<<

стр. 138
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Божьим избранникам должны служить государи; народы, не подчиняющиеся им,
должны погибнуть. В 1520 г. М., в качестве проповедника в Цвиккау (в
Саксонии), выступает как пламенный демагог, как самый яркий выразитель
настроения, охватившего ремесленные слои города; его грубая речь,
ветхозаветные аллегории как раз отвечали простонародным представлениям.
Отставленный магистратом, М. едет в Прагу, где громит "попов и обезьян".
Затем М. появляется в г. Альштедте (в Тюрингии), собирает прежних своих
сторонников и проповедует установление на земле царства "святых":
"Израиль" (избранники) должен истребить безбожных "ханаанитов".
Руководимые М. энтузиасты разрушают иконы и жгут церкви как "пещеры
дьявола". М. развивает здесь и социальный идеал: всюду должно
водвориться равенство и братство, правители должны сравняться с
последним христианином. В своих посланиях к властям и городам М.
заявляет, что призван Богом к истреблению тиранов; право меча - у общин,
а не у князей. Памфлеты его были подписаны: М. с молотом, М. с мечем
Гедеона. Один из памфлетов был посвящен "светлейшему, высокорожденному
владыке и всемогущему Господу Иисусу Христу". Лютеру и умеренной, чисто
церковной реформе был объявлен полный разрыв. Лютер назыв. М.
"альштедтским сатаной", а М. Лютера - виттенбергским папою,
архиязычником, льстецом князей, освободившим совесть только от папы, но
держащим ее в плотском плену. После новых странствований по Южной
Германии, где М. завязал сношения с революционерами и вождями
подготовлявшегося крестьянского восстания, он утверждается в конце 1524
г. опять в Средней Германии, в имперском городе Мюльгаузене. Здесь он
становится, вместе с бывшим монахом Пфейфером, во главе простого народа
и заставляет капитулировать зажиточных бюргеров и магистрат. Избирается
новый "вечный, христианский" магистрат, из "бедных" и "земледельцев". В
городе проводится общность имуществ; М. отбирает монастырские владения,
в соседних землях захватывает дворянские замки и монастыри. В новом
строе М. не занимал определенной должности, а держал себя как пророк и
вдохновитель; отпустив длинную бороду "как отцы-патриархи", в богатой
одежде, он торжественно появлялся в народе и творил суд на основании
закона Моисеева; перед ним носили красный крест и обнаженный меч. Его
проповеди гремели против роскоши, золота, "идолов в домах и сундуках";
главной его темой было кровавое истребление всех врагов Христа. Скоро к
городскому радикализму примкнули крестьяне. Восстание крестьян
вспыхивает в Тюрингии одновременно с южно-германским, но отмечено здесь
отличительной чертой, которую именно выражал главным образом М.: оно
носит теократический характер, в духе чешского таборитства, с обращением
к ветхозаветным образам. В то время, как князья Средней Германии собрали
военные силы для обуздания тюрингенских крестьян и продвигались к центру
влияния М., он ждал появления из-за гор франконских крестьян и
пересылался с югом. Наконец, он решился выйти на встречу княжескому
войску при Франкенхаузене во главе 8000 крестьян, большей частью плохо
вооруженных и без конницы. На требование выдать М. крестьяне ответили
отказом; он обратился к ним еще раз с горячим воззванием, уверяя, что
Бог отклонит от них выстрелы. Во время битвы, кончившейся полным
разгромом крестьян, М. потерялся и скрылся в городе; но его нашли,
пытали и обезглавили. О М., помимо сочинений, относящихся к истории
крестьянского восстания, см. Strobel, "Leben, Schuiften u. Lehren Th.
Muntzers" (1795); Seidemann, "Th. Munzer" (1842); Merx, "Th. Munzer u.
Rfeiffer" (1889). Мюссе (Alfred de Musset) - знаменитый франц. поэт
(1810 - 57). С детства обнаруживал крайнюю нервность, доводившую его до
припадков. Он изучал сначала юриспруденцию, потом медицину, но скоро
бросил занятия и отказался от всякой профессии. Первые стихотворения М.
написаны под влиянием романтич. "cenacle", в котором царствовали тогда
Гюго, Виньи, Сент-Бев, Шарль Нодье и братья Дешан. Но влияние
романтической школы было преходящим в творчестве М. Он заплатил дань
увлечению Испанией условной живописностью шелковых лестниц и потаенных
входов в "Don Paez" и "Contes d'Espagne et d'ltalie", но вскоре стал
позволять себе иронические выходки против романтиков ("Ballade a la
lune") и окончательно порвал со своими первыми учителями в "Pensees
secretes de Raphael". После романтич. периода наступил второй,
отмеченный разочарованностью и скептицизмом: к нему относятся
драматические поэмы: "La Coupe et les Levres" и "A quoi revent les
jeunes filles", а также "Namouna". В первой из этих пьес намечена
любимая идея М., что разврат бесповоротно губит душу и делает
невозможным возвращение к чистоте юношеских чувств; в "Namouna"
сказывается легкомысленная философия разочарованного светского жуира,
очень остроумная и блестящая; "A quoi revent les jeunes filles" -
поэтический "marivaudage", где легкая скептическая улыбка автора придает
грустный оттенок наивной поэзии сюжета. Характер поэзии М. совершенно
меняется в 3-м периоде его творчества, когда, после легкомысленного
разгула первой юности, он узнает первую глубокую любовь, сделавшуюся
роковой для всей его жизни. В 1833 г. он встретился впервые с Жорж Санд
- и дарование его вполне окрепло под влиянием страдания и страсти. Во
всех документах, относящихся к истории этой связи, рисуется неровность
характера М., его капризы, припадки ревности, чередующиеся с периодами
обожания; но главная причина печальной развязки любовной драмы
заключается в том взвинчивании своих чувств на недосягаемую высоту,
которым оба были постоянно заняты. Жорж Санд первой надоела эта
метафизическая любовь, и она оставила М. для ничтожного доктора
Паджелло; М. продолжал томиться жаждой неземных ощущений и всю жизнь не
мог излечиться от своей amour-passion. Вся дальнейшая поэзия М. отражает
ощущения его разбитой любви: "Rolla", "Les Nuits", "Lettre a Lamartine",
роман "Confession d'un enfant de siecle", все драмы проникнуты личными
настроениями, придающими творчеству М. обаяние искренности.
Непосредственность передачи ощущений обусловливает другое свойство
поэзии М.: он рисует всегда себя, и та двойственность, которая проникала
все его существо, отразилась и в его поэзии. Он был страстным обожателем
чистой любви, но, раз окунувшись в волны порока, ища забвения, не мог
смыть с души пятна позора, падал все ниже, поднимаясь все выше мечтами.
Таковы же все его герои: власть разврата над душой человека - постоянная
тема всех его драматических произведений, из которых особенного внимания
заслуживают "Lorenzaccio", "Caprices de Marianne", "Fantasio", "On ne
badine pas avec l'amour" и др. Действие держится в них большей частью на
границе идиллического и трагического; под прикрытием легкого юмора, М.
затрагивает самые тонкие струны душевной жизни. Грация диалога и
поэтичность отдельных женских фигур отводят этим утонченным
психологическим анализам совсем особое место среди пьес нового
французского театра. Отчаяние раздвоенной души выражено с необычайной
силой и страстностью в "Rolla". В душе самого М. жили два человека,
которых он изображает или двумя (как в "Caprices de Marianne"), или в
одном лице циникасамоубийцы, полного презрения к себе. Ту же
двойственность своего "я" М. рисует и в "Nuit de Decembre". Он внес в
французскую поэзию струю индивидуализма, сказавшуюся в умении обнажать
страдания души. В противоположность другим современным ему французским
поэтам, М. не отличается блеском и колоритностью стиха и богатством
рифмы. Стих его в общем бледный, незвучный, но временами он поднимается
на высоту истинной поэзии и выливается в вдохновенной, глубоко поэтичной
форме. Таков знаменитый конец "Nuit de Mai", где идет речь о
самоотвержении пеликана, таковы стансы "Lucie", отдельные эпизоды в
"Lettre a Lamartine", "Souvenir" и некоторые мелкие стихотворения.
Внутреннее содержание поэзии М. имеет еще большее значение: он отразил
сложность и противоречивость душевной жизни современного человека,
отразил ее глубоко и правдиво, будучи сам настоящим enfant du siecle;
поэтому он нам так близок и понятен со своими переходами от высшего
идеализма к воспеванию мимолетных удовольствий, со своей смесью
пессимизма, цинизма и безграничной нежности души. Эта близость к
душевной жизни своего века сделала М. одним из тех любимых поэтов,
которых не только читают, но много раз перечитывают и знают наизусть. Ж.
Леметр издал "Theatre de A. de M." (1891). См. о М.: Paul de Musset,
"Biographie" (П., 1877); Еm. Montegut, "Nos morts contemporains" (П.,
1883); Sainte-Beuve, "Portr. contemp." (II); Taine, "Hist. de la litt.
angl."; Брандес (V т. "Hauptstromungen"); Uifalvy, "A. de M." (1870);
Lindau, "A. de M." (Б., 1876); Oliphant, "A. de M." (Л., 1890); A.
Barine, "A. de M." (П., 1893, в коллекции "Grands ecrivains franсais");
Soderman, "A. de M." (Стокгольм, 1894).
З. Венгерова.
Много мелких стихотворений из А. де М. переведено в русских журналах
1840-х и последующих годов. А. Фетом переведена поэма "Дюпон и Дюран"
("Рус. Вестник", 1881, кн. 11), П. Козловым - "Ива" ("Русская Мысль",
1884, кн. 1) и "Намуна" (там же, кн. 1); есть еще перевод "Намуны" Д.
Минаева, "Отеч. Записки", 1876, кн. 10); И. Минским - "Лючия"
("Загранич. Вестник", 1882, кн. 5); Н. Облеуховым
- "Ночи" (М., 1895); Н. Грековым - "Ролла" (М., 1864); А. Мысовскою -
"Октябрьская ночь" и др. стихотворения в "Пантеоне Литературы" А.
Чудинова (1888, кн. 7 - 8 и 12). Переведены также комедии и пословицы М.
: "Осел и Ручей" (М., 1862), "Любовь и ревность" ("Отеч. Записки", 1857,
т. 59), "Пари" (М., 1892), "Нужно, чтобы дверь была отворена либо
затворена" (СПб., 1848). Русской актрисе М.А. Каратыгиной франц. публика
обязана появлением А. де М. на сцене: она впервые в СПб., в свой
бенефис, поставила перевод пословицы М. "Un caprice" ("Женский ум лучше
всяких дум", "Библиотека для чтения", 1837); несколько лет спустя, по
совету Каратыгиной, эту пьесу поставила на Михайловской сцене г-жа
Аллан, которая в ней же дебютировала перед парижанами (в Comedie
Francaise), до того не видевших пьес М. на сцене. Из романов и рассказов
М. переведены: "Исповедь сына века" (СПб., 1871) "Сын Тициана" (М.,
1894), "Фредерик и Бернерета" ("Современник", 1847, кн. 3) и др. В конце
1896 г. живой интерес во франц. журналистике вновь возбудили отношения
Жорж Санд к А. де М. и д-ру Паджелло; по этому поводу появилось много
статей и в русских газетах и журналах. Ср. Г. Брандес, "А. де Мюссе"
("Русская Мысль", 1886, кн. 7) и Ап. Григорьев, "А. де Мюссе.
Критический очерк" ("Драматический Сборник", 1860, кн. 5).
Мякина - отброс, получающийся при молотьбе хозяйственных растений.
Состоит из мелких, легко опадающих частей колосовых и бобовых растений,
в роде обломков колосьев, цветочных и кроющих пленок колосков, стрючьев,
обрывков, стеблей и пр. Сохраняется под навесами с опускающимися низко к
земле крышами или в сараях, где она защищена от дождей и заноса снегом.
М. находит себе применение в качестве кормового средства. По своему
составу она ближе всего подходит к соломе тех растений, от которых она
получается, но превосходит ее содержанием азота и легкой переваримостью
в свежем состоянии. Скорее соломы делается жесткой, и потому в сухом
состоянии скот ест М. неохотно. Этот корм, вследствие содержания остей
(усов колосьев), вредно отзывается кроме того на слизистых оболочках
ротовой полости, засоряет книжку (третье отделение желудка) и тем может
причинить смерть. Поэтому повсеместно принято задавать М. в виде
пареного корма. Чаще всего запарка производится в деревянном чане - М.
пересыпают послойно отрубями или жмыхами с небольшим количеством соли и
обдают кипятком. Таким образом запаренная М. мягче и охотно поедается
скотом. Для этой же цели М. силосуют иногда вместе с другими сочными
кормовыми продуктами.
Мята (Mentha L.) - род растений семейства губоцветных (Labiatae). Это
- многолетние прямостоящие или стелющиеся травы, снабженные боковыми
подземными или надземными побегами. Листья супротивные, пильчатые,
цветки образуют в углах листьев верхоцветные пучечки (дихазии). Так как
эти пучочки приходятся один против другого вследствие противоположности
листьев, то они (пучочки) между собою смыкаются и образуют ложные
кружки. Такие частные соцветия, в свою очередь, образуют в верхней части
стебля сложные прерывистые или даже сомкнутые колосья. Чашечка
колокольчатая или трубчатая, равномерно пятизубчатая, редко почти
двугубая. Венчик ворончато-трубчатый или почти блюдчатый, трубочка его
скрыта в чашечке, а отгиб почти равномерно четырехлопастный, или же одна
лопасть его, соответствующая верхней губе, шире других, а иногда
выемчатая. Четыре прямых, одинаково длинных тычинки; нить у тычинки
голая, пыльники отстоящие, параллельные. Диск равномерный, почти
цельнокрайний. Столбик коротко двуращепленный. Орешки овальные, гладкие.
Всех видов рода насчитывается около 30; они рассеяны по всей земле,
преимущественно в умеренном климате. Виды представляют большие
затруднения для определения, так как сильно изменяются в зависимости от
местных условий, а во-вторых, вследствие того, что дают помеси между
собою. Род разделяется на два подрода: 1) Eumentha Godron; сюда
принадлежат такие виды, у которых чашечка равномерно пятизубчатая, а
венчик ворончатый. Из русских видов сюда относятся М. silvestris L.
(лесная М.), имеющая прямой мягковойлочно-пушистый стебель, покрытый
сидячими или почти сидячими яйцевидными или ланцетными пильчатыми
листьями, и цветки, собранные в густые верхушечные колосья. Растет по
влажным местам. М. arvensis L. (полевая М.), имеющая черешчатые листья,
цветы образуют прерывчатый колос. Растет по сырым лугам, берегам рек. М.
aquatica L. (водяная М.), имеющая цветки, собранные в верхушечную
головку. Растет по сырым местам. К этому же подроду принадлежит
настоящая М., английская М. (М. piperita L.) - трава, ветвистые стебли
которой достигают до 1 м высоты; листья удлиненные или
яйцевидно-ланцетные, до 7 см длиной и до 3 см шириной, острые,
мелкопильчатые. Венчик голубой. Отечество этого вида неизвестно. Часто
разводится в садах, как медицинское растение; известно несколько
разновидностей: Glabrata Vahl. - стебель и нижняя сторона листьев
покрыты рассеянными короткими волосками, черешок ресничатый; crispa L. -
листья изогнутые, грубопильчато-надрезные; suavis Gussone - стебель,
нижняя сторона листьев, цветоножка и чашечка покрыты железистыми
волосками. Английская М. находит различное применение как медицинское
растение: Folia М. piperitae, Folia Menthae crispae, Oleum M. p.. Oleum
М. c., Aqua M. p. siropus M. p. и пр. 2 подрод - Pulegium Rivin., сюда
относятся те виды, у которых чашечка двугубая, а венчик более блюдчатый.
М. Pulegium L.
II. Культура М. Из многих видов и разновидностей М. наибольшее
значение для культуры имеет Mentha piperita L. - М. английская или
холодная. Она возделывается почти повсеместно в Европе, распространена в
Сев. Америке, Алжире, Китае и Японии. В России разводятся в губ.
Ярославской, Тульской, Воронежской, Полтавской, Саратовской и некоторых
др. Различают два сорта этой М. - черный и белый. Последний отличается
более бледной окраской листьев и цветов и ранним цветением. Эфирное
масло, добываемое из него, много ароматнее, чем от черного, и цена выше,
зато черный сорт значительно выносливее и дает масла на 20% больше.
Главные условия для успешной культуры перечной М. составляют - теплый
или умеренный и влажный климат, солнечное местоположение и плодородная,
глубокая, довольно рыхлая, достаточно влажная почва. Особенно хорошо
родится М. на влажном богатом черноземе. В диком состоянии М. достигает
роскошного развития на сырых и даже мокрых побережьях рек, озер и болот.
Но сильно песчанистые почвы годны только при глинистых подпочвах,
задерживающих воду; на известковой почве М. много теряет в аромате.
Возделывается М. обыкновенно вторым растением по навозному удобрению.
Предшествующим растением могут быть разные овощи или кормовые
корнеплоды, под которые земля удобряется навозом, глубоко обработана и
очищена от сорных трав. После М. в Англии садят картофель, а у нас чаще
всего лук, зеленый горошек и др. овощи. Подготовка почвы производится
заблаговременно, осенью или ранней весной. Перед посадкой почва
окончательно разделывается бороной, после чего лопатой разбивается на
гряды; в сырых местах их делают повыше, а в местностях сухих, напр. в
Саратовской губ., гряды углубляют в землю, чтобы хорошо могла
задерживаться дождевая вода. При полевой культуре вся обработка ведется
плугом, поле разделяется на гряды при помощи окучника. Размножение М.
производится делением кустов вместе с корнями, так как М. почти не
приносит семян. Плети (отпрыски) и корневища разрезают на части, так
чтобы на каждом отрезке находилось бы не менее 1 - 2 узлов; отрезанные
части кладутся в проведенные в грядках бороздки и прикрываются землей.
Садят М. с промежутками между двумя рядами и растениями в 6 - 8 дм у
нас, а 15 - 20 дм за границей. Уход заключается в окучивании, поливке и
пропалывании сорных трав. Один из важных вопросов при разведении М.
составляет удачная перезимовка, особенно в местностях северных. В защиту
от морозов гряды покрывают соломой, сухим листом, еловыми ветвями или
навозом. Замечено также, что М. перезимовывает лучше в затененном
местоположении. Одно из лучших средств, предупреждающих вымерзание М. -
не срезать травы более 1 раза в лето. На одном и том же месте М.
оставляют до 3 - 4 лет; но и на плодородной почве в последние 2 года она
растет менее роскошно. Поэтому обыкновенно ежегодно от 1/2 до 1/4 гряд,
засаженных М., уничтожают, заменяя их новыми. Для получения масла
собирают траву только один раз, когда она в полном цвете. Перед сбором
тщательно пропалывают гряды от разных сорных трав (особенно часто
зарастают гряды мелколепестником - Erigerou canadensis); некоторые из
них заключают в себе особые эфирные масла, которые, перегоняясь вместе с
М. маслом, ухудшают его качества. Срезают М. серпом, косой или ножом у
самой земли, выбирая для этого непременно ясную погоду и, немного
провялив на солнце, доставляют на завод. Впрочем, можно перерабатывать
на масло и вполне просушенную М.: срезав ее и связав пучками по 10 - 20
стеблей, развешивают не особенно густо для сушки в хорошо проветриваемом
крытом помещении. Для получения травы, идущей в аптеки и москательные
лавки, М. срезают и до цветения, но всетаки не раньше появления
цветочных почек. Уборка два раза в лето возможна только на Ю., но и там
осенняя жатва дает траву более низкого качества. Урожаи М. колеблются
довольно широко. Сбор в 240 пд. сухой М. с десятины считают хорошим. В
общем, разведение М. не представляет особых затруднений, при заботливом
же уходе может дать значительную прибыль. Спрос на эфирное М. велик, а
цена высока; фунт английского мятного масла до 25 руб. и выше, масло
немецкое от 15 до 18 руб., русское не превышает 15, а иногда ниже, но и
при последней расценке чистый доход с десятины равен 180 - 420 руб. Одна
из главных причин такой низкой оплаты нашего мятного масла - это
невыровненность партий товара, идущих за границу, а часто и плохое
качество его, зависящее в большинстве случаев от небрежности в культуре
и от несовершенства аппаратов, в которых производится перегонка. В наших
главных центрах (отчасти и в Америке) производства мятного масла до сих
пор в употреблении деревянные чаны или самовары; при перегонке прямо на
голом огне нередко происходит пригорание травы при соприкосновении ее с
металлическими частями кубов; продукты разложения, обладающие неприятным
запахом, растворяясь в масле, сообщают ему и этот запах и вкус, и, кроме
того, особый бурый цвет - качества, значительно понижающие ценность
товара, который в свежем состоянии должен иметь зеленоватый или
зеленовато-желтый цвет и чистый камфарный вкус. Лучший способ перегонки,
конечно, с помощью пара; на больших заводах применяют пар двойного
действия, т.е. нагревают кубы наружным паром, а потом пускают его
внутрь, куда заранее наложена М. Для получения чистого масла собирают
средние части отгона, которые профильтровывают и подвергают
ректификации. Местами предпочитают употреблять для перегонки
предварительно высушенную М., из которой будто бы легче выделяется
эфирное масло. В среднем на фунт чистого масла требуется около 31/2 пд.
сухой и от 81/2 до 25 пд. свежей травы. Наибольшее количество товара
поставляет Америка и Япония, товар высшего достоинства идет из Англии.
За последнее время во Франции и Германии, благодаря заботливой культуре
и усовершенствованным аппаратам, получают масло, мало уступающее высшим
сортам английского - кембриджскому и мичтамскому.
Mentha crispa, М. кудрявая - второй вид М., наиболее часто
встречающейся в культуре. Возделывание и размножение его подобно
предыдущему. Если одновременно разводят оба вида, то для кудрявой
выбирают более высокие места и почву более рыхлую. Размножение этого
вида возможно и при помощи семян. Когда сеянцы в парниках подрастут, их
пересаживают на гряды в расстоянии 8 - 10 дм друг от друга во всех
направлениях. Срезают один или два раза. Сбор 120 - 300 пд. с десятины.
Разводится преимущественно в Америке и Германии, а в малых количествах и
у нас; масло кудрявой М. ниже перечной (содержит карвол вместо ментола,
главной составной части масла перечной М.). Разведение других
разновидностей и сортов М. едва ли может быть настолько выгодным, как
этих двух. Спрос на них значительно меньший: нередко, однако, они
разводятся вместо перечной или кудрявой М. вследствие незнания или
ошибки. Трава М. находит себе большое применение в медицине и домашнем
хозяйстве (особенно для приготовления мятного кваса). Мятное масло идет
на парфюмерные и табачные фабрики, ликерные заводы, аптеки и, наконец,
для добывания ментола. Ср. "Мята, ее разведение и добывание мятного
масла" (изд. Э. Иммера и сын, М., 1894); А. Базаров и Н. Монтеверде,
"Душистые растения и эфирные масла" (СПб., 1895, ч. II); И.В. Шумков,
"Ростовское огородничество" ("Сельское хозяйство и Лесоводство" дек.
1889 и янв. 1890).
III. М. (медиц.). - Листья перечной М. при перегонке с водой дают в
среднем 1% масла перечной М.; масло - жидкое, прозрачное, бесцветно или
слегка желтовато, характерного запаха и вкуса, легко растворяется в 90%
спирте; при продолжительном хранении масло густеет и темнеет. Лучшим
сортом признается германское масло. При взбалтывании 1 ч. масла с 2,5 ч.
70% спирта должна получиться прозрачная смесь, появление же мути
указывает на примесь жирных или других эфирных масел (эвкалиптового,
терпентинного и др.). Листья перечной М. часто употребляются в отваре
как ветрогонное, потогонное и противосудорожное средство; снаружи для
припарок, компрессов; настой употребляется также для клистиров. Они
входят в состав некоторых сложных средств (ароматические сборы,
ароматный уксус) и для приготовления мятной настойки, сиропа, перечной
М., мятного спирта. Масло перечной М. назначается внутрь по 1 - 3 капли
на сахар, с вином, в лепешках, в каплях. Снаружи - для улучшения запаха
с различными зубными порошками и полосканиями, для втираний при
невралгиях, ревматических болях, в мазях и линиментах. Входит в состав
следующих препаратов: воды перечной М., спиртной воды перечной М.,
мятных лепешек. Листья кудрявой М. дают 1 - 2% эфирного масла. Как
листья, так и масло кудрявой М. употребляются в медицине реже таких же
препаратов перечной М.
Навага (Gadus navaga Kolreuter) - один из видов рода треска (Gadus).
Отличительные признаки: усик на подбородке мал, короче диаметра глаза,
который несколько меньше расстояния между глазницами и равен половине
длины морды; морда приблизительно коническая, на конце тупая; верхняя
челюсть длиннее нижней; вышина тела менее длины головы, которая равна
1/4 всей длины (без хвостового плавника); брюшные плавники под
основанием второго спинного; хвост очень тонкий; плавники отделены друг
от друга промежутками, хвостовой усечен. Поперечные отростки позвонков
очень велики и заметны на ощупь снаружи. Спинная сторона выше этих
отростков, буроватая или серовато-зеленоватая, с более темными бурыми
пятнами, нижняя сторона серебристо-белая с черновато-бурыми точками.
Длина обыкновенно до 24 - 25 см. Вес по большей части ок. 1/2 фн., но
местами в Белом море (особенно в Кун-ручье) до 2 фн. Н. водится в
большом количестве в Белом море, особенно в южной, западной и восточной
частях его (в северной Н. мало), и далее на В. вдоль берегов Ледовитого
океана, по крайней мере, до Оби (восточная граница ее области точно не
определена). Главный лов ее производится зимой и в замороженном виде в
большом количестве развозится по сев. России до Петербурга, Москвы и
далее. Ловля Н. производится частью на удочку через проруби, частью
особыми ставными сетями (рюжи), отчасти и неводами. Промысел этот имеет
важное значение для жителей Кемского, Онежского, Архангельского и
Мезенского уу. Архангельской губ., при том размеры и значение его все
возрастают. В Кемском уезде ловится ежегодно 8 - 10 тыс. пудов Н., в
Онежском до 6 тыс., в Архангельском около 6 тыс., в Мезенском в хорошие
годы (напр., в 1893 г.) более 16 тыс., всего, следовательно, в хорошие
годы почти до 40 000 пудов.
Навозники, навозные жуки - жуки из сем. пластинчатоусых
(Lamellicornia), подсем. собственно пластинчатоусых (Lamellicornia s.
Str.), составляющие две группы: Coprophaga и Arenicolae. Обе группы
весьма близки между собой и различаются главным образом тем, что у
представителей первой верхняя губа и верхние челюсти прикрытые и
кожистые, у представителей второй - твердые и неприкрытые. В общем
строение их и образ жизни весьма сходны. И те, и другие как во взрослом
состоянии, так и в личиночном питаются, за редкими исключениями, навозом
и преимущественно навозом копытных животных. К группе Coprophaga
относятся, по большей части, небольшие жуки с большим грудным щитом,
сильно развитыми зубчатыми копательными голенями передних ног,
3-члениковой булавой усиков и кожистыми, прикрытыми верхней губой и
верхними челюстями. Различие между самцами и самками (половой диморфизм)
у некоторых сильно выражено. Жуки питаются навозом и откладывают свои
яйца прямо в навоз или в вырытые ими в земли и тоже наполненные навозом
ямки. У рода Ateuchus (Scarabaeus) головной щит (как и у следующих родов
этой группы) полукруглый спереди, с 6 зубцами; сяжки 9члениковые, глаза
разделены на двое; щиток (scutellum) не виден; передние ноги без лапок,
голени их с 3-4 наружными зубцами, голени задних ног узкие, с одним
шипом на конце; тело уплощенное. Самки скатывают из навоза шарики, в
которые откладывают по яйцу, и затем зарывают их в землю. Сюда относится
египетский священный Н., египетский копр (Ateuchus sacer L.), черного
цвета, гладкий, матовый; задние голени самки с бурыми волосками. Длина
3-3,5 см. Водится в Южной Европе (в том числе и в России) и Сев. Африке.
Самка делает из навоза крупный шарик, в который кладет яйцо и катит его
до места, где его удобно зарыть. Жук этот считался у древних египтян
священным, и изображения его часто встречаются на египетских памятниках,
между прочим, в виде каменных изваяний. У рода Gymnopleurus головной щит
спереди с выемкой, надкрылия с глубокой вырезкой на краю, передние
голени с 3 наружными зубцами. Самки кладут яйца в шарики из свежего
навоза (особенно коровьего). G. mopsus Pall. черного цвета, матовый,
длиной 13-15 мм, водится в Южной Европе и России, в сухих солнечных
местах. У рода копр (Copris) головной щит спереди глубоко разделен,
глаза не вполне разделены, передние голени с 3-4 наружными зубцами,
задние к концу расширены. Тело сверху очень выпуклое. Copris lunaris L.
блестящий черный, с красными волосками на голове, передних голенях и
боках груди; у самца на голове заостренный вертикальный рог, на грудном
щите бугор и два боковых рога; у самки один тупой рог на голове; длина
15-20 мм. Может издавать трением брюшка о надкрылия скрип. Водится в
Южной Европе и России. Живет в навозе. Самка вырывает под навозом
вертикальные ходы и кладет в них по шарику навоза и яйцу. У рода калоед
(Onthophagus) головной щит без выемки или почти без выемки, глаза не
вполне разделены, передние голени с 3-4 крупными наружными зубцами,
задние расширены к концу, тело плоское. Живут в навозе; самки скатывают
комочек навоза, кладут в него яйцо и зарывают в землю. О. nuchicornis L.
черного цвета, со слабым бронзовым блеском и буро-желтыми элитрами, с
черными крапинками; длина 58 мм; у самца тонкий вертикальный на голове
рог, у самки две выдающиеся поперечные складки. Водится в России и
Европе. У рода Н. (Aphodius) голова плоская, scutellum явствен, задние
голени с 2 шипами; тело удлиненное, сверху плоское или выпуклое; элитры
покрывают все брюшко. Яйца откладываются прямо в навоз. А. fossor L.
блестящего черного цвета со слабо бороздчатыми элитрами; длина 8-11 мм;
обыкновенен в Европе и России. Представители группы Arenicolаe по
внешнему виду сходны с предыдущей группой; верхние челюсти и губа
твердые, неприкрытые, сяжки 10-11-члениковые с 3-члениковой булавой;
глаза обыкновенно вполне разделены, ноги сильные копательные. Питаются
по большей части навозом. У рода Geotrupes усики 11-члениковые, глаза
вполне разделены, верхняя губа усеченная спереди, грудной щит с прямым
задним краем, передние голени снаружи пильчатые, задние 4-гранные; щиток
сердцевидный; тело короткое, яйцевидное; брюшко 6-члениковое. Трением
ляшек задних ног о брюшко могут производить легкий скрип. Тяжелы,
неуклюжи; летают преимущественно по вечерам. Питаются навозом, самки
вырывают отвесные норы, кладут в них по яйцу и комку навоза. Кроме
навоза попадаются также в старых грибах, которыми наполняют иногда и
норки. Обыкновенный навозный жук или жук Н. (G. stercorarius L.) сверху
черного цвета со слабым блеском, снизу блестящего темно-синего, длиной
15 - 24 мм. Обыкновенен. На нем очень часто паразитируют гамазы (Gamasus
coleoptratorum). Сюда же относится род Letrhus, к которому принадлежит
головач (L. cephalotes). Навуходоносор II - знаменитый вавилонский царь
(605 - 562 до Р. Х.), сын Набополассара. В оставленных им многочисленных
надписях он лишь изредка и слегка касается военных подвигов, о которых
сообщают Библия и классики. Его походы были все направлены к одной цели
- укреплению новорожденного государства, в границах прежней Ассирии. Для
этой цели было необходимо прогнать из Сирии вторгнувшихся туда египтян.
Поражение Нехао при Кархемите (605) решило судьбу Азии, отдав ее в руки
Вавилона до "потока Египетского" (600 г.). В вавилонском войске были и
греки, между прочим брат поэта Алкея. Новые попытки египтян возобновить
активную политику в Сирии путем составления коалиции местных царьков,
повлекли за собой разрушение Иерусалима и храма, вавилонский плен (587)
и опустошительный поход самого Н. в Египет, до нубийской границы (568).
Египетские памятники (надп. Неса-Гора в Лувре) сообщают, будто он, в
конце концов, был разбит; во всяком случай Египет не был покорен. То же
самое следует сказать и относительно Тира, которого Н. не удалось взять,
несмотря на продолжительную осаду, и с которым ему пришлось заключить
договор. Вместе с Сиэннесием Киликийским Н. был третейским судьей в
споре между Астиагом и Алиаттом (585). Гораздо подробнее рассказывают
источники о мирных деяниях Н. Вавилон обязан ему своим восстановлением в
качестве столицы мира. Он закончил начатые отцом укрепления и превратил
город в неприступную крепость, выстроив с вост. стороны огромную стену
из асфальта и кирпича, выкопав ров и громадный водоем. Особенно Н.
хвалится своими постройками в храмах Эсагиле и Исиде, постоянно называя
себя "восстановителем" этих главных национальных святилищ. Кроме
Вавилона, который Н. особенно любил и в котором постоянно жил, он не
забывал и других городов: Борсиппы, Ура, Сиппара, Куты, Эреха, Дильбата
и др., реставрировал в них храмы, возводил укрепления, как о том
повествуют найденные в тех местах надписи. Он выстроил новый царский
дворец, более соответствовавший величию монархии. Завоевателем по
призванию и ремеслу Н. не был: все его войны были делом необходимости и
самосохранения; точно также не слышно о таких страшных жестокостях с его
стороны, какими запятнали себя ассирийские цари. Прекрасные молитвы,
обращенные им к Мардуку, носят совершенно монотеистически-библейский
колорит. Однако роль разрушителя "града Божия" и храма была причиной
того, что имя его долго было предметом ужаса и даже отвращения. У
пророков (Исаия, 14; Даниил, 4) он - олицетворение доходящего до
самообожания самомнения, бич Божий, "полагающий вселенную всю пусту".
Этот взгляд на Н. перешел и в литературу последующих поколений. Надписи
времен Н. собраны и изданы Штрассмайром в коллекции: "Babylonische
Texte" (вып. 5-6); перев. на нем. яз. в "Keilinchr. Bibliothek" (III, 2,
10 - 71). Навязчивые идеи - такие представления или мысли, которые
появляются в сознании и настойчиво удерживаются в нем против желания
субъекта. Они не только мешают свободному течению мыслей, но влияют
также на волевую деятельность. Напр., довольно распространенный вид Н.
идей заключается в побуждении сосчитывать предметы, находящиеся перед
глазами - число окон в доме, число томов в книжном шкафу и т.п., причем
считающий сознает, что это ненужно и ему неприятно. Подобный вид Н. идей
удачно назван императивными (по-французски - obsession). В других
случаях эти идеи имеют отвлеченный характер, заключаясь, напр., в
постоянном влечении задумываться над причиной явлений: субъект
относительно всего, что он слышит, читает или видит, задает себе вопрос
- почему и не может отделаться от этого неотвязчивого вопроса, несмотря
на то, что сознает его праздность. Для этого вида существует специальный
термин "Grubelsucht", приблизительно соответствующий выражению "влечение
к мудрствованию". Н. идеи иногда сопряжены с чувством страха. Сюда
относится, напр., боязнь дотрагиваться до предмета под влиянием мысли,
что он нечист; в зависимости от этого страха больной старается по
возможности обходиться без дотрагивания к ручке двери, к мебели и т.п.,
а если это случилось, старается немедленно вымыть себе руки, хотя бы
множество раз в день, и чувствует себя расстроенным. Другой пример -
волнение при виде острого предмета, ножа, иголки и т. п., вследствие
непреодолимого влечения взять его в руки и вколоть в кого-нибудь и
страха причинить этим комунибудь вред. Сюда же относится непреодолимый
страх при виде большой площади или широкой улицы, лишающий совершенно
возможности пройти через нее (местобоязнь). Особый вид Н. идей,
сопряженных со страхом, был выделен под названием "ономатомании" (мании
имен): субъект боится слышать известные слова, иногда самые безразличные
по значению, потому что ему кажется, что тогда с ним случится несчастье,
или он чувствует непреодолимое влечение повторять вслух известные слова,
иногда неприличные и т. п. Таким образом, Н. идеи обнимают собою весьма
обширный ряд психических явлений, причем в одних случаях они
ограничиваются исключительно субъективным нарушением мышления, заставляя
человека против его желания думать о чем-нибудь, в других же
сопровождаются чувственной реакцией, преимущественно в виде боязни и
волнения, в третьих, наконец, отражаются на поступках. Иной раз и
уголовные преступления совершаются под влиянием Н. идеи, сопряженной с
непреодолимым импульсом. Помимо этого различия Н. идей, обусловленного
тем, насколько они затрагивают сферу чувствований и воли, значение их
бывает неодинаково также смотря по тому, страдает ли одержимый ими
субъект душевным расстройством независимо от них или нет. Н. идеи
встречаются временно у людей, совершенно свободных от душевного
расстройства, преимущественно под влиянием утомления. Таков, напр.,
случай, когда боязливый человек, улегшись спать, много раз встает под
влиянием мысли, что не запер двери как следует. Но те виды Н. идей,
которые сопровождаются боязнью, волнением и непреодолимыми импульсами,
уже составляют нарушение психического здоровья, и если они ведут к
преступлению, то таковое не может вменяться в вину. Новейшие
исследования, в особенности произведенные французскими психиатрами,
выяснили, что подобные тяжелые формы Н. идей преимущественно свойственны
вырожденным субъектам с неуравновешенной нервной системой и различными
физическими признаками антропологической дегенерации. Кроме того, вообще
всевозможные виды Н. идей встречаются наравне с бредовыми идеями и
обманами чувств в различных формах помешательства.
П. Розенбах.
Нагасаки - окружной город в Японии, в глубине обширной и глубокой
бухты, на зап. берегу о-ва Кюсю. До 63000 жит. По оборотам своей внешней
торговли он занимает в Японии третье место, но вследствие отсутствия
хороших дорог его торговля с внутренними частями острова ничтожна.
Небольшая горсть португальцев, случайно попавшая сюда в 1570 г., сумела
оценить все выгоды этого порта и вскоре добилась его открытия для
европейцев, которым даже предоставлено было право основать поселение на
близлежащем о-ве Десима. Семь лет спустя португальцы были изгнаны из Н.;
их место заняли вскоре голландцы, учредившие здесь консульство. Вслед за
голландцами явились сюда китайцы, так что уже в начале XVII в. в Н.
образовалась значительная колония иностранцев. Из Н. новые идеи,
технические знания, наука (в особенности, медицина), занесенные сюда
европейцами, распространялись по всей Японии. В настоящее время Н.,
особенно зимой, часто посещается русскими военными судами; русский язык
здесь очень распространен, а еще более - в д. Инаса, против Н., где
находится русский морской госпиталь.
Ввоз иностранных товаров в Н. в 1894 г. достиг 5 413748 иен, что
составило 1/21 часть общего ввоза в Японию. Увеличение его вызывается
отчасти развитием хлопчатобумажного производства, вызвавшего усиленный
ввоз хлопка и машин, а, главным образом, неурожаями, потребовавшими
усиленного ввоза хлеба. Хлопок ввозится не для Н. и ближайших
окрестностей, а идет далее, в порты внутреннего моря и др. места, где
быстро развивается хлопчатобумажная промышленность. Туда же отправлены и
прядильные машины, которых в 1894 г. ввезено в Н. на 270000 иен. Ввоз
иностранной, преимущественно английской, хлопчатобумажной мануфактуры
падает. Привоз в Н. русского керосина увеличивается (с 1871 иeнa в 1888
г. до 121 844 иена в 1894 г.).
Вывоз товаров из Н. за последние три года постепенно понижался,
отчасти потому, что Н. постепенно утрачивал значение единственного
вывозного пункта всего о-ва Kюсю, а, отчасти, вследствие сокращения
отпуска каменного угля (с 2296178 иен в 1888 г. до 1262145 иен в 1894
г.). Общая ценность вывоза из Н. за 1894 г. - 3558711 иен. Другие статьи
вывоза из Н. в 1894 г.: хлеб и провизия - на 1343472 иена, каракатица -
на 865000 иен, сушеные устрицы - на 91000 иен, акульи плавники - на
48500 иен, трепанги - на 60000 иен. Вывоз камфоры вследствие истребления
камфорных лесов быстро падает (вместо 238570 иен в 1890 г. - 1654 иена в
1894 г.). Фарфоровой глины вывозится в среднем на 61 тыс. иен ежегодно,
строевого и поделочного леса - на 75 тыс. иен, грибов и хлопчатобумажных
изделий - на 100 тыс. иен, древесного угля - на 65000 иен.
Г. Грум-Гржимайло.
Нагорья (плоскогорья, плато) - так называются части земной
поверхности, ровные или холмистые, поднятые на довольно значительную
высоту н. ур. м. По устройству поверхности Н. не отличаются от равнин и
невысоких холмистых стран; единственное различие - высота н. ур. м.
Резких границ нет, и на земном шаре встречаются более или менее ровные
пространства от нескольких метров ниже уровня моря до свыше пяти тысяч
н. ур. м. Поэтому границу между равнинами и нагорьями можно принять ту
или другую; обыкновенно принято считать в круглых цифрах, что нагорья
начинаются от 1000 рус. фт. или 300 м н. ур. м. Самые обширные Н.
находятся на Азиатском материке; все пространство его от Алтая на С. до
Гималаев на Ю., от Памира на З. до собственного Китая на В. - огромные
Н. с несколькими нагроможденными хребтами гор, если не считать двух
очень незначительных котловин. Это огромное Н., также как Иранское,
настолько обширно и высоко, что несмотря на обширные равнины, особенно
Западно-Сибирскую и Туранскую, средняя высота Азиатского материка
превосходить 950 м. Южная часть этого высокого поднятия заключает два
самые высокие Н. земного шара: Тибетское и Памирское, местами выше 5
тыс. м. Напротив, средняя часть сплошного поднятия - Н. восточного
Туркестана - сравнительно невысока, по большей части ниже 1000 м, а на
небольшом пространстве на С.-В. котловина Люк-Чун опускается даже ниже
уровня моря. На Южно-Американском материке Н. Южного Перу и Боливии
поднимается почти так же высоко, как Тибетское, но гораздо менее
обширно. В Северной Америке также находятся обширные Н. в западной и
южной части материка, но они далеко не так высоки, как Тибетское. В
Африке находятся обширные Н., особенно в южной части материка. Всего
беднее ими материки Европейский и Австралийский. Некоторые Н. со всех
сторон окружены горами, другие лишь с двух или трех сторон, а с одной
или двух спускаются террасами к равнинам или берегу моря; наконец, Н. к
В. от Скалистых гор совершенно незаметно спускаются к равнине у берегов
Миссисипи и Мексиканского залива. Вследствие очень большого различия
высоты Н., а также и широты их, понятно, что климат их очень различный в
том, что касается температуры. В общем, конечно, она убывает и высотой,
как и в горных странах, но далеко не в одинаковом размере: в тропиках
убывание вообще медленнее на Н., чем в горных странах, так что
температура Н. на той же высоте н. ур. м. оказывается значительно выше,
чем в горных странах; в средних широтах замечается в этом отношении
большое различие между летом и зимой: летом убывание медленно и Н.
гораздо теплее горных стран на той же высоте н. ур. м.; зимой, наоборот,
- они холоднее. Иначе сказать, Н. имеют более материковый климат, чем
горные страны. Еще большие крайности относительно встречаются в суточном
ходе температуры: колебания (амплитуды) на Памире и в Тибете не меньше,
чем в Сахаре. Относительно распределения осадков (дождя и снега) можно
заметить, что большинство Н. относится к странам сухим, бедным осадками.
Впрочем, во многих местностях, где Н. разной высоты находятся близко
одно от другого, более высокое имеет климат более влажный, чем более
низкое. Лучшие примеры этого - Армянское Н., где нижний уступ, около
Эривани, гораздо суше верхнего около Карса и Александрополя. Тоже самое
отношение встречается на Н. Северной Монголии и Юго-Восточного
Забайкалья. Из очень высоких Н. самое сухое, несомненно, Аттакама в Сев.
Чили.
Нагоя или Овари. Н. - значительный гор. в Японии, на берегу зал.
Овари, на южн. берегу главного о-ва Ниппона или Хонсю. Прежняя столица
даимио (удельного князя); замок его обращен в казарму. Обширный
буддийский храм Хонгванши; значительная торговля, особенно фарфором;
производство вееров, эмалевых и других изделий; 170 тыс. жит. Железные
дороги связывают Н. с Toкиo, Kиoто и Осакой.
Надзор полицейский - имеет троякое значение: карательной меры,
определяемой по приговору суда, меры административной и меры пресечения
способов уклоняться от следствия и суда. Цель полицейского Н. как меры
карательной - предупреждение совершения преступных деяний со стороны
лица, уже наказанного. Поэтому в уголовных кодексах Н. обыкновенно
придается характер не самостоятельной, а дополнительной кары,
составляющей последствие некоторых наказаний. Иногда в литературе
полицейский надзор ставится в связь с институтом патронатства, но
большинство криминалистов эту связь отвергает по несоответствию
полицейской деятельности задачам патронатства. Элементы надзора: а)
ограничение в свободном выборе места жительства, выражающееся или в
воспрещении поднадзорному жительствовать в определенных местах (напр., в
столицах, больших городах и т. п.), или в назначении ему правительством
определенного места для жительства; во втором случае Н. составляет род
ссылки, и б) ограничение права передвижения из выбранной поднадзорным
или назначенной ему местности. Германское законодательство в состав
полицейского надзора вносит еще предоставление полиции права делать у
поднадзорных обыски и выемки, не стесняясь условиями, установленными по
отношению к другим гражданам. Еще основной элемент Н. - срочность. По
действующему русскому праву полицейский надзор, как карательная мера,
отнесен к дополнительным наказаниям (ст. 58 Уложения) и осуществляется в
двоякой форме: Н. полиции и Н. общества, к которому приписан виновный.
Полицейский Н. назначается или пожизненно - для сосланных на житье в
Сибирь или в отдаленные, кроме сибирских, губернии, или на срок от 1 до
4 лет - для подвергнутых заключению в исправительных арестантских
отделениях, в крепости или в тюрьме, с лишением особых прав. В некоторых
случаях уложение назначает полицейский Н. независимо от тяжести
понесенного наказания, иногда на срок до 5 лет, иногда бессрочно (напр.,
за принадлежность к противозаконному сообществу). Проект уголовного
Уложения 1895 г. надзор обществ отвергает вовсе, как меру совершенно
нецелесообразную, по отсутствию у обществ фактической возможности
осуществлять ее; существование Н. обществ, создавшегося на почве
крепостного права и круговой поруки, тесно связано, притом с правом
обществ не принимать в свою среду отбывших наказание лиц, которые, в
таком случае, подлежат ссылке в Сибирь на водворение, т.е. с мерой,
отжившей свое время, крайне несправедливой и решительно отвергнутой
проектом. Н. полиции допускается исключительно срочный и составляет
обязательное последствие каторги, поселения и исправительного дома на
срок от 2 до 5 лет; в некоторых случаях он назначается и отбывшим
заключение в тюрьме, на срок от 1 до 2 лет; для иностранцев Н. полиции
может быть заменяем высылкой за границу на время, соответствующее срокам
Н. Отданному под Н. проект воспрещает жительствовать и пребывать в
указанных особым законом местах и оставлять избранное или назначенное
место жительства до истечения полугода по водворению; после этого срока
ему дозволяется переменять место жительства, но лишь с ведома местной
полиции. Как мера административная, полицейский Н., по действующему
закону, существует в двоякой форме: гласный и негласный. Порядок
назначения и существо негласного Н. в уставе о предупреждении и
пресечении преступлений не определены. Правила гласного Н., учреждаемого
по распоряжению административных властей, определены с полной
подробностью положением 1882 г., вошедшим во второе приложение к ст. 1
(прим. 2) названного устава. Цель Н. - предупреждение преступлений
против существующего госуд. порядка; но так как Высоч. повелением 7-го
декабря 1895 г. правила высылки административным порядком
распространены, "в виде временной меры", на всех вообще лиц,
"признаваемых вредными для общественного спокойствия вследствие
порочного их поведения", а по ст. 2 положения все водворенные в
определенную местность административным порядком в силу самого
водворения поступают под Н. полиции, то сфера действий Н. значительно
распространена. Высылка и Н. назначаются особым совещанием, под
председательством товарища министра внутренних дел, из двух членов от
того же министерства и двух от министерства юстиции, на срок от 1 года
до 5 лет. Тем же порядком Н. может быть назначаем и без высылки. От
отданного под надзор полиции отбираются документы о звании и вид на
жительство, с заменой их особым свидетельством. Временные отлучки
дозволяются лишь по особо уважительным причинам, притом на известный
срок и в точно определенную местность. Поднадзорный обязан являться в
полицию по первому требованию; местная полицейская власть имеет право
входить в его квартиру во всякое время, а равно производить у него
обыски и выемки. Поднадзорные не могут состоять на государственной или
общественной службе, быть опекунами и попечителями без разрешения
министра внутренних дел, быть учредителями, председателями и членами в
частных обществах и компаниях. Им воспрещается всякого рода
педагогическая и публичная деятельность, содержание типографий,
литографий, фотографий и библиотек и служба при них, торговля
произведениями тиснения и питьями. Министру внутренних дел
предоставляется в каждом отдельном случае воспрещать поднадзорному
непосредственное получение частной почтовой и телеграфной
корреспонденции. Неимеющие собственных средств существования получают от
казны пособие. Как мера пресечения способов уклоняться от следствия,
отдача под особый Н. полиции упомянута в п. 2 ст. 416 уст. угол.
судопр.; в чем состоит сущность этого рода Н. и с какими ограничениями
он связан - в Уставе не определено.
Надир-шах (первоначально Надир-Кулы и Тахмасп-Кулы) - известный
завоеватель. Род. в 1688 г. в Хорасане. Отец его, принадлежавший к
тюркскому племени афшаров, занимался шитьем бараньих кожухов. Два раза
Н. делался атаманом разбойничьей шайки. В 1726 г., когда у него была
шайка в 3000 чел., он испросил прощения у законного шаха Персии Тахмаспа
II, предлагая свою помощь для изгнания из Персии афганцев, считавшихся
непобедимыми. Он убил своего дядю, начальника крепости Келат,
присоединил келатское войско к своему и в течение двух лет (1729 - 30)
положил конец жестокому семилетнему афганскому игу. Тахмасп, опасаясь
усиления Н., приказал было ему прекратить военные действия, но Н.
подступил к резиденции шаха и принудил его предоставить Н. огромную
власть в государстве. Тахмасп отдал ему четыре лучших области: Хорасан,
Мазендеран, Сеистан и Керман; Н. велел вычеканить для Хорасана монету со
своим собственным именем. Едва дав отдохнуть своему войску, Надир-шах
двинулся на С.-З., против турок, в руках которых находились до этого
времени весь Азербайджан и лучшая часть Ирака. Н. победоносно дошел до
Армении, но в войну вмешался сам Тахмасп и своими неумелыми действиями
не только потерял все приобретения Н., но принужден был уступить туркам
еще добавочную часть Персии. Н. постарался вызвать всеобщее негодование
против унизительного договора с "презренными еретиками" (т.е.
суннитами), низверг Тахмаспа (1732), посадил на престол малолетнего
Аббаса III и объявил себя регентом.
Возобновившаяся война с турками сперва была неудачна, но затем Надир
собрал новое войско (1733) и продолжал войну с турками на Кавказе. По
миру 1735 г. Персия приобрела Армению и Грузию. Ребенок Аббас III в это
время умер или был умерщвлен. Н. предложил военным и гражданским
вельможам избрать шаха, и выбор, внешне свободный, пал на него (1736).
Воцарившись, Надир объявил государственной религией суннитство вместо
шиитства, так как имел в виду завоевать суннитские государства.
Присоединив к своему войску храбрых кочевых разбойников бахтияров, Н.
вторгнулся в Афганистан (1737). В течение года был взят Кандагар и
другие места; несколько афганских племен составили ядро войска Н.
Овладев Кабулом, Н. послал письмо в Дели к великому моголу,
Мохаммед-шаху, с просьбой не принимать в Индию афганских изгнанников.
Просьба не была уважена; Надир вступил в Индию (1738) и, быстро покорив
все на пути, разбил все войско вел. могола близ Дели (у Карпала). 8
марта 1739 г. Н. вступил в Дели; через три дня там произошло восстание,
и Н., ожесточившись, велел солдатам вырезывать всех жителей, а город
жечь; резня продолжалась от восхода солнца до полудня. Через несколько
дней блистательно была отпразднована свадьба сына Н. с дочерью вел.
могола. В мае Н. отправился назад в Персию, взяв все деньги и
драгоценности могола (в том числе знаменитый павлиний трон, сделанный из
драгоценных камней) и главных богачей Индии; с отдаленных провинций
Индии он велел взыскать в свою пользу подати и недоимки, а его хищные
сборщики вымогали у жителей, путем пыток, вчетверо и впятеро больше, чем
Н. назначил. По возвращении Н. простил жителям Персии налоги на будущие
три года. Усмирив восстание в новоприобретенной провинции Синд, он
отправился в Туркестан (1740). Бухарский хан Абуль-Фейз уступил Н. земли
до АмуДарьи и выдал свою дочь за его племянника; множество татар
завербовалось в войско Н. После сильного сопротивления разбит был
хивинский хан Ильберз и вместо него водворен Тагыр-хан (двоюродный брат
Абуль-Фейза). Зимой 1740 г. Н. озаботился о благоустройстве своей
любимой крепости Келат, свез туда свои драгоценности и думал вести в
этом неприступном месте спокойную жизнь, но сперва предпринял поход в
Дагестан против лезгинов. Поход оказался очень неудачным; вдобавок еще в
Мазендеране самого Н. едва не поразил подосланный убийца (1741). В Н.
развилась болезненная подозрительность: он увидел в этом покушении дело
своего старшего сына - Реза-Кулы, которого в 1743 г. ослепил. Раскаяние
и упреки совести довели Надира до умоисступления. Были казнены 50
вельмож, присутствовавших при ослеплении (по словам Н., они должны были,
видя намерение шаха, предложить свою жизнь для спасения очей
наследника), и с той поры началась эпоха беспрерывных зверств и казней.
Последовавшая трехлетняя война с турками из-за Басры, Багдада и Мосула
была удачна для Н., но внутри государства росла против него ненависть.
Шах сделался скрягой, стал выжимать из населения последние соки, взыскал
и прощенные трехлетние подати; в то же время он с особенной жестокостью
преследовал и повсюду казнил ревностных шиитов. Последовал ряд
восстаний, за которые сплошные казни постигали целые города; жители
укрывались в пустынях и пещерах. Наконец, когда Н. порешил истребить в
своем войске всех персиян, составился заговор, и Н. был убит одним из
военачальников - Салех-беем (1747). Новоизбранный шах Алий (племянник
Н.) для приобретения популярности объявил в манифесте, будто Н. убит по
его приказанию. См. Malcolm, "Hist. de Perse" (III, 49 - 165; на стр. 65
указаны источники для истории Н.).
А. Крымский.
Надпочечные железы (glandulae suprarenales), несмотря на свой
незначительный размер, играют, судя по новейшим исследованиям, весьма
важную роль в организме. Это необходимейшие органы для поддержания
жизни; они суть железы с так наз. внутренним отделением или секретом,
предназначенные для выработки особого продукта, который, беспрерывно
поступая из них в общий круг кровообращения, возбуждает к деятельности:
во 1) вазомоторные (сосудодвигательные) центры, поддерживающие сосуды в
известной степени постоянно длящегося сокращения (тонич. сокращения); во
2) центры блуждающего нерва, задерживающие сердцебиение и во все время
жизни беспрерывно умеряющие частоту сердцебиений; в 3) центры,
ускоряющие сердцебиения; в 4) центры дыхательные, обусловливающие
дыхательные движения и в 5) по всем вероятиям центры, поддерживающие
поперечно-полосатые мышцы тела в известном состоянии тонического
возбуждения. Удаление Н. желез или их заболевание влечет за собою
главный комплекс болезненных симптомов, характеризующих Аддисонову
болезнь: страшную физическую слабость и утомляемость, частый слабый
пульс и слабость дыхательных движений. Бронзовая окраска кожи не
является необходимым атрибутом Аддисоновой болезни. После выяснения
важности Н. желез как органов, вырабатывающих необходимые естественные
химические стимулы для органов кровообращения, дыхания и мышечной
системы, сухой остаток вытяжки их под названием "супрареналина" уже
вошел в ряд целебных средств, располагаемых органотерапией.
Надсон (Семен Яковлевич) - известный поэт, род. в СПб. 14 декабря
1862 г.; по отцу еврейского происхождения, мать - из русской дворянской
семьи Мамонтовых. Отец - чиновник, человек даровитый и очень
музыкальный, ум. от психического расстройства, когда Н. было 2 года.
Оставшаяся без всяких средств с двумя детьми вдова его сначала жила
экономкой и гувернанткой в Киеве, потом вышла вторично замуж. Этот брак
был крайне несчастлив. В памяти поэта осталось неизгладимое впечатление
от тяжелых семейных сцен, закончившихся самоубийством отчима, после чего
мать Н., вместе с детьми, поселилась в СПб. у брата, но вскоре умерла.
Оставшийся на попечении дяди, с которым мало ладил, Н. в 1872 г. был
отдан пансионером во 2-ю военную гимназию (теперь 2 кадетский корп.),
где окончил курс в 1879 г. Поступив в Павловское военное училище, он
простудился на учении. Врачи констатировали начало чахотки, и его на
казенный счет отправили в Тифлис, где он провел год. В 1882 г. Н.
выпущен подпоручиком в Каспийский полк, расположенный в Кронштадте. Это
был лучший период его жизни, когда он впервые почувствовал некоторое
довольство и отразил свое светлое настроение в одном из немногих, не
отравленных тяжелым раздумьем, стихотворений:
Сбылося все, о чем за школьными стенами
Мечтал я юношей, в грядущее смотря. Быстро растущая литературная
известность, живой нрав, остроумный разговор, доброе сердце - все это
располагало товарищей и знакомых к Н.; его баловали и окружали всякого
рода заботами и попечениями. Военная служба, тем не менее, очень
тяготила Н., и он при первой возможности вышел в отставку (1884).
Несколько месяцев он был секретарем редакции "Недели", но вскоре болезнь
груди приняла такой печальный оборот, что друзья поэта, при помощи
литературного фонда, отправили его сначала в Висбаден, а потом в Ниццу.
Ни теплый климат, ни две мучительные операции туберкулезной фистулы
ноги, которые ему сделали в Берне, не привели ни к чему, и летом 1885 г.
друзья решили отвезти его назад в Россию. Медленно угасая, прожил Н. еще
около 11/2 лет сначала в Подольской губ., затем под Киевом и, наконец, в
Ялте, где ум. 19 января 1887 г. Много видел он хорошего за это время:
популярность его все росла, вышедшее в 1885 г. собрание стихотворений
быстро разошлось, потребовалось второе и третье, акад. наук присудила
ему Пушкинскую премию, иллюстрированные издания помещали его портреты,
он получал множество сочувственных писем. Когда он в Киеве устроил вечер
в пользу литературного фонда, его встретили бурной овацией, а после
чтения вынесли на руках. Живя под Киевом и ища заработка, чтобы не
нуждаться в помощи друзей и литературного фонда, Н. стал писать
литературные фельетоны в киевской газете "Заря". Это вовлекло его в
полемику с критиком "Нового Времени" В.П. Бурениным, который в
прозрачных намеках взвез на Н. обвинение в том, что болезнь его
притворная и служит для него только предлогом вымаливать пособия.
Умирающий поэт, глубоко пораженный тяжким, незаслуженным обвинением,
собирался ехать в СПб. и устроить суд чести, но не был допущен к тому
друзьями. Через некоторое время нападки возобновились с новой силой;
последний, направленный против Н. фельетон "Нового Времени", пришел в
Ялту уже после его смерти. Его тело было перевезено в СПб. и похоронено
на Волковом кладбище. Через несколько лет, на собранные по подписке
деньги, над могилой Н. поставлен памятник. Н. начал писать очень рано;
уже в 1878 г. одно его стихотворение было напечатано в "Свете" Н.П.
Вагнера; затем он помещал стихи в "Слове", "Устоях", "Мысли". В 1882 г.
с ним пожелал познакомиться А.Н. Плещеев. Н. считал его своим
литературным крестным отцом - и, действительно, Плещеев чрезвычайно
тепло отнесся к дебютанту и открыл ему дорогу в "Отеч. Зап.". Помещенные
здесь три стихотворения Н. сразу обратили на него всеобщее внимание и
возбудили большие надежды. С тех пор успех его стихотворений в публике
все возрастал и интерес к ним не ослабевает до сих пор. В течение 10 лет
собрание стихотворений Н. выдержало 14 изд. и разошлось в количестве
свыше 50 тыс. экземпляров. Право собственности на них, по завещанию Н.,
принадлежит литературному фонду, которому он, таким образом, сторицей
заплатил за поддержку. Образованный путем продажи стихотворений Н.
"надсоновский капитал" фонда составляет в настоящее время около 50 000
руб. Небывалый успех Н., равного которому нет в истории русской поэзии
(в таком количестве до истечения срока литературной собственности не
расходились ни Пушкин, ни Лермонтов, ни Кольцов, ни Некрасов), многие
приписывали сначала сочувствию к несчастной судьбе безвременно погибшего
поэта и как бы протесту против клеветы, отравившей ему последние дни
жизни. Прошел, однако, ряд лет, невзгоды забыты, а успех стихотворений
Н. остается прежним. Нужно, значит, искать его объяснение в самих стихах
Н., тем более, что авторитетная критика мало занималась ими, относясь к
Н., большей частью, как к поэту второстепенному. В Н. отразилось то
переходное настроение, которым характеризуется и деятельность лучшего
представителя литературного поколения конца 70-х и начала 80-х годов -
Гаршина. Н. - олицетворение Рябинина в известном рассказе Гаршина:
"Художники". Подобно Рябинину, он восклицает: "Но молчать, когда вокруг
звучат рыданья и когда так жадно рвешься их унять, под грозой борьбы и
пред лицом страданья... Брат, я не хочу, я не могу молчать". Было время,
когда "поэзия несла с собою неведомые чувства, гармонию небес и
преданность мечте, и был закон ее - искусство для искусства и был завет
ее - служенье красоте". Но "с первых же шагов с чела ее сорвали и
растоптали в прах роскошные цветы - и темным облаком сомнений и печали
покрылись девственно-прекрасные черты". Однако, отказавшись от поэзии
наслаждения и безмятежного созерцания, Н., подобно тому же гаршинскому
Рябинину, не нашел своего назначения и в борьбе со злом. Он сам очень
хорошо это сознает: "И посреди бойцов я не боец суровый, а только
стонущий, усталый инвалид, смотрящий с завистью на их венец терновый".
Далеко не соответствует, поэтому, ансамблю поэтической деятельности Н.
представление о нем как о поэте "гражданском" по преимуществу.
"Гражданское" настроение Н., как и все вообще его настроения, было
глубоко искренно, но оно только часть его творческих порывов и является
как бы долгом совести, исполнением того, что он считал нравственной
обязанностью каждого любящего родину человека и гражданина. По чисто
литературным качествам своего таланта он тяготел к лирическим порывам,
чуждым тенденции. Это видно и из многих мест его критических заметок и
из преобладающего характера стихотворений, которые он оставлял в своем
портфеле и которые напечатаны только после его смерти, и из того, что
особенно хороши в художественном отношении те стихотворения, в которых
он больше поэт, чем гражданин: "На кладбище", "В глуши", прелестный
"Отрывок из письма к М.В. Ватсон", грациозная пьеска "Закралась в угол
мой тайком", "Сбылося все", "Снова лунная ночь", "Я пригляделся к ней",
"Нет, муза, не зови", "Весной", "Умерла моя муза" (последнее
стихотворение - одна из трогательнейших пьес русской поэзии, достойная
стать рядом с стихотворением Никитина "Вырыта заступом яма глубокая").
Уже в одном из ранних своих стихотворений, "Поэт", Н. одновременно
поклоняется двум идеалам поэзии - гражданскому и чисто художественному.
В позднейших стихотворениях, рядом с призывом к борьбе, в его душе идет
"мучительный спор" с сомнением в необходимости борьбы ("Чуть останусь
один"); рядом с верой в конечное торжество добра ("Друг мой, брат мой",
"Весенняя сказка") слагается горький вывод, "что в борьбе и смуте
мирозданья цель одна - покой небытия" ("Грядущее"), царит "мгла
безнадежности в измученной груди" ("Завеса сброшена") и крепнет сознание
ничтожества усилий "пред льющейся века страдальческою кровью, пред
вечным злом людским и вечною враждой" ("Я не щадил себя"). Наконец,
иногда в душе поэта возникает коллизия с стремлением к личному счастью.
В одном из популярнейших своих стихотворений Н. с удивительной
искренностью рассказал, как он "вчера еще рад был отречься от счастья" -
но "сегодня весна, вся в цветах, и в его заглянула окно" и "безумно,
мучительно хочется счастья, женской ласки, и слез, и любви без конца".
Однако в этом отсутствии у Н. прямолинейности нет ничего общего с
неустойчивостью; его колебания, как и у Гаршина, объединены общим
гуманным настроением, не холодным и надуманным, а глубоко органическим.
Идеал Н. - Христос: "Мой Бог - Бог страждущих, Бог, обагренный кровью,
Богчеловек и брат с небесною душой, и пред страданием и чистою любовью
склоняюсь я с моей горячею мольбою". Определение своей поэзии сам Н. дал
в стихотворении "Грезы": "Я плачу с плачущим, со страждущим страдаю и
утомленному я руку подаю". В этих словах заключается и определение
места, занимаемого Н. в истории русской поэзии. Родная дочь музы
Некрасова, муза Н., имеет свои индивидуальные черты, которые и дороги
нервному, надломленному поколению последних лет. Она более склонна к
жалобам, чем к протесту, но зато и менее сурова. Не принадлежа к сильным
и ярким художникам, Н. обладает, тем не менее, серьезными поэтическими
достоинствами. У него очень музыкальный, иногда образный стих,
замечательно задушевный тон, а главное - он владеет большой сжатостью.
Любимым изречением его было правило: "Чтобы словам было тесно, мыслям
просторно". Ему удалось создать несколько очень метких поэтических
формул, врезавшихся в память. Стихи - "Как мало прожито, как много
пережито", "Пусть арфа сломана - аккорд еще рыдает", "Облетели цветы,
догорели огни" - стали крылатыми и вошли в обиход речи. К сильным
сторонам Н. следует также причислить полное отсутствие искусственной
приподнятости и риторичности. Поэзия Н. ясна и доступна каждому среднему
читателю - и может быть в этом даже главная тайна ее успеха. Критические
опыты Н., собранные в книжке "Литерат. очерки" (СПб., 1888), не
представляют ничего выдающегося. Ср. биографию Н. при стихотворениях
(составлена М.В. Ватсон); Арсеньев, "Критические этюды"; ст. Н.К.
Михайловского в "Северном Вестнике" (1887), Ор. Миллера в "Русской
Старине" (1888); "Сборник статей, посвященных памяти Н." (СПб., 1887);
брошюру Н.А. Котляревского (М., 1890); книжку проф. Царевского (Казань,
1890).
С. Венгеров.
Налим, в Южной и отчасти Средней России также мень, менек и т.д.
(Lota vulgaris Cuv.) - единственный представитель особого рода тресковых
рыб. Тело удлиненное, цилиндрическое, с очень мелкими чешуйками в мягкой
слизистой коже; голова широкая, приплюснутая; нижняя челюсть едва короче
верхней; на подбородке усик, у передних носовых отверстий по маленькому
усику; мелкие щетковидные зубы сидят на челюстных костях и сошнике;
спинных плавников 2, из них передний короток, задний очень длинен;
заднепроходный также очень длинен, хвостовой округленный. Спина и бока
от серовато-зеленого или оливково-зеленого с черно-бурыми пятнами до
черного цвета, горло и брюхо беловатые. Самые крупные налимы (в Печоре,
Оби и Иртыше) достигают более 2 м в длину; очень крупны Н. также в
Зауральских озерах (до 16 - 32 кг) и в Онежском озере; в Зап. Европе и
зап. и южной части Европейской России Н. гораздо меньше (обыкновенно 30
- 50 см). Н. - единственный пресноводный представитель тресковых рыб. Он
водится в Сев. и Средней Европе до Восточной Франции, Сибири, Средней
Азии, Сев. Америке; в Европейской России он редок в нижнем течении рек
Черноморского и Каспийского бассейна. Н. держится преимущественно в
холодной воде на дне, питается рыбой, различными другими мелкими
животными, рыбьей икрой, очень прожорлив. На днн он прячется в ямах,
норах, под камнями и т. д., становится подвижным ночью в холодную и
пасмурную погоду. Летом Н. ест мало, но с наступлением осени он
становится подвижные, оставляет дно и делается крайне прожорливым. Для
метания икры Н. поднимаются вверх по рекам и мечут икру в неглубоких
местах с песчаным или гравиевым дном и быстрым течением; лишь немногие
Н. остаются в озерах и для метания икры выходят на более мелкие места.
Ход Н. начинается в Средней России в первой половине или в середине
декабря (стар. стиля), на С. на 1 - 2 недели позднее, на Ю. раньше, но
всегда после замерзания. Ход каждой стаи длится недели 2; молодь выходит
из икры перед вскрытием рек или в половодье. Икра мелкая (0,8 - 1 мм в
диаметре); число икринок весьма велико (от 200 000 до 1 миллиона у
крупных Н.). Половая зрелость наступает на 3-м (по другим, на 4-м) году.
Есть указания, будто бы у Н. существует нечто в роде совокупления,
причем обе особи плотно прилегают друг к другу брюшной стороной. Число
самцов значительно больше, чем самок (по Собанееву, в 2 - 3 раза). Мясо
Н. местами считается очень вкусным, в других странах мало ценится;
печень считается лакомством. Буряты и другие народы употребляют налимьи
кожи для приготовления одежды, а также вместо оконных стекол. Лов Н.
производится главным образом осенью, зимой и весной. Летом Н. плохо
клюют, ловят их в это время местами просто руками в то время, когда они
в жару неподвижно стоят в затененных местах у берегов. Главная ловля Н.
на удочку, опускаемую до дна, подпуски, т.е. удочки с большим числом
крючков, подледники - удочки с многими крючками, опускаемые сквозь
проруби; при этом наживкой служат черви, рыба, куски рыбы и т.п.;
применяется также лов на различного рода крючки, опускаемые на дно без
наживки, за которые зацепляются Н. своим мягким телом; переметы, также
вершами и сетями (мало); в первое время после замерзания рек, пока лед
еще не очень толст и не засыпан снегом, Н. глушат, ударяя колотушкой по
льду в тех местах, где рыба неподвижно стоит подо льдом; осенью Н. также
лучат, т.е. бьют ночью с огнем острогою.
Нальчик - с. Терской области, местопребывание управления Нальчикского
округа, на горной речке Нальчик, в 50 в. от ст. Прохладной
Владикавказской жел. дороги. В 1817 - 20 г. тут было устроено
укрепление. Православная церковь и синагога. 3классное училище (учащихся
115, из них 46 горцев) с пансионом; преподается садоводство и
огородничество. Училища мужское (50 учен.) и женское (50 учен.).
Благотворительное общество (с 1881 г.) содержит бесплатную женскую
школу. 2 врача, 4 фельдшера, 2 повив. бабки. Торгово-промышленных зав.
46. Замечательно здоровый климат. Вблизи минеральные ключи. У начальника
округа, Д.А. Вырубова, хорошее собрание старинного оружия и разных
археологических предметов, найденных в округе. К 1 января 1896 г. 3397
жит. (1786 мжч. и 1611 жнщ.). Дворян 14, духовного сословия 27, купцов
4, мещан 262, военного сословия 118, крестьян 196, посел. туземцев 2732,
проч. сословий 44. Православных 568, раскольников 125, католиков 34,
протестантов 82, евреев 48, магометан-суннитов 2477, проч. исповеданий
63.
Нальчикский округ - составляет юго-западную часть Терской области,
граничащую с Кубанской областью, Пятигорским и Владикавказским округами
Терской области и Кутаисской губ. От Кубанской области он отделяется
Эльбрусом и его отрогами, а от Кутаисской губ. Главным Кавказским
хребтом. Почти весь Н. округ представляет крайне гористую местность,
пересеченную высокими хребтами и глубокими ущельями, направляющимися с
Ю.-З. к С.-В. Особенно гориста южная часть его, ближайшая к Главному
хребту, гребень которого в этой части везде покрыт вечными снегами и
достигает большей высоты, чем на всем остальном своем протяжении. Здесь
же находятся высочайшие пики всего Кавказа: Эльбрус (18 470 фт.),
Дых-тау (17 054 фт.), Шхара (17 038 фт.), Коштан-тау (16 881 фт.),
Джангы-тау (16 657 фт.), Катын-тау (16 296 фт.) и некоторые другие,
своей высотой превосходящие Монблан. Они расположены частью в Главном
Кавказском хребте; частью в его отрогах (Эльбрус, Дых-тау, Коштан-тау).
С этих гор спускаются величайшие ледники Кавказа: Бизинги (длина 17 в.)
и Дых-су (длина около 15 в.); кроме того, очень большие ледники Адыл,
Агштан, Азау и несколько десятков ледников средних и небольших размеров.
Они питают необыкновенно быстрые и многоводные реки, каковы Малка,
Баксан, Чегем, Хуламский и Балкарский Черек и т.д. Здешние реки Адыл,
Дых-су и Хуламский Черек (вытекают из ледника Бизинги) принадлежат к
самым быстрым на всем Северном Кавказе. Ущелья, по которым они мчатся,
глубоки, скалисты, обрывисты и красивы (ущелья Баксана). Из перевалов,
ведущих в Закавказский край, замечательны: Юсенги, Донгус-орун (оба с
верховьев Баксана в Сванетию), Ширивцик (из Балкарии в Сванетию) и
Гезевцик (из Балкарии к верховьям Риона). Все они очень высоки и
доступны лишь в летнее время. Только северовосточная часть Н. округа, в
низовьях Малки, Баксана, Чегема и Урвана, образующегося от слияния
Хуламского и Балкарского Черека, представляет более или менее низкую
равнину, прорезанную бесчисленными рукавами названных рек. Многие места
ее служат рассадниками лихорадок. Наоборот, вся горная полоса
Нальчикского окр. имеет хороший, здоровый климат. На высоте более 5000
фт. над ур. м. здесь находятся еще аулы горцев. Почва округа очень
разнообразна. В горах, в особенности в самых верхних частях долин и
ущелий, она сильно каменистая, в предгорьях и нижнем поясе гор
преобладают глинистые почвы, а в низовьях рек нередко встречаются и
черноземные. Значительная часть предгорий и нижнего пояса покрыта здесь
лесами, состоящими из бука, клена, дуба, ясеня, ольхи, осины и т.д.
Посредине лесного пояса гор бук образует почти сплошные насаждения,
простирающиеся на десятки верст; выше бука растет береза, рябина, сосна,
можжевельник и рододендроны. Рядом с последними - тучные горные луга. Из
плодовых деревьев и кустарников в диком состоянии в Н. округе растут
яблони, груши, алыча, шишки (Mespilus germanica), виноград, малина,
смородина и т.д, Горы Н. округа богаты и дичью. Здесь довольно часто
встречаются туры (Capra caucasica Guld), серны, олени, дикие козы,
свиньи, медведи, лисицы, волки, куницы, выдры и некоторые другие звери.
Горы Н. округа состоят из разнообразных горных пород: гранита, гнейса,
черно-серого аспидного сланца и друг. На Эльбрусе преобладают
вулканические породы: трахиты, порфиры и разных видов и возрастов лавы.
В предгорьях в большом количестве выступают известняки юрской и меловой
формаций.
Я. Динник.
Намаз - мусульманская повседневная молитва, состоящая из определенных
формул и соответствующих обстоятельствам сур корана. Она сопровождается
определенными, чередующимися телодвижениями, напр., преклонением,
падением ниц, приложением рук к ушам, глядением назад через плечи и т.
п. Каждый отдельный цикл формул и телодвижений называется "ракат"
(круг); каждая молитва должна состоять не менее, чем из двух ракатов.
Сунниты совершают молитву 5 раз в сутки; шииты же лишь 3 раза: утром, в
полдень и вечером. См. А. Мюллер, "История ислама" (СПб., 1895, т. 1,
стр. 216 - 219, с рис.), где сведения сообщены по Лэну ("Manuers and
customs of the modern Egyptians", Л., 1871). Лицом молящийся обращен к
кибле.
Наманган - уездн. город Ферганской обл., в 76 вер. от областного
центра, Нов. Маргелана, на сев. окраине Ферганской долины, на высоте
1470 фт. над ур. м., у южной подошвы передовых отрогов Чоткальского
хребта (Тянь-Шань). К 1 янв. 1896 г. 46180 жит. (22984 мжч. и 23199
жнщ.), из них 45 400 магометан-туземцев (сарты, каракиргизы и пр.);
православного русского населения всего 634 чел. Средняя температура года
около +13° (по Ц.): годовое количество осадков - 208 мм. Н. орошается
Янги-арыком, выведенным из р. Нарына. Значительный торговый центр,
наиболее крупный в лежащей к С. от Сырдарьи части Ферганской обл.;
важной отраслью промышленности является очистка хлопка от семян,
производимая на 10 хлопкоочистительных заводах, из которых 4 паровые,
остальные водяные; есть еще два салотопенных завода, с суммой оборота в
380 руб., 8 мыловаренных зав. - 4110 руб., 10 кожевенных - 3835 руб.,
один водочный - 30675 руб. (ок. 421500° виноградного спирта), 15
мукомолен - 3140 руб., 65 маслобоен - 980 руб., 3 толчеи - 9125 руб., 9
гончарных - 920 руб., 2 кирпичных - 876 р., 4 чугунноплав.
- 232 руб. 1 больница на 20 кроватей, 1 лечебница для туземных женщин
и детей, 1 местный лазарет, 1 прих. учил., 1 русско-туземная нач. школа
с вечерними курсами для взрослых, 68 магомет. школ. Городские доходы в
1895 г. 55478 руб., расходы 51 833 руб., в том числе на врачебную часть
10450 руб. и на народ. образование 2560 руб. Как и все среднеазиатские
города, Н. состоит из двух частей, русской и туземной, и не отличается
благоустройством. Н. занят русскими войсками 26 сент. 1875 г.
Наманганский уезд Ферганской обл. занимает сев.-зап. часть последней
и граничит на С. и С.-З. с Сырдарьинской областью. 15273,4 кв. в.
Площадь Н. у. в общем имеет вид четырехугольника ок. 240 вер. длиной и
ок. 70 вер. шириной, вытянутого с Ю.-З. на С.-В., между Сырдарьей и
Нарыном на Ю. и гребнем Чоткальского хребта на С. Таким образом, самые
возвышенные части Н. у. лежат на С.-З., на границе с Сырдарьинской обл.,
которая проходит по Чоткальскому хребту (Тянь-Шань), отдельные его
вершины поднимаются выше 12 - 13 тыс. фт.; через перевал Кендыр-даван
(5500 фт.) в зап. части хребта производится вьючное прямое сообщение
Ферганы с Ташкентом. Падающие и понижающиеся к Ю. контрфорсы и предгорья
названного хребта наполняют большую часть Н. у., южная треть которого
представляет сравнительно низменную (1200 - 2500 ф.), волнистую, местами
и ровную, местность. Низменная часть Н. у., протягиваясь широкой полосой
по правому берегу Сырдарьи и вдаваясь в виде заливов здесь и там в
предгорья, покрыта почти сплошь плодородной лессовой почвой и почти
всюду, где есть вода, возделана и густо населена. Реки, кроме Сырдарьи,
омывающей Н. у. с Ю. и Нарына, огибающего его на Ю.-В., ничтожны и
представляют в сущности небольшие ручьи и речки, стекающие с гор и почти
пересыхающие летом, из которых ни одна не доходит до Сыра. Климат Н. у.
весьма разнообразен; в южной, низменной части у. он сух и мягок, в
северной, возвышенной, более влажен и сравнительно суров; лето в более
низменных частях у. отличается продолжительностью, сильной жарой и
ничтожным количеством выпадающих осадков. Леса сосредоточены
исключительно в горной части у., где насаждения ели, пихты,
можжевельника, тополя, березы, грецкого ореха, яблони, груши и прочих
лиственных пород занимают до 11000 дес.; в низменных степных местах,
прилегающих к Сыру, растут степные кустарники. Общая площадь лесных
зарослей в у. приблизительно равняется 16000 дес. Население Н. у.,
слагающееся главным образом из сартов, каракиргизов и таджиков, состояло
к 1 янв. 1896 г. из 208940 душ (105212 мжч. и 103728 жнщ.), из которых
207543 приходится на кочевое и оседлое туземное население. Православных
252, раскольников 78, католиков 6, протестантов 4, евреев 44, магометан
208 435, проч. испов. 121. Главнейшее занятие жителей - земледелие,
которое в большинстве местностей ведется при помощи искусственного
орошения. Оросительные каналы выведены из р. Нарына (главный -
Янги-арык) и мелких речек, стекающих с гор. Часть земли (ок. 16000 дес.)
засевается под дождь (богарные посевы). Главнейшие культурные растения -
рис, джугара (Sorghum cernuum), пшеница, ячмень, просо, бобы и
хлопчатник, под которым до 20000 дес. (собир. до 350000 пд. хлопка, на
сумму до 21/3 млн. руб.). Плодовые насаждения (абрикосы, персики, груши,
сливы, яблони, фисташки и проч.), в том числе и виноградники, занимают
площадь в 2350 дес. Продукты бахчеводства, в особенности дыни, служат
существенным подспорьем в пище населения. Скотоводство, вследствие
горного характера большей части у., развито сравнительно слабо; в 1895
г. в Н. у., вместе с городом Наманганом, насчитывалось верблюдов 2000,
лошадей 47600, ослов 22300, рогатого скота 60000 гол., овец 269700, коз
215000. Слабо развитая фабрично-заводская промышленность имеет скорее
характер мелких ремесел или промыслов, так напр., сумма производства
1128 маслобоен равняется всего 118470 руб., а 660 мельниц - 151382 руб.
Довольно распространенная кустарная промышленность имеет предметом
обработку шерсти, хлопка, отчасти шелка, кож и проч., и производство из
них различных предметов для домашнего обихода.
Наместники - в древней Руси органы местного управления, явившиеся на
смену посадников. Первоначально Н. стал называться представитель князя
(бывший "на месте" князя) в Новгороде, когда в самом начале XIII в.
посадник новгородский из княжего мужа сделался, в полном смысле слова,
мужем новгородским. С XIV в. назначаемые князем органы местного
управления носят повсеместно наименование не посадников, а Н. и
волостелей. Н. назначались обыкновенно в города и их уезды, а волостели
- в волости и их уезды. Это, помимо прямых указаний источников,
доказывается и тем, что Н. обозначались, обыкновенно, по именам
значительных городов, служивших нередко местопребыванием князя (Н.
углицкие, pocтовские, муромские, московские, владимирские, суздальские и
т.п.), тогда как волостели, если и получали аналогичные обозначения, то
лишь по имени незначительных поселений, служивших административным
центром волости. Как города и волости, составляя подразделения
княжества, не зависели друг от друга, так и волостели были совершенно
независимы от Н.; но компетенция Н. была шире круга дел, который ведал
волостель. Так, Н. ведали местное военное управление, вследствие чего
именовались и "местными воеводами"; объясняется это тем, что Н. сидели в
городах, а последние составляли центры местной обороны. Н. и волостели
ведали дела благоустройства и суд гражданский и уголовный, но в
отношении к последнему существовало и различие между Н. и волостелем.
Н., как и волостели, назначались князем и сидели на кормлении.
Злоупотребления кормленщиков привели к постановлениям об участии в суде
Н. старост и других выборных людей из местных жителей В городах,
состоявших в нераздельном управлении нескольких князей, каждый из
соправителей назначал своего Н.
По числу соправителей такие Н. назывались иногда "третчиками"; если в
руках одного князя соединялось более одной трети города, его
представитель, в отличие от третчика, именовался просто Н. или "большим
Н.". При Н. (и волостелях) состояли помощники в лице тиунов, которым они
могли поручить отправление своей судебной власти, но только той, какую
имели Н. "без боярского суда" т.е. какой они могли пользоваться лишь под
условием доклада. Различие Н. с "боярским судом" и "без боярского суда"
основывается на различии привилегий той или другой области, дарованных
уставными грамотами. Верховная власть, беспрерывно предоставляя
духовенству, общинам и частным лицам привилегии на неподведомственность
Н., до того, наконец, сузила значение Н., что в начале XVII в. оказалось
необходимым заменить Н. воеводами. Н. в древней Руси назывались также
представители епископов, уполномоченные последними ведать церковный суд,
а иногда и управлять епархией. Ныне Н. называются в монастырях помощники
настоятелей.
Наместник или генерал-губернатор - по учреждению о губерниях 1775 г.
полагался в каждой губернии или наместничестве; но в виду того, что
власть Н. во многом совпадала с властью губернаторов, их стали назначать
по одному на две и даже на три губернии. Только Москва имела своего
особого Н. Наместник назначался Высочайшею властью. Он должен был
следить за строгим исполнением законов и обязанностей службы лицами, ему
подчиненными, и предавать виновных суду, но сам судить их не мог. Он
считался "ходатаем за пользу общую и государеву, заступником утесненных
и побудителем безгласных дел". Он был обязан побуждать суды к скорому
решению дел, а если находил решение несправедливым, то мог остановить
его исполнение, донеся об этом сенату или в делах, не терпящих
отлагательства, императрице. Решения судов по делам уголовным, влекущим
за собою отнятие жизни и чести, не могли быть приведены в исполнение без
ведома Н. В наместничестве, лежащем на границе, Н. обязан был принимать
меры предосторожности; в этом случае, равно как и при народных
волнениях, в распоряжение Н. предоставлялись войска. Ему же подчинялись
коменданты крепостей, гарнизонные и армейские полки. Приезжая в
С.-Петербург, Н. имел право заседать в сенате по делам своего ведомства.
Ему полагался конвой в 24 человека с подпоручиком и два адъютанта; сверх
того дворянство командировало к нему по одному из молодых дворян от
уезда, которых он отпускал по своему усмотрению.
В 1816 г. Сперанский составил проект учреждения наместничеств,
главные черты которого сводятся к следующему: всю империю разделить на
12 наместничеств, по 3, 4 или более губерний в каждом; главное
управление в каждом наместничестве поручить Н. и его совету, который "в
малом размере должен представлять комитет министров"; власть Н. должна
обнимать все части высшего управления, не только судебного, полицейского
и хозяйственного, но духовного и учебного: устройство губерний следует
оставить на прежнем основании, но в каждой губернии учредить губернский
совет по примеру наместнического. На этом проекте подробно
останавливается Калачов в своей рецензии на исследование Андреевского:
"О наместниках, воеводах и губернаторах" (XXIV, Присуждение демидовских
наград, СПб., 1866). На окраинах России звание Н. существовало в Царстве
польском, где оно в 1874 г. заменено званием генерал-губернатора, и на
Кавказе, где оно в 1883 г. заменено званием главноначальствующего
гражданской частью. Слово Н. соответствует нем. штатгальтер
(Statthalter); звание это носит в Германии лицо, стоящее во главе
управления Эльзас-Лотарингией, а в Австрии лицо, стоящее во главе
администрации каждого из 9 наместничеств.
Нанду, реа, американский страус (Rhea) - род птиц из отряда бегунов,
составляющий особое семейство Rheidae. Голова, за исключением уздечки и
окружности глаз и ушных отверстий, шея и бедра оперены; голова и шея
покрыты мелкими узкими перьями, остальное тело большими, широкими,
закругленными с рыхлой бородкой; придаточного стержня на перьях нет;
веки снабжены щетинистыми ресницами; клюв прямой, сверху сплюснутый, с
закругленным концом; овальные ноздри лежат на середине длины клюва в
кожистой ямке; крылья недоразвиты, с одной шпорой; маховых и рулевых
перьев нет; цевка длинная, покрыта большими поперечными роговыми щитками
или сетчатой кожей; пальцев три, при основами они соединены короткой
перепонкой и направлены вперед; из них средний самый длинный, внутренний
самый короткий; когти сжаты с боков, средней длины, закруглены на конце.
Три вида этого рода водятся в степях Южной Америки. Более обыкновенный и
распространенный вид (Rhea americana Lath.) водится в степях штатов
Лаплаты, от Боливии, Парагвая и Бразилии до Патагонии. Верхняя часть
головы и шеи и верхняя часть груди черного цвета, середина шеи
желтоватого, горло, щеки и бока верхней части шеи
светло-пепельно-серого, спина, крылья и бока груди буровато
пепельносерого, голые части головы мясного, клюв серо-бурого, ноги
серого; у самки перья груди и затылка светлее; длина самца 1,5 м., самки
1,3 м. Н. живет небольшими стадами, обыкновенно из самца и 5 - 7 самок;
каждая такая семья держится постоянно в определенном районе; по
окончании размножения семьи собираются иногда в значительные стада (в
несколько десятков штук). Н. превосходно бегает, в случае надобности
перепрыгивает без затруднения через рвы в 3 м шириной. Пища его состоит
из трав, семян, ягод и насекомых. Период размножения начинается в
октябре. Самец делает в земле плоскую ямку или пользуется готовой
выемкой в сухом месте, слегка выстилает ее травой, и самки кладут сюда
яйца, которые высиживаются одним самцом. Число яиц в гнезде обыкновенно
13 - 17, вообще же 7 - 23 и в редких случаях доходит, по словам
некоторых исследователей, до 50 и более. Яйца бывают различной величины,
от размеров гусиных до 13 см в длину; цвет их сначала желтовато-белый с
зеленовато-желтыми крапинками, но скоро они становятся чисто белыми.
Самец оставляет гнездо, чтобы поесть, иногда на несколько часов, что не
отзывается вредно на яйцах; вообще же он очень заботливо охраняет яйца и
птенцов. Последние выводятся в Ю. Америке в начале февраля, очень быстро
растут и уже через 2 недели достигают 60 см вышины. Через несколько
недель по выходе птенцов к семье присоединяются и самки. В апреле или
мае птенцы оперяются. Яйца Н. (и именно желток), мясо и жир
употребляются в пищу, но мясо старых птиц жестко. Кожа и перья
употребляются на некоторые мелкие поделки. Перья употребляются, кроме
того, для украшений и в довольно значительном количестве поступают в
продажу; в виду этого Н. быстро уменьшаются в числе и может быть будут
окончательно истреблены. Охотятся за Н. или на лошадях с собаками,
причем стараются отбить от стада одну из птиц и, нагнав, бросают в нее
шары на ремнях, или подкрадываются к ним ползком, стараются подманить
любопытных птиц, размахивая платком и т.п., и бьют их из ружей. Н. легко
приручаются и часто живут в Ю. Америке в полудомашнем состоянии,
правильно возвращаясь к вечеру домой. Они обыкновенны в зоологических
садах, легко выживают и размножаются. Два остальные вида: Rhea Darwinii,
живущий в Патагонии, отличается клювом короче головы, цевками вверху
оперенными и покрытыми не щитками, а сетчатой кожей, и белыми, а на
голове и шее буроватыми полосками на каждом пере; Rhea macrorhyncha
меньше, чем Rhea americana, имеет более длинный клюв, более тонкие
цевки, более короткие пальцы и более темную окраску. Водится в
Сев.-Вост. Бразилии.
Нансен (Фритьоф Nansen) - всемирно известный арктический
путешественник, род. 10 октября 1861 г. неподалеку от Христиании; он
также и биолог. Первый толчок к развитию в Н. страсти к исследованию
полярных областей дало первое четырехмесячное плавание его
двадцатилетним юношей по Ледовитому океану. В 1882 г. Н. отправился на
одном из судов тюленепромышленной компании в плавание среди льдов,
которое и имело решающее значение для направления всей его последующей
деятельности. По возвращении из плавания он отдался научным занятиям.
Приняв предложенное ему место консерватора бергенского музея, Н. сначала
работал под руководством проф. Даниельсена, потом самостоятельно;
работал также в Павии. Закончил он свою заграничную образовательную
поездку работой при неаполитанской зоологической станции. Первым
значительным трудом Н., вышедшим в 1885 г. и доставившим ему золотую
медаль, были "Материалы по анатомии и гистологии мизостом". В годовом
отчете бергенского музея за 1886 г., изд. в 1887 г., был напечатан новый
значительный труд Н.: "Предварительные сообщения об исследовании
строения центральной нервной системы у ascidia и myxine glutinosa".
Главным предметом страстного увлечения молодого ученого в данное время
явилось тончайшее строение центральной нервной системы, причем
исследования его касались не только червей, но и раков и мягкотелых, а
затем он включил в число предметов изучения даже низшие разряды
позвоночных, как, напр., ланцетника (Amphioxus) и миксин (Myxine). В
работах своих по изучению нервной системы этих организмов Н. первый стал
применять хромосеребряный метод Гольджи, и ему удалось проникнуть в
таинственное построение центральной нервной системы несколько глубже,
нежели его предшественникам. Обширная, изданная Н. на английском языке
статья "The structure and combination af the histological elements of
the central nervous system" ("Построение и связь гистологических
элементов центральной нервной системы"), занимает почетное место в
научной литературе по данной специальности. Во время исследований
строения тончайших частей спинного мозга у ланцетника и миксин Н. сделал
некоторые открытия. Так, например, в спинном мозге ланцетника он не
нашел невроглии, но открыл в области центрального канала выходящие
наружу эпителиальные клеточки (ependyma), в которых усмотрел клеточки
невроглии, и утверждал, что они представляют наиболее низшую стадию у
позвоночных. У миксип он, конечно, находил такие же клеточки-эпендимы,
но также и действительные клеточки neurogliae, хотя и своеобразного
характера; из этого Н. заключил, что клетки neurogliae происходят от
наружного зародышевого листка, от которого происходит также настоящая
нервная ткань, и от эпителиальных клеточек центрального канала
(ependyma). Этот взгляд Н. подтвержден впоследствии многочисленными
наблюдениями и теперь одобряется всеми специалистами. Затем Н. открыл у
Myxine, что нервные волокна, составляющие задние или чувствительные
нервные корешки, по входе в спинной мозг разделяются на две ветви, из
которых одна идет под прямым углом назад, другая же вперед и вверх в
спинной мозг. Открытие это позже подтверждено испанским неврогистологом
Ramon у Cajal и другими и признано важным и общим законом для
позвоночных. Таким образом, разветвлению чувствительных задних нервных
корней должно по настоящему быть присвоено название "нансеновского".
Дальше Н. взялся за разрешение другой проблемы, долго не поддававшейся
трудам ученых и касающейся развития Myxine glutinosa. В изданном в
Бергене в 1888 г. труде "A pretandric hermaphrodite (Myxiae glutinosa
L.) amongst the vertebrates" Н. высказал взгляд, что Myxine на более
ранних стадиях своего развития является животным мужского пола, которое
во время дальнейшего развития переходит в большинстве случаев в самку, и
описал при этом развитие пузырей mesorchium и вид сперматозоидов на
различных степенях развития. Справедливость взглядов Н. подтвердилась
впоследствии многим, и вообще с уверенвостью можно сказать, что труды Н.
значительно подвинули вперед решение этого вопроса. Немалая доля труда
принадлежит Н. и в составлении совместно с проф. Гульдбергом обширного
научного сочинения "On the development and structure of whales" ("О
развитии и строении китов"). Двадцати шести лет от роду Н. уже получил
степень доктора зоологии за диссертацию "Нервные элементы, их построение
и связь с центральной нервной системой". Но стремление к исследованию
полярных областей, дремавшее во время увлечения Н. биологическими
задачами, проснулось, наконец, с такой силой, что заставило Н променять
мирный труд кабинетного ученого на полную приключений и опасностей жизнь
арктического путешественника. Верный себе, Н. и тут сразу поставил себе
в высшей степени крупную и трудную задачу - переход через все ледяное
плато Гренландии от восточного берега ее до западного. Весь труд по
снаряжению экспедиции Н. взял на себя. После высадки с корабля (17 июля
1888 г.) в лодки, в виду вост. берега Гренландии, Н. со
спутниками-норвежцами: Свердрупом, Дитрихсоном, Христиансеном Трана и
двумя лапландцами - Балто и Равна - пришлось с невероятными усилиями
пробиваться на лодках сквозь почти сплошную полосу плавучих льдов, затем
целых двенадцать дней нестись вдоль берега в бурю на льдине и отдалиться
от места, назначенного исходным пунктом, почти на 400 км. Сделав
упомянутый конец обратно, частью на лодках, частью пешком по берегу,
преодолевая при этом невероятные затруднения и опасности, отважные
путешественники, не давая себе ни малейшего отдыха, 16 авг. 1888 г.
начали свой смелый и страшно трудный переход от фьорда Умивика к фьорду
Амералику. Переход через материковый лед представлял почти
сверхчеловеческие трудности. Шестеро смельчаков, сами таща за собой
тяжелые санки с провиантом и инструментами, питаясь почти впроголодь
холодной пищей, страдая от жажды (ровно месяц они не имели другой воды,
кроме добытой ими теплотой собственного тела из снега, набитого в
бутылочки, которые они носили за пазухой) и от морозов, доходивших до -
45° Ц., совершили подъем на высоту 8860 фт., проникли во внутреннюю
область ледяного плато, делая по пути все нужные научный наблюдения, и
благополучно достигли противоположного края плато и западного берега
страны, т.е. прошли насквозь с В. на З. всю область материкового льда,
что до тех пор считалось невыполнимым. Подвиг Н. и важные результаты его
для науки (географии, геологии, метеорологии и климатологии) были
оценены по достоинству. Шведское антропологическое общество наградило Н.
золотой медалью "Вега", учpeждeннoй в память знаменитого плавания
Норденшельда на "Beге". Затем Н. удостоился золотой медали Карла Риттера
и золотой медали "Виктория" (от лонд. географ, общ.), многих почетных
дипломов и других знаков отличия и был избран почетным членом множества
ученых обществ. По возвращении из Гренландии, в июне 1889 г., после
зимовки в "Готхобе", Н. отдался на время исключительно литературному
труду, готовя к печати два крупный произведения: "На лыжах через
Гренландию" - описание только что совершенной экспедиции, и "Жизнь
эскимосов" - описание быта коренных обитателей Гренландии, который Н.
изучил во время зимовки в "Готхобе". Едва покончив с трудами -
результатами первой экспедиции, Н. принялся за новый труд подготовки к
еще более смелой и грандиозной экспедиции в область Северного полюса.
Приготовления к полярной экспедиции потребовали от Н. огромного

<<

стр. 138
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>