<<

стр. 171
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

избранных. Крестьяне новоселы ставят за себя поручителей в том, что не
сбегут с нового места поселения; при отходе на время крестьянин также
ставит поруку, что возвратится; лицо, приютившее беглеца крестьянина,
объявляется неблагонадежным и ставится под П. Это П. по крестьянам
практикуется как правительством, так и частными владельцами, духовными и
светскими. Та же метода применяется к новоселам посадским людям и
казакам, позднее - к стрельцам и другим служилым людям Под П. ставятся
лица, совершившие преступления и наказанные за это, лица просто
подозрительные, могущие совершить преступление, лица, на которых
заявлено подозрение при обыске, сыске, пытке и т. д. Судебное П.
применяется главным образом для обеспечения явки ответчика в суд по
вызову истца или пристава, а также истца и ответчика, при отсрочке
разбирательства, в явке на суд к новому сроку. П. дает истец, когда
получает ответчика головою, в том, что, взыскав с ответчика что нужно,
отпустить его на усмотрение судей; если истец такой поруки не дает, то
ответчик должен сам отыскать поручителя в уплате долга, а до того
времени заключается в тюрьму. Выдача головою допускается вообще тогда,
когда не было поруки за ответчика. По постановлениям Уложения; П.
сопровождает целый ряд процессуальных действий. Поручитель обязывается
понуждать должника к уплате и стать в распоряжение кредитора взамен
должника, если это понуждение окажется неуспешным. Отсюда характерное
выражение русских порядных: "наши головы в его (должника) голову место".
Позднее взыскание с поручителя ограничивается денежной пеней, но не в
сумме долга, а в определенном размере, достаточном для побуждения к
заботе об интересах кредитора, напр. в виде неустойки "сколько государь
укажет", двойного взыскания долга и т. д. По отношению ко многим случаям
сохраняются и уголовные взыскания с поручителей или другие наказания:
тюрьма, опала и кара от великого князя, телесное наказание, духовное
покаяние и т. д. Согласно с этой конструкцией, обязывающей к личной
деятельности, обязательство поручителя не переходит на наследников.
Римское право сохранило несколько форм древнего П: а) П. виндекса.
Последний отдает себя в руки (в залог) кредитору на тот случай, если
должник. которому грозит месть кредитора, не уплатит выкупа. В процессах
о свободе поручитель выступает в качестве защитника человека. которого
другой объявляет рабом, и отдает себя во власть кредитора, если
претензия последнего окажется правильной, б) Судебное П. (vadimonium).
На vas (поручитель в vadimonium), как и на виндексе, лежит обязанность
понуждения должника к исполнению действий, обещанных кредитору, т. е. в
процессе - к явке в суд и исполнению других процессуальных обрядов. В
позднейшем праве такой поручитель отвечает денежной пеней, но в раннее
время и в Риме, вероятно, поручители в суде были лишь пособниками суда и
истца в розыске ответчика и приводе его к суду. В императорское время
вадимониальное П. совершенно видоизменяется, сближаясь с П. нового типа.
в) Obligatio praedis - П. наиболее строгое, близкое к первоначальному П.
виндекса. При нем кредитор, не получив удовлетворения от поручителя, мог
сам взыскать должное, продав все имущество поручителя (venditio
praedis), а первоначально, вероятно, и самого поручителя, г) К
древнейшему типу должно быть причислено также П. адпромиссоров и
адстипуляторов совершенно тожественное с круговой порукой. Иное название
этого вида - sponsio и fidepromissio. Спондоры и фидепромиссоры, будучи
поручителями, суть в то же время корреальные должники, выступающие
вместе с главным должником в одной и той же стипуляции. От воли
кредитора зависит обратить взыскание на того или другого из них или на
всех вместе. Поручитель, удовлетворивший кредитора, не имел права на
регресс уплаченного с главного должника - обстоятельство, указывающее
или на то, что члены такого П. были связаны общностью интересов, не
требовавшей разделения ответственности, или на то, что они обладали
такой властью над должником, при которой вопрос о праве на взыскание
отступал на задний план. Fidepromissio и sponsio до конца своего
существования остались также обязательствами личными, а не
наследственными.
Новый тип современного П. последовательно вырабатывается в Риме
преобразованием sponsio и fidepromissio, а затем и созданием новых форм
П. При развитии имущественной ответственности по обязательствам, вместо
личной старые формы П. становятся ненужными. Как скоро отвечает
имущество, его возможно взять в доме должника, а если должника нет на
месте или у него ничего нет, то отвечает имущество поручителя. Это
налагает на кредитора обязанность искать на должнике прежде поручителя;
претор дает иск из обиды, если кредитор позорит должника, тревожа из-за
него поручителя без предварительного обращения к нему. Lex Apuleja (391
г. до Р, Хр.) обеспечивает поручителям, уплатившим больше причитающейся
на их долю части, регресс с остальных поручителей. Lex Publilia (около
384 г. до Р. Хр.) дает sponsor'y иск (actio depensi) против главного
должника в случае уплаты за него денег. Lex Furia de sponsu (около. 345
г. до Р. Хр.) облегчает еще более положение поручителей, признавая ipso
jure раздельность ответственности при нескольких поручителях и
освобождая от П. по истечение двух лет. Lex Cicereia установила
требование, чтобы кредитор, принимающий sponsores и fidepromissores,
сообщал им количество долга и число сопоручителей. под страхом
недействительности П. Наконец, Lex Cornelia (около 88 г. до Р. Хр.)
запретила П. свыше 20000 сестерций за того же должника у того же
кредитора в том же году. Первоначальная круговая порука распалась, таким
образом, на отдельные П. Потребность в П, гарантирующем исполнение
гражданско-правовых обязательств имущественной ответственностью,
выражается в классический период римского права в появлении нескольких
форм П., подходящих к новым условиям жизни и стремящимся видоизменить
или совсем заменить старые формы. Сюда принадлежит fldejussio
(видоизмененная fidepromissio), обязывавшая поручителя к ответственности
только за долг главного должника, но не больше. В отличие от
fidepromissio, она может сопровождать не только стипуляционный, но и
всякий иной долг; возникшее из ее обязательство переходит на наследника.
На первых порах она делала поручителя корреальным должником кредитора;
Адриан дал сопоручителям beneficium divisionis, а уплативший долг
поручитель получал bеnеfiсium cedendarum actionum. П. можно было
установить, далее, в форме constitutum debiti alieni - бесформенного
обещания уплатить чужой долг,. без различия его характера, в случае
несостоятельности главного должника. Эта форма П. встречается редко. Для
той же цели служило поручение (mandatum qualificatum) одного лица
другому оказать кредит третьему лицу. Лицо, давшее поручение,
рассматривалось как поручитель должника. Ко времени Юстиниана вышли из
употребления все древнейшие формы П. : остались fidejussio, constitutum
и mandatum qualificatum. Эдикты Августа и Клавдия запретили П. жен за
долги своих мужей. В 46 г. по Р. Хр. сенатусконсульт Веллеяна (Sc.
Vellejanum) запретил вообще женщинам совершать fidejussio и принимать на
себя ответственность по займам. Судебная практика распространила это
постановление на все виды интерцессии, т. е. вступления в чужие
обязательства (П., дача залогов, принятие ответственности по искам и т.
д.).
Позднейшие формы римского П. положены в основание норм П. в
современном праве. П является теперь обязательством побочным, стоящим
рядом. с главным, исполнение которого оно обеспечивает, составом и
судьбою которого определяется его состав и судьба. Современный
поручитель обязывается отвечать пред кредитором третьего лица в
исполнении последним своего обязательства. Поручительством могут быть
обеспечиваемы всякие долговые требования, уже существующие или имеющие
возникнуть (возможно так называемое. П. в кредит, т. е. обещание
ответственности за долги третьего лица, имеющие возникнуть из
определенного основания, например. из ведения данного промышленного
предприятия, торговли определенного вида и т. д.), определенные и
неопределенные, условные, срочные и бессрочные, в полном объеме или в
части. Нельзя, однако, считать поручительством обещание принять на себя
ответственность по долгу уже просроченному, по неисполненному должником
во время обязательству. Целью П. является гарантия исправности должника
в исполнении; П., установленное после оказавшейся неисправности, есть
уже самостоятельное долговое обязательство. Недействительность главного
долга ведет к недействительности и установленного для его гарантии П.
(напр. П. по карточному долгу); но П. по договору недееспособного лица,
независимо от того, знал или не знал поручитель о недееспособности
главного должника, рассматривается как самостоятельный долг поручителя.
Поручитель отвечает, если П. принято без ограничений, за весь состав
данного обязательства, но не свыше его, наоборот, уменьшение долга к
моменту платежа по тем или иным причинам уменьшает ответственность
поручителя. Установление понятия главного долга встречает, однако,
трудности в виду роста его объема при некоторых обстоятельствах
(прибавка %%, установленная за просрочку неустойка, издержки взыскания
долга, убытки, причиненные несвоевременным исполнением и т. д.).
Французское право, согласно с римским, при неопределенно выраженном П.
за главный долг возлагает на поручителя ответственность за все
принадлежности долга (accessoires de la dette). По обще германскому
уложению, обязательство поручителя всегда соразмеряется с положением
главного обязательства в данное время; лишь сделка, совершенная главным
должником после установления П., не влияет на размер обязательства
поручителя. Остзейское право устанавливает такую широкую ответственность
лишь для Курляндии, в Лифляндии же и Эстляндии допускается только
ответственность за капитал с %% но не за убытки и другие побочные
требования (ст. 4512 - 13). 0твечая за весь объем обязательства
должника, поручитель получает и право предъявлять все возражения,
которыми может защищаться сам должник, даже и в том случае, если должник
от них отказывается, за исключением лишь возражения об ограниченной
ответственности наследника умершего главного должника. Поэтому,
поручитель может отказывать кредитору в удовлетворении, пока главный
должник в праве оспаривать сделку, положенную в основание его
обязательства. Такое же правомочие признается за поручителем, пока
кредитор может получить удовлетворение через зачет своего требования за
годное ко взысканию. требование главного должника. Кредитор обязывается,
прежде обращения к поручителю, принять меры к получению удовлетворения
от должника (так называемый. beneficium excussionis). Возражение о
предварительном взыскании с должника не допускается только в следующих
случаях: если поручитель отказался заранее от этого права или установил
П. в форме солидарного обязательства; если взыскание с главного должника
затруднено вследствие перемены местожительства или места нахождения
промышленного заведения; если над имуществом должника учрежден конкурс и
можно предвидеть, что кредитор не получит удовлетворения путем обращения
взыскания на имущество главного должника. Сопоручители отвечают - по
современному праву, в противоположность римскому, - как солидарные
должники, с правом регресса. Если кредитор откажется от права
преимущественного удовлетворения, связанного с его требованием, от
ипотеки или закладного права, установленных в его обеспечение, или же от
права против сопоручителя, то поручитель освобождается от
ответственности, поскольку он мог бы возместить свои убытки из права, от
которого кредитор отказался. Право требовать с должника возмещения
исполненного по П. признается современным правом за кредитором
категорически. Некоторые ограничения ответственности поручителя
установляются при срочном П. Если поручитель поручился на определенный
срок, то по истечении этого срока он освобождается от ответственности,
коль скоро кредитор не примет немедленно мер к получению удовлетворения
и не заявит поручителю, что предъявляет взыскание к нему. П.,
считающееся в теории бесформенным доготором, по требованию новых
законодательств устанавливается обязательно в письменной форме. Mandatum
qualificatum также служит основанием возникновения обязательства: "кто
поручает другому оказать кредит от своего имени и за свой счет третьему
лицу, тот отвечает перед поверенным, как поручитель, по тому
обязательству третьего лица, которое возникнет по оказанию кредита" (ст.
778 общегерманского уложения.). Римские постановления об интерцессии не
имеют более силы.
Русское право, дойдя в своем развитии, начиная с XVIII в., до
признания П. побочным обязательством, обусловливающим лишь имущественную
ответственность не свыше главного долга, остается во многих отношениях
несовершенным. В особенности сильно затрудняет кредит резкое различие
срочного и простого П. По ст. 1558 т. X, ч. 1 по простому П. (П. в
платеже), поручитель ответствует только тогда, когда должник окажется
несостоятельным; а так как объявление несостоятельности может
последовать только при задолженности свыше 1500 р. с., то долги ниже
этого размера, по строгому смыслу закона, совсем не могут быть с
надеждой на взыскание обеспечены П. Так первоначально практика и
понимала эту статью; позднее (в 1880 г.) сенатом было разъяснено, что
для ответственности простого поручителя достаточно в этом случае
фактической несостоятельности должника. Этим создан новый вид П., более
привилегированный, чем П. свыше 1500 р. По простому П. поручитель
отвечает лишь за платеж капитала, а не %%, тем менее убытков и издержек
взыскания; сенатом признано, однако, что %% платятся поручителями, когда
кредитор своевременно известил поручителя о неисправности должника. П.
на срок, в случай отказа поручителя уплатить долг за главного должника,
с которого кредитор раньше этого не получил удовлетворения, дает право
кредитору на взыскание долга с поручителя и немедленного наложения
запрещения на его имение, на случай несостоятельности должника. При
срочном П. кредитор имеет право на взыскание %% убытков и издержек.
Всякое изменение главного долга со стороны должника по соглашению с
кредитором, особенно отсрочка долга или промедление взыскания с главного
должника свыше шести месяцев, ведут, при простом П., к полному
освобождению поручителя от П. При срочном П. поручитель освобождается от
ответственности, если обязательство не будет предъявлено ко взысканию в
месячный срок со времени истечения срока, Benificium divisionis имеет
строгое применение: сопоручители отвечают каждый лишь за часть долга, и
лишь при несостоятельности одного из них не взысканная часть
раскладывается между другими поручителями. Право обратного требования
(см.) с должника признается за поручителем при обоих видах П. Форма
установления П. письменная: по закону - "собственноручная подпись
поручителя на обязательстве" (ст. 1562), по разъяснению сената - и в
виде отдельного письменного акта (домашней расписки). Литература:
Girtanner, "Die Burgschaft" (1850); Hasenbalg, "Die Burgshhaft nach gem.
Kecht" (1870); Dernburg, "Pandecten" (II, 76 - 84); Windscheid, "Pand."
(§476-481); бар. Нолькен, "Учение о П. по римскому праву и новейшим
законодательствам" (СПб., 1884); Победоносцев, "Курс гражд. права" (III,
37 - 38); Муромцев, "Гражд. право древн. Рима" (М., 1883); Никонов, "П.
в его историческом развитии по русск. праву" (СПб., 1895); С. Капустин,
"Древнее русское поручительство" (К., 1855); М. Ковалевский, "История
полицейской администрации в английских графствах" (Прага, 1877); Шулин,
"Учебн. истории рим. права" (§77, русск. пер.); Stobbe, "Handb. des
deutsch. Privatrechts" (III); Schroder, "Deutsche Rechtsgeschichte" (§11
и 35).
В. Я.
Посадник. - П. в древней Руси называлось должностное лицо, имевшее
значение княжеского наместника; завладевая каким либо городом или краем,
князь выражал свое право на вновь присоединенный округ тем, что оставлял
там П. Случалось, однако, и так, что П. находился в городе во время
личного пребывания там князя; так было, напр., при Ярославе в Новгороде.
Впрочем, быть может, это относится только к данному месту, так как
именно в этом крае - в Новгороде и Пскове - судьба посадничьей должности
была несколько особая, и когда говорят о П., то обыкновенно имеют в
виду. главным образом, новгородского, П. в Новгороде сперва также
назначались князем, но, после ссоры новгородцев с своим князем
Всеволодом Мстиславичем, должность эта становится выборною, и П. из
лица, подчиненного князю, превращается в главного представителя Великого
Новгорода, является силою, контролирующею князя. В цветущее время
новгородской жизни П. был посредником между народом и князем.; без П.
князь не мог ни судить, ни управлять, ни водить в поход новгородцев.
"Новгородская печать П." прикладывалась ко всем новгородским грамотам.
П. созывал вече (кроме тех случаев, когда оно сходилось по собственному
почину), предводительствовал войском, укреплял Новгород и его пригороды.
вел переговоры с соседями Новгорода, вместе с тысяцким вводил в дом св.
Софии на сени нового владыку, т. е. передавал ему управление
новгородскою церковью. П. избирались исключительно из наиболее знатных
боярских семей; число родов, из которых избирались П., не превосходит,
за все время самостоятельной жизни Новгорода, 40. П., таким образом, de
facto являлись представителями высшего класса новгородского общества,
класса крупных капиталистов, в противоположность тысяцкому (начальнику
новгородской "тысячи"), который хотя также избирался из боярских
фамилий, но главною обязанностью которого была забота о низшем слое
населения. Срока должности П., как и других должностей в Новгороде,
определить нельзя. Скорее всего можно предположить, что его избирали
бессрочно, с правом сменять во всякое время, как скоро вече найдет его
непригодным. П., находившийся в должности, назывался степенным.
Степенный П. всегда был один; только под конец независимого
существования Новгорода упоминается особый владычный П. Значение
степенного П. было так велико, что нередко новгородцы управлялись одним
П., оставаясь без князя; князь не мог сменить П. Степенный П., сложив с
себя должность, продолжал носить звание П., иногда с прибавлением
эпитета старого. "Старые П." занимали видное место в правительственном
совете, который составлялся из должностных лиц и бояр и держал в своих
руках почти все дела Великого Новгорода; с другой стороны, они являлись
иногда главами определенных партий, враждебных господствующей в данное
время. Зачастую они снова были избираемы в П. степенные. В Пскове до XV
в. П. были назначаемы из Новгорода. Превратившись, с указанного времени,
в выборных, они пользуются в общине теми же правами и значением, как и в
Новгороде. Более демократический строй псковской жизни наложил, однако,
на эту должность особый отпечаток. Во- первых, не так строго соблюдалось
правило избрания П. из боярских фамилий: во- вторых, власть П. была
поставлена под более действительный контроль веча. Чаще сводился с
должности степенный П., большее значение имели старые П.: в Пскове им
иногда от веча давались такие же полномочия, какими по должности
пользовался степенный П. Кроме того псковичи придумали целый ряд
ограничений посадничьей власти; они избирают иногда по два степенных П.,
а с половины XV в. сокращают срок их. должностных функций до одного
года. В Новгороде до самого конца его самостоятельной жизни П. продолжал
играть видную роль; в Пскове значение этой должности свелось на нет, и
вся власть сосредоточилась в руках веча. Уничтожая самостоятельность
Новгорода (1478), великий. князь. Иван Васильевич требовал, чтобы в нем
не было ни П., ни веча; решив покончить с самостоятельностью Пскова
(1510), великий. князь. Василий Иванович потребовал только отказа от
веча и даже не упомянул о П. в своем последнем требовании от вольного
Пскова. Ср. Костомаров, "Северно-русские народоправства"; Беляев,
"Очерки из русской истории".
М. П-ов.
Посадские люди, черные посадские люди - в московском государстве так
назывался торгово-промышленный класс, который, выделив из своей среды
гостей и торговых людей гостинной и суконной сотни в привилегированный
разряд полуслужилых людей, составлял главную массу городского населения,
особенно в городах центральных и северных. С средины XVI в. П. люди
переходят из центральных городов в окраинные. Термин этот происходит от
слова посад, посада - поселения, состоявшего из лавок и дворов
торгово-промышленных людей и обыкновенно группировавшегося вокруг города
в тесном смысле (вокруг кремля, вокруг городских стен). Первые указания
на обособление П. людей содержатся в постановлениях Судебников о
бесчестье. В царском Судебнике бесчестье младшим П. людям определено в
один рубль, наравне с пашенными крестьянами, а средним П. людям - в пять
рублей. Уложение 1649 г., различая три разряда П. людей, постановляет,
что за бесчестье, причиненное П. человеку лучшей статьи, виновный платит
7 руб., П. человеку средней статьи - 6 руб., П. человеку меньшей статьи
- 5 руб. Деление П. людей на "лучших, средних и младших" имело характер
фискальный, в значительной степени случайный, искусственный и
колеблющийся. Основанием для отнесения П. человека к тому или другому из
этих разрядов служило количество оклада, с которого двор его платил
подати, а самый этот оклад определялся на двор при мирском разрубе по
животам и промыслам, т. е. сообразно имущественному состоянию хозяина.
Подати налагались на посад общей суммою, а затем уже подлежали
разверстке между дворами, на началах круговой поруки, путем мирской
раскладки. Центром самоуправления посада была земская изба; здесь
происходили мирские сходы, выбиравшие земских старост и целовальников.
Эти должностные лица ведали главным образом дела финансового и отчасти
полицейского характера. Выбираемый ежегодно земский староста ведал П.
черную тяглую землю и заведовал взиманием податей и отправлением
повинностей; он имел право П. людей "волей и неволей к мирскому делу
нудить": он обязан был заботиться об интересах избравшей его общины и по
спорным делам обращался с челобитными в центральные учреждения на, имя
государя. С своей стороны П. люди обязывались, в случае, если "учинятся"
убытки земскому старосте, целовальникам или кому-либо из тяглецов в
каком-либо мирском деле от сторонних людей, "подымать" эти убытки миром.
Кроме земских старост, которых иногда бывало по несколько в посаде
(напр., по 2 во Владимире и Муроме, 5 в Пскове) и подчиненных ему
целовальников, в некоторых городах (Калуге, Вологде) встречаются
сотские, ведавшие, между прочим, дела полицейского характера. Власть
земского старосты, по всей вероятности, ограничена была мирским советом,
на существование которого имеются прямые указания, не дающие, однако,
возможности точно определить границы его ведомства. Подати, падавшие на
посад за круговой порукой П. людей, первоначально разводились земским
старостою и, вероятно, мирским советом на более мелкие тяглые союзы, на
которые дробился посад. Характер их не всюду был один и тот же. Изредка
попадается географическое деление города на стороны (Старица), чаще
встречается деление на слободы (Москва, Можайск, Коломна, Переславль
Рязанский) или приходы, указывающие на те отдельные мелкие поселения, из
которых сложился город. Иногда посады делились на улицы, сотни и
десятни. Каждое из этих делений представляло, по-видимому, до некоторой
степени самостоятельный тяглый союз, которым управляли сотский и
староста. В области хозяйственных интересов объединение П. общины не
было особенно сильным. Черная П. земля считалась собственностью
государя, но оставалась в общем владении П. тяглой общины. Потомственное
владение дворовыми местами близко подходило к праву полной
собственности. Наследование в черных дворах было тоже, что и в дворах
вотчинных и купленных; черные дворы - или, точнее, право на владение ими
- покупались, продавались и закладывались; право отчуждения их
первоначально имело силу не только в случае принадлежности обоих
контрагентов к тяглому классу, но и тогда, когда один из них был
беломестцем. С течением времени это право, по фискальным соображениям.
ограничено было первым из указанных случаев. Передела участков
собственно П. земли (в черте поселения), по-видимому, не существовало.
Очень мало также указаний на существование передела пашенных земель,
приписанных к посаду; немногие известия, какие имеются по этому вопросу,
указывают. что переделы (в Шуе, напр., в конце XVII в.) производились
сообразно тяглу, какое несли отдельные члены общины (а не наоборот). На
общинное нераздельное владение угодьями и пользование промышленными
заведениями встречаются лишь кое-какие намеки. В общем посад XVII в.
представлял собою тяглую общину по преимуществу. Помимо тягла, в посадах
взимался еще оброк, который (до времен Уложения) выплачивали не только
П. тяглецы, но и другие лица; не принадлежавшие к П. общине, но
владевшие в посаде лавкою или другим промышленным заведением. При таких
условиях настоящей мирской раскладки не могло быть. Действительно,
размеры оброка, имевшего характер пропорционального промыслового налога,
фиксируются уже писцовыми книгами XVI в., и круговая порука на него не
распространяется, Отягощение податями и др. повинностями (П. не были
освобождены и от личной службы государству путем поставки даточных людей
в войска, постройки и поправки городских укреплений и пр.; на них же
лежал выбор голов и целовальников в кружечные и другие. дворы, с
ответственностью за недобор, неисправность и злоупотребления выборных)
становилось тем чувствительнее, что более богатые члены П. общины
переводились в привилегированные сотни. Это влекло за собою бегство П.
людей из посадов в села - в крестьяне и в частную зависимость (кабалу) к
лицам богатым, что в свою очередь еще более уменьшало населенность
городов и отягощало положение оставшихся членов П. общины. Так, напр., в
Ярославле в 1668 г. было 3468 П. людей, а через 10 лет - 2862; в
Костроме число их в 10 лет уменьшилось с 1322 до 1044. Не имея
возможности облегчить тягло, правительство решило прибегнуть к
прикреплению П. людей к городам. В 1613 г. велено было возвращать П.
людей, бежавших из Москвы, хотя еще незадолго пред тем П. люди
переходили с одного посада на другой, и такие переходы признавались
правительством. В 1619 г. состоялось постановление земского собора, по
которому все вообще ушедшие П. люди подлежали возвращению на прежние
места; тоже подтверждалось частными указами и распоряжениями 1638 и 1642
г., под угрозою наказаний. Указом 1648 г. установлено было обязательное
возвращение на прежнее место жительства всех П. людей с 1613 г., за
исключением разве тех, которые "ожились" в Москве. Наконец, в Уложении
1649 г. окончательно формулировано прикрепление П. людей к месту
жительства, где их застал этот законодательный акт. Уложение признает
законным вывоз из уезда на посад тяглецов, бежавших в крестьяне или
холопы, возвращает подговоренную девку тяглого отца, вместе с ее мужем и
детьми, а также беглых бобылей, поженившихся во время бегов, на прежнее
место жительства, зачисляет в тяглецы как зятя тяглеца, по месту
жительства последнего, так и вольного человека - по его жене, вдове
умершего тяглеца. Указом 1658 г., под угрозою смертной казни,
запрещается переход из одного посада в другой. Тоже начало проводить и
законодательство Петра Великого., запрещая купцам и ремесленникам,
платящим подать и отправляющим повинности, оставлять под каким бы то ни
было предлогом посады и слободы и записываться в чьи-либо крестьяне или
закладчики, а временные отлучки их допуская не иначе как по паспортам.
Жалованная грамота городам 1785 г. разумеет под П. шестой разряд
городских обывателей, а именно тех из старожилов, или поселившихся, или
родившихся в городе, которые не внесены в первые пять частей городовой
обывательской книги (т. е. не отнесены ни к купечеству, ни к цеховым
ремесленникам) и кормятся в том городе промыслом, рукоделием или
работою. В позднейших узаконениях, особенно же в Своде Законов, название
П. вытесняется термином мещане (XX, 340). Ср. Чечулин, "Города
московского. государства в ХVI в. " (СПб., 1889); Лаппо-Данилевский,
"Организация прямого обложения в московском. государстве" (СПб., 1890);
Милюков, "Спорные вопросы финансовой истории московского. государства"
(СПб., 1892).
Посейдон (Poseidwn; много вариантов - Posoidan и др.) - в греческой
мифологии бог властитель моря и всей водной стихии, как это явствует из
корня pot, встречающегося в греческих словах potoV, potizw, potamoV, в
лат. poto и т. д. П. олицетворял собою элемент влаги, окружающий,
поддерживающий и оплодотворяющий землю, и почитался на всем протяжении
греческого мира как исконный национальный бог. В эпосе П. - владыка
моря, сын Крона и Реи (по Гомеру - младший брат Зевса, по Гезиоду -
старший). При разделе вселенной ему досталось море, с его обитателями и
богатствами. От жены Амфитриты у него сын Тритон и дочь Бентесикима. Его
дворец находится на дне морском, близ Эг (Aigai), на северном берегу
Пелопоннеса; там же было и другое место его культа (ахейского и
ионического) - Гелика, позднее уничтоженная землетрясением (некоторые
предполагали гор. Эги на берегу Евбеи или Эолиды, против Митилены).
Покидая дворец, он облачается в золотую одежду и всходит на колесницу,
запряженную быстроногими златогривыми конями с бронзовыми копытами;
морские чуда прыгают около его колесницы, сопровождая его шествие.
Символы его могущества - трезубец, бык, дельфин и конь. Трезубцем он
укрощает гигантов, волнует море, колеблет землю, вызывает из скал
источники; triaina - первоначально острога (гарпун) рыболова при охоте
на дельфинов или тунцов - соответствует в его руках молнии в руках
Зевса. Бык (черный) - животное, посвященное П. - олицетворяет собой
ярость и бурную силу потока; в связи с этим эпитет П. - taureoV;,
состязания быков, устраивавшиеся в честь П. (в Фессалии и Ефесе),
принесение в жертву быков; tauroi назывались в Ефесе мальчики,
прислуживавшие на празднике П. Дельфин символизирует собой спокойствие
водной стихии; в связи с этим находится представление земли, покоящейся
на воде, и эпитеты бога gaihokoV, asjalioV. В символе коня сказывается
тоже бурное и бешеное свойство природы П., что и в символе быка. Культ
П. был распространен всюду, где влияние и роль водной стихии выразились
в более или менее сильной степени: в областях с богатыми бассейнами,
долинами и ущельями, следами землетрясений (древние думали, что
землетрясения происходят от действия воды, проникающей в пещеры и земные
углубления) и при море - т. е. во всей Элладе, с материком и островами.
П. чтили в Фессалии, где, по преданию, ударом его трезубца была
образована Темпейская долина; это был минийский (эолический) культ,
представители которого считались славными наездниками и мореплавателями.
Другим центром почитания П. был Коринф, перешеек (Истм), с его играми.
Культ его существовал также в Коринфе, Навплии, Трезене; Калаврии (место
посейдоновой амфиктионии), Пилосе, во всей Аркадии, где П. почитался как
бог рек и коней; в Афинах, на остр. Евбее, на мысе Микале (союзный храм
12 Ионийских городов) и пр. Ионийские сказания о П. примыкают к циклу
аттических сказаний об Эгее и Тезее, из которых первый - героизированный
П. На афинском акрополе был источник, образованный, по преданию.
трезубцем П. (памятник его борьбы с национальной богиней Аттики). По
мере основания колоний культ П. распространялся все шире и сделался
повсеместным. В некоторых местностях он слился с туземными культами -
например. культ лелегокарийского П. Основная черта, отличающая П. в
мифах - это властность, несокрушимая и бурная сила, которая проявляется
нераздельно с его царственным величием. Он состязается из-за обладания
землей с Палладой (Афины, Трезен), Гелиосом (Коринф), Герой (Аргос),
Зевсом (Эгина), Дионисом (Наксос), Аполлоном (Дельфы). Та же дикая и
необузданная сила отличает и его потомство (Полифем, Антей, Бузирис,
Прокруст и др.). Ему посвящен бурный месяц года - Посейдеон перед зимним
солнцеворотом). Посылая бури и крушения, П. также успокаивает море (П.
-asjalioV), так что в гаванях и на мысах он почитался как покровитель
плавающих; все морские занятия (мореплавание, торговля, рыболовство,
война) состояли под его верховной властью.
Как землеколебатель(enosikJwn), он чтился в Спарте, Арголиде. на
Спорадских овах и пр.; под его трезубцем земля дает трещины и образует
долины, а на море появляются новые острова. Он участвовал в гигантомахии
и поверг гиганта Полибота (Эфиальта), бросив на него остров Нисир. Но с
разрушительной силой он соединяет созидательную; ему приписывается
постройка ворот в Тартаре и возведение Илионских стен при Лаомедонте.
Внутри страны ему покланялись как богу пресных вод - рек, озер,
источников и связанного с ними плодородия (П, krhnoukoV, epilimnioV,
jutamioV);в этом отношении П. разделяет свойства Диониса (на островах) и
Деметры, которая, по одному преданию, от него произвела на свет
Персефону. Олицетворяя производительную силу природы, П был покровителем
рода; он состоял в брачном союзе со многими нимфами и считался
родоначальником многих (преимущественно Ионийских) фамилий. Весьма
важную роль в сказаниях и культе П. играл конь, сотворенный им из скалы
ударом трезубца. Пелий, Нелей, Гиппофоонт - сыновья П. - были вскормлены
кобыльим молоком. Благодаря коням П., Пелоп одержал победу над Ойномаем;
его же кони были запряжены в колесницу Идаса. В Афинах и аттическом деме
Колон П. почитался, как усмиритель коней (П. damaioV), на ряду с
Палладой; конные состязания происходили и на истмийских играх,
учрежденных в честь П. Тезеем. Храмы П. главным образом воздвигались на
мысах, перешейках и в приморских городах. В произведениях искусства П.
изображался мужем царственной наружности, с курчавой и густой бородой и
волосами, сидящим на троне (храмовые изображения) или стоящим в длинной
ионической одежде (известная статуя Лизиппа на Истме), при чем
приподнятая правая нога его покоилась на дельфине (или скале); иногда он
изображался едущим на колеснице в сопровождении толпы морских божеств и
чудовищ, или на быке, или на коне. Его лицо носило большею частью
выражение гнева и возбуждения, в противоположность олимпийскому
спокойствию Зевса. У римлян П. соответствовал Нептун (см.). Ср. Preller,
"Griechische Mytbologie" (1894, т. 1, 566 - 596). Welcker, "Griechische
Gotterlehre"(T. 1, 622 - 643; т. II, 671 - 681); Panofka, "Poseidon u.
Dionisos" (Б., 1845); Gerhard, "Wesen, Ursprung und Geltung des P. "
(Б., 1851), Eschweiler, "De nomine mythologico P. " (Рост., 1869);
Overbeck, "Griechische Kunstmythologie" (Лпц., т. II, 1875); Holba,
"Ueber das Wesen Poseidons" (1886).
Н. О.
Посидоний - математик и астроном, родился в Апамее в Сирии в 135 г.,
умер в Риме в 50 г. до Р. Хр. Жил долго в Родосе. Был учителем Цицерона.
Известен второй попыткой определить размеры земного шара (первая
принадлежит Эратосфену). Звезда a Корабля Арго (Канопус) по оценке П.
подымалась в Александрии на 1/48 долю окружности, т. е. 7 1/2, в Родосе
же только показывалась на горизонте, а линейное расстояние между этими
городами (которые П. считал расположенными на одном меридиане)
оценивалось моряками от 5000 до 3750 стадий. Отсюда окружность земли от
240000 до 180000 стадий. К сожалению, точная величина стадии неизвестна.
Во всяком случае, метод П. уступает методу Эратосфена. П. считал
расстояние от земли до луны равным 52 1/8) а до солнца 13098 земным
радиусам, что соответствует параллаксам в 65 '.9 и l5. "6 и представляет
баснословную для его времени точность; но совершенно неизвестно на
основании каких соображений получил он эти числа.
Послание (epitre, Epistel) - литературная форма, почти вышедшая из
употребления: письмо в стихах. Еще в 1-й половине XIX в. П. было жанром
очень распространенным. Содержание его весьма разнообразно - от
философских размышлений до сатирических картин и эпических
повествований. Обращаясь к лицу известному или воображаемому, автор П.
говорит с ним в обычном эпистолярном стиле, который иногда повышается до
торжественности и пафоса, иногда - что более свойственно П. - понижается
до простого и дружественного тона, сообразно с лицом, к которому
обращено П. Особенно свойственными стилю П. старая поэтика считала
изящество, остроумие, легкость стиха. Наиболее употребительные размеры -
гекзаметр и александрийский стих, но допускаются и другие. Пушкин часто
пользовался в П. оригинальным трехстопным ямбом.
Классические литературы не знали П. до Горация, создавшего этот
литературный жанр и давшего образцы его, которые долго считались
неподражаемыми; некоторые из них имеют характер обыкновенных частных
писем, другие трактуют о разных общих вопросах; самые известные из них -
3 П., посвященные литературе, особенно П. к Пизонам: "De arte poetica".
Вслед за тем Овидий, называющий себя в "Ars amandi" изобретателем этого
рода поэтических произведений, написал ряд "Неroides" - любовных П. от
имени женщин, и "Ex Ponto" - П. к жене, дочери, друзьям и к Августу; к
П. могут быть отнесены также его "Tristia". В Риме П. писали еще Авзоний
и Клавдиан. Истинное отечество П. - Франция, где издавна столь популярен
изысканный эпистолярный стиль и поверхностная блестящая causerie о чем
угодно, легко укладывающаяся в рамки П. Клеман Маро, давший первые
образцы П. в французской литературе, создал их под влиянием своих.
античных предшественников. Известны его П. из тюрьмы Шатлэ к его другу
Лиону Жаме и два П. к королю - первое "pour sa delivrance" и второе
"pour avoir ete desrobbe"; эти шутливые письма могут считаться образцом
тонкого такта, умеющего соблюдать границу между фамильярностью и
почтением. За ним писали П. Табуро, Вуатюр, Скаррон (изв. его "Epitre
chagrine"), Буаробер, но всех их затмил Буало, который нашел в П.
литературную форму, особенно подходящую к его дарованию. Из его
двенадцати "Epitres" особенно известны IV - "Au Roi, sur le Passage du
Rhin" (1672), VII - "A Racine" (1677) и XII - "A mon jardinier" (1695);
как во внешней структуре, так и в содержании П. Буало заметно сильное
влияние Горация. В ХVIII в. П. становится излюбленной формой. Вольтер,
возвратив ему его былую простоту, придает ему несравненный блеск
изящества и остроумия. Он писал П. Фридриху, Екатерине ("Eleve
d'Apollon, de Venus et de Mars, qui sur ton trone auguste as place les
beaux arts, qui penses en grandhomme et qui permets qu'on pense etc. ",
с знаменитым стихом: "C'est du Nord aujourd' hui que nous vient la
lumiere"), писателям. своим друзьям и врагам., актрисам, неодушевленным
предметам (A mon vaisseau) и даже умершим (A Boileau; a Horace).
Одновременно с Вольтером писали П. Жантиль Бернар ("Epitre a Claudine"),
Берни ("Ер. sur la paresse"); Седэн ("Ер. a mon habit"), Буффлер ("Ер. a
Voltaire"), Грессе ("Ер. а ma soeur"), Пирон, Ж.-Б. Руссо, Лебрэн, М.-Ж.
Шенье и др. В нашем веке во Франции писали П. Делавинь, Ламартин, Гюго;
есть отдельные сборники П. Виеннэ - "Epitres et satires" (1845) и Отрана
- "Epitres rustiques". П. - довольно распространенная литературная форма
и в Англии. Классическими считаются четыре П. Попа, составляющие его
"Опыт о человеке", а равно "Epistle from Eloisa to Abelard" (1716). В
немецкой изящной литературе П. приняло лирическую окраску. П. писали
Виланд ("Zwolf moralische Briefe", 1752), Гeкинг "An meinen Bedienten"),
Глeйм Якоби, Шмидт, Уц, Николаи ,И. В. Михаэлис; особенно известны П.
Шиллера "An Goethe, als ег den Mahomet des Voltaire auf die Buhne
brachte", Гете - "Zwei Episteln uber das Lesen schlechter Bucher", и
Рюккерта. Из современных поэтов П. писал Готшалль. В Италии известны П.
Киабреры ("Lettere famigliare"), который ввел. эту форму в итальянскую
поэзию, и Фругони (XVIII в.). В русской литературе ХVIII в., покорной
французским образцам, форма П. (также под названиями "письмо, эпистола,
стихи") была очень распространена;, едва ли за это время найдется хоть
один выдающийся поэт, не писавший П. Наиболее известны П. Кантемира
("Письма" к Трубецкому, Потемкину, "К стихам моим"), Тредьяковского
("Эпистола от российской поэзии к Аполлину"), В. Петрова, Княжнина ("П.
прелестницам", "П. трем грациям", "К российским питомцам свободных
художеств" и др.), Козодавлева, Кострова ("Эпистола на всерадостный день
восшествия на престол Екатерины". "К председателю муз" и др.),
Сумарокова (пять "эпистол" - "О русском языке", "О стихотворстве" и
др.), Ломоносова ("О пользе стекла", Шувалову); Фонвизина ("П. к слугам
моим: Шумилову, Ваньке и Петрушке"), Дашковой ("П. к слову"), Рубана
("Российской музы П. к Овидию"), Капниста ("Батюшкову", "Озерову", "К
прекрасной"), Виноградова ("Эпистола Александру Петровичу Ермолову"),
Державина ("Любителю художеств", "Эпистола Шувалову"), Муравьева,
Нартова, Нарышкина. В русской литературе XIX в. прежде всего выдаются П.
Жуковского, который оставил их очень много; между ними есть и настоящие
П. в старом стиле, и вдохновенные, и безыскусственные шутливые записочки
в стихах; адресованы они к А. И. Тургеневу (Филалету), Блудову,
Батюшкову, И. И. Дмитриеву, императрице Марии Федоровне, Воейкову, кн.
Вяземскому, Л. Пушкину, императору Александру I, Плещееву, Боку,
Нарышкину, Дмитриеву. Писали П. также Карамзин ("К Плещееву", "К
женщинам", "К бедному поэту"). Гнедич ("Перуанец к испанцу") и др. П.
Пушкина - превосходные образцы этой литературной формы; они глубоко
искренни, свободны и просты, как обыкновенное письмо, изящны и
остроумны, далеки от условного стиля классических П.; П. к Дельвигу
("Череп") вкраплено в простое письмо и перемежается с прозой; другие П.
также были первоначально предназначены не для печати, но лишь для
адресата. В лирике Пушкина П. занимают видное место, особенно П. к
Батюшкову, "Городок", Галичу, Пущину, Дельвигу, Горчакову, В. Пушкину,
Кошанскому ("Моему Аристарху"), Жуковскому, Чаадаеву, Языкову, Родзянко;
особый характер имеют П. "В Сибирь" и "Овидию". В дальнейшем развитии П.
теряют по существу всякое отличие от обыкновенных лирических
стихотворений. "Валерик" Лермонтова - письмо в стихах - не имеет уже
ничего общего с шаблоном классического П. Тем же свободным характером
запечатлены П. Тютчева ("А. Н. Муравьеву", "К Ганке". "Кн. А. А.
Суворову"), Некрасова ("Тургеневу" и "Салтыкову"), Майкова, Полонского,
Надсона ("Письмо к М. В. В. ").
Ар. Гр.
Посланник - дипломатический агент 2-го ранга. Его полный титул:
"чрезвычайный П. и полномочный министр" (envoye extraordnaire et
ministre plenipotentiaire).П - наиболее обычный представитель постоянных
дипломатических миссий в наше время. Русский П. состоит в 3 классе по
должности.
Послушники (и послушницы) - в русских монастырях лица, готовящиеся к
принятию монашества. Они еще не дали монашеских обетов, не принадлежат к
монастырскому братству, не называются монахами и не носят полной
монашеской одежды. Их обязанность в монастыре - исполнять разные
послушания, т. е. низшие церковные службы при богослужении и по
монастырскому хозяйству, по назначению настоятеля.
Пособия (админ.) - единовременные денежные вспомоществования,
выдаваемые из казны чиновникам или вдовам и сиротам их. 1. В уставе о
службе по определению правительства (т. Ill Св. Зак.. ст. 215 - 243)
указаны П., выдаваемые при назначении на должности - прогонные,
подъемные и на обзаведение. Прогонные деньги выдаются лицам,
отправляющимся к должностям из одной губернии в другую (ст. 220), если
они определены или перемещены к тем должностям "не по одному
собственному желанию, но по действительным надобностям службы". На
всякое расстояние прогонные деньги получают только канцелярские
чиновники и служители; прочим чиновникам прогонные отпускаются, когда
расстояние превышает 1500 в. В виде частных изъятий постановлено
выдавать прогонные на всякое расстояние врачам, назначаемым на должности
директоров и помощников директоров фельдшерских и повивальных школ в
девяти западных губерниях, а также в Архангельской, Тобольской и Томской
губ., чинам почтово-телеграфного ведомства, землемерам, служащим в
отдаленных местностях, и некоторым другим. Прогонные определяются не по
месту, а по чинам и классным званиям: состоящим в III классе - на 12
лошадей, IV - на 10 лошадей., V - на 6 лошадей., VI - на 5 лошадей., VIl
- на 4 лошади., VIII - на 3 лошади., состоящим в обер-офицерских чинах -
на 2 лошади, канцелярским - на одну лошадь. При назначении на службу в
наиболее отдаленные местности (На о-в Сахалин, в округи Петропавловский,
Гижигинский, Охотский и Николаевский Приморской обл., в область
Якутскую, в Туруханский край Енисейской губернии, в округи Берёзовский и
Сургутский, Тобольской губернии, и уезды Кольский, Кемский, Мезенский и
Печорский, Архангельской губернии.) прогонные выдаются в двойном
размере, а в прочие отдаленные местности - в полуторном. Подъемные и на
обзаведение деньги выдаются высшим представителям местной администрации
(губернаторам, вице-губернаторам, управляющим казенными и контрольными
палатами, управляющим государственными имуществами и председателям
губернских судов), чинам местного контроля по устройству коммерческих
портов и при частных железных дорогах, а также лицам, определяемым на
учебные должности. К П. этого рода относятся также выдачи окончившим
казенным стипендиатам медицинских факультетов (сто руб. и инструменты),
ветеринарам, лесникам, воспитанникам императорского Александровского
лицея и училища правоведения (ст. 236 - 240). Отправляющимся на службу в
генерал-губернаторства Приамурское, Иркутское и Туркестанское, в
Закаспийскую область, в округи Березовский и Сургутский, Тобольской
губ., и в уезды Кольский, Кемский, Мезенский и Печорский Архангельской
губ. П. на подъем и обзаведение выдаются: семейным - в размере годового
оклада жалованья, одиноким - 2/3 оклада; отправляющимся в прочие
отдаленные местности - семейным 1/2 годового оклада жалованья, одиноким
- 1/3 оклада. Путевые П. лицам русского происхождения, отправляющимся на
службу в губернии Царства Польского, производятся в размере 1000 - 300
руб., смотря по классу должности. П. Единовременные П. (Устав о пенсиях
и единовременных П., Св. Зак., т. Ill) определяются чиновникам,
оставляющим службу: 1) по тяжкой и неизлечимой болезни, за выслугу от
одного до пяти лет; 2) по совершенно расстроенному на службе здоровью,
за выслугу от 5 до 10 лет. Правом на единовременное П. пользуются также
семейства чиновников, умерших на службе не выслужив пенсии или хотя бы
умерших в отставке, если последняя вызвана была болезнью чиновника.
Сверх указанных в законе случаев, П. часто выдаются чиновникам, по
усмотрению начальства, по случаю брака, рождения ребенка, смерти близких
родственников, командировки и т. п.
М. Т.
Пособия (по военному. и морскому. вед.) - бывают следующих главных
видов: 1) При мобилизации всем генералам, офицерам, подпрапорщикам,
врачам, гражданским. чиновникам и военному. духовенству назначаются П.
на обзаведение: а) походною одеждою, оружием, снаряжением и т. п.
(военно-подъемные деньги) - от 50 до 250 р.; б) верховыми лошадьми в
размере платы, установленной в местности, где производится мобилизация,
за лошадей верхового сорта, взимаемых по военноконской повинности; в)
перевозочными средствами, т. е. упряжными лошадьми и повозками, кому они
полагаются - по 125 р. на лошадь, и г) седлами, вьюками и т. п. - по 75
р. 2) На обмундирование - отпускаются при производстве в офицеры:
выпускаемым из военных. училищ и морских. корп. - по 225 рублей , из
пажеского корп. - 500 р. 3) На воспитание детей - служащим в морском.
вед., по правилам, утверждаемым адмиралтейским советом. 4) За
сверхсрочную службу - выдаются строевым нижним чинам: после 2 лет
сверхсрочной службы - 150 руб., и при увольнении: прослужившим сверх
срока 10 лет - 250 р., прослужившим 20 лет - 1000 р. (взамен пенсии по
96 руб. в год). 5) П. при отставке выдаются, в размере годового оклада
жалованья, не имеющим права на пенсию и оставляющим службу: а) по тяжким
неизлечимым болезням лишающим возможности обходиться без постороннего
ухода, при выслуге от 1 до 5 лет. и б) по расстроенному здоровью - при
выслуге от 5 до 10 лет. 6) Семействам умерших на службе военнослужащих,
если они не приобрели права на пенсию: за службу до 10 лет - в размере
полугодового жалованья, за службу свыше 10 лет - годового. 7) Из
эмеритальной кассы 8) Из инвалидного капитала: а)постоянные, независимо
от пенсии, на наем прислуги - всем раненым первого класса и тем из
раненых 2 класса, которые не могут обходиться без постороннего ухода; б)
единовременные, тем из состоящих под покровительством комитета о
раненых, которые нуждаются в безотлагательной помощи
- в размере полугодового или годового оклада пенсии; в) на экипировку
- отставным раненым 3 класса, при определении к должностям по назначению
комитета; г) раненым кавалерам ордена св. Георгия - из сумм, отпускаемых
на этот предмет капитулом орденов. См. Св. воен. пост. кн. VIII, Св.
морск. пост. кн. IX, по прод. 1895 г. и прик. по воен. вед. 1895 г., №
306.
К.-К.
Посол (ambassadeur) - дипломатический агент 1-го ранга. Полный титул
его - "чрезвычайный и полномочный П.". О правах и преимуществах послов
см. Дипломатические агенты. Россия имеет послов в Австро-Венгрии Англии,
Германии, Италии, Испании, Турции, Франции и, с 1897 г., в
Сев.-Американских Соединённых Штатах; эти державы представлены в России
послами же.
Поставка - договор, отличаемый русскими гражданскими. законами от
запродажи и купли-продажи и объединяемый ими с подрядом. Неясность
оснований для того и другого и отсутствие в законах определенных
отличительных признаков договора ведут в литературе к большим спорам
относительно его содержания. На основании слов закона: "Подряд или П.
есть договор, по силе коего одна из вступающих в оный сторон принимает
на себя обязательство исполнить своим иждивением предприятие или
поставить известного рода вещи" (ст. 1737) некоторые юристы отличают П.
от запродажи и купли-продажи именно тем, что в П. видят сложную
куплю-продажу - предприятие, совершаемое иждивением поставщика, т. е.
обязательство доставки целой совокупности вещей или одной вещи, но с
затратой труда и средств на её приспособление к целям приобретателя и на
передачу ее ему во владение. Другие, в виду того, что в самом законе для
подряда и П., повидимому, указывается разнородное содержание, не смотря
на объединение в один договор (для подряда - предприятие, совершаемое
иждивением подрядчика, для П. - просто обязанность "поставить известного
рода вещи"), а также в виду особого характера русского договора
купли-продажи, допускают возможность П. определенных вещей без
осложняющих условий предприятия и своего иждивения. Соглашение о
купле-продаже по русскому праву переносит собственность на покупателя, а
вместе с ней и риск за погибель вещи, почему возможно допустить
заключение договора купли-продажи лишь на индивидуально-определенные
вещи. Хотя закон и говорит о возможности купли-продажи "вещей,
подлежащих измерению и вывешиванию" (ст. 1515) а об обязанности продавца
"передать покупщику проданное имущество той самой доброты, какой оно
должно быть... по обоюдному согласию) утвержденных образцов" (ст. 1516),
однако, он не содержит постановления подобного французскому, по которому
купля-продажа вещей, определяемых счетом, мерою и весом, не переносит
немедленно собственности на покупщика и оставляет риск за них на
продавце. Договором П. и удовлетворяется, таким образом, в русском праве
потребность купли-продажи вещей заменимых, которая не переносит
собственности, а порождает, подобно римско-германской купле-продаже,
обязанность передать вещи к определенному сроку, составляющему
необходимое условие П. (ст. 1742). От запродажи в таком случае отличают
П. тем, что первую рассматривают как предварительный договор с римской
конструкцией, каков он и есть на самом деле. Для этого взгляда
затруднением является лишь требование письменной формы для
действительности П. (по прим. 1-му к ст. 1742 требуется явка его у
нотариуса, но сенат не признает этого требования обязательным, запрещая
лишь словесные договоры о П.). Третье мнение, разделяемое судебной
практикой, усматривает разницу между П. и продажею движимости (П.
недвижимости не может быть) в том, что поставщик во время заключения
договора не предполагается и часто не бывает собственником тех
предметов, которые он обязуется поставить, тогда как продавать можно
только имущество, принадлежащее продавцу на праве собственности, хотя бы
оно и не находилось во время заключения сделки в руках продавца;
отличительный признак П. заключается в том, что она всегда предполагает
между заключением и исполнением договора известный промежуток времени, в
отличие от купли-продажи, где такого промежутка может и не быть. Те же
самые признаки, однако, судебная практика выставляет и как различие
между куплей продажей и запродажей. В случаях столкновения этих
договоров сенат принужден, поэтому, прибегать к частным признакам
различия. "Поставка - говорит он - есть в существе ничто иное, как
особый вид продажи такого движимого имущества, которое при заключении
договора или вообще еще не находится во владении продавца (поставщика),
или должно еще быть им приобретено, или находится в его владении, но не
в том виде, как оно условленно к сдаче покупщику (заказчику) и должно
быть им изготовлено из владеемого материала в том виде, как принято к
сдаче". Этим П. соединяется с обязанностями, возникающими из личного
найма, или сливается с подрядом. Невозможность точного различения
названных договоров зависит, как уже было указано в ст. Купля продажа,
от неудачной конструкции этого договора в русском и французском праве.
По прусскому праву П. (Lieferungsvertrag) налагает обязанность
"заготовить вещь согласно определенному уговору и передать другой
стороне за денежную цену" - определение более ясное, чем русское, но
также подающее повод к спорам. Остзейское определение договора П., по
которому "одна из сторон принимает на себя обязательство доставить
другой определенную вещь за известную цену" (ст. 4019), совсем не
отличает П. от купли-продажи, постановления о которой; согласно ст.
4022, и определяют подробности договора. Присоединение к обязанности
доставить вещь обязанности совершения других действий по отношению к
вещи обращает П. в подряд (ст. 4023). Русская судебная практика, за
отсутствием подробных определений в законе, также применяет к П. правила
о купле-продаже, за исключением постановлений о немедленном переходе
права собственности и риска на покупщика, с момента соглашения. Другие
законодательства не знают особых постановлений о договоре П. Ср.
рефераты Юренева и Рихтера ("Журн. Гражд. и Угол. Права" 1881.. №№ 5 -
6) и ст. Змирлова (там же, 1882, № 3); Dernburg, "Lehrbuch des Preuss.
Privatrechts" (II, 156).
В. Н.
Пострижение (волос) - церковный обряд. Совершается, во-первых, над
ново крещенными после таинства миропомазания, в знаменование рабства,
которым обязывается постриженный относительно Христа (в греко-римском
мире стриженее волос служило признаком рабства). Во-вторых, при
посвящении в чтеца и певца архиерей постригает посвящаемого крестовидно,
в знак отделения его от общества простых верующих. В -третьих, П.
является основным действием посвящения в монашество и его степени. При
посвящении так называемых. новоначальных , после чтения покаянных
тропарей и молитв о постригаемом, совершается крестообразное П.
посвящаемого, с произнесением слов: "во имя Отца и Сына и Св. Духа";
затем постриженный облачается в рясу и камилавку. Этот обряд называется
<последованием в одеяние рясы и камилавки", Введение во вторую степень
совершается посредством обряда, называемого последованием малыя схимы, а
также сочетанием. Обряд делится на две части: оглашение (увещание,
произнесение обетов, наставление давшему обеты) и самое П. Игумен
испытывает твердость постригаемого троекратным повелением подать ножницы
и троекратным отвержением их. Каждый раз постригаемый смиренно подает их
и целует руку игумена. Приняв ножницы в третий раз, игумен крестовидно
постригает посвящаемого и нарекает ему новое имя, напоминая тем
окончательное отречение его от мира. После П. посвящаемый облачается в
хитон, параман, рясу, пояс, мантию, камилавку, клобук, сандалии и
получает вервицу. Обряд П. велико схимников носит название последования
великия схимы, и отличается от обряда малой схимы только большею
продолжительностью и торжественностью. После удостоверения в твердости
намерения принять великую схиму, посвящаемый приемлет П., при чем
получает новое имя и облекается в схимнические одежды (кукуль и аналав).
Постулат (от лат. postulare - требовать) - термин, употребляемый как
в логике, так и в математике и философии; соответствует аристотелевскому
aithma, обозначающему положение, которое, не будучи доказанным,
принимается в силу теоретической или практической необходимости за
истинное (см. "Вторая Аналитика", 1 кн., гл. X). Аристотель отличает П.
от гипотезы и от определения. П. может быть положение, которое вовсе не
подлежит доказательству и тем не менее принимается за истинное. Общую
черту П. и гипотезы Аристотель видит в том, что как тот, так и другая
необходимы сами по себе и не представляют собою положений, которым мы по
необходимости должны доверять. "Всякий раз как мы утверждаем положения,
которые, хотя и не доказаны, но могли бы быть доказанными, и эти
положения принимаются за истинные тем, кому мы их сообщаем, мы имеем
дело с гипотезой". Если же положение принимается противником ради
необходимости общей точки отправления в споре, при чем противник имеет
совершенно иное воззрение на предмет спора, мы имеем дело с П. Термином
П. пользовался также и Евклид, при чем у Евклида и математиков он имеет
иное значение, чем у Аристотеля. Евклид в своих "Началах" (кн. 1)
приводит следующие три "требования": чтобы можно было от всякой точки до
всякой другой проводить прямую линию - определенную прямую продолжать
впрямь непрерывно - и из всякого центра, всяким расстоянием писать круг
("Начала" Евклида, СПб., 1819, стр. 5). Требования Евклид отличает от
аксиом и от определений. В критической философии Канта мы встречаемся с
термином П. в двояком применении: к теоретической и к практической
сфере. Общее определение П. дано Кантом в его логике (1, 2 отдел.. 38):
П. называется практическое, непосредственно очевидное положение или
принцип, определяющий возможное действие, в котором подразумевается, что
способ его выполнения непосредственно очевиден" (unmittelbargewiss). В
теоретической философии ("Критика чистого разума", V ч., 2 отд., 1
подраздел, II кн.) Кант говорит о постулатах эмпирического мышления
вообще и насчитывает три П.: 1) все, что согласно с формальными
условиями опыта (в созерцании и понятиях), то возможно; 2) все, что
соответствует материальным условиям опыта (в ощущениях), то
действительно; 3) то, связь чего с действительностью определена по общим
условиям опыта, существует необходимо. В практической философии
("Критика практического разума", II кн., отдел VI-VI) Кант выставляет
бытие Бога, свободу воли и бессмертие души человека, как П.
практического разума, т. е. положения, которые не могут быть доказаны
теоретическим разумом. "П., говорит Кант, не суть теоретические догматы,
но предположения, в виду практических целей; они не расширяют
спекулятивного познания, но придают идеям спекулятивного разума
(благодаря их отношению к практике) объективную реальность и дают им
право на образование понятий, возможность которых иным путем была бы им
недоступна". Кантовская терминология долгое время была общепринятою;
однако теперь о П. говорят и в ином смысле. Напр. о всеобщем П. говорит
Спенсер., обозначая этим термином всеобщий критерий истины, очевидный
сам по себе и дающий основание истинности (хотя бы лишь формальное) всем
остальным положениям, могущим быть доказанными.
Э. Р.
Поступательное движение (Translation). - Под этим именем
подразумевается такое движение тела. при котором все точки его описывают
одинаковые и параллельные траектории, так что расстояние между каждыми
двумя точками тела остается неизменным и параллельным самому себе. При
П. движении тело не изменяет ни своего вида, ни строения, одновременные
скорости всех точек равны и параллельны между собою, также равны и
параллельны между собою ускорения всех точек.
Д. Б.
Посты - учреждение христианской. церкви, имеющее целью содействовать
господству в христианине духовно-нравственных стремлений над
чувственными. П. существовали еще в ветхом завете. В христианстве
учреждение его современно самой церкви: он основан на примере 1. Христа
(Mф. IV, 2) и апостолов (Деян. XIII, XIV). Древнейшие из церковных
писателей - Ипполит, Тертуллиан, Епифаний, Августин, Иероним - говорят,
что апостолы установили П. в 40 дней, подражая примерам Моисея (Исх.
XXXIV, 28), Илии (3 Цар. XIX, 8) и самого Иисуса Христа, постившегося 40
дней в пустыне. Отсюда древнейшее название главного или великого
христианского П. у греков - tessarakosth, четыредесятница. Папа Лев I
называет четыредесятницу apostolica institutio (quadraginta dierum
jejunils), а Иероним - преданием апостольским (traditio apostolorum). По
мнению некоторых ученых, П. состоял сначала из 40 часов, а не дней;
Тертуллиан говорит о П. "нескольких" дней, Ириней замечает, что если
одни постились день или два, то другие - "много" (plures) дней. У
некоторых других писателей II и III в. говорится, что в эти века вошло в
обычай поститься более двух суток (пятница и суббота пред днем Пасхи).
По Дионисию Александрийскому, П. пред Пасхой продолжался "шесть дней".
Этот П. носил название предпасхального. Таким образом представляется
правдоподобным мнение некоторых западных ученых (Baillet - в его
"Истории вел. поста"), что если четыредесятница и существовала с первых
времен церкви, то не повсеместно. Обыкновенно думают, что она сложилась
в. постоянный сорокадневный П. во II или III в., одновременно с
учреждением чина для оглашенных и чина для кающихся, торжественное
принятие которых в церковь приурочивалось ко дню Пасхи: по чувству
братства и любви, в П. оглашенных и кающихся стали принимать участие все
верующие. Златоуст, как на причину учреждения четыредесятницы, указывает
на то, что вместо прежнего обычая причащаться каждый воскресный день, по
мере ослабления ревности к церкви, явилось обыкновение причащаться
только в особенно торжественные дни, каковы великий четверг и Пасха.
Чтобы в эти дни можно было приступать к таинству достойно, отцы церкви и
учредили четыредесятницу. В IV в., по свидетельству Василия Вел. и
Григория Нисского, великий П. пред Пасхой существовал в церкви
повсеместно, но и после того он не всегда содержал в себе именно 40 дней
и начинался не везде одинаково; церковь не стесняла в этом отношении
поместных обычаев. В древней церкви П. был очень строг, выражаясь или в
неядении в течение более или менее продолжительного времени, или в
сухоядении (xerojagia) ежедневного, но не ранее вечера. По словам
Тертуллиана, во время пощения не давалась даже вода. Пруденций, в одном
гимне (de Fructuoso), сообщает, что св. мученик отказался во время
страданий от поданной ему чаши воды по той причине, что день его мучений
был постный. "Постановления апостольские" (ст. 17) поставляют П. во
вкушении лишь хлеба и овощей, запрещая мясо и вино. На Западе, по
свидетельству Тертуллиана, сухоядение, как форма П., существовало со II
в. На Востоке, по Вальсамону, сухоядение (сушеные плоды и овощи)
держалоcь, как форма П, до XII в, на Западе - до VII в., когда постными
яствами стали считаться не только овощи, но также рыба, а иногда и
водяные птицы. Чаще, однако, одна замена мяса рыбой не считалась П.
Всякая радость считалась нарушением П. По словам Тертуллиана, считалось
несовместным с П. даже церковное "лобзание мира". Общим правилом было
избегать обременения себя какою бы то ни было пищей и совершенно
устранять такую пищу, которая раздражающим и возбуждающим образом
действует на организм. В последующее время особое внимание церкви к П.
было вызвано появлением ересей, из которых одни ставили П. наравне с
высшими нравственными обязанностями христианства (монтанисты,
манихейство), а другие отрицали всякое значение постов (Аэрий, Иовиниан,
Вигилянций). Учение древней церкви о постах суммировано гангрским
собором, который подвергает анафеме как тех, кто без крайней
необходимости для здоровья нарушает П., установленные церковью, так и
тех, кто осуждает собрата, с благословением вкушающего мясо в
дозволенное время. Позже на Востоке церковное значение П. было усилено;
грех нарушения установленного П. был приравниваем к ереси. Этот взгляд
на П; перешел в Россию вместе с христианством; отсюда берет начало то
особое уважение к П., какое существует доселе в русской церкви и в
русском народе. На Западе периодически являлись попытки ослабить
авторитет древне-церковного учения о П., который, все более и более
усиливаясь, привели к совершенному отрицанию П. в протестантстве
Законодательство государственное, на Востоке и на Западе,
покровительствовало постам. На дни великого П. закрывались всякие
зрелища, бани, игры, прекращалась торговля мясом, закрывались лавки,
кроме продававших предметы первой необходимости, приостанавливалось
судопроизводство; к этому времени приурочивались дела
благотворительности. Рабовладельцы освобождали рабов от работ и часто
отпускали их на свободу. Великий П. был преимущественно временем
проповеди в храмах. С появлением монашества П. сделался предметом одного
из монашеских обетов и принадлежностью монашеской жизни. Монашествующие
на Востоке обязательно постились ежедневно до 9 часа (3 часа дня по
нашему времени), в дни установленных П. - до вечера; иные - "постники" -
налагали на себя обет гораздо более продолжительного пощения. Влияние
монастырей развивало в населении любовь к постничеству. Христианская
вечеря (соеnа) во время П. бывшая единственной трапезой в продолжение
дня, резко отличала христиан от язычников, имевших привычку есть часто.
Отличительные черты богослужения великопостного - см. в "Постной
Триоди". Ср. ст. В. С. Соловьева, "Пост" ("Правосл. Обозрение", 1884,
1); "Посты", свящ. Воздвиженского (там же, 1883); в "Христ. Чтении"
подробно изложение богослужения четыредесятницы, прот. В. И. Барсова
(1842 и сл.); прот. А. И. Парвов, "Пост четыредесятницы по древним.
правилам и обычаям" ("Христ. Чтение", 1863).
Посты православной церкви разделяются на многодневные и однодневные.
К числу многодневных принадлежат посты: 1) св. четыредесятницы; 2) пост
ап. Петра и Павла, иначе называемый Петровым или апостольским. Так как
начало этого П. зависит от праздника Пасхи, то он бывает то короче, то
продолжительнее. При наибольшей продолжительности он обнимает шесть
недель, при наименьшей - неделю с днем. Начало его восходит к глубокой
древности. Он заповедуется уже в Апостольских постановлениях , но
особенно часты упоминания о нем становятся с IV в. (св. Афанасий
Великий, Амвросий Медиоланский, Лев Великий). 3) Успенский П. (в
просторечии - госпожинки), в честь Пресв. Богородицы, продолжается от 1
до 15 августа. По строгости пощения он приближается к великому;
ослабляется по субботам и воскресным дням, а также в праздник
Преображения Господня. Церковь всегда рассматривала этот пост как
древнее установление, сохраняющееся по не писанному преданию. Древнейшее
упоминание о нем, под именем поста осеннего, встречается у Льва
Великого. В древней церкви были разногласия касательно продолжительности
этого поста; поводом к ним служил праздник Преображения, так как в этот
день некоторые разрешали себе употребление мясной пищи. Окончательно
устранены эти сомнения соборным определением 1166 г. 4) Рождественский
пост предваряет собою праздник Рождества Христова за сорок дней, почему
называется также четыредесятницею. Другое название его филипповский пост
(в просторечии - филипповки), так как в день его начала, 14 ноября,
празднуется память ап. Филиппа. По правилам воздержания он приближается
к посту апостольскому. Строгость его особенно усиливается с 20-го
декабря, т. е. в дни пред празднества Рождества. Христова, и достигает
высшей степени в последний день, так называемый сочевник (сочельник). По
обычаю православных, в этот день П. хранится до вечерней звезды. Ясные
упоминания о рождественском. П. встречаются только с IV в. В V в. Лев
Вел. называет его древним установлением и усвояет ему значение жертвы за
собранные плоды. Количество дней этого поста в древности в разных
церквах было неодинаково. Однообразный порядок в этом отношении
установлен на соборе константинопольском 1166. К числу однодневных П.
принадлежат: а) пост в среду и пяток, установленный церковью по причине
вспоминаемых в эти дни событий
- предания Спасителя на страдания и смерть и самых страданий и смерти
Его. В древней церкви среда и пяток были известны под именем дней П. и
стояния, так как в эти дни верующие, как бы стоя на страже, проводили в
богослужении целую ночь. Пост в эти дни соблюдался до девятого (третьего
пополудни) часа. В среды и пятки некоторых седмиц П., по правилам
церкви, не имеет места. Таковы: седмица пасхальная, рассматриваемая как
один светлый день, седмица Пятидесятницы; так называемые. святки, т. е.
период времени в двенадцать дней от Рождества. Христова до Богоявления,
кроме последнего дня (крещенского сочевника); седмица мытаря и фарисея;
седмица сырная, б) П. в праздник Воздвижения Креста Господня, 14
сентября; в) П. в день Усекновения главы Предтечи и Крестителя Господня
Иоанна, 29 августа, и г) П. в навечерие Богоявления Господня, 5 января.
Потебня (Александр Афанасьевич) - известный ученый, малоросс по
происхождению и личным симпатиям, род. 10 сентября 1835 г., в небогатой
дворянской семье Роменского у., Полтавской губ., учился в радомской
гимназии и в харьковском университете по историко-филологическому
факультету. В университете П. пользовался советами и пособиями П. и Н.
Лавровских и находился отчасти под влиянием проф. Метлинского, большого
почитателя малорусского языка и поэзии, и студента Неговского, одного из
наиболее ранних и усердных собирателей малорусских песен. В молодости П.
также собирал народные песни: часть их вошла в "Труды этн.- ст. эксп. "
Чубинского. Не долго пробыв учителем русской словесности в харьковской 1
гимназии, П.. по защите магистерской диссертации: "О некоторых символах
в славянской народной поэзии" (1860), стал читать лекции в харьковском
университете, сначала в качестве адъюнкта, потом в качестве профессора.
В 1874 г. защитил докторскую диссертацию: "Из записок по русской
грамматике". Состоял председателем харьковского историко-филологического
общества и членом корреспондентом академии наук. Скончался в Харькове 29
ноября 1891 г. Весьма прочувствованные его некрологи были напечатаны
профессорами В. И. Ламанским, М. С. Дриновым, А. С. Будиловичем. М. М.
Алексеенком, М. Е. Халанским, Н. Ф. Сумцовым, Б. М. Ляпуновым, Д. И.
Багалеем и мн. др.; они собраны харьковским историко-филологическом
обществом и изданы в 1892 г. отдельной книжкой. Другие биографические
данные о П. см. в "Материалах для истории харьковского университета", Н.
Сумцова (1894). Общедоступное изложение лингвистических положений П.
дано в обширной статье проф. Д. Н. ОвсяникоКулаковского: "П., как
языковед мыслитель" (в "Киевской Старине", 1893. и отдельно). Подробный
обзор этнографических трудов П. и оценку их см. в 1 выпуске.
"Современной малорусской этнографии" Н. Сумцова (стр. 1 - 80). Кроме
вышеупомянутых диссертаций, П. написал: "Мысль и язык" (ряд статей в
"Журн. Мин. Нар. пр. ", 1862; второе посмертное издание вышло в 1892),
"О связи некоторых представлений в языке" (в "Филолог. Записках", 1864,
выпуск. Ill), "О мифическом значении некoтopыx обрядов и поверий" (в 2 и
3 кн. "Чтений Моск. Общ. Ист. и Древн. ", 1865), "Два исследования о
звуках русского языка" (в "Филолог. Записках", 1864 - 1865), "О доле и
сродных с нею существах" (в "Древностяхт. Моск. Археол. Общества", 1867,
т. II), "Заметки о малорусском наречии" (в "Филологических Записках",
1870, и отдельно, 1871), "К истории звуков русского языка" (1880 - 86),
разбор книги П. Житецкого: "Обзор звуковой истории малорусского наречия"
(1876, в "Отчете об Уваровских премиях"), "Слово о Полку Игореве" (текст
и примечания. в "Филолог. Записках", 1877 - 78, и отдельно), разбор
"Народн, песен Галицкой и Угорской Руси, Головацкого (в 21 "Отчете об
Уваровских премиях", 37 т. "Записок Академии Наук", 1878), "Объяснения
малорусских и сродных народных песен" (1883 - 87) и др. Под его ред.
вышли сочинения Г. Ф. Квитки (1887 - 90) и "Сказки, пословицы и т. п.,
запис. И. И. Манджурой" (в "Сборнике Харьковского Истор. Филолог.
Общества", 1890). После смерти П. были изданы еще следующие его статьи:
"Из лекций по теории словесности. Басня, Пословица, Поговорка" (Харьков,
1894; превосходный этюд по теории словесности), отзыв о сочинении А.
Соболевского: "Очерки из ист. русск, яз. " (в 4 кн. "Известий отд. рус.
яз. и слов. Имп. акд. наук", 1896) и обширная философская статья: "Язык
и народность" (в "Вестнике Европы", 1895, сент.). Весьма крупные и
ценные научные исследования П. остались в рукописях неоконченными. В. И.
Харциев, разбиравший посмертные материалы П., говорит: "на всем лежит
печать внезапного перерыва. Общее впечатление от просмотра бумаг П.
можно выразить малорусской пословицей: вечиренька на столи; а смерть за
плечима... Здесь целый ряд вопросов, интереснейших по своей новизне и
строго научному решению, вопросов порешенных уже, но ждавших только
последней отделки". Харьковское историко-филологическое общество
предлагало наследникам П. постепенное издание главнейших рукописных
исследований П.; позднее академия наук выразила готовность назначить
субсидию на издание. Предложения эти не были приняты, и драгоценные
исследования П. еще ждут опубликования. Наиболее обработанным трудом П.
является III том "Записок по грамматике". "Записки" эти находятся в
тесной связи с ранним сочинением П.: "Мысль и язык". Фон всей работы
- отношение мысли к слову. Скромное заглавие труда не дает полного
представления о богатстве его философского и лингвистического
содержания. Автор рисует здесь древний строй русской мысли и его
переходы к сложным приемам современного языка и мышления. По словам
Харциева, это "история русской мысли под освещением русского слова".
Этот капитальный труд П. после его смерти был переписан и отчасти
редактирован его учениками, так что вообще вполне приготовлен для
печати. Столь же объемист. но гораздо менее отделан другой труд П. -
"Записки по теории словесности". Здесь проведена параллель между словом
и поэтическим произведением, как однородными явлениями, даны определения
поэзии и прозы, значения их для авторов и для публики, подробно
рассмотрено вдохновение, даны меткие анализы приемов мифического и
поэтического творчества и, наконец, много места отведено различным
формам поэтической иносказательности, при чем везде обнаруживаются
необыкновенно богатая эрудиция автора и вполне самобытные точки зрения.
Кроме того П. оставил большой словарный материал, много заметок о
глаголе, ряд небольших историко-литературных и культурно-общественных
статей и заметок, свидетельствующих о разносторонности его умственных
интересов (о Л. Толстом, В. Ф. Одоевском, Тютчеве, национализме и др.),
оригинальный опыт перевода на малорусский язык "Одиссеи". По отзыву В.
И. Ламанского. "глубокомысленный, оригинальнейший исследователь русского
языка, П. принадлежал к весьма малочисленной плеяде самых крупных,
самобытных деятелей русской мысли и науки". Глубокое изучение формальной
стороны языка идет у П. рядом с философским пониманием, с любовью к
искусству и поэзии. Тонкий и тщательный анализ, выработанный на
специально-филологических трудах, с успехом был приложен П. к этнографии
и к исследованию малорусских народных песен, преимущественно колядок.
Влияние П., как человека и профессора, было глубоко и благотворно. В его
лекциях заключался богатый запас сведений, тщательно продуманных и
критически проверенных, слышалось живое личное увлечение наукой, везде
обнаруживалось оригинальное миросозерцание; в основе которого лежало в
высшей степени добросовестное и задушевное отношение к личности человека
и к коллективной личности народа.
Н. Сумцов.
Потемкин (кн. Григорий Александрович, ок. 1739 - 91) - знаменитый
деятель екатерининской эпохи; родился в селе Чижев, близ Смоленска, рано
потерял отца (мелкопоместного дворянина), воспитан матерью, впоследствии
статс-дамою, в Москве, где посещал учебное заведение Литкеля в Немецкой
слободе; с детства проявил любознательность и честолюбие; вступив в
московский университет, в июле 1757 г. в числе лучших 12 студентов
представлен был имп. Елизавете. но затем заленился и был исключен из
университета "за не хождение". Еще в 1755 г. записанный в рейтары конной
гвардии, П. при Петре III был вахмистром. Участие в государственном
перевороте 28 июня 1762 г. (в чем состояло это участие - неизвестно)
обратило на П. внимание имп. Екатерины П; он сделан был камерюнкером и
получил 400 душ крестьян. Биографические факты ближайших последующих
годов известны лишь в общих чертах; относящиеся к этому времени анекдоты
об отношениях П. к императрице и братьям Орловым, о желании его
постричься и т. п. недостоверны. В 1763 г. П. сделался помощником
обер-прокурора синода, не покидая военной службы; в 1768 г. он пожалован
в камергеры и отчислен от конной гвардии, как состоящий при дворе. В
комиссии 1767 г. он был опекуном депутатов от иноверцев, состоя в то же
время и членом духовно-гражданской комиссии, но ничем себя здесь не
заявил, и в 1769 г. отправился в турецкую войну волонтером. Он отличился
под Хотином, успешно участвовал в битвах при Фокшанах, Ларге и Кагуле,
разбил турок у Ольты, сжег Цыбры, взяв в плен много турецких судов и т.
д. В 1770 - 71 г. он был в СПб., где испросил позволение писать к
императрице, но большего успеха не добился. В 1771 г. он был генерал
поручиком; императрица в это время уже переписывалась с ним и в
собственноручном письме на- стаивала на том, чтобы он напрасно не
рисковал жизнью. Через месяц после получения этого письма П. уже был в
СПб., где вскоре сделан генерал-адъютантом, подполковником
Преображенского полка, членом государственного совета и, по отзывам
иностранных послов, стал "самым влиятельным лицом в России". Участие его
в делах выразилось в это время в посылке подкреплений графу Румянцеву, в
меньшем стеснении действий последнего, в мерах против Пугачева и в
уничтожении Запорожской сечи. Несколько позже П. был назначен "главным
командиром", генерал-губернатором Новороссийского края, возведен в
графское достоинство и получил ряд отличий и из-за границы, где влияние
его очень скоро стало известно: датский министр, напр., просил его
содействовать сохранению дружбы России с Данией. В 1776 г. Иосиф II, по
желанию императрицы, возвел П. в княжеское достоинство священно-римской
империи. В декабре 1775 г. императрице был представлен Завадовский,
после чего отношения ее к П. немного охладились, но продолжали быть
дружественными; мало влияния на положение П. оказало и возвышение
Ермолова, в 1785 г. За все это время имеется масса фактов,
свидетельствующих о той силе, которая находилась в руках П. : переписка
его с императрицей не прекращается, наиболее важные государственные
бумаги проходят через его руки, путешествия его обставлены "необычайными
почестями", императрица часто делает ему ценные подарки. Как видно из
докладов П., его особенно занимал вопрос о южных границах России и, в
связи с этим, судьба Турции. В особой записке, поданной императрице, он
начертал целый план, как овладеть Крымом; программа эта, начиная с 1776
г., была выполнена в действительности. Событиями в Оттоманской империи
П. сильно интересовался и имел во многих местах Балканского полуострова
своих агентов. Еще в 70-х годах им, по сообщению Герриса, выработан был
"греческий проект", предполагавший уничтожить Турцию и возложить корону
нового византийского царства на одного из внуков имп. Екатерины II. В
военном деле П. провел некоторые рациональные реформы, особенно когда
стал фельдмаршалом, в 1784 г.: он уничтожил пудру, косички и пукли, ввел
легкие сапоги и т. д.; есть, однако, отзывы, что небрежность П. привела
дела военного ведомства в хаотическое состояние. Чрезвычайно важным
делом П. было сооружение флота на Черном море; флот был построен очень
спешно, частью из негодного материала, но в последовавшую войну с
Турцией оказал значительные услуги. Колонизаторская деятельность П.
подвергалась многим нареканиям - и действительно, не смотря на громадные
затраты, не достигла и отдаленного подобия того, что рисовал в своих
письмах к императрице П.; тем не менее, беспристрастные свидетели - в
роде К. П. Разумовского, в 1782 г. посетившего Hoвopoссию, - не могли не
удивляться достигнутому. Херсон. заложенный в 1778 г., является в это
время уже значительным городом; Екатеринослав называется
"лепоустроенным"; на месте прежней пустыни, служившей путем для набегов
крымцев, через каждые 20 - 30 вер. находились деревни. Мысль об
университете, консерватории и десятках фабрик в Екатеринославе так и
осталась неосуществленной; не удалось П. и сразу создать нечто
значительное из Николаева. Из огромного числа деловых бумаг и писем
канцелярии П. видно, как многостороння и неусыпна была его деятельность
по управлению южной Россий; но вместе с тем во всем чувствуется
лихорадочная поспешность, самообольщениe, хвастовство и стремление к
чрезмерно трудным целям. Приглашение колонистов, закладка городов,
разведение лесов и виноградников, поощрение шелководства, учреждение
школ, фабрик, типографий, корабельных верфей - все это предпринималось
чрезвычайно размашисто, в больших размерах, при чем П. не щадил ни
денег, ни труда, ни людей. Многое было начато и брошено; другое с самого
начала оставалось на бумаге; осуществилась лишь самая ничтожная часть
смелых проектов. В 1787 г. предпринято было знаменитое путешествие
императрицы Екатерины на юг, которое обратилось в торжество П., с
замечательным искусством сумевшего скрыть все слабые стороны
действительности и выставить на вид блестящие свои успехи. Херсон, с
своею крепостью, удивил даже иностранцев, а вид Севастопольского рейда с
эскадрою в 15 больших и 20 мелких судов был самым эффектным зрелищем
всего путешествия. При прощании с императрицею в Харькове П. получил
название "Таврического". В 1787 г. началась война с Турцией, вызванная
отчасти деятельностью П. Устроителю Новороссии пришлось взять на себя
роль полководца. Недостаточная готовность войск сказалась с самого
начала; П., на которого возлагались надежды, что он уничтожит Турцию,
сильно пал духом и думал даже об уступках. Императрице, в письмах,
приходилось неоднократно поддерживать его бодрость. Лишь после удачной
защиты Кинбурна Суворовым П. стал действовать решительнее и осадил
Очаков, который, однако, взят был лишь через год: осада велась
неэнергично, много солдат погибло от болезней, стужи и нужды в
необходимом. После взятия Очакова П. вернулся в СПб., всячески
чествуемый по пути; в СПб. он получил щедрые награды и часто имел с
императрицею беседы о внешней политике: он стоял в это время за
уступчивость по отношению к Швеции и Пруссии. Вернувшись на театр войны,
он позаботился о пополнели числа войск и медленно подвигался с главной
массою войск к Днестру, не участвуя в операциях Репнина и Суворова.
Осажденные им Бендеры сдались ему без кровопролития. В 1790 г. П.
получил титул гетмана казацких екатеринославских и черноморских войск.
Он жил в Яссах, окруженный азиатской роскошью и толпою раболепных
прислужников, но не переставал переписываться с СПб. и. с
многочисленными своими агентами за границей; о продовольствии и
укомплектовании армии он заботился как нельзя лучше. После новых успехов
Суворова, в январе 1791 г., П. снова испросил позволение явиться в СПб.
и в последний раз прибыл в столицу, где считал свое присутствие
необходимым в виду быстрого возвышения Зубова. Цели своей - удаления
Зубова - ему не удалось достигнуть. Хотя императрица и уделяла ему все
туже долю участия в государственных делах, но личные отношения ее с П.
изменились к худшему: по ее желанию П. должен был уехать из столицы, где
он в 4 месяца истратил на пиршества и т. п. 850 тыс. рублей, выплаченных
потом из кабинета. По возвращении в Яссы П. деятельно вел мирные
переговоры, но болезнь помешала ему окончить их. 5 октября 1791 г., в
степи, в 40 в. от Ясс, П., собиравшийся ехать в Николаев, умер от
перемежающейся лихорадки. Похоронен он в Херсоне. Императрица была
сильно поражена смертью П. Отзывы о П., после смерти, как и при жизни,
были весьма различны. Одни называли его злым гением императрицы
Екатерины, "князем тьмы" (ср. немецкий роман памфлет 1794 г. :
"Pausalvin, Furst der Finsterniss, und seine Geliebte"), другие - в том
числе сама императрица Екатерина - великим и гениальным человеком. Во
всяком случае, это был самый недюжинный из екатерининских временщиков,
несомненно способный администратор, деятельный и энергичный человек,
избалованный, однако, побочными обстоятельствами, доставившими ему
высокое положение, и поэтому лишенный равновесия и способности
соразмерять свои желания с действительностью. Начинания его на юге
России составляют несомненную его заслугу перед потомством. Созданные им
города, особенно Екатеринослав, и теперь принадлежат к наиболее важным
населенным пунктам нашего юга .Пороки П. - его женолюбие (связь даже с
собственными племянницами), расточительность, пренебрежение к
человеческой жизни
- все это в значительной степени недостатки эпохи, когда он жил.
Биография П. обильна анекдотическими рассказами сомнительной
достоверности; большая часть их принадлежит памфлетисту Гельбигу,
поместившему биографию П. в журнале "Minerva" (1797 - . 1800). Панегирик
П. напечатал племянник его А. И. Самойлов ("Русск. Арх. ", 1867). См. А.
Г. Брикнер, "Потемкин" (СПб., 1891); А. М. Л., "Екатерининский
временщик" ("Истор. Вест. ", 1892, № 3).
А. М. Л.
Потенциальная функция и потенциал. - Под силой, приложенной к
материальной точке и имеющей потенциальную или силовую функцию,
подразумевается такая сила, проекции которой X, У, Z на оси координат
выражаются производными от некоторой функции и (от координат x, у, z
точки) по соответственным координатам, т.е.

Такая функция U называется П. функцией этой силы. Сколько известно,
первым, указавшим на существование такой функции, и именно у сил
тяготения, был Лаплас ("Меcanique celeste"); а самый термин: П. функция
встречается в сочинении Грина: "An essay on the application of
mathematical analysis to the theories of electricity and magnetism",
напечатанном в 1828-м г.; но нельзя поручиться за то, что Грин первый
ввел это название. Если система материальных точек подвержена только
таким силам, проекции которых на оси координат суть производные по
соответственным координатам от некоторой функции U от координат точек
системы, то эту функцию U называют потенциалом сил этой системы. То
обстоятельство, что все силы природы принадлежат именно к числу таких
сил; дает весьма важное значение потенциалу и П. функции в механике и
физике. Прежде всего следует указать, как изменяется общий закон
изменения живой силы материальной системы, если силы, действующие на
нее, имеют потенциал. Дело в том, что сумма элементарных работ таких сил
при бесконечно-малом перемещении системы равняется дифференциалу или
бесконечно-малому изменению dU потенциала, а так как та же сумма, по
общему закону изменения живой силы, равняется бесконечно-малому
изменению dT живой силы Т системы, то dT=dU и отсюда Т - U=h, где h
величина постоянная на всем движении системы. Обыкновенно называют живую
силу системы ее кинетической энергией, а отрицательно взятую функцию U -
потенциальной энергией. Равенство Т - U=h выражает, что сумма обеих
энергий остается постоянной при движении, или как говорят: полная
энергия системы остается при движении постоянной. К числу сил, имеющих
потенциал, принадлежат силы взаимного притяжения или отталкивания между
двумя материальными точками, если эти силы равны и противоположны,
направлены по линии, проходящей через обе точки и величины их равны
какой либо функции f(r) расстояния r точек. Потенциал таких
взаимнодействующих сил есть

где верхний знак (плюс) должен быть поставлен в случае сил
отталкивания, а нижний (минус) в случае сил притяжения. Например, для
сил тяготения, подчиняющихся закону Ньютона, величина сил притяжения
между материальными точками масс m и M равна отношению e mM к r2,
поэтому потенциал этих двух сил будет

здесь e множитель, точная величина которого может быть определена при
полном знании вида поверхности земли, внутреннего строения ее и величин
ускорения силы тяжести в разных местах ее поверхности. Если имеется
сплошное тело. частицы которого притягивают материальную точку по закону
Ньютона, то равнодействующую сил притяжения можно будет определить, если
определим П. функцию этих сил. Лаплас, Пуассон и Гаусс ("Allgemeine
Lebrsatze in Beziehung auf die im verkehrten Verhaltnisse des Quadrats
der Entfernung wirkenden Krafte"; "C. F. Gauss Werke", т. 5) доказали,
что П. функция таких сил обладает следующими свойствами, если размеры
тела не бесконечно-велики и если плотность его нигде не имеет бесконечно
большой величины: a) П. функция V сил притяжения телом точки есть
функция ее координат x, y, z, сплошная и конечная, b) производные ее

тоже сплошны и конечны. c) Сумма трех производных второго порядка:

при положении точки вне тела и d) эта сумма D2V равна - 4pesm при
положении точки внутри тела; здесь s означает плотность тела в том
месте, где находится притягиваемая точка, m - массу ее. Свойство c
доказано Лапласом, свойство d - Пуассоном. П. функция однородного шара
плотности s, радиуса R и массы M =4/3peR2 на точку массы равной единице
выражается отношением eM к r (где r есть расстояние точки от центра
шара), если точка находится вне шара; поэтому сила притяжения,
действующая на точку, направлена к центру шара, обратно пропорциональна
квадрату расстояния r и такова, как будто бы вся масса шара была
сосредоточена в его центре. Если точка находится в массе шара на
расстоянии r от центра, то П. функция выражается так: 2pes (R2 - 1/3 r2)
и сила притяжения опять направлена к центру шара, но имеет величину
4/3epsr, или

т.е. равна отношению eM1 к r2, где M1=4/3psr3 есть масса той части
шара, которая находится внутри сферы радиуса у. отсюда следует, что тот
слой шара, который заключается между сферами радиусов R и r, не
оказывает притяжения на точку. Если определять притяжение, оказываемое
однородным сферическим слоем, заключающимся между концентрическими
сферами или однородным слоем, заключающимся между двумя концентрическими
и подобными эллипсоидами, на точку, находящуюся внутри пустых полостей
которого либо из этих тел, то окажется, что действия сил внутри полости
нет.
Поверхность уровня. Если равнодействующая сил, приложенных к
материальной точке, имеет П. функцию V, то все пространство, в котором
может находиться точка, можно представить себе заполненным системою
бесконечного множества поверхностей, на каждой из которых V имеет одну и
ту же величину. Такие поверхности называются поверхностями уровня;
каждая из них имеет свой параметр, а именно ту численную величину,
которую имеет V в точках этой поверхности. Сила, действующая на точку,
направлена всегда по нормали к той поверхности уровня, на которой
находится точка и направлена в ту сторону, где находятся поверхности
уровня с параметрами большими параметра, свойственного этой поверхности.
Величина силы равняется положительно взятому корню из суммы квадратов
производных от V по x, y, z; эта величина:

называется дифференциальным параметром поверхности уровня в
рассматриваемой точки. В гидростатике доказывается, что жидкость,
капельная или упругая, может быть в равновесии только под влиянием сил,
имеющих П., и что при таком состоянии поверхности уровня, где потенциал
имеет одну и ту же величину, суть вместе с тем и поверхности одинакового
гидростатического давления, а при равновесии газообразных масс или
упругих жидкостей поверхности уровня суть поверхности равной плотности и
равного давления.
Д. Б.
Учете о потенциале играет весьма большую роль в теории электрических
и магнитных явлений. Электрические явления вообще происходят так, как
если бы существовали два особых вещества или флюида, действующих друг на
друга по закону Кулона, т.е. с силой пропорциональной произведению
взаимодействующих количеств и обратно пропорциональной квадрату их
расстояния. Эти флюиды для краткости называют положительными и
отрицательным электричествами. Они находятся на поверхности
наэлектризованных тел, а явление электрического тока может быть
рассматриваемо как течение этих электричеств в проволоках, при чем
течение положительного электричества в одном направлении и течение
отрицательного электричества в противоположном направлении могут быть
рассматриваемы как явления между собою тожественные. Единица количества
электричества есть такое количество, которое на равное ему, находящееся
на единице расстояния от него, действует с силой, равной единице силы.
C.G.S. - единица количества электричества - получается, когда расстояния
1 стм. и сила 1 дина. Кулон = 3. 109 C.G.S. единиц электричества. Если
мы имеем наэлектризованные тела, то потенциал V в любой точке М
пространства равен работе, которую производят электрические силы при
переходе единицы электричества из М по произвольному пути в
бесконечность, или на весьма большое расстояние. В различных точках
пространства V - различное. Если количество h электричества переходит из
точки М в другую точку N, то работа r электрических сил равна r=h (V1 -
V2), где V1 и V2 потенциалы в точках М и N. Так как работа r может быть
только положительная, если h перемещается (течет) под влиянием
электрических сил, то ясно, что положительное электричество (h>0) течет
всегда от мест большего к местам меньшего потенциала (V1>V2). Аналогично
этому и теплота течет всегда от мест большей (более высокой) темп. к
местам меньшей (более низкой) темп.; потенциал же аналогичен темп. (см.
ниже). Другая аналогия: жидкости текут под влиянием силы тяжести от мест
большей высоты к местам меньшей высоты. Внутри проводника электрическая
сила должна везде равняться нулю, без чего невозможно равновесие
электричества и внутри проводника появляются новые количества
электричества (произойдет, как прежде говорили, разложение нейтральной
смеси обоих электричеств). Если сила есть нуль, то и работа r,
произведенная при мысленном перемещении h из М в N, тоже нуль (М и N
произвольные точки внутри проводника). Отсюда следует, что V1=V2; но в
виду произвольности положения точек М и N это равенство показывает, что

<<

стр. 171
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>