<<

стр. 220
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

целые дни и даже ночи" (Левенфельд). Веселая жизнь не замедлила оставить
горький осадок в душе Т. тем более, что у него начался сильный: разлад с
близким ему кружком писателей, Он и тогда понимал, "что такое святость"
и потому никак не хотел удовлетвориться, как некоторые его приятели,
тем, что он "чудесный художник", не мог признать литературную
деятельность чем-то особенно возвышенным, чем-то таким, что освобождает
человека от необходимости стремиться к самоусовершенствованию и
посвящать себя всецело благу ближнего. На этой почве возникали
ожесточенные споры, осложнявшиеся тем, что всегда правдивый и потому
часто резкий Т. не стеснялся отмечать в своих приятелях черты
неискренности и аффектации. В результате "люди ему опротивели и сам он
себе опротивел" - и в начале 1857 г. Т. без всякого сожаления оставил
Петербург и отправился за границу. Неожиданное впечатление произвела на
него Западная Европа - Германия, Франция, Англия, Швейцария, Италия, -
где Т. провел всего около 11/2, лет (в 1857 и 1860 - 61 гг.). Б общем
это впечатление было безусловно отрицательное. Косвенно оно выразилось в
том, что нигде в своих сочинениях Т. не обмолвился каким-нибудь добрым
словом о тех или других сторонах заграничной жизни, нигде не поставил
культурное превосходство Запада нам в пример.
Прямо свое разочарование в европейской жизни он высказал в рассказе
"Люцерн". Лежащий в основе европейского общества контраст между
богатством и бедностью схвачен здесь Т. с поражающей силой. Он сумел
рассмотреть его сквозь великолепный внешний покров европейской культуры,
полому что его никогда не покидала мысль об устройстве человеческой
жизни на началах братства и справедливости. За границей его интересовали
только народное образование и учреждения, имеющие целью поднятие уровня
рабочего населения. Вопросы народного образования он пристально изучал в
Германии и теоретически, и практически, и путем бесед со специалистами.
Из выдающихся людей Германии его больше всех заинтересовал Ауэрбах, как
автор посвященных народному быту "Шварцвальдских рассказов" и издатель
народных календарей. Гордый и замкнутый, никогда первый не искавший
знакомства, для Ауэрбаха Т. сделал исключение, сделал ему визит и
постарался с ним сблизиться. Во время пребывания в Брюсселе Т.
познакомился с Прудоном и Лелевелем. Глубоко-серьезному настроению Т. во
время второго путешествия содействовало еще то, что на его руках умер от
чахотки, в южной Франции, любимый его брат Николай. Смерть его произвела
на Т. потрясающее впечатление. Вернулся Т. в Poccию тотчас по
освобождении крестьян и стал мировым посредником. Сделано это было всего
менее под влиянием демократических течений шестидесятых годов. В то
время смотрели на народ как на младшего брата, которого надо поднять на
себя; Т. думал, наоборот, что народ бесконечно выше культурных классов и
что господам надо заимствовать высоты духа у мужиков. Он деятельно
занялся устройством школ в своей Ясной Поляне и во всем Крапивенском у.
Яснополянская школа принадлежит к числу самых оригинальных
педагогических попыток, когда либо сделанных. В эпоху безграничного
преклонения пред новейшею немецкою педагогиею Т. решительно восстал
против всякой регламентации и дисциплины в школе; единственная метода
преподавания и воспитания, которую он признавал, была та, что никакой
методы не надо. Все в преподавании должно быть индивидуально - и
учитель, и ученик, и их взаимные отношения. В Яснополянской школе дети
сидели кто где хотел, кто сколько хотел и кто как хотел. Никакой
определенной программы преподавания не было. Единственная задача учителя
заключалась в том, чтобы заинтересовать класс. Не смотря на этот крайний
педагогический анархизм, занятия шли прекрасно. Их вел сам Т., при
помощи нескольких постоянных учителей и нескольких случайных, из
ближайших знакомых и приезжих. С 1862 г. Т. стал издавать педагогический
журнал "Ясная Поляна", где главным сотрудником являлся опять-таки он
сам. Сверх статей теоретических, Т. написал также ряд рассказов, басен и
переложений. Соединенные вместе, педагогические статьи Т. составили
целый том собрания его сочинений. Запрятанные в очень мало
распространенный специальный журнал, они, в свое время, остались мало
замеченными. На социологическую основу идей Т. об образовании, на то,
что Т. в образованности, науке, искусстве и успехах техники видел только
облегченные и усовершенствованные способы эксплуатации народа высшими
классами, никто не обратил внимания. Мало того: из нападок Т. на
европейскую образованность и на излюбленное в то время понятие о
"прогрессе" многие не на шутку вывели заключение, что Т. -
"консерватор". Около 15 лет длилось это курьезное недоразумение,
сближавшее с Т. такого, напр., органически-противоположного ему
писателя, как Н. Н. Страхов. Только в 1875 г. Н. K. Михайловский, в
статье: "Десница и Шуйца гр. Т.", поражающей блеском анализа и
предугадыванием дальнейшей деятельности Т., обрисовал духовный облик
оригинальнейшего из русских писателей в настоящем свете. Малое внимание,
которое было уделено педагогическим статьям Т. объясняется, отчасти,
тем, что им вообще мало тогда занимались. Аполлон Григорьев имел право
назвать свою статью о Т. ("Время" 1862 г.): "Явления современной
литературы, пропущенные нашей критикой". Чрезвычайно радушно встретив
дебюты Т. и "Севастопольские рассказы", признав в нем великую надежду
русской литературы (Дружинин даже употребил по отношению к нему эпитет
"гениальный"), критика затем лет на 10 - 12, до появления "Войны и
Мира", не то что перестает признавать его очень крупным писателем, а
как-то охладевает к нему. В эпоху, когда интересы минуты и партии стояли
на первом плане, не захватывал этот писатель, интересовавшийся только
вечными вопросами. А между тем, материал для критики Т. давал и до
появления "Войны и Мира" первостепенный. В "Современнике" появилась
"Метель" - настоящий художественный перл по способности заинтересовать
читателя рассказом о том, как некто ездил в метель с одной почтовой
станции на другую. Содержания, фабулы нет вовсе, но с удивительною
яркостью изображены все мелочи действительности и воспроизведено
настроение действующих лиц. "Два Гусара" дают чрезвычайно колоритную
картинку былого и написаны с тою свободою отношения в сюжету, которая
присуща только большим талантам. Легко было впасть в идеализацию
прежнего гусарства, при том обаянии, которое свойственно старшему Ильину
- но Т. снабдил лихого гусара именно тем количеством теневых сторон,
которые бывают в действительности и у обаятельных людей - и эпический
оттенок стерт, осталась реальная правда. Эта же свобода отношения
составляет главное достоинство рассказа "Утро помещика". Чтобы оценить
его вполне, надо вспомнить, что он напечатан в конце 1856 г. ("Отеч.
Записки", № 12). Мужики в то время появлялись в литературе только в виде
сентиментальных "пейзан" Григоровича и славянофилов и крестьянских фигур
Тургенева, стоящих несравненно выше в чисто художественном отношении, но
несомненно приподнятых. В мужиках "Утра помещика" нет ни тени
идеализации, также как нет - и в этом именно и сказалась творческая
свобода Т. - и чего бы то ни было похожего на озлобление против мужиков
за то, что они с такою малою признательностью отнеслись к добрым
намерениям своего помещика. Вся задача автобиографической исповеди и
состояла в том, чтобы показать беспочвенность Нехлюдовской попытки.
Трагический характер барская затея принимает в относящемся к тому же
периоду рассказе "Поликушка"; здесь погибает человек из-за того, что
желающей быть доброю и справедливою барыне вздумалось уверовать в
искренность раскаяния и она не то чтобы совсем погибшему, но не без
основания пользующемуся дурной репутациею дворовому Поликушке поручает
доставку крупной суммы. Поликушка теряет деньги и с отчаяния, что ему не
поверят, будто он в самом деле потерял их, а не украл, вешается. К числу
повестей и очерков, написанных Т. в конце 50-х гг., относятся еще
упомянутый выше "Люцерн" и превосходные параллели: "Три Смерти", где
изнеженности барства и цепкой его привязанности к жизни
противопоставлены простота и спокойствие, с которою умирают крестьяне.
Параллели заканчиваются смертью дерева, описанною с тем пантеистическим
проникновением в сущность мирового процесса, которое и здесь, и позже
так великолепно удается Т. Это уменье Т. обобщать жизнь человека,
животных и "неодушевленной природы" в одно понятие о жизни вообще
получило свое высшее художественное выражение в "истории лошади"
("Холстомер"), напечатанной только в 70-х годах, но написанной в 1860 г.
Особенно потрясающее впечатление производит заключительная сцена:
исполненная нежности и заботы о своих волчатах волчица рвет куски мяса
от брошенного живодерами тела некогда знаменитого, а потом зарезанного
за старостью и негодностью скакуна Холстомера, пережевывает эти куски,
затем выхаркивает их и таким образом кормит волчат. Здесь уже
подготовлен радостный пантеизм Платона Каратаева (из "Войны и Мира"),
который так глубоко убежден, что жизнь есть круговорот, что смерть и
несчастия одного сменяются полнотою жизни и радостью для другого и что в
этом-то и состоит мировой порядок, от века неизменный.
Слабее других произведений конца 50-х гг. первый роман Т.: "Семейное
счастье". Исходя из волновавшего его личного мотива, Т. разрешает здесь
художественную задачу чисто априорным путем и рисует не то, что было, а
то, что может быть. Он начал испытывать в то время сильное чувство к
Софье Андреевне Берс, дочери московского доктора из остзейских немцев.
Ему пошел уже четвертый десяток, С. А. было всего 17 лет. И вот, ему
казалось, что разница эта очень велика, что увенчайся даже его любовь
взаимностью, брак был бы несчастлив и рано или поздно молодая женщина
полюбила бы другого, тоже молодого и не "отжившего" человека. Так оно и
случается в иронически озаглавленном "Семейном счастье". В
действительности роман Т. разыгрался совершенно иначе. Три года вынесши
в сердце своем страсть к С. А., Толстой осенью 1862 г. женился на ней, и
на долю его выпада самая большая полнота семейного счастья, какая только
бывает на земле. В лице своей жены он нашел не только вернейшего и
преданнейшего друга, но и незаменимую помощницу во всех делах,
практических и литературных. По семи раз она переписывала без конца им
переделываемые, дополняемые и исправляемые произведения, при чем своего
рода стенограммы, т. е. не окончательно договоренные мысли, не
дописанные слова и обороты под ее опытною в дешифрировании этого рода
рукою часто получали ясное и определенное выражение. Для Т. наступает
самый светлый период его жизни - упоения личным счастьем, очень
значительного, благодаря практичности С. А., материального
благосостояния, величайшего, легко дающегося напряжения литературного
творчества и в связи с ним небывалой славы всероссийской, а затем и
всемирной. В течение первых 10 - 12 лет после женитьбы он создает "Войну
и Мир" и "Анну Каренину". На рубеже этой второй эпохи литературной жизни
Т. стоят задуманные еще в 1852 и законченные в 1861 - 62 гг. "Казаки",
первое из произведений, в которых великий талант Т. дошел до размеров
гения. Впервые во всемирной литературе с такою яркостью и
определенностью была показана разница между изломанностью культурного
человека, отсутствием в нем сильных, ясных настроений - и
непосредственностью людей близких к природе. Что мы знали до Т. о так
называемых "детях природы"? В лучшем случае это были созданные по
рецепту Руссо величавые дикари Купера, романтические черкешенки Пушкина,
почти столь же романтически разукрашенные Тамара и Бела Лермонтова. Т.
показал, что вовсе не в том особенность людей близких к природе, что они
хороши или дурны. Разве можно назвать хорошими лихого конокрада Лукашку,
своего рода demivierge Марьянку, пропойцу Ерошку? Но нельзя их назвать и
дурными, потому что у них нет сознания зла; Ерошка прямо убежден, что
"ни в чем греха нет". Казаки Т. - просто живые люди, у которых ни одно
душевное движение не затуманено рефлексиею. "Казаки" не были
своевременно оценены. Слишком тогда все гордились "прогрессом" и успехом
цивилизации, чтобы заинтересоваться тем, как представитель культуры
спасовал пред силою непосредственных душевных движений каких-то
полудикарей. За то небывалый успех выпал на долю "Войны и Мира". Отрывок
из романа, под названием "1805 г." появился в "Русском Вестн." 1865 г.;
в 1868 г. вышли три его части, за которыми вскоре последовали остальные
две. Признанная критикою всего мира величайшим эпическим произведением
новой европейской литературы, "Война и Мир" поражает уже с чисто
технической точки зрения размерами своего беллетристического полотна.
Только в живописи можно найти некоторую параллель в огромных картинах
Паоло Веронезе в венецианском дворце дожей, где тоже сотни лиц выписаны
с удивительною отчетливостью и индивидуальным выражением. В романе Т.
представлены все классы общества, от императоров и королей до последнего
солдата, все возрасты, все темпераменты и на пространстве целого
царствования Александра I. Что еще более возвышает его достоинство как
эпоса - это данная им психология русского народа. С поражающим
проникновением изобразил Т. настроения толпы, как высокие, так и самые
низменные и зверские (напр. в знаменитой сцене убийства Верещагина).
Везде Т. старается схватить стихийное, бессознательное начало
человеческой жизни. Вся философия романа сводится к тому, что успех и
неуспех в исторической жизни зависит не от воли и талантов отдельных
людей, а от того, насколько они отражают в своей деятельности стихийную
подкладку исторических событий. Отсюда его любовное отношение к
Кутузову, сильного не стратегическими знаниями и не геройством, а тем,
что он понял тот чисто-русский, не эффектный и не яркий, но единственно
верный путь, которым можно было справиться с Наполеоном. Отсюда же и
нелюбовь Т. к Наполеону, так высоко ценившему свои личные таланты;
отсюда, наконец, возведение на степень величайшего мудреца скромнейшего
солдатика Платона Каратаева за то, что он сознает себя исключительно
частью целого, без малейших притязаний на индивидуальное значение.
Философская или, вернее, историософическая мысль Т. большею частью
проникает его великий роман - и этимто он и велик - не в виде
рассуждений, а в гениально схваченных подробностях и цельных картинах,
истинный смысл которых нетрудно понять всякому вдумчивому читателю. В
первом издании "Войны и Мира" был длинный ряд чисто теоретических
страниц, мешавших цельности художественного впечатления; в позднейших
изданиях эти рассуждения были выделены и составили особую часть. Тем не
менее в "Войне и Мире" Толстой-мыслитель отразился далеко не весь и не
самыми характерными своими сторонами. Нет здесь того, что проходит
красною нитью через все произведения Т., как писанные до "Войны и Мира",
так и позднейшие - нет глубоко пессимистического настроения" И в "Войне
и Мире" есть ужасы и смерть, но здесь они какие-то, если можно так
выразиться, нормальные. Смерть, напр., князя Андрея Болконского,
принадлежит к самым потрясающим страницам всемирной литературы, но в ней
нет ничего разочаровывающего и принижающего; это не то, что смерть
гусара в "Холстомере" или смерть Ивана Ильича. После "Войны и Мира"
читателю хочется жить, потому что даже обычное, среднее, серенькое
существование озарено тем ярким, радостным светом, который озарял личное
существование автора в эпоху создания великого романа. В позднейших
произведениях Т. превращение изящной, грациозно кокетливой, обаятельной
Наташи в расплывшуюся, неряшливо одетую, всецело ушедшую в заботы о доме
и детях помещицу производило бы грустное впечатление; но в эпоху своего
наслаждения семейным счастьем Т. все это возвел в перл создания.
Бесконечно радостного упоения блаженством бытия уже нет в "Анне
Карениной", относящейся к 1873 - 76 гг. Есть еще много отрадного
переживания в почти автобиографическом романе Левина и Китти, но уже
столько горечи в изображении семейной жизни Долли, в несчастном
завершении любви Анны Карениной и Вронского, столько тревоги в душевной
жизни Левина, что в общем этот роман является уже переходом к третьему
периоду литературной деятельности Т. "Анну Каренину" постигла весьма
странная участь: все отдавали полную дань удивления и восхищения
техническому мастерству, с которым она написана, но никто не понял
сокровенного смысла романа. Отчасти потому, что роман печатался в
реакционном журнале, мелкие интересы, выведенные в первых главах, были
поняты многими как авторские идеалы - и в эту ошибку впал даже такой
близко знавший Т. человек и великий почитатель его, как Тургенев. На
тревогу Левина смотрели просто как на блажь. В действительности душевное
беспокойство, омрачавшее счастье Левина, было началом того великого
кризиса в духовной жизни Т., который назревал в нем с самого раннего
детства, принял вполне определенные очертания в психологии Нехлюдова и
Оленина и только на время был усыплен полосою безоблачного семейного и
всякого иного счастья. "Если бы", говорит он в своей "исповеди" об этом
времени, "пришла волшебница и предложила мне исполнить мои желания, я бы
не знал, что сказать". Ужас заключался в том, что, будучи в цвете сил и
здоровья, он утратил всякую охоту наслаждаться достигнутым
благополучием; ему стало "нечем жить", потому что он не мог себе уяснить
цель и смысл жизни. В сфере материальных интересов он стал говорить
себе: "ну, хорошо, у тебя будет 6000 десятин в Самарской губ. - 300
голов лошадей, а потом?"; в сфере литературной: "ну, хорошо, ты будешь
славнее Гоголя, Пушкина, Шекспира, Мольера, всех писателей в мире, - ну
и что ж!". Начиная думать о воспитании детей, он спрашивал себя:
"зачем"; рассуждая "о том, как народ может достигнуть благосостояния",
он "вдруг говорил себе: а мне что за дело?" В общем он "почувствовал,
что то, на чем он стоял, подломилось, что того, чем он жил, уже нет".
Естественным результатом была мысль о самоубийстве. "Я, счастливый
человек, прятал от себя шнурок, чтобы не повеситься на перекладине между
шкапами в своей комнате, где я каждый день бывал один, раздеваясь, и
перестал ходить с ружьем на охоту, чтобы не соблазниться слишком легким
способом избавления себя от жизни. Я сам не знал чего я хочу: я боялся
жизни, стремился прочь от ее и, между тем, чего-то еще надеялся от ее".
Чтобы найти ответ на измучившие его вопросы и сомнения, Т. прежде всего
лихорадочно бросился в область богословия. Он стал вести беседы с
священниками и монахами, ходил к старцам в Оптину пустынь, читал
богословские трактаты, изучил древнегреческий и древнееврейский языки,
чтобы в подлиннике познать первоисточники христианского учения. Вместе с
тем он присматривался к раскольникам, сблизился с вдумчивым
крестьянином-сектантом Сютаевым, беседовал с молоканами, штундистами. С
тою же лихорадочностью искал он смысла жизни в изучении философии и в
знакомстве с результатами точных наук. Он делал ряд попыток все большего
и большего опрощения, стремясь жить жизнью близкой к природе и
земледельческому быту. Постепенно отказывается он от прихотей и удобств
богатой жизни, много занимается физическим трудом, одевается в
простейшую одежду, становится вегетарианцем, отдает семье все свое
крупное состояние, отказывается от прав литературной собственности. На
этой почве беспримесно чистого порыва и стремления к нравственному
усовершенствованию создается третий период литературной деятельности Т.,
длящийся уже около 20 лет. Еще не наступила пора дать сколько-нибудь
объективную оценку последнего периода литературной деятельности Т.,
отличительною чертою которого является отрицание всех установившихся
форм государственной, общественной и религиозной жизни. Это еще жгучая
злоба дня, относительно которой всякий современник невольно выступает
либо защитником, либо обвинителем; последняя роль гораздо легче, потому
что значительная часть взглядов Т. не могла получить открытого выражения
в Poccии и в полном виде изложена только в заграничных изданиях его
религиозно-социальных трактатов. Сколько нибудь единодушного отношения
не установилось даже по отношению к беллетристическим произведениям Т.,
написанным за последние 20 лет. Так, в длинном ряде небольших повестей и
легенд, предназначенных преимущественно для народного чтения ("Чем люди
живы" и др.), Т., по мнению своих безусловных поклонников, достиг
вершины художественной силы - того стихийного мастерства, которое дается
только народным сказаниям, потому что в них воплощается творчество
целого народа. Наоборот, по мнению людей, негодующих на Т. за то, что он
из художника превратился в проповедника, эти написанные с определенною
целью художественные поучения грубо тенденциозны.
Высокая и страшная правда "Смерти Ивана. Ильича", по мнению
поклонников ставящая это произведение на ряду с главными произведениями
гения Т., по мнению других преднамеренно жестка, преднамеренно резко
подчеркивает бездушие высших слоев общества, чтобы показать нравственное
превосходство простого "кухонного мужика" Герасима. Взрыв самых
противоположных чувств, вызванный анализом супружеских отношений и
косвенным требованием воздержания от брачной жизни в "Крейцеровой
Сонате" заставил забыть об удивительной яркости и страстности, с которою
написана эта повесть. Народная драма "Власть тьмы" по мнению поклонников
Т. есть великое проявление его художественной силы: в тесные рамки
этнографического воспроизведения русского крестьянского быта Т. сумел
вместить столько общечеловеческих черт, что драма с колоссальным успехом
обошла все сцены мира. Но другим достаточно одного Акима, с его
бесспорно односторонними и тенденциозными осуждениями городской жизни,
чтобы и все произведение объявить безмерно-тенденциозным. Наконец, по
отношению к последнему крупному произведению" Т. - роману "Воскресенье",
поклонники не находят достаточно слов, чтобы восхищаться совершенно
юношескою свежестью чувства и страстности, проявленною 70-летним
автором, беспощадностью в изображении судебного и великосветского быта,
полною оригинальностью первого в русской литературе воспроизведения мира
политических преступников. Противники Т. подчеркивают бледность главного
героя - Нехлюдова, чрезмерное озлобление против высших классов,
приподнятость характера бывшей проститутки. В общем противники
последнего фазиса литературно проповеднической деятельности Т. находят,
что художественная сила его безусловно пострадала от преобладания
теоретических интересов и что творчество теперь для того только и нужно
Т., чтобы в общедоступной форме вести пропаганду его общественно
религиозных взглядов. В новейшем эстетическом его трактате ("Об
искусстве") можно найти достаточно материала, чтобы объявить Т. врагом
искусства: помимо того, что Т. здесь частью совершенно отрицает, частью
значительно умаляет художественное значение Данте, Рафаэля, Гете.
Шекспира (на представлении "Гамлета" он испытывал "особенное страдание"
за это "фальшивое подобие произведений искусства"), Бетховена и др.; он
прямо приходит к тому выводу, что "чем больше мы отдаемся красоте, тем
больше мы отдаляемся от добра". С другой стороны можно возразить самому
автору, что именно в его-то произведениях последних 20 лет "добро" и
"красота" слились в одно гармоничное целое. - Последним по времени
фактом биографии Т. является определение св. синода от 20 - 22 февраля
1901 г. "известный всему миру писатель", читаем мы в этом определении.
"русский по рождению, православный по крещению и воспитанию своему, граф
Т., в прельщении гордого ума своего, дерзко восстал на Господа и на
Христа Его и на святое Его достояние, явно перед всеми отрекшись от
вскормившей и воспитавшей его Матери, церкви православной, и посвятил
свою литературную деятельность и данный ему от Бога талант на
распространение в народе учений противных Христу и церкви, и на
истребление в умах и сердцах людей веры отеческой, веры православной,
которая утвердила вселенную, которою жили и спасались наши предки и
которою доселе держалась и крепка была Русь святая. В своих сочинениях и
письмах, во множестве рассеваемых им и его учениками по всему свету, в
особенности же в пределах дорогого отечества нашего, он проповедует, с
ревностью фанатика, ниспровержение всех догматов православной церкви и
самой сущности веры христианской: отвергает личного живого Бога, в
Святой Троице славимого, Создателя и Промыслителя вселенной; отрицает
Господа Иисуса Христа - Богочеловека, Искупителя и Спасителя мира,
пострадавшего нас ради человеков и нашего ради спасения и воскресшего из
мертвых; отрицает бессеменное зачатие по человечеству Христа Господа и
девство до рождества и по рождестве Пречистой Богородицы Приснодевы
Марии, не признает загробной жизни и мздовоздаяния, отвергает все
таинства церкви и благодатное в них действие Святого Духа и, ругаясь над
самыми священными предметами веры православного народа, не содрогнулся
подвергнуть глумлению величайшее из таинств, святую Евхаристию". В силу
всего этого "церковь не считает его своим членом и не может считать,
доколе он не раскается и не восстановит своего общения с нею".
Произведения Т. собраны в 15 ч. Кроме того с 1883 г. за границею
напечатан ряд произведений, которые не могли появиться в России или
появились с сокращениями. Беспримерная знаменитость Т. наглядно
выразилась в колоссальном успехе его сочинений, в небывалом количестве
переводов их на иностр. языки и поистине необъятном количестве
посвященных Т. статей и книг. Полного (12 - 15 т.) собрания его
сочинений (10 изд.) разошлось более 80000 экз., из отдельно изданных
произведений наибольшего распространения достиг "Кавказ. Пленник - около
250000 экз., "Хозяин и работник" - около 200000; "Чем люди живы" - около
150000; "Власть тьмы" около 140000; от 130 - 100 тыс.: "Бог правду
любит, да не скоро скажет", "Много ли человеку земли нужно", "Осада
Севастополя", "Первый винокур", "Воскресенье", "Три смерти" и др. "Новой
Азбуки" разошлось 23 изд., что составляет более 800000 экз.; "Первой
русской книги для чтения" (4 ч.) разошлось более 600000 экз. Подсчет
переводов произведений Т., сделанный нами в Британском музее в Лондоне и
отделении Rossica спб. публичной библиотеки дал поразительные
результаты. Отдельно изданных переводов, которые представляют собою
весьма незначительную часть того, что переводится из Т. в газетах и
журналах, вышло: на нем. яз. - более 200, на франц. - около 150, на
англ. - около 120, шведском и датском - около 50; на всех остальных,
вплоть до японского, татарского, индустанского и др. - от 1 до 20.

Литература о Т. не поддается и приблизительному подсчету. При
громадном интересе к каждому его шагу, число газетных статей о Т. в
России и за границею превосходит многие тысячи, журнальных статей
ежегодно появляется сотни (ср. для англ. лит. Index'ы Стэда, для фр.
Jordel'я). Отдельно изданных книг о Т. мы насчитали: 1) на русском яз. -
около 100: А. Н. Аксаков, Аминтор, арх. Антоний, П. Е. Астафьев, Ф. И.
Булгаков, Богдановский, Бывший поклонник, Бегичев, Берс, Бирюков,
Буткевич, Ю. Б., Ванно, Витмер, Вогюэ, Вальтер, Вольфсон, Гасабов,
Гpoмeкa, Гусев (5 соч.), Гейсман, Гетц, Гpeкoв, Генекен, Н. Я. Грот, Д.
Григорьев, Городцев, Дистерло, Дегтярев, Драгомиров, Евтушевский.
Елеонский, Зейрон, Зелинский, Ильин, арх. Игнатий, Козлов (2 книги). Ив.
Карышев, Крист, Кальдерон, Кожевников, Кареев кн. Кемский, Лескин, К.
Леонтьев, Левеьфельд, Лопатин, Листовский, А. Л., Л - н, Лурье, Миронов,
И. Милютин, Мирский, Мирянин, Н. К. Михайловский, Меринг, Мережковский,
Норов, архиеп. Никанор, Ю. Николаев (Говоруха-Отрок), Нотович,
Оболенский, Орфано, Овсянико-Куликовсмй, Олесниций, Преображенский, Я.
П. Полонский, Рышковский, Разумовский, Рцы, Скабичевский, Сергеенко, Н.
Н. Страхов, Фед. Страхов, Евг. Соловьев, А. Е. Соловьев, Сталинский,
Соллертинский, Хитров, фон-Хейденфельд, кн. Цертелев, Шестов, Щеглов,
Энгельмейер). 2) На немецком яз. 30: Amyntor, Beck, Bode, Dukmeyer,
Ernst, Ettlinger, Galitzin, Grot, Glogau. Gyurkovechky, Henckel, Koeber,
Krebs, Kreibig, Keubnemann, Lowenfeld, Mobring, Notowitch, Dr. Gr.
Polonsky, Poruck, Rauhen, Schoen, Schmidt, Schroeder, Seyron, Sergyenko,
Saitschik, Zacharias, Zabel, Wesendonck. 3) На франц. яз. 11:
Dragomyrow, Dupuy, Dumas, Lourie, Laboulay, Lapouze, Manaceine, Maffre,
Suares, Stronsky, Vessiot. 4) На англ. яз. 18: Behrs, Blavatsky,
Coupland, Gottsckkins, Gregor, Harrison, Kenworthy, Maude, Perris,
Turner, Word и др.). 5) На шведск. яз. 5. Наиболее интересное из того,
что печаталось о Т. на иностр. яз. рассеяно по журналам и сборникам
статей (Вогюэ, Брандес, Матью Арнольд, Шпильгаген, Нордау, Род, Бурже,
Ферри, Ломброзо, Скайдер, Риние, Думик, Визева, и мн. др.). Главнейшие
русские журнальные статьи о Т. вошли в собрания сочинений, сборники
статей и воспоминания Андреевского, Анненкова, Батюшкова, Буренина,
Волынского, Апол. Григорьева, Гольцева, Григоровича, Дружинина, Гр.
Данилевского, Лескова, Михайловского, Миллера, Меньшикова, Евг. Маркова,
Надсона, Писарева, Протопопова, Пятковского, Розанова, Скабичевского,
Ник. Соловьева, Влад. Соловьева ("Три разговора"), Страхова, Фета,
Чернышевского, Шелгунова. Критические статьи о Т. 1850-х, 1860-х и
начала 70-х годов вошли в сборник Зелинского (7 ч.). См. еще статьи:
Загоскина ("Историч. Вестник", 1894, 1); Евг. Маркова ("Вест. Евр. ",
1900); Мечникова ("Вест. Евр. ", 1891, 9); Назарьева ("Ист. Вест. ",
1890, 9); Овсяникова ("Рус. Обозр. ", 1897, 11); кн. Д. Оболенского
("Рус. Арх. ", 1895); Станкевича ("Вест. Евр. ", 1878, №4 и 5);
Слонимского ("Вест. Евр. ", 1886, 8 и 1891, 9); Соханской ("Рус. Обозр.
", 1898, 1); Ткачева ("Дело", 1878 2 и 4). С. Венгеров.
Тольский (Николай Алексеевич, 1832-91) - врач, писатель; в 1853 г.
окончил курс московского университета; был директором детских клиник и
главным врачом детской больницы в Москве, ординарным профессором
московского университета и деканом медицинского факультета. Сочинения
Т.: "De partu arte praematurandi" (M., 1858); "Значение и сущность
прений парижской медицинской академии о послеродовой горячке"
("Московская Медиц. Газета", 1858); "Самопроизвольное вправление
выворота матки после перевязки полипа" (ibid., 1859); "Кесарское сечение
на живой женщине с успехом для младенца" (ibid., 1862); "Щипцы
Кристеллара" (ibid.); "О значении гигиены в общественной жизни и в
особенности в применении ее к нашим лечебным заведениям" ("Труды 2
съезда естествоиспыт. и врачей", 1869).
Томаты - Культура томатов вполне хорошо удается лишь при температуре
не менее 20° Р.; тем не менее, при комбинации грунтовой культуры с
парниковой, при защите молодых растений какими-либо прикрытиями от
заморозков, которые быстро губят Т., а также с применением пикировки,
культура этих растений возможна и на севере России. Т. - растение
однолетние и высевается для употребления плодов как в сыром, так и в
вареном виде. Т. различаются по цвету: желтые, фиолетовые, розовые и
красные ; по форме плодов: гладкие и ребристые, грушевидные, сливовидные
и пр.; по росту самого растения: со слабым или деревянистым стеблем; по
времени созревания: ранние и поздние; при этом промышленное значение
имеют только красные, гладкие и ранние Т. Наиболее выдающимися, по
мнению Карцева, являются следующие: "Король ранних" выведенный во
Франции, наиболее ранний, но подверженный при засухе, без орошения,
заболеваниям, затем - американский "Перфексион", поспевающий на неделю
позже первого, с необыкновенно сильного роста стеблем и крайне обильным
плодоношением, наконец - французский же "Шемен", лишь слегка
запаздывающий сравнительно с "Королем ранних", а в остальном соединяющий
преимущества обоих первых сортов. Посев Т. производят в парники еще
зимой, с таким расчетом, что через месяц после 2-й пикировки можно было
высадить их прямо в грунт, не боясь заморозков, или в полу холодные
парники. При очень ранней посадке растения могут быть готовыми к
пересадке в грунт еще в то время, когда земля не готова к этому, и
оставшиеся в парнике растения, будучи тесно расположены, начинают
вытягиваться и бледнеть, делаясь слишком чувствительными к изменениям
температуры. В виду этого, время посадки должно быть строго согласовано
с местными климатическими условиями. В случае заморозков растения
необходимо покрывать старыми ящиками, рогожами или матами. В первое
время роста всходов в теплом парнике приходится наблюдать лишь за
проветриванием парника и за ограждением всходов от сорных трав и
вредителей. Недели через 3-4 после посева, когда появится вторая пара
листьев с зубчиками, приступают к первой пикировке, пересаживая в теплый
же парник (25° Р.), но с большим слоем земли; самая пикировка
производится так же, как и с капустою (см.), причем под раму высаживают
до 300 растений, если предстоит вторая пикировка, или только до 200,
если впоследствии растения будут высажены прямо в грунт, без 2-й
пикировки. Во втором парнике наблюдают за проветриванием последнего не
только во избежание сырости и плесени, но и в видах закаливания
растений. Через месяц после первой пикировки, когда растения станут
слишком теснить друг друга, приступают ко второй пикировке, перемещая
растения уже более свободно (не более 200 растений под раму), поднимая
парниковый ящик и все менее и менее прикрывая растения рамами, с тем,
чтобы приучить растения к наружному воздуху. Окончательную пересадку в
грунт производят приблизительно через месяц после 2-й пикировки, когда
нет уже опасности перед заморозками. В тех случаях, когда желают
получить более ранние плоды, напр. - в начале или середине июня, посев в
парниках производят возможно раньше и перед посадкой в грунт производят
три пикировки. Пересадку растений из парников производят в горшки
диаметром около 2,5 врш. причем их держат в открытых парниковых ящиках,
прикрывая рогожами лишь на ночь и при понижении температуры ниже 12° P.
(Так как глиняные горшки дороги, то употребляют горшки из смеси
чернозема, коровьего помета и глины, приготовляемые с помощью особой
машинки (до 8 тыс. горшков в день при одном рабочем). См. Труды съезда
садоводов в 1899 г., в С.-Петербурге".) Окончательную пересадку в грунт
из горшков производят, не нарушая кома земли и закапывая его в заранее
приготовленные ямки. Пользование горшками позволяет садовнику не
торопиться с пересадкой и выждать наверняка благоприятного времени, так
как в горшках растения продолжают правильно развиваться. Что же касается
месторасположения для томатов, то они любят освещенный, сухой, хорошо
орошаемый грунт. Свежего удобрения Т. не выносит, подвергаясь
картофельной болезни; хорошо удается Т. после капусты, получившей
богатое удобрение. Высаживают Т. рядами от 1 до 2 аршин ряд от ряда и от
0,5 до 1 арш. растение от растения. Тесная посадка вредна во всех
отношениях. Немедленно после посадки растения поливают, и эту поливку
продолжают до тех пор, пока растения не примутся. В начале периода после
посадки, когда ночи еще прохладные, следует избегать поливки после
захода солнца, так как это вызвало бы еще большее охлаждение земли.
Вдоль всей плантации проводят бороздки для орошения растений. Т.
довольствуется орошением, и поливку из лейки самых растений необходимо
производить лишь при крайне сильных засухах, да и то раза два в лето.
При дальнейшем росте растений г. Карцев настаивает на необходимости
подвязывания и подрезывания растений (шпалерный способ разведения), что
содействует равномерному освещению растений, лучшему проветриванию, и,
следовательно, и более обильному, и более раннему созреванию плодов.
После обрезывания растения таким образом, что остаются лишь 2-3 сильных
побега, промежуточные же удаляются, Т. подвязывается или к шпалерам
(решеткам, проволокам и т. п.), или к кольям, причем должно быть
наблюдаемо, чтобы каждый стебель развивался вполне свободно. Дальнейший
уход заключается в удалении жировых побегов и поправке подпорок. Сбор
плодов начинается с начала июня и продолжается, смотря по местности, до
середины сентября, причем сначала цена держится высокая до 4 р. за пуд
на месте, затем постепенно падает, доходя к середине июля, ко времени
появления грунтовых Т., до 50 к. В августе цена вновь поднимается, так
как в это время хозяйки начинают закупать Т. для консервов. Перед
наступлением холодов растения, во избежание замерзания, выдергивают из
земли, вместе с плодами, и кладут в парниковые ящики, где и происходить
дозревание плодов. Самый сбор плодов производят с помощью ножа или
ножниц. Собранные плоды переслаиваются соломой. При пересылке их кладут
в ящики не более, как в два слоя. В период падения цен на Т. (до 10 к.
пуд) их используют для приготовления консервов, попутно с приготовлением
консервов из фруктов. Многие фабрики работают даже на более дорогом
продукте - в 50-60 к. пуд, во первых потому, что Т. раннего сбора более
ароматны, богаче соком, крупнее и содержат больше красящего вещества,
что весьма важно для консервов Т.-пюре, вовторых потому, что это время
более совпадает со свободным временем на фабриках. 1 пуд чистого пюре
получается из 5 пд. ранних Т. и 6-8 пд. поздних (разница до 30%).
Приготовление пюре Т. производится в общих чертах таким образом. Т.
обмываются водой и разламываются на 4-5 частей. Когда вода стечет, их
кладут в медные чаны и варят, помешивая "веслом", пока масса не
размягчится; затем полученную массу протирают на особых терках, причем
сквозь сито проходит лишь мякоть и сок, семена же, кожура и пр. твердые
части остаются на сите. Протертая масса подвергается вторичной варке в
течение приблизительно 0,5 часа и, когда она достигает желаемой густоты,
выливается в ушаты, из которых разливается по жестянкам; последние,
после наполнения, герметически закупориваются. В виду повышения цен на
Т. в начале весны и следовательно возможности выгодно сбыть Т., укажем 2
способа сохранения Т. впрок. Первый способ состоит в том, что берут
спелые и безусловно здоровые экземпляры Т. и наполняют ими банку,
заливая такой жидкостью: на 8 частей воды 1 часть уксуса и 1 часть соли.
На все это наливают слой прованского масла около 0,5 врш. толщиной.
Второй способ более доступен: берут кадку, вместимостью от 3 до 5 ведер,
на дно насыпают соли, затем укладывают слоями Т., пересыпая каждый слой
солью; когда образуется рассол, сверху поливают небольшим слоем
подсолнечного масла и кадку закрывают кружком, без всякого гнета. Из
врагов Т. укажем на медведку, мошку черного цвета и какоето насекомое,
просверливающее в Т. отверстия. Более подвергается Т. грибным болезням и
из них на первом месте -картофельной болезни. Болезнь эта иногда
принимает огромные размеры и может уничтожить целые плантации. Так как
грибок картофельной болезни преимущественно распространяется на Т. и
картофеле, то лучшею мерой против этой болезни является чередование или
иначе - плодосмен, так чтобы Т. попадал на то же самое место не ранее 4
лет. Свежее удобрение способствует развитию болезни. Солнечное освещение
и свободный доступ воздуха препятствуют развитию болезни; вот почему
шпалерный способ гарантирует в значительной степени от этой болезни.
Вредны для растений стоячие воды в оросительных канавах, а также
присутствие каких-либо отбросов, гнилых плодов и т.п. При сильном
распространении болезни возможно применить опрыскивание растений
бордосской жидкостью. См. "Огородничество на Юге России", А. С. Карцева.
Е. К-н.
Томск - губ. гор. Томской губ., на правом берегу р. Томи (в 60 вер.
от впадения ее в р. Обь) и рч. Ушайке, по обеим сторонам последней, на
холмистой местности до 340 фт. высотою; часть города лежит в низине и
при весеннем разливе рек нередко затопляется. Станция жел. дор. Площадь
города - 12,4 кв. вер.; из ее 8,2 кв. вер. застроены, а 4,2 кв. вер. под
р. Ушайкой, оврагами, улицами и площадями. Общее протяжение улиц - более
80 вер. Строений около 13000, из них более 6000 жилых. Православных
церквей 23, из них 12 домовых; црк. римско-катол. и лютеранская, мечеть,
три еврейск, молельни. Два монастыря, мужской и женский. Жит. (1900)
63335 (32000 мжч. и 31335 женщ.): духовного звания 142, дворян потомств.
2 868, почетн. граждан и купцов - 2475, мещан - 30640, мастеровых -
1780, военного звания - 4635, крестьян - 15170, ссыльных - 3935,
разночинцев - 329, инородцев - 853. Православных 50865, единоверцев -
495, раскольников - 330, католиков - 4533, протестантов - 1070, евреев -
3540, магометан - 2495, язычников - 5. Все группы населения живут
смешанно; лишь татары и бухарцы населяют преимущественно пригород
Заисточье. Богоявленская церковь и мужской Богородицко-Алексеевский
монастырь почти современны основанию города. Санитарное состояние города
плохо: много незамощенных улиц и площадей; протекающая в центре города
р. Ушайка сильно загрязнена, хорошей воды для питья недостаточно;
инфекционные заболевания не переводятся, естественного прироста
населения нет. Городской бюджет исчислен на 1901 г. в сумме 404577 руб.
по приходу и 404567 руб. по расходу. В 1898 г. бюджет составлял 346133
руб., в том числе на народное образование 57933 руб., на содержание
городск. общ. управл. 39846 руб., на городское благоустройство 37890
руб., на пожарную команду 34235 руб., на медицинскую часть 27470 руб.,
на общ. призрение 6642 руб. По числу учебных заведений Т. занимает
первое место в Сибири: университет (2 факультета - медицинский и
юридический, с 554 учащ.), технологический институт (открыт в 1900 г.,
195 уч.), муж. гимн. (500), жен. гимн. (1086), реальное учил. (198),
дух. семин. (230), уездн. учил. (238), дух. учил. (150), епарх. жен. уч.
(304), повивальный инстит. (31), повивальная шк. (75),
ветеринарно-фельдшерская школа (40), образцовая школа при семинарии
(50), городск. прих. учил. 10 муж. (960) и 9 жен. (1030), 2 воскресные
шк. (280), 2 еврейских уч. - муж. (86) и жен. (58), две магометанск. шк.
- муж. (116) и жен. (50), 2 ремесленных муж. уч. (156), 6 црк. прих. шк.
(348), школа грамоты (38), црк. прих. учительская шк. (88), школа для
сирот дух. звания при жен. монастыре (20), лютеранское церковное учил.
(60), жел. дор. шк. (42), 4 частных шк. (260). 4 муж. и жен. приюта с
166 дев. и 77 мальч. Всего 59 учебных завед., с 7400 учащ. (4063 м. п. и
3337 ж. п.). Публичных библиотек 3. Музеев, кроме малодоступных
университетских, нет. При отделе Имп. моск. общ. сел. хозяйства
ежегодно, зимой, читаются публичные лекции по естественноисторическому
описанию и сельскохозяйственной жизни Томской губ.; в 3 пунктах для
народа устраиваются воскресные бесплатные чтения. Кроме общегубернских
административных учреждений, управления Т. горным округом, водяными
путями Зап. Сибири, почт. телрф. округом, зап. сибирским учебным окр.,
Сибирск. жел. дор. Окружный суд, 5 мировых судей. Больница приказа общ.
призрения на 75 кроватей, городская амбулаторная лечебница для бедных,
42 городских участковых врача, 3 родильных приюта, 2 частные лечебницы,
1 при общине сестер милосердия. Благотворительных обществ (не считая
приходских попечительств) 10; благотворительных заведений (богаделен,
приютов и проч.) 13; община сестер милосердия. Из ученых и других
обществ особенно деятельны томский отд. Имп. моск. общ. сельск,
хозяйства, томск. общ. садоводства, томск. общ. правильной охоты,
общество содействия физическому развитию (устроило дачную колонию для
физически отсталых детей), отдел русского музыкального общества (устроил
музыкальную школу, дает концерты и симфонические вечера). Каменный
театр. Газет 4, в том числе частных две; кроме того выходят "Записки
Имп. Томского Университета" и "Сибирский иллюстрированный календарь".
Вообще Т., как культурный и торгово-промышленный центр, опередил все
прочие сибирские города, особенно за последние 10-12 лет. Торговое
значение Т., как центрального склада крупных русских фирм, растет с
каждым годом, благодаря дешевому водному пути и сильно развившемуся по
рекам Зап. Сибири пароходству. Фабрик и заводов 208, с производством на
2194000 руб. За последние годы возникли новые отрасли производства -
гильзовое, мебельное, конфектное и др. Кредитные учреждения: отделение
госуд. и 2 частных банков, сибирский общественный банк, агентура
частного и 1 земельн. банков, местное общ. взаимного кредита, городской
ломбард, несколько частных контор. Рождественская ярмарка, торгового
значения не имеющая. Электрическое освещение; строятся электрические
трамваи; есть телефонная сеть. В. 4 вер. пароходная пристань
Черемошники, соединенная с городом ветвью железной дороги.

История. Т. основан в 1604 г., казацким головою Писемским и боярским
сыном Тырковым, на земле татарского князька Таяна, управлявшего
небольшим татарским народцем еушта; Таян принял русское подданство,
обещая царю Борису содействовать покорению других соседних инородцев, и
просил о построении на его земле крепости, в видах дальнейшего
утверждения русского владычества. По повелению Бориса была заложена на
правом берегу р. Томи, близ впадения в нее р.Ушайки, крепость, названная
по реке Томском. С этого времени Т. приобрел большое значение в деле
покорения инородцев, живших к югу от него. В 1614 г. взбунтовавшиеся
киргизы и татары подступили к Т., осадили город и разграбили
окрестности; такие же грабежи повторились в 1617, 1657 и 1698 гг. С
основанием Енисейска и Красноярска, в первой половине XVII в., значение
Т. сделалось второстепенным. В 1629 г. Т. наименован областным городом;
в 1708 г., с образованием Сибирской губ., он остался уездным городом; в
1719 г. причислен к Енисейской провинции, в 1726 г. - к Тобольской; в
1782 г., при открытии тобольского наместничества, Т. сделан областным
городом, в 1797 г. перешел в качестве окружного города в состав
Тобольской губ., а в 1804 г. назначен губернским городом для средней
Сибири. В 1771 г. в Т. было 8172 жителя. На Юрточной горе в XVIII ст.
стоял женский Христорождественский м-рь, в котором с 1740 по 1742 г.
была заточена невеста имп. Петра II Е. А. Долгорукая. Быстрый рост г. Т.
начался с конца 30-х годов XIX ст., благодаря усиленной разработке
золотых приисков в Томской и Енисейской губ. Ср. А. В. Адрианов, "Город
Т. в прошлом и настоящем" (Томск, 1890).
Н. Л.
Томсон (Джозеф Thomson) - известный англ. физик, род. в 1856 г.,
изучал физику в лаборатории Бальфур Стюарта в Оуенс-колледже в
Манчестере, затем с 1876 по 1880 г. в Кембридже. С 1882 г. лектор по
математике в Trinity Colledge (Кембридж). С 1884 г. заместил Л. Рэлея на
кафедре экспериментальной физики в Кембридже. В 1882 г. удостоен премии
Адамса за сочинение о движении вихрей ("Treatise on the motion of vortex
rings"). Т. в своих теоретических и экспериментальных работах является
одним из наиболее талантливых и блестящих последователей Максвелла;
большинство работ его, напечатанных в "Philosophical Magazine",
посвящено явлениям электрическим, в последнее же время особенно
прохождению электричества через газы исследованию лучей Рентгена и
Беккереля. Из сочинений Т. известны: "The Application of dynamics to
Physics and chemistry" (нем. пер.), в котором автор применяет общий
метод Лагранжевых уравнений к решению многих вопросов физики и
физической химии; "Recent Researches on Electricity and magnetism",
являющееся как бы продолжением знаменитого курса Максвелля и трактующее
в блестящем математическом изложении главным образом вопросы о
прохождении электрических разрядов через газы; "Elementary Treatise on
the mathematical Theory of electricity and magnetism" (немецкий перев.;
русский перев. под ред. проф. Садовского).
А. Г.
Томсон (Вильям, лорд Кельвин, Thomson) - величайший из современных
физиков, родился в Белфасте 26 июня 1824 г. Предки Т. были ирландские
фермеры; отец его Джемс Т. (1776-1849), известный математик, был с 1814
г. учителем в Belfast Academical Institution, затем с 1832 г. профессор
математики в Глазго; известен учебниками по математике, выдержавшими
десятки изданий и применяемыми до сих пор. В. Томсон вместе со старшим
братом, Джемсом Т., учились в колледже в Глазго, а затем в St. Peter
Kollege в Кембридже, в котором Т. закончил курс наук в 1845 г. В 1846 г.
двадцатидвухлетний Т. занял кафедру теоретической физики в универ. в
Глазго, которую сохраняет до сих пор. Необыкновенные заслуги Т. в чистой
и прикладной науке вполне оценены его современниками. В 1866 г. Т.
возведен в дворянское достоинство, в 1892 г. королева Виктория
пожаловала ему пэрство с титулом "лорд Кельвин". - Еще студентом, Т.
опубликовал ряд работ по приложению рядов Фурье к вопросам физики и в
замечательном исследовании "The uniform motion of heat in homogeneous
solid and its connection with the mathematical theory of electricity"
("The Cambridge math. Journ.", 1842) провел важные аналогии между
явлениями распространения тепла и электрического тока и показал, как
решение вопросов из одной из этих областей применить к вопросам другой
области. В другом исследовании "The Linear Motion of Heat" (1843, ibid.)
Т. развил принципы, которые затем плодотворно приложил к многим вопросам
динамической геологии, напр. к вопросу об охлаждении Земли. В 1845 г.,
находясь в Париже, Т. начинает в журнале Лиувилля печатание ряда статей
по электростатике, в которых излагает свой метод электрических
изображений, давший возможность просто решить многие труднейшие задачи
электростатики. С 1849 г. начинаются работы Т. по термодинамике,
напечатанные в изданиях королевского общества в Эдинбурге. В первой из
этих работ Т., опираясь на исследования Джоуля, указывает, как следует
изменить принцип Карно, изложенный в сочинении последнего "Reflexions
sur la puissance motrice du feu" (1824) для того, чтобы принцип
согласовался с современными данными; эта знаменитая работа содержит
первую формулировку второго принципа термодинамики. В 1852 г. Т. дает
другую формулировку его, именно учение об рассеянии энергии (dissipation
of energy). В том же году Т. совместно с Джоулем производит известное
исследование над охлаждением газов при расширении без совершения работы,
которое послужило переходной ступенью от теории газов идеальных к теории
действительных газов. Начатая в 1855 г. работа по термоэлектричеству
("Electrodynamic Qualities of Metals") вызвала усиленную
экспериментальную работу; в работе принимали участие студенты, и это
положило начало практическим работам студентов в унив. Глазго - первым в
Англии, а также начало лаборатории по физике в Глазго. В пятидесятых
годах Т. заинтересовывается вопросом о трансатлантическом телеграфе;
побуждаемый неудачами первых пионеров-практиков, Т. теоретически
исследует вопрос о распространении электрических импульсов вдоль кабелей
и приходит к заключениям величайшей практической важности, давшим
возможность осуществить телеграфирование чрез океан. Попутно Т. выводит
условия существования колебательного электрического разряда (1853),
вновь найденные позже Кирхгоффом (1864) и легшие в основание всего
учения об электрических колебаниях. Экспедиция для прокладки кабеля
знакомит Т. с нуждами морского дела и приводит к усовершенствованию лота
и компаса Т. (1872-76), принятых в настоящее время во всем мире. В
"Biogr.- Litter. Handworterbuch Poggendorff" (1896) приведен список
около 250 статей (кроме книг), принадлежащих Т. Упомянем лишь некоторые
предметы его работы: термодинамические исследования, приведшие, кроме
того, еще к установлению абсолютной шкалы температур; работы по
гидродинамике и теории волн (награждены в 1887 г. премией от
эдинбургского королевского общ.); работы по термоэлектричеству,
приведшие к открытию так наз. "явления Т." - переноса тепла
электрическим током; исследования по теории упругости (1862-63), в
которых Т. расширяет теорию шаровых функций; работы по динамической
геологии. В последнее время (несмотря на преклонный возраст, Т.
неутомимо работает до сих пор) появился ряд работ Т. и его учеников по
теории явления Вольта, по исследованию Рентгеновых и Беккерелевых лучей
и по механике. Не менее замечательна деятельность Т. в практической
физике и технике; ему принадлежит изобретение или улучшение многих
инструментов, вошедших во всеобщее употребление в науке и технике, как
то: зеркального гальванометра, сифон-рекордера, квадрантного и
абсолютного электрометров, нормального элемента компаса, лота и
множества технических измерительных электрических приборов, между
которыми особенно замечательны "ампер-весы", применяемые повсюду для
выверки электрических приборов; между множеством патентов, взятых Т.,
встречаются таковые и на чисто практические приспособления, как напр. на
водопроводные краны; специальная мастерская (James White в Глазго)
занимается изготовлением всех этих приборов. Из книг, изданных Т.,
наибольшею известностью пользуется "Treatise on natural philosophy" (т.
1, вместе с Тэтот, 3-е изд. в 1883 г., немец. перев. под ред.
Гельмгольца), содержащее в единственно вышедшем первом томе блестящее
изложение механических основ теоретической физики. Статьи Т.
перепечатаны в его "Reprints of papers on electrostatic and magnetism"
(1872), "Mathematical and physical papers" (1882-83) и "Popular lectures
and adresses". В "Encyclopedia Britannica" (1880) помещены две
знаменитые статьи Т. - "Elasticity" и "Heat". Т. величайший из
современных физиков; в этом замечательном ученом соединяется редко
проникновенный ум, бесстрашно берущийся за абстрактнейшие вопросы
теории, с чисто практической сметкой, приводящей к решению запутаннейших
вопросов практики. Т. Англия обязана блестящим состоянием в высших
школах ее математической физики; влияние его на развитие этой науки
легко прослеживается и на деятельности ученых других наций.
А. Г.
Томсон (Charles Wyville Thomson, 1830-82) - изучал медицину в
Эдинбурге, в 1850 г. читал лекции по ботанике при Kings College в
Абердине, с 1851 г. - при эдинбургском университете, а в то же время
занимался изучением низших морских животных. В 1853 г. назначен
профессором зоологии и ботаники при Queen's College в Kepk'е, а с 1854
г. состоял профессором минералогии и геологии при Queens College в
Белфасте, где с 1860 г. читал лекции и по зоологии, и по ботанике; в
1870 г. Т. перешел профессором естествознания в эдинбургский
университет, где преподавал до 1881 г. Будучи профессором геологии, Т.
изучал преимущественно ископаемых трилобитов и усоногихи написал ряд
работ. Помимо этого Т. написал великолепные работы по губкам и по
развитию иглокожих. Главнейшие заслуги Т. заключаются, однако, в том,
что благодаря его инициативе наступила новая эра в изучении
глубоководных морских животных, почти что неизвестных до того времени.
Благодаря стараниям Т., английское адмиралтейство снарядило в 1868 г.
казенный пароход для научного исследования сев. Области Атлантического
океана. Результаты этой экспедиции Т. сообщил в своем известном труде
"The deapths of the Sea". В следующем году Т. участвовал в новой
экспедиции, имевшей целью изучить фауну Бискайского залива. Эти обе
экспедиции, вызванные инициативой Т., дали настолько неожиданные по
своему богатству результаты, что английское правительство решило
приступить к дальнейшему и более обстоятельному исследованию разных
морей и с этой целью снарядило пароход "Чэлленджер" (Challenger),
приспособленный к глубокодонным исследования и снабженный новейшими
приборами для ловли, изучения и консервирования морских животных,
назначив Т. начальником научной части новой экспедиции. Результаты этой
экспедиции, длившейся три с половиной года (18721876), превзошли по
богатству добытых материалов и сведений по физическим условиям
исследованных морей всеобщие ожидания. В научной обработке добытых
материалов Т. принял живое участие, а также дал подробный отчет о
деятельности экспедиции. Из многочисленных работ Т. заслуживают особого
снимания: "On new genera and species of Polyzoa in the collection of W.
H. Harvey" (Л., 1858); "The Embryology of the Echinodermata" (Л.,
1863-64); "On the Embryogenie of Antedon rosaceus Sink" (Л., 1865); "On
the "Glassrope" Hyalonema" (Л., 1867); "On the "Vitreous Sponges" (Л.,
1868); "On the depths of the Sea" (Л., 1869); "On the Crinoids jof the
"Porcupine" Deap Sea Dredging Expedition" (Эдинбург, 1869-72); "The
relations between Zoology and Palaeontology" (Л., 1871); "South
Atlantie" in a letter to Admiral Richards" (Л., 1874); " On the
Echonoidea of the "Percupine" Deap Sea Dredrging Expedition" (Л., 1874);
"les Crinodides des mers actuelles" П., 1875); "Preliminary Notes on the
Nature of the Sea-bottom procured by the Soundings of H. M. S.
Challenger during her Cruise in the "Southern Sea" in the early part of
the year 1874" (Л., 1875); "The Voyage of the Challenger: The Atlantic
etc." (Нью-Йорк, 1878, 2 т.); "Notice of some Peculiarities in the Mode
of Propagation of certain Echonoderms of the Southern Sea" (Л., 1878)ж
"Notice of new living Crionids belongingn to the Apiocrinidae" (Л.,
1878); "The Elasmopoda, a new order of Holothuridea" (Л., 1880). C
1861-65 гг. Т. принимал участие в издании журнала "Natural History
Review, a Quarterly Journal of Biological Science" (Л., 1861-65).
Н. Н. А.
Тон. - музыкальный термин, обозначающий каждый звук определенной
высоты. Более частые колебания воздуха дают более высокие Т., более
редкие - низкие Т. Этим не ограничивается применение этого термина,
которое обширно и нередко сбивчиво. Т. (Тоnus) есть также расстояние
двух звуков, составляющее большую секунду, полутон
- расстояние в малую секунду. Гамма есть диатонический звукоряд, в
котором звуки отстоят от своих соседних на тон или полутон. Совокупность
звуков, принадлежащих одной и той же гамме и взятых в любом порядке,
также называется Т. Так как существует только одна диатоническая гамма
или тоновая лестница (звукоряд на белых клавишах фортепиано),
заключающая в себе мажорную гамму dо и минорную неискусственную lа (а
также гаммы, называемые церковными ладами), то другие гаммы, построенные
на ступенях хроматической гаммы совершенно так же, как гаммы dо мажор и
lа минор, являются только транспонировкой вышеупомянутых двух гамм, т.
е. их повторением, начиная не со звука do или la, а с другого.
Транспонированные гаммы do и lа носят название гамм с присоединением
названия тоники, с которой каждая из них начинается, напр. гамма 1а
бемоль мажор или fa минор. Транспонированные или перестроенные Т.
следовало бы скорее называть строями или тональностями (Tonart), но в
обычай вошло называть как Т. do majeur
- la mineur, так и все тоны, происшедшие от их транспонировки (напр.
Т. re bemol majeur - si bemol mineur, re majeur - si mineur, mi bemol
majeur - do mineur, всего 12 мажорных и 12 минорных), тонами, строями
(Tonart, mode, ton, tono) или ладами; последний термин скорее относится
к церковным ладам, получившим в России название гласов (tonus или modus
ecclesiasticus). Существует еще термин, заменяющий термин Т. - это вид
(Tonart). Мажорные и минорные наклонения в тонах называются родами
(Tongeschlecht): Т. do majeur называется видом do, мажорного рода, Т. la
mineur - видом la, минорного рода. Такая терминология применяется реже;
она встречается, напр., во "Всеобщем учебнике музыки" Маркса, изд. под
редакц. А. С. Фаминцына.
Н. С.
Тон (в живоп.). - Физическая характеристика цвета, принадлежащего к
простым или основным цветам, определяется его местом в солнечном
спектре, степенью его чистоты (т. е. примесью к нему белого света,
большей или меньшей силы, или же полным отсутствием всякой примеси) и
степенью его светлоты. Большинство красок, употребляемых в живописи,
очень различаются цветом от спектральных, и только некоторые краски
приблизительно подходят к цветам спектра. Тем не менее можно почти все
краски разделить на группы, которых наименования одинаковы с названиями
спектральных. Так, напр., крапплак, киноварь и жженая светлая охра -
могут быть названы красными, при всем резком различии одной от другой.
Ближе одна к другой - киноварь горная и киноварь китайская, но и между
ними есть различие, которое и называют тоном: обе эти киновари разного
тона. Подобно этому краски темный кобальт (употребляя торговые названия)
и средней светлоты ультрамарин принадлежат к группе синих, но
характеризуются каждая своим Т. Рассматривая те и другие чрез призму,
можно видеть, что цвет, напр., киновари содержит в себе, кроме
соответственного спектрального красного, еще слабые оптические примеси
других, близко к красному лежащих в спектре цветов, что и обусловливает
Т. киновари. Также и Т. зеленых и синих красок происходят от состава
оптической примеси к их основному цвету еще оранжевых, фиолетовых и
других цветов. Очень сложные Т. (напр. коричневые) иногда совсем не
могут быть отнесены по общему впечатлению к какой-либо части спектра. В
картине может господствовать тот или другой Т., а все частные Т. должны
гармонировать между собой. Смотря по впечатлению от Т., ему дают, кроме
общих красочных названий, и множество других: золотистый, серебристый,
спокойный, кричащий, глухой и т. п. Издавна Т. разделяются художниками
на холодные и теплые. К первым относятся все фиолетовые, синие, голубые
и зелено-голубые, ко вторым - красные, оранжевые, желтые и
зелено-желтые; есть зеленые и пурпуровые Т., не причисляемые ни к
теплым, ни к холодным. Так разделяются и спектральные цвета. Они могут
быть изменяемы в отношении силы света, и когда крайности освещения
велики, то и каждый спектральный цвет без всякой примеси изменяется
несколько в Т.: стоит сравнить очень яркий спектр с очень темным. Вообще
Т., как характеристика цвета, обусловливается степенью сложности цвета и
его световой силой.
Ф. П.
Тонзура (лат. tonsura) - остриженное место на макушке у католических
духовных лиц, символ отречения их от мирских интересов. С давних пор
существовал обычай, по которому кающиеся остригали себе голову наголо;
затем этот обычай переняли монахи, а в VI в. и все христианские духовные
лица; это было узаконено четвертым толедским собором 633 г. Т.
различалась двух родов: Т. апостола Павла, когда наголо остригалась
передняя часть головы, и Т. апостола Петра, делавшаяся на макушке в
форме кружка. Первый род Т. был обычен в греческой церкви, а в несколько
измененной форме (Т. апост. Иакова) - также у британцев и ирландцев;
второй род Т. общепринят в западной церкви у монахов и священников. В
настоящее время Т. обыкновенно производится одновременно с посвящением в
низший духовный сан, причем она бывает величиною с небольшую монету; у
священников она величиной с гостию, у епископов - еще большие, а у папы
оставляется лишь узкая полоса волос над лбом.
Тоника - первый звук каждой гаммы, с которого она начинается и
которым кончается; напр. в гамме до Т. - до. Трезвучие, построенное на
Т., называется тоническим. При обращении этого трезвучия Т., не находясь
в основе обращенного трезвучия, сохраняет свое название.
Тонус - мышечный, сосудистый - обозначает известную степень
длительного непрерывного сокращения: в первом случае - мышц нашего
скелета, во втором - гладких мышц стенок кровеносных сосудов.
Топаз (тяжеловес) - минерал ромбической системы, бипирамидального
класса.
Отношение осей. а: b: с = 0,52854: 1:0,95395 (по Кокшарову).
Отношения эти колеблются у Т. различных месторождений. Встречается как
отдельными кристаллами, так и в виде плотных масс. Кристаллы,
обыкновенно сидящие отдельно, достигают иногда значительной величины
(известны кристаллы более 30 фн. весом). Обычный вид их призматический,
вследствие развития форм {110} и {120}, грани которых обыкновенно,
покрыты грубыми вертикальными штрихами. Комбинации порой очень сложны.
Число известных форм очень велико (более 150). Спайность параллельно
(001) весьма совершенная, так что даже самые лучшие кристаллы имеют
трещины, идущие в этом направлении. Твердость 8; уд. вес 3,4-3,6. Излом
от раковистого до неровного. Блеск стеклянный - от совершенно
прозрачного до просвечивающего в краях. Плоскость оптических осей -
плоскость симметрии. Первая биссектриса - вертикальная ось. Двойное
лучепреломление положительное. Угол оптических осей очень сильно
меняется, в зависимости от отношения F : OH, в пределах: 2Е (для
Na-лучей) = 71°13' (Т. из Mugla в Малой Азии) - 126°24' (Т. из Thomas
Range в Утахе). Показатели преломления (бесцветный Т. из Бразилии):
Фраунгоф.линии a b g 2n 2E E 1,61452 1,61668 1,62408 56°59' 100°55' F
1,61701 1,61914 1,62652 56 43 100 32 G 1,62154 1,62356 1,62123 55 51 99
0 H 1,62539 1,62745 1,63506 55 11 97 50

При нагревании угол оптических осей сильно изменяется, напр. :
2Е=119° (при 20° Ц.) и 123° (при 250°Ц.). Обнаруживает очень сильное
пироэлектричество. Характер распределения его по поверхности кристаллов
еще не выяснен достаточно. Перед паяльной трубкой не плавится. При
нагревании с фосфорной солью в трубочке дает ясную реакцию на фтор.
Кислоты на Т. не действуют, и только серная кислота очень слабо
разлагает его. Окрашены бывают кристаллы Т. в очень разнообразные цвета:
желтоватый, голубой, розовый, синеватый. Совершенно водяно-прозрачные
кристаллы тоже не редкость. Под влиянием света некоторые разновидности
теряют свои цвета. Сильный жар тоже изменяет окраску, чем и пользуются
для получения, наприм., розовых Т. Прозрачные и приятно окрашенные
разновидности Т. шлифуются и считаются драгоценными камнями второго
класса (на Урале ювелиры и гранильщики употребляют исключительно
название "тяжеловес", название же "Т." они дают горному хрусталю и его
разновидностям; с Т. не надо смешивать "золотистый Т." и "дымчатый Т.",
которые представляют разновидности кварца). Особенно красивы синеватые
уральские и розовые и фиолетовые Т. из Бразилии. Все почти известные
месторождения Т. находятся в древних кристаллических породах. Наиболее
известные из них: Урал. Здесь особенно знамениты топазовые копи в
окрестностях дер. Алабашки и в Ильменских горах. Т. окрестностей
Алабашки сидят, обыкновенно, в небольших пещерках в крупнозернистом
граните. Стены этих пещерок покрыты прекрасными кристаллами полевого
шпата, слюды, турмалина, дымчатого хрусталя и Т., отдельно сидящие,
вросшие одним концом в гранит кристаллы которого достигают иногда очень
значительных размеров, весом в нисколько фунтов. Обыкновенно они
окрашены в синеватый цвет и считаются самыми красивыми из всех известных
Т. Штуфы с хорошими кристаллами ценятся по несколько сотен рублей. В
последнее время здесь добывают мало Т., так как лучшие копи уже
выработаны. Великолепные коллекции кристаллов уральских Т. находятся в
музее горного института в Спб, в Британском музее в Лондоне. Кристаллы
имеют обыкновенно очень простые комбинации (см. фиг.1; на этой и на
следующих фигурах буквами обозначены формы M= {110}, l={120} , i= {113},
P={001}, y={021}, h={103}, f= {011}, b= {010}, d= {101}, x= {123}, v=
{122}, o= {111}, e= {221}, g= {130}, w= {041}, u= {112}, b = {012}, s=
{136}, t= {135}, q= {213}, t = {314}), но иногда попадаются и очень
сложные кристаллы. Т. Ильменских гор (месторождение лежит на восточной
стороне Ильменского озера, в окрестностях Миасского завода) бывают или
совсем прозрачные, бесцветные или трещиноватые, грязного желто-белого
цвета. Кристаллы первого типа дают очень сложные комбинации, кристаллы
второго типа, наоборот, очень просты. В Южном Урале, в золотых россыпях
по р. Каменке, встречаются прекрасные Т. розового и винно-желтого цвета.
В Нерчинском округе Т. добываются в трех месторождениях: Адун-Чилоне, в
Борщовском и Кухусеркенском кряжах. Т. из Адун-Чилона резко отличаются
от всех прочих месторождений. Они обыкновенно собраны в друзы и
заключены в так называемой "топазовой породе" (смесь Т. и кварца) вместе
с бериллами и дымчатыми Т. Комбинации их очень несложны, особой красотой
они тоже не отличаются, большей частью сильно трещиноваты. Т. же двух
последних месторождений, наоборот, отличаются приятным винно-желтым
цветом, очень прозрачны и достигают иногда колоссальных размеров (в
Музее Горного Института один кристалл из этого месторождения имеет 19
стм. высоты, 21 стм. ширины и весит почти 32 фн.). Из иностранных
месторождений Т. особенно известны: Schneckenstein в Саксонии (не
особенно большие, но порой очень красивые светловинно-желтые кристаллы,
сидящие в топазовой породе; комбинации их не сложны;, Ehrenfriedersdorf
и Altenberg, в Саксонии же, Schlaggenwald в Богемии, San Louis Potosi в
Мексике. Чрезвычайно красивые кристаллы Т. добываются в провинции Minas
Geraes около Boa Vista (в округе Villa-Rica). Кристаллы окрашены в
прекрасные винно-желтый, фиолетовый, лиловый цвета (желтые кристаллы
становятся после прокаливания розовыми). Комбинации их очень типичны.
Масса других месторождений дают менее хорошие кристаллы. В некоторых
месторождениях (напр. Mount Bischoff в Тасмании) Т. с кварцем образуют
горную породу, похожую на порфир. По химическому составу, Т принадлежит
к группе силикатов и состав его выражается формулой: SiO4 Al2(F. OH)2.
Привожу несколько анализов Т. различных месторождений:

Месторождения SiO2 Al2O3 Fl Сумма Scheckenstein 33,24 % 57,45 % 14,99
% 106,68 % Миаск 33,68 56,36 17,11 107,15 Адун-Чилон 33,56 56,28 18,30
108,14 Бразилия 33,73 57,39 16,12 107,24 Теоретич. 33,22 56,54 17,61
107,37 Cp. Hintze, "Handb. d mineral." (II, стр. 102-127); Кокшаров,
"Материалы для минералогии России" (II, 112-192); Goldschmidt, "Ind. d.
Krystall. d. Miner." (3, 223-230); Dana, "Syst. of Miner." (1894,
492-496); M. Bauer, "Edelsteinkunde" (371-386).
В. В.
Топливо. - В жизни людей произошли, без сомнения, крупнейшие
изменения с открытием горения Т. и с пониманием его применений. Этим
путем не только получалось орудие против хищных зверей, которые боятся
огня, но и значительно расширялась область распространения людей,
благодаря увеличению количества веществ, пригодных для питания, и
возможности жить в местностях, не обладающих благами тропических стран.
Т., как одежда и жилье, становится неизбежным предметом общей
потребности и первым удалением от природной или животной простоты жизни.
Т. во все века, доныне и еще долго впереди, было и будет одним из
важнейших средств для обладания природою, потому что содержит в себе
скрытый или химически связанный запас мировой энергии. Оно не только
прямо служит для получения тепла и для многих производств (добывание
железа и других металлов, производство глиняных, стеклянных и т. п.
изделий), но косвенно составляет, с XIX в., главнейший источник для
получения сил и для передвижений по воде и суше. Чтобы судить о значении
Т. в среде других средств, которыми живут современные люди; приводим по
Мюльгаллю (Mulhall, 1895) свод сведений о ценности всех годовых оборотов
сельского хозяйства и промышленности, (считая в том числе всю горную,
ремесленную, фабричную и заводскую) для 6 крупнейших стран, на основании
данных первой половины 90-х годов (1892-1894) и переводя их в миллионы
рублей:

Приход (доход от всего годовогопроизводства)
сельск. хоз-во промышленность Россия 3 075 2 316 Франция 2 373 3 161
Германия 2 373 3 730 Англия, Шотл. иИрл. 1 310 4 983 Австро-Венгрия 1
822 1 822 С.А.Соед. Штаты 4 632 11 390
15 585 27 402 Общее количество Т., потребляемого указанными странами,
неизвестно, но известно, что в них в последнее время получается около
610 (а именно в России около 13, во Франции 31, Германии 128, Англии
205, Австрии 30, в Сев. Амер. Соед. Штатах около 200) миллионов тонн
(метрических) каменного угля или около 37 миллиардов пуд. Считая цену
пуда на местах потребления от 10 до 20 к., получим, что один кам. уголь
в этих странах обходится от 3,5, до 7,5 миллиардов руб., т. е. стоит уже
около половины того, что доставляет все сельское хозяйство. Принимая же
во внимание ценность древесного, торфяного, нефтяного и др. видов Т.,
производимого в указанных странах, можно с уверенностью утверждать, что
ныне в образованных странах цена потребляемого Т. если не выше, то по
крайней мере близка к цене хлебных и других пищевых товаров, получаемых
теми странами. Это тем поразительнее, что еще в XVIII столетии роль и
значение Т. были во много раз меньше, чем роль и значение хлебных
товаров. А так как в ценах Т. нельзя ждать понижений и цены на каменный
уголь, начавшие уже возвышаться с 1899 г., вероятно, будут постепенно
возрастать, как растут повсюду и цены древесного Т., цены же хлебов
(вследствие их подвозки в Европу из более отдаленных и теплых и мало
населенных стран) если возвышаются, то лишь очень медленно и с большими
колебаниями (в зависимости от урожаев), то страны, подобные России,
добывающие мало каменных углей, должны особенно заботиться об усилении
своей добычи каменного угля и о достижении его дешевейшей подвозки
(водяными путями), если не желают отстать в развитии своей промышленной
жизни, требующей прежде всего потребления большого количества Т. В этом
отношении наиболее благоприятное будущее ожидает Донецкий край, с его
громадными каменноугольными богатствами, и ту полосу Сибири, которая
идет около средних течений Оби и Иртыша; Кузнецкий каменноугольный
бассейн и Экибастуз (в Киргизской степи, около Павлодара) представляют
каменноугольные залежи исключительно богатые, а на низовьях названных
рек и их притоках расположены сотни тысяч десятин лесов, что дает
возможность быстрому развитию там множества видов промышленности,
требующих Т. Месторождения уральского, подмосковного, польского,
кавказских и др. каменноугольных бассейнов тоже могут доставить
громадную массу Т., необходимую России. Некоторые из ее краев богаты еще
лесом, могущим при правильном обороте рубки давать немало Т.;
торфяниками изобилуют многие местности России; Кавказ снабжен запасом
нефти, некоторые виды которой представляют малое содержание ценных
продуктов, а потому естественно назначаются для Т. Снабжение России
топливом не может, поэтому, представить препятствия для широкого в ней
развития промышленной деятельности.
Д. Менделеев.
Топографическая анатомия - отдел анатомии, рассматривающий отдельные
участки и области тела, причем главное внимание обращается на взаимное
расположение и соотношение органов. Другой отдел - анатомия
систематическая или описательная распределяет органы по системам, в
зависимости от их строения и отправления.
Топография (от topoV - место и grajw - пишу) - часть естествознания,
имеющая предметом подробное изучение видимой физической поверхности суши
в геометрическом отношении; этим отличается Т. от геодезии, которая
занимается изучением общего вида всей земной поверхности. Различие
геодезии и Т. легко понять из следующего простого примера. Пусть
требуется подробно исследовать поверхность какого-нибудь физического
тела. Вообще говоря, каждое тело представляет многогранник, ограниченный
несколькими плоскостями. Сперва измеряют протяжения этих плоскостей и
составляемые ими углы, затем приступают к подробному изучению каждой
отдельной грани; заметив, что неровности и шероховатости граней состоят
из сочетаний весьма разнообразных кривых поверхностей, определяют их по
точкам, относя встречающиеся выпуклости и углубления к плоскостям,
представляющим эти грани лишь в общих чертах. В этом примере определение
общего вида тела и размеров его граней можно сравнить с определением
общего вида Земли, которым занимается геодезия; изучение же
шероховатостей, выпуклостей и углублений каждой отдельной грани подобно
исследованию неровностей и очертаний местных предметов на земной
поверхности, составляющему предмет Т. Так как общий вид Земли близок к
сфероиду весьма больших размеров, то при подробном изучении частей
земной поверхности, небольшие участки сфероида принимают за плоскость, к
которой и относят все неровности рельефа. Такое допущение облегчает
задачу Т. и позволяет пользоваться весьма простыми инструментами.
Результаты подробного изучения земной поверхности представляются
обыкновенно в виде плана, т. е. графического изображения всех местных
предметов на бумаге; поэтому съемка планов и составляет главную задачу
Т. Съемка производится особо назначенными к тому инструментами,
правильное пользование которыми требует знания их устройства и умения
исследовать и исправлять их недостатки, следовательно, помимо описания
производства съемок, в Т. должно входить изучение устройства,
исследования и употребления так наз. топографических инструментов, равно
как умение устранять или ослаблять влияние неизбежных инструментальных
погрешностей. Изучение земной поверхности в геометрическом отношении
издавна составляло предмет заботы как отдельных лиц, так и правительств
разных народов. Вспомним, что именно на поверхности суши почти
исключительно сосредоточена вся деятельность человечества; от внешнего
вида страны зависит и быт ее обитателей. Наибольшая часть наших познаний
опирается на Т. и связанные с нею науки. Изображение местности
необходимо не только естествоиспытателям, изучающим природу в
обширнейшем значении этого слова, но также сельским хозяевам,
промышленникам, инженерам и другим деятелям. Но нигде готовые
изображения страны не имеют такого важного значения, как при военных
действиях. Во всех других случаях можно отсрочить работу до составления
нового изображения, или до исправления существующего; в военном же деле
это немыслимо, так как современные войны возникают часто внезапно. Хотя
огромные пространства всех просвещенных стран уже зарисованы и даже
напечатаны, но по большей части это так наз. межевые планы, на которых
показаны лишь границы владений и род угодий. В военное время не
разбирают, кому принадлежит данный участок или где поставлены меновые
знаки; на театре военных действий всего важнее знать степень
проходимости или недоступности данного пространства, что обусловливается
главным образом неровностями поверхности, расположением гор, долин и
рек, причем большое значение имеют не только непроходимые горные хребты,
но и ничтожные складки местности, могущие служить прикрытием войск от
взоров и выстрелов неприятеля. Вот почему государственные съемки
производятся почти исключительно средствами и чинами военного ведомства.
- Уже древние образованные народы составляли чертежи, первообразы
современных топографических планов. К этому принудила, вероятно,
настоятельная необходимость рыть канавы для орошения бесплодных участков
и осушения болот. Подобные работы требовали предварительного изучения
местности, чтобы определять относительные превышения отдельных точек.
Впоследствии частные сведения сводились вместе и явились сплошные
изображения целых стран. История сохранила имя греческого астронома и
путешественника Питеаса, уроженца Массилии (нынешняя Марсель), который в
IV веке до Р. Хр. побывал во многих странах, посетил, по-видимому, даже
Исландию и оставил сочинение, названное им "Периплюс", заключающее
топографическое описание почти всех известных тогда областей, к которому
приложены чертежи и карты. Незнание истинного вида и размеров Земли и
грубость способов определения географических широт и долгот в древности
не позволяли получать карт, удовлетворительно изображающих
действительную поверхность суши, но собственно описания стран
составлялись и тогда довольно точно и подробно. В настоящее время, за
исключением приполярных областей, вся земная поверхность изучена в общих
чертах, и ближайшею задачею исследования является именно подробное
изучение отдельных стран. Все государства стремятся знать свои владения
во всех подробностях, так как готовые карты служат основанием всех
общественных и частных работ на местности. Из сочинений по Т., кроме
указанных в статье Геодезия (VIII, 402), пользуются известностью: В. Н.
Травин, "Руководство к низшей геодезии" (М., 1893-1898); Н. А.
Богуславский "Курс геодезии" (СПб., 1897); Н. Д. Артамонов, "Курс низшей
геодезии" (СПб.. 1899); A. Lehagre, "Cours de Topographies (П., 1881) и
E. Prevot, "Topographie" (П., 1900). -Новейшие сведения печатаются
обыкновенно в физико-математических журналах; специально Т. посвящены:
"Труды топографо-геодезической комиссии" (Москва) и "Zeitschrift fuer
Vermessungwesen".
В. Витковский.
Тополь (Populus L.) - род растений, вместе с родом Salix L. - ива -
составляющий сем. ивовых. Деревья. 18 видов в сев. полушарии. Главнейшие
из них следующие: Р. alba L. - серебристый Т. - листья снизу
беловойлочные; южн. и средняя Европа, сев. Африка, средняя полоса Азии.
P. tremula L. - осина - листья округлые, голые; распространена как
серебристый Т., но идет дальше на С. P. nigra М. - осокорь - листья
треугольно-яйцевидные, с обеих сторон одинаковой окраски, молодые побеги
желтые, круглые, ветви на узлах со вздутиями; распространен как
серебристый Т. Пирамидальный Т. с ромбическими листьями и прямо вверх
обращенными ветвями есть разновидность осокоря (var. pyramidalis
Ropier); родина его, вероятно, Восток. Р. саnadensis Michx. (= P.
monilifera Ait.) - канадский Т. из Сев. Америки, отличается от осокоря
красноватыми, гранеными молодыми побегами и ветвями без вздутий:
разводится. P. balsamifera L. - бальзамический Т. - из Сев. Америки;
листья сверху темно-зеленые, снизу бледные, яйцевидные или
яйцевидно-ланцетные, длина их не более как в 1,5 раз превышает ширину;
разводится. P. suaveolens Fisch - душистый Т. - отличается от
бальзамического Т. более удлиненными, яйцевидно-эллиптическими листьями:
дико в Сибири, Туркестане, Китае и Японии, часто разводится. P.
laurifolia Ledb. - лавролистный Т. - из Сибири, отличается от двух
последних остро ребристыми ветвями; часто разводится. P. candicans Ait.
- крупнолистный Т.-из Сев. Америки, листья широко сердцевидные или
широко треугольные, снизу бледные; часто разводится. P. Euphratica Oliv.
(=Р. diversifolia Schrenk) - разнолистный Т. - замечателен тем, что на
дереве находятся листья различной формы, от линейных через яйцевидные и
ромбические до округлых; юго-зап. Азия, сев. Африка, в России в
Туркестане и южной части Эриванской губ.
В. Тр.
Тор (Thor) - в скандинавской мифологии бог грома, сын Одина и Иорды
(земли); имел самое большое значение между всеми азами. Изображался в
виде юноши с рыжей бородой; обладал тремя страшными знаками отличия -
громовым молотом Миольнир, который постоянно попадал в цель и сам собой
возвращался обратно, поясом силы Мегингярдар и железными перчатками. Т.
находился в постоянной вражде с родами исполинов Иотов и Турсов и с
Иормунгандаром (змеей Мидгард); впоследствии во время сумерок богов
(Gotterdammerung), он их убил, но при этом сам был умерщвлен их ядовитым
дыханием. Его жена Сиф имела от прежнего брака сына Улль, быстрого
стрелка из лука, а от Т. родила дочь Труду ("сила"); от Иарнаксассы Т.
имела двух сыновей, Магни ("Крепость") и Моди ("мужество").
Местопребыванием Т. служил Трудгейм или Трудванг ("страна или поле
силы"), где находились палаты Бильскирнир. Ср. Uhland, "Der Mythus vom
Thor" (Штутг., 1836).
Тора (евр. учение, закон) - у евреев так называются закон Моисея и
пятикнижие, заключающие в себе этот закон. Сефер- Т. называются
пергаментные свитки, написанные особыми писцами с величайшей
тщательностью и содержащие в себе Пятикнижие Моисеево.
Торвальдсен (Бертель или Альберт Thorvaldsen) - один из величайших
скульпторов, род. в Копенгагене 19 ноября 1770 г. Отец Т., исландец по
происхождению, был резчиком по дереву и, желая иметь в сыне помощника,
пристроил его, в 1787 г., в ученики копенгагенской академии художеств.
Всего два года спустя, он был награжден по классу скульптуры малой и
большой серебряными медалями, в 1791 г. мал. золотой, а в 1793 г.
большой золотой медалью, с которою было соединено право на получение
стипендии для трехлетнего пребывания в чужих краях. В 1796 г. отправился
в Италию. Главным его наставником в Копенгагене был даровитый датский
скульптор Видевельт, от которого Т. впервые научился также любить и
ценить античное искусство. Работы молодого Т. на родине не только
выказывали его подающим блестящие надежды учеником, но и самостоятельным
художником, хотя в настоящем смысле слова Т. "нашел себя", как
художника, лишь в Италии, где с восхищением погрузился в богатый мир
античного искусства и с величайшим вниманием изучал Рафаэля. Конец XVIII
и начало XIX века ознаменованы в истории искусства усиленным исканием
новых путей и тяготением к изучению природы и чистого античного
искусства, с целью обновления устарелых условных форм современного.
Когда Т. явился в Рим, тогдашний художественный центр Европы, программа
нового искусства была таким образом до известной степени уже начертана и
ждали только гениальных художников, призванных осуществить ее, сказать
"новое слово". В области скульптуры таким избранником суждено было
явиться Т. Первым произведением, показавшим его вступление на новый
путь, была статуя "Язон", о которой соперник Т., Канова, отозвался, что
это - "uno stilo nuovo e grandioso". Она положила начало первому
славному периоду творчества Т. (1803 г.), когда он, почерпая сюжеты из
греческой и римской мифологии, создал новую эру в скульптуре и воскресил
античное искусство. Гениальность Т., однако, не допустила его сделаться
повторением античных скульпторов, напр. Фидия. или Праксителя, к
которым, особенно к последнему, его часто неосновательно приравнивали.
Античное искусство было для Т. в сущности лишь источником вдохновения, в
самом же творчестве своем он всегда оставался в высшей степени
индивидуальным, верным своему своеобразному гению, одинаково сильному и
в области статуи, и в области рельефа. Для выражения мощных
художественных идей служили Т. крупные статуи, рельеф же давал исход
целому сонму грациозно шаловливых, нежно любовных и пр. мыслей и чувств,
постоянно волновавших его фантазию. Работал Т. неутомимо, при чем
обыкновенно прежде, чем приступить к лепке задуманной модели, набрасывал
ее карандашом и разрабатывал в эскизах, иногда до 20 и более раз. С 1803
г. по 1819 г. Т. исполнил массу крупных и мелких статуй и рельефов. Так,
с небольшими промежутками появились одно за другим произведения: "Пляска
муз на Геликоне" (бар.), "Вакх", "Ганимед", "Аполлон", "Венера с
яблоком", "Марс", и "Адонис", "Лето" и "Осень" (бар.), ряд барельефов и
медальонов для Христиансборгского дворца, фризы для Квиринального
дворца: "Триумфальный въезд Александра в Вавилон", "Приам и Ахилл",
всемирно известные медальоны барельефы "День" и "Ночь", "Геба",
"Ганимед", "Танцовщица", "Пастух", "Надежда" и "Меркурий, готовящийся
убить Аргуса"; последняя статуя принадлежит к самым выдающимся шедеврам
Т. Кроме того, в этот же период Т. выполнил много замечательных
надгробных памятников по заказам правительств и частных лиц и несколько
барельефов, сюжетами для которых служили сцены из земной жизни Христа.
Наконец, после 23 летнего пребывания на чужбине, Т. собрался съездить на
родину, но через год вновь вернулся в Рим. Находясь в Дании, он исполнил
несколько небольших работ, но главным результатом этой поездки в
отечество было получение заказа, влившего новую мощную струю вдохновения
в творчество Т., поставив для него задачей разработку дотоле чуждого ему
христианского элемента. Т. поручено было выполнить для копенгагенского
собора Богоматери (Frue Kirke) статуи Христа и 12 апостолов, а также
фриз "Иоанн, проповедующий в пустыне". Взялся за новую задачу Т. без
особого увлечения, но чем больше вдумывался в нее, тем больше отдавался
ей и в конце концов решил ее достойно своего гения, дав человечеству в
статуях Христа и некоторых из апостолов (напр. Иоанна Богослова)
гениальные произведения, единственные в своем роде как по глубине и
универсальности идеи, так и по совершенству исполнения. Исполнением
этого заказа начался второй период деятельности Т. Нередко возвращаясь к
сюжетам из греческой и римской мифологии, он стал создавать главным
образом крупные произведения в христианском духе, а также колоссальные
памятники историческим лицам и событиям. Ряд последних открывается
знаменитым "Люцернским львом" (в память швейцарцев, убитых в Париже в
1792 г.), наиболее же замечательными монументами в честь отдельных
исторических лиц являются статуи Коперника и Понятовского (в Варшаве),
Пия VII (в Риме), герцога Лейхтенбергского (в Мюнхене), Байрона,
Максимилиана Баварского, Гуттенберга (в Майнце), Шиллера (в Штутгарте) и
Конрадина (в Неаполе). Кроме исчисленных произведений, по большей части
весьма значительного размера, и упомянутых выше работ на сюжеты из
античного мира (небольшие барельефы), ко второму периоду деятельности Т.
относится масса мелких и крупных работ, статуй и портретных бюстов
разных современников; из статуй этого рода особенно замечательна статуя
графа Потоцкого. Как ни резок может с первого взгляда показаться переход
от произведений в античном духе к произведениям, воплощающим идеи
христианства, и затем к памятникам и статуям исторических и современных
лиц, на самом деле в творчестве Т. не происходило никакого перелома или
скачка. От всех его произведений одинаково веет духом мира, высшей
гармонии и красоты. Статуи и памятники, созданные Т., отнюдь не
являются, как его портретные бюсты современников, простыми портретами;
они - идеальные в классическом духе, олицетворения физического и -
главное - духовного существа данных лиц. Классическое благородство поз,
необычайная гармония всех частей каждой отдельной статуи или целой
группы, чисто античная красота линий и общий дух целомудрия и глубокого
душевного равновесия или невозмутимого мира - таковы характерные черты
творчества Т. Его здоровой, уравновешенной и целомудренной натуре
северянина, насквозь проникнутой чувством идеальной классической
красоты, несвойственно было изображение каких либо страстей, борьбы,
сильного страдания - всего, что нарушает гармонию телесного и духовного
существа. У Т. даже Христос, идущий на Голгофу, не изнемогает под
бременем креста, а остается Богом. Распятого, страждущего образа
Спасителя, вовсе не встречается в ряду произведений Т.; в этом он
сходится с Рафаэлем, у которого есть лишь одна такая картина, да и то
написанная в самую раннюю пору его деятельности, когда он был еще под
влиянием своего учителя Перуджино (находится в Дудлей-гоузе в Лондоне).
Знаменитая статуя Христа работы Т., украшающая собор Богоматери в
Копенгагене - бесподобное олицетворение божественного величия и вместе с
тем божественной любви и кротости. Дух мира, которым проникнуты все
вообще произведения Т., нашел здесь свое высшее выражение; Христос Т.,
зовущий в свои объятия "всех страждущих и обремененных", истинный "князь
мира", вечный миротворец, действительно могущий примирить все и вся в
своих объятиях. - Из произведений Т. в античном духе, снимки с которых
приложены к настоящей статье, следует упомянуть в особенности о "Гебе",
"Меркурии, готовящемся убить Аргуса", о статуе самого Т. и о барельефе
"Возрасты любви". Создавая статую "Гебы", Т. как бы соперничал с
Кановой, который всего за год до прибытия Т. в Рим, создал свою
известную статую Гебы, распространенную в гипсовых копиях по всему
свету. И в смысле верности античному духу и самой идеи, олицетворением
которой является Геба, северный художник одержал победу над итальянцем.
Геба Кановы, с роскошными зрелыми формами своего обнаженного торса, в
коротком одеянии, и в резво танцующей позе, скорее походит на
легкомысленную танцовщицу, на вакханку, тогда как Геба Т. - настоящая
олимпийская богиня в одеянии древнегреческих женщин и вместе с тем
истинное олицетворение девственно-чистой, ясной, как майское утро,
юности. Второе из названных произведений, которым восхищаются даже не
расположенные к Т. критики, занимает довольно изолированное положение в
творчестве Т. Сам сюжет - готовящееся убийство - уже довольно чужд Т.;
зато в обработке этого сюжета Т. остается верен себе. Он не имеет ничего
общего с Веласкесом, который изобразил бога Меркурия ползущим к своей
жертве на животе, с обнаженным мечом в руке. Т. выбрал из сюжета
сравнительно еще невинный, но захватывающий момент. На первый взгляд
столь безобидно-праздное положение полусидящей, полустоящей фигуры с
только что отнятой от губ цевницей, маскирует кровавый замысел. Правая,
с виду так мирно болтающаяся нога ,на самом деле прижимает пяткой ножны
меча, чтобы легче было вытащить последний рукой. Черты лица и поза
фигуры выражают напряженную бдительность и готовность перейти к
действию. Последнее передано в особенности превосходно, так и кажется,
что Меркурий сейчас встанет и выхватит меч. История происхождения этой
удивительной статуи в высшей степени характерна для уяснения того, как
работал Т. Однажды, отправляясь обедать, Т. заметил полусидящего,
полустоящего в дверях дома молодого итальянца, красота и оригинальность
позы которого поразила скульптора; он прошел было мимо, но с полдороги
вернулся и, застав юношу в той же позе, не замедлил хорошенько запомнить
все детали положения, затем наскоро пообедал и немедленно вернулся
домой, чтобы засесть за эскиз новой статуи, а на другой день уже
серьезно взялся за работу над моделью "Меркурия". Свойственное всем
произведениям Т. благородство поз и всего облика особенно ярко
сказывается в его собственной статуе, изваянной им самим. Это образ
монументальной широты, уверенности, твердости и олимпийского
спокойствия, говорящий о том, что олицетворяемый им и создавший его
человек- великий, редкий человек, гений. В барельефе "Возрасты любви"
трактуется тема, вообще проходящая красной нитью в творчестве Т. -
"власть Эрота". Т. как бы говорит целым циклом своих произведений: "Что
такое сила, власть, мужество, даже красота? Все решает в конце концов
любовь!" Но Эрот Т. не просто шалун и баловень олимпийского царства, это
- триумфатор, победитель богов и людей, отбирающий трофеи от великих и
мощных богов, седлающий и представителя воздушной стихии, орла Юпитера,
затем представителя водной стихии
- дельфина, усмиряющий адского цербера, доводящий мощного паря
зверей, льва, до того, что тот смиренно лижет ему ножку и пр.
Произведения Т. совершенно лишены чувственной подкладки, как была чужда
ее и самая натура Т. При разработке тем любви, он не обнаруживает и
восторженного опьянения ее властью, но просто изображает последнюю с
точки зрения спокойного, трезвого, хотя и сочувствующего, но в то же
время и слегка иронизирующего наблюдателя, с улыбкой превосходства
указывающего на все проникающую, решающую силу Эрота и с очевидным
удовольствием отмечающего, насколько важно для уразумения сути жизни
обращать внимание на этот скрытый фактор. Барельеф "Возрасты любви" не
что иное, как мягкая сатира на кратковременность власти Эрота,
основанной на законах природы. Девочка подросток с живым любопытством
глядит на выпускаемых на волю амурчиков; молодая девушка, преклонив
колени, приветствует маленького божка любви горячим поцелуем; женщина,
уже носившая плод любви под сердцем, обращается с божком довольно
небрежно, таская его за крылышки, как купленного на рынке гуся; занятый
житейскими заботами зрелый муж даже не замечает усевшегося к нему на
плечи Амура; зато старость, словно опомнившись, с сожалением тщетно
простирает руки вслед за улетающим от ее божком. В 1838 г. Т. решил
окончательно вернуться на родину. Здесь был оказан ему грандиозный
прием. Остальные годы своей жизни великий скульптор посвятил отечеству.
Крупными его работами в этот период являются фризы: "Въезд Христа в
Иерусалим" и "Шествие на Голгофу". Кроме них он исполнил много мелких
произведений и усиленно занимался разработкой плана и устройством (на
средства, собранные всенародной подпиской) музея, в котором должны были
поместиться все его произведения, частью оригиналы, частью копии в
мраморе и гипсе, эскизы и разные собранные им в течение всей его жизни
богатые художественные коллекции. Все это он по духовному завещанию
оставлял родине. Т. скончался внезапно, в Копенгагене, 24 марта 1844 г.,
присутствуя на вечернем спектакле в Королевском театре. Сооружавшийся по
плану архитектора Биндесбёля музей имени Т. и сделался вместе с тем его

<<

стр. 220
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>