<<

стр. 46
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

2-х, ассоциация по сходству: один образ стремится вызвать другой, с ним
сходный (напр., портрет вызывает образ оригинала). В 3-х, ассоциация по
контрасту. Один образ стремится вызвать другой, противоположный
(богатство - бедность).
В. называется построительным, когда мы не просто воспроизводим образы
в таком порядке, как мы их встречали в действительности, а в новой
комбинации. Обыкновенно думают, что построительная способность или
творчество присущи только художникам, поэтам; в действительности же это
не так. Процесс, составляющий сущность воображения, входит в очень
многие душевные процессы, а след. присущ всем людям. Процессы построения
могут быть подразделены на три главных отдела: во 1-х, nocтроениe,
способствующее познанию окружающих предметов (интеллектуальное
воображение); во 2-х, практическое построение или изобретательность, в
3-х, построение, удовлетворяющее известным чувствам - эстетическое или
художественное воображение. Процесс построения может быть подразделен на
две стадии; первая из этих стадий состоит в воспроизведении образов
прошлых впечатлений согласно законам ассоциации: затем образы
употребляются в качестве материала для построения. Этот процесс
напоминает процесс создания нового строения из старого материала. Старое
строение разбивается, все бесполезное отбрасывается, выбирается полезное
и подходящее, складывается в систематическом порядке, и созидается новое
строение. Построительная деятельность воображения ограничена опытом; она
может только комбинировать то, что дано опытом; не существует абсолютно
нового построения; величайший построительный гений не был бы в состоянии
создать совершенно новый цвет. Эстетическое или художественное
воображение отличается от других форм воображения только тем, что оно
служит удовлетворению какого-нибудь чувства. Если в душе художника
рождается известный художественный образ, то он должен соответствовать
известному чувству. Если такого соответствия не оказывается, то образ
должен быть видоизменяем до тех пор, пока художник не почувствует такого
соответствия. Художественное построение сходно с обыкновенным
построением в области мысли, с той только разницей, что оно
контролируется чувством. Следует делать различие между силою
построительного воображения и живостью его. Первая является признаком
гения, вторая указывает только на способность построений, не отвечающих
действительности, присуща детям и дикарям; смелость их построения
зависит от неведения того, что возможно и что невозможно. Ср. Селли,
"Основные начала психологии", гл. XI; Бэн, "Психолопя" (Спб., 1887, стр.
184); Спенсер, "Основания психологии" (т. IV, стр. 231); Вундт, "Физ.
психология" (М., 1880, стр. 868 - 874).
Е. Челпанов.
Вооруженные (сухопутные) силы главных европейских государств по
последним (1891) сведениям представляются в следующем виде (численность
войск изображена в круглых цифрах):
Австро-Венгрия. Вооруженные силы состоят из: а) постоянной армии, с
ее резервом и рекрутским запасом, б) ландвера с рекрутским запасом и 3)
ландштурма. Всего в мирное время 290000, в военное - 1130000 нижних
чинов.
Англия. а) постоянная или регулярная армия, с ее резервом, б)
милиция, с ее резервом и г) волонтеры. В английской постоянной армии, на
домашней и колониальной службе (исключая Индии) по штатам мирного
времени числится 130000, а в военное - 618000 нижних чинов. Общее число
англо-индийских войск в Индии доходит до 225000. Цифры эти определены
лишь приблизительно, так как численность постоянной армии находится в
зависимости от денежных средств, которые парламент ежегодно ассигнует на
военные потребности; численность же милиции, а в особенности волонтеров,
подвержена беспрерывным колебаниям, вследствие свободного поступления на
службу и выхода из оной, существующих в этих войсках.
Германия. Вооруженные силы состоят из: а) армий (Heer) и б)
ландштурма. Служба в армии подразделяется на службу: 1) в постоянной
армии, с ее резервом, 2) в ландвере и 3) в запасе призывных. В мирное
время 487000, в военное - 2300000 нижних чинов.
Италия: а) постоянная армия, б) подвижная милиция и в)
территориальная милиция. В мирное время 257000, в военное - 1129000
нижних чинов.
Франция: а) действующая армия с ее резервами и б) территориальная
армия. В мирное время 550000, в военное - 1944000 нижних чинов.
Вооруженные (морские) силы (1891).
Австро-Венгрия: 11 панцирных судов, 15 миноносцев, 53 торпедных
лодок, всего с другими 98 судов, вместимостью 100150 тон., с 605
орудиями в экипажем в 6672 чел. Вспомогательных судов 142, вместимостью
50034 тон., с 199 орудиями и 5225 чел.
Англия: 55 броненосцев (649 оруд.), 10 береговых судов (38 оруд.),
109 крейсеров (929 оруд.), 121 канонерки (307 оруд.), 168 миноносок,
вместе с 292 судами друг. наименований (транспортов, яхт и пр.), всего
752 судна (с 2360 оруд., кроме 4900 оруд. менее 4-дюйм. калибра). Экипаж
100571 чел.
Германия. Панцирных судов 27, крейсеров 24, фрегатов и корветов 14,
канонерок 3, вспомогат. судов - 27, всего 76 суд., 511 оруд., вмест.
186252 т.; экипаж 18051.
Италия: броненосцев - 18, неброненосных боев. судов - 35, миноносцев
морских 61, береговых миноносцев 59, канонерок 6, вместе с другими
вспомог. судами, всего 269 судов, вм. 240714 т., орудий 715; экипаж
19224.
Франция: эскадренных броненосцев - 30, береговых броненосцев - 10,
крейсеров - 37, броненосных канонерок - 6, неброненосных канонерок - 14,
миноносцев - 149, минных крейсеров - 4, минных авизо - 10, 2 подводных
миноноски; вместе с вспомогательными судами всего 387 суд.
Что касается до вооруженных сил России, то они, по штатам мирного
времени, составляют около 850000 чел., в военное же время могут быть
доведены до 2 1/2 миллионов.
Вордсворт (Вилльям Wordsworth) - знаменитый английский поэт, родился
7 апреля 1770 года в Кокермуте, в графстве Кумберлэнд, в семье атторнея.
Потеряв в раннем возрасте родителей, он был воспитан дядей и получил
хорошее образование в Кэмбридже. Здесь он рано проявил любовь к
литературе, в особенности к произведениям своих великих предшественников
Чосера, Мильтона и Шекспира. В 1790 году В. вместе с одним товарищем,
пешком обошел Уэлльс и совершил продолжительное путешествие по Франции,
где проникся симпатиями к освободительным идеям великой революции.
Небольшое наследство, полученное В. по возвращении в Лондон, освободило
его от материальных забот и дало ему возможность всецело отдаться
литературной деятельности. Скоро В. оставляет шумный Лондон и вместе с
окружавшей его заботливым уходом, горячо преданной ему сестрой,
поселяется в графстве Дорсет, где весь погружается в созерцание красивой
природы и в свое поэтическое творчество. Здесь произошло знакомство В. с
Кольриджем (1795), имевшее громадное и решающее влияние на всю его
литературную карьеру. Тесная дружба сблизила двух далеко не во всем
сходившихся поэтов. Чтобы не расставаться друг с другом, В. переехал в
Альфоксден, где жил Кольридж. В 1795 г. появился сборник стихотворений
В. "Lyrical Ballads", в котором Кольридж поместил своего знаменитого
"Старого Моряка". В том же году они вместе совершили путешествие по
Германии, а по возвращении поселились у живописных Вестморлендских озер,
где В. женился на своей бывшей подруге Mapии Гетчисон. Восемь лет,
которые Б. прожил здесь, были самым производительным временем в ходе его
поэтического творчества: талант его достиг своего расцвета и В. написал
тогда большую часть своих лучших произведений. Собрания мелких
стихотворений("Роеms" 2 т.) он издал в 1807 году, большие поэмы
"Prelude" и "Excursion" изданы гораздо позже.
Обстоятельства жизни и природная склонность к спокойной
мечтательности определили характеры поэзии В. с первых ее опытов. Любовь
к природе и своеобразное настроение, вызванное ее созерцанием,
отражаются уже в его первых произведениях "Evening Wolk" и "Descriptive
sketchs" (1792). В цветущую пору его творчества мы застаем поэта в
независимом положении, мирно живущим в затишье семейного счастья, на
берегу живописных озер, окруженным избранным кругом друзей и
поклонников. Среди глубокого мира, который царит в нем и вокруг него,
углубленный в созерцание окружающего, поэт прислушивается к собственным
мыслям и замечает неуловимую для обыденного наблюдателя внутреннюю жизнь
природы. Одаренный тонкой и глубоко чувствующей духовной организацией,
он воспринимает с особою интенсивностью даже самые простые явления.
Распускание какого-нибудь цветка, по его словам, может привести его в
величайший восторг и растрогать до слез. В мельчайшем явлении поэт
чувствует дыхание великой матери-природы, полной величия, красоты, и
нравственного совершенства. Изобразить явление так, чтобы в этом
изображении отражались высшая красота и нравственное значение - такова
цель поэзии; растрогать и приподнять читателя над уровнем житейской
пошлости - такова ее задача. Средства для достижения этого идеала поэзии
- естественность и простота в замысле, форме и языке произведения,
верность природе, умение находить возвышенное в обыденном и даже пошлом,
и, наоборот, естественное и простое - в чудесном. Нет такого ничтожного
предмета, который не мог бы у истинного поэта сделаться достойным
сюжетом для поэзии, напр. история слепого мальчика, который вздумал в
грязном корыте покататься по реке, - сюжет столь же достойный и даже
более трогательный, чем поход Александра Македонского. Таковы принципы
новой поэзии, которые развивались В. в устных беседах с Кольриджем и
которые он защищал в предисловиях к своим произведениям от нападок
враждебной критики.
Вордсворт явился главой новой школы поэтов (В., Кольридж, Соути и
др.), так называемых лэкистов (озерных, от местожительства вокруг
озера). Созерцательная мечтательность - вот характеристическая черта
этого нового направления английской поэзии. "Казалось, - говорит один
критик, - что среди бурь и грома грозной революционной и наполеоновской
эпохи этот небольшой кружок лиц - один - сохранил в своих недрах мир и
тишину. Поэзия этого кружка - зеркальная поверхность озера, спрятанного
в лесу, едва заметной зыбью отражающая бушующий кругом ураган, сохраняя
на глубине невозмутимый покой. Только что омраченная набежавшей тенью
облака и зажженная огнем зари его поверхность - через минуту опять
спокойна и прозрачна, отражая нежную зелень берегов и ясную лазурь
неба". Школа лэкистов, хотя и не блистала большими талантами, имела
значительное и благотворное влияние на современную и позднейшую
английскую поэзию, развив вкус к изучению простого человека и природы, а
глубокое и тонкое понимание В., как внешняя природа действует на
человека, имела свою долю влияния и на Байрона и Шелли. Школа эта однако
имела больше врагов, чем поклонников. Произведения В. вызывали в
журналах самую ожесточенную критику; сам он подвергался беспощадному
осмеянию. Это объясняется не только индивидуальным, субъективным
характером его произведений, недоступностью для большинства его
мечтательно-созерцательного настроения, но и несоответствием между
ничтожеством предмета и высотой идей, на которую воспаряет автор. Не
может не казаться смешным высказывание по поводу кошки, играющей тремя
завядшими листиками, возвышенных и назидающих мыслей. Большие В. поэмы
скучны своей растянутостью и однообразным мечтательно резонирующим
настроением. Поэт, встречаясь в продолжительных прогулках с разносчиком,
кладбищенским пастором, отшельником, нищим, вступает с каждым в беседу.
Все его собеседники оказываются мудрыми, познавшими опыт жизни людьми, и
высказывающими разумные взгляды о назначении человека, справедливости и
пр. Однако при всем старании поэта облечь своих собеседников в живые
образы - характеры его героев очерчены очень слабо. Сквозь тщательно
описанный наряд крестьянина или разносчика сквозят черты самого
поэта-мечтателя, который вкладывает в уста придуманных им фигур свои
подчас несвободные от педантизма и резонерства моральные сентенции.
Несомненные достоинства произведений В. - простой, приближающийся к
разговорной речи, и свободный от всяких риторических прикрас язык,
неподдельная искренность чувства в большинстве его мелких стихотворений
и художественные красоты его лучшей поэмы "Excursion" - не могли
все-таки примирить современных критиков с поэзией, звучавшей резким
диссонансом в общем настроении эпохи. Как-то странно и дико было видеть
в это бурное время небольшой кружок лиц, поселившихся около озер
северной Англии и воспевающих журчание ручейка или слепого мальчика,
катающегося в корыте. Позднейшая критика отнеслась к В. с большей
справедливостью, признав за ним видное место в истории английской
поэзии. "Есть какая-то внушительная серьезность", - говорит Тэн, - и
суровая красота в этих искренних размышлениях; они останавливают
внимание читателя, внушают невольное уважение, даже трогают. Это
произведение ("the Excursion") точно протестантский храм, который,
несмотря на однообразный тон украшений, все-таки импонирует своей
святыней". В. в 1848 г. был после Соути признан поэтом-лауреатом и умер
23 апр. 1850 г. в Рейдале. Кроме названных произведений, отдельно
изданы: "The Borderers" (драма); "The White Doe of Rylston" (1819);
"Peter Bell" (1819); "The river Dudon" (1820); "The Waggoner" (1820);
"Vaudracour and Julia"; "Ecclesiastical sonnets"; "Memorials of a tour
on the Continent"; "Description of the lakes in the north of England";
"Yarrow Revisited" (1835). При жизни поэта вышло два полных собрания его
сочинений (1836
- 1837, 1845). Стихотворения В. переводились и на русский язык, между
прочим у Гербеля "Английские поэты".
Воробей (Passer) - род воробьиных птиц из ceмeйcтвa зябликoвыx
(Fringilidae), отличающийся сильным, толстым, конусообразным, слегка
согнутым клювом, короткими ногами, вооруженными слабыми когтями,
округленными короткими крыльями и коротким усеченным или слегка
выемчатым хвостом. К этому роду принадлежат более 30 видов, которые все
живут в Старом свете. Самый обыкновенный вид - В. домовый (P.
domesticus). Он имеет 16 см. длины. Спина его ржавчинного цвета с
черными пятнами; нижняя сторона тела серая; щеки белые; ушная область
бледно-серая; крылья с желтовато-белою поперечной полосой; горло черное;
середина темени серая; у самки голова и горло серые, а над глазом
бледная серо-желтая полоса. Этот В. смел, хитер, назойлив и вороват. В
настоящее время он водится от Португалии до Сибири, в Капланде,
Сенегале, на Яве и завезен даже в Америку и Австралию; но прежде область
его ограничивалась одною Северною Европою. Хотя В. вредит, поедая хлеба,
горох, вишни и виноград, но приносит еще большею пользу, истребляя
множество вредных насекомых. Истребление В. в какой-либо местности
всегда сопровождается чрезвычайно сильным размножением вредных
насекомых. Мясо этого В. твердо и безвкусно, и потому редко
употребляется в пищу. Полевой В. (P. montanus) отличается от домового
меньшим ростом (14 см. длины), черным лунообразным пятном на щеках,
красновато-серым затылком и теменем и двумя поперечными полосами на
крыльях. Водится в Средней Европе и Средней Азии и почти так же
обыкновенен, как и домовый В. Летом он живет обыкновенно на полях и
лугах и только зимою залетает в города и деревни. Третий европейский вид
- В. каменный (P. petronia) - водится в Южной Европе, а в Средней
встречается лишь местами, и то отдельными особями. Он сверху серо-бурого
цвета; над глазами желтовато-белая полоса, и на горле желтоватое пятно.
Живет в скалистых местностях.
Ворон (Corvus) - род воробьиных птиц, из семейства врановых
(Cornicidae), отличающийся толстым, несколько согнутым конусообразным
клювом, длинными крыльями, прикрытыми щетинками ноздрями и хвостом
средней длины, усеченным или слегка округленным. Известно 65 видов,
распространенных всюду, за исключением Южной Америки и Новой Зеландии.
Сюда относится Ворон (С. согах), имеющий значительную величину (до 70
см. длины); оперение его черного цвета с сильным стально-синим, на
крыльях зеленоватым, металлическим блеском. В. распространен в большей
части Европы, Средней и Северной Азии, живет парами, гнездится в самых
уединенных местах или на очень высоких деревьях в густых лесах или на
вершинах скал, питается насекомыми, мышами, кротами, а также мелкими
птицами и молодыми зайцами, но всего охотнее ест падаль. Сбрасывая со
скал большие раковины и морских ежей для того, чтобы они разбились, В.
потом поедает их. Пойманный молодым, он легко приручается, выучивается
говорить, но остается вороватым и злым. Самка откладывает 4-5
зеленоватых, с бурыми пятнами, яиц и по очереди с самцом насиживает их в
продолжении трех недель. В Америке В. заменяет близко родственный вид.
Перья В. употребляются для черчения. - Черная ворона (С. corone) имеет
45-50 см. длины, совершенно черного цвета, с черно-синими головою и
затылком; перелетная или оседлая, очень умная и осторожная птица,
полезная истреблением вредных нacекoмыx. - Cерая ворона (С. cornix)
такой же величины, как и предыдущая; пепельно-серого цвета с черными
головою, горлом, хвостом и крыльями. Она широко распространена в
Северной Европе, особенно в России и Швеции. Во многих местностях ее
старательно истребляют, не зная, что она приносить пользу уничтожением
многих вредных животных. Серая ворона питается насекомыми, слизняками,
падалью, рыбой, мелкими млекопитающими, яйцами других птиц, молодыми
птицами, зрелыми ягодами, вишнями и другими плодами. Гнездо она строит
на высоких деревьях по краям полей и лугов из прутьев, которые соединяет
глиной. На зиму она поселяется на колокольнях или в других необитаемых
строениях. Яйца зеленоватые с темно-бурыми пятнами; птенцы сначала
бывают слепыми, прозревая большею частью на пятый день по вылуплении из
яйца. Возможно, что серая ворона есть лишь местная разновидность черной
- Грач (С. frugilegus) имеет около 45 сантиметров длины, черного цвета с
пурпурным отливом на затылке; клюв у старых птиц у основания голый,
вследствие стирания перьев. Он миролюбивее и общительнее предыдущих
видов и гнезда устраивает обществами на высоких деревьях. На севере грач
перелетная, а на юге - оседлая птица. Питается он преимущественно
дождевыми червями, личинками насекомых, которых вытаскивает из земли,
майскими жуками и т.п., и этим приносит весьма значительную пользу.
Э. Брандт.
Ворон - часто упоминается в народных легендах и сказках, где надо
воскресить убитого молодца с помощью мертвой и живой воды; носителем
последней является чаще всего ворон. По своему обыкновению
мифологическая школа и в вороне видела персонификацию грома, приносящего
с собою первый весенний дождь. Против этого взгляда восстает Сумцов в
статье "Ворон в народной словесности" ("Этнографическое обозpениe",
1890), где он доказывает, что все, рассказываемое о вороне и о других
животных в народных произведениях, основывается на близком и
непосредственном изучении народом животного царства. Поэтому и здесь
верования относительно ворона вызваны были тем, что эта птица охотно
питается мертвечиной.
И. Л.
Воронеж - губернский город Воронежской губ., под 51° 39' с. ш. и 39°
39' в. д. от Гринвича, от С.-Петербурга в 1102 вер. и от Москвы в 498
вер., на правом берегу р. Воронеж, в 8 вер. от впадения ее в Дон.
Местоположение города возвышенное и ровное, а более древняя часть его
тянется по склону высокого и довольно крутого берега. К городу В. с трех
сторон примыкают довольно значительные слободы: с севера Троицкая,
запада - Ямская и с юга - Чижовка. В. основан в 1586 году. В древности
здесь жили хазары, последние гробницы которых еще видел де-Бруин в 1702
году. В. был одним из первых укрепленных городов, выдвинутых в конце
XVI-го ст. вглубь придонских степей в защиту государства от набегов
"изгоном" разных ордывских хищников. В 1590 г. В. был разрушен
каневскими черкассами, но немедленно возобновлен. Находясь на таком
бойком торговом пути, как точка слияния Воронежа с Доном, тогда еще
вполне судоходных рек, В. не мог надолго оставаться исключительно
военным городом. К середине XVII в. торговля достигла здесь больших
размеров. Вскоре, однако, стали возникать новые, более южные укрепленные
города, построенные, главным образом, прибывшими в 1652 г. острогожскими
черкассами. Последние получили новые права и преимущества, в том числе
право беспошлинной торговли и безоброчного шинкования. Это нанесло
сильный удар торговле В., лишенного привилегий. Самая блестящая эпоха
города начинается с 1695 г. - с прибытия Петра для построения здесь
флота. В. искони служил верфью, где строились "струги, годные к
мореходному делу". Но В. суждено было быть колыбелью не только военного,
но - как видно из недавно отысканных документов - и торгового флота
России. В 1772 г., по инициативе правительства, в В. образовалось первое
в России "акционерное торговое общество для мореходства", с высочайше
утвержденным уставом и с правом заказывать мореходные суда в военных
адмиралтействах. Военная верфь в В. существовала недолго; вследствие
постепенного обмеления рек, она сперва была перенесена в Тавров, затем
южнее, на устье, и, на конец, за мелководьем, совершенно упразднена.
Частые пожары, бывшие в Воронеже в течении прошлого столетия, уничтожили
много памятников Петровского времени; уцелели, однако; 1) дворец Петра с
цитаделью, позднее превращенные в шерстомойню и до того забытые, что до
последних лет их считали погибшими в пожаре, и 2) цейхгауз на острове,
также сперва превращенный в шерстомойню, но по Высочайшему указу
купленный из частных рук и подаренный городу, с условием ответственности
за целость драгоценного памятника. Ныне в нем помещается петровский
яхт-клуб. В настоящее время В. - один из красивейших губернских городов.
Ему принадлежит 38271/3 дес. земли, из коих под городом до 800 дес., а
почти все остальное под лесом. Домов свыше 5500; из них более половины
каменных. Жителей 61053, в том числе женщ. 28360. Число родившихся в
1890 г. достигло 2281, число умерших - 1998 об. п. Городские доходы
составляют 309385 руб., запасный городской капитал - 3175 руб. Городских
расходов было в 1890 г. 312627 руб. 28 коп. За В. числится долг
государственному банку в сумме 1010831 р. Некогда обширная и цветущая
торговля В., вследствие прекращения судоходства, сильно сократилась; тем
не менее, и теперь еще насчитывается в В. 47 фабрик и заводов, ценность
производства которых простирается на сумму 1248548 руб. (в 1862 г.
торговые обороты В. превышали еще 3500000 р.). Достопримечательности В.:
памятники Петру I, Кольцову и Никитину (последние два - местные
уроженцы), Митрофаниевский монастырь, с мощами святителя Митрофана,
музей при статистическом комитете и при публичной библиотеке. В Воронеже
издаются епархиальные и губернские ведомости, частные газеты: "Дон" и
"Воронежский телеграф", и два специальных журнала: "Филологические
записки" и "Медицинская беседа". В городе несколько метеорологических
станций, публичных библиотек и клубов с читальнями. Есть водопровод и
конно-железная дорога. Духовная семинария, одна мужская и 2 женские
гимназии, мужская и женская прогимназии, реальное училище, кадетский
корпус и училища: духовное, уездное, железнодорожное, eпархиальное,
фельдшерское; учительская семинария; до 40 городских школ и училищ.
Воронеж соединен с Козлово-Воронежско-Ростовской жел. дор. ветвью,
протяжением в 15 верст.
Воронежский уезд занимает пространство в 4642 кв. вер. Поверхность
уезда большею частью ровная и низменная; часть уезда по правому берегу
Дона черноземная, по левому же - суглинистая и песчаная. В южной части
уезда, верстах в 10 от границ Коротоякского у., близ села Гремячего,
начинаются меловые кряжи, не покидающие берегов Дона до выхода
последнего из пределов Воронежской губ. Из рек, орошающих этот уезд,
замечательны: Дон, на котором находится Вилькинская пристань, и р.
Воронеж с пристанями: Воронежская, Трушкинская и Черноярская, ныне уже
почти запустевшими, вследствие значительного обмеления этих двух рек.
Вся площадь уезда равняется 469478 десят., из коих 306436 дес. пахотной
земли; последняя распределяется на 89974 десят. владельч. и 216462
десят. крест. земли; лугов насчитывается 18380 дес. владельч. и 14694
дес. крест.; лесов 21717 дес. владельч. и 16666 дес. крест.; под
огородами, садами и усадьбами - 2543 дес. вдадельч. и 16036 дес. крест.;
выгона и пастбищ 3443 дес. влад. и 14562 дес. крест. Из общего
количества удобной земли 136054 дес. находятся во владении помещичьем, а
278420 дес. крестьянском. Из общего количества неудобной земли 6886 дес.
принадлежат владельцам, а 17435 дес. крест. Наибольшая часть земли
находится во владении крестьян (63,1%), затем помещиков (30,4%) и казны
(6,5%). Населения (к 1-му января 1890 г.) числилось всего 191431 душа, в
том числе 95790 муж. и 95641 женщ., не считая жителей города Воронежа;
число родившихся - 11403, число умерших - 9083. В составе населения было
раскольников - 3147, католиков - 17, протестантов - 31, евреев и
караимов - 53, остальные православные. На 1 кв. вер. насчитывалось
жителей - 41 человек (без городов). По густоте населения уезд занимает
второе место в губернии. Жители занимаются преимущественно
хлебопашеством; но местами развито скотоводство, а в волостях, смежных с
устьем Воронежа, преобладают кустарные производства, из коих в
особенности славятся и находят сбыт даже в Киеве и на Кавказе
производства ковров, сетей, чулок, варег и шапок (картузов). К 1 января
1891 года числилось в уезде 60225 лош., 40656 гол. рог. скота, 136780
овец простых, до 10000 тонкорунных, 15635 свиней и 511 коз, а всего
263253 гол. разного дом. скота. Фабрично-заводская промышленность не
процветает, но кустарная делает громадные успехи, в особенности недавно
возникшая: ткацкая и плетениe мебели из прутьев ивы и лозы. Общая
стоимость облагаемых имуществ в уезде, по земской оценке - 24847850 руб.
Земских сборов в 1889 г. поступило 100934 руб., и состояло в недоимке
45219 р. Израсходовано земством 100934 руб.; за земством числится долгов
72162 руб. На народное образование истрачено 16170 руб. В уезде 4
училища мин. нар. просвещения, 30 частных и 92 нач. школы в которых
обучалось 5085 детей. Источниками содержания этих школ, кроме суммы,
отпускаемой земством, служат следующие суммы: от казны - 3098 руб.; от
городского общ. 16023 р., сельских общ. 4462 руб., сбор за право учения
19193 руб. и др. Всего расходуется на народное образование 66643 руб.
или около 30 коп. на каждую душу населения. В последнее время возникло в
Воронежском у. 7 (смешанных) церковно-приходских школ, содержимых на
счет епархиального учительского совета и святейшего Синода. В этих
школах обучалось в 1890 г. 271 мальч. и девоч.; содержание их обошлось в
790 руб. Уезд разделяется на 15 волостей, составляющих 4 стана. Ср.
Болховитинов (митрополит Евгений), "Описание Воронежской губернии",
"Воронежские губернские ведомости" (за 1835 - 92 гг.); Н. И. Второв,
"Ворон. акты", а также акты, изд. де Пуле, Яворским и Вейнбергом;
"Воронежский край" Л. Б. Вейнберга; "г. Воронеж" его же; "Деяния Петра
Великого на Воронеже" его же; "Очерк сельскохозяйственной промышлен.
Ворон, губ." его же; "Очерк замечат. древн. Ворон. губ. " его же.
Л. Вейнберг.
Воронихин (Андрей Никифорович) - архитектор и живописец. Родился в
1759 г. в селе Новое Усолье, Пермской губернии Соликамского уезда,
крепостным графа А. С. Строганова. Способность В. к рисованию обратила
на него внимание графа, который в 1777 году отправил его в Москву для
обучения. Здесь В. занимался под руководством архитекторов Баженова и
Казакова. Из Москвы граф Строганов перевел его в Петербург. С 1784 по
1790 гг. В., по желанию графа, совершил четыре поездки по России и
Западной Европе, в сопровождении знаменитого Ромма. За границей он
изучал перспективу, пейзажную живопись и архитектуру, а также занимался
математикой, естественными науками, физикой, механикой и астрономией.
Там же В. написал портрет матери Ромма и некоторых его друзей (где
находятся в настоящее время эти произведения - неизвестно). В 1786 г. В.
получил отпускную. По возвращении в Петербург он продолжал заниматься
перспективой и миниатюрной живописью; в 1794 г. он представил в академию
художеств картину, изображающую в перспективном виде картинную галерею
гр. Строганова, и получил за эту работу звание академика. Картина эта
находится теперь в академии. В особенности В. прославился проектом и
сооружением собора Казанской Божией Матери в С.Петеpбуpге. Закладка
собора последовала 27 марта 1801 г., а окончен собор в 1811 г. По случаю
освящения этого храма В. был пожалован орденом Св. Анны второй степени,
украшенным бриллиантами и получил пенсию. Из других его построек
известны: дом государственного казначейства, здание горного института,
колоннады и каскад в Петергофе, дворцы в Стрельне, Гатчине, Павловске и
пр. В. сочинил также проекта храма Христа Спасителя в Москве в
византийском стиле, но, как известно, Высочайшего утверждения удостоился
проект Витберга. Умер В. в 1814 г. и похоронен на кладбище
Александро-Невской лавры. В большинстве случаев В. придерживался стиля
итальянского Возрождения и псевдоклассицизма, господствовавшего во
второй половине XVIII века.
В. Ч.
Воронцов Михаил Илларионович В., граф, государственный канцлер,
родился в 1714 г. Четырнадцати лет был определен камер-юнкером при дворе
великой княжны Елисаветы Петровны и служил последней и пером своим,
которым хорошо владел, и деньгами богатой своей свояченицы, жены его
брата Романа. Вместе с Шуваловым стоял сзади саней, на которых цесаревна
поехала в казармы Преображенского полка в ночь провозглашения ее
императрицей; он же вместе с Лестоком арестовал Анну Леопольдовну с ее
семейством. За это Елисавета пожаловала его действительным камергером,
поручиком новоучрежденной лейб-компании и сделала владельцем богатых
поместий. 3 января 1742 г. М. И. стал мужем Анны Карловны Скавронской,
двоюродной сестры государыни. В 1744 г. В был возведен в графское
достоинство Российской империи и вслед за тем назначен вице-канцлером. В
1748 г. он едва не подвергся опале. На него пало обвинение в соучастии в
заговоре Лестока, но ему удалось легко оправдаться от этого обвинения и
вернуть к себе расположение императрицы, когда в 1758 г. канцлера А. П.
Бестужева-Рюмина постигла опала, на его место был назначен В.
Унаследовав от Бестужева-Рюмина так называемую систему Петра - союз с
Австрией (против Турции), он при Елисавете Петровне деятельно продолжал
войну с Пруссией, но при Петре III едва не вступил в союз с Пруссией.
Михаил был привязан к Петру и даже пытался после переворота 29 июня 1762
г. отстоять его права; он отказался присягнуть Екатерине II, за что был
подвергнут домашнему аресту, и присягнул только тогда, когда услышал о
смерти Петра Федоровича. Тем не менее Екатерина II, видевшая в нем
опытного и трудолюбивого дипломата, оставила его по-прежнему канцлером.
Необходимость делить свои труды (по дипломатическим сношениям) с Н. Ив.
Паниным, державшимся совершенно другой системы, вытекавшие отсюда
недоразумения с ним и другими приближенными императрицы, напр. с
Григорием Орловым, и холодность самой императрицы скоро заставили В.
выйти в отставку (1763). Умер в Москве в 1767 г. Ни современники, ни
историки не согласны в оценке деятельности Мих. Илл. В. Большинство
историков, следуя суровому приговору Манштейна, называют его
малоспособным, малообразованным и поддающимся чужому влиянию. Зато почти
все считают Мих. Илл. человеком честным, мягким и гуманным. Друг и
покровитель М. В. Ломоносова, он интересовался успехами родной
словесности и родной науки и, насколько можно судить по его письмам,
особенно последнего 10-тилетия, обладал хорошим образованием, если не в
политическом, то в общелитературном смысле.
Воронцов, Михаил Семенович - светлейший князь, генерал-фельдмаршал;
родился в 1782 году, детство и первую молодость провел в Лондоне, где
получил блестящее образование. Еще грудным ребенком записанный в
бомбардир-капралы лейб-гвардии Преображенского полка, он уже 4-х лет от
роду произведен в прапорщики. В 1803 г. он был прикомандирован к
кавказским войскам, во главе коих стоял тогда кн. Цицианов. Состоя лично
при нем, Б. был в разных делах с горцами, причем, во время несчастной
экспедиции Гулякова в Закатальское ущелье (15 янв. 1804) едва было не
погиб. В сент. 1805 г. он, в должности бригад-майора, отправлен был в
шведскую Померанию, с десантными войсками ген.-лейт. гр. Толстого и был
при блокаде креп. Гамельн. В кампанию 1806 года находился в сражении под
Пултуском, а в камп. 1807, командуя 1-м батальоном л. гв. Преображ.
полка - в битве при Фридланде. В 1809 г. В., назначенный командиром
нарвского пех. полка, отправился в Турцию, где участвовал в штурме
Базарджика и в сраж. под Шумлою (1810), а потом послан был с особым
отрядом в Балканы, причем занял гг. Плевну, Ловчу и Сельви. В кампанию
1811 г. В. участвовал в сражении под Рущуком в 4-х делах под Калафатом и
в удачном деле под Виддином. В Отечественную войну 1812 г. В. находился
сначала при армии кн. Багратиона, принимал участие в сражении при
Смоленске. В битве под Бородиным В. защищал укрепления у дер.
Семеновской и получил рану, принудившую его оставить ряды войск.
Отправляясь на излечение в свое имение, он пригласил туда же около 50
раненых офицеров и более 300 рядовых , пользовавшихся у него заботливым
уходом. Едва поправившись, В. вернулся в строй и был назначен в армию
Чичагова, причем ему вверен отдельный летучий отряд. Во время перемирия
(летом 1813) он был переведен в Северн. армию; по возобновлении военных
действий находился в деле под Денневицем и в битве под Лейпцигом. В
кампанию 1814 г, В. при г. Краоне блистательно выдержал сражение против
самого Наполеона; в сражении под Парижем, командуя особым отрядом, с боя
занял предместье ла-Вилетт. В 1815 г. В. назначен был командиром
оккупационного корпуса, занимавшего Францию до 1818 г. В. оставил по
себе там самые лучшие воспоминания. Возвратясь в России, В. командовал
3-м пех. корпусом, а 7 мая 1823 г. назначен новороссийским
генерал-губернатором и полномочным наместником Бессарабской области.
Полудевственный Новороссийский край ждал лишь искусной руки для развития
в нем земледельческой и промышленной деятельности. В. обязаны: Одесса -
небывалым дотоле расширением своего торгового значения и увеличением
благосостояния; Крым - развитием и усовершенствованием виноделия,
устройством превосходного шоссе, окаймляющего южный берег полуострова,
разведением и умножением разных видов хлебных и др. полезных растений,
равно как и первыми опытами лесоразведения. По его почину учреждено в
Одессе общество сельского хозяйства, в трудах которого сам В. принимал
деятельное участие. Многим обязана ему и одна из важнейших отраслей
новороссийской промышленности - разведение тонкорунных овец. При нем же,
в 1828 г., получило начало пароходство по Черному морю. В 1526 г. В.,
вместе с Рибопьером, был послан в Аккерман, для переговоров с турецкими
уполномоченными по доводу возникших между нами и Портой несогласий. В
1828 г. он принял, вместо раненого кн. Меньшикова начальство над
войсками, осаждавшими крепость Варну. 17 авг. В, прибыл к месту
назначения, а 28 сентября крепость сдалась. В кампанию 1829 г.,
благодаря содействию В., войска, действовавшие в Турции, безостановочно
получали необходимые запасы. Чума, занесенная из Турции, не проникла во
внутренность Империи, благодаря энергичным мерам В. В 1844 году В.
назначен был главнокомандующим войск на Кавказе и наместником
кавказским, с неограниченными полномочиями и оставлением в прежних
должностях. Прибыв в Тифлис 25 марта 1845 г., В. вскоре отправился на
левый фланг Кавказской линии, для принятия начальства над войсками,
готовившимися к походу против Шамиля. После занятия Андии, сопряженного
с величайшими затруднениями, войска, под личными предводительством В.,
двинулись к временной резиденции Шамиля - аулу Дарго. Овладение этим
пунктом и в особенности дальнейшее движение через дремучие Ичкеринские
леса сопряжены с большими опасностями и огромными потерями. За поход к
Дарго В. возведен был в княжеское достоинство, с присвоением ему
несколько позже титула светлейшего. В 1848 г. взяты были две твердыни
Дагестана, аулы Гергебиль и Салты. Вообще после прибытия В. военное
положение наше на Кавказа резко изменилось к лучшему; плодотворна была и
гражданская деятельность наместника. В начале 1853 г. В., чувствуя
крайний упадок сил, просил государя уволить его от должности, и 25 марта
оставил Тифлис. Умер в Одессе в 1856 г. Ему воздвигнуты памятники в
Тифлисе, Одессе.
Воск животных есть продукт выделения одноклеточных кожных желез
многих насекомых. В практическом отношении наибольшее значение имеет В.
пчелы, у которой он выделяется в виде тонких пластинок между нижними
полукольцами брюшка; для тех же целей, как пчелиный В., употребляется
китайцами также В., выделяемый одним видом червецов (Coccus ceriferus).
Очень обыкновенны пухообразные восковые выделения кожных желез у
представителей отряда полужесткокрылых (Неmiptera), особенно у травяных
вшей (Aphidae).
Н. Кн.
Воспаление (Inflammatio). - Болезненный процесс, поражающий самые
разнообразные органы и ткани и выражающийся обыкновенно в четырех
признаках: жаре, красноте, опухоли и боли, к которым иногда
присоединяется и пятый признак - неспособность к функциональной
деятельности пораженного органа. Такое определение давали уже древние
врачи, которым были недоступны точные исследования болезненных изменений
различных тканей, и они ввели термины признаков: calor, rubor, tumor,
dolor и functio laesa. Само название должно было уже показывать, что
больной орган согревается и обнаруживает повышенную температуру,
замечаемую даже одним осязанием. С прогрессом наших знаний пришлось
убедиться, что, с одной стороны, не всякое В. сопровождается всеми
перечисленными признаками, с другой - что почти все они в отдельности и
в совокупности некоторые из них могут существовать и при
невоспалительных процессах. Таким образом оказалось очень трудным
охарактеризовать В. вполне точными, обнимающими все случаи его,
признаками. В настоящее время всего полнее обнимает сущность воспаления
определение, данное немецким ученым Бебером: "под воспалением мы
подразумеваем все местные расстройства питания, вызванные раздражением,
которые начинаются повышенной образовательной деятельностью,
сопровождаются усиленным притоком питательного материала и заканчиваются
усиленным обратным развитием. Следовательно, В. представляет такое
нарушение питания, которое сопровождается не только новообразовательными
процессами, как это имеет место при опухолях, но и обусловливает распад,
процесс обратного развития, причем всего характернее то, что оба
процесса идут рядом". Не меньшую трудность представляли попытки указать
местные причины, вызывающие воспалительный процесс в данном органе или
ткани и связанные с ним различные кардинальные признаки его. Было ясно,
что воспалительные явления наступают вслед за раздражением пораженной
части тела. Одни ученые видели причину в раздражении сосудов,
выражающемся то в параличе их (Henie), то в спазматическом их
сокращении, вследствие раздражения чувствительных нервов. Другими
словами, причина воспалительных явлений сводилась к расстройствам
кровообращения. Но так как эта теория не удовлетворяла во многих
случаях, то возникло учение, что сущность воспалительного процесса
заключается в изменениях тканей, вызываемых подействовавшим на них
раздражением. Эта теория особенно горячо защищалась знаменитым
германским патологом Вирховым, который, исходя из своего знаменитого
положения "omnis cellula е cellula", ("всякая клетка из клетки")
утверждал, что, при раздражении тканевых клеток, последние воспринимают
больше питательного материала, причем они не только увеличиваются в
объеме, но и размножаются, образуя так называемые гнойные тельца,
которые, по Вирхову, суть не что иное, как продукт размножающихся
соединительно-тканных оседлых клеток. Дальнейшие исследования показали,
что учение Вирхова о характере и происхождении гнойных телец не верно.
Его ученику, известному германскому профессору Конгейму удалось ближе
проследить сущность процесса воспаления. Если рассматривать под
микроскопом язык лягушки или брызжейку ее, подвергнув их предварительно
раздражению, то удается видеть, что раньше всего расширяются артерии,
затем вены и, наконец, волосники; спустя немного, течение крови в них
замедляется; волосники расширяются настолько, что в них появляется не
существующая в нормальном состоянии пульсация. В мелких венах происходит
резкое изменение характера протекающей струи крови; в пристеночном слое
ее, в котором в нормальном состоянии обыкновенно отсутствуют кровяные
тельца, так как последние несутся в осевом слое кровяного тока, при
воспалении появляются в большом количестве белые кровяные шарики,
которые располагаются вдоль стенки. Вслед за тем они покидают сосуды.
Под микроскопом можно видеть, как белый кровяной шарик выдвигает сперва
отросток, внедряющийся в стенку сосуда, и как он постепенно проползает
сквозь нее, пока не очутится на наружной стороне сосуда. Этот процесс
выселения белых шариков при воспалениях известен под именем "эмиграции"
их. Подобные патолого-анатомические явления пристеночного расположения
белых кровяных шариков и эмиграции их присущи только воспалению. Само
собой понятно, что если выступающие белые кровяные шарики будут
скопляться в самой ткани, в ней образуется выпот, уплотнение,
"инфильтрат", tumor древних врачей. Если же воспалительный продукт
выходит на поверхность ткани, как это имеет место при воспалении разных
серозных оболочек, то он образует "эксудат". Таким образом явления
опухоли, т. е. усиленного образования и скопления клеток, должны
считаться самым основным свойством воспалительного процесса.
Бессосудистые ткани (хрящи, роговица) также воспаляются и также
сопровождаются образованием эксудата; но в них гнойные тельца являются
из сосудов, расположенных в окружности их. В дальнейшем, к белым
кровяным шарикам, часто превращающимся в гнойные тельца, присоединяются
и так назыв. оседлые клетки соединительной ткани в том смысле, в каком о
них говорил Вирхов. Указанные в общих чертах основные явления, присущие
воспалительному процессу, не обнимают собой всей сущности его: не только
самые ткани, подвергшиеся заболеванию, испытывают целый ряд дальнейших
изменений, но и дальнейшая судьба самого выпота, эксудата или
инфильтрата, входящих в состав его эмигрировавших белых кровяных шариков
(лейкоцитов), весьма разнообразна и в отдельных случаях может вести к
самым различным последствиям. Ранее всего, скопившиеся около сосудов
массы белых кровяных шариков, будучи следствием нарушенного правильного
кровообращения, в дальнейшем служат причиной нарушенного питания самой
ткани, так как, сжимая местные сосуды, они не препятствуют дальнейшему
притоку крови, при затрудненном оттоке ее. Вследствие этого, пораженная
ткань не только набухает (tumor), но и чрезмерно нагревается (calor),
краснеет (rubor), от прижатия расположенных в ней чувствительных нервов
делается болезненной (dolor), а вследствие боли затрудняется ее
функциональная деятельность (functio laesa). Существует несколько
классификаций воспалений, смотря по принципам. Так, напр., различают
воспаление по отдельным органам. В медицине принято для обозначения
воспаления какого-либо органа прибавлять к названию его окончание itis.
Говорят, напр., hepatitis (воспаление печени), pleuritis (воспаление
подреберной плевы) и т.д. Если желают указать на В. серозной оболочки
какого-либо органа, то пользуются префиксом peri, как, напр.,
perilyphlitis и префиксом para, если желают указать В.
соединительно-тканной клетчатки, окружающей какую-либо часть тела или
органа (parametritis). Впрочем, воспаления некоторых тканей и органов
имеют особые названия. Далее, воспаления классифицируются по своей
продолжительности на острые, хронические и занимающие средину между ними
- подострые (subacuta). При острых воспалениях продолжительность
процесса бывает не более 3-х недель, когда большей частью резче выражены
так назыв. признаки воспаления. Далее существует классификация
воспалений по так называемому этиологическому моменту, т.е. по внешней
причине, вызвавшей их. В этом отношении все воспаления могут быть
подразделены на такие, при которых причины лежат в известных
ненормальных условиях самого организма, и на обусловливаемые внешними
влияниями. К числу внутренних причин принадлежат, например,
наследственность, аномалия развития, старость, переутомление некоторых
органов. Внешние причины распадаются, в свою очередь, также на 2 группы:
инфекционные, т.е. зависящие от проникновения в организм низших
организмов, и неинфекционные (механические, термические, химические).
Что касается формы воспаления, то она зависит от условий, его вызвавших.
Так, напр., вредное влияние может ограничиться моментальным воздействием
(ожог) или действовать постоянно (бугорчатка); далее, вредный агент
может различным образом разрушать ткани, на которые он воздействовал. В
дальнейшем течении воспаления особенное значение в отношении формы его
имеют белые кровяные шарики, эмигрировавшие из сосудов. Шарики, так наз.
лейкоциты, или снова всасываются в организм, вновь поступают в ток
крови, или они погибают, причем в последнем случае они могут
превратиться в фибрин или так называемую казеозную (творожистую) массу,
при которой воспалительные продукты превращаются, наконец, в гной.
Нагноение представляет высокую степень воспаления, при которой
происходить весьма усиленная эмиграция кровяных шариков; нужно помнить,
что всякий случай нагноения безусловно вызывается гноеродными
микроорганизмами.
Если на воспалительные продукты воздействовали гнилостные
микроорганизмы, то наступает ихорозное воспаление, при котором
образуется так наз. ихор, т.е. гной, имеющий вид зеленоватой, зловонной
жидкости, бедной фибрином. Наконец, выселившиеся белые кровяные тельца
могут развиться в соединительную ткань. В общем различают следующие
формы воспалений: 1) Фибринозное В., которое на слизистых оболочках
называется крупозным, крупом, при чем на них находят, более или менее
эластические, белесоватые пленки. 2) В. с серозным эксудатом, при чем в
полостях (грудной, брюшной) развивается значительное количество
жидкости, бедной лейкоцитами. 3) В. с геморрагическим эксудатом, при
которых последний содержит значительную примесь крови. 4) В. с гнойным
эксудатом, при которых выселившиеся лейкоциты превращаются в гнойные
тельца. 5) В. с ихорозным эксудатом. 6) В. с образованием прочных
тканей. 7) В. с образованием язв. Аналогичные формы воспалений, при
которых воспалительные продукты отлагаются не на поверхности, а в самой
толще ткани, при чем они образуют так наз. инфильтрат, который по своему
характеру может быть гнойный, ихорозный и т.д. Инфильтрат, оставаясь в
ткани, может претерпеть самые разнообразные изменения и повлечь за собой
различные, подчас весьма тяжкие и опасные, последствия. Что касается
лечения воспалений, то естественно, что оно строго индивидуализируется,
смотря по каждому отдельному частному случаю, хотя еще в древности все
методы так наз. антифлогоза, т. е. противовоспалительного лечения,
получили весьма широкое развитие. Главная задача лежит в устранении
воспалительного застоя, как явления, препятствующего правильному питанию
тканей и сосудов пораженного места. Вот почему стремятся или повысить
кровяное давление, или уменьшить сопротивление, встречаемое током крови.
При хронических воспалительных процессах первая цель может быть
достигнута только путем общего улучшения питания организма и устранением
всех обстоятельств, влияющих на силы последнего. Вторая задача -
уменьшение сопротивления пораженных тканей достигается целым рядом самых
разнообразных агентов: покоем воспаленной части, высоким положением ее
(для облегчения оттока крови по венам), местными кровоизвлечениями,
согревающими компрессами, холодом и т.д., смотря по частности каждого
данного случая. При накоплении инфильтрата часто приходится прибегать к
оперативному удалению его. Наряду с местным лечением очень важную роль
играет и общее - при заболеваниях, в которых воспаление вызвано
какими-нибудь общими причинами. Даже при многих местных воспалениях
удается достигнуть излечения устранением причин, которые вызывают то или
другое раздражение, как, напр., при проникании инородных тел, камнях в
мочевом пузыре и т.п.
Г. Г.
Воспитание. - В латинском (educatio) и немецком (Erziehung) словах,
обозначающих это понятие, мы находим корень, общий с глаголами вести,
тянуть (ducere, ziehen); в русском слове корень общий с глаголом питать,
что гораздо правильнее. "Слово воспитание прилагается не к одному
человеку, но также к животным и растениям, а равно к историческим
обществам, племенам и народам, т.е. к организмам всякого рода, и
воспитывать, в обширнейшем смысле этого слова, значит способствовать
развитию какого-нибудь организма посредством свойственной ему пищи,
материальной или духовной" (Ушинский). В отношении к человеку воспитание
определяется следующим образом: это есть преднамеренное воздействие
взрослого человека на ребенка или юношу, имеющее целью довести его до
той доли самостоятельности, которая необходима человеку для исполнения
своего назначения человека на земле. Но так как назначение человека на
земле понимается различными людьми не одинаково, то и цель воспитания
определяется различным образом. Очевидно, что искусство воспитания
возникло с самого начала появления человека на земле. Когда возникли
общества и государства, то к чисто семейным целям В. присоединились цели
социальные и религиозные. В Китае с древнейших времен В. имело целью
подготовить человека для жизни в семье и сообщить ему премудрость, куда
входила религия и наука. Поэтому у китайцев власть родителей над детьми
была безгранична и даже взрослые люди должны были быть в повиновении у
родителей. У индусов и древних египтян воспитывали для известной касты,
так что дитя воина или жреца воспитывалось иначе, чем ребенок других
каст: каждый человек должен быть полезен для своей касты и никакой
общечеловеческой цели воспитания не существовало. У древних персов
юношей воспитывали многостороннее: они должны были быть храбрыми,
откровенными, любить добродетель и гнушаться пороков; но это относилось
к мальчикам, и все воспитание имело утилитарный характер, подготовляя
юношей высшего класса общества к военной и административной
деятельности. В. у спартанцев имело некоторое сходство с воспитанием у
персов: по законам Ликурга, воспитание в Спарте было общественным, т.е.
все дети воспитывались сообща под надзором правительства. Мальчиков
приучали к умеренности, выносливости, терпению и дисциплине; посредством
телесных упражнений их готовили к военной службе. Все это относилось
только к господствующему классу, именно спартиатам. У афинян воспитывала
прежде всего семья, но государство облегчало обязанности родителей,
поощряя некоторые учреждения, где дети получали телесное и умственное
образование. Идеал воспитанного человека был у афинян шире, чем у
спартанцев: от молодого человека требовали, чтобы он был не только силен
и ловок на войне, но умел бы выказать эти качества и на общественных
играх; кроме того, красивая речь, знакомство с музыкой и родной поэзией,
а также некоторая ученость составляли необходимые качества хорошо
воспитанного афинянина. Римляне много заимствовали относительно В. у
греков: сначала у них преобладали дорические, т. е. спартанские правила
В., а потом, во время могущества Римской империи, богатые юноши
воспитывались греческими рабами более по афинскому образцу. Но
отличительной чертой римского воспитания, особенно во времена
республики, следует считать любовь к отечеству, которая была возведена
до культа и была побудительной причиной многих героических подвигов.
Следует еще заметить, что у римлян воспитание женщины стояло выше, чем у
греков. У древних евреев целью воспитания было сделаться угодным Иегове
и научиться исполнять Его завет; все остальные цели воспитания были
второстепенными. По учению Спасителя, воспитание есть необходимое
следствие божественного происхождения души человека: душа должна быть
развиваема, потому что она по своему высокому происхождению в высшей
степени достойна развития, и оставлять ее в темноте и невежестве есть
тяжкий грех. Отсюда проистекает обязательное воспитание детей
родителями, духовенством и всеми лицами, власть имеющими, а также и
полное равенство прав на воспитание всех людей, без различия полов,
племен и состояний. Так как в начале христианства апостолы и отцы церкви
много раз указывали духовенству на их обязанность учить прихожан, то
отсюда возникает господство церкви над воспитанием и тесно с ним
связанным обучением во все средние века. Благотворное в начале, это
влияние духовенства совершенно меняет свой характер, когда христианство
распространилось по всей Европе и духовенство на Западе сильно
уклонилось от первоначальной чисто нравственной цели воспитания.
Началось господство схоластики, где мертвая буква заменила живой закон
Спасителя. В. и наука стали прислужницами церкви (ancillae ecclesiae)
или, лучше сказать, западного духовенства, которое мало думало о
воспитательной цели, а старалось в школах только обучить латинскому
языку, как языку богослужения и науки. На Востоке духовенство не лишало
народ знакомства со Священным Писанием на родном языке. Рыцарство в
средние века на Западе воспитывало своих детей особенно, и В. это имело
некоторые хорошие стороны: рыцари старались развить в детях понятие о
чести, заботились о физическом их развитии и знакомили их с родным
языком и его литературой. В эпоху Возрождения снова стали обращать
внимание на идеалы В. древних греков и римлян, и это дало несколько
другое направление педагогике того времени. Реформация имела большое
влияние на улучшение понятия о воспитании: все реформаторы: Кальвин,
Лютер и другие старались вернуть своих приверженцев к первобытным
христианским идеалам воспитания; требовали, чтобы духовные лица учили
детей прихожан или по крайней мере наблюдали за их обучением, и в
переводе Священного Писания дали им хороший материал для назидательного
чтения. В странах, где распространилось лютеранское и протестантское
вероучение, возникает обязательное обучение. Католики, видя сильное
распространение Реформации, стараются бороться против ее и учреждают
орден иезуитов. Орден этот с особенной ревностью берется за воспитание
юношества и повсюду распространяет свои школы, которых главная цель -
воспитание явных приверженцев католической церкви и иезуитского ордена,
но у которых нельзя отрицать известных хороших сторон. Иезуиты обставили
свои школы с внешней стороны превосходно: учили толково, поощряли успехи
всякими, правда, не всегда похвальными средствами, и без особенно
строгих мер так сильно действовали на своих воспитанников, что
воспитание их было необыкновенно интенсивно. Даже инославные стали
подражать Иезуитам в устройстве школ; так несомненно, что в XVI и XVII
вв. православные духовно-учебные заведения заимствовали у Иезуитов
некоторые части учебной программы и самое устройство училищ. В первой
половине XVII столетия знаменитый чех Амос Коменский впервые в своей
"Великой дидактике" сделал научный свод педагогических положений,
основанных на христианстве и указал будущим поколениям чистый идеал
воспитания, сообразный с природой человека и одинаковый для людей всех
народностей и всех вероисповеданий. Это был значительный шаг вперед в
педагогическом деле, и последующие деятели уже редко отступали от
начертанного Амосом Коменским пути. Развитию школ, способствующих
образованию низших классов народа, чтобы распространить в этой среде
христианские начала воспитания, много способствовали во Франции Жан
Батист Дела-Саль ( 1651 - 1718), основатель ордена братьев христианских
школ (Freres de la doctrine chretienne), а в Германии А. Франке (1663 -
1724), а против схоластического взгляда на воспитание писал еще раньше
Монтень (1533 - 1592). В конце XVII столетия Фенелон написал первый
трактат о воспитании девиц и "Телемака", книгу, которая долго считалась
образцовой для чтения юношества. Почти одновременно с ним англичанин
Джон Локк издал свои мысли о воспитании, в которых дает практические
советы о физическом воспитании детей и утилитарные указания о
нравственном воспитании и обучении. Книга Локка имела большое влияние на
воспитание детей в богатых семействах, и с тех пор замечается у знатных
особ всех народностей стремление воспитывать детей по английскому
образцу. Кроме того, Локк своим сочинением о человеческом разуме дал
сильный толчок развитию опытной психологии, которая, в свою очередь,
имела влияние на педагогические взгляды последующих деятелей. Но едва ли
какой-нибудь другой писатель имел более сильное влияние на взгляды о В.,
чем Ж. Ж. Руссо, который изложил их в прекрасно написанном
педагогическом романе "Эмиль", появившемся в 1762 г. Основываясь на
принципе, что все выходящее из рук Творца прекрасно, и все портится в
руках человека, Руссо требовал, чтобы воспитание было сообразно с
природой и относился отрицательно ко всем общепринятым взглядам на
воспитание детей. При этом он цивилизацию и прогресс считал явлениями
искусственными и даже вредными, и потому в его трактате очень много
парадоксального. Однако увлекательная форма изложения и логическая
стройность заставляли забывать эта парадоксы, и Руссо поэтому имел
большое влияние на педагогические взгляды своих современников, причем
следует заметить, что многие устарелые приемы стали понемногу исчезать
после появления сочинения Руссо. В Германии сделали попытку применить
идеи Руссо к школьному воспитанию, и Базедов в своем дессауском
"Филантропине" пробовал воспитывать детей "сообразно природе" и обучать
их играючи. Хотя попытка эта и была неудачна, но из среды помощников
Базедова явилось много деятелей, которые оказали полезное влияние на
воспитание юношества, напр. Кампе, основавший детскую литературу, Трапп,
как первый профессор педагогики в университете, Оливье в области
обучения иностранным яз. и другие. Отцом новейшей педагогики считается
совершенно справедливо Генрих Песталоцци, швейцарец, живший с 1746 по
1827 год. Песталоцци сначала также увлекся идеями Руссо, но скоро
убедился, что этот писатель имеет извращенное понятие о природе, и
потому стал учить, что основанием педагогических правил должно быть
психологическое исследование свойств детской природы. Педагог не должен
основывать свои принципы на предвзятых идеях, а должен изучить натуру
ребенка и воспитывать его так, чтобы дать самостоятельно развиться его
природным способностям. В своем романе "Лиенгард и Гертруда" Песталоцци
рисует идеал влияния хорошего воспитания в семье и школе на
благосостояние целой общины, а следовательно и целого народа, а в других
сочинениях дает прочное основание методике обучения в элементарной
школе. Сам Песталоцци показал своею педагогической деятельностью высокий
пример учителя и воспитателя, для которого важнее всего благо порученных
ему детей. Взгляды Песталоцци имели большое влияние на немецкие школы, и
преуспеяние немецких школ с 1820 гг. нашего столетия до настоящего
времени зависело главным образом от деятельности учеников швейцарского
педагога. Под влиянием идей Песталоцци возникает в Германии обширная
педагогическая литература; многие деятели теоретически разрабатывают
психологию в применении к педагогике и вопросы об обучении и воспитании,
другие занимаются методикой учебных предметов, как в народной школе, так
и при среднем образовании, и таким образом устанавливаются известные
взгляды, которые понемногу проникают во все слои общества и несомненно
улучшают воспитание детей даже беднейших классов народа. Правительства
всех образованных стран проникаются мыслью, что воспитание и обучение
детей дело важное, и должно быть ограждено от безграничного произвола
родителей; вследствие этого почти везде появляются школьные законы,
которые вводят обязательное обучение и определяют минимум познаний и
навыков, которые должны быть сообщены каждому ребенку. Педагогические
взгляды Песталоцци были еще расширены Фридрихом Фребелем (1782 - 1852),
который обратил внимание на детские игры и указал на образовательное
значение их. По его мнению, воспитание и образование односторонни, если
они обращают внимание лишь на умственное развитие детей; рядом с
мышлением дети обладают сильным воображением, которое влечет их к
творчеству, и следует необходимо дать им материал для удовлетворения
этого стремления что-либо делать своими руками. Сам Фребель занялся
преимущественно детскими играми первоначального возраста и создал так
наз. детские сады; но после него стали более обращать внимание на те
учебные предметы, которые способствуют развитию в детях творческой
деятельности, напр. на рисование и, наконец, на ручной труд, как на
занятие педагогическое, а не ремесленное. Следует еще иметь в виду, что
на физическое воспитание детей стали обращать гораздо более внимания,
начиная с 1820-х гг. нашего столетия. Физиология и гигиена заняли
подобающее место при решении вопросов о школьных помещениях, школьной
мебели и физических упражнениях детей; гимнастика стала обязательным
занятием для детей школьного возраста, и хотя ее научная система еще
окончательно не выработана, но во многих положениях уже все педагоги
сошлись взглядами. Сильное развитие и продолжительность школьного
обучения породили жгучий вопрос о вредном влиянии школ на развитие
детей, на переутомление детей. Вопрос этот теперь занимает многих
педагогов и медиков, и следует надеяться, что он поведет к дальнейшему
совершенствованию способов обучения и воспитания.
В России до Петра Великого воспитание было семейное, патриархальное и
мало зависело от западных идей; после Петра Великого является подражание
западным идеалам воспитания, что выразилось, главным образом, во внешних
приемах, привычках и костюме. Но рядом с этим благомыслящие люди
старались ввести и серьезные стороны западных идей о воспитании:
Екатерина II в инструкции о воспитании своих внуков выписывает очень
много из Локка и интересуется "Филантропином" Базедова. В деятельности
Бецкого, в уставах и положениях о первых женских институтах (Смольном
монастыре) и кадетских корпусов мы находим многие заимствования из
Базедова и Руссо. Наконец, в новейшее время на русский язык переведены
все лучшие иностранные педагогические сочинения, и интеллигентная часть
общества в России мало отличается по идеям о воспитании от общества
других образованных стран. Лучшим представителем разумного влияния
заграничных педагогических взглядов можно считать К. Д. Ушинского,
главное сочинение которого "Человек, как предмет воспитания"
представляет собою в высшей степени самостоятельную и интересную
разработку всех главнейших вопросов о воспитании и обучении в применении
к русским условиям. Уже выше было сказано, что характер воспитания
зависит в значительной степени от идеала, который ставит себе
воспитатель; но следует иметь в виду, что идеал этот не может быть
избран совершенно произвольно, так как на воспитание ребенка имеют
влияние многие посторонние факторы. Прежде всего идеал воспитания
ограничивается свойствами человеческого организма, его наследственными
задатками и окружающей природой: все это оказывает столь сильное влияние
на ребенка, что воспитателю трудно бороться против этих условий, и он
должен сообразовать с ними идеал воспитания. Затем церковь или
религиозная община, к которой принадлежит семья ребенка, принимает также
значительное участие в воспитании, на которое оказывают несомненное
влияние и национальность, и социальные условия. Наконец, и более тесная
среда, сословие, общество, родня и т.д. также многое обусловливают при
воспитании ребенка и стесняют произвол воспитателя и школы. Таким
образом воспитание человека оказывается делом очень сложным, зависящим
от многих условий, и очень часто несправедливо обвиняют школу или
воспитателей в том, в чем они вовсе не виноваты. Если принять во
внимание все вышеизложенные условия, то окажется, что кратко и в
нескольких словах невозможно определить цель воспитания, как это делают
многие из писателей-педагогов. Идеал воспитания должен быть точно
определен со многих разнообразных сторон. Во 1-х, следует отделить
физическое воспитание от душевного и составить себе ясное понятие о
нормально развитом человеке, которого можно поставить идеалом для
физического воспитания ребенка. При этом главными вспомогательными
науками для педагога являются физиология и гигиена. Во 2-х, следует
определить нравственный идеал, до которого воспитание должно довести
ребенка. Наконец, в 3-х должен быть определен умственный идеал, до
которого следует довести ребенка. Это есть наименее определенный идеал,
и он больше других зависит от этнографических, социальных и других
условий. Интересующиеся этим вопросом могут найти более подробные
указания в предисловии к сочинению К. Д. Ушинского: "Человек, как
предмет воспитания". В этом предисловии ясно указывается, что вопросы о
воспитании не могут быть решаемы, как часто думают, основываясь на
житейских соображениях и без предварительной подготовки; для того, чтобы
решать их с пользой для молодого поколения, необходимо изучить
педагогику и науки, на которых она основывается, т.е. этику, физиологию
и психологию.
Сент-Илер.
Восприятие (чувственное). Это слово (perceptio, Wahrnehmung)
употреблялось различными философами в разном смысле. Так, Лейбниц
понимал под В. смутное мышление, или мышление на низшей зачаточной
степени развития. Давид Юм употребляет слово В. (perception) как
равнозначущее с словом ощущение (sensation); по Канту В. предметов
обусловлено действием рассудка, связывающего определенным способом
разнообразный извне данный материал ощущений. Этот последний взгляд в
тех или других видоизменениях сделался господствующим в новейшей
психологии и гносеологии, которая под В. разумеет собственно узнавание
того, что дано в ощущении. В этом узнавании следует различать три
степени. Вопервых, при всяком данном ощущении вспоминаются прежние такие
же ощущения, и чрез это настоящее ощущение узнается или различается в
своем определенном чувственном качестве, так напр., в данном зрительном
ощущении я узнаю или различаю оранжевый цвет. Это есть акт
(сравнительно) простого В. Во-вторых, ощущая и узнавая при этом кроме
оранжевого цвета еще другие чувственные качества, напр. особый запах и
круглую фигуру, и вспоминая прежние случаи такой же связи и дополняя ее
представлением о других чувственных качествах, не воспринимаемых
действительно в данном случае, но воспринимавшихся прежде в постоянной
связи с данными, как то: шероховатость, известная структура, особый
вкус, - мы узнаем определенный предмет, именно апельсин. Но чтобы этому
акту сложного В. сообщить полноту объективной действительности,
необходимо ввести его в общий состав нашего опыта, что и делается,
в-третьих, когда мы вспоминаем в данном случае, что этот апельсин был
положен нами на стол вчера вечером при таких-то и таких-то
обстоятельствах. Только чрез этот акт заключительного В. данное
чувственное явление принимается нами как истинное (wird wahrgenommen,
т.е. als wahr genommen, откуда и Wahrnehmung), а без него не только
отдельное впечатление, напр. цвет, но и целый образ отдельного предмета
может оказаться лишь субъективной иллюзией или галлюцинацией. Из
сказанного ясно, что В. на всех трех степенях своих основано главным
образом на деятельности воспоминания. Те случаи, когда (как, напр., при
внезапном пробуждении или при возвращении зрения у слепого) субъект не
может сразу узнать окружающей его действительности, наглядно показывают,
что В. есть сложный и постепенный процесс, хотя обыкновенно мы не
сознаем раздельно его моментов.
Вл. Соловьев.
Вотчина - термин древнерусского гражданского права для обозначения
земельного имущества с правами полной частной собственности на него. В
Московском царстве В. противополагается поместью, как земельному
имуществу с правами условного, временного и личного владения. Такое
вполне определенное значение термин В. сохраняет в русском праве до
начала XVIII века, когда петровское законодательство, введя впервые
термин "недвижимое имение", смешало поместье и вотчину под одним
наименованием "недвижимое имение вотчина". По своему грамматическому
происхождению термин В. означает все, доставшееся от отца сыну ("купля
отца моего - моя отчина", 1373) и может поглощать собой понятия "дедина"
и "прадедина". Теряя частноправовой характер, В. в княжеском
словоупотреблении возвышается до термина государственного права, когда
ею хотят означить территорию известного удела или отвлеченное право
какого-либо князя владеть какою-нибудь областью: так московские князья и
цари называют своею вотчиною Новгород Великий и Киев. Следы частной
земельной собственности становятся очевидными у нас в XII в. и
намечаются, кажется, еще в XI в. В начальном летописном своде по
Лаврентьевскому списку есть следующее место под 6694 г.: "Олег повеле
зажещи Суждаль город, токмо остася двор манастырский Печорского
монастыря и церквы, яже тамо есть святого Дмитрия, юже бе далъ Ефрем и с
селы". Вотчинное землевладение - древнейшая форма, сравнительно с
землевладением поместным. Объем прав древнейшего вотчинника
представляется чрезвычайно обширным; в своей вотчине он был почти тем
же, чем князь был в своем княжении, - был не только собственником земли,
но и лицом, имевшим административную и судебную власть над населением,
жившим на его земле; такой вотчинник сам подсуден был только князю.
Однако население (крестьянское), жившее на его земле, отнюдь не было
крепостным, а вполне свободным, имевшим право переходить с земли одного
вотчинника на землю другого. Такое понятие о вотчиннике древнейшей Руси
мы получаем из жалованных грамот на вотчины, которых за XV и XVI века
дошло до нас достаточно. Эти грамоты рисуют не новый порядок вещей, а
служат отголоском старины, начинающей исчезать в Московском великом
княжении, где указанный объем вотчинных прав значительно суживается и
право собственности на землю сопровождается судебной и административной
властью вотчинника лишь как исключение, да и то с отнятием душегубства,
разбоя и татьбы с поличным; они являются новостью только в том
отношении, что обычный прежде порядок низводят на степень исключения.
Это - первая крупная перемена, которую потерпело вотчинное право, -
перемена, хронологически совпадавшая до известной степени с изменениями
государственного строя и областной администрации (смена вотчинного суда
судом кормленщика). Вторая перемена, которую пришлось испытать
древнерусскому вотчинному праву, совпадает с усиленным развитием
поместного землевладения, пошедшим быстрыми шагами вперед особенно со
времени царя Ивана Грозного. Если начало землевладения вотчинного не без
основания приурочивается к элементу дружинному (военно-служилому), то
нет никаких трудностей наметить возникновение поместья среди не
военно-служилого элемента, среди полусвободного класса так называемых
слуг "под дворским", которым князья на известных условиях (платеж оброка
натурой и натуральные повинности) давали земли в условное, временное и
личное владение. Первый след подобной дачи земли обыкновенно ищут в
духовной грамоте московского великого князя Ивана Калиты (нач. XIV в.),
которая, действительно, как бы намекает на поместье (не употребляя
однако самого термина), когда говорит о ростовском селе Богородицком,
данном какому-то Бориску Воркову. Впервые термин "поместье" в русских
актах мы встречаем в одном документе, писанном между 1466 - 1478 годами
(в актах литовско-русских - несколько ранее). Когда старые писатели по
истории русского права приписывали возникновение поместья времени Ивана
III, они ошибались только наполовину: поместье возникло гораздо ранее
Ивана III, но, как поместье служилое (в классе военно-служилом), оно
возникает лишь во второй половине XV века и развивается под влиянием
ряда политических и финансовых причин. С половины XVI века класс
помещиков быстро растет, поместьe делается весьма обычным
вознаграждением за тягости военной службы, между тем как кормление
мало-помалу отступает на задний план: ибо кормление, с одной стороны, с
успехом заменяется поместьем, а с другой стороны - населению
предоставлена возможность двойнею уплатой податей правительству
откупаться от кормленщиков, которые в таких случаях заменялись выборными
земскими властями. Старые писатели смутно чувствовали какую то связь
между поместьем и кормлением, когда делали крупную юридическую ошибку,
смешивая и то и другое: и существо, и объект власти кормленщика и
помещика покоятся на совершенно различных основаниях. Так, со второй
половины XV в. становятся рядом две формы служилого землевладения:
вотчинная и поместная; во второй половине XVI века уже замечается
взаимодействие обеих форм. Превращение Московского великого княжения в
Московское царство, раствоpeниe кормленщика в помещике и замена его
выборной земской властью, и быстрое развитие поместной системы заметно
отражаются на вотчинном праве. Именно в Москве слагается понятие о
служилой земле и появляется ряд правительственных мероприятий, вся цель
которых сводится к тому, чтобы "в службе убытка не было и земля бы из
службы не выходила". Здесь под словом "земля" равно разумеется и
поместье, и В.; в Московском царстве с вотчины отбывается такая же
обязательная служба, как и с поместья, - крупный шаг, который принуждена
была сделать В. по направлению к поместью. Правительство предпринимает
перетасовку во владении землями, ибо оказались служилые люди,
завладевшие многими землями и оскудевшие службой, - "не против
государева жалованья (т.е. поместий) и своих (в)отчин в службах бывают".
Здесь подчеркивается не только одинаковая обязанность военной службы и с
поместья и с вотчины, но и высказывается, по-видимому, намек на
желательность, в интересах службы, известного соотношения во владении
одним лицом поместной и вотчинной землею. Уже одна возможность держания
в одних и тех же руках поместья и вотчины, соединенного с обязательной
службой с того и с другого, давала повод к фактическому и, может быть,
теоретическому сближению между ними; установилась даже система
пожалований из поместья в вотчину, одинаково применимая и к служившим по
московскому списку, и к служившим с городов. Оставляя в стороне
подробности вопроса о сближены поместья и вотчины, закончившимся указом
23 марта 1714 года, по которому "впредь.... как поместья, так и вотчины
именовать равно одно недвижимое имение вотчина", необходимо указать на
основные типы вотчинного землевладения; их три: 1) собственно
"вотчина"(родовая, старинная) 2) "купля" и 3) "жалованье" (государское
данье). Существенная разница между этими тремя типами заключается в
правах распоряжения. Права распоряжения вотчинами родовыми
ограничивались и государством и вотчичами (особенно сильны были
ограничения, налакавшиеся государством, относительно княжеских вотчин).
Государство старалось об обращении В. между лицами одной области и
одного служилого класса и проводило запрещение отдавать вотчины в
монастырь по душе. Вотчичи пользовались правами родового выкупа и
родового наследования. Некоторые писатели по истории русского права
(см., напр., курс М. Ф. Владимирского-Буданова) намечают эпоху, когда
вотчинники вовсе не имели права отчуждать, с получением вознаграждения,
вотчины без согласия на то вотчичей. К. А. Неволин совершенно
основательно высказался против подобного взгляда, признавая право
родового выкупа институтом, выросшим на почве государственной (хотя,
прибавим, вовсе не в исключительных интересах поддержания знатных
фамилий). Согласно указанному праву, покупатель родовой вотчины в
известный срок и по известной цене мог быть принужден продать ее обратно
в род по требованию кого-либо из вотчичей. Условия родового выкупа,
известного по актам с XVI века, подвергались различным видоизменениям.
Отметим коренную перемену, сделанную царем Алексеем Михайловичем:
Уложение отменило выкупную таксу, еще недавно узаконенную актом 1621 г.,
определив выкуп по цене купчих, на практике приводивший порою к
невозможности самого выкупа, так как цена вотчины в купчей могла быть
означена слишком высокой сравнительно с действительной стоимостью
вотчины. Что касается родового наследования вотчин, то законодательство
очень тщательно разработало этот вопрос.
Наиболее обширный объем прав распоряжения принадлежит владельцам
"купель". Купля - недвижимое имущество, приобретенное покупкой у
чужеродцев. Историки русского права единогласно признают, что купленные
вотчины сначала не подлежали праву родового выкупа. Из соборного
приговора 1581 г. видно, что купленная В., не подлежавшая выкупу у
частных лиц, с этого момента наравне с родовой стала подлежать выкупу у
монастырей; а в жалованных грамотах на вотчины с 1619 г. находим
выражение, которое заставляет предполагать существование выкупа
купленных вотчин. Вот это любопытное выражение: "а буде продаст
(вотчину) в чужой род, а кто буде роду их захочет ту вотчину выкупить, и
ему выкупать по прежнему уложению, как их родовые и купленные вотчины
выкупают". От купленных вотчин у частных лиц вообще следует отличать
вотчины, купленные из казны. Что касается жалованных вотчин, то права
распоряжения ими подчиняются условиям, изложенным в жалованных грамотах,
и не отличаются устойчивостью: можно отметить однако процесс приближения
их к вотчинам родовым. Первоначально жалованные грамоты не имели одного
определенного образца; в XVII веке установлен был один общий тип
жалованных грамот, не исключавший, впрочем, возможности появления
жалованных грамот экстраординарного характера. Для XVII в. можно
отметить четыре образца жалованных грамот, последовательно сменявших
друг друга: 1) времени царей Василия и Михаила до 1619 г.; 2) с 1619 г.
по 1628 г.; 3) с 1628 г. по 1639 г.; 4) до 1683 г. По жалованным
грамотам последнего образца владельцам пожалованных вотчин
предоставляется право продавать, закладывать и в приданое отдавать;
нельзя было только отдать в монастырь по душе. - Помимо военнослужилых
людей в Московском государстве вотчинами владели монастыри и гости.

Литература: Г. Ф. Блюменфельд, " О формах землевладения в древней
Руси" (Одесса, 1884); Б. Лакиер, "О вотчинах и поместьях" (Спб., 1848);
В. Н. Сторожев, "Указная книга поместного приказа" (М. 1889; свод
законодательства до Уложения и источники вотчинного права последнего);
Милютин, "О недвижимых имуществах духовенства в России"; А. С.
Лаппо-Данилевский, "Выслуженные вотчины в Московском государстве XVI и
XVII веков" (в "Историческом Обозрении", Т. III).
В. Сторожев.
Время. - Как основное условие всякого конечного существования
(следовательно и нашего внутреннего и внешнего опыта и нашего
дискурcивного мышления), время не допускает ни эмпирического объяснения
происхождения, ни рационального определения его сущности. В первом
отношении можно принять как очевидную аксиому следующее утверждение
одного новейшего психолога: "несомненно, что форма времени существует с
самого начала сознания; поэтому психологическое исследование времени
имеет дело только с представлением времени и оценкой его". Что касается
до рациональных (рассудочных) определений В., то они сводятся к более
или менее замаскированным тавтологиям. Так например, когда говорят, что
время есть порядок явлений в их последовательности, то здесь разумеется,
конечно, не всякая последовательность (напр., логическая), а именно
только последовательность феноменальная во времени, и определение
оказывается явной тавтологией: время определяется временем. - Все
философские объяснения времени, не представляющие пустого тождесловия,
имеют метафизический характер и будут рассмотрены под именами философов.
Вл. Соловьев.
Время - Астрономы различают звездное, истинное и среднее время.
Вследствие вращения Земли на своей оси с запада на восток, нам кажется,
что видимый небесный свод, со всеми светилами, вращается с востока на
запад, поэтому время оборота Земли на ее оси точно равно промежутку
времени между двумя последовательными прохождениями какой-либо звезды
или точки неба через южную или северную часть меридиана. Этот постоянный
(наблюдения показывают, что вращение Земли на ее оси происходить
равномерно) промежуток времени называется звездными сутками, которые
делятся на 24 часа, час - на 60 минут и минута - на 60 секунд. За начало
звездных суток принимается тот момент, когда точка весеннего
равноденствия проходит через южную часть меридиана. Часовой угол точки
весеннего равноденствия называется звездным временем; когда этот угол
равен 15°, 30°, 45° и т.д. до 360°, тогда звездное время равно 1 ч., 2
ч., 3 ч. и т.д. до 24 ч. В момент прохождения звезды через южную часть
меридиана, когда часовой угол звезды равен нулю, звездное время равно
прямому восхождению звезды.
Промежуток времени между двумя последовательными прохождениями центра
Солнца чрез южную часть меридиана называется истинными солнечными
сутками; за начало этих суток принимается момент прохождения центра
Солнца чрез южную часть меридиана; часовой угол центра Солнца называется
истинным временем. Истинные солнечные сутки длиннее звездных суток и
продолжительность их изменяется в течение года, что происходит от
наклонности эклиптики к экватору и от неравномерного движения Земли
около Солнца. Разделяя продолжительность тропического года, равную 366,
2422 звездным суткам на 365, 2422 равных частей, получим так называемые
средние сутки, которые делятся на 24 часа, час - на 60 минут и минута -
на 60 секунд. Таким образом

1 звездные сутки = 23 ч. 56 м. 4с,0906 среднего времени
1ч. звездного времени = 0 ч. 59 м. 50с,1704 среднего времени
1м. звездного времени = 0 ч. 0 м. 59с,8362 среднего времени
1с. звездного времени = 0 ч. 0 м. 0с,9973 среднего времени

и наобо-рот 1 средние сутки = 24 ч. 3 м. 56с,5554 звезд-ного времени
1ч. среднего времени = 1 ч. 0 м. 9с,8565 звезд-ного времени
1м. среднего времени = 0 ч. 1 м. 0с,1643 звезд-ного времени
1с. среднего времени = 0 ч. 0 м. 1с,0027 звездного времени"

Для удобства превращения промежутков звездного времени в
соответствующие промежутки среднего времени и наоборот - существуют
таблицы. Для получения среднего времени по данному звездному или
наоборот нужно знать звездное время в так называемый средний полдень
(который принимается астрономами за начало средних суток); это последнее
дается в астрономических календарях ("Nautical Almanac", "Connaissance
des temps", "Berliner Astronomisches Jahrbuch" и др.), но для меридиана
календаря. Для получения же звездного времени в средний полдень для
места, которого восточная долгота, считаемая от меридиана календаря и
выраженная в часах, есть L, нужно из данного в календаре звездного
времени в средний полдень вычесть 9 с., 8565 x L; если долгота западная,
то ту же величину надо придать. Разность между средним и истинным
временем называется уравнением времени; оно тоже дается на каждый день в
астрономических календарях. В общежитии употребляется среднее время с
тем различием, что за начало средних суток принимается не полдень, а
полночь, и при том счет часов идет только до 12, а затем начинается
снова, тогда как астрономы считают среднее время от 0 до 24 час. Местным
(звездным, истинным или средним) временем наз. время, считаемое в
каком-либо месте в рассматриваемый момент. Разность между местными
временами, считаемыми в один и тот же физический момент в различных
местах, равняется разности долгот этих мест, выраженной в часах и долях
часа. От различия счета времени на разных меридианах происходят многие
неудобства, которые всего заметнее при совершении кругосветных
путешествий, при чем путешественник в западном направлении, по
возвращении на место своего отбытия, теряет один день, путешественник же
в восточном направлении выигрывает один день. Первое кругосветное
путешествие Магеллана было совершено в западном направлении, - вот
почему в день возвращения спутников Магеллана в Испанию местные жители
считали уже 10 июля 1522 г., тогда как по счислению на корабле было лишь
9 июля; это несогласие, приведшее в смущение смелых мореплавателей, было
вскоре разъяснено венецианским посланником при испанском дворе
Контарини. В настоящее время при кругосветных плаваниях исправление
счета дней на судах делается в Тихом океане на линии, разделяющий места,
колонизованные европейцами с запада и с востока; эта линия идет чрез
Берингов пролив вдоль берегов Азии восточнее Курильских островов, Японии
и о. Формозы; обогнув Филиппинские о-ва, она круто поворачивает на
восток и проходит севернее островов Борнео, Целебеса, Новой Гвинеи,
Соломоновых; затем направляется к юго-востоку так, что Новая Каледония и
Новая Зеландия находятся западнее ее. К западу от этой линии счет
времени находится на один день впереди относительно мест, лежащих к
востоку от нее; поэтому, переходя эту линию, при путешествии на запад,
для согласования счисления дней на судне с счислением местных жителей,
один день прибавляется к счислению на судне, при путешествии на восток
один день отнимается. - Впрочем, моряки иногда не обращают внимания на
эту линию раздела и меняют счет дней, переходя меридиан, лежащий на 180°
от Гринвича, причем при переезде из Америки в Азию один день
выпускается, т. е., напр., после понедельника 9 мая считается среда 11
мая, а при переезде из Азии в Америку один день прибавляется, т. е.,
напр., после понедельника 9 мая считается опять понедельник 9 мая. Для
устранения недоразумений и неудобств, могущих возникнуть вследствие
употребления местного В., нередко возникал вопрос о введении общего
счета В. на всем земном шаре. На последней международной конференции в
Вашингтоне ( в 1884 г.), где представителями России были: русский
посланник при Соединенных Штатах Сев. Ам. К. В. Струве, начальник В. Т.
О. главного штаба И. И. Стебницкий и член совета министерства путей
сообщения Кологривов, было, между прочим, постановлено считать за начало
всеобщего времени (temps universel) для земли среднюю Гринвичскую
полночь и от нее вести счет часов от 0 до 24 часов. К сожалению,
всеобщее время до сих пор еще не в употреблении. Употребляемые в
общежитии стенные и карманные часы и хронометры, показывают среднее
(местное) время, солнечные часы показывают истинное время и, наконец,
астрономы пользуются часами и хронометрами, идущими по звездному или
среднему времени. Из наблюдений суточного движения звезд получается
звездное или истинное время, среднее же получается из них, как сказано
выше. - Поправкой часов или хронометра наз. число, которое нужно
прибавить к показанию часов или хронометра для получения действительного
времени: так, напр., если в средний полдень карманные часы показывают 11
ч. 58 м. 30 с., то поправка их равна + 1 м. 30 с. - Поправка часов может
быть получена различными способами (из наблюдений прохождений звезд чрез
меридиан, из измерений высот звезд или солнца и др.), которые
применяются астрономами и путешественниками, смотря по обстоятельствам.
А. Жданов.
Врожденные идеи. - Впервые в истории философии теорию врожденных идей
мы находим у Платона (429 - 347). Платон пришел к теории врожденных идей
вследствие того, что в нашем разуме оказываются познания таких
предметов, которым нет ничего соответствующего в мире чувственных
явлений и которые не могли быть никоим образом получены из внешнего
опыта. По учению Платона, "познание есть воспоминание". Душа
человеческая существовала до рождения в Мире наднебесном. В этом Мире
она созерцала идеи - первообразы вещей. Наш чувственный мир есть только
слабое отражение идей; он существует только постольку, поскольку он
причастен идеям. Истинное существование принадлежит Миру
сверхчувственному, Миру идей. До соединения с телом душа жила в этом
Мире наднебесном, созерцала эти формы вещей, и там она познала все идеи;
затем при воплощении она забыла их. Но, познавая мир материальный, душа
вспоминает, что нечто подобное она созерцала уже раньше, и приходит к
тому, что вспоминает об идеях, забытых ею; идеи эти находятся в душе в
скрытом состоянии. В доказательство справедливости высказанной мысли
Сократ, в одном из диалогов Платона, предлагает мальчику рабу,
совершенно незнакомому с геометрией, вопросы по этой науке и в ответах
получает от него геометрические истины. Аристотель (384 - 322), будучи
не в состоянии отделить в учении Платона мифическое от реального,
относится к нему критически и говорит, что принятие присущности душе
идей приводит к некоторым несообразностям. В то время как мы движемся,
нужно было бы, чтобы и идеи приходили в движение вместе с нами, что,
разумеется, нелепо в виду нематериальности идей. Самого Аристотеля
считали сенсуалистом, потому что он, говоря о душе, сравнил ее с чистой
доской, на которой ничего не написано. Но это сравнение обыкновенно не
совсем верно понималось, потому что он несколькими строками раньше
говорит: "разум, пока он не мыслит, есть ничто, он только есть нечто
потенциальное; когда же он мыслит, он есть нечто актуальное, он есть
место идей".
Разум, пока не начнется мыслительный процесс, есть ничто в смысле
реальной действительности. Отношение между потенциальной и
действительной реальностью он иллюстрирует отношением этих же
реальностей к доске, на которой ничего не написано. Доска, пока она не
исписана обладает способностью быть исписанной; тоже самое относительно
реального содержания ума; он до того момента, как начнется мышление,
может иметь содержание, но только в возможности.
Учение Платона о врожденности пользовалось большим значением в
средние века и, по-видимому, было признано и Декартом против которого
восстал Локк в своем сочинении "Опыты о человеческом разуме". "Мы
предполагаем", говорит он, "что ваша душа есть, если так можно
выразиться, как бы белая бумага, на которой ничего не написано,
свободная совершенно от всяких идей; но каким образом она ими
снабжается? Откуда получает она весь материал разума и познания? На это
я отвечаю одним словом: из опыта, на котором основывается все наше
знание, и из него оно вытекает в конце концов". Здесь мы находим полное
тождество с известным сенсуалистическим положением; "нет ничего в
разуме, чего бы раньше не было в чувствах". Эти возражения были
направлены против Декарта, но не вполне основательно. "Я никогда не
писал и не утверждал", говорит Декарт "что ум нуждается во врожденных
идеях, как в чем-либо отличном от его способности мышления. Но, когда я
обращал внимание на некоторые познания, существующие во мне, которые не
происходят ни от внешних чувств, ни от решения моей воли, но от одной
способности мышления, мне присущей, то эти идеи или познания я различал
от других пришлых или выдуманных и называл их врожденными... Идеи
врождены нам вместе с нашей способностью мышления, всегда существуют у
нас в возможности. Существовать в какой-либо способности не значит быть
в действительности, но только в возможности, потому что самое имя:
способность не обозначает ничего другого, как возможность". Таким
образом по взгляду Декарта, врожденная идея есть просто способность
образовать идею мышлением самим, из себя. С этой точки зрения не только
идея о "я", как мыслящей субстанции, идея о бесконечной субстанции или о
"Боге", суть врожденные, но даже идеи звуков, цветов, почти все идеи
врождены нам. Впрочем, не надо забывать, что у Декарта мы не находим
нигде вполне точного перечня идей, признаваемых им врожденными. Различие
между Декартом и Локком совсем не так велико, как может казаться. Оно
состоит не в том, что Локк отрицал и врожденное предрасположение к
представлениям, а Декарт, наоборот, признавал готовые понятия, как
врожденное достояние духа. Различи скорее в том, что Декарт в
большинстве случаев по крайней мере утверждал врожденную способность
определенных с известным содержанием понятий, как напр., идеи Бога, а
Локк, наоборот, признавал только врожденность формальной способности.
Представление Бога, по Декарту, запечатлено в нашем разуме, так что
самосознание может воссоздать это познание без дальнейшего опыта. По
Локку, наоборот, никакой определенной по содержанию деятельности
рассудка нам не врождено.
Против Локка выступил Лейбниц (1646-1715), который защищал
врожденность. Вот его слова: "Таbulа rasa, о которой так много говорят
по моему мнению, есть ничто иное, как изобретение фантазии. Нужно
противопоставить тому положению, что в нашей душе нет ничего, чтобы к
ней не приходило от чувств, другое положение: Nihil est in intellectu,
quod non fuerit in sensu, excipe nisi ipse intellectus (за исключением
самого разума). Следовательно, душа содержит в себе бытие, субстанцию,
единое, тождественное, причину и множество других представлений,
которыми чувства не могут снабдить ее". Если идеи врождены, то в каком
же виде нужно представить эту врожденность? На этот вопрос Лейбниц
отвечает таким образом: "я бы скорее воспользовался сравнением души с
куском мрамора, имеющего жилки, чем сравнением с пустыми таблицами, т.е.
с тем, что у философов называется tаbulа rаsа; если душа походит на эти
пустые таблицы, то истины будут в нас, как фигура Геркулеса в мраморе,
когда мрамор совершенно индифферентен к принятию той или другой фигуры.
Но если существуют жилки в камне, которые намечают фигуру Геркулеса
предпочтительно перед другими фигурами, этот камень будет более
определен, и Геркулес будет ему в некотором роде врожден, хотя нужна
работа, чтобы открыть эти жилки и отчистить их политурой, устраняя все,
что препятствует им обнаружиться. Точно также и идеи, и истины нам
врождены, как склонности, расположения, привычки или как естественные
возможности". В другом месте Лейбниц говорит, что "врожденность идей не
есть простая способность, состоящая в одной возможности произвести их,
но это есть расположение, способность, предначертание, которое
определяет нашу душу и которое производит то, что идеи могут быть
извлечены из души".
Чувства необходимы для всех наших познаний: без деятельности органов
чувств мы бы никогда не обратили внимания на идеи. Тем не мене, чувства
не могут дать нам всех наших знаний; чувства дают вам только примеры, т.
е. истины частные или индивидуальные. Но все примеры, подтверждающие
общую истину как бы многочисленны они не были, недостаточны для того,
чтобы обосновать универсальную необходимость этой самой истины.
Необходимые истины поэтому зависят не от чувств и возникают не из
чувства, хотя чувство и служит поводом к тому, чтобы они были
сознаваемы. Можно сказать, что вся геометрия и арифметика, как
содержащие необходимые истины, лежат в нас потенциально, так что мы для

<<

стр. 46
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>