При парламентской системе многие депутаты, занимающие видное положение в своих партиях, становятся одновременно членами кабинета министров. Как правило, премьер-министр остается членом парламента и сохраняет депутатский мандат. Если же на парламентских выборах кто-то из членов кабинета, являющийся одновременно депутатом, терпит поражение, то он (в том числе и премьер-министр) обычно уходит в отставку и с правительственной должности. Таким образом, при парламентской системе на состав правительства могут влиять не только депутаты парламента, но и избиратели.
Как уже отмечалось, при парламентской системе премьер-министр, будучи главой высшей исполнительной власти, не является главой государства. Эту должность занимают президенты или монархи. Но в отличие от президентской системы глава государства в данном случае обладает весьма ограниченными, хотя и важными полномочиями. При определенных обстоятельствах глава государства может распустить парламент и назначить новые парламентские выборы. В некоторых странах с парламентской формой правления именно глава государства поручает тому или иному политическому лидеру сформировать правительство. Однако при парламентской системе глава государства фактически не может отменить какое-либо решение парламента и правительства. Единственное, что он может сделать, если он не согласен с каким-то законом или решением правительства, - это не подписать закон и вернуть его на дополнительное рассмотрение парламента или же обратиться в высшие судебные инстанции с просьбой определить конституционность акции кабинета министров. Сам же президент не обладает правом вето на действия парламента и правительства.
В некоторых странах с парламентской системой, например, в ФРГ, Италии, Израиле, Сингапуре, президента выбирает парламент, в Австрии, Ирландии и Португалии [с.489] его выбирают всенародным голосованием. В целом при парламентской системе президент или монарх выступает в качестве своего рода высшего арбитра во взаимоотношениях между различными политическими институтами. В отличие от премьер-министра он воспринимается как внепартийный высший государственный деятель, символизирующий общенациональное единство и гарантию законности действий государственной власти. Кроме того, глава государства представляет свою страну в различного рода протокольных мероприятиях и церемониях. Однако в условиях парламентской системы глава государства не обладает полномочиями при формировании государственной политики. Ведущими политическими институтами при парламентской системе остаются партии, парламент, подотчетное ему правительство во главе с премьер-министром, который является и главой исполнительской власти, и лидером своей партии. [с.490]
Глава XXVIII.
Основные понятия: парламент, парламентаризм, функции парламента, полномочия парламента, парламентская система власти.
Вопросы для размышления, самопроверки, учебные задания:
1. Возможно ли существование общества без парламента? Зачем он нужен?
2. Сравните парламентские системы различных стран. Что в них общего и особенного?
3. В чем отличие президентской системы власти от парламентской?
4. Какова роль политических партий в парламенте?
Литература:
1. Бейме Клаус фон. Будущее парламентской демократии // Мир политики. М., 1992.
2. Бихари Михай. Парламентаризм // Политология вчера и сегодня. М., 1991. Вып. 3.
3. Конституция Российской Федерации. Гл. 5. Федеральное собрание.
4. Рыбкин И.П. Государственная Дума: пятая попытка. - М., 1996. [с.490]
ГЛАВА XXIX. ИНСТИТУТ ПРЕЗИДЕНТСТВА
Учреждение в системе государственной власти Российской Федерации поста президента значительно усилило внимание в нашем обществе к институту президентства в различных политических системах. Введение этого института открыло новый этап в развитии российской государственности. Между тем, из 183 стран, входивших в начале 1993 г. в ООН, более 130 имеют в своем государственном устройстве пост президента. С одной стороны, эта цифра отражает масштабность распространения президентства в современном мире, но с другой - важно отметить, что в разных странах президенты имеют разный объем полномочий.
В нашей печати в научных работах часто употребляются такие выражения, как "президентская форма правления", "парламентарная (или парламентская) форма правления" и т.п., хотя принято считать, что существуют две основные формы правления - республиканская и монархическая. На наш взгляд, традиционное толкование понятия "форма правления" вполне приемлемо и в современном государствоведении. Представляется, что более корректно с точки зрения научной терминологии говорить о президентской, полупрезидентской, парламентарной (или парламентской) системах правления, отличая их тем самым от форм правления. В данной теме мы будем придерживаться подобного разграничения. [c.491]
1. Современные модели президентства
Термин "президент" происходит от латинского, что буквально означает "сидящий впереди". Видимо, в античные времена президентами называли председательствующих на различных собраниях. От этого первоначального значения слова "президент" впоследствии возникла такая должность, как, например, президент сената. Однако в его нынешнем понимании как главы государства термин "президент" не употреблялся ни во времена греческой и римской республик, ни в периоды существования ранних буржуазных республик в Англии и Нидерландах. Так, в Англии, ставшей на короткое время республиканской, исполнительную власть вместо свергнутого монарха на первых порах осуществлял Государственный совет. В [c.491] Нидерландах полномочия исполнительной власти также имел высший коллегиальный орган.
США стали первой страной в мире, где возникла должность президента, объединившая в одном лице главу государства и главу правительства. Кроме того, именно в США зародился институт президентства как один из важнейших институтов политической системы. В отличие от других государств того времени, где исполнительная власть повсеместно имела монархический, наследственный характер, в США главу государства стали избирать в ходе всеобщих выборов.
Первыми же европейскими странами, где была введена должность президента как главы государства, стали в 1848 году две республики - Франция и Швейцария. Помимо них, другие государства Европы (не говоря уже об Азии и Африке) до конца XIX в. оставались монархиями.
В XX веке такие грандиозные по своим масштабам потрясения, как революции, мировые войны, распад колониальных империй, привели к образованию множества новых независимых государств. Далеко не все они стали президентскими республиками, но в подавляющем их большинстве был учрежден пост президента страны.
Фундаментальные изменения, происходящие на мировой арене с конца 1980-х гг. стимулировали дальнейшее распространение института президентства. Почти во всех бывших республиках СССР, республиках бывшей СФРЮ (за исключением Боснии и Герцеговины), а также в Чехии и Словакии был учрежден президентский пост. Этот же пост ввела у себя Монголия. Сегодня президентство - неотъемлемый элемент политических систем многих стран Европы, Азии, Африки, Северной и Южной Америки. В то же время каждая страна сама определяет, какую роль должен играть президент в ее политической жизни. В России президентский пост был введен в 1992 году.
Конституционный статус и предназначение президента в политической системе. Полномочия президента, его роль и статус в политической жизни той или иной страны определяются прежде всего соответствующими конституционными нормами. Конституция Италии (ст. 87) гласит: "Президент Республики является Главой Государства..." Аналогичным образом определен статус президента и в Конституции РФ (ст. 80). [c.492]
Помимо определения правового статуса президента как главы государства или как главы высшей исполнительной власти, многие конституции содержат ряд общественно важных морально-политических и гражданских обязательств, которым должен следовать президент на протяжении всего срока своих полномочий. Прежде всего от него требуется, чтобы во всех своих действиях он неуклонно соблюдал Конституцию и другие законы своей страны.
Конституции некоторых стран закрепляют за главой государства роль арбитра между различными силами в государстве и обществе. По Конституции Франции, "президент... обеспечивает своим арбитражем нормальное функционирование публичных властей" (ст. 5). Аналогичную роль отводит главе государства и современная Конституция Российской Федерации: "президент... принимает меры по охране суверенитета РФ, ее независимости и государственной целостности, обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти". (1)
Конституционные нормы многих стран предусматривают, что президент в своей деятельности должен не защищать интересы каких-то отдельных социальных групп и слоев, а добиваться достижения блага всего общества.
Такого рода обязательства и официально установленные стандарты деятельности президента направлены на всемерное укрепление авторитета и достоинства поста главы государства.
Полномочия президента при президентской, полупрезидентской и парламентарной республиках. Как уже отмечалось, институт президентства зародился в США. Введя у себя пост президента, "отцы-основатели" заложили фундамент для формирования модели, которую можно с уверенностью назвать американской моделью президентства.
Возникновение тех или иных систем управления в различных странах обусловлено многими факторами. Значительный отпечаток на этот процесс накладывают особенности исторического развития страны, специфика ее политической культуры, традиции государственности, соотношение различных политических сил в период разработки и принятия конституции. Большую роль в выборе системы правления может сыграть субъективный фактор в лице ведущего [c.493] политического лидера, под которого в значительной степени выстраивается вся конструкция государственной власти и управления. В силу этого в одних странах утвердилась парламентарная система правления, при которой функции главы государства исполняет конституционный монарх или президент, но реальная исполнительная власть сосредоточена в руках правительства, подотчетного парламенту, а в других - возобладала линия на создание сильной президентской власти, уравновешенной другими политическими институтами или превосходящей по своим полномочиям законодательную и судебную власти. На современной политической карте мира есть и такие страны, которые вообще обходятся без поста президента, что еще раз подтверждает все многообразие форм государственности. Президент по этой модели наделен широкими и разнообразными полномочиями, но он действует лишь в пределах федеральной исполнительной власти и в силу конституционного принципа разделения властей не может единолично управлять всем государственным аппаратом. Его полноправными партнерами и противовесами в этой сфере выступают независимый от президента Конгресс и не менее независимый Верховный суд.
Американская модель президентства отличается своей рациональностью: в ней отсутствует присущий ряду других стран дуализм исполнительной власти, при котором президент и премьер-министр часто соперничают за преобладающее влияние на правительственную политику. Кроме того, эта модель доказала свою высокую степень устойчивости с точки зрения преемственности президентской власти. За всю историю США, несмотря на различные политические и экономические кризисы, войны и другие потрясения, президентские выборы в этой стране ни разу не были отменены или перенесены и всегда проводились в установленные Конституцией США сроки.
Американская модель президентства не допускает и возникновения двоевластия в политической системе США, когда президент проводит свою политику, а Конгресс осуществляет свой курс. Система разделения и баланса властей даже в условиях, когда президент представляет одну партию, а большинство в Конгрессе принадлежит оппозиционной партии, обеспечивает единство государственной политики. [c.494]
Президентская модель, сформировавшаяся в США, по многим своим атрибутам была внедрена и в ряде стран Латинской Америки, Азии и Африки. Афро-азиатская модель, однако (за редким исключением) отличается большим авторитаризмом, нередко принимающим формы откровенно тоталитарного режима. Конституционно парламенты не защищены от произвола правящего президента и могут быть распущены по его указанию. Судебная власть, также как и законодательная, сильно зависит от президента, который лично назначает судей и контролирует их деятельность.
При характеристике президентской власти в Азии и Африке необходимо отметить, что в ряде стран на этих континентах (Индии, Израиле, Ливане) возникли такие системы президентского правления, которые более соответствуют европейской модели президентства.
В Западной Европе возобладал не американский и тем более не афро-азиатский вариант президентской власти. Здесь сформировалась сугубо европейская модель в форме или полупрезидентской, или парламентарной системы правления.
Обе эти системы предполагают более ограниченные прерогативы президента, чем при американской, латиноамериканской и афро-азиатской моделях президентской власти. При полупрезидентской модели президент - глава государства, но он, как правило, не является главой правительства и не занимает пост премьер-министра.
В условиях полупрезидентской республики президент по должности является верховным главнокомандующим вооруженными силами. Кроме того, ему принадлежит ведущая роль в определении и проведении внешней политики. Если же ко всем этим полномочиям добавить также право президента при определенных условиях вводить чрезвычайное положение в стране, а также право проводить по своей инициативе общенародный референдум, то можно с полным основанием утверждать, что президент и в полупрезидентской республике - влиятельная и активная сила, способная оказывать значительное воздействие на государственную политику.
Вместе с тем, по сравнению с президентской властью американского образца, модель полупрезидентского правления в Европе не допускает обладания всей полнотой [c.495] исполнительной власти. При этой модели президент не только не является главой правительства, но само правительство фактически формируется в зависимости от соотношения партийных фракций в парламенте.
Важным ограничителем президентской власти в ее полупрезидентском варианте служит также то, что правительство ответственно не перед президентом, а перед парламентом.
Правительство при полупрезидентской системе правления обладает большой независимостью от президента, поскольку оно опирается на парламентское большинство. В итоге премьер оппозиционной президенту партии не подчинен президенту, и глава государства может оказаться в роли "генерала без армии". В то же время президент, хотя и не ответственен за действия правительства, но обладает целым набором прерогатив по воздействию на правительственную политику. Такое сочетание президентской и парламентской систем управления и образует полупрезидентскую модель.
Полупрезидентская модель государственной власти получила свое наибольшее воплощение в конституционном устройстве V Республики во Франции. В настоящее время с определенными вариантами эта модель присутствует в ряде других стран, включая также недавно возникшие государства, фундаментально реформировавшие свои политические системы.
При парламентарной системе государственного управления, предусматривающей наличие поста президента, последний является конституционным главой государства. Это означает, что правительство и его деятельность практически выведены из сферы прерогатив президента. Премьер и его правительство подотчетны высшему законодательному органу и могут быть уволены парламентом в отставку в случае вынесения им вотума недоверия. Президент же в условиях парламентарного правления не ответственен за действия правительства и остается надпартийной фигурой, гарантом правопорядка, олицетворением незыблемости конституционного строя.
В моменты острых политических кризисов, таких, как отставка правительства или обострение противоборства между различными общественно-политическими группировками, именно глава государства выступает в [c.496] качестве высшего должностного лица, способствующего сохранению преемственности власти, поддержанию спокойствия в обществе и соблюдению всеми гражданами законности. Важная стабилизирующая сила президентского поста при полупрезидентской и парламентарной системах правления состоит в том, что премьер-министры и их кабинеты приходят и уходят, а главы государств имеют конституционное право оставаться на своих постах до конца срока своих полномочий.
Наиболее типичными парламентарными республиками во главе с президентами являются ФРГ, Швейцария, Ирландия, Венгрия, ряд других европейских и азиатских стран. [c.497]
2. Кого и как выбирают в президенты?
В современной мировой практике существуют два основных типа президентских выборов - прямые и непрямые. В свою очередь прямые президентские выборы могут происходить или в виде всеобщих выборов, или в виде референдумов. Непрямые выборы президента проводятся в трех видах: 1) парламентом; 2) парламентом и представителями штатов, провинций, различных общественно-политических сил; 3) коллегией выборщиков.
Выборы президента на всеобщих прямых выборах носят демократический характер и предоставляют избирателям реальную возможность выбора только тогда, когда не одна, а по крайней мере несколько политических сил в той или иной стране имеют более или менее равные условия для участия в предвыборной борьбе.
Президент РФ избирается на 4 года гражданами Российской Федерации на основе всеобщего равного и прямого избирательного права при тайном голосовании (ст. 81 Конституции РФ).
В США, западноевропейских и большинстве латиноамериканских стран прямые президентские выборы превращаются в очередное состязание ведущих партий за голоса избирателей. В итоге побеждает тот кандидат, который, по мнению большинства избирателей, предложил более привлекательную политическую программу и как личность больше, чем его соперники, подходит для выполнения обязанностей президента. В то же время во многих азиатских и особенно африканских странах, где до [c.497] сих пор господствует однопартийная система, у кандидатов оппозиции практически нет шансов победить на президентских выборах. При этом в ряде африканских стран выборы официально проводятся на безальтернативной основе, и единственным кандидатом на этих выборах фигурирует, как правило, находящийся у власти президент, являющийся одновременно главой правящей партии.
Большинство кандидатов на президентских выборах в различных странах являются или лидерами партий, или их представителями. Именно они располагают самыми реальными шансами победить на выборах, поскольку ведущие партии оказывают доминирующее влияние на избирателей. В то же время степень демократичности той или иной избирательной системы в значительной степени измеряется и наличием (или отсутствием) узаконенной правовой возможности для выдвижения и самовыдвижения независимых кандидатов, не связанных ни с какой партией. При авторитарных президентских режимах такая возможность практически исключена, однако в демократических странах независимые кандидаты вполне могут активно участвовать в президентских выборах.
Во многих странах всеобщие и прямые президентские выборы могут проводиться в один и в два тура. Для того, чтобы быть избранным президентом после первого тура в Австрии и Финляндии, кандидату достаточно набрать более половины голосов всех участвовавших в голосовании избирателей, а во Франции требуется абсолютное большинство поданных голосов. Если же ни один из кандидатов не получает предусмотренного Основным законом числа голосов в первом туре, то тогда проводится второй тур президентских выборов, в котором участвуют два кандидата, набравшие наибольшее количество голосов в первом туре. Победитель второго тура и становится президентом страны.
В то же время в США президентские выборы в подавляющем большинстве случаев проводятся в один тур, так как там действует мажоритарная избирательная система относительного большинства. Победителем оказывается тот, кто получил наибольшее по сравнению с другими кандидатами число голосов избирателей, а также наибольшее число выборщиков. Дело в том, что в США проводятся всеобщие, но не прямые президентские выборы. [c.498]
Система относительного большинства неоднократно порождала в США ситуацию, при которой на пост президента избирался кандидат, получивший меньше половины голосов избирателей страны.
Что касается распространенной во многих европейских странах процедуры избрания президента депутатами парламента, то она более или менее одинакова везде. Например, в Италии президент избирается на совместном заседании обеих палат парламента. В настоящее время в конституциях многих стран содержатся статьи о сроках президентских полномочий. Наибольшее распространение получили сроки в 4 или 5 лет, а в ряде стран президент находится у власти не менее 6 или 7 лет. Своего рода крайностями в этой амплитуде президентских сроков является избрание президента на 1 год и пожизненное пребывание в должности президента.
Существуют конституционные и политические нормы для кандидата в президенты. Конституции практически всех стран требуют, чтобы кандидат в президенты в обязательном порядке был гражданином своей страны. При этом в некоторых странах обязателен тот или иной ценз оседлости. Так, кандидат в президенты США должен проживать на территории страны не менее 14 лет. Однако в соседней с США Мексике для кандидата в президенты требуется всего лишь проживание в стране в течение одного года, предшествующего дню выборов.
Среди требований, предъявляемых к кандидатам в президенты за рубежом, немаловажную роль играет их принадлежность к религии. В большинстве стран Запада и Востока президенты - верующие люди.
Во многих странах кандидаты в президенты не должны состоять на действительной военной службе. Другими словами, глава государства должен быть гражданским лицом. И, наконец, во многих странах для кандидатов в президенты установлен тот или иной возрастной ценз. Наиболее распространенной является норма, согласно которой президентом можно стать по достижении 35-летнего возраста. Обращает на себя внимание то, что в странах, где установлена минимальная возрастная планка для вступления в должность президента, не определяется максимально допустимый возраст для пребывания [c.499] в этой должности. Обычно президентами в Западной Европе и в США становятся люди старше 50 лет.
После подведения итогов президентских выборов и официального объявления об их результатах в президентских республиках наступает период, в течение которого происходит завершение работы правительства прежнего президента, а избранный президент готовится к вступлению в должность. Этот период может быть сравнительно коротким - от 1 месяца в Никарагуа и до 2 месяцев в Венесуэле - или достаточно продолжительным, длящимся 3 месяца - в США.
Избранный президент на всем протяжении переходного периода не имеет никаких полномочий главы государства и правительства, но он вправе официально объявить о своих кандидатурах на посты министров, руководителей других ведомств и сотрудников аппарата. Обычно ко дню инаугурации новый президент завершает формирование своего кабинета, и таким образом, в момент передачи полномочий от одного президента к другому новое правительство готово приступить к руководству федеральным аппаратом исполнительной власти.
В ходе процедуры инаугурации в США рядом с новым президентом находится уходящий в отставку президент, что символизирует преемственность президентской власти и приверженность всех партий и политических лидеров конституционным основам политической системы страны. Легитимность процесса передачи власти и наделения нового президента всей полнотой прерогатив главы государства и правительства воплощается в том, что присягу вступающего в должность президента принимает председатель Верховного суда США.
В тех же странах, где президент избирается не на всеобщих выборах, а путем голосования в парламенте, вступление нового президента в должность происходит незамедлительно. [c.500]
3. Взаимоотношения президента с партиями, госаппаратом и парламентом
Среди некоторых политологов и журналистов бытует мнение о том, что при президентской республике партии играют второстепенную роль. С их точки зрения, в условиях парламентарной системы правления партии в [c.500] значительно большей степени влияют на формирование государственной политики, в то время, как при президентской системе власти роль партий сводится лишь к обеспечению победы их кандидатов на президентских выборах. В действительности взаимоотношения между президентами и партиями носят гораздо более сложный характер. Существует специфика этих взаимоотношений, вытекающая из природы института президентства.
Прежде всего отметим, что в целом ряде стран президент является одновременно главой правящей партии. Такое соединение государственной и партийной власти в одном лице особенно характерно для афро-азиатской модели президентства.
В силу специфики партийной системы в США президент этой страны может быть номинальным или реальным лидером своей партии, но он никогда не возглавляет лично ее руководящий партийный аппарат. К тому же возможности последнего обеспечивать единую партийную дисциплину и поддержку президента весьма ограничены. Конечно, каждый президент США стремится заручиться поддержкой ведущих лидеров своей партии, но при этом у него нет никаких уставных партийно-административных рычагов воздействия на них, тем более, что у республиканцев и у демократов нет партийного устава. Президент может только просить и убеждать своих коллег по партии идти с ними на компромиссы и политические сделки. Поскольку президент - глава федеральной исполнительной власти, у него есть весьма эффективный набор средств воздействия на тех, в чьей поддержке он нуждается. Однако часто всех этих средств политического прессинга не хватает для того, чтобы склонить на сторону президента конгрессмена или сенатора из собственной партии.

<<

стр. 2
(всего 6)

СОДЕРЖАНИЕ

>>