<<

стр. 137
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

несколько ином виде. Н.А. Римский-Корсаков исправил, переделал и
переинструментовал заново "Бориса Годунова" и поставил его на сцене
большого зала музыкального общества (новое здание консерватории), при
участии членов "Общества музыкальных собраний". Фирма Бессель и К° в
СПб. выпустила к этому времени новый клавираусцуг "Бориса Годунова", в
предисловии к которому Римский-Корсаков объясняет причины, побудившие
его взяться за эту переделку (плохая фактура и оркестровка). В Москве
"Борис Годунов" поставлен впервые на сцене Большого театра в 1888 г. В
1875 г. М. начал драматическую оперу ("народную музыкальную драму")
"Хованщина" (по плану В.В. Стасова), одновременно работая и над
комической оперой на сюжет "Сорочинской ярмарки" Гоголя. Музыку и текст
"Хованщины" М. почти успел закончить, но опера не была инструментована;
последнее сделано Н. Римским-Корсаковым, который вместе с тем закончил
"Хованщину" и приспособил ее для сцены. Фирма Бессель и К° издала
партитуру оперы и клавираусцуг (1883 г.). "Хованщина" исполнена на сцене
спб. музыкальнодраматического кружка в 1886 г. под управлением С.Ю.
Гольдштейна; на сцене Кононовского зала в СПб. в 1893 г., частным
оперным товариществом; у Сетова в Kиеве в 1892 г. Довести до конца
"Сорочинскую ярмарку" оказалось невозможным, так как из этой оперы в
бумагах М. сохранились лишь немногие черновые наброски. М. - большой
самобытный талант, и притом талант чисто русский; он принадлежит к
группе музыкальных деятелей, стремившихся к оформленному реализму.
Национальность М. как композитора сквозит и в умении обращаться с
народной песней, и в самом складе его музыки, в ее мелодических,
гармонических и ритмических особенностях, на конец - в выборе сюжетов,
главным образом, из рус. жизни. М. - ненавистник рутины, для него в
музыке не существует авторитетов; на правила музыкальной грамматики он
обращал мало внимания, усматривая в них не положения науки, а лишь
сборник композиторских приемов прежних эпох. Всюду М. отдается своей
пылкой фантазии, всюду стремится к новизне. Юмористическая музыка вообще
удавалась М., и в этом жанре он разнообразен, остроумен и находчив;
стоит только вспомнить его сказку про "Козла", историю долбящего латынь
"Семинариста", влюбленного в поповскую дочь, "По грибы" (текст Мея),
"Пирушку". М. не любит останавливаться на лирических темах, да они ему и
плохо даются (лучше других его лирические романсы "Ночь" на слова
Пушкина и "Еврейская мелодия" на слова Мея); за то широко проявляется
творчество М. в тех случаях, когда он обращается к русской крестьянской
жизни. Богатой колоритностью отмечены песни М.: "Калистрат",
"Колыбельная Еремушки" (слова Некрасова), "Спи-усни, крестьянский сын"
(из "Воеводы" Островского), "Гопак" (из "Гайдамаков" Шевченко), "Светик
Савишна" и"Озорник"(обе последние - на слова самого М.) и мн. др.; М.
весьма удачно нашел здесь правдивое и глубоко драматическое музыкальное
выражение для той тяжелой, безысходной скорби, которая скрыта под
внешним юмором текста песен. Сильное впечатление производят
выразительной декламацией песни "Сиротка" и "Забытый" (на сюжет
известной картины В.В. Верещагина). В такой тесной, казалось бы, области
музыки, как романсы и песни, М. сумел найти совсем новые, оригинальные
задачи и вместе с тем применить новые своеобразные приемы для их
выполнения, что ярко выразилось в его вокальных картинах из детской
жизни под общим заглавием "Детская" (текст самого М.), в 4-х романсах
под общим заглавием "Песни и пляска смерти" (1875 - 1877; слова гр.
Голенищева-Кутузова; "Трепак" - картина замерзающего в лесу, в метель,
подвыпившего крестьянина; Колыбельная" рисует мать у постели умирающего
ребенка; другие два - "Серенада" и "Полководец"; все весьма колоритны и
драматичны), в "Царе Сауле" (для мужского голоса с аккомпанементом
фортепиано, текст самого М.), в "Поражении Сеннахериба" (для хора с
оркестром, слова Байрона), в "Иисусе Навине", удачно построенном на
оригин. еврейских темах. М. - плохой симфонист; его специальность -
музыка вокальная, как иллюстрация текста. Он образцовый декламатор,
схватывающий малейшие изгибы слова; в своих произведениях он всегда
отводит широкое место речитативу. Родственный Даргомыжскому по складу
своего таланта, М. примыкает к нему и по взглядам своим на музыкальную
драму, навеянным на него оперой Даргомыжского "Каменный гость". Несмотря
на неудачное либретто, на многие шероховатости и промахи "Борис Годунов"
- талантливое произведение, многие сцены которого (избрание Бориса на
царство, корчма на литовской границе, рассказ Пимена, смерть Бориса,
сцена у фонтана) блестят жизненностью, юмором, правдой и поэтической
красотой. В инструментовке М. мало опытен, хотя она иногда не лишена
колоритности и удачного разнообразия оркестровых красок; к музыке в
законченных формах, с развитием тематического материала, М. мало был
способен, да и не был склонен. Из оркестровых произведений М., кроме
упомянутых уже, заслуживает внимания "Интермеццо" (сочинено в 1861 г.,
инструментовано в 1867 г.), построенное на теме сурового характера,
напоминающей музыку XVIII в., и изданное в числе посмертных произведений
М., с инструментовкой Римского-Корсакова. Талантливая фантазия "Ночь на
Лысой горе" также закончена и инструментована Н. Римским-Корсаковым и с
большим успехом исполнена в 1886 г. в СП.; это - ярко колоритная картина
"шабаша духов тьмы" и "величания Чернобога". Укажем еще на ряд
музыкальных эскизов под заглавием "Картинки с выставки", написанных для
фортепиано в 1874 г., в виде музыкальных иллюстраций к акварелям В.А.
Гартмана. Все произведения М. изданы фирмой В. Бессель и Ко в СПб.;
многое издано и в Лейпциге, фирмой М.П. Беляев (см. каталог ее на 1895
г.). Биографические сведения и хронологические данные о композиторской
деятельности М. имеются в статье В.В. Стасова, напечатанной в "Вестнике
Европы" (май и июнь 1881 г.). См. его же "Перов и М." ("Русская
Старина", 1883, т. XXXVIII, стр. 433 - 458); его же, "М.П. Мусоргский.
Памяти его" ("Истор. Вестн.", 1886, март); его же,"Памяти М." (СПб.,
1885); В. Баскин, "М.П. Мусоргский. Биографич. очерк" ("Русс. Мысль",
1884, кн. 9 и 10; отдельно - М., 18870; С. Кругликов, "М. и его "Борис
Годунов" ("Артист", 1890, № 5); П. Трифонов, "М.П. Мусоргский" ("Вестн.
Европы", 1893, дек.). Брошюра о М. M. Pierre d'Alheim (П., 1896),
панегирического характера, серьезного значения не имеет.
Муссоны (как предполагают от арабского маусим) - ветры времен года
или дующие с противоположных направлений летом и зимой. Летние М. дуют с
моря и приносят сырую, дождливую погоду, зимой - с суши и приносят ясную
и сухую погоду. Классическая страна М. - Индия. Правильная смена ветров
на морях, омывающих Индию (зимой сев.-вост. летом юго-зап.), настолько
важна для судоходства, что М. были известны издревле мореплавателям,
ходившим в Индию. Европейцы познакомились с ними во время походов
Александра Великого, а китайцам, арабам и финикийцам они, конечно, были
известны гораздо раньше. На материке Индии начало дождливого летнего М.
имеет такое же значение, как у нас весна, и пробуждение природы после
продолжительной засухи еще быстрее, чем весной у нас на севере. Начало
М. воспевается во многих поэтических произведениях Индии. Область
индийского или, точнее, южно-азиатского М. захватывает, кроме Индии, еще
Загангский полуостров, или Индокитай, затем Китай; Япония, Манчжурия и
Амурский край находятся в области восточно-азиатского муссона (см.
"Климат области М. Вост. Азии", "Известия Имп. Рус. Географического
Общества" за 1879 г.). Здесь сменяются не сев.-вост. и юго-зап. ветры,
как на берегах южной Индии, а сев.-зап. сухой и холодный зимой и
юго-вост. влажный и дождливый летом. В этой части Азии М.,
следовательно, заходят далеко к северу от тропика, до 55° сев. ш. и даже
севернее. Африканский М. встречается между 5° и 17° сев. ш. почти на
всем протяжении Африканского материка от Атлантического океана на З. до
Индийского океана и Красного моря на В. Здесь также господствуют зимой
cyxиe сев. и сев.вост. ветры, тем более сухие, что дуют из Сахары, самой
обширной пустыни земного шара; летом они сменяются влажными и дождливыми
ветрами с Ю. и Ю.-З. Это время года у арабов наз. хариф. Наконец, в сев.
части Австралии и на Малайском архипелаге - область австралийских М.,
влажных и дождливых с С.-З., во время лета южного полушария (нашей
зимы), сухих и сравнительно холодных с Ю.-В. зимой. Отсюда видно, что
настоящие М. свойственны восточным и экваториальным берегам и склонам
обширных материков (т.е. южным в северном полушарии и северным в южном
полушарии). Причины этого явления следующие. Рассмотрим экваториальные
(южные) берега большого материка. Зимой на С. от моря воздух будет
холоднее и плотнее, как под влиянием более высокой широты, так и
положения на материке. Поэтому и давление будет выше, и воздух будет
стекать к Ю., т.е. к морю, отклоняясь вследствие вращения Земли вправо,
т.е. будет господствовать сев.-вост. ветер. Этот воздух будет сух как
потому, что он направляется из более холодной области к более теплой, т.
е. удаляется от насыщения, так и потому, что движение его нисходящее.
Зимой над материком в тропических странах и низких средних широтах
температура выше, чем над морем, плотность воздуха в нижнем слое меньше,
это способствует уменьшению давления над материком, поэтому воздух
устремляется с моря на материк, отклоняясь вследствие вращения Земли
вправо, т.е. ветер югозападный. Влажный сам по себе, этот воздух
становится еще влажнее, поднимаясь по горным склонам, охлаждаясь и
приближаясь к насыщению по мере поднятия. Подобные же явления
встречаются на вост. берегах и склонах материка. Зимой воздух стекает к
морю в виде С.-З. холодного и сухого течения; летом движение теплого и
влажного юго-восточного ветра с моря на материк.
Муфта. - В машиностроительном деле так называют разного рода короткие
по сравнению с их диаметром трубки, надеваемые на концы цилиндрических
предметов для их соединения. Так газо- и водопроводные железные трубки
соединяются M. с внутренней винтовой нарезкой, а чугунные - M. с
конопаткой и заливкой свинцом. Передаточные валы тоже соединяются, конец
с концом, неподвижными М. Но М. этого рода делают и подвижными, чтобы
легко можно было, по желанию, разобщать валы или чтобы устранить
натяжения, происходящие от несовпадения геометрических осей соединяемых
валов. Поэтому название М. распространяется на многие сложные механизмы.
Чтобы удобно было разъединить валы, М. делают из двух частей с зубцами
на соприкасающейся поверхности: на одном валу заклинивают одну половину
М., а другая может скользить, не вращаясь по концу второго, вдоль
шпонки, вделанной на его конце. Обыкновенно подвижная часть такой М.
приводится в движение рычагом с вилообразно раздвоенным концом, входящим
в желоб на ее свободном конце. Если зубцы прямые, сообщать валы удобно
только во время покоя обоих валов; наклонные зубцы, как в известном
механизме ключика Брегета для карманных часов, допускают передачу в
одном лишь направлении; при обратном вращении движущий вал сам оттолкнет
М. и произведет разобщение. Подобные приспособления употребляют, когда
два независимых двигателя должны вращать общий вал: если скорость одного
из них уменьшится, то он не будет задерживать другого; наклонные зубцы
части М., скрепленной с валом, будут упреждать зубцы другой и скользить
по ним. Придумано много подобных же механизмов, чтобы сообщать орудию
непрерывное вращение попеременным движением руки. М. с наклонными
зубцами может сцеплять два вала и во время вращения первого, но при этом
произойдет сильный толчок, вследствие почти мгновенного возрастания
скорости. Поэтому в таких случаях употребляют М. с трением, хорошо
действующие только при движении: на конце одного вала насажан правильно
обточенный снаружи усеченный конус, на конце другого скользит без
вращения второй такой же конус, не обточенный с внутренней стороны. При
нажиме на передвигающий рычаг сначала одна поверхность только скользит
по другой, увлекая ее лишь понемногу трением. Чтобы выиграть место вдоль
вала, сплошные конусы заменяют двумя кругами с рядом концентрических
желобов клинообразного сечения, так соответствующих друг другу, что
выпуклости одного входят в желоба другого и обратно. Механизмы этого
рода делают очень разнообразными, сообразно требованиям: например, чтобы
избежать постоянного давления вдоль вала, заставляют деревянные колодки
прижиматься во внутренней кольцеобразной поверхности одной половины М.;
коленчатые рычаги, производящие это давление, упираются на вале и,
действуя вдоль радиусов в разные стороны, взаимно уравновешивают свои
давления. На валах передвижных конных приводов сельскохозяйственных
машин, где точная установка невозможна, а также на больших винтовых
судах, чтобы устранить давления на шейки валов, происходящие от
перегибания корпуса, устраивают подвижные М. на принципе Гукова шарнира.
Муфтий - третья степень мусульманских улемов. По своему образованию
он нечто вроде нашего магистра прав и богословия. Функции его -
постановлять решения по всем духовным и юридическим вопросам: он
произносит так назыв. "фетву". М. состоит при каждом мусульманском суде
("мехкеме"). По степени своей М. ниже кадыя, но из среды М. избирается
глава целого сословия улемов - "великий М.", называемый у турок
"шейх-уль-ислам". Его обязанность - придавать законную силу
государственным мерам и наблюдать, чтобы они согласовались с
предписаниями ислама. Хотя великий М. константинопольский назначается
султаном, но, благодаря влиянию на народ, пользуется почти
неограниченной властью в государстве. На его фетвы нет апелляции. В
Каире каждая школа законников избирает своего шейха, который также
является М.; верховным М. считается ханифитский, так как толк АбуХанифы
- официальное исповедание Турецкой империи.
Мухаммед - основатель мохаммеданской религии. Родился, как думают, 20
апр. 671 г., в Мекке. Он был по происхождению корейшит, из рода, быть
может, и знатного, но крайне бедного и далеко не могущественного. Отец
его Абдоллах, внук Хашима, был мелкий купец и умер до рождения сына.
Через шесть лет умерла и мать М. - Эмина, родом из Медины; она
отличалась, по-видимому, чувствительным и нервным темпераментом; сына
своего она отдавала на некоторое время в пустыню, на воспитание к
бедуинке Халиме (Шпренгер, это предание отрицает, но Велльгаузен находит
верным). Сироту принял к себе сперва дед Абдоль-Мотталиб, потом дядя
Абу-Талиб, человек великодушный и добрый, но чрезвычайно бедный. Мальчик
вскоре принужден был сам себе зарабатывать хлеб (Кор. ХС111, 6): за
скудную плату он нанялся пасти коз и овец мекканцев (занятие,
считавшееся низким), да собирал ягоды в пустыне; по целым дням он не
видал человеческого лица. На 24-м году жизни М. поступил на службу к
богатой, знатной вдове Хедидже и путешествовал, по ее торговым делам, с
караваном в Сирию, сперва погонщиком, потом приказчиком. Пожилой Хедидже
юноша понравился до того, что она, даже против воли своего отца,
предложила ему свою руку. Брак этот (богатый детьми, из которых сыновья
скоро умерли) дал М. известный вес в корейшитском обществе и вряд ли был
заключен по корыстным расчетам: молодой М. искренно любил свою жену,
которая была старше его на 15 лет (когда впоследствии, по смерти
Хедиджи, у М. было уж много жен, наиболее любимая из них Аиша ни к одной
из живых соперниц не ревновала мужа столько, сколько к покойной
"беззубой бабе"). Хедиджа окружила мужа чисто материнским попечением.
Освободившись от забот о хлебе насущном, М. вскоре начал тревожиться
иными вопросами - религиозными. Его соплеменники были, собственно,
полидемонистами; они населяли всю природу, отдельные местности и дома
невидимыми духами, добрыми и злыми, имели идолов, племенных и семейных,
с которыми обращались очень фамильярно и чтили их больше по привычке;
род арабского пантеона был в храме Мекки. В городах вырабатывали много
идолов и продавали бедуинам, но для тех часто было достаточно и простого
камня; современник М., эль-Отаридий, говорит, что в крайнем случае
бедуины нагромождали кучу песку, выдаивали на него верблюдицу, и это был
уж идол. Над всеми богами и богинями доисламские арабы признавали одного
Бога, под именем "всевышнего Бога" ("Аллах Теаля"). Мелкие боги
назывались его детьми. Этим Богом клялись, в начале договоров писалась
формула: "во имя твое, Аллах!", злых людей называли "врагами Аллаха", но
Бог этот не имел никакого культа, и самые представления арабов о нем
были крайне сбивчивы (меньшинство исследователей, в том числе Ренан,
думает, что единобожие у до-исламских арабов есть черта древнейшая, а
большинство, в особенности этнографы - что новейшая). Религиозным
фанатизмом арабы вообще не отличались ни до ислама, ни после ислама, и
потому среди них издавна могли спокойно распространяться и другие
религии: сабеизм, персидский магизм и, больше всего, христианство и
иудейство. Но ни та, ни другая религия не могла вполне удовлетворить
арабов: христианство было для них слишком догматично, а иудейство
- слишком национально. Поэтому рядом выработалась новая (впрочем,
мало или вовсе неорганизованная) секта "ханифов" (что значит, по
Велльгаузену, "аскетов"); они проповедовали практическую (этическую)
религию - веру в единого Аллаха (без догматов) и учение о воздаянии.
Вера в единого Аллаха была у ханифов тожественна со "вручением" себя Его
воле (по-арабски "ислам"), а так как впоследствии ханифом называл себя
сам М., то Шпренгер с известным правом говорит, что ислам проповедовался
в Аравии еще до М. (о ханифе-поэте Омейе из Таифа, впоследствии
противник М., см. Шпренгер I, 110 - 118 и булакск. изд.
"Китаб-оль-Агани", III, 186 sq.; о Зейде мекканском - у ибн-Хишама 143
sq., у Шпренгера 1, 82 sq., с переводом его стихов; об Абу-Кайсе - у
ибн-Хишама 348 sq., 39 sq.; об Абу-Эмире мединском - у Вакыдия 103, 161,
190, 410; вообще о всех в I т. соч. Шпренгера). Ханифов больше всего
было в Медине. В Мекке ко времени М. прославился Зейд, сын Амра, открыто
восставший против идолопоклонства сограждан и живший в изгнании
неподалеку от Мекки; ханифом был и двоюродный брат Хедиджи - Варака.
Ханифы отличались теплой верой и, судя по Зейду, даже наклонностью к
прозелитизму; однако, громадное скептическое большинство арабов (как и
теперь бедуины) поразительно мало интересовалось умозрениями о Боге и
будущей жизни и не чувствовали ни малейшей потребности искать новой
религии и расставаться с религией славных предков, которая, к тому же,
мало их связывала. В городах, вероятно, вера была сильнее, чем в пустыне
у бедуинов, у которых, да и вообще у большинства трезвой, скептической и
расчетливой арабской расы, европейские исследователи (Дози, Велльгаузен,
Мюллер) склонны вовсе отрицать богопочитание. М. во многих отношениях не
походил на своих соотечественников. Это был мечтательный, задумчивый
человек, крайне нервного темперамента. Обыкновенно он был в
меланхолическом настроении, говорил мало. Неприятные запахи были для
него невыносимы. Ему было тягостно оставаться в темноте. Когда он бывал
болен, то плакал и рыдал как дитя. Воображение он имел живое и
поэтическое; в обращении с другими был кроток, нежен и даже вкрадчив до
обаяния. Он любил беседовать о религии, охотно вступал в рассуждения по
религиозным вопросам с христианами, с евреями, с ханифами. Христиане,
жившие в Аравии, были еретики - ариане и несториане. От ариан М.
научился считать И. Христа только богоподобным человеком, пророком,
который был убит Иудеями, как и многие из предыдущих пророков; враги
ариан, несториане, внушили М. мысль о призрачности страданий Христовых.
Самое знакомство с ересями навело М. на мысль, что многие места
Евангелия искажены. Ханифы произвели на М. наиболее сильное и
неотразимое влияние, особенно Зейд и Варака; их обоих М. до конца своей
жизни считал святейшими людьми. Подобно ханифам, М. перестал веровать в
идолов, но затем пошел далее: он уверовал, что он такой же божественный
посланник, о каких рассказывает ветхозаветная Библия и каких признает
Евангелие. Как появилась в нем такая вера? М. страдал нервной боязнью,
которую европейцы прежде принимали за падучую, а теперь, после
исследования медика-арабиста Шпренгера (т. I, гл. 3), признают за
мускульную истерию. Есть некоторые, довольно сбивчивые свидетельства
(отрицаемые, напр., Мюллером, I, 49), из которых можно догадываться, что
еще в раннем детстве М. имел какой-то припадок, сопровождавшийся
видением (см. рассказ кормилицы Халимы у ибн-Хишама, I, 77). Как бы то
ни было, затем ничего подобного не повторялось до сорокового года жизни
М. Люди, страдающие мускульной истерией, очень склонны к самообману,
склонны считать за истину плод своей фантазии, склонны также к видениям,
галлюцинациям и экстазам. М. особенно предавался религиозным
размышлениям в священные месяцы, когда он, по примеру ханифов,
уединялся, вместе с своей семьей, на пустынной, дикой горе Хира, по
близости Мекки. Здесь он в пещере одиноко постился, молился и тосковал;
и вот однажды ему представилось, не то во сне; не то наяву, небесное
существо (архангел Гавриил, по мнению мусульман), которое велело ему
выступить в качестве пророка-проповедника (610). М. не сразу уверовал:
сперва, не смотря на утешения Хедиджи и Вараки, ему казалось, что он
одержим нечистым духом (джинном); терзаясь ужасными сомнениями и
подозревая в себе сумасшествие, он страстно желал, чтобы неземное
существо явилось ему вторично. Новое видение, сопровождавшееся
истеричным припадком, рассеяло его сомнения, и М. с того времени
почувствовал себя пророком ислама; с этих пор припадочные откровения
пошли одно за другим и нередко захватывали его среди общества. Первыми
последователями нового ислама оказались те лица, который близко знали и
нежно любили М.: Хедиджа, дочери ее от брака с М., Алий (десятилетний
мальчик, сын Абу-Талиба, принятый М. в члены семьи во время голода),
вольноотпущенник и приемный сын М. Зейд и задушевный приятель пророка -
богатый купец Абу-Бекр, человек умный, спокойный, кроткий, но твердый.
Под влиянием Абу-Бекра обратилось в ислам еще несколько родственников и
купец Осман (впоследствии 3-й халиф), который без этого не мог бы
жениться на дочери М., красавице Рокае. Так как учение М., направленное
против идолопоклонства, тем самым направлялось и против богатой
мекканской аристократии, торговые интересы и благосостояние которой были
тесно связаны с пилигримскими ярмарками, то к новому пророку обратилось
также некоторое количество бедняков и рабов, быть может около 40; но
вообще обращения совершались крайне медленно. С 614 г. проповедь пророка
выходит за пределы Хашимова рода и делается публичной, но число верующих
продолжает возрастать в очень слабой степени. Учение М. не было для
корейшитов чем-нибудь новым (да и М. считал его очень старым,
неоригинальным). Горячий энтузиазм М. встречен был не равнодушием, а
насмешками: находили, что он или сумасшедший, или поэт; его проповедь
среди рабов также дискредитировала его в глазах аристократов. Когда М.,
раздраженный насмешками, стал грозить Божьим судом и адскими муками, то
началась против него и неприязнь. По отношению к самому М. корейшитам
приходилось довольствоваться одними издевательствами: не то пришлось бы
иметь дело с Абу-Талибом и целым родом Хашимитов, которые, не веруя в
божественное посланничество М., все-таки были связаны законами семейной
чести и, кроме Абу-Лехеба, защищали его; но уж одни насмешки; к которым
араб так чувствителен, заставляли многих новообращенных мохаммедан
отрекаться от ислама, и новых обращений не происходило. С более
безобидными последователями нового пророка можно было церемониться
менее, так что невольникам-мусульманам М. разрешил даже reservatio
mentalis для спасения жизни. В 615 г. небольшая община мусульман бежала,
по совету самого пророка, в христианскую страну Абессинию, где могла
укрыться от преследований; абессинцы считались врагами мекканцев, а их
христианскую религию М. принимал за тожественную со своей (Кор. XXIX,
45). Сперва, для разведок, убежало туда только 11 чел., но пророк уже
почувствовал себя одиноким и с отчаяния пошел даже на уступку
корейшитам, раздраженным его сношениями с Абессинией: он, по
свидетельству ибн-Саада и Таберия, решился признать трех идолов (Озза,
Лат и Менат) в качестве посредников между людьми и Аллахом (Кор. LIII,
срв. Muir II, 150 sq.; Noldeke, "Tabarи", 80). Kopeйшиты были польщены,
готовы были признать М. за настоящего пророка, но он вскоре (по
мусульманам на другой день, по европейским ученым - месяца через два)
отказался от своих слов и объяснил свою слабость искушением диавольским.
Этим самым он еще более обострил отношения, и переселения в Абессинию
возобновились: всего ушло 101 чел., и они, кроме некоторых, оставались
там до 7-го г. Гиждры. Счастливый случай внезапно доставил М. нового
союзника: знатный мекканец, известный под насмешливым прозвищем
Абу-Джехль ("отец невежества", т. е. "осел"); издеваясь над М. в
присутствии его дяди Хамзы, отпустил несколько таких замечаний, которые
Хамза счел за оскорбление семейной чести; в негодовании он объявил себя
последователем пророка. Еще важнее было обращение Омара (615),
напоминающее во многих отношениях обращение Савла в христианство
(ибн-Хишам I, 167; Косс. де Перс. I, 396; Шпренг., II, 83). Это был
человек 26 лет, не богатый и не знатный, но непомерной силы, огромного
роста, пылкий, решительный, в то же время чрезвычайно добрый и даже
склонный к сентиментальности. Быть может, современные историки впадают в
крайность, признавая Омара настоящим основателем ислама, но нельзя
отрицать, что именно он внес движущий, побуждающий элемент в учение М.:
без Омара, как заключают европейские исследователи на основании истории
предыдущих пяти лет и на основании последующей его роли, исламу нечего
было ждать успеха (Дози, 38; Мюллер, I, 318). М. был вдохновенный
человек, но вовсе не имел практического смысла и энергии: первое из этих
качеств было у Абу-Бекра, второе -у Омара. Абу-Бекра восхищала
оригинальность М. и его энтузиазм, Омара - слабость пророка и
потребность в помощи его, Омара. Абу-Бекр регулировал непостоянный дух
М., давал его идеям нравственное скрепление, выступал с речью перед
другими в тех случаях, где нужна была известная дипломатическая
тонкость; Омар выдвигался в тех случаях, где требовалась его сила и
энергия. "Таким образом триумвират был полный: М. думал, Абу-Бекр
говорил, Омар действовад" (Dozy, 39). Присоединение Омара сильно подняло
вес пророка: с этого времени мусульмане, по настоянию Омара, стали
отправлять свои молитвы уже не в частном доме, а публично, у Каабы.
Насмешки мекканцев усилились; они настоятельно требовали, чтобы скорее,
наконец, пришел грозный день Божьего суда над ними, давно обещанный М.
Они указывали источник, откуда М. черпает свои откровения о древних
пророках: "с ним по ночам беседует один христианин (Джебр)", говорили
они, "а он утром повторяет нам то же" (Кор. XXV, 5 - 6). М., не отрицая
факта своих сношений с Джебром (монофизитом, по догадке Нофаля), отвечал
лишь: "Язык того человека иностранный, а между тем мой Коран - чистейшая
арабская речь" (Кор., XVI, 105; см. также XXV, 5; XLIV, 13). Другие
свидетельства указывают что в это же время М.имел сношения и с евреями.
Библейские рассказы, слышанные от других, он также называл откровениями,
ниспосланными ему свыше; это подает повод Вейлю думать, что в данном
случае М. сознательно лукавил; другие видят и здесь самообман. Из числа
мекканцев особенно выделялся своею враждою к исламу АбуСофъян,
родоначальник будущей династии Омейядов. Решено было прекратить всякие
сношения с родом Хашима (617). Два года длился интердикт, устранивший
род Хашима (кроме Абу-Лехеба) от участия в караванной торговле, но,
наконец, враждующие стороны помирились; так как после того мы не видим
новых обращений в ислам, то нужно думать, что родственники М. приняли
обязательство не допускать М. до приобретения новых адептов. В 619 г.
умирают Хедиджа, бывшая ангелом-хранителем мужа в минуты его сомнений, и
Абу-Талиб, не веровавший в племянника, но мужественно его охранявший.
Родоначальником сделался враг М., Абу-Лехеб. Сначала он, держась родовых
обычаев, обещал племяннику такую же охрану, какую тот имел от
Абу-Талиба; но затем враги М. подучили Абу-Лехеба справиться у
племянника, в раю или в аду будут его предки - язычники. М. имел
мужество ответить: "в аду", и таким образом лишился последнего
покровителя. Он обратил взоры на Таиф, маленький городок вблизи Мекки;
но там его встретили насмешками, уверяя, что Аллах для посольства избрал
бы кого-нибудь получше, чем он, и даже осыпали градом камней. Тогда (в
620 г.; см. Шпренг., II, 526) М. решился вступить в сношения с
старинными врагами мекканцев - жителями Ясриба, которые пришли к Каабе
на ежегодную ярмарку и богомолье (Мьюр, II, 181 sq., доказывает, что
начало мохаммедовых сношений с инородними арабами относится еще ко
времени интердикта, наложенного на Хашимитов). В Ясрибе жили арабские
племена аусов и хезреджей, которые в конце V в. отняли власть у
населявших Ясриб евреев, подчинили большинство их себе, но постоянно
ослабляли себя взаимными междоусобиями. С 583 г. распря аусов и
хезреджей стала нескончаемой. Мекканцы относились пренебрежительно к
жителям Ясриба, как потому, что там процветало земледелие, а не
торговля, так и потому, что победители-арабы приняли религию подчиненных
иудеев (далеко, впрочем, не все: кроме иудейства там были распространены
и другие вероучения, между прочим ханифизм и отчасти идеи христианские).
М. разделял предрассудки своих сограждан против ясрибцев, но он видел
безнадежность своего положения в Мекке и принужден был согласиться на
помощь, предложенную ясрибцами. Последние руководились на первое время
видами не столько религиозными, сколько политическими. Еврейские их
сограждане и подданные не раз грозили им приходом Мессии; М. - последний
пророк Божий - очень напоминал собой Мессию, и в расчете арабов было
привлечь его на свою сторону. Кроме того (и это было важнейшим
соображением) беспрестанные раздоры утомили всех, а новая религия могла
примирить враждующие партии; наконец, старинное соперничество Ясриба с
Меккой также сыграло свою роль. И вот, в Ясриб был послан мекканский
миссионер Мосъаб, сын Омейра. В 622 г., в марте; состоялись
окончательные переговоры ("вторая Акаба"), которые вел дядя М., Аббас
(пронырливый родоначальник династии Аббасидов); в М. он не веровал, но
держал его сторону из расчета. Корейшитам удалось проведать обо всем, но
они не могли или не сумели воспрепятствовать мусульманам открыто уезжать
в Ясриб маленькими группами; с апреля в течение двух месяцев уехало 150
человек и, кроме рабов, мало кто из мусульман остался в Мекке. М., с
Абу-Бекром и Алием, оставался там до конца. Когда и он должен был
уехать, корейшиты, по преданию, решили избрать по одному представителю
из каждого рода, которые убили бы пророка все сообща: тогда родственники
М. не в силах были бы поднять войны, а поневоле удовольствовались бы
вирою. Благодаря Алию, М. удалось ускользнуть из города; он некоторое
время скрывался в окрестных горах (Кор. IX, 40) и затем с маленькой
свитой пробирался к Ясрибу, который с того времени носит название
"Медина" ("Мединет-он небиййи = "город пророка"). Бегство М. в Медину
(хиджра или геджра, гиджра) является со времен Омара эрой летосчисления
мохаммедан и обыкновенно относится к 16 июля 622 г. М. было в то время
52 г. Вступление пророка в Медину было торжественное. Он был признан
верховным главой значительной общины, вскоре обнявшей собою большинство
жителей города, и начал производить свои реформы. Междоусобия аусов и
хезреджей прекратились: обе партии вскоре слились под общим именем
"ансаров" ("помощников"). Чтобы слить ансаров с мохаджирами
("участниками хиджры", т. е. мусульманами-мекканцами), пророк велел
каждому мохеджиру избрать себе ансара и считать его ближайшим
родственником и наследником: таким образом в основу общественных
отношений была положена религия вместо прежнего начала племенного.
Правда, вскоре в исламе и при исламе были признаны также и племенные
отношения, так что в теории проповедовался новый принцип общественного
устройства, а на практике сохранялся старый (отсюда раздоры при
Омейядах); тем не менее новый принцип сыграл важную роль и ввел в ислам
дисциплину, вещь неслыханную до тех пор для арабов. Совершалась и
религиозная организация общины: была построена мечеть (с ней было
соединено также жилище пророка и, впоследствии, его жен), при мечети
назначен был моэззин, определены были некоторые формулы богослужения,
установлена ежегодная подать (десятина доходов), известная под именем
"зекат" и предназначенная на религиозные цели. Пользуясь авторитетом
религиозным, М. постепенно регулировал и гражданские отношения мусульман
между собою и мусульман к немусульманам; к нему обращались за судом, его
решения бывали очень удачны, и таким образом его власть в Медине
постепенно делалась и светской - очевидно, благодаря его личным
качествам. Решения, данные М., стали впоследствии основами
мусульманского права; они редко оригинальны, часто совпадают с обычаями
древних арабов и с установлениями еврейскими, особенно о браке. М.
всячески старался привлечь к себе и мединских евреев, делая большие
уступки их религии; но они вскоре убедились, что учение нового пророка
не тожественно с Моисеевым, и явились главными противниками М., ловя его
на слабом знании Библии и талмуда. В негодовании на их упорство и
насмешки, М. объявил, что они извратили Священное Писание. В 623 г. он
изменил киблу, приказав мусульманам обращаться на молитве лицом к Мекке,
а не к Иерусалиму; вместо еврейских постов назначен был мусульманский
пост Рамадан (пятница, вместо субботы, была назначена праздничным днем
еще до ссор с иудеями). Вторая сура Корана содержит длинные нападки на
иудеев. Еще больше, чем на них, пророк негодовал на "менафиков" (букв.
"притворяющихся"), т. е. на тех мединцев, которые, видя увлечение своих
молодых сограждан, явно признавали авторитет М., а тайно замышляли
против него козни, так как чрезвычайно тяготились религиозной
дисциплиной ислама (она вообще для большинства арабов была невыносима).
Вождем монафиков (это были люди старые, главы семейств) был Абдоллах
ибн-Обейи, которого хезреджи, до прихода М., собирались было сделать
царем. Недовольные мединцы завели сношения с мекканцами и стали
подстрекать их к войне с М., но тот и сам уж думал об этом. Переменой
киблы Мекка была признана за святыню, к которой нужно было иметь доступ
для хаджжа; кроме того, пророку нужны были деньги для содержания массы
бедняков, которым он дал приют в мечети. Раздор между обоими городами
сеяли и поэты, влияние которых можно сравнить с нынешним влиянием
журнальной полемики; чтобы отражать стихотворные едкие насмешки
противников, М. поручил трем мединским поэтам составлять ответные
сатиры. В 623 г. М. приказал своему полководцу, Абдоллаху ибн-Джехшу, в
священный месяц реджеб (treuga Dei) разграбить мекканский караван,
безмятежно шедший с кожами, вином и изюмом в Сирию. Всеобщее
неодобрение, которым было встречено такое кощунственное коварство,
заставило М. свалить всю свою вину на мнимое своеволие Абдоллаха.
Впрочем, добыча была разделена между правоверными. К этому-то времени,
может быть, и относится откровение, по которому богоугодным делом
признана война с неверными в любое время года (наступательная - по
толкованию школы Абу-Ханифы, оборонительная - по мнению других
мусульман). В декабре 623 г. или в начале 624 г. мекканский караван
возвращался из Сирии домой, нагруженный товарами; Мухаммед решил
остановить его. Абу-Софъян, стоявший во главе путешественников, заранее
проведал о замысле и послал вестника в Мекку с просьбой о помощи. Так
как каждый мекканец из более видных имел свою долю в караване, то быстро
составился большой отряд и поспешил на встречу Абу-Софъяну. Соединенные
силы мекканцев, в числе около 600 человек (Кор. III, 12 - 13),
встретились, у колодцев долины Бедр, с М., который, не зная о их
соединении, выступил в поход только с 314 чел. Обстоятельства, однако,
благоприятствовали М.: корейшиты разместились на вязкой почве, размытой
накануне выпавшим дождем, и вдобавок солнце утром в день сражения било
им прямо в глаза. Эти обстоятельства, в связи с тем увлечением, которое
удалось возбудить М. в своем отряде перед сражением (сам он не сражался,
а молился), дали мусульманам решительную победу: когда пало много
старейших и знатнейших мекканцев, то остальные обратились в бегство
(начало 624 г.). Для торжества ислама победа при Бедре сделала больше,
чем самые красноречивые проповеди: верующие были укреплены в своей вере
и получили надежду на материальные выгоды, сомневающиеся уверовали,
неверующие поколебались, и вообще все поняли, что М. есть политическая
сила, с которой нужно считаться. - Успех отуманил пророка. В дни гонений
это был человек симпатичный, кроткий; в свои откровения он, несомненно,
верил, потому что твердо шел на встречу опасностям за свои убеждения, и
хотя Вейль усматривает и в этом периоде один случай сознательного обмана
со стороны М., но даже противо-мусульманская литература не поддерживает
такого обвинения ("Противомус. Сборник", вып. VI, стр. 10 и 15). Но с
того времени, как этот забитый, загнанный человек внезапно получил силу,
мы, наряду с порывами великодушия, сплошь и рядом видим в нем тирана,
чувственного старика, и, быть может, даже сознательного сочинителя
откровений. Из пленных были казнены те, которые прежде, в Мекке,
издевались над М. - в том числе поэт Надр ибнХарис, уверявший, что
персидские рассказы о богатырях гораздо интереснее, чем Коран. Когда
Надр попросил заступничества у одного из мусульман, бывшего своего
друга, тот отвечал, что ислам уничтожает все прежние отношения. Тотчас
после победы при Бедре пала жертвой мести М. мединка Эсма, составившая
насмешливые стихи против него (родственники ее немедленно после того
обратились в ислам, так как, по наивному замечанию арабского биографа,
"увидали силу веры"). Через несколько недель, также за сатиру, был
зарезан во время сна престарелый еврей Абу-Афак. Затем последовала
расправа с целым еврейским племенем беникейноке, которое занималось
выделкой оружия и золотым производством. Под первым попавшимся предлогом
М. занял то предместье, где жили беникейноке, и собирался всех их
перерезать, но ограничился их изгнанием и разделом их богатого имущества
между правоверными; при этом поступке он ссылался на откровение свыше.
Вскоре погибло еще несколько иудейских поэтов, за свои сатиры (Кааб
бин-Ишраф, Сонейна). Между тем борьба с корейшитами продолжалась.
Абу-Софъян (апрель 624 г.) сделал набег на Медину; мохаммедане опять
ограбили караван. В янв. 625 г. мекканцы, собрав войско в 3000 человек,
подступили к горе Оходу, невдалеке от Медины; их сопровождала толпа
женщин, с дикой Хинд (женой Абу-Софъяна) во главе. М. мог собрать только
1000 чел., да и то 300 из них (монафики) ушли при начале битвы. Перевес
сперва склонился на сторону мусульман, и они, не смотря на
предупреждение М. бросились грабить лагерь противников; тем временем
мекканцы оправились и нанесли правоверным полнейшее поражение. М. был
тяжело ранен, его с трудом спасли. Жены корейшитов в диком исступлении
предавали поруганию трупы врагов; особенно в этом отличилась Хинд,
грызшая зубами дымящуюся печень Хамзы, который при Бедре убил ее отца и
брата. В Медине авторитет М. сильно пошатнулся. Он объяснял неудачу
гневом Аллаха на непослушание пророку; впрочем, по словам его, оходское
поражение имело ту выгоду, что обличило монафиков, и при пророке
остались лишь несомненно верные. При помощи последних М. совершил
несколько мелких экспедиций против окрестных бедуинов, изгнал (летом 625
г.) из предместья Медины еврейское племя бени-недыр и земли его,
оправдываясь откровением Аллаха, отдал одним мохаджирам без участия
ансаров (до тех пор у мохаджиров не было земельной собственности в
Медине). Около М. образовался между тем целый гарем. Он возбудил
всеобщий соблазн, когда женился на Зейнеб, жене своего приемного сына
Зейда. Чтобы устранить всякие толки, М. произнес откровение, в котором
Аллах разрешал на будущее время вступать в брак с разведенными женами
приемных сыновей. Самое учреждение гарема (терема) также мотивировалось
получением откровения от Аллаха; на откровение же (Кор. LXVI, 1) он
несколько позже сослался для того, чтобы укротить ревность обитательниц
гарема к христианке Мариате (628). Изгнанные мединские евреи,
поселившиеся в Хейбере, подстрекали против М. мекканцев и сильные
кочевые племена Солейм и Гетефан. В феврале или марте 627 г. войско в
10000 чел., в том числе 4000 мекканцев, под начальством Абу-Софъяна,
окружило Медину. М. укрепил Медину окопами, отчего эта осада известна
под именем "войны за окопами". Осаждавшим удалось отвлечь от М.
последнее еврейское племя, жившее в Медине, бени-корейзе; но М., при
помощи подосланных агентов, сумел внушить им подозрение в искренности их
новых союзников. В лагере осаждающих начались раздоры, взаимное
недоверие, и они отступили. С оставшимися евреями пророк расправился
крайне жестоко: все мужчины племени корейзов (чел. 600 - 700) были
избиты, женщины и дети проданы в рабство бедуинам Неджда (на красавице
Рейхане женился М.), а имущество несчастных разделено между
правоверными. После того власть М. среди окрестных племен упрочилась:
одно племя за другим подчинялось ему то из страха, то из жажды добычи.
Тогда он стал подумывать о Мекке и о необходимости совершить хаджж. Для
совершения хаджжа был избран священный месяц зулькааде (весенний, в
марте) 628 года, когда сражаться считалось у арабов грехом. Окрестные
племена отговорились недосугом; за М. последовали к Мекке только мединцы
и асламиты (всего 1500 чел.), вооруженные лишь мечами, как водится у
пилигримов. Мекканцы встревожились и заранее загородили дорогу. Так как
сражаться нельзя было, то М. повернул вправо и подошел к Ходейбии,
месту, находящемуся на границе священной территории. Последовали
переговоры и было заключено перемирие на 10 лет: корейшиты обязывались с
будущего года пускать мохаммедан на три дня в город для поклонения
святыне и даже предоставляли право всем желающим в Мекке и в целой
Аравии переходить в ислам; только лица подвластные, приставшие к М. без
разрешения своего господина или покровителя, должны были быть отсылаемы
обратно; М., с своей стороны, обязывался давать свободный пропуск
караванам, идущим в Сирию и из Сирии. Спутники пророка сочли такой
договор крайним позором, тем более, что в писанном трактате М. не
удалось добиться для Бога титула "Рехман" ("милостивый"), и сам пророк
не был удостоен титула "посланника Божия". Они пришли в ярость, не
хотели было повиноваться, удерживали руку писца, а Омар позволил себе
даже грубейшую выходку по отношению к М., но тот овладел собою и не
показал вида недовольства. Последующие обстоятельства показали, что
мнимопозорный договор был лучше всякой победы. Возвратившись в Медину,
М. чувствительно наказал бедуинов, отказавшихся принять участие в
хаджже: они были устранены от участия в таких экспедициях, где можно
было рассчитывать на добычу.
В том же 628 г. были разосланы М. письма к соседним государям с
предложением принять ислам и покорены последние опасные для пророка
богатые евреи хейберские (между ними находились и изгнанные бени-недыр),
при чем одна еврейка, по имени Зейнеб, едва не отравила М. Не бывшие при
Ходейбии не участвовали в дележе богатой добычи хейберской. При разделе
добычи было установлено, что 1/5 часть ее принадлежит пророку. В феврале
629 г. М., во главе 2000 чел., отправился в Мекку и торжественно
совершил все обряды, бывшие в обычае при хаджже у до-исламских
пилигримов; хаджж пророка очень важен, как санкция до-исламского,
языческого обычая и как пример для последующих поколений. В течение трех
дней, проведенных пророком в Мекке, он успел приобрести несколько важных
приверженцев, а его дядя Аббас, оставшийся язычником, но действовавший в
пользу племянника, сосватал ему влиятельную вдову-мекканку Меймуну. В
сентябре того же 629 г. 3000 мусульман, вторгнувшихся в Сирию разбиты
были на голову арабами, находившимися в подданстве Византии, при Муте, у
Мертвого моря. В декабре 629 г. мелкое бедуинское племя хозеытов, жившее
под Меккой и стоявшее на стороне М., подверглось нападению другого
маленького племени - бекритов, союзного мекканцам. Получив это известие,
пророк отклонил мирные предложения мекканцев, пославших в Медину
Абу-Софъяна, и, не говоря никому о цеди похода, поспешно собрал войско
из мединцев и союзных бедуинских племен. Только в последнюю минуту он
сообщил своему десятитысячному войску, что идет на Мекку, к которой ему
удалось подступить совершенно неожиданно для корейшитов. Дядя М., Аббас,
соединился с племянником в пути, принял ислам и вступил в тайные
переговоры с Абу-Софъяном. Не видя другого исхода, Абу-Софъян принял
ислам и больше всех других аристократов содействовал тому, что Мекка
сдалась почти без пролития крови (в начали янв. 630 г.). Водворившись в
священном городе арабов, М. уничтожил там всех идолов Каабы, а затем и
идолов домашних, но к самой Каабе и к Черному камню отнесся с величайшим
почтением. Жителям была объявлена амнистия, важнейшим лицам города были
разосланы подарки; казнены были только четыре лица, среди которых была
певица, слагавшая стихи в осмеяние пророка. Все мекканцы принуждены были
принять ислам. Новая религия не только не уменьшила значения их города
но, наоборот, укрепила перевес за Меккой (все прочие святые места
языческой Аравии были упразднены) и дала ей гегемонию над всей Аравией;
с этих пор мекканцы усердно помогают пророку обращать к исламу прочие
аравийские племена. Покорив Мекку, М. было уже не очень трудно водворить
свою религию, или, вернее, свое господство в остальных местах
самостоятельной Аравии (те арабские области которые находились под
властью или влиянием Византии и персов, подчинились исламу уже при
халифах). Сильное сопротивление, сейчас же после взятия Мекки, оказали
М. хевазинцы и дали ему битву при Хонейне. Она кончилась победой
мусульман и дала им богатейшую добычу. При разделе было оказано
мекканцам несправедливое преимущество перед мединцами (Кор. IX, 60);
мединцы роптали, но в мекканцы считали себя обиженными, и раздражение
дошло до того, что с самого пророка был сорван плащ. Он, держа
успокоительную речь к мединцам, говорил им, что они ведь и так тверды в
вере, а сердца мекканцев нужно привлечь к вере мирскими благами.
Побежденные и ограбленные хевазинцы должны были принять ислам, после
чего им были возвращены из плена их жены и дети. Одно арабское племя за
другим приносило покорность М. или по своему почину, или по его приказу.
Сам по себе, как религия, ислам был для арабов вовсе не привлекателен:
молитвы и чтение Корана казались им несносными, а отдача десятины
доходов - крайней несправедливостью; однако, выгоды союза с М. и страх
заставляли их кое-как примиряться с этим, и бедуины уж не убивали
мусульманских миссионеров, как это иногда бывало до покорения Мекки.
Отречение от старой религии было этим язычникам совсем не тяжело:
мусульманский Аллах был им известен и из прежней религии, к почитанию
мелких богов (идолов) они и прежде относились равнодушно, а суеверия
можно было сохранить и в исламе. Характерно обращение в ислам города
Таифа. После неудачной осады города, М. поручил соседним племенам
разграбить окрестности; тогда явились к нему (в Медину) таифсме послы
для переговоров (в конце 630 г.). Они соглашались подчиниться М. и
принять ислам, но не сразу, а через три года, до того же времени
выговаривали себе право не взносить десятины, не молиться и оставить у
себя неприкосновенным истукан своей богини Латы. М. отговаривался тем,
что общественное мнение неодобрительно отнесется к его уступке. На это
послы заметили: "а ты ответишь, что так тебе велел поступить Аллах".
Побежденный этим доводом, пророк уже начал диктовать своему секретарю
текст договора, когда в дело вмешался страстный Омар. Обнажив свой меч,
он крикнул послам: "Вы испортили сердце пророка, - да сожжет Господь
ваше!" - "Мы не с тобой говорим, а с М.", холодно заметил один из них.
Но тут и Мохаммед решительно отказался от всяких сделок. Поразмыслив
немного, жители Таифа согласились на его требования и дозволили
уничтожить Лату, при плаче женщин племени. Это был единственный случай
симпатии, выказанной по отношению к идолам: в других местах арабы
равнодушно смотрели на их разрушение. Да и таифские послы объясняли М.
при переговорах, что сохранить идола они желали бы исключительно ради
женщин и некоторых суеверных людей племени, а им самим мало дела до
судьбы Латы. Обращение таифцев оказалось более искренним, чем остальных
племен: когда, вскоре по смерти М., почти вся Аравия отреклась от
ислама, таифцы с мединцами остались верны новой религии. Летом 630 г. М.
собрал войско в 30000 человек пехоты и 10000 всадников и сам отправился
в Сирию, чтобы отомстить за мутское поражение. Воинам М. тяжело было
двигаться по знойной пустыне, при жгучем ветре, и они потребовали
отступления. Напрасно пророк увещевал их, говоря, что огонь ада будет
жечь сильнее, чем летний зной: увещания не подействовали на хищных
бедуинов, и войско возвратилось домой с полудороги. Лежа уж на смертном
одре, М. готовился к новому походу на Сирию, но ему не пришлось видеть
его окончания. Приближение смерти М. сам сознавал. В марте 632 г. он
совершил торжественный (со всеми обрядами) хаджж в Мекку, в
сопровождении 14000 мусульман, и, произнося проповедь, громко заявил,
что сознает свою пророческую задачу перед Богом оконченной. Возвратясь в
Медину, М. совершил ряд добрых дел. От перемежающейся лихорадки силы его
ежедневно ослабевали, но он отказывался от лекарств. Жены однажды
воспользовались бесчувственным положением пророка и напоили его каким-то
горьким напитком; очнувшись, пророк заставил все свое семейство выпить
это лекарство. 7 июня 632 г. он потребовал чернил и бумаги, чтоб
написать книгу, которая навсегда предохранит его последователей от
заблуждения. "Пророк бредит", сказал Омар, удерживая тех, которые хотели
исполнить требование М.: "ведь у нас есть Коран, слово Божие" (по мнению
Вейля, Омар боялся, как бы М. не назначил Алия своим наследником).
Поднялись споры: одни хотели исполнить волю М., другие сопротивлялись.
Очнувшись, М. велел всем уйти: "удалитесь! не подобает спорить в доме
посланника Божия". 8-го июня он, собравшись с силами, неожиданно прошел
в мечеть (непосредственно соединенную с его домом) и трогательно
простился с молящимися. Через несколько часов М. уж умирал на руках
своей любимой жены Аиши, дочери Абу-Бекра.
Похоронили его в Медине, и теперь его гробница - место поклонения
пилигримов. Аравия после смерти М. почти поголовно отреклась от ислама,
но Абу-Бекру и Омару вновь удалось утвердить ислам и распространить его
в других странах, где он попал на плодотворную почву и получил развитие.
Источники для истории М. -это Коран и "хедисы", т. е. предания о М. и
его предписаниях, записанные из уст людей, которые слышали их от
товарищей и современников М. или от их преемников; имена лиц, которые
преемственно сохранили хедис, всегда в точности здесь отмечаются.
Старейший сборник хедисов - "Моватта", Малика ибн-Анеса (760 г.); за ним
последовало шесть других, из которых особенно важен сборник эль-Бохария
(ум. 869 г.) и Мослима (ум. 874); печ. изд. в Булаке и Лейдене. На
основании преданий арабы конца I в. гиждры стали писать летописные
биографии пророка (Мьюр, I, LXXXIX), но мы знаем из них только цитаты,
помещенные, напр., в "Исабе" ибнХижра (XV в.), драгоценном
биографическом словаре сподвижников М. (часть начал издавать Шпренгер, в
Кальк.). Из дошедших до нас биографий М. древнейшая - ибнИсхака (ум. 768
г.), которую Нельдеке ("Gesch. d. Qor.", XIV) ставил выше всех других и
только Шпренгер подвергает строжайшей критике. Труд ибн-Исхака дошел до
нас в редакции ибн-Хишама (ум. 830): "Сирет-ор-ресуль"; арабское изд.
Вюстенфельда (Геттинген, 1857, 1858, 1859, 1860), нем. перевод Вейля
(Штуттг., 1864), конспект у Бартелеми. Ибн-Хишам, по его собственному
сознанию, исключил из ибн-Исхака места, которые компрометируют пророка;
но непосредственные извлечения из ибн-Исхака даны у Таберия (изд. в
Лейд., см. ниже). Современник ибн-Хишама, ученый библиоман Вакыдий (ум.
823), составил "Китаб оль мегази", т. е. историю М. после бегства в
Медину; часть ее напечатана Кремером в Калькутте ("Bibl. Indica", 1855-
1856); есть сокращ. нем. пер., с примеч., Велльгаузена (Б., 1882).
Огромное посмертное сочинение Вакыдия ("Табекат", т. е. биограф.
словарь), редактированное его секретарем ибн-Саадом (по прозвищу "Катиб
ольВакыди"), дает нам сведения о более раннем периоде жизни М. и о его
сподвижниках в отдельности (не напечат.). Наконец, важны 3, 4-я и 5-я
кн. "Летописей" Таберия (836 - 922), посвященные истории М. и содержащие
частью извлечения из ибн-Исхака и Вакыдия, частью из других ранних араб.
писателей (нов. изд. лейденское; часть переведена Нельдеке, Лейд. 1889).

Литература. До прошлого века европейцы имели в высшей степени
превратные понятия о М. Крайне плохо его знали наши южнорус. полемисты
(срав. "Лебедь", 1679, и "Алкоран", 1683, И. Галятовского), но на Западе
ходили о нем еще более баснословные легенды, которые, в общем, сводились
к тому, что М. был наглый обманщик и сознательный самозванец. Такой
взгляд нашел, между прочим, яркое отражение в трагедии Вольтера:
"Mahomet". Реабилитацию М., на основании подлинных свидетельств, начали
французы. Гонимый французский протестант Ж. Ганье (Gagnier) издал, с
лат. перев., араб. труд Абульфиды о М. (Оксф., 1722). По Абульфиде,
главным образом, Ганье составил и книгу: "Vie de М."(Амстерд., 1732),
под влиянием которой и Вольтер стал горячим защитником М. ("Essai sur
les moeurs", "Lettre civile et honnete"). В 1782 г. благосклонную
биографию М., также по арабским авторам, дал Савари, в предисловии к
переводу Корана (2-е изд., П., 1882, в "Exposition de la foi mus."
Гарсена де-Тасси). В 1847-48 г. появился (в Париже) огромный ученый труд
Коссена де-Персеваля: "Essai sur l'hist. des Arabes avant l'islamisme et
pendant l'epoque de М."; на основании множества новооткрытых рукописных
источников здесь освещен быт среды, в которой действовал М., и собран
богатейший древний материал для разработки истории самого М. Этим
материалом не мог воспользоваться Г. Вейль, издавший в 1843 г. (в
Штуттг.): "М. der Prophet"; он черпал сведения преимущественно из автора
XVI в., Ибрагима Халеби; но зато в строго критическом исследовании Вейля
впервые показано, как нужно пользоваться Кораном, в связи с преданиями,
в качестве источников для истории М. В 1814 г. Вейль издал "Hist.
kritische Einleitung in den Koran" (Билеф.; русск. пер. Е. Малова, с
существенными пропусками, Каз., 1875, в Тит. "Мисс. противомус. сб."); в
1864 г. он издал в Штуттг. нем. пер. Ибн-Хишама, а в 1866 г., в "Gesch.
d. islam. Volker" (Штуттг.), дал резюме всех своих исследований о М.
Разрушая старые басни о М., Вейль бывает иногда строг к нему; тем не
менее труд Вейля дал многим европейским историкам основу для
превознесения личности М.; особенно нужно отметить Лорана (Laurent,
"Etudes sur l'hist. de I'humanite. Les barbares et 1'eglise"). Много
новых мыслей о М. высказал Ренан, в своих "Etudes d'hist. religieuse", и
они были подтверждены капитальными трудами трех наиболее авторитетных
исследователей М. - Мьюра, Шпренгера и Нельдеке (Will. Muir, "The life
of M.", Л., 1858 - 61; A. Sprenger, "Das Leben u. die Lehre des М.", Б.,
1861-65; Th. Noldeke="Das Leben М.-s", Ганн., 1863, и "Gesch. d. Qor.",
1860 и др.; см. Коран). Научная разработка вопроса до сих пор не пошла
дальше Мьюра, Нельдеке и Шпренгера. Результаты их трудов были
популяризованы Бартелеми Сент-Илером. ("М. et le Coran", П., 1865), но с
излишним увлечением в сторону М. Беспристрастное подведение добытых
наукою итогов сделал с замечательною зоркостью голландец Р. Дози, в "Het
Islamism" (Гарл., 1863), перев. в 1878 г. на фр. яз. ("Essai sur
l'histoire de l'islamisme", Пар. и Лейд.). На труде "des unsterblichen
Dozy" и в ближайшем согласии с ним держатся и компиляция А. Мюллера
(1886, в истории Онкена) и обширная статья Велльгаузена (1889, в
"Британ. Энцикл."), которые считаются последним словом науки. Полезны
также: Krehl, "Die Religion d. vorislam. Araber" (Лпц., 1863) и "Das
Leben d. М." (Лпц., 1884); Сейд-Эмир-Али (Syed-Ameer-Ali), "A critical
examination of the life and teachings of M." (Л., 1873); Delaporte, "Vie
de M., d'aprеs le Coran et les historiens arabes" (Париж, 1874); Boswort
Smith, "M. and M-ism" (Лондон, 1874 - ответ Арнольду, считающему М. за
сознательного обманщика). Русская литература чрезвычайно бедна
сочинениями о М. В прошлом веке переводились обличительные сочинения
Сэля и Придо (СПб., 1792). Беспристрастное соч. Вашингтона Ирвинга
(перев. в М., 1857) вполне устарело; не свободна от того же упрека
статья Потье, предпосылаемая русским переводам Корана по Казимирскому
(М., 1864 и 1876). Лучше труд проф. Казембека (мусульманина), "История
ислама" ("Рус. Слово", 1860, № 2, 5, 8, 10). Раньше, в 1845 г., он дал
небесполезное исследование о положении до-исламской Аравии ("Ж М. Н.
Пр.", № 5). В настоящее время есть у нас обстоятельный труд проф. М.
Машанова (Каз., 1885): "Очерк быта арабов в эпоху М." (рец. в "Зап.
Вост. Отд. Арх. Общ.", II, 283 - 301). В целях полемических историй М.
занимается наша миссионерская литература: таковы выпуски 4, 6 - 12, 14,
15 казанского "Мисс. противумусул. сборника" (изд. с 1873); в 1893 г.
переведен в Ташкенте "Ислам" И. Гаури (разбор А. Крымского - М., 1896,
отт. из "Этнограф. Обозрения"). Для ознакомления с выводами западной
науки следует обращаться к статье проф. М. Петрова (в "Очерках", 2-е
изд., Харьк., 1882), книжке Вл. Соловьева (в "Биографической Библиотеке"
Павленкова) и к переводу "истории ислама" А. Мюллера (т. I, СПб., 1895).
А. Крымский.
Мухи - в широком смысле слова группа короткоусые (Brachycera) и
группа куклородные или куколкородные (Pupipara) отряда двукрылых
(Diplera). В тесном смысле слова мухи - семейство Muscidae из
мухообразных (Muscariae) в группе короткоусых. Сяжки их трехчленистые,
третий членик по большей части сжатый и несет сверху голую или
волосистую щетинку: хоботок обыкновенно мягкий с двумя щетинками,
щупальца нечленистые, грудь сверху с поперечным швом, брюшко обыкновенно
мягкое с 4 - 7 явственными члениками. От близких семейств Muscidae
отличаются также жилкованием крыльев. Во взрослом состоянии питаются
различными жидкими веществами, напр., сахаристыми, кровью животных и др.
Самки откладывают много яиц и развитие совершается быстро, почему при
благоприятных обстоятельствах М. очень быстро размножаются. Личинки
(типа безногих личинок) живут частью паразитически в теле других
животных, частью в растениях, частью, наконец, в разлагающихся животных
и растительных веществах. Куколки всегда бочонкообразные. Это наиболее
многочисленное (по числу родов и видов) семейство двукрылых. По точному
счету Шинера, в 1868 году было известно 7348 видов Muscidae, а всех
двукрылых 19 449 (с тех пор число известных видов сильно возросло); в
одной Европе был тогда известен 4041 вид (а всего двукрылых в Европе
8670); в одной Европе насчитывается более 250 родов. Многие М. приносят
вред человеку или поедая в личиночном состоянии полезные растения или
различные пищевые вещества (напр., мясо); некоторые откладывают личинки
на тело и в раны домашних животных и человека, что оканчивается иногда
смертью; некоторые вредят укусами, при которых к тому же происходит
иногда заражение инфекционными болезнями. Укус цеце (Glossina morsilans)
смертельны для многих домашних животных, которых поэтому невозможно
держать в странах, где цеце водится. Некоторые же (напр., тахины)
полезны, истребляя других насекомых, в теле которых они паразитируют в
личиночном состоянии. Семейство М. подразделяют на два подсемейства: 1)
Calypterae, у которых чешуйки, прикрывающие жужжальца, всегда есть и
обыкновенно сильно развиты и 2) Acalypterae, у которых нет чешуек,
прикрывающих жужжальца, или они развиты очень слабо. 1) Calypterae. Род
Musca - общая окраска тела темно-серая; брюшко обыкновенно желтоватое,
просвечивающее; голова полукруглая, сяжки, прилегающие к ней, с
густо-перистой щетинкой; хоботок небольшой, сосательные губы широкие;
грудь несколько удлинена; первая продольная жилка оканчивается у
середины крыла. Личинки - в навозе, гниющих животных и растительных
веществах, ранах. Сюда относится обыкновенная комнатная М. Род Lucilia
сходен с Musca, но общая окраска металлически-зеленая или синеватая.
Личинки в гниющем мясе, трупах, разных животных отбросах, иногда в
ранах. L. caesar L. - блестящего золотисто-зеленого цвета, длиной 8 мм;
обыкновенна. Род Calliphora близок к Musca, грудь сверху почти без
волосков, лишь со щетинками, общая окраска черная, темно-зеленая или
темно-синяя; личинки преимущественно в гнилом мясе и трупах. Синяя
М.-жужжелица (С. vomitoria L.) - синего цвета, с черными поперечными
полосками на брюхе, черноватыми крыльями и красными волосками на нижней
части черной головы; длиной 9 - 13 мм. Обыкновенна в домах и на открытом
воздухе в течение всей теплой части года; яйца, из которых личинки
выходят уже через сутки, откладывает в мясо, старый сыр и т.п.; все
развитие длится около месяца. Род Stomoxys отличается длинным выдающимся
острым хоботком, тонкими ногами и почти треугольными крыльями, которые
длиннее брюшка. Сюда относится жигалка. Род Sarcophila с умеренно
покрытым щетинками серым телом, голыми глазами, короткими сяжками с
коротко-перистой щетинкой, несколько выдающимся хоботком, удлиненной
грудью, удлиненным, овальным слабовыпуклым брюшком с черными или бурыми
пятнами, волосистыми ногами. Живородящи; личинки, по крайней мере
некоторых видов, живут в ранах и на слизистых оболочках людей и
животных, вызывая миаз (myasis). Сюда относится Вольфартова М. (S.
Wolfahrtii Portsch. s. magnifica Schin.). Род Sarcophaga с голой на
вершине и перистой на остальной части щетинкой сяжков, голыми глазами,
несколько выдающимся хоботком, удлиненной грудью, брюшком цилиндрическим
или коническим у самца и яйцевидным у самки, с рассеянными щетинками на
теле и ногах. Живородящи. Личинки живут в гниющих животных веществах.
Мясная М., мясоедка (S. carnaria L.) серого цвета с желтоватой головой и
черными пятнами на брюшке, длиной 10 - 14 мм. Обыкновенна летом и
осенью. Близкий к предыдущему род Cynomyia отличается
металлическизеленой или синей общей окраской. Личинки в трупах. Трупная
М. (С. mortuorum L.) с красно-желтой головой и синим телом, длиной 8 -
15 мм. Личинки (трупные черви) в падали и трупах людей. Род Mesembrina
черного цвета с прилегающими сяжками, третий членик которых имеет
перистую щетинку, несколько удлиненной грудью, яйцевидным, сильно
выпуклым брюшком, первой продольной жилкой крыла, оканчивающейся далеко
перед серединой крыла. Личинки в коровьем навозе. М. meridianа L.
блестящего черного цвета, с желтой передней частью головы и основанием
крыльев, длиной 11 - 13 мм. Обыкновенна на цветах и свежем коровьем
навозе. К этому же подсемейству относятся род тахина (Tachina), цеце
(Glossina morsitans), цветочная М. (Anthomyia). 2) Acalypterae. Род
Scatophaga - лоб широкий со щетинками; глаза голые; сяжки короткие с
голой или перистой щетинкой; хоботок твердый, спереди узкий с узкими
сосательными поверхностями, блестящий; грудь выпуклая, густо покрытая
щетинками или волосками; брюшко удлиненное, овальное, плоское; крылья
очень длинные. Личинки в испражнениях. Взрослые насекомые хищны (кроме
того питаются и обычной пищей М.). Обыкновенная навозная М. (Sc.
stercoraria L.) бурого цвета с длинными желтыми волосками, которые на
брюшке самца красноваты, у самки - беловаты; ноги рыжевато-желтые,
крылья сероватые с желтым основанием и передним краем; длина 8 мм.
Обыкновенна, особенно на человеческих испражнениях, куда откладывает и
яйца. Род Piophila с голыми глазами, короткими сяжками, с голой
щетинкой, вздутым у основания хоботком с широкими губами, слабовыпуклой
грудью, удлиненным брюшком и длинными крыльями с очень нежными жилками.
Сырная М. (P. casei L.) гладкая, блестящего черного цвета; часть головы
и ног желтого цвета; длиною 4 мм. Обыкновенна. Личинки (сырные черви)
живут особенно в старом сыре, а также жире, могут прыгать; в течение
лета сменяется несколько поколений; зимуют в стадии куколки. К этому же
подсемейству относится М. зеленоглазая, Chlorops.
Мухин (Ефрем Осипович, 1766 - 1850) - врач и проф., учился в
харьковском коллегиуме и при различных госпиталях, был проф. анатомии и
физиологии (с 1818 г.), потом ученым секретарем в моск.
медико-хирургической академий, а с 1817 по 1835 - проф. в московском
университете. М. славился как отличный, деятельный врач и преподаватель.
Напеч.: "De stimulis corpus humanum vivum afficicutibus" (Геттинг.,
1804), "Разговор о пользе прививания коровьей оспы" (с 16 чертеж., М.,
1804), "Первые начала костоправной науки" (с 37 черт., М., 1806);
"Краткое наставление простому народу о пользе прививания коровьей оспы"
(с черт., М., 1811), "Связесловие и мышцесловие" (М., 1812), "Курс
анатомии для воспитанников, обучающихся медико-хирургической науке" (7
ч., М., 1815; 2 изд., 8 ч., М., 1818); "Основание науки о мокротных
сумочках тела человеческого" (М., 1815; 2 изд. М., 1816), "Краткое
обозрение наносной холеры; о паровых ваннах и самоваре; о постной и
рыбной пище" (М., 1830); "Краткое наставление врачевать от укушения
бешенных животных" (М., 1831) и мн. др.
Мухоловка (Muscicapa) - род певчих птиц из семейства мухоловок
(Muscicapidae). Признаки семейства: края клюва ровные, верхняя половинка
на конце загнута; ноздри более или менее прикрыты щетинками; короткая
плюсна (цевка) на задней стороне покрыта двумя продольными пластинками;
10 маховых перьев, из которых 1-е очень короткое; хвост по большей части
средней длины (у некоторых рулевые перья сильно удлинены), рулевых
перьев 12. Сюда относится (по Ньютону) около 250 видов, которые все
водятся в восточном полушарии; питаются насекомыми, которых подстерегают
на ветвях деревьев и ловят на лету. Род М. (Muscicapa) имеет короткий,
крепкий, при основании плоский и расширенный клюв, щетинки по краям
ротовой щели, довольно острые крылья, в которых 3-е и 4-е маховые самые
длинные. прямой хвост, короткие пальцы и когти. Около 12 видов,
водящихся в Европе, Азии и Африке; мелкие лесные птицы; гнездятся по
большей части в дуплах; полезны истреблением насекомых. Серая М. (М.
grisola L.) сверху серо-бурого цвета, с темными пятнышками на темени,
снизу грязно-белого с бурыми продольными черточками на груди; у молодых
верхняя сторона с охристыми пятнами; в отличие от других наших видов нет
ни белой полоски на крыльях, ни белого основания хвоста. Длина 14 см,
хвост 6 см. Весьма обыкновенна и гнездится во всей Европейской России,
кроме безлесной береговой полосы Кольского полуострова и пространства к
С. от линии между Архангельском и 61° с. ш. на Урале, также во всей
Западной Европе, Азии на В. до Байкала, в Туркестане, Персии, Малой
Азии, Палестине; зимует частью в Южной Азии до Индии включительно, а
главным образом в Африке. Держится в лесах, парках, садах и т.д.;
питается почти исключительно насекомыми, лишь в крайних случаях кормит
птенцов и ягодами; прилетает в Среднюю Россию в конце апреля, в
Петербургскую губ. в начале мая. Кладка состоит из 5 - 6 яиц
зеленоватого цвета с ржавыми крапинками; в Средней и Южной России
выводит птенцов 2 раза. Отлет в Средней России начинается с конца
августа. Голос развит слабо. Довольно легко приручается. М.-пеструшка,
сорочка, черноголовый мухолов и т. д. (М. atricapilla L.) с белым пятном
на крыле и белой наружной бородкой (до 2/3 длины) трех наружных рулевых
перьев; самец сверху черный, надхвостье еероватое, лоб и нижняя сторона
белые; самка и молодые сверху буро-серого (самка без пятен), снизу
грязно-белого цвета; длина 13 см, хвост 5,5 см. Водится в большей части
Европы, в Европейской России гнездится, начиная с Лапландии (кроме
безлесной полосы и альпийской области) и 58° сев. ш. на Урале. Кладка из
5 - 7 нежно-голубых яиц. Прилетает с первой половины апреля, отлет в
конце июля. Голос более звучный и громкий, чем у серой М. М.-белошейка
(М. collaris Rechst.=albicollis Temm.) похожа на предыдущую, но у самца
задняя часть шеи тоже белая, почему на шее белый ошейник, надхвостье
белое, на крыле белый цвет развит сильнее; самки и молодые едва отличимы
от самок и молодых М.-пеструшки (по большему распространению белого
цвета на крыле и более коротким плюснам); длина 15,6 см. Водится в Южной
и Средней Европе, в юго-зап. и средней части Европ. России (на С. до
Киевской, Подольской, Московской и Казанской губ.). Кладет 5 - 7 голубых
яиц; прилет и отлет приблизительно как у предыдущей. М. малая, малый
мухолов, лоцманчик (М. parva Bechst.) сверху буро-серого, снизу
грязно-белого цвета, верхняя часть груди и зоб у самца ярко-ржавого, у
самки охристорыжеватого цвета, крылья без белого пятна; рулевые, кроме
средних, при основании белые; длина 12 см. Гнездится в Западной Европе,
зап., южной, средней и вост. части Европейской России (приблизительно до
Петербургской губ.) и далее на В. до Тянь-Шаня. Прилетает в Среднюю
Россию во 2-й половине апреля, отлетает во второй половине августа и
сентября. Кладка из 5 - 7 яиц розоватых или зеленоватых с бурыми
крапинками. Пение простое, но благозвучное. Из тропических М.
замечателен род Terpsiphone (Rhipidura) - райскиеМ., веерохвостки, с
очень сильно развитыми хвостовыми перьями самцов и резким различием в
окраске (часто яркой и красивой) полов, водящихся в Африке и Азии.
Мухомор (Amanita) - подрод базидиальных грибов из обширного рода
Agaricus (пластиночник). Сюда относятся многие виды, из которых
большинство подозрительны и даже прямо ядовиты; таков обыкновенный М.
(A. muscaria). Крупный гриб, шляпка которого шириной от 8 до 20 см.
Снаружи она ярко-красная, различной густоты цвета и усеяна белыми
бородавками, остатками общего покрова, одевающего весь гриб на первых
степенях развития. Пластинки с изнанки шляпки белые, пенек того же цвета
снабжен при основании влагалищем, а выше кольцом. Обилен в лесах и
перелесках и распространяется далеко на север. Его ядовитостью весьма
удачно пользуются для истребления мух; настой М. действует одуряюще и
употребляется нашими вост.-сибирскими народами вместо водки. Из других
видов обильно попадается у нас A. pantherina с бурой шляпкой и другие.
Один из видов, имеющий сходство с обыкновенным М., считается в Западной
Европе, преимущественно на юге, чуть ли ни лучшим съедобным грибом - это
A. caesarea. Почти такой же величины, как обыкновенный М. Шляпка
красная, но не столь яркая, как у М., белые бородавки редкие и крупные,
пластинки, воротничок и мясо желтые. Очень ценился еще древними
римлянами; совершенно безвреден.
Мушкетеры - так в XVI ст. стали называться солдаты, вооруженные
мушкетом; каждый из них имел перевязь с 12 мерками, из которых в 11
помещались заряды, а в 12-й - пороховая мякоть для обеспечения передачи
огня заряду; кроме того, на перевязи находился еще мешок с пулями и
несколько кусков фитиля. В войсках Карла V при каждом значке или роте
пехоты состояло по 10 М.; впоследствии число их сильно увеличилось и,
наконец. они составляли до 2/3 всей пехоты. Таков был состав войск в
продолжение 30-летней войны. Значительные усовершенствования в обучении
М. сделаны были Густавом Адольфом. В царствование Людовика XIII часть
франц. гвардейской кавалерии (исключительно из дворян), составлявшая
военную свиту короля (inaison militaire), стала называться королевскими
М. Они различались по цвету мундира (mousquetaires gris, bleux, rouges).
Мцхет (Мцхета) - древняя столица Грузии, ныне небольшое сел.
Душетского у. Тифлисской губ., при впадении Арагвы в Куру, в 20 в. к
С.-З. от Тифлиса; станция Закавказской ж. д. и Военно-Грузинской дороги.
1221 житель (грузины, армяне). По грузинским летописным сказаниям М.
основан Мцхетосом, одним из сыновей Картлоса, баснословного
родоначальника грузинского народа. Достоверно известно, что М.
существовал уже в начале IVв. М. и оставался резиденцией правителей
Грузии до конца V в., когда царь Вахтанг Гургаслан перенес столицу в
Тифлис. В том же веке М. сделался резиденцией патриарха, носившего титул
мцхетского католикоса. Много раз М. подвергался нашествиям неприятелей,
разрушавших его до основания, и вследствие этого пришел в совершенное
запустение. Памятниками прежнего величия М. являются древний собор во
имя 12 апостолов и самтаврский храм. Мцхетский собор основан, по
преданию, царем Мирианом, принявшим в 318 г. христианское учение от св.
Нины и выстроившим деревянную церковь на месте, где стоял кедр, под
которым был зарыт в земле хитон (ныне в Успенском соборе в Москве)
Иисуса Христа, принесенный с Голгофы одним из мцхетских евреев.
Впоследствии (378) деревянный храм был заменен каменным, который много
раз подвергался разрушению. Нынешний храм построен царем Александром
(1413 - 1442) на месте разрушенного Тамерланом. В соборе погребены
многие грузинские цари, в том числе два последние
- Ираклий II и Георгий XIII. Самтаврский храм был до 1811 г. кафедрой
самтаврских епископов; при нем - женский м-рь. Между м-рем Самтавро и
ВоенноГрузинским шоссе расположен самтаврский могильник, открытый в 1871
г. при проведении шоссе. Могилы на кладбище расположены ярусами; в
нижнем они имеют вид колодцев, покрытых сводами из булыжника, выше они
сложены из больших каменных плит. Предметы, добытые из могил,
свидетельствуют, что могильник служил для погребения в течение целого
ряда веков; нижний ярус гробниц относится к началу железного века, т. е.
приблизительно к Х ст. до Р. Х., а верхний - к христианской эре (здесь
найдены монеты императора Августа). Черепа, добытые из самтаврских
гробниц, отличаются формой от черепов современных обитателей Кавказа и
принадлежат долихоцефалам, между тем как теперешнее население относится
к короткоголовому типу. Большая коллекция предметов из самтаврского
кладбища, собранных Ф.С. Байерном, находится в Кавказском музее в
Тифлисе.
Мыс [в большинстве западно-европ. языков - кап (англ. cape, нем. Кар,
итал. саро, франц. cap от лат. caput - "голова"), у арабов рас
("голова"), у сканд. народов Nas ("нос"), исп. Punta ("острие"),
турецкое буруг ("нос") и т.д.] - название частей суши, острым углом
вдающихся в море, обыкновенно скалистого характера; употребляется и
наименование "Нос", напр. Чукотский Нос и т.п. Часто М. являются
крайними отрогами горных систем; величественнее всего они на Ю.
материков Нового и Старого Света, где в виде громадных скалистых масс
круто поднимаются среди моря (М. Горн, Коморин, Игольный и др.).
Мыши (в широком смысле слова) или мышиные (Muridae) - семейство
грызунов. Признаки семейства: резцов 1/1,, коренных зубов по большей
части 3/3, реже 2/2 или 4/3; коренные без корней; голова тонкая с острой
мордой, большими глазами и по большей части большими широкими ушами;
тело по большей части тонкое, удлиненное; ноги изящные с узкими, тонкими
лапами и голой подошвой, на передних обыкновенно по 4 развитых пальца и
зачаточный большой, на задних всегда по 5 развитых; хвост по большей
части длинный, голый или волосистый; мех обыкновенно короткий и мягкий;
верхняя губа обыкновенно расщеплена и короткий голый кончик морды с
бороздкой между ноздрями. Сюда принадлежат многочисленные мелкие
грызуны, распространенные по всей земле, питающиеся зернами, плодами и
другими растительными веществами, многие также животными. Крайне
плодовиты. Многие виды сильно вредят человеку, истребляя хлебные зерна и
другие запасы питательных веществ; некоторые вредят и домашним животным,
особенно птицам. Сюда относятся хомяк (Cricetus), собственно М. (Mus) и
многие другие близкие роды. Собственно М. (Mus) составляют главный и
наиболее важный для человека род этого семейства, куда относятся крысы и
мыши. Признаки рода: тело тонкое, защечных мешков нет, коренных зубов
3/3, резцы гладкие, без бороздки, коренные с 3 бугорками в каждом
поперечном ряду; длинный хвост покрыт кольцами чешуек, гол или покрыт
редкими и короткими волосами, мех мягкий. Крысами называются более
крупные виды, М. - более мелкие, отличающиеся, кроме того, меньшим
числом колец на хвосте, именно 120 - 180, тонкими ногами и телом и
разделенными посредине (начиная со второй) поперечными складками на
небе. Домовая М. (М. musculus L.) - одноцветная, желтовато-серо-черного
цвета, несколько светлее снизу, с желтовато-серыми ногами и пальцами;
ухо длиной равно половине головы; на хвосте около 180 колец; у самки 10
сосков; длина тела 9,5 см, хвост такой же длины. Благодаря человеку,
распространена в настоящее время по всей обитаемой части земли. Живет
охотнее всего в жилых зданиях, также садах, на полях и т.д. Домовая М.
хорошо бегает, прыгает и лазает (хвост помогает ей цепляться); хорошо,
хотя лишь в крайности, плавает. Довольно сообразительна, становится
очень смелой в тех случаях, если ее не преследуют, легко приручается.
Питается растительными и животными веществами; главный вред приносит,
грызя и портя различные ценные предметы. Подобно другим М., отличается
большой плодовитостью; беременность длится 22 - 24 дня, самка мечет
ежегодно 3 - 5, даже 6 раз по 4 - 8 голых и слепых детенышей, которые
покрываются шерстью на 7 - 8 день, а становятся зрячими на 13-й.
Для родов устраивают гнездо из соломы, сена, бумаги, перьев и других
мягких материалов. Молодых детенышей мать заботливо охраняет, не
оставляя их подчас даже при величайшей опасности. Главные враги домовой
М. - кошки, а также совы, хорьки, ласки, землеройки, ежи. У некоторых
домовых М. замечается так называемое "пение" - более или менее
мелодические звуки, которые одни наблюдатели сравнивают с пением птиц
(конечно, сравнительно очень несовершенным), другие - со слабым
чириканьем. Белые домовые М., часто содержимые в неволе, представляют
альбиносов этого вида. Лесная М. (М. sylvalicus L.), сверху
буровато-желтосерая, снизу белая, оба цвета резко разграничены; ноги и
пальцы белые, ухо равно половине головы; на хвосте около 150 колец;
сосков 6; длина тела 12 см, хвост 11,5. Водится во всей Европе и Зап.
Азии, поднимаясь на горах до 2000 фт. Живет в лесах, садах, на полях, а
также, особенно зимой, в домах, погребах, кладовых. Кроме плодов и
корней питается насекомыми, червями, мелкими птицами; на зиму собирает
запасы. Рождает ежегодно 2 - 3 раза по 4 - 6, реже до 8 детенышей.
Полевая М. (М. agrarius Pall.) 3-цветная: сверху буро-рыжая, на спине
продольная черная полоса, нижняя сторона и ноги белые, цвета резко
разграничены; ухо равно 1/3 головы; на хвосте около 120 колец; сосков 8;
длина тела 10,5, хвост 8,5 см. Водится в Европе и Азии (от Рейна до
Сибири), живет преимущественно на возделанных полях, также на опушках
лесов, а зимой в амбарах и хлевах. Питается преимущественно хлебными
зернами и часто приносит значительный вред; ест также насекомых и
червей. Рождает 3 - 4 раза 4 - 8 детенышей. М.-малютка (М. minutus
Pall.) обыкновенно двуцветная: сверху желтовато-буро-рыжая, резко
отграниченная, нижняя сторона и ноги белые, но часто встречаются
уклонения в цвете; у молодых спина более серая; хвост имеет около 130
колец, сосков 8; длина тела 6,5 см, хвоста 6,5. Водится в Европе и
Сибири, на полях, в садах, кустарниках, зимой также под скирдами и в
амбарах. Отличается замечательным искусством в постройке гнезда: оно
сделано из расщепленных травинок, округлой формы, висячее. Самки строят
гнезда лишь для рождения и воспитания (весьма недолгого) детенышей;
ежегодно рождаются 2 - 3 раза по 5 - 9 детенышей.
Мэр (франц. - maire, англ. - mayor, т.е. старшина) - звание лица,
стоящего во главе французских и англо-американских муниципалитетов.
Должность М., издавна существующая во Франции и Англии, неодинаково
поставлена в этих двух странах. Французский М. является не только
выборным представителем общины, ответственным перед нею, но и
правительственным чиновником, стоящим под строгим контролем со стороны
префекта. Вся распорядительная и исполнительная власть в общине
принадлежит исключительно М. Состоящие при М. помощники (1 - 12) не
образуют с ним коллегии равноправных членов, но призваны лишь замещать
его в случае болезни или отсутствия и исполнять его поручения. В городах
и селениях, имеющих более 40 тыс. чел., М. заведует полицейской частью.
М. созывает, по просьбе избирателей, муниципальный совет на чрезвычайную
ceccию. Обязанности М. безвозмездны, но община может назначить ему
известное вознаграждение на расходы по представительству. В Париже и
Лионе должность М. исправляют префекты. В английских городах звание М. -
чисто почетное, даваемое общиной за прежнюю службу по муниципальному
управлению. М. руководит выборами в парламент и совет графства и состоит
мировым судьей в продолжение 2 лет - в течение того года, на который он
избран, и следующего. Заведование текущими делами принадлежит городскому
совету и многочисленным, выделяемым из его состава, комитетам. В
Лондоне, Йорке, Ливерпуле, Манчестере и Дублине установлена должность
лорд-М. (lord-mayor).
Мюнхгаузен (Munchhausen) - древний нижнесаксонскй род, родоначальник
которого, Гейно, сопровождал Фридриха II в Палестину. Из потомков его
приобрели известность: 1) Карл Фридрих Иероним М. (1720 - 1797),
писатель, некоторое время служивший в русской армии; прославился
краснобайством и преувеличениями, доходя до художественности в лганье.
Отчасти росказни самого М., а отчасти приписываемые ему баснословные
приключения, позаимствованные из "Facetien" Бебеля, "Deliciae
academicae" Ланге и т. д., послужили к созданию цикла Мюнхгаузиад.
Первоначально "Мюнхгаузиада" явилась в английском изложении Raspe в
Лондоне в 1785 г. ("В. M's narrative of his marvellous travels and
campaigns in Russia"); этот же текст появился в немецком переводе, с
дополнениями Burger'a (1786). Более самостоятельная немецкая обработка
того же материала неоднократно печаталась в Германии: 11-е изд.
"Приключений М.", с введением Эллизена, вышло в Геттингене в 1873 г.
Весьма популярно и "Продолжение приключений М.", написанное Шнорром
(1794 - 1800). Иммерман в своем романе "М. " (1838) с помощью приемов
своего прототипа осмеивает ученое и промышленное шарлатанство своих
современников. Французский перевод приключений М. превосходно
иллюстрирован Гюставом Доре (1862). В русской литературе имеются лишь
аляповатые издания, приноровленные для детского чтения. Критическому
рассмотрению баснословные приключения М. подвергнуты в монографии
Muller-Fraureuth, "Die deutschen Lugendichtungen bis auf М." (Галле,
1881). 2) Карл Людвиг Август Гейно ф. М. (1759 - 1836) - писатель;
побывал волонтером в Америке, где в войне за освобождение рота,
предводимая им и писателем Зейме, выдвинулась храбростью своей; позже
служил в гессен-кассел. армии. В литературе известен драмой "Sympathie
d. Seelen"(1791), собранием стихотв., написанных в сотрудничестве с
Зейме ("Rurckerinnerungen", 1797), и сборником сочинений смешанного
содержания ("Versuche, prosaischen u. poetischen Inhalts", 1801). 3)
Александр бар. ф. М. (1813 - 1886) - ганноверский государственный
деятель; в 1850 г. был назначен первым министром, но со вступлением на
престол Георга V получил отставку. Вместе с Бенигсеном, Виндгорстом и
др. М. выступил в 1855 г. решительным противником законопроектов,
направленных к расширению прерогатив короны, и навлек на себя
окончательно немилость короля. В 1866 г. М. в качестве депутата тщетно
пытался склонить министерство к нейтралитету в предстоявшей войне между
Пруссией и Австрией. По присоединении Ганновера к Пруссии М. примкнул,
однако, к партии партикуляристов и произнес 11 марта 1867 г. в
северо-германском рейхстаге резкую речь, направленную против прусской
политики. По подозрению в соучастии в вельфском заговоре М. в 1870 г.,
по распоряжению генерала Фогеля ф. Фалькенштейна, временно был заточен в
кенигсбергской крепости.
Мюнхен - столица королевства Бавария, четвертый по величине город
Германии, на 48°9' с. ш. и 11°35' в. д. (по Гринвичу), на Баварском
нагорье, на обоих берегах Изара, в равнине на С. и З. болотистой, на Ю.
и В. плодородной и лесистой. Климат переменчивый, довольно суровый, что
зависит от высоты над ур. моря (520 м.); средняя температура года 7,6°
Ц., атмосферные осадки 788 мм. Жит. в 1894 г. 390000 чел., из них 9269
военных; ежегодный средний прирост 17722 ч. В 1890 г. В М. было 293960
католиков 84%), 48196 лютеран 14%), 2829 старокатоликов, 6109 евреев. В
1890 г. было 15269 жилых строений. Большая часть М. лежит на левом
берегу Изара; через реку 7 мостов. С середины XIX стол. проведено много
широких улиц и много старых домов заменено новыми. Центр города-
Мариинская площадь, с Мариинской колонной (6 м.) из красного мрамора,
воздвигнутой курфюрстом Максимилианом I в память победы при Белой горе
(1620), и колодцем из бронзы (Кноля); здесь сходятся главный торговый
улицы древнего города. Площадь Макса Иосифа с громадной статуей короля
(Штигльмайера, по модели Рауха); от нее идет улица Максимилиана,
проведенная королем Максимилианом II, с великолепными постройками,
памятниками Шеллинга, Фраунгофера, графа Румфорда, генерала Деруа; близ
моста через Изар статуя короля Максимилиана II (Миллера, по модели
Цумбуша). От галереи полководцев (Гертнер, 1841-44 гг., по образцу
флорентийской Лоджиа-деи-Ланци), с бронзовыми статуями Тилли и Вреде
(Шванталера), идет к С улица Людовика, им проведенная до Триумфальных
ворот (1850; подражание римской Константивовской арке. Площадь Одеона, с
конной статуей Людовика I (Виндмана, 1862); площадь Виттельсбахов, с
конной статуей курфюрста Максимилиана I (1839, Шванталера, по модели
Торвальдсена); площадь Максимилиана, с памятником Либиха (1883) и
монументальным колодцем (1894, Гильдебрандта); королевская площадь, с
великолепными воротами (внутри дорические, снаружи ионические колонны).
На окраине гор. возвышается колосс, статуя Баварии; около ее дорическая
колоннада с 90 бюстами знаменитых баварцев (по плану Кленца, 1843- 50).
Церкви: древнейшая - Frauenkirche (1468 - 88), с могилою имп. Людовика
Баварского; св. Михаила, в стиле Возрождения (1597), с мраморной
гробницей герцога Евгения Лейхтенбергского (Торвальдсена); св. Людовика
(1829-44, Гертнера), в итал. романском стиле, с большой картиной
Корнелиуса: "Страшный суд"; св. Бонифация (ок. Цибландом в 1850 г., по
образцу древне-итальянских базилик V и VI вв.). Синагога в романском
стиле, с четыреугольной башней. Южное кладбище - первое в Германии по
числу художественных памятников. Светские постройки: королевский замок,
древнейшая часть которого построена при Максимилиане I; Виттельсбахский
дворец (1843-50); госуд. библиотека, во флорентийском стиле, с мраморной
лестницей(1832-43 Гертнер); университет, духовная семинария (Georgianum)
и институт Макса Иосифа, образующие площадь, посреди которой проходить
улица Людовика; перед Триумфальными воротами академия художеств, в
итальянском стиле Возрождения; древняя ратуша, упоминаемая уже в 1315 г.
- в ней прекрасная зала, где даются пиры; новая ратуша в готическом
стиле (в залах заседаний стенная живопись Пилоти и Линденшмидта). Старая
Пинакотека, в стиле Возрождения (24 статуи знаменитых художников по
наброскам Шванталера); новая Пинакотека (1846 - 1853 г., по плану
Фойта), с фресками снаружи (Нильсон); глиптотека - здание, где собраны
произведения ваяния (1816 - 30 г., Кленце); высшая техническая школа, в
итальянском стиле ренессанс (Нейрейтер, 1866 - 70 г.); картинная галерея
Шака; стеклянный дворец, служащий для выставок и пиршеств; центральная
жел. дор. станция, с громадным крытым въездом. Управление - 2
бургомистра, магистрат из 35 членов, 60 уполномоченных общины. Улицы
освещаются 6000 газовыми фонарями; во многих местах электрическое
освещение. Водопроводная сеть в 230 км. дл. Ежедневный расход воды -
57000 литр. Хлебный и мясной рынок из 3-х зданий, с двумя стеклянными
галереями; городская бойня (1876 - 78 г., Ценетти), с ежегодным оборотом
433000 гол. Финансы. Бюджет (1894 г.) 191/3 милд. мар., долг 66 милл.
мар.: гор. имущ. на 73 м. мар. (из них на 52 милл. недвижимости). На
школы город расходует 3 милл. мар., на благотворительный учреждения 1
милл., на бедных и больных 21/2, милл. мар., на очищение и поливку улиц
173544 мар., на освещение города 606000 мар., на пожарную команду 263000
мар. Прямые налоги 5 милл. мар., косвенные 31/3 (в том числе 23/4 милл.
мар. с пива и солода). Образовательные и воспитательные учреждения.
Королевская баварская акд. наук и акд. художеств. Университет Людовика
Максимилиана, основан в 1472 г. герц. Людовиком Богатым в Ингольштате, в
1800 г. перенесен в Ландсгут, в 1826 г. - в М.; при открытии (1472) было
4 факультета (вместо философского - художественный) в 489 студентов.
После реформации иезуиты завладели преподаванием; их влияние было
устранено лишь в конце XVIII в.; более либеральное направление
продолжалось и в Ландсгуте, под покровительством бенедиктинцев. В М.
число студентов скоро возросло до 1900. В 1831 г. открыт особый
политико-экономический факультет. Профессоров (в 1894 г.) 98,
приват-доцентов 73, студентов 3744. Ежегодный доход университета -
250000 мар. с основного капитала и 900000 марок от города. В связи с
университетом университетская библиотека, Collegium Georgianum (1494:
католическая духовная семинария), Максимилианеум, где получают
образование наиболее способные юноши, занимающие впоследствии высшие
государственные должности, многочисленные семинарии, музеи, институты,
клиники, лаборатории, лесная акд., обсерватория и ботанический сад.
Высшая техническая школа (открыта в 1768 г.) - 987 студ., ветеринарная
школа - 138 студ. Центральное заведение для подготовления учителей
гимнастики, консерватория; 4 гимназии, реальная гимназия, 2 реальные
школы, высшая женская школа, коммерческая школа для мальчиков и девочек,
строительная и ремесленная школы, художественно-ремесленная школа для
девочек, акушерская школа, школа женских рукоделий с семинарией для
учительниц, семинария для детских садовниц, институт для глухонемых и
слепых, 28 городских народных школ с 968 учителями и 35000 учениками,
военная академия, артиллерийская и инженерная школы, военная школа,
кадетский корпус. Библиотеки, музеи. Государственная библиотека (900000
томов, 40000 рукописей), университетская библиотека (370000 томов, 50000
тетрадей, 2022 рукописи, 700 карт, 3600 портретов, 3200 монет), общий
государственный архив, баварский государственный тайный архив, городской
архив 11000 документов с 1265 г. до настоящего времени, 7 золотых булл,
2000 томов) и др. Основание картинной галереи положено в XVI и XVII ст.,
особенно курф. Максимилианом II (произведения Дюрера); в XIX в. сделано
много ценных приобретений. В баварском национ. музее собрание
произведений искусств с римских времен до настоящего времени,
преимущественно баварских; в шванталерском музее модели из гипса всех
произведений Шванталера; в бронзолитейном музей модели здесь отлитых
памятников; в каулбахском музее произведения Каульбаха, в обществе
покровительства художеств
- картины и скульптурные произведения, в музее гипсовых отливок -
богатое собрание древних произведений, в музее барона Лоцбека -
скульптурные произведения и картины. Музей академии наук (минералы,
инструменты, монеты, изделия из камня, палеонтологический отдел),
военный музей, собрание оленьих рогов графа Арко-Цинберга,
этнографический музей, малингерский музей культурноисторических
редкостей, собрание дорогих карет, саней, посуды на королевском каретном
дворе. В стеклянном дворце и в особом здании для выставок устраиваются
летом национальные выставки картин и скульптурных произведений.
Музыкальная академия. филармонические концерты, многочисленные общества
любителей пения и музыки. Национальный королевский и др. театры. В М.
выходят 20 политических газет и местных листков. Общества:
антропологическое, географическое, юридическое, метеорологическое,
врачей, археологическое, инженерное, архитекторов, журналистов,
писателей, художников; 3 масонские ложи. Капиталь гор. сберегат. кассы -
20 милл. мар. Приходская касса для больных, 10 местных касс для больных,
21 касса для фабричных рабочих (8063 члена, капиталь 262040 мар.), 5
ремесл. касс. Благотворительные учреждения. Королевские клиники при
университете, поликлиники, городские больницы, дом умалишенных,
заведение для выздоравливающих, хирургическое ортопедическое заведение
Красного Креста, многочисленные частные больницы, много городских
богаделен, бесплатные городские бани. Промышленность. 42 пивоваренных
завода, выделыв. ежегодно до 3 милл. гкл. пива; заводы кожевенные,
кирпичные, механические, литейный, резиновые и металлические изделия,
перчатки, машины, цветы, мебель, солод, масло, бумага, спирт, солодовый
кофе, вагоны, каретные заведения, литографии, типографии, фотографии,
мастерские живописи по стеклу, золото- и серебряношвейни, строительные
мастерские. Много акционерных обществ. Торговля. Хлеб, мука, хмель,
колониальные товары, уголь, дерево, мебель, портьеры, ковры,
художественные изделия. Биржи, южно-германский поземельный банк,
отделения германского и нюрнбергского банков, частные ломбарды. Четыре
вокзала - центральный, южный, восточный, изартальский; 6 почтамтов,
центральная телеграфная станция, 2 телефонные станции, 22 почтовых, 30
телеграфных отделений. Телефон проведен на 43 км., с 3771 нумерами.
Автоматическая почта. Конно-железные дороги скоро перейдут в
собственность города: 700 лошадей, 276 вагонов. Паровики ходят от
центральной станции в Нимфенбург. Удобны прогулки к баварским озерам и в
Альпы (40 км. от М.). В самом городе прелестные прогулки по берегам
Изара, по обе стороны Максимилианеума; англ. сад, с искусственным
водопадом я искусственным озером; парк Баварии и луг Терезии, где
ежегодно в ноябре народные гулянья; на СЗ от М. замок Нимфенбург.
История М. начинается с 1158 г., в царствование Генриха Льва. Род
Виттельсбахов способствовал процветанию города. Отто Светлый перенес
столицу в М., его сын Людовик Строгий построил древний дворец; Людовик
Баварский снова отстроил город, сгоревший в 1327 г., основал библиотеку
и кунсткамеру. Реформационное движение было здесь быстро подавлено.
Герцог Альбрехт основал художественные музеи, призвал художников и
мастеров. При Максимилиане I, главе лиги, Петр Кандид в 1619 г. построил
древнейшую часть замка. 17 мая 1632 г. Густав Адольф вошел в город и
взял с него 3000 т. контрибуции. В 1634 г. от чумы умерло 15000 чел. Во
время войны за испанское наследство австрийцы несколько раз осаждали
город и взяли его, после кровавого сражения при Зендлинге (1705).
Максимилиан III основал в 1759 г. академию наук и немецкую оперу. Его
преемник Карл Теодор разрушил городские стены. После провозглашения
Баварии королевством, в 1806 г., в М. основаны академия художеств,
школы, институт. Людовик I (1825-48) сделал М. центром немецкого
искусства (Кленце, Гертнер, Ольмюллер, Цибланд, Шванталер, Корнелиус),
провел улицу Людовика, перенес в М. университет, построил много
великолепных зданий. В 1840 г. была проведена от М. первая жел. дор. до
Аугсбурга. Максимилиан II покровительствовал наукам, построил
Максимилианеум, основал национальный музей, призвал много ученых. Город
расширился, сделался центром жел. дор. сети.

Литература. Bergmann, "Beurkundete Geschichte der Haupt-u.
Residenzstadt М." (Мюнхен, 1783); Prantl, "Geschichte der
Ludwig-Maximiliansuniversitat" (там же, 1872); Reber, "Bautechnischer
Fuhrer durch M."(ibid. 1876); "М. in naturwissenschaftliche und mediz.
Beziehung"(Лпц., 1877); Heigel, "M-s Geschichte 1158 - 1806" (Мюнх.,
1882); Seidel, "Die Konigl. Residenz in М." (Лпц., 1883); Ruepprecht,
"M.'s Bibliotheken" (Мюнх., 1890); Kahn, "M.'s Grossindustrie und
Grosshaudel" (ibd., 1891); "Mitteilungen des statist. Bureaus der Statl
М." (т. 1 - 13, ibd., 1876 - 93); "Jahresberichte der Handels- und
Gewerbekammer fur Oberbayern" (ibd., 1869 и cл.); "Berichte uber die
Gemeindeverwaltung der Stadt M.".
Мюнцер (Томас Munzer) - радикальный проповедник времен Реформации,
род. в Гарце в 1490 г., учился в Виттенберге и сделался священником.
Подобно Лютеру, М. увлекся мистиками, но, захваченный
социально-религиозным брожением в народе, пришел к апокалиптическим
представлениям и коммунистическим мечтам. Он стал отвергать внешнее
откровение: лишь тот, кто истерзан сердцем, кто в душевных бурях познал
Бога - истинный Его избранник. Писание лишь убивает, но не оживляет.

<<

стр. 137
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>