<<

стр. 3
(всего 6)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

В то же время президентская система правления, особенно в ее американском варианте, предусматривает наличие большой независимости президента от собственной партии. Эта партия не может выразить вотум недоверия президенту и отправить его и его администрацию в отставку. Правда, в резерве остается процедура импичмента, но к ней могут прибегнуть не партийные функционеры, а только члены высшего законодательного органа. Таким образом, теоретически президент США может [c.501] проводить политический курс, совершенно независимый от программных установок собственной партии.
Президент и госаппарат. Роль, место и полномочия президента в управлении госаппаратом определяются той или иной системой государственной власти. Как уже отмечалось, при президентской системе президент является главой исполнительной власти, который непосредственно или через назначаемого им главу кабинета министров руководит правительством. При полупрезидентской системе президент обладает полномочиями, позволяющими ему оказывать воздействие на деятельность правительства, но самим правительством руководит премьер-министр. В условиях парламентской системы президент фактически не имеет права вмешиваться в деятельность правительства.
При американской модели президентства президент США, будучи главой правительства, лично ответственен за действия высшей исполнительной власти. Он обладает всей полнотой полномочий в руководстве федеральным правительством - от назначений на правительственные посты до единоличного принятия правительственных решений. Сам президент не в состоянии лично руководить огромным бюрократическим аппаратом правительства, и он осуществляет общий контроль, делегируя значительную часть своих полномочий различным должностным лицам. Кабинет министров имеет статус совещательного органа при президенте, и его решения не подлежат обсуждению в процессе разработки и осуществления правительственной политики. Если кто-то из членов правительства и других ведомств федеральной исполнительной власти не согласен с политикой президента, то он сам подает в отставку или президент увольняет его. В общей сложности из примерно 11 тысяч руководящих лиц в исполнительном аппарате федерального правительства президент США лично назначает около 1000 человек. Почти все они подлежат утверждению сенатом Конгресса США. Лишь состав сотрудников президентского аппарата в Белом доме американский президент имеет право формировать по собственному усмотрению, без какого либо согласования с Конгрессом.
При полупрезидентской системе европейского образца право президента на назначение членов правительства [c.502] носит более ограниченный характер по сравнению с аналогичным правом при президентской модели. Это ограничение обусловлено тем, что, во-первых, конституции тех европейских стран, которые предусматривают посты президента и премьер-министра, исключают возможность для главы государства одновременно возглавлять правительство. Во-вторых, при полупрезидентской системе президент может лично назначить только главу правительства, да и то с учетом расстановки сил в парламенте. В то же время полупрезидентское правление не исключает и такую расстановку политических сил, когда в результате парламентских выборов большинство в высшем законодательном органе страны переходит к оппозиционной президенту партии. В этом случае у президента формально остается свобода выбора в назначении премьера, но если он проигнорирует интересы парламентского большинства, то эта кандидатура неминуемо будет провалена в Национальном собрании. В некоторых полупрезидентских республиках, где в результате парламентских выборов ни одна партия не получает сколько-нибудь значительного большинства в высшем законодательном органе, выход может быть найден на путях создания беспартийного правительства. В странах с парламентарной системой правления президенты также имеют конституционное право назначения премьер-министра, но это право носит формальный характер, поскольку вопрос о назначении на пост главы правительства фактически решают лидеры ведущих партий в зависимости от исхода парламентских выборов или изменения состава правящих коалиций в высших законодательных органах. Таким формальным правом обладают, в частности, президенты ФРГ, Австрии, Израиля, Исландии, Ирландии, Индии.
Что касается назначений министров и других высших правительственных руководителей, то во всех странах с полупрезидентской и парламентской системами правления это право президента может быть реализовано только по согласованию с премьер-министром.
Министры, главы различных исполнительных ведомств и другие высокопоставленные должностные лица образуют ближайшее политическое окружение президента, на которое он в первую очередь опирается в проведении своего курса. Однако они представляют собой лишь [c.503] незначительную часть многочисленного государственного аппарата, от степени эффективности которого зависит в конечном счете и вся правительственная политика. Остальные же назначения происходят в соответствии с нормами и процедурами системы государственной службы, получившей на Западе название "гражданская служба".
Объем полномочий президента, касающихся увольнения членов правительства и других должностных лиц в аппарате исполнительной власти, соответствует объему президентских полномочий в сфере назначений на правительственные должности. Так, при президентской системе власти глава государства и правительства обладает не только правом назначения, но и правом увольнения членов своей администрации. Это право президента носит дискретный характер, т.е. оно принадлежит всецело главе исполнительной власти, и, в данном случае, также жестко действует принцип разделения властей применительно к президентской системе правления.
Правовые основы взаимоотношений президента и парламента. Во взаимоотношениях между президентами и парламентами определяющую роль играет тип системы государственного правления. При президентской системе в ее демократическом варианте глава государства и правительства непосредственно вовлечен в целый комплекс взаимоотношений с высшим законодательным органом. Полупрезидентская модель с одной стороны, ограничивает прерогативы президента в законодательном процессе, но с другой - наделяет его полномочиями по роспуску парламента. В условиях парламентарной системы президент может оказать лишь опосредованное воздействие на деятельность парламента.
Характеризуя полномочия президента, часто упоминают о его активной роли в процессе формирования законодательства. Возникает вопрос: насколько такие утверждения соответствуют прерогативам президента как главы исполнительной власти.
Правом на законодательную инициативу обладает глава государства и правительства во многих президентских республиках в Латинской Америке, Азии и Африке. В то же время, как это ни парадоксально, в такой классической президентской республике, как США, президент формально не располагает правом законодательной инициативы. Конституция США предоставляет это право [c.504] исключительно высшему законодательному органу страны - Конгрессу США, а точнее, членам обеих его палат. Показательно, что именно с этого положения и начинается Основной закон Соединенных Штатов: "Все законодательные полномочия, сим установленные, предоставляются Конгрессу Соединенных Штатов. С другой стороны, президент США выдвигает законодательные предложения своей администрации по всем направлениям внутренней и внешней политики. В итоге он играет самую активную, а часто - ведущую роль в законодательном процессе, хотя при этом не обладает конституционным правом на законодательную инициативу.
В большинстве полупрезидентских республик президенты также не имеют такого права. Характерным для этой системы правления является следующая конституционная норма, действующая во Франции: "Законодательная инициатива принадлежит Премьер-министру и членам Парламента. Получив из парламента закон на подпись, президент может утвердить или не утвердить его, если он имеет право вето. В ФРГ президент такого права не имеет и он обязан утверждать все законы, принятые парламентом и представленные ему на подпись канцлером, возглавляющим правительство. В то же время конституции президентских, полупрезидентских и даже некоторых парламентарных республик наделяют президента правом вето. Помимо права вето президенты в ряде европейских стран имеют также право запрашивать высшие органы конституционного надзора о конституционности того или иного закона, принятого парламентом и направленного на подпись главе государства. Таким правом обладают, в частности, президенты в некоторых полупрезидентских республиках - Франции, Польше, Румынии.
Законодательный процесс включает в себя не только принятие парламентом законов, но и издание исполнительной властью указов, декретов, постановлений, имеющих силу закона. Объем этого права президента и условия его осуществления во многом зависят от типа политического режима.
При тоталитарных и авторитарных режимах президенты наделены самыми широкими полномочиями в издании указов, заменяющих собой законы. В условиях демократических режимов и осуществления принципа разделения властей президенты также наделяются правом издавать [c.505] указы, постановления и принимать другие решения в пределах своих полномочий. Однако, во-первых, многие акты президента имеют не силу закона, а являются подзаконными по своему статусу. Во-вторых, сфера действия президентских актов носит ограниченный характер, и они отнюдь не подменяют собой законодательство, а тем более конституционные нормы. (см., например, Конституцию РФ, гл. 4).
Право президента на созыв и роспуск парламента. Во многих странах сложилась политическая традиция, ставшая конституционной нормой, согласно которой очередную сессию парламента открывает глава государства, т.е. президент или монарх. Этот акт символизирует легитимность высшего представительного органа и взаимодействие законодательной и исполнительной властей. Кроме того, президент имеет право на созыв внеочередной (чрезвычайной) сессии парламента. Этим правом обладает президент во многих странах при всех системах правления, начиная от президентской и кончая парламентской. Важно отметить, что данное полномочие является дискретным, т.е. президент может по своему усмотрению принять такое решение без каких-либо согласований с правительством или руководством парламента.
Парламентаризм предполагает не только неприкосновенность парламента как высшего законодательного и представительного органа, но и право исполнительной власти на его роспуск. В том случае, если это право осуществляется в строгих правовых рамках и за роспуском парламента незамедлительно следуют новые парламентские выборы, сам по себе роспуск не подрывает правового статуса этого политического института. В современной практике парламентаризма исполнительная власть довольно часто прибегает к своему праву роспуска парламента, что ведет к внеочередным парламентским выборам и избранию парламента нового состава.
Формы коммуникаций между президентом и парламентом. Главным средством общения между президентом и парламентом являются президентские послания. В США это предусмотрено Конституцией: "Президент периодически дает Конгрессу информацию о положении Союза и рекомендует к его рассмотрению такие меры, которые он сочтет необходимыми и целесообразными..." (ст. П.3.). В соответствии с этой [c.506] конституционной нормой все президенты США, начиная с первого главы федеральной исполнительной власти - Дж. Вашингтона, ежегодно в начале работы каждой сессии Конгресса направляют в высший законодательный орган страны послание "О состоянии Союза" (у нас его часто называют посланием "О положении страны").
Основную форму коммуникаций президента Франции и парламента определяет ст. 18 Конституции "Президент Республики сносится с обеими палатами Парламента посредством посланий, которые зачитываются от его имени и не сопровождаются обсуждением". Таким образом, в отличие от президента США, который лично зачитывает в Конгрессе свои ежегодные послания "О состоянии Союза", а также время от времени выступает перед законодателями на совместном заседании палат, президент Франции практически не появляется в стенах парламента. Он лишь направляет туда свои послания, которые оглашаются его представителями и не становятся предметом немедленных парламентских дебатов. Вообще во Франции, как и в других полупрезидентских и тем более парламентарных республиках, ответственность за действия высшей исполнительной власти несет перед парламентом преимущественно кабинет министров и его глава, а не президент. В силу этого президент Франции, по крайней мере, внешне не проявляет такой активности во взаимоотношениях с законодателями, как это свойственно президенту США.
Парламентский контроль над деятельностью президента. Особенно эффективно свои контрольные прерогативы в отношении исполнительной власти осуществляет в условиях президентской республики Конгресс Соединенных Штатов Америки. Американские законодатели в значительной степени контролируют кадровую политику президента, поскольку без санкции сената Конгресса США ни один из президентских назначенцев на правительственные посты не может вступить в свою должность. Еще более эффективным средством контроля в руках Конгресса стало его конституционное полномочие утверждать госбюджет, проект которого предлагается президентом.
Другими эффективными рычагами контроля над действиями президента и его администрации являются полномочия Конгресса принимать или отвергать предложения [c.507] главы государства и правительства в сфере законодательства, утверждать или отклонять международные договоры, подписанные президентом, санкционировать или запрещать использование президентом вооруженных сил в военных и других действиях. Помимо этого, под общим контролем парламентариев находится вся структура органов исполнительной власти, поскольку учреждение каждого нового министерства и другого правительственного ведомства требует не только согласия президента, но и соответствующего законодательного акта Конгресса.
Важным полномочием Конгресса в отношении федеральной исполнительной власти в США является также право законодателей запрашивать и получать от правительства информацию о ее деятельности. Контроль Конгресса США над Федеральным правительством осуществляется также и в виде расследований, которые время от времени проводят различные комитеты Конгресса в отношении органов исполнительной власти.
Контрольные функции Конгресса над деятельностью президента включают в себя и применение такой крайней меры, как отрешение главы государства и правительства посредством процедуры импичмента.
Внешнеполитические прерогативы президента. Сфера внешней политики принадлежит к числу важнейших направлений в деятельности государства, и закономерно, что в ней роль главы государства особенно значительна. Уже по своему конституционному статусу президент является главным представителем государства в сфере международных отношений и наделен соответствующими полномочиями. В условиях разделения властей формирование внешней политики осуществляется и законодательной, и исполнительной властями; и все же инициатива здесь в большинстве случаев принадлежит исполнительной власти.
Показательно, что глава государства располагает важными внешнеполитическими прерогативами не только при президентской системе. В условиях полупрезидентской, а также парламентарной систем правления, при которых функции президента во внутренней политике государства весьма ограничены, его внешнеполитические прерогативы достаточно обширны.
Президент: осуществляет общее руководство внешней политикой, ведет международные переговоры, заключает [c.508] межгосударственные договоры, решает вопросы войны и мира, расходует по своему усмотрению средства из бюджетных ассигнований на внешнеполитические акции, руководит внешнеэкономической политикой, назначает послов и других представителей страны за рубежом, принимает верительные грамоты у аккредитованных при нем послов, принимает решение об установлении дипломатических отношений с другими государствами или о вступлении в международную организацию, в соответствии с дипломатическим протоколом встречает и провожает глав государств, посещающих страну с официальным визитом. [c.509]
Глава XXIX.
Основные понятия: президент, президентская система, институт президентства, полномочия президента, система президентских выборов.
Вопросы для размышления, самопроверки, учебные задания:
1. Когда возник институт президентства? Какова его современная политическая география?
2. Кого и как избирают в президенты?
3. Сравните президентские системы США, Франции, России.
4. Проанализируйте правовые основы взаимоотношений президента и парламента.
5. Составьте схему: "Структура президентской власти в России".
Литература:
1. Конституция Российской Федерации. Гл. 4. Президент Российской Федерации.
2. Сахаров Н.А. Институт президентства в современном мире. М., 1994.
3. Окуньков Л. Президент Российской Федерации. М., 1996.
4. Федеральный закон "О выборах Президента Российской Федерации". // Российская газета. 1995. 23 мая.
ГЛАВА XXX. БЮРОКРАТИЯ И БЮРОКРАТИЗМ
Бюрократия - сложное социальное явление Ее роль в демократической системе неоднозначна. Бюрократия несет в себе угрозу демократической политической структуре и тем политическим деятелям, которые руководят ею. В то же время, могущественная и независимая бюрократия, необходима для предотвращения политической коррупции и для сохранения самих демократических процедур. [с.510]
1. Сущность бюрократии и бюрократизма
Бюрократия (от франц. - канцелярия и греч. - власть), одна из форм осуществления властных функций в усложняющемся обществе, важный элемент механизма и социального регулирования в условиях экспансии публичной власти и роста численности управленческого аппарата. Феномен бюрократии был исследован в начале нашего века М. Вебером, в концепции которого эффективность бюрократии выступает ее сущностной характеристикой, а само это понятие приобретает позитивное значение. Идея Маркса о том, что бюрократия представляет интересы господствующего класса, не отражает всей полноты истины.
Понятие "бюрократизм" может рассматриваться с трех позиции:
а) как концентрация в своекорыстных целях реальных рычагов власти в руках работников специализированного аппарата;
б) как бюрократическая система аппаратного властвования и управления;
в) как стиль управления.
Опасность бюрократического сопротивления реформам заключается в широких возможностях бюрократии тормозить процесс демократических преобразований в любом обществе.
Очевидно, что ядро бюрократической системы ценностей образует карьера, с мыслью о которой сопоставляются все помыслы и ожидания, тесно связаны статус и престиж служащего. Другим важным элементом бюрократической системы ценностей выступает самоотождествление служащего с организацией, служение организации как средству достижения собственной выгоды. [с.510]
Бюрократизм - это общественное отношение, присущее сфере управления и складывающееся между управленческими структурами и массами населения. Изучение бюрократизма предполагает анализ: а) противоречий, возникающих при реализации функций управления; 6) управления как процесса труда; в) интересов социальных групп, участвующих в бюрократических отношениях.
Из массы противоречий, существующих в управлении, необходимо выделить главное: это - противоречие между объективно общественным характером управления (ибо в этот процесс включены, прямо зависят от результатов практически все члены общества) и субъективно-замкнутым способом его осуществления (так как в итоге управление, призванное отражать волю общества, осуществляется достаточно локальной социальной группой профессионалов-управленцев).
Негативное содержание бюрократических отношений формирует прежде всего многочисленная группа противоречий, возникающих между различными объединениями, подразделениями и индивидами, составляющими аппарат управления.
Бюрократическая иерархия порождает губительные для управления противоречия между желаемым и действительным в оценке объективной реальности, а следовательно, и между словом и делом, что в свою очередь является одной из важнейших характеристик бюрократизма в системе общественных отношений.
В свою очередь, в процессе разделения и усложнения управленческого труда возникает противоречие между целостностью, взаимообязанностью, взаимозависимостью явлений объективной реальности, подлежащих управлению, и необходимостью расчленения, дробления процесса управления на множество отдельных направлений.
Как в двигателе внутреннего сгорания есть потери мощности на трение, нагревание, износ поверхностей, так и в аппарате управления существуют потери эффективности из-за несогласованности, раздробленности его элементов. Отдельные чиновники - "винтики" огромной машины управления объективно не в состоянии осознать цели, задачи и масштабы целого. В этих условиях система может функционировать лишь на основе подробных инструкций, определяющих компетенцию того или иного чиновника. Система [с.511] инструкций изначально предполагает ограниченность действий чиновника определенными рамками. Отсюда важнейшим проявлением противоречий управления выступает бюрократический консерватизм (1).
Поскольку инструкции создаются на базе прецедента, документы, отражающие прошлый человеческий опыт, становятся для бюрократов единственной универсальной мерой, под которую подгоняются текущие дела. Поэтому, даже ясная, как день, действительность, кажется чиновнику иллюзорной по сравнению с действительностью, засвидетельствованной в актах.
Производными обозначенных выше противоречий являются такие характеризующие бюрократизм черты, как некомпетентность и бумажный фетишизм.
Одной из существенных черт бюрократизма является стремление к монополии власти и управления.
Не секрет, что решения различных звеньев управления отражаются в первую очередь на положении членов общества, которые их реализуют. Негативные социальные последствия неэффективных управленческих решений компенсируются также за счет масс, что встречает их естественное противодействие. Отсюда исконное стремление чиновничества не допустить реальных социальных оценок управления и вмешательства в эту сферу широких масс, так как это может привести к разрушению самой системы.
Обозначенные выше противоречивость, внутренняя нестабильность процесса управления вообще, являются, по мере развития, нарастания того или иного противоречия источником повышенной конфликтности социального управления, его бюрократизации.
Дальнейший продуктивный анализ бюрократических отношений в сфере управления предполагает рассмотрение труда чиновника - управленца.
Результатом труда конкретного субъекта управления выступает управленческое решение, которое и является произведенным товаром (причем, одним из самых ценных). Поскольку бюрократизм отрицательно влияет на отношения общества и институтов социального управления, естественной тенденцией общественной жизни становится невостребованность обществом бюрократического управления, которое может быть ему только навязано. [с.512]
Значит ли это, что бюрократическое управление представляет собой труд, не производящий товара. Может ли такое быть? Может, если, во-первых, в обществе отсутствуют рынок и товарные отношения, во-вторых, конкретный труд не создает потребительскую стоимость в виде эффективного управленческого решения Но если управление неэффективно, то оно и не целесообразно, ибо не может удовлетворить ни личных, ни общественных потребностей. Значит, это не труд, а нечто прямо противоположное, т.е. результаты этого действия в лучшем случае бесполезны, а чаще всего вредны. Так вырисовывается одна из важнейших характеристик бюрократизма как общественного отношения - его паразитическая сущность.
Условия, предпосылки, возможности такого паразитирования с точки зрения управления как процесса труда кроются в его двойственном характере.
Полезность субъекта управления для общества определяется по результатам его конкретного труда, а вознаграждается он обществом в соответствии с различными характеристиками абстрактного труда. Это результат углубления процесса разделения труда, усложнения социальных структур общества, управления. Итоги социального управления проявляются спустя какое-то время, деперсонифицируются, не поддаются прямой общественной оценке. Бюрократия стремится организовать условия для опосредованной оценки своего труда, что в свою очередь является одним из источников управленческого формализма.
Невозможно понять суть бюрократических отношений без анализа интересов социальных групп, которые в них втянуты. Это весьма важно, так как сейчас (не без участия самой бюрократии) все чаще и чаще высказывается мысль об изначально субъективном характере бюрократических отношений и, следовательно, о том, что бюрократизм устраняется простой перестановкой кадров аппарата управления. Такая однобокая трактовка бюрократизма служит в конечном итоге защитой командно-административной системы управления, списывая ее негативные результаты на "субъективизм" и "некомпетентность" очередной "личности" или "старого аппарата".
В связи с этим необходимо хотя бы в общих чертах рассмотреть диалектику интересов непосредственных [с.513] участников управленческого процесса В сущности, социальные интересы людей достаточно однородны Их в какой-то мере можно назвать общечеловеческими Это прежде всего необходимость стабильности общества, его внутренней и внешней защищенности, возможность осуществления своих конституционных прав, доступность образования и достижений духовной культуры и многое другое К реализации этих интересов стремится подавляющее большинство членов общества вне зависимости от социального статуса Различия появляются в тот момент, когда ставится вопрос о возможности реализации интересов Именно тогда происходит формирование широкой гаммы социальных групп и слоев, определяющих многообразие человеческих общностей Сочетание самих интересов со способами их реализации и делает интересы социальных групп специфическими
В идеале материальные блага в обществе должны распределяться в соответствии с количеством и качеством трудового вклада личности в общественное производство. На практике же рядом с этим механизмом объективно существует социальный механизм перераспределения материальных благ - т.е. распределение, не скорректированное участием личности в процессе общественного производства. Механизм перераспределения определяется в основном системой государственно-политического устройства общества. На наш взгляд, существуют два основных вида перераспределения материальных благ в обществе общественно-необходимое и принудительное
Паразитический характер бюрократических отношений не оставляет сомнений в том, что интересы бюрократии удовлетворяются прежде всего в форме принудительного перераспределения материальных благ Здесь можно выделить два направления во-первых, присвоение чиновником авансированного обществом вознаграждения и, во-вторых, создание условий присвоения чиновничеством результатов чужого труда, используя особенности управленческой деятельности
Идеал чиновничьего регулирования состоит в том, чтобы самим издавать нормативные акты, принуждать общество к их исполнению, не допуская над собой какого-либо контроля. Таким образом, основной политический интерес [с.514] бюрократии заключается в реализации и защите монопольного отправления ею властных функций в обществе.
Любая система управления в той или иной степени несет в себе элементы бюрократических отношений Общие интересы бюрократов толкают их друг к другу, понуждая к сотрудничеству. В результате возникает бюрократическая система управления. В условиях, когда бюрократическим отношениям угрожает опасность, осознанный корпоративный интерес бюрократии принимает форму защиты бюрократической системы управления (например, методами активного и пассивного саботажа, прямого сопротивления, которые достаточно четко прослеживаются исторически, хотя бы на примерах Парижской коммуны, ряда стран Восточной Европы, Латинской Америки, нашей страны).
До тех пор, пока существует государственная власть, будет существовать и бюрократизм. В этом нет ничего катастрофического, гак как в конечном счете фактором, определяющим жизнеспособность управленческой системы, является степень ее бюрократизации, а это величина непостоянная Исторический опыт развития государственно-политических систем показывает, что общество тяготеет к динамичным, подвижным формам управления не только противостоящим, но и сосуществующим с бюрократическим консерватизмом.
В то же время история знает и многочисленные примеры, когда в силу обстоятельств, чаша весов склоняется в сторону тотального обюрокрачивания управленческого аппарата Подобные структуры управления нежизнеспособны, они коллапсируют, в них форма начинает главенствовать над содержанием деятельности, правила и задачи функционирования подчиняются целям их сохранения и укрепления. Начинает действовать "закон Паркинсона", при котором любая контора, насчитывающая тысячу служащих, может быть административно самодостаточной. Этот специальный термин обозначает управление, которому не требуются ни объекты управления, ни другие ведомства для переписки, ни какие-либо внешние контакты Такая контора способна существовать за счет производимых ею служебных б) маг - начальники отделов полностью заняты тем, что читают отчеты, которые составляют друг для друга Ее штаты имеют тенденцию разбухать вне зависимости от количества работы, или [с.515] даже при полном отсутствии таковой. До тех пор, пока статус руководителя будет измеряться количеством его подчиненных, главная контора будет продолжать расти и разветвляться. Хотя данное высказывание иронично, фантастичность подобной ситуации только кажущаяся, примеров в окружающей действительности сколько угодно.
Однако почему общество мирится с бюрократизмом и терпит его до последней возможности?
Самый общий ответ на этот вопрос состоит в следующем: бюрократия в сознании миллионов людей отождествляется с "сильной властью", которая воплощает в себе порядок и централизм, противопоставляющий организованность центробежным силам и анархии. Никто не хочет бессильной власти. Это и есть в самом общем виде источник влияния бюрократа как носителя власти (3). Кроме того, общество более или менее сознательно культивирует в механизме управления свою консервативную функцию. Кроме того, общество более или менее сознательно, культивирует в механизме управления консервативную функцию. Важно, чтобы государственное управление не реагировало на те, или иные социально-экономические процессы слишком резко. К примеру, если незначительное отклонение вправо находящейся в полете ракеты исправляют резким отклонением влево, то ракета не только не попадает в цель, но и вообще начнет кувыркаться. Следовательно нужен некий демпфер, отлаженный так, чтобы не было возможности слишком круто повернуть руль, но оставалось достаточно свободы для маневра. Бюрократия и призвана выполнять такую демпфирующую, консервативную функцию. Для сохранения статус-кво она вводит в действие соответствующие нормы, контролирует их выполнение, применяя и принуждение, во всех нововведениях бюрократ как носитель сохраняющих функций склонен видеть опасность существующему порядку.
Длительный опыт борьбы с бюрократизмом, накопленный в нашей стране, показывает, что имели место многочисленные попытки улучшить бюрократизированное управление вместо того, чтобы его дебюрократизировать. Это самый простой, но малопродуктивный путь, ибо объявив несколько миллионов чиновников бюрократами и, воздействуя на них различными средствами, общество вряд ли покончит с бюрократизмом. Гораздо сложнее выработать политику, направленную на формирование [с.516] новых отношений между сферой управления и широкими массами трудящихся. В самом обобщенном виде система мер дебюрократизации включает восстановление и развитие основных функций саморегулирования общества. Это:
• оптимально сбалансированное разгосударствление собственности, ее подлинное обобществление, а следовательно, и возвращение значительной части властных функций трудящимся;
• внедрение рыночных регуляторов управления, что позволит начать поиск сочетания стихийного и сознательного в механизме управления, сообщение этой сфере устойчивых потенций саморегулирования;
• демократизация всех сторон жизни общества; свободное волеизъявление социальных слоев и групп, возможность их участия в формировании концепции управления.
Реализация этих дебюрократических мер не исключает и ряд специфических антибюрократических акций, при осуществлении которых нельзя, однако, допускать переноса центра тяжести борьбы с причин на следствие. Главным, первичным в борьбе с бюрократией является применение совокупности мер для постепенного уменьшения размаха бюрократических отношений, и вторичным - давление на бюрократа. И здесь необходим комплексный подход. Выделяя главное звено, нельзя забывать, что мероприятия антибюрократического характера должны вестись одновременно во всех сферах жизни общества, не оставляя "заповедников" бюрократизма, плацдармов для его возрождения.
Таким образом, выявленные в ходе анализа наиболее характерные черты бюрократизма, позволяют определить его как антидемократическое, паразитическое, по сути, общественное отношение, воспроизводящееся в сфере управления на основе монополии на осуществление отчужденных от масс властных функций. [с.517]
2. Бюрократия как социальная группа
Пожалуй, наиболее сложной проблемой практической борьбы с бюрократизмом является выделение собственно бюрократа из массы чиновников-управленцев. [с.517]
Обвинение в бюрократизме требует веских доказательств. Это особенно важно в условиях реформирования всех сфер общественной жизни нашей страны, когда исчезают старые и возникают новые структуры управления.
Исходным пунктом в рассуждениях о "лике бюрократа" должно, по-видимому, стать положение о том, что бюрократ не существует в чистом виде, в своей "абсолютной субстанции" Любой управленец сочетает в себе (конечно, в различных пропорциях) две функции: рациональную функцию управления и бюрократическую функцию антиуправления.
Положение о двойственном характере бюрократии весьма важно - и как необходимое условие дальнейшего анализа, и с точки зрения социальной справедливости, ибо, как пишет американский политолог М Паренти, -"бюрократия - плохо ли, хорошо ли выполняет важнейшие и сложные задачи, которые невозможно осуществить без административной компетентности, являющейся основным критерием для современной организации. Высадка людей на Луну стала подвигом не только науки, но также и бюрократии" (5).
Представляется, что самый надежный признак бюрократа - это низкий уровень общественной эффективности его деятельности. По мере замещения общественного интереса корпоративным, эффективность труда чиновника падает, им производится все меньше потребительских стоимостей в виде необходимых для общества управленческих решений. В то же время, бюрократия стремится полностью подчинить себе вопросы распоряжения средствами производства, так как это главное условие реализации властной функции в обществе. Однако, отчуждая эту функцию от трудящихся, чиновничество в силу иррациональности мира, в котором оно живет, не может стать истинным хозяином средств производства. Возникает бесхозяйственность, эффективность общественного производства падает. Это верный признак бюрократических извращений в управлении
Отрывая функции распоряжения собственностью от реальностей ее существования, от экономической жизни, бюрократия делает хозяйственный процесс практически неуправляемым. Это провоцирует появление и развитие параллельных, компенсирующих механизмов хозяйственного [с.518] управления, чаще всего неподконтрольных бюрократии, постепенно занимающих ее политическую нишу в обществе. Обычно это удается сделать теневой экономике, наибольшая активность которой в борьбе за средства производства сопутствует, как правило, кризису бюрократической системы
Управленческие структуры связаны ответственностью различных своих звеньев по отношению друг к другу, это ответственность бюрократическая - ответственность бюрократов друг перед другом. Управление в интересах общества подразумевает ответственность чиновника перед обществом. Бюрократическое же управление, как показывает опыт, характеризуется безответственностью по отношению к обществу.
Как правило, развитые бюрократические институты управления формируют изощренные механизмы безответственности. Здесь и распыление полномочий, бесчисленные визирования, согласования как прямой результат превращения любого работника, даже самого высокого ранга, в послушного подчиненного. В этих условиях интересы чиновника все меньше и меньше зависят от общественной оценки и ответственности, а в обществе широкое распространение получают безответственность, формализм, администрирование, "непогрешимость" бюрократа Потенции такого управления ориентируются прежде всего на внутренние закономерности функционирования аппарата, далекие от реальной жизни. Бюрократия считает самое себя конечной целью.
Как результат внутренней замкнутости процессов управления, обособленности бюрократа и структур управления, в общественной жизни утверждается ведомственность, местничество, личный протекционизм, взятка.
Конкретизируя сказанное выше, по-видимому, можно выделить "вынужденный" (иногда его называют патерналистский) и "сознательный" бюрократизм.
Вынужденный бюрократизм формируется помимо воли конкретного работника-управленца, когда имеются концептуальные изъяны в самой системе управления. Являясь частью такой системы, управленец, искренне желая принести пользу, не может этого сделать, даже будучи высококвалифицированным специалистом. Подобное положение определяет трагичность ситуации для [с.519] значительной части работников сферы управления в нашей стране. Осознанный бюрократизм возникает на основе специфических интересов чиновничества. Его носители знают, что делают и составляют на сегодняшний день грозную, хорошо организованную силу. Это и есть собственно бюрократия, деятельность которой во все времена и у всех народов оказывала разрушительное воздействие на общество.
Вырисовывается следующий обобщенный социально-политический портрет бюрократа. Бюрократ специализируется на управлении, сосредоточивая в своих руках рычаги управления и принуждения, стремится к господству государственной формы управления, с которой себя отождествляет; подменяет общественно необходимое управление бюрократическим формализмом; занимает привилегированное положение в обществе, обособляется от масс, стоит над ними; реализует корпоративные интересы, не совпадающие с общественными и за счет общественных; стремится к монополизации функций распоряжения общественной собственностью и властных функций; организует условия собственной бесконтрольности со стороны общества; "генерирует" такие антиобщественные явления, как карьеризм, волюнтаризм, местничество, бумажный фетишизм, личный протекционизм, волокиту и др., чем резко снижает эффективность управления в целом.
Таким образом, бюрократия - это особый замкнутый слой лиц, противопоставляющий себя обществу, занимающий в нем привилегированное положение, специализирующийся на управлении и монополизирующий с целью реализации своих корпоративных интересов властные функции в обществе.
Дебюрократизация общества - трудный, порой мучительный процесс. Демонтаж экономических, политических и социальных основ бюрократической системы раскрепощает людей для творчества, производительного труда. В этом процессе не должно быть места конфронтации и антагонизмам. Не противопоставление интересов управляемых и управляющих, а кропотливая работа по их сближению, имея целью последовательное раскрытие возможностей демократического общества, создание достойного уровня жизни. [с.520]
Глава XXX.
Основные понятия: бюрократия, бюрократизм, бюрократические отношения, система управления, функции управления, противоречия системы управления, управленческое решение, чиновник, субъект управления.
Вопросы для размышления и самоконтроля, учебные задания:
1. Что такое "бюрократия"? Необходима ли она обществу? Можно ли от нее избавиться?
2. Почему бюрократия связана с системой управления? Что такое "бюрократизм", "бюрократические отношения"?
3. Прочитав главу XII учебника, составьте таблицу или схему "противоречия, присущие сфере управления: типы и виды".
4. В чем особенности российской бюрократии как социальной группы?
5. Приведите примеры из собственной практики общения с чиновниками, сложившиеся при этом впечатления. Какой обобщенный социально-политический портрет бюрократа у Вас сложился?
6. Какие меры, на Ваш взгляд, могли бы ограничить бюрократизм?
Литература:
1. Два измерения политики. Субъективное и объективное. // Политология на российском фоне. М., 1992.
2. Паркинсон С.Н. Законы Паркинсона. М., 1989.
3. Бурлацкий Ф.М. Вожди и советники. М., 1992.
4. Кермон Ж.-Л. Политизация государственной администрации или бюрократизация политики? // Зарубежная политическая наука. М., 1990. Вып. III.
5. Паренти М. Демократия. М., 1990. [с.521]
ГЛАВА XXXI. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНСТИТУТЫ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ СТАБИЛЬНОСТЬ
Обеспечение политической стабильности является важнейшей функцией политических институтов. В этих целях используются различные политические механизмы. Одним из них явилось, например, подписание "Договора об общественном согласии" (1993 г) Причина необходимости новой Конституции РФ (декабрь 1993 г) состояла и в том, чтобы обеспечить внутреннее спокойствие в стране Проблема "стабильность-нестабильность" была, есть и будет. Она вечна. Сегодня ученые-политологи заняты разработкой современной концепции стабильности Основные аспекты этой проблемы ниже и будут рассмотрены. [c.522]
1. Определение и объяснение политической стабильности
Термин "стабильность" (от лат. stabilis - устойчивый, постоянный) означает упрочение, приведение в постоянное устойчивое состояние или поддержание этого состояния, например, обеспечение постоянства каких-либо процессов Известно, что любую систему можно представить как структуру, т.е. ряд единиц или компонентов со стабильными свойствами (которые, конечно, могут быть и отношенческими) Однако система - это и события и процессы, в ходе которых "нечто происходит", изменяя некоторые свойства и отношения между единицами. Как показал Т.Парсонс, система стабильна или находится в относительном равновесии, если отношения между ее структурой и процессами, протекающими внутри нее, и между ней и окружением таково, что свойства и отношения, названные нами структурой, оказываются неизменными (1).
Вообще говоря, в динамических системах такое поддержание равновесия всегда зависит от постоянно меняющихся процессов, "нейтрализующих" как экзогенное (вызванные внешними причинами), так и эндогенные (вызываемые внутренними причинами) изменения, которые, если они зашли слишком далеко, могут привести к изменению структуры.
Применительно к политической системе слово "стабильность" означает ее устойчивое состояние, позволяющее [c.522] ей эффективно функционировать и развиваться в условиях внешних и внутренних изменений, сохраняя при этом свою структуру В соответствии с теорией стабильная политическая структура демонстрирует высокий уровень "поддержки" в отношении большей части общества, институтов управления обществом (режим) и в отношении тех, кто находится у власти
Для стабильного государства характерны а) разделяемое чувство принадлежности к нации; б) преемственность форм управления; в) постепенная и упорядоченная смена правящих элит; г) наличие системы сдержек и противовесов для баланса властных структур, д) функционирование многопартийности, в рамках которой эффективно действует оппозиция; е) наличие многочисленного среднего класса. В России из перечисленных факторов устойчивости допустимо говорить (в 1996 г) лишь о наличии оппозиции, что при отсутствии остальных факторов явно недостаточно для достижения стабильности
Все факторы политической стабильности аналитически разделимы. В то же время они взаимосвязаны в том смысле, что нестабильность одного фактора, может привести к нестабильности других. Например, действия и борьба регионального меньшинства за отделение могут привести к падению поддержки режима или, наоборот, могут быть вызваны падением поддержки в пользу конституционной системы
Большинство ученых-политологов исходят из посылки, что стабильность более всего вероятна, если политические институты режима способны отзываться на пребывания его граждан (2). Эта отзывчивость рождает специфическую поддержку" режиму и его должностным лицам Чаще всего из всех требований граждан на первом месте стоят те, которые касаются их экономического благополучия. Волнения происходят тогда, когда народ считает, что его экономическое положение хуже, чем ему следует быть. В России многие люди испытывают острые экономические лишения, в то же время быстро растут надежды на улучшение Однако правительство не в силах проводить политику, откликающуюся на нужды народа В результате разочарование и возмущение неизбежны.
Практика показывает, что растущие надежды часто сопровождаются [c.523] высоким уровнем политического участия населения.
Ряд политологов считает, что широкое участие населения часто приводило к нестабильности из-за обострения группового конфликта и роста требований, завершавшихся крушением надежд, когда эти требования не удовлетворялись (3).
Кроме того, нестабильность может и дальше углубляться из-за отсутствия развитой политической культуры, способствующей цивилизованному участию в делах страны. Для поддержания стабильности рекомендуется ограничить политическое участие до тех пор, пока политические институты не станут достаточно сильными, чтобы самим поддерживать высокие уровни участия.
Однако в условиях быстрого перехода общества от одного состояния в другое, когда разрушаются кодексы поведения и возникает обстановка неповиновения закону, люди становятся более восприимчивыми к призывам харизматических лидеров присоединиться к массовым движениям, следствием чего и является нестабильность
Отметим, что вообще все стремительные перемены в экономической, социальной, культурной областях и резкая смена правящей элиты негативно воздействуют на политическую стабильность
Можно утверждать, что политические системы становятся нестабильными из-за глубокого раскола общества - экономического, этнического, регионального и идеологического, - когда политические институты просто не в состоянии перебросить мосты.
При сравнительном анализе устойчивости (стабильности) различных политических систем должны учитываться также факторы, как длительность существования тех или иных организаций или процедур, их авторитет в общественном сознании, т.е. степень их институционализации Но наиболее важное значение имеет учет количества и частоты имевших место государственных кризисов и переворотов, а также число и интенсивность беспорядков и иных движений, направленных против существующего руководства и режима.
Политическую нестабильность можно сглаживать при помощи политических институтов. [c.524]
2. Роль политических институтов в обеспечении политической стабильности
В предыдущих темах были рассмотрены сущность и функционирование парламентских и президентских форм правления, тоталитарных, авторитарных и демократических политических режимов, многопартийных, двухпартийных и однопартийных политических систем. В данном разделе, используя метод сравнительного политического анализа, предстоит выяснить связь между формой правления, режимами и политической стабильностью.
Многообразна роль законодательных учреждений в поддержании политической стабильности и препятствии ей. Известно, что законодатели подвергаются отбору через выборы, в которых участвует почти все взрослое население. Они надеются, что их избранники удовлетворят их требования Политические лидеры могут использовать свое положение в законодательных учреждениях с целью провоцирования народного недовольства режимом. Или другая ситуация Законодательные учреждения по своей природе работают медленно. В связи с этим они могут задерживать ответные меры государства на требования, инициаторами которых отчасти были сами в период выборов
Если законодатели независимы от исполнительной власти (как это имеет место при президентской системе), процессу выработки политических решений свойственны институциональный конфликт и управленческая малоподвижность, которые создают трудности для государства оперативно реагировать на острые проблемы, стоящие перед обществом. Если парламентские системы как таковые имеют возможность выходить из тупиковых ситуаций, то даже эта возможность может оказаться нереализованной по причине фракционной раздробленности многопартийных систем, которым свойственна нестабильность кабинета. В свете этой перспективы сильное и эффективное управление требует ограничения полномочий законодателей и усиления исполнительной ветви власти.
Третья ситуация. Поскольку законодатели связывают периферию страны с центром, они действуют в качестве проводников требований и жалоб народа и тем самым способствуют "отзывчивости" режима. Так, путем принятия законодательных мер они могут погасить недовольство, которое возникает у населения их избирательных округов в результате [c.525] действий центрального правительства. Представительство в законодательных учреждениях является своеобразной трибуной, где региональные, этнические и партийные меньшинства могут выражать свои мнения и тревоги Даже если политики не столь быстро реагируют на их требования, подобное представительство может способствовать тому, чтобы политические меньшинства видели в режиме законную власть Это в свою очередь может создать условия для распыленной поддержки режиму даже при отсутствии политических мер, которые повышают уровень специфической поддержки.
Законодательные учреждения могут быть инструментом, заставляющим правящую элиту быть подответственной населению, что в свою очередь должно понизить вероятность использований элитой репрессивной тактики для подавления массового недовольства. Неподотчетность элиты и наличие репрессий прочно ассоциируются с политической нестабильностью.
Некоторые западные политологи ссылаясь как на прототип на британскую политическую систему, утверждают, что парламентская модель ассоциируется с политической стабильностью, особенно тогда, когда это происходит в контексте сильной партийной политической системы, способной создавать надежное законодательное большинство для конкретного правительства. (4) В то же время в странах с многопартийной политической системой и нестабильным законодательным большинством парламентская система может порождать частые изменения как в составе правительства, так и в политике. Современная политическая система в Италии, а также Третья и Четвертая республики во Франции зачастую приводятся в качестве примеров подобной нестабильности парламентской системы
Следует отметить, что различия в деятельности парламентских институтов Англии и Франции, принадлежащих к политическим системам одного и того же исторического типа, связаны не только с особенностями социально-экономического развития этих стран, с идеологическими нюансами в их подходах к решению актуальных внутренних и внешнеполитических проблем, с различными формами групп давления в политике, но и с историческими условиями их развития. [c.526]
Так, например, особенности относительно стабильного функционирования политической системы Англии, коренятся в ее социальной и конституционной истории.
Как известно, в результате "Компромиссов" 1689 и 1701 гг. и принятия "Билля о правах" власть короля была существенно ограничена в пользу парламента, а монарх мог править только через посредника, каковым с начала XVIII в. стал премьер-министр. Бурное развитие английской промышленности и усиление классовой борьбы вызвали к жизни ряд политических реформ, целью которых было приспособление политического механизма к сдвигам, происходившим в экономической и социальной структуре английского общества. В результате парламентских актов 1832, 1867, 1884, 1918 и 1928 г.г. избирательное право было предоставлено средней и мелкой буржуазии, рабочему классу, женщинам - всего 97% населения Англии в возрасте старше 20 лет Осуществленные в результате упорной борьбы трудящихся за свои права политические реформы юридически закрепили участие рабочего класса - в лице профсоюзов и опирающейся на них лейбористской партии - в политической жизни Англии в качестве влиятельной политической силы Они способствовали образованию относительно стабильной двухпартийной системы с ее современной организационной структурой и преобладанию палаты общин над палатой лордов
В политической системе Франции есть своя специфика. В ней более резко выражены политические противоречия между противоборствующими политическими и религиозными интересами, концепциями власти и управления. Идея и институты "административного государства", унаследованные от монархического "старого порядка", сохранили свою жизнеспособность и после свержения монархии Великой французской революцией. Унаследованная и использованная республикой система "административного государства" была усовершенствована Наполеоном, укрепившим институт центральной администрации - элитарный разряд людей, специально подготовленных для управления государством. Эта система ассоциировалась с правлением одной личности и олицетворяла силы, связанные со "старым порядком" Она вступила в конфликт с политическими интересами французской буржуазии, выраженными в идее народного суверенитета, [c.527] равенства и индивидуализма. Политические противоречия обострились в результате развития французского капитализма, утраты буржуазией ее революционного характера и усиления классовой борьбы между ней и вышедшим на политическую сцену Франции в XIX в. пролетариатом. Политические институты, неоднократно подвергались серьезным ударам со стороны прибегавших к гражданскому неповиновению трудящихся Франции (1830, 1848, 1871 гг.). С другой стороны, церковь, аристократия и очень часто армия и чиновничество продолжали защищать идею реставрации монархии или бонапартизма (бонапартистский переворот 1852 г.). Политическая борьба усилилась в результате конфликта между католической церковью и Третьей республикой. После падения Парижской Коммуны рабочие создали свои профессиональные организации, постоянно выступавшие против буржуазии.
После первой мировой войны противоборство политических сил приняло еще более острые формы. Это выразилось в следующем. Церковь требовала у республиканского правительства субсидий для католических школ, рабочие боролись за осуществление социальных реформ и многие из них примкнули к Коммунистической партии Франции, фермеры требовали субсидий и введения покровительственных пошлин, сторонники "административной" традиции желали урезать права Национального собрания, а многие консерваторы и правые профашистские элементы требовали установления режима личной власти. Это политические разногласия еще более ослабили государство. Другими словами, политические институты слабо реагировали на требования граждан, в результате они не получили с их стороны поддержки и государство оказалось неспособным объединить нацию перед лицом гитлеровского вторжения 1940 г.
Ситуация мало изменилась и после окончания второй мировой войны Четвертая и Пятая республики столкнулись с теми же политическими проблемами.
Серьезный раскол произошел между защитниками "сильного" государства и сторонниками буржуазно-республиканского правления. Первые, не отвергая республики, стали выступать за усиление исполнительной власти в лице президента или премьер-министра, а вторые [c.528] остались сторонниками верховенства законодательной власти над исполнительной. Историческое прошлое Франции объясняет и многопартийность ее политической системы. Причем противоборство политических сил во Франции олицетворяет собой существующие религиозные, и политические противоречия не только между политическими партиями, но и внутри них.
Справедливости ради следует отметить, что Французская Четвертая республика, по мнению многих, является примером режима, установившего большую политическую стабильность путем учреждения сильного, независимого Президента, недосягаемого для меняющегося законодательного большинства.
Сегодня многие аналитики ссылаясь и на успех американского опыта, в качестве лекарства от парламентской нестабильности предлагают именно президентство. В то же время следует учитывать тот факт, что парламентские модели хотя и могут быть неустойчивыми при слабых и разобщенных партийных структурах, как это часто имеет место вне западных стран, однако президентские системы обычно оказывались менее стабильными, если сравнивать две конституционные модели. В чем же причины. Их несколько. Президентство: а) ограничивает выбор имеющихся возможностей для решения проблем, создает безвыходные ситуации; б) не поощряет укрепление партийной организации и дисциплины; в) идет на риск, который провоцирует тупики, если парламент попадает в руки оппозиционной партии или партий; г) ограничивает гибкость правительств в реагировании на кризисы путем перемен в составе правительств и изменения политики.
Однако, в чем же заключается секрет стабильности американской политической системы? Исследователи концентрируют свое внимание на характере американского народа, на действие культурных, социальных и экономических факторов (4). В то же время такой подход будет неполным, если не учитывать влияния конституционной структуры и особенно уникальной комбинации - сильный Конгресс и сильный Президент - на стабильность политической системы США. Вклад американских политических институтов в стабильность огромен. [c.529]
Творцы Конституции США постоянно думали о политической стабильности. "Стабильность в управлении, -писал Дж Мэдисон, - является главным в национальном характере" Поэтому они остановили свой выбор на сбалансированной власти, когда законодателей сдерживают сильные исполнительные ведомства Говоря о законодательных учреждениях, "отцы-основатели" имели в виду всенародно избираемую Палату представителей. Двухпалатность Конгресса они считали еще одним средством против политической нестабильности. Поэтому они пред усмотрели косвенно избираемый Сенат, который разделял бы одинаковые законодательные полномочия с Палатой представителей, члены которой переизбираются каждые два года, а сенаторы - каждые шесть лет. Подобное устройство, заявлял Мэдисон, сохранит преемственность в связи с частым появлением новых членов. В результате "отцы-основатели" укрепили политические институты путем создания сильного национального правительства, наделенного широкими полномочиями особенно в таких важных сферах, как 1) налогообложение, 2) коммерция, 3) оборона и 4) внешняя политика. Чтобы обеспечить стабильность и предотвратить злоупотребление властью, они запретили Палате представителей предпринимать какие-либо действия без согласия Сената и Президента. Наконец, они ослабили давление народа на эти институты путем организации такого процесса избрания сенаторов, который отдалил их по крайней мере на один шаг от голосующей публики (непрямые выборы законодателями штатов), а также процесса избрания Президента (коллегия выборщиков), к которому народ имел бы наименьшее касательство.
Двести лет спустя политические институты стали решительнее, прочнее и легитимнее. Это также в немалой степени способствует укреплению стабильности. Не исключено, что стабильность президентской системы США обусловлена уникальной законодательной структурой, составляющей сердцевину этой системы. Некоторые специфические качества Конгресса позволяют американской политической системе избегать нестабильности, которая присуща другим президентским системам. Более того, Конгресс может содействовать укреплению политической стабильности посредством сдерживания сил, требующих [c.530] изменений, путем поощрения политической отзывчивости" и расширения подотчетности исполнительной ветви власти, да и сам Конгресс может проявлять "отзывчивость" хотя бы чисто символически.
Устойчивая стабильность президентской системы США вопреки частым тупиковым ситуациям является продуктом политической среды, характеризующейся, как и во времена после ратификации Конституции, слабым политическим участием и умеренными политическими требованиями
Что же характерно для российской политической действительности с точки зрения рассматриваемой проблемы.
Политическая стабильность прежде всего означает снижение социальной напряженности в обществе и достижение на основе компромисса интересов разных социальных групп национального согласия по вопросам выбора пути дальнейшего развития России и, в частности, по реформированию экономики и политической системы.
Политическая нестабильность и некоторая дезорганизация общества первой половины 90-х годов - результат прежде всего радикальной политики правительства, ориентированной на внедрение рыночной экономики как единственного фактора, способного преобразовать всю совокупность сложных общественных отношений. В действительности же они поддаются целенаправленному видоизменению лишь в результате использования организационно-управленческих, научно-технических, финансово-экономических, духовно-нравственных мер. При этом государство не может уклониться от выполнения регулятивной функции не только в сфере экономики, но и всей системы общественных отношений.
Установление политической стабильности и социального порядка требует реализации системы первоочередных мер, которые создали бы массовую поддержку реформам. Кризис российского общества во многом обусловлен тем, что необольшевистские методы реформирования деформировали прежнюю недостаточно эффективную, но все же дееспособную, обеспечивавшую определенное национальное согласие, социальную структуру, а взамен формируют, вопреки ожиданиям, малоэффективную, отягощенную криминальной патологией социальную структуру антагонистического характера. Такая деструктивная, по [с.531] своей природе, система отношений в обществе в принципе не может обеспечить ни политическую стабильность, ни социальный порядок, ни национальное согласие. В результате вся энергия реформ направлена не на качественную трансформацию собственности, а на перераспределение общенародных средств производства и материальных благ в пользу, прежде всего, дельцов теневой экономики и управленческо-бюрократической номенклатуры. Создана криминогенно больная модель социальной структуры, готовая сегодня уничтожить породившие ее реформы (5).
Стабилизировать российское общество можно лишь при условии реализации комплекса политических, законодательных и административных шагов, имеющих в основе осмысленную систему целеполагания и практических действий. Социально-политическим императивом стратегической политики реформирования является максимальный учет интересов всех социальных слоев и групп населения, создание ядра солидарности вокруг идей реформ в обществе. На практике должна быть реализована идея гражданского, социального и национального согласия.
Российские реформаторы лишь тогда получат поддержку своих граждан, когда цели и методы проводимых реформ укореняется в менталитете общества. А это возможно только при условии, что они не противоречат фундаментальным традициям российской цивилизации, отличной от западноевропейской с ее культом этики индивидуализма, и от азиатской с доминированием в ней этики кастовости. Исторически основой трудовой этики российского общества было и остается сочетание государственного патернализма и свободы личности, частного, группового и общественного интересов.
В заключение темы отметим, что модель, связывающая политическую стабильность с политическими институтами не является сложной Политической стабильности грозит опасность когда недовольство граждан направляется против политических институтов и официальных лиц страны. Сильные и эффективные политические институты могут уладить недовольство прежде, чем это перерастет в политическую нестабильность. Слабые политические институты менее способны справляться с недовольством, результат чего - нестабильность. Законодательные [с.532] учреждения могут увеличить поток требований и поэтому обострить конфликт; и в том случае, когда законодатели независимы, как это имеет место в президентских системах, законодательный обструкционизм может завести в тупик и снизить вероятность эффективных действий правительства. Однако законодатели могут способствовать стабильности, сдерживая правящую элиту в достижении целей с помощью репрессивных средств. Индивидуальная деятельность законодателей, представляющих интересы своих избирателей, может содействовать повышению авторитета режима, поощряя или инициируя "отзывчивость" на требования или создавая впечатление у граждан, что их требования услышаны, и что принимаются меры к их реализации. [с.533]
Глава XXXI.
Основные понятия: стабильность, нестабильность, устойчивость, политическая стабильность, факторы стабильности, политический порядок, сохранение политической стабильности.
Вопросы для размышления, самопроверки, учебные задания:
1. Дайте определение стабильности.
2. Объясните суть политической стабильности.
3. Раскройте модель связывающую политические институты и политическую стабильность. Законодатели и стабильность.
4. Конституция страны и политическая стабильность.
5. В чем суть стратегии стабильности и консолидации.
6. Назовите основные факторы политической нестабильности и раскройте их.
Литература:
1. Американская социологическая мысль: тексты. М., 1994. С. 464
2. Разделенная демократия. Пер с англ М., 1994. С. 31; Постникова Л. Политическая стабильность. // Политолог: взгляды на современность. - Вып. 9. - М., 1996.
3. Анохин М.Г. Политическая стабильность: динамика, адаптация. // Анохин М.Г. Политические системы. - М., 1996.
4. Мези М. Конгресс в системе президентской власти США. // Разделенная демократия. Пер. с англ. М., 1994. С. 20.
5. Реформирование России: мифы и реальность. (1989-1994). Авторы-составители: Г.В.Осипов, В.Н.Иванов н др. - М., 1994 С. 227; Социальная и политическая стабильность. Авторский колл.: Иванов В.Н., Анохин М.Г. и др. М., 1994. [c.533]
РАЗДЕЛ ШЕСТОЙ. СУБЪЕКТЫ ПОЛИТИЧЕСКИХ ДЕЙСТВИЙ
ГЛАВА XXXII. СУБЪЕКТИВНЫЕ ОСНОВЫ И СУБЪЕКТЫ ПОЛИТИКИ
1. Субъективное и объективное в политике
Среди понятий, используемых для познания политической жизни, особая роль принадлежит "субъективному" и "объективному", "субъектам" и "объектам". Субъективное выражает активное, деятельное начало субъекта. Это понятие порождено латинским subectus, означавшим то, что находится в основе, является носителем предметно-практической деятельности. Субъект осмысливается как человек, обладающий способностью к деятельности и активно действующий. В словаре русского языка Ожегова можно прочитать следующее: "Субъект в философии познающий и действующий человек, существо противостоящее внешнему миру как объекту познания или же человек как носитель каких-либо свойств".
В философском энциклопедическом словаре уже говорится о том, что субъектом может быть и социальная общность.
Субъект может влиять на объект, но в пределах, ограниченных объективными законами. Эту мысль еще раз подчеркивает в одной из последних книг А.Зиновьев, обращая внимание на то, что в идеологии "западнизма", анализу которой подчинено его исследование, существует убеждение, будто в общественной жизни объективных законов аналогичных законам природы нет. Такое утверждение ученый называет ложным. "Социальные [c.534] законы, - пишет А.Зиновьев, - суть то в жизни людей и человеческих сообществ, что при определенных условиях имеет место с необходимостью, причем независимо от того, осознают люди эти законы или нет. И с этой точки зрения социальные явления принципиально не отличаются от явлений природы" (1).
Политика относится к социальным явлениям. Следовательно и она подчиняется объективным законам. Отсюда следует, что субъективизм в политике есть действия, не учитывающие объективные закономерности, присущие тем или иным явлениям политической жизни. В большинстве случаев субъективизм проявляется как отсутствие в деятельности субъекта учета реальной обстановки или вследствие других, чаще всего личных причин.
Обратимся к сочетанию субъективного и объективного. В сознании людей могут существовать и существуют различные представления о субъективном и объективном, преувеличивающие либо одно, либо другое. Чаще всего тем, кто обладает значительной властью, кажется, что их субъективные возможности беспредельны и они действуют в соответствие с этой самоустановкой, получая часто не те результаты, к которым изначально стремились. Культ личности, который долгое время существовал в нашем обществе, тому яркое подтверждение. Конечно, не надо думать, что культ был свойствен и порожден только социализмом. Это явление глобальное, более того, - международное.
Итак, есть субъективные намерения людей и есть результаты осуществления этих намерений. Хорошо известны, ставшие крылатыми, слова одного из высоких руководителей нашего государства: "Хотели как лучше - получилось как всегда". Здесь есть две причины: либо хотели достичь цели, которую достичь невозможно, либо не сумели действовать так, как того требовала цель.
При анализе вопроса о субъективных и объективных факторах в политике, необходимо учитывать наличие субъективных и объективных политических интересов людей, как тех, кто управляет, так и тех, кем управляют, а также представления, которые люди имеют о своих интересах и интересах других.
В марксистской теории проблема субъективного и объективного определялась исходя из основного вопроса [c.535] философии, то есть из отношения сознания и бытия, суть которого состояла в том, что сознание порождается бытием, отражает бытие и может его изменять. Обосновывая зависимость сознания от бытия, марксизм в то же время отстаивал почти безграничные возможности сознательного изменения людьми общественной жизни при условии, если они будут действовать в соответствии с ее законами. Ясно, что при таком подходе резко возрастала роль субъектов политики и субъективных начал, хотя марксизм всегда критиковал субъективизм в политике, но только в аспекте отхода от закономерностей общественного развития. Отсюда проистекала вера в созидательную силу партийной и государственной политики, способной планомерно обеспечивать общественный прогресс. Эта вера порождала немало социальных утопий, весьма привлекательных для широких слоев населения.
По сути дела в марксистской трактовке решающую роль играл классовый субъективизм, поскольку все развитие общества сводилось к борьбе классов и к руководству обществом со стороны рабочего класса (2).
Известно, что либеральные концепции общественного развития ограничивают функции государства, ориентируясь на способность рынка регулировать экономику при минимальном воздействии политической власти в отличие, скажем, от концепций социальных и социалистических, которые, наоборот, отводят весьма значительную роль государству в регулировании общественных отношений и проведении эффективной социальной политики. Эта проблема сохраняет свою актуальность и политическое значение для наших дней и нашей практики.
Рассматривая вопрос о субъективном и объективном, нельзя обойти вниманием проблему социалистической революции и опыта построения социализма, который, порой, оценивается как дань субъективизму. Этот вопрос еще находится в процессе осмысления и об итогах говорить рано. Однако и то, что обнародовано и широко распространяется не может не вызывать возражений. Дело в том, что причины столь быстрого и неожиданного крушения социализма и очевидных неудач мгновенного перехода к рыночному капитализму образца XVIII века часто сводятся к деятельности людей, стоявших у власти, то есть к субъективному фактору. Подобные взгляды [c.536] широко распространены и сейчас по отношению к российской государственности. В умах многих россиян доминирует мысль о том, что реформы осуществлялись неумело и, что если во главе России будет стоять достойный и умный человек или группа достойных людей, реформы пойдут успешно и страна быстро встанет на путь прогрессивного развития.
С другой стороны, возможно также вследствие субъективизма идеологов социализма и его руководителей, это общество не смогло решить важнейшей гуманистической задачи: создать всесторонне развитую, целостную личность - субъекта общественных отношений. По сути дела личность оставалась средством, целью, тем, кем легче можно было командовать, но не субъектом своей социальной, в том числе и политической самореализации.
Конкретизируя, далее, проблему субъективного и объективного в политике, необходимо коснуться еще двух вопросов, с которыми в этой области приходится сталкиваться современной политологии: с политическим субъективизмом в политике. Как указывалось, субъективизм характеризует предвзятые действия, не учитывающие реальные обстоятельства, и потому приводящие не к разрешению возникающих в обществе противоречий, а к их обострению или углублению. В прошлом отчетливо выраженным политическим субъективизмом характеризовались многие решения, принимаемые по инициативе и под давлением Н.С.Хрущева, например, ликвидация министерств, объединение колхозов, отправка ракетного вооружения на Кубу (которое чуть было не вызвало ядерную войну). Крайним проявлением политического субъективизма была задача построения коммунизма в течение 20 лет, то есть к 80-ым годам.
Тем не менее, политический субъективизм начался не с Хрущева. И до него политика Коммунистической партии и Советского правительства, несмотря на неоднократные заявления о ее соответствии объективным законам общественного развития, во многом носила отпечаток политического субъективизма, выдвигала цели, не отвечавшие объективному ходу вещей.
Политический субъективизм было бы недостаточно сводить к ошибочным решениям и действиям. Во многих случаях это был настоящий произвол, порожденный [c.537] безграничной властью. Поэтому его иногда называют волюнтаризмом.
Политический субъективизм, как правило, является следствием недостаточности общей и политической культуры субъектов политики, непонимания ими или нежеланием понимать специфику политики как науки. Говоря о политическом субъективизме, нельзя не затронуть проблему объективизма, отражающую противоположную субъективизму тенденцию. В марксизме под объективизмом понимался отказ от социально-критических оценок, суждений о ценностях и целях, от мировоззренческих и нравственных проблем, "особенно от партийных выводов". Считалось, что объективизм маскирует классовый субъективизм, ведет к отказу от классового анализа. В современных условиях объективизм сводит проблему человека к материально-вещественным факторам, исключая вопрос о личности как субъекте политики. При более тонком анализе политический субъективизм можно отличать от субъективизма в политике. Между содержанием этих понятий есть некоторые различия. Субъективизм часто возникает в политической деятельности, спонтанно со стороны тех людей, которые профессионально не подготовлены к политической деятельности, не обладают для нее необходимыми знаниями и опытом. [c.538]
2. Субъекты политики: система и функции
Вопрос о субъектах политики последовательно вытекает из вопроса о субъективном и объективном. К сожалению, в современных учебниках и учебных пособиях эта тема не затрагивается вовсе или упоминается вскользь, как не имеющая особого значения для политической науки. Между тем, в этой проблеме есть ряд вопросов, без освещения которых политологию трудно считать наукой о политике. Например: кто является действующими лицами, то есть актерами на сцене именуемой политическим пространством? Или, кто пишет сценарии и организует постановку политических действий? Строго говоря, политическую жизнь нельзя уподоблять театральной сцене.. Тем не менее подобное сопоставление имеет право на существование. Ибо, как говорил Шекспир: "Весь мир - театр..." По-своему, вторя ему, Маркс писал о людях как об авторах и действующих лицах их собственной драмы. В книге французского политолога [c.538] Ж-М Денкена "Политическая наука", целый раздел посвящен ответу на вопрос: кто является актерами мира политики? (В первой главе этой книги рассматриваются различные политические персонажи: избиратели, активисты, политические руководители, интеллигенция и др.). Подобные вопросы могут быть продолжены: то, вообще, руководит деятельностью политических субъектов, какова роль в политике народа, его организации, общностей, объединений и отдельной личности? То, что политический лидер, будь то президент или руководитель партии является субъектом - это понятно и без теории. Но как быть с обычным, рядовым человеком, можно ли его рассматривать в качестве действующего или возможного субъекта политики и власти? На все эти вопросы нет простых ответов (3).
"Признавая гражданина субъектом права, государство определяет его правовой статус, характеризующий его положение по отношению к государству, его органам, другим лицам" (4). Поскольку политология имеет дело не столько с правовыми, сколько с политическими отношениями, постольку, очевидно, речь должна идти о политическом статусе личности или социальных групп. Субъекты политики имеют свои особые функции не сводимые к функциям правовым, хотя их действия и регулируются правовыми отношениями и нормами. Все это говорит о том, что вопросы о субъектах политики и субъектах права - это разные вопросы.
Помимо государства люди входят объективно, то есть независимо от своей воли, в определенные общности, как бы находя себя в них или же по своей воле вступая в те или иные объединения. К первым относятся нации, различные этнические группы, классы. Ко вторым - партии, союзы, блоки, различные группы давления, в том числе и коллективы. Все они не могут быть выключены из системы политических отношений и, естественно, из системы субъектов политики.
Для дальнейшего анализа целесообразно использовать понятие "субъективности" - политической или другой в смысле меры деятельности субъекта, которая может быть и очень высокой и предельно низкой. Критерием или источником субъектности служит наличие политических интересов (объективных и субъективных), а также стремлений к их отстаиванию - организованность, наличие [c.539] руководящих органов и лидеров, способных проводить в жизнь эти интересы. В качестве примеров можно сослаться на Абхазию, Южную Осетию, Приднестровье и Чечню. Здесь в качестве субъектов выступают народы этих республик, их государственные органы и лидеры.
Политическую жизнь можно представить как системное взаимодействие различных субъектов политики, каждый из которых в определенной политической ситуации может быть не только субъектом, но и объектом. Если говорить о системе субъектов, то в первую очередь в эту систему входит народ. По определению ст.3 Конституции Российской Федерации народ является "Единственным источником власти". И далее: "Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления".
Затем к субъектам политики относится государство и его органы, а также политические партии, союзы и другие объединения, имеющие политические интересы и цели. Субъекты политики чаще всего являются коллективными, но в политической жизни огромную роль играют отдельные личности и, прежде всего - политические лидеры. Издавна существует представление о государях и народах, о "героях" и "толпе". В свое время Макиавелли писал: "О людях в целом можно сказать, что они неблагодарны и непостоянны, склонны к лицемерию и обману, что их отпугивает опасность и влечет нажива: пока ты делаешь им добро, они твои всей душой, обещают ничего для тебя не щадить: ни крова, ни жизни, ни детей, ни имущества, но когда у тебя явится в них нужда, они тотчас от тебя отвернутся. И худо придется тому государю, который, доверяясь их посулам, не примет никаких мер на случаи опасности" (5).
К проблеме "Героя и толпы" в свое время обратился интересный русский исследователь Н.К.Михайловский (он оставил мало известную широкому читателю книгу с таким же названием). "Есть какие-то, - писал Михайловский, - нам пока неизвестные причины, которые обращают людей в автоматов и заставляли их повторять все, что проделывал перед ними какой-нибудь "герой". А таким героем мог быть иногда герой, цвет и краса человечества, а иногда и полоумный или шарлатан" (6). [c.540]
При всей важности этого аспекта рассматриваемой проблемы, в ней более важен, хотя менее исследован, другой ее аспект, связанный с ролью рядовой или массовой личности, не выполняющей никаких руководящих политических функций, но которая не может быть выключена из политической жизни (ниже этот аспект будет рассмотрен подробно).
Чтобы лучше понять сущность и роль субъектов политики, необходимо обратиться к некоторым особенностям механизма осуществления политической деятельности. Как уже говорилось, под субъектами политики понимаются люди и организации, обладающие политической (государственной) властью или стремящиеся к ней. Исходя из этого, следует различать понятия "субъект политики" и "политический субъект". К политическим субъектам могут быть отнесены те люди и организации, политическая деятельность для которых не является основной и главной, но которые в той или иной степени участвуют в политической жизни и влияют на нее. Однако, в определенных условиях они могут выполнять функции субъектов политики и даже активно на нее влиять. Русская православная церковь не является субъектом политики, но у нее есть определенные политические ориентации (7).
Политика в строгом политическом значении представляет собой взаимоотношения субъектов по поводу государственной власти, ее функций, методов и целей. Эти взаимоотношения могут быть рассмотрены в различных координатах: во-первых, как вертикальные и горизонтальные. Общество можно условно представить в виде пирамиды, вершину которой составляет государство и ее органы, а основание - народ. Сверху вниз от субъектов власти к их объектам идут мощные импульсы. Здесь складываются политические отношения управления и подчинения. Другие, горизонтальные отношения между людьми преимущественно не политические, социальные. Но они при определенных условиях могут быть политическими. В этих отношениях отсутствует прямое, властное соподчинение. Горизонтальные отношения часто называют гражданскими, а общество, где такие отношения доминируют - гражданским. Очевидно, не лишена смысла постановка вопроса о субъектах гражданского общества и, прежде всего о гражданине, как личностном субъекте. Необходимо иметь в виду, что политические и неполитические [c.541] (социальные) отношения никогда не выступают в качестве абсолютно независимых друг от друга, в чистом виде они существуют только теоретически. Если государство принимает законодательный акт - это действие политическое, хотя этот акт может быть направлен на осуществление социальных программ. В свою очередь социальные группы гражданского общества, с какими бы целями они не создавались, сталкиваются с политическими проблемами. Общество рыболовов, например, должно быть зарегистрировано в государственных органах, оно может выдвигать перед властными органами различные требования, касающиеся водоемов, их чистоты. То же самое можно сказать и о разного рода кооперативах. Мы все свидетели того, как кооперативы использовались политиками для создания класса собственников путем перекачки безналичных денег в наличные; во-вторых, вертикальные политико-властные отношения характеризуются четко выраженной субординацией и иерархией субъектов политики; в-третьих, политику субъектов обладающих властью, обеспечивающую их функционирование, следует отличать от политики тех субъектов, которые ведут борьбу за власть. В первом случае субъекты политики и субъекты власти совпадают. Во втором - различаются. Не все субъекты политики являются субъектами власти. И, наоборот, не все субъекты власти являются субъектами политики. Оппозиционные партии имеют все признаки субъектов политики, но не являются субъектами власти, поскольку властные функции они не осуществляют, а лишь борются за ее обладание. Однако, с другой стороны, оппозиция, критикуя государственную политику, оказывает тем самым на нее определенное влияние. В ряде стран, например, в Англии, оппозиция прочно вписана в систему государственной власти и оказывает на нее существенное влияние. В современной России пока еще не существует цивилизованного, демократического отношения к оппозиции, видимо, в силу того, что и у "верхов" и у "низов" нет еще достаточно высокой политической культуры.
Одним из наиболее острых и конфликтных вопросов, связанных с субъектами политики, является вопрос о субъектах, включенных в Российскую Федерацию. Ясно, что субъекты Федерации не выключены из системы субординации политических субъектов и в силу этого не являются [c.542] абсолютно суверенными. Они обладают лишь относительным суверенитетом и являются объектом регулирования со стороны центральной власти. У субъектов Федерации есть определенные права по отношению к нижестоящим субъектам, выступающим в качестве объектов.
Российская Федерация унаследовала от бывшего Советского Союза проблему неравенства субъектов, порожденную целым рядом условий, вследствие которых возникло и возникает немало конфликтов как между центральной и местной властью, так и между самими субъектами Федерации. В проблеме субординации и координации субъектов политики есть еще один важный момент. При анализе системы субъектов не достаточно учитывать политические импульсы, идущие сверху вниз. Необходимо учитывать и противоположные импульсы, идущие снизу вверх, иначе возникает явление, называемое отчуждением от политики. [c.543]
3. Народ и человек как субъекты политики
Вопрос о роли народных масс в политике, так же как и вопросы о роли в ней отдельной личности, трудно правильно решить в рамках идеологического подхода. Хотя именно такого подхода традиционно придерживались последователи марксизма. Они обосновывали роль народных масс в общественной жизни с помощью нескольких тезисов о реакционных и прогрессивных классах, классовой борьбе, Коммунистической партии, выражающей интересы трудящихся, наконец, о вождях, способных вести народ к социально-экономическому и духовному прогрессу. Сложившаяся на этой основе политическая практика, по сути дела ставила народ в положение объекта, которым свободно манипулировала партия. Нетрудно понять, что в таком случае проблемная постановка вопроса о народе как субъекте политики не имела смысла. Ее вполне заменяли идеологические штампы, утверждавшие, например, что "подлинным субъектом являются народные массы, как основная сила творящая и революционно-преобразующая мир культуры и социальное бытие" (8).
В современных условиях идеологические подходы к этой проблеме, порождающие ряд недоуменных вопросов, не исчезли. Только место прежних идеологических штампов заняли новые, но не менее субъективные и [c.543] однозначные. Теперь уже не Коммунистическая партия, а политическая элита стала претендовать на роль чуть ли не единственного субъекта политики. Дело дошло до того, что из политического лексикона стало исчезать понятие "народ" и даже граждан-избирателей чаще всего называют "электоратом". Современная государственная идеология замалчивает вопрос о роли народных масс (рабочих и других трудящихся классов). Более того, в последние годы пришлось читать и слышать немало выпадов против народа, как против силы темной, реакционной, неспособной к конструктивной творческой деятельности. Накануне выборов в Государственную Думу известный театральный деятель М.Захаров в статье, опубликованной в "Известиях" от 05.11.95 г. писал о причинах неспособности русского народа правильно голосовать на предстоящих выборах. Вот его слова: "...потомственный раб, с удовольствием впитавший в свою генетику поведенческие нормы раба-отца и раба-деда, освободившись от рабства, может стать только рабом". Допустим, что это только эмоции.
Однако, нелишне заметить, что народ показал достаточно высокую политическую сознательность на выборах 1995 года, когда отдал голоса тем, кому считал нужным, в ком видел выразителей своих интересов. Другой вопрос: насколько политически активны народные массы. Многие наблюдатели отмечают, что в современных условиях достаточно широкие слои народа не воспринимают себя в качестве субъектов политической жизни, смотрят на политику глазами не участников, а зрителей (9).
При каких условиях народ может быть действительным субъектом политики? Отвечая на этот вопрос, нельзя не затронуть проблему политической активности населения, его политическую культуру и сознание, что необходимо для правильного понимания и оценки политической ситуации и критического восприятия попыток манипулирования их сознанием со стороны различных субъектов политики. Другим фактором приобщения широких масс народа к политике являются условия, в которые поставлены люди. Они могут стимулировать, могут подавлять и могут придавать ей определенную направленность. Часто это связано с развитостью демократических институтов. Система выборов в органы политической [c.544] власти может быть организована по-разному, но именно через них избиратели влияют на власть. То же можно сказать и о системе непосредственной демократии - референдумах или об опросах, в ходе которых изучается общественное мнение по тем или иным политическим вопросам. Наряду с этими двумя группами условий есть и другие. К ним нельзя не отнести, например, менталитет народа, его традиционное отношение к власти и людям власть осуществляющим.
Анализируя вопрос о субъектах политики, нельзя обойти вниманием отдельную, рядовую или массовую личность, к числу которых относятся или относит себя большинство людей. Необходимо отметить, что понятие "рядовая" личность как субъект политики - относительно. Отдельный человек по отношению к другому может быть и рядовым и нерядовым. Рядовой профессор по отношению к своим коллегам и студентам имеет разный статус. Однако есть определенные политические вопросы, которые в одинаковой мере относятся и к профессорам и к студентам. Как граждане и избиратели они выступают на равных условиях.
Очень часто объективные обстоятельства, в нашем случае государственная власть, представляется рядовому человеку в качестве силы, на которую он никакого влияния оказать не может. На этой основе возникает широко распространенный политический конформизм, то есть пассивное приспособление к политическим обстоятельствам, чем часто пользуется политическая власть в своих интересах. Нередко встречается политическая индифферентность или равнодушное отношение к политике. Люди с такими взглядами не учитывают то обстоятельство, что если они не будут думать о политике, то политика все равно будет о них думать и влиять на них. Из политических отношений, как важнейшего объективного фактора, человеку выключиться не дано, если он, конечно, не хочет выполнять роль пешки в политической игре. Тем не менее, многих приходится убеждать в том, что жить в политическом обществе и не знать его правил, значит позволять собой манипулировать (и даже обманывать) нечистоплотными политиками.
Над вопросом о том, как влияют на человека объективные обстоятельства, то есть - внешние силы, включая и [c.545] политическую власть, задумывались многие мыслители. У Ф.М.Достоевского есть одно произведение, в котором очень ярко рассмотрена ситуация, когда человек оказывается ничтожным и бездеятельным перед силой обстоятельств. Это знаменитые "Записки из подполья". У героя "Записок" есть своеобразная теория, которую называют "теорией стены". Он исходит из того, что все в человеке от среды, которая представляется ему стеной, стеной закономерностей, стоящей перед ним. Если это так, то никакого творческого начала в человеке нет и он низводится до винтика, до объекта. Он не нужен в качестве субъекта, но при этом может чувствовать себя весьма уютно. Не надо ни о чем думать, ничего предпринимать, ни к чему стремиться. Личность в этих условиях неизбежно должна деградировать. Герой представляется именно такой личностью, "Я не только злым, но даже и ничем не сумел сделаться: ни злым, ни добрым, ни подлецом, ни честным, ни героем, ни насекомым", - признается он (10).
Рядовой гражданин может быть субъектом политики, так же как и народ при наличии совокупности многих условий. К ним относятся: политические знания и политическое сознание, политические интересы и их осознание, политическая психология. Все это вместе взятое должно создавать у человека научное представление о государственной власти и путях влияния на нее. Другой ряд условий относится к уровню развития демократии, средствам массовой информации, функционированию политического механизма, правовому обеспечению.
Одним из важнейших условий политической субъектности личности является ее взаимодействие с другими людьми. Трудно представить человека в качестве субъекта политических отношений, если он действует в одиночку, исключая, конечно, террористическую деятельность или другие подобные акты. Человек, не обладающий властными правами и функциями, сам по себе субъектом быть не может, хотя определенные политические действия с его стороны возможны, но они мало эффективны. Поэтому люди, стремящиеся к политическому участию, объединяются в группы, партии, союзы, организуют совместные акции и осуществляют другие политические действия совместно с другими людьми.
Не означает ли это, что отдельный человек не может быть субъектом политики, что таким субъектом [c.546] является та или иная общность? Нет, не означает. Дело в том, что человек в качестве субъекта общественных отношений выступает наиболее эффективно, когда действует совместно с другими людьми. В конечном счете именно человек обладает подлинной субъективностью. Именно отдельные люди, составляющие ту или иную общность как носители субъектности, позволяют этим общностям объективно играть роль политических субъектов. Другой вопрос - политические полномочия, которые получают или присваивают эти общности. Принято считать политические общности промежуточными звеньями между отдельными гражданами и политической властью, и сводить их политическую роль к участию в выборах. Однако подобное мнение ошибочно. Роль отдельной личности как субъекта политики отнюдь не сводится к ее функциям в качестве избирателя. Конституции ряда стран, в том числе и Конституция Российской Федерации, формулирует целую систему прав в своей совокупности определяющих возможности каждого гражданина влиять на политические отношения. По сути дела проблема прав человека и гражданина есть не что иное как правовые гарантии становления личностной политической субъектности. [c.547]
Глава XXXII.
Литература:
1. Зиновьев А. Запад. Феномен западнизма. М., 1995. - С.291.
2. Коновалов В.К. Экономика и политика. Изд-во Ростовского университета, 1995. - С.54.
3. Типологиям социальных актеров посвящена глава в известной работе "Сравнительная политическая социология" французских социологов М.Догана и Д.Пеласси.
4. Юридический энциклопедический словарь. М., 1984. - С.358.
5. Макиавелли Н. Государь. М., 1990. - С.50.
6. Михайловский Н.К. Герои и толпа. 1990. - С.324.
7. Иваненко С. Социально-политическая ориентация русской православной церкви. // Власть. 1995. - №1. - С.57.
8. Философский энциклопедический словарь. М., 1983. - С.661.
9. Назаров М.М. Политические ценности и политический протест. М. ИСПИ. 1995. - С.37.
10. Кудрявцев Ю.Г. Три круга Достоевского. МГУ, 1991. - С.274. [c.547]
ГЛАВА XXXIII. ЛИЧНОСТЬ В ПОЛИТИКЕ
Основная проблематика политической науки обычно рассматривается исходя из общества как целостного социального организма, управляемого государственной властью. Однако при таком подходе не проясняются все стороны вопроса о роли личности в политике. Между тем, многие проблемы политологии получают новую интерпретацию, если рассматривать их в личностном аспекте.
Сосредоточивая внимание на роли личности в политике необходимо помнить, что усиленный акцент на права человека может ослабить общество, раздробить его на атомы и - наоборот - чрезмерное внимание на обществе - ослабляет индивидуальные права человека. Отсюда следует, что между общением и обособлением должна устанавливаться гармоническая связь. В противном случае неизбежны социальные конфликты. [c.548]
1. Проблемы человеческого измерения политики
Проблема человеческого измерения политики показывает, какую роль играет в современной политике отдельная личность и, прежде всего, "рядовая", "массовая" личность, к числу которых относит себя подавляющая часть населения. Иногда эта проблема формулируется как "человеческий фактор" в общественной жизни. На заре перестройки, это понятие было широко распространено в политическом лексиконе и по существу приобрело значение идейно-политической программы. В то время по указанию сверху была развернута широкая кампания по активизации народных масс, в которой виделось чуть ли не решающее условие преодоления консерватизма и застоя во всех сферах общественной жизни, и, конечно, очередное средство повышения производительности труда и жизненного уровня населения.
Сейчас становится все яснее, что одной из важнейших причин кризиса социализма оказалась его несостоятельность решить проблему человека, отрицание им индивидуальности, поскольку последняя, якобы, была обусловлена частной собственностью. Между тем, существовали и другие взгляды. Так, известный английский писатель О.Уайльд в своей работе "Душа человека при социализме" писал об индивидуализме как [c.548] гуманистической ценности целиком совместимой с социализмом. "Индивидуализм это то, к чему придем через социализм... В сущности индивидуализм вовсе не навязывается человеку извне. Он естественным и необходимым образом вытекает из самой человеческой сущности... Новый индивидуализм, на службе которого состоит, сознает он это, или нет, социализм, явится идеальной гармонией" (1).
Понятие "человеческий фактор" подвергалось критике и со стороны чистых философов еще в одном аспекте: якобы оно превращает человеческую личность в чью-то цель, в условие, тогда как человек должен рассматриваться как самоценность и самоцель. Иными словами, в человеке нельзя видеть фактор. Однако с этим трудно согласиться. Фактор все же применительно к человеческой личности воспринимается скорее как действующий субъект, нежели как условие. Другое дело, когда мы говорим, например, о факторе времени, факторе риска, духовном факторе и т.п. Такое понимание фактора вряд ли стоит отождествлять с "человеческим фактором". Иногда "человеческий фактор" отождествлялся с психологией, менталитетом, особенностями человека. Вспоминается публиковавшейся у нас роман известного английского писателя Г.Грина о советском разведчике. Роман так и называется "Человеческий фактор".
К настоящему времени проблема человеческого фактора и само это понятие оказались вытесненными из общественно-политических и социально-гуманитарных наук.
Однако огульная критика социализма и коммунистической идеологии отнюдь не привела к возрастанию ценности и значения отдельной личности. Незаслуженно забытая проблема "человеческого фактора" имела своим следствием сохранение человека в качестве объекта манипулирования со стороны властных структур. В новой идеологии господствующего элитарного меньшинства для гуманизма и в массово-коллективистском и личностно-индивидуалистическом смысле места не оказалось. Правящую элиту и "новых русских" гуманизм не только не интересует, но и мешает их стратегическим установкам на ускоренную капитализацию общества. Рядовой человек по сути дела вытесняется из политической жизни, а его политические функции не выходят за рамки участия в выборах. Все это не может не создавать [c.549] социальной напряженности, в обществе. Проблема человеческого фактора в политике - это проблемы человека как субъекта общественных отношений, это проблема его социальных и политических прав и их гарантий.
Сейчас идет процесс перехода от коллективизации к индивидуализации личности. В целом он носит положительный характер.
Есть еще одно основание обратиться к проблеме человеческого фактора в политике. В декабре 1995 г. на Ученом Совете Московского университета с докладом на тему "Человеческий фактор и безопасность" выступал вице-президент РАН К.Фролов. На большом фактическом материале крупнейший русский ученый показал человеческие причины многих аварий и катастроф, принесших нашей стране огромные человеческие жертвы и убытки. При этом К.Фролов подчеркнул, что данная проблема касается не только знания и опыта, но и ряда других человеческих качеств, которые неадекватны многим современным техническим достижениям и технологическим процессам. Сложный мир современной техники ставит человека в условия, которые не были предусмотрены его естественной природой.
В этой связи представляется обоснованной постановка вопроса о роли человеческих качеств в процессе его взаимоотношений не только с технической, но и с социально-политической и информационной средой.
Роль личности в политике - основная проблематика политологии - обычно рассматривается исходя из общества как политической системы, состоящей из определенного множества индивидов как объекта, которым управляет государство. Но при таком подходе многие важные для политической науки вопросы остаются невыясненными, что имеет важное значение не только для теории, но и для политической практики. Возможен и другой подход: анализ политической проблематики, взяв за исходное личность, - с ее политических позиций. Однако здесь сразу же встает вопрос, о какой личности идет речь? Разные люди выполняют различные политические функции и роли. Одно дело политические лидеры или люди облеченные властью, другое - рядовые индивиды, из которых состоит общество.
Общностный и личностный аспекты определяют различную методологию политического анализ и при их [c.550] последовательной реализации могут привести к различным политическим выводам. Кто является актерами мира политики?, - спрашивает французский политолог Дэнкен и предлагает разные ответы: "Можно сказать, что действуют только индивиды. Можно сказать, что в мире политики в качестве субъектов выступают такие большие группы, как классы и нации. Наконец, можно согласиться с промежуточной точкой зрения, т.е. признать в качестве субъектов группы, составленные на базе процесса институционализации: они существуют независимо от индивидов, являющихся их конкретной опорой" (2). Дэнкен считает только первый ответ правильным. Вопрос о субъектах политики имеет самостоятельное значение и должен рассматриваться особо.
Политическая роль личности или роль личности в политике в общем плане рассматривалась во многих политических учениях и, как правило, под углом зрения определенных политических интересов, которые эти учения отражали. При этом менее всего оказался разработанным вопрос о роли в политике "рядовой" или "массовой" личности. Лишь во второй половине ХХ века под влиянием крушения тоталитарных режимов и дальнейшей демократизации общественной жизни, это направление в политических учениях стало постепенно занимать подобающее ей место. Общество стало рассматриваться уже не как обезличенный коллектив, которым руководит герои и вожди, а как совокупность индивидуальностей, личностей.
Разработка вопросов, связанных с политической ролью личности в нашем современном переходном обществе представляется не только очень важной для становления политологии как науки и учебной дисциплины, но и для современной политической практики. Выяснение всех сторон взаимоотношений политики, власти и человека помогут учащейся молодежи правильно ориентироваться в сложных вопросах политической жизни. Оно будет предохранять нашу политическую систему от возвращения в прошлое, когда человек рассматривался лишь как функция государства, как незначительный винтик, от которого ничто в функционировании государственной машины не зависело. Личностное измерение политики имеет исключительно важное значение при анализе [c.551] текущих политических процессов, конфликтов и ситуаций. Нельзя не согласиться со словами, недавно высказанными известным политическим деятелем Г.Поповым: "Политика на высшем уровне не может не быть личностной. А в России - особенно. И тем более - при нынешней конституционной концепции президентства" (3). Грамотно оценить социально-политическую ситуацию, особенно, если она не имеет временной дистанции, невозможно без учета поведения отдельных личностей, их действий - правильных или неправильных или бездействий, из которых складывается социально-политическая жизнь современного общества и не только личностей, обладающих властью. Между тем, на практике часто приходится сталкиваться с игнорированием личностных аспектов в политической науке и политической практике. И только в последнее время этот аспект политической науки стал привлекать к себе достаточно серьезное внимание. Данный вывод можно подтвердить хотя бы тем, что все чаще и чаще в политологической литературе встречается обращение к такому понятию как менталитет (4).
Конечно было бы неверным утверждать, будто политическая теория, имеющая длительную историю, не затрагивала проблему личности в политике. Наоборот, многие политические учения уделяли этой проблеме немало внимания, однако, в их трудах речь шла преимущественно о политической роли выдающихся личностей - государственных деятелей, руководителей политических движений, идеологов, ученых, то есть тех, кто оказывал заметное влияние на политику и массы. Поэтому политика часто персонифицируется, получает имя того, кто ее определял или осуществлял. Различные направления политики связаны с именами Рузвельта, де Голля, Сталина, Горбачева и других менее значительных лиц. Тех, кто делает политику в наше время называют политической элитой, а личностную проблему в данном аспекте политическим лидерством.
Деятельность выдающихся политиков, как правило, рассматривалась в различных политических учениях в соотношении с деятельностью народных масс, классов или даже толпы и осуществлялась по степени и результатам ее влияния на исторические процессы. Марксистская политическая мысль при решении проблемы политического [c.552] лидерства всегда делала акцент на объективных закономерностях, познание которых и действия в соответствии с ними признавались важнейшими критериями исторической роли личности.
Однако, как показывает опыт, зигзаги истории не раз зависели от качеств и деятельности отдельной личности, никак не связанных с объективными закономерностями. Поэтому, говоря о роли политического лидерства в современных условиях, нельзя обойти вопрос о личностных качествах политических деятелей, которые оказывают гораздо большее воздействие на исторические события, чем массы. [c.553]
2. Две линии в личностном содержании политики
Вопрос о личностном измерении политики распространяется на широкий спектр отношений между личностью и политикой. В этой связи есть смысл обратиться к далекому прошлому, поскольку не мы первые сталкиваемся с этой проблемой. В истории политических учений с некоторой долей условности можно выделить две линии, относящиеся к личностному измерению политики, связанные с именами Аристотеля и Макиавелли. В учении первого политическая жизнь общества рассматривалась в соотношении с природой человека. Человек у Аристотеля выступал в качестве важнейшего критерия политики. С именем Макиавелли связана другая концепция, исходившая из эффективности политики с точки зрения ее влияния на функционирование государства, то есть человек в этой концепции рассматривался как начало негативное, а отношения между людьми характеризовались формулой "человек человеку - волк". Люди, полагал Макиавелли, всегда дурны, пока их не принудит к добру необходимость. Они объединяются в толпу темных и необразованных людей. По Макиавелли, правитель должен считать всех людей злыми (5). Объективности ради, нужно отметить, что Макиавелли первым применил понятие "государство" и развил понятие "гражданское общество". Поэтому было бы недостаточно связывать его имя только с тоталитарной системой управления. Он был еще и теоретиком эффективного менеджмента, организационного поведения людей. С его именем связана теория элит, технология эффективного лидерства и др. (6). [c.553]
С тенденцией рассматривать массы в качестве консервативной силы, а индивида и индивидуальность, наоборот, в качестве силы прогрессивной приходится сталкиваться довольно часто. Так, Нобелевский лауреат Ф.Хайек в своей известной работе "Дорога к рабству" писал: "Многочислен-ная группа, достаточно сильная, чтобы навязать свои взгляды на основные жизненные ценности и на все прочее, всем остальным, никогда не будет состоять из людей с развитыми индивидуальными вкусами: только люди, образующие "массу" в уничижительном смысле слова, наименее оригинальные и независимые, сумеют подкреплять свои идеалы численностью" (7).
Понятно стремление автора защищать индивидуальность, но как она может эффективно участвовать в политической жизни, не объединяясь с другими людьми? Элитарная личность может, а "рядовая" или "массовая" вряд ли. Ведь и среди массы немало людей, обладающих индивидуальными качествами, культурой и знаниями.
Обращает на себя внимание одна особенность работы К.Маркса "Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта". В ней дана характеристика классов, включающая такие черты как самосознание, иллюзии, целевые установки, эмоции. Есть основания считать, что в этой работе Марксом изложена целостная концепция личности. По сути дела, "Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта" продолжает гуманистические идеи, изложенные им в ранних работах.
Вопрос об отношении Маркса к личности всесторонне рассмотрен Э.Фроммом в работе "Образ человека у Маркса". Э.Фромм признает, что взгляды Маркса менялись, однако, его концепция человека, развернутая в ранних работах сохранялась. Другое дело, что она не была востребована его последователями, делавшими упор на массы. Опираясь на идеи Маркса, Э.Фромм разработал концепцию "радикального гуманизма", которая сохраняет свое значение для современности. Вот ее основные положения: производство должно служить человеку, отношение между человеком и природой должны строиться на кооперации, взаимный антагонизм должен быть заменен отношениями солидарности, высшей целью социальных мероприятий должно быть человеческое благо, не максимальное, а разумное потребление, вовлечение каждого человека в активную общественную деятельность и др. [c.554]
Последователи Маркса, отдавая должное роли выдающейся личности в истории, основное внимание уделяли обоснованию руководящей роли рабочего класса как гегемона и авангарда всех трудящихся. С их точки зрения субъектом политической жизни могли быть только массы, "мы", но ни в коем случае не "я". Эта точка зрения была четко сформулирована в одной из ранних работ И.В.Сталина "Анархизм или социализм". В этой работе Сталин подвергает критике логику анархистов - "Все для личности", противопоставив ему лозунг марксистов - "Все для массы". Отсюда и субъектом политических действий признавалась масса, но не личность. В свою очередь, и научные теории, пытавшиеся анализировать политические процессы в связи с человеком, рассматривались как немарксистские, а значит - и не научные. В результате целый пласт литературы, особенно отечественной конца XIX и начала ХХ в., для которой был характерным глубокий интерес к личности, оказался выключенным из научного оборота отечественных политологов и социологов, а также из учебного процесса.
Работы Н.А.Бердяева, С.Н.Булгакова, И.А.Ильина, Н.И.Кареева, В.В.Розанова, П.А.Сорокина, С.Л.Франка и многих других, посвященные различным аспектам личности, лишь недавно вернулись к российским читателям. Что касается зарубежной политологии, то менее связанная с политической идеологией, она активно разрабатывала проблемы личности, человеческого "эго", критикуя с этих позиций коллективистское общество, ставящее во главу угла не "Я", а "Мы". В качестве примера можно сослаться на книгу американского философа А.Рэнд "Мораль индивидуализма". В этой книге читаем: "Слово "мы" - это известь, вылитая на людей, которая застывает и твердеет как камень, и подавляет собой все, так что и белое, и черное равно теряются в его серости. С помощью этого слова порочные крадут добродетель у хороших, слабые крадут мощь у сильных, дураки крадут мощь у умных" (8).
Проблема личности, рассмотренная в качестве субъекта политической деятельности, конкретизирует более общую проблему политического участия личности в политике. Коротко, ее суть такова: при каких условиях обеспечиваются достаточно эффективные возможности ее [c.555] влияния на государство и его органы. Система этих условий включает: во-первых, общественную и политическую культуру личности, понимание происходящих в обществе политических процессов и свои возможности влияния на них. При этом в политическую культуру непременно входят политологические знания; во-вторых, сознательная политическая деятельность личности невозможна без объективной и полной ее информированности о политической жизни общества в возможно полном объеме; в-третьих, личности как субъекту политики должна быть предоставлена возможность для самостоятельности своих суждений и действий, а также возможность ознакомления с альтернативными точками зрения. Это тем более важно, что в современных условиях резко возрастает политическая роль средств массовой информации, весьма эффективно формирующих политический климат общества; в-четвертых, изолированный человек-одиночка вряд ли сможет претендовать на роль субъекта политики. Чтобы выполнить эту роль, он всегда должен соединять свои усилия с усилиями других людей, действуя совместно с ними в составе партий, союзов, движений и других объединений.
Наконец, последнее, возможно, самое главное условие - характер политической системы, уровень ее демократизации, наличие соответствующей конституционно-правовой базы, обеспечивающих участие личности в политической жизни (чаще всего это условие связано с уровнем легитимности и справедливости).
Проблема личности как субъекта политической деятельности не сводится только к условиям, в которых осуществляются ее политические функции. Многое зависит от политической активности человека. Она означает меру деятельности субъектов политики, выступая в качестве показателя политизированности личности. Политическая активность - один из видов социальной активности, связанный с отношением к власти. Сложным является вопрос об этическом, ценностном содержании политической активности. Нужно ли ее рассматривать безотносительно к содержанию власти и социально-нравственным ценностям или же она не имеет к ним отношение? Думается, что эту проблему следует решать во взаимосвязи с правами человека. В политическом [c.556] пространстве встречаются различные типы политического поведения личности:
- личность с высокой политической активностью, участвующую в политической жизни;
- личность политического наблюдателя с различным уровнем компетентности, проявляющая интерес к политике, но лично в нем не участвующая;
- личность достаточно компетентного или некомпетентного критика, что бывает чаще, также участвующая или неучаствующая в политике;
- пассивная личность с нейтральным, отрицательным или безразличным отношением к политике;
- аполитичная и отчужденная личность с таким же негативным отношением к своему участию в политике.
Разумеется, пассивные, аполитичные и отчужденные граждане не могут быть подлинными субъектами политики. В то же время они чаще всего являются объектом политических манипуляций.
Политическую активность личности можно рассматривать в двух аспектах: по горизонтали и вертикали, в качестве своеобразной матрицы, удобной для политического анализа. В первом случае учитываются различные формы проявления активных политических действий, например, членство в партиях, работа в государственных органах, участие в митингах, движениях и т.д. Во втором случае рассматривается интенсивная деятельность субъекта в каком-либо одном, отдельно взятом виде деятельности. Политическая активность личности зависит от политической позиции, тесно связанной с ориентацией на определенные политические ценности и идеологические установки. Всегда очень важно знать, во имя чего и в каких целях действует личность. Активная политическая позиция всегда сопрягается с активной деятельностью. Однако иногда таким действием может быть пассивность или бездеятельность. Также и провозглашение личностью неприятие политики в некоторых случаях выступает в качестве проявления политической активности, например, бойкот выборов, неучастие в политических акциях и т.п.
На личностном уровне можно различать как активное участие в политической жизни, так и "бегство от политики". Положительное отношение к политике является следствием целого ряда личностных качеств, [c.557] таких как уверенность в собственной компетентности, ярко выраженная индивидуальность, склонность к общению, стремление к самоутверждению, попытка доказать свое превосходство. Положительно сказывается на отношении к политике высокий интеллектуальный уровень, интерес к познанию нового. При этом нельзя, конечно, отрицать и использование политической деятельности для удовлетворения определенных потребностей, в том числе и материальных. На участие в политической деятельности может оказывать пример популярного политического лидера, представление о достаточности для участия в политике простого здравого смысла. Под воздействием средств массовой информации, пропагандирующих в популярной форме политические идеи, многие люди считают себя вправе давать политические оценки и рекомендации.
Упоминавшийся выше Ф.Хайек подметил, "что людям свойственно - и это почти закон человеческой природы - быстрее и легче сходиться на негативной программе, на ненависти к врагам, на зависти к тем, кому лучше живется, чем на какой бы то ни было положительной конструктивной задаче. Необходимым элементом любого учения, любой веры, способной прочно сплотить людей для совместных действий, является контраст между "нами" и "ими", общая борьба против чужаков" (7, 158).
Политическая активность личности не является критерием общей социальной активности, но может совпадать с ней. Имеется немало фактов, когда в политическую деятельность активно вовлекаются люди, чье образование, специальность и жизненный опыт никогда не были связаны с политикой. В одних случаях это происходит в период революционных преобразований общества, когда возникает потребность в новых политиках. В других, - когда человек находит новое призвание. Нередки случаи, когда занятие политикой становится своеобразной компенсацией несостоятельности в профессиональной деятельности. Тем более, что всегда существует иллюзия, будто для подобной деятельности достаточно здравого смысла и не требуется особых теоретических знаний. Известно, что многие быстрее добиваются успеха в политике, чем в другой деятельности.
В современной политологии хорошо выяснены различные психологические типы личности по отношению к [c.558] политической активности. Так Е.Вятр, опираясь на западные исследования, выделяет четыре человеческих типа: во-первых, это люди активные во всех областях жизни; во-вторых, люди активные в неполитических функциях, но пассивные в политической сфере; в-третьих, люди, проявляющие слабую активность в неполитических областях жизни, но весьма политически активные; в-четвертых, люди пассивные во всех сферах жизни (9).
В связи с проблемой политической активности личности нельзя не сказать о политических знаниях и убеждениях. Переходный период, переживаемый Россией, связан со сменой государственной идеологии, а также со сменой ментальности и убеждений многих людей. Как к этому относиться с точки зрения личностных аспектов политики? Существует так называемое "когнитивное алиби", в соответствии с ним человек оправдывает свое поведение, ссылаясь на недостающую информацию. Представления о личности, из которых исходил Маркс, исключают подобные оправдания. Человек ответствен не только перед своими убеждениями, но и за свои убеждения. Он обязан знать то, что ему положено и что возможно знать. Личность должна отвечать за успешную реализацию выполняемой ею политической роли. И если роль требует ума, таланта, знаний, то глупость, посредственность и невежество становятся виной. Политическая роль требует не только преданности определенной идее, но и особенно способностей. Все сказанное подводит к вопросу о политической социализации личности, к вопросу о правах человека. [c.559]
3. Основные направления политики в области прав и свобод человека
Современная политика международного сообщества в отношении признания прав и свобод личности вобрала в себя опыт истории, достижения прогрессивной мысли от глубокой древности до наших дней. Пройдя в первой половине ХХ века через две мировых войны, полосу революционных потрясений и социальных конфликтов, окровавленное человечество осознало необходимость выработки комплекса мер, поощряющих повсеместное уважение [c.559] прав и свобод человека, достоинство и ценности личности как таковой.
На базе веками сложившихся общечеловеческих стандартов морали, нравственности и гуманизма, Комиссия ООН по правам человека осуществила фундаментальную разработку "Международного билля о правах человека" (он включает в себя Декларацию, Пакт и практические меры по его осуществлению).
Состоявшаяся в Париже Генеральная Ассамблея ООН 10 декабря 1948 г. приняла и торжественно провозгласила "Всеобщую декларацию прав человека". Ее участники выразили надежду, что этот выдающийся документ найдет всеобщее и эффективное признание, послужит "в качестве задачи, к выполнению которой должны стремиться все народы и все государства".
Всеобщая Декларация прав человека стала важным этапом в продвижении мирового сообщества по пути эволюции, определения степени уважения и соблюдения международных норм, касающихся равенства, прав и свобод личности. Принципы ООН нашли воплощение в международных договорах, которые в отличие от Декларации, имеют не рекомендательный, а обязывающий характер для государств-участников. Такими договорами стали Конвенция о политических правах женщин (1952), Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации (1956), Международный пакт о гражданских и политических правах, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (оба приняты в 1966 г., вступила в силу в 1973 г.), Конвенция о правах ребенка (1989) и др. В общей сложности ООН за время своей деятельности приняла более 60 деклараций и конвенций, касающихся прав и свобод личности.
В результате плодотворного сотрудничества на пороге XXI века под правами человека понимается комплекс прав и свобод, существенных для определения правового статуса личности, которая по словам русского философа Н.Бердяева, "есть высшая иерархическая ценность".
Ныне права человека представляют собой установленные национальными законами юридические возможности граждан, отражающие общечеловеческие моральные нормы, в которых приоритет безоговорочно отдается [c.560] добру, справедливости, равенству, состраданию, милосердию, благотворительности.
Общемировая практика последних десятилетий показала, что в процессе разработки и закрепления юридических норм в области основных прав и свобод человека законодательная власть, как правило, учитывает три взаимосвязанных фактора.
1. Индивидуальный, относящийся непосредственно к человеку как таковому со всеми присущими ему биологическими и разнообразными социальными потребностями.
2. Общественный фактор, обусловленный характером конкретного государственно-организационного общества, достигнутым уровнем его экономического, социально-политического, культурного и духовного развития, наличием демократических и здоровых национальных традиций.
3. Международный фактор, отражающий степень зрелости мирового сообщества, развития взаимных связей и сотрудничества между государствами и народами, способность мирового сообщества выработать международное право и международные механизмы для его реализации в интересах прогресса человеческой цивилизации.
Уже сегодня факты грубого нарушения основных прав и свобод человека, в том или ином государстве, незамедлительно вызывают протест и возмущение людей в других странах, осуждение и принятие мер со стороны ООН и международной общественности.
Эволюция человечества во второй половине ХХ века, насыщенного острыми международными, политическими, социальными и экологическими проблемами, угрозой ракетно-ядерной войны, не остановила шествия институтов демократии по многим странам планеты. Их развитие активнее происходило в тех странах, где права и свободы были не только декларированы, но и защищены законами государства. И напротив, в тех государствах, где попирались права и свободы человека, наблюдалось отчуждение личности, нарастание социальной напряженности, авторитарных тенденций, острых конфликтов.
В нашей литературе 40-70-х гг. вопрос о правах человека нередко замалчивался или трактовался с позиций идеологической борьбы. Это было обусловлено, прежде всего, фактически умалением роли личности как субъекта [c.561] политических отношений. Считалось, что сформулированная в законодательстве социалистических государств система прав человека обеспечена, гарантирована общественной собственностью и осуществляется с достаточной полнотой в коллективных формах жизни.
Поэтому любое нарушение прав человека в прошлом в нашей стране расценивалось как преднамеренная клевета на социализм. Все это служило прикрытием фактов нарушений прав человека. Как следствие - возникло движение правозащитников (академик А.Д.Сахаров стоял во главе его). Пытаясь остановить движение, власти усиливали идеологическое давление и репрессии, но это лишь поднимало борцов за права человека на пьедестал мучеников, к которым, как известно, в России всегда относились с симпатией.
Фундаментальный анализ социального наследия и исторического опыта всех народов позволил Организации Объединенных Наций и ее комитетам определить современное содержание общечеловеческих стандартов основных прав и свобод личности, возвести их в нормы международной морали и международного права. Опираясь на эти нормативные регуляторы, мировое сообщество выработало общий взгляд на жизненно важные проблемы. Нам представляется, что каждый из нас должен основательно уяснить содержание основных прав и свобод личности, закрепленное в международных документах на основе Устава ООН и законах государств - ее членов, в том числе и России. Начнем с характеристики категории основных гражданских и политических прав.
Гражданские права - сумма прав и свобод, определенных законодательством человеку как члену гражданского общества. Ими в равной степени обладают как граждане данного государства, так и проживающие в нем иностранцы и лица без гражданства.
Политические права - предоставляются, как правило, только гражданам данного государства. Это обусловлено тем, что их реализация сопряжена на практике с непосредственным участием граждан во власти, в политической жизни страны. Как следствие - иностранцы и апатриды (лица без гражданства) не могут претендовать на обладание политическими правами в том или ином государстве. [c.562]
Международный пакт о гражданских и политических правах содержит 53 статьи, которым предпослана преамбула, формулирующая основы свободы: "признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их". Одновременно подчеркивается, что идеал свободной человеческой личности включает в себя обязанности каждого отдельного человека в отношении других людей в той общности, к которой он принадлежит.
Государства-участники Пакта обязались соблюдать право народов на самоопределение, самостоятельный выбор политического статуса, путей социально-экономического и культурного развития. Ибо не может быть свободен человек, если угнетен или зависим от другого государства его народ. Не может стать независимой личность, если нация, к которой эта личность принадлежит, подчинена или угнетаема другой нацией. Но и народы, реализующие свое право на самоопределение, должны решать эту непростую проблему демократическим путем, не допуская проявления национализма, игнорирования исторически сложившихся в регионе межнациональных отношений, экономических и культурных связей, ущемления прав и свобод национальных меньшинств.
Четко выделена в Пакте необходимость утверждения на практике принципов равноправия народов, обеспечения и защиты всех без исключения прав граждан, пресечения дискриминации. Запрет дискриминации распространяется на пользование всеми правами и свободами, которыми обладает человек. Международные документы ООН, запрещая дискриминацию, не включают различий в предоставление преимущества целому ряду групп населения, нуждающимся, например, в социальной помощи и защите (старые люди, инвалиды, многодетные семьи, дети-сироты или оставленные родителями, беженцы и т.п.). Такие различия в обращении являются разумными и объективными, свидетельствуют о гуманном отношении общества к нуждающимся в его помощи.
Весьма важна ст. 3 Пакта, определяющая статус женщины в современном мире, а это важнейший интегральный показатель, мерило общественного прогресса. Статья обязывает государства "обеспечить равное для мужчин и женщин право пользоваться всеми гражданскими и политическими правами". [c.563]
Особенно пристального внимания и осмысления требует третья часть Пакта (ст. 6-27). Прежде всего потому, что в ней закреплено наиболее ценное, неотъемлемое и неповторимое право каждого человека - право на жизнь.
Право на жизнь не следует фокусировать только на каком-либо одном аспекте, даже если речь идет об отмене смертной казни, пресечения геноцида и наказания за него. В наш век - век лазеров и термоядерного оружия главным является сохранение мира и международной безопасности, исключение войн как средства решения возникающих между государствами споров и конфликтов. Любое вооруженное столкновение, а тем более война, есть крайнее отрицание священного права человека на жизнь. Ракетно-ядерная война, которую невозможно выиграть, стала бы коллективным самоубийством человечества. Право на жизнь приобрело поэтому такое значение, которого оно никогда не имело в прежние времена. "Всякая пропаганда войны, - гласит ст. 20, - должна быть запрещена законом".
Самое непосредственное отношение к праву на жизнь имеют проблемы сокращения детской смертности, увеличения продолжительности жизни человека и в связи с этим усиление борьбы с наркоманией, алкоголизмом, токсикоманией и курением, в особенности среди подростков, юношей и девушек, со СПИДом и другими опасными для человека заболеваниями.
В определении степени демократичности страны и ее правовой системы нам поможет содержание ст. 9-17 Пакта. В них формулируется право человека на свободу, справедливое судебное разбирательство при строгом соблюдении принципов презумпции невиновности, гласности, процессуальных норм судопроизводства, независимости судей.
Достойное закрепление в Пакте получили такие политические свободы как свобода политических, религиозных и иных убеждений, свобода совести, свобода слова и печати, митингов и собраний, свобода объединений. Исходной в данном перечне свобод является свобода убеждений. Каждый человек, указывается в ст. 19, имеет право беспрепятственно придерживаться и выражать свое мнение. "...Это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода [c.564] информацию и идеи независимо от государственных границ устно, письменно или посредством печати". Интеллектуальная свобода, наличие просвещенного, а не политизированного общественного мнения, плюралистический характер системы образования, свобода средств массовой информации от властных структур жизненно необходимы для устойчивого социального прогресса демократического общества. Тем более, что государства-участники Пакта обязались содействовать развитию принципов функционирования демократии (народовластие, гласность, выражение и учет общественного мнения). В этом контексте в Пакте закреплено право каждого гражданина принимать участие в ведении государственных дел своей страны, голосовать и быть избранным на периодических выборах, производимых на основе всеобщего и равного избирательного права при тайном голосовании, обеспечивающих свободное волеизъявление избирателей. На равных условиях каждый гражданин должен допускаться к государственной службе.
Свобода убеждений - это не только плюрализм мнений. Она означает и свободу политических действий, плюрализм организаций. Пакт признает право каждого гражданина на свободу ассоциаций, то есть политических партий, блоков, общественных движений. Особо подчеркивается право граждан создавать профсоюзы и вступать в них для защиты своих жизненных интересов. С этой же целью могут беспрепятственно проводиться митинги, собрания, шествия, демонстрации, сбор подписей, пикетирование и т.д.
Пакт содержит запретительные меры, к которым могут прибегнуть государства, чтобы защитить права и свободы человека. Ряд статей рекомендует государствам принять законы, запрещающие всякую пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти. Запрещены рабство, работорговля, содержание людей в подневольном состоянии. Ст. 7 Пакта запрещает пытки и жестокое, бесчеловечное или унижающее человеческое достоинство обращение или наказание.
Предусматривается также в отдельных случаях возможность ограничения некоторых прав и свобод (например, права на свободное выражение мнений и др.) на основании закона в целях охраны государственной [c.565] безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц. Заключительные IV и V части Пакта (ст. 28-53) содержат обстоятельное описание принципов организации, структуры, обязанностей и регламента Комитета по правам человека - вспомогательного органа Генеральной Ассамблеи ООН.
Стержнем прав человека выступают права экономические, социальные и культурные. И в этом, пожалуй, нет преувеличения. Ведь речь идет о законодательном закреплении таких условий жизни людей, позволяющих каждому свободно развивать свою человеческую природу, жить со своими близкими в человеческих отношениях и не опасаться насильственного разрушения своего благосостояния. В преамбуле Международного Пакта об экономических, социальных и культурных правах (1966), включающего 31 статью, указывается, что "идеал свободной человеческой личности, свободной от страха и нужды, может быть осуществлен только, если будут созданы такие условия, при которых каждый может пользоваться своими экономическими, социальными и культурными правами, так же как и своими гражданскими и политическими правами".
Краеугольным положением Пакта является признание государствами - его участниками права на труд, в понятие которого входит "право каждого человека на получение возможности зарабатывать себе на жизнь трудом, который он свободно выбирает или на который он свободно соглашается..." (ст. 6). Особый упор сделан на признание права каждого (ст. 7) "на справедливые и благоприятные условия труда".
Углубленный анализ истории цивилизации, насыщенной острыми противоречиями и конфликтами классов и социальных групп, многочисленными фактами произвола собственников по отношению к наемным работникам побудил мировое сообщество высказаться за гармонизацию общественных отношений, усиление социальной защиты личности. Это выразилось в признании в Пакте (ст. 7) права каждого человека "создавать для осуществления и защиты своих экономических и социальных интересов профессиональные союзы и вступать в таковые по своему выбору". В свою очередь за профсоюзами признано право беспрепятственно функционировать, [c.566] создавать или входить в национальные или международные объединения, проводить при необходимости забастовки (в рамках законов каждой страны).
Жизненно важным призвано в Пакте право каждого человека на социальное обеспечение (ст. 9). Для реализации этого права должна быть создана и надежно функционировать государственная система по материальному обеспечению и обслуживанию людей в старости, в случае болезни, полной или частичной утраты трудоспособности, в случае потери кормильца, безработицы. Существенная помощь должна оказываться семьям, в которых есть дети, в особенности многодетным семьям. Социальное обеспечение включает в себя социальное страхование - систему мер по материальному обеспечению людей в старости, в случае временной или постоянной нетрудоспособности, с целью охраны здоровья граждан.
Особо отмечено в Пакте (ст. 10) великое предназначение семьи, "являющейся естественной и основной ячейкой общества". Участники Пакта признали необходимым оказывать семье самую широкую помощь и охрану, в особенности в момент ее образования и пока на ее ответственности лежит забота о несамостоятельных детях и их воспитании. Особое внимание, включая предоставление достаточного пособия по социальному обеспечению должно уделяться матерям, которые растят детей. Не человек для семьи, а семья для человека - принцип, который поможет ее сохранить и обеспечить будущее для всего общества.
Духом гуманизма и человеколюбия пронизано содержание ст. 11, в которой признано "Право каждого на достаточный жизненный уровень для него самого и его семьи, включающий достаточное питание, одежду и жилище и на непрерывное улучшение условий жизни".
Проявлением заботы мирового сообщества о будущем человеческой цивилизации стало признание права каждого человека "на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья" (ст. 12). Для более полного осуществления этого права Пакт предлагает государствам принять меры по сокращению детской смертности и обеспечению здорового развития детей, оздоровлению окружающей среды и гигиены труда, организации медицинской помощи всем нуждающимся. [c.567]
Составной частью гармонического развития личности Пакт признает право человека на образование и участие в культурной жизни (ст. 13-15). В этой сфере, как известно, у человечества еще много нерешенных проблем, но и накоплен полезный опыт.
Так, для многих поколений россиян и граждан республик, ранее входивших в СССР, вопрос о получении образования был решен в короткие исторические сроки.
С учетом сложившейся во всем мире в сфере образования ситуация Пакт выдвинул следующие положения: начальное образование должно быть обязательным и бесплатным для всех; среднее, включая профессионально-техническое, образование должно быть общедоступным для всех путем постепенного введения бесплатного образования; высшее образование должно быть общедоступным "на основе способностей каждого путем принятия всех необходимых мер и, в частности, постепенного введения бесплатного образования" (ст. 12).
Пакт рекомендует развитие сети школ всех ступеней с установлением удовлетворительной системы стипендий, постоянным улучшением материального стимулирования труда преподавательского состава.
Государства-участники Пакта признали право каждого участвовать в культурной жизни. Только при условии всеобщей реализации права на образование и участие в культурной жизни человек способен, подчеркивается в Пакте, стать полезным участником социального и духовного прогресса страны, демократического общества, способствовать взаимопониманию и дружбы между всеми нациями, содействовать сохранению мира во всем мире. И напротив, без глобальной реализации прав человека на образование и культурное развитие мировому сообществу угрожает упадок личной и государственной морали, проявляющийся сейчас у части граждан многих стран, глубокий распад духовности, рост потребительского эгоизма. Мир стал свидетелем разрушительного распространения преступности, алкоголизма, наркомании, межнациональной вражды, падения нравов.
Рано или поздно, но человеческое сообщество должно придти к единству. Современникам трудно предсказать каким оно будет. Но чтобы двигаться по дороге к высшей цивилизации, необходимо сделать человека мерой [c.568] всех вещей, соблюдать и защищать его гражданские, политические, социально-экономические и культурные права, обеспечивая вместе с тем единство прав и обязанностей граждан страны, вытекающих из конституции и законов страны.
Не будем забывать, что демократическое общество сможет нормально функционировать, лишь при условии, если каждый человек будет выполнять свой гражданский долг и обязанности, поддерживать порядок и дисциплину, умножать силу и мощь своей страны. Права и свободы личности не должны ущемлять права и свободы других людей. Исходя из этого, в России, как и в большинстве стран мира, запрещена пропаганда и разжигание расовой, национальной, социальной, религиозной вражды и ненависти, а также насилия и войны. [c.569]
Глава XXXIII.
Основные понятия: личность - субъект политики, личность - объект политики, права и свободы личности, обязанности личности, лидер политический, рядовая личность, политическая активность, политическая социализация.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Что такое "субъект политики" и "объект политики"? Каковы условия реализации личностью своих функций субъекта политики? Как соотносятся личность и организации в их взаимодействии на политику?
2. Кого мы считаем рядовой личностью?
3. Какие международные и Российские документы о правах, свободах и обязанностях человека Вы можете назвать? Перечислите и прокомментируйте основные права, свободы и обязанности личности.
4. Проанализируйте материалы периодической печати, поднимающие проблему прав человека. Какие из прав нарушаются чаще всего? В каких странах?
5. Существует ли необходимость ограничения прав и свобод граждан? Если существует, то чем это можно объяснить?
6. Что Вы знаете о правозащитных движениях в России? Каковы их перспективы?
7. Что станет с важнейшими правами человека (на труд, бесплатное образование и медицинское обслуживание и др.) в нашей стране с переходом к рыночным отношениям? [c.569]
8. Н.Бердяев о человеческом измерении политики.
Литература:
1. Человек: образ и сущность. (Гуманистические аспекты). М., 1990. - С. 240, 262, 267.
2. Дэнкен Жан-Мари. Политическая наука. М., 1993. - С. 93.
3. Попов Г. Бюрократ с мигалкой как чисто русский феномен. // Московский комсомолец. М., 1993.
4. Людвиг фон Мизес. Антикапиталистическая ментальность. М., 1993.
5. Макиавелли Н. Государь. М., 1990. - С. 72.
6. Кравченко А.И. Макиавелли: технология эффективного лидерства // Социс, 1993, № 6.
7. Хайек Ф. Дорога к рабству. Перевод Н.Стависской. Лондон, 1983. - С. 157.
8. Рэнд А. Мораль индивидуализма. М., 1992. - С. 63.
9. Вятр Е. Социология политических отношений. М., 1975. - С. 301.
10. Панарин А.С. "Человек политический" (политическая антропология). // Панарин А.С. Введение в политологию. М., 1994.
11. Тареев М.М. Цель и смысл жизни. // Смысл жизни: Антология. М., 1994. [c.570]
ГЛАВА XXXIV. ЖЕНЩИНА И ПОЛИТИКА
Философские и естественнонаучные исследования, литература и публицистика, изобразительное искусство и религиозные трактаты извечно обращались к проблеме женщины, ее общественного и семейного положения, равенства мужчин и женщин. В этом смысле конец XVIII в. был самым плодотворным, он заложил фундамент процесса осознания обществом женского вопроса. Французский философ-просветитель Ж.А.Кондорсе писал: "Одним из наиболее важных для общего счастья результатов прогресса человеческого разума, мы должны считать полное разрушение предрассудков, создавших неравенство прав между двумя полами, гибельное даже для того кому оно благоприятствует" (1).
Вторая половина XX века явила миру новый феномен политической жизни - своего рода прорыв женщин в высшие эшелоны власти. В ряде стран Западной Европы, Юго-Восточной Азии, Латинской Америки они взяли власть в свои руки. Процесс притока женщин в политику основательно поколебал сложившийся стереотип: политика - для мужчин, а семья, дети - для женщин. Но этот стереотип еще не сломлен. В целом, доля женщин на уровне принятия решений в большинстве стран остается низкой и далеко не соответствует их доле в населении и рабочей силе. [c.571]
1. Женщина и политика в России: иллюзии и реальность
Роль женщины в политике зависит от господствующей в обществе идеологии, а также социально-экономических и политических особенностей этапа развития страны.
Как и почти 90 лет назад, сегодня актуально звучат слова из петиции в I Государственную думу: "Русская женщина во всех областях труда и забот, в деле развития и роста родины участвует наравне с мужчиной: в труде крестьянском,.. в работе фабричной,.. на поприще науки, литературы и искусства,.. в несении великих обязанностей воспитания будущих граждан. Она платит налоги и подати наравне с мужчиной и одинаково ответствует перед законом. Женщина должна иметь право на защиту [c.571] своих интересов путем участия в законодательном собрании, решения которого близко касаются ее судьбы. Избранники земли русской, внесите обновление в жизнь женщин, признав за ними равные права для участия в служении Родине".
Взяв в 1917 г. власть, большевики провозгласили освобождение женщин и подвели под этот лозунг соответствующую юридическую базу. Был оформлен законодательно комплекс прав, которые женщины многих развитых стран мира получили лишь в середине XX века. Нельзя отрицать также, что в первые годы советской власти был накоплен большой организационный опыт, позволивший в кратчайшие сроки решить многие принципиальные вопросы положения женщин.
В государственных, партийных и общественных организациях той поры существовал специальный механизм по работе среди женщин: женские советы, работа которых велась под руководством женотделов.
Можно сколько угодно иронизировать по поводу слов В.И. Ленина о том, что "каждая кухарка должна научиться управлять государством", но надо признать, что в 20-е гг. задача привлечения женщин к общественной жизни, участия их в политической деятельности решалась быстрыми темпами. Предложения, высказанные женщинами на делегатских собраниях, встречали идейную поддержку и с целью реализации быстро переводились в плоскость государственных действий. Женщин не только призывали к общественной деятельности, но и создавали механизм, позволяющий включиться в нее. В этом была большая заслуга и женотделов.
С 1930 г. "женский вопрос" стал считаться решенным, и он исчез из политики партии, ее организационных структур и из научных дискуссий. Забота о "политической роли женщины в обществе" проявлялась в системе квот участия женщин в представительных органах власти. В 1980-1985 гг. доля женщин в Верховном совете РФ составляла 35%; в Верховном Совете СССР - 32,8%; в Верховных советах союзных республик - 36,2%; автономных республик - 40,3%.
Эти квоты не отражали истинное положение женщин в политической жизни страны, хотя нельзя не признать, что на низовом, локальном уровне женщины были [c.572] достаточно активны и их представительство в местных органах власти было высоким. Это общемировая тенденция. Некоторые западные политические аналитики даже полагают, что женщины имеют стремление считать местный уровень участия более приемлемым для себя идеологически и политически, чем центральную власть. Очевидно, это объясняется тем, что на местном уровне решаются конкретные практические задачи, связанные с жизненными интересами женщин региона, а также более ясно видны результаты работы депутатки.
Первые выборы без квот в стране в 1989 г. и в 1990 г. разрушили миф о решении "женского вопроса" в СССР и о политической роли женщины в обществе. Женщины полностью проиграли выборы. Это произошло прежде всего по причине их низкой политической активности и организованности, но и показало отношение общества к женщине-политику.
В 1990 г. среди народных депутатов России женщин было всего 3%, а среди членов Верховного Совета - 8,9%.
Симптоматична оценка результатов этих выборов. Как свидетельствуют итоги социологического исследования, проведенного Институтом социологии АН СССР, 53,6% опрошенных москвичей высказали отрицательное отношение к факту сокращения молодежи; 36,2% - рабочих; 42,4% - беспартийных. В тоже время к сокращению числа женщин в высшем органе власти большинство опрошенных отнеслись как к факту, по их мнению, малозначащему.
Итоги выборов в Федеральное собрание в декабре 1993 г. несколько улучшили картину: в Федеральном собрании 11,4% депутатов - женщины (в Совете Федерации - 5,6%, в Государственной Думе - 13,6%).
Значительно меньше женщин в правительственных структурах. В аппарате органов управления доля женщин в общей численности работающих составляла 67%, но в Федеральном правительстве была лишь одна женщина-министр возглавлявшая Министерство социальной защиты населения, две женщины руководили комитетами при правительстве. На региональном уровне среди руководителей исполнительной власти женщины представлены лишь в 24 регионах из 88. На международной арене только 2 женщины (1,4%) представляют Россию [c.573] в качестве послов. Чем выше пирамида власти, тем меньше в ней женщин, в президентской структуре, в частности, их сегодня нет.
Что касается руководства хозяйственной деятельностью, то, составляя среди занятого населения 48,4%, женщины занимают лишь 11% постов руководителей промышленных предприятий, 8% - сельского хозяйства, 10% - связи, 0,7% - строительных организаций.
Таким образом представительство женщин в высших эшелонах власти является низким. Кроме того высшие властные структуры являются как бы элементом декора, мужской уловкой, уступкой перед "натиском" женской общественности. Занимаемые ими должности и их численность не дают реальной возможности влиять на экономическую и политическую жизнь как внутри страны, так и за рубежом. [c.574]
2. Причины низкой политической активности женщин
Прежде всего следует ответить на вопрос, в какой мере низкая степень участия женщин на уровне принятия решений в масштабах общества является наследием прошлого и в какой - ее истоки следует искать в нынешней непростой действительности. Несомненно, что здесь действует комплекс разных по своему характеру, источникам и времени происхождения факторов. Рассмотрим главные из них.
1. Реформирование политической системы со всей очевидностью выявило "двойной стандарт" отношения общества к женщине: в законодательных актах и в реалиях социальной практики. Юридическое равенство прав женщин и мужчин оказалось нетождественным равенству возможностей. Выявился большой разрыв между юридическими нормами и официальной риторикой, с одной стороны, и повседневным жизненным опытом, с другой. Оказалось, что женщинам необходимо вновь завоевывать свое право на участие в политической деятельности, начиная практически с нуля.
2. Опыт прошлого политического участия также может быть частичным объяснением теперешнего отсутствия энтузиазма и политической активности у женщин. Сегодняшняя ситуация - это ответ на те роли, которые им [c.574] предлагались, на "двойной гнет", который женщины испытывали и испытывают. В условиях острого экономического кризиса домашняя нагрузка на женщину усилилась, разрушена почти полностью или стала недоступной из-за высоких цен система платных услуг населению, снизились возможности доступа к детским дошкольным учреждениям, к различным формам местного и семейного отдыха. У женщин сейчас мало времени на политическую активность. Но в тоже время может быть именно эта ситуация и подтолкнет женщин к организации, выражению и отстаиванию своих интересов.
3. Обнажился и развился консервативно-патриархальный стереотип отношения к женщине, существующий в массовом сознании. Патриархатный тезис М.Горбачева о "возвращении женщин к их естественному предназначению" нередко подхватывался политиками-популистами. Он присутствует и по сей день в средствах массовой информации, имеет своих сторонников и среди некоторой части самих женщин, и среди парламентариев, и среди членов правительства.
Патриархатный подход к женщине проявляется сегодня буквально во всем. Это и отмена системы квот на представительство женщин в высших органах власти15; ограничение возможностей сочетать работу с домашними обязанностями из-за сокращения численности и финансирования детских учреждений и сферы услуг; и новое законодательство о семье, ориентирующее женщину скорее на семью, чем на работу, и изменения в культурной политике, приводящие к росту проституции, порнографии и коммерческого использования женского тела. Это, наконец, и усиление роли церкви, возрождение фундаментализма и национализма.
4. Важной причиной "отторжения" женщины от верховных этажей власти явился неадекватный новым политическим условиям стиль поведения самих женщин. Они "привыкли" к патерналистской системе отношений с обществом, гарантировавшей им определенный политический статус за счет системы квот. В условиях ее отмены проявился синдром патерналистского сознания женщин, они не смогли в полной мере воспользоваться своими [c.575] политическими правами, в том числе правом самовыражения, вести длительную и изнурительную борьбу, отстаивать свои интересы.
Сейчас вопрос стоит так - в состоянии ли сами женщины сформулировать свою политическую задачу самостоятельно или они и дальше будут продолжать оставаться объектом, а не субъектом политического процесса.
5. Важным фактором, бесспорно отразившимся на продвижении женщин, стала проводимая партиями политика. При всем многоликом разнообразии, плюрализме ныне существующих политических партий они оказались единодушны в фактическом нежелании продвигать женщин к власти. Это проявляется как в программных документах, так и в политической работе среди женщин. [c.576]
3. Объективное и субъективное в восприятии женщины-политика
В общественном сознании существует глубокая асимметрия в критериях оценки женщин и мужчин как руководителей, политических деятелей. С одной стороны, как правило, с трудом воспринимается способность женщин к лидерству, самостоятельности, объективности, масштабности мышления, политическому маневру. Эти качества считаются мужскими.
С другой стороны, сложившаяся модель руководителя налагает свой отпечаток на образ женщины-лидера. Он формируется на основе некоего "мужского" стандарта. В соответствии с ним одежда, поведение, манера обращения женщины претерпевают своеобразные изменения. Налицо своего рода "маскулинизация", влекущая за собой поведенческую жесткость, самоуверенность. В результате компрометируется сама идея женщины-руководителя. И происходит все это в немалой степени "с благословения" и для "удобства" мужчин, занимающих руководящие должности и не желающих поступиться традиционно выработанными нормами, привычным поведенческим ритуалом.
Прямых правовых актов, ограничивающих доступ женщин к структурам власти, конституционно зафиксированных, в России нет. В тоже время есть ряд косвенных актов, которые путем предоставления различных трудовых льгот, связанных прежде всего с родительством, [c.576] и сориентированных только на одного родителя - мать, предписывают именно женщине, совмещать семейные функции с работой в общественном производстве. В силу этого женщина рассматривается как работник, имеющий массу "льгот", следовательно, "ненадежный" кандидат для продвижения в структурах управления.
Помимо социально-экономических факторов в движение приводится также социально-культурная норма, которая регулирует поведение человека в определенных условиях. Ее основу составляют ограничения и запреты, с помощью которых общество стандартизирует поведение своих членов. Кроме того, в ней содержатся положительные предписания, указывающие, как можно и должно вести себя, соблюдение которых в большой мере обеспечивается внутренними психологическими установками. "Поведенческий репертуар" и установки лидера - производные от соционормативной культуры общества. А она сегодня не включает, а отторгает женщину и настроена на мужчину.
Мы разделяем мысли И.Кона о том, что "характер" общественных взаимоотношений между полами зависит не только и не столько от самого полового разделения труда, круга специфических обязанностей мужчин и женщин, сколько от распределения власти, меры общественного признания престижности мужских и женских занятий" (2).
Глубинные причины живучести традиционного отношения к женщине проявляются в наибольшей степени именно в управленческой сфере как привилегированном, престижном виде деятельности, определяющем высокий социально-экономический статус.
В целях преодоления процесса отторжения женщин от реальных структур управления, по нашему мнению, важно учитывать следующие факторы: профессиональный рост и профессиональную компетентность, конкурентоспособность индивида, качество структуры социально-бытовой сферы.
Принятие решений - особый вид деятельности, отличающийся высокой ответственностью и требующий не только полной отдачи творческих сил, а нередко и рабочего дня сверх установленных его границ. Поэтому достижение качественно нового уровня участия женщин в принятии решений [c.577] зависит и от кардинальных преобразований быта с той целью, чтобы он не ограничивал реализацию способностей и индивидуальных устремлений женщин.
Дискуссионным нередко является вопрос: зачем женщине высокие руководящие посты? Выдвигается альтернатива: или руководство, или любовь, семья, дети, счастье. В последние годы российские средства массовой информации все настойчивее обвиняют женщину в том, что она предпочитает работу, общественную деятельность семейным заботам, материнству, обслуживанию мужа и детей. Такая альтернатива, по нашему мнению, некорректна: любовь, семья, дети требуют партнерства, равного участия женщины и мужчины, в противном случае происходит процесс "инвалидизации", гипертрофии доли ответственности одного из родителей.
Как свидетельствует исторический опыт, всякое продвижение женщины к освоению новой социальной роли всегда сопровождалось разной степенью неодобрения со стороны консервативно настроенной части общества, которая усматривает в этом посягательства на свои права и опасается утратить свои привычные привилегии. Так было, когда женщина добивалась и права на образование, и права на труд, и политического равноправия. То же самое происходит и когда она приблизилась к рычагам управления. Проведенные различными международными центрами и институтами исследования свидетельствуют: участие женщин в управлении на всех уровнях - фактор стабилизирующий. Там, где женщины составляют 30-40% в структурах власти, общество развивается более стабильно, оно социально ориентировано. Российские женщины-лидеры, женские организации должны приложить максимум усилий, чтобы эту истину осознали и российские политические партии, и мужчины-политики, и общество в целом. [c.578]
4. Женщины-депутаты Федерального Собрания
Ликвидация монополии коммунистической партии, отмена цензуры, плюрализация политики, обнажив недостатки и противоречия в положении российских женщин, открыли в тоже время перед ними возможности для организации и защиты своих прав. На вторых общенациональных выборах (1993 г.) женщины ими [c.578] воспользовались. Впервые в истории в Государственной Думе (нижняя палата Федерального собрания) работает депутатская фракция "Женщины России".
Большая заслуга в этом принадлежит организованному в октябре 1993 г. политическому движению "Женщины России", одна из целей которого - повышение социально-политической активности женщин и выдвижение их в органы власти на уровне принятия решений. На вторых выборах в Федеральное собрание в декабре 1993 г. это движение получило 21 депутатский мандат. Всего в Федеральное собрание РФ избрано 69 женщин (11,4% всех депутатов).
Конкретно выдвинутая женщинами предвыборная программа затрагивала интересы если не большинства, то очень многих избирателей: в области здравоохранения, образования, сохранения инфраструктуры дошкольных учреждений, личной безопасности граждан, равных прав и равных возможностей женщин.
Социальный состав и возрастная структура женщин-депутатов и их электората не соответствуют друг другу. Женщин-предпринимательниц в парламенте больше чем в жизни, велика среди депутатов доля бывших государственных чиновниц. Да и в возрастной структуре преобладают женщины пенсионного и предпенсионного возраста. Трудно ожидать появления в таком составе женского депутатского корпуса яркого общенационального лидера.
Тем не менее, женщины в нижней палате Федерального Собрания активно работают. В январе 1994 года образован Комитет по делам женщин, семьи и молодежи. Работа Комитета сосредоточена по нескольким направлениям. Главные из них - инвентаризация, анализ содержания государственно-правовых актов, касающихся положения женщин, семьи, охраны материнства и детства; обновление форм и принятие нового законодательства, адекватного современным экономическим и политическим реалиям.
Особое внимание Комитет уделяет экспертизе вносимых в парламент законопроектов и других правовых актов, затрагивающих интересы женщин, детей, семьи. Оценивая их соответствие международным Конвенциям и другим правовым актам по правам женщин, ребенка, ратифицированным в России, Комитет систематически [c.579] вносит поправки, конкретные предложения и замечания в законопроекты. Они направлены на предотвращение ущемления или ухудшения прав женщин.
С декабря 1993 г. по инициативе депутатов комитетом разработаны, приняты и вступили в силу следующие законы: "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О приватизации пенсионного фонда в Российской Федерации"; "О внесении изменений и дополнений в Кодекс о браке и семье РСФСР"; Уголовный кодекс РСФСР, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Кодекс РСФСР об административных правонарушениях". Принятие этих законов позволило обеспечить условия защиты несовершеннолетних при приватизации пенсионного фонда, регулировать алиментные отношения в условиях перехода к рынку, корректировать вопросы внутреннего и международного усыновления.
Комитетом подготовлены законопроекты Семейного кодекса Российской Федерации, федерального закона "О государственных пособиях гражданам, имеющих детей", "О государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений" и др.
Образована думская фракция "Женщины России". Идеологией созданной фракции является политика равных возможностей. Но, как заявляет ее руководитель: мы ставим не только чисто женские проблемы, нас волнует положение дел во всех сферах, непосредственно связанных с человеком.
Основные задачи, которые решает фракция "Женщины России":
- развитие системы законодательства, направленной на соблюдение прав человека и совершенствование национального механизма их защиты;
- контроль за реализацией Конвенции о правах ребенка и Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин;
- усиление семейной направленности государственной социальной политики.
По инициативе депутатов фракции и членов Комитета организован и проведен ряд Парламентских слушаний, тематика которых свидетельствует о направлении деятельности и интересов депутатов: в 1994 г. - "Демографическая ситуация и проблемы семьи в [c.580] Российской Федерации"; "Право на жизнь: безопасность потребительских товаров и услуг", "О действии правительства Российской Федерации по активизации социальной политики в интересах детей"; по проекту Семейного кодекса Российской Федерации; "О реализации государственной молодежной политики в Российской Федерации".
Депутаты фракции политического движения "Женщины России", члены Комитета работают с представителями законодательных и исполнительных органов власти в субъектах РФ.
Однако на выборах в 1995 году в Государственную Думу движение "Женщины России" не попало. В настоящее время в России идет процесс оформления национального механизма по обеспечению равных прав и возможностей, ликвидации дискриминации в отношении женщин. Некоторые элементы национального механизма уже действуют.
При Президенте РФ создана комиссия по вопросам женщин, семьи и демографии. Ее главные задачи - формирование и координация государственной политики по достижению равных прав и возможностей для женщин и мужчин, улучшение положения женщин, решение демографических проблем.
В настоящее время при Правительстве Российской Федерации работает Межведомственная комиссия по улучшению положения женщин. В ее состав входят руководители федеральных органов законодательной и исполнительной власти, представители неправительственных организаций, ученые, специализирующиеся на проблемах социально-экономического положения женщин.
Впервые (1992 г.) в России образована кафедра феминологии в Московском государственном социальном университете, в системе высшего образования читается обязательный курс для студентов, функционируют аспирантура и докторантура.
Но все это далеко не достаточно. К сожалению, накал политической борьбы высок, он отвлекает силы исполнительных и законодательных структур от нужд гражданина. И в результате человек, женщина с ее проблемами и заботами пока еще оказывается на обочине интересов государства. [c.581]
Начиная демократические преобразования, отказываясь от многого в прошлом, архитекторы построения нового общества, к сожалению, не имели четкого представления о его модели, фундаментальных ценностях, путях достижения истинно демократического статуса женщины в новом государстве. Проявляется и особенность российского парламента: он молод, а общество не имеет традиций парламентаризма. [c.582]
5. Новые моменты в политике ряда государств и политических партий в отношении женщин
На пороге XXI века деятельность в защиту прав женщин активизировалась и обрела мощный глобальный импульс. На протяжении 20 лет, прошедших после первой Конференции Объединенных Наций по положению женщин, в рамках кампании деятельности за достижение равенства между женщинами и мужчинами произошли важные изменения и имели место несомненные достижения: число женщин на рынке труда увеличивается небывалыми темпами, и женщины добиваются более значительной роли на всех уровнях общественной жизни.
В 70-х и 80-х годах тема равных возможностей для женщин и мужчин стала одной из доминантных в политической жизни многих стран. Важным фактором, инициирующим активность в решении женского вопроса, стало Десятилетие женщин ООН, объявленное на период 1976-1985 гг. под девизом: "равенство, развитие, мир".
В сентябре 1995 г. в Пекине состоялась Четвертая Всемирная Конференция по положению женщин: действия в интересах равенства, развития и мира. Конференция ставила целью установить приоритеты, которых необходимо придерживаться в 1996-2000 годах для осуществления стратегий в рамках системы ООН (3).
Конструктивным событием стало также принятие Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин (4). Она определила в международно-правовой форме принципы и меры, направленные на обеспечение равных прав для всех женщин. Она призвала "...государства принять национальные законодательные меры, запрещающие дискриминацию женщин", рекомендовала им "...принять временные специальные [c.582] меры, направленные на ускорение установления фактического равенства между мужчинами и женщинами, а также меры для изменения социальных и культурных моделей, способствующих сохранению дискриминации" (5).
Существенную роль сыграли "Перспективные стратегии деятельности в области улучшения положения женщин на период с 1986 по 2000 год" (6). В Стратегиях выдвинуты три цели - равенство, развитие и мир. При этом равенство рассматривается не только как правовое понятие, но и как равенство прав, обязанностей и возможностей женщин участвовать в процессе развития в качестве активной действующей силы, непосредственно связывается с задачей всестороннего социально-экономического развития и берется за основу для достижения прогресса всех обществ. В названных документах было зафиксировано стремление Мирового сообщества ликвидировать к 2000 г. дискриминацию женщин. Они стимулировали в странах разработку концептуальных подходов, стратегии и тактики государственной политики, создание национальных механизмов, мониторингов реализации принимаемых текущих и долгосрочных программ.
В 70-е и 80-е гг. были приняты законы о равенстве прав женщин и мужчин во Франции (1993 г.), ФРГ (1980 г.), Англии (1975 г.), Австрии (1979 г.), Дании (1978 г.), Норвегии (1978 г.), Швеции (1978 г.) и т.д. Эти законы включают нормы, регламентирующие равенство возможностей при найме и увольнении, вознаграждении труда, профессиональной подготовке, продвижении по службе, распределении семейных обязанностей между супругами и т.д.
Характерно, что реформирование или создание вновь правовой основы улучшения положения женщин, институирование социальной феминологии имеет принципиально важное значение и неразрывно связано с созданием и разработкой технологий функционирования национальных механизмов, действием организационных структур, направленных на решение женского вопроса. В 90 странах мира существуют национальные механизмы на государственном уровне, в пяти странах их возглавляют премьер-министры. Проведенный анализ деятельности таких государственных органов позволяет сделать вывод о том, что в разных странах существуют разные подходы и типы организационных структур - министерства, комитеты по делам женщин. Но одна общая [c.583] тенденция, бесспорно, при этом прослеживается: политика, направленная на принятие системы мер по обеспечению их равноправия, разрабатывается, и ее претворение в жизнь контролируется на государственном, а не только на общественном уровне. Показательно, что организационные структуры функционируют как в крупных, так и в небольших государствах. Процесс их формирования продолжается.
Как правило, к компетенции этих структур относятся следующие направления: реализация принципа равенства полов в рамках разрабатываемых программ; реагирование на конкретные случаи дискриминации; информационная деятельность по защите политических, экономических и социальных прав женщин; организация и инициирование соответствующих научных исследований; изучение опыта других стран.
Для Запада в 70-80-е годы характерен процесс концептуального осмысления социальной реальности, неудовлетворенность подходами к решению женского вопроса, положению женщин в обществе. В этих странах предпринимают попытки к переходу от осмысления к конкретным, скоординированным, долгосрочным, этапно обозначенным мерам по превращению принципа равенства полов в реальность жизни.
На основе принципов правового регулирования в рамках стран Европейского сообщества разработаны две долгосрочные программы действий по реализации равных возможностей на период 1982-1985 гг., 1986-1990 гг. Вступила в силу третья программа.
Симптоматично, что в странах многопартийной системы массовая работа среди женщин выдвигается в качестве особой задачи. Привлечение их на сторону партии означает для нее или победу, или поражение.
Исследование программных документов социалистов, социал-демократов в отношении женщин, механизмов их вовлечения в орбиту политической деятельности, в управленческие структуры своих стран свидетельствует о том, что партии в этот период гибко меняют свою тактику.
В новых условиях многие политические партии пересмотрели систему своих отношений с женской частью населения, от которой наполовину, а при определенных [c.584] демографических условиях и еще больше, зависит исход выборов в органы власти.
Во французской социалистической партии действуют 20%-ная квота для женщин при выборах в партийный аппарат, 30%-ная квота - при выдвижении кандидатов в депутаты местных органов власти. Фракция СДПГ в Бундестаге имеет 16% женщин, и партия ставит перед собой задачу к середине 90-х годов увеличить эту квоту до 40%. Итальянская коммунистическая партия, насчитывающая в своих рядах 38% женщин, на парламентских выборах 1987 года внесла в списки своих кандидатов в депутаты в среднем 30% женщин, а в некоторых округах до 50%. Таким образом, левые партии становятся одним из основных каналов, по которым женщины выходят в большую политику (7).
Среди всех парламентов мира мужчины составляют 89%, женщины - 11%. Однако представительство женщин в парламентах различных стран вариабельно. Это определяется экономикой, уровнем развития, культурой, религией и политической системой. Так, в таких странах, как США, Бразилия, Великобритания, Франция, Тунис, Кения, Индия, Япония, Таиланд и Австралия, женщины составляют до 10% парламентариев. Следующая большая группа стран - это страны, где представительство женщин в парламентах составляет от 10 до 20%. В их числе Канада, Испания, Италия, Польша, Ангола, Ирак и Новая Зеландия. В группе, состоящей из 5 стран, женщины в парламенте составляют от 20 до 30%. Это Китай, Исландия, Нидерланды, Австрия и Германия. Наконец, к последней группе, где 30-40% женщин в парламенте, относятся Швеция, Финляндия, Норвегия, Дания, Куба и Гвинея (8).
Норвежская рабочая партия и Социал-демократическая партии Дании используют квотную систему, в соответствии с которой 40% всех кандидатов партии на выборах должны быть женщины. По инициативе правительства Норвежской партии стортинг (парламент) в конце 80-х годов утвердил закон, который вменяет обязанность иметь в своем составе не менее 40% женщин. Среди 18 министерских постов восемь занимают женщины. В стране существует социальная "программа [c.585] равноправия", в аппарате правительства - уполномоченный по соблюдению закона и реализации программы.
Важным элементом вовлечения женщин в политическую деятельность, наряду с системой организационных мер, является социальная политика, направленная на облегчение условий быта, воспитания детей, способствующая реальному женскому равноправию. Заботу о фактическом равенстве обоих полов последовательно проводят социал-демократы скандинавских стран. В Швеции, к примеру, создана развитая система общественной помощи семье, позволяющая поровну разделить семейные обязанности между обоими родителями.
Характерно, что и партии, и правительства целенаправленно осуществляют политику продвижения женщин, координируя ее на межправительственном уровне. Так, на конференции министров ЕС (Страсбург, 1986 г.) была, в частности, принята резолюция "О политике и стратегии достижения равенства женщин в политической жизни, их участии в процессе разработки и принятии решений".
Как показывает анализ государственной политики стран ЕС, сегодня наиболее значительные изменения в подходах к решению проблем женщин, повышения их роли в делах общества связаны с процессами коллективного социального планирования для того, чтобы: а) защитить общественные инициативы от деструктивного влияния бюрократии Совету Министров ЕС рекомендовано: обеспечить условия для справедливого распределения между женщинами и мужчинами руководящих постов во всех структурах ЕС, в частности в Европейском парламенте, Секретариате ЕС; б) гарантировать эффективность реализации программ действий ЕС на национальном и местном уровне через локальные институты, которые могли бы обеспечить участие на равной основе женщин и мужчин в процессе социальной трансформации. От правительств-членов ЕС ожидают в этой области конструктивного сотрудничества; в) обеспечить такие условия, чтобы политические решения и изменения были согласованы с интересами всех граждан, без какой-либо дискриминации по мотивам пола.
Конференция призвала политические партии, государственные и общественные организации, профсоюзы и другие заинтересованные группы разработать меры [c.586] позитивного характера, содействующие выдвижению, назначению и избранию большого числа женщин на руководящие посты, повышению их роли в принятии решений на всех уровнях.
Анализ деятельности ведущих политических партий развитых стран дает основание выявить наметившуюся в последние два десятилетия общую для многих из них тенденцию - повышенное внимание к ангажированию женщин в политику. Оно проявляется не только на декларативном уровне, но и подкрепляется созданием специального механизма продвижения женщин в структуры принятия решений. Таким результативным инструментом для этих партий и государств является система квотирования, применяемая как временная специальная мера. Можно сделать и следующий вывод: существовавшая в СССР система квот выдвижения женщин получила за рубежом признание и нормативный статус, как национальный, так и международный. Статья 4 (часть первая) Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин гласит: "принятие государствами-участниками временных специальных мер, направленных на ускорение установления фактического равенства между мужчинами и женщинами, не считается, как это определяется настоящей Конвенцией, дискриминационным, однако оно ни в коей мере не должно влечь за собой сохранение неравноправных или дифференцированных стандартов; эти меры должны быть отменены, когда будут достигнуты цели равенства возможностей и равноправного отношения".
Расширение участия женщин в политических процессах развитых стран - существенная примета времени. Квотирование мест для женщин в партии и парламенте на Западе не относят к разряду ущемления демократии. Недемократичным принято считать то общество, где женщины отстранены от участия в принятии решений.
К ранее изложенному следует добавить еще ряд факторов, которые, с нашей точки зрения, могли бы демпфировать, а в дальнейшем переломить негативную тенденцию "вытеснения" женщин из властных структур: критическое осмысление собственного исторического и зарубежного опыта в этом направлении; развитие и консолидация женского движения как социальной базы, [c.587] выразителя интересов женщин; осознание политическими партиями необходимости определенной стратегии и тактики в продвижении женщин. В будущем, когда пройдет политический шок у населения, на выборах победит та партия, которая наиболее точно, социально привлекательнее сформулирует свою политику, за которую электорат - женщины в нем преобладают - отдаст свои голоса.
Важным инструментом привлечения внимания мировой общественности к положению женщин было проведение Организацией Объединенных Наций четырех всемирных конференций. [c.588]
Глава XXXIV.
Основные понятия: женский вопрос, женщины и политика, активность женщин в политике.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Ваше мнение о положении женщин в России в прошлом и в настоящее время.
2. Зачем женщине высокие руководящие посты?
3. Какова роль думской фракции "Женщины России" в политической жизни страны?
4. Дайте характеристику новым моментам в политике государства в отношении женщин.
5. Приведите сравнительный анализ программ политических партий России по вопросу вовлечения женщин в политическую деятельность.
Литература:
1. Кондорсе Ж.А. Эскиз исторической картины прогресса человеческого разума. М., 1936. С.246.
2. Кон И.С. Введение в сексологию. М., 1988. С.89.
3. Шинелева Л.Т. Путь в XXI век. Четвертая Всемирная конференция по положению женщин. (Пекин, 1995 г.). М., 1995.
4. Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин: Принята Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных наций 18 дек. 1979 г. (Нью-Йорк), 1980.
5. См.: Положение женщин в современном обществе. М., 1990. С.77.
6. См.: ООН. Всемирная конференция для обзора и оценки достижений "Десятилетие женщины" // ООН: равенство, развитие и мир. Найроби, Кения, 1985. А/СО/116/28.
7. См.: Айвазова С. Женщины и политика в Западном обществе // Соц. исследования. 1989. №5.
8. Kvinnor med makt, s. 203-204, Sveriqes Riksdaq. [c.588]
ГЛАВА XXXV. МОЛОДЕЖЬ И ПОЛИТИКА
Политика, всегда связанная с проблемой власти все больше интересует российскую молодежь. Она начинает понимать, что в конкретно-исторических условиях политика может оказать большое воздействие либо на ускорение, либо на замедление социального прогресса общества, а значит и на положение и социальный статус самой молодежи.
Повышение социального веса молодежи и рост молодежного движения в последние годы стимулировали интерес к молодежным проблемам со стороны ученых, особенно социологов и политологов. [c.589]
1. Место и роль молодежи в политической жизни общества
Молодежь - социально-демографическая группа, выделяемая на основе совокупности возрастных характеристик, особенностей социального положения обусловленных теми и другими социально-психологическими свойствами. Молодежь занимает важное место в социально-демографической структуре и общественно-политической жизни общества.
Молодежь социально неоднородна и различные ее отряды (рабочая, крестьянская, учащаяся, городская и сельская) имеют свои специфические интересы. Существенно различны положение и проблемы молодежи в развитых и в развивающихся странах. Поэтому молодежь не представляет единой политической и идеологической силы. Политические лидеры всегда придавали молодежи большое позитивное значение, так как именно она в значительной степени решает исход политической борьбы. Разумеется, необходимо учитывать как возрастную, так и социально-психологическую специфику молодежи, обусловленную исторически неизбежными различиями между разными поколениями. Как известно, молодежь совсем иначе реагирует на изменение политической ситуации в стране, чем старшее поколение.
Молодежь всегда стремилась к активной политической жизни. Следует отметить, что уже в первой половине XIX в. молодежь, по преимуществу студенческая, объединенная в своих союзах принимала участие в борьбе [c.589] против деспотизма, в национально-освободительном движении. Во второй половине XIX в. кроме молодежных организаций, поддерживающих революционное движение, создаются и христианские молодежные организации (Всемирный альянс молодых христиан, Всемирная ассоциация молодых женщин-христианок, Всемирная федерация студентов-христиан и др.).
В начале ХХ в. почти во всех странах Западной Европы были организованы союзы социалистической рабочей молодежи. В 1907 г. создан социалистический интернационал молодежи, а после революции 1917 г. в России - коммунистический интернационал молодежи.
В 1945 г. 10 ноября Великая конференция демократической молодежи (были представители от 63 стран) приняла решение создать Всемирную федерацию демократической молодежи для содействия взаимопониманию и сотрудничеству молодежи во всех областях жизни общества, борьбе против социального, национального и расового угнетения, за мир и безопасность народов, за права молодежи. С тех пор 10 ноября отмечается как Всемирный день молодежи.
Это факты организационного характера, но они как раз и раскрывают силу и мощь молодежи. Например, беспрецедентные по размаху выступления студенческой молодежи в конце 60-х годов выявили огромный рост ее политической активности и политического радикализма, растущее осознание студентами взаимосвязи системы высшего образования с господствующими общественно-политическими отношениями. Это дало повод некоторым ученым (Г.Маркузе) объявить молодежь решающей революционной силой, авангардом трудящихся масс.
Объективные закономерности общественного развития в современной России все явственнее показывают возрастающее значение молодежи в политической жизни страны. Сегодня налицо совершенно новая ситуация по сравнению с 70-80-ми годами, когда молодые люди в большинстве своем проявляли прохладное отношение к политике или даже чурались ее. Это объяснялось твердым убеждением в том, что политикой должны заниматься люди более зрелого возраста, достигшие определенной иерархической ступени в партии или комсомоле. [c.590]
Глубокие социально-экономические и политические изменения, происходящие в российском обществе, серьезно отражаются и на политическом поведении молодого поколения. Во-первых, наблюдается общая активизация политического сознания молодежи, которая находит выражение в интенсивном обсуждении острых общественных вопросов и в критической проверке предлагаемых различными политическими силами ответов на эти вопросы. Во-вторых, стремление самим разобраться в действительном положении дел приводит к тому, что социальное мышление юношей и девушек, ориентированных ранее на решение личных потребительских проблем быта и будней, все больше начинает переплетаться с политическим мышлением, которое порождает новые потребности, интересы и ценности. В-третьих, повышение информированности о политических процессах непосредственно сказывается на образе мыслей и действия молодых людей: уменьшается их конформизм, переоцениваются традиционные схемы объяснения общественных противоречий, ведутся интенсивные поиски новых радикальных решений возникающих вопросов.
Наиболее сильный толчок к резкой политизации массового сознания молодежи дали августовские события 1991 г. и сентябрьско-октябрьские события 1993 г. Молодые люди, особенно те из них, кто непосредственно участвовал в этих событиях, вдруг почувствовали себя личностями, способными воздействовать на политику и даже на характер политической системы в целом.
В условиях политического плюрализма, установившегося в стране, лидеры различных партий, движений и объединений стали делать серьезную ставку на молодежь, прельщая ее свободой и невиданными ранее возможностями для самореализации личности. Борьбу за голоса молодых людей ныне ведут все российские политики, что особенно ярко проявилось в ходе предвыборных кампаний 1995 и 1996 годов.
Команды опытных пропагандистов и агитаторов разрабатывают специальную методику вовлечения молодежи в политический процесс, в которой особое внимание уделяется разнообразию форм и методов работы с нею. Это и регулярные социологические исследования, и [c.591] анкетирование, и приглашения (нередко именные) на различные партийно-политические мероприятия: манифестации, митинги, собрания, дискуссии и т.п. Кроме того, сегодня на молодежь обрушивается целенаправленный газетно-журнальный и радио-телевизионный поток информации. Главная цель заключается в том, чтобы вызвать повышенный интерес к политическим событиям, происходящим прежде всего в стране, и перетянуть на свою сторону тот или иной слой молодежи: КПРФ и аграрии - рабочую и крестьянскую молодежь, "Яблоко" - студенческую и научно-техническую, ЛДПР - военную, Демроссия - служащих торговли и т.д.
Стремление различных политических сил привлечь на свою сторону молодежь - не случайная прихоть их лидеров. Это серьезная социальная база. Ведь сегодня в нашей стране каждый четвертый ее житель - молодой человек в возрасте до 30 лет. А это почти 40 процентов самого трудоспособного населения. Из них свыше 25 миллионов занято в промышленности и на учебе с отрывом от производства. В то же время каждый третий молодой человек по состоянию на 1 января 1995 г. был безработным и более 80 процентов молодых безработных получали пособия. И это без учета так называемой скрытой безработицы.
Игнорирование многих социальных вопросов (жильем, например, молодежь обеспечена в два раза хуже, чем в среднем по стране), ошибки в выборе средств, методов, целей развития и воспитания молодого поколения, внезапно образовавшийся вакуум ценностей, неясность жизненных перспектив, деформация привычных ранее условий и образа жизни являются основными факторами, которые приводят к отчуждению молодых людей от реальных социально-политических процессов в обществе. Имеющиеся среди некоторой части молодежи с невысоким культурно-образовательным уровнем и неразвитым политическим сознанием равнодушие и безразличие к политике прямо отражается на умении самостоятельно мыслить и рассуждать, анализировать общественные явления и давать им правильную оценку. На это, кроме названных, влияют и другие факторы: социальное происхождение, материальная обеспеченность, социальный статус, профессия, степень информированности, окружающая микросреда, традиции, привычки, [c.592] религиозность и т.п. Как правило, именно эта часть молодежи не принимает участия в выборах, в различных политических акциях, пополняет ряды преступников, наркоманов, бомжей. Однако и на этих "изгоев общества" политики стали обращать свой взор, ибо они так же, как и все другие граждане, обладают правом голоса. Достаточно вспомнить в связи с этим предвыборные поездки лидера ЛДПР В.Жириновского по российским тюрьмам и колониям.
Ведя сегодня систематическую работу среди рабочей и крестьянской молодежи политические партии России уделяют большое внимание студенчеству, численность которого только в 548 высших учебных заведениях составляет 2,5 млн. человек. Кроме того, в системе среднего профессионального образования обучается 4,5 млн.
Студенчество является самой отзывчивой частью интеллигенции и более решительнее, точнее отражает и выражает развитие политических интересов различных социальных групп во всем обществе. Студенчество не было бы тем, что оно есть, если бы его политическая группировка не соответствовала политической группировке во всем обществе, - "соответствовала" не в смысле полной пропорциональности студенческих и общественных групп по их силе и численности, а в смысле необходимой и неизбежной наличности в студенчестве тех групп, какие есть в обществе.
Российское студенчество стремится сегодня объединить свои усилия и направить их на реализацию интересов молодежи. В Уставе Российской ассоциации студенческих организаций высших учебных заведений отмечается, что она (ассоциация) является самодеятельным, добровольным общественным объединением, созданным в результате свободного волеизъявления студенческих организаций, действующих на основе общности интересов и расположенных на территории России. Ассоциация является юридическим лицом.
Цель создания Ассоциации - объединение усилий и координация деятельности молодежных организаций по реализации социальных и профессиональных интересов молодежи, творческого потенциала, социально значимых инициатив студенчества, аспирантов, молодых сотрудников и преподавателей учебных заведений. [c.593]
Задачами Ассоциации являются: оказание содействия в реализации студенческих программ; оказание практической помощи студенческим коллективам, в том числе консультативной, информационно-методической и финансовой; привлечение общественности к проблемам студенческой молодежи; представление интересов организаций, входящих в состав Ассоциации, в государственных органах и общественных организациях; осуществление сотрудничества с действующими организациями, объединениями молодежи, созданными по профессиональным и социальным интересам; содействие развитию и углублению международного сотрудничества, развитию туризма, досуга и спорта. [c.594]
2. Молодежная политика
Ни одна страна в мире не может нормально развиваться без четкой и глубоко продуманной программы воспитания и подготовки молодого поколения к профессиональной, в том числе и к политической деятельности. В этом заинтересовано прежде всего само общество. Социальный опыт, накопленный человечеством, показывает, что молодежь всегда была ниспровергателем старого, застойного, консервативного и находилась в первых рядах созидателей нового, прогрессивного. Молодость - это не только пора мечтаний и фантазий, а и время дерзаний, великих научных открытий и изобретений, оказывающих огромное воздействие на весь ход социального прогресса человеческой цивилизации.
Поэтому государственная молодежная политика должна строиться с учетом взаимосвязанности, взаимозависимости и преемственности поколений. В 1965 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла специальную Декларацию о распространении среди молодежи идеалов мира, взаимного уважения и взаимопонимания между народами. Это послужило основой в странах Запада для выработки двух главных направлений молодежной политики:
1) Государственная помощь наименее социально защищенным категориям молодежи при строгой регламентации расходования выделяемых средств;
2) Разработка социальных программ для всех категорий молодых людей с учетом их специфических интересов, потребностей и нужд. [c.594]
В мае 1993 г. в России состоялся международный семинар по социальной работе с молодежью, который принял ряд рекомендаций: разработать систему мер и законов, обеспечивающих защиту прав подрастающего поколения, выполнять эти законы; организовать регулярное изучение молодежных проблем в различных регионах России; поставить перед правительством России вопрос о реализации концепции государственной молодежной политики, направленной на создание правовых, экономических и других условий и гарантий для самореализации личности молодого человека и развития молодежных объединений, движений и инициатив.
К этим рекомендациям в определенной степени прислушались в высших эшелонах власти. 26 мая 1995 г. Госдума приняла Федеральный закон о государственной поддержке молодежных и детских объединений. В статье 4 этого закона говорится: "Государственная поддержка... оказывается зарегистрированным в установленном законом порядке и обратившимся за такой поддержкой к федеральным органам исполнительной власти молодежным объединениям граждан в возрасте до 30 лет, объединившимся на основе общности интересов для осуществления совместной деятельности, направленной на удовлетворение духовных и иных нематериальных потребностей молодежи, социальное становление и развитие членов объединения, а также в целях защиты их прав и свобод".
К началу 1995 года Министерство юстиции РФ зарегистрировало свыше 90 федеральных молодежных организаций. Среди них: Комитет Российской Федерации по делам молодежи, Российское движение аграрной молодежи (РДАМ), Союз молодежных организаций промышленных предприятий (СМОПП), Ассоциация "Молодежь за возрождение Отчизны", Молодежная Лига "Будущее: ХХ век", Молодежная партия "Молодежь за прогресс", Союз молодых кадетов (СМК), Ассоциация молодежи инвалидных организаций (АМИО), Историко-культурное молодежное общество (ИКМО), Ассоциация "Радуга - молодежь за окружающую среду и устойчивое развитие" и др. Около 400 объединений действуют на региональном уровне. И это не считая многочисленных неформальных молодежных групп, в том числе и криминального характера. К сожалению, после прекращения деятельности комсомольской [c.595] организации во всероссийском масштабе новые молодежные организации не играют пока заметной роли в политической социализации подрастающего поколения.
Логика стереотипов и ценностей прошлого, нестабильность политического режима, спад производства, рост безработицы, ухудшение финансово-экономического положения страны, снижение уровня жизни и многие другие факторы в совокупности объективно ускоряют динамизм политических процессов и создают ситуацию, когда, с одной стороны, новое поколение молодых россиян может вырасти политически инфантильным, что чревато серьезными социальными последствиями, а с другой стороны, политизированные молодые люди из всех слоев при хорошей организации могут стать важной социально-политической силой, претендующей на особое место в обществе.
Формирование личности молодого человека осуществляется сегодня под влиянием нескольких относительно автономных социальных факторов, важнейшими из которых являются: семья, школа, общество сверстников (специальные молодежные организации и многообразные неформальные, стихийные группы и сообщества), средства массовой коммуникации. Организация воспитания и обучения молодежи по возрастному принципу, усиливает эту возрастную гомогенность, способствуя выработке специфического "молодежного" самосознания и стиля жизни ("субкультуры").
Множественность факторов политической социализации (семья, школа и т.д.) требует научно обоснованной координации их деятельности. Изучение этих проблем при ясном понимании того, что молодежь не просто объект заботы и воспитания, но активный субъект политической деятельности - задача политической науки.
Таким образом сегодня наша молодежь все больше втягивается в российской политический процесс, постепенно становясь политически сознательной и просвещенной.
Российская модернизация открывает перед молодежью принципиально новые пути, дающая ей возможность свободного развития и творческой деятельности.
В то же время имеется острая необходимость в детальной, глубоко научно обоснованной и социально ориентированной общегосударственной молодежной [c.596] политике, в которой должен быть сделан правильный выбор сделан правильный выбор первоочередных приоритетов, ясное понимание целей и средств их достижения. [c.597]
Глава XXXV.
Основные понятия: молодежь, молодежная политика, учащаяся молодежь, рабочая молодежь, политическая социализация молодежи.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Каковы основные направления политической социализации молодого человека?
2. Каким образом молодежь может влиять на политический процесс в российском обществе?
3. Покажите возрастающее значение молодежи в политической жизни страны.
4. Раскройте сущность политического поведения молодого поколения.
5. Что такое государственная молодежная политика?
6. Особенности современного молодежного движения в России.
Литература:
1. Молодежь: будущее России. М., 1995.
2. Молодежное движение в России. Документы Федеральных органов Российской Федерации и программные документы молодежных объединений. М., 1995.
3. Молодежь России: тенденции, перспективы. М., 1993.
4. Молодежная политика. Информационный бюллетень. Серия № 1-115. М., 1995-1996.
5. Камю А. Бунтующий человек. М., 1991.
6. Розанов В.В. Цель человеческой жизни. // Смысл жизни: Антология. М., 1994. [c.597]
ГЛАВА XXXVI. ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЛИДЕРСТВО
Среди основных и самых важных проблем общественного развития в современном мире, особенно в России, особое место занимает проблема политического лидерства - поиска и выдвижения на решающие посты новых людей, способных на преобразования в государстве и обществе и на проведение политики, удовлетворяющей потребности населения. [c.598]
1. Лидерство и его специфика в политическом аспекте
Субъектами и объектами политики всегда выступают люди со своими потребностями и интересами, идеалами, знаниями, опытом, ценностными ориентирами, эмоциями и культурой. Политика связана с отношениями между людьми, и забывать этот ее сущностный элемент нельзя.
Проблема политического лидерства возникает только при наличии определенных политических условий и политических свобод. Ее непременными предпосылками являются: политический плюрализм, многопартийность, а также внутрипартийная и внутрипарламентская (фракционная) деятельность. То есть, когда идет непрерывная политическая борьба людей, принадлежащих к тем или иным партиям и фракциям, отражающим те или иные интересы и устремления тех или иных групп людей.
Именно поэтому политическое лидерство как практический феномен оказалось в центре нашего внимания лишь в конце 80-х годов. Соответственно с этого времени проблема оказалась в центре внимания отечественной политологии. Свидетельством тому является появление значительного числа публикаций по проблемам политического лидерства (1).
В современных условиях становится очевидным, что политическое лидерство есть существенный элемент общественной жизни и его значение возрастает, а значит, возрастает и потребность в изучении, исследовании, анализе, связанных с ним проблем. Свидетельством этого является и пробуждение интереса к лидерству с середины 70-х годов среди политологов Запада. [c.598]
Заметим, что проблемы лидерства изучаются различными науками. Психология исследует особенности личности лидера. Социология рассматривает лидерство с точки зрения социальной системы. Социальная психология изучает лидерство как процесс взаимодействия социальных и психологических факторов.
Политология рассматривает политическое лидерство как феномен власти, исследует его природу, механизмы функционирования, влияние на общество, а также разрабатывает методы и практические рекомендации по их отбору и эффективному руководству. Кроме того, следует обратить внимание на то, что проблема лидерства рассматривается на двух уровнях. На первом делаются попытки общетеоретического решения этой проблемы с помощью различных философско-исторических и политологических концепций лидерства, - тут нет недостатка в повторении традиционных концепций культа героев. Решение проблемы на втором - преимущественно утилитарном уровне, сводится к эмпирическим исследованиям, к выработке практических рекомендаций.
Везде, где возникают те или иные группы людей, существует лидерство. То есть, это один из существенных признаков любой организации.
Лидер - (англ. - ведущий) - авторитетный член организации или малой группы, личностное влияние которого позволяет ему играть существенную роль в социальных политических процессах, ситуациях.
Лидерство - один из механизмов интеграции групповой деятельности, когда индивид, или часть социальной группы, выполняет роль лидера, т.е. объединяет, направляет действия всей группы, которая ожидает, принимает и поддерживает его действия.
Отсюда и интерес к лидерству. Попытки осмыслить важнейший феномен общественной жизни, раскрыть диалектику общественной жизни, раскрыть диалектику объективного и субъективного факторов в истории, место и роль руководителя, лидера в социальном процессе - предпринимаются давно.
В реальной жизни действуют люди, обладающие сознанием и волей; они ставят перед собой цели и борются за их осуществление. Это обстоятельство в определенных условиях может порождать иллюзию, что сознание [c.599] является главной силой исторического процесса, а история - реализацией идей, носителями которых выступают великие личности.
Уже у древних авторов мы находим описание героев - полководцев, монархов, которые и являются подлинными творцами истории. Одним из первых развернутое описание образа лидера-государя и практические советы для правителей дал Н.Макиавелли (1469-1527 гг.). Он считал, что государь для сплочения общества и поддержания порядка может использовать любые средства, в том числе - хитрость и силу. Французский историк Т.Карнейль (1795-1881 гг.) считал, что история - это результат деятельности героических личностей, а основная масса людей "убога", не способна существовать без направляющего воздействия лидеров. На последующее развитие представлений о лидерстве заметное влияние оказала концепция Ф.Ницше (1844-1890 гг.). Он доказывал, что только великие личности, сверхчеловеки, как высшие представители человечества, творят историю. Сверхчеловек - это сильная, красивая личность и стремление к лидерству. Воля к власти есть проявление его "творческого инстинкта". Такая личность стоит по ту сторону добра и зла. И может быть жестокой и снисходительной к обычным людям, вправе игнорировать нормы существующей морали, т.к. мораль - оружие слабых.
Иначе подходили к этой проблеме основоположники марксизма. Раскрывая диалектику объективных и субъективных факторов в истории, они показали, что историю творят люди, но побудительные мотивы их действий, стремлений имеют свои причины, лежащие в материальной, прежде всего экономической жизни общества. Осознавая реальные экономические интересы, отдельные личности, социальные группы, классы направляют свою практическую деятельность на их осуществление. То есть роль личности рассматривается в обязательной связи с деятельностью классов, социальных групп. Кроме того, вопрос о роли личностей должен рассматриваться по-разному, в различных исторических эпохах, в тех или иных конкретных социально-политических условиях.
И все же до настоящего времени сохранилась традиция исследования биографий отдельных, как правило, исключительных лидеров, которые наложили на политику [c.600] особый отпечаток. Биографии политических лидеров - один из распространенных жанров исторической литературы. Это правомерно, так как помогает понять исторические события в их жизненной полноте и конкретности, дает нам редкий материал о личностях лидеров. Но носят такие биографии скорее описательный, чем аналитический характер. Они мало чем могут помочь в исследовании проблемы лидерства, в создании типологии лидеров. Да и совсем неправомерно сводить историю к сумме биографий.
Видный американский философ, теоретик прагматизма Дж. Дьюи утверждал, что развитие общества происходит случайно, "от ситуации к ситуации" на основе импульсов, получаемых от великих лидеров. "Небольшое число людей, которые знают, чего они хотят, ведут за собой толпу".
Другой американский философ Сидни Хук, назвавший свой вариант прагматизма "экспериментальным натурализмом", посвятил проблеме лидерства монографию "Герой в истории": "История есть творение великих людей, и только лидеры могут влиять на развитие человечества. Если капитализм сумеет выдвинуть сильных и умелых лидеров, то будет снят вопрос о замене его социализмом". Хук фетишизировал роль политического лидера, считая его независимым от народа, от классов. "Вторая мировая война явилась не результатом общего кризиса капитализма, а следствием злой воли Гитлера", - утверждал он. "Культ героя вырабатывается с детства", - повторял он тезис Фрейда. Люди в массе "никогда не освобождаются от зависимости: сначала они зависят от родителей, затем от учителей или кого-либо еще, кто играет определяющую роль..., кто дает ответ на их вопросы". Поэтому "толпа ищет вождя, который играл бы в обществе роль, аналогичную роли отца в семействе".
Из вышеприведенного видно, что роль личности лидеров является неоспоримой практически для всех концепций. Но этот фактор лидерства, называемый "личностью", не всегда ясен и трудно измеряется. Почему та или другая личность становится лидером?
Утверждается, что в основе общественной жизни лежит человеческая психика. Она первична, определяющая по отношению к явлениям социальной жизни. Уже из этого [c.601] видно игнорирование объективной основы деятельности людей. Утверждается также, что человек по природе индивидуалист и собственник, одержим волей к власти.
Есть традиция, идущая от Фрейда, считать лидерство определенным видом помешательства, как следствие невроза, маниакальной паранойи. Действительно, по свидетельствам историков и биографов, ряд политических лидеров были невротиками (Наполеон и Линкольн, Робеспьер и Рузвельт, Пуанкаре, Гитлер, Сталин...).
Последователи Фрейда делят общество на психически нормальных людей, неспособных к творчеству и на... лидеров, являющихся, по их мнению, маньяками, психопатами.
По мнению одного из пионеров психологического подхода Г.Лассуэлла, "вождями - агитаторами" движет чувство вины, они "ищут облегчения посредством таких механизмов, как облечение других", они "пережили в детстве крушение многих надежд". Ему вторит австрийский психолог, ученик Фрейда - А.Адлер: - "ориентированные на лидерство люди, компенсируют комплекс неполноценности, возникающий в детстве, тем, что ведут ожесточенную борьбу за власть, за самоутверждение".
Другой способ обоснования лидерства - институциональный. Лидерство - элемент структурализации группы. Его существование и функционирование определяется объективными потребностями организации социальной жизни. В возрастающей потребности людей в коллективных действиях и осознании этих потребностей в форме коллективных целей, в особенностях политической организации общества - следует искать объяснение лидерства.
Поскольку политика имеет дело с большими массами людей, коллективные действия которых требуют функционально-ролевой дифференциации, оперативного управления и подчинения, то необходима институциализация и формализация (официальное закрепление) лидеров, наделение их определенными властными полномочиями. Приведем здесь высказывание Де Голля: - "Люди не могут обходится без лидерства, как без пищи и воды. Эти политические животные нуждаются в организации, то есть в порядке и лидерах".
В современном обществе выполнение потребностей социальной системы в самоорганизации и упорядочении деятельности масс людей зависит не столько от [c.602] индивидуальных качеств лидеров (хотя это очень важно), сколько от силы и влияния институтов власти.
Уже эти два подхода к обоснованию лидерства показывают трудности, с которыми приходится сталкиваться при попытке дать определение лидерства. Видимо поэтому, нет общепринятого определения этого понятия. Действительно, акцентируя внимание на личности, нельзя забывать о роли среды; изучая поведение или характерные черты лидеров, нельзя выпускать из виду проблемы, связанные с их целями и результатами деятельности.
Тем не менее, последователи этой проблемы пытаются прояснить центральный аспект, суть лидерства и его второстепенные, зависимые аспекты. Приведем некоторые определения.
Лидерство - это влияние на других людей. Но это влияние имеет три особенности: во-первых, чтобы оно было постоянным; во-вторых, воздействие лидера должно осуществляться на всю группу, организацию, общество; в-третьих, политического лидера отличает явный приоритет во влиянии.
Другие определения исходят из рассмотрения общества как сложной, иерархически организованной системы социальных позиций и ролей. Лидерство - это руководящая должность. Это положение в обществе, которое дает занимающему его лицу возможность направлять и организовывать коллективные действия части общества или всех его членов.
Представляется любопытной и такая интерпретация: политическое лидерство - это особого рода предпринимательство, осуществляемое на политическом рынке, при котором политические предприниматели в конкурентной борьбе обменивают свои программы решения общественных задач и предполагаемые способы их реализации на руководящие должности (Дж. Опенгеймер, Н. Фролих и др.). При этом осуществляется персонализация "политического товара" и рекламирование этого товара как "общего блага".
Отсюда, довольно большую популярность во всем мире приобрел политический маркетинг. Но это не столько реклама, предполагающая приукрашивание качеств претендентов, а то и наделение их несуществующими добродетелями. Это прежде всего, грамотное, корректное [c.603] и целенаправленное выявление и подчеркивание различным социальным и национальным группам именно тех реальных качеств и достоинств претендента на лидерство, к которым эти группы проявляют особый интерес.
Убедительное, на наш взгляд, определение дал Ж. Блондель - политическое лидерство есть "феномен власти". И далее он рассуждает: "Лидерство - это власть, потому что оно состоит в способности одного лица (или нескольких лиц), ... заставлять других делать то позитивное или негативное, что они не делали бы, или, в конечном счете, могли бы не делать вообще... Лидер - это тот, кто в силу тех или иных обстоятельств оказывается "над" нацией ( в случае общенационального политического лидерства) и может отдавать приказы остальным гражданам".
Исходя из этого, представляется возможным определить политическое лидерство, и особенно общенациональное политическое лидерство, как власть, осуществляемую одним или несколькими индивидами с тем, чтобы побудить членов нации к действиям (2).
Итак, из вышесказанного видно, что понятие политического лидерства имеет два аспекта: формально-должностной статус, связанный с обладанием властью, и субъективную деятельность по выполнению возложенной социальной роли. Этот второй аспект, т.е. личностные качества и реальное поведение, определяют лишь получение властной должности и служит для оценки лидера как "хорошего" или "плохого". Поэтому неправомерно отделение политического лидерства от его институционального статуса, наделенного властными полномочиями.
И все же остается неясным вопрос: почему, при каких условиях та или иная личность становится лидером?
Рядом западных исследователей выдвинута так называемая "теория черт лидера". В ней основное внимание уделяется личностным качествам лидера. Ее авторы считают, что необходимо изучить лидеров в различных (случайных) ситуациях, социальных группах, выявить присущие им психологические характеристики, составить соответствующие таблицы. В итоге лидерство объясняется как социально-психологический феномен.
Американский социолог Богардус перечисляет десятки качеств, которыми должен обладать лидер - чувство юмора, такт, умение предвидеть, способность привлекать [c.604] к себе внимание, умение нравиться людям, готовность брать на себя ответственность и т.д.
Он же считает, что лидером делают человека прежде всего такие качества, как ум, энергия, характер. Но, заметим здесь, ведь любая личность превратится в Дон Кихота, если будет действовать на основании своей фантазии, не сообразуясь с объективным ходом вещей.
В 30-х годах появилось большое количество исследований, основанных на "теории черт". И в последующем многими делались попытки составлять списки, в которых указывались десятки, а то и более сотни черт, необходимых для лидера. Так, например, американский социолог Стогдилл в 1948 году, обобщив данные многих исследований, перечислил 124 черты лидерства. Но уже тогда был замечен разнобой, неразбериха, иногда взаимоисключающие черты.
Тот же Стогдилл пытался доказать, что лидер должен обладать большим интеллектом, чем члены его группы. Однако, ему возражает Ю.Дженнингс, который пишет: "исследования не доказывают, что превосходящий ум желателен или необходим для лидерства в бизнесе, а также в бюрократических организациях, где карьеру делают не самые умные, а самые изворотливые, беспринципные, умеющие приспосабливаться к вкусам..."
"Теория черт" метафизична в своей основе. Она рассматривает лидерство как изолированный феномен. Однако различные социальные эпохи, различные социальные классы и социальные группы требуют лидеров, обладающих различными качествами. Одни качества требуются для капитана футбольной команды, другие для руководителя научного коллектива и третьи для руководителя политической организации. В действительности черты лидера необходимо рассматривать не изолировано от социальных условий, а в связи с ними.
Но было бы неоправданным и полное отрицание "теории черт". Чтобы стать лидером в условиях политической борьбы, действительно нужны определяющие и социальные качества. Наблюдения свидетельствуют о том воздействии, которое может оказывать лидер благодаря своему обаянию, внешности, ораторскому мастерству и популярности, а также интеллекту, хитрости, решительности. [c.605]
Ситуационная концепция. Лидерство рассматривается как функция ситуации. Сущность лидера не в индивиде, а в роли, которую он должен выполнять в конкретных обстоятельствах, и это определяет выбор лидера и его поведение, принимаемые им решения.
Отдавая приоритет требованиям объективных обстоятельств, многие считают, что нельзя снимать момент активности лидера по отношению к ситуации. Уже упоминавшийся Ю. Дженнингс пишет: - "Нет сомнения, что если ситуация созрела для Наполеона, то Наполеон созрел для ситуации. Великие события всегда есть свадьба между человеком и временем. Великий лидер "чувствует" ситуацию и знает,... когда он ее может использовать..., обратить в свой актив".
Теория определяющей роли последователей. Лидер - это человек, который имеет последователей. Группа сама выбирает лидера, который удовлетворяет ее интересы; лидер, в сущности, не более, чем инструмент группы. Т.е. "тайна лидера" не в нем самом, а в психологии и запросах его последователей. Прежде всего для становления лидера имеют значение ожидания группы. Социологи, принимающие эту теорию, считают влияние ведомых на лидера негативным. Они превращают лидеров в марионеток, действующих на потребу толпы, живущих по ее критериям. Лидер стремится удовлетворить низменные страсти толпы, чтобы удержаться у власти, идет на поводу массовых предрассудков.
"Синтетический" подход к лидерству. Вроде бы освобождается от односторонности предыдущих подходов, но здесь характерен эклектизм. [c.606]
2. Влияние политического лидерства на развитие общества
Само определение политического лидерства как власти, осуществляемой с тем, чтобы побудить членов нации к действиям, показывает, что власть лидеров способна, по самой своей природе, сплотить граждан для совместных усилий по улучшению состояния дел в обществе.
В то же время очевидно, что результаты деятельности лидеров могут быть хорошими или плохими. Поэтому необходим анализ того, в какой мере и при каких условиях лидерство приносит те или иные результаты. [c.606]
Вопрос о результатах деятельности лидеров непосредственно связан с проблемами данного общества, с его характеристиками, или, иначе говоря, с состоянием среды. Они не могут ставить любые, пришедшие им в голову проблемы и рассчитывать на успешное их решение. Как отмечает Ж.Блондель, "лидеры - это пленники той среды, в которой они могут сделать то, что среда "позволяет" им сделать".
И все же мы в состоянии наблюдать в реальной жизни, что лидеры оказывают влияние на среду, и она во многом зависит от характера и методов их действий. Это требует классификации и разбивки по категориям типов политических лидеров.
Многие исследования лидерства опираются на типологию, разработанную немецким философом и социологом Максом Вебером. Он выделяет три типа лидерства:
1. Традиционное лидерство определяет принадлежность к элите, вера в святость традиций (характерно для "доиндустриального общества");
2. Харизматическое лидерство основано на вере в способности вождя, его исключительность, культ личности;
3. Рационально-легальное лидерство основано на вере в законность существующего порядка (бюрократическое лидерство, агент определенной государственной функции).
Наибольший интерес вызывает "харизматическое лидерство" исходное для понимания вообще феномена и всей динамики социального процесса. Для него характерна фанатичная преданность последователей лидеру, лидерство в этом случае носит сугубо личностный характер. Но Вебер не определяет, какими качествами должен обладать харизматический лидер, хотя указывает, что харизматическая власть появляется тогда, когда общество переживает серьезный кризис, поражающий всю его структуру, когда граждане перестают выражать согласие и признавать существующие институты. В дальнейшем последователи Вебера расширили толкование харизматического лидера и показали, что он может возникать не только в кризисные периоды, популярность лидера может "делаться" политиками.
В наше время харизматическая теория лидерства активно используется для объяснения политических [c.607] процессов в развивающихся странах. Здесь часто происходило обожествление лидеров, превращение их в диктаторов, т.к. и их собственная вера в незыблемость связи "вождь-массы" создает впечатление, что авангардная организационная сила им уже не нужна (Г.А.Насер, К.Сианук, Сукарно и др.).
По стилю различают авторитарное лидерство, предполагающее единоличное направляющее воздействие, основанное на угрозе применения силы и демократическое лидерство, позволяющее членам группы участвовать в установлении целей и управлении ее деятельностью.
По видам различают (в организациях) "формальное" и "неформальное" лидерство. Первое связано с установленными правилами назначения руководителя и подразумевает функциональные отношения. "Неформальный" лидер возникает на основе личных отношений участников. Эти виды лидеров либо дополняют друг друга и сочетаются в лице авторитетного руководителя, либо вступают в конфликт, и тогда эффективность организации падает.
В политике по характеру и масштабу деятельности различают лидеров трех уровней: 1) лидер малой группы лиц, обладающий наибольшей властью в данном сообществе, имеющих общие интересы; 2) лидер общественного движения (организации, партии) лицо, с которым конкретные социальные слои (группы) ассоциируют возможность удовлетворения своих интересов; 3) лидер - политик, действующий в системе властных отношений, где политическое лидерство представлено в виде социального института. Это лидер национального масштаба.
Чем отличается лидерство в национальном масштабе? Прежде всего это "дистанционное лидерство". Лидер и его последователи не имеют прямых контактов, их отношения опосредуются массовыми коммуникациями, организациями, людьми, обслуживающими политическую машину. Далее - это многоролевое лидерство. Лидер ориентируется на ожидание своего непосредственного окружения, политической партии, бюрократической исполнительской машины, наконец, широкой публики, и его задача поддерживать эти противоречивые роли в определенном равновесии. [c.608]
Отметим еще, что в одних и тех же социальных условиях, из одних и тех же социальных и политических групп могут выдвигаться различные лидеры. Это конформисты - "плывут по течению" и нонконформисты - те, кто идет "против течения", преодолевая инерцию и сопротивление (может быть, как пример М.С.Горбачев?). То есть лидеров различают по их отношению к существующей социальной структуре - "функциональный", стабилизирующий, способствующий ее развитию и " "дисфункциональный", стремящийся ее разрушить; "ритуальный" и "кризисный".
Безусловно, политические лидеры, выражая интересы больших групп людей, могут оказывать значительное воздействие на ход событий. Участвуя в политической деятельности, они выражают и свои личностные черты, делающие их субъектами социального процесса. Т.е. их поведение не фатально, существует относительная самостоятельность, проявляется личная активность, а то и субъективность решений.
Политическое поведение лидеров мотивируют несколько основных потребностей:
1) потребность во власти;
2) потребность в контроле; над событиями и людьми;
3) потребность в достижении цели;
4) потребность в принадлежности к какой-то группе и получении одобрения.
Можно выделить три типа причин, по которым власть для политического лидера желанна:
1) чтобы ограничивать действия других;
2) чтобы другие люди не вмешивались в его дела;
3) чтобы осуществлять политические цели.
Но все же, по мнению многих политологов, лидер в современном индустриальном бюрократическом обществе (президент, премьер и т.д.) есть продукт "организованной активности", чисто символическая фигура - его роли выполняют другие люди, его штаб - "исполнительная элита". Современный государственный лидер действует в рамках определенных предписаний, установленных норм. А вся бюрократическая машина "работает" независимо от смены лидеров. Это положение отметил еще В.И.Ленин в работе "Государство и революция", где писал, что капитал, овладев [c.609] этой машиной, "обосновывает свою власть настолько надежно, настолько верно, что никакая смена ни лиц, ни учреждений, ни партий в буржуазно-демократической республике не колеблет этой власти" (3).
Уже в 60-е годы Гелбрэйт заметил, что лидеры лишь подписывают решения, выработанные коллективами людей, обладающих профессиональными знаниями. Отсюда наблюдается и безликость лидеров. Лидер не может по своему произволу творить историю. Политические лидеры выдвигаются определенными социальными группами и их роль зависит от положения и роли выдвинувшей их группы. В современном обществе политической жизнью руководит его наиболее активная, организованная часть - партия. Лидеры опираются на партию.
Роль лидера возрастает, особенно в переломные периоды развития, когда требуется быстрое принятие решений, способность правильно понять конкретные задачи. При этом, отметим, бытует мнение, что "сильный лидер" может решить все проблемы. И в нашей печати периодически разворачиваются дискуссии о необходимости "железной руки". Даже многие подвижники демократии считают, что к демократии мы должны прийти через усиление авторитарности в верхнем эшелоне власти. Или вспомним высказывание президента Л.Валенсы о необходимости установления авторитарной, или даже диктаторской власти в Польше, для того, чтобы добиться намеченных целей преобразования общества.
Действительно, на определенном этапе может возрасти эффективность деятельности при жестком, требовательном лидере. Но основная задача лидера - индуцировать активность, устранять пассивность, вовлекать всех членов группы в управление ею. Отсюда - один из аспектов политологического и социально-психологического анализа - личные качества лидера. Нас интересуют, в первую очередь, социальные характеристики.
Какими же качествами, характеристиками должен обладать политический лидер? Не претендуя на полноту, назовем некоторые:
- интересы общества для него должны быть выше личных, именно это создает ему авторитет в значительной мере;
- способность организовать действия; [c.610]
- учитывать, выражать и отстаивать взгляды той или иной группы;
- коммуникабельность и ораторские способности;
- обладать высокой политической культурой.
Кроме всех прочих качеств, лидер - это личность эрудированная, корректная, достойная в моральном отношении.
Заметим еще: лидер должен быть подобным членам своей группы, своим последователям, людям, которыми он руководит. Он должен быть "один из нас" (вспомним здесь личность Р. Рейгана, Б. Ельцина...), должен иметь одинаковые или близкие цели и интересы, убеждения и принципы. Говоря другими словами, каждый избиратель должен найти в кандидате частичку самого себя.
Реальными условиями, подтверждающими право на лидерство, способствующими становлению лидера, являются:
- наличие собственной политической программы (т.е. лидер должен вносить что-то свое, новое),
- умение бороться за осуществление этой программы (поэтому важны личные качества: воля, целеустремленность, настойчивость),
- популярность (уметь завоевывать массы),
- иметь время и возможности, чтобы показать свое лидерство.
Личность, становящаяся лидером (в соответствии с потребностями группы), должна обладать определенными социально-значимыми чертами, которые формируются в процессе ее взаимодействия с другими людьми. Но при этом нельзя рассматривать личность в статике. Уже то, что она становится лидером, принимает на себя ответственность, само по себе приводит к определенным изменениям в ее поведении, индивидуальных характеристиках. Хотя детерминизм поведения лидера общественными отношениями отнюдь не лишает его индивидуальности и активности.
* * *
В заключение заметим, что настоящие политические лидеры формируются в политической борьбе. Но как уже было сказано, в нашем недавнем прошлом не было настоящей политической борьбы и не было спроса на политических лидеров. Наши дни подтверждают, что не исчезают собственно политические проблемы, связанные с представительством различных классов и социальных [c.611] групп в политической власти и с реализацией их интересов. Что и привело к резкому росту спроса на политических лидеров. И в силу тех же прошлых условий, в роли лидеров сегодня оказываются нередко "политкустари", часто с невысоким уровнем политической и социальной зрелости. Все это тем более требует внимательного анализа реальной действительности и изучения имеющегося опыта. [c.612]
Глава XXXVI.
Основные понятия: лидер, вождь, политическое лидерство, руководство.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Какова сущность и истоки политического лидерства? Что побуждает людей к активной профессиональной деятельности, к лидерству? Почему общество, классы, нации, слои выдвигают из своей среды лидеров?
2. Прочитав главу в учебнике и литературу, рекомендуемую для самостоятельного изучения, попробуйте проследить изменение взглядов на место и роль руководителя, лидера в социальном процессе.
3. Почему и при каких условиях та или другая личность становится лидером? Когда возрастает роль лидера?
4. Сколько типов лидерства Вам известно? По каким критериям они определяются?
5. Какими качествами должен обладать политический лидер, какие выполнять функции? Достаточно ли наличия этих качеств, чтобы стать лидером? Создайте свою модель политического лидера.
6. Влияют ли исторические условия на формирование идейной потребности в определенном типе политического лидера? Какой политический лидер нужен сегодня в России?
7. Что Вы знаете о концепции вождизма?
8. Каковы особенности выдвижения политического лидера в условиях однопартийной системы?
9. Чем определяется культ личности политического лидера? (Режимом власти или личными чертами?)
10. В чем специфика политологического изучения лидерства? [c.612]
Литература:
1. Ашин Г.К. Критика современных буржуазных концепций лидерства. М.: Мысль, 1978; Шестопал Е.Б. Личность и политика. М.: Мысль, 1988; Гроджилов М.И. Политическое лидерство. // Соц.-полит. журн. №12. 1991.
2. Блондель Ж. Политическое лидерство. М., 1992. С.10.
3. Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.33. С.14.
4. Имидж лидера. Психологическое пособие для политиков. М., 1994.
5. Поппер К.Р. Открытое общество и его враги. В 2-х тт. М., 1992. Т. 2. С. 88-90.
6. Ламброзо Ц. Гениальность и помешательство. М., 1991.
7. Бек А. Новое назначение. М., 1988. [c.613]
Глава XXXVII. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭЛИТА
Современный этап жизни российского общества отличается обилием новых проблем, которые привлекают всеобщее внимание, широко обсуждаются в средствах массовой информации. Но, пожалуй, особенно оживленно обсуждается информация о представителях высшего эшелона государственной власти, их деловых и морально-политических качествах. И это закономерно после десятилетий умалчивания и дезинформации. На смену этому пришел период более объективного осознания существующих политических реалий, более трезвой оценки вклада в общее дело высшего социального слоя - политической элиты. [c.614]
1. Понятие, характерные черты и функции политической элиты
Понятие "элита" и его основные синонимы всегда играли важную роль в теориях и концепциях гуманитарных и военно-политических дисциплин и особенно в политических науках. Обоснование роли политической элиты в жизни российского общества приобретают сегодня особую актуальность. Для России это обусловлено еще и своеобразием переживаемого исторического периода. И одним из путей выхода из кризиса, стабилизации обстановки, подъема России является эффективная деятельность элитных групп, которые определяют стратегию развития общества. При этом важно отметить, что элитные группы необходимо в любой сфере деятельности, будь то наука, политика, армия или управление экономикой.
Для выявления сущности проблемы важно выявить генезис самого понятия "элита". Термин "элита" происходит от французского elite (лучший, отборный, избранный). Начиная с XVII в., он употребляется для обозначения товаров наивысшего качества, а затем и для выделения в социальной структуре "избранных людей", прежде всего высшей знати. В Англии, как свидетельствует Оксфордский словарь (1823 г.), этот термин стал применяться к высшим социальным группам в системе иерархического общества. Понятия стали использоваться в генетике, семеноводстве для обозначения лучших сортов. Однако термин "элита" не применялся широко в [c.614] общественных науках до конца XIX - начала XX вв. (то есть до появления работ В.Парето), а в США - до 30-х гг. нашего столетия.
Сама по себе постановка проблемы, касающейся особой роли верхушки государственного класса, не является заслугой современной западной политологии. Она имеет давнюю традицию, восходящую к Платону, Аристотелю, Макиавелли. Заслуга В.Парето, Г.Моски, Р.Михельса - основателей современной элитарной теории - состоит в том, что они пытались вычленить и систематизировать вопросы, связанные с ролью элиты в политическом процессе, сделать их объектом специального исследования.
Еще в 1896 г. в "Основах политической науки" Г.Моска сформулировал закон социально-политической дихотомии общества. Он состоит в том, что во всех обществах, начиная с самых среднеразвитых и едва достигших зачатков цивилизации и кончая просвещенными и мощными, существует два класса: класс управляющих и класс управляемых. Первый, всегда более малочисленный, осуществляет все политические функции, монополизирует власть и пользуется присущими ему преимуществами. Второй, более многочисленный, управляется и регулируется первым и поставляет ему материальные средства поддержки, необходимые для жизнеспособности политического организма (1).
Моска проанализировал проблему формирования (рекрутирования) политической элиты и ее специфических качеств. Он считал, что важнейшим критерием формирования политического класса является способность к управлению другими людьми, то есть организаторские способности, а также материальное, моральное и интеллектуальное превосходство. Хотя в целом этот класс наиболее способен к управлению, однако, не всем его представителям присущи передовые, более высокие по отношению к остальной части населения качества.
В ходе своей эволюции политический класс постепенно меняется. Существуют две тенденции в его развитии: аристократическая и демократическая. Первая из них - аристократическая - проявляется в стремлении политического класса стать наследственным если не юридически, то фактически. Вторая - демократическая - состоит в [c.615] обновлении политического класса за счет наиболее способных к управлению слоев, в том числе и низших.
Независимо от Г.Моски, примерно в это же время теорию политических элит разрабатывал В.Парето. Он, как и Моска, исходил из того, что во все времена миром правило и должно править избранное, наделенное особыми психологическими и социальными качествами меньшинство - элита. "Нравится это некоторым теоретикам или нет, - писал он в "Трактате по общей социологии", - но человеческое общество неоднородно и индивиды различны физически, морально и интеллектуально". Совокупность индивидов, которые отличаются результативностью, действуют с высокими показателями в той или иной сфере деятельности, и составляют элиту. Она делится на правящую, прямо или опосредованно (но эффективно) участвующую в управлении, и неправящую - контрэлиту - людей, обладающих характерными для элиты психологическими качествами, но не имеющими доступа к руководящим функциям в силу своего социального статуса и различного рода барьеров. Развитие общества происходит посредством периодической смены, циркуляции элит. Поскольку правящая элита стремится сохранить свои привилегии и передать их по наследству людям с неэлитарными индивидуальными качествами, то это ведет к качественному ухудшению ее состава и одновременно к количественному росту контрэлиты. Последняя с помощью мобилизуемых ею недовольных правительством масс свергает правящую элиту и устанавливает собственное господство (2).
Крупный вклад в развитие теории политических элит внес Р.Михельс. Он исследовал социальные механизмы, порождающие элитарность общества. В основном солидаризируясь с Моской в трактовке причин элитарности, Михельс особо выделяет организаторские способности, а также организационные структуры общества, стимулирующие элитарность и возвышающие управляющий слой.
Таким образом, политическая элита - это реальность сегодняшнего, и вероятно, завтрашнего этапов развития цивилизации. Ее существование обусловлено действием следующих основных факторов: а) психологическим и социальным неравенством людей, их неодинаковыми [c.616] способностями, возможностями и желанием участвовать в политике; б) законом разделения труда, который требует профессионального занятия управленческим трудом как необходимого условия его эффективности; в) высокой общественной значимостью управленческого труда и его соответствующим стимулированием; г) широкими возможностями использования управленческой деятельности для получения различного рода социальных привилегий. Известно, что политико-управленческий труд прямо связан с распределением ценностей и ресурсов; д) практической невозможностью осуществления всеобъемлющего контроля за политическими руководителями; е) политической пассивностью широких масс населения, главные жизненные интересы которых обычно лежат вне сферы политики.
Все эти и некоторые другие факторы обусловливают элитарность общества. Сама политическая элита внутренне дифференцирована. Она делится на правящую, непосредственно обладающую государственной властью, и оппозиционную- контрэлиту; на высшую, принимающую значимые для всего государства решения (обычно в ее состав входит примерно один человек из 20 тысяч населения), среднюю, выступающую барометром общественного мнения и включающую около 5% населения, а также административную - служащие-управленцы (бюрократия).
Классифицируя политическую элиту, необходимо отметить, что есть два основных подхода к этому понятию. Первый - настоящая, истинная элита воплощает сущность нации (этноса), глубину его группового или национального мифа, мифологического сознания. Иначе говоря, она занята тем, что постоянно объясняет (не только и не столько вербально, сколько созданием соответствующих моделей поведения) своему социуму "в чем смысл его жизни", "Кто мы? Откуда мы пришли? Куда мы идем? Кто наши друзья и враги?", "Где наша Родина, каковы ее границы". В этом случае элита связана с традициями, временем и пространством. Она здесь - это воплощение личной ответственности. Действительная элита характеризуется своей внутренней, имманентной традицией, этикой, она - живая душа своего общества. В то же [c.617] время только такая элита символизирует высшую свободу данного народа (3).
Во втором случае, элита - это определенным образом структурированная группа, которая в силу своего положения в обществе обладает потенциалом решающего влияния на большинство других социальных групп. Здесь элиту можно соотнести с таким понятием как "истеблишмент", "номенклатура", "правящий класс". В социально-политическом плане она экстравертна: ее самосознание формируется отчужденной от нее внешней средой. Такую элиту чаще всего называют ("псевдоэлитой"). Она обладает внешними, формальными признаками реальной элиты. И никогда не несет ответственности за все общество. В суровые годы испытаний такая элита чаще всего покидает свой народ, а порой и предает его, превращаясь в антиэлиту. История знает немало примеров, в том числе и в России.
Есть и другие основания для классификации элиты (См. схему 1). Элита общества интригует многообразные интересы - экономические, политические, культурные, обеспечивает связи между бизнесом, политиками, военной верхушкой, владельцами средств массовой информации. В иерархии этих интересов примат принадлежит отношениям собственности и власти, которые и делают данный слой господствующим и кровно заинтересованным в сохранении существующего статус-кво и социальной стабильности. Относительная самостоятельность элиты связана со сложностью, а порой и противоречивостью интересов структурных элементов господствующего слоя. У элиты есть возможность не только лавировать между интересами различных слоев правящего класса, но порой даже принимать решения, против которых высказывается большинство правящего класса (так, "новый курс" Ф.Рузвельта встретил сопротивление большинства капиталистов США, не сразу осознавших в нем свой глубокий интерес, защите которого и послужило государственное регулирование экономикой. История показывает, что администрация Соединенных Штатов в тот период лучше поняла интерес общества и господствующего класса, чем подавляющее большинство их представителей).
Следовательно, к функциям политической элиты относятся: изучение, анализ и отражение в политических [c.618] установках интересов различных социальных групп: классов, слоев, наций и т.п.; выработка политической идеологии: программ, доктрин, конституции, законов и пр.; субординация интересов различных групп господствующего класса, учет потребностей других социальных образований; создание механизма воплощения политических замыслов; назначение аппарата органов управления; выдвижение политических лидеров.
Схема 1

Исходя из анализа выполняемых ею функций, можно дать определение элиты. политическая элита - это относительно небольшая социальная группа, которая концентрирует в своих руках значительный объем государственной и информационной власти, ее отличают высокий социальный статус и интеллект. Она обеспечивает интеграцию, субординацию и отражение в политических установках интересов различных социальных групп и [c.619] создает механизм воплощения политических замыслов. (См.схему 2).
Схема 2

Критерием эффективности деятельности политической элиты является не количество затраченного времени и труда, на что чаще всего ссылаются политические лидеры и государственные чиновники, а достигнутый уровень прогресса, благосостояния своего народа, обеспечения политической стабильности и национальной безопасности.
Весьма своеобразным и пока еще мало изученным является сам механизм формирования и функционирования политической элиты. В обществе может быть много умных, талантливых, волевых людей, но это еще не означает автоматического появления элиты. [c.620]
Интересную гипотезу генезиса и эволюции элиты выдвинул профессор А.Ефимов. Он представил этот механизм в виде социальной интерпретации биологического закона элитарного ряда. В самом общем виде содержание закона отражает внутреннюю, повторяющуюся, устойчивую связь между элитой и остальными членами популяции биологического вида и заключается в том, что определенные виды растений и животных существуют и успешно развивается лишь при наличии у них элитарных групп. В случае же гибели или вырождения элиты растения или особи деградируют, а порой и исчезают. С определенной спецификой данный закон можно применить и к социальному миру (4).
Причем, необходимо отметить, что существует система как положительного, так и отрицательного отбора политической элиты. При положительном отборе в политическую элиту попадают самые достойные представители общества - талантливые организаторы, интеллектуалы. В этом случае социально-этнические общности успешно развиваются. Особенно необходима система положительного отбора элиты в условиях, когда общество находится в экстремальном состоянии. По мнению известного этнографа Л.Гумилева, наиболее высока вероятность такого отбора в период подъема пассионарности этноса. (Пассионарность - это энергия и характер поведения человека, обладающего этой энергией. Пассионарность создает избыток биохимической энергии живого вещества, обратный вектору инстинкта и определяющий способность целых народов к сверхнапряжениям) (5).
И, наоборот, когда этнос переживает снижение пассионарности, начинает функционировать система отрицательного отбора элитных групп. При этом элита стремительно деградирует. На место выбывающих звеньев элиты приходят претенденты с пониженными, а порой и с антисоциальными качествами (например, римский император Калигула). Если элита дряхлеет, впадает в маразм, то рано или поздно деградирует культура, личность, а это, в свою очередь, приводит к вырождению целых народов, классов, гибели государства, разрушению цивилизаций.
Разумеется, данный закон вовсе не отменяет и не отвергает другие общесоциологические и социально-политические законы развития цивилизации. Он лишь в [c.621] определенной степени проясняет и конкретизирует механизм реализации этих законов через деятельность важной социальной группы - политической элиты.
Политический опыт показывает нам несколько приемов борьбы против деградации политической элиты. Это - предельные сроки пребывания у власти избираемых и назначаемых лиц, их периодическая отчетность, обязательное обновление кадрового состава органов управления, соблюдение принципа альтернативности при замене, конкурсный отбор и др.
В современных условиях делается серьезная попытка кардинально изменить формирование политической элиты нашего общества на основе демократических принципов: многопартийной политической системы, гласности, плюрализма мнений. Пока этот процесс только начался и идет весьма противоречиво. И здесь уместно вспомнить предостережение выдающегося русского ученого И.А.Ильина, который в одной из своих работ писал, что любой государственный строй плох, если не создает условия для выдвижения к управлению страной лучших людей, любые выборы, любая демократия не имеют смысла, если в ходе их разрушаются государство и нация. По его мнению, для России пока не созреют условия для демократических выборов, более предпочтительна демократическая диктатура. Справедливость его утверждения, по мнению автора, заключается в том, что в обществе, где не сформирован средний класс, а есть только два слоя: несколько процентов сверх богатых людей, а остальные находятся за чертой, или у черты бедности, отсутствуют материальные предпосылки для формирования и сохранения высокой политической культуры.
Как показывает политический опыт, при этом создаются условия для олигархизации власти. А в России это еще ведет и к тому, что значительная часть государственных чиновников коррумпирована, преступность срастается с властью. В связи с этим есть возможность через деньги, подконтрольные СМИ и особенно телевидение, манипулировать общественным сознанием. Пока еще не все ясно и с объективностью подсчета голосов на выборах.
Для нас представляет интерес деятельность политической элиты в условиях кризисных ситуаций, определяемая ею стратегия и тактика стабилизации положения [c.622] и продолжение обновления общества. Конкретные наработки в этом направлении имеются у западных политологов, и было бы неразумно их сегодня игнорировать. Разумеется, рекомендации необходимо принимать с учетом специфики нашей страны.
Современные западные школы политологии выступают, как правило, против резкого, радикального переустройства общества. Наилучшим методом они признают путь постепенных реформ, направленных на эволюционное изменение (модернизацию отсталых обществ) и предотвращение политических потрясений и конфликтов.
Резюмируя изложенный материал, отметим, что анализ политической элиты как социально-политического образования позволяет, во-первых, существенно углубить и конкретизировать наши представления о властных отношениях в обществе, и, во-вторых, отметить, что прогресс нашего народа его выход из кризисного состояния во многом зависит от механизма отбора и эффективной деятельности политической элиты. [c.623]
2. Особенности эволюции российской политической элиты
Общество Советского Союза представляло собой достаточно сложную систему, включающую два основных стержня: в социально-экономической сфере - корпоративно-отраслевую структуру, в политической - кадрово-организационный механизм КПСС. И то, и другое объединялось, комбинировалось в общую систему приверженностью идеологическим ценностям.
Политическую элиту в СССР иногда называли номенклатурой. Это была довольно монолитная группа и все ее члены утверждались в ЦК КПСС. В этом смысле вся советская элита была партийной, т.е. политической. Внутри номенклатуры были две основные группы: партийно-комсомольские функционеры и технократы (хозяйственники, директора, министры).
Закономерно не только то, что Советский Союз развалился, но и то, что это, катастрофическое событие вызвало поначалу минимальный социальный протест. Но одной из причин такого положения являлось то, что большинство советской номенклатуры в целом сохранили и даже укрепили свое политическое и экономическое [c.623] положение. Так по данным исследования, проведенным сектором изучения элиты Института социологии РАН, более 75% политической и 61% бизнес-элиты - выходцы из старой советской номенклатуры. Новая политическая элита состоит в основном из бывших партийных и советских работников, а новая экономическая элита рекрутировала кадры из комсомольцев и хозяйственников. Об этом говорят и данные, представленные в таблице.
Большинство высших руководителей страны поднялись на политический Олимп в 1990-1991 гг. в период формирования в рамках СССР самостоятельного российского государства. В 1992-1993 гг. высшая политическая элита продолжала активно генерироваться в основном за счет новых руководителей правительства. Только три представителя первого эшелона нынешней власти до 1990 года занимали крупные посты в структурах бывшего СССР (Б.Н.Ельцин, В.С.Черномырдин, В.В.Геращенко).
РЕКРУТАЦИЯ СОВРЕМЕННОЙ ЭЛИТЫ ИЗ СОВЕТСКОЙ НОМЕНКЛАТУРЫ
(В % ПО СТОЛБЦУ)

Окружение президента
Лидеры партий
Региональная элита
Правительство
Бизнес-
элита
Всего из советской номенклатуры
75,0
57,1
82,3
74,3
61,0
в том числе из:





партийной
21,2
65,0
17,8
0
13,1
комсомольской
0
5,0
1,8
0
37,7
советской
63,6
25,0
78,6
26,9
3,3
хозяйственной
9,1
5,0
0
42,3
37,7
другой
6,1
10,0
0
30,8
8,2
(См.: Финансовая олигархия в России. // Известия. - 1996. - 10 января).
Среди представителей первого эшелона власти 63% сделали политическую карьеру через "команду Ельцина", 46% - Верховный Совет, 26% - через различные партии и движения, 17% - через местные органы власти и 14% - через "команду Горбачева". Среди представителей второго [c.624] эшелона власти через эти главные "кадровые кузницы" политической элиты прошли соответственно 62, 39, 32, 11, 17%. (См.: Политическая элита России. // Независимая газета. - 1993. - 10 декабря.)
В политической карьере современных государственных деятелей наблюдается определенная цикличность. Их путь на вершины власти начинается с победы в избирательной кампании. Получив статус народного избранника, молодой политик затем попадает в сферу и в поле влияния различных органов власти и занимает руководящий пост и место в команде того или иного лидера. Для дальнейшего самосохранения и самоутверждения в политической системе он создает "под себя" партию или движение (или примыкает к лидерам уже существующих структур). Опираясь на свое служебное положение и на свою партию, он начинает подготовку к новой избирательной кампании уже с прицелом на высшие государственные посты.
Однако при анализе эволюции политической элиты нельзя не учитывать того обстоятельства, что в эпоху рыночных реформ высший управленческий аппарат оказался еще слабее, чем раньше, защищен от коррупции. Уже давно развеялся миф, что вместо коммунистов к власти в стране придут честные люди. И в настоящее время в острой, порой жестокой и кровавой борьбе идет активный процесс формирования новой российской политической элиты. Можно отнести к современной правящей элите руководящее ядро бывшего общественно-политического движения "Демократическая Россия", представителей партии "Наш дом - Россия" и др. Однако в последнее время, особенно в канун кризисов (октябрь 1993) и выборов органов власти в 1995 году все более решительно заявляют о себе контрэлитарные группы.
В 1995 году в России шли два противоположных процесса: в политике продолжали функционировать демократические механизмы формирования власти, в экономике происходила концентрация финансового капитала на фоне промышленного регресса. В результате чего: демократические выборы обеспечили победу коммунистов и либеральных демократов, а контроль над экономикой оказался в руках финансовой олигархии. Однако следует учитывать, что реальная власть находится в руках [c.625] исполнительных органов и они очень тесно связаны с финансово-промышленными и крупными коммерческими структурами. Вполне очевидно, что данное противоречие разрешиться позднее в результате противоборства элиты и контрэлиты.
Сегодня в Российской Федерации по-прежнему отсутствует эффективная кадровая динамика, вертикальные каналы поступления адекватной информации и согласованные модели принятия решений и в конечном счете формирующая устойчивый общенациональный политический истеблишмент. Естественно, в этой ситуации и не могли и не могут быть выработаны какие-либо новые организационные модели, обеспечивающие воспроизводство и функционирование нового политического истеблишмента, способного объединить весь сложный спектр постсоветских элит. Потому не могло не произойти и кризисного усложнения в образовании новых элит.
Для нас, прежде всего, представляет интерес эволюция российских региональных элит в пограничных пространствах Российской Федерации, поэтому рассмотрим это более подробно. [c.626]
3. Механизмы образования новых элит
В течение последних лет в Российской Федерации продолжалось формирование трех основных типов новых постсоветских элит: региональной, отраслевой, криминальной. Все эти типы элит ярко представлены в пограничных пространствах России и СНГ.
Развитие этих механизмов происходило вокруг двух основных ценностей - власть и собственность. Конфликтный характер во взаимоотношениях между конкурирующими элитами обусловливался различными приоритетами в их ориентации во внешней социальной среде. Например, для криминальных элит таким приоритетом оставалась безопасность. Причем не столько даже во взаимоотношениях с государственными институтами, сколько в отношениях друг с другом, поскольку и традиционная советская криминальная структура стала в последние годы кардинально видоизменяться. Для конкурирующих региональных элит таким приоритетом оставалось обеспечение социальной стабильности, а для конкурирующих [c.626] отраслевых - обеспечение сохранения жизнедеятельности экономических комплексов.
Можно сформулировать следующую закономерность образования квазиэлит в постсоветском пространстве: возрастание конкуренции внутри каждого вида (криминального, регионального и т.д.) прямо пропорционально интенсивности взаимодействия между различными элитами, принадлежащими к разным типам (криминального и регионального, отраслевого и криминального и т.д.).
Рассмотрим более подробно каждый вид региональных элит России.
"Регионалы". В пограничных пространствах, где развиваются острые конфликтные ситуации, где особо быстрыми темпами распространяется среди населения оружие, ключевую роль в формировании региональных элит играли военно-силовые элементы. Это один из самых решающих факторов формирования региональных элит. Он, в свою очередь, трансформировался в общий силовой потенциал, коалиционные связи, степень насыщенности региона оружием, наличие или отсутствие полевых командиров и характер их взаимоотношений, уровень общей преступности, наличие или отсутствие постоянных спецподразделений армии, пограничных войск или МВД в данном регионе (Сев. Осетия, Чечня).
Важный фактор образования региональных элит - потенциал управления экономической, социальной и политической напряженностью в том или ином регионе. Этот фактор по-разному оказывал воздействие в трех различных типах регионов: наиболее эффективно - в национальных республиках с приблизительно равными пропорциями тех иных групп населения (Татарстан, Башкортостан), в крупных мегаполисах (Москва, Санкт-Петербург), портовых центрах (Калининград, Владивосток, Новороссийск). Причем, если в первом случае происходили консолидация ключевой чаще всего титульной, национальной элиты в республиках и достаточно быстрое размывание всех остальных, во втором случае (в городах), наряду с доминирующей элитой во главе с формальным руководителем, формируется и несколько значимых альтернативных элит. Наконец, в третьем случае образуется довольно широкий спектр [c.627] элит, где практически в каждой представлены криминальные и полукриминальные элементы.
Эффективность управления региональной напряженностью прямо пропорционально связана с фактором феномена лидера. Причем особенность постсоветского политического пространства заключается в том, что именно статусная роль (президент, премьер) в значительной степени способствуют развитию феномена ситуационного лидера, а вовсе не волевое, интеллектуальное превосходство данной личности.
Наконец, еще один важный фактор, стимулирующий процессы образования и развития квазиэлит, - это потенциал внутрирегиональной дифференциации. Она обусловливается прежде всего этно-национальными, политическими причинами, или обострившейся борьбой вокруг внутрирегиональных социально-экономических противоречий. Пример первой тенденции - образование республики Адыгея, избрание ее президентом Аслана Джаримова и приобретение особого статуса Адыгеи в составе Краснодарского края. Пример второй тенденции - фактический выход из подчинения Грозному Надтеречного района Чечни, где были сконцентрированы наиболее значительные политические силы, оппонирующие Дудаеву.
И третий пример, ситуация в Тюменской области, где постепенно обостряются отношения между севером, центром и югом региона. При этом политические группы, стоящие за этими процессами, придерживаются собственных групповых взглядов на вопросы нефте- и газодобычи в регионе, перспектив экономического развития области и т.д.
Немаловажную роль в сегодняшних процессах образования региональных элит играет партийный фактор, однако достаточно специфическим образом. Прежде всего все более существенную роль играют региональные партии и общественно-политические движения. Очень часто их главная задача заключается в предварительном формулировании долгосрочных региональных интересов.
Существенное влияние на процессы образования национальных элит оказывают местные филиалы общефедеральных партий. Наряду с региональными движениями и партиями эти местные отделения играют роль [c.628] полигонов для формирования новых локальных, а в перспективе возможно и федеральных лидеров.
Особое значение для анализа обстановки в пограничных пространствах приобретает тенденция к росту сепаратизма и национализма со стороны некоторых региональных политических элит.
В последнее время получил развитие, например, процесс структурирования сибирских субъектов в различного рода экономические, социальные, финансовые, либо отраслевые ассоциации взаимодействия. Активизировались попытки привлечь иностранные инвестиции преимущественно в сырьевой комплекс и инфраструктуру. Сибирские лидеры избрали приоритетным направлением внешнеэкономических интересов российские Дальний Восток и Приморье, а также страны Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР).
При этом сепаратистские процессы на этно-национальной основе получили свое усиление, например, в Республике Тува. Ее руководство официально выступило с заявлением о возможности образования на ее территории суверенного государственного образования с последующим выходом из состава Российской Федерации. Аналогичные процессы набирают силу в Бурятии.
Стабилизировалось стремление региональной элиты Республики Саха (Якутия) к укреплению государственного суверенитета. На практике это выражается в укреплении экономического и политического суверенитета, развитии межгосударственных экономических связей и торговли за счет использования своих природных ресурсов, в первую очередь, алмазных ресурсов. Вполне очевидно, что это ведет к росту дезинтеграционных процессов в Российской Федерации и возникновению субъектов федерации с особыми правами, а это - путь сначала к конфедерации, а в перспективе к распаду государственности. Аналогичный путь прошла Югославия и ряд других стран.
И не надо забывать, что у России есть и противники, и соперники, и желающие решить свои проблемы за счет наших ресурсов. Американские интеллектуальные корпорации уже ставят задачу по "выделению во всех регионах РФ перспективных лидеров, чьи взгляды соответствуют интересам США и кто в будущем мог бы сформировать новый общенациональный политический [c.629] истеблишмент". В этой связи начата реализация ряда соответствующих программ, в том числе "Программа содействия демократии в России".
На начальном этапе этого долгосрочного проекта осуществляется "проведение аналитических исследований регионов РФ, сбор информации о молодых, подающих надежды политиках, региональный мониторинг на базе изучения местной прессы, поездки журналистов, официальных лиц и т.д.
Затем - одно-двухгодичное обучение отобранных кандидатов в США, содействие после возвращения в РФ их политической карьере с тем, чтобы через 10-20 лет (то есть к 2003-2005 гг.) именно из этих молодых людей был сформирован "новый правящий класс".
Особую роль в социально-политических процессах, происходящих в российском обществе, играют криминальные квазиэлитные группы.
"Криминалы". В узком смысле слова собственно криминальным в общенациональном масштабе, то есть прямо и агрессивно противопоставляющим себя закону, может считаться сообщество, состоящее примерно из 1,3-1,6 миллиона преступников (вместе с членами семей это около 5,5-6 миллионов человек). Непосредственная среда, с которой постоянно контактирует и в которой функционирует чисто криминальное сообщество, составляет (вместе с семьями) около 22-25 миллионов человек. В целом же криминальная и непосредственно связанная с ней социальная страта составляет около 28-30 миллионов человек, то есть около 20 процентов всего населения Российской Федерации. По данным компетентных органов, преступное сообщество контролирует около 50 тыс. предприятий различных форм собственности. На вооружении более, чем 3000 тыс. преступных структур и их военизированных формирований находится свыше 200000 единиц автоматического оружия (в то время как два года назад их число составляло только 24568 шт.), не считая охотничьего нарезного и гладкоствольного оружия. Значительное количество незаконного оборота оружия приходится на пограничные пространства Российской Федерации (6).
Есть по крайней мере не менее четырех каналов, через которые криминальная система участвует в формировании квазиэлитных групп. [c.630]
Первый канал. Речь идет о естественном объединении изолированных криминальных групп в определенные межрегиональные и общенациональные иерархизированные организации непосредственно мафиозного типа. При этом, хотя приоритетными остаются собственно экономические интересы, объективно, на определенном этапе и в определенных регионах, такие криминальные ассоциации становятся важными элементами прямого политического влияния. В 1993 году это было наиболее характерно для столичных мегаполисов (Москва и Санкт-Петербург), для портовых городов, для мест дислокации органов погранконтроля, через которые идет активный поток товаров и миграционные потоки. Это характерно и для Кавказского особого пограничного округа, к примеру для таких мест как Яранг-Казмаляр ("Золотой мост") в Республике Дагестан и др. Криминальные структуры в этом регионе носят прежде всего национальный характер и тесно связаны с коррумпированными органами управления.
Второй канал. Интеграция национальных криминальных структур в международное преступное сообщество, в частности участие в обеспечении транснациональных потоков наркотиков, международной проституции, в торговле редкоземельными металлами, нефтью, золотом, алмазами, оружием. Поскольку трансконтинентальные мафиозные системы обычно уже имеют определенные связи с представителями тех или иных квазиэлитных групп официального российского политического истеблишмента, это дает дополнительные возможности для российских криминальных структур, участвующих в международном нелегальном бизнесе, оказывать воздействие на принятие необходимых политических и экономических решений в тех или иных регионах Российской Федерации.
Третий канал. Поглощение местных структур официальной власти преступным сообществом, когда локальные квазиэлиты интегрируются в криминальные структуры. Данная ситуация в Российской Федерации была характерна прежде всего для целого ряда регионов, обладающих сырьевым экспортным потенциалом, а также для специфических финансовых центров.
Четвертый канал. Возникновение достаточно устойчивых вертикальных связей между отдельными политическими группами в высших эшелонах официальной российской [c.631] власти и наиболее значительными криминальными структурами.
Исходя из оценки социально-политической обстановки в России, можно спрогнозировать несколько сценариев развития событий с учетом эволюции региональных элит.
В течении 1995 года продолжался процесс медленной эрозии российской государственности, постепенная делегитимация политического пространства, все более частое и жесткое использование прямой силы для решения усложняющихся политических противоречий.
Во-первых, практически все возникающие и развивающиеся квазиэлиты (даже криминальные) функционируют в условиях сохраняющегося инерционного потенциала советской системы.
Во-вторых, главный элемент, в относительной степени все еще стабилизирующий динамику борьбы между квазиэлитами, - угроза насилия, при этом сам уровень насилия, общая конфликтность в постсоветском социуме постоянно возрастают. Возможно, в последние месяцы в борьбе между квазиэлитами все чаще используется фактор политического терроризма.
В рамках первого сценария постепенно складывается коалиция из нескольких наиболее значимых элит (представляющих и региональный, и отраслевой, и криминальный блоки). В случае, если такая коалиция получит поддержку некоторых элит, представляющих официальные еще дееспособные силовые структуры, возникнут предпосылки для формирования новой номенклатуры, нового истеблишмента.
В рамках второго сценария такая коалиция принципиально не может сложиться из-за психологической и идеологической несовместимости лидеров ведущих элит, деградирующей слабости силовых институтов, наличия существенного потенциала у конкурирующих, прежде всего со значимым региональным весом элит. В этом случае общенациональная номенклатура не имеет шансов на новое образование.
В рамках этого второго сценария в свою очередь возможны два вектора развития. Первый предполагает фактический и формальный раскол общефедерального российского пространства по региональным и [c.632] межрегиональным блокам, где происходит формирование уже своего регионального истеблишмента. Второй вектор развития постепенно превращает Российскую Федерацию сначала в "размягченную" федерацию, а потом и в конфедерацию.
Конечно, приведенные выше сценарии - весьма грубые схемы. Есть и другие варианты. Но историческая продуктивность всех остальных вариантов зависит от того, в какой степени в них будет акцентироваться проблема реальной элиты. Сознательное конструирование такой элиты вполне возможно. Но в конечном счете для этого нужно историческое сверхусилие. При учете расстановки сил в России, необходимо принимать во внимание и особый слой политической элиты - военную элиту государства.
В политическом процессе и политической науке концепция политического лидерства и элиты занимает одно из центральных мест. Это связано прежде всего с тем, что в основе крупных социально-политических изменений лежит деятельность субъективного фактора. В связи с этим настало время по-новому пересмотреть соотношение объективного и субъективного в политической истории общества. Политическая элита в конкретный момент времени и в конкретном месте решает и разрешает возникшие в обществе противоречия. Именно политическая элита общества способна и призвана повести свой народ и государство через изломы истории и несчастья для нации, когда элита по тем или иным обстоятельствам оказывается не на высоте своего положения, вырождается и перерождается. В результате гибнут люди, деградирует общество, а порой уходит в пучину истории целая цивилизация. На протяжении тысячелетия России удавалось преодолевать такие изломы и возрождаться порой из пепла. [c.633]
4. Элитное образование
Зададим вопрос: являются ли многочисленные беды и провалы постсоветского периода действием объективных причин, неотвратимых факторов, сопровождающих процесс перехода от тоталитаризма к демократии, так сказать, платой за искупление тоталитарных грехов, или же это во многом результат действия субъективных факторов. По-видимому, второй ответ ближе к истине. А [c.633] среди этих субъективных факторов важную, а порой и решающую роль играет качество политической элиты. Для того, чтобы выработать оптимальную стратегию и тактику экономического, политического, культурного развития страны, нужна квалифицированная и высокоморальная элита. А есть ли таковая у нас?
Конечно, о качестве элиты проще всего судить по результатам ее управленческой деятельности. А результаты эти - падение производства более чем в два раза, многочисленные политические провалы, деградация духовной жизни, науки, культуры. Но можно взять за основу и субъективные критерии, например, отношение к ней населения, оценка им ее деятельности, используя социологические опросы населения, и констатировать низкий рейтинг элиты, низкий уровень доверия к ней.
Но легко критиковать нашу политическую элиту. Труднее ответить на вопрос: а где взять высококвалифицированную и, главное, высокоморальную элиту? Ясно, что такая элита не может родиться в готовом виде, как Афродита из морской пены. Ее надо готовить, пестовать, создавать условия для ее становления. Высокая политическая культура элиты - важнейший элемент повышения политической культуры всего народа. А низкое качество элиты - свидетельство отсутствия системы ее оптимального рекрутирования и планомерной подготовки.
Среди существовавших и существующих типов рекрутирования элиты можно отметить два основных - открытый и закрытый. Первый предполагает конкурсное занятие элитных позиций - в соответствии со способностями их соискателей, и поэтому предполагает приток лучших умов, талантов, в том числе и из более низких социальных слоев. Напротив, закрытый тип предполагает клановое формирование элиты из выходцев узкого элитного слоя (пример этого типа - выдвижение на лидерские позиции по принципу родовитости в феодальной России - система, которую пытались поломать царь Алексей Михайлович и особенно Петр I.
Причем открытое рекрутирование - отнюдь не изобретение последнего времени, не монополия современных демократий. Даже в условиях азиатского способа производства известны два типа рекрутирования элиты - клановый, закрытый - в кастовой системе древней Индии, и [c.634] относительно более открытый - в древнем Китае, включавший конкурс на замещение административных постов.
Даже в некоторых странах средневековья, где господствовал абсолютистский режим, существовали элементы открытой системы рекрутирования элит, в частности, в Оттоманской империи, где наиболее способные дети отбирались в элитный янычарский корпус независимо от их социальной и даже национальной принадлежности (в том числе и из военнопленных, принимавших мусульманство, так что среди янычар были и выходцы из славянских и западноевропейских народов). А что касается элементов закрытости рекрутирования элит, это, увы, присуще даже наиболее демократичным современным странам. Так, в США легче пробиться в элиту WASP (белым, англо-саксам, протестантам), людям состоятельным, со связями, чем выходцам из социальных "низов", представителям дискриминируемых нацменьшинств. Так что указанную типологию нужно скорее понимать в духе веберовских "идеальных типов". Реально существуют смешанные типы, с тяготением к одной из двух указанных моделей.
Любая социальная система нуждается в организации подготовки элиты, в системе элитного образования. Причем тип системы этого образования тесно связан с типом рекрутирования элиты - открытым или закрытым. Нужно сказать, что в современных условиях, в эпоху информационного общества та система, которая закрывает путь наверх талантам и способностям (или хотя бы ставит препоны на этом пути, недостаточно широко открывает двери социальной мобильности), обречена. В нашу эпоху огромное, порой решающее значение имеют способности к инновациям, к нестандартному мышлению, к оригинальному решению проблем, многие из которых являются принципиально новыми для человечества. В наиболее развитых странах это отчетливо понимают; там идет настоящая охота за талантами во всех областях человеческой деятельности - в науке, искусстве, политике, бизнесе. В последние годы особенно активно и результативно ищут таланты среди подрастающего поколения ведущие японские корпорации. Они знают, что любые расходы на селекцию и "утилизацию" талантов окупятся сторицей. "Тойота", "Тошиба" и другие корпорации посылают [c.635] своих агентов в школы и вузы страны, чтобы отбирать талантливых юношей и девушек для работы в бизнесе, в менеджменте.
А как обстоят дела в нашей стране? Известно, что наша образовательная система переживает тяжелый кризис, во многом отражающий кризис всего общества. После Октябрьской революции безраздельно господствовала теория и практика единой школы. На определенном этапе она сыграла частично позитивную роль, во всяком случае, в ликвидации обширных зон неграмотности, в провозглашении права на образование. Но единая школа, ставшая единообразной, порой просто серой, стандартизирует обучение. К тому же она еще в течение десятилетий осуществляла идеологическое оболванивание учащихся, их индоктринизацию. И ныне задача видится в том, чтобы уйти от этого единообразия, одинаковости школы.
Важным путем решения этой задачи является дифференциация школьного обучения и, прежде всего, создание элитных школ. И тут возникает вопрос, весьма болезненный для российского менталитета - совместимо ли создание элитных школ с социальной справедливостью?
Этот вопрос достаточно давно обсуждается специалистами по социологии образования. В ней выявились два альтернативных подхода. Эгалитаристские критики элитного образования используют следующие аргументы: наличие элитных школ - вызов демократии; они ставят детей в неравные условия, воспроизводят и закрепляют систему социально-классового неравенства. Собственно, аргументы критиков элитного образования нам хорошо знакомы, ибо это прежде всего марксистские критики. Их аргументы не лишены оснований. Но нам известно также, что эгалитаристские теории в советской педагогике нанесли огромный ущерб образованию; они делали, в частности, среднее образование действительно "средним" в смысле его посредственности, униформизма, игнорирования вундеркиндов, которые "ломают строй", они требовали от педагогов обращать главное внимание "подтяги-ванию" отстающих, которые во что бы то ни стало должны получить среднее образование.
Теперь выслушаем и другую сторону - сторонников элитного образования. Их аргументы звучат достаточно весомо. Единая (и единообразная) система обучения не учитывает [c.636] разнообразие личностных ориентаций, глушит индивидуальность, нивелирует личности обучающихся, не стимулирует развитие их талантов, уникальных способностей. В демократическом обществе наряду с государственной должна существовать независимая система образования, в том числе альтернативного, и пусть родители и дети выбирают ту систему, которая им больше подходит. А если одаренные дети из необеспеченных семей не могут оплачивать дорогостоящие частные школы, то они имеют право на дотацию со стороны благотворительных фондов, государства, на стипендию для талантливых детей из слоев, которые имеются во многих элитных школах.
Причем элитные учебные заведения призваны быть маяками всей системы образования, полем для проведения прогрессивных экспериментов. Многие американские и английские специалисты по социологии образования подчеркивают, что Итон, Харроу (элитные школы), Оксфорд, Кембридж (элитные университеты) в Англии, Гротон и Сент-Поль (элитные средние учебные заведения), университеты "Лиги плюща" - Гарвард, Йель, Принстон должны не замыкаться в себе, сохраняя свою эзотеричность, но, напротив, выступать моделью, к которой приближается система образования в Великобритании и США. Многие элитные учебные заведения индустриально развитых стран выступают и в роли спонсоров одаренных детей безотносительно к статусу их родителей - элитные школы готовы обучать таких детей бесплатно, даже платить им небольшие стипендии, ибо наличие одаренных детей в привилегированных частных школах способствует подъему уровня обучения в самих этих школах. А воспитание ярких талантов выгодно и для всего общества и - непосредственно - для спонсоров этих школ, особенно если ими являются крупные корпорации, ибо выпускники этих школ являются базой для пополнения сотрудников этих корпораций или государственных учреждений, с которыми сотрудничают эти корпорации, не говоря уже о том, что это спонсорство служит улучшению имиджа соответствующей корпорации.
Можно заметить, что картина, рисуемая сторонниками элитного образования, пожалуй, слишком розовая, это скорее норматив, идеал, расходящийся с действительностью, но зато служащий определенным ориентиром. [c.637] Можно и нужно выявлять недостатки элитного образования в разных странах (вспомним, что и Россия имеет традиции такого образования достаточно назвать знаменитый Царскосельский лицей, давший столько выдающихся деятелей культуры и политики, где соучеником великого Пушкина был и будущий канцлер России Горчаков). Вопрос заключается лишь в следующем: эти недостатки следует выявлять для того, чтобы их устранять, чтобы скорректировать это образование в соответствии с современными потребностями общества, или же для того, чтобы его отвергнуть в пользу эгалитарного, усредненного образования, столь характерного для СССР.
В стране, движущейся к рынку, люди все более начинают сознавать, что социальная справедливость - это не равенство в нищете, а равенство возможностей, которое неминуемо сопровождается неравенством в результатах деятельности личностей. Следует развести понятия: "справедливость" и "равенство", ибо равенство может быть глубоко несправедливым. Это в полной мере относится к системе образования. Ведь если, к примеру, в начальной школе для всех - и для тех, в ком дремлет гений Моцарта, и для тех, кому "медведь на ухо наступил", - существует единая норма - 45 минут в неделю - урока музыки, то это, разумеется, равенство, но равенство вульгарное. Это отнюдь не справедливость - ни по отношению к личности (не дает возможности ей развивать свои способности), ни по отношению к обществу (лишает его талантов и успехов, которые могут быть ими достигнуты). Это псевдоравенство. Реформируя нашу систему образования, безусловно, стоит изучить и использовать богатый опыт элитного образования Англии, Германии, Франции, США, дореволюционной России. Хотя слепо копировать этот опыт и не следует.
Но пока мы еще не решили поставленный нами вопрос: справедливо ли элитное образование? Для его решения прежде всего предлагается различать элитарное и элитное образование. Элитарное образование - образование детей узкого круга, в который входят люди по критериям знатности и богатства. Социологи обычно различают элиту "крови" (критерий знатности, господствующий в традиционном обществе), элиту богатства (в индустриальном обществе) и элиту знания (в информационном [c.638] обществе). Поскольку элитарное образование - образование для выходцев из узкого круга, оно несправедливо, оно расточительно для общества: ведь в этом случае теряются таланты детей, семьи которых не входят в элиту общества.
Напротив, элитное образование, помимо того, что это образование самого высокого уровня, характеризуется тем, что его критерием являются способности, таланты детей; оно не должно зависеть от происхождения и богатства родителей. Для усвоения ценностей, предложенных этой системой образования, необходим высокий уровень способностей.
Различие между элитарными и элитными школами видно хотя бы из того, что отпрыски богатых семей, поступив в элитную школу, просто не смогут в ней учиться, если не обладают высокими интеллектуальными способностями. Из такой школы они просто вынуждены будут уйти, ибо "не потянут", даже если их родители и заплатили немалые деньги за их обучение. Можно видеть, что элитарное образование сопряжено с системой закрытого рекрутирования элит, в то время как элитное образование - с системой открытого ее рекрутирования.
Дискуссионным является и другой вопрос - правильно ли считать, что дифференциация образования и создание элитных школ служит закреплению и углублению социальной стратификации общества и уже поэтому не отвечают принципам справедливости. Или, напротив, более корректным является утверждение, что хорошее образование - один из важнейших каналов усиления социальной мобильности в обществе (большинство социологических исследований подтверждают вторую точку зрения).
Не предвосхищая ответ на этот вопрос, обратимся к выяснению соотношения двух рассматриваемых нами видов образования - элитарного и элитного. Можно показать, что они соотносятся как два пересекающихся круга, у которых часть площади - общая. Элитарное образование может быть одновременно и элитным и наоборот. Собственно, элитарное образование, в определенной мере почти всегда является элитным (хотя бы с точки зрения его качества). Более того, можно утверждать, что элитное образование исторически возникло и развивалось в рамках элитарного (иначе и быть не может в условиях социально дифференцированного [c.639] общества). И если попытаться выявить историческую тенденцию, можно отметить, что постепенно круг детей, получающих элитное образование, расширялся и изменялся структурно: все большую роль при этом играли способности, и все меньшую - знатность и богатство родителей. Можно сказать, что дифференциация обучения вообще и элитное образование как его момент и сторона соответствует важнейшей тенденции современной цивилизации - процессу индивидуализации.
Однако наряду с общими элементами между элитарным и элитным образованием существуют различия, перерастающие в противоположность, и это позволяет нам классифицировать первое как несправедливое, а второе - как соответствующее нашим представлениям о социальной справедливости. Ведь элитное образование не дискриминирует учащихся, для него не важен социальный статус их родителей, их национальность и другие социальные характеристики; главный критерий, на который оно ориентируется, повторяем - способности учащихся, без которых просто невозможно усвоение ими огромного объема сложной информации. В противоположность этому элитарное образование, ориентированное на узкий социальный слой, ставит препоны "аутсайдерам", выходцам из неэлитной среды, т.е. стремится сузить круг обучаемых, закрепить посредством образования привилегированное положение определенных классов и социальных групп. Можно утверждать, что элитное образование совместимо с демократией, отвечает критериям социальной справедливости, элитарное же, напротив, противоречит демократическим принципам и нормам и должно преодолеваться по мере социального и политического прогресса человечества и, прежде всего, прогресса демократии.
Таким образом, мы выяснили, в чем главный недостаток и, более того, порок элитарного образования. И нам следует принять меры против этого явления, тем более, что оно дает о себе знать в нашей стране как в условиях былого тоталитаризма, так и в условиях перехода к рыночным отношениям. Мы имеем в виду престижные полузакрытые школы, в которые дети порой зачисляются "по блату" или за взятку, в которых непомерно высокая плата за обучение, престижные вузы, где большие шансы имеют дети, родители которых могут [c.640] нанимать дорогостоящих репетиторов, одним словом, учебные заведения, при приеме в которые имеет место скорее "конкурс родителей", чем детей. Ныне положение изменилось лишь в том смысле, что место старой партократической элиты заняла элита "демократических" чиновников и бизнесменов. Итак, нам необходимо расширение элитного образования при отсечении элитарного - во имя развития творческих способностей личности, во имя принципов демократии и социальной справедливости.
Совершенно очевидно, что ныне и в обозримом будущем общество не может функционировать без элиты. Значит, квалифицированную элиту, ориентированную на высокие гуманистические ценности, нужно готовить, причем готовить загодя, по возможности планомерно. Известно, что коммуникационные навыки, в частности, лидерство, формируются уже в раннем возрасте, и поэтому для общества чрезвычайно важно распознавать и развивать способности его членов к лидерству. Именно в этом плане важна проблема элитного образования, которое может оптимизировать процесс рекрутирования и смены элит в обществе. [c.641]
Глава XXXVII.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Обоснуйте необходимость и сущность понятия "политическая элита общества".
2. Дайте характеристику критериев и покажите классификацию политической элиты.
3. Определите сущность и покажите на исторических и современных примерах России и СНГ действие закона элитарного ряда.
4. Перечислите современные концепции политической элиты и их характерные постулаты.
5. Назовите наиболее эффективные направления деятельности элиты в условиях реформирования общества.
6. Методом контент-анализа различных источников исследуйте результаты опросов общественного мнения в России по рейтингу современных политических и военных лидеров. [c.641]
Примерная тематика докладов и рефератов:
1. Особенности эволюции политической элиты в России на рубеже XX-XXI вв.
2. Закон элитарного ряда и формирование элитных групп в экстремальных условиях функционирования общества.
3. Военная элита государства.
4. Теория "пассионарности" Л.Н.Гумилева и закономерности возникновения и функционирования элит.
5. Политическая элита и безопасность российского государства.
6. Методологические и политологические аспекты прогнозирования политического поведения элитных групп и региональных лидеров.
Литература:
1. Mosca G. Teorica deigoverno eqoverno parlamentaire. Milano, 1994.
2. Малькова Е.П., Фролова М.А. Массы. Элита. Лидер. - М.: Знание. Сер. философия, 1992.
3. Ашин Г.К. Правящая элита и общество. // Свободная мысль. - 1993. - №7.
4. Ефимов А. Элитные группы, их возникновение и эволюция. Знание - сила, 1988, №1.
5. Гумилев Л.Н. Ритмы Евразии. Эпохи и цивилизации. М.: Прогресс, 1993.
6. Белая книга российских спецслужб. - М.: Обозреватель, 1995.
7. Ашин Г.К. Элитология. - М., 1995. [c.642]
ГЛАВА XXXVIII. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ
Все, что совершает человек, проходит через его сознание. Внутренними источниками его активности выступают потребности и интересы. Вне их учета невозможно понять истинный смысл, намерения и конкретные шаги в политике государств, партий, социальных групп и конкретных личностей. Эта устойчивая связь отмечается многими учеными и политиками. "Ближайшее рассмотрение истории убеждает нас в том, - писал Г. Гегель, - что действия людей вытекают из их интересов, и лишь они играют главную роль" (1).
В этой связи политические интересы представляют собой актуальную и достаточно сложную теоретическую проблему, уяснение которой позволяет понять логику деятельности различных политических сил, предвидеть развитие политических событий и процессов. [c.643]
1. Содержательная характеристика политических интересов
Понятие "интерес" (лат. interest - иметь значение) активно используется в различных отраслях научного знания. При этом исходное понимание термина везде восходит к толкованию в словарях Даля, Ожегова, Ушакова - "интерес" как значение, важность дела; внимание, возбуждаемое к кому (чему)-нибудь значительному, важному, полезному или кажущемуся таковым (2). В философско-политологическом ключе интерес понимается как причина действий индивидов, социальных общностей, причина, определяющая их социальное поведение (3).
Природа интереса представителями различных отраслей знания объясняется по-разному. Так, психологи, социологи, философы, правоведы говоря об интересе указывают прежде всего на свой предмет исследования. Поэтому в литературе существует несколько подходов (концепций) объяснения генезиса интереса (4).
Приверженцы "психологической концепции" интересов видят их первооснову в психологии человека и его сознании. Интересы, по их представлению, выступают в виде чувств, желаний, настроений и устремлений к удовлетворению потребностей. [c.643]
Сторонники другого подхода исходят из того, что интерес объективен и связан всецело не с сознанием и волей, а с материальными условиями жизнедеятельности людей ("концепция объективного интереса").
Представляется, что более правильным является подход тех, кто видит корни интереса в единстве объективного и субъективного. Дело в том, что возникновение и содержание интереса обусловлено объективными потребностями субъектов социальной жизни. То, что необходимо для функционирования и развития отдельных индивидов, социальных групп, государств и общества в целом, составляет предмет их интереса. И в этом смысле интерес - это такое отношение к действительности, которое направлено на обеспечение всякого субъекта всем необходимым для его существования и развития.
В то же время интерес - это отражение в сознании людей потребностей как объективных явлений, их осмысление и осознание. Процесс же осознания проявляется в избирательности и целенаправленной деятельности субъектов интереса, что подчеркивает его субъективность.
Для уяснения содержания интереса важным является также понимание взаимосвязи потребностей и интересов. Как известно, потребность означает недостаток чего-либо, нужду в чем-либо для нормального существования личности, социальной группы, государства и общества в целом. То, чем может быть удовлетворена потребность, составляет предмет удовлетворения потребности. В этой связи существующая ориентация на создание и усвоение предмета потребности выступает как интерес. Разумеется, наличие потребностей еще не дает ответа на вопрос, почему человек поступил так или иначе. Дело в том, что потребности лишь обусловливают активность, но само содержание активности определяется интересами. Одна и та же потребность может быть удовлетворена с помощью разных предметов. Поэтому на ее основе могут формироваться различные интересы по содержанию, характеру и направленности. Это говорит о том, что изучить интересы - значит уяснить не только содержание потребностей, но и возможные пути, формы и способы их оптимального удовлетворения.
Своей структурой интересы отражают: а) социальное положение субъекта интереса или совокупность его [c.644] практических связей с обществом; б) степень осознания субъектом своего положения в обществе; в) идеальные побудительные силы или мотивы деятельности, направленные на вполне определенные объекты интереса; г) само действие субъекта в социальной среде обитания.
Таким образом, интерес, это отношение (осознанное и заинтересованное) субъекта к объекту, который является средством удовлетворения той или иной потребности индивида или социальной общности. При этом всегда происходит соотнесение (1) потребностей, (2) объектов, служащих средством их удовлетворения, (3) социальных условий жизнедеятельности субъекта (социальная Среда) и (4) способов удовлетворения тех или иных потребностей.
В зависимости от сферы действия и социального носителя интересы разделяются на экономические, политические, культурные, нравственные, эстетические, религиозные, военные. Особое место среди них занимают интересы политические.
Политический интерес - это избирательное отношение институциональных и социальных субъектов политики к общественно-политическим процессам, событиям и явлениям, реальная причина их политической активности, основанная на вполне определенных мировоззренческих принципах, убеждениях и установках. Иначе говоря, это тот внутренний осознанный источник политического поведения, который побуждает субъекты политики к постановке определенных политических целей и осуществлению конкретных политических действий по их достижению.
Исходя из специфики природы политических потребностей и политического интереса последний представляет собой по своей сути субъективное выражение объективно существующих политических отношений с точки зрения реализации субъектами политики своих социальных целей.
Объектом политического интереса являются: власть и властные отношения в обществе; механизмы и способы осуществления политической власти; политическая деятельность партий, общественно-политических движений, общественных организаций и лоббистских групп; политическая элита и отдельные представители на общегосударственном, региональном и местном уровнях. [c.645]
Предметом политического интереса выступает вся совокупность политических процессов, явлений и событий. Они воспринимаются и оцениваются субъектами политики с точки зрения полезности и возможности использования для достижения своих целей.
Содержанием политических интересов является вся совокупность тех объектов, целей и задач политической деятельности, которые овладевают сознанием субъекта действия (отдельных лиц, социальных групп, партий и иных политических сил).
Политические интересы, в силу своего многообразия, представляют собой сложное системное образование. Классифицировать их можно по различным основаниям. Например: а) по степени общности (личные, групповые, классовые, общественные;) б) по степени осознанности (стихийные или осознанные); в) по своей направленности (внутриполитические, внешнеполитические); г) по характеру субъекта интересов (национальные, государственные, партийные, классовые и т.д.); д) по возможности их осуществления (выполнимые и мнимые); е) по отношению к объективной тенденции общественного развития (прогрессивные, реакционные, консервативные).
В отличие от других социальных интересов политические интересы имеют ряд характерных особенностей, которые определяют их качественную специфику.
Во-первых, политический интерес коренится в материальных отношениях общества, но при этом играет активную роль по отношению к нему. Это связано с тем, что в экономических отношениях в каждый исторический момент потенциально заключено несколько тенденций развития, но далеко не каждая их них может реализоваться. Реализация той или иной тенденции есть вопрос политического выбора, в котором решающую роль играют политические интересы тех или иных общественных сил, социальных групп и слоев.
Во-вторых, политический интерес есть проявление властного отношения, он теснейшим образом связан с механизмом и со способами осуществления власти в обществе.
В-третьих, политический интерес обладает относительной самостоятельностью. Сложности и перипетии взаимодействия интересов разных социальных групп с совокупным общественным интересом - интересом [c.646] социальной целостности, создают возможность самостоятельной формы существования политического интереса, воплощающегося в этом случае в образе надклассового, "внеполитического" государства.
В-четвертых, противоречивая природа политического интереса порождает разнообразные состояния, типы, в которых он предстает в общей системе политических отношений. Все многообразие типов и модификаций политических интересов имеет общий источник - соотношение интересов классов, социальных групп и слоев с интересами общества в целом. Отход от него вызывает формирование иллюзорных форм, теряющих атрибутивные свойства политических интересов. Такой иллюзорной формой может служить, например, бюрократический интерес. Это иллюзорно всеобщий, то есть, собственно, не политический, а частный интерес эгоистической социальной группы, который ее представителями сознательно выдается за всеобщий, но не является таковым. Более того, в силу неизбежной ориентации бюрократии на формирование специфического корпоративного - интереса, она играет сдерживающую роль по отношению к политической активности масс.
В-пятых, содержание политического интереса формируется главным образом в результате взаимодействия интересов социальных групп в зависимости от их зрелости, политической активности, веса в обществе. Однако совпадение политических интересов социальных групп и политических интересов общества, наступает лишь в определенный момент развития и целого - общества, и его интегральной части - социальной группы. Могут существовать ситуации, когда интересы социальной группы (класса) еще не созрели до выражения интересов целого, и ситуации, когда по времени уже упущены возможности для совпадения этих двух видов интересов, когда класс все менее способен строить свою деятельность с учетом интересов целого. Политическая деятельность такого класса вызывает нарастающую дезорганизацию социальной системы, ведет не к разрешению, а к нагромождению все новых противоречий, нарастанию социальных антагонизмов.
Совпадение политических интересов социальной группы с интересами общества дает импульс интенсивному развитию, поскольку их деятельность не расходится в [c.647] главном, определяющем с магистральным направлением общественного развития. Такими качествами обладают прогрессивные классы в эпоху социальных революций (например, буржуазных).
В-шестых, политические интересы отдельных классов, социальных групп и слоев могут не совпадать с политическим государственным интересом: осуществляя совокупный политический интерес, государство может ущемлять частные политический интересы. Конкретным выражением такого положения в обществе может служить осуществление советским государством политических мероприятий после революции 1917 года.
В-седьмых, в многонациональном обществе политический интерес имеет национальную окраску, поскольку нации - субъекты политики, а национальные отношения - элемент отношений политических. И в этом отношении негативные процессы: национальная рознь, сепаратистские тенденции, элементы гражданской войны на почве национальных противоречий и конфликтов, имеющие место сегодня, являются выражением политических интересов различных классов, социальных групп и слоев внутри Российской Федерации.
Какова роль политических интересов в общей системе политических отношений в обществе?
Во-первых, в политических интересах находят наиболее обобщенное выражение актуальные политические потребности представителей тех или иных социальных общностей, вследствие чего сами интересы всегда направлены на сохранение или изменение политического положения той или иной группы в обществе, служат реальными причинами их политического поведения.
Во-вторых, политические интересы определяют направленность политической деятельности, отражают взаимосвязь общего (общегосударственного интереса), частного (интереса класса, социальной группы, личности).
В-третьих, политические интересы выражают уровень развития политической деятельности, степень отражения в ней важнейших социальных потребностей. Если, например, экономика - важнейшее основание политической деятельности и политической активности, то качественные изменения в экономике, ее структуре служат [c.648] наиболее важным итогом, показателем успешности политической деятельности.
В-четвертых, в политических интересах отражается отношение членов общества к политической власти, политической системе в целом. Отсутствие согласованности между политическими интересами различных социальных групп, слоев и интересами представителей властных институтов, может привести не только к формированию и обострению политических противоречий, но и созданию такой ситуации, при которой противоречия могут перерасти в политический конфликт.
В-пятых, политические интересы являются базой для формирования политических взглядов, политических общественных настроений, идеологических позиций, на основе которых осуществляется выбор политических приоритетов, учитывающих потребности социальных групп и слоев общества.
Таким образом, в сознательной регуляции социальных процессов, при выборе и обеспечении приоритетов общих интересов перед частными, политическому интересу принадлежит важное значение. [c.649]
2. Механизм реализации политических интересов. Политическое участие и политическая деятельность
Политический интерес, являясь неотъемлемым свойством всех субъектов политики, в функционально-деятельном плане представляет их творчески преобразующее отношение к окружающей действительности. Он обнаруживает себя на всех уровнях активности субъекта (в процессе теоретического моделирования возможных действий, в конкретных практических действиях и т.д.). В целом политический интерес имеет ряд каналов реализации: 1) деятельность властных структур (представительной, исполнительной и президентской); 2) политическое влияние партий, организаций, союзов, церкви, средств массовой информации; 3) давление массовых политических сил (забастовочное движение, митинги). Реализация политического интереса предполагает осуществление двух присущих ему противоположных, но предполагающих одна другую тенденций: тенденции на политическое самоутверждение, выражающей устремленность носителя интереса к удовлетворению своих политических [c.649] потребностей, и тенденции на историческое творчество, выражающей избирательную ориентированность субъекта на реализацию той или иной объективной возможности (4).
Эти две тенденции образуют диалектическое противоречие в реализации политического интереса. Их взаимное отрицание проявляется в том, что они не совпадают между собой, не тождественны друг другу, поскольку образуют два процесса, имеющих взаимно противоположные направления и результаты. Тенденция на историческое творчество производит изменение и преобразование условий жизни путем реализации содержащихся в них возможностей. Ее результатом является политически преобразованная среда. В противовес этому - тенденция к политическому самоутверждению направлена на воспроизведение и развитие самого субъекта путем потребления и использования им результатов политической деятельности. Результатом процесса политического самоутверждения является развитие самого субъекта - носителя политического интереса.
Реализация политического интереса невозможна без проявления политической активности его носителя,. В политической активности отдельных личностей или социальных групп можно сконструировать следующую примерную шкалу интенсивности политических действий: 1) реакция (позитивная или негативная) на импульсы, исходящие от политической системы, от ее институтов или их представителей, не связанная с необходимостью собственной высокой активности; 2) участие в периодических действиях, связанных с делегированием полномочий (электоральное поведение); 3) деятельность в политических и примыкающих к ним организациях; 4) выполнение политических функций в рамках институтов, входящих в политическую систему или действующих против нее; 5) прямое действие; 6) активная (в том числе руководящая) деятельность во внеинституциональных политических движениях, направленных против существующей политической системы и добивающихся ее коренной перестройки и т.д.(5) Исходя из предложенной шкалы интенсивности политических действий в политическом поведении классов, наций, социальных групп и слоев, отдельных личностей - можно выделить две основные формы [c.650] реализации их политических интересов: политическое участие и политическая деятельность.
Политическое участие представляет собой действие или совокупность действий, являющихся ответной реакцией на политические события, процессы и т.д., с целью оказания влияния на позицию и деятельность субъектов политики. Оно включает в себя два типа участия.
Типы участия с низкой вовлеченностью включают подчинение закону, соблюдению моральных норм, защиту страны, участие в голосовании. Типы участия с высокой вовлеченностью предполагают ведение избирательных кампаний, письменные обращения, участие в политических демонстрациях и т.д.
Значительное большинство населения рассматривает некоторые виды участия как неприемлемые формы воздействия на должностных лиц, даже если таковые весьма эффективны, среди них - подкуп, насильственные формы протеста против государственной политики. В целом обнаруживаются четыре типа политического участия: высокий, низкий, приемлемый и неприемлемый.
Теоретически выделяется совокупность признаков участия: свобода от традиционных авторитетов, т.е. от приверженности лидерам и организациям, выходящим за рамки местных и традиционных интересов; заинтересованность в государственных делах, подкрепленная информированностью и находящая свое выражение в участии в гражданских акциях; ориентированность на политический и правительственный процессы.
Политическое участие может быть индивидуальным или коллективным, организованным или стихийным, постоянным или спорадическим, мирным или насильственным, законным или незаконным, эффективным или неэффективным.
По типу политическое участие может быть мобилизованным и автономным. Между ними существует взаимосвязь. Тип поведения, первоначально возникший как проявление мобилизованного участия, может затем стать автономным. И наоборот.
При анализе политического участия важное значение имеют такие вопросы, как: кто проявляет политическую активность, неучаствующие, отсутствие интереса [c.651] к политике или политическая апатия, сознание политической эффективности и др.
Политическое участи в различных странах оценивается неоднозначно. С.Липсет и Д.Лернер представили данные, позволяющие установить прямую зависимость между экономическим развитием и демократией, с одной стороны, и социально-экономической модернизацией и политическим участием - с другой. Проиллюстрируем на схемах функционирование двух моделей - либеральной и популистской.

Схема 1. Либеральная модель (благоприятная линия развития)

Схема 2. Популистская модель (порочный круг)
Рассматривая политический интерес, важно обратить внимание на проблему артикуляции (расчленения, иерархия) и агрегирования (суммирования, объединения) интересов. Артикуляция интересов - это процесс посредством которого индивидуумы и группы предъявляют требования лицам, принимающим политические решения. Артикуляция интересов может быть явной и скрытой. Важен вопрос о каналах информации. Она должна быть доступной. Каналы доступа зависят от существующих в [c.652] обществе структур политической коммуникации. Возможности использования средств массовой информации в последние годы растут, что способствует артикулированию интересов. Важным фактором является и политическая культура общества. Например, отношение людей к насилию влияет на распространение тех или иных форм поведения в обществе.
В политологии специально рассматривается проблема групп интересов и групп давления, их функции, тактика и методы деятельности. Существуют четыре этапа политического процесса, на которых активно действуют группы интересов: это съезд политической партии, общенациональные выборы, вступление в силу законов (именно здесь группы давления прилагают наибольшие усилия) и влияние на администрацию.
Функция превращения требований в альтернативы политики называется агрегированием интересов. Например, когда политическая партия на этапе подготовки своей программы сводит воедино требования различных групп интересов, вступает с ними в контакт с целью поиска компромисса, а затем выражает таковой в форме политического заявления, она, тем самым, занимается агрегированием интересов.
Одной из форм реализации политического интереса является политическая деятельность, как особая, специфическая сфера общественной деятельности. Политическая деятельность представляет собой совокупность действий общественных групп по реализации своих политических интересов по поводу завоевания, использования и удержания власти.
Согласно широко распространенной точки зрения, политическая деятельность людей выступает в качестве производной по отношению к экономической, но в то же время обладает значительной самостоятельностью. Практически политическая деятельность, представленная крупными политическими решениями программного характера, акциями местного масштаба, узкоспециализированными действиями в различных областях общественной жизни или по отношению к различным социальным группам, может, с одной стороны, оказывать прогрессивное воздействие на экономические отношения, а с другой - [c.653] сдерживать их развитие, дестабилизировать, толкать к конфронтации, межнациональной розни.
Политическая деятельность предполагает определенные виды, она дифференцируется на теоретическую (познавательную, прогностическую и ценностно-ориенти-ровочную) и практическую (сфера внешней политики, сфера выработки и реализации внутренней политики, участие в общественно-политических движениях, военно-политическая сфера).
Политическую деятельность можно определить и как сознательное изменение или совершенствование существующих в обществе политических отношений в интересах больших масс людей (классов, наций, социальных групп, слоев). В отличие от политического участия, представляющего собой единовременный (при референдуме) или периодически повторяющиеся (на выборах) акт политического волеизъявления личности, политическая деятельность предполагает профессиональное участие - выполнение политических функций - в рамках тех или иных институтов политической организации общества или действующих против нее.
Политическая деятельность тесно связана с совокупными политическими интересами тех или иных социальных образований. Основной организационной формой их выражения являются политические партии и общественные формальные и неформальные организации, движения и объединения. Подробный анализ их функционирования дан в разделе, посвященном политической системе, а в данном случае они рассматриваются как наиболее эффективный инструмент для организации переноса групповых политических интересов в сферу реальной политики.
Выполнение политических функций внутри политических партий и общественных организаций требует наличия у того или иного деятеля достаточного уровня образованности, компетентности, опыта политического поведения, общей политической культуры и т.д. Понятно, что этим качеством обладают далеко не все. Практика показывает, что ими являются наиболее образованные люди с характером деятельности, имеющей высокий статус и т.п. , то есть те, кто нуждается в социальных благах в меньшей степени, поскольку и так уже имеет [c.654] преимущества в социальном и экономическом плане. И таким образом получается, что среди менее обеспеченных, которые особенно заинтересованы в реализации своих политических интересов, иные оказываются вообще вне активной политики, а остальная часть, которая все-таки вовлекается в политический процесс, не подготовлена принимать компетентные решения. Но ведь смысл политической деятельности, собственно, в том и состоит, чтобы уметь обобщить многообразные политические интересы различных социальных слоев и выработать на их основе такую линию действия, которая должна стать общепризнанной, обеспечить приоритетность общенародного, государственного интереса над местными, отраслевыми, групповыми, личными и т.д.
Сегодня в нашей стране действуют десятки политических партий, которые используют в политической борьбе зачастую одни и те же идеи, облекая их в различные идеологические одежды. Это в значительной степени осложняет положение и выбор недостаточно подготовленного к действиям политического плюрализма гражданина. В результате, как отдельные из них, так и целые социальные группы испытывают большие трудности при идентификации своих политических интересов с программными положениями политических партий. Понятно, что это - следствие не столько личностных факторов (уровня образованности, культуры и т.п.), сколько последствия функционирования сложившейся за многие десятилетия политической и экономической системы. Тем не менее, от осознания этого факта реализация политических интересов конкретных личностей не становится более эффективной.
Что касается неформальных движений и объединений, то сам факт их появления, проблемы их институционализации, свидетельствуют о новых явлениях в жизни общества. Однако ценность неформальных движений заключается в том, что в них находит выход, никем не запланированная и не декретированная самодеятельность и политическая инициатива граждан, способная реализовать те политические интересы, которые не могут быть реализованы в рамках политической партии и других официальных структур политического характера.
В качестве вывода следует отметить. [c.655]
1. Процесс осознания политических интересов непрерывен. На уровне обыденного осознания этот процесс происходит в форме выработки политических знаний, оценок, ориентаций, которые, в свою очередь, детерминируют практическую деятельность, социальную активность и гражданскую позицию.
Для реализации своих коренных интересов посредством государственной (политической) власти, определенные социальные группы создают свои политические партии.
2. Коренной политический интерес общества состоит в постоянном развитии демократии, в упрочении и расширении подлинного народовластия, самоуправления народа. В механизме действия демократии особое значение имеет учет, улавливание, выражение объективно обусловленных интересов социальных групп. Здесь многое зависит от методов выявления, координации и субординации этих интересов. Кроме того, необходимо систематическое выяснение, в какой мере общеполитические интересы воспринимаются гражданами как свои собственные, в какой степени они становятся источником поведения конкретных лиц и коллективов. Усложнение интересов, возрастание их многогранности в современных условиях, предполагает постоянное совершенствование и тех надстроечных структур, с помощью которых осуществляется учет и реализация политических интересов.
3. Политическое участие и политическую деятельность как формы реализации политических интересов можно, с полным основанием рассматривать в качестве критериев развития политической организации общества.
Гражданина в демократической политической системе отличает проявление интереса к политике, вовлеченность в политические дискуссии, участие в выборах, наличие определенных познаний в политике, компетентность, все, что необходимо для воздействия на правительственную деятельность. В целом эти качества можно суммировать как активность, вовлеченность, рациональность. В то же время эти качества присущи и гражданину в системе однопартийной диктатуры.
Одна из форм участия - это система представительной демократии, в которой представители народа осуществляют власть по его поручению. Еще одна форма [c.656] участия граждан в системе власти - посредством референдумов, гражданских инициатив или отзыва депутатов. [c.657]
Глава XXXVIII.
Основные понятия: политические интересы, потребности, группа интересов, политическое участие, политическая деятельность, политическое поведение, политический риск.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Подумайте над соотношением понятий "потребности" и "интересы", "политические потребности" и "политические интересы".
2. Раскройте сущность понятия "политические интересы" и дайте их классификацию: а) по степени общности; б) по степени осознанности; в) по своей направленности; г) по характеру субъекта; д) по возможности их осуществления; е) по отношению к объективной тенденции общественного развития.
3. Каково соотношение интересов и властных отношений? Существуют ли способы, позволяющие добиться того, чтобы был слышен голос каждого, или всегда приоритеты остаются за теми, кто обладает властью?
4. Знаете ли Вы способы выявления интересов людей? Какие из них используются в России?
5. Какие основные способы согласования социальных (политических) интересов существуют в обществе? Какие из них предпочтительнее?
6. Что такое "групповые интересы"? Какова их классификация?
7. Какие модели политического участия Вы знаете? Дайте их характеристику.
8. Каковы причины укрепления тенденции политического развития: повышения роли политического участия? Охарактеризуйте формы политического участия граждан.
9. Дайте определение понятия "политическая деятельность". Назовите характерные признаки, отличающие политические действия от других видов действий. Какие виды политической деятельности Вы знаете? Что является конечной целью всякой политической деятельности? От чего зависит уровень политической активности личности?
10. Что изучает наука "рискология"? Что такое "риск" и "политический риск", его основные структурные элементы? [c.657]
Литература:
1. Гегель Г. Собр. соч. в 14 т. - М.-Л., 1935. - Т.8. - С.20.
2. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. Т.1-4. - М.: Русский язык, 1978. - Т.1. - С.699.
3. Философский словарь. - М.: Политиздат, 1991. - С.162.
4. Ханипов А.Т. Интересы как форма общественных отношений. - Новосибирск, 1987. - С.70-82.
5. Бурлацкий Ф.М., Галкин А.А. Современный Левиафан: Очерки политической социологии капитализма. - М.: Мысль, 1985. - С.216. [c.658]
РАЗДЕЛ СЕДЬМОЙ. ПОЛИТИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ
ГЛАВА XXXIX. ПОЛИТИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ
Политическое сознание является естественным компонентом духовной жизни индивида и общества, важнейшей составной частью политических отношений. В своем диалектическом развитии оно проявляет свою многомерность, многоаспектность, выражающихся в многообразии процессов и форм отражения политической действительности. Будучи относительно целостным образованием, политическое сознание имеет сложную структуру. Рассмотрим в чем состоит суть политического сознания, его содержание и процесс формирования. [c.659]
1. Понятие, структура и формирование политического сознания
Политическое сознание как сфера общественного сознания является отражением тех отношений, которые складываются внутри общества между различными социальными группами по поводу завоевания, удержания и использования власти, то есть - политических отношений. Политическое сознание - это результат одновременно и отражения субъектами тех или иных явлений, и выражения их отношения к отражаемым политическим событиям. Что же в нем отражается и оценивается? Прежде всего отношение к власти, способам, формам ее организации и реализации, к политическим силам различной направленности и методам их деятельности. Следует отметить, то обстоятельство, что политическая деятельность является именно той основой, на которой [c.659] формируется политическое сознание. Оно предстает прежде всего как осознанное, осмысленное через призму социально-политических потребностей политическое знание, которое являет собой его рациональную составляющую. Однако содержание политического сознания не ограничивается лишь знанием как рациональным моментом, а включает в себя продукты чувственного отражения и оценки. Политическое сознание является продуктом рационального, эмоционального и волевого освоения людьми содержания и особенностей политических отношений.
Политическое сознание можно определить как комплекс идей, теоретических концепций, взглядов, представлений, мнений, оценочных суждений, эмоциональных состояний субъектов политических отношений.
Политическое сознание является естественным субъективным компонентом политической деятельности, политического поведения.
Политизация общественного и индивидуального сознания, его выделение в относительно самостоятельную сферу происходит там и тогда, где и когда возникают социальные неравенства, формируются институты социального управления и публичной власти.
При этом следует заметить, что генезис политического сознания предопределяется не только общественными отношениями, становлением органов власти и управления, но и развитием таких форм общественного сознания как наука, мораль, религия, правосознание.
Субъективные образы, с помощью которых социальная группа, личность или общество в целом отражают политическую действительность образуют структуру политического сознания. Познание объективной реальности субъектом возможно с помощью интеллекта, чувств, воображения, фантазии. Следовательно, структура политического сознания в целом определяется с помощью трех составляющих: рациональной, чувственной и иррациональной. К чувственным относятся образы, восприятия, оценки, настроения, желания и т.п. К рациональным относятся обобщенные идеи, концепции, представления, нормы, мнения и т.д. К иррациональным составляющим относятся немотивированные сознанием субъективные образования, а также утопии, фантастические образы. Рациональные, чувственные и иррациональные [c.660] представления взаимосвязаны между собой. Рациональный образ политической действительности не может возникнуть вне чувственного восприятия, которое стимулирует мыслительные процессы. Иррациональные представления, например, политические мифы, также связаны с чувственными и рациональными компонентами.
Рассматривая структуру политического сознания следует отметить, что в зависимости от специфики процессов и форм политического отражения в нем выделяются различные сферы, уровни, формы, виды и т.д. Так, его сферами являются политическая наука (теории, концепции, гипотезы и т.д.), политическая идеология (доктрины, идеалы, программы, лозунги и т.д.), политическая психология (политические стремления, чувства, настроения и т.д.).
Политическая идеология представляет собой систематизированную совокупность идейных воззрений и положений, выражающих и защищающих политические интересы и потребности той или иной социальной общности или группы и требующих подчинения индивидуальных взглядов и помыслов провозглашенным идейно-политическим доктринам и установкам.
В политической идеологии можно выделить два уровня функционирования: теоретико-концептуальный, на котором формулируются основные положения, раскрывающие интересы и идеалы класса, социального слоя (прослойки), нации, государства, и программно-политический, где политические принципы и идеалы переводятся или воплощаются в соответствующие программы, манифесты, лозунги и являют собой идейно-политическую основу для принятия управленческих решений и ориентирования политического поведения и деятельности людей. По уровню отражения политической реальности политическое сознание может быть теоретическим и обыденным. По своей направленности оно бывает демократическим, авторитарным, традиционным, современным, верноподданническим, лояльным, бунтарским и иным. Его основными видами являются массовое и специализированное политическое сознание. По субъектам можно выделить социально-групповое, национально-этническое, религиозно-конфессиональное, корпоративное, индивидуальное и другие виды сознания. Многообразие видов политического сознания увеличивается при [c.661] рассмотрении его по отношению к конкретным объектам и субъектам политических процессов: к глобальным проблемам (войне, миру, окружающей среде и т.д.) (1).
Весьма актуально рассмотрение структуры политического сознания по критерию властного потенциала его носителей в диапазоне субъект (властвующий) - объект (подвластный).
Структура политического сознания может рассматриваться и по другим критериям. Например, за основу могут быть взяты "матричные" показатели, те, что построены на одновременном учете различных признаков содержания, организации, функционирования. С этой точки зрения структура, например, политического сознания в США, по мнению наших исследователей Ю.Замошкина и Э.Баталова, включала следующие его типы: 1) либерально-технократический, 2) либерально-реформистский, 3) либеральный, 4) традиционалистский, 5) неоконсервативный, 6) радикально-либеральный, 7) радикально-этатистский, 8) правопозитивистский, 9) радикально-демократический, 10) радикально-бунтарский, 11) радикально-романтический, 12) радикально-социалистический и др.
Политическое сознание классифицируется и по качественно-содержательным параметрам. У различных его носителей оно может быть более или менее развитым, доминировать в структуре общественного и индивидуального сознания или быть второстепенным фактором жизнебытия.
Интенсивная политизация общественного сознания связана с периодами кризисно-революционных ситуаций, со сменой политических режимов, персональных носителей власти, реконструкцией политических систем, концептуальных основ политического поведения.
Политизация общественного сознания как правило начинается с низших и верхних слоев социальной структуры. В меньшей степени политизации подвержены средние слои общества.
Политическое сознание относительно самостоятельно.
Относительность самостоятельности политического сознания по отношению к сознанию вообще и его конкретным не политизированным проявлениям (наука, мораль, религия, искусство и т.д.) обусловлены тем, что создание как способ постижения реального бытия едино в своих сущностных характеристиках, законах проявления и функционирования. У сознания во всех его формах и [c.662] проявлениях единое основание - социально-природное бытие людей, их интеллект, воля, чувства.
Относительно самостоятельный характер политического сознания, в отличие, к примеру, от морали или экономического сознания, проявляется в специфике политического пространства, политических отношений, политической культуры, традиций и норм политического поведения, в специфике политических технологий и методов политической деятельности, в специфике концептуально-категориального аппарата выработанного политической философией, политологией, социологией политики и другими науками, изучающими политические реалии и политическое сознание.
Для понимания сущности политических отношений, политических процессов и возможных перспектив их развития важен более подробный анализ массового, социально-группового и индивидуального политического сознания. Массовое политическое сознание представляет собой совокупность наиболее типичных, общепризнанных политических идей, взглядов, установок по поводу политической власти и социального управления. Оно возникает и развивается в процессе политизации общественной жизни, унификации ее норм и принципов на основе исторического, личного опыта, традиций культуры, морали, религиозных воззрений. Массовое политическое сознание различается по степени своей однородности. Наиболее однородно оно в обществах со стабильными политическими системами, развитой общегражданской идеологией и культурой.
На принципах цивилизованного плюрализма формируется и развивается массовое политическое сознание в странах с демократическими моделями организации политической жизни, где сложились правовые государства и гражданские общества. Подобный плюрализм массового сознания конструктивен по своей сути, ибо политическое сознание широких масс сориентировано на созидание лучшего, перспективного, справедливого, демократического жизнебытия.
На иных, нередко революционно-анархических принципах, формируется массовое политическое сознание в обществах с крайне полярной социально-классовой структурой, с авторитарными способами осуществления публичной власти и управления. Массовое политическое сознание данного типа чрезвычайно подвержено [c.663] идеологическому, пропагандистскому воздействию, остро и эмоционально реагирует на те или иные социально-политические процессы текущей действительности.
Что касается социально-группового политического сознания то оно возникает и развивается в процессе взаимодействия различных социальных групп по поводу удовлетворения ими своих политических интересов.
Групповое политическое сознание не может быть до конца однородным, как не может быть однородным социально-политический статус входящих в него субъектов. Поэтому внутри любой социальной группы могут быть несовпадающие политические позиции. Кроме того, политическое сознание группы включает универсальные политические ценности общества, являющиеся той основой, на базе которой возникает единство и стабильность общественного порядка. А поскольку политическое сознание вырастает из взаимодействия различных политических интересов, его формирование связано и с внешними условиями реализации политических интересов.
Политические концепции, идеи, взгляды, оценки весьма широко представлены в сознании современного человека.
В процессе политической социализации личность усваивает основополагающие черты массового и группового политического сознания. Реализуя свои интересы, она объективно солидаризуется в своих действиях с позициями той социальной группы, которые ей близки. Хотя групповое политическое сознание складывается из индивидуальных политических сознаний, это вовсе не означает их тождества. Личное политическое сознание характеризуется не только высоким уровнем социализации, но и своей уникальностью, достаточно разнообразными свойствами. Социальный опыт каждой личности неповторим, и поэтому в процессе жизнедеятельности политическое сознание претерпевает изменения, в результате которых формируются реакционные, консервативные или революционные политические позиции.
Политическое сознание личности, социальной группы, общества выполняет познавательную, ценностно-ориентирующую, идеологическую и прогностическую функции.
В становлении и развертывании политического сознания субъектов можно выделить ряд этапов: [c.664]
1. Включенность субъектов сознания в систему политических отношений. Политизация личности, социальной группы, общества.
2. Зарождение политических ориентаций.
3. Накопление политических знаний.
4. Политическое самоопределение.
5. Осознанные политические действия.
К числу основных свойств политического сознания можно отнести: исторический, социальный характер, плюралистичность, многокомпонентность, многоуровневость, диалектичность.
Политическое сознание является предметом исследования философии, политологии, специальных разделов социологии. В целостном виде политическое сознание изучается политической психологией. [c.665]
2. Политическая психология
Политическая психология как наука о политизированных компонентах общественного и индивидуального сознания начала формироваться в 20-30 годы ХХ века, прежде всего в США, Германии, во Франции, ряде других западноевропейских стран.
В этот период происходят процессы предметной специализации психологии. Выделяются такие предметные сферы как психология управления, психология труда, социальная психология.
Политическая психология как наука и учебная дисциплина складывалась в контексте и философских и психологических и социологических теорий.
Среди предпосылок ее ускоренного развития следует выделить нарастание кризисных явлений в социальной жизни и прежде всего в социально-политической сфере, обострение борьбы за власть и политическое лидерство.
Особенно широкие исследования в области политической психологии развернулись с 60-х гг. XX в. В то время эта отрасль научного знания находилась под сильным влиянием бихевиоризма. Его сторонники в США делали акцент на изучение психологических структур и процессов как детерминантов политической мысли и решений. Однако они пренебрегали исследованием макроотношений власти, влияния и авторитета в обществе. Западноевропейская политическая психология, несмотря на влияние бихевиоризма, отличалась [c.665] более широким, чем американская, подходом к политико-психологическим явлениям.
Проблемами социальной, политической психологии занимались и отечественные исследователи. Можно выделить работы Ф.М.Бурлацкого, В.И.Вьюницкого, Т.И.Заславской, В.А.Иванова, И.С.Кона, Б.Д.Парыгина, В.Д.Попова, А.К.Уледова, Е.Б.Шестопал, А.И.Юрьева.
Определенное развитие политико-психологических знаний в 60-90-е гг. шло в рамках страноведения. Политологи-страноведы опубликовали ряд работ по проблемам политического сознания и поведения, политической культуры и социализации в психологическом измерении. Это труды А.А.Галкина, Б.С.Ерасова, Б.Г.Капустина, Г.И.Мир-ского, М.А.Чешкова и др.
В последние годы активно предпринимаются попытки политико-психологического осмысления таких проблем, как политическое сознание граждан, политическая культура, политический плюрализм, феномен сталинизма и т.п.
В отечественных исследованиях параллельно с изучением вопросов психологии политики идет разработка проблем социальной психологии, которая имеет более значительную историю. Социопсихология - это синтез социологического и психологического подходов к изучению человеческого общества, людей. "Чтобы понять: кто мы, куда идем и к чему надо идти, - писал российский политолог В.Д.Попов, - следует обратиться к глубинной психологии народа и увидеть ее современные проявления" (3).
Без знания социопсихологии сложно ответить на вопросы в чем особенности психологии индивидуализма и коллективизма того или иного народа, частнособственнической и иждивенческой психологии, психологических аспектов предпринимательской деятельности. Трудные, подчас драматические и даже трагические годы перестройки "убедили меня в том, - отмечал В.Д.Попов, - что многие беды, промахи и неудачи исходили не раз из одной и той же причины - игнорирования социально-психологического фактора исторического развития, особенно в период реформаций. И тут ясно обнаруживались вакуум и наше глубокое отставание от цивилизованных стран в овладении наукой о душе народа, нации, коллектива, личности, т.е. отставание в социальной психологии или социопсихологии" (3). [c.666]
Становится ясным, что для обеспечения сознательного участия масс в общественной жизни сегодня уже недостаточно знания истории, политики и экономики. Разбираться в политике, влиять на нее нельзя без учета состояния психологических факторов: политического массового сознания, общественного мнения, чувств и эмоций, проявляющихся в социально-политическом поведении и деятельности групп и индивидов. Решению этих задач и призвана помочь политическая психология. Известный французский социолог Э.Дюркгейм подчеркивал, что "знание психологии составляет необходимую пропедевтику для социолога. Но оно будет полезно ему лишь в том случае, если он, овладев им, освободится от его влияния и выйдет за пределы данных психологии, дополняя их специфическим социологическим знанием" (4).
Политическая психология - интегрированная область политологии и психологии, наука, изучающая психологические компоненты и феномены (ценностные ориентации и определенные мысли, связанные с политикой, мнения, настроения, чувства, волю, особые черты характера, потребности, мотивы, традиции и др.), которые формируются у людей в результате социально-политических отношений и реализуются в политических действиях индивидов, социальных групп, классов, народов и наций.
Американский политолог М.Дойч называет следующие основные темы политической психологии: индивидуум как политический деятель; политические движения; политический лидер; политические объединения и структурные образования; политические связи между группами; процессы политического влияния; развитие отдельной личности и др. Кроме того, Дойч относит к политической психологии анализ решений избирателей, стилей группового мышления и изучение вопроса о том, что означают для человеческого достоинства правительственный аппарат и его деятельность.
Французский политолог Ф.Бро, анализируя политико-психологическую проблематику отмечает, что "новейшие социопсихические методы уделяют большое внимание анализу явлений на уровне эмоций, аффектов в данном конкретном обществе. Так же, как в экономической науке, здесь оперируют понятием "потоков" (в экономике потоки - товарные, денежные, капиталов) и [c.667] тем самым стремятся выявить динамику, присущую требованиям или желаниям, принуждению или институционным преградам. Всеобщие надежды и чаяния или самоутверждение, идентичность (например, в хаосе национализма), отчаяние и различные виды агрессивности в политическом лагере - все это питает потоки импульсов, которые становятся тем заметнее, чем энергичнее стремление политических институтов направить их в определенное русло, оздоровить или даже подавить" (5).
Политическая психология - это отрасль знаний, которая изучает влияние на политику индивидуальности человека и отношений между людьми. Сфера политической психологии в потенциале очень широка, и нелегко определить, где кончается политическое поведение (political behaviour) и начинается политическая психология. Х.Беррингтон считает, что по чисто теоретическим соображениям можно ограничиться изучением роли психологии для принятия политических решений, отражающих сильные и слабые стороны членов групп, принимающих решения. Социальный психолог И.Дженис в своей книге "Жертвы групповщины" ("Victims of Groupthink", 1972) исследовал причины, по которым комитеты, обладающие правом решать или давать советы, состоящие из опытных, хорошо информированных и, на первый взгляд, целенаправленных людей, иногда делали такой выбор, который приводил к катастрофе, причем опасности и затраты, связанные с принятым решением, даже не просчитывались. Исследования динамики групповых решений связаны с длительной традицией экспериментальной социальной психологии.
Одной из важных тем политической психологии является политическое рекрутирование. Если политическая социология принимает во внимание социальное положение политических авторов (принадлежность к определенному социальному классу, род занятий, характер полученного образования и т.п.), то социальная психология рассматривает их психологические качества, особенно их мнение о самих себе. Представители одной из школ политической психологии считают, что политика парадоксальным образом привлекает к себе большое число эмоционально угнетенных людей с низкой самооценкой, испытавших унижение, издевательства и разочарование в [c.668] детстве или испытывают их, будучи взрослыми. Эти люди ищут компенсации в том престиже и той власти, которые им предлагает политика. Совершенно иначе считают представители другой школы, которые утверждают, что политика увлекает за собой людей с высокой самооценкой, готовых испытывать тревоги, потрясения и опасности, связанные с политической жизнью.
В связи с тем, что политическая психология обращает большое внимание на политическое рекрутирование, она постоянно интересуется и политическими элитами, пытаясь создать такую классификацию политических лидеров, которая позволила бы идентифицировать регулярные черты их поведения.
В политической психологии можно выделить такие разделы: I) Методологические проблемы науки: объект и предмет политической психологии, ее категории и методы, принципы и функции, место в системе политических наук. II) Изучение психологических механизмов массовых форм политического поведения и деятельности, психологических закономерностей становления стихийных политических форм поведения и сознания, формирования массовых движений, политико-психологических аспектов массовых чувств, потребностей, настроений, установок, мотивов, ценностных ориентаций. III) Исследование психологии малых групп как элемента политических процессов или явлений; проблемы политического лидерства, конформизма, психологического климата, общественного мнения, настроений, конфликтов и др. IV) Изучение вопросов психологии политического руководства и управления, выработки, принятия и реализации политических решений. V) Анализ психологических закономерностей вовлечения личности в политику и особенностей формирования различных политико-психологических типов личности. VI) Исследование психологии международных отношений.
Предметом политической психологии являются и проявления в политической деятельности деструктивности - маниакальности, истерии и т.д., исследованию которых уделял особое внимание Э.Фромм.
Таким образом, в содержании политической психологии доминирующую роль играют чувственные и эмоциональные элементы сознания, ориентирующие ее на отражение насущных интересов людей, позволяющие [c.669] весьма точно и тонко отражать политическое взаимодействие различных сил, правильно определять деятельность субъектов политики и власти.
В политической психологии можно выделить две части: устойчивую (психологический склад этноса, личности, традиции, здравый смысл, нравы) и динамичную (эмоции, чувства, настроения, переживания и др.). Наличие устойчивых эмоций, стереотипизация чувств делает поведение человека в политике прогнозируемыми. Что и является одной из важнейших функций этой науки. [c.670]
Глава XXXIX.
Вопросы для размышления, самопроверки, учебные задания:
1. Раскройте содержание и структуру политического сознания.
2. Что такое массовое политическое сознание?
3. Дайте функциональную характеристику политического сознания.
4. Определите специфику и предметное поле политической психологии.
5. Осуществите политико-психологический анализ феномена вождизма.
Литература:
1. Андреева Г.М. Социальная психология. - М., 1980.
2. Бурдье П. Социальная политика. Пер. с фран. - М., 1993.
3. Власть. Очерки современной политической философии Запада. - М., 1980.
4. Диалог. 1991. № 8. С.91.
5. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда: Метод социологии. М., 1991. С.500.
6. Бро Ф. Политология. М., 1992. С.80.
7. Общественное сознание и его формы. / Предисл. и общ. ред. В.И.Толстых. - М., 1986.
8. Одайник В. Психология политики. Политические и социальные идеи Карла Густава Юнга. Пер. с англ. - М., 1996.
9. Политическое сознание // Философия политики. М., 1993. Кн. IV. Рук. авт. колл., д.ф.н., проф. Бессонов Б.Н.
10. Теоретическая и прикладная социальная психология. / Отв. ред. А.К.Уледов. - М., 1988.
11. Хорн Клаус. Политическая психология. М., 1990. [c.670]
ГЛАВА XL. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИДЕОЛОГИИ
Важной проблемой политической науки является выяснение реальной, а не вымышленной роли идеологии в политике, жизнедеятельности государства и других политических институтов, формировании политического сознания граждан, складывании и поддержании баланса социально-политических интересов, общественного согласия, обеспечении национальной безопасности. Принципиальное значение, прежде всего применительно к условиям России, имеет осмысление современного отечественного идеологического процесса, характеристика основных разновидностей идеологии, прежде всего в политической форме их проявления, раскрытие необходимости, сущности, содержания российской государственной идеологии как фактора политики. [c.671]
1. Идеология и политика
У идеологии сложная судьба. С тех пор, как ее существование было установлено и отражено в соответствующем общем понятии, родоначальником которого считается Дестют де Траси (1754-1836), она не раз объявлялась искусственным, надуманным, вредным для общества духовным образованием, от которого человечество неизбежно якобы в конце концов избавится. В 50-х гг. нынешнего столетия Р.Арон, Д.Белл, З.Бжезинский, Дж.Гэлбрейт, Р.Дарендорф, М.Крозье, Г.Мюрдаль и многие другие авторитетные ученые Запада провозгласили "конец века идеологии". Ими была выдвинута теория деидеологизации (избавления, отказа от идеологии), развивавшая идеи позитивизма, прагматизма и технократизма. Эта теория, однако, вскоре была опровергнута всем ходом общественного развития и вытеснена теорией реидеологизации (лат. re - приставка, обозначающая восстановление).
Новая волна критики идеологии пришлась на конец 80-х - начало 90-х гг. Особую роль в ее подъеме сыграли глубочайший кризис догматизированной идеологии марксизма-ленинизма, распад мировой системы социализма, переход бывших социалистических стран к рыночной системе хозяйства и парламентской демократии. Ассоциируя начало демократических реформ с крахом коммунистической идеологии, противники идеологии [c.671] усматривали в этом доказательство "конца идеологии" и благотворности идеологизации, призывая мир скорее избавиться вообще от всякой идеологии. Это составляет, будто бы, и условие возрождения России, поскольку "большинство нашего народа способно реализовать себя, если не затуманивать ему голову различными идеологиями" (1). Доля истины здесь, конечно, есть, если иметь в виду утопические идеалы, оторванные от жизни идеи, устаревшие идейные ориентиры, исчерпавшие свой идейный потенциал разновидности идеологии, а не идеологию в целом.
Идеология представляет собой не некий искусственно созданный и чужеродный обществу духовный феномен, асоциальный по своей природе, а естественное по происхождению, сложное по содержанию общественное явление, часть духовной реальности. И как общественное явление, идеология развивается вместе с развитием общества, претерпевает качественные модификации. Она изменяется, как справедливо отмечает Р.Хебер, но не перестает существовать (2). Идеология имеет объективные социально-политические корни своего существования, поскольку непосредственно связана с общественным и индивидуальным сознанием, жизнедеятельностью классов, наций, партий, государств. Она отвечает естественным мировоззренческим и коммуникативным потребностям людей, служит необходимым способом выражения и осознания групповых и общественных интересов, социально-политических идеалов и ценностей, является важным средством общественной организации (государственной и политической в особенности), а также управления поведением индивидов и различных социально-политических общностей. Не случайно, в основе кризиса любых цивилизаций и общественных систем лежит в конечном счете, по выводу известного ученого П.Сорокина, идеологический кризис. Но и любое общественное возрождение начинается с обновления и очищения общественных идеалов, утверждения новой системы ценностей (3).
Роль идеологии в общественной жизни крайне важна, хотя и противоречива. Некоторые разновидности её, отвечая узкогрупповым эгоистическим расчетам, антигуманным низменным запросам, насильственным методам и средствам действия определенных социально-политических групп, способны оказывать деструктивное воздействие [c.672] на общественное развитие. Это дает основание ряду исследователей дегуманизировать идеологию в целом, абсолютизируя негативные свойства и проявления отдельных ее видов.
Сложилась своего рода научная школа, трактующая идеологию в духе "ложного сознания". Макс Шелер определял её как "систему предрассудков и заблуждений". Карл Мангейм - как "коллективное бессознательное в мышлении определенных групп, скрывающее действительное состояние общества и от себя и от других". Лидер партии российских христианских демократов Виктор Аксючиц - как "систему идей, которые выражают все низменное, что есть в человеке. Фиксируя ложные и порочные влечения воли, злые мысли, она складывается в иллюзорную реальность, подменяющую живое мертвым, истинное ложным" (4). Но как быть тогда с рациональными идеями, благотворными общественными идеалами, гуманистическими и демократическими ценностями? Во всем мире они признаются общественно полезными и необходимыми, несмотря на очевидную их идеологическую природу.
Долгое время суть идеологии сводили к классовому сознанию различных социально-политических общностей. В основе подобного подхода лежит представление об обусловленности общественных идей главным образом классовыми интересами и целями. С этой точки зрения идеологию оценивают представители тех партий, которые видят в политике и истории преимущественно классовую борьбу. Конечно, нельзя вообще исключать классовые критерии и аспекты идеологии. Они сохраняют еще определенное значение, поскольку продолжают существовать различные классы и классовые интересы. Однако, нельзя отождествлять все содержание идеологии с классовым сознанием. Точнее следует говорить о классовых элементах и аспектах той или иной идеологии, наряду с общечеловеческими, национальными (общегосударственными), этносоциальными, религиозными и другими. Тем более, что общенациональные и общечеловеческие приобрели сегодня гораздо более важное значение, чем классовые.
Широкое распространение приобрел взгляд на идеологию, сводящий ее сущность к "теоретическому сознанию". Иначе говоря, она трактуется как "системный, [c.673] теоретический компонент общественного сознания", который через теоретические концепции, идеи и взгляды выражает суть общественного строя и его идеалы (5). Конечно, теоретический характер определенных элементов идеологии - рационально и логически обоснованных, систематизированных идей, ценностей, целей, концепций - не вызывает сомнений. Они сближают ее с научно-теоретическим уровнем общественного сознания. Но идеология в целом только частично соотносится с ним. Идеи, ценности, интересы, выраженные в идеологии, имеют и эмоционально-волевой аспект, реализуются также на обыденном, массово-психологическом уровне общественного сознания. И это чрезвычайно важная сторона функционирования и проявления идеологии. Если бы ее идеи выражались только средствами научно-теоретического характера, то они были бы мало доступны массам. Идеи, по-настоящему волнующие массы, должны вырастать, как писал С. Франк, "из их глубокого и живого нравственного опыта, их психологии" (6).
Не сводимость идеологии ни к теоретическому, ни к психологическому уровням общественного сознания, при весьма тесной близости к ним, дают основание для соотнесения ее с особым третьим, и по сути серединным, уровнем. Основой выделения трех уровней общественного сознания служит существование соответствующих способов отражения действительности.
Идеологический способ отражения, в отличие от логически-рационального, оперирующего понятиями и закономерными связями (теоретический уровень) и житейско-бытового, оперирующего истинами здравого смысла, накопленного опыта (эмоционально-психологический уровень), позволяет отражать действительность с точки зрения интересов и ценностей социальных групп, партий, общества в целом. При этом идеология является своего рода посредническим звеном между научным и обыденным взглядом на мир, совмещающим естественный ход вещей (логику истории, общественной практики) с активной ролью людей в истории, преследующих свои цели. При этом, в зависимости от характера и содержания отражаемых в идеологии интересов, идеологический уровень действует как связующий (объединяющий), либо разделяющий элементы и субъекты общественного сознания фактор. [c.674]
Основным недостатком имеющихся взглядов на сущность идеологии является их не целостный подход. Одни авторы характеризуют качество определенных состояний идеологии ("ложное", "классовое" сознание). Другие - одну из форм выражения ее содержания ("теоретическое" сознание, разновидность "веры"). Целостный же подход требует выявления родовой сущности, присущей любым ее проявлениям. То есть, он призван раскрыть коренные ее свойства, характеризующие способ бытия и функциональное предназначение. С учетом указанных критериев сущность идеологии можно определить как групповое ориентационно-ценностное сознание, реализованное в системе теоретически и эмоционально-психологически обоснованных идей, выражающих интересы, идеалы, ценности, цели определенных социальных общностей, политических организаций, наций-государств, цивилизационных сообществ и направляющих их деятельность на сохранение или преобразование различным образом существующего общественного устройства.
Понятие "ориентационно-ценностное сознание" применимо к любым разновидностям, формам, состояниям идеологии и схватывает главную, обобщающую их характеристику, независимо от того, идет ли речь о социализме, либерализме, фашизме, реалистической, либо утопической по своему содержанию, идеологии. Оно, кроме того, характеризует основное предназначение идеологии - в обобщенной форме выражать идейно-ценностные основы общественного устройства, давать обусловленные ими ориентиры социально-политического поведения и действия. Что представляет собой идеология с точки зрения своей структуры? При узком подходе структура идеологии раскрывается в двух основных плоскостях: элементно-сферном и элементно-инструментальном.
В первом случае эта структура предстает в многообразии "философских, социальных, политических, художественно-эстетических, этических, религиозных и иных идей, концепций, теорий" (1). Во втором - в совокупности используемых средств выражения ее содержания: идейных понятий, ценностей, образов, стереотипов, мифов, лозунгов, программ действия и др.
Структура идеологии в широком смысле слова, как общественного явления, помимо систем идей и их [c.675] компонентов, включает также идеологические отношения, идеологическую деятельность, идеологические учреждения и организации, идеологические процессы.
Идеология самым тесным образом взаимосвязана с политикой и играет важную роль в политической жизни общества. Эта взаимосвязь осуществляется прежде всего через интересы субъектов политики, которые выражаются идеологией и реализуются в их политическом поведении, политической практике.
Взаимное влияние идеологии и политики друг на друга, при определенных условиях, может принимать крайние формы, что негативно сказывается не только на их развитии, но и на состоянии общества в целом. Обычно указывают на недопустимость и вред чрезмерного идеологического влияния на политику (особенно государственную) и общественные процессы - идеологизации политики. Это происходит в условиях монополии одной идеологии и использования идеологической доктрины в качестве первоосновы, фундамента практической политики. Политика таким образом превращается в служанку идеологии и сообразует общественную жизнь с мерками идеологических постулатов и догм, а не с требованиями реальностей. Идеологический диктат КПСС, как известно, стал одной из причин кризиса советской системы и распада СССР.
Крайне опасным может быть и чрезмерное влияние политики на идеологию - политизация идеологии. В этом случае идеология испытывет на себе диктат господствующей политики и ставится на службу монопольной власти. Ее содержание превращается в мировоззрение на службе у власти, меняется в угоду правящим кругам и по конъюнктурным соображениям, подвергается идейной эрозии. Политизированные узкогрупповые идеи и ценности преобладают над социальными, нравственными и другими содержательными компонентами, вытесняют общенациональные (общегосударственные) и общечеловеческие интересы и ценности.
Оптимальным является равноправное положение и взаимодействие идеологии и политики, при исключении какой-либо монополии, идейной или властной.
Роль идеологии в политической жизни сама по себе достаточно важна и значительна. Она, и прежде всего политическая составляющая ее содержания - политическая [c.676] идеология,- сказывается практически на всех элементах политической системы общества.
Идеология формирует и развивает политическое сознание людей (индивидуальное, коллективное, общественное), дает необходимые ценностные ориентиры и мировоззренческие позиции.
Идеология обеспечивает ценностное восприятие, осмысление, выражение групповых и общественных политических интересов, приучает к анализу социально-политических явлений и процессов через призму определенных интересов и политических целей.
Идеология является важным инструментом политической и общественной организации. Она объединяет, сплачивает близких по своему социальному статусу, политическим устремлениям людей, причем как на основе общности созидательных целей деятельности, так и на основе "образа врага", целей противоборства и конфронтации.
Идеологическая консолидация общества является важным источником его силы. Вспомним: Великую Отечественную войну вело против фашизма идеологически консолидированное общество. И победило! А первую мировую войну против гораздо более слабой Германии вела идеологически расколотая Россия. И проиграла в ней! Сегодня эта истина вновь подтверждает свое значение в борьбе за укрепление суверенитета России. "Мы страшно зависимы в случае, если наше общество идеологически расколото и духовно обескровлено этим расколом... Но мы абсолютно независимы в случае идеологической консолидации страны" (7).
Идеология обладает значительным воспитательным потенциалом и обеспечивает решение задач политической социализации личности, формированию и развитию политической культуры граждан.
Таким образом, идеология является неотъемлемой частью социальной действительности, политического и духовного бытия современного общества. Она неоднозначна по содержанию, характеру, формам проявления, но в своей сущности является специфическим ориентационно-ценностным сознанием, воплощенным в системе идей, выражающих интересы определенных социальных общностей, общества в целом. [c.677]
2. Политический спектр современных видов идеологии
Идеология имеет множество различных форм выражения содержания, многообразна в своих конкретных видовых проявлениях. Формы идеологии соотносятся с формами общественного сознания и подразделяются на политическую, экономическую, правовую, нравственную, экологическую, художественно-эстетическую, военную, прочие, имеющие самостоятельный предмет отражения и соответствующую форму выражения интересов. Политическая форма идеологии (политическая идеология) относится к числу наиболее распространенных и важных. Это обусловлено тем, что она затрагивает узловые проблемы мировоззрения людей, государственного и общественно-политического устройства, деятельности политических партий, а также обосновывает притязания какой-либо группы на власть или ее использование, предусматривая ту или иную стратегию политических действий. Одни политические идеи и ценности поэтому направлены на стабилизацию политического порядка, его сохранение и укрепление. Другие - выражают стремление к переменам в общественно-политической жизни, смене властных элит, политической модернизации, в том числе недостаточно назревшей и полезной для общества. Политические идеологии, с точки зрения характера выражаемых идей, подразделяются на умеренные и радикальные, вплоть до экстремистских.
Целостные системы идей, отличающиеся своеобразием мировоззренческого взгляда на мир, общественно-политическое устройство и развитие, в соответствии с выражаемыми интересами, образуют различные виды идеологии. Их совокупность составляет реально существующий идеологический или идейно-политический спектр общества.
По сфере распространения и политического влияния, своему статусу, идеологии разделяются на общественные и государственные. Первые проявляются и действуют прежде всего в сфере гражданского общества, выступая идейной платформой политических партий и общественно-политических объединений, движений. Вторые - имеют государственный масштаб и проявляют [c.678] себя в сфере государственной политики, выражая общенациональные интересы и ценности.
Рассмотрим структуру и основные составляющие идеологического спектра современного российского общества.
В структурном плане произошли существенные изменения, характеризующиеся переходом от двухполюсной (коммунисты - антикоммунисты) и конфронтационной модели идейно-политического спектра на начальном этапе реформирования российского общества к многополюсной и по преимуществу консенсусной. Переход этот еще не завершился и в идеологическом спектре сохраняются элементы двухполюсного построения ("левые" - "правые"), а также конфронтационные тенденции.
Вместе с тем, отчетливо обозначились контуры новой модели идеологического спектра - в виде своеобразного треугольника идейно-политических сил и доктрин: либералы - коммунисты - национал-патриоты. Первые представляют политическую идеологию правительственных кругов, осуществляющих курс на рыночное реформирование России. Вторые составляют идейную оппозицию ему с точки зрения реставрации (на обновленной основе) основ социалистического и коммунистического порядка. Третьи, кстати говоря, они зачастую и именуются "третьей силой", заявляют о себе как оппозиция правительственному курсу, а также и коммунистам, с точки зрения реформ в духе национальных интересов и ценностей, самобытного российского уклада и образа жизни.
Конечно, весь состав идейно-политического спектра не сводится только к трем указанным политическим идеологиям и гораздо богаче. Он представлен другими разновидностями идеологии (социалистической, консервативной, фашистской и другими, менее распространенными и влиятельными, а также различными идейными течениями (умеренными, радикальными, экстремистскими). Охарактеризуем содержание важнейших видов идеологии.
Либеральная идеология. Главная ее цель и ценность - свобода личности. Классический либерализм исходил из автономии индивидуальной свободы и разума, свободы собственности и частного предпринимательства, ограничения властного произвола и вмешательства государства в экономику. "Лучшее правительство то,- отмечал [c.679] в свое время Т. Джефферсон, - которое меньше всего управляет".
Современный либерализм (неолиберализм) представляет собой одну из наиболее влиятельных в западном мире идеологий, воплощающих, по мнению Ф.Фукуямы, "триумф западной идеи в конце ХХ века", у которой "не осталось никаких жизнеспособных альтернатив" (8). С подобным преувеличением, конечно, нельзя согласиться.
По своему характеру либеральная идеология может быть как правоумеренной, так и праворадикальной, в зависимости от преобладающего в ее версиях способа достижения и обеспечения свободы. Радикальный либерализм с негативным предубеждением относится к государству, недооценивает государственное регулирование экономики и других неполитических сфер деятельности, преувеличивает значение рыночных механизмов в осуществлении общественной свободы, а также меру независимости личности от общества. Практика либерализации цен, т.е. освобождения их от государственного регулирования - характерный пример радикально-либерального мышления. Умеренный либерализм более лоялен к государству и государственному регулированию, осознавая их роль в качестве необходимых гарантов свободы личности. "Без государства, - констатирует французский теоретик либерализма А.Фурсан, - личные свободы станут иллюзией" (5). Присущий либеральной идеологии лозунг "меньше государства", в умеренно-либеральной интерпретации означает "меньше неправового государства", т.е. меньше властного произвола и бюрократических пут. Без силы государства свободе индивида угрожает экономический диктат монополий. Ослабление государства бьет по финансовой, кредитной, налоговой и другим системам государственного регулирования, подрывает фундаментальную науку, масштабные НИОКР, капиталоемкие производства, убыточные, но полезные для общества предприятия, что также ограничивает меру общественной свободы.
Либеральная идеология, преимущественно радикального толка, с началом рыночных реформ оказывает свое влияние и в России. В роли главных ее субъектов сегодня выступают движение "Наш дом - Россия" (В.Черномырдин) с одноименной парламентской фракцией (С.Беляев), "Демократический выбор России" (Е.Гайдар) с [c.680] соответствующей депутатской группой. Они отличаются решительностью намерений и мер по либерально-демократическому переустройству России и утверждению в образе жизни россиян либеральных ценностей. На первом этапе политики либерализации (1991-1995 гг.) главный упор был сделан на разгосударствление собственности и массовую ускоренную приватизацию, в целях слома монополии государства в экономике. Теперь же на первый план выходит проблема эффективности приватизации. Инвестиции и современное управление - предприятию, доходы от приватизации - государству (а значит, всем, кому платят из бюджета), полноценную защиту прав собственности - акционерам. Такими будут принципы приватизации в нынешнем году.
В основу политики либерализации положены в первую очередь интересы элиты крупных частных собственников - так называемых "новых русских". В повестке дня политики либералов стоят задачи стимулирования среднего и мелкого частного бизнеса, создания "среднего класса" как важнейшей социальной базы либеральной демократии. При этом, для наиболее радикальной части либералов цель ускоренного перехода к рыночной системе хозяйства оправдывает любые средства и важнее самих ценностей либерализма.
Консервативная идеология. Она во многом близка идеологии либерализма. Только в эпоху становления и утверждения капитализма эти две идеологии были идейными антагонистами. Теперь же различия между ними не столь принципиальны. В главных своих идеях они смыкаются. Фактически это две стороны одной идеологии.
По своему характеру консервативная идеология может быть умеренной и радикальной. Это противоречит сложившемуся у нас стереотипу о крайне радикальном и даже реакционном характере консерватизма. Считалось, что он символизирует верность старому, отжившему, а также вражду ко всему новому, особенно в облике социализма. Но не всякое старое есть отжившее и реакционное. Точно также, не всякое новое всегда прогрессивно и на пользу людям и обществу. В этом смысле консерватизм является выражением преемственности с позитивным опытом прошлого и определенного скепсиса в отношении общественных новаций и реформ. Люди часто [c.681] совершают неразумные действия, руководствуются иррациональными мотивами и чувствами. Для того, чтобы каким-то образом их сдерживать, веками и десятилетиями создавались такие институты, как монархическая и парламентская системы правления, церковь, общественная мораль, традиции. Быть консерватором, по определению британского профессора М.Оукшотта, значит "предпочитать известное неизвестному, то, что испытано, тому, что не прошло проверку практикой, факт - выдумке, действительное - возможному, ограниченное - безграничному, близкое - далекому, достаточное - изобилию, обычное - совершенному" (10).
К числу базовых ценностей консервативная идеология относит частную собственность, рыночные механизмы развития зкономики, правовое государство, эволюционность общественного прогресса. Это сближает ее с либерализмом. Вместе с тем, консерваторы больший крен делают в сторону элитизма, поддержки аристократических и богатых слоев населения, исходя из признания неравенства людей и иерархичности общественных отношений. В экономической политике консервативную позицию отличает ставка на крупный капитал. Во властных отношениях - концепция "демократического господства элит", в соответствии с которой демократия представляет собой власть меньшинства в интересах общественного блага. С позиций элитизма рассматриваются и проблемы безопасности, международных отношений. Это находит свое выражение в идеях неравенства наций, борьбы за власть в межгосударственных отношениях, поддержания военно-силового превосходства стран, составляющих мировую элиту.
В современной России идеология консерватизма заново зарождается и не имеет еще достаточно широкой социальной базы, а также значительного влияния. Отдельные идеи и ценности, близкие духу консерватизма (элитизм, верность традициям, строгость общественной морали, крепость семьи, религиозная основа духовности личности и общества и другие) отстаивают Общество купцов и промышленников России, Совет дворянского собрания, Союз казачьих войск России, Свободная демократическая партия (М.Салье), другие силы, объединившиеся в сословное общественно-политическое движение "Традиции и [c.682] прогресс". Российский консерватизм, тем не менее, не выделился пока в самостоятельное идейно-политическое направление, не стал фактором, влияющим на расстановку сил в стране. Ему еще предстоит преодолеть стереотип психологического неприятия консерватизма, сформироваться как идеологии.
Коммунистическая идеология. По своему характеру - это леворадикальная идеология, поскольку связана с революционными целями и задачами: устранением частной собственности, переустройством капиталистического и других эксплуататорских обществ в бесклассовый строй свободных от угнетения и равноправных тружеников.
Со второй половины 80-х годов коммунистическая идеология переживает глубокий идейно-теоретический кризис, вылившийся в конце 80-х начале 90-х годов в крах ее как господствующей государственной идеологии в бывшем СССР и странах Восточной Европы. По оценкам многих антикоммунистов она вступила в необратимую фазу умирания, что неизбежный процесс разложения, охватил коммунизм сверху донизу. Однако коммунистическую идеологию нельзя огульно отрицать, не признавая за ней определенного ядра истины, благодаря которому изменилось к лучшему и западное капиталистическое общество.
Коммунистическая идея не исчезнет, пока сохраняются ее социальные корни, политические источники и субъекты (партии и движения рабочего класса и эксплуатируемых масс), идейные резервы обновления. Это подтверждает практика многих стран, в том числе и России, где коммунисты остаются достаточно влиятельной идейно-политической силой. На декабрьских (1995 г.) парламентских выборах КПРФ (Г.Зюганов) одержала внушительную победу, завоевав большинство депутатских мест.
Нельзя забывать, что коммунистическое движение неоднородно, в силу чего коммунистическая идея существует и развивается в нескольких идейных версиях - от умеренной социал-демократической (КПРФ) до радикальной неомарксистской и неосталинистской (Трудовая Россия, ВКПБ).
КПРФ существенно обновила свою идейную программу, сделав ставку на парламентские формы борьбы за власть и политику социально значимых общественных [c.683] реформ на основе многоукладной экономики с преобладанием государственного сектора и регулирования.
Фактически под флагом коммунистической идеи скрывается социал-демократическая платформа, рассматриваемая в качестве тактического средства достижения стратегических целей и ценностей будущего коммунистического порядка.
Радикальные версии коммунистической идеологии сохраняют верность классическому марксизму: идеям диктатуры пролетариата, власти Советов, национализации собственности, директивного управления Госплана и Госснаба, народного контроля, коммунистического воспитания масс и др.
Социал-демократическая (социалистическая) идеология. По своему характеру она является левоумеренной, поскольку исходит из эволюционности общественного развития, отказа от революционного насилия. Идея социализма оказывает заметное влияние на общественно-политические процессы во многих странах мира, в том числе в Германии, Франции, Италии, Испании, Швеции, Японии, других развитых государствах. В Европе социалисты ведут за собой 30-40, а в ряде стран и более, процентов избирателей. Во многих государствах они представлены правящими партиями, участвуют в коалиционных правительствах, имеют значительные парламентские фракции. Социалисты победили на последних выборах в Испании, Италии, Литве, Польше, Греции, Венгрии, Украине, других странах.
Базовыми ценностями социал-демократического идеала признаются свобода, справедливость, солидарность. Они неосуществимы без механизма демократии - политической, экономической, социальной, международной. Демократия, в понимании социалистов, не столько цель, а тем более самоцель, сколько необходимое средство реализации указанных базовых ценностей. Политическая демократия осуществляется в рамках свободных выборов и означает "возможность смены правительства мирным путем на основе законного волеизъявления народа", с "гарантиями соблюдения прав личности и меньшинства". Главным инструментом политической демократии является правовое государство, опирающееся на принципы конституционализма, верховенства права, разделения и сбалансирования властей, субсидиарности (разделения [c.684] компетенции), опоры на широкое местное самоуправление, плюралистического гражданского общества.
Экономическая демократия основывается на идее равенства различных форм собственности и необходимости смешанной экономики. Рыночные механизмы должны дополняться государственным регулированием рынка в интересах всех граждан, принятием антимонопольных мер, ограничением крупного частного капитала и власти транснациональных корпораций.
Социальная демократия ориентирует на создание достойных человека условий труда и жизни, справедливое перераспределение доходов в пользу нетрудоспособных слоев, социальную помощь нуждающимся.
Международная демократия обеспечивается преодолением неравенства в международном масштабе, устранением тоталитарных режимов и дисбалансов в соотношении военно-политических сил и вооружений, укреплением глобальной и коллективной безопасности.
Социалистические идеи и ценности имеют своих приверженцев и в России. Их отстаивают Социал-демократическая партия РФ (А.Аверкиев, В.Болдырев), Республиканская партия (В.Шостаковский, В.Лысенко), Российский социал-демократический центр (О.Румянцев, А.Яковлев, Е.Шапошников), Фонд Горбачева, Социалистическая народная партия России (М.Шаккум). Идея российского социализма имеет свою специфику, наиболее четко выраженную в концепции СНПР.
Формула российского социализма, отмечает Председатель СНПР М.Шаккум, "выводится на пересечении двух ключевых принципов - справедливости и коллективизма. Это гармония частного и коллективного начал в обществе, увязка индивидуальных и общественных интересов через меру справедливости... Мы пожертвовали идеалами коллективизма ради примитивно понимаемого рынка. Мы разрушили комплекс социальных прав и гарантий ради обеспечения индивидуальных прав и свобод. Соблюдение и развитие цельного комплекса прав граждан является сегодня в России социалистическим лозунгом. Социалистической является формула: развитие рынка и частной собственности в той мере, в какой это не препятствует осуществлению всего комплекса прав человека... Российская экономика и государственность нуждаются не в [c.685] реформах, а в восстановлении. Мы должны честно сказать народу: нужно восстановить экономику, управляемость страны, возродить великое российское государство. Это - стратегическая цель, это - главный лозунг России последних лет ХХ и первых лет ХХI века" (11).
Нельзя не отметить, что пока не сложилось единого понимания российского социализма, что силы российских социал-демократов разрозненны. Между ними существует немало противоречий во взглядах на базовые ценности и пути их реализации. Опрос делегатов II программного съезда СДПР показал, что 47 процентов причислили себя к либералам, 10 - к социалистам, 34 - к центру. На выборах в Федеральное собрание (1993 и 1995 гг.) социал-демократы выступали не единым блоком, а порознь.
Национал-патриотическая идеология. Она служит воплощением идейной ориентации на особый путь исторического развития России, ценности самобытной российской цивилизации, сильной государственности, соборности, народности, православной веры (но и свободы вероисповедания граждан других религиозных конфессий), национальной культуры. Особый упор делает также на отстаивание национально-государственных интересов России, защиту российских товаропроизводителей и предпринимателей, заботу о процветании Отечества в целом.
Вместе с тем под флагом национал-патриотической идеи выступают самые разные движения и партии, как искренне приверженные национал-патриотическим целям и ценностям, так и паразитирующие на них. Наибольшую известность на ниве национал-патриотизма, прежде всего русского толка, приобрели ЛДПР, Конгресс русских общин.
Идеологию "просвещенного традиционализма" отстаивает Российский общенародный союз (С.Бабурин). В ее основе - признание самоценности всех периодов исторического развития России и СССР, недопущение как бездумной идеализации, так и безоглядного очернительства нашего прошлого, четкая ориентация на сохранение традиций коллективизма, присущих народу, укрепление общегосударственного единства на принципах Народовластия, Патриотизма и Справедливости, восстановление позиций России как естественного геополитического центра прежнего СССР посредством добровольного воссоздания государственного единства составлявших его народов [c.686] и поэтапного формирования нового федеративного объединения - Российского Союза.
Привлекательность национально-патриотических идей в последнее время заметно усилилась. На них устойчиво ориентируется значительная часть российского электората, о чем свидетельствует успех на парламентских выборах 1993 и 1995 гг. партии ЛДПР. В ближайшей перспективе национал-патриотическая идеология сохранит свое идейное значение и влияние. Вместе с тем, патриотические ценности не стали и вряд ли будут ее исключительной монополией. Они нашли отражение в идейно-политических платформах коммунистов, либералов, других объединений и движений.
Таким образом, идеология является необходимым и важным элементом общественно-политической жизни современного государства. Она представлена широким спектром различных разновидностей систем идей и форм выражения их содержания. Политические идеологии фактически образуют идейное ядро любых систем ценностей и программ их реализации. В идейно-политическом спектре российского общества выделяется триада праволиберальной, левокоммунистической и социал-демократической, а также национал-патриотической идеологии. [c.687]
Глава XL.
Основные понятия: идеология, идея, идеологическая потребность, теория, концепция, "деидеологизация" политики.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Что такое идеология, каковы ее существенные признаки?
2. Каково соотношение идеологии политики?
3. Выясните сущность понятий "идея", "теория", "концепция", есть ли между ними связь? Если "да", то в чем она выражается?
4. Каким образом перемены в мире повлияли на общественно-политическую мысль?
5. Какие основные направления общественно-политической мысли, разновидности идейно-политических [c.687] течений Вы знаете? Дайте им краткую характеристику. Составьте таблицу.
6. В чем суть новых моментов в современной политической идеологии?
7. Какова идеологическая ситуация в России?
Литература:
1. Шапошников Е. Что сегодня мешает России. // Независимая газета. - 1994. - 15 июня.
2. The end of Ideology Debats. / Ed. by R.Heber. - N.-Y., 1969. P. 128.
3. Sorokin P. The Crisis of our Age. - N.-Y., 1941. P. 13.
4. Аксючиц В. Патриотизм или фашизм? Выбор будущего и диктат исторического рока. // Независимая газета. - 1994. - 23 июня.
5. Волкогонов Д.А. Психологическая война. - М.: Воениздат, 1983. С. 21-22; Спиркин А.Г. Основы философии. Учебное пособие для вузов. - М.: Политиздат, 1988. С. 488.
6. Франк С. Нравственный водораздел в русской революции. // Свободная мысль. - 1992. - № 4. - С. 64.
7. Кургинян С. Слово есть дело. // Век. - 1996. - № 15.
8. Фукуяма Ф. Конец истории? // Вопросы философии. - 1990. - № 3. - С. 134.
9. Foursans A. Pour un nouvean liberalisme. - P. 1982. P. 97.
10. Oakeshott M. Rationalism in Politics and other Essayes. - L., 1967. P. 169.
11. Шаккум М. Выход из кризиса: власти не хотят, оппозиция не может. // Московская правда. - 1996. - 24 апреля. [c.688]
ГЛАВА XLI. ПОЛИТИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА
"Государственные деятели, стремящиеся сформировать политическую демократию, часто концентрируют свои усилия на создании формального набора демократических правительственных институтов и написании конституции. Они также могут сосредоточить усилия на формировании политической партии, призванной стимулировать участие масс. Но развитие стабильного и эффективного демократического правления зависит от чего-то большего, нежели правительственные структуры и политический процесс. Оно зависит... от политической культуры. Если эта культура не способна поддержать демократическую систему, шансы последней на успех невелики" (1).
Так писали в своей известной книге "Гражданская культура" (к ней мы еще обратимся) американские политологи Г.Алмонд и С.Верба, внесшие весомый вклад в исследование этого явления. Вопрос, как видим, поставлен жестко: хотите построить в своей стране демократическое общество - постарайтесь создать адекватную ей политическую культуру. А иначе не поможет никакая конституция, никакие политические и административные институты.
Что же это такое - политическая культура? Как выглядит ее структура? Какие функции она выполняет? Как формируется и эволюционирует? И, наконец, что за культура существует в современном российском обществе? [c.689]
1. Феномен и понятие
Как это нередко случается в истории науки, какие-то элементы явления, названного в 50-х гг. XX века "политической культурой", были известны еще философам античности, а в XIX веке рассматривались в рамках исследований, посвященных "национальному характеру". Да и само понятие "политическая культура" родилось не вчера. Его мы находим у В.Ленина, а еще раньше - у русского историка В.Герье. Однако первым, кто употребил его, был, как считают, немецкий историк-просветитель XVIII века И.Гердер. Тем не менее категориальный статус это понятие стало обретать лишь во второй половине XX века, когда усилиями многих исследователей, прежде [c.689] всего Г.Алмонда, С.Вербы, Л.Пая, Д.Каванаха, Д.Элазара, У.Розенбаума, К. фон Бойме и других оно прочно вошло в политологический лексикон.
Толчком к политико-культурным исследованиям послужило развернувшееся после окончания Второй мировой войны сравнительное изучение политических систем. Почему, задались вопросом политологи-компаративисты, одни и те же политические системы и институты работают в разных странах по-разному, а некоторые, будучи перенесенными на другую почву - скажем, из Америки в Азию - не работают вообще? Они пришли к выводу, что эти системы и институты функционируют должным образом лишь тогда, когда введены в адекватный им культурный контекст, а действующие в их рамках субъекты обладают соответствующими культурными характеристиками.
Понятие "культура" многозначно, истолковывают его по-разному. Довольно широко распространено, особенно в России, представление о культуре как совокупности высших достижений человечества в материальной или духовной области, системе эталонных ценностей. Культура ассоциируется со своеобразной "вершиной", до которой надо дорасти, или "планкой", до которой надо дотянуться. Отсюда и постоянные призывы к "повышению уровня" политической культуры, к "овладению" ее достижениями. Отсюда и представление о том, будто могут существовать общества, группы и индивиды, у которых вообще отсутствует какая бы то ни было политическая культура.
В современной социологии и политологии доминирует совсем другая трактовка культуры, в том числе и политической, составляющей органическую часть общей культуры. Согласно этой трактовке, у людей в процессе обучения и накопления ими собственного опыта складываются более или менее устойчивые, типичные для определенной общности "образцы" ориентаций в отношении политической системы, ее институтов, других участников политического процесса, а также в отношении самих себя. Эти ориентации, которые, по словам американского политолога Л.Пая, "задают порядок и придают значение политическому процессу" и "управляют поведением в политической системе" (2), и называют "политической культурой". [c.690]
Каковы ее сфера и границы? На этот счет у политологов нет единой точки зрения. Одни, в их числе Г.Алмонд и С.Верба, ограничивают политическую культуру сферой сознания, сводят ее к совокупности психических состояний индивида, проявляющихся на трех уровнях: когнитивном (познавательном), аффективном (эмоциональном) и оценочном. Иначе говоря, политическая культура сводится к совокупности устойчивых политических представлений, убеждений, чувств и оценок.
Другие исследователи, например, Е.Вятр и Д.Пол полагают, что наряду с "образцами" политического сознания в политическую культуру должны быть непременно включены и "образцы" политического поведения. Ведь далеко не все в нашей деятельности контролируется и фиксируется сознанием, а значит, не все модели поведения индивидов и групп можно вывести из моделей их сознания. Удачнее других эту позицию сформулировал известный историк и политолог Р.Такер. "Культура, - писал он, - есть привычный образ жизни общества, включающий как принятые способы мышления, а также убеждения, так и принятые образцы поведения. Политическая культура - это те элементы культуры, которые имеют отношение к правлению и политике" (3). При этом важно иметь в виду, что речь идет о сознании и поведении как индивидов, так и различного рода общностей, включая социальные классы и нации.
Но этим сфера политической культуры не исчерпывается. Подобно тому, как "образцы" политического поведения группы не могут быть выведены из суммы "образцов" поведения составляющих ее индивидов, точно так же "образцы" функционирования политической системы и отдельных ее институтов не могут быть выведены из "образцов" поведения индивидов и групп, действующих в рамках этой системы. (Эта закономерность, известная социальным психологам, хорошо иллюстрируется старым политическим анекдотом. Член политбюро, объясняя, почему он проголосовал вопреки своим убеждениям, говорит: "В отдельности мы все обычно "против", в вместе - "за").
В самом деле, функционирование политической системы и образующих ее элементов подчиняется собственной логике и характеризуется собственными феноменологическими [c.691] проявлениями. Определяемые, в частности, действием коллективного бессознательного, они могут быть выведены только на основе эмпирического исследования объекта. Так что если мы хотим получить представление об устойчивых моделях (культуре) функционирования правительства или парламента или какого-либо другого органа, необходимо исследовать деятельность именно этого органа как целого, а не отдельных входящих в него министров, парламентариев и т.п.
Таким образом, если на индивидуальном или групповом уровнях политическая культура выступает как единство культуры политического сознания и поведения, то на уровне социетальном она должна быть дополнена культурой функционирования политической системы и образующих ее институциональных структур.
Исходя из сказанного, политическую культуру можно определить в самой общей форме как систему исторически сложившихся, относительно устойчивых и репрезентативных ("образцовых") ориентаций, то есть представлений, убеждений, установок, чувств, оценок и моделей поведения индивидов и групп, а также моделей функционирования политических институтов и образуемой ими системы, проявляющихся в непосредственной деятельности субъектов политического процесса, определяющих ее основные направления и формы и тем самым обеспечивающих воспроизводство и дальнейшую эволюцию политической жизни на основе преемственности (4).
Важно иметь в виду, что политическая культура включает в себя не только "позитивные" или нормативные, но и "негативные" ориентации и модели.
Представим себе, говорит Р.Такер, что в некоторой стране "Х" большинство граждан убеждены, что правительственные чиновники, берущие взятки, поступают дурно. А между тем взятки как брали, так и берут. Что в этом случае отнести к политической культуре: убеждения граждан или поведение чиновников? И то, и другое, отвечает Р.Такер, и он, разумеется, прав. Прав потому, что обе позиции характеризуют общество "Х" на данной стадии его развития и способствуют воспроизводству существующей в нем социально-политической системы, то есть выполняют присущую культуре репродуктивную функцию. [c.692]
Сведение политической культуры к одним лишь "позитивным" "образцам", на чем настаивают некоторые наши обществоведы, искажает реальный облик политического субъекта. Ведь при таком подходе не может быть и речи о политической культуре того же нацизма и других "плохих" систем и режимов, равно как и поддерживающих их социальных и политических групп. А между тем, и германский нацизм, и итальянский фашизм, и сталинизм характеризовались определенной, в каких-то чертах присущих только им, политической культурой. Вообще любое общество, любая группа и любой индивид, действующие в том или ином политическом контексте, всегда характеризуются наличием у них определенной политической культуры, которую можно изменить, но нельзя "повысить" или "улучшить".
Развитые национальные политические культуры - сложные, неоднородные образования. Они могут заключать в себе наряду с доминирующей системой ориентаций сознания и моделей поведения более или менее автономные специфические подсистемы, именуемые в современной социологии и политологии "субкультурами".
Политические субкультуры характерны как для социальных групп (этнических, религиозных и других), так и для регионов, особенно если последние являются местом компактного проживания национальных меньшинств. В этом смысле любое федеративное государство есть "федерация" политических субкультур.
В западной политологии субкультурами нередко именуют не только системы специфических политических ориентаций и моделей поведения, но и придерживающиеся их группы (5).
Естественно, что политические субкультуры получают наибольшее развитие и играют наибольшую роль в политической жизни многонациональных государств; в странах, историческое формирование которых было растянуто во времени и происходило постепенно, за счет интеграции все новых и новых территорий с разнородной культурой; в обществах с сильно развитыми сепаратистскими и сегрегационистскими традициями и порождаемыми ими массовым чувством отчуждения.
Существование в обществе развитых политических субкультур может оказаться для него миной замедленного [c.693] действия, способной вызвать мощный взрыв в период перехода от одной фазы эволюции к другой, тем более в периоды революционных изменений. Наглядное подтверждение тому - бывший Советский Союз, бывшая Чехословакия, бывшая Югославия, отчасти - Великобритания, где проблема Северной Ирландии вот уже который год продолжает оставаться нерешенной. [c.694]
2. Структура и функции
Какие же элементы, или "переменные", как принято их называть, составляют политическую культуру? Иначе говоря, какие позиции надо исследовать, чтобы получить представление, скажем, об американской, французской, бывшей советской или нынешней российской политической культуре?
В сфере сознания политическую культуру характеризуют следующие основные переменные:
- степень интереса субъекта к политике (большой, средний, малый, полное отсутствие интереса);
- степень развития политического сознания субъекта;
- отношение16 к существующей политической системе в целом, ее отдельным институтам (например, правительству), их символам и представляющим их лицам;
- отношение к другим участникам политического процесса (проявляющееся, в частности, в терпимости или нетерпимости к ним);
- готовность принять личное участие в тех или иных политических акциях и связанные с этим ожидания;
- представления о "правилах политической игры" (в том числе о границах дозволенного и недозволенного и т.п.);
- отношение к закону;
- характер политической и политико-идеологической самоидентификации ("я - левый", "я - центрист", "я - либерал");
- политический язык. [c.694]
В сфере поведения политическую культуру характеризуют следующие основные переменные:
- формы и степень участия в политической жизни общества (митингах, демонстрациях, политических забастовках, пикетах, партийной деятельности);
- формы и уровень взаимодействия с государственными институтами (конфронтация, сотрудничество, несотрудничество);
- формы и уровень взаимодействия с институтами гражданского общества (в частности, с политическими партиями и движениями);
- формы и уровень взаимодействия с другими субъектами политического процесса;
- тип электорального поведения.
При этом важно обратить внимание на соответствие между так называемым конвенциональным и неконвенциональным поведением, то есть между поведенческими формами, которые рассматриваются в данном обществе как нормальные и легитимные и которые не рассматриваются в качестве таковых - например, применение насилия, гражданское неповиновение и т.п.
Как все это выглядит на практике? Характеризуя, к примеру, политическую культуру современного американца, мы скажем, что он не слишком искушен в политике, не слишком рвется в нее и отнюдь не перегружен политическими знаниями, а в его политическом сознании много неувязок и противоречий, обычных, впрочем, для массового сознания. К деятельности властей относится, как правило, довольно критически, но существующую в стране политическую систему активно поддерживает (считая ее чуть ли не высшим воплощением демократии в мире). Он патриот. Любит участвовать в разного рода добровольных ассоциациях. На выборах умеренно активен. Не склонен к проявлению крайностей в политике и старается по возможности придерживаться золотой середины. Законопослушен и ориентируется, как правило, на конвенциональные формы политического поведения. Полагается больше на самого себя, нежели на государство или партию, к которой себя причисляет (в республиканской или демократической партиях США нет членства в нашем понимании). Достаточно толерантен по отношению к оппонентам. Признает за оппозицией такие [c.695] же права, как и за партией власти. Собственные политические взгляды характеризует чаще всего, исходя из стандартных формул "либерал - консерватор" и "левый - центрист - правый" и т.д. и т.п.
Иное дело - современный средний немец. Он более идеологизирован, более активен на выборах, в большей степени ориентируется на государство, менее терпим к оппонентам. А если взять, к примеру, гражданина КНР или, скажем, Ирака, то тут различия будут просто разительными.
А что характеризует политическую культуру на институциональном уровне? Это прежде всего:
- методы управления системой (демократические, авторитарные, тоталитарные и т.п.);
- методы принятия и осуществления политических решений;
- методы взаимодействия с другими политическими системами и институтами;
- методы регулирования социально-политических конфликтов (в частности, степень готовности использовать силу);
- тип электорального процесса (формы и методы организации выборов);
- способы защиты корпоративных (национальных) интересов.
О тех же Соединенных Штатах Америки мы можем сказать, что действующие в их рамках политические институты ориентированы на формально рационалистические (бюрократические в веберовском понимании), легитимные методы взаимодействия и принятия решений; что они исповедуют принцип состязательности (конкуренции); а, действуя на международной арене, американское государство склонно обычно использовать метод силового давления, защищая национальные интересы. Вместе с тем одной из характерных черт поведения и американских граждан, и групп, и институтов является склонность к "торгашеству" и "компромиссу" на основе признания взаимных интересов.
Политическая культура выполняет следующие основные функции:
- нормативную (задает индивидам, группам, обществу в целом определенные нормы, стандарты политического мышления и поведения, реакции на окружающую [c.696] политическую среду; обозначает границы, которые политическому субъекту не следует преступать; фиксирует иерархию политических ценностей - например, приоритетную ориентацию в одних случаях на государство, в других - на какую-то общину, в третьих - на самого себя и т.п.);
- воспитательную (формирует определенный тип "человека политического", адекватного данной политической системе);
- мобилизационную (организует граждан на решение определенных политических и социальных задач);
- интеграционную (обеспечивает усвоение гражданами политических норм и ценностей, присущих данной общности, и тем самым сплачивает их);
- репродуктивную (способствует воспроизводству данной системы общественно-политических отношений со всеми присущими ей противоречиями и особенностями и тем самым связывает друг с другом уходящие и приходящие поколения, обеспечивая в итоге историческую преемственность и непрерывность политического процесса). [c.697]
3. Механизмы формирования политической культуры
Политическая культура - продукт естественно-исторического развития. Конечно, общество или группа стремится сформировать ее, исходя из определенных целей и задач. Но действие стихийных социальных и политических сил - а они проявляют себя даже в тоталитарном обществе - вносит в этот процесс свои коррективы, так что получаемый "на выходе" продукт более или менее существенно отличается от замысла. При этом большую роль в формировании политической культуры на национальном уровне играют такие факторы, как геополитическое положение страны; социальная и политическая структура общества; характер общественных отношений; политические традиции; особенности национальной психологии.
А какие силы непосредственно вовлечены в процесс политико-культурного творчества?
Это прежде всего государство в лице его законодательных, исполнительных и судебных органов. Даже действуя в сравнительно ограниченных рамках, государство определяет важные параметры политической культуры: разрабатывает законодательные нормы, определяющие [c.697] политическое поведение граждан; формирует и закрепляет национальные политические символы и т.д. Роль государства особенно возрастает там, где оно непосредственно включается в процесс манипулирования массовым сознанием, как это имеет место при тоталитарных и некоторых авторитарных режимах.
Наряду с государством - а в определенных ситуациях в тесном взаимодействии с ним, как это было в том же СССР - в формировании политической культуры участвуют общественные организации, в первую очередь политические партии. Они закладывают матричные формулы (шаблоны) политического мышления и поведения, формируют тип отношения граждан к политическим объединениям и партийной системе.
Участвует в создании политической культуры и церковь. Особенно велика ее роль в странах, где большинство граждан - верующие.
Большее или меньшее влияние на формирование политической культуры оказывают, конечно, религии: христианство (католицизм в Италии, Испании, Польше, православие в дореволюционной России), буддизм в Индии и Шри-Ланке, синтоизм в Японии, конфуцианство в Китае.
В последнее десятилетие заметно возросла роль средств массовой информации, выступающих порою скорее в роли средств массового манипулирования и в этом качестве действительно выполняющих властные функции. Именно пресса формирует многие расхожие убеждения, установки, стереотипы, определяющие наше политическое сознание и поведение.
Участвуют в формировании политической культуры и такие общественные силы, как деловая община (сообщество бизнесменов), академическая община (сообщество ученых) и, естественно, армия. Во многих странах с традиционно сильной и влиятельной армией (Россия, Германия) именно этот институт оказывается источником таких переносимых на общество в целом ориентаций, как единоначалие, действие "по команде", акцент на использование силовых методов решения проблем.
Названные выше силы не только формируют политическую культуру, но и участвуют в процессе внедрения ее в сознание граждан или, как называют его социологи и политологи, процессе политической социализации. [c.698] Однако большинство из этих сил выполняют эту функцию на поздних стадиях социализации, когда основы - по крайней мере, эмоционально-психологические - многих ориентаций сознания и моделей поведения уже заложены в сознание человека.
Кто же закладывает эти основы на ранней стадии политической социализации, когда начинается становление гражданина? Прежде всего семья, школа, внесемейное ближайшее окружение, а также лидеры общественного мнения. Подробно об этом будет сказано в следующей главе. [c.699]
4. Типология политической культуры
Стремясь глубже проникнуть в суть различных политических культур, исследователи группируют их на основе тех или иных имманентных им признаков, выстраивая таким образом различные политико-культурные типологии.
Так, американский политолог У.Розенбаум строит спектр типов политической культуры, приняв за основание степень консенсуса между членами общества относительно основополагающих политических ценностей и правил политической игры. На одном конце этого спектра оказывается, как называет ее У.Розенбаум, "фрагментированная" политическая культура, характеризующаяся отсутствием согласованных процедур разрешения социально-политических конфликтов, доверия между субъектами политического процесса, относительно высоким уровнем политического насилия. "Интегрированная" же культура, находящаяся на другом конце спектра, характеризуется, напротив, наличием консенсуса по важнейшим политическим вопросам, доверием между субъектами политического процесса, преобладанием конвенциональных форм поведения. Таковы два полюса, а между ними - "промежуточные" культуры, тяготеющие к одному или другому флангу.
В свое время в марксистской литературе имела хождение типологическая схема, подразделяющая политические культуры по классовому принципу на "буржуазные", "социалистические" и т.п. Имеются и другие типологии. Но, пожалуй, самой популярной среди политологов разных стран остается модель, предложенная [c.699] много лет назад Г.Алмондом и С.Вербой в их книге "Гражданская культура".
Все существующие политические культуры рассматриваются как комбинации трех логических или "идеальных" (по М.Веберу) типов. Первый из них - это так называемая приходская (другой перевод "провинциалистская") политическая культура. Она характеризуется тем, что политические функции и роли еще не отделились от экономических и религиозных функций и ролей, а люди имеют смутное представление о политике и индифферентны к ней.
Второй тип - это "подданическая культура". Она складывается при наличии дифференцированных политических функций, ролей и институтов и характеризуется пассивным отношением к политической системе со стороны подданных, интересующихся лишь практическими результатами деятельности правительства.
Третий тип - "культура участия". Для нее характерен высокий уровень интереса граждан к политике, их хорошая информированность о политической жизни общества, а главное - активное участие в политическом процессе.
Казалось бы, "культура участия" и должна получить распространение в демократическом обществе. Но нет. Реальная политическая культура, существующая ныне в США, Великобритании и других демократических странах, или, как именуют ее американские политологи, "гражданская культура" далека, утверждают Г.Алмонд и С.Верба, от такого идеального типа, как "культура участия". Подобно другим политическим культурам, существующим не на бумаге и не в голове лидеров, а в реальной жизни, она носит смешанный, внутренне противоречивый характер и сочетает в себе элементы всех трех вышеупомянутых типов. Именно это смешение, подчеркивают авторы, делает "гражданскую культуру" адекватной демократической политической системе: ведь последняя также являет собой переплетение противоречий.
Для "гражданской культуры" характерен баланс между властью и ответственностью правящих элит, равно как и между политической активностью и пассивностью граждан. "...От гражданина демократического общества, - пишут Г.Алмонд и С.Верба, - требуются противоречащие [c.700] друг другу устремления: он должен быть активным, но вместе с тем и пассивным; включенным (в политический процесс - Э.Б.), но не чрезмерно; влиятельным, но и почтительным (к властям - Э.Б.)" (7). Другими словами, демократия покоится на примирении крайностей и соблюдении меры в политике.
Чтобы правящие элиты хорошо делали свое дело и чувствовали себя ответственными перед обществом, гражданам надлежит держать их под контролем - в частности, посредством регулярных выборов в представительные органы. Но при этом не следует посягать на их властные функции, отправление которых требует профессиональной выучки и не под силу "человеку с улицы".
Граждане должны "давить" на правительство. Однако это давление не должно вести к "перегреву" политической машины и дестабилизации системы. Они должны быть достаточно влиятельными и способными навязывать элитам ответственное поведение, но это влияние не должно препятствовать принятию властями необходимых, в том числе и непопулярных, решений.
Когда жизнь в обществе протекает спокойно и власть функционирует более или менее эффективно, людей, как правило, мало интересует, что делается в правительственных кабинетах, так что политики достаточно свободны в своих действиях. Зато при обострении ситуации, а тем более в условиях кризиса, активность граждан и их давление на властные структуры возрастают. Но вот власти приняли необходимые меры, ситуация возвратилась к норме - и интерес рядовых граждан к политике снова падает. Как утверждают Г.Алмонд и С.Верба, эти циклы, наблюдаемые практически во всех стабильных демократических обществах, и состоящие из "включения граждан, ответа элит и отхода граждан от политики", могут в тенденции усиливать баланс противоположностей, необходимый для демократии.
Необходим для эффективного функционирования последней, пишут американские авторы, и баланс инструментальных (прагматических - Э.Б.) и эмоциональных политических ориентаций. Приверженность гражданина той или иной партии, политическому деятелю или системе не должна быть лишена эмоций. Как утверждал - и не без оснований - известный политолог С.Липсет, если [c.701] лояльность в отношении системы определяется сугубо прагматическими соображениями, то положение последней становится шатким: сбои в работе могут лишить ее поддержки со стороны граждан. К тому же свободная от эмоций политическая активность чревата цинизмом. Однако и чрезмерные эмоции вредят демократии. Они могут не только нарушить баланс между активностью и пассивностью граждан, равно как и между политическими институтами, но и спровоцировать разрушительные массовые движения. Отсюда и вывод: чтобы граждане могли сохранять контроль над политическими элитами и контролируемой ими системой, лояльность по отношению к ним не должна быть полной и безусловной, а участие в политике не должно быть ни чисто инструментальным, ни эмоциональным (8).
Еще одна опора политической культуры демократии - баланс между политическим согласием (консенсусом) и разногласием, поддерживаемый на уровне рядовых граждан, и на уровне властвующих элит. Без согласия по ключевым вопросам невозможно мирное разрешение политических споров и успешное функционирование демократических институтов. Но эти институты не способны эффективно действовать и при отсутствии политических разногласий в обществе. Ведь демократия предполагает возможность выбора между альтернативами и последним надо дать возможность беспрепятственно проявиться. К тому же отсутствие разногласий, а значит, и оппозиции, только бы затруднило контроль над элитами и притупило у них чувство ответственности перед обществом. Нужно лишь следить за тем, чтобы эти разногласия не перешли за опасную черту. Словом, и тут требуется мера и баланс.
В итоге, по Г.Алмонду и С.Вербе, в демократическом обществе складывается довольно сложная и вместе с тем динамичная система сбалансированных политико-культурных ориентаций. "Налицо политическая активность, но она не столь велика, чтобы подорвать авторитет правительства; налицо вовлеченность (граждан в политику - Э.Б.) и преданность (системе и элитам - Э.Б.), но в умеренной степени; налицо и политические разногласия, но их держат под контролем. Помимо всего прочего политические ориентации, образующие гражданскую культуру, тесно увязаны с общими социальными и межличностными [c.702] ориентациями. В рамках гражданской культуры нормы межличностных отношений, общего доверия к своему социальному окружению и веры в него пронизывают политические установки и смягчают их" (9).
Важно подчеркнуть, что все эти балансы - вовсе не результат тонких "вычислений" и согласований. Они складываются стихийно: за счет непоследовательности установок, которых придерживаются граждане (а массовое политическое сознание - отметим это еще раз - всегда внутренне противоречиво и непоследовательно); за счет несоответствия между установками сознания и реальным поведением; за счет индивидуальных различий между людьми и их интересами, ибо в любом обществе всегда найдутся политические активисты, которых никто и ничто не остановит, и те, кому политика не интересна ни при какой погоде.
Концепция Г.Алмонда и С.Вербы отнюдь не безупречна, о чем говорили многие политологи. Отмечали, в частности, что она неоправданно ограничивает политическую культуру сферой сознания, абсолютизирует американский опыт и не учитывает специфику демократического строительства в других странах. Это обоснованные претензии.
Но в концепции "гражданской культуры" ценно прежде всего то (почему мы и остановились на ней столь подробно), что она фиксирует сложность, внутреннюю противоречивость политической культуры демократии, необходимость наличия целой системы балансов ее поддержания.
Исследования, проведенные во многих странах мира в 70-80-х годах, в целом подтвердили выводы о смешанном характере этой культуры. Подтвердили они и общность фундаментальных черт, присущих, пусть и в неодинаковой мере и с разной степенью приоритетности, политической культуре демократии в различных странах и регионах мира.
Это толерантность (терпимость) граждан и государства по отношению к оппозиционным силам и оппонентам, поскольку они не выходят в своих действиях за рамки закона. Естественно, что оппозиция независимо от того, существует она как формальная или неформальная структура, признается в качестве легитимной политической силы, неотъемлемого элемента политической системы. [c.703]
Политическая культура демократии включает ориентации на плюрализм мнений и позиций, проявляющийся, в частности, в признании многопартийной системы и множественности идеологий - за исключением тех, которые вступают в противоречие с принципами гуманизма и законом.
Еще одна черта политической культуры демократического типа - относительно слабая дифференцированность классового сознания и массовое тяготение граждан к политическому и идеологическому центру. Даже в периоды обострения политических противоречий и подъема массовых движений численность лиц, занимающих радикальные позиции, не превышала в большинстве стран Европы и США трех процентов. Понятно, что в таких условиях ориентация граждан на использование насильственных методов для разрешения внутриполитических противоречий и конфликтов остается невысокой.
Признавая за государством более или менее значительную роль в общественной жизни, политическая культура демократии вместе с тем требует от граждан не превращать государство в фетиш, не ставить его над гражданским обществом и личностью. Не гражданин для государства, а государство для гражданина - вот один из коренных принципов демократии.
И последнее. Политическая культура демократии немыслима без законопослушания граждан, независимо от занимаемого ими положения: в демократическом государстве закон писан для всех. Но ориентация на соблюдение закона принимает устойчивый и массовый характер лишь при условии уважительного отношения как общественности, так и государства к суду и независимого положения последнего в системе государственных органов. [c.704]
5. Россия: смена культурной парадигмы
Исследователи политической культуры демократии единодушны: ее становлению благоприятствует бесконфликтное, стабильное развитие общества. В странах, совершающих переход от тоталитаризма (авторитаризма) к демократическому строю в условиях социальных потрясений, этнических и религиозных конфликтов, формирование новой культуры идет трудно, непоследовательно, сопровождается попытками вернуться к традиционным [c.704] образцам. Но в любом случае процесс смены политико-культурной парадигмы растягивается на десятилетия.
Сохраняемый коллективной памятью нации старый политический опыт тормозит становление и усвоение новых стереотипов сознания и поведения. Исследования, проведенные в ФРГ в конце 70-х годов, то есть тридцать с лишним лет спустя после крушения национал-социализма, когда еще активно действовали поколения, взгляды которых сложились или начали формироваться в условиях нацизма, показали, что демократические ориентации еще не очень глубоко внедрились в новую германскую политическую культуру. И это, заметим, в относительно благоприятных экономических и политических условиях.
Аналогичную картину видим в Испании. Прошло уже почти двадцать лет со времени смерти Франко, а процесс становления демократической политической культуры в стране, по мнению испанских политологов, до сих пор не завершен, как не завершен и процесс смены поколений.
Упоминание о поколениях тут совсем не случайно. Смена типов культуры в национальном масштабе происходит - независимо от их содержания - путем постепенного, поэтапного вытеснения одних систем ориентаций и моделей поведения другими. (Процесс этот может ускоряться в условиях национальных потрясений и катастроф, таких как война или революция, но подобное развитие событий не благоприятствует демократизации общества). Поскольку живыми носителями культуры выступают поколения и когорты, взгляды и поведенческие стереотипы которых формируются конкретной эпохой, и поскольку старшие поколения в целом не в состоянии радикально перестроиться с наступлением новых времен, то смена культур оказывается сопряженной в социологическом плане именно со сменой поколений17.
Привить гражданам демократическую политическую культуру лишь путем прямого целенаправленного обучения невозможно. Она "передается в ходе сложного процесса, включающего в себя обучение во многих социальных [c.705] институтах - семье, группе сверстников, школе, на рабочем месте, равно как и в самой политической системе" (10).
Так шаг за шагом складывается политическая культура индивида, группы, поколения. Шаг за шагом, путем вытеснения старых элементов новыми и напластования одних на другие складывается и политическая культура общества. Динамика этого процесса зависит от многих факторов, но прежде всего от общеполитической и социальной динамики. Причем в многонациональных государствах, тем более имеющих федеративное устройство, временная неравномерность культурной эволюции социума дополняется неравномерностью пространственной. В стране могут существовать в течение какого-то времени "острова", "заповедники" старой политической культуры, нередко совпадающие с ареалами распространения субкультур. В послевоенной Италии, например, сложился так называемый красный пояс, жители которого отличались ярко выраженными левыми ориентациями в политике. Красные пояса и анклавы имеются сегодня и в России. И надо быть готовыми к тому, что они могут сохраняться и в будущем. Ибо попытки искусственно ускорить процесс смены культурных парадигм в такого рода пространствах, не приводит (как свидетельствует опыт многих стран) к желаемому результату, а то и дает обратный эффект.
Россия переживает ныне период смены политико-культурной парадигмы. На протяжении полувека в стране господствовала политическая культура тоталитарного типа. Ее характеризовали, в частности:
- высокая степень идеологизированности политической жизни;
- ориентация граждан на партию-государство как высший авторитет и фактически полная атрофия их способности к политической самоорганизации и самостоятельному принятию политических решений;
- конформизм;
- нетерпимость к инакомыслию и инакодействию;
- двоемыслие и разрыв между словом и делом;
- отсутствие в стране политической оппозиции;
- ориентация преимущественно на насильственные методы разрешения социально-политических конфликтов;
- авторитарные методы принятия политических решений; [c.706]
- бюрократическо-централистский принцип организации и осуществления политической власти;
- приоритет политической целесообразности перед законом;
- культ вождя (12).
Изживание политической культуры тоталитарного и авторитарного типа - длительный, противоречивый, болезненный процесс. За последнюю четверть века в него включились, в частности, Испания, Португалия, Чили. Еще раньше его прошли Германия, Италия, Япония. Сегодня вместе с Россией этот процесс переживают восточноевропейские страны. Формируясь неравномерно в пространственном и временном отношениях (флагманами и в том, и в другом отношениях являются и долго еще будут оставаться прежде всего мегаполисы вроде Москвы, Санкт-Петербурга), новая российская политическая культура будет складываться, по-видимому, за счет четырех основных источников.
Во-первых, путем заимствования зарубежного опыта - главным образом западноевропейского и американского. Этот процесс уже идет - хаотично и бессистемно. Но время будет вносить в него коррективы, "отбирая" шаг за шагом, как это уже бывало не раз с петровских времен, то, что подходит для России. А привьется на нашей евразийской почве, очевидно, не все из того, что кажется ныне привлекательным и полезным.
Но очевидно и другое. Если Россия всерьез намерена строить демократическое общество и правовое государство, то без новой политической культуры ей не обойтись. А создание такой культуры, сколь бы самобытна она не была, требует непременного творческого освоения накопленных человечеством общезначимых демократических ценностей: открытости в политике; уважения личности; уважения закона; плюрализма мнений; политической и религиозной терпимости; приоритета ненасильственных методов решения политических проблем и т.д.
Другой источник новой политической культуры - советское наследие. Не будем забывать, что советское - не обязательно большевистское, тоталитарное. В нем нашли воплощение и некоторые архетипические черты российской культуры и "русского характера" - такие, как, например, различные формы коллективизма. И эти черты [c.707] будут в той или иной форме прорастать - хотим мы того или нет - в новую политическую культуру.
Еще один источник - возрождение дореволюционной российской культуры. Это могут быть и те элементы, которые когда-то позаимствовали большевики (например, ориентация на сильное централизованное государство), и те, которые не были ими востребованы за ненадобностью, как, скажем, земское самоуправление или его аналог, суд присяжных и т.п. О подобной возможности писал много лет назад русский философ Н. Лосский: "... В области политической культуры... императорская Россия создала ценности, которые приобретут всемирную известность тогда, когда их достаточно изучат и осознают, и прежде всего при возрождении в процессе послереволюционного развития русского государства" (13).
Но главным источником новой российской политической культуры будет, как и во всех странах, собственная политическая практика.
Одна из трудностей, переживаемых сегодня страной, заключается в том, что многие наши политики (как, впрочем, и рядовые граждане) остаются в плену или, по крайней мере, под сильным влиянием тоталитарной и авторитарной политической культуры: нетерпимы к оппонентам; не владеют искусством компромисса; отдают неоправданное предпочтение силовым методам решения социально-политических проблем; неохотно признают оппозицию в качестве легитимной политической силы и т.д.
Но есть и несомненное движение вперед. В стране налицо публичная политическая жизнь, со своими "активистами", "умеренными" и "пассивными". Свобода прессы и плюрализм мнений воспринимаются как норма жизни. Большинство граждан поддерживает идею парламентаризма, хотя и критически относятся к самим парламентариям, как не выполняющим должным образом возложенную на них миссию. Поддерживают они и идею выхода из кризиса с помощью демократических методов18. [c.708]
В каком направлении продолжится развитие российской политической культуры в дальнейшем, будет зависеть от многих факторов: политических, экономических, социальных. И не в последнюю очередь от того, на каких ценностях станет воспитываться в ближайшие годы новое поколение граждан. [c.709]
Глава XLI.
Основные понятия: культура, духовная культура, политическая культура, традиции, политические стереотипы.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Прочитать учебник, выпишите определение "политическая культура", сравните его с несколькими определениями этого понятия в других справочных источниках. Попытайтесь самостоятельно сформулировать основные черты и особенности данного феномена.
2. Какова структура политической культуры, представьте ее в виде схемы или таблицы? Охарактеризуйте особенности каждого элемента.
3. Назовите факторы, влияющие на процесс формирования и развитие политической культуры общества.
4. Как соотносятся между собой понятия "политическая культура" и "национальный характер"?
5. Каковы признаки проявления политической культуры?
6. Какие Вы знаете типы политической культуры? Чем они отличаются друг от друга?
7. Представьте в виде схемы функции политической культуры.
8. Что такое политические стереотипы? Какие политические стереотипы широко распространены в России?
9. Что представляет собой политическая культура нашего общества сегодня? Каков, на Ваш взгляд, характер ее взаимосвязи с политической системой и в каком направлении она движется? [c.709]
Литература:
1. Almond G., Verba S. The Civic Culture. Political Attitudes and Democracy in Five Nations. Princeton, N.J. 1963, p.498.
2. Pye L. Political Culture // International Encyclopedia of Social Sciences. N.Y. 1961, v.12, p.218.
3. Tucker R. Political Culture and Leadership in Soviet Russia. From Lenin to Gorbachev. N.Y., L. 1987, p.VII.
4. Более подробно аргументация в пользу представленной концепции политической культуры изложена в работе: Баталов Э. Политическая культура современного американского общества. М., Наука, 1990. Гл. I.
5. Rosenbaum W. Political Culture. N.Y., 1975, p.151.
6. Cook Th., J. Scioli-jr. Political Socialization Research in the United States: A Review // Political Attitudes and Public Opinion. Eds. D. Nimmo and Ch. Bonjean. N.Y., 1972, p.168.
7. Almond G., Verba S. Op. cit., p.478-479.
8. Lipset S. Political Man. N.Y., 1960, pp.77-83.
9. Almond G., Verba S. Op. cit., p.493.
10. Almond G., Verba S. Op. cit., p.498.
11. Almond G., Verba S. Op. cit., p.499.
12. Более подробно о советской политической культуре см. напр.: Баталов Э. Советская политическая культура (к исследованию распадающейся парадигмы) // Общественные науки и современность, 1994, № 6 и 1995, № 3.
13. Лосский Н. История русской философии. М., 1991, с.4.
14. Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения. Информационный бюллетень, 1995, №20, ноябрь-декабрь, с.85. [c.710]
Дидактические материалы к семинару по теме:
ПОЛИТИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА ОБЩЕСТВА. САМООЦЕНКА СТУДЕНТАМИ СОСТОЯНИЯ И УРОВНЯ СВОЕЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ
№№
Содержание вопроса
Варианты ответа


1
2
3
1.
Интерес к политическим явлениям, событиям
Значительный
Слабый
Отсутствует
2.
Потребность в чтении политической литературы
Имеется
Слабая
Отсутствует
3.
Читаю политические материалы в прессе
Регулярно
От случая к случаю
Не читаю
4.
Задумываюсь, пытаюсь осмыслить прочитанное
Да
В какой-то степени
Нет
5.
Смотрю политические передачи по телевидению
Да
Иногда
Нет
6.
Слушаю политические передачи по радио
Да
Редко
Не слушаю
7.
Вступаю в споры по политическим вопросам:




а) с друзьями
Да
Редко
Нет

б) с родственниками
Да
Редко
Нет
8.
Отношение к услышанным оценкам политической ситуации
Соглашаюсь
Не всегда согласен
Безразлично
9.
Оцениваю уровень своих политических знаний
Высокий
Средний
Низкий
[c.711]
10.
Наличие определенной политической ориентации
На капитализм
на социализм
Двойственная
Отсутствует
11.
Отношение к происходящему в политической жизни России
Позитивное
Смешанное
Негативное
12.
Наличие политических убеждений
Сложилось
В стадии становления
Пока нет
13.
Готовность действовать в соответствии с убеждениями
Есть
Слабая
Отсутствует
14.
Участие в общественно-политической работе - в какой-либо форме
Участвую
Почти не участвую
Не участвую
15.
Внутреннее состояние, обусловленное восприятием политической жизни
Бодрое
Угнетенное
Неопределенное
16.
Восприятие политического будущего России
Уверен в правильности перемен
Обеспокоенность
Безрадостное

Вариант ответов в баллах

1
2
3
4
5
6


8
9
10
11
12
13
14
15
16
2-1-0
2-1-0
2-1-0
2-1-0
2-1-0
2-1-0
2-1-0
2-1-0
1-2-0
2-1-0
1-2-0
1-2-0
1-2-0
2-1-0
2-1-0
1-1-0
2-2-0
ВЫСОКИЙ уровень политической культуры - при наборе 30-34 баллов: имеются основные компоненты политической культуры и предпосылки их развития. [c.712]
СРЕДНИЙ уровень политической культуры - при наборе 24-29 баллов: не все ее компоненты имеются в наличии, а имеющиеся - недостаточно развиты.
НИЗКИЙ уровень политической культуры - при наборе 20-23 баллов: малое количество компонентов политической культуры и их недостаточная развитость.
Подготовили: проф. Тарасов Е.Н.
доц. Данченко В.Т.
[c.713]
ГЛАВА XLII. ПОЛИТИЧЕСКАЯ СОЦИАЛИЗАЦИЯ
Среди множества факторов, способствующих сохранению политической системы, социализация индивида занимает важное место, поскольку ни одна система не сможет достигнуть достаточного уровня интеграции и стабильности, если ей не удастся выработать у своих членов определенной суммы общепринятых в обществе политических знаний, ценностей, установок. Эта проблема исключительно важна. Она является предметом изучения многих видных специалистов как отечественных, так и зарубежных. Рассмотрим, в чем же состоит суть политической социализации, каковы ее стадии, институты и средства. [c.714]
1. Понятие, особенности и стадии политической социализации
Термин "политическая социализация" является производным от более общего понятия "социализация".
Под социализацией понимается, с одной стороны, освоение системы социальных норм, ценностей, элементов культуры и выработку на этой основе установок, ценностных ориентаций, социальных потребностей и т.д., а с другой стороны, реальное включение индивида в общественную жизнь, процесс наделения людей социальными свойствами. Социализация в целом означает процесс "цивилизации" членов общества.
В 50-60-е годы понятие "социализация" прочно вошло в обиход политологов. Оно стало широко использоваться в работах Г.Алмонда, С.Вербы, Р.Зигель, Д.Истона, Р.Гесса, П.Шарана, Г.Хаймена (в работе которого "Политическая социализация", вышедшей в 1959 г., был введен этот термин). В 1969 г. Е.Даусон и К.Приуитт опубликовали книгу под тем же названием "Политическая социализация".
В конце 60-х - начале 70-х годов в нашей стране также появились крупные исследования по вопросу социализации. Так, издательство Ленинградского университета в 1971 году выпустило в свет книгу "Человек и общество. Проблемы социализации индивида", в которой рассматриваются социологические проблемы социализации и психологические эффекты социализации (1). В этом [c.714] сборнике приняли участие такие известные ученые, как Ананьев Б.Г., Дмитриев А.В., Федосеев А.А. и др.
В политической науке понятие социализации исследуется главным образом в двух аспектах. Во-первых, с точки зрения теории политической социализации, которая описывает и объясняет, как происходит социализация индивидов в политической среде. Это специфическая область общей теории социализации. И, во-вторых, с точки зрения политической теории политической социализации, менее всего разработанной в политической науке. Ее предметом является изучение возможностей применения категорий общей теории социализации к анализу политических систем.
Отметим, что большинство политологов придерживается первого подхода, обозначая термином "политическая социализация", либо процесс передачи политических взглядов, идей, представлений и норм от одного поколения к другому, либо процесс политического созревания индивида, формирования его политического "Я", развития собственного взгляда на политический мир, собственных политических ориентаций (позиция Р.Зигель).
В то же время Д.Истон и Р.Гесс рассматривают политическую социализацию как средство, с помощью которого члены политической системы приобретают три вида основных жизненных ориентаций: 1) определенную сумму общепринятых политических знаний, совместно разделяемых представлений о природе политического процесса, деятельности политических лидеров; 2) политические ценности, рассматриваемые как наиболее общие цели, к которым, по мнению индивидов, должна стремиться система; 3) установки, с которыми индивид подходит к политическим объектам (доверие, согласие, симпатии, почтительность или апатия, недоверие, враждебность). Исследования показывают, что согласие в системе достигается в том случае, если члены системы имеют совпадающие основания ориентации. Социализация индивида в этом случае должна происходить на всех уровнях политической системы. Главными объектами основных политических ориентаций могут быть различные элементы политической системы, формы правления и т.д. Некоторые авторы выделяют правительство, политический режим и политическую общность, т.е. уровни политической системы. [c.715] Изменения на всех, или на одном уровне, означают изменение системы, причем, наиболее важно совпадение ориентаций на политический режим. Вследствие этого Д.Истон и Р.Гесс предлагают изучать ориентацию на всех уровнях политической системы с точки зрения их преемственности, считая это главной проблемой социализации личности. Следует подчеркнуть, что Истон, исследуя политическую социализацию, делает упор на социально-психологоческий аспект анализа социализации.
Ряд политологов (особенно США) изучение политической социализации чаще всего сосредоточивали на проблеме голосования, партийной принадлежности и симпатии к правительству. Известна, например, работа Д.Рисмана "Лица в толпе", в которой определяются детерминанты и способности личности принимать участие в политике, а также оказывать поддержку тем или иным лидерам. Рисман вводит в употребление термины "политическая апатия" и "политическая заинтересованность" и исследует взаимоотношения между типом характера и способом внутренней ориентации на активную политическую деятельность. В зависимости от ориентированности индивида на себя или на других, он определил два типа политического поведения - негодование и заглядывание за кулисы. Из этих предпосылок Рисман определял степень политического интереса.
В политической науке выделяются несколько типов политической социализации: гармоничный тип, отражающий складывание психологически нормальных отношений человека и институтов власти, которые порождают его рациональное и уважительное отношение к правопорядку, государству, своим гражданским обязанностям; плюралистический тип, свидетельствующий о признании человеком равноправия с другими гражданами, их прав и свобод и характеризующий его способность менять свои политические пристрастия, переходить к иным ценностным ориентирам; гегемонический тип, характеризующийся негативным отношением человека к любым социальным и политическим системам, кроме "своей"; конфликтный тип, формирующийся на основе межгрупповой борьбы и противостояния взаимозависимых интересов, и потому усматривающий цель собственной [c.716] политизации в сохранении лояльности к своей группе и поддержке ее в борьбе.
Политологи выделяют четыре стадии политической социализации: 1) ранняя (от рождения до поступления в школу); 2) обучение (с момента поступления в школу до окончания очных форм обучения общего и профессионального обучения); 3) социальная зрелость; 4) завершение жизненного цикла (прекращения постоянной трудовой деятельности в рамках официальной организации).
Институты социализации - это система специально созданных или естественно сложившихся учреждений и организаций, функционирование которых направлено на развитие индивидов, прежде всего путем образования и воспитания. В государственно организованном обществе подавляющее большинство таких учреждений и органов имеет правовой статус, хотя, в принципе, они могут быть как государственными, так и самодеятельными.
В первую группу входят институты первоначального развития природных свойств человека. Эту группу составляют семья и дошкольные детские учреждения (от рождения до 6-7 лет). Это период ранней социализации. Вторую группу институтов социализации образуют институты обучения (с 6-7 лет до, примерно, 18-25 лет). За это время люди достигают умственной зрелости, приобретают основные социальные качества, и в связи с этим признаются полностью дееспособными. Это подготовительная фаза жизненного пути. Поскольку основным видом предметной деятельности является учение, постольку индивид в процессе общеобразовательного и профессионального обучения, а также сопутствующего этому нравственного воспитания, выступает пока преимущественно в качестве созерцателя и меньше всего в качестве деятеля.
Третья группа институтов социализации схватывает период жизнедеятельности зрелых людей - уже личностей в полном смысле этого слова. Его границами можно считать, с одной стороны, начало практической деятельности, с другой - окончание ее.
Политологи уделяют большое внимание характеристике тех институтов, с помощью которых осуществляется политическая социализация личности, особо выделяя при этом такие, как семья и школа. Детские и юношеские годы считаются очень важными для политической [c.717] социализации. Ведь политический мир ребенка начинает формироваться еще до того, как он поступает в школу, а наиболее значительное развитие имеет место между 11 и 13 годами. Уже в детские годы ребенок спрашивает родителей о роли полицейских, солдат, президента. Он интересуется тем, кто собирает налоги и кто платит отцу, почему его отец и мать вынуждены подчиняться полицейскому, что такое флаг и герб страны и т.д. Исследование американских политологов показали, что "президент" и "полицейский" являются первыми терминами, которые ребенок четко определяет и осознает. Отсюда делается вывод, что персонализация политической власти имеет важное значение для привития ребенку чувства симпатии к политической системе в период перехода от детства к юности. Считается, что семья основная ячейка социализации ребенка. Она влияет не только на его политические ориентации, но и формирует активного или пассивного участника политического процесса. Большинство биографов американских президентов указывают, например, на влияние семьи в их воспитании.
В системе институтов политической социализации важное место отводится школе (средней и высшей). Например, школа в США по праву считается инструментом государственной политики. Школьные программы призваны "американизировать" подростка, т.е. привить ему чувство преданности американской политической системе, уважение к истории и традициям США. Впрочем, бывшая советская школа решала задачи воспитания подрастающего поколения в духе преданности Родине, народу. На первое место, правда, ставились "партия", "дело революции", "дело социализма", в былые времена "преданность Сталину".
Следует отметить и существование "неформального" обучения школьников политическим ценностям. Это т.н. внеурочная деятельность школьников: участие во всякого рода организациях, мероприятиях необязательного характера. Исследователи полагают, что такая деятельность вырабатывает определенные черты: ответственность, активность, веру в существующие ценности, необходимые для политического участия в будущем.
Исследования, проведенные в ряде школ России, показали, что, чем выше степень участия школьников во [c.718] внеурочной деятельности, тем развитее они оценивают правительство, партии, гражданство и т.п. При этом была выявлена следующая зависимость: 1) чем выше образовательный уровень родителей, тем чаще ученик участвует во внеурочной деятельности; 2) чем больше ученик участвует в такого рода деятельности, тем выше его сознание интегрировано со школьной системой; 3) чем больше ученик чувствует свое вхождение в систему школы, тем выше его социальная вера - ответственность; 4) чем выше его социальная ответственность, тем более положительно его отношение к политике.
Важным институтом политической социализации является высшая школа. По сравнению с прошлым, в Российской Федерации ситуация такова, что студенческое движение в наши дни оказывает значительное влияние на политическую жизнь страны. Нельзя не учитывать того обстоятельства, что в настоящее время идет процесс изменения социальной структуры студенчества.
В последние годы появились требования студентов изменить программу обучения, поставить ее под контроль самих студентов, предоставить им право участвовать в управлении университетами и институтами. Чрезвычайно важным является тот факт, что студенты требуют введения новых курсов под их контролем, курсов, которые бы давали ответ на злободневные вопросы, объективно освещали бы проблемы современности, политические события в стране.
Студенты не ограничиваются в своих требованиях лишь областью образования. Радикальное студенческое движение несколько лет назад бросило вызов существующей системе в целом и отвергло основные ценности, на которых покоились тоталитарное общество и требовало проведения социально-экономических и политических реформ. Однако, сегодня значительная часть студенчества отвергает и многие из основных ценностей, на которых базируется нарождающийся российский бизнес отношение между нанимателем и нанимаемым, погоню за наживой, несмотря на представления о привлекательности некоторых видов деятельности. Молодые люди приходят к убеждению, что бизнес слишком своекорыстен и слишком мало заинтересован в развитии общественного благосостояния. [c.719]
Важной стадией политической социализации является и период взрослости. Хотя основы политических ориентаций закладываются в детские и юношеские годы, тем не менее, и в зрелом возрасте человек не выключается из процесса социализации. Это связано с вполне объяснимыми обстоятельствами. Во-первых, изменения во всех сферах общественной жизни совершаются столь быстро, что человеку не представляется возможным предвидеть, каким же будет мир и его страна даже в ближайшие 20 лет. Во-вторых, общество становится настолько разнообразным, что создает все возрастающие трудности при определении человеком своего выбора. В-третьих, значительно увеличивается социально-политическая мобильность как географическая так и вертикальная. Например, ребенок (юноша), социализированный в одной общественной среде, может оказаться (и действительно оказывается) в совершенно ином социально-политическом окружении, будучи взрослым. В-четвертых, институты (учреждения), ответственные за политическую социализацию детей и юношей (семья, школа), являются более специализированными в других областях знаний и в то же время более ограниченными в своих знаниях о политической жизни, чем те, которые осуществляют политическую социализацию в период взрослости (например, политические партии).
В качестве средства социализации выступают социальные нормы. В самом общем виде действие социальных норм состоит: а) в установлении типов (образцов) общественно значимого поведения; б) в установлении границ, в пределах которых индивидуальное поведение служит осуществлению целей общества, а за пределами которых - противоречит им. Социальные нормы в качестве средства социализации не имеют и не могут иметь собственных функций.
Социальная норма может служить в качестве одного из удобных измерителей социализированности. Например, путем сравнения соответствия реального поведения индивида, занимающего определенную социальную позицию, требованиям социальных норм. Мы получаем возможность судить в определенной степени и об успешности социализации в отношении конкретного человека.
В политической социализации индивида существенную роль играют нормы права, это связано с тем, что право [c.720] опосредует важнейшие экономические, и моральные отношения, направляя их развитие и совершенствование в соответствии с объективными закономерностями функционирования общества. Оказывая воздействие на общественные отношения, нормы права тем самым в определенной мере предопределяют весь процесс социализации.
Далее нормы права оказывают на каждого гражданина и более непосредственное воздействие. Они определяют меру возможного поведения человека, предоставляя гражданам свободу творческой деятельности, возможность удовлетворения личных потребностей и интересов, гарантируют участие личности в формировании самих условий своей жизнедеятельности путем предоставления возможности включения ее в сложившуюся систему общественных отношений. Вместе с тем правовые нормы устанавливают одновременно меру обязательного поведения, которую каждый гражданин должен соблюдать для обеспечения нормального функционирования общества и каждого его члена. Совокупность основных прав и обязанностей закрепляется в конституции государства.
Непосредственное воздействие норм права на социализацию индивида происходит в различных формах: путем установления правового статуса личности, путем наделения кругом конкретных, субъективных прав и юридических обязанностей участников правоотношений и путем привлечения к юридической ответственности лиц, нарушающих правопорядок.
Огромную роль в политической социализации играют средства массовой информации. Они способны воздействовать на максимальное число людей в кратчайший промежуток времени.
Реализацию политической социализации в действиях, поступках и помыслах человека можно представить следующим образом: интерес к политической информации, реализуемый в поиске этой информации и потреблении ее; привычка к политическим оценкам происходящего в мире, стране, ближайшем окружении, требующие широты политического кругозора; потребность в систематизированных политических знаниях, реализуемые в образовании и самообразовании; стремление проникнуть в суть происходящих в мире политических процессов, восприятие этого как собственных исканий смысла жизни, своего [c.721] места в реальном политическом многообразии мира; стремление и умение защищать свою политическую гражданскую позицию.

Поскольку социализация предполагает известную "адаптацию" к изменившимся условиям жизни человека то: 1) процесс политической социализации протекает непрерывно на протяжении всей жизни индивидуума. По мере накопления социального опыта, происходит постоянное видоизменение или упрочение жизненных позиций индивидуума; 2) политическая социализация может принимать форму явной или скрытой передачи опыта. Она явная, если включает непосредственную передачу информации, чувств или ценностей в отношении объектов политики. Так, общественные дисциплины в школе и ВУЗах - пример явной политической социализации. Скрытая политическая социализация - это передача неполитических установок, которые влияют на отношение и подходы к соответствующим объектам и ролевым функциям в политической системе. [c.722]
2. Содержание и механизм политической социализации военнослужащих российского государства
Необходимо иметь в виду, что те проблемы политической социализации, которые были рассмотрены ранее, характерны в основном для стабильного общества - общества со сложившимися экономическим укладом, стабильной политической системой, зрелой и развитой социальной структурой и гражданским обществом, прочной государственностью. О государственности следует заметить особо, ибо упрощенным является взгляд на нее как форму правления или тип политического режима. Государственность - это прежде всего система общественного порядка, совокупность базовых общественных устоев. Прочная государственность характерна как для развитых демократических обществ, так и для тоталитарного общества. Нормальных [c.722] людей, как пишет С.Хантингтон, интересует больше всего не форма правления, а степень управляемости, способность управляемых навести порядок при любом повороте событий. Одним из важнейших показателей прочности государственности является статус и престиж армии в обществе, отношение общества к военнослужащим как к своим защитникам.
Кризис и ослабление государственности - неизбежное условие перехода от одного общественного строя к другому. Но формы проявления этого кризиса могут быть различными - от военно-конфликтного варианта в Югославии до мягко-эволюционного варианта в Венгрии и Китае. Ныне считается, что современной России, находящейся в условиях перехода к новому общественному строю, удалось избежать крайних форм социальных катастроф и полномасштабной гражданской войны. Разумеется, из этого не следует, что с затянувшимся кризисом следует мириться, что в процессе перехода не было допущено просчетов и ошибок.
На Западе подавляющее большинство ученых и политиков считают, что бывшие Советские Вооруженные Силы являлись самой политизированной армией в мире. Однако советские военнослужащие были закомплексованы на социалистических идеалах не более того, чем американские на своем образе жизни. И несмотря на мощь пропагандистской машины США, стандарты их образа жизни и стиля поведения не являются образцовыми для всего остального мира. Да и не могут ими никогда являться. Как и стандарты образа жизни других государств и народов. Если политическая система искренне разделяется людьми, то она порочна, стабильна и надежна и является основой общественного порядка. В такой системе срабатывают механизм и особенности политической социализации, о которых говорилось ранее.
Нынешнее российское общество находится на этапе становления новой формы государственности, то есть на стадии перехода от старой формы государственности к новой. Это значит, что в обществе идет смена не только экономического уклада жизни, но и социально-политической системы, политического режима, гражданских начал, ментальных основ жизнедеятельности людей. Иными словами, идет процесс социальной переплавки [c.723] устаревших ценностей и становление новых фундаментальных ценностей, без восприятия которых общество не впишется в фарватер развития современной цивилизации. Как специфическая социально-профессиональная общность - военнослужащие поставлены в те же условия, в которых находятся и другие социальные слои и группы. Но у них "свои" особенности и механизм политической социализации.
Что же характерно для современного состояния политической социализации военнослужащих российского государства? Какие тенденции преобладают в этом процессе?
Первое. Первоначальный этап становления российской государственности привел к возникновению крайней формы политической социализации военных - политизации кадровых военнослужащих, политизации общественного мнения в воинских коллективах. В основе этого процесса лежит закономерная реакция военных кадров на радикальное изменение их социального и государственного статуса, на неспособность государства компенсировать падение социального статуса в условиях либерализации экономики и изменения политических основ. Характерно, что как бывшие военные, так и кадровые военнослужащие не остались в стороне от политических баталий, но резко и активно проявили политические пристрастия. Доказательство этому - высокий процент военнослужащих в Государственной думе, активное участие генералитета в современной предвыборной кампании. Нынешнее военное ведомство не просто ожидает выборов, но активно к ним готовится. Количественное преобладание военных наблюдается в организациях и движениях национально-патриотической направленности, и это вполне объяснимо - офицеры ныне составляют единственную группу, в которой "образ государства и державы сохранил черты конкретности" (2).
Второе. Совпадение социально-экономических и военно-реформистских преобразований обусловило необходимость коренного изменения самого механизма политической социализации военнослужащих. Начался переход к армии правового государства.
Представляется важным, что в этом процессе предстоит преодолеть одну порочную в прошлом для общества тенденцию - перейти от армии, бывшей на службе у политического режима, к армии, находящейся на [c.724] службе у государства и Отечества. Именно в этих целях отношение военнослужащих к политике должно регулироваться конституционно-правовыми, государственными нормами и правилами. Основными условиями перехода к армии правового государства могли бы стать: ослабление радикализма в сфере собственно военных преобразований (продуманность сокращения, нефорсированные выводы войск с других территорий, гарантированная контрактность военной службы и т.п.); прекращение степени падения жизненного уровня военнослужащих; ограничение политического участия военнослужащих созданием условий, стимулирующих их политическую нейтральность; качественная переориентация политического образования и просвещения; структурно-содержательная переподготовка воспитательных органов, изменение их отношений с органами военного управления и другие.
Ныне с большой точностью нельзя сказать, каков будет политический облик будущей российской армии, но то, что это будет совершенно новый облик для воинов и россиян институт политической и гражданской социализации - это точно. Принципиальным здесь является способность армии быть институтом не только политической, но и гражданской социализации - такая тенденция характерна для армий современных демократических государств.
Третье. В системе мотивов политической социализации военнослужащих российской армии пока преобладают не профессиональные и нравственные мотивы, а материальные и собственно политические. В этом и состоит основная причина политизации воинских отношений и их коммерциализации. Государственно-патриотические ценности пока еще не стали господствующими в сознании военных кадров. Не достигает своего эффекта и чрезмерная культивация религиозных мотивов и канонов как регуляторов поведения военнослужащих. В целом же в настоящее время мы имеем дело с несоответствием мотивов военно-профессиональной деятельности назначению армии в обществе и государстве. Отсюда - слабость гражданской социализации и усиление социализации политической, а в конечном счете - падение у многих интереса к военной службе и военной профессии как таковой. [c.725]
Следует отметить, что интерес военнослужащих к деятельности политических партий ныне упал в сравнении с временем, когда КПСС разделилась на три платформы и когда продолжали еще действовать политорганы и партийные организации. Однако продолжает существовать тенденция организационного оформления политической активности военных - движение "Военные за демократию", Союз офицеров, ветеранские организации и т.д. Их политическое влияние на современную армию России не столь масштабно, но и не столь слабо.
Постепенное развитие профессиональных и нравственных мотивов как приоритетных источников политической социализации станет параметром и показателем социального благополучия военнослужащих, причиной их умеренного, а в большинстве нейтрального отношения к многопартийному политическому спектру и к политике как таковой. Это и характерно для современных профессиональных армий, военнослужащие которых не нуждаются в политических средствах реализации своих интересов.
Четвертое. Мировой опыт преодоления тоталитарных режимов свидетельствует о том, что в процессе перехода к демократическому режиму и на этапе становления новой государственности закономерным является приоритет внутриполитических задач перед внешнеполитическими, существование внутренних источников военной опасности. Это значит, что внутриполитические противоречия могут разрешаться с использованием военной силы в случаях, оговоренных в Концепции национальной безопасности и Военной доктрине государства. Такие случаи предусмотрены, в частности, и в Основных положениях военной доктрины Российской Федерации. Первый опыт преодоления таких проблем поставили события в Чечне. Возникает вопрос: должны ли готовиться Вооруженные Силы к реализации военно-доктринальных положений о внутренних источниках военной опасности? Если должны, то тогда неизбежно решение вопроса об усилении политического воспитания, просвещения и информирования военнослужащих. Иными словами, нейтрализация военными средствами внутренних источников опасности требует либо внесения существенных корректив в имеющийся механизм политической социализации военных, либо создания собственного [c.726] механизма под задачи конкретной военно-политической ситуации.
Ныне этот вопрос является дискуссионным, но как показывают практические события - далеко не риторическим. И чем конфликтнее общество, тем настоятельнее его придется разрешать.
Как показывает конкретный военно-политический опыт, в том числе и отечественный, в чрезвычайных военно-политических ситуациях внутригосударственного значения обостряется проблема политического выбора военнослужащих под воздействием различных политических сил, идеологических течений, средств массовой информации, отдельных политических лидеров и т.п.
Пятое. Чем больше в обществе и армии объективных и субъективных условий, являющихся причиной политизации и идеологизации военнослужащих, тем острее потребность в высокой политологической подготовке военных кадров всех эшелонов. На основе отечественного военно-политического опыта мы давно должны осознать и принять к действию правило - лучшее средство деполитизации военнослужащих - их глубокие политологические знания, развитая политическая воля, подлинное политическое чутье и т.п.
В системе политологического образования вузов, общественно-государственной подготовки всех категорий военнослужащих, политического просвещения и информирования необходим тот уровень профессионализма, который соответствует глубине и масштабу политических задач, стоящих перед обществом и Вооруженными Силами. По-видимому, такие задачи, как связь с общественными организациями, политическое информирование офицерского состава, общественно-государственная подготовка офицеров и служащих и многие другие могут быть выполнены лишь профессиональными политологами.
Таковы особенности механизма и процесса политической социализации военнослужащих российской армии, обусловленные современными обстоятельствами развития общества, государства и личности.
Таким образом политическая социализация личности - важнейшее средство овладения политической культурой общества, фактор преемственности его поколений и источник социальной стабильности. Вводя параметры политики и политической культуры общества во внутренний [c.727] мир личности, она обеспечивает предсказуемое политическое поведение граждан и сохранение политической целостности всей нации. [c.728]
Глава XLII.
Основные понятия: социализация, политическая социализация.
Вопросы для размышления и самопроверки, учебные задания:
1. Назовите основные подходы к содержанию политической социализации, определите сущность этого явления и понятия.
2. Каковы основные задачи политической социализации?
3. В чем заключается взаимодействие социализации и политической культуры?
4. Объясните, почему принято выделять первичный и вторичный этапы политической социализации личности? Каковы механизмы политической социализации?
5. Сформулируйте особенности индивидуального и общественного уровней политической социализации.
Литература:
1. Человек и общество. Проблемы социализации индивида. Ученые записки ЛГУ. 1971. Вып. IX.
2. Либеральные ценности в сознании россиян. - Полис. 1994. № 1. С. 81.
3. Политическая социализация как категория политологии // Философия политики. М., 1993. Кн. IV. Рук. авт. колл. д.ф.н., проф. Бессонов Б.Н.
4. Поликарпов В.С. История нравов России. Восток или Запад. Ростов-на-Дону, 1995. [c.728]
ЧАСТЬ II. ПРИКЛАДНАЯ ПОЛИТОЛОГИЯ [c.729]
РАЗДЕЛ ВОСЬМОЙ. МЕТОДОЛОГИЯ ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ
ГЛАВА XLIII. ПРЕДМЕТ И СПЕЦИФИКА ПРИКЛАДНОЙ ПОЛИТОЛОГИИ
Политология - наука о политике. Ее задача - изучение политики как в ее сущности, так и в ее проявлении. Таким образом она, естественно, разделяется на теоретическую и практическую (прикладную).
Политология становится сегодня одной из авторитетных обществоведческих дисциплин, а политолог - специалистом по технологии политики и власти, профессиональным советником народа и политиков. Политическая теория является практической в том смысле, что создается не для того, чтобы "просто понять" какой-либо социально-политический феномен, но понять так, чтобы изменить его при определенных условиях или поставить под контроль. Политическая наука своими средствами и методами позволяет проникнуть в тайны политики и раскрыть подлинную суть деятельности политических лидеров, элиты, партий, политического поведения масс.
Введение в научный оборот понятий "общая" и "прикладная" политология обусловлено рядом обстоятельств. Реальным фактором становится существование двух направлений исследований: первое - это политологи, занимающиеся теоретическими вопросами, второе - политологи, анализирующие конкретные политические события и выдающие рекомендации для принятия политических решений.
В чем же здесь проблема? Представители второго направления считают, что они и есть "истинные" [c.730] политологи, а "теоретики" не являются таковыми. Таким образом можно обнаружить стремление поделить политологию на две самостоятельные дисциплины. Попробуем разобраться в сложившейся ситуации.
Политология, изучающая политическую жизнь, решает научные проблемы, связанные с формированием знания о политической деятельности, описанием, объяснением и пониманием процессов политического развития, разработкой концептуального аппарата политологии, методологии и методов политологического исследования. Мы получаем ответы на вопросы - "что познается?" и "как познается?" (здесь решаются гносеологические задачи; в совокупности они формируют общую, фундаментальную политологию).

<<

стр. 3
(всего 6)

СОДЕРЖАНИЕ

>>