<<

стр. 213
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

всю горную часть С. окр. Главными реками С. окр. являются помянутые-
Бзыб и Кодор. Первая из этих рек, начинаясь из снегов Главного
Кавказского хр., течет сначала на З, а потом на ЮЗ и вер. в 15 от моря
выходит на равнину; длина Бзыби около 100 в., ширина у выхода на равнину
ок. 35 саж., ниже 50 саж., глуб. ок. 3 арш. Для переправы у выхода из
гор существует паром. Ущелье Бзыби покрыто сплошными лесами, среди коих
встречаются прекрасно сохранившиеся насаждения самшита или кавказской
пальмы (Buius semper virens) и местами очень трудно доступно. Кодор по
характеру походит на Бзыб; обе эти реки являются типичными горными
реками, уровень воды в них часто изменяется, они текут очень быстро и, в
случай высокой воды, непроходимы вброд. Ущелья их трудно доступны и
покрыты первобытными лесами. У устья через Кодор построен железный мост
длиной в 80 саж. Из других речек, которые во множестве прорезывают
прибрежные части С. окр.. беря начало на южн. склонах Бзыбского и
Кодорского хребтов, более значительна р. Гадизга, впадающая в море около
мет. Очемчиры; бассейн верховьев этой реки составляет Ткварчельскую
казенную лесную дачу, где недавно расследовано обширное месторождение
очень хорошего, имеющего способность коксоваться каменного угля. Запас
угля в пределах двух исследованных площадей составляет около 7 миллиард.
пд. Коксовальные печи предполагается устроить в мет. Очемчиры, где также
намечено устройство порта. Из других полезных ископаемых в С. округе
известны месторождения серебро-свинцовых руд. Лесная площадь занимает
383 тыс. дес. (55,5% всего округа). Климатические условия С. окр., в
виду разнообразя его поверхности, поднимающейся от уровня моря почти до
13 тыс. фт., весьма разнообразны. На морском побережье климат отличается
ровностью мягкостью, в горах он значительно суровые, климатические
условия северной окраины округа, прилегающей к Главному Кавказскому хр.,
отличаются большой суровостью; здесь выпадает масса снега, зимой бывают
большие морозы; наиболее высокие горы покрыты вечными снегами. Население
округа состоит из абхазцев и самурзаканцев (86%), мингрельцев (5, 5%),
греков (3.5%), армян (1,5%), русских (ок. 2%), грузинов (около 1%),
немцев и проч. Огромное большинство (91%)- православное, но значительная
часть абхазцев, по своим верованиям, представляющим смесь мусульманских
и христианских обрядов с грубыми суевериями и фетишизмом, являются
скорее язычниками, чем христианами или даже магометанами. Главнейшее
занятие населения - земледелие, а именно культура кукурузы, пшеницы и
гоми (Setaria italica), частью также садоводство, табаководство и
скотоводство. Под посевами всего 37 - 38 тыс. дес. (5% всего окр.). В
некоторых районах важное значение имеет культура высших сортов табака
(самсун, трапезонд), и в этом отношении С. окр. занимает первое место в
Кутаисской губ.; в 1898 г. насчитывалось 2790 плантаций, площадью в 2632
дес., с которых собрано 149417 пд. табака. Под виноградниками 2557 дес.
Кое-где довольно сильно развито пчеловодство; на предгорьях есть пасеки
по 200 ульев. В 1891 г. в С. окр. насчитывалось: рог. скота 43000 гол.,
лошадей 13490, буйволов 16000, овец 55000, коз 40000, свиней 9000. Сыр и
молоко имеют важное значение в качестве пищевых продуктов. Кустарные
промыслы развиты весьма слабо; кое-где в небольших размерах существует
производство медных и серебряных изделий. Фабр. заводская промышленность
почти не существует, за исключением лишь нескольких довольно
значительных лесопильных заводов. Для заграничной торговли пользуются
почти исключительно парусными судами, вывозящими кукурузу, строевой и
поделочный лес (орех, самшит и др.), на сумму свыше 1200 тыс. руб.
ежегодно. Привоз из-за границы ничтожен. Горное дело только еще
возникает. С. округ делится на 4 участка: Гумистинский (центр - Сухум),
Гудаутский (Гудаут), Кодорский (Очемчиры) и Самурзаканский (Окум) и
заключает в себе три прежних области: Абхазио, Самурзакань и Цебельду.
Под именем Самурзакани известна страна между Ингуром и Гализгой; Абхазия
простирается от Гализги до Гагр и от моря до главного Кавказского хр.;
бассейн верхнего и среднего течения р. Кодора называется Цебельдой. В.
М.
Сущность. - Отношение С. предмета к его субстанции есть отношение
постоянных предикатов к постоянному же субъекту. Таким образом по
отношению к субстанции отношение С. совпадает с понятием атрибутов. Но
отношением к понятию субстанции не выясняется во всей полноте смысл
понятия С. Постоянные предикаты предмета могут существовать при разной
степени определенности и постоянства его субъекта, и потому сущность не
всегда соотносительна субстанции. Предмету может быть приписываемо
неопределенное, не возведенное к отчетливости мысли бытие - и такому
неопределенному и неотчетливому субъекту могут, тем не менее,
принадлежать постоянные свойства, составляющие его С. С другой стороны,
предмет может заведомо иметь для мысли лишь условные постоянство и
самостоятельность, т. е. субстанциальность его может быть отрицаема и,
тем не менее, ему можно приписывать постоянную природу или С. Это
последнее соображение указывает на неправильность очень часто
встречающегося в философии противоположения между С. и явлением. Явление
есть все то, чему принадлежит не бытие в точном значении этого слова, но
существование, т. е. бытие обусловленное, зависимое. Не имея, таким
образом, само в себе субстанции, явление, однако, также имеет свою С.,
т. е. постоянные предикаты. Следовательно, противоположение существует
не между явлением и С., а между явлением и тем сущим, которое служит
первоисточником явления, или, пожалуй, между С. явления и С. этого
сущего. Эта особенность понята С. может быть кратко выражена так, что
для С., как постоянного предиката, необходим субъект логический, но нет
необходимости в субъекте действительном. , С. совпадает с тем, что в
логике именуется существенными признаками понятия; всякое раскрытие
содержания понятия в общем, утвердительном, категорическом суждении есть
раскрытие С. предмета понятия. В логике различают нередко разные степени
и виды существенности признаков разными терминами; так, основные
существенные признаки (essentialia constitutiva) отличают от производных
(essentialia consecutiva); которые иногда дают наименование атрибутов,
равно как существенные признаки, общее нескольким понятиям (essentialia
communia), от признаков, исключительно принадлежащих данному понятию
(essentialia propria). Гораздо важнее этих терминологических различий те
соображения, которые, вытекая из развитого выше понятия С., определяют
отношения его к другим близким ему понятиям. Как предикат субъекта
неопределенного или даже мнимого, С. не предполагает непременно резкого
рассудочного отделения бытия предмета от его свойств. Поэтому, понятие
сущности близко к первоначальному, еще не расчлененному мыслью,
непосредственному состоянию понятия бытие когда постоянные или
принимаемые за постоянные свойства сущего отождествляются с сущим как
таковым (так было, напр., в древнейшей греческой философии, для которой
вода или воздух были вместе и самим первосущим, и его сущностью). В
развили мысли о бытии категория С. предшествует категории субстанции,
как предполагающая меньшую отчетливость разграничивающей, рассудочной
деятельности. Засим, с выработкой мысли о субстанции, С. отождествляется
с ее атрибутами. Что касается отношения С. к акциденту и модусу, то в
одном смысле она их исключает, в другом - отождествляется с ними. Как
постоянный предикат субстанции, С. ее не есть ни акцидент, ни модус; но
и акцидент, и модус, как таковые, имеют свою С., т. е. свои постоянные
предикаты. Причинность вещей есть одно из их постоянных свойств и, как
таковое, обнимается понятием С.; постоянство существенного признака
понятия не есть неизменность предмета во времени, а есть постоянство в
самом временном изменении, буде последнее имеет место. Существенным
признаком организма служит, напр., его развитие - стало быть,
единообразное изменение во времени под влиянием внутренних причин,
Вполне мыслимо даже такое предположение. что С. всякой вещи есть
закономерное изменение (хотя, конечно, мыслимость этого предположения не
означает еще его доказанности). Вместе с тем, однако, понятие С. шире
понятия причинности, так как в предметах есть единообразие, не
подчиняющиеся началу причинности (свойства геометрических тел,
единообразие во взаимных отношениях тела и души и т. п.).
В истории философии понятие С. всегда было важно главным образом в
его соотношение с понятием субстанции, т. е. в смысле понятия о ее
постоянных свойствах или атрибутах. Укажем лишь на общую тенденцию
движения философии по отношению к понятию С. В течение всего
докантовского периода философии понятия бытия и того, чему присуще бытие
(свойства), хотя и различаемые рассудком, обнаруживали стремление к
тесному сочетанию и даже слиянию в мыслимом предмете понятия: вещь,
характеризуемая известными признаками, именно через сопричастие этим
признакам приобретала значение сущей. Предполагалось, что есть свойства
или атрибуты, которым, как таковым, необходимо принадлежит бытие. Эта
неразрывность двух понятий - свойства и бытия вещи - представлялась
равно необходимой как с точки зрении догматиков, так и с точки зрения
эмпиристов. Первые, определяя субстанцию известными атрибутами,
естественно находили их в таких свойствах вещей, которые (свойства)
представлялись им необходимо-сущими, т. е. понятие о которых с их точки
зрения предполагало бытие. Первое положение "Этики" Спинозы в
самопричине С, предполагает существование, т. е. природа С. может быть
постигнута лишь как существующая. Таким образом выходит, что существо
вещей создает их субстанциональность, т. е. что мы должны признавать
субстанциональное бытие за такими свойствами, из понятия которых оно
следует с необходимостью (иначе - противоположное которым невозможно).
Это, так сказать, материальное, т. е. основанное на изучении свойств
вещей установление их бытия, составляет убеждение и эмпиризма. Юм,
давший вполне последовательное завершение доктрины эмпиризма, подвергает
подробному исследованию вопрос, есть ли идея бытия чтолибо отличное от
идей воспринимаемых качеству и находит, что они тождественны, т. е.
свойства вещей и суть их бытие. "Просто думать о чем-либо и думать о
чемлибо, как существующем - говорит он, - в этом нет никакой разницы".
Различие между эмпиристами и догматиками заключается в данном случай
лишь в том, что необходимое, субстанциальное бытие первые отрицают, и
поэтому превращают не С. в субстанцию, а вообще воспринимаемые свойства
в сущее. Для Канта бытие есть не признак вещи, а ее положение (вещь
сущая имеет те же признаки, что и несущая), и потому от мыслимых
признаков вещи нельзя заключать к ее бытию: тем самым отвергается
догматизм. Вместе с тем отвергается и эмпиризм, так как (опытное) бытие
вещей есть категория рассудка, а не непосредственное внушение чувств;
следовательно, один чувственный значок сам по себе еще не тождествен
бытию, и тем более субстанции (права которой в опытной области Кант
также восстанавливает). Таким образом возможность превращения С. в
субстанции или вообще свойства в сущее раз навсегда пресекается.
Шопенгауэр, в духе Канта, признает невозможным какое-либо заключение от
С. (essentia) к сушествованию (existentia), хотя с другой стороны
утверждает, что существование без С. есть пустое слово. У Гербарта и
Гегеля влияние произведенной Кантом реформы проявляется в том, что, в
противоположность докантовской философии, заключавшей от С. к сущему,
они стремятся С., как и субстанцию, вывести из понятия бытия. Из
определения бытия, как простого положения, у Гербарта следует ряд
заключений и о качестве (природе) сущего. У Гегеля категория С.
составляет содержание второй книги "Логики" и С. определяется как
основание (Hintergrund) или самоуглубление бытия, достигаемое его же
собственным развитием. В настоящем вопросе, как и в вопросе о
субстанции, дозволительно ожидать плодотворных результатов лишь от
генетического исcледoвaния понятия бытия. Это исследование одно может
дать разрешение или доказать неразрешимость искони занимавшей философию
задачи - найти необходимые, т. е. логически связанные с самым бытием
вещей, предикаты их. И. Г. Дебольский.
Суэцкий канал. - Громадное значение, как стратегическое, так и
торговое, какое может иметь соединение Средиземного и Красного морей для
народов, живущих по их берегам, было оценено уже в глубокой древности
египтянами; при Рамзесе II (XlV B. до Р. Хр.). задача была решена и
канал, достаточный для кораблей той эпохи, был прорыть между устьем Нила
(через озеро Тимза) и сев. концом Красного моря. Через нисколько
столетии он был заброшен и стал недоступным для плавания. Фараон Нехао
(616-600) начал новый кандал от Бубастиса (нынешний Сагасиг) на Ниле к
Патумосу на Красном море, но, вследствие неблагоприятного оракула, по
которому канал должен был оказаться полезным лишь для врагов, оставил
это предприятие, хотя, по сведениям Геродота, оно стоило уже 120000
человеческих жизней. Когда в Египте господствовали персы, при Дарии
Гистаспе (526-486), этот второй канал был окончен. По сообщены Геродота,
длина его равнялась четырем дням пути, а ширина была такова, что две
триремы могли разойтись свободно. При Птолемее II (285 - 247), канал был
углублен, расширен и снабжен шлюзами. Ко времена царствования Кдеопатры
он был частью занесен песком, но все-таки настолько еще годен для
плавания, что после битвы при Акциуме (13 г. до Р. Хр.) нисколько
кораблей Клеопатры успели спастись через него в Красное море. Судя по
некоторым данным, он был восстановлен при импер. Траяне; по крайней мере
он носил тогда название amnis Traianus. После нового периода
заброшенности и полной негодности он совершенно заново был восстановлен
полководцем Омара, наместником Египта Амру (умер в 664), при котором он
служил весьма важной дорогой для хлебной торговли. К концу VIII века он
вновь стал негодным для плавания. С эпохи географических открыли мысль о
новом прорытии С. перешейка возникала много раз. Венецианцы думали с его
помощью оживить свою торговлю, перешедшую в другие руки после открытия
пути в Индию вокруг мыса Доброй Надежды; Лейбниц представлял проект
канала Людовику XIV (1671); даже султан Махмуд III и вождь мамелюков Али
Бей в XVlll в. думали о том же; но венецианцы и мамелюки были одинаково
бессильны для осуществления предприятия которое стало еще более
грандиозным, чем оно было в древности, вследствие значительного
увеличения размеров и глубины посадки кораблей нового времени. Бонапарт,
во время египетской экспедиции (1798), обратил внимание на возможные
политические последствия прорытия перешейка и поручил особой комиссий,
во главе которой он поставил инженера Лепера (Lepere), производство
предварителъных изысканий. Комиссия пришла к выводу, что уровень воды
Красного моря на 9,9 м. выше уровня воды в Средиземном Mopе, что очень
затрудняет прорытие канала, не делая, его, однако, невозможным. По
проекту Лепера он должен был идти от Красного моря к Нилу частью по
старому пути, пересекать Нил близ Каира и кончаться в Средиземном море
близ Александрии. Достигнуть особенно значительный глубины Лепер считал
невозможным; его канал был бы негоден для глубокосидящих судов. Расходы
на прорыве комиссия Лепера исчислила в 30-40 милл. фр. Проект разбился
не о технические или финансовые трудности, а о политические события; он
был окончен только в конце 1800 г., когда Наполеон был уже в Европе и
окончательно отказался от надежды завоевать Египет. Принимая 6 дек. 1800
г. доклад Лепера, он сказал: "это великое дело, но я не в состоянии
осуществить его в настоящее время; быть может турецкое правительство
возьмется когда-либо за него, создаст себе тем славу и упрочить
существование Турецкой империя". В 1841 г. английские офицеры,
производившие изыскания на перешейке, доказали ошибочность расчетов
Лепера относительно уровня воды в двух морях - расчетов, против которых
уже раньше протестовали Лаплас и математик Фурье, исходя из
теоретических соображений. В 1846 г. образовалось, отчасти под
покровительством Меттерниха, международное "Societe d'etudes du canal de
Suez", в котором наиболее видными деятелями были инженеры: француз
Талабо, англичанин Стефенсон и австриец Негрелли. Негрелли, на основании
новых, самостоятельных изысканий, выработал новый проект, который,
однако, в общих чертах был повторением старого, Леперовского. Около того
же времени французский дипломат Ф. Лессепс, не производя новых
самостоятельных изысканий, а опираясь лишь на исследования
предшественников, напал на мысль провести канал совершенно иначе - так,
чтобы он был "искусственным Босфором" непосредственно между двумя
морями, достаточным для прохода наиболее глубоководных судов. Проект
отличался замечательной смелостью; его автор обладал громадной энергией
и громадными связями, что обеспечило его принятие, хотя в научном
отношении он был разработан крайне слабо; как технические, так и
финансовые его расчеты подверглись очень суровой критике со стороны
многих специалистов, между прочим Стефенсона - критике частью
оправдавшейся (относительно большей трудности и большей дороговизны
канала), частью не оправдавшейся (относительно того, что канал неизбежно
должен заноситься песком). При Аббасе-паше, управлявшем Египтом в
1849-54 гг., об осуществлении канала не было речи; но когда вице-королем
Египта стал Саид-паша, то Лессепс, давно знавший его лично, поспешил в
Египет и добился от него, 19 мая 1855 г., фирмана на основание компании
("Compagnie universelle du canal maritime de Suez"). Этим фирманом
египетское правительство давало право на прорытие канала и на
эксплуатацию его в течении 99 дет со времени открытия, после чего канал
должен был поступить в собственность египетского правительства; оно
обязывалось отвести безвозмездно необходимые для работ земли, поставлять
рабочих и вообще оказывать содействие сооружению; за это оно
выговаривало себе 15% чистого дохода (кроме дохода с тех акций, которые
оно покупало) и право назначать директора компании из числа наиболее
крупных акционеров. 10% дохода должны были идти в пользу основателей
компании, а остальные 75% - акционерам. В том же 1855 г. Лессепс добился
ратификации фирмана со стороны турецкого султана, но только в 1859 г.
смог основать в Париже компанию. Ее основной капитал равнялся 200 мидл.
фр. (в эту сумму исчислены были Лессепсом все издержки предприятия),
разделенных на 400 тыс. паев, по 500 фр. каждый; на значительную их
часть подписался Саид-паша. В том же году начались работы. Английское
правительство, и во главе его Пальмерстон, опасаясь, что С. канал
поведет к освобождению Египта из-под власти Турции и к ослаблению или к
потере господства Англии над Индией, ставило на пути к осуществлению
предприятия всевозможный препятствие но должно было уступить перед
энергией Лессепса, тем более, что его предприятию покровительствовали
Наполеон III и Саид-паша, а потом (с 1863 г.) его наследник,
Измаил-паша. Технические трудности были громадны. Приходилось работать
под палящим солнцем в песчаной пустыне, совершенно лишенной пресной
воды. Первое время компания должна была употреблять до 1600 верблюдов
только для доставки воды рабочим; но к 1863 г. она закончила небольшой
пресноводный канал из Нила, шедший приблизительно в том же направлении,
что и древниe каналы (остатками которых кое-где удалось
воспользоваться), и предназначенный не для судоходства, а единственно
для доставки пресной воды - сперва рабочим, потом и поселениям,
долженствовавшим возникнуть по каналу. Этот пресноводный канал идет от
Сагасига при Ниле на восток к Измаилии, а оттуда на юговост., вдоль
морского канала, к С.; ширина канала 17 м. на поверхности, 8 - по дну;
глубина его в среднем. только 21/4 м., местами даже значительно меньше.
Его открытие облегчило работы, но все-таки смертность среди рабочих была
весьма велика; их доставляло египетское правительство, но приходилось
пользоваться также европейскими рабочими (всех рабочих было от 20 до 40
тыс.). 200 милд. фр., определенных по первоначальному проекту Лессепса,
скоро не хватило, в особенности вследствие громадных трат на подкупы при
дворах Сайда и Измаила, на широкие рекламы в Европе, на расходы по
представительству самого Лессепса и других воротил компании. Пришлось
сделать еще облигационный заем в 166666500 фе, потом еще другие, так что
общая стоимость канала к 1872 г. достигла 475 милл. (к 1892 г. - 576
милл.). В шестилетий срок, в который Лессепс обещал окончить работы,
окончить их не удалось, и канал был закончен только через 10 лет. 16
ноября 1869 г. он был торжественно открыт. Длина его равнялась 160 км.,
ширина на поверхности 60-110 м., по дну 22 м. (впоследствии увеличена до
37 м.), глубина 8 м. (впоследствии 9 мет.). Для его проведения пришлось
вынуть 75 милл. кб. м. земли. Он начинается у Порта Саида двумя
каменными молами длиной в 2250 и 1600 м., которые защищают углубленный
фарватер в Средиземном море от заносов нильским илом; затем он идет в
южном, слегка уклоняющемся то к зап., то к востоку направлении, проходит
через несколько горько-соленых озер (в том числе оз. Тимза, на котором
стоит Измаилия), прорезывает небольшую гряду холмов Эль Кантара, на 95-м
км. вступает в большое горько-соленое озеро, соединяющееся с Красным
морем, пересекает его и на 156-м км. достигает моря, но идет в нем еще 4
км. Канал сократил время пути для пароходов, идущих из Англии, Германии
и Франции в Индию, на 24 дня, из Триеста - даже на 37 дней, и потому
сразу приобрел большое значение, не смотря на довольно высокую плату за
прохождение через него (сперва 10 фр. с тонны чистого груза, с 1895 г.
-9, 5 фр.; существуют соответственные пошлины с пассажиров; компания
продает также пресную воду, которая составляет немаловажный источник ее
доходов). Первоначально для прохождения через канал требовалось не менее
2 дней, но со времени устройства электрического освещения оно стало
возможным день и ночь, и потому теперь требует не более 15-20 часов. В
1870 г. через канал прошло всего 486 судов, с 436000 тоннами груза и
26750 людьми, подлежавшими оплате пошлиной. Это не окупало еще издержек
по содержанию канала, но с 1872 г. канал стал приносить акционерам
чистый доход, который, при некоторых колебавших, в общем постоянно
поднимается. В 1893 г. через канал прошли 3341 судно, с 7659000 тоннами
чистого груза или 10753000 тоннами груза брутто (из них 9977000
английских, 798000 немецких, 702000 французских) Общая сумма доходов С.
канала равнялась в 1895 г. 80702000 фр.; за вычетом 25 милл. расхода,
чистый доход-55067000 фр.; благодаря выкупу значительной части
облигационных займов, на акцию в 500 фр. приходилось дивиденда в 1891 г.
112,14 фр., в следующие годы - несколько менее. Биржевая ценность акций
сильно колеблется, поднимаясь во время биржевой горячки и славы Лессепса
(в 1881 г.) до невероятной суммы 3475 фр., спускаясь по временам до 715
фр. Политические последствия от прорытия канала оказались совершенно не
те, каких ожидали. Канал действительно содействовал ослаблению связи
Египта с Турцией, но вовсе не в ущерб Англии, от которой фактически
зависит судьба Египта; точно также власти Англии в Индии канал не только
не нанес ущерба, но усилил ее, приблизив Индию к Англии. В 1875 г.
Англия купила у египетского хедива его акций, и с тех пор в самой
компании С. канала ей принадлежит руководящая роль. Ср. F. Lesseps,
"Percement de I'lsthme de Suez. Expose et documents officiels" (П,
1855-56); его же "Lettres, journal et documents a l'historie du canal de
Suez" (П., 1875-81); Volkmann, "Der Suezcanal und seine Erweiterung"
(Б., 1886); Krukenberg, "Die Durchfititung des Isthmus von Suez"
(Гейдельб., 1888); Hemr. Stephanе "Der Suezkanal und seine Eroffnung" (в
"Unsere Zeib, 1870, № 1-2); O. Ritt, "Histoire de I'lsthme de Suez" (П.,
1869); M. Fontane, "De la marine marchande a propos du percement de
I'lsthme de Suez" (П, 2 изд., 1869); Fournier de Flaix, "L'independance
de l'Egypte et le regime international du canal de Suez" (Пар., 1889);
"Le canal de Suez, bulletin decadaire" (П., выходит 3 раза в месяц).
В. Водовозов. Сфагнум (техн.) - под этим названием находится в
продаже торфяной мох, очищенный от корней и прутьев трепальной машиной и
спрессованный для более удобной перевозки. С. начинает входить в
употребление в строительном деле, вследствие своей дурной
теплопроводности, для смазки на потолках, для заполнения пустот в стенах
из пустотелых бетонных камней, для обкладывания стен денников и водяных
резервуаров, По отзывам специалистов, С. как подстилка в конюшнях не
оправдал ожиданий, так как меньше сохраняет здоровье лошадей.
Сфинкс (Sjigx) - в греческой мифологии демон-душитель в образе
полуженщины, полульва; олицетворение неизбежной судьбы и нечеловеческой
муки. Название С. - греческого происхождения (от гл. sjiggw- душить), но
представление заимствовано вероятно у египтян или ассирийцев) у которых
С. - одна из обычных мифических фигур. По Гезиоду (Феогония, 326 и сл.),
С. была дочерью Химеры и Орера, по другим- Тифона и Ехидны. Особенно
распространено было фиванское сказание, разработанное греческими
трагиками, которые воплотили в С. идею борьбы человека с судьбой. Близ
Фив показывали пещеру в горе Фикион или Сфинпон, где, по преданию, жило
это чудовище. По фиванскому преданию, С. был послан Герой, или Аресом,
или Дионисом, для опустошения страны, в наказание за убиение Кадмом
Аресова дракона (или за преступления Лаия). Приютившись в пещеpе
названной горы, С. подстерегал проходящих и задавал загадку: "Кто ходит
утром на четырех ногах, в полдень на двух и вечером на трех?" (разгадка
- человек, в три поры его жизни: в детстве, возмужалом возрасте и
старости). При этом сфинкс обязывался, в случае разрешения загадки,
умертвить себя; не разрешавших же загадки он пожирал (или сбрасывал со
скалы). Чтобы избавиться от этой беды, Креонт, правивший страной со
времени гибели Лаия, предложил руку своей сестры Иокасты и с нею царскую
власть тому, кто разрешить загадку. Загадка была разрешена Эдипом,
который сделался царем и женился на Иокасте, своей матери, а С. бросился
со скалы. Изображения С. в искусстве были различны: обыкновенно он имел
бюст женщины и заднюю часть туловища какого-либо животного (льва, змеи,
собаки и пр.), или переднюю часть туловища льва и заднюю часть тела
человека, с когтями коршуна и крыльями орла. В новейшей поэзии С.
сделался символом загадочного, а также воплощением идеи о смежности
страдания с наслаждением (ср. стихотворение Гейне, "Das ist der alte
Marchenwald!", в предисловии к III-му изд. его "Книги песен"). Ср. Jeep,
"Die Griechische Sphinx" (Б., 1854); Ilberg, "Die S. in der Griechischen
Kanst und Sage" (Лпц., 1896). H. О.
Сфорца (Sforza) - знаменитая итальянская фамилия игравшая большую
роль в XV и XVI в. Основал ее Муцио Аттендоло, сын крестьянина из
Романьи, получивший прозвище С. В ранней юности он поступил в дружину
Адьберто де Барбиана, одного из основателей кондотьерства, отличился
храбростью и сам сделался вождем наемного войска. Умер в 1424 г. на
службе у неаполитанского короля. Ему, в качестве кондотьера, наследовал
его сын Франческо, который служил попеременно Милану, Венеции и
Флоренции и в 1450 г. хитростью и насилием овладел Миланом, ссылаясь на
права жены своей Бианки-Марии, побочной дочери последнего миланского
герцога из фамилии Висконти. Он правили Миланом 15 лет с титулом
герцога. Ему наследовал его сын. Галеаццо-Мария (ум. 1476), после
которого власть досталась малолетнему его сыну Джованни Галеаццо.
Последний, как полагают, был отравлен своим дядей Людовиком Мором,
который и захватил власть над Миланом. Желая удержаться на престоле, он
склонил французского короля к вмешательству в итальянские дела и вызвал
поход Карла VIII на Неаполь. Соединившись потом с врагами Франции, он
был побежден франц. королем Людовиком XII и изгнан из Милана (1499),
возвратился туда с помощью швейцарцев, но еще раз потерпел неудачу и
попал в плен к франц. королю (1500). Сын его Максимилиан в 1512 г.
вернул себе власть, но после битвы при Мариньяно, в 1515 г., должен был
отказаться от Милана в пользу франц. короля Франциска I, за ежегодную
пенсию. После изгнания французов из Италтии Карлом V, последний отдал
Милан в ленное владение младшему сыну Людовика Мора, Франческо II
(1520). После его смерти (1535) Милан был отдан сыну Карла V, будущему
королю Филиппу II Испанскому. От брата Франческо I, Бозио С., произошли
тоскансние графы Санта-Фиора, от которых ведет свое начало теперешний
римский род герцогов С. Чезарини. См. Ratti, "Della Famiglia S." (1794);
Litta,. "Famiglie celebri italiane".
Сфрагистика - наука о печатях. Начало ей положил Мих. Гейнекций (1709
г.), за которым последовали Иоганн Гейманне давший ей греческое название
"сфрагистика", Ф. Геркен, Гаттерер, Ледебур, князь Гогенлоэ-Вальденоург
и др. Лучшие сочинения по С. за последнее время принадлежат Зейлеру,
автору "Abriss der Sphragistik" (Вена, 1884) и "Geschichte der Siegel"
(Лиц., 1894). В русской литературе, кроме особой главы о печатях в
"Русской геральдике " А. Ламера, имеются по С. лишь отрывочные и
незначительные сведения. С. имеет непосредственную связь с геральдикой и
нумизматикой. С первой она связана тем, что многие изображения,
употреблявшаяся прежде лишь на печатях, перешли потом в гербы. Удельные
князья употребляли печати с изображением эмблем того удела, где они
княжили; впоследствии эти эмблемы нередко входили и в гербы, напр. у
князей Голицыных (герб вел. княжества Литовского). С нумизматикой С.
связана тем, что на монетах часто чеканилась печать князя, при котором
чеканили монету; по эмблеме на печати, если надпись на монете не
сохранилась, можно было определить происхождение монеты. Обычай
употребления печатей - очень старинный. Восточные народы уже в древние
времена употребляли печати, преимущественно в Персеполисе, Вавилоне и
Египте, и пользовались для того твердыми цветными камнями, в форме
цилиндров, жуков и т. п., на которых вырезывались различные знаки.
Библия во многих местах упоминает об употреблении печатей (III книга
Царств, гл. XXI, ст. 8 и 11; книга Даниила, гл.XIV, ст. 12; книга Бытия,
гл. XXXVIII, ст. 18 и 25; книга Исход, гл. XX, ст. 11 и 21). От
восточных народов обычай употребления печатей заимствовали греки и
римляне. Последние обыкновенно употребляли печатиперстни, которые
прикладывали к разного рода актам. Племена, поселившиеся на римской
почве, усвоили себе обычай употребления печатей, который, однако, общим
и повсеместным стал не ранее XII столетия. Печать долгое время заменяла
собою подпись, вследствие чего значение ее было велико. Для
предупреждения подлога употреблялись различные предосторожности.
Прикладывание печатей к наиболее важным актам совершалось с особой
торжественностью. Как у римлян, так и у германцев был обычай вместе с
умершим класть в гробницу и его печать-перстень. Хранители королевских и
государственных печатей носили их иногда на шее. До VIII в. употребляли
большей частью односторонние печати, но с Х в. их стали вытеснять
двойные, висячие на снурках или приклеивавшиеся к пергаменту, к бумаге.
Печати были свинцовые (печати буллы, называвшиеся так от свинцовых
шариков, через которые продевался снурок и потом выбивалось
изображение), золотые (в редких случаях), серебряный, бронзовые,
оловянные, восковые и сургучные. Кроме восковых и сургучных, все печати
были висячими и носят в западной С. название sigilla pendentia или
sigilla. Они привешивались в конце грамот, тотчас после подписи, на
снурке льняном или шелковом или на обрывке пергамента или кожи. Если
печатей было несколько, то при размещении их следовали положению и
званию владельцев. Форма печатей была весьма разнообразна: они были
круглые (древнеегипетские), овальные, продолговатые, треугольные,
квадратные, шестиугольные и др. Цвет воска печатей различался по
достоинству лиц и по роду дел. Право печатать красным воском составляло
принадлежность государя и лиц, которым дана была эта привилегия.
Патриарх константинопольский печатал свои грамоты обыкновенно черным
воском. Печатать голубым и лазоревым воском считалось привилегией в XVI
и XVII вв. На печатях были изображения эмблем, присвоенных владельцам,
надписи в форме наставлений, правил и др., изображения лиц владельцев и
т. п. Особенно разнообразны были эмблемы или символы. В каждом
государстве были и имеются особые государственный печати, которые
подразделяются большей частью на три вида: большие, средние и малые:
первые - для более важных документов, преимущественно законодательных
актов и международных трактатов, а вторые и третьи - для менее важных и
даже для писем государей. В некоторых государствах для личного
употребления государей имеются особые частные печати (Англия, Нидерланды
и др.). Большей частью хранителем государственной печати бывает министр
или министерство юстиции, затем министерство иностранных дел (в Баварии,
Нидерландах, Вюртемберге и Швеции) и государственное министерство
(Пруссия). Папа римский имеет печать, носящую его фамильный герб; она
прилагается к папским грамотам и к трактатам. У статс-секретаря папы -
особая печать. В Швейцарии хранение государственной печати принадлежит
канцелярии союзного совета.
В Poccии первые упоминания о печатях находятся в договорах Игоря и
Святослава с греками. Из договора 945 г. узнаем, что послы наши должны
были иметь печати золотые, а гости (купцы) серебряные. В 1006 г.
Владимир св., устроив свободную торговлю между болгарскими и русскими
купцами, даровал тем и другим особые печати, в ознаменование княжеского
позволение и в удостоверение звания купцов. Сначала право иметь печать
принадлежало исключительно великому князю, но, с раздроблением Руси на
уделы, оно распространилось и на удельных князей. С административным
развитием России печати сделались принадлежностью служилых людей разного
рода; их имели также города и приказы. Княжеские печати были двоякого
типа - частного, личного (печати-перстни) и официального,
государственного. По примеру первых, рано стали заводить у себя печати и
родовитые бояре. Печати были металлические - золотые, серебряные,
серебряные вызолоченые и свинцовые; восковые (черные, желтые,
темно-коричневые и красные); воско-мастичные, заменившие восковые в силу
своей большей прочности; печати на дегте или на смоле (очень редки) и
сургучные, вошедшие в употребление с конца XVII в. Металлические печати
все привешивались на снурках различных цветовшелковых, гарусных и
пеньковых; остальные прикладывались и иногда для большей сохранности
прикрывались бумажкою, отчего назывались печатями под кустодиею. Самая
древняя сохранившаяся до нас княжеская печать - серебряная,
позолоченная, с изображением на одной стороне лика Иисуса Христа, а на
другой - Архангела Михаила, поражающего змея, она привешена к жалованной
грамоте князя Мстислава Владимировича и его сына Всеволода (1125-1132
г.). В позднейших княжеских печатях, кроме упомянутых изображений,
встречаются святые Александр, Николай, Иоанн Предтеча, Симеон и др.,
изображения князей, разнообразный эмблемы и надпись: печать такого-то
князя. Между печатями XIV - XV вв. встречается немало античных,
вывезенных, по всей вероятности, из Византии и изображающих, между
прочими, мифологические сюжеты. Древнейшая из дошедших до нас городских
печатей
- новгородская приложенная к договорной грамоте 1426 г. (Новгорода с
вел. князем тверским Борисом Александровичем) и изображающая животное с
лошадиною головой, задом и ногами львиными, бегущее с поднятым хвостом;
между головой и шеей его видна веревка, в виде узды; на обороте
надпись-"печать новгородская". Поздние на новгородских печатях
изображались тигр или пантера, женская фигура, сидящая на стуле,
двуглавый орел, вечевые ступени с посохом архиепископа, медведь и др. За
новгородскими следуют псковские печати; древнейшая из них - 1510 г., (с
изображением барса, бегущего с расправленными когтями, высунутым языком
я поднятым хвостом, а вокруг надпись: "печать господарства псковскаго").
Города, построенные в XV и XVI ст., получали печати от правительства.
которое нередко изменяло и дополняло их . Обычным изображением на
печатях патриархов, митрополитов, архиепископов и епископов была
Богоматерь; на печатях служилых и частных людей, кроме надписей,
встречаются эмблемы. В течении всего московского периода государственная
печать прилагалась ко всем актам вместо подписи царя. По действующим
основным законам, в России существуют три вида государственной печати:
большая, средняя и малая; все они возобновляются при вступлении на
престол нового государя. Каждая печать прикладывается к соответственным
ее значению документам. На печатях изображен государственный герб. Кроме
названных печатей, была еще печать воротная или орловская (с орлом на
одной стороне и св. Георгием на другой), односторонняя, висевшая
обыкновенно на вороту у печатника или хранителя государственных печатей.
Подлинники ее хранятся в архиве министерства иностранных дел, равно как
и печать кормленая или кормчая, на которой был изображен только герб
московский. С XVIII в. существуют еще печати коронационные (серебряные).
Из областных печатей наиболее любопытной является малороссийская. Она
была дарована в 1576 г. Стефаном Баторием и содержала "герб, означающий
на оной стоящего казака, держащего на плече ружье; на голове у него
скривленная высокая шапка, а у бока висящий пороховой рог". Печать эта
оставалась в употреблении и по воссоединении Малороссии с московским
государством, до самого упразднения гетманства в 1764 г. 24 февраля 1766
г. Екатериной была утверждена для Малороссии печать, дарованная Петром
Великим в 1722 г. малороссийской коллегии; эта печать заключает в
государственном гербе гербы Киевский (серебряный ангел на голубом поле),
Переяславский (серебряная башня в красном поле), Стародубский (зеленый
дуб в красном поле), Северский (золотая стена в красном поле) и
черниговский (единоглавый орел в голубом поле). До 1702 г. употреблялись
разные печати, а после- обыкновенно с двуглавым орлом.

Литература. "Сборник снимков древних печатей, приложенных к грамотам
и другим юридическим актам, хранящимся в московском архиве министерства
юстиции", составленный П. Ивановым (М., 1858); "Снимки древних русских
печатей: государственных, царских, областных, присутственных месть и
частных лиц" (М., 1883); Д. Прозоровский, "Собрание польских и других
печатей, принадлежащих императорской академии художеств" (СПб., 1881);
"Собрание государственных грамот и договоров" (М. и СПб., 1813-1841;
собрано до 163 гравированных снимков печатей); А. Латер, "Русская
геральдика" (СПб., 1855); Абрамов, "Сибирская печати" ("Тобольские
Губернские Ведомости", 1858,. № 47); А. Барсуков, "Правительственные
печати в Малороссии от Стефана Батория до Екатерины II" ("Невская
Старина", 1887, № 9); Родзевич, "0 русской сфрагистике" ("Вестник
археологии и истории", издан археологическим институтом, вып. VI, СПб.,
1886). Б.. Р-в.
Схима великая и малая. - Когда в монашеской жизни развились
злоупотребления, вызвавшие подчинение монашествующих епископскому
надзору, отшельники были переведены из пустынь в города и села и
запрещен выход из монастырей без разрешения епископа (IV вселенск, соб.
прав. 4). В монастырях бывшие отшельники образовали особую "степень",
"чин"-, "образ"-, которому стало усваиваться наименование "великого", в
отличие от киновиатов, т. е. общежитейных иноков, получивших название
малого ангельского образа. Для иноков вел. ангельского образа был
обязателен затвор в монастыре, заменявший собой древнее анахоретов. В VI
в. Иоанн Постник в своем чине покаяния упоминает уже о монахах
великосхимнике и малосхимнике. Указаны были определенные сроки для
перехода из общежития в затвор (четыре года-6 вселенск. соб. прав. 41).
К началу IX века деление монашествующих на 3 степени - новоначальных,
малосхимников и великосхимников - окончательно установилось в практике
восточного монашества, По уставу патриарха Алексия великосхимники и
малосхимники различались друг от друга даже одеждой. Памятники IX в.
содержат к себе чины пострижения в мантию или малый ангельский образ и в
С. или великий ангельский образ. Чинопоследование малой С. отличалось
простотой и краткостью, чинопоследование великой С. - большой
торжественностью. Уподобление св. отцами и учителями церкви пострижения
в великую С. с одной стороны - таинству крещения, с другой - таинству
покаяния окружило его величественно-трогательными песнопениями,
молитвами и обрядовыми действиями. В Poccии разделение монашествующих на
великосхимников и малосхимников ввел преп. Феодосий. Века XII, XIII и
XIV были временем господства в богослужебной практике русской церкви
сербских редакций посвящения в С., шедших с Афона и во многом не
походивших на греческий оригинал. В XV в. чин малого ангельского образа
был исправлен по греческим евхологиям. Чинопоследованиe великой С, в
существенных чертах остается согласным с списками XlV в. В XVII в. оно
подвергается значительному сокращению. Так называемые "указы великого
образа" выпустили из чина оглашение, произнесете монашеских обетов и
пострижение волос, удержав лишь канон, молитвы и облачение, с возгласом:
"облачается (имя рек) в аналав и схиму". В памятниках XVII в.
встречаются даже такие редакции указов, который выпускают из чина все
три основных его акта; молитвой и чтением Апостола и Евангелия и
ектенией как бы только разрушается желающему носить великий образ и
освящается первое возложение его. Эти сокращения чинопоследования
великого ангельского образа появились вследствие установившегося в XVII
в. взгляда справщиков на монашеское пострижение, как на второе крещение.
Неповторимость крещения привела к мысли о неповторимости монашеского
пострижения: а так как чин великой С. в своих основных частях совпадает
с чином последования мантии, то в повторении его не усматривалось
надобности. Для пострижения монашествующих женщин в великий образ в
русской церкви с XV в. существовал особый чин, не оправдываемый
греческой практикой; он сопровождался омовением ног будущей
великосхимницы. См. архимандрит (ныне епископ) Иннокентий, "Пострижение
в монашество" (Вильна, 1899).
Сцевола- имя трех римских юристов: 1) Публий Myций С. (трибун 141 г.
до Р. Хр., консул в 133 г., великий понтиф в 133 г.), Цицерон называет
его одним из немногих "истинных" юрисконсультов, так как он, исполняя
судейские должности, вносил в разбор дел истинное беспристрастие, а при
защитах соединял юридические познания с удивительным ораторским
искусством. Юристы - плохие ораторы вызывали со стороны С. скорбь и
насмешки. Будучи великим понтифом, он обращал внимание на усиление
юридических знаний коллегии, считая главной ее задачей основательное
знание права, а не сохранение отживших привилегий, уменьшению которых
содействовал своей интерпретацией. Написал 10 книг, посвященных
обработки jus civile. Помпоний называет Публия С., вместе с М. Ю. Брутом
и М. Манилием, "основателем" цивильного права. -2) Квинт Муций С., сын
предыдущего (консул в 95 г., великй понтиф в 84 г., умер в 79). Получив
широкое философское (стоическое) образование, сделался еще более, чем
отец, выдающимся политическим деятелем и юристом; соединял юридическое и
ораторское искусство с нравственными началами деятельности, проводя в
юридическую интерпретацию начало "доброй совести". Около 100 г. до Р.
Хр. он написал свое знаменитое сочинение "De jure civile" (18 книг), в
котором в первый раз изложил это право в систематическом порядке,
покоившемся на совместной разработки сродных юридических понятий, в
противоположность старому легальному порядку, представлявшему простую
интерпретацию законов в их официальной последовательности. Юридические
определения и формулы Квинта Муция С. отличались удивительным сочетанием
краткости, ясности и изящества формулировки. Философская мысль помогла
ему внести единство во многие частный определения, выразить их в более
общей форме и извлечь из них новые юридические последствия (напр.
praesumptio Muciana, cautio Muciana и т. п. формулировки, сохранившиеся
с его именем). Если его отец был одним из первых юристов, начавших
литературную интерпретацию норм цивильного права, то Квинт Муций С.
может быть назван основателем науки гражданского права. 3) Квинт
Цервидий С., юрист второй половины II века по Р. Хр., грек по
происхождению, написавший 40 книг Дигест и 6 книг "Responsa", в которых
разрабатывал право казуистически, давая прямые, но не мотивированные
ответы на многие юридические вопросы. При Марке Аврелии, в качестве
члена его совета, был главным его помощником и руководителем при
разрешении юридических вопросов. Непосредственными учениками Цервидия С.
были император Септимий Север и знаменитый юрист Папиниан, а также,
повидимому, Павел и Трифонин, называющие Цервидия "Scaevola noster". cm.
Kruger, "Gesch. der Quellen" (Лпц", 1888)1 Муромцев, "Гражданское право
древнего Рима" (М., 1883); Sohm, "Institutionen"; Karlowa, "Rom.
Rechtsgeschichte". В. H. Сципион (Scipio) Публий Корнелий Африканский
Старший - один из замечательнейших римских полководцев. Родился около
235 г. до Р. Хр. Во время битвы при р. Тичино спас своего отца. После
Каннского поражения С., бывший начальником легиона, заставил Цецилия
Метелла и его единомышленников, в отчаянии задумавших было покинуть
Италию, отказаться от этого плана. 22 лет от роду был избран в эдилы.
Когда его отец и дядя погибли в Испании в борьбе с карфагенянами и никто
не желал занять должность главнокомандующего тамошними римскими силами,
двадцатичетырехлетний С. выступил кандидатом и был единогласно выбран на
этот ответственный и опасный пост. Рядом блестящих успехов С. оправдал
доверие своих сограждан. Не смотря на то, что ему приходилось иметь дело
с такими опытными противниками, как Газдрубал, сын Гизгона, Газдрубал,
сын Гамилькара (брат Ганнибала), и Магон, С. действовал очень удачно: он
взял Новый Карфаген, разбил под Бекулой Газдрубала, сына Гамилькара,
после чего последний ушел в Италию на помощь брату (208); в следующем
году С. там же разбил другого Газдрубала и постепенно подчинил Риму
большую часть Испании. Кроме военных талантов, он выказал также
значительные дипломатическая способности, искусно располагая испанских
туземцев в пользу Рима, великодушным обращением с ними. Успехи С.
настолько подняли престиж Рима что африканские цари Масинисса и Сифакс
завели сношения с Римом. С. лично явился в Африку для свидания с
Сифаксом и заключил с ним союз. Возвратившись в Испанию, он окончательно
очистил ее от карфагенян: Магон ушел в Италию, Гадес сдался римлянам. С.
привез из Испании в римскую казну громадные суммы серебра и стал
популярнейшим человеком в Риме. Он задумал высадку в Африку, хотя
Ганнибал находился еще в Италии. Этот смелый план показался опасным
осторожным людям, во главе которых стояли Кв. Фабий Максим и Кв.
Фульвий, но он встретил сочувствие в обществе. К С. являлось много
добровольцев и пожертвования всякого рода. Ему сначала удалось
организовать набег в Африку (под начальством Лелия) и принудить
карфагенский гарнизон удалиться из Локр; в тоже время ему пришлось
вынести много неприятностей по делу Племинии. Наконец, сенат разрешил
организовать высадку в Африку (204). Военные действии в Африки
закончились поражением вызванного из Италии Ганнибала при Заме и
заключением мира. По возвращении в Рим С. получил блестящий триумф и
прозвание "Африканского", но другие почетные награды, предложенные ему,
он отклонил. Он был бесспорно первым человеком в Риме и признанным
главой аристократической партии, Вскоре он стал princeps senatus, затеем
был цензором, пять лет спустя - консулом во второй раз (отличие, в ту
эпоху исключительное). Он сопровождал своего брата Луция, бывшего
консулом в 190 г., в походе против Атиоха Сирийского и фактически
руководил войной. По возвращении в Рим братьям пришлось вынести много
неприятностей со стороны партии, руководимой М. Порцием Катоном. Против
Луция С. был начат процесс до обвинению его в утайки денег (повидимому,
действительно имевшей место) и в даровании Антиоху, из личных выгод,
слишком снисходительных условий мира. Поведение Публия С. в этих
процессах давало повод к справедливым нареканиям. Противники Сципионов
одержали верх; Луций был обвинен и присужден к штрафу. Вскоре он умер, а
несколько времени спустя умер и Публий С. (около 183 г.), который жил
последнее время в своем имении в Кампании. Перед смертью С. запретил
переносить его прах в Рим. Он стоял во главе нового культурного
движения, имевшего результатом перенесение в Рим греческой
образованности. Вражда к Сципионам таких людей, как Катон, в
значительной степени объясняется именно этим. Дочь С.. Корнелия, была
замужем за Тиберием Семпротем Гракхом, отцом братьев-реформаторов. Ср.
Fr. Dor. Gerlach, "P. Cornelius Scipio Africanus der Aeltere und seine
Zeit" (Базель, 1868); его же, "De vita P. Cornelii S. Africani
Superioris" (Базель, 1865); Th, Mommsen, "Die Scipionenprocesse"
("Hermes", 1 в., 1866). Д. E. Сыпи. - Под именем С. известны
разнообразные заболевания кожи, которые или имеют симптоматический
характеры, т. е. сопровождают основную болезнь (таковы С. при кори,
оспе, скарлатине и др.), или представляют специфическое заболевание кожи
(пемфигус, пруриго, псориаз, себорея, экзема, эритема и мн. др.). Кроме
того, заболевания нервной системы часто также сопровождаются различными
страданиями кожи, выражающимися появлением высыпей. Наконец, введение в
организм различных веществ в виде лекарств, содержащих например йод,
бром, мышьяк, белладону и др., или в виде пищевых продуктов (наприм.
раков, земляники и др.) бывает иногда причиной появления С. В первом
случай (после приема лекарства) появление С. обусловливается токсическим
действием введенных в организм химических веществ, а во втором (после
поступления пищи) токсические соединения образуются в самом организме,
т. е. происходит самоотравление. Лечение всякого рода С. должно
происходить под непременным наблюдением врача.
Сырдарья (Яксарт - древних, Сейхун арабов) - одна из важнейших рек
Туркестана, составляющаяся из двух истоков - Нарына и Кара-дарьи и
впадающая в Аральское море. Длина С. с Нарыном-2370 вер. (2863 км.);
поверхность бассейна 398357 кв. вер. (453347 км.), т. е. несколько более
Швеции. Нарын берет начало в юго-вост. части Семиреченской обл. из
ледников и озер на высоких нагорьях (сыртах) ТяньШаня (под 78° вост.
долг. и несколько южнее 42° сев. шир.), на высоте около. 12500 фт.
Истоками Нарына могут считаться речки, берущие начало с одной стороны из
ледников (Л. Петрова) хребта Акширяк, а с другой из высоких горных озер
и ледников на южн. склоне хр. Терскей-Алатау. Из этих рч. - Яактас
(Джаак-таш), питающаяся шестью ледниками (Петрова и другими),
спускающимися с хр. Акширяк, р. Барскоун, вытекающая из ледников
Терскей-Алатау, и р. Карасай, также вытекающая из ледников Акширяка -
представляют три главные истока, которые по соединении принимают
название р. Тарагай, направляющейся на З по дикому ущелью и принимающий
от устья небольшого прит. Курменты название Нарына. Название это
сохраняется р. до соединения с Карадарьей в долине Ферганы, откуда р.
получает имя С. дарьи. Первым значительным притоком Нарына являются Мал.
Нарын (110 в.), вытекающий из южн. склона. Терскей-Алатау и вливающийся
в Нарын справа в 35 в. выше укрепления Нарынского (6900 фт.); Мал. Нарын
несет почти столько воды, сколько и главная река. От устья Мал. Нарын р.
выходит из ущелья на довольно широкую долину и, продолжая течь на 3,
принимает справа Оттук (50 вер., дорога в Токмак), а слева Ат-баш (130
вер.), после чего вступает на еще более широкое место (урочище Куртка
6520 фт.) и распадается на несколько рукавов, заросших камышем и
кустами. Следы прежней культуры в виде оставленных пашен и арыков видны
от укр. Нарынского, а ниже впадении Ат-баша киргизы занимаются
земледелием всюду, где позволяют условия местности. Сравнительно широкая
долина Нарына продолжается за ур. Куртка еще верст 20 до впадения слева
р. Алабуга, после чего река вступает в узкое ущелье, за коим долина
вновь расширяется, образуя урочище Тогуз-турау (4250 фт.). Приняв здесь
слева рч. Кыл-дуо и Калдама, Нарын поворачивает на СЗ и опять входит в
узкое ущелье дл. около 80 вер., где принимает справа многоводный прит.
Джумгол-Сусамыр. Выйдя из ущелья, Нарын проходит несколькими
многоводными рукавами широкую долину Кетмень-тюбе (2800 фт.), принимает
справа прит Узун-ахмат (60-70 вер.) и круто поворачивает на ЮЗ, сохраняя
это направление до слияния в Кара-дарьей. За Кетмень-тюбе Нарын вступает
вновь в скалистое дикое ущелье, пройдя которое на протяжении ок. 120
вер., выходит у Учькурганае в Ферганскую долину. Ок. 50 вер. западные,
почти на меридиан Намангана (1340 фт.), Нарын сливается с Кара-дарьей и
принимает название С. дарьи. Длина Нарына от истока до слияния с
Кара-дарьей ок. 700 вер. Таким образом, верхнее и среднее течение Нарына
представляет ряд разъединенных узкими ущельями высоких котловин,
представляющих, по мнению некоторых, дно бывших здесь некогда озер. Не
смотря на высоту этих котловин они пригодны для земледелия. Лесной
растительности, за исключением ив, тополей, облепихи и местами березы,
окаймляющих течение реки, почти нет; лишь в ущелье Узун-ахмата есть
хвойный строевой лес. Зимой, при самом низком уровне р., Нарын несет
около 20 куб. саж. в сек. После временных паводков ранней весной в конце
мая начинается летний подъем воды, который достигает maximum'a в июне,
когда уровень поднимается до 1,7 саж. над зимним. Начиная от выхода из
гор, Нарын дает начало нескольким оросительным каналам, из коих
некоторые (Янги-арык) являются одними из самых больших арыков Ферганы и
орошают обширные плодородные оазисы. Карадарья, вливающаяся в Нарын
слева, в малую воду несет ок. 10 куб. саж. в сек., в высокую же почтив
десять раз более(в мае 1892 г. 33, 392 куб. фт. в сек.). До соединения с
Нарыном Кара-дарья протекает по долине около 120 вер. и снабжает водой
более 50 оросительных каналов, в том числе и Шарихан-сай, самый
многоводный (в июне-июле 2540 куб. фт. в сек.) арык Ферганской области.
Соединившиеся воды Нарына и Кара-дарьи текут под именем С. дарьи через
сев. часть Ферганской долины в юго-зап. направлении до сел. Кош-тегермен
в 25 вер. зап. Ходжента здесь, огибая хр. Могл-тау, С. образует
Биговатские пороги и, выйдя из Ферганской котловины, круто поворачивает
на СЗ, при чем направление это остается, преобладающим до самого
Аральского моря. На всем протяжении этого участка течения С. река не
принимает притоков и не выделяет ни одного скольконибудь значительного
оросительного канала; шир. ее не менее 80 саж., а наибольшая глуб. в
меженную воду 71/2 арш. Количество воды по обмерам у Ходжентского моста
в малую воду 29-37 куб. саж., скорость 2,87 - 3,3 фт. в секунду. В
половодье, при подъеме воды на 1,5 саж. расход воды достигает 128 куб.
саж. Река настолько многоводна, что допускает в летнее время сплав леса
в Ходжент. В 1868 г. была сделана попытка подняться на пароходе до
Ходжента, но пароход дошел только до сел. Хас (50 в. ниже по р.), так
как дальнейшему движению препятствовали Биговатские пороги. За порогами
С. дарья расширяется и течет на СЗ в сравнительно широкой долине,
образуя множество извилин, заводей, озер и старых русл, образовавшихся
впоследствии блуждания реки в ее долине и особенно резко заметных при
малой воде. В русле реки появляется много переносных мелей, а по берегу
тянутся луга и тугаи (заросли кустарников и камыша), сопровождающие реку
до самого устья и имеющие нередко очень крупные размеры. Несколько выше
сел. Биговат из С. дарьи выведен канал (Дальверзин), орошающий ок. 19
тыс. дес. на прав. берегу реки, а почти у самого селения- канал Имп.
Николая I, проведенный вел. кн. Николаем Константиновичем далеко в
Голодную степь, почти до ст. Мурза-рабат на старой почтовой дороге из
Самарканда в Ташкент и ныне переданный для исправления и достройки в
мин. земледелия. Канал этот пересекает Среднеазиатскую жел. дор. у ст.
Голодная степь и имеет целью орошение юго-вост. части того огромного
степного пространства, которое, под именем Голодной степи, тянется на
левом берегу Сыра. В районе Чиназа, под которым река пересекается
железнодорожным мостом, в С. вливаются справа три притока, берущие
начало в зап. отрогах Тянь-Шаня: Ангрен, Чирчик и Келес. Самым
многоводным и имеющим очень важное ирригащонное значение является
Чирчик, дающий воду 42 оросительным каналам и протекающийы на протяжении
150 вер. Около 300 вер. ниже С. дарья принимает справа последние свои
притоки (Арыс, Бугунь, Караичик), вытекающие из хр. ларатау, вдоль
которого она течет на протяжении почти 250 вер. и, выйдя на безбрежное
степное пустынное пространство, широкими излучинами направляется, мимо
Джулека, Перовска, Кармакчи и Казалинска, к морю. В этой средней и
нижней частях своего течения река имеет в шир. от 130 саж.. (Чиназ,
Перовск) до 200 (Казалинск), 250 и даже 400 саж., при весьма
значительной глубине (21/2-5 саж.), скорости и массе воды; у Перовска
сентября 1877 г., когда вода стояла значительно выше, чем зимой, было
отмечено 70,2 куб. саж. в сек. Во многих местах р. образует обширные
острова, протоки и рукава, заросшие камышом, и изобилует мелями и
перекатами. Во время летнего разлива, бывающего в июне, низменные берега
затопляются на значительное расстояние. Из рукавов С. дарьи в
особенности замечательны старые русла Яны-дарья Куван-дарья. Яны-дарья
отделяется в нескольких верстах от г. Перовска и направляется через
пески Кизыл-кум на З к Аральскому морю; местами Яны-дарья имеет до 80
саж. ширины и заметное течение. Прежде Яны-дарья впадала в юго-вост.
часть Аральского м., ныне же, мелея все более и более, проходит верст на
300, оканчиваясь в разливах и озерах. В половодье Яны-дарья разливается
на огромное пространство. Невдалеке от истока Яны-дарьи из ее отделяется
приток Куван-дарья, направляющийся также к Аральскому морю и имеющий
одинаковый с Яны-дарьей характер. По преданию, рукава эти образовались в
конце XVIII в. искусственно, при проведении оросительных каналов
каракалпаками. Между Перовском и Кармакчи(форт №2) на прав. берегу на
протяжении более 100 в. тянется огромное, почти непроходимое болото
Бакалыкопа, огибаемое почтовым трактом из Ташкента в Оренбург,
удаляющимся здесь от С. дарьи. Устье реки загромождено мелями и прикрыто
остр. Кос-арал, образовавшимся от массы песка и ила, выносимой С. дарьей
в море. Из трех рукавов более или менее доступен средний, но в нем на
фарватере бывает не более 21/2 фт. в низкую воду и 4 - в высокую.
Ирригационное значение нижнего течения С. дарьи - ничтожно: в
Казалинском и Перовском уу. орошается не более 30 - 40 тыс. дес. Всего
водами бассейна С. дарьи орошается в Ферганской и С. дарьинской областях
около 1050000 дес., т. е. 2/3 всей орошенной площади в Туркестане.
Замерзает С. дарья у Казалинска в конце ноября, а вскрывается в конце
марта, в Чиназе с середины янв. до половины фев., а у Ходжента нередко
совсем не замерзает. В 1877-78 гг., при морозе до 25°, С. дарья у
Ходжента и выше замерзла 3 дек., а вскрылась в конце янв. Вода в С.
дарье желтоватая, мутная от массы взвешенных песчаных и лессовых частиц,
но довольно вкусная и здоровая. Берега реки большую часть года
безжизненны и пустынны; мириады мошек, оводов и комаров побуждают
кочевников уходить весной в степь и возвращаться к С. дарье лишь в окт.
В камышах и зарослях по берегам р. водится бесчисленное множество
фазанов, кабанов, гусей, уток и других животных; нередко попадаются и
тигры. Судоходство по С. дарье в настоящее время состоит почти
исключительно в сплаве леса, с 50-х же гг. по середину 80-х XIX ст. на
р. существовало казенное пароходство (аральская флотилия), устроенное с
военными целями, для перевозки казенных грузов между фортами до Чиназа.
Пароходство было основано в 1853 г., когда в укреплении Раиме были
спущены два первые парохода - "Перовский", в 40 сил, и "Обручев", в 12
сил. В 1878 г. состав аральской флотилии был следующий: 6 буксирных
пароходов, 9 железных барж, 10 баркасов, 16 других гребных судов, 8
железных паромов и 1 пловучий док. Пароходы и баржи имели артиллерийское
вооружение. Вследствие значите данных расходов на содержание, трудности
плавания по С. дарье и изменившихся условий с замирением края, аральская
флотилия была упразднена и часть судов ее передана во вновь образованную
Амударьинскую флотилию.
Сычи - так называют вообще мелких сов, главным же образом два вида
их, относящихся к двум различным родам,. Athene noctua и Nyctala
tengmalmi. Athene noctua, С. или сирин домовой, водится в южной половине
Poccии, во всей Западной Европе до Скандинавии, а на восток от Poccии,
начиная от Кавказа и Персии через всю центральную Азию до Китая. Как
показывает название, он охотно селится возле человека на чердаках под
крышами, а также в дуплах садов и мелких рощиц. Общий тон пестрой,
характерной для сов, окраски - сверху cеpo-коричневый, снизу беловатый.
Клюв желтый. Длина 22 стм. гнездо представляет простую подстилку для яиц
из прутиков, шерсти и перьев. Охотится ночью и днем за мышами и
насекомыми реже за мелкими птицами. Род сиринов (Athene), к которому
относится около 40 видов, живущих только в восточном полушарии,
отличается неполным лицевым диском, отсутствием ушных пучков перьев и
вздутой восковицей с поперечно-овальными ноздрями. Хвоста короткий
прямой. Оперение плюсны - редкое. Оперение пальцев - щетинистое. У рода
Nyctala, 4 вида которого встречается в палеарктической области,
существуют зачаточные ушные пучки перьев и отверстие уха очень большое и
значительно превышает диаметр глаза, лицевой диск - полный, круглый,
хвост округленный; оперение плюсны и пальцев густое. N. tengmalmi, С.
обыкновенный или мохноногий - кругополярная птица, гнездящаяся в хвойных
лесах. Яйца кладет без всякой подстилки в дуплах. Питается мелкими
грызунами и птицами. Окраска взрослых птиц очень походит на окраску С.
домового. Молодые - однообразно коричневато цвета с белыми пятнами на
хвост и крыльях. Длина 24 стм. Ю. Б.
Cю (Eugene Sue, 1804 -1857) - французский беллетрист, сын ученого
врача; много путешествовал в молодости в качестве морского хирурга,
хорошо изучил Испанию, французские колонии, а также морскую жизнь и быт
матросов. Отец его умер, оставив ему миллионное состояние, и С. стал
жить очень широко, отдавшись исключительно литературе. Первые его
произведения - повести и романы из морского быта; самые известные из них
- "Plick et Plock", "Atar Gull", "La Salamandre", "La Vigie de Koat
Ven". Ими создан был совершенно новый род литературы во Франции. С.
проявил очень богатую фантазию в описании моря и морской жизни; замыслы
его оригинальны, драматичны, стиль сильный и яркий. Уже в этих первых
произведениях С. является увлекательным рассказчиком и вместе с тем
проявляет свойственный ему пессимизм, объясняя поступки своих героев
большей частью тщеславием и эгоизмом. В исторических романах
-"Lautreaumont", "Jean Cavalier", "Le Marquis de Letorriere" - С. очень
произвольно обращался с историческим материалом, движимый все более
назревавшей в нем ненавистью к монархии. За историческими романами
последовали бытовые: "Arthur", "Morne au Diable", "Mathilde". В
"Матильде", имевшей в свое время чрезвычайно громкий успех, С. от влекся
на время от философских замыслов и тенденциозного демократизма и дал
яркую картину общественной жизни своего времени, обнаружив большое
понимание действительности. В этом романе, как и в других чисто бытовых
повестях, С. - трезвый реалист, не преувеличивающий дурных сторон жизни,
а с полной правдивостью изображающий сочетание добра и зла в характерах
и поступках людей. Все эти романы составляют, однако, лишь
подготовительный период в творчество С.; его литературная слава основана
не на них, а на общественных романах, написанных в 40х годах. С.
проникся социалистическими теориями, волновавшими тогдашнюю Францию и
подготовившими движение 1848 г.; он стад сторонником философских и
экономических учении Фурье, Ламеннэ, Кабэ, Сен-Симона и Прудона.
Источник всех человеческих страданий он видит в эгоизме общественной
организации. Индивидуальная нравственность обусловлена, по его
убежденно, общественным строем. Все общество виновато в преступлениях и
пороках пролетариата. С. выступает пламенным защитником интересов
низшего класса и страстно обличает аристократию и духовенство, как
виновников страданий народа. Этим духом проникнуты знаменитые в свое
время и переведенные на все европейск, языки романы "Mysteres de Paris",
"Juif Errant", "Mysteres du People". С. писал их в виде фельетонов,
имевших огромный успех. Помимо идейного содержания, романы эти увлекали
драматическим изложением, фантастичностью, сложностью интриги,
драматизмом и неожиданностью бесконечно разнообразных эпизодов. Для
современного читателя романтические вымыслы С., с их полным
пренебрежением к правдоподобности изображенных событий и к
психологической правде, представляют мало интереса, но в истории
литературы романы С. сохраняют значение, как продукты того же течения, к
которому относятся социалистические романы Жорж Занд, "Miserables" Гюго
и др. произведения того же рода. С. написал еще "Les Sept Реches
Capitaux", "Les Enfants de l'amour", "Gilbert et Gilberte", "Les filles
de Cain", "Ferdinand Duplessis", "La famille Geoffroy" и мн. др. В
молодости он сочинил, в сотрудничество с другими лицами, несколько
водевилей и драм ("Le fils de l'homme", "Pierre Le Noir", "Le Secret
d'Etat" и др.), a впocледcтвии переделал для сцены некоторые свои романы
("Lautreaumont" "Juif Errant" и др.). Его избрание в члены
законодательного собрания (1850) напугало буржуазию, встревоженную
событиями 1848 г.; но выдающейся роли в политической жизни ему сыграть
не удалось. 3. Бетерова.
Сюита - сочинение, состоящее из ряда старинных танцев, расположенных
в известном порядке. В старинную С. входили аллеманд, куранта,
сарабанда, жига и другие танцы. Все эти танцы писались в простейших
формах и в одной тональности. Если в С. входили не одни танцы, а еще
ария, увертюра, токката и пр., то такая последовательность пьес
называлась партитой. Особенно замечательны С. и партиты для оркестра или
отдельных инструментов И.С. Баха. С. новейших композиторов по форме
имеют мало общего со старинной С.: они заключают в себе не ряд танцев, а
ряд пьес всякого содержания, имеющих меньшие размеры, чем части
симфонии. Тональности их различны, но находятся в близком сродстве с
главной тональностью, в которой пишутся первая и последняя часть С. В
новейшей С., вследствие относительно малого размера частей, их больше,
чем в симфонии. Среди новейших С. особенно замечательна третья С. для
оркестра Чайковского. Ряд отдельных самостоятельных отрывков из балета
или оперы, исполняемых в концерте оркестром, в настоящее время принято
также называть С. В. С.
Табель о рангах - закон о порядке государственной службы., изданный в
России Петром Великим 24 января 1722 г. Существует предположение, что
мысль о издании подобного закона была подана Петру Лейбницем. Сам Петр
принял участие в редактировании этого закона, в основу которого легли
заимствования из "расписаний чинов" королевств французского, прусского,
шведского и датского. Собственноручно исправив черновой проект, Петр
подписал его 1 февраля 1721 г., но повелел, прежде опубликования, внести
его на рассмотрение сената. Кроме сената, Т. рассматривалась в военной и
в адмиралтейств коллегиях, где был сделан ряд замечаний о размещении
чинов до рангам, об окладах жалованья, о введении в Т. и древних русских
чинов и об устранен и пункта о штрафах за занятие в церкви места выше
своего ранга. Все эти замечания были оставлены без уважения. В
окончательной редакции Т. принимали участие сенаторы Головкин и Брюс и
ген. майоры Матюшкин и Дмитриев-Мамонов. Закон 24 января 1722 г. состоял
из расписания новых чинов по 14 классам или рангам и из 19 пояснительных
пунктов к этому расписанию. К каждому классу порознь были приписаны
вновь введенные чины воинские (в свою очередь подразделявшиеся на
сухопутные, гвардейские, артиллерийские и морские), статские и
придворные. Содержание пояснительных пунктов сводится к следующему.
Принцы императорской крови имеют при всяких случаях председательство над
всеми князьями и "высокими служителями российского государства". За этим
исключением, общественное Положение служащих лиц определяется чином, а
не породой. За требование почестей и мест выше чина при публичных
торжествах и официальных собраниях полагается штраф, равный
двухмесячному жалованью штрафуемого; 2/3 штрафных денег поступает в
пользу доносителя, остальное - на содержание госпиталей. Такой же штраф
полагается и за уступку своего места лицу низшего ранга. Лица,
состоявшие на иноземной службе, могут получить соответствующий чин не
иначе как по утверждении за ними "того характера, который они в чужих
службах получили". Сыновья титулованных лиц. и вообще знатнейших дворян
хотя и имеют, в отличие от других, свободный доступ к придворным
ассамблеям. но не получают никакого чина, пока "отечеству никаких услуг
не окажут, и за оные характера не получать". Гражданские чины, как и
военные, даются по выслуге лет или по особенным знатным - служебным
заслугам. Каждый должен иметь экипаж и ливрею сообразные своему чину.
Публичное наказание на площади, а равно и пытка влекут за собою утрату
чина, который может быть возвращен лишь за особые заслуги именным
указом, публично объявленным. Замужние жены "поступают в рангах по чинам
мужей их" и подвергаются тем же штрафам за проступки против своего чина.
Девицы считаются на нисколько рангов ниже своих отцов. Все, получившие 8
первых рангов по статскому или придворному ведомству, причисляются
потомственно к лучшему старшему дворянству, "хотя бы и низкой породы
были"; на военной службе потомственное дворянство приобретается
получением первого обер-офицерского чина, причем дворянское звание
распространяется только на детей, рожденных уже по получении отцом этого
чина; если по получении чина детей у него не родится, он может просить о
пожаловании дворянства одному из преждерожденных его детей. При введении
в действие Т. древние русские чины - бояре, окольничьи и т. п. - не были
формально упразднены, но пожалование этими чинами прекратилось. Издание
Т. оказало существенное влияние и на служебный распорядок и на
исторические судьбы дворянского сословия. Единственным регулятором
службы сделалась личная выслуга; "отеческая честь", порода, потеряла в
этом" отношении всякое значение. Военная служба была отделена от
гражданской и придворной. Узаконено было приобретение дворянства
выслугой известного чина и пожалованием монарха, что повлияло на
демократизацию дворянского класса, на закрепление служилого характера
дворянства и на расслоение дворянской массы на новые группы - дворянства
потомственного и личного. Т. продолжает сохранять значение действующего
закона и в настоящее время, не смотря на постоянно возобновляющиеся
толки о ее устарелости. Впрочем, дальнейшее законодательство о
чинопроизводство несколько уклонилось от первоначальной идеи Т. По идее
Т. чины означали самые должности, распределенные по 14 классам. С
течением времени чины получают самостоятельное значение почетных
титулов, независимо от должностей. С другой стороны, для производства в
некоторые чины для дворян установлены сокращенные сроки; затем были
повышены чины, давало право потомственного дворянства. Эти мероприятия
имели целью ограничить демократизирующее действие Т. на состав
дворянского сословия. Текст Т. см. в Полном Собрании Законов (т. VI, №
3890). Отдельные издания - М., 1722 и СПб., 1770. Ср. Пекарский, "Наука
и литература в России при Петре Вел." (т. II. стр. 564-568); Романович
Славатинский, "Дворянство в России" (стр. 14 исслед.); Соловьев,
"История России" (т. ХVIII, гл. III).
Ал. Козеветтер.
Табу - термин, заимствованный из религиозно-обрядовых учреждений
Полинезии и ныне принятый в этнографии и социологии для обозначения
системы специфических религиозных запрещений - системы, черты которой
под различными названиями найдены у всех народов, стоящих на известной
ступени развития. Внешним признаком, общим всем явлениям категории Т.,
служит всегда сопутствующий им атрибут "священности", абсолютной
божественной императивности (agoV xeoV; у греков, sacer у римлян, кодеш
у евреев и т. д.). Громадное большинство запрещений и обрядов, созданных
этой системой, являются иррациональными даже с точки зрения ее
последователей, находя свое оправдание исключительно в категорическом
императиве религиозного требования. Генезис этих запрещений кроется в
суеверном стремлении первобытного человека оградить всякое разумное с
его точки зрения религиозное правило или запрет целым рядом параллельных
запретов в областях совершенно индифферентных, руководствуясь либо
простой аналогией с основным запретом, либо желанием оградить основной
запрет от самой даже отдаленной возможности нарушения. В Талмуде все
подобные запрещения так и называются "оградами закона". Простейшим
примером этих "оград" могут служить законы о субботе, для охраны
святости которой была установлена целая масса запретов, ничего общего не
имеющих с самым принципом субботнего отдыха (напр. запрет прикасаться к
светильнику, носить платок в кармане и т. п.). В свою очередь каждое
новое - созданное по аналогии или для ограждения старого - запрещение
становилось предметом дальнейших распространительных запрещений.
Санкцией и охраной подобных запрещений служило фетишистическое
преклонение первобытного человека перед всем, что старо, традиционно,
завещано отошедшими поколениями, и в особенности перед тем, что
закреплено традиционным атрибутом Т.
- священностью. Позже, когда в процесс религиозного творчества
начинает участвовать тенденциозная и часто корыстная инициатива
жреческого сословия и светской власти, система Т. образует из себя ткань
регламентаций, опутывающую все детали жизни, лишающую общество
возможности свободного развития. Психология, создавшая Т., проявила себя
не в одной лишь религиозной сфере, а во всех областях духовной и
общественной жизни, в праве, морали и даже науке, и в значительной мере
послужила причиной застоя многих цивилизаций древности. Классической
страной, в которой система Т. получила свое полнейшее развитие, является
Полинезия. По мнению Фразера. слово Т. образовалось из глагола: ta
(отмечать) и наречия усиления: pu, что вмести буквально должно означать:
"всецело выделенный, отмеченный". Обычное значение этого слова -
освященный"; оно указывает на "связь предмета с богами, отдаление от
обычных заняли, исключительную принадлежность чего-нибудь лицам или
предметам, почитаемым священными, иногда-"объект обета". В то же время
Т. но заключает в себе обязательного морального элемента. Термин,
противоположный Т. - поа. т. е. всеобщий, обыкновенный. На родине Т. (от
о-вов Гаваи до Новой Зеландии) система запретов охватывала все сферы
жизни и являлась единственной формой регламентации, заменявшей все то,
что у нас называется официальной религией, законом, юридической моралью
и правом. Прежде всего Т. применялось ко всему тому, что имело
непосредственное отношение к божеству. Личность жрецов, храмы и их
имущество были строжайшими Т., т. е. считались не только священными, но
строжайше неприкосновенными. Далее, короли и начальники, ведшие свое
происхождение от богов, были вечными Т. Все, что имело хотя бы малейшее
отношение к их личности и имуществу, было священно и неприкосновенно.
Даже имена их были Т.; подчиненным запрещалось произносить их. Если имя
короля случайно звучало на подобие какого-нибудь общеупотребительного
слова, то это последнее становилось запретным и заменялось
новоизобретенным термином. Все, к чему прикасались короли или
начальники, становилось тоже Т. и отчуждалось в пользу прикоснувшихся.
То же действие имела капля крови короля, упавшая на землю или вещь (Нов.
Зеландия). Тропа, по которой шел король, дом, в который он входил,
превращались в Т.; по тропе запрещалось ходить, из дома необходимо было
выбраться. Точно также становилась Т. всякая вещь, которую король или
начальник называл частью своего тела - напр., сказав, что такой-то дом
его спина или голова. Пища таких избранников была строжайшим Т.;
отведавший ее, по убеждению полинезийцев, навлекал на себя неизбежную
смерть. Предметом страха были не только общеплеменные или национальные
божества, но и божества менее крупные, божества отдельных родов или
семей. Правом провозглашать Т. пользовались, поэтому, не только жрецы,
короли, вожди, но и отдельные селения, даже отдельные лица, в качестве
хранителей своих домашних и земельных богов. Отсюда возникло право
отдельных лиц провозглашать Т. на свою землю, деревья, дома, отдельных
селений - на свои поля во время жатвы. Эти два последних примера могут
служить яркой иллюстрацией того, как даже на первых ступенях развития
право собственности искало себе санкции в религиозных представлениях;
атрибут "священности" этого права ведет свое начало еще от первого Т.
Дни и сезоны, посвященные религиозным целям, обставлены были строжайшими
Т. В обыкновенные дни Т. требовалось только воздерживаться от обычных
заняли и посещать богослужения, но во время Т. чрезвычайных запрещалось
даже разводить огонь, спускать лодки на воду, купаться, выходить из
дому, производить какой бы то ни было шум. Запреты распространялись даже
на животных: собаки не должны были лаять, петухи - кричать, свиньи -
хрюкать. Чтобы помешать этому, гавайцы завязывали морды собак и свиней,
а птиц сажали под тыкву или завязывали им глаза куском какой-нибудь
ткани. На Сандвичевых о-вах за шум, произведенный в сезон Т., виновные
подвергались смертной казни. Чрезвычайные Т. устанавливались во время
приготовления к войне, перед большими религиозными церемониями, во время
болезни вождей и т. п. Т. продолжались иногда годы, иногда нисколько
дней. Обычная продолжительность их была в 40 дней, но бывали Т.,
продолжавшиеся по 30 лет, в течение которых запрещалось стричь волосы.
На все время Т. целые округа или острова становились как бы под
карантин: даже приближаться к табуированной местности было строжайше
запрещено.
Термин Т. у полинезийцев, как и у других народов, кроме значения
"священный", имел и другое, противоположное - "проклятый", "нечистый".
Генезис этого второго значения очень сложный. Первая причина кроется в
том, что, кроме божеств добрых, сообщавших атрибут "священности",
существовали и божества злые, причинявшие болезнь и смерть. Эти божества
сообщали предметам и лицам страшный свойства, которых необходимо было
избегать. Поэтому умерший и все, что имело отношение к нему, - дом, в
котором он жил, лодка, на которой его перевозили и т. д., - считалось
отверженным, "нечистым", носящим в. себе нечто опасное, губительное, и
должно было быть неприкосновенно в силу своей губительности. Другим
поводом к образованию этого значения служили строгие кары, следовавшие
за нарушением Т. первого рода. Предметы и лица, считавшиеся "священными"
в силу своего отношения к божеству и потому навлекавшие страшные
бедствия на нарушивших их "священность" хотя бы простым прикосновением к
ним, согласны были в конце концов вызывать страх и даже отвращение.
Известные роды пищи, считавшиеся запретными, должны были выработать
инстинктивное чувство брезгливости. На практике Т. обоих родов сплошь и
рядом ничем не различались. Так, лицо, очутившееся под Т. второго рода,
т. е., как нечистое, не могло есть из собственных рук; его должны были
кормить посторонние. Но в том же положении были и "освященные" вожди,
бывшие под вечным Т. первого рода: им не только запрещалось есть из
собственных рук (их кормили жены), но они не могли принимать пищи в
домах, а должны были есть на открытом воздухе. Множество Т. второго рода
касались женщин; во время родов они считались "нечистыми". Совместная
еда с мужчинами для них безусловно не допускалась. На овах Гавайских
женщинам запрещалось употреблять в пищу мясо свиней, птиц, черепах,
некоторые сорта рыбы, кокосовые орехи и почти все, что приносилось в
жертву (ai-tabu - священная еда). Все эти роды пищи считались Т.
(нечистыми) для женщин. Женщина, приготовлявшая кокосовое масло,
подвергалась Т. на нисколько дней и не могла прикасаться к пище. Вообще
пища составляла предмет множества Т.; так, например, ее запрещалось
носить на спине, иначе она становилась Т. (нечистой) для всех, кроме
того, который носил ее запретным способом. Больше всего Т. второго рода
вызывало все что имело хотя бы отдаленное отношение к смерти и умершими
Не только прикасавшиеся к покойнику, но даже бывшие на похоронах
становились Т. на продолжительное время. Кто убил врага на войне, тот на
10 дней лишался права общения с людьми и права прикасаться к огню. Два
вида Т. заслуживают особого внимания, как относящиеся более к морали,
чем к религии. Женщина до браков считалась noa (доступной) для всякого
мужчины; после брака она становилась Т. для всех, кроме своего мужа.
Новорожденные пользовались Т. королей: все, к чему они прикасались,
становилось их собственностью. Прикосновение к ребенку и питье воды из
его рук считалось очистительными средством. Общественные Т.
устанавливались либо посредством провозглашена, либо знаками (столб с
бамбуковыми листьями). Частные Т. также устанавливались знаками (надрез
на дереве означал Т. собственности). Соблюдение Т. охранялось
репрессивными мерами (смертная казнь, конфискация имущества,
разграбление садов, штрафы в пользу лиц, установивших Т. и т. д.) и
страхом небесных кар (злой дух забирался в тело и поедал внутренности
нарушителя Т.). Бывали случаи, когда люди, имевшие несчастье нарушить
Т., умирали скоропостижно от одного страха перед неминуемой карой
небесной. Этот страх давал повод людям сильным и власть имущим
устанавливать с корыстной целью Т., разорительные для массы населения.
Когда в 20-х годах прошлого века на Гавайских о-вах явились первые
европейцы, на глазах у всех безнаказанно нарушавшие самые священные Т.,
народ с величайшей радостью последовал примеру некоторых членов
королевского дома и раз навсегда освободил себя от страшного ига системы
Т.
Т. - не специальный институт Полинезии: характерные черты его найдены
почти у всех народов на известной ступени развития. Прежде всего мы
встречаем его у народов, родственных полинезийцам. В Микронезии находим
даже самый термин Т. На Маркизовых о-вах среди множества других типичных
Т. встречается оригинальный запрет по отношению к воде: ни одна капля ее
не должна быть пролита в жилище. На о-ве Борнео, у даяков, эта система
известна была под назв. Porikh. На о-ве Тиморе (Вост. Индийский
архипелаг) так назыв. Pomali запрещало, между прочим, во многих случаях
есть руками, иметь общение с женой (после удачной охоты.) и т. д.
Некоторые наиболее странные черты полинезийского Т., как напр. запрет на
прикосновение к пище, волосам и т. п., встречаются в самых отдаленных
друг от друга местах, напр., в Индии и в Сев. Америке (у одного из
племен Frazer Lake). Случаи скоропостижной смерти от страха перед
нарушением Т. известны среди юкагиров на прибрежье Ледовитого океана
(Иохельсон, "Материалы по изучению юкагирского языка и фольклора"). У
многих первобытных племен находим еще более резкие примеры Т., чем в
классической страны Т., Полинезии; таковы, напр., запрещения говорить с
родными братьями и сестрами, смотреть в лицо родственникам известных
категории близости и т. п., - запрещения, имеющие тот же генезис, как и
религиозные Т. вообще, т. е. тенденцию создавать "распространительные"
ограничения вокруг основного запрета, имевшего свой raison d'etre
(запрещение браков между родными братьями и сестрами создало запреты
разговоров между ними и т. д.). У более первобытных народов мы не
встречаем только термина, близкого к Т., но за то находим другие
термины, близкие нашим: "грех" и "закон"s, которые имеют такую же силу,
как и Т. Крайне характерные черты Т. находим у народов классической
древности. У римлян слово sacer означало и "освященный", и "проклятый".
Так наз. feriae были настоящими сезонами Т. : всякая работа запрещалась,
исключая таких случаев, как когда вол попадал в яму или необходимо было
поддержать падающую крышу. Всякий. кто произносил известные слова
(Salus, Semonia, Seia, Segetia, Tutilina и др.), попадал под Т. (ferias
observabat). Flamen dialis был огражден целой сетью Т. Ему запрещалось
ездить на лошади, даже прикасаться к ней, смотреть на войска, носить
кольцо, которое когда-либо было сломано, иметь узды на платье,
произносить имена, касаться трупа, собаки, козла, бобов, сырого мяса,
плюща, гулять по винограднику, стричь волосы не рукой свободного
человека; ногти и волосы его зарывались под плодовым деревом. Даже его
жена находилась под многими Т. В Гомеровский период цари, вожди, их
имущество, оружие, колесницы, войско, часовые считались священными. Во
время войны рыба была Т.: ее запрещалось употреблять в пищу. Даже в
мирное время ее дозволялось есть только в крайних случаях. Греки никак
не могли решить вопроса, питают ли евреи отвращение к свиньям или
считают их священными. У Гомера свинопасы считались священными. Точно
также у арийских народов корова считалась то "священным" то "нечистым"
животным. Это проливает свет на происхождение понятая о чистых и
нечистых животных. У евреев особенно обильны черты Т. Соблюдение субботы
обставлено было строжайшими запретами. Некоторые жертвоприношения были
Т. для всех, исключая священников. Первенцы плодов, животных и даже
людей была Т. (кодеш) и становились собственностью левитов (первенцы
людей выкупались), Прикосновение к мертвы м, даже к посуде, бывшей в
помещении умершего, требовало очищения. Женщины после родов и во время
месячных считались нечистыми. Классификация животных как "чистых" и
"нечистых" и строгая регламентация употребления тех или других животных
в пищу - характернейшие черты Т. - нигде не получили такого широкого
развития, как именно у евреев. Самым типичным Т. у евреев является
институт "назореев" (отделенных, посвященных). Святость волос, как в
Полинезии, здесь играла важнейшую роль. При разрешении от обета назорей
остригал волосы у дверей храма, и священник давал ему в руки пищу (ср.
запрет в Полинезии касаться пищи руками во время Т.). В Китае, Ассирии,
Египте, древних американских государствах находим такую же систему Т.,
как у римлян и у евреев. Вообще наиболее типичные формы Т. встречаются
обществ, в которых уже выделилось сословие жрецов, у обществ с
теократическим строем. J. G. Frazer первый свел воедино все факты,
относящиеся к Т., и дал этому термину право гражданства в социологии; но
он не указал, чем собственно Т. специфически отличается от религиозных
запретов вообще и в чем заключается психический генезис этой системы.
После Фразера много внимания Т. уделил Джевонс, но он, как и Фразер,
придает этому институту слишком широкое значение, утверждая, что Т. было
творцом морали. Хотя Т. на известной ступени развития, часто являлось
синонимом долга, закона, права и т. д., но не оно создало право и
мораль: оно было только формой, в которую эти последние облекались,
объективной санкцией их, и, как всякая форма, всякая санкция, до
известной степени содействовало укреплению и росту моральных и правовых
инстинктов и представлений. Спенсер относит Т. к обрядовым учреждениям и
сводит его на степень простого церемониала; но это так же односторонне,
как и предыдущие мнения. Проф. Тоу думает, что "Т. было формой, в
которой часть нравственного закона нашла свое выражение". Во всякому
случай, для прогресса Т.. имело обоюдоострое значение: в основе его
лежал коренной порок (суеверное преклонение перед фетишем "слова"),
обративший его в могучее орудие застоя и систематических злоупотреблений
жрецов и светской власти. Ср. J. G. Frazer, "Taboo" (ст. в "Encycl.
Brit.", т. ХХIII, IX изд. и отд.) его же, "The Golden Bough"; F. В.
Jevons, "An introduction to the history of Religon" (1895); Спенсер,
"Обрядовые учреждения; С. Н. Toy, "Taboo and Morality" ("Journal of the
American Oriental Society", XII т., 1899 г.). Л. Штернберг.
Тавро - знак, которым каждый заводчик метит свою лошадь; подобно
фамильному гербу, он переходит из рода в род и лишь в редких случаях
изменяется. По Т. узнают завод и, следовательно судят о качестве
предлагаемого товара. В Киргизских степях, где до сих пор производится
табунное содержание лошадей, при чем табуны часто смешиваются друг с
другом, Т. имеет значение паспорта. Поэтому таврование больше всего
распространено в Среднеазиатских степях и на Кавказе. Таврят обыкновенно
жеребят по второму году, весной, на правом или левом бедре, а иногда на
разных местах туловища; инструментом для таврения служит продолговатый
кусок железа, который накаливается до необходимой степени и
прикладывается к телу животного на нисколько секунд, чтобы вызвать
небольшой ожог, В большинстве случаев киргизское Т, представляет из себя
одну черту, но если оно должно изображать нисколько линий, неправильно
расположенных по отношению одна к другой, то во избежание лишних мучений
лошади сразу накаливают нисколько кусков железа и в одно время
прикладывают их. У более крупных коневодов Т. носит более определенное
изображение и налагается специально изготовленным инструментом.
Каждое Т. носит название по сходству с изображаемым предметом или,
вернее, с предметом, который оно должно изображать: например Т. рода
жагал-байды называется молотком (балга). На Кавказе Т. более замысловаты
по изображению, так как большинство крупных коневладедьцев принадлежит к
султанским и княжеским родам, гербы которых отличаются вычурностью.
Таинство (musthrion, sacramentum). - Слово Т. в Свящ. Писании
первоначально обозначает вообще всякую глубокую, сокровенную мысль, вещь
или действие (1 Кор. XIII, 2). В особенности этим словом обозначается
божественное домостроительство спасения рода человеческого (1 Тим. III,
16), которое изображается тайной, непостижимой ни для кого, даже для
самих ангелов (Римл. XIV, 24 Ефес. 1, 9; III, 39; Колос. IV, 3;1 Петр.
I, 12). В еще более частном смысле слово Т. в Свящ. Писании означает
такое отношение божественного домостроительства к верующим, в силу
которого невидимая благодать Божия непостижимым образом сообщается им в
видимом (1 Кор. IV, 1). В приложении к церковным священнодействиям слово
Т. обнимает и то, и другое и третье понятие: по учению православной
церкви "таинства суть богоучрежденные священные действия, в которых под
видимым образом сообщается верующим невидимая благодать Божия", Отсюда
необходимые признаки таинств: богоучрежденность, невидимы благодать и
видимый образ совершения. Таинства имеют божественное происхождение, т.
е. установлены Самим Иисусом Христом. Если о некоторых из них., напр. о
причащении крещении и покаянии Спаситель говорил уже во время Своей
земной жизни, то потому, что эти Т. суть важнейшие и непостижимейшие. О
других Т. нет столь же ясных свидетельств в Евангелии, но указания на
божественное происхождение их находятся в посланиях апостольских и в
книге Деяний, а также в свидетельствах апостольского предания,
сохраненных творениями отцов и учителей церкви первых веков христианства
(св. Иустин Мученик, св. Ириней Лионский, Климент Александрийский,
Ориген, Тертуллиан, св. Киприан). Внешние знаки в таинствах имеют
значение не сами по себе, а для человека, который по самому устройству
своей природы нуждается в видимых средствах для усвоения невидимой силы
Божией Таинства существенно отличаются от обрядов (каковы освящение
воды, погребенье умерших и проч.). Обряды имеют, во-первых, церковное, а
не божественное происхождение. Во вторых, таинства сообщают человеку
благодать Божию, которая вселяется во внутреннюю духовно-нравственную
жизнь человека и изменяет ее; обряды призывают благословение Божие на
внешнюю жизнь и деятельность человека. В каждом Т. сообщается верующему
христианину определенный дар благодати, свойственный именно известному
Т.; так напр., в Т. крещения сообщается благодать, очищающая от греха и
возрождающая человека; в Т. миропомазания - благодать, укрепляющая
человека в духовной жизни; в Т. елеосвящения - благодать, исцеляющая
недуги; в Т. покаяния
- благодать, прощающая грехи, и проч. В противоположность
православному учению, лютеране утверждают, что таинства суть только
внешние знаки или символы нашего союза со Христом и нашего пребывания в
церкви Христовой; цель их и существо состоят в напоминании нам дела
спасения, совершенного Христом, и через то в возбуждении и укреплении в
нас веры во Христа. Реформаты учат, что таинства суть символические
знаки, сами по себе бессодержательные, свидетельствующее лишь о
принадлежности верующего к христианской церкви. Социтане и арминиане
видят в таинствах одни внешние обряды, которыми отличаются христиане от
иноверцев. Анабаптисты считают таинства аллегорическими знаками духовной
жизни, сведенборгиане - символами взаимного соединения между Богом и
человеком. Квакеры и наши духоборцы, отвергая совершенно видимую сторону
таинств, признают их только за внутренние, духовные действия небесного
света. По православному учению, условиями для совершения и действенности
таинств признаются присутствие двух сторон таинств: объективной и
субъективной. Первая сторона (объективная) состоит в правильном
совершении Т. законно поставленным иерархическим лицом, при соблюдении
известной определенной внешней формы и словесной формулы Т., согласно
божественному установлению; субъективная же сторона таинств заключается
во внутреннем настроении и расположении христанина, принимающего
таинство. Первая сторона таинств составляет условие для действительности
таинств; вторая служит условием для их благодатной действенности.
Действительность таинств, по правосл. учению, не зависит от заслуг или
достоинств лиц, совершающих и приемлющих таинства; спасительное же
действие таинств обусловливается известным нравственным состоянием
человека, приемлющего таинство; оно требует от человека веры, сознания
великого значения и важности таинства и, наконец, искреннего желания и
полной готовности принять его. При отсутствии этих последних требований,
принятие таинства служит к осуждению человека (1 Кор. XI, 26-30).
Древние еретики - донатисты средневековые - вальденсы, альбигойцы,
последователи Викдефа, - учили, что для совершения и действенности
таинств требуется священнослужитель не только законно поставленный, но и
благочестивый, так что таинства, совершенные порочными служителями
алтаря, не имеют никакого значения. По учению лютеран, действительность
и действенность каждого Т. зависит от веры лиц, его приемлющих. По
учению католич. церкви, от достоинства и качества лиц, совершающих и
приемлющих таинства, не только не зависит действительность таинств, но
не зависит и спасительное действие их. Эта теория таинств известна под
особенным латинским термином "opus operatum". В православной церкви
таинств признается семь: крещение, миропомазание, причащение, покаяние,
священство, брак и елеосвящение. Это число таинств всегда содержала и
содержит от начала христианства вселенская церковь. Кроме соответствия
седмиричного числа таинств семи дарам Св. Духа (Исаи XI, 2, 3), семи
хлебам, чудесно насытившим несколько тысяч человек (Матф. XV, 36-38),
семи светильникам золотым, семи звездам, семи печатям, семи трубам
(Апокал. I, 12, 13, 16; V, 1; VIII, 1, 2) и т. д., семь Т., через
которые сообщается благодать Св. Духа, соответствуют всем
существеннейшим потребностям нашей духовной жизни. Седмиричное число
таинств содержит не только церковь православная, но и римская, а также
общества несториан и монофизитов, существующие на Востоке с V и Vl стол.
Формула седмеричного числа Т. на Западе является ранее, чем на Востоке.
В начале XII в. она встречается в так называемом завещании Оттона
Бамбергского (ум. 1139 г.) к жителям Померании, им обращенным в
христианство - затем у Гуго Виктора (ум. ок. 1140 г.) и Петра Ломбарда
(ум. 1164). На Востоке свидетельства, сюда относящиеся, восходят к XIII
веку. Монах Иов (ум. 1270 г.), у которого в первый раз появляется этого
рода формула, шестым Т. считает посвящение в монашество, а седьмым -
елеосвящение, вместе с покаянием; первые пять Т. у него же, что и у
западных. Второй древнейший памятник, в котором встречается формула
седмеричного числа Т. - грамоты (1277) Иоанна Векка, императора Михаила
Палеолога и сына его Андроника: в них встречается исчисление таинств без
всякого отличия от нынешнего. Таинства церкви разделяются: а) на
неповторимые, каковые: крещение, миропомазание и священство,

<<

стр. 213
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>