<<

стр. 170
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

особенностей данного конкретного случая. В Германии право П., по общему
правилу, принадлежит главам отдельных государств (в Гамбурге, Любеке и
Бремене - городским сенатам), непосредственно же императору - по делам,
подсудным имперскому суду, в Эльзас Лотарингии и по морской и
консульской юрисдикциям. В Северо-Американском союзе право помилования
имеют губернаторы штатов. По русскому законодательству правом
помилования, кроме Государя Императора, облекается лишь
главнокомандующий в военное время. П. может быть даровано или до
судебного приговора, или после назначения наказания, но до приведения
его в исполнение, или во время отбытия наказания. В первом случае оно
называется аболицией, во втором - П. в собственном смысле, в третьем -
восстановлением прав. В обоих последних случаях П. может быть полное,
безусловное, отменяющее все наказание, со всеми последствиями его, или
частичное, условное, только смягчающее строгость наказания. Условное П.
после отбытия части наказания примыкает к институту досрочного
освобождения. При П. после судебного приговора о согласии на то
милуемого не может быть и речи, так как оно касается лица, уже
признанного виновным и приговоренного к наказанию. При аболиции,
особенно частной, вопрос представляется в ином виде: тот, на кого
милость распространяется, еще виновным не признан, он может сознавать
себя невиновным и ему нельзя отказать в праве требовать суда, чтобы
пятно преступления было снято с него не снисхождением, а по исследовании
всех обстоятельств дела, судебным приговором. Поэтому литература угол.
права категорично высказывается в пользу признания за милуемым права
выражать несогласие на П., когда оно даруется до судебного приговора.
Отчасти, в отношении должностных лиц, это начало принято и нашим
законодательством. На основании 1117 ст. Уст. угол. суд., "должностным
лицам (а в случае смерти - семействам их), которые по преступлениям
должности подведены под Всемилостивейший манифест, без судебного
определения вины или невинности их, предоставляется право просить
надлежащее судебное установление о возобновлении дел, таким образом
прекращенных". Акт П. дается верховной властью или по непосредственному
ее усмотрению, или по ходатайству суда, администрации или частных лиц.
Для рассмотрения этих ходатайств в некоторых государствах существуют
особые учреждения (во Франции и в Швейцарии - специальные комиссии при
президенте). Амнистии в большинстве государств даются тем же порядком,
как и П., но в некоторых странах для них требуется законодательное
постановление. Так, во Франции конституция 1848 г. допускала амнистию
только путем закона; это правило было отменено в 1852 г., но в 1871 г.
восстановлено. По конституции 1875 г., президенту принадлежит право П. в
тесном смысле, а амнистия может быть дарована только законом. У нас
ходатайства о П. восходят к Монарху через министерство юстиции (в
отношении военнослужащих - через военное или морское) или через
канцелярию по принятию прошений. Широко распространен обычай даровать П.
в Всемилостивейших манифестах по поводу каких-либо торжественных событий
(коронование, бракосочетание Императора и т. п.). В уложении о наказ. П.
посвящены ст. 165 - 167. Они определяют: 1) что П. ни в каком случае не
зависит от суда, а может быть лишь действием Монаршего милосердия, сила
и пространства коего определяются в том самом указе, которым даруется
прощение или смягчается участь виновных, и 2 ) что П. не
распространяется на взыскание за вред и убытки, причиненные частным
лицам, и на церковное покаяние. Те же начала сохраняет, в главных
чертах, проект уголовного. уложения. Ср. Legoux, "Du droit de grace"
(1865).
K. K.
Поминанье - небольшая тетрадка или переплетенная книжка, которую
каждый желающий православный подает в церкви священнику, на проскомидии,
для молитвенного поминовения вписанных в нее живых и умерших.
Помпадур (маркиза де Pompadour, Жанна Антуанетта Пуассон) - фаворитка
французского. короля Людовика XV (1721 - 1764). Отец ее, Пуассон, был
одно время лакеем, потом поставщиком провиантского ведомства, неумелым и
нечестным. В судьбе Антуанетты принимал большое участие синдик Ленорман
де Турнэм; быть может, он был ее настоящим отцом. Благодаря Ленорману,
П. получила отличное образование; она прекрасно знала музыку, рисовала,
пела, играла на сцене, декламировала, 19-ти лет красавица Антуанетта
вышла замуж за племянника ее патрона, Ленормана д'Этиоля. Очень мало
интересуясь своим мужем, П. весело проводила время в обществе блестящей
молодежи. Людовик XV случайно встретил ее и в 1745 г., после смерти
герцогини де Шатору, сделал её своей официальной фавориткой, под именем
маркизы П. Целый штат фрейлин был в ее распоряжении. Муж ее, которому
пригрозили Бастилией, успокоился и получил доходное место. Двадцать лет,
до самой своей смерти, П. играла видную роль не только во Франции,
которая всецело была в ее руках, но и в Европе. Она направляла внешнюю и
внутреннюю политику Франции, вникая во все мелочи государственной жизни,
покровительствуя науке и искусству. Не Людовик правил. Францией, а П.
Развратный, ленивый король, очарованный ею вначале, скоро охладел к ней,
находя, что в ней мало страсти, и называя ее ледяной статуей. Только
находчивость П. и глубокое знание характера короля умели приковать к ней
Людовика. Сначала она пыталась развлекать его музыкой, искусством,
театром, где, выступая сама на сцене, всегда являлась для него в новом,
привлекательном виде, но скоро прибегла к более действительным средствам
- представляла ко двору молодых красавиц. Она склонила короля к союзу с
Австрией, противоречившему традиционной политике Франции. Она удалила
кардинала Верни из министерства иностранных дел, назначив вместо него
своего любимца, герцога Шуазеля. По ее желанию назначались
главнокомандующие в армиях; она выдвинула герцога Ришелье, утонченного
развратника, назначив его маршалом Франции. При ней министр финансов
Машо пытался реформировать распределение налогов. Кенэ излагал ей основы
своей теории. Она была знакома со всеми выдающимися писателями того
времени. Её верными друзьями были Дюкло и Мармонтель. Старого Кребильона
она спасла от нищеты, предоставив ему должность библиотекаря. П. горячо
поддерживала энциклопедистов и энциклопедию. Вольтер восхищался ею,
хотя, в тоже время, подсмеивался над ее мещанскими манерами. Только
Руссо не хотел иметь с нею никакого дела. Увеселения, постройки, наряды
П поглощали массу денег: 1 миллион 300 тыс. ливров стоили ее наряды,
31/2, милл. - косметика, 4 милл. - театр, 3 милл. - лошади, 2 милл. -
драгоценности, около 11/2 милл. ливров - ее прислуга; 12 тыс. франков
было ассигновано ею на книги. Ее именем называли обстановку в квартирах
(стиль "а la Reine"), постройки, костюмы. Она создала моду своим уменьем
роскошно и вместе с тем "небрежно" одеваться. Людовик равнодушно узнал о
смерти П., народ - радостно. Из всех "метресс" П. - самая блестящая,
талантливая и безнравственная. Ср. Malassis, "Pompadour. Correspondance"
(П., 1878); "Lettres" (1763 - 62, П., 1814); Мемуары Морепа, Шуазеля,
Мармонтеля, д'Аржансона, Дюкло; М-me du Hausset, "Memoires History of
the marchioness of Pompadour" (Л., 1768); Soulavie, "Memoires
historiques et anecdotes de la cour de France pendant la faveur de M-me
P. " (П., 1802); Lessac de Meihan, "Portraits et caracteres"; Capefigue,
"M-me de Pompadour" (П, 1858); Carme, "Le gouvernement de M-me de P."
("Revue de Deux Mondes", 1859, 15 janvier); E. el J. Goncourt, "Les
mattresses de Louis XV" (Пар., 1861); Bonhomme, "Madame de Pompadour
general d'armee" (Пар., 1880); Campardon, "M-me de P. et la coar de
Louis XV" (Пар., 1867); Pawlowski, "La marquise de P. " (1888); Sainte
Beuve, "La marquise de P.".
П. К-ий.
Помпей (Gnejus Pompeius Magnus), по прозванию Великий - римский
государственный человек и полководец. Родился в 106 г. до Р, Хр. Отец
его, Гней П. Страбон, был известным полководцем, но политическая карьера
его была весьма неудачна. Состоя на службе у Суллы, он был естественным
врагом Мария, Сертория, Цинны и пр., но в то же время неохотно стал во
главе олигархического войска перед битвой при porta Collina, так как
оптиматы отказали ему в консульств на этот год (87). Молодой П.,
начавший свою военную деятельность под командой отца, вместе с ним
подвергся нерасположению парий, особенно по смерти отца, когда ему
пришлось защищаться против предъявленного к последнему обвинения в
хищении государственных денег (утайке добычи, взятой при завоевании
Аскула). Однако, благодаря помощи Марция Филиппа и Квинта Гортензия, он
выиграл дело перед претором Публием Антистием, который вскоре сделался
его тестем. Тогда же П. поступил на службу к Цинне, но так как ненависть
к его отцу еще не была забыта среди поборников революции, то скоро он
вынужден был удалиться в свои поместья. В 83 г., когда Сулла высадился в
Италии, П. решил перейти на его сторону и навербовал три легиона в
Пиценском округе, где находились его земли и жители симпатизировали его
семейству. Разогнав приверженцев Карбона, П. двинулся на встречу Сулле,
по дороге разбил союзную армию Каррины, Клелия и Брута и взял много
городов. Сулла с радостью принял П. и наградил его титулом императора.
Отправившись к Метеллу на север Италии, П. взял приступом Сену
Галльскую, вместе с Крассом проник в Умбрию и при Сполеции разбил
Каррину. Когда дело марианцев было потеряно и Сулла провозглашен
диктатором, П. был осыпан наградами и особенно отличен Суллой, который
развел его с Антисией и женил на своей падчерице, Эмилии, разлученной
для этого с ее первым мужем. В 82 г. П. был отправлен с сильным войском
и 120 кораблями в Сицилию против Перпенны, который оставил остров; тогда
же был схвачен и казнен Карбон. Разогнав остатки революционного войска в
Сицилии, П. переправился в Африку, двинулся против Домиция Агенобарба и
в сорок дней покончил с ним. Сулла послал ему письмо с приказанием
распустить войско и ждать преемника, но солдаты, полюбившие П., едва не
подняли бунта. Боясь раздражить войско и его вождя, Сулла смолчал и даже
приветствовал П. прозвищем Великого. В 79 г. П., первый в римской
истории. получил триумф, не будучи сенатором. По смерти Суллы (79) П. не
примкнул ни к олигархической партии, ни к народникам: это была первая
проба его гражданской беспринципности. Природа наделила его военными
способностями, физической силой, энергией, выдержкой, храбростью; но в
остальном он представлял собою заурядного римлянина. Он был застенчив,
угловат, нерешителен, малообразован, большой формалист; жестокостью он
не отличался и был хорошим семьянином. Деятельность его представляет ряд
противоречий, и если он имел успех, то лишь благодаря военной славе,
сделавшей имя его дорогим для массы народа. В 77 г. П. был отправлен
против Лепида на север Италии и осадил Мутину. Стесненный Катулом и П.,
Лепид отплыл в Сардинию, где и умер. Не распуская армии, с которой
воевал против Лепида, П. ожидал полномочий для отправки в Испанию,
против Сертория; но так как он еще не исправлял ни одной из гражданских
должностей, то сенат медлил назначением и уступил только вынужденный
необходимостью. Получив наместничество в восточной Испании - в Западной
Испании в это время стоял с войском Метелл, - П. летом 77 г. перешел
Альпы и осенью уже стоял на левом берегу Эбро. Серторий решил не
допускать соединения противников и не пропускать П. за Эбро; но П.
прорвал позицию врага и при Валенции разбил Геренния. В 75 г. Метелл
двинулся в восточную Испанию для соединения с П.; тем временем Серторий
два раза разбил П., и лишь благодаря Афранию - в первый раз, Метеллу -
во второй, римляне не проиграли дела. В 74 и 73 г. борьба продолжалась
на р. Эбро с переменным успехом и закончилась в 72 г. только вследствие
смерти Сертория, которого убили его же офицеры. В 72 г. отряды
инсургентов были рассеянны Помпеем, Перпенна взят в плен, после чего
большинство испанских городов открыли свои ворота П. Испанская война не
дала П. новых лавров; он играл в ней второстепенную роль и не проявил
прежней решительности и быстроты. Причиной этому было отчасти небрежное
отношение к нему сената, не высылавшего своевременно денег и необходимых
припасов и снарядов. Возвратясь в Италию, П. решил порвать с сенатской
партией и соединиться с демократами, которым обещал, в случае достижения
консульства, провести законы в демократическом духе, с целью
ниспровержения Сулловой конституции. Подойдя с войском к Риму, он
потребовал себе консульства на 70 год и триумфа, а солдатам - участков;
претендентом на второе консульское место выступил Красс. Выборы
окончились победой П.; народные трибуны были восстановлены в своих
правах, всадники получили одинаковое с сенаторами право участия в судах,
цензуре возвращена прежняя власть. В руках П. было покорное войско,
настроение народа было благоприятное, противники молчали; но он не
отважился на решительный шаг и. достигнув ближайшей цели, распустил
войско. По сложении с себя консульства П. жил частным человеком до 67
г., когда прошли два закона сторонника его Габиния: один - об отозвании.
Лукулла из Азии, где велась война с Митридатом, другой - о назначении
главнокомандующего для освобождения моря от пиратов. Взоры всех
обратились на П., для которого собственно и был предложен упомянутый
закон. Главнокомандующему в предстоящей воине давалась на 3 года власть
над всем Средиземным морем и береговой полосой по сей его окружности на
70 в в глубину; ему предоставлялось право пригласить 15 сенаторов в
звании преторов и 2-х квесторов и производить неограниченный набор
войска; он мог распоряжаться кассами столичною и провинциальными и
получал единовременно 144 миллиона сестерциев. Не смотря на сильное
противодействие оптиматов (Пизон, Катулл), избрание П. прошло при
восторженных кликах народной массы; ему было даже разрешено увеличить
вооружения и вместо 15 преторов дано в распоряжение 24. Весной 67 г. П.,
с войском, состоявшим из 120000 пехоты и 5000 всадников, и с 500
кораблями вышел в море, предварительно разделив его на 13 округов и
вверив каждый отдельному легату. Он решил прежде всего очистить от
пиратов Сицилийские и Африканские воды, что ему удалось сделать в 40
дней. Затем с 60 лучшими кораблями он отправился к Киликии - главному
гнезду пиратов, взял Антикраг, Краг, разорил становища и замки пиратов,
захватил около 400 кораблей, истребил до 10000 человек и быстро закончил
войну в области восточного бассейна. С лета 67 г. торговля и жизнь вновь
потекли обычным путем. Между тем, вследствие первого Габиниева закона
Лукулл был отозван из Малой Азии и на место его отправлен Глабрион; но
как раз к этому времени П. покончил с пиратами и ждал полномочий для
войны с Митридатом. Один из его приверженцев, трибун Гай Манилий, внес в
народное собрание предложение о назначении П. наместником Вифинии и
Киликии и о возложении на него войны против Тиграна и Митридата, с
сохранением за ним прежних полномочий. Новый закон был принят народом с
поразительным единодушием. Никогда еще в Риме такая громадная власть не
сосредоточивалась в руках одного человека. П. заключил союз с парфянами,
уступив Фраату Месопотамию, и устроил разрыв Митридата с Тиграном
Арменийским. Кроме союзников, у П было до 50000 войска. В 64 г. П.
появился в Понте и стал брать города один за другим. Митридат, уклоняясь
от битвы, уходил все дальше на восток, но римляне настигли его при
Никополе и разбили на голову. Это была последняя битва, в которой
участвовал Митридат. С остатками свиты он бежал в Синорию, а оттуда
направился к Тиграну, но, узнав, что последний назначил за его голову
100 талантов, решил искать помощи у сына, на севере Черного моря. Тем
временем П. занял Армению и продиктовал Тиграну условия мира, по которым
к римлянам отошли Финикия, Каппадокия, Сирия, Киликия, Софена и
Кордуена. В 66 г. вся Азия к западу от Евфрата была в руках римлян. В 65
г. П. прошел победоносно по южному Кавказу и смирил восставшие племена
албанцев и иберийцев; Затем он вернулся в Понт и овладел остальными
городами, которые еще оставались верными Митридату. Когда, в 63 г., умер
Митридат, результат войны мог считаться обеспеченным. П. оставалось
закрепить за собой сделанные завоевания, особенно на отдаленных
окраинах, и организовать приобретенные области. Вновь были устроены
провинции Вифиния и Понт, Киликия (с Памфилией и Исаврией) и Сирия (с
Финикией и Палестиной). В 61 г. состоялся триумфальный въезд П. в
столицу, во время которого за его колесницей шли дети царей парфянского,
армянского и понтийского. Ему были оказаны неслыханные почести и, между
прочим, дано право носить лавровый венок и триумфальную одежду. Однако,
и на этот раз П. не дерзнул захватить власть и распустил легионы. С
этого времени положение его в Риме стало колебаться; ни одна партия не
хотела признать его своим. Ему отказали в консульстве на следующий год и
не исполнили обещания дать наделы его ветеранам. В это время на помощь
ему явился Цезарь, который, вооружившись против сенатской партии, искал
поддержки П., все еще пользовавшегося влиянием в народе, а также Красса,
и с их помощью выставил свою кандидатуру на консульство. Триумвират, по
счету первый, состоялся в 60 г., а в 59 г. Цезарь был консулом. В том же
году были проведены законы, которыми утверждались сделанные П. на
востоке распоряжения и назначались его ветеранам земельные участки в
Кампании. Благодаря войску, которое было в распоряжении триумвиров,
расположению народной массы и поддержке всадников, которым были
облегчены их откупные контракты, сенатская партия потерпела поражение и
власть перешла в руки триумвиров. Тогда же, для скрепления союза, Цезарь
отдал свою единственную дочь замуж за П. Когда Цезарь отбыл в 58 г. в
Галлию, П., во главе комиссии, занялся раздачей земель. Тем временем в
Риме начались беспорядки, под руководством демагогов, из которых самым
смелым был сторонник Цезаря, Клодий. Сам П. вскоре оказался в числе
преследуемых; Клодий со своими шайками не раз нападал на него и держал в
осаде его дом. Бездействие П. в Риме, в виду подвигов Цезаря в Галлии,
произвело переворот в общественном мнении. Когда П., желая вернуть себе
прежнюю власть и силу, предложил назначить его на 5 лет проконсулом для
упорядочения хлебного вопроса, с предоставлением ему войска и казны,
сенат принял это предложение с значительными урезками: П. не дали ни
казны, ни войска, ни власти над наместниками. Уже с этого времени П.
стал недружелюбно относиться к Цезарю, завидуя его возвышению и предвидя
в нем опасного соперника. Между тем, опасаясь возвышения
аристократической партии, с Катоном во главе, триумвиры съехались в 56
г. в Лук. Примирив П. с Клодием, Цезарь, которому теперь бесспорно
принадлежало первое место в союзе трех, предложил следующие меры: П. и
Крассу быть консулами в 55 г., после чего П. должен на 5 лет отправиться
в качестве наместника в Испанию, а Красс - в Сирию; Цезарю быть
наместником Галлии 5 лет сверх ранее положенного срока. П. не отправился
в Испанию, а остался в Риме, под предлогом заботы о столице. Несогласия
между триумвирами и сенатом особенно обострились в 54 г., когда, с
помощью подкупа, в консулы были избраны два оптимата. П. выставил свою
кандидатуру на диктаторскую власть, для подавления анархии, и,
воспользовавшись беспорядками, происшедшими по поводу убиения Клодия
(52), был назначен консулом без товарища. Он провел законы о подкупах, о
буйствах и о праве наместничества в провинции лишь поистечении 5 летнего
срока со времени сложения магистратуры. Между тем все больше
чувствовалась близость разрыва П. с Цезарем, особенно с тех пор как
умерла жена П., Юлия (53). П. старался сблизиться с сенатом, ища у него
поддержки против усиливающегося могущества противника. В 52 г. П.
женился на дочери Кв. Цепилия Метелла, Корнелии, и допустил чтобы на 51
г. были избраны в консулы два члена сенатской парии. Когда в 50 г.
Цезарь потребовал себе консульства, П. открыто восстал против этого
требования, ссылаясь на закон, запрещавший соединять магистратуру с
промагистратурой, и предложил Цезарю сложить с себя управление Галлией и
распустить легионы. В ответ на это Цезарь подкупил Куриона, сторонника
оптиматов, через него предложил П. распустить свои войска и отказаться
от наместничества в Испании. П. отвечал уклончиво; Kypион предложил
сенату решить вопрос категорически; большинство сената приняло
предложение, которое было одобрено и народом. Оптиматам и П. оставалось
только объявить войну Цезарю; П. получил полномочия производить набор
войска. Не смотря на тактичное и осторожное, скорее примирительное
поведете Цезаря, противоположная партия действовала с необдуманною
горячностью, ведя дело к неминуемой войне. Когда в начале 49 г. пришло
письмо Цезаря, с предложением мира, предложение это было резко
отвергнуто: Цезарю приказано было к определенному сроку распустить
войска, под угрозой поступить с ним как с врагом отечества. Тогда же П.
был назначен главнокомандующим всех сухопутных и морских сил, с
неограниченной военной властью и с правом свободно распоряжаться казной.
Цезарь принял вызов и перешел Рубикон. Став под знамя аристократической
партии, П. был на этот раз чем-то в роде наемного полководца, а не
предводителем партии, действующим за свой страх и осуществляющим
государственную идею. Это замедляло его военные приготовления, между тем
как Цезарь поспешно. шел к Риму, с 5000 пехоты и 300 всадниками. Когда
известие о приближении Цезаря дошло до сената, П. удалился с войском в
Луцерию, затем в Брундизий, откуда переправился с войсками в Диррахий.
Под командою его собралось 11 легионов, 5000 конницы и флот из 500
кораблей. Завоевав Испанию, где стояли Помпеевы легионы, Цезарь зимой 49
- 48 г. приступил к переправе войска в Грецию. Часть войска
переправилась удачно, но легат П., Бибул, сжег корабли, на которых
должна была переехать другая; в то же время П. стеснил Цезаря при
Диррахии. Цезарь удалился в Фессалию, куда последовал за ним и П.
Неизвестно, чем кончилась бы кампания, если бы П. действовал по
собственному плану и не был стесняем вмешательством нетерпеливых
оптиматов, которые увлекали его к решительному шагу. По настоянию
оптиматов, П., в августе 48 г., вынужден был вступить в битву с Цезарем,
при Фарсале; не смотря на значительный перевес его войска над войском
Цезаря, сражение было им проиграно. П. упал духом, покинул войско и
отправился на восток, чтобы там искать помощи. Прибыв в Лесбос, он взял
на корабль свою жену Корнелию и младшего сына Секста и поплыл к Кипру,
где был снабжен деньгами, а оттуда направился к Египту, в расчете на
помощь египетского царя; но Пофин и Ахиллас, правившие Египтом вместо
малолетнего Птолемея XII Диониса, умертвили П., в надежде заслужить этим
благодарность Цезаря. Прибывший через несколько дней Цезарь получил от
царедворцев Птолемея голову и перстень врага. Тело его, оставленное на
берегу, было похоронено солдатами, а голова торжественно сожжена Цезарем
и пепел ее с почестями предан земли. Ср. Плутарх, "Жизнь Помпея";
Caesar, "De bello civili"; Buchuer, "Ueber den Lebensplan d. Gn.
Pompeins Magnus" (1847 - 49, 2 пpoгp.); Dressel, "Ueber die Politische
Rolle des Gnaeus Pompeius Magnus" (1863).
Н. О.
Помпей (Sextus Pompeius Magnus) - младший сын П. Великого от Муции,
родился в 75 г. до Р. Хр. После битвы при Фарсале он сопровождал своего
отца в Египет и был свидетелем его смерти. После битвы при Фапсе (46 г.)
он отправился в Испанию, где служил под командой своего старшего брата.
После битвы при Мунде он начал корсарскую войну с легатами Цезаря. По
смерти Цезаря ему удалось сделаться главнокомандующим флота, с помощью
которого он занял значительную часть Испании и Сицилию. Когда триумвиры
объявили его врагом отечества, он, владея сицилийскими гаванями, стал
захватывать корабли, которые везли хлеб в Италию. После брундизийского
договора (40 г.) Октавиан и Антонии, обеспокоенные волнениями, которые
происходили в Риме по случаю голода, рушились хотя для вида примириться
с П. и заключили с ним договор, по которому он обязался не мешать
морской торговле, не принимать дезертиров и беглых рабов и ежегодно
присылать из Сицилии, которая предоставлена была в его власть, вместе с
Корсикой, Сардинией и Ахаией, определенное количество хлеба. Таким
образом, римское государство было разделено между четырьмя владыками:
Октавианом, Антонием, Лепидом и П. Вскоре Антоний нарушил соглашение
отказавшись отдать П. принадлежавшую ему по мизенскому договору Axaию.
Тогда П. занял некоторые из приморских городов Италии, возобновил
пиратские набеги и снова стал принимать на свои корабли дезертиров.
Вражда усилилась еще более, когда Менодор, легат П., передал Октавиану
Корсику и Сардинию. П. снова стал перехватывать хлебные транспорты;
опять начался в Италии голод. Отправившись против П., 0ктавиан сперва
потерпел неудачу, так как флот его был слабее, а Лепид и Антоний не
прислали ему помощи. Но П. не сумел воспользоваться удобной минутой и
дал 0ктавиану оправиться. Под руководством Агриппы, в 37 г. был снаряжен
новый флот; Антоний, примирившийся с Октавианом, дал последнему 120
кораблей. Между Милами и Тиндаридой флот П. потерпел большой урон, но,
отступив к Тавромению, застал здесь Октавиана, разбил его и опять
задержал доставку провианта в Италию. Вскоре в Сицилии, около Мессаны,
собрались римские легионы Агриппы, Октавиана и Лепида; здесь же, у
Мильского мыса, стояли оба флота. В 36 г. при Навлохе, в виду обоих
сухопутных войск, флоты вступили в битву, которая решилась в пользу
Октавиана. П. на уцелевших кораблях уплыл, с дочерью и сокровищами, на
восток, надеясь найти себе помощь у Антония, но навлек на себя
подозрение в подаче помощи парфенянам и был убит в Милете одним из
легатов Антония. Смерть П. развязала руки Октавиану и ускорила его
победоносный въезд в Рим.
Н. О.
Помяловский (Николай Герасимович) - известный беллетрист. Родился в
1835 г. в семействе дьякона петербургской малоохтенской кладбищенской
церкви. Постоянное соприкосновение с похоронами, панихидами, покойниками
не помешало ему расти мальчиком крепким и здоровым, закаленным
упражнениями на местных рыбных промыслах. Домашняя жизнь сложилась для
него благоприятно. 8 лет он был определен в Александро-Невское духовное
училище, которое впоследствии и было им описано в знаменитых "Очерках
бурсы". В четвертом очерке бурсы, под заглавием. "Бегуны и спасенные",
П. вывел самого себя под именем Карася. Кулачное право, право физически
сильного, дерзкого и наглого царило над всеми остальными сторонами
товарищеской бурсацкой жизни; не найди маленький П. себе покровителя в
лице одного из старших воспитанников бурсы, ему пришлось бы совсем
плохо. Этот период ученической жизни выработал в нем недоверчивость,
скрытность, озлобленность и ненависть к окружающей среде. Неумелые
педагогические приемы тогдашних учителей, а также непонятные детскому
уму и бестолковые учебники отбили в П. всякую охоту к учению и классным
занятиям: он рано стал лениться, оставался по несколько лет в классе и
понемногу обратился в бесшабашного, озлобленного и "отпетого" бурсака.
Его жестоко пороли (всего, по собственному его счету, до четырехсот
раз), а потом и сечь перестали. Пробыв в училище 8 лет, он перешел в
семинарию, где условия жизни были уже много лучше и где он впервые
обрисовался в глазах товарищей как человек большого ума, глубокого
анализа та широких дарований. И семинария, подобно училищу, мало давала
пищи умам воспитанников, хотя уроки русского языка, а в особенности
логики и психологии, все же хоть несколько вызывали интерес к занятиям и
ставили вопросы, над которыми приходилось задумываться. Результатом этих
размышлений явилось издание в старшем классе семинарии рукописного
журнала: "Семинарский листок", в котором П. принял самое деятельное
участие. Затаенным желанием П. было, чтобы "листок прошел через весь
курс и чтобы на его страницах был выяснен идеал семинариста". Оживление,
вызванное среди воспитанников появлением журнала, имело и вредную
сторону: они по ночам устраивали танцы, театральные представления и
разные оргии. Начальство разузнало об этом, арестовало зачинщиков и
исключило восемь человек наиболее способных и энергичных воспитанников.
"Листок" захирел и прекратил свое существовaниe на 7-м выпуске. П.
поместил в нем несколько философских рассуждений, напр. "Попытка решить
нерешенный и притом философский вопрос: имеют ли животные душу?", а
также начало рассказа "Махидов". С прекращением "Листка" П. снова
отдался апатии и лени и стал чаще и чаще предаваться пьянству. Он
окончил курс предпоследним" хотя под конец учебного курса начальство
сумело разглядеть в его лице не "окончательного дурака". По окончании
курса П. поселился у матери на 0хте, усиленно занявшись чтением и
самообразованием; в этот период он сильно увлекался педагогическими
вопросами и обратил особенное внимание на младшего брата. "Сам погиб" -
говаривал он - "но брату погибнуть не дам и в бурсу не пущу! Я расскажу
ему все, до чего додумался: человеком, может быть, сделаю". Тогда же он
задумал писать педагогически статейки и очерки, и один из очерков,
"Вукол", отдал в редакцию "Журнала для воспитания" Чумикова. Статьи
Добролюбова и Чернышевского оказали громадное влияние на склад убеждений
П.; в том же смысле подействовало на него и сближение с представителями
университетской молодежи. Он поступил вольнослушателем в университет. и
особенно увлекся лекциями М. М. Стасюлевича. Вскоре он занялся
преподавательскою деятельностью в Шлиссельбургской воскресной школе.
Здесь он обратил на себя внимание своими оригинальными методами
преподавания; ему вскоре предложено было место учителя в младшем классе
Смольного института, где инспектором состоял Ушинский. В институте, не
смотря на блестящее начало его педагогической деятельности, дело не
пошло; он натолкнулся на рутину и косность, которые оказались сильнее
его новаторских стремлений. Не терпя сделок с совестью, П. бросил
учительство, отказался от обеспечивавшего его места и снова остался без
всяких средств к жизни. Выручило его то, что около этого времени была
принята редакцией "Современника" повесть "Мещанское счастье" (1861). Он
познакомился с главными представителями редакции и сделался постоянным
сотрудником журнала, с определенным содержанием. Новая дорога принесла
ему немало счастья и радости, но вместе с тем большие средства дали ему
возможность вести разгульный несдержанный образ жизни. В конце того же
1861 г. в "Современнике" появилась вторая его повесть, "Молотов",
имеющая, помимо своего общелитературного характера, громадное значение
для характеристики самого П. В лице Череванина автор во многом выразил
здесь свой собственный образ мыслей и даже свою манеру речи. П. испытал
свои силы и в других литературных жанрах - в качестве критика,
фельетониста, но эти роды писательства ему не удались. Следующим крупным
его произведением были "Очерки бурсы", окончательно упрочившие его
литературное имя. Он замышлял ряд других произведений, но они остались
неоконченными. Материала для них им было собрано немало, но самый
процесс его собирания был очень тяжел. В своем желании реабилитировать
интеллигентный пролетариат, в стремлении показать и среди падших, среди
забитых пошлостью жизни и злобою дня душу живую, П. слишком тесно
сближался с этими падшими, слишком проникался их наклонностями и
привычками. Это имело самые печальные следствия для его здоровья. Среди
кабаков и притонов разврата, в душной атмосфере ночлежных домов он
окончательно расшатал свое здоровье, падал все ниже и ниже и никакие
усилия родных и близких уже не могли его поддержать и вывести на
настоящую дорогу. Открывшаяся в ране на ноге гангрена положила конец его
бурной, многострадальной жизни. Скончался П. 5 окт. 1863 г., не выполнив
многого из своих широких замыслов, но успев внести в нашу литературу
свежую струю: он первый поставил читателей лицом к лицу с положительными
типами из среды интеллигентного пролетариата, поставленного в невыгодные
условия борьбы за существование. Ср. биографический очерк П.,
составленный Н. А. Благовещенским, в предисловии к "Полному собранию
сочинений"; ст. Д. И. Писарева, "Роман кисейной барышни". Собрание соч.
П. выдержало несколько изд.
Б. Глинский Понтифекс (Pontifex, ierodidaskaloV, ieronomoV,
ierojulax, ierojanthV). - Понтифексы (или понтифики) составляли в
древнем Риме коллегию sacerdotes publici populi Romani, имевшую высший
надзор за отечественным культом. Происхождение коллегии относится к
легендарной эпохе царей и связано с именем царя Нумы Помпилия, который,
по преданию, организовал коллегию и сам был первым верховным жрецом
(Pontitex Maximus). Вопрос о значении имени pontifex и о первоначальной
компетенции коллегии П. принадлежит к числу труднейших в области римской
истории и права. Большинство древних исследователей производили слово
роntifex от pons и facio и толковали его в том смысле, что жрецы,
носившие это имя, первоначально должны были наблюдать за ремонтом и
постройкой свайного моста в Риме (Pons Sublicius), имевшего в
религиозном отношении громадную важность (Варрон, Дионисий, Плутарх,
Ливий). Великий П. Муций Сцевола (а также Лукан и Лид) производили это
слово от posse и facere так что pontifex = potifex (имеющий власть
совершать жертвоприношения). В новейшее время Rubino, Huschke, Mommsen,
Jordan, Bouche-Leclercq полагают, что П. заведовали первоначально
постройкой моста через Тибр, как важного центра религиозных церемоний,
т. е. повторяют старую гипотезу; Моммзен прибавляет, что П. были вообще
инженерами, которым одним были известны тайны чисел и мер. Отсюда
исходили их обязанности по составлению календаря, наблюдению за
правильным следованием праздников и т. д. По Ланге и Куну (Kuhn), П.
первоначально были строители дорог, преимущественно для религиозных
целей, при чем слово pontifex содержит в себе тот же корень, что в
словах: patoV, pontoV, пятьи т. д. Gцttling отождествляет слово pontifex
со словом pompifex = устроитель церемоний (ср. греч. pomph). Марквардт
производит это слово от корня рu, который встречается в словах purus,
punio, роеnа, и видит П. жрецов очистителей. Helbig под словом pons
подразумевает свайную постройку и предполагает, что П. существовали еще
в эпоху италийских озерных поселений и имели отношение к возведению
свайных построек. Энман ("Легенда о римских царях", "Ж. М. Н. Пр. ",
1895), исходя из предположения, что главной обязанностью П. было
составление календаря, производит корень pont от глагола pendo, pendeo
(вешать, висеть) и ставит его в связь с обязанностью П. вывешивать
календарь во всеобщее сведение. Религиозное и политическое значение
понтификата было весьма велико, но, по принципу отделения сакрального
права от гражданского, понтифики имели отношение к последнему лишь
вследствие случайного сходства некоторых их функций с функциями
магистратов. На обособленность понтификата от магистратуры указывают
яснее всего следующие контрасты: магистраты избирались на год, П. были
пожизненными жрецами; магистраты избирались на комиссиях с полным
составом избирательных голосов, П. назначались верховным жрецом, а если
позднее. (с третьего века) и избирались в трибных комиссиях, то при
участии лишь меньшинства голосов (17 триб из 35); две магистратуры не
были совместимы в одном лице, понтификат был совместим с любой
магистратурой. В области сакрального права П. представляли собою как бы
государство, имея все права. какие были доступны в Риме жречеству.
Организация коллегии П. была закончена уже в царский период; в начале
республики была создана лишь должность верховного жреца, который заменил
собою царя (Ланге полагает, что должность Pontifex Maximus существовала
и в царский период) и был носителем власти; остальные члены коллегии
составляли его совет (consilium). Так как первоначально одни патриции
были членами общегосударственной религиозной семьи, то они одни и имели
права на занятие жреческих должностей; плебеи были допущены к
понтификату лишь в 800 г. до Р. Хр. Сначала всех членов коллегии П. было
пять (шестым, вероятно, был царь или pontifex maximus), с 300 г. -
девять (в том числе 4 из плебеев), с 81 г. - пятнадцать. Выше всех
членов коллегии стоял P. maximus, в лице которого сохранился остаток
древнейшего монархического строя. Из quasi магистратских компетенций ему
принадлежало право назначать жрецов, творить суд в пределах сакрального
права, управлять сакральной кассой. Право назначения жрецов перешло,
вместе с прерогативами царской власти в области сакрального права, к
понтификам еще в начале республики. Члены коллегии имели право
кооптации, т. е. избрания нового члена из среды жрецов. В 104 г.
народный трибун Кней Домиций Агенобарб провел плебисцит, узаконивший
новый порядок пополнения коллегии: понтифики должны были выставлять
(nоminare) известное число кандидатов, из которых 17 триб жребием
выбирали новых П.; за выборами на комиссиях следовала обычная кооптация.
С этого времени comitia sacerdotum вошли в порядок государственной жизни
и происходили раз в год для высших жреческих коллегий. Отмененный в 81
г. Суллой, закон Домиция был вновь приведен в действие в 63 г., в силу
плебисцита Лабиена. С 14г. выбор жрецов был поставлен в формальную
зависимость от сената, действительную - от императора. Правом давать
постановления понтифики обладали не в полной степени: они могли лишь
совершать некоторые правовые акты - adrogatio (переход в другую
фамилию), detestatio sacrorum (отречение патриция от родового культа и
переход в плебейство), testamenta - в комиссиях по куриям. Собравшийся
народ не вотировал предложения, но был лишь свидетелем при совершении
актов; председателем комиссий был pont. maximus. По Моммзену, П. мог.
лишь делать устное заявление, но не давать постановления. В сакральном
судопроизводстве роль П. ограничивалась подачей мнения, установлением
вины и т. п. Право налагать наказание pont. maximus имел лишь по
отношению к жрецам (фламины, жертвенный царь) и весталкам. Последних он,
вместе с коллегией, имел право приговорить к погребению заживо, в случае
нарушения обета целомудрия. Духовное имущество находилось в распоряжении
общины; П. могли лишь распоряжаться теми суммами, которые поступали
специально в их кассу (arca pontificum) из штрафов и т. п. П. имели
высшее наблюдение за культом отечественных богов и право авторизации во
всех вопросах общественной и частной религии. Инсигниями П. были
simpulum (сосуд для возлияний), secespita (жертвенный нож), dolabra
(секира), aspergillum (кропило), galerus (особая прическа с головным
убором), apex (конусообразная шапочка). При священнодействиях и
церемониях П. или сам был жрецом и священнослужителем, или фигурировал
при священнодействующем магистрате в качестве советника и помощника. В
первом случае П., как жрец высшего ранга, служил олицетворением
отеческой власти, которая была неотделима от жреческой в области
домашнего культа. Государство представляло собой громадную семью,
духовный отец которой - pontifex - был свершителем фамильного культа так
называемых dii patrii, при чем весталки и фламиды считались как бы его
детьми. Regia (дворец), где заседала коллегия П., был местом культа
Януса, Юноны, Марса, Квирина, Сатурна, общественных пенатов и ларов.
Кроме регии, П. исполняли жреческие обязанности и в других храмах, в
разных частях города и по поводу разных случаев, так как римские храмы
не имели постоянного причта, кроме храмовых сторожей (aeditui). Под
наблюдением П. происходило принесение искупительных жертв в случаях
погрешностей против обрядовой стороны, допущенных магистратами и др.,
нарушений божественного права, искупления продигий, произнесения обетов,
посвящения богам. П. указывали, какому божеству и когда надо молиться,
какие меры принимать для умилостивления богов в каждом данном случае и
т. п. На обязанности П. лежало составление и обнародование календаря,
заключавшего в себе программу государственного богослужения. Как жрецы и
высшие блюстители культа, П. должны были первые знать и сообщать во
всеобщее сведение, какие дни посвящены каким богам, какие дни должны
считаться неприсутственными, какие дни освящены каким воспоминанием,
когда следует вставить високосный месяц для восполнения солнечного
периода. За отсутствием научных познаний и вследствие господства
суеверия, они плохо исполняли эту задачу; кроме того, они часто
пользовались своей прерогативой в политических целях, сокращая или
удлиняя год для продления или сокращения срока магистратуры, контрактов,
судебных процессов и т. п. Поэтому в 1 в. действительный римский год
значительно отстал от астрономического, и Цезарь, производя в 46 г.
реформу календаря, должен быть принять год, следовавший за введением
реформы, в 445 дней. При распределении праздников в году, П. намечал
лишь постоянные (stalivae); подвижные (couceptivae) и чрезвычайные
(imperativae) устанавливались консулом и городским претором. Далее, П.
были хранителями религиозного архива, который состоял при регии.
Документы, хранившиеся в этом архиве, носили общее название libri
pontificum или pontificii, а порознь имели следующие наименования: 1)
album pontificum - хронологичесий список членов коллегии; 2) acta
pontificum - протоколы служебных актов коллегии; 3) indigitamenta -
формулы молитв на все случаи жизни; 4) обрядовые предписания; 5)
commentarii pontificum - сборник декретов (decreta) и ответов
(responsa), составивших римское обычное право и содержавших толкование
на законы XII таблиц. Они имели в судах силу законов и сделались
источником права. В 200 г. Aelius издал первый трактат по римскому
праву, воспользовавшись комментариями П. В сборник входили также legis
actiones. 6) Fasti - календарь: 7) Fasticonsulares - списки консулов. 8)
Annales maximi - летопись, выставлявшаяся публично в регии. В 130 г.
прежние летописные доски были уничтожены, вследствие обилия
существовавшего в это время исторического материала; позднее оставшийся
летописный материал был издан в 80 книгах. 9) Leges regiae - кодекс
сакрального права. К религиозной юрисдикции относились дела по
заключению браков per confarreationem, по составлению завещаний, по
совершению заупокойных обрядов. Юрисконсультские обязанности, по
традиционной преемственности, до конца республики лежали на П" которые
были и богословами, и юристами, и давали советы в области как
сакрального, так и гражданского права. К ним обращались все желавшие
начать какое-нибудь гражданское дело (agere) за указаниями, какой надо
применить закон. какие совершить формальности; с этой целью коллегия
выделяла одного члена, который в течение года давал консультации частным
лицам. Legis actiones были изданы в 304 г., вместе с календарем,
курульным эдилом Кн. Флавием. Значение П. в области юриспруденции и
религиозного права было особенно велико в первое время республики, когда
еще патриции не были уравнены в правах с плебеями. Как сторонники
патрицианской партии, П. играли значительную роль в этой борьбе, пока
демократия не подорвала их влияния изданием fasti и legis actiones, в
результате чего было допущение плебеев к понтификату (с З00 г., в силу
Lex Ogulnia). Первым P. maximus из плебеев был в 254 г. до Р. Хр.
Тиберий Коррунканий. Сильный удар понтификату был нанесен в 131 г.
консулом П. Лицинием Крассом, который, будучи вместе с тем P. maximus и
не имея права покидать Италию, отправился с войсками в Азию. С этого
времени закон, запрещавший P. maximus выезжать из Италии, не раз
нарушался в 1-м в. носителями гражданской власти (напр. Цезарь, в сане
P. maximus, вел войну в Галлии). Вообще в 1-м в., с разрушением основ
республиканских учреждений, упал, на время, и авторитет понтификата.
Август, однако, вновь возвысил значение коллегии, сделав титул P.
maximus императорским. Для исполнения текущих дел была учреждена (с 155
г.) должность промагистра, назначавшегося на год. Традиционное уважение
к понтификату пережило язычество, и если Грациан в 382 г. отказался от
этого титула, то лишь для того, чтобы порвать с древней религией.
Поздние титул P. maximus перешел к римскому первосвященнику - папе. Как
sacerdotes populi Romani, П. были свободны от воинской повинности, от
податей и остальных гражданских тягостей. Их внешними знаками отличия.
кроме служебных, были toga praetexta и почетные места на общественных
зрелищах. Кроме описанной коллегия П., которые назывались также р.
maiores или Vestae, существовали еще pontifices minores, в числе трех,
состоявшие при коллегии р. maiores в качестве секретарей, и pontifices
Solis - коллегия, учрежденная в правление Аврелиана. Списки П. изданы
Буше-Леклерком и Марквардтом, в нижепоименованных трудах.

Литература. J. Gutherius, De veteri iure pontificio urbis Romae libri
quatuor" (в "Thesaurus" Graevil V т. l - 224); Bosius, "De pontifice
maximo Romae veteris" (включая П. времен империи, ib., 225 -
З12);Huelliman, "Jus pontificium der Romer"(Бонн, 1837);Ambrosch,
"Studien und Andeutungen im Gebiet des altromischen Bodens und Cultus"
(Бреславль, 1839); его же,. Quaestionum pontificalinm prooernium"
(Бреславль, 1847 - 1851); Rubino; "De augurum et pontificum numero"
(Марбург, 1852); Lubbert, "Commentationes pontificales (Берлин., 1859);
Bardt, "Die Priester der vier grossen Collegien ans
romischrepublicanischer Zeit" (Берл., 1871); Bouche-Leclercq "Les
pontifes de l'ancienne Rome" (Пар., 1871); его же, "Manuel des
Instilutums Romaines" (1886, стр. 510 - 531); Lange, Romische
Alterlumer"(l, стр. 345 - 376 и passim 1876); Schwede, "De pontificum
collegii pontificisque maximi in republica potestate" (Лпц., 1875);
Habel, "De pontificum Romanorum inde a. b Augusto usque ad Aorelianum
coudicione publica" (Бреславль, 1888); Waif, "Der Altromische pontifex
maximus (1861); Mommsen, "Romisebes Staatsrecbt" (11 т., 18 - 70, Б.,
1877); Marquardt, Die Rom. Staatsverwaltung" (III т., 234 - 321, Б.,
1885); Madvig D. Verfassung u. Verwaltung des Romischen Staates" (II,
612 - 633, Лпц., 1883); Виллемс, "Римское государственное право" (Киев,
1888, 1 вып., 348 - 354); Modeslow, "Der Gebrauch der Schrift tinier den
Romischen Konigen" (Берд., 1871); Mommsen, "Der Kaiseriliche
Oberponticat" (Zeitschrift f. Numismatk", 1, 238 - 244, 1874); Smith,
"Dictionary of Greek and Roman autiquities" (II вып., 460 - 463, Лондон,
1891).
H. Обнорский.
Понтоппидан - (Генрих Pontoppidan) - датский беллетрист, род. в 1857
г. Обратил на себя внимание собранием повестей "Stakkede Vinger" (1881),
в которых он является наблюдательным и талантливым рассказчиком сцен из
народного быта. Подчиняясь в первых своих литературных произведениях
влиянию Кьелланда, П., в позднейших обнаруживает более яркий и
оригинальный талант. Главные его труды: "Sandige Menighed" (1883),
"Landsbybilleder" (1884), романы "Ung Elskov", "Mimoser", lsbjornen",
"Spogelser" и "Natur", (1885 - 90), "Fra Hytterne" (1887),
"Folkelivsskildringer" (1888 - 90); два лучших его произведения -
рассказы "Skyer" (1889) и роман Мulа" (1891).
Понятие - логический термин, обозначающий известную ступень в
развитии интеллектуальной деятельности человека. Память воспроизводит
представление объекта в том виде, в каком объект был воспринять
сознанием; рефлективная деятельность ума, разлагая объект на сумму его
качеств и подмечая общие объектам качества, создает некоторое общее
представление, которое обозначается словом. Номиналистическое
направление в логике не отличает общего представления от П.. заменяя
главу о П. главою об именах; но ежели наше познание касается самых
вещей, а не наших идей о вещах, то следует различать П. от слова, при
чем П. является научным термином для обозначения результата методичного
исследования предмета - исследования, в котором выражается самая природа
его. В этом смысле можно сказать, что цель науки есть правильное
определение того П., которое составляет предмет ее (напр. П. жизни - в
биологии). От общего представления, обозначаемого словом, П., в этом
смысле, отличается тем, что из него выделены все случайные элементы,
существенные же приведены в необходимую между собой связь и соотношение.
От категории в аристотелевском и кантовском смысле П. отличается тем,
что в категориях (этих высших, определяющих П. - предикабилиях) мыслится
лишь необходимое с формальной стороны определение предмета, как условие
возможности бытия самого предмета, между тем как в П. предмета
определяется самое содержание его с существенной стороны. Общее
представление возникает путем отвлечения и ограничения, П. возникает
путем определения и разделения. С термином П. связана жаркая борьба
направлений (номиналистического и реалистического), которая, в различных
видоизменениях, проходит через всю историю философии: первое направление
вполне разобщает П. с предметом, низводя П. до минимума значения,
второе, напротив, отождествляет П. с самым предметом и видит в развитии
П. развитие предметного мира. - Формальная логика в главе о П. трактует
об определении и разграничении и о взаимном их отношении. Логика
отличает объем П от его содержания, причем не совсем точно утверждает,
что объем П. находится в обратном отношении к содержанию Под содержанием
П. разумеют сумму признаков предмета, входящих в состав П., тем больше,
при этом брать признаков, тем меньше окажется количество предметов,
имеющее все признаки; наоборот, самое бедное по содержанию П. будет
охватывать собою наибольшее количество предметов. Дробишь ("Logik", 2
изд., стр. 190 - 200) показывает неточность обычной формулировки
отношения объема к содержанию и старается выразить это отношение в более
точных математических терминах. По степени общности, П. могут быть
разделены на общие и единичные, родовые и видовые; это разделение
поддается в значительной мере специализации, определяемой характером тех
объектов, к которым относятся П. От общих П. отличают собирательные,
приложимые не к каждому отдельному предмету, а ко всем взятым вместе.
Отвлеченное П. противополагается конкретному в том смысле, что
отвлеченное обозначает собою признак, конкретное - предмет. Это деление
П. в известном отношении совпадает с делением их на соозначающие и
несоозначающие: первые указывают прямо на предмет и косвенно на признак
его, вторые - только на предмет или только на признак. Далее П. могут
быть разделены на положительные и отрицательные, относительные и
абсолютные. Рассматривая П. по отношению их объемов, мы можем говорить о
высших и низших, о подчиненных и соподчиненных (т. е. нескольких П.,
подчиненных одному). Рассматривая П. по их содержанию, можно говорить о
тождественных, противоположных, противоречащих, различных и т. д. Ежели
говорят о П. взаимно пересекающихся, то при этом имеют в виду как объем,
так и содержание их. Эти отношения П. в логиках обыкновенно изображаются
графически. См. Милль, "Система логики", V кн. (об именах и
предложениях); Ueberweg, "Logik".
Э. Р.
Понятые (судебные свидетели) - лица, приглашаемые судебною властью к
присутствованию при следственных действиях, для удостоверения того, что
действия эти были произведены с соблюдением установленных правил.
Германский имперский устав уголовного судопроизводства не требует
присутствия П. при производстве следственных действий. Австрийский устав
в некоторых случаях (при производстве осмотров, домашних объектов и т.
п.) предписывает, а в других (напр. при допросе обвиняемого) - дозволяет
приглашать П., если следователь признает это нужным или того потребует
обвиняемый. По французскому кодексу и по нашему уставу уголовного.
судопроизводства П. приглашаются судебным следователем для
присутствования при осмотрах, освидетельствованиях, обысках и выемках.
Понятыми к осмотру или освидетельствованию приглашаются в городах
хозяева соседних домов, лавок, промышленных и торговых заведений, а
также их управляющие и поверенные, в местечках и селениях приглашаются,
кроме того, землевладельцы, волостные и сельские должностные лица и
церковные старосты; в случаях, не терпящих отлагательства, судебный
следователь может пригласить и других лиц. пользующихся доверием. Для
осмотра и освидетельствования лиц женского пола в качестве понятых
приглашаются замужние женщины. К следственным действиям приглашается не
менее двух П.; они вызываются повестками, или словесным требованием,
если находятся в месте производства следствия. За неявку без
уважительной причины к следствию П. может быть подвергнут судебным
следователем денежному взысканию не свыше 25 руб., но если не явившийся
представит в 2-х недельный срок удостоверение, что он явиться не мог, то
следователь освобождает его от взыскания. В случае неявки П. по
вторичному вызову следователь может постановить о приводе его к
следствию. Следователь обязан объяснить П., по какому делу и с какою
именно целью предпринимается данное действие; при выемке у обвиняемого
понятым предъявляются отбираемые бумаги; при осмотрах и
освидетельствованиях П. имеют право заявлять свое мнение о тех действиях
и объяснениях врача, которые им покажутся сомнительными. Протоколы о
производстве следственных действий удостоверяются подписью
присутствовавших понятых.
А. С. Л.
Попечительство. - По ст. 220, Т. Х ч. 1 Св. Зак. гражд., "достигший
17-летнего возраста (несовершеннолетний) вступает в управление своим
имением; но делать долги, давать письменные обязательства и совершать
акты и сделки какого-либо рода, а также и распоряжаться капиталами,
где-либо в обращении находящимися, или получать таковые обратно из
кредитных установлений... может не иначе, как с согласия своих
попечителей". По ст. 219 такие попечители выбираются самими
несовершеннолетними. Эти постановления закона истолкованы практикой в
том смысли, что с достижением 17 лет опека заменяется П., отличным, по
своим функциям, от опеки. Попечитель лишь восполняет деятельность
несовершеннолетнего, но не действует за него сам; находящемуся под П.,
по разъяснению сената, предоставляется право, без согласия попечителя,
искать и отвечать на суде, отчуждать движимость, приобретать ее на
наличные деньги, дозволять отдачу своих вещей в залог, получать проценты
с капитала и доходы по имению, уничтожать доверенности на управление
имениями и т. п. Противореча прямому запрещению закона "совершать акты и
сделки какого-либо рода", это расширение прав несовершеннолетних
невыгодно отражается на судьбе тех из них, которые не приобрели еще
надлежащих качеств для самостоятельной деятельности и по небрежности,
испорченности или легкомыслию неблагоразумно пользуются своими правами;
признание за попечителем лишь права содействия юридическим актам
несовершеннолетнего делает его бессильным против неблагоразумия или
небрежности несовершеннолетнего в управлении имением. Аналогичное
русскому римское различие опеки и П. приводило к тем же невыгодным
последствиям, почему и клонилось к постепенному уничтожению. Французский
прообраз русского П. - П. над эмансипированными до совершеннолетия
подопечными, - ограничиваясь в своём применении только лицами,
способность к самостоятельной деятельности которых доказана, не может
идти в сравнение с русским П. Остальные западные законодательства не
знают П., заменяющего опеку, и допускают его лишь в качестве
вспомогательного к опеке института для особых случаев, в которых опека
уже существует, но нуждается в дополнении, или когда применение ее в
полном объеме не имело бы основания. Таковы случаи: когда родитель или
опекун несовершеннолетнего не могут фактически заботиться о их личности
(напр. по тяжкой болезни, отсутствию, аресту и т. д.); когда опекаемому
или лицу, находящемуся под родительской властью, отказано по завещанию
или подарено имущество, волей завещателя или дарителя поставленное вне
управления наличного опекуна или родителя; когда существует
предположение о необходимости опеки, но опекун еще не назначен; когда
совершеннолетнее лицо, вследствие телесных недостатков - особенно
слепоты, глухоты и немоты - не может самостоятельно вести всех или части
своих дел, при чем нет, однако, оснований для объявления его
недееспособным; в случае безвестного отсутствия; в. случае потребности
оградить интересы зачатого ребенка (carator ventris); когда неизвестно,
кто, при данных обстоятельствах, является заинтересованным в имуществе
лицом (напр. когда личность наследника должна определиться будущим
событием); когда собрано путем пожертвований имущество для определенной
цели, но не возникло еще самое учреждение, имеющее распоряжаться этим
имуществом; когда интересы опекаемого должно защищать против его отца
или опекуна; когда наследственное имущество не принято наследниками или
последние в срок не явились; при споре против завещания, когда имущество
никому не отдано во владение; при судебном разделе наследства и т. п. Во
всех подобных случаях западные законодательства учреждают временное П.,
по характеру прав попечителя не отличающееся от опеки, но обнимающее
заботу об имуществе и личности лишь в определенном объеме и
продолжающееся лишь до тех пор, пока в нем есть надобность.
Общегерманское гражданское уложение совершенно правильно не находит
возможным установлять, подобно австрийскому в прусскому кодексам, общее
определение, по которому дозволялось бы учреждать П. во всех тех
случаях, когда в том существует надобность: без точного указания
отдельных случаев такое определение могло бы повести, в некоторых
случаях, к ограничению правоспособности совершеннолетних или, по крайней
мере, подвергло бы опасности их самостоятельное положение. Следуя за
западными законодательствами, проект русского опекунского устава 1891 г.
намечает, вместо старого русского П. новое, западноевропейское,
предусматривающее почти все приведенные выше случаи его учреждения и
дающее более подробные, чем в обще германском уложении, частные
постановления об этом предмете. Ср. Kraut, "Die Vormundschaft des
deutsch. Rechtes" (1835); Dernburg, "Vormundschaftsrecht der preussisch.
Monarchie" (3 изд., 1886); Азаревич, "О различии между опекой и П. по
римскому праву" (СПб., 1872).
В. Н.
Попов (Александр Степанович) - родился в 1859 г., воспитывался в
духовной семинарии, в 1877 г. поступил в с.-петербургский университет;
по окончании курса на математическом отделении физико-математического
факультета, в 1882 г., оставлен при университете для приготовления к
профессорскому званию по кафедре физики. Читает в минном офицерском
классе, в Кронштадте, лекции по физике и электротехнике, состоит также
преподавателем электротехники в морском техническом училище и с 1893 г.
- товарищем председателя VI отделения Имп. технич. общества. Занимается
главным образом электротехникой; в течение 9-ти летних сезонов заведовал
электрической станцией на Нижегородской ярмарке. Из напечатанных работ
можно указать на статьи, помещенные в "Журнале Русского
Физико-химического Общества": "Случай превращения тепловой энергии в
механическую" (1894), "Прибор для обнаружения и регистрирования
электрических колебаний" (1896); прибор этот при дальнейшем его
изменении и некоторых усовершенствованиях, сделанных П. в источнике
электрических колебаний, привел к решению задачи телеграфирования
помощью электромагнитных волн без проводников. Приборы, построенные
позже для той же цели г. Маркони в Англии, по существу оказались
аналогичными с упомянутым прибором. Кроме того в журнале "Электричество"
П. напечатал в разное время несколько статей и заметок по
электротехнике.
Попокатепетл (Popocatepetl, по-мекс. "дымящаяся гора") - вулкан в
республике Мексика, в шт. Пуэбла, в виду гор. Мехико, на южной. стороне
горной возвышенности. Действовал во времена завоевания Мексики до конца
XVII в. ныне находится в состоянии полуугасания. Впервые взобрались на
него Гленник и Тэйлор в 1827 г. П. возвышается на выс. 5462 м. из
нагорья бл. Морелос, основанием его служит андская лава, покрытая песком
и пеплом. Кратер вершины эллиптической формы 600 м. дл. а 170 м.
глубины. Склон П. у подошвы покрыть дубами, выше хвойными деревьями; еще
выше идёт зона, где нет растительности; на высоте за 4400 м. начинается
снеговая область. С 1896 г. к вершине кратера устроена волочильная
подъемная дорога, для облегчения добывания серы, а также для туристов.
Поползень (Sitta) - род воробьиных птиц, составляющий особое
семейство (по другим - подсемейство) подотряда Dentirostres (см.
Воробьиные птицы). По своим признакам П. приближаются к синицам, а своею
характерною манерою лазить по отвесным стволам деревьев и стенам,
коротким, хотя и мягким хвостом и крепким, сжатым, большим клювом
напоминают дятлов. Плюсна короткая; крылья широкие и тупые. Клюв, в
отличии от клюва дятлов - заострен. Благодаря длинным пальцам с
большими, дугообразно изогнутыми, очень острыми когтями, П. лазают
одинаково хорошо, как снизу вверх, так и сверху вниз. П. широко
распространены; их нет, однако, ни в Южной Америке, ни в средней и южной
Африке. Они живут преимущественно в лесах, как в гористых местностях,
так и в равнинах. Необходимое условие для их жизни - присутствие
больших, старых, покрытых мхом и лишаями деревьев или старых, богатых
трещинами, скал, в которых можно встретить достаточно насекомых. Кроме
насекомых, пищу П. составляют орехи и семена различных деревьев. Летом
каждый П. всегда держится в одном небольшом участке, постоянно
возвращаясь в него после каждой охоты в окрестностях. Зимою П. кочуют,
переходя с места на место, часто вместе со стаями синиц, пищух и
корольков. Своих собственных стай П. никогда не образуют, а только во
время гнездования держатся парами или семьями. Гнезда устраивают в
расщелинах скал и в дуплах деревьев, обыкновенно высоко над землею, при
чем вход в гнездо суживают, обмазывая его глиной или илом. Кладка
состоит обыкновенно из 8 светлых с краснобурыми пестринками яиц.
высиживаемых самкою. Обычный крик П. - чистый свист, повторяемый
несколько раз и похожий иногда на смех. В южных местностях гнездятся два
раза, в северных - один раз в год. Наиболее распространенный в
Европейской России и Скандинавии вид, П. ямщик или волчек (S. europea),
ростом немногим больше домашнего воробья, сверху темно-пепельно-серого
цвета, снизу грязно-белый с ржавыми боками; от основания клюва через
глаз и за глазом сбоку шеи - черная полоса. В южной и средней части
Западной Европы волчка заменяет северный П. (S. caesia), несколько
меньшего роста, с ржаво-желтою нижнею стороною и белым подбородком и
горлом. В горах Кавказа, Персии и Малой Азии - водится скалистый
поползень (S. heumayeri). В Сибири до Амурского края и Китая - маленький
сибирский волчек (S. uralensis s. sibirica), с чисто белою нижнею
стороною тела, которого в Камчатке заменяет белолобый П. (S. albifrons),
а в Амурском крае и Японии, похожий на северного П., амурский П. (S.
amurensis).
Ю. В.
Попугаи (Psittaci) - своеобразный отряд птиц. Самым характерным
признаком отряда является клюв. Высота клюва при основании больше чем
вдвое превосходит ширину его, а иногда превосходит и длину. Сильно
согнутое надклювье, соединенное с черепом подвижно, с острым хребтом и
короткой восковицей при основании, похожей на восковицу хищных птиц.
Боковые края надклювья обыкновенно с тупым. сильным зубовидным выступом
с той и другой стороны, которым соответствуют две глубоких выемки на
краях подклювья. Подклювье коротко усечено и широко. Ноги довольно
коротки, толсты, оперены до пятки. Наружный и внутренний пальцы
направлены назад; все пальцы с крепкими подошвами и мозолистыми
утолщениями на концах. Задний (большой) палец с своею собственною
мышцею. Когти сильно изогнуты, но довольно слабы. Очень короткая плюсна
покрыта табличками, расположенными сеткообразно. Крылья большие,
заостренные; маховых перьев, с крепкими стержнями и широкими опахалами,
обыкновенно - 20; хвост - двенадцатиперый. Оперение - мелкое, довольно
редкое. Копчиковая железа иногда отсутствует. Череп П. отличается своей
шириной; нижнечелюстные кости очень высоки и длинны, часто заходят за
затылок. Позвонки опистоцельного типа. Гребень грудной кости - высок.
Дужка слабо развита, часто совсем отсутствует. Ключица короткая. Язык
короткий, толстый и мясистый, снабжен иногда многочисленными нитевидными
сосочками на конце. Желудок двойной (железистый и настоящий). Желчного
пузыря и слепого придатка кишечника - нет. Поджелудочная железа -
двойная. Громадное большинство П. очень ярко окрашены, при чем
преобладающим цветом обыкновенно является яркий травянисто-зеленый.
Особенно характерно, что ярко окрашенные поля резко отграничены один от
другого и цвета их часто бывают дополнительными цветами спектра (зеленый
и пурпуровый, голубовато-фиолетовый и светло-желтый и т. п.). Самцы и
самки большею частью, а молодые - обыкновенно окрашены одинаково. П. -
характерные птицы жаркого пояса. Из 457 видов П. (1889) - 161 живет в
Америке, 231 - в Австралии и Полинезии, 25 - в Африке и 40 - в южн. Азии
и на Зондских овах. Только 8 видов заходят к С от тропика Рака
(каролинский П., Conurus carolinensis - доходит до 42° с. ш.; это
единственный П" живущий в Сев. Америке) и только 60 - к Ю от тропика
Козерога (о-в Макари, лежащий под 54° ю. ш., на котором водится один вид
широкохвостых П. - Platycercus, составляет самый южный. пункт
распространения П.). П. преимущественно - лесные птицы, но некоторые
виды живут в степях, а другие - в горах, выше пояса лесной
растительности (в Андах, Абиссинии и Гималаях). Живут обществами, очень
часто образуя большие стаи. Лесные виды держатся обыкновенно на вершинах
густых деревьев; многие проводят ночь в дуплах. За кормом, состоящим из
плодов и семян, и для водопоя часто спускаются вниз. Крупные виды
выводят птенцов раз в год и кладут по 2 яйца. Яйца П. - белые, гладкие.
Гнезда в дуплах или между камнями, или, наконец, в земляных норах. Яйца
высиживаются обыкновенно самкою и самцом попеременно. Птицы родятся
беспомощными, почти голыми. Большинство П. летает довольно медленно и
тяжело, точно также и по земле передвигается с трудом, обыкновенно
мелкими прыжками; за то почти все П. - прекрасные лазуны и при лазаньи
по ветвям деревьев пользуются своим клювом, как рукою. За свою красивую
окраску, а часто и за воровские набеги на плодовые сады и хлебные поля,
П. почти везде преследуются, ловятся и истребляются человеком. Многие
виды легко приручаются. В селениях южноамериканских индейцев некоторые
виды (как кесси-кесси, Conurus solstitialis) живут, как полудомашние
птицы. Голос П. - пронзительный, резкий, напоминающий иногда карканье
или лай, иногда ворчание, иногда свист. Некоторые виды, однако, могут
петь. Всем известная характерная особенность П. - это способность их к
перениманию и заучиванию различных звуков, слов и даже фраз. Отряд П.
делят в настоящее время на пять семейств: 1) земляные или совиные П.
(Stringopidae) характеризуют Новозеландскую зоогеографическую область и
напоминают своим видом сов; замечательно мягкие перья. Четыре
относящихся сюда вида живут под корнями деревьев и в норах. 2) Настоящий
П. (Psittacidae) живут главным образом в Африке и Америке, но
встречаются также в Австралии; с коротким прямо обрезанным или
округленным хвостом. Живут на деревьях. Сюда относятся между прочим
амазонские или зеленые П. (Androglossa), серый П. или жако (Psittacus
erithacns), неразлучные П. (Agapornis, Inseparables), попугайчики
(Раlaeornis) и пр. 3) Какаду (Cacatuidae) - одни из самых характерных
птиц Австралийской обл.; только один вид из этого семейства живет к 3 от
Уоллэсовой линии на Филиппинских о-вах; с коротким хвостом, прикрытым
наполовину крыльями, и с большим подвижным хохлом на голове. 4) Араровые
(Sittacidae) соединяют в себе более половины всех известных попугаев; с
длинным, клиновидным хвостом; живут в Америке и Австралии. Сюда
относятся арары или ары (Sittace). каролинский П. (Соnurus
carolineasis), широкохвостые П. (Platycercus), волнистые попугайчики
(Melopsittacus) и др. 5) Лори (Trichoglossidae) - хвост короткий, кончик
языка с многочисленными нитевидными сосочками, образующими кисть;
питаются соком деревьев и цветов. Живут в Австралийской обл., а род
Nestor, выделяемый некоторыми в отдельное семейство, в Новозеландской
обл..
Ю. В.
Попурри (potpourri, от слов pot - горшок, pourri - смесь) -
бесформенное сопоставление в одной пьесе популярных мотивов разных
композиторов Эти мотивы соединены небольшими переходами, основанными
иногда на сходстве конца одной мелодии с началом другой. Лет 20 тому
назад П. были в моде и составляли неотъемлемую принадлежность программы
каждого садового оркестра. В настоящее время П. ограничивается
обыкновенно мотивами из одной оперы и называется фантазией; но и эти
фантазии с каждым годом все более и более теряют поклонников. П. писали
Конради, В. Шуберт и др.
Порнография - по греч. описание проституции. Сообразно с этим первые
литературные произведения, восстававшие против развития проституции,
назывались П. Такова, напр., книга Ретиф де ла Бретонна, озаглавленная:
"Le Pornographe ou Idees d'un honnete homme sur un projet de reglement
pour les prostituees" etc. Л., 1769). Когда(1836) появилось
обстоятельное исследование знаменитого врача Паран Дюшателе по тому же
предмету, то оно уже никем не рассматривалось как П., а было признано в
высокой степени поучительным и полезным. Изменение понятий о
непристойности сочинения, сообразно его цели, повело в тому, что
наименование П. стало приурочиваться к таким лишь произведениям
литературы, появление которых не могло иметь иной цели, кроме
"возбуждения любопытства к скабрезности". Приняв подобное определение
значения П" позднейшая литературная критика имела основание причислять к
этому роду литературы целый ряд сочинений, начиная с древнейших. В этом
смысле можно отнести к П. некоторые места комедий Аристофана, а также,
отчасти, произведения Лукиана и "Пасторали" Лонгуса ("Дафнис и Хлоя"). В
литературе латинской тем же характером отличались эпиграммы Катулла и
Марциала и особенно "Сатирикон" Петрония. Во Франции в XVI в. и ранее
были в ходу побасенки и сказки содержания порнографического, из которых
поэты того времени, как и позднейшего, заимствовали сюжеты, а прозаики,
как напр. Рабле в "Гаргантюа и Пантагрюэль", вводили из них в
литературный язык даже подлинные простонародные названия
непристойностей. Далее П. встречается в сочинениях Бероальда де Бервиля,
Ренье и Лафонтена, умевшего, впрочем, прикрывать наготу картин
поэтической грацией. Когда развращение нравов достигло во Франции ХVIII
в. крайнего предела, то уже не чувствовалось надобности в таком
прикрытии, и эротизм выразился в формах самой откровенной П. Этот род
литературы не встречал никакого протеста со стороны общественного вкуса
во весь период времени начиная с появления "Орлеанской девственницы"
Вольтера до выхода в свет известного произведения Парни: "Война богов"
(1799). Кроме поименованных сочинений, имевших, помимо порнографического
их направления, неоспоримые литературные достоинства, в европейской
письменности, особенно во французской, нередко приобретали известность
произведения, в которых, даже при крайней снисходительности к
нравственной распущенности, нельзя было найти иной цели, кроме
эксплуатации извращенного вкуса читателей. Из таких изданий особенно
громкую известность получили "Рагnasse Satyrique" (1622) - сборник
Теофиля Вио, подвергшегося за него преследованию, и латинская книга,
изданная во Франции в 1680 г., под заглавием: "Aloisiae Sigeae Toletanae
satira sotadica de arcanis amoris; Aloisia hispanice scripsit,
latinitale donavit J. Mearsius". Впоследствии оказалось, что ни
голландский ученый Mepcуc, ни испанская писательница Алоизия. Сигеа были
ни при чем в этом издании, приписываемом адвокату Шорье, обвинение
которого, впрочем, может быть столь же незаслуженно, как подозрение,
павшее на Дидро в авторстве книги: "Философ Тереза". К тому же роду
литературных произведений должна быть причислена "Ода Пpиaпy" Пирона.
Болезненно-порнографическим характером отличались все литературные
изделия маркиза де Сада: "Жюстина или беда от добродетели" (изд. в
Голландии в 1791 г.), "Философия в будуаре" (1792) и "Жюльета или
блаженство порока" (1798), служащая продолжением "Жюстины". Не взирая на
бдительный правительственный надзор, скабрёзные произведения все-таки
распространялись во множестве, принося барыш издателям. Еще в недавнее
время в Брюсселе существовало несколько фирм, специально посвятивших
себя перепечатыванию порнографических сочинений. Особенною известностью
пользовался сборник: "Nouveau Parnasse Satyrique", в котором, на ряду с
немногими талантливыми пьесами, встречался громадный подбор грубо
бесстыдных произведений, лишенных всякого литературного достоинства.
Издание это было воспрещено во Франции в 1866 г., по настоянию министра
народного просвещения Дюрюи. В последнюю четверть века при
исключительном господстве во Франции романа натуралистической, школы
область половой любви часто трактовалась с такими подробностями, которые
граничат бесспорно с П. Не только второстепенные романисты, как напр.
Адольф Бело, Катул Мендес, Марсель Прево, Арман Сильвестр и др., но даже
такие корифеи, как Золя и Мопассан нередко злоупотребляли гибкостью
французской. речи, дозволявшей авторам безнаказанно переступать границы,
определяемые непосредственным чувством изящного. Французская критика, в
лице лучших своих представителей, не раз указывала на эту отрицательную
сторону беллетристики, объясняя ее главным образом постыдной
зависимостью писателей от издательского стремления эксплуатировать
общественную эротоманию. Подобные же расчеты ежедневно позорят известную
часть периодической печати, которая не гнушается наполнять целые
газетные листы рисунками и статьями откровенно порнографического
содержания, В последнее же время в Париже основалось, под
председательством сенатора Беранже, целое общество (Ligue de la moralite
pablique), в программу деятельности которого входит, между прочим,
ограждение публики от эксплуататоров безнравственных вожделений. Против
осуществления идей этой лиги ведется ожесточенная борьба частью
парижской прессы, не гнушающейся успехом, приобретаемым при помощи П.
Закон, имеющий целью усилить наказания за деяния, направленные к
возбуждению эротизма и публичному оскорблению стыдливости, не смотря на
все старания Беранже, до сих пор еще не прошел в парламенте.
Относительно борьбы против П. практика новейшего времени
остановилась, повидимому, на убеждении в невозможности противодействия
П. посредством усиления строгости предупредительных и карательных мер.
Меры эти во Франции применяются лишь по отношению к одному из видов
эксплуатации эротических инстинктов масс, а именно по отношению к
публичным зрелищам. Но и этого рода преследования отличаются крайней
снисходительностью.
В русской литературе П не получила значительного развития. В XVIII
веке известностью пользовались порнографические произведения Баркова,
распространявшиеся в рукописях. Шаловливые стихотворения писали Пушкин,
Лермонтов, Полежаев и др. Собрания порнографических стихотворений на
русском языке издавались много раз за границей (Лонгиновым и др.).
П. в изящных искусствах. Художники древней Эллады нередко избирали
сюжетами для живописи и скульптуры сцены, по нашим понятиям
непристойные. У древних народов нагота составляла не только излюбленную
форму пластического искусства, но самый эротизм служил предметом культа.
Греческая теология допускала не только в частные жилища, но и в храмы
изображения таких рискованных сюжетов, которые даже в исполнении
величайших талантов не могли не возбуждать чисто животные инстинкты в
зрителе. В Афинах был даже особенный храм, посвященный "Олицетворению
бесстыдства" (Anaideia), украшенный чтимыми эмблемами "приапических
гениев" и Афродиты. В честь этих божеств происходили ортофаллические
песнопения и пляска, сопровождавшаяся непристойными телодвижениями. Весь
Олимп представлял собой обширное поле, в котором необузданная фантазия
художников находила неистощимое обилие сюжетов для искусства,
увлекшегося целями П. Вакхические оргии, любовные похождения Венеры и
Юпитера служили нескончаемой темой греческого искусства. Еврипид
упоминает (в "Ипполите") о знаменитом порнографическом изображении
Улисса с Цирцеей. Такого же характера произведения Аристида, Никофана,
Павзания. Но всех их, по свидетельству Плиния, превзошел в этом смысле
Парразий. Если у греков, как народа проникнутого стремлением к изящному,
пристрастие к П. объяснялось увлечением красивой формой, которую они
ценили по крайней мере наравне с сюжетом, то о римлянах этого сказать
нельзя. На оргиях Гелиогабала употреблялись кубки с высеченными на них
изображениями непристойностей. Обычай этот, впрочем, существовал ранее
(in poculis libidines caelare juvat ac per obscaenitates bibere, говорит
Плиний). Вкус к произведениям искусства, возбуждающим сладострастие,
охватил все римское общество, не исключая и наиболее просвещенных людей
эпохи. По словам Светония, спальня Горация была изукрашена
соблазнительными картинами во вкусе откровений Афродиты. В числе
обличителей такого извращения вкуса были поэты Овидий и Проперций, не
смотря на то, что сами они в своих сочинениях далеко не представлялись
сдержанными по части непристойностей. Св. Климент Александрийский громил
римлян своего времени за обычай украшать свои жилища картинами в роде
"Венеры в объятиях Марса", "Леды, пойманной Юпитером", голых нимф,
пьяных сатиров и т. д. В развалинах Геркулана и Помпеи сохранилось
бесчисленное множество образчиков П. Не только специальные дома
разврата, но и частные жилища были украшены живописью самого
возмутительного содержания. Неаполитанский музей содержит в себе большую
коллекцию этого рода археологических предметов, перечисленных в
"Catalogo del museo nazionale di Napoli" ("Raccolta pornographica"). В
средние века, под влиянием христианства, П. исчезает из частных жилищ,
но встречается еще на капителях и портиках некоторых церквей, в смысле
отрицательных примеров, долженствующих возбудить отвращение к пороку. В
эпоху Возрождения порнографическая нагота снова нашла применение в
живописи и скульптуре. Таланты итальянских художников сумели, однако, до
известной степени смягчить впечатление реализма своих созданий
неподражаемою грацией. за которою как бы не ощущалась непристойность
темы. Рафаэль Санцио, напр., оставался великим и. чистым даже в наиболее
реальных из своих произведений ("Рождение Венеры", "Венера и Амур",
"Раненая Венера", "Венера извлекающая из ноги занозу", "Венера и Адонис"
и т. д.). Из итальянских художников эпохи Возрождения, особенно
увлекшихся П., наиболее известны Пьетро Либери и Агостино Карраччи,
эстампы которых сохранились в весьма небольшом числе. К тому же роду
искусства принадлежат гравюры Джакопо Каральо - серия снимков с картины
"Любовные похождения богов", принадлежащей, как полагают, кисти Пьерино
дель Вага. С картин подобного содержания существует много других гравюр,
сделанных в XVI столетии художниками немецкими и голландскими
(Альтдорфер, Альдегревер, Израэль ван Мекенен, Франц. Врун, Теодор Бри и
проч.). Голландская живопись считает в своей среде несколько художников,
рисовавших сцены порнографического характера. Между ними особенно
известны Стен (Jan Steen), Франц. Миерис и Виллем Миерис (в
Флорентийской и Дрезденской галереях). Наиболее характерная из картин
Стена "Оргия", представляющая собою яркую сатиру на общественные нравы,
находится в амстердамском музее Ван дер Гоопа. В XVIII в. П. невозбранно
овладевает искусством во Франции; единственной преградой к
распространению ее крайностей в эту эпоху был значительно развитый
изящный вкус общества. Из многочисленных произведений Ватто, Буше,
Бодуэна немало таких, которые могут быть прямо отнесены к П. (см. "L'Art
du XVIII siecle" брат. Гонкур). Даже знаменитый обаятельною грацией
Грёз, не был чужд подчинению вкусам своих современников. Гораздо ярче
порнографический элемент выразился в произведениях Фрагонара, но
громадный талант и соблюдение известных границ, налагаемых чувством
изящного, спасают репутацию художника в этом смысле. Современное
французское искусство, в сравнении с искусством прошлого века, менее
грешит порнографией; не смотря на снисходительность в этом отношении
цензуры второй империи, во французском искусств новейшего времени не
замечалось уже прежнего загромождения области изящного непристойными
произведениями. Художественная и литературная критика сильно восставала
против преобладания эротизма в искусстве, приравниваемого ею к П.
Порпора (Nicolo Porpora) - известный профессор пения и композитор
1687 - 1766, ученик Гpeкo, автор опер: "Basilio, re di Oriente",
"Berenice", "Flavio Anico Olibrio", "Siface", "Arianna e Tesco", "Sant
Angiolo", Annibale", "II trionfo di Camillo"; написал также иного месс,
кантат, симфоний, псалмов и мотетов. Он открыл в Неаполе школу пения, из
которой вышли такие знаменитые певцы, как Фаринелли, Кафарелли,
Порпорино. С 1729 г. П. стоял во главе итальянской оперы в Лондоне, но
английской публике, привыкшей к произведениям Генделя, оперы П. не
особенно нравились. Последние годы жизни П. провел в Вене, где
познакомился с Гайдном, и в Неаполе. . См. "Biografia degli nomini
illustri del regno di Napoli" (Неаполь, 1819).
Портал - в романской и готической архитектуре, более или менее
роскошно орнаментированный вход в церковь, замок, ратушу или другое
значительное здание. В больших храмах, главный, обыкновенно западный,
фасад имел три П., из которых средний соответствовал среднему нефу, а
остальные два - боковым нефам; кроме того устраивалось по порталу с
северной и южной сторон храма, на концах трансепта. В романском стиле.
П. представляет собою постепенно суживающуюся вовнутрь большую нишу в
стене, с прямыми вертикальными боковыми откосами и полуциркульным сводом
вверху, также скошенным вовнутрь; в глубине этой ниши находится
двустворчатая дверь, ведущая во внутренность храма. Откосы ниши с той и
другой стороны разделаны в виде ряда полу колонок, снабженных
свойственными стилю базами и капителями; точно также и верх ниши
представляет ряд дугообразных валов, опирающихся своими концами на
означенные полуколонны. Валы по большей части обильно орнаментированы;
иногда орнамент покрывает также и стержни полуколонн. Дверь в глубине
ниши имеет по большей части четырехугольную форму, так что над нею
образуется полукруглое пространство, так называемый тимпан, обыкновенно
занятый рельефным изображением какого-либо религиозного сюжета. В
готическом стиле, П. становятся еще обширнее и роскошнее; в некоторых
церквах три П. западного фасада близко соприкасаются между собою и
занимают почти весь его низ. Свод ниши и тимпан принимают стрельчатую
форму. Полуколонны откосов превращаются в связки полуколонн и украшаются
рядами статуй святых, стоящих на кронштейнах и осененных балдахинчиками;
на своде, вместо валов, являются плоские или впалые дуги, к которым
прилеплены ряды бюстов. Тимпан занят рельефами, расположенными в виде
фризов и представляющими иногда до сотни фигур, или же одним цельным
рельефом, изображающим какой-либо религиозный сюжет, по большей части
родословие Богородицы (так наз. "Древо Иессеево"). Дверное отверстие П.
чаще всего разделяется пополам вертикальною стойкою, так что
представляет, собственно говоря, не одну, а две соседние и парные двери;
к стойке приделана также статуя на кронштейне и под балдахином. К
наиболее красивым П. позднероманского стиля принадлежат так называемые.
Золотые ворота фрейбергского собора, очень похожий на них северный П.
бамбергского собора., вход в Schottenkirche в Регенсбурге, Галлусовы
врата базельского соб., западный П. собора. св. Стефана в Вене и
некоторые др. из готических П. особенно замечательны, во Франции, П.
соборов шартрского, амьенского, реймского и парижской Богоматери и
церкви. св. Трофима, в Арли, а в Германии - пять П. кельнского собора.,
из представляющих же переход от готики к стилю Возрождения - изящный П.
собор в Комо.
А. С - в.
Портик (лат. роrticus, греч. stoa) - крытая галерея. открывающаяся с
одной стороны, с двух или со всех сторон на открытый воздух, с колоннами
и столбами, поддерживающими крышу или непосредственно, или с помощью
лежащего на них архитрава или же арок, перекинутых с одной из этих
подпор на другую. Если такая галерея открыта с одной стороны, то с
другой, противоположной, она ограничивается стеною или совершенно
глухою, или имеющею двери и окна. П. введен в архитектуру древними
греками и был заимствован от них римлянами; у тех и других он служил
местом, в котором можно было сидеть и прогуливаться, укрывшись от
палящих лучей солнца и от дождя. Этот род построек удержался в зодчестве
средних веков (монастырские клуатры) и эпохи Возрождения.
А. С - в.
Порто-Ново (Porto-Novo, Adjare) - главный гор. провинции того же
имени, в французской. колонии Дагомее, на Невольничьем берегу Западной.
Африки. Вывоз пальмового масла и кокосовых орехов, Королевство П.
основано в XVIII в.; в 1861 г. было занято англичанами и обратилось к
защите Франции, которая установила над ним временный протекторат в 1863
г., а с 1883 г. - и постоянный. Дружеское расположение короля П.
позволило французам. при открытии войны с Беганцином Дагомейским,
сделать П. своим операционным базисом. В 189З г. П. соединен с
Дагомейской колонией.
Порт-о-Пренс (Port-au-Prince или Le Port Republicain) - главный город
и порт республики. Гаити на западном. берегу Гонаивского залива, в
нездоровой, болотистой местности. Дома по большей части деревянные и,
вследствие частых землетрясений (1751, 1770, 1830, 1842), в совершенном
упадке. Лицей, коллегия, несколько ланкастерских школ; таможня, монетный
двор. Пристань хорошая и, за исключением периода с августа по октябрь,
когда свирепствуют ураганы, совершенно безопасная. На С от города
находится еще маленькая гавань, называемая. внутренней, могущая вмещать
2 корабля. Гавань защищена фортами. Торговля большей частью во
французских и немецких руках. Главные предметы вывоза: синее и красное
дерево, хлопок, кофе, какао, мед, апельсинная корка, гваякская смола.
Ввозятся, кроме мануфактурных товаров, мясо, мука, сахар и алкоголь.
Правильное пароходное сообщение с Европой и Америкой. Движение судов в
1895 г. - 198 пароходов и 80 парусных судов, в 335847 регистр. тонн.
Ввезено товаров (1895) 52775 тонн .Жителей около 60000 (1895).
Портрет - изображение того или другого человека, произведенное
средствами живописи, гравирования или скульптуры (а также
фотографическое). П. может считаться вполне удовлетворительным, когда
воспроизводит оригинал в точности, со всеми чертами его внешности и
внутреннего индивидуального характера, в наиболее привычной его позе, с
наиболее свойственною ему экспрессией. Удовлетворение этого требования
входит в круг. задач искусства и может приводить к высокохудожественным
результатам, если исполняется даровитыми мастерами, влагающими в
копирование действительности свой личный вкус и чувство природы. Смотря
по величине изображения, живописные портреты могут быть головные (когда
изображена только голова по плечи), погрудные, поясные, поколенные и во
весь рост; в отношении позы представленной фигуры, они бывают
профильные, "с лица" (en face), в три четверти поворота направо или
налево (en trois quarts) и так наз. an profil perdu, т. е. изображающие
лицо с затылка, так что видна только часть профиля. Такое же разделение
существует и для П., рисованных карандашом, писанных акварелью,
гравированных и вылепленных высоким или низким рельефом (как напр. на
медалях и монетах); собственно же скульптурные П. делаются в виде гермов
(одна голова с шеей), бюстов (голова и верхняя часть туловища) и статуй
(целая фигура, с головы до ног). Портретное искусство возникло в
глубокой древности; еще за много веков до Р. Хр. оно было в большом
употреблении у египтян, как о том свидетельствуют деревянные и каменные
статуи, найденные в значительном числе в погребальных постройках этого
народа. У древних греков долгое время П. в строгом смысле слова не
существовало; хотя и было в обычае награждать победителей на играх
постановкою их статуй на публичных местах, однако, то были идеальные
фигуры, лишь в общих чертах. Эллинские республики даже запрещали
общественным деятелям и частным лицам заказывать свои реалистические
П., находя их могущими развивать в гражданах тщеславие и
противоречащими принципу равенства между ними. Только в V в. до Р. Хр.
впервые явились у греков настоящие портретные гермы и статуи, а именно в
числе произведений Димитрия Алопекского, жившего во времена Перикла.
Реалистическое направление окончательно утвердилось в портретной
скульптуре при Александре Македонском, благодаря Лизиппу и его брату,
Лизистрату, который первый стал формовать маски с натуры. Впоследствии
П. размножились не только в пластике, но и в живописи, при чем в
последней достигли уже до большего совершенства, как мы можем судить о
том по многочисленным доскам с изображением лиц покойников, находимых
при саркофагах греко-египетских мумий. Из Греции любовь к П. перешла к
римлянам, которые к прежним родам пластических портретных изображений,
статуе и герму, прибавили новый род - бюст. От римской эпохи дошло до
нас огромное количество портретных изваяний реалистичных и идеальных,
исполненных приезжими в вечный город греческими художниками и их
римскими учениками, в том числе поражающих своею экспрессивностью и
совершенством технического исполнения (каковы напр. две сидящие статуи
поэтов Менандра и Позидипа, статуи Эврипида, Демосфена, полководца
Фокиона, имп. Августа и др. в Ватиканском музее, Софокла, в Латеранском
музее, Аристокла и Помпея, в Палаццо-Спада, Пиндара и Aнакреона, в вилле
Боргезе, в Риме, и пр.). В Средние века портретный род как скульптуры,
так и живописи находился почти в полном упадке, и только с наступлением
эпохи Возрождение занял видное место среди других художественных
отраслей. В Италии его воскресили прежде всего скульпторы - Дезидерио
да-Саттиньяно, Мино даФьезоле, Росселлино, Л. делла-Роббиа, Донателло и
пр., быстро достигшие до блестящих результатов в своем стремлении
воспроизводить человеческую физиономию верно с действительностью,
определенно выражать характеры и, в тоже время, соблюдать благородство
стиля. Значительно позже их выступили на тот же путь живописцы, но зато,
в период полного расцвета итальянского искусства, явилась целая фаланга
даровитых и гениальных художников. которые возвели П. на степень высоко
изящной картины, увековечивающей всю сущность характера данного лица в
момент самого яркого ее выражения. Рафаэль, С. дель-Пьомбо, Тициан,
Джорджоне, Тинторетто и толпа других мастеров прославились столько же
своими П., сколько и историческими картинами. Еще раньше, чем итальянцы,
в XV ст., весьма успешно возделывали П. в натуралистическом духе
нидерландские живописцы, во главе которых стоят братья ван-Эйки и Г.
Мемлинг. В следовавшем после них развитии нидерландской живописи и по
разделении ее на самостоятельные фламандскую и голландскую школу, П.
приобретал все большее и большее значение в деятельности художников и в
связи с общим направлением этих школ совершенствовался, главным образом,
в отношении колорита и светотени. Величайшими портретистами между
фламандцами были Рубенс и ван-Дейк, а между голландцами - Рембрандт, Ф.
Гальс, ван-дер-Гельст и Терборх. Из старонемецких живописцев особенно
знамениты, как портретисты, А. Дюрер и Г. Гольбейн Мл. Наиболее
выдающимися представителями П. в цветущую пору испанской школы были
Веласкес и Карреньо-де-Миранда. С исходом XVII ст. манерность и
условность, водворившиеся вообще в искусстве, помешали П. удержаться на
достигнутой им высоте и даже отодвинули его на второй план как в
живописи, так и в скульптуре; тем не менее, конец XVII и XVIII ст.
произвели таких замечательных портретистов, как П. Миньяр, Г. Риго,
Детруа и Н. Ларжильер во Франции, Купецкий, Р. Менгс и А. Граф в
Германии, Рейнольдс, Лауренс и Гайнсборо в Англии, Гойя в Испании,
Левицкий и Боровиковский в России. В это время распространилась любовь к
гравированным П., а также к исполненным пастелью и миниатюрно
акварельным, по части которых явилось много весьма искусных мастеров,
что продолжалось до 50-х годов настоящего столетия - до той поры, пока
изобретение светописи не сократило запроса на труд этих художников, и
общедоступные по своей дешевизне фотографические П. не стали все более и
более входить в обращение вместо дорогих рисованных, писанных и
гравированных от руки. При всем том, и в настоящее время портретная
живопись, как масляными красками, так и акварелью, не перестает быть
отраслью искусства, доставляющей образцовые произведения. Из живописцев
XIX в., особенно замечательными портретистами выказали себя: французы
Давид, Жерар, Энгр, П. Деларош, Эбер, Винтергальтер, Бонна, Каролюс
Дюран, Дюбюф, Ландель; немцы - Вах, Магнус, Гензель. Г. Рихтер, Ю.
Шрадер, К. Бегас, О. Бегас, Амерлинг, Ангели, Ленбах. Фр. Каульбах;
англичане
- Милле, Оулес, Геркомер, Пойнтер; русские - Варнек, Кипренский, К.
Брюллов, Тропинин, Зарянко, Перов и Крамской.
Поручительство - среди способов обеспечения обязательств - является
одним из древнейших. Первоначальная его форма - заложничество -
конкурирует с залогом, как имущественным обеспечением. Передача в залог
определенного лица была в древности более надежным обеспечением, чем
передача малоценного движимого имущества (отдачи в залог недвижимости в
то время не существовало). В частности на П. держалась вся полицейская и
судебная организация древности. Не имея в своем распоряжении
достаточного числа органов для надзора за населением и иных средств
обеспечения явки тяжущихся к суду, правительство призывало к участию в
надзоре и в исполнении административно судебных обязательств все
население, соединяя его в определенные группы (круговая порука) или
устанавливая отдельные П. на каждый данный случай. За уголовные
преступления и проступки против прав государственной власти отвечал
круговой порукой род; после его распадения лица, подозрительные в том
или ином отношении, обязывались найти себе, для обеспечения мира,
частных поручителей, на которых и возлагался надзор за ними. В Англии
англосаксонского периода такого рода П. развилось в целую систему
правительственной организации, удержанной и Вильгельмом Завоевателем.
Каждый член семьи стоит под П. ее главы, каждый глава семьи - под П.
своих родственников или особых поручителей, в числе 12 человек; мелкие
земельные собственники стоять под П. крупных, несвободные люди - под П.
их владельцев. Не имеющий поручителя человек - напр. путешественник или
бродячий рабочий - не может проживать ни в каком месте более
определенного числа дней (обыкновенно - трех), не найдя себе поручителя;
иначе он объявляется бесправным, и кто принимает его к себе в дом,
становится ео ipso его поручителем. Будучи системой правительственного
надзора, П. сделалось вместе с тем и системой закрепощения населения, и
в этом смысле его выгоды сознаны были сильными людьми. Чтобы избежать
его следствий, общины создают круговую поруку, принимая на себя
ответственность за своих членов, и этим путем получают зачатки
самоуправления. Древняя Русь, подобно остальным странам, знает П., в
качестве средства управления, в течение всего московского периода.
Существовало, прежде всего, П. по боярам, обязавшимся не отъезжать со
службы от великих князей; за таким боярином установлялся целый ряд
надсмотрщиков, обязанных денежными неустойками и передававших свое
обязательство целому ряду помощников (подпоручителей), также обложенных
неустойкой. При всех выборных должностях судебно-административного
ведомства избиратели на эти должности становились поручителями за

<<

стр. 170
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>