<<

стр. 34
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

%. - 2) Другой, гораздо менее точный, но зато еще более простой и
дешевый прибор - бутирометр Маршана (Marchand). Он состоит из запаянной
с одного конца стеклянной трубки, на которой нанесены, с промежутками в
10 куб. см., три черты, причем от самой верхней идет вниз шкала с
делениями, отвечающими 0,1 куб. см. Для производства опыта наполняют
трубку испытуемым молоком до первой черты, потом приливают до второй
черты эфира и, закрыв отверстие пробкой, взбалтывают сильно в
продолжение минуты. Прилив затем до третьей черты спирта 90° и закрыв
трубку, взбалтывают опять содержимое некоторое время и опускают затем в
воду, нагретую до 40° Ц. Спустя десять минут, трубку вынимают, охлаждают
под краном, стараясь по возможности не взбалтывать образовавшегося слоя
жира, и отсчитывают по шкале высоту его. По приложенной таблице находим
процентное содержание жира. Ошибка здесь возможна до 0,2 %. Кроме этих
приборов имеется еще несколько других, из которых одни основаны на
оптических свойствах молока, его непрозрачности и т. д. - так называемые
лактоскопы; другие же - на свойстве жира всплывать вверх при долгом
стоянии - так называемые кренометры И. Г.
Бутлеров (Александр Михайлович) - знаменитейший русский химик и
видный общественный деятель, родился в дворянском семействе в г.
Чистополе, Казанской губернии, 25 августа 1828 г., и скончался 5 августа
1836 г. в той же губернии, в собственном имении, сельце Бутлеровке,
спасского уезда. Первоначальное воспитание Б. получил в Казани, сперва в
частном пансионе Топорнина, затем в 1-й местной гимназии. В 1844 г. он
поступил в казанский университет на естественный разряд
физико-математического факультета, где в 1849 г. и окончил курс со
степенью кандидата; в следующем году Б. поручено было чтение
университетских лекций по физике и физич. географии для медиков и
неорганич. химии для натуралистов и математиков; в 1851 г. он получил
степень магистра химии. Докторскую степень Б. получил в начале 1854 г. в
московском университете, и по возвращении в Казань был избран
экстраординарным, а 1858 утвержден в звании ординарного профессора. В
начале 1868 г. Б. пригласили, по инициативе проф. Д. И. Менделеева, в
петербургский университет, где с февраля 1869 года он начал чтение
лекций, а в 1870 году устроил в университете отделение химической
лаборатории для специальных работ по органической химии. Вскоре по
переходе в Петербург Б. (в начале 1870 г. ) был избран членом
Императорской Академии наук и заведовал сначала вместе с Зининым, а
затем один академической химической лабораторией. Б. умер в звании
заслуженного проф. петерб. университета, ординарного академика Имп.
Академии наук и профессора химии Высших женских курсов, состоя почетным
членом университетов казанского, киевского и московского и медицинской
академии, различных ученых обществ в России и заграницей. Вся мало
продолжительная, но полная плодотворнейшей деятельности жизнь покойного
Б. была посвящена излюбленной им науке и ее распространению. Имя его,
можно сказать, слито вплотную с насаждением и расцветом химии в нашем
отечестве, и неразрывно связано с развитием целого блестящего периода
органической химии на Западе, как в области ее теорий, так и в области
фактов их закрепляющих. Б., как химик и основатель целой химической
школы, пользовался громкою известностью не только у нас, но еще большею
заграницей. Кроме того. Б., страстно интересуясь и занимаясь некоторыми
отделами прикладного естествознания, немало потрудился в этой области, и
многого достиг, в особенности на поприще пчеловодства, где настойчивой
деятельностью на практике и в печати заново призвал к жизни русское
пчеловодство. Не менее громкую, хотя, конечно, не многим симпатичную
известность имеет имя Б. в сфере популяризации и разбора явлений так
называемого медиумизма.
Переходя к обзору деятельности Б., как крупного научного деятеля,
прежде всего должно обратить внимание на то, что он образовал и оставил
после себя в России целую школу исследователей по органической химии,
разрабатывающих эту науку в духе идей и приемов своего учителя.
Но чтобы быть творцом научной школы в стране, для этого требуется
соединение многих редких личных качеств, которыми в избытке обладал наш
знаменитый ученый педагог. С редкой живостью, ясностью мысли и речи - в
нем соединялась замечательная простота в обхождении и отзывчивость.
Страстная любовь к науке била в нем ключом и завлекала жаждущую истины
во всех ее видах молодежь. Б. и в лаборатории, и у себя в кабинете был
всегда доступен и практикантам-химикам, и любителям-пчеловодам, и
сторонним посетителям; для всякого находилось в запасе у Б. именно то,
что в данную минуту было всего нужнее, совет или поощрение, мягкая
критика или слова утешения (см. превосходную речь Г. Г. Густавсона: "А.
М. Бутлеров, как представитель школы", в "Журнале Р. X. О. " за 1887).
Укрепившиеся еще с средины 60-х годов выражения в химии: "Бутлеровское
направление", "Бутлеровская школа" сохранились во всей их силе и до сего
времени. Зовется это направление Бутлеровским потому, что Б. был одним
из творцов, как нового научного принципа - "химического строения", так в
особенности и всестороннего применения и развития этого последнего,
положенного им в основу и преподавания, и всех научных работ,
произведенных им лично и его учениками. Не входя в детальное
рассмотрение самого принципа, считаем, однако же, нужным указать, что
прошло почти тридцать лет после появления классических статей Б. по
установке принципа строения и двадцать пять истекло после выхода 1-го
издания его бессмертного "Введения к полному изучение органической
химии" и работ над изомериею простейших углеводородов и спиртов, - а
принцип за все это время применялся все шире и шире; теперь нет того
отдела в органической химии, куда бы его помощью не был внесен яркий
свет. Подобный широкий захват материала, подчинившегося принципу
строения, явился возможным только потому, что на ряду с ясным и точным
изложением основ учения о химическом строении, всюду, где было возможно,
выставлялись и предсказания; задачи, поставленные самим творцом теории,
тотчас разрабатывались, часто разрешались в лаборатории им лично и с
помощью учеников. Так зародилась "Бутлеровская школа", тесно связанная в
начале с возникновением Бутлеровского учения о строении. Первые пионеры
школы научились у первоисточника не только работе лабораторной, со
своеобразными приемами и методами исследования веществ, трудно
получаемых и нередко в ничтожных количествах, но и особым приемам
трактования предмета исследования, по которому частности подчинялись и
ярко освещались единым общим принципом. В статье "О химическом строении"
придется еще вернуться к значению всего созданного Б., здесь же вкратце
проследим общий ход только самых важнейших его работ по органической
химии, интерес и значение которых не только не теряется до сих пор, но
по отношению к некоторым даже возрастает. С конца 50-х годов начинают
появляться исследования наипростейших органических соединений с одним
паем углерода в составе, начатые Б. в лаборатории Вюрца в Париже,
продолженные в Казани и давшие науке способы образования, свойства и
превращения веществ, важность которых для науки и практики, можно
сказать, с тех пор все более и более увеличивается. Так, упомянем о
приготовленном Б. йодистом метилене. CH2I2 (из йодоформа действием
C2H5ONa), который, благодаря своему высокому удельному весу (тяжелейшая
из всех органич. жидкостей) 3,842 и сравнительной стойкости, стал в
последнее время обиходною жидкостью в руках минералога и петрографа при
определениях уд. веса и состава минералов и горных пород. Исходя из
йодистого метилена и щавелевокислого серебра, Б. получил так называемый
оксиметилен (CH2О)n, превращающийся при нагревании в простейший альдегид
(муравьиный) и снова при охлаждении переходящий в твердое, полимерное
состояние. Интерес и значение последнего соединения высоки потому, что
еще в 1861 г. Б. удалось действием на оксиметилен известковой воды
доказать впервые возможность искусственного получения сахаристого
начала, названного им метиленитаном. Лишь в самое последнее время, когда
создались совершенно новые методы исследования и выделения сахаристых
начал, авторитет в этой новейшей области - Эмиль Фишер вновь возбудил
интерес к первой синтетической глюкозе (метиленитан зовется теперь
формозой и акрозой), в которой по ее свойствам очень не легко было
угадать в начале 60-х годов синтетическую глюкозу. После 1861 года Б.
выступает с рядом блестящих теоретических и критических статей, в
которых излагаются им с замечательной ясностью и силой главнейшие
основания учения о "Химическом строении веществ". Назовем здесь: "О
химическом строении веществ" (1861); "О различных способах объяснения
некоторых случаев изомерии" (1863, в Эрленмейровском "Kritische
Zeitschrift f. Chemie", на немецком языке, и в "Ученых записках
казанского университета"). Это учение имело и имеет конечною целью
определить взаимное химическое отношение и связь отдельных элементарных
атомов, составляющих частицу данного тела; принимая всецело унитарность
частицы, учение это, однако, стремилось во всех случаях определить самый
способ и порядок расчленения единой частицы на составляющие ее атомы.
Так как структурное (от немецкого выражения строение = Straktur,
введенного самим Б. взамен термина "конституция") учение Бутлерова,
исходя из немногих допущений, опиралось на факты уже известные; объясняя
их и предсказывая новые, то окончательное его признание и укрепление
могло произойти только после всестороннего испытания его путем новых и
новых опытов. К ним то и приступил Б., начиная с 1863 г., неустанно
обогащая науку чрезвычайно важными экспериментальными работами, с
изумительной ясностью доказывающими верность структурного учения, в
особенности в области явлений изомерии органических тел. Ряд
классических его работ начинается с открытия им первого третичного
алкоголя - триметилкарбинола (изомерного с Вюрцевским бутильным
алкоголем брожения) и синтеза других его гомологов. Немногим позже,
изучая производные этого алкоголя, Б. обнародовал другое, не менее
важное в истории органической химии исследование о двух предельных
углеводородах состава C4H10, на которых с отчетливостью и блеском
доказал изучением свойств химических и физических изомерию открытого им
вновь триметилформена СН(СНз)з с диэтилом C2H5. C2H5. Оставляя в стороне
значительное число работ, произведенных Б. в период времени до начала
70-х годов, укажем лишь на те, которые по их важности занесены в
элементарные курсы органической химии: "Определение плотности пара
метильного соединения свинца (плумбпетраметила)", и "О некоторых
углеводородах СnН2n", где описан изобутилен из триметилкарбинола, и
"Исследование некот. превращений цинк-метила". Из петербургского периода
химической деятельности Б. особенного внимания заслуживают его работы,
важные и в теоретическом отношении, над установкой явления полимерии в
ряду этиленных углеводородов. Как в других бутлеровских исследованиях,
так и в этих, на ряду с чрезвычайно глубокими и часто новыми
соображениями теоретического характера, выступает мощность таланта
экспериментатора, редко останавливающегося перед трудностями задач. В
обширном мемуаре "Об изодибутидене" (1876 - 77) приведено в нескольких
строках совершенно новое, так сказать, динамическое воззрение о значении
условий превращения на строение некоторых веществ - воззрение, которое
до сих пор еще ждет дальнейшего развития и обещает разъяснить многое в
той области, которую немцы очень неудачно называют то таутомерией, то
десмотропией, то аллоизомерией и пр. Как ряд статей и мемуаров над
изучением продуктов уплотнения изобутилена, так и в появившемся ранее
мемуаре "О строении некоторых непредельных углеводородов" (1870), кроме
образцовой экспериментальной стороны, рассеяна такая масса важных
теоретических замечаний и сопоставлений, что их можно смело
рекомендовать для изучения каждому начинающему химику на ряду с
классическими трактатами великих химиков-экспериментаторов первой
половины настоящего столетия: Гей-Люсака, Берцелиуса, Вёдера, Либиха,
Бунзена, Дюма, Жерара и Лорана. К той же категории классической
обстоятельности и точности можно отнести и подробные статьи Б. : "О
физических свойствах триметилкарбинола" (1871); "О триметилуксусной
кислоте" (1872 - 74); "Пентаметил-этоле" и немало других менее обширных,
и по своему теоретическому интересу уступающих приведенным нами выше.
Преемственность бутлеровских идей и направления всего яснее выступает
в следующих сопоставлениях работ учеников его и работ учеников этих
последних. Открытие Б. синтеза предельных третичных алкоголей послужило
толчком к открытию интереснейших синтезов непредельных третичных и
вторичных алкоголей для преемника Б. в казанской лаборатории - Зайцева и
его многочисленных учеников; под руководством и по предложению Б. была
сделана в Казани работа над окислением кетонов А. Н. Поповым,
продолжавшим разрабатывать эту тему почти в течение всей своей
деятельности; завершена эта работа над правильностью окисления кетонов,
превосходным исследованием Е. Е. Вагнера, ученика А. М. Зайцева.
Рассеянные в многочисленных статьях Б. различные наблюдения над
явлениями изомеризации и иных анормальных реакций, а также и в
особенности сопутствующие им соображения о "механизмах реакций"
послужили к разработке многих частностей и открытиям обобщений в духе
структурного учения для Морковникова, Зайцева, Львова и их учеников.
Число учеников Б., работавших на его темы и под его руководством, очень
значительно (одних преподавателей и лаборантов в высших учебных
заведениях, список которых составлен был за 11/2 года до смерти Б. в
газете "Новости" 22 марта 1885 г., № 80, было около 30 чел. ). Но в
течение всей долголетней педагогической деятельности Б. очень редко
держался обычая публиковать исследования своих учеников от общего с ними
имени (нам известны только работы с Осокиным в Казани, с Вышнеградским,
Горяйновым и Рицца здесь), и никогда не пользовался работами начинающих
для своих личных, хотя бы и высоко научных целей, как то практикуется
почти всеми корифеями химии на Западе.
Для обстоятельного знакомства с личностью и трудами покойного Б.
укажем речи проф. : Г. Г. Густавсона, А. М. Зайцева и В. В.
Морковникова, помещенные в "Журнале Химич. общ. " за 1887 г: речь проф.
Лагермарка, "А. М. Бутлеров" (брошюра, Харьков, 1887); речи проф.
казанского унив. А. М. Зайцева, И. И. Канонникова, Н. М. Мельникова и А.
И. Якобия (брошюра, Казань, 1887); проф. Н. П. Вагнера, "Воспоминание об
А. М. Бутлерове" (помещенное в изданном А. Н. Аксаковым "Сборнике статей
А. М. Бутлерова по медиумизму", Спб., 1889). Относительно многочисленных
работ Б., из которых лишь только на некоторые мы уже ссылались в тексте,
укажем здесь, что все они появлялись одновременно на русском и
иностранных языках (немецком и французском) в различных химических
журналах ("Журнале Химич. общ. ", "Мемуарах" и "Бюллетенях" здешней
академии, "Bulletin'ях" парижского химич. общ., "Annales de chimie",
"Zeitschrift f. Chemie" и в "Либиховских Анналах"). Работы казанского
периода с 1863 г. появлялись по преимуществу на немецком языке, а с 1870
г. после злостной выходки Фольгардта и Кольбе против французских химиков
- на французском яз. в изданиях Академии наук.

Классический учебник Б.: "Введение к полному изучению органической
химии" впервые издан в Казани в течение 1864 - 1866 г. и в 1868 был
переведен с дополнениями под редакцией автора на немецкий язык под
заглавием: "Lehrbuch d. organischen Chemie zur Einfuhrung in das
specielle Studium derselben" (Лейпциг). С этим изданием сверено
петербургское посмертное издание Бутлеровского "Введения", под редакцией
его учеников в 1887 г. Для желающих познакомиться с мастерским
изложением учения "о химическом строении" укажем на превосходную брошюру
Б., изданную им за год до смерти, в 1885 г. : "Химическое строение и
теория замещения с приложением статьи: современное значение теории
химического строения". Кроме того, укажем и на общедоступную брошюру Б.:
"Основные понятия в химии", изданную в год смерти (в марте 1886 г. ), а
также книжку по пчеловодству для крестьян: "Пчела, ее жизнь и правила
толкового пчеловодства" (1871), выдержавшую до настоящего времени
несколько изданий и до сих пор пользующуюся громадным спросом в
уважением у всех грамотных пчеляков. Недавно все статьи Бутлерова по
пчеловодству изданы отдельной книгой.
М. Л. Бухарест или Бyкapecт (Bucuresti) - с 1665 г. главный город
Валахии, а с 1862 г. соединенных княжеств Молдавии и Валахии,
теперешнего королевства Румынии; узловой пункт Румынской и
Журжево-Бухарестской железных дорог; расположен на болотистой равнине по
обоим берегам Дымбовицы, через которую здесь построено 15 мостов, в
расстоянии 60 км. от Дуная (44° 25' сев. шир. и 26° 6' вост. долг.).
Город имеет около 8 км. в поперечнике и представляет своеобразный вид,
благодаря своим многочисленным церквам, покрытым ярко-блестящею жестью,
башням, куполам и красивой зелени в промежутках между массами домов,
особенно с южной стороны. Как по внешности, так и по нравам и обычаям
жителей Б. составлял раньше промежуточный пункт между востоком и
западным миром. В некоторых частях города бросаются в глаза все
недостатки восточного города, каковы, напр., пыльные или грязные улицы.
В Б. имеется 340 румынских (правосл. ), 14 греческих, 2 католические и 2
протестантские церкви, синагога и 20 еврейских молитвенных домов.
Заслуживают внимания: митрополичья церковь (выстроенная в 1656 г. и
возобновленная в 1834 г. ), здания университета, национальный банк,
национальный театр, монетный двор. Между греческими церквами
замечательны также ставрополосская церковь (построенная в 1724 г. ) и
церкви св. Георгия и св. Анфима. Перед зданием университета находится
конная статуя воеводы Михаила III, поставленная в 1871 г. Во дворе
старого госпиталя Кольца (с большою четырехугольною башнею) стоит
мраморный памятник князю Стефану Кантакузену (казнен в 1716 году в
Константинополе). В городе считается около 221000 жителей. Бухарест есть
резиденция румынского короля и местопребывание митрополита, парламента,
министерств, высшего суда и других государственных учреждений. Из
учебных и образовательных заведений здесь находятся: университет, два
лицея, гимназии, военная школа, реальное училище, богословская и
учительская семинарии, коммерческое училище, три средних женских
училища, медико-хирургическая и ветеринарная школы, сельскохозяйственное
училище, училище живописи, консерватория и 20 начальных училищ, не
считая многочисленных частных учебных заведений. Далее, Б. имеет
академию наук, национальную библиотеку и естественноисторический и
археологический музей. Большой сиротский дом устроен в 1862 г. княгинею
Еленою, а восемь госпиталей получили недавно лучшее устройство. Местом
для прогулок служит устроенный князем Стирбеем сад Эйсмеджиу. В 1885 г.
ассигнованы средства на возведение укреплений, которые должны состоять
из фортов, образующих 18 поясов, с средним радиусом в 13 км. от центра
города. Форты, по проекту бельгийского инженера Бpиальмона, должны быть
снабжены подвижными панцирными башнями и соединены подземными галереями.
Промышленность Б. весьма незначительна: изготовляются кирпичи, железные
изделия, мыло и восковые свечи. Ремесленники и лица, занимающиеся
промышленностью, большею частью - немцы. Торговля, находящаяся
преимущественно в руках греков, евреев и армян, значительно развита.
Вывозятся в особенности вино, кожи, нефть, соль, уголь и другие
произведения страны. Вблизи города лежит монастырь Котрочени, летняя
резиденция короля. В новейшее время Б. становится все больше и больше
европейским городом. Придворная и общественная жизнь, гостиницы, театры
(вместе с румынскими театрами существует итальянская опера и французская
оперетка зимою), концерты, кофейни, cafе-chantants, мостовые на улицах,
конно-железные дороги и т. д. довольно похожи на западно-европейские.
Живое движение на улицах, в особенности большое число фиакров,
напоминает Париж, который и в других отношениях служит для румын
образцом.
Буше (Francois Boucher) - французский живописец, родился в Париже 29
сентября 1703, умер 80 мая 1770 года. Отец его Николай Б. бедный учитель
живописи и рисовальщик узоров для вышивки, был, по видимому, первым его
учителем. Затем Б. стал учеником Лемуана и поступил к граверу Карсу, у
которого занимался составлением виньеток, гербов и эмблем для
франмассонских дипломов, заглавных листов и т. п. В 1722 ему было
поручено иллюстрировать новое издание "Французской истории" О. Даниеля,
а в 1723 он получил академическую премию за картину "Евил-меродах, сын и
наследник Навуходоносора, освобождающий из оков царя Иоахима". В 1725 г.
Буше выставил несколько мелких картин на"выставке молодежи" и был
приглашен де Жюльенном сотрудничать в издании произведений Антона Ватто.
В 1727 он отправился на свой счет в Рим, где усерднее всего изучал
Альбано и Пьетро да Кортоне, с которым нередко его впоследствии
сравнивали, и срисовал целое собрание голов с Траяновой колонны
(изданное Гютеном). Современные критики находили, что картины,
написанные Б. по возвращении из Италии, отличались красотой и
мужественной силой; это относится может быть к картинам, которые дошли
до нас лишь в гравюрах, изданных Лаврентием Карсом, так как оригиналы их
исчезли. 24 ноября 1731 года Б. был принят в академию, а в 1732 написал
"Венеру, заказывающую Вулкану вооружение для Энея". В 1734 г. Б. был
удостоен звания академика за картину, изображающую "Рено и Армиду", и в
том же году украсил комнату королевы в Версальском дворце
аллегорическими фигурами Сострадания, Изобилия, Верности и Благоразумия,
иллюстрировал большое издание Мольера, и исполнил одно за другим
несколько собраний эстампов, как напр. "Cris de Paris"; "Livres de
sujets et Pastorales"; "Elements", "Saisons" и др. В 1735 году он был
назначен адъюнкт профессором, в 1737 году профессором академии. В
промежуток от 1737 по 1740 он написал; "Воспитание амура Меркурием",
"Аврора и Кефал" и "Венера, входящая в купальню" - картины, заказанный
для отеля Субиз (ныне дворец национальных архивов). С этих пор
начинается его в высшей степени плодовитая деятельность: он доставляет
мануфактуре в Бовэ, торговцам эстампов и китайщины, только что вошедшей
в моду, любителям и двору целую массу картонов. рисунков и картин, из
которых некоторые, - как напр. "Рождение Венеры" (1740 г., ныне в
Стокгольмском музее), "Эпическая Поэзия" (1741) и "История", исполненные
для Королевской библиотеки, "Диана, выходящая из купальни" и
"Пастушеская сценка" (в Лувре) - считаются лучшими из его произведений.
В 1743 г. Б. был назначен декоратором оперы и руководил постановкою
нескольких балетов; он писал также декорации для театров ярмарки
С.-Лоран и Бельвю и для любительских спектаклей, устраиваемых маркизой
Помпадур, его ученицею и покровительницей. Громадное количество
получаемых заказов вскоре, однако, превратило произведения этого
"Анакреона живописи" в спешно сделанные наброски, на которые критика не
могла смотреть благосклонно, хотя от времени до времени ему удавалось
сосредоточиться на таких произведениях, как "Собрание гениев искусства"
(1751), "Латона на острове Делосе", "Солнце, начинающее свой путь и
изгоняющее ночь". В это время Буше, находясь в полном блеске славы и
королевской милости, получил пенсию и квартиру в Лувре. В 1757 г. он
выставил портрет марк. Помпадур, для которой в то же время написал:
"Музу Эрато", "Музу Клио", "Отдых в Египте" и др. В 1765 году, несмотря
на смерть маркизы Помпадур, лишившую его столь могущественного
покровительства, Буше удалось, однако, получить место первого живописца
короля, сделавшееся вакантным за смертью Карла Ван-Ло. Но картины,
относящиеся к последним годам жизни состарившегося, прожившегося и
сбитого с пути началом классической реакции, Б. не могли уже производить
прежнего впечатления; несмотря однако на это и не обращая внимания на
едкую критику Дидро, он принимает участие во всех выставках и не
оставляет оперы. Последним его произведением был "Цыганский обоз",
выставленный в 1769 г. и написанный не задолго до его смерти,
последовавшей в 1770 г. Слава его вскоре после его смерти совершенно
упада под влиянием реакции классицизма; его стали обвинять в развращении
юношества и лучшие из его картин не находили покупателей. Ныне эти
несправедливые обвинения потеряли свое значение, современная критика
отводит Б. видное место среди художников французской школы XVIII ст. Ср.
Mariette, "Abecedario": Diderot, "Salon de 1759, 1761, 1763, 1765, 1767"
(т. X и XI изд. Асеза-Турнё); Е. и Ю Goncourt, "L'art au XVIII siecle"
(Париж, 1881); P. Mantz, "Francois Boucher, Lemoyne et Natoire" (Париж,
1880); A. Michel, "Francois Boucher" (сборник "Artistes celebres"
(Париж, 1886). В петербургском Эрмитаже имеется его "Отдохновение на
пути в Египет". Подписана: J. Boucher 1757.
Буэнос-Айрес (т. е., хороший воздух, собственно Ciudad de Nuestra
Senora de Bnenos-Ayres) - главный гор. Аргентинской республики,
резиденция правительства и конгресса конфедерации, дипломатического
корпуса, большинства консульств и аргентинского архиепископа, которому
подчинены епископы Параны, Кордовы, Куйо и Сальты. Б. лежит на довольно
крутом, имеющем от 5 до 8 метр. высоты, южном берегу Ла-Платского
залива, достигающего здесь свыше 45 км. в ширину, в 200 километр. к
западу от Монтевидео и в 275 километр. от открытого моря. Он защищается
цитаделью и несколькими фортами и выстроен очень правильно, так что
улицы пересекаются под прямыми углами, образуя квадратные кварталы
(Cuadras), со сторонами в 140 метров. Таких кварталов - квадрасов -
считается 464, но они не все еще застроены. Большинство домов
одноэтажные, с плоскими кровлями и довольно большими дворами; лишь в
самое последнее время начали строить во внутренних частях города дома в
два и три этажа. Улицы в центре города освещаются газом и вымощены
гранитом; но в предместьях они, местами, еще совсем непролазны. Между
красивыми местами города следует назвать: площадь Виктории, на которой
стоят кафедральный собор, ратуша (Cabildo) и Recoba vieja (двойной ряд
лавок в мавританском стиле, имеющий 140 метр. длины): площадь Фуэрто и
площадь 25 мая (Plaza del 25 de Mayo, названная так в воспоминание о
революции, вспыхнувшей здесь 25 мая 1810 г. ) с обелиском, на котором
поставлена статуя свободы и прекрасными группами деревьев (Melium
Azedorach); на этой площади стоит президентский дворец. Построенный
иезуитами, начатый в 1621 г., кафедральный собор состоит из одного
центрального придела (корабля), имеющего 100 метр. в длину и 35 метр. в
ширину; с 1825 г. к нему примыкает колоннада из белого мрамора.
Кроме того, в Б. - 14 других католических церквей, 4 протестантских,
несколько монастырей и 2 кладбища. Из числа других общественных зданий
нужно упомянуть: дом конгресса, самое красивое здание из всех городских
построек; банк; университет, здания которого перешли к нему от прежней
иезуитской коллегии; монетный двор; прекрасный оперный театр (Teatro
Colon), вместе с тремя другими театрами; госпиталь и цирк для боя быков
(Plaza de Toros). Во главе общественных учреждений стоит университет,
основанный в 1821 г., один из лучших в Южной Америке, с библиотекою
больше чем в 25000 томов. Кроме него, существуют особая медицинская
школа, латинская школа, 73 общественных и 98 частных школ, военная
коллегия, историко-географический институт, обсерватория (34° 36' 18"
южн. шир., 40° 40' 12" западн. долг. ), естественноисторический музей с
отличными коллекциями и общество любителей естествознания. Вообще Б. в
интеллектуальном отношении один из самых оживленных городов в Южной
Америке. Здесь издается 86 периодических изданий, в том числе 25
ежедневных (из них 17 на испанском и несколько на немецком, английском,
французском и итальянск. языках). Нет недостатка также и в
благотворительных учреждениях: существуют вдовий дом, воспитательный,
родильный покой, а также приют для переселенцев, который получает
значительную помощь от государства. Сады, засаженные агавами, кактусами,
апунциями и т. п.; персиковые и оливковые рощи с очаровательными дачами
(Quintas) замыкают город со стороны суши, а за ними раскидывается
однообразная, почти совершенно гладкая равнина прерий. На другой стороне
города, по берегу, тянется усаженная деревьями Аломеда с Байо, который
составляет ее продолжение, - в прежнее время самое любимое место для
гулянья. Теперь его заменяет деревянная дамба гавани.
И в материальном отношении Б. сильно поднялся, в особенности с 1860
года; в 1857 году в городе считалось лишь 122000 жителей; по новейшим же
(1880 г. ) официальным данным в нем насчитывается 470707 жителей. Из них
около половины составляют аргентинцы, а другую половину - европейцы.
Расширение города, в зависимости от увеличения его населения, вызвало
потребность в конно-железных дорогах, и город пересекается более чем
десятью линиями их. Б. узловой пункт 5 железных дорога. Водоснабжение
города неудовлетворительно. Торговля и обороты Б. постоянно возрастают,
хотя в силу тяжелых условий последних лет и Б. также пострадал, и все
цены - особенно на землю, как в самом городе, так и в окрестностях, -
сильно упали. Вывоз состоит почти исключительно из продуктов
скотоводства: кож, сала, волоса, шерсти, сушеного мяса и костяной муки.
Предметами ввоза служат, главным образом, бумажные и мануфактурные
товары, каменный уголь, лес, вино (преимущественно из Европы), кофе и
сахар, идущие из Бразилии. Вместе с этим Б. является главным центром
эмиграции; в 1872 - 1882 г. число переселенцев колебалось от 25 - 75 т.
ежегодно. В 1885 г. вывоз овец ровнялся 51996000 пезо, привоз - 69787000
пезо. Правильное пароходство соединяет Б. с Ливерпулем, Глэсго. Гавром,
Гамбургом, Антверпеном, Бордо, Байонною. Марселем и Генуей. С Монтевидео
и ближайшими пунктами на Паране и Уругвае Б. стоит в ежедневных
сношениях посредством пароходов. Развитию торговли Б. вредит недостаток
хорошей гавани: в 1875 - 1883 гг. гавань при устье Рио-Риахуэло
углублена до вместимости судов в 7 м. посадки. В 45 км. к ЮВ. от Б.
лежит Энсенада, при заливе Энсенада де Барраган, которая соединена
железной дорогой с Б. и по выполнении предпринятых там работ должна
сделаться главной гаванью страны.
Б. был основан в 1535 г. доном-Педро де-Мендоза; но вследствие
враждебных действий индейцев его пришлось дважды оставлять, пока, после
решительной победы над ними в 1580 г., удалось, наконец, прочно
утвердиться. Б. скоро вырос; в 1620 году сделался резиденциею епископии,
а в 1700 г. в нем считалось уже 16000 жит. В 1776 г. он стал главным
городом вице-королевства Буэнос-Айрес, обнимавшего Боливию, Парагвай,
Уругвай и возникшую позже Аргентинскую республику. Открытие сообщения по
Ла-Плате в 1778 г. еще более подняло его значение. В 1806 г. он был
занят англичанами, которым, однако, скоро пришлось удалиться. В 1810 г.
здесь вспыхнула революция, окончившаяся отделением страны от Испании, и
с тех пор история Б. есть история Аргентинской конфедерации. Лишь при
выделении из конфедерации в 1852 - 60 гг. он был главным городом особого
государства (Estado independente de В. ). Но с 1862 г. Б. снова столица
Аргентинской республики. В 1880 г. вспыхнуло сепаратистское движение, но
оно было подавлено и с тех пор штат Буэнос-Айрес имеет свой
административный центр во вновь основанном городе Лаплате.
Буяльский (Илья Васильевич) - заслуженный профессор анатомии,
академик Императорской медико-хирургической академии,
консультант-оператор военно-учебных заведений и Императорского лицея,
родился 26 июля 1789 г. в селе Воробьевке, новгород - северского уезда
Черниговской губернии, происходил из запорожских казаков. Отец его имел
дворянское достоинство, владел населенным имением и служил священником в
селе Воробьевке. Начальное образование Буяльский получил в
новгород-северском уездном училище; затем, по окончании философского
класса в черниговской семинарии, принят в 1809 г. в Медико-хирургическую
академию. С 1811 года, будучи студентом, Б. состоял прозектором у проф.
П. А. Загорского.
В 1814 г. Б. окончил курс академии лекарем, с назначением прозектором
академии. В 1821 году он был назначен адюнкт-профессором по кафедре
анатомии. В 1823 году Б. защитил диссертацию на степень доктора медицины
и хирургии. В 1827 Б. был назначен адъюнкт-профессором хирургической
клиники, но за болезнью вскоре оставил свои должности. За отличие
произведен в ординарные профессора академии по кафедре анатомии, которую
читал до 1844 г. В 1830 г. Б. был назначен консультантом военно-учебных
заведений; с 1831 г. он был оператором Царскосельского лицея, а с 1847
года консультантом Мариинской больницы. По изобретенному им способу, Б.
бальзамировал в С. Петербурге тела Высочайших особ: в 1814 г. -
герцогини де-Тарант, кузины Людовика XVI, и герцогини Вюртембергской,
тетки императора Александра I-го; в 1828 г. - императрицы Марии
Феодоровны; в 1831 г. княгини Иоанны Лович, супруги цесаревича
Константина Павловича и в 1843 г. - принцессы Ольденбургской.
Работы Б. по анатомии и хирургии создали ему известность в ученой
литературе не только в Poccии, но и заграницей. Число их около 100;
особенную известность приобрели: "Анатомо-хирургические таблицы" (Спб.,
1828), "Анатомо-хирургические таблицы операций вырезывания и
раздробления камней" (сочинение это переведено на немецкий язык).
Богатый кабинет свой, состоявший из собрания хирургических и
анатомических инструментов, анатомических, патологических препаратов и
патологических рисунков, при печатном каталоге, Б. в день своего
50-тилетнего юбилея, в 1864 г., принес в дар Медико-хирургической
академии, а ему была поднесена, с Высочайшего соизволения, от имени
академии и российского медицинского сословия, большая золотая медаль с
его портретом. Б. + 8 дек. 1866 г. Л. Ф.
Быки (Bovina) - подсемейство полорогих жвачных (Cavicornia). Это -
крупные животные с различно изогнутыми, круглыми, гладкими, полыми
рогами, сидящими на костяных лобных отростках, с широким, большею частью
посредине голым концом морды (зеркальце), который всегда влажен от
выделяемой слизи. Слезных ямок и копытных желез нет; верхняя губа не
разделена бороздою. Резцы помещаются только в нижней челюсти и их у всех
по 8; клыков нет; коренных зубов 24, а именно, на каждой стороне сверху
и снизу по 6-ти. На шее у многих есть войло, т. е. висящая складка кожи.
Ноги сильные, с широкими, глубоко расщепленными копытами и короткими
копытцами. По большей части длинный хвост имеет кисточку волос на конце.
Вымя расположено в паховой полости и имеет 4 сосца.
Новые исследования (главным образом Рютимейера) показали вероятность
геологического сродства антилоп с самыми древними формами Б. - с
буйволами. Гораздо труднее оказалось выяснить происхождение отдельных
видов и пород Б., сильно изменившихся от одомашнения, неоднократных
скрещиваний и проч. С большою вероятностью можно допустить, что
азиатские формы буйволов происходят от плиоценового Probubalus
sivalensis, который только величиною несколько отличается от ныне
живущего Probubalus celebensis. Происхождение африканских буйволов
совершенно неизвестно. Родоначальником еще ныне живущего зубра и более
древнего американского бизона считается дилювиальный Bison priscus.
Родоначальником современных быков собственно (Bos) предполагают
плиоценового Bos etruscus. Наконец, многочисленные европейские породы
Б., по Рютимейеру, замыкают собою морфологический ряд жвачных вообще;
самым древним (ископаемым) представителем пород домашнего быка считают
плиоценового Bos nomadicus, от европейских родичей которого, Bos
primigenius и Bos brachyceros, по мнению Рютимейера, произошли эти
породы.
Б. живут обществами и образуют стада, находящиеся под
предводительством старых самцов; они вообще очень дики, отличаются
малоразвитыми умственными способностями и многие виды их стали домашними
животными, распространенными по всему земному шару, за исключением
Австралии.
Различают два рода Б.: овцебык (Ovibos) и бык (Bos). Овцебык имеет
короткий хвост, скрытый в густом мехе; зеркальце мало и помещается между
ноздрями. Сюда принадлежит только один вид - овцебык мускусный (Ovibos
moschatus). Бык имеет длинный хвост и широкое зеркальце, занимающее весь
конец морды. Этот род разделяется на следующие подроды: 1) буйвoл
(Bubalus), отличающийся редкою шерстью. В этом подроде различают
следующие три группы: a) Probubalus с удлиненным затылком, плоскими,
треугольными, направленными назад рогами и с удлиненными кзади хоанами и
сошником. Виды: Probubalus sivalensis - плиоценовая ископаемая форма,
остатки которой найдены в Сиваликских холмах на южном склоне Гималайских
гор. Аноа (Probubalus celebensis) - представляет некоторое сходство с
антилопами. Около 2 м. длины, темно-бурого цвета; пахи желтые; на щеках
белые пятна. Водится в горах Целебеса и, подобно буйволам, любит воду;
питается сочными растениями. По всей вероятности - прямой потомок
предыдущего. b) Buffelus, с коротким затылком, плоскими, треугольными,
направленными в бок рогами. Родина Азия. Сюда относится плиоценовый
Buffelus palaeindicus из долины Нербудды и Buffelus indicus с тремя
разновидностями: буйвол индийский (Buffelus s. Bubalus vulgaris); арни
(В. Arni) и керабу (В. Kerabau). с) Bubalus, с слабо вытянутым затылком
и полуцилиндрическими рогами, основания которых у самцов расширены. Сюда
относится буйвол африканский (В. caffer). Подрод 2-й - Бизон (Bison).
Лоб очень широкий, выпуклый; цилиндрические, короткие, направленные в
бок рога круто загибаются кверху. Удлиненные остистые отростки последних
шейных и первых спинных позвонков образуют горбообразное возвышение на
загривке. На лбу, голове и шее длинная грива; на подбородке борода;
войла нет. Виды: Bison priscus, в дилювии старого света и Северной
Америки; этот вид есть, вероятно, родоначальник двух следующих. Бизон
американский (Bison americanus). Зубр (Bison europaeus). Подрод 3-й -
Бык собственно (Воs). Как уже сказано, родоначальником Б. собственно
считается Bos etruscus, ископаемая форма из плиоцена Италии. К этому
виду очень близок бантенг (В. sondaicus). Боковыми формами бантенга
считаются: гаура (Bos gaurus) и гайял (Bos gavaeus), Затем к этому
подроду принадлежат еще: як (Bos grunniens); зебу индийский (Bos
indicus); зебу африканский (Bos africanus), и наконец, многочисленные
породы быка домашнего (Bos taurus), которые имеют древнейшего (именно
азиатского) представителя в плиоценовом быке - Bos nomadicus; в Европе
последнего заменяют тур (Bos primigenius) и бык короткорогий (Bos
brachyceros), которые считаются родоначальниками европейских пород.
Э. Брандт.
Былины составляют одно из самых замечательных явлений русской
народной словесности; по эпическому спокойствию, богатству подробностей,
живости колорита, отчетливости характеров изображаемых лиц, разнообразию
мифических, исторических и бытовых элементов они не уступают немецкому
богатырскому эпосу и эпическим народным произведениям всех других
народов, за исключением разве Илиады и Одиссеи.
Былины являются эпическими песнями о русских богатырях; именно здесь
мы находим воспроизведение общих, типических их свойств и историю их
жизни, их подвиги и стремления, чувства и мысли. Каждая из этих песен
говорит, главным образом, об одном эпизоде жизни одного богатыря и таким
образом получается ряд песен отрывочного характера, группирующихся около
главных представителей русского богатырства. Число песен увеличивается
еще вследствие того, что имеется по несколько вариантов, более или менее
различных, одной и той же Б. Все Б., кроме единства описываемого
предмета, характеризуются еще единством изложения: они проникнуты
элементом чудесного, чувством свободы и (по мнению Ореста Миллера) духом
общины. Миллер не сомневается в том, что независимый дух былевого
русского эпоса является отражением старой вечевой свободы, сохраненной
вольными казаками и свободными олонецкими крестьянами, не захваченными
крепостным правом. По взгляду этого же ученого, дух общины, воплощенный
в былинах, является внутренней связью, соединяющей русский эпос и
историю русского народа.
Кроме внутреннего, замечается еще и внешнее единство былин, в стихе,
слоге и языке: стих Б. состоит или из трохеев с дактилическим
окончанием, или из смешанных трохеев с дактилями, или наконец из
анапестов; созвучий нет совсем и все основано на музыкальности стиха;
тем, что былины писаны стихами, они отличаются от "побывальщин", в
которых уже давно стих разложился в прозаический рассказ. Слог в Б.
отличается богатством поэтических оборотов; он изобилует эпитетами,
параллелизмами, сравнениями, примерами и другими поэтическими фигурами,
не теряя вместе с тем своей ясности и естественности изложения. Б.
теперь "сказываются" на чистом великорусском языке, с сохранением
довольно большого количества архаизмов, особенно в типических частях.
Гильфердинг каждую Б. делил на. две части: одну - изменяющуюся сообразно
воли "сказателя"; другую - типическую, которую рассказчик должен
передавать всегда с возможной точностью, не изменяя ни одного слова.
Типическая часть заключает все существенное, что говорится про богатыря;
остальное представляется только фоном для главного рисунка. Чтобы дать
понятие о количестве былин, отметим статистику их, приведенную в
"Истории Русской Словесности" Галахова. Одних былин киевского цикла
собрано: в Московской губ. 3, в Нижегородской 6, в Саратовской 10, в
Симбирской 22, в Сибири 29, в Архангельской 34, в Олонецкой до 300 -
всех вместе около 400, не считая здесь Б. новгородских, позднейших
московских и др. Все известные нам Б. по месту своего происхождения
делятся на: киевские, новгородские и общерусские, более поздние.
Хронологически на первом месте, по О. Миллеру, надо поставить Б.,
рассказывающие о богатырях сватах; потом те, которые вообще называются
киевскими и новгородскими: по-видимому они возникли до XIV в.; затем
идут вполне исторические, относящиеся к московскому периоду Русского
государства, и наконец относящиеся к событиям последних времен.
Последние два разряда былин не представляют особенного интереса и не
требуют обширных объяснений; поэтому до сих пор вообще мало занимались
ими. Но огромное значение имеют былины так называемого новгородского и в
особенности киевского цикла, хотя нельзя смотреть на эти Б. как на
рассказы о событиях, действительно имевших когда-то место в таком виде,
в каком они представляются в песнях: элемент чудесного вполне
противоречит этому. Если же Б. не представляются достоверной историей
лиц, действительно живших когда-то на Русской земле, то их содержание
надо непременно объяснять иначе. Ученые исследователи народного эпоса
прибегали в этих объяснениях к двум методам: историческому и
сравнительному. Собственно говоря, оба эти метода в большинстве
исследований сводятся к одному сравнительному, и едва ли правильно
ссылаться здесь на метод исторический. В самом деле, исторический метод
состоит в том, что мы для известного, напр. языкового явления путем
архивных поисков или теоретического выделения позднейших элементов
отыскиваем все более и более древнюю форму и таким образом приходим к
первоначальной - простейшей форме. Совсем не так применялся
"исторический" метод к изучению былин. Здесь нельзя было сопоставлять
новых редакций с более древними, так как мы этих последних вовсе не
имеем; с другой стороны, литературная критика отметила в самых общих
чертах только характер изменений, каким подверглись с течением времени
Б., не касаясь совсем отдельных частностей. Так называемый исторический
метод в изучении былин, собственно говоря, состоял в сравнении сюжетов
былинных с летописными; а так как сравнительным методом назывался тот,
при котором сравнивались сюжеты Б. с сюжетами других народных (по
большей части мифических) или же чужестранных произведений, то и
выходит, что здесь разница ничуть не в самом методе, а просто в
материале сравнений. И, так, в сущности, только на сравнительном методе
и обоснованы четыре главные теории происхождения былин:
историческо-бытовая, мифологическая, теория заимствований и наконец
смешанная теория, пользующаяся теперь самым большим кредитом.
Прежде чем перейти к изложению в общих чертах самих теорий, следует
сказать несколько слов о значении былинных сюжетов. Всякое литературное
произведение можно разложить на несколько главнейших моментов
описываемого действия; совокупность этих моментов составляет сюжет
данного произведения. Таким образом сюжеты бывают более или менее
сложны. На одном и том же сюжете может основываться несколько
литературных произведений, которые даже, благодаря разнообразию
второстепенных изменяющихся черт, напр. мотивов действия, фона,
сопутствующих обстоятельств и т. п. могут показаться на первый взгляд
совсем несходными. Можно даже пойти дальше и сказать, что всякий сюжет
без исключения всегда составляет основу большего или меньшего количества
литературных произведений, и что очень часто бывают модные сюжеты,
которые почти в одно время обрабатываются на всех концах земного шара.
Если теперь в двух или нескольких литературных произведениях мы найдем
общий сюжет, то допускаются тут три объяснения: либо в этих нескольких
местностях сюжеты выработались самостоятельно, независимо друг от друга
и составляют таким образом отражение действительной жизни или явлений
природы; либо сюжеты эти обоими народами унаследованы от общих предков;
либо, наконец, один народ заимствовал сюжет у другого. Уже а priori
можно сказать, что случаи самостоятельного совпадения сюжетов должны
быть очень редки, и чем сюжет сложнее, тем он должен быть
самостоятельнее. На этом главным образом основывается
исторически-бытовая теория, упускающая совершенно из виду сходство
сюжетов русских Б. с произведениями других народов или считающая его
явлением случайным. По этой теории богатыри являются представителями
разных сословий русского народа, былины же - поэтически-символическими
рассказами исторических происшествий или картинами явлений народного
быта. На первом же и втором предположениях основана теория
мифологическая, по которой сходные сюжеты в произведениях
индоевропейских народов унаследованы от общих праарийских предков;
сходство же между сюжетами не сродных народов объясняется тем, что в
различных странах на одно и то же явление природы, послужившее
материалом для сходных сюжетов, смотрели люди одинаково и одинаково его
толковали. Наконец, на 3-м объяснении основана теория заимствования, по
которой сюжеты русских Б. перенесены в Россию с Востока и Запада.
Частности этих теорий и взгляды их представителей изложены в статье:
Богатыри.
Все выше изложенные теории отличались своею крайностью; так, напр., с
одной стороны О. Миллер в своем "Опыте" утверждал, что сравнительный
метод служит для того, чтобы в сопоставляемых произведениях,
принадлежащих различным народам, тем резче, тем определительнее
выказались различия; с другой же стороны, Стасов прямо высказал мнение,
что былины заимствованы с Востока. В конце концов, однако, ученые
исследователи пришли к тому убеждению, что былины составляют весьма
сложное явление, в котором перемешаны разнородные элементы: исторически
- бытовые, мифические и заимствованные. А. Н. Веселовский дал некоторые
указания, которые могут руководить исследователем и обезопасить его от
произвола теории заимствований; именно в ССХХIII номере "Журнала Мин.
Нар. Просв. " ученый профессор пишет: "Для того, чтобы поднять вопрос о
перенесении повествовательных сюжетов, необходимо запастись достаточными
критериями. Необходимо принять в расчет фактическую возможность влияния
и его внешние следы в собственных именах и в остатках чуждого быта и в
совокупности подобных признаков, потому что каждый в отдельности может
быть обманчив". К этому мнению примкнул Халанский, и теперь исследование
былин поставлено на правильную точку зрения. В настоящее время главное
стремление ученых исследователей былин направлено к тому, чтобы
подвергнуть эти произведения самому тщательному, по возможности,
анализу, который окончательно должен указать на то, что именно в былинах
составляет неоспоримую собственность русского народа, как символическая
картина явления естественного, исторического или бытового, и что занято
у других народов.
Относительно времени происхождения былин определеннее всех выразился
Л. Майков, пишущий: "Хотя между сюжетами былин есть и такие, которые
можно возвести к эпохе доисторического сродства индоевропейских
преданий, тем не менее все содержание Б., а в том числе и эти древнейшие
предания представляются в такой редакции, которая может быть приурочена
только к положительно историческому периоду. Содержание Б.
вырабатывалось в продолжение X, XI и XII веков, а установилось во вторую
половину удельно-вечевого периода в XIII и XIV веках". К этому можно
прибавить слова Халанского: "В XIV веке устраиваются пограничные
крепости, острожки, устанавливается пограничная стража и в это время
сложился образ богатырей, стоящих на заставе, оберегающих границы
Святорусской земли". Наконец, по замечанию О. Миллера, большая древность
былин доказывается тем обстоятельством, что изображается в них политика
еще оборонительная, а не наступательная.
Что касается места, где возникли былины, то мнения разделяются: самая
распространенная теория предполагает, что былины - южно-русского
происхождения, что их первоначальная основа южно-русская. Только со
временем, вследствие массового переселения народа из Южной Руси на
Север, перенесены туда былины, а затем на первоначальной своей родине
они были забыты, вследствие влияния других обстоятельств, вызвавших
казацкие думы. Против этой теории выступил Халанский, осуждая вместе с
тем и теорию первоначального общерусского эпоса. Он говорит:
"Общерусский древний эпос - такая же фикция, как и древний общерусский
язык. У каждого племени был свой эпос - новгородский, словенский,
киевский, полянский, ростовский (ср. указания Тверской летописи),
черниговский (сказания в Никоновской летописи)". Все знали о Владимире,
как о реформаторе всей древнерусской жизни, и все пели о нем, при чем
происходил обмен поэтическим материалом между отдельными племенами. В
XIV и XV веках Москва сделалась собирательницей русского эпоса, который
в это же время все более и более сосредоточивался в киевский цикл, так
как киевские былины произвели на остальные ассимилирующее влияние,
вследствие песенной традиции, религиозных отношений и т. п. : таким
образом в конце XVI века закончено было объединение былин в киевский
круг (хотя, впрочем, не все былины к нему примкнули: к таким принадлежит
весь новгородский цикл и некоторые отдельные былины, напр. о Суровце
Суздальце и о Сауле Леванидовиче). Потом из Московского царства
распространились былины во все стороны Poccии путем обыкновенной
передачи, а не эмиграции на север, которой не было. Таковы в общих
чертах взгляды Халанского на этот предмет. Майков говорит, что
деятельность дружины, выраженная в подвигах ее представителей богатырей,
и есть предмет былин. Как дружина примыкала к князю, так и действия
богатырей всегда стоят в связи с одним главным лицом. По мнению этого же
автора, былины пели скоморохи и гудошники, приигрывая на звончатых
яровчатых гуслях или гудке, слушали же их по большей части бояре,
дружина.
Насколько изучение былин еще до сих пор несовершенно и к каким
противоречивым результатам оно привело некоторых ученых - можно судить
хотя бы только по одному следующему факту: Орест Миллер, враг теории
заимствований, старавшийся везде в былинах найти чисто народный русский
характер, говорит: "Если отразилось какоенибудь восточное влияние на
русских былинах, так только на тех, которые и всем своим бытовым складом
отличаются от склада старославянского; к таким относятся былины о
Соловье Будимировиче и Чуриле. А другой русский ученый, Халанский,
доказывает, что былина о Соловье Будимировиче стоит в самой тесной связи
с великорусскими свадебными песнями. То, что О. Миллер считал совсем
чуждым русскому народу - т. е. самосватание девушки, - по Халанскому
сушествует еще теперь в некоторых местах Южной России. Приведем здесь,
однако, хоть в общих чертах, более или менее достоверные результаты
исследований, полученные русскими учеными.
Что былины претерпели многие и притом сильные перемены, сомневаться
нельзя; но точно указать, каковы именно были эти перемены, в настоящее
время крайне трудно. На основании того, что богатырская или героическая
природа сама по себе везде отличается одними и теми же качествами -
избытком физических сил и неразлучною с подобным избытком грубостью, О.
Миллер доказывал, что русский эпос на первых порах своего существования
должен был отличаться такою же грубостью; но так как, вместе со
смягчением народных нравов, такое же смягчение сказывается и в народном
эпосе, поэтому, по его мнению, этот смягчительный процесс надо
непременно допустить в истории русских былин. По мнению того же ученого,
былины и сказки выработались из одной и той же основы. Если существенное
свойство былин
- историческое приурочение, то чем оно меньше заметно в былине, тем
она ближе подходит к сказке. Таким образом выясняется второй процесс в
развитии былин: приурочение. Но, по Миллеру, есть и такие былины, в
которых еще вовсе нет исторического приурочения, причем, однако. он не
объясняет нам, почему он такие произведения не считает сказками?
("Опыт"). Затем, по Миллеру, разница между сказкой и былиной заключается
в том, что в первой мифический смысл забыт раньше и она приурочена к
земле вообще; во второй же мифический смысл подвергся изменениям, но не
забвению. С другой стороны, Майков замечает в былинах стремление
сглаживать чудесное. Чудесный элемент в сказках играет другую роль, чем
в былинах: там чудесные представления составляют главную завязку сюжета,
а в былинах они только дополняют содержание, взятое из действительного
быта; их назначение - придать более идеальный характер богатырям. По
Вольнеру, содержание былин теперь мифическое, а форма - историческая, в
особенности же все типические места: имена, названия местностей и т. д.;
эпитеты соответствуют историческому, а не былинному характеру лиц, к
которым они относятся. Но первоначально содержание былин было совсем
другое, именно действительно историческое. Это произошло путем
перенесения былин с Юга на Север русскими колонистами: постепенно
колонисты эти стали забывать древнее содержание; они увлекались новыми
рассказами, которые более приходились им по вкусу. Остались
неприкосновенными типические места, а все остальное со временем
изменилось. По Ягичу, весь русский народный эпос насквозь проникнут
христиански-мифологическими сказаниями, апокрифического и
неапокрифического характера; из этого источника заимствовано многое в
содержании и мотивах. Новые заимствования отодвинули на второй план
древний материал, и былины можно разделить поэтому на три разряда: 1) на
песни с очевидно заимствованным библейским содержанием; 2) на песни с
заимствованным первоначально содержанием, которое, однако, обработано
более самостоятельно и 3) на песни вполне народные, но заключающие в
себе эпизоды, обращения, фразы, имена, заимствованные из христианского
мира. О. Миллер не совсем с этим согласен, доказывая, что христианский
элемент в былине касается только внешности. Вообще, однако, можно
согласиться с Майковым, что былины подвергались постоянной переработке,
соответственно новым обстоятельствам, а также влиянию личных взглядов
певца. Тоже самое говорит Веселовский, утверждающий, что былины
представляются материалом, подвергавшимся не только историческому и
бытовому применению, но и всем случайностям устного пересказа
("Южнорусские былины"). Вольнер в былине о Сухмане усматривает даже
влияние новейшей сантиментальной литературы XVIII в., а Веселовский о
былине "Как перевелись богатыри" говорит вот что: "Две половины былины
связаны общим местом весьма подозрительного характера, показывающим, как
будто внешней стороны былины коснулась эстетически исправляющая рука".
Наконец, в содержании отдельных былин не трудно заметить: разновременные
наслоения (тип Алеши Поповича), смешение нескольких первоначально
самостоятельных былин в одну (Вольга Святославич или Волх Всеславич), т.
е. объединение двух сюжетов, заимствования одной былины у другой (по
Вольнеру, начало Б. о Добрыне взято из Б. о Вольге, а конец из Б. о
Иване Годиновиче), наращения (былина о Соловье Будимировиче у Кирши),
большая или меньшая порча былины (рыбниковская распространенная Б. о
Берином сыне, по Веселовскому) и т. п.
Остается еще сказать об одной стороне былин, именно об их теперешней
эпизодичности, отрывочности. Об этом обстоятельнее других говорит О.
Миллер, который считал, что первоначально былины составляли целый ряд
самостоятельных песен, но со временем народные певцы стали сцеплять эти
песни в большие циклы: происходил, словом, тот же процесс, который в
Греции, Индии, Иране и Германии привел к созданию цельных эпопей, для
которых отдельные народные песни служили только материалом. Миллер
признает существование объединенного, цельного Владимирова круга,
державшегося в памяти певцов, в свое время образовавших, по всей
вероятности, тесно сплоченные братчины. Теперь таких братчин нет, певцы
разъединены, а при отсутствии взаимности никто между ними не оказывается
способным хранить в своей памяти все без исключения звенья эпической
цепи. Все это очень сомнительно и не основано на исторических данных;
благодаря тщательному анализу, можно только допустить, вместе с
Веселовским, что "некоторые былины, напр. Гильфердинга №27 и 127,
являются, во-первых, продуктом выделения былин из киевской связи и
вторичной попытки привести их в эту связь после развития в стороне"
("Южнорусские былины").

Главные сборники былин: Кирши Данилова, "Древние русские
стихотворения", изданы в 1804, 1818 и 1878; Киреевского, Х выпусков,
издан, в Москве 1860 года и след.; Рыбникова, четыре части (1861 -
1867); Гильфердинга, изд. Гильтебрантом под заглавием: "Онежские былины"
(Спб., 1873); Авенариуса, "Книга о киевских богатырях" (Спб., 1875);
Халанского (1885). Кроме того, варианты былин встречаются: у Шейна в
сборниках великорусских песен ("Чтения Моск. Общ. Ист. и Древа. " 1876 и
1877 и отд. ); Костомарова и Мордовцевой (в IV части "Летописи древней
русской литературы Н. С. Тихонравова"); былины, печатанные Е. В.
Барсовым в "Олонецких Губернских Ведомостях" после Рыбникова, и наконец
у Ефименка в 5 кн. "Трудов Этнографического отдела Московского Общества
любителей естествознания"; 1878.

Ряд сочинений, посвященных изучению былин, начинает статья К. С.
Аксакова: "О богатырях Владимировых" (Сочинения, т. I). Затем следуют:
Ф. И. Буслаева, "Русский богатырский эпос" ("Русский Вестн. ", 1862); Л.
Н. Майкова, "О Б-х Владимирова цикла" (Спб., 1863); В. В. Стасова,
"Происхождение русских былин" ("Вестн. Евр. ", 1868, причем ср. критики
Гильфердинга, Буслаева, Вс. Миллера в "Бесед. Общ. люб. рос. слов. ",
кн. 3; Веселовского, Котляревского и Розова в "Трудах Киевс. дух. акад.
", 1871 г., и, наконец ответ Стасова: "Критика моих критиков"); О.
Миллера, "Опыт исторического обозрения русской народной словесности"
(Спб., 1865) и "Илья Муромец и богатырство киевское" (Спб., 1869 г.,
критика Буслаева в "XIV присуждении Уваровских наград" и "Журн. Мин.
Нар. Пр. " 1871); К. Д. Квашнина-Самарина, "О русских былинах в
историкогеографическом отношении" ("Беседа", 1872); его же, "Новые
источники для изучения русского эпоса" ("Русский Вестник", 1874); Ягича
статья в "Archiv fur Slav. Phil. "; М. Каррьера, "Die Kunst im
Zusammenhange der Culturentwickelung und die Ideale der Menschheit",
вторая часть, перев. Е. Коршем; Рамбо, "La Russie epique" (1876);
Вольнера, "Untersuchungen uber die Volksepik der Grossrussen" (Лейпп..,
1879); Веселовского в "Archiv fur Slav. Phil. " т. III, VI, IX и в
"Журн. Мин. Нар. Прос. " 1885 декабрь, 1886 декабрь, 1888 май, 1889 май,
и отдельно "Южнорусские былины", часть I и II. 1884 г.; Жданова, "К
литературной истории русской былевой поэзии" (Киев, 1881); Халанского,
"Великорусские былины киевского цикла" (Варшава, 1885). И. Лось.
Бычок - название, под которым разумеются различные виды из двух
различных сем. колючеперых костистых рыб (Acanthopteri). Сюда относятся
именно из сем. Cottidae род Cottus, характеризующийся: большой, широкой,
плоской головой; цилиндрическим, сзади сжатым с боков телом; без чешуи
жаберной крышкой, вооруженной шипами, и очень большими грудными
плавниками; плавательного пузыря не имеет. Бычок колючий, Cottus
Scorpius L., с огромной головой, составляющей около 1/3 всего тела, и
широкою пастью, простирающеюся далее середины глаз; сверху черноватого
цвета, испещренного серыми пятнами и полосками, по бокам
серовато-черного с белым пятнышками; брюхо у самца желтоватое, у самки
белое; кожа голая, гладкая; длиною от 30 - 80 ст. В воде и при вынимании
из воды может издавать ворчащий звук. Б. колючие водятся в
северо-восточной части Атлантического океана, у берегов Норвегии и
Лапландии, в Белом море, в морях Немецком и Балтийском. Он держится
летом около самых берегов, а на зиму уходит нереститься в глубь моря; в
Ботническом и Финском заливах нерестится от ноября до января. Очень
прожорлив и держится всегда в одиночку. Колючки его жаберной крышки
могут причинить глубокие уколы. Мясо его не ценится. Б. четырерогий, С.
quadricornis L., отличающийся от предыдущего несколькими признаками,
главным образом присутствием четырех отростков на голове, и отчасти
окраской, замечателен своим географическим распространением. Он водится
в Белом море и в Ледовитом океане, к В. от Белого моря, вдоль берегов
Сибири и Северной Америки, затем в западной части Немецкого моря, у
берегов Англии. В остальной части Немецкого моря, у берегов Дании и
Норвегии, равно как в южной части Балтийского моря, он не встречается.
Но затем он вновь попадается в северной части Балтийского моря в
Ботническом и Финском заливах, и в больших смежных озерах - Ладожском и
Веттере. Таким образом область распространения его в настоящее время
является прерванною, и должна была занимать большое пространство в
ледниковый период. Б. четырерогий нерестится зимой; в пищу употребляется
редко. Б. подкаменьщик, Cottus gobio L., длиною в 10 - 15 см., из
которых около 1/4 приходится на голову; окраска очень изменчива, по
большой части с темными пятнами и полосами на сероватом или буроватом
фоне. В Средней Европе и России встречается в небольших реках и ручьях с
чистой, свежей водой и каменистым дном. Живет обыкновенно под камнями.
Питается различными водяными животными, преимущественно мелкими рыбками.
Во время метания икры, что бывает рано весной, обыкновенно в апреле,
самец вырывает в песке или складывает из камешков небольшую ямку, куда
самка мечет икру. Самец остается при икре и охраняет ее до тех пор, пока
из нее выведутся рыбки.
Остальные рыбы, называемые в России бычками, принадлежат к семейству
Gobiidae (бычки или колбневые), к роду бычок, Gobius, одному из
характерных родов рыб наших южных морей. У р. Gobius голова округлая,
шире туловища, голая; тело покрыто чешуей; оба брюшные плавника
срастаются в один. Около сорока видов бычков живет в морях Черном и
Каспийском и впадающих в них реках. Бычок песочник, (G. melanoslomus
Pallas, от 10 - 20 см., из которых менее четверти приходится на голову;
цвет тела светло-бурый с большими темно-бурыми пятнами, иногда
черно-бурый или совершенно черный, вообще изменчивый. Встречается во
всех частях Каспийского моря, откуда заходит в Волгу (до Сарепты) и в
Урал; в Черном море встречается в весьма большом количестве вдоль
северных берегов, от Одессы до Керчи, от Керчи до Поти; живет также в
Азовском море; по Днестру доходит до Могилева, по Днепру до
Екатеринослава. G. fluviatilis L., от 8 - 18 см., представляющий
несколько разностей, сильно отличающихся по цвету, - по преимуществу
пресноводный бычок; распространен по Днестру, Бугу, Днепру (до
Екатеринослава) и его притокам, по Дону, по Волге, в нижних частях реки,
и по солоноватым частям Каспийского, Азовского и Черн. морей; вдоль
южного берега Крыма его нет. Б. держатся обыкновенно около берегов,
любят свежую воду и песчаное или каменистое дно; у многих видов самцы
делают гнезда и охраняют в них икру, снесенную самкой. Не составляют
предмета настоящего промысла, но повсюду ловятся на удочку. См.
Сабанеев, "Рыбы России"; Кесслер, "Рыбы. водящиеся и встречающиеся в
Арало-Каспийско-Понтийской ихтиологической области", 1877, "Труды
Арало-Каспийской экспедиции"); его же, "Описание рыб Петербургской
губернии" (Естественноисторические исследования Петербургской губернии,
1864 г.). В. Ф.
Бьёрнсон Бьёрнстьерне (Bjornson Bjornstjerne) - знаменитый северный
писатель и народный деятель Норвегии, сын священника, род. 8 дек. 1832
г. в местечке Квикнэ. Отроческие годы провел в Ромсдалене (где в то
время служил его отец), одной из самых населенных, живописных и цветущих
местностей Норвегии, что имело большое влияние на развитие пламенной
фантазии и поэтических задатков его натуры; последнему способствовала
также рано пробудившаяся страсть мальчика к чтению, преимущественно
народных песен, сказаний, древних саг и наконец лучших поэтов.
Семнадцати лет Б. приехал в Христианию, где сдал экзамен при
университете и затем прожил еще года два, занимаясь изучением датской
литературы и посещая прекрасный в то время датский театр, который оказал
не малое влияние на развитие художественных сторон натуры Б. Первыми
литературными попытками Б. были песни в народном духе, настолько
подходящие к народному складу души, что крестьяне охотно заучивали и
распевали их. Затем он выступил в качестве критика, причем, благодаря
своей пылкости, не замедлил нажить себе массу врагов. Первое
драматическое произведение Б. "Mellem Slagene", - которое впоследствии
имело такой огромный успех и в литературе, и на сцене, - было принято не
только публикой, но и литературными собратьями с холодным недоумением:
могучий, энергичный и необыкновенно сжатый прозаически стиль Б.
представлял слишком резкий контраст с установившимися образцами
стихотворной исторической драмы Эленшлегера. Почти также были встречены
и первые его рассказы в народном духе ("Synnove Solbakken", 1857;
"Fadern", "Ornereden" и другие), в которых, казалось, воскрес величавый
стиль древней саги. Скоро однако задушевная, нежная поэзия этих
рассказов в соединении с превосходной, точно окристализованной формой и
силой языка, заставила признать яркий талант молодого писателя. Вообще
Б. принадлежит к числу немногих литературных счастливцев: он сразу стал
на настоящую дорогу и его могучее дарованье могло вылиться в надлежащих
формах, без всяких внешних помех и внутренних колебаний; произведения
его следовали одно за другим и слава автора быстро упрочивалась. В 1858
- 59 г. Б. состоял директором театра в Бергене, в 1865 - 67 г. в
Христиании, а 1870 - 72 основал собственный театр. Здесь Б. поставил ряд
своих комедий и драм: "Гульда Хромая" (1858), трагедия "Sigurd Slembe"
(1862) и др. Особенной известностью пользуются историческая драма "Maria
Stuart in Skotland" (1864 года) и комедия "Новобрачные" (De Nygifte) -
1865 г. Затем наступило время, когда казалось, что талант Б., достигший
высшей точка своего развития, как бы застыл; но тут на север пахнуло
новыми веяньями европейской мысли, и Б. прервал свое молчание, длившееся
уже несколько лет под ряд, выступив с пьесой "Банкротство" (En Fallit,
1875 г., шла в Спб. на немецкой сцене с большим успехом под назв. "Ein
Fallissement"). Этой пьесой начался второй период творческой
деятельности Б., новый цикл пьес, романов и повестей, отражающих
современное общество, его деятельность и волнующие его вопросы. Таковы,
напр. : вышедшая почти одновременно с "Банкротством" драма "Редактор" -
беспощадная сатира на журнальное дело на севере; затем драма "Король";
рассказы: "Мангильд", "Капитан Манзана"; комедии: "Леонарда", "Новая
система", рассказ "Пыль"; комедии: "Через силу", "Перчатка", "География
и любовь"; романы: "Город и гавань украсились флагами" (на русск, языке
в "Северн. Вестн. ", 1891, перев. под загл. "Новые веяния") и "Путями
Божьими". Собрание его стихотворений: "Digte og Sange" изд. в 1870 и
1880. Множество их переложены на музыку, а одно из них "Да мы любим эту
страну" с музыкой Нордрака сделалось народной норвежской песней.
Собрание сочинении Б. издано в Копенгагене фирмой: Gyldendalske
Boghandel. Многие сочинения Б. переведены почти на все европейские
языки, а драматические произведения игрались с успехом на лучших сценах
столичных городов Европы. Произведения второго периода, хотя и уступают
произведениям первого в художественном отношении, зато безусловно выше
их по богатству идей, широте задач и общему направлению.
Б. - не только писатель-художник, но и энергичный общественный
деятель. Помимо чисто художественных произведений, он написал массу
брошюр и статей по различным политическим и общественным вопросам. Он
горячий поборник нравственного очищения и возрождения современного
общества; целомудрие, строгое единобрачие и наконец уничтожение войны -
вот идеалы, во имя которых он живет и неутомимо трудится; на эти темы он
произносит свои пламенные, вдохновенные речи, которые увлекают и
покоряют толпы слушателей (Б. - превосходный оратор и едва ли еще не
лучше говорит, чем пишет: настоящий народный трибун), пишет книги и
статьи. Между последними следует отметить: "Единобрачие и многобрачие"
(пер. на русск. яз. в "Нов. Вр. ", 1891); "О свободной любви" и
предисловие к книге Арнольдсона - "Закон, а не война". Как политический
деятель, Б. принадлежит к партии сепаратистов - народников и был одно
время редактором оппозиционных газет: "Aftenbladet" в Христиании (1859
г. ) и "Norsk Folkeblad" (1866 - 1867 гг. ). Ср. Helweg, "Bjornson og
Ibsen" (1866); E. Schure (ст. в "Revue de deux Mondes") 1870); Cr.
Brandes, "B. og Ibsen", его же в "Moderne Geister" 1882 и в "Русской
мысли" 1887, XII; L. В., "Bjornson etc. " (Стокг., 1885); Hoimberg,
"Bjornson etc. " (Копенг.. 1888). П. Ганзен.
Бьеф, или плес - так называется горизонтальная часть русла
канализованных рек и каналов, отделяющаяся одна от другой изменениями
уровня воды; в таковых местах находятся обыкновенно гидротехнические
сооружения, служащие для прохода судов с одного уровня к другому, за
которыми и образуются бьефы такой глубины, что суда могут в них плавать
совершенно свободно. Назначая длину бьефов, следует помнить, что самое
большое сбережение воды получится при нескольких более коротких бьефах
на длине данного уклона канала, чем при одном длинном бьефе с
многокамерным шлюзом. Каждый бьеф канала, для того, чтобы вода не могла
подняться слишком высоко в канале, должен иметь удобное место для
выпуска лишней воды. Когда длина бьефа более трех верст, то в таком
случае надо делать несколько затворов для возможности осушать или
исправлять канал по частям Э. Ф. Бэр (Карл Максимович, Карл Эрнест) -
один из самых многосторонних и выдающихся естествоиспытателей нового
времени, в особенности знаменитый эмбриолог, Он родился 28 февраля 1792
г. в отцовским имении Пин, Эстляндской губернии; посещал ревельскую
гимназию; в 1810 - 1814 изучал в дерптском университете медицину и в
1812 - 13 г. имел возможность заняться ею практически в большом военном
лазарете в Риге. Для дальнейшего усовершенствования в науках Б. поехал в
Германию, где под руководством Дёллингера занимался в Вюрцбурге
сравнительною анатомиею; в это время он познакомился с Неес фон
Эзенбеком и знакомство это оказало большое влияние на его умственное
направление. С 1817 г. Б. состоит прозектором Бурдаха в Кенигсберге, в
1819 г. назначен экстраординарным, а вскоре после того ординарным
профессором зоологии; в 1826 г. принял вместо Бурдаха и руководство
анатомическим институтом, а в 1829 был приглашен академиком в
петербургскую Акад. наук; но уже в 1830 по семейным обстоятельствам
сложил с себя звание академика и возвратился в Кенигсберг. Приглашенный
снова в Академию он через несколько лет опять переехал в Петербург и с
тех пор оставался и был здесь одним из самых деятельных членов Академии
наук. Он предпринял на счет правительства несколько путешествий для
исследования России, и результаты их публиковал частью в "Memoires",
частью в "Bulletin" петербургской Академии наук. В 1851 - 56 г. он по
поручению правительства занялся исследованием рыболовства на озере
Пейпусе, на русских берегах Балтийского моря и на Каспийском море, и
результаты изложил во втором томе сочинения "Исследования о состоянии
рыболовства в России" (Спб, 1860); в 1862 г. он вышел из Академии и был
избран почетным членом ее. Б. умер в Дерпте 28 ноября 1876 г. Сочинения
его отличаются философскою глубиною и по своему ясному и точному
изложению настолько же привлекательны, на сколько и общепонятны. Он
занимался преимущественно эмбриологиею, и наука обязана ему главнейшими
данными по истории развития органических тел. Начиная с "Epistola de ovi
mammalium et hominis gеnesi" (Лейпциг, 1827), он продолжал свои
исследования по этому предмету. "Entwickelungsgeschichte der Thiere" (2
тома, Кенигсберга, 1828 - 37) - сочинение, составляющее эпоху в
эмбриологии; "Untersuchungen Uber die Entwickelung der Fische" (Лейпц.,
1835). Позднее он издал сочинение "Ueberdoppelleibige Missgeburten" (С.
Петербург, 1845). Потом, кроме ряда статей по антропологии и особенно по
краниологии, Б. издал еще "Selbstbiographie" (Петербург, 1866 г. ) и
"Reden, gehalten in wissenschaftlichen Versammlungen und kleine Aufsatze
vermischten Inhalts" (3 тома, 1864 - 75). В издававшихся им и
Гельмерсеном "Beitrage zur Kenntniss des Russischen Reichs" (томы 1 -
26, Петербург, 1839 - 68) находятся многие работы Б., особенно отчеты о
научных путешествиях для исследования Poccии (т. 9, Петербург, 1845 -
55). После смерти Б., Штида издал его сочинение "Ueber die homerischen
Localitaten in der Odyssee" (Брауншвейг, 1877); О Б. см. Штида "К. Е.
von Baer. Eine biographische Skizze" (Брауншвейг, 1877).

Кроме поименованных, Б. оставил множество соч., из которых более
других важны следующие: "Ueber Medusa aurea" (Meckel's Archiv, 1823. Bd.
VIII); "Ueber die Kiemen und Kiemengefasse in den Embryonen der
Wirbelthiere" (там же, 1827); "Untersuchungen uber die Gefassverbindung
zwischen Mutter und Frucht" (Лейцциг, 1828); "Noch ein Wort uber das
Blasen der Cetaceen" (Isis, 1828); "Ueber die Wanderungeu der Zugvoegel"
(Preuss. Prov. Blatt, 1834, Bd. IX и XII); "Beitrag zur
Entwickelungsgeschichte der Schildkroeten" (Muller's Arch. 1834); "Ueber
das Grefassystem des Braunfisches" (Nova Act. Acad. C. L. naturae
curios. 1834. Bd. XVII); "Bemerkungen uber die Entwickelungesgeschichte
der Muschein" (Froriep's Notiz., Bd. XIII); "Entwickelungsgeschichte der
ungeschwanten Batrachier" (Bull. sc. I. № 1);"Delphini phocaena anatome
Sectio prima" (там же, I №. 4. 1836); "Expedition nach Lappland und
Nowaja Semlja" (там же III т. ); "Ueber das Skelet der Navaga" (там же,
III т. 1838); "Anatomische und Zoologische Untersuchungen uber das
Wallross". (Mem. VI Ser. T. IV 1838); "Ueber das Aussterben der
Thierarten" (Bull. de l'Acad. de S. Petersb. T. VI); "Ueber ein neues
Projekt Austern-Banke an der Russischen Ostsee-Kuste anzulegen" (там же,
т. IV); "Ein Wort uber einen blinden Fisch" (там же, т. IV); "Человек в
естественноисторическом отношении" ("Русская фауна" Юл. Симашко, С.
Петербург, 1851); "О каспийском рыболовстве" (Журн. Мин. Гос. Им. 1853.
ч. I); "Почему у наших рек, текущих с севера на юг, правый берег высок,
а левый низмен?" ("Морской Сборник" 1858 кн. 5,); "Crania selecta" (Mem.
Ac. S. Petersb. VI Ser. T X. 1858); "Действительно ли киты выбрасывают
водяные столбы?" ("Натуралист", 1864); "Место человека в природе" (там
же, 1865 г. ). Э. Б. Бюджет. - Слово это заимствовано из Англии, где в
старину канцлер казначейства приносил ежегодно в парламент мешок с
деньгами и произносил речь, которая собственно и называлась старинным
норманским словом "Budget" (т. е. кожаный мешок). В России многие
отождествляют бюджет с государственной росписью, но понятие его гораздо
шире. Бюджет в собственном смысле вовсе не есть роспись доходов и
расходов государства и, наоборот, роспись вовсе не есть бюджет. Под
бюджетом, с государственной точки зрения, разумеется общий финансовый
закон, на котором эта роспись основывается; во Франции он так и
называется loi de finances, да и у нас, в Poccии, он имеет значение
закона, как основа для общегосударственной росписи, утверждаемой
верховной властью, в отличие от смет отдельных ведомств.
Лоренц Штейн, Гнейст, П. Леруа-Болье, Pay, Вагнер и др. авторитеты
финансовой науки разумеют под бюджетом законопроект, определяющий
государственную смету и утверждаемый законодательной властью при участии
народных представителей. Благодаря такой санкции, Б. получает значение
закона, направляющего дальнейший ход государственного хозяйства. У
Лоренца Штейна Б. представляет собою основной элемент
государственно-хозяйственного законодательства (Staatswirthschaftliche
Gesetzgebung). Он приходит к тому выводу, что Б. есть вместе с тем
процесс, путем которого государство выясняет свои задачи, проверяет свои
наличные силы для осуществления последних и устанавливает объективное
отношение между теми и другими, при чем каждый отдельный момент в
составлении и утверждении Б. имеет свое содержание и свои формы. Другой
корифей финансовой науки - Pay, также настаивает на необходимости строго
различать Б., как финансовый закон (Finanzgesetz), от росписи., Б.
является ближайшим критерием для суждения как о положении
государственного хозяйства, так и о способе и характере финансового
управления. Выводы финансовой науки сводятся к тому, что государственное
хозяйство есть живой внутренний процесс государственной жизни,
выполняющий свое назначение в определенные промежутки времени, при чем
функции его устанавливаются путем бюджетного закона, с помощью которого
осуществляется главная задача - фактическое сопоставление потребностей
государственного организма и средств для их удовлетворения; утверждение
и признание этих потребностей в известном размере совершается в форме
бюджетного закона, согласно с общими принципами действующего
государственного права; самое же наблюдение за выполнением этого закона
относится уже к области финансовой администрации и государственного
контроля. Таким образом Б. отражает в себе, как в фокусе, все отдельные,
частные финансовые законоположения, на которых основаны отдельные статьи
росписи, и, в свою очередь, дает основание не только для новых кредитов,
но и для новых финансовых законов, вносящих изменения в систему
государственного хозяйства Кроме научных оснований, для ознакомления с
существом Б. необходимо выяснить его финансовые нормы, законодательное
значение, порядок его составления и характерные особенности в главных
государствах. При изучении же государственной сметы, служащей не более
как только практическим применением бюджетного закона, достаточно
ознакомиться с ее составными частями, с перечнем отдельных статей, с
изменениями цифр, с результатами выполнения ее отдельными ведомствами,
что уже относится к области финансовой техники и административных
распоряжений.
В обыкновенную государственную смету входят те элементы
государственного хозяйства, которые представляются абсолютно
необходимыми для непрерывной деятельности правительства при нормально
рутинных условиях. Что же касается Б., то, по утверждении его, он
становится основою для более обширного приложения правительственной
заботливости, т. е. для финансовых норм, выходящих за пределы обычных
сметных назначений; так, путем бюджетного закона установляются новые
займы, вводятся новые налоги, повышаются, уменьшаются и отменяются
старые, утверждаются кредиты на многомиллионные общегосударственные
сооружения, на новые учреждения, на реформы прежних учрежд. и на другие
назревшие потребности постепенно усложняющегося государственного строя.
Кроме того, широкое юридическое значение Б. заключается в том, что он
дает постоянные нормы для классификации государственных доходов и
расходов. Входящие в состав его нормальные статьи, представляющие собою
постоянные величины, повторяющиеся из года в год (напр. содержание
двора, штатные оклады и т. п. ), впредь до изменения их законодательным
путем, составляют его твердую, так сказать, консолидированную часть.
Другая часть Б. ежегодно изменяется на основании вероятности, по
среднему расчету прежних лет, а также в силу новых государственных
потребностей, вызывающих новые сборы, чрезвычайные расходы,
дополнительные кредиты, сверхсметные ассигнования и т. п.; она-то и
составляет главное содержание бюджетного закона. Соотношение между этими
двумя отделами Б. определяется в каждом государстве различно, сообразно
с условиями его финансового хозяйства. Обсуждению законодательных сфер
подлежит почти исключительно вторая часть, первая же почти всегда
принимается как готовое, как существующий факт. В среде некоторых ученых
и практиков-финансистов существует убеждение, что такой двойственности в
Б. быть не должно, что всякие ежегодные изменения следует устранить,
установить все расходные статьи, в определенных цифрах, на целый ряд лет
( т. наз. нормальный Б.); но это оказалось утопией.Опыты введения таких
максимальных неизменных ассигновок делались в разных государствах, а в
России в период с 1878 г.по 1880 г. для смет военного и морского
ведомств; но все эти "нормальные Б. " оказывались невыполнимыми уже в
силу нарождения новых настоятельных нужд, удовлетворить которые нельзя
было без дополнительных кредитов.Оказалось, что нельзя живой организм
государственного хозяйства приводить к одному знаменателю,к неизменным
безжизненным нормам.
По внутренней форме различают Б.: 1)валовой (брутто-бюджет), в
котором приводятся отдельно полные цифры государственных доходов и
полные цифры издержек по их взиманию; 2) чистый (нетто- бюджет), где
поступления показаны за вычетом расходов взимания. С точки зрения
финансовой науки предпочитается первая форма, т. е. брутто-бюджет, при
котором всего яснее представлена степень производительности каждой
отрасли государственного хозяйства и полнее развертывается общая его
картина, что так важно для соображений министра финансов и для
законодательной власти.
Самый порядок составлена бюджета выражается, во всех цивилизованных
государствах, в том, что все отдельные ведомства, выработав свои частные
сметы, представляют их министерству финансов, где составляется уже
общегосударственный бюджет, который, с приложением объясни тельных
записок и других материалов, вносится заблаговременно, как всякий другой
законопроект, на рассмотрение высшего законодательного учреждения:
государственного совета в России и палат в конституционных государствах,
при чем при поступлении в последние обыкновенно передается, для
предварительного анализа, в специальные финансовые комиссии; затем - с
заключениями этих комиссий бюджет представляется на рассмотрение палат
и, по одобрении с их стороны, поступает на окончательное утверждение
главы государства, а по утверждении обнародывается, как всякий другой
закон, после чего всем отдельным ведомствам, на основании его,
открываются подлежащие кредиты на предстоящий финансовый год.
Бюджет на предстоящий финансовый период рассматривается обыкновенно в
одно время с отчетом по исполнению государственной сметы за истекший
финансовый год; в государствах с представительным правлением подобный
законодательный контроль служит главным основанием так называемого
абсолюториума, состоящего в том, что палаты признают действия министров
правильными и снимают с них ответственность за истекший период.
Бюджет в его настоящем виде выработался недавно; прежде, вместо
бюджета, представлялись простые отчеты и счета, при том неполные, по
главным рубрикам финансового хозяйства. С образованием ответственного
правительства в некоторых государствах появились более систематические
отчеты, но все это еще не имело характера бюджета. Самый близтй к нему
по характеру, это - . известный отчет, составленный Неккером в 1781 г. и
представленный королю Людовику XVI (compte rendu au roi); отчет этот
принято считать за первый систематический бруттобюджет. Но только в
нынешнем столетии выработался правовой порядок составления бюджета, как
общего государственно - хозяйственного закона. Порядок обсуждения
бюджета в настоящее время в главных государствах таков. В Англии, пред
обсуждением в парламенте, бюджет рассматривается в двух парламентских
комиссиях: расходы - в committee of supplies, доходы - в committee of
ways and means; после того он вносится, с объяснениями министра
финансов, на одобрение (Appropriation Act) палат; всякое перенесение из
излишков одного счета на расходы по другой статье (Revirement)
запрещается; такие статьи, как содержание королевы, пенсии, жалованье
судьям и т. п., составляющие консолидированную часть бюджета, вовсе не
обсуждаются. Более всего работы и изменений вызывает подоходный налог
(in cometax).
Во Франции бюджет обсуждается весь по главным статьям (с 1869 г. -
481 глава); дополнительные кредиты и чрезвычайные рас ходы (credits
supplementaires, complementaires et extraordinaires) утверждаются
непосредственно палатами, а во время парламентских вакаций - декретами
государственного совета по предварительном одобрении в совета министров,
с тем, что по открытии палат им заявляется об этих кредитах с
объяснением мотивов назначения. В Пруссии, в общих чертах, тот же
порядок, введенный с 1849 г., а именно: сметы отдельных министерств
(Ministerialetats), представление их министру финансов (Vorlage an den
Finanzminister), составление госуд. сметы (Bildung des Voranschlags),
представление в палату (Vorlage an die Abgeordneten), рассмотрение в
комиссиях, одобрение палаты (Веschluss), санкция главы государства
(landesherliche Sanction) и обнародование (Publication des Budgets als
Staatsvirthschaftsgesetz). Во время парламентских вакаций сверхсметные
кредиты разрешаются советом министров, палатам же, согласно закону 1872
г., сообщается об этом в течение следующего года уже после отпуска
кредитов.
В Италии, Австрии в Соед. Штатах тот же порядок, с небольшими
изменениями. В Австрии новая система введена с 1866 г., при чем
составляются два самостоятельных бюджета для Австрии и для Венгрии.
В России до 1862 г. не было систематического, планомерного бюджета;
государственная смета представляла механическое соединение смет
отдельных ведомств; при ней не было данных, достаточных для проверки, да
и вообще не было единого законченного плана финансового хозяйства:
многие доходы получались и многие расходы производились отдельными
ведомствами самостоятельно, без ведома министерства финансов, так что
нельзя было построить никакого общего вывода о направлении
государственного хозяйства в ближайшем будущем. С 1862 г. стали
составляться правильные бюджеты, главным образом благодаря упорядочению
государственной отчетности при Татаринове (см. в т. I, ч. II, Свода
Законов, прилож. к ст. 221 - "Правила о составлении, рассмотрении,
утверждении и исполнении государственной росписи и финансовых смет
министерств и главных управлений"). В настоящую свою форму русский
бюджет вылился с 1873 г.; в нем показываются валовые суммы доходов и
расходов, при чем нельзя выделить издержки взимания и определить чистые
поступления. Финансовая смета каждого министерства и главного управления
составляется на основании "расписаний доходов и расходов", доставляемых
подчиненными ведомствами по каждой губернии отдельно. Смета эта состоит
из: а) перечня доходов и расходов, b) подробной сметы доходов и
расходов, с) приложений и d) объяснительной записки. Против каждой
статьи излагаются объяснения или данные, оправдывающие испрашиваемое
назначение, как то: законы, Высочайшие повеления и штаты, на основании
коих поступают доходы и назначаются расходы. Сверхсметные кредиты,
испрашиваемые по предметам, уже занесенным в финансовые сметы, именуются
дополнительными, а по расходам, в смете непредвиденным, -
экстраординарными. Доходы и расходы земств, городов, сословий и
благотворительных учреждений в смету не вносятся; но о тех специальных
средствах, которые расходуются под контролем правительства, делаются
особые приложения; если же средства эти идут на потребности, однородные
с внесенными в министерские сметы, то их переносят в смету доходов под
наименованием "пособий государственному казначейству". Составленные
таким образом сметы рассматриваются сперва в советах министерств и
главных управлений; затем препровождаются, в печатных экземплярах,
министру финансов и в государственный контроль к назначенному для
каждого ведомства сроку (между 1 августа и 15 октября). Министерство
финансов проверяет эти сметы и составляет из них общую государственную
роспись, которую к 1 ноября и представляет в государственный совет, с
прибавлением, в случаях надобности, своих замечаний, а также соображений
о сокращении некоторых расходных смет, об изыскании новых источников
дохода, об усилении существующих, etc. С своей стороны, государственный
контроль проверяет представленные ему сметы и к 1 октября представляет
государственному совету особый отчет по исполнению финансовых смет за
истекший период. Как этот отчет, так и роспись подвергаются
предварительному обсуждению в департаменте государственной экономии,
который вносит и смету, и свое по ней заключение в общее собрание
государственного совета, откуда бюджет, не позже 15 декабря, поступает
на Высочайшее утверждение и, наконец, публикуется (с 1862 г. ) во
всеобщее сведение.
Воплощенный в бюджете финансовый закон действует в течение
определенного срока, при чем различают периоды: 1) бюджетный или
финансовый, и 2) счетный. Под первым разумеется то время, на какое Б.
утвержден, совпадающее обыкновенно с гражданским годом; в Англии же и
Пруссии считают его с 1 апреля по 31 марта следующего года. Счетный
период есть, так сказать, продолженный или отстроченный бюджетный; при
невозможности выполнить все сметные назначения к концу бюджетного
периода оказалось необходимым отстрочить действие бюджета на некоторое,
льготное, время сверх финансового года. Таких льготных месяцев дается во
Франции восемь, в Австрии три, в Бельгии десять, а в Пруссии даже
двенадцать; в России для окончательных расчетов, после 31 декабря,
оставляются еще четыре месяца, а для военного ведомства пять. По
истечении льготных сроков кредиты закрываются и на открывающиеся затем в
счет той же сметы расходы должны испрашиваться дополнительные
ассигнования; в России суммы, оставшиеся свободными ко дню заключения
сметы, возвращаются в распоряжение министерства финансов. По закрытии
кредитов следует последняя стадия заключение бюджета и свод итогов по
выполнению сметы; это служит для выяснения финансовых результатов
бюджетного года, т. е. закончился ли он при равновесии доходов и
расходов, или же с дефицитом, или, наконец, дал избыток доходов над
расходами. Эти выводы являются, в свою очередь, показателем успешности
хода всего государственного хозяйства.

Сочинения, специально трактующие о бюджете, общие: М. Алексеенко,
"Организация государственного хозяйства" (Харьков, 1870); В. П.
Безобразов, "Государственные доходы. Теоретические и практические
исследования" (Спб., 1868 - 72); R. Gneist, "Gesetz und Budget" (Берлин,
1879); Czornig, "Budget, Staatsrechnung und Controle"; Hock,
"Grundlinien der Kameralpraxis" (Тюбинген, 1819); Laband, "Budget"; M.
d'Audiffret, "Examen des revenus publics", (Пар., 1839); Desmousseaux de
Givre, "Etudes sur le budget"; "Correspondence relative to the budgets
of various countries" (изд. Cobden'club, 1877); H. Вессель, "Нормальный
государственный бюджет" (ст. в "Русском Вестнике" 1885 г., № 1); А.
Головачев, "Десять лет реформ" (Спб., 1872, стр. 88 - 146); "О бюджете и
единстве кассы" (ст. в "Морск. Сборн. " 1859, № 6 и 12).

О русском бюджете: А. Заблоцкий-Десятовский, "Обозрение государств.
доходов России" (Спб., 1868); "Отчеты по исполнению государственной
росписи" (на нем. яз. - "Amtliche Jahresberichte uber das russische
Budget und seine Durchfuhrung"); "Правила о поступлении государственных
доходов и о производстве государственных расходов" (Спб., 1863).

О бюджетах других государств: Англия. Noble, "Fiscal legislation 1842
- 65" (Лондон, 1867); "Parliament papers. Finance accounts" (ежег. ).
Германия. А. Заблоцкий-Десятовский, "Финансовое управление и финансы
Пруссии" (2 ч., Спб., 1871). Франция. Неккер, "Об управлении
государственных доходов Французского королевства" (перев. с франц. Спб.,
1786); В. Гольцев, "Государственное хозяйство во Франции XVII века"
(Москва, 1878); И. Задерштедт, "Бюджет Франции" (Казань, 1884); v. Hock,
"Die Finanzverwaltung Frankreichs" (Штутгарт, 1857); M. d'Audiffret,
"Systeme financier de la France" (Париж, 1870); Merlin, "Progression
comparee des budgets de l'etat sous le second empire" Шариж, 1869);
Horn, "Bilan de l'empire" (Париж, 1869); "Budget General de l'Exercice"
(ежег. ); "Comptes generaux de l'Administration des Finances" (Пap.,
1888, ежег. ); Lucay, "La Legislation du budget de 1789 a 1852" (ст. в
"Journal des Economistes", 1862, livraisons de janvier et de mai).
Австрия. A. Dessary, "Grundzuge der osterreichischen Finanzgesetzkunde"
(Вена, 1856); Czornig, "Das osterr. Budget"; A. Wagner, "Ordnung des
osterr. Staatshaushalts" (Вена, 1863); Beer, "Der Staatshaushalt
Oesterreich-Ungarns seit 1868" (Прага, 1881). Бельгия. "Budgets des
recettes et des depenses" (офф., ежег. ). Италия. Morpurgo, "La Finanza
italiana dalla fondazione del Regno fino a questi giorni" (Рим, 1874);
"Stati di Previsione dell'Entrata e della Spesa, e Conti generali
Consuntivi, pubblicazioni annuali del Ministero delle Finanze" (ежег. );
"Annuario del Ministero delle Finanze".
А. С-н.
Бюллетень - так называются периодически печатаемые извещения
разнородного содержания, напр. Б. о состоянии здоровья
высокопоставленных лиц, Б. о состоянии погоды по метеорологическим
наблюдениям, Б. биржевые и т. п.
Бюлов (Ганс-Гвидо фон), замечательный пианист, сын немецкого поэта
Карла фон Б., род. 8 января 1830 г. в Дрездене; игре на фортепиано
обучался у Фр. Вика, теоретическое же образование получил у Макса-Карла
Эбервейна (с 1844 г. ). В Штутгарте, где он поступил в гимназию, в 1846
г. Б. впервые выступил в качестве пианиста. В 1847 г. он переселился в
Лейпциг для изучения права и вместе с тем брал уроки контрапункта у
Гауптмана. В 1849 - 1850 гг. он продолжал свое юридическое образование в
Берлине. Между тем в нем созрело решение посвятить себя музыке, к
которой он чувствовал призвание. С этою целью Б. обратился в Цюрих к
Рих. Вагнеру, которого он знал еще в Дрездене, и после кратковременной

<<

стр. 34
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>