<<

стр. 50
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

свои вещи, а к вечеру того же дня скончался на 80-м году жизни.
Сочинения Г. издавались много раз. Полное собрание: "Gvillelmi Harveii.
Opera omnia, a collegio Medicorum Londinensi edita" (1766). Сочинения
Гарвея переведены на английский язык Виллисом. Ср. Aikin, "Notice sur
Harvey" ("Magazin encyclop.", 1795); Aubrey, "Letters of eminent
Persons"; Willis, "William Harvey" (Лондон, 1878); Flourens, "Histoire
de la decouverte de la circulation du sang" (Париж, 1854); Daremberg,
"Histoire des sciences medicales" (1870). M. Э.
Гарди (Томас Hardy). современный английский романист, род. в 1848 г.;
удачно дебютировал в 1871 г. романом "Desperate Remedies", вслед за
которым появились "Under the Greenwood Tree", "A pair of Blue eyes",
"Far from the Madding Crowd", "The Hand of Ethelbertha", "Wessex Tales"
и др. Лучшим романом его считается "Far from the Madding Crowd",
восхваляемый английской критикой за прекрасное изображение крестьянской
жизни. Но роман этот далеко не заслуживает своей известности: удачны в
нем только описания сельских работ, главным образом ухода за овцами.
Новейший роман Г. "Tess of the d'Ubervilliers" (1892) наделал много шума
своим необычным для английских читателей реализмом в духи "La Terre"
Зола, хотя этот реализм - чисто внешнего свойства. З. В.
Гарем (правильнее харем, от араб. harim - неприкосновенное, святое) -
у магометан терем или часть дома, где отдельно от мужчин живут женщины.
По понятиям мусульман, никакая власть, светская или духовная, никто из
посторонних мужчин, даже домашних; кроме хозяина и детей, не могут
переступить порог Г.; исключение делается для султана и шаха, в силу
распространенного на Востоке мнения, что посещение царствующей особы
приносить счастье. Г. выходит окнами на двор, часто соединяемый с садом,
обнесенным высоким забором. Каждая из жен, если их в Г. несколько, имеет
отдельное помещение. Султанский Г. в Константинополе состоит
преимущественно из черкешенок и грузинок, оберегаемых черными евнухами,
из которых старший носит название кизлар-агази. 7 главных жен султана
назыв. кадинами. Звание султанш носят мать, сестры и дочери султана. По
рангу Г. за кадинами следуют прислужницы султана - гедиклик. Остальные
назыв. одалисками и служат султану по выбору. Высшая власть в Г.
принадлежит матери царствующего султана валиде Гарибальди (Джузеппе
Garibaldi), знаменитый итальянский патриот, по происхождению генуезец,
род. 4 июля 1807 г. в Ницце, в семье моряка, рано вступил на службу в
сардинский флот, участвовал в заговоре 1834 г., закончившемся неудачным
вторжением Мадзини в Савойю, и должен был бежать во Францию.
Приговоренный на родине к смерти, долгие годы вел бродячую жизнь,
состоял на службе тунисского бея, в 1846 г. предложил свои услуги
южноамериканским республикам Рио-Гранде и Монтевидео и, сам снарядив
несколько кораблей, наводил, в качестве начальника каперов, ужас на
Бразилию. В 1848 г., когда в Верхней Италии вспыхнуло восстание против
австрийцев, Г. поспешил на родину и с 54 сотоварищами по оружию
высадился в Ницце; но первый, счастливый период верхне-итальянской войны
уже миновал. Предложение Г. сражаться под знаменами сардинского короля
Карла Альберта было последним отвергнуто, а миланский комитет слишком
поздно поручил Г. организовать корпус волонтеров. Располагая лишь
корпусом в 1500 чел., Г., после упорной борьбы, должен был уступить
численному превосходству австрийцев и перешел на швейцарскую территорию.
Эта отчаянная настойчивость, во время всеобщего упадка духа, сделала имя
Г. чрезвычайно популярным во всей Италии. Сицилийцы предложили ему
начальство в своей борьбе против неаполитанского короля Фердинанда II;
но Г. был уже тогда в Риме, куда привел (21 дек.) несколько сот своих
приверженцев на помощь временному правительству. Выбранный в римский
парламент он в первом же заседании, 6 февр. 1849 г., внес предложение в
провозглашении республики. После успешных операций против неаполитанцев
при Палестрине и Веллетри (15 мая), он принял видное участие в блестящем
отражении французского генерала Удино, атаковавшего Рим 30 апреля. Удино
вынужден был предпринять правильную осаду Рима и, получив сильные
подкрепления, взял его штурмом 3 июля. Г. повел свои войска (1550 чел.)
к северу, чтобы продолжать борьбу с австрийцами, завладевшими Болоньей,
и добраться, если возможно, до Венеции, все еще державшейся против
австрийцев. Оттесненный к восточному берегу и окруженный неприятелем, он
принужден был искать спасения на море. Вскоре он опять высадился, но
только для того, чтобы подвергнуться травле в горах и лесах; во время
этих скитаний умерла мать его детей, всюду сопровождавшая его. Обязанный
своим спасением преданности итальянских патриотов, он бежал в Пиемонт,
но здесь его заставили эмигрировать в Северную Америку. В Нью-Йорке Г.
сначала работал на мыловаренном заводе, затем получил место капитана
корабля и совершал рейсы по Тихому океану. В 1854 г. Г. вернулся в
Европу и скоро поселился на скалистом островке Капрере (близ Сардинии),
часть которого им была куплена; здесь он занялся сельским хозяйством.
Кавур призвал его на тайное свидание в Турин и убедил его принять
участие в войне, которую Виктор-Эммануил готовился предпринять против
Австрии. Несмотря на решительное отвращение, которое питал к Г. и его
волонтерам союзник Ремонта, Наполеон III, Кавур разрешил ему
организовать корпус волонтеров. 25 мая 1859 г. Г., в звании сардинского
генерала, перешел со своими "альпийскими егерями" Тичино и не без успеха
действовал против австрийского генерала Урбана. Возмущенный
Виллафранкским миром, Г. готов был стать во главе экспедиции, которая
должна была немедленно произвести нападете на Рим. Потребовалось личное
вмешательство Виктора Эммануила, чтобы приостановить экспедицию, которая
могла возобновить войну с Австрией и уничтожить союз с Наполеоном III.
Г. распустил своих товарищей (ноябрь 1859), советуя им, впрочем, быть
всегда наготове и не разоружаться. Присоединение к Шемонту Средней
Италии и открытие первого североитальянского парламента в Турине должны
были быть куплены ценою уступки Франции Ниццы и Савойи. Г., явившийся в
парламент в качестве депутата от своей родины Ниццы, произнес речь
против Кавура, сделавшего его чужестранцем для Италии, и отказался от
звания депутата и генерала сард. службы. Вслед затем Г. поспешил на
помощь сицилийским инсургентам. В ночь на 5 мая 1860 г. он захватил два
парохода, стоявшие в генуезской гавани, и с 1200 волонтерами (знаменитая
"тысяча") и 4 пушками направился к сицилийскому берегу. Высадившись в
Марсале, он разбил при Калатафими неаполитанского генерала Ланди; к
Палермо он подошел уже с 10 тыс. чел.; 30 мая неаполитанский генерал
Ланца, после упорного боя, передал ему город и заключил перемирие. В
столице Сицилии Г. прожил около 2 мес., управляя ею, как диктатор, от
имени Виктора Эммануила. Сильные подкрепления прибыли к нему из Италии.
Неаполитанцы удержали в своей власти только северо-восточную окраину
острова. 20 июля Г., оперируя с моря и с суши, атаковал их и разбил при
Милаццо. Мессина, за исключением цитадели, была очищена неаполитанцами.
Г., войска которого доходили теперь до 18000 чел., овладел, таким
образом, всем островом. Под влиянием "партии действия", провозглашавшей,
что первая обязанность итальянской нации заключается в присоединении, во
что бы то ни стало, Рима и Венеции, Г. объявил депутации сицилийцев, что
если соединение Сицилии с монархией Виктора Эммануила произойдет раньше,
чем будет обеспечено объединение Италии, он откажется от дальнейших
действий и удалится. Эти слова Г. произвели такое глубокое впечатление,
что назначенные им министры подали в отставку. Скоро сам Г. убедился в
необходимости вверить Турину направление дел и признал вице-диктатором
пиемонтца Депретиса, предложенного на этот пост Кавуром. 19 августа, под
прикрытием сардинского флота, Г. высадился близ Реджио на материк Италии
и при Монталеоне разбил неаполит. генералов. Оставив свои войска в
Салерно, Г. 7 сентября, в сопровождении только нескольких офицеров
своего штаба, прибыл в Неаполь, из которого Франциск II бежал. В фортах
стоял еще гарнизон в 8000 человек, но всякая мысль о сопротивлении была
оставлена, и Г. бесстрашно въехал в город среди толпы, восторженно
приветствовавшей его. Неаполитанские войска отступили на Капую, чтобы
начать оборонительную борьбу на линии Вольтурно. Между тем гарибальдийцы
двинулись далее на север, но были оттеснены в Кайяццо. Ободренная этим
успехом, неаполитанская армия перешла в наступление. Г., принявшему
снова команду над своими войсками, лишь с трудом удалось заставить
неприятеля отступить назад на Капую. Тут пришли ему на помощь войска
Виктора-Эммануила, встреча которого с Г. произошла 26 окт., в
окрестностях Теано. После сдачи Капуи, 2 ноября, ВикторЭммануил въехал в
Неаполь. Г. потребовал, чтобы его назначили на год полномочным
наместником Южной Италии; король ответил на это резким отказом. Тогда
Г., отказавшись от всех предложенных ему почестей и наград, уехал на
Капреру. В июне 1862 г. он внезапно появился в Палермо и призвал своих
приверженцев к походу на Рим. Предприятие это подверглось строгому
осуждению со стороны ВиктораЭммануила, и когда Г. высадился с 3000
волонтеров на материк, он встретился с войсками короля, у подножия
Аспромонте. Произошел обмен выстрелов, и Г. был ранен в ногу (28 авг.).
С ним обходились с тем вниманием, которое выказывается обыкновенно
пленникам царевой крови, и когда его рана была излечена (между прочим,
при участи В. И. Пирогова), его немедленно освободили из заточения; еще
раньше его товарищи получили амнистию. Г. вернулся на Капреру, где
прожил до весны 1864 г., когда совершил поездку в Англию, доставившую
ему небывалые еще овации. Когда вспыхнула война 1866 г., Г. предоставил
себя в распоряжение Виктора-Эммануила в был назначен главнокомандующим
над 20 батальонами волонтеров. Он производил диверсии против
австрийского корпуса, расположенного в южн. Тироле, но 3 июля был разбит
при озере Гарда, а 15 августа простился с своими войсками и уехал на
Капреру. Конвенцией, заключенною с Наполеоном в сентябре 1864 г.,
итальянское правительство обязывалось не нападать на территорию папы и
защищать ее с оружием в руках против всякого нападения, которое будет
сделано на нее извне. Но Г. не отказывался от мысли овладеть Римом
собственными силами. Так как приготовления к походу не могли быть
скрыты, то итальянское правительство 23 сент. 1867 г. успело арестовать
его в Асиналунго и водворило его обратно на Капрере, но ему удалось
проскользнуть на лодке, среди итальянских крейсеров. Он одержал победу
над папскими войсками при Монтеротондо, но вслед затем в Папскую обл.
явились две франц. бригады, под начальством ген. Фальи, который 3 ноября
разбил Г. при Ментане. При Фильини Г. встретился с войсками
Виктора-Эммануила, был обезоружен и в качестве военнопленного отвезен в
форт Вариньяно близ Специи, но в конце сентября 1868 г. получил
разрешение вернуться на Капреру, где к нему приставлена была стража. В
своем невольном уединении Г., по совету друзей, решился написать ряд
исторических романов (лучший из этих романов, "Clelia", переведен и на
русск, яз., в "Отеч. Записках" и "Bceмирн. Труд"; отдельно под заглав. :
"Иго монахов или Рим в XIX ст. ", СПб., 1870). Романы Г. направлены в
особенности против папства и католического духовенства. Он является в
них поочередно атеистом и верующим, аристократом и плебеем; то он
провозглашает себя горячим поборником учения Христа и проповедует
всеобщий мир и прощение, то выражает желание, чтобы весь шар земной был
предан огню и мечу. В 1870 г., во время франко-прусской войны, Г., в
сопровождении двух сыновей, явился в Тур к Гамбетт; ему поручено было
начальствование сначала над корпусом волонтеров на северо-восточ. театре
войны, а затем и над всей вогезской армией. Деятельность его здесь была
безуспешна. Он не помешал походу Мантейфеля, между Лангром и Дижоном, и
поздно выступил из Дижона, благодаря чему Мантейфедь, сосредоточив
достаточные силы на реке Дуб, мог отрядить против Г. свободный корпус,
вынудивший его 1 февр. очистить Дижон. Как бы то ни было, усилия Г.
помочь всеми оставленной Франции заслуживали другого приема, чем
сделанный ему национальным собранием в Бордо. Явясь туда в качестве
депутата, он встретил лишь одни оскорбления и сложил с себя депутатские
полномочия. В 1874 г. итальянский парламент вотировал Г. ренту в 100000
лир, которую он сначала отклонил, ссылаясь на финансовое расстройство
Италии, но в 1876 г., под влиянием семьи, принял. Последние годы жизни
Г. была отравлены физическими страданиями. Умер 2 июня 1882 г. и
торжественно погребен на Капрере. Деяния Г. носят на себе чисто
эпический характер, и сам он является истинным народным героем. Он был
рыцарем идеи, самоотверженным, бескорыстным борцом за единство и свободу
родины, которой он и сослужил великую незабвенную службу. В 1891 г. ему
поставлен памятник в Ницце; тогда же бывший ученик и друг его Кроче
издал в Париже "Политическое завещание Г. ". К этой книге, излагающей
идеи Г. по вопросам международной политики, приложена карта Европы,
составленная сообразно его мечтам. Франция, Италия, Испания, Греция,
Румыния составляют здесь конфедерацию Средиземного моря; Бельгия,
Эльзас, Лотарингия и Нормандские о-ва принадлежат Франции, Португалия и
Гибралтар - Испании; Далмация и Мальта - Италии, Македония, Крит и Кипр
- Греции. Славяно-чехо-балканская конфедерация, под покровительством
России, обнимает собою Польшу, Богемию, Каринтию, Хорватию, Боснию,
Сербию и Болгарию. Австрийская империя исчезла. Венгрия независима,
подобно Швейцарии и Ирландии. Пруссии достались Голландия, Вюртемберг,
Баден и Бавария, взамен Померании и Силезии. Шлезвиг-Голштиния и
Гельголанд отошли к Дании. В бытность свою в Южной Америке Гарибальди
сошелся с замужнею испанкою Анитою, которая родила ему двух сыновей,
Менотти и Риччиотти, и дочь Терезиту, вышедшую замуж за генерала Канцио.
В 1860 г. он вступил в брак с миланкою графинею Раймонди, с которою
расстался в день свадьбы; ребенка ее не признал, а в 1879 г. брак этот
признан был недействительным. Затем он женился на бывшей кормилице своей
внучки, от которой имел двух детей. Вдове и каждому из пяти детей Г.
государство назначило ежегодное содержание в 10000 лир. Ср. Deivan, "G.,
vie et aventures 1807 - 1859" (Париж, 1867); Vecchi, "G. auf Caprera"
(нем. перев., Лейпциг, 1862); Elpis Melena, "Garibaldis
Denkwurdigkeiten" (Гамбург, 1661) и "G., Mitteilungen aus seinem Leben"
(2 изд, Ганновер, 1855); Balbiaui, "Scene storiche della vita politica e
militare di G. G. " (Мил., 1872); Bent, "Life of G. " (Лонд., 1881);
Guerzoni, "G. con documenti inediti" (Тур., 1882"; Mario, "G. e i suoi
tempi" (Мил., 1884); "Epistolario di G. G. " (Мил, 1885); "G. Memorie
scritte da se stesso" (Флор., 1888).
Гармония (греч., от harmozo - приводить в порядок) - согласие
музыкальное, благозвучие. Гармонией или аккордом называется соединение
трех и более различных звуков по терциям. Гармоникой или гармонией
назыв. часть музыкальной грамматики, посвященная построению аккордов, их
соединению, изложению тональностей, модулями, а также изучению
интервалов, консонансов, диссонансов. Под словом Г. у греков понималось
созвучие, т. е. интервал. Хотя у композиторов XV ст., наприм. у Жоскэна
де Пре, являются сочетания, схожие с нашим простым гармоническим
сложением, но их считали равномерным контрапунктом (контрапункт первого
разряда
- нота против ноты). С развитием гомофонии в XVII ст. начинается
развитие Г. в смысле аккордов. У Агостино Агаццари уже встречается бас с
цифрами, обозначающими аккорды. В этом веке возник генерал-бас. В XVIII
веке создателем новой гармонической системы является Рамо, установивший
закон терце образного сложения аккордов, а главным образом их обращения.
Последователями теоретических взглядов Рамо могут считаться Ф. Марпург и
Кирнбергер, теоретики того же столетия. Благодаря им, путь, по которому
следовало дальнейшее развитие Г., был намечен. Н. Соловьев.
Гарпии (греч. ArpuaV, лат. Rapae) - богини вихря. В Илиаде является
гарпия Подагра (быстроногая), родившая от Зефира ахиллесовых коней
Ксанфа и Балиоса. В Одиссее гарпиям приписывается похищение людей,
пропавших без вести. Гесиод называет их крылатыми, прекраснокудрыми
богинями, по имени Аелло и Окипета. Позже число их возросло и они стали
представляться крылатыми чудовищами, птицами с девичьим лицом. Такими
являются они в сказании аргонавтов, где мучают слепого фракийского царя
Финея, похищая и оскверняя у него пищу; аргонавты Зет и Калаис, крылатые
сыновья Борея, преследуют их до Строфадов, где позднее их застает Эней.
Гарпия (Harpyia destructor) - крупнейший из орлов Южной Америки,
длиною около 90 см.; отличается плотным сложением, большой головою с
хохлом на затылке и очень крепким клювом, необыкновенно сильными ногами
с громадными лапами и когтями, длинным и широким хвостом, короткими и
тупыми крыльями. Голова и шея серые; хохол, вся верхняя сторона, хвост и
пятна на груди аспидно-черного цвета; нижняя сторона белая, с черными
пятнами и полосками на брюхе и ногах; клюв и когти черные; лапы желтые.
Г. водится от Мексики до Средней Бразилии и от Атлантического океана до
Тихого, в высоких сырых лесах, и отличается чрезвычайной хищностью,
силой и отвагой; питается млекопитающими, особенно обезьянами и птицами.
Индейцы очень высоко ценят перья Г., как украшение, и иногда держат ее в
неволе, чтобы дважды в год вырывать у ее рулевые и маховые перья.
Н. Кн.
Гаррик (Давид Garrick) - знаменитый англ. актер, род. в 1716 г.; был
франц. происхождения: его дед, после отмены Нантского эдикта, бежал в
Англию. Очень рано обнаружились сценические способности Г.; но
практические соображения отца побудили его отправить Давида в Лиссабон,
к дяде - виноторговцу. Эта занятие пришлись не по сердцу Г.; он скоро
вернулся в Англию, но и дальнейшие старания капитана Г. направить сына
на "солидный" путь остались бесплодными. В 1741 г. Г. выступил в
Лондоне, на маленькой сцене театра Гудманфильдс; дебют его в роли
шекспировского "Ричарда III" сразу доставил ему известность. Сценическая
реформа Г., сущность которой состояла в уничтожении ходульности и
искусственности и замене их жизненной правдой, увенчалась полным
успехом, несмотря на энергическое, даже озлобленное противодействие
рутинеров и первоначальное недоумение публики в виду еретического
новшества. Гаррику восторженно рукоплескали как в трагических, так и
чисто комических ролях; талант его поражал столько же разнообразием,
сколько силою. Он скоро получил ангажемент на знаменитую сцену
дрюриленского театра, где гениально создал роли Лира, Гамлета, Макбета,
Отелло, потом перешел на не менее знаменитую ковентгарденскую сцену, а в
1747 г. сделался директором дрюриденского театра. Тридцатилетний период
управления его этой сценой был временем ее полного процветания.
Предприняв путешествие на материк, Г. был в Париже, в салонах которого
служил предметом поклонения и восторгов самого избранного общества;
объехал почти всю Италию, и едва не попал в Петербург, куда приглашала
его на несколько представлений императрица Екатерина II. В 1776 г. Г.
сошел окончательно со сцены. Три года, прожитые им после того, были
все-таки посвящены театру: он присутствовал на репетициях выдающихся
пьес, давал советы актерам, помогал неимущим между ними. О степени
общего уважения к Г. может дать понятие следующий пример: Г. зашел
однажды в парламент в то время, когда туда не впускались посторонние, и
на этом основании его попросили было удалиться; но знаменитый Борк,
заметив это, воспротивился удалению человека, "которому все члены
парламента были столь многим обязаны, в руках которого была пальма
красноречия, в чьей школе они приобрели искусство говорить и узнали
основные правила ораторского искусства". Умер в 1779 г. и похоронен в
Вестминстерском аббатстве, около статуи Шекспира.
Великий как актер, Г. приобрел себе в истории театра бессмертное имя
и как преобразователь английской сцены, указавший на художественную
правду, как на первый и основной закон сценического творчества. Он
осуществил на театральных подмостках то, что сделал в драматической
поэзии предмет его благоговейного поклонения - Шекспир, произведения
которого нашли в Г. первого истолкователя, уяснившего в них многое лучше
ученых комментаторов поэта. Г. был очень образованный человек и
порядочный драматический писатель, произведения которого неоднократно
давались на сцене в его время. Наиболее известная биография Г.,
написанная скоро после его смерти, принадлежит Murphy, "Life of
Garrick"; ценна биография Фитцджеральда; на русском языке ср. Полнера,
"Гаррик. Его жизнь и сценическая деятельность" (СПб., 1891, изд.
Павленкова).
П. Вейнберг.
Гартман (Эдуард v. Hartmann) - самый популярный из современных
философов метафизического направления, род. в Берлине в 1842 г. Сын
прусского генерала, Г., по окончании гимназического курса, поступил на
воен. службу. По отсутствию к ней призвания, а также по болезни (нервное
страдание колена), он скоро вышел в отставку и живет частным человеком в
Берлине. После безуспешных занятий художественной литературой (неудачная
драма) он сосредоточился на изучении философии и необходимых для ее
наук. Получив степень доктора, он издал в 1869 году свое главное
сочинение: "Philosophie des Unbewussten", которое сразу доставило ему
известность, выдержав много изданий. Исходною точкою для философии
бессознательного служит воззрение Шопенгауэра на волю как на подлинную
сущность всякого бытия и метафизическую основу всего мироздания.
Шопенгауэр, в названии своего главного сочинения соединил волю с
представлением (Welt als Wille und Vorstellung), на деле самостоятельною
и первоначальною сущностью, считал только волю (реально практический
элемент бытия), представление же (элемент интеллектуальный) признавал
лишь подчиненным и второстепенным продуктом воли, понимая его, с одной
стороны, идеалистически (в смысле Канта), как субъективное явление,
обусловленное априорными формами пространства, времени 2 причинности, а
с другой стороны - материалистически, как обусловленное физиологическими
функциями организма или как "мозговое явление" (Gehimphanomen). Против
такого "примата воли" Г. основательно указывает на столь же первичное
значение представления. "Во всяком хотении, говорит он, хочется
собственно переход известного настоящего состояния в другое. Настоящее
состояние каждый раз дано, будь то просто покой; но в одном этом
настоящем состоянии никогда не могло бы заключаться хотение, если бы не
существовала по крайней мере идеальная возможность чего-нибудь другого.
Даже такое хотение, которое стремится к продолжению настоящего
состояния, возможно только чрез представление прекращения этого
состояния, следовательно чрез двойное отрицание. Несомненно, таким
образом, что для хотения необходимы прежде всего два условия, из коих
одно есть настоящее состояние как исходная точка; другое, как цель
хотения, не может быть настоящим состоянием, а есть некоторое будущее,
присутствие которого желается. Но так как это будущее состояние, как
таковое, не может реально находиться в настоящем акте хотения, а между
тем. должно в нем как-нибудь находиться, ибо без этого невозможно и
самое хотение, то необходимо должно оно содержаться в нем идеально т. е.
как представление. Но точно также и настоящее состояние может стать
исходною точкою хотения, лишь поскольку входит в представление (как
различаемое от будущего). Поэтому нить воли без представления, как уже и
Аристотель говорит: orektikon de ouk aneu jantasiaV". В действительности
существует только представляющая воля. Но существует ли она в качестве
всеобщего первоначала или метафизической сущности? Непосредственно воля
и представление даны лишь как явления индивидуального сознания отдельных
существ, многообразно обусловленные их организацией и воздействиями
внешней среды. Тем не менее в области научного опыта мы можем находить
данные, предполагающие независимое, первичное бытие духовного начала.
Если существуют в нашем мире такие явления, которые, будучи совершенно
необъяснимы из одних вещественных или механических причин, возможны
только как действия духовного начала, т. е. представляющей воли, и если,
с другой стороны, несомненно, что при этих явлениях не действует никакая
индивидуально-сознательная воля и представление (т. е., воля и
представление отдельных особей), то необходимо признать эти явления за
действия некоторой универсальной, за пределами индивидуального сознания
находящейся представляющей воли, которую Г. поэтому и называет
бессознательным (das Unbewusste) [Чувствуя, однако,
неудовлетворительность такого чисто отрицательного или дефективного
обозначения (которое с одинаковым правом может применяться к камню или
куску дерева, как и к абсолютному началу мира), Г. в последующих
изданиях своей книги допускает его замену термином сверхсознательное
(das Ueberbewusste)]. И действительно, перебирая (в первой части своей
книги) различные сферы опыта как внутреннего, так и внешнего, Г.
находить в них основные группы явлений, объяснимых только действием
метафизического духовного начала; на основании несомненных фактических
данных, путем индуктивного естественноисторического метода, он старается
доказать действительность этого бессознательного или сверхсознательного
первичного субъекта воли и представления. Результаты своего
эмпирического исследования Г. выражает в следующих положениях: 1)
"бессознательное" образует и сохраняет организм, исправляет внутренние и
внешние его повреждения, целемерно направляет его движения и
обусловливает его употребление для сознательной воли; 2)
"бессознательное" дает в инстинкт каждому существу то, в чем оно
нуждается для своего сохранения и для чего недостаточно его
сознательного мышления, напр., человеку - инстинкты для понимания
чувственного восприятия, для образования языка и общества и мн. др.; 3)
"бессознательное" сохраняет роды посредством подового влечения и
материнской любви, облагораживает их посредством выбора в половой любви
и ведет род человеческий в истории неуклонно к цели его возможного
совершенства; 4) "бессознательное" часто управляет человеческими
действиями посредством чувств и предчувствий там, где им не могло бы
помочь полное сознательное мышление; 5) "бессознательное" своими
внушениями в малом, как и в великом, споспешествует сознательному
процессу мышления и ведет человека в мистику к предощущению высших
сверхъестественных единств; 6) оно же, наконец, одаряет людей чувством
красоты и художественным творчеством. Во всех этих своих действиях само
"бессознательное" характеризуется, по Г., следующими свойствами:
безболезненностью, неутомимостью, нечувственным характером его мышления,
безвременностью, непогрешимостью, неизменностью и неразрывным внутренним
единством.
Сводя, по следам физиков-динамистов, вещества к атомным силам (или
центрам сил), Г. сводить затем эти силы к проявлениям духовного
метафизического начала. Что для другого, вовсе, есть сила, то само по
себе, внутри, есть воля, а если воля, то и представление. Атомная сила
притяжения и отталкивания не есть только простое стремление или
влечение, но стремление совершенно определенное (силы притяжения и
отталкивания подчинены строго определенным законам), т. е. в нем
заключается известное определенное направление, и заключается идеально
(иначе оно не было бы содержащем стремления), т. е. как представление.
Итак, атомы - основы всего реального мира - суть лишь элементарные акты
воли, определенной представлением, разумеется, акты той метафизической
воли (и представления), которую Г. называет "бессознательным". Так как,
поэтому, и физически, и психический полюсы феноменального бытия - и
вещество, и обусловленное органическим веществом частное сознание -
оказываются лишь формами явления "бессознательного", и так как оно
безусловно непространственно, ибо пространство им же самим полагается
(представлением - идеальное, волею - реальное), то это "бессознательное"
есть всеобъемлющее единичное существо, которое есть все сущее, оно есть
абсолютное неделимое, и все множественные явления реального мира суть
лишь действия и совокупности действий всеединого существа. Индуктивное
обоснование этой метафизической теории составляет наиболее интересную и
ценную часть "философии бессознательного". Остальное посвящено
схоластическим рассуждениям и гностическим фантазиям о начале и конце
мира и характере мирового процесса, а также изложению и доказательствам
Гартманова пессимизма. Признав сначала неразрывное соединение воли и
представления (или идеи) в едином сверхсознательном субъекте, обладающем
всеми атрибутами Божества, Г. затем не только обособляет волю и идею, но
и олицетворяет их в этой обособленности, как мужское и женское начало
(что удобно только на немецком языке: der Wille, die Idee, die.
Vorstellung). Воля сама по себе имеет лишь силу реальности, но
безусловно слепа и неразумна, идея же, хотя светла и разумна, но
абсолютно бессильна, лишена всякой активности. Сперва оба эти начала
находились в состоянии чистой потенции (или небытия), но затем
несуществующая воля абсолютно случайно и бессмысленно захотела хотеть) и
таким образом перешла из потенции в акт, увлекши туда же и страдательную
идею. Действительное бытие, полагаемое по Г. исключительно волею -
началом неразумными - само отличается, поэтому, существенным характером
неразумности или бессмысленности; оно есть то, что не должно быть.
Практически эта неразумность бытия выражается как бедствие и страдание,
которым неизбежно подвергается все существующее. Если первоначальное
происхождение самого существования - беспричинный переход слепой воли из
потенции в акт - есть факт нерациональный, абсолютная случайность (der
Urzufall), то признаваемая Г. разумность или целемерность мирового
процесса имеет лишь условное и отрицательное значение; она состоит в
постепенном приготовлении к уничтожению того, что создано первичным
неразумным актом воли. Разумная идея, отрицательно относящаяся к
действительному бытию мира как к продукту бессмысленной воли, не может,
однако, прямо и сразу упразднить его, будучи по существу своему
бессильной и пассивной; поэтому она достигает своей цели косвенным
путем. Управляя в мировом процессе слепыми силами воли, она создает
условия для появления органических существ, обладающих сознанием. Чрез
образование сознания мировая идея или мировой разум (по-немец. и разум -
женского рода: die Vernunft) освобождается от владычества слепой воли, и
всему существующему дается возможность сознательным отрицанием
жизненного хотения возвратиться опять в состояние чистой потенции или
небытия, что и составляет последнюю цель мирового процесса. Но прежде
чем достигнуть этой высшей цели, мировое сознание, сосредоточенное в
человечестве и непрерывно в нем прогрессирующее, должно пройти через три
стадии иллюзии. На первой человечество воображает, что блаженство
достижимо для личности в условиях земного природного бытия; на второй
оно ищет блаженства (также личного) в предполагаемой загробной жизни; на
третьей, отказавшись от идеи личного блаженства как высшей цели, оно
стремится к общему коллективному благосостоянию путем научного и
социальнополитического прогресса. Разочаровавшись и в этой последней
иллюзии, наиболее сознательная часть человечества, сосредоточив в себе
наибольшую сумму мировой воли (?!), приметь решение покончить с собою, а
чрез то уничтожить и весь мир. Усовершенствованные способы сообщения, с
невероятною наивностью замечает Г., доставят просвещенному человечеству
возможность мгновенно принять и исполнить это самоубийственное решение.
Написанная 26-летним юношей, "философия бессознательного", обилующая
в своей первой части верными и важными указаниями, остроумными
комбинациями и широкими обобщениями; подавала большие надежды. К
сожалению, философское развитие автора остановилось на первых шагах.
Несмотря на явные противоречия и несообразности его метафизической
системы, он не пытался ее исправить и в дальнейших своих многочисленных
сочинениях разрабатывал только те или другие частные вопросы, или
приспособлял к своей точки зрения различные области жизни и знаний.
Важнейшие из этих сочинений: "Kritische Grundlegung des
transscendentalen Realismus", "Ueber die diaiektische Methode
Nenkantianismus, Schopenbauerialismus und Hegelianismus", "Das
Unbewusste vom Standpunkt der Physiologic and Descendenztheorie",
"Wahrheit und Irrthum im Darwinismus", "Phanomenologie des sittlichen
Bewnsstseyns", "Zur Geschichte und Begrundung des Pessimismus", "Die
Selbstzersetzung des Christenthums und die Religion der Zukunft", "Die
Krisis des Christenthums in der modernen Theologie", "Das religiose
Bewusstseyn der Menschheit", "Die Religion des Geistes", "Die
Aesthetik". Г. писал также о спиритизме, о еврейском вопросе, о немецкой
политике и о воспитании. Философия Г. вызвала довольно обширную
литературу. Главное его сочинение переведено на многие иностранные
языки. По-русски существует несколько сокращенный его перевод А. А.
Козлова, под загл. : "Сущность мирового процесса". Из авторов отдельных
сочинений о Г. - за и против него - могут быть упомянуты следующие:
Weis, Bahnsen, Stiebeling, J. С. Fischer, A. Taubert (первая жена Г.),
Knauer, Volkelt, Rehmke, Ebbinghaus, Hansemann, Venetianer, Heman,
Sonntag, Huber, Ebrard, Bonatelli, Carneri, 0. Schmid, Plumacher, Braig,
Alfr. Weber, Kober, Schuz, Jacobowski, кв. Д. H. Цертелев (современный
пессимизм в Германии). Хронологический перечень литературы о Г. приложен
к сочинению Plumacher'a: "Der Kampf ums Unbewusste". См. также в истории
новой философии Ибервега-Гейнце (русск, пер. Я. Колубовского). Влад.
Соловьев.
Гарун - знаменитый калиф, по прозванию Аль-Рашид, т. е. справедливый;
имя это он, впрочем, получил не от потомства, а от отца своего, когда
был назначен наследником. Вступил на престол в 786 г. Правление его было
сначала счастливо. Он имел в своем распоряжении хороших государственных
деятелей и полководцев, из состоявшей у него на службе персидской
фамилии Бармекидов, которые и приняли на себя почти все отрасли
управления. Он разукрасил роскошными зданиями свою столицу Багдад и
вообще отличался любовью к роскоши, науке, поэзии и музыке. В конце
своего правления, он начал относиться с подозрением к фамилии Бармекидов
и в 803 г. одних членов ее заключил в темницу, других - казнил. Не
пощажен был даже и любимец его Джафар, постоянный спутник его знаменитых
ночных прогулок по Багдаду, с целью разузнавать, что делается в его
государстве. С этого времени одно восстание следовало за другим и
империя калифа сделалась театром междоусобиц, подорвавших благосостояние
населения. Умер 809. Г. прославлен в различных песнях и особенно в
рассказах "Тысяча и одна ночь".
Гаруспиции - (Haruspices) - название гадателей у древних римлян. Они
происходили из Этрурии, где, кроме гаданий по внутренностям жертвенных
животных, занимались толкованием молнии и других чрезвычайных явлений. В
Риме, где уже действовала государственная коллегия авгуров, на долю Г.
осталось преимущественно первое из этих гаданий. Действовали долгое
время и при христианских императорах.
Гаршин (Всеволод Михайлович) - один из наиболее выдающихся писателей
литературного поколения семидесятых годов. Род. 2 февр. 1856 г. в
Бахмутском уезде, в старой дворянской семье. Детство его было не богато
отрадными впечатлениями; в его восприимчивой душе, на почве
наследственности, очень рано стал развиваться безнадежно мрачный взгляд
на жизнь. Немало этому содействовало и необыкновенно раннее умственное
развитие. Семи лет он прочел "Собор Париж. Богоматери" Виктора Гюго, и
перечитав его 20 лет спустя, не нашел в нем ничего для себя нового. 8 и
9 лет он зачитывался "Современником". В 1864 г. Г. поступил в 7 спб.
гимназию (теперь первое реальное учил.) и по окончании в ней курса, в
1874 г., поступил в горный институт. В 1876 г., он совсем уже собрался
отправиться добровольцем в Сербию, но его не пустили, потому что он был
призывного возраста. 12 апреля 1877 г. Г. сидел с товарищем и готовился
к экзамену из химии, когда принесли манифест о войне. В ту же минуту
записки были брошены, Г. побежал в институт подавать просьбу об
увольнении, а чрез несколько недель он уже был в Кишиневе,
вольноопределяющимся Волховского полка. В сражении 11 августа под
Аясларом, как гласила официальная реляция, "рядовой из
вольноопределяющихся В. Гаршин примером личной храбрости увлек вперед
товарищей в атаку, во время чего и ранен в ногу". Рана была неопасная,
но в дальнейших военных действиях Г. уже участия не принимал.
Произведенный в офицеры, он вскоре вышел в отставку, с полгода пробыл
вольнослушателем филологического факультета петербургского университета,
а затем всецело отдался литературной деятельности, которую, незадолго до
того, начал с блестящим успехом. Еще до своей раны, он написал военный
рассказ "Четыре дня", напечатанный в октябрьской книжке "Отечественных
Записок" 1877 г. и сразу обративший на себя всеобщее внимание.
Последовавшие за "Четырьмя днями" небольшие рассказы:"Происшествие",
"Трус", "Встреча", "Художники" (также в "Отеч. Зап.") укрепили
известность молодого писателя и сулили ему светлую будущность. Душа его,
однако, все более и более омрачалась и в начале 1880 г. появились
серьезные признаки психического расстройства, которому он подвергался
еще до окончания гимназического курса.
Сперва оно выражалось в таких проявлениях, что трудно было
определить, где кончается высокий строй души и где начинается безумие.
Так, тотчас после назначения гр. Лорис-Меликова начальником верховной
распорядительной комиссии, Гаршин отправился к нему поздно вечером и не
без труда добился свидания с ним. Во время разговора, продолжавшегося
более часу, Гаршин делал весьма опасные признания и давал весьма смелые
советы всех помиловать и простить. Лорис-Меликов отнеся к нему
чрезвычайно ласково, с такими же проектами всепрощения Г. поехал в
Москву к обер-полициймейстеру Козлову, затем отправился в Тулу и пешком
пошел в Ясную Поляну к Льву Толстому, с которым провел целую ночь в
восторженных мечтаниях о том, как устроить счастье всего человечества.
Но затем душевное его расстройство приняло такие формы, что родным
пришлось поместить его в харьковскую психиатр. клинику. Пробыв в ней
некоторое время, Г. поехал в херсонскую деревню дяди по матери,
оставался там 1,5 года и, совершенно выздоровевши, в конце 1882 г.
приехал в Петербург. Чтобы иметь определенный нелитературный заработок,
он поступил в контору Аноловской бумажной фабрики, а затем получил место
в общем съезде русских железных дорог. Тогда же он женился и чувствовал
себя вообще хорошо, хотя по временам у него и бывали периоды глубокой,
беспричинной тоски. В начале 1887 г. показались угрожающие симптомы,
болезнь развилась быстро, и 19 марта 1888 г. Г. бросился с площадки 4
этажа в просвет лестницы и 24 марта умер. Выражением глубокой горести,
вызванной безвременною кончиною Г., явились два сборника, посвященных
его памяти: "Красный Цветок" (СПб., 1889, под ред. М. Н. Альбова, К. С.
Баранцевича и В. С. Лихачева) и "Памяти В. М. Гаршина" (СПб., 1889, под
ред. Я. В. Абрамова, П. О. Морозова и А. Н. Плещеева), в составлении и
иллюстрировании которых приняли участие наши лучшие литературные и
художественные силы.
В чрезвычайно-субъективном творчестве Г. с необыкновенною яркостью
отразился тот глубокий душевный разлад, который составляет самую
характерную черту литературного поколения 70-х годов и отличает его как
от прямолинейного поколения 60-х годов, так в от поколения новейшего,
мало заботящегося об идеалах и руководящих принципах жизни. По основному
складу своей души Гаршин был натура необыкновенно гуманная и первое же
его художественное создание - "Четыре дня" - отразило именно эту сторону
его духовного существа. Если он сам пошел на войну, то исключительно
потому, что ему казалось постыдным не принять участия в освобождении
братьев, изнывавших под турецким игом. Но для него достаточно было
первого же знакомства с действительной обстановкой войны, чтобы понять
весь ужас истребления человеком человека. К "Четырем дням" примыкает
"Трус" - такой же глубоко-прочувствованный протест против войны. Что в
этом протесте не было ничего общего с шаблонною гуманностью, что это был
крик души, а не тенденция в угоду тому лагерю, к которому примкнул Г.,
можно видеть из самой крупной "военной" вещи Г. - "Из записок рядового
Иванова" (превосходная сцена смотра). Все, что писал Г., было как бы
отрывками из его собственного дневника: он не хотел пожертвовать в угоду
чему бы то ни было ни одним чувством, которое свободно возникло в его
душе. Искренняя гуманность сказалась и в рассказе. "Происшествие", где,
без всякой сентиментальности, он сумел отыскать человеческую душу на
крайней ступени нравственного падения.
Рядом с все проникающим чувством гуманности, в творчество Гаршина,
как и в нем самом, жила и глубокая потребность в деятельной борьбе со
злом. На этом фоне создался один из наиболее известных его рассказов:
"Художники". Сам изящный художник слова и тонкий ценитель искусства, Г.
в лице художника Рябинина показал, что нравственно-чуткий человек не
может спокойно предаваться эстетическому восторгу творчества, когда
кругом так много страданий. Всего поэтичнее жажда истребить неправду
мира сказалась в удивительно гармоничной сказке "Красный цветок", сказке
полубиографической, потому что и Г., в припадке безумия, мечтал сразу
уничтожить все зло, существующее на земле. Но безнадежный меланхолик по
всему складу своего духовного и физического существа, Г. не верил ни в
торжество добра, ни в то, что победа над злом может доставить душевное
равновесие, а тем более счастье. Даже в почти юмористической сказке "То
чего не было" рассуждения веселой компании насекомых, собравшихся на
лужайки потолковать о целях и стремлениях жизни, кончаются тем, что
приходить кучер и сапогом раздавливает всех участников беседы. Рябинин
из "Художников", бросивших искусство, "не процвел" и пошедши в народные
учителя. И это не из-за так называемых "независящих обстоятельств", а
потому, что интересы личности в конце концов тоже священны. В
чарующе-поэтической сказке "Attalea princeps" пальма, достигнув цели
стремлений в выбившись на "свободу", со скорбным удивлением спрашивает:
"и только-то"?
Художественные силы Г., его уменье живописать ярко в выразительно,
очень значительны. Немного он написал - около десятка небольших
рассказов, но они дают ему место в ряду мастеров русской прозы. Лучшие
его страницы в одно в то же время полны щемящей поэзии и такого
глубокого реализма, что напр. в психиатрии "Красный Цветок" считается
клиническою картиною, до мельчайших подробностей соответствующей
действительности. Написанное Г. собрано в трех небольших "книжках"
(СПб., 1882 и позже). Все они выдержали по несколько изданий. Большим
успехом пользуются повести Г. и в многочисленных переводах на нем"
франц., англ. и др языки.
С. Венгеров.
Гассенди или Гассенд (Pierre Gassendi) - французский философ (1592 -
1655): был преподавателем риторики в Дине, потом профессором философии в
Э (Aix, в Провансе). Курс свой он располагал таким образом, что сначала
излагал учение Аристотеля, а потом показывал его ошибочность. Открытия
Коперника и сочинения Джордано Бруно, а также чтение сочинений Петра
Рамуса и Людовика Вивеса окончательно убедили Г. в непригодности
аристотелевской физики и астрономии. Плодом его занятий было
скептическое сочинение: "Exercitationes paradoxicae adversus
Aristoteleos" (Гренобль, 1627). От окончания этого сочинения он должен
был отказаться: нападать на Аристотеля и защищать Коперника было в то
время небезопасно, как это доказала участь Этьена Долэ, Бруно и др. Еще
раньше издания своей книги Гассенди оставил кафедру и жил то в Дине, где
был каноником кафедрального собора, то в Париже, откуда совершил поездку
в Бельгию и Голландию. Во время этой поездки он познакомился с Гоббесом
и издал (1631) разбор мистического учения розенкрейцера Роберта Флудда
("Epistolica dissertatio in qua praecipua principia philosophiae R.
Fluddi deteguntur"). Позже он написал критически разбор Декартовских
размышлений ("Disquisitio adversus Cartesium"), поведший к оживленной
полемики между обоими философами. Г. был одним из немногих ученых XVII
века, интересовавшихся историей науки. Благодаря изучению Эпикура
окончательно сложилось мировоззрение Г., которое он изложил в "Syntagma
philosophicum", вышедшем уже после смерти автора. В 1645 г. Г. занял
кафедру математики в College royal de France. В последние годы жизни он
издал две работы об Эпикуре "De vita, moribus et doctrina Epicuri libri
octo" (1647) и "Syntagma philosophiae Epicuri" (1649), биографии
Коперника и Тихо де-Браге, историю церкви в Дине. Г. обладал большим
полемическим дарованием: он умел отдать должное противнику, ясно и точно
излагал его теорию, наконец делал весьма тонкие и веские замечания.
Полемика его с Декартом считается образцовой. Философская система Г.,
изложенная в его "Syntagma philosophicum", есть результат его
исторических исследований. Эти исследования привели его (как позднее
Лейбница) к тому выводу, что мнения различных философов, считающиеся
совершенно несходными, часто различаются только по форме. Чаще всего Г.
склоняется на сторону Эпикура, расходясь с ним только в вопросах
теологических. Относительно возможности познать истину он держится
середины между скептиками и догматиками. Посредством разума мы можем
познать не только видимости, но и самую сущность вещей; нельзя отрицать,
однако, что есть тайны, недоступные уму человеческому. Г. подразделяет
философию на физику, предмет которой - исследовать истинное значение
вещей, и этику - науку быть счастливым и поступать согласно с
добродетелью. Введением к ним служит логика, которая есть искусство
правильно представлять (идея), правильно судить (предложение), правильно
умозаключать (силлогизм) и правильно располагать выводы (метод). В
физике своей Г. стоит близко к динамистическому атомизму современных
ученых. Все явления природы совершаются в пространстве и времени. Это
суть "вещей в своем роде", характеризующиеся отсутствием положительных
атрибутов. Как пространство, так и время могут быть измерены только в
связи с телами: первое измеряется объемом, второе - движением тел.
Материю Г. представляет состоящею из множества мельчайших компактных
эластичных атомов; разделенных друг от друга пустым пространством, не
заключающих в себе пустоты и потому неделимых физически, но измеримых.
Число атомов и их форм конечно и постоянно (поэтому количество материи
постоянно), но число форм меньше числа атомов. Г. не признает за атомами
вторичных свойств, как-то запаха, вкуса и друг. Различие атомов (кроме
формы) заключается в различии их главного свойства - веса или
прирожденного им стремления к движению. Группируясь, они образуют все
тела вселенной в являются, следовательно, причиной не только качеств
тел, но я их движения; ими обусловливаются все силы природы. Так как
атомы не рождаются и не исчезают, то и количество живой силы в природе
остается неизменным. Когда тело в покое, сила не исчезает, а только
пребывает связанною, а когда оно приходить в движение, сила не
рождается, а только освобождается. Действия на расстоянии не существует,
и если одно тело притягивает другое, не соприкасаясь с ним, то это можно
объяснить так, что от первого исходят потоки атомов, которые
соприкасаются с атомами второго. Это одинаково применимо к телам
одушевленным и неодушевленным. Все предметы обладают душой чувствующей и
хотя бы смутно рассуждающей. Атомы вечны, поскольку вечна вселенная, но
они, как и вселенная, сотворены Богом; по Его же воле они
сгруппировались в тело, ибо как из простого смешения букв не может
возникнуть поэмы, так и из случайной группировки атомов не могли, при
сотворения мира, произойти тела без содействия Бога. В этих последних
положениях заключается отличие Г. от материалистов и атомистов.
Произвольное самозарождение даже в царстве минеральном Г. отрицает:
всякое тело (не родившееся от себе подобного) обязано своим
происхождением семени, предсуществовавшему с сотворения мира - семени, в
котором оно заключалось потенциально, окружающие же условия
способствовали его появлению. Тело, душа чувствующая и душа разумная
составляют единое не вследствие физического единства, но потому что они
предназначены для взаимного дополнения. Чувствующая душа, область
которой есть все тело, воспринимает образы внешних предметов (с помощью
органов чувств) и познает их посредством памяти, сравнения или суждения
и выводов или рассуждения. Э. Р.
Гатчина - гор. в Царскосельском уезде С. Петербургской губ., на
плоской лесистой, местами болотистой местности, в 42 вер. от Петербурга,
при двух жел. дор. : С. Петербурго-Варшавской и Балтийской. Петр I
подарил мызу Г., с окрестными деревнями, царевне Наталии Алексеевне,
после смерти которой Г. сделалась дворцовым имением. Императрица
Екатерина II, при вступлении на престол, пожаловала Г. и Ропшу князю
Орлову, построившему здесь, по рисунку Ринальди, замок, что ныне
императорский дворец. Выкупив Г. у наследников Орлова, Екатерина II в
1785 г. пожаловала ее вел. кв. Павлу Петровичу. В это время в Гатчинском
имении числилась 41 деревня, с 5949 жит. и 34470 десят. земли. Великий
князь очень любил свой загородный дворец и заботился о его украшении.
Через несколько дней после воцарения императора Павла мыза Г. была
переименована в город; открыты ратуша, школа и госпиталь на 25 кроватей;
дворцовые постройки расширены; перестроена дворцовая церковь. За
упразднением города Рождественно, в 1798 г., все купцы и мещане были
переведены оттуда в Г. После кончины императора Павла Г. перешла к
императрице Марии Феодоровне, устроившей здесь в 1803 г. воспитательный
дом, который в 1837 г. получил название Императорского гатчинского
сиротского института. С 1829 г. Г. составляет собственность Императора.
При императоре Николае I она служила осенью любимым местопребыванием
Императорской фамилии. В это время перестроен дворец, построена соборная
церковь, поставлена бронзовая статуя императора Павла I перед дворцом,
осушены болота, устроено правильное лесное хозяйство. Император
Александр II перевел сюда придворную охоту и пожаловал местному приюту
два здания с землею. Высочайший двор проводит ныне в Г. большую часть
года. В городе устроено освещение, вымощены улицы, проведены каналы,
парки приведены в образцовый порядок и т. д. Постоянных жит. в Г. до 12
тыс.; домов 1542; церквей православных, считая в домовые - 7;
лютеранская 1, католич. 1. Кроме сиротского института - женская
гимназия, учительская семинария, четырехклассное городское училище,
несколько начальных школ. Госпиталь с аптекою; богадельни - лютеранская
и Андреева; дома благотворительного общества, призрения бедных,
призрения слепых; больница для хронических больных детей; приют
Петропавловского собора. Городом заведует дворцовое правление. Дворец
отделен от города озерами Белым и Черным и парком. Обелиск, воздвигнутый
Орловым; беседка, построенная императрицею Mapиею Феодоровною; березовый
домик, богато украшенный внутри; приорат, в котором бывали заседания
мальтийских рыцарей; зверинец, в котором отведено отдельное место для
зубров, ланей и оленей. Ср. "Материалы о городах придворного ведомства.
Город Гатчина и Гатчинский дворец" (СПб., 1884 г.); Кобеко, "Цесаревич
Павел Петрович"; Шумигорский, "Императрица Мария Феодоровна".
А. С.
"Гаудеамус" (Gaudeamus igitur) - начальные слова всемирно известной
студенческой песни, которые, как заглавие одного гимна 1267 г.,
встречаются уже у Себастиана Бранта. "Gaudeamus" впервые напечатано в
1776 г., а в 1781 г. странствующий писатель Киндлебен придал ей форму,
сохранившуюся до настоящего времени. Ср. Schwetschke, "Zur Geschichte d.
G. igitur" (1877).
Гауптман (Гергарт Hauptmann) - современный немецкий драматург
натуралистической школы; род. в 1862 г. Первая драма его: "Тиверий" -
довольно шаблонное произведение в старо-романтическом вкусе, равно как и
поэма: "Удел прометидов". Но вскоре из Г. выработался писатель -
натуралист. Первым опытом в этом новом направлении была повесть
"Стрелочник Тиль" ("Bahnwarter Thiel"). Затем он написал драму "Vor
Sonnenaufgang" и отдал ее дирекции "Вольной сцены", только что
организованной в Берлине кружком литераторов. Пьеса была представлена в
1889 году и своим крайне " дерзким " реализмом подняла в печати целую
бурю. Гауптман является здесь учеником Ибсена, хотя еще незрелым, но уже
с проблесками сильного, самобытного таланта. В том же 1889 т. появляется
вторая пьеса Гауптмана: "Праздник мира" ("Das Friedensfest"), в которой
он окончательно выступает на путь сознательного натурализма и делает
смелую попытку в созданы нового драматического стиля. Известность Г.
упрочивается и талант его признается серьезною критикой только после
постановки двух следующих пьес: драмы "Одинокие" ("Einsame Menschen",
1890) в комедии "Наш товарищ Крамптон" ("College Crampton", 1891);
последняя пьеса - одна из самых веселых и умных во всей новейшей
немецкой литературе. В "Одиноких" Г. обнаружил некоторую близость к
взглядам гр. Л. Толстого на брак. Новейшим крупным произведением Г.
является драматическая поэма "Ткачи" ("Die Weber", 1892), мастерски
изображающая экономическое положение силезийских рабочих. Кроме драм. Г.
написал еще несколько рассказов ("Der Apostel" и др.). Г. талантливые и
глубже Зудерманна, а в способе разработки своих сюжетов гораздо
детальные и смелее Ибсена. Индивидуализация лиц, посредством оттенков
речи, доведена у него до высокой степени совершенства. А. Рейнгольдт.
Гаусс (Carl-Friedrich Gauss) - знаменитый немецкий математик. Род. 23
апреля 1777 года в Брауншвейге и с раннего возраста обнаружил выдающиеся
математические способности. Рассказывают, что, будучи трех лет, Г. решал
числовые задачи и любил чертить геометрические фигуры. Юный вычислитель
был представлен герцогу Карлу Вильгельму Фердинанду Брауншвейгскому и
нашел в нем покровителя, принявшего живое участие в его воспитании. В
1784 г. Г. поступил в начальную школу в Брауншвейге, а в 1789 г. в
коллегию того же города. В 1794 г. Г. поступил в гёттингенский
университет, где занимался под руководством профессора Кестнера. В 1795
г. Гаусс отправился в Гельмштатд, где пользовался советами известного
математика Пфаффа. Там же написана им докторская диссертация; в которой
дано новое доказательство теоремы, что всякое алгебраическое уравнение
имеет корень. Возвратясь в Брауашвейг, Г. начинает публиковать
многочисленный ряд мемуаров, которые в короткое время дали молодому
математику европейскую известность. Еще не достигнув 25-ти лет, Г.
выступил с знаменитым трактатом по теории чисел: "Disquisitiones
arithmeticae" (1801). По богатству материала, ряду прекрасных открытий,
разнообразию и остроумию доказательств это сочинение до сих пор
считается основным при изучении теории чисел. - Между прочим, укажем на
прекрасную теорию двучленных уравнений в этом сочинении, показывающую,
между прочим, что можно при помощи циркуля и линейки вписать в круг
правильный семнадцатиугольник. Продолжая занятия теорию чисел, а также и
другими отраслями анализа, Г. публикует ряд солидных работ по
астрономии. В 1807 году Г. получает приглашение в с. петербургскую
академию наук, но, по настоянию Ольберса, отказывается в 9 июня этого
года назначается директором обсерватории Гётгингена и профессором
университета того же города. В этих двух должностях Г. оставался до
конца своей долгой и трудовой жизни. С этого времени Г. посвящает
большую часть своего времени астрономическим работам, продолжая впрочем
заниматься также различными частями анализа. Из астрономических работе
выдающеюся является "Theoria motus corporum coelestium" - мемуар,
заключающий массу ценных замечаний для вычисления элементов планетных и
кометных орбит. Из приемов, предложенных Гауссом для удобства
астрономических выкладок, мы укажем на введение и употребление
логарифмов сумм и разностей. Трактуя вопросы теоретической астрономии и
небесной механики в ряде замечательных работ, Г. не забывать и
практической астрономии, причем его работы имели целью развить способы
получать из наблюдений вероятнейшие результаты; с этою целью Г. развить
особенный способ, известный под названием способа наименьших квадратов.
Из чисто математических работ укажем на следующие: "Summatio quarundam
serieriam singularium" (1808 - 1810); "О гипергеометрическом ряде" (1811
- 13); "Об определении наибольшего эллипса, вписанного в данный
четырехугольник" (1810); "О протяжении эллипсоидов" (1838); "Новый
способ приближенного вычисления интегралов"(1814); "Определение
притяжения на точку планеты, масса которой распределена по орбите"
(1818) (эта работа имеет связь с теорией вековых возмущений); "Мемуары
по теории биквадратичных вычетов, в которых впервые введено в теорию
чисел понятие о целых комплексных числах вида a+bi"; "Disquisitiones
generales circa superficies curvas" (1827), с теоремою о неизменяемости
кривизны при изгибании поверхности без складок и разрыва; "Об
изображении одной поверхности на другой с подобием в бесконечно малых
частях" (1828). С прибытием в Геттинген Вебера, Г. заинтересовался
земным магнетизмом. Первый мемуар Г. по теории магнетизма был
"Intensitas vis magneticae terrestris ad mensuram absolutam revocata"
(1833). Работая вместе с Вебером, Г. изобрел новый прибор для наблюдения
земного магнетизма и его изменений. В 1883 г. им была построена в
Геттингене образцовая магнитная обсерватория и основано общество под
названием: "Magnetisches Verein", издававшее в 1836 - 1839 гг. журнал
"Resultate der Beobachtungen des Magnetischen Vereins". В 1838 и 1839
гг. помещены в этом журнале два важных мемуара Г. : "Allgemeine Theorie
der Erdmagnetismus" и "Allgemeine Lehrsatze in Beziebung auf die im
verkehrten Verhaltnisse des Quadrats der Entfernung virkenden Anziehungs
und "Abstossungskrafte". Инструменты и методы наблюдения геттингенской
обсерватории получили всемирное распространение. Из работ по физике
укажем еще на "Dioptrische Untersuchungen" (1840). Замечательно, что в
1833 г. геттингенская магнитная обсерватория была соединена с городом
Нейбургом проволокою, по которое давались сигналы при помощи
гальванического тока, по телеграфной системе Г. С 1821 г. Г. принимал
участие в датской и ганноверской триангуляции, причем увеличил точность
результатов важными усовершенствованиями. Между прочим, им изобретен
инструмент назыв. гелиотропом. Под конец своей плодотворной деятельности
Г. занимался геодезией и издал по этому предмету два мемуара под
заглавием: "Untersuchungen uber Gegeastande der hоhеrеn Geodasie" (1846
- 1847). Умер 23 февраля 1855 г.
В Г. мы видим человека с универсальными математическими
способностями; им затрагивались почти все главные отрасли чистой и
прикладной математики, причем всюду девизом автора было: раnса sed
matura (немного, но зрело); он оставил неопубликованными много работ,
считая их не достаточно обработанными. Г. всегда стремился к
оригинальности; затрагивая уже ранее разрабатывавшийся вопрос, казалось,
что Г. не знаком с предшествовавшими работами, так оригинальны приемы и
формы, которые Г. придавал изложению. К сожалению, эта оригинальность
методы при излишней лаконичности изложения делает многие места сочинений
Г. весьма трудными для читателя. Замечательная способность Г. к числовым
выкладкам обнаружилась во многих его работах, о чем свидетельствуют
посмертные рукописи, как, например, таблица превращения в десятичные
обыкновенных дробей со знаменателем меньшим 997. Большого труда стоили
автору также таблицы для счета классов квадратичных форм и разложения на
множителей чисел вида: а2+1, а2+4, а2+9,... а2+81. В 1868 - 1871 гг.
королевское ученое общество в Гёттингене издало под редакцией Шеринга
полное собрание сочинений, в семи томах. В 1880 г. Г. поставлена в
Брауншвейге бронзовая статуя. Ср. Winnecke, "G. Ein Umris seines Lebens
u. Wirkens" (1877); Hanselmann, "Gr. Zwolf Kapitel aus seinem Leben"
(1878). Его переписка: с Шумахером издана в 1860 - 62 гг., с Гумбольдтом
- в 1877 г. и с Бесселем - в 1880 г. Д. Граве.
Гауф (Hauff Вильг.) - один из даровитейших и до сих пор еще
популярных немецких рассказчиков (1802 - 1827). Его "Альманах сказок на
1826 г. " сразу завоевал ему видное место в немецкой литературе. Он
явился в нем романтиком младшей школы и учеником Гофмана. Уступая своему
учителю в силе и глубине фантазии, Г. далеко превосходил его ясностью
образов и мысли, законченностью формы и изяществом языка. В его сказках
бездна добродушного, веселого юмора, одинаково обаятельного и для детей,
и для взрослых. Самый избитый сюжет восточной сказки (вроде, напр.,
"Маленького Мука"), бродивший по Европе уже несколько столетий, он умел
превратить в занимательную, исполненную житейской и психологической
правды повесть. Его "Альманах", под именем "Сказок Гауфа",
перепечатывался несчетное количество раз. В том же 1826 г. явился его
роман "Лихтенштейн", один из лучших исторических романов Германии. В
1827 г. выходят его "Mitteilungen aus Memoiren des Satans", в которых он
удачно и далеко не рабски усваивает фрагментарную манеру Гофмана. В том
же году появляется его небольшая, до сих пор усердно читаемая книжка:
"Phantasien im Bremer Rathskeller", в которой его жизнерадостная
фантазия высказывается во всей своей силе. Тогда же издан им ряд удачно
задуманных новелл (лучшими из них считаются "Die Bettlerin vom Font des
Arts" в "Das Bild des Kaisers"). Германия надеялась иметь в нем одного
из лучших своих беллетристов и поэтов (некоторые из его лирических пьес
немедленно после своего появления сделались народными песнями), но он
умер, не дожив и до 25 лет. Полное собрате его произведений издано
Швабом, (с биографией) в 1830 г. См. Klaiber, "W. Ch Hauff. Ein
Lebensbild des Dichters" (Штутг. 1881). На русском языке: "Тайны
Бианетти" (в "Библ. для Чтения", 1855, 134) и "Сказки Гауфа" (СПб.
1883). А.. Кирпичников.
Гаучосы (Gauchos) - так наз. в Аргент. республике жители пампасов,
занимающиеся скотоводством. Хотя они считают себя белыми в очень этим
гордятся, но на самом деле большею частью принадлежат к метисам и
сожительством с индианками способствуют даже возвращению населения
внутренних провинций к первоначальному типу туземцев, от которых сами
мало отличаются в нравах и образе жизни. Живут круглый год в землянках
или легких кожаных шатрах (ранчо, rancho). Г. - смелые и неутомимые
наездники. Несмотря на свою грубость и жесткость, Г. питают большую
склонность к музыке и поэзии. Их певцы и поэты странствуют с одной
эстанции (фермы) к другой, встречая везде самый радушный прием. Отчасти
Г. являются сами собственниками небольших стад, частью же состоят на
службе крупных владельцев.
Гвадалахара (Guadalajara) - город в Мексиканской республике, столица
штата Халиско (Jalisco), на левом берегу Рио-де-Сант-Яго; основан в 1551
г. Великолепный древний собор сильно потерпел от бывшего здесь в 1818 г.
землетрясения. Женская коллегия, воспитательный дом, опера, арена для
боя быков; фабрики шерстяных, бумажных, кожаных изделий и майолики. 95
тыс. жит. (1890).
Гварди (Francesco Guardi) - итальянский (венецианский) живописец
(1712 - 1793), ученик Каналетто, усвоивший его манеру и технику в
работавший в молодости вместе с ним. Подобно Каналетто, он посвятил себя
исключительно изображению Венеции. Многие картины Г. долгое время
считались принадлежащими кисти Каналетто и только сравнительно в
недавнее время критика определила более точно то, что принадлежит
ученику и что учителю. Из картин, несомненно принадлежащих Г., следует
упомянуть: "Вид Венеции" (в Лувре), изображающий на первом плане порт
Лидо и открытое море, усеянные множеством позолоченных гондол,
наполненных патрициями в праздничных костюмах; дож, на палубе
Буцентавра, выступает из Лидо и направляется к св. Марку. Затем: "Дож,
отправляющийся в церковь Санта-Мария делла-Салуте"; "Четверг на
Масленице в Венеции"; "Праздник Тела Господня" (Corpus Domini); "
Венчание дожа наверху лестницы Гигантов"; "Зала коллегии во дворце
дожей". Во всех этих картинах, здания и вообще архитектурная часть,
трактованные чрезвычайно тщательно и правдиво, служат только
аксессуарами и декораций для веселых, оживленных сцен, или же для
торжественных процессий. При изображении праздников, в картинах Гварди
религиозное чувство как бы уходить на второй план, благодаря
необыкновенному разнообразию фигур и яркому, ослепительному колориту. В
"Зале коллегии" мы видим заседание совета десяти под председательством
дожа; остальная часть залы наполнена публикой в масках. Этою смелостью в
композиции Гварди главным образом и отличается от Каналетто; вероятно
также, что в картинах Каналетто фигуры писаны Гварди. Многими картины
Гварди ценятся в настоящее время гораздо выше картин его учителя,
Каналетто. В Императ. Эрмитаже имеется одно из произведений этого
художника - небольшой венецианский вид. В. Ч.
Гвардия (от древнего или скандинавского слова warda или garda -
стеречь, защищать) - отряд телохранителей или отборное войско. С самых
древних времен цари и полководцы имели при себе особую стражу, и во всех
армиях существовали отборные войска, служившие резервом (напр.
10-тысячный корпус персидских телохранителей, прозванных бессмертными,
так как каждая в них убыль тотчас замещалась). По учреждении афинским
полководцем Ификратом корпуса пельтастов, греческие военачальники
преимущественно из них стали составлять отряды своих телохранителей и
резерв армии. Римские цари имели при себе телохранителями 300
отборнейших всадников (celeres), а во время республики начальники войск
брали себе охранную стражу из легионов союзников; она вместе с тем
служила залогом верности своих соотечественников. Сципион первый
образовал особые когорты телохранителей из римских воинов, которые
получили при Марии название преторианцев или преторианской стражи. В
Средние века многие государи содержали при себе значительные отряды
наемников. В Италии так назыв. Guardia образовалась во время борьбы
ломбардских городов с германскими императорами и сначала употреблялась
для обороны государственной хоругви (Саroccio). По учреждены постоянных
армий (большею частью наемных) Г. стала разделяться на домашние отряды
телохранителей и полки или корпуса, устроенные по образцу остальной
армии, но превосходившие ее устройством, воинскою опытностью, а нередко
и ростом, изысканностью одежды и утонченностью тактического обучения.
Сильное развитие Г. получила во Франции. Там при Людовике XI почетная
стража доходила уже до 4 тыс. чел. пехоты и конницы, а при Франциски 1 -
до 10 тыс. (почти половина гв. пехоты состояла из швейцарцев). Только
при Людовике XIV разные части Г. получили однообразную организацию и
была соединены в 2 корпуса, носившие название внутренней Г. (дворцовой,
maisoo militaire du roi,) и внешней. Когда, в 1789 г., вспыхнула
революция, гвардия была упразднена; но вскоре вновь сформирована garde
du corps legislatif, а затем и garde constitulionelle, для охраны
директории. После 18 брюмера обе эти Г. были слиты и образовали
консульскую Г., которая в 1805 г. превратилась в императорскую.
Впоследствии в эту Г. стали включать и полевые полки, так что в 1807 г.
она уже составляла резервный корпус, разделенный на молодую и старую Г.
В начале 1812 г. в корпус этом числилось свыше 56 тыс. чел. (около 43,5
тыс. пехоты и 8400 кавалерия), в 1814 г. - более 100 тыс. чел. Эта Г.
играла блестящую роль в войнах Наполеона и; в состав ее входили
(особенно сначала) отличнейшие солдаты и офицеры. При восстановлении
Бурбонов императорская Г. была уничтожена. Вместо ее сформировали,
по-прежнему, несколько дворцовых рот (gardes du corps) и несколько
полков гвард. пехоты (в том числе два швейцарских) и кавалерии. В 1880
г., после июльской революции, войска эти упразднены. В 1854 г. Наполеон
III восстановил Г. (garde imperiale) в постепенно довел ее состав до
силы армейского корпуса. В 1870 г. Г. капитулировала под Мецом и, при
реорганизации франц. армия, не была восстановлена. Примеру Франции,
относительно увеличения Г., последовали преимущественно Россия и
Пруссия; Англия, Испания, Швеция, Дания и др. ограничились формированием
отдельных гвард. полков. В настоящее время из великих военных держав,
кроме Франции, не имеют Г. еще Австро-Венгрия (где есть только небольшие
отряды телохранителей) и Италия. Прусская Г. получила начало при великом
курфюрсте, образовавшем для себя особую почетную стражу, из которой при
Фридрихе Вильгельме I сформирован был гвард. гренадерский полк. Затем Г.
постепенно усиливалась и теперь составляет целый корпус. Кроме того, в
германской армии считаются гвардейскими еще 5 пехотных и 8 кавалерийских
полка, составлявшие Г. в германских государствах, контингенты которых
входит теперь в состав армейских корпусов империи.
Гварнери (Guarneri) - фамилия знаменитых изготовителей смычковых
инструментов. Старейший из них, Андрей, был учеником известного мастера
Амати, жил в XVII в. в Кремоне. Наибольшую славу приобрел Иосиф Г.,
племянник Андрея. Инструменты Иосифа Г. ценятся весьма высоко и уступают
разве только инструментам Страдивариуса.
Гватемала ля-Нуэва (Guatemala); иначе Сант-Яго-де-Гватемала - столица
республики Гватемалы, на высоте 4961 ф. Дома ее одноэтажные, так как
здесь часты землетрясения. Бывший дворец вице-королей; 60 богатых
церквей, университет, театр, арена для боя быков, водопровод. Фабрикация
тончайшей кисеи, тонких бумажных тканей, серебряных изделий,
искусственных цветов и великолепных вышивок. Торговля в цветущем
состоянии. Нынешний город начать постройкой в 1776 г., после страшного
землетрясения, совсем разрушившего Старую Гватемалу. Жителей 70 тыс.
(1890). Старый город Гватемала (Antigua G.), называемый также
Сант-Ягоде-Кабальерос, лежит неподалеку от Гватемалы-ля-Нуэва, у подошвы
вулкана Агуа, извержением которого она была засыпана в 1541 г. Снова
отстроена после землетрясения 1773 г. В окрестностях много сахарных
заводов. Жит. 15 тыс. Ср. Squier, "The states of Central America" (Л.
1878); Morelet, "Amer. Centrale" (П. 1859), "Censo general de la
republica de Guatemala" (1881); Stephens, "Trav. in Central America etc.
" (Нью Йорк, 1844; нем. перевод, Лпц. 1847). Е. Гарднер.
Гвидо Аретинский (Guido d'Arezzo) - бенедиктинский монах, знаменитый
музыкальный теоретик и педагог (955 - 1050). Г. обратил особое внимание
на нотацию и сольмизацию. Невмы он помещал на четырех линейках и этим
облегчил чтение мелодии. В сольмизации Г. ввел новые названия нот: ut,
re, mi, fa, sol, la. Г. разработал тоже систему гексахордов. Для более
наглядного объяснения их Г. пользовался левою рукою, обращенною ладонью
кверху. Суставы пяти пальцев соответствовали нотам системы гексахордов.
Нарисованная рука, с обозначением на каждом суставе ступеней
гексахордов, называлась Гвидоновой рукой. Выдающаяся сочинения:
"Micrologus de disciplina artis musicae", "Regulae de ignoto cantu",
"Epistola Michaeli Monaco". О Г. писали Анжелони, Ристори, Кизеветтер и
др. М. П.
Ге (Николай Николаевич) - один из оригинальнейших, по направлению,
русских художников живописцев, род. 1831 г. Воспитывался в гимн. в
Kиеве, потом поступил в киевский унив., а оттуда перешел в
петербургский; но на второй же год, оставив унив. и поступил в акд,
худож. (1850), где и занимался 7 лет. За картину "Волшебница андорская
вызывает тень Самуила для царя Саула" удостоен золотой медали и послан
заграницу, где оставался с 1857 - 63 гг. По возвращении в Россию
выставил первую картину ("Тайная Вечерь"), написанную согласно его
настроению и пониманию евангельской истории Иисуса Христа. За этой
картиной последовали: "Вестник Воскресения" и "Христос в Гефсиманском
саду" - картины. написанные художником за границею, куда он вторично
уезжал еще на 7 лет. Во Флоренции он написал портрет с А. П. Герцена
(галерея Третьякова в Москве) в год его смерти, и впоследствии сделал с
этого портрета 4 копии для разных лиц. В 1870 г. возвратился в
Петербург, где написал три исторические картины: "Петр Великий и царевич
Алексей" (особенно замеченная на выставке, где она считалась первою),
"Екатерина II у гроба Елисаветы", "Пушкин в Михайловском"; первая
находится у Третьякова, вторая у г. Полетики, третья приобретена
Н.А.Некрасовым. Кроме того, Г. написал портреты И. С. Тургенева, Н. А.
Некрасова, М. Е. Салтыкова, Н. И. Костомарова, А. А. Потехина ими. др. С
1875 г. поселился в Черниговской губ, где занимал различные должности по
выборам в продолжение 6 лет. С 1862 г. сблизился с графом Л. Толстым,
что, вместе с предварительной внутренней работой, повлияло на род жизни
Г. и характер его художественной деятельности. Он написал картину
"Милосердие или не Христос ли это", желая в нищем изобразить Христа;
впоследствии Г. уничтожил эту картину, как не удовлетворившую никого, в
том числе и самого художника. С 1884 г. он написал ряд картин из жизни
Спасителя, портрет Л. Н. Толстого и сделал 10 рисунков к рассказу: "Чем
люди живы". Картины: "Выход с Тайной Вечери" (собств. Дервиза), "Что
есть истина?" (гал. Третьякова), "Совесть (Иуда)" "Повинен смерти" (суд
Синедриона над Иисусом Христом, 1892) завершили деятельность Г. до
начала нынешнего года. Теперь Г. пишет "Распятие" и продолжает
составление рисунков на евангельские сюжеты. Г. занимался в скульптурой:
он вылепил бюсты В. Г. Белинского и Л. Н. Толстого, из которых второй
замечателен не только, сходством, но и в техническом отношении.
Некоторые картины Г. возбуждали разнообразные толки, как не
соответствовавшие по своей идейности общепринятым способам обработки
избираемых сюжетов; но были и сочувственные отзывы в печати.
Гегемония (hgemonia), буквально - предводительство; это слово,
которым означалось вообще право верховного распоряжения над кем или
чем-нибудь (над государством, войском, судном), приобрело у греков, со
времени персидских войн, значение выдающегося политического положения
одного из греческих государств (обыкновенно - Спарты или Афин) среди
других. Главною принадлежностью Г. было, при общих военных предприятиях,
руководительство военным делом.
Гедимин или Гедымин - в. кн. литовский, сын Лютувера или Литавора,
брат Витена. По одним источникам он считался сыном, по другим - конюхом
Витена, в заговоре с женой последнего убившим его и овладевшим его
троном; при этом русские источники ставили Витена в родословную связь с
домом смоленских или полоцких князей. Лишь недавно вновь открытые
документы дали возможность установить точную генеалогию Г. Подобно брату
своему, Витену, которому он наследовал в 1316 г., Г., соединяя под своею
властью не только собственно литовские, но многие русские земли, в
значительной степени опирался на русский элемент; в сношениях с
иноземными государствами он принимал титул короля Литвы и Руси, назначал
русских людей в посольства; русским был и наиболее видный сподвижник его
- Давид, староста гродненский. Из русских земель под властью Г.
находились: Черная Русь, присоединенная литовцами еще в начале XIII в.;
земля Полоцкая, присоединенная при Миндовге и при Г. управлявшаяся
братом его, Воином; княжества Минское, Пинское и Туровское, попавшие под
власть Литвы, вероятно, в конце XIII или начале XIV в., и княжество
Витебское. Рассказ о походе Г. в 1320 - 21 г. на Волынь и Киев и
завоевание этих областей, относится, как доказал проф. Антонович, к
области исторических легенд и возник уже в XVI в. Г. старался
распространить свое влияние и на другие соседние русские земли, главным
образом
- Псков и Новгород. Он помогал псковичам в их борьбе с Ливонским
орденом, поддерживал в Пскове против Ивана Калиты и позднее укрывал в
своих владениях кн. Александра Михайловича, стоял на стороне псковичей в
их стремлении достигнуть полной независимости от Новгорода в церковном
отношении. С новгородцев Г., захватив однажды новгородского владыку и
бояр, взял обещание дать кормление сыну его Наримунту, и обещание это
было исполнено в 1333 г., когда Новгород, теснимый Иваном Калитою, дал
Наримунту в отчину Ладогу, Ореховец, Корельскую землю и половину
Копорья. Впрочем, Наримунт жил больше в Литве, а в 1338 г., когда он не
только не явился на зов Новгорода защищать его против шведов, но и
отозвал своего сына Александра, всякие связи его с новгородцами
порвались. Так, уже при Г. намечались основы той политики вел. кн.
литовских по отношению к русским землям, которая впоследствии приводила
их к столкновениям (с князьями московскими; в данное время, однако,
непосредственные сношения обоих государств носили еще мирный характер и
в 1333 г. Симеон Иванович даже женился на дочери Г., Айгусте, в крещении
Анастасии. Внимание Г. сосредотачивалось в особенности на борьбе с
теснившим литовцев Ливонским орденом. В 1325 г. он принял предложение
союза со стороны польского короля Владислава Локотка, выдал за его сына
и наследника, Казимира, свою дочь Альдону, в крещении Анну, и предпринял
совместно с поляками ряд удачных походов на крестоносцев, причем
особенно сильное поражение последние потерпели в битве под Пловцами в
1331 г. Вместе с тем Г. вмешался и во внутренние дела Ливонии, где в это
время шла междоусобная война между архиепископом рижским с г. Ригою, с
одной стороны, и орденом, с другой; принял сторону первых против ордена
и успел значительно ослабить крестоносцев, так что в последние годы его
жизни они уже не совершали больших походов на Литву. Г. приписывается
построение городов Трок и Вильны. Оставаясь сам до конца жизни
язычником, Г. отличался веротерпимостью: жители подвластных ему русских
областей свободно исповедывали православную веру, и он не препятствовал
литовцам принимать ее; в Вильне существовали два католических монастыря,
а третий находился в Новгороде. Полоцкий архиерей, управлявший
православной церковью в пределах владений Г., принимал участие в
поместных соборах русского духовенства, и сын Г., Глеб Наримунт, принял
православие при жизни отца. Г. Умер в 1340 или 1341 г., убитый при осаде
одной из крепостей крестоносцев выстрелом из огнестрельного оружия,
только что входившего в употребление. После него осталось 7 сыновей,
разделивших его владения на уделы. См. Никитский: "Кто такой был Г. "
("Русск. Стар. ", 1871, т. 4); В. Б. Антонович, "Монографии по истор.
зап. и юго-зап. России", (т. II, Киев, 1885); Stadnicki, "Synowie
Gedymina" ("Rozprawy wydz. hist. Akademii" (Краков, 1875, т. III);
"Koryat Gedymnowicz i Koryatowicze" (там же, 1887 г., т. VII); "Olgerd i
Kiejstut" (Львов 1870); Jozef Wolf, "Rod Gedymina" (Краков, 1886). В.
М-н.
Гедонизм или идонизм (от греч. hdonh) - удовольствие, этическое
учение признающее высшим благом и целью жизни чувственные удовольствия.
Геенна - новозаветное название "долины Енномовой" (по-еврейски
Ге-гинном), идущей от горы Сиона к долине Кедронской. По преданию,
здесь, во времена усиления идолопоклонства среди израильтян, народ
приносил своих детей в жертву Молоху. Благочестивый царь Иосия, с целью
искоренить идолопоклонство, осквернил эту долину в глазах народа, сделав
ее местом свалки нечистот. Смрад, шедший от этой долины, сделал ее
впоследствии символом ада (Ев. от Матфея, V, 22).
А. А. Л.
Гейзе (Поль, J. Ludw. Paul Heyse) - выдающийся современный нем.
писатель, сын Карла и внук Иоганна Г., родился в 1830 году в Берлине.
Рано уже приобрел известность трагедией "Franceska von Rimini" (В.,
1850) и двумя эпическими поэмами: "Die Bruder" и "Urica". C 1854 г., по
приглашению баварского короля Максимилиана II, навсегда поселился в
Мюнхене. Менее всего замечательны его драмы, кот., в большинство случаев
- приспособленные к сцене романы. Лучшие из них: "Ludwig der Baier",
"Hans Lange", "Meleager", "Die Sabinerinen", "Hadrian" и "Alcibiades".
Талант Г. сказывается ярче всего в его новеллах (число кот. доходит до
50) и в 2-х романах: "Im Paradiese" (1875) и "Kinder der Welt" (1871). В
них Г. является восторженным защитником естественных побуждений
человеческого сердца против требований условной морали. Единственная
нравственная обязанность, которую он признает - преклонение пред голосом
природы; истинный грех - нарушение ее велений. В этом духе написан его
роман "Im Paradiese", наделавший много шума в Германии и за границей.
Основная идея этого романа - защита свободы любви, причем, однако, автор
заканчивает его законным браком героя и героини. Главная прелесть романа
- талантливое, художественное изображение жизни Мюнхена, с его
общественными и артистическими интересами; рассуждения об искусстве,
которыми переполнен роман, обнаруживают в авторе не холодного теоретика,
а настоящего знатока искусства. В другом сенсационном романе "Kinder der
Welt", Г. является адвокатом свободы совести, ненавистником всякой
догматики. Новеллы Г. посвящены, главн. образом, психологии любви и
богаты мастерскими изображениями женских фигур, более всего удающимися
автору. Г. - тонкий артист, особенно в изображении итальянской жизни, и
прекрасный переводчик Шекспира, итальянских и испанских поэтов. Ср. G.
Brandes, "Moderne Geister"; Th. Ziegler, "Studien und Charakterkopfe";
O. Kraus, "P. H's. Novellen und Romane". Оба романа Г. и большинство
новелл имеются и в русском переводе. З. Венгерова.
Гейзер представляет собою весьма своеобразный минеральный ключ,
отличающийся особенным периодическим характером своей деятельности. Под
именем большого гейзера в Исландии известен холм конической формы,
срезанный на вершине, где находится воронкообразное углубление. Из этого
углубления периодически, от 24 - 30 часов, различно для различных
гейзеров, обнаруживается извержение, при котором наблюдается взрыв, -
выбрасывается вода, находящаяся в воронке гейзера, а за нею и пары воды.
За взрывом, или извержением, снова наступает покой, за которым опять
чрез известный промежуток следует взрыв и т. д. Можно и искусственно
вызвать гейзер к деятельности, бросая внутрь его воронки камни. Такое
бросание камней может заставить гейзер нарушить его обыкновенные
периоды, и воспоследует взрыв, при котором, кроме вышеупомянутых
продуктов извержения, будут выброшены и камни. Впервые такие гейзеры
сделалась известны из Исландии, где они расположены у подножия вулкана
Борнафела, но позднее найдены и в других местах: Гохстеттером в Новой
Зеландии, близ Таупо, и Гайденом на притоках р. Миссури, в Сев. Америке.
Воды, извергаемый гейзером, довольно сильно минерализованы содержанием в
них кремневой кислоты, которая и отлагается, в силу охлаждения вод, в
виде осадка, получившего название гейзерита и состоящего из водной
кремневой кислоты. В особенности интересно отложение этого осадка на
притоках Миссури в Америке. Здесь гейзеры обнаруживаются. довольно
высоко в выбрасываемые ими воды падают каскадами. При подобном падении
вод отлагающийся гейзерит выстилает собою ложе таких потоков, образуя
как бы ряд застывших водопадов: один уступ поднимается над другим, этот
над третьим и т. д. На каждом уступе можно видеть отдельные бассейны,
которые периодически, после извержения, наполняются водою и, при
переполнении их, вода, переливаясь чрез край уступа, падает на следующий
и т. д. Во время такого перепада идет отложение гейзерита. Картина ложа
вод гейзера в этих случаях поразительная. Вот почему американское
правительство взяло под свое покровительство район гейзеров по притокам
р. Миссури и назвало местность "Национальным парком". Подобную картину
представляют и гейзеры Новой Зеландии, в особенности около озера
Ротомагана, где также наблюдается как бы ряд застывших водопадов.
Причина периодической деятельности гейзеров давно привлекала в себе
внимание ученых. Существует несколько попыток разгадать ее, но наиболее
основательная принадлежит Бунзену и Деклюазо, которые прежде всего
постарались определить температуру воды в гейзере до извержения. Такое
определение показало, что в то время, когда на поверхности воды в
гейзере наблюдается около 80° C, на глубине 22 метров вода находится при
126° С, т. е. в перегретом состояли, но она не кипит, потому что
давление столба воды в 22 метра достаточно, чтобы задержать кипение.
Впрочем, положение неустойчиво, и от нижних слоев воды идет передача
высокой температуры к верхним, в когда верхние слои закипят, сразу
установившееся равновесие нарушается и вода, находящаяся под давлением,
моментально обращается в пар, выбрасывает вышележащую воду, за которою
выходить и самый пар. Для передачи более высокой температуры от нижних
слоев к верхним в различных гейзерах необходимо различное время, вот
почему и различные гейзеры извергают чрез различные промежутки времени.
Это объяснение подтверждается и возможностью искусственно, бросанием в
гейзер камней, возбудить его деятельность. Такое бросание равносильно
перемешиванию воды и возможностью для этой последней скорее закипеть.
Остается еще вопрос о том, откуда достается высокая температура. Ответ
на это дают гейзеры Исландии, находящиеся непосредственно у подножия
вулкана; следовательно, источником тепла надо считать вулканизм.
А. А. Иностранцев.
Гей-Люссак (Louis Joseph Gay-Lussac) - знаменитый фр. хим. и физик;
родился 6 декабря 1778 г. в городке Сен-Леонар (Saint-Leonard) в дпт.
верхней Виенны. Отец Г.-Люссака был медик, дед - королевский прокурор.
Юношеские годы Г.-Люссака, совпавшие со временем Революции, прошли при
крайне стесненных обстоятельствах. Отец его, внесенный в список
"подозрительных" и заключенный в тюрьму, преждевременно скончался, а
пансион., в котором воспитывался молодой Г.-Люссак (некоей г-жи Сенсы, в
Посси), дошел до полной нищеты. Под конец в пансионе остался один
Г.-Люссак, за которого семья платила небольшим количеством муки.
Сопровождая свою воспитательницу по ночам в Париж для продажи молока,
Г.-Люссак на обратном пути днем, лежа в тележке, изучал геометрию и
алгебру и готовился таким образом к поступлению в Политехническую школу.
Выдающиеся способности, необыкновенная усидчивость и крепкий организм
победили все препятствия, и Г.Люссак блестяще выдержал вступительный
экзамен. Будучи учеником Политехн. школы, Г.-Люссак обратил на себя
внимание знаменитого Бертолле, взявшего его помощником для лабораторных
работ. Хотя результаты исследований Г.-Люссака оказались диаметрально
противоположны предположениям Бертолле, прямота молодого исследователя
окончательно расположила в его пользу Бертолле: "Молодой человек",
сказал ему Бертолле, "вы предназначены сделать открытия, я желаю быть
вашим отцом в науке в убежден, что этот титул некогда составит мою
славу". С того времени жизнь Г.-Люссака представляет непрерывное
движение по пути к высшей славе ученого и к высшему общественному
положению. В 1808 г. Г.-Люссак был проф. физики в Сорбонне и с 1809 г.
проф. химии в Политехнической школе до 1832 г., когда он принял
профессуру общей химии в Jardin des Plantes. С 1830 г. он был членом
палаты депутатов, а с 1839 г. пэром Франции. Сверх того, Г.-Люссак
занимал должность пробирера в Bureau de Garantie и, в качестве члена
правительственных комиссий, привел к решению многие важные технические
вопросы. Умер в 1850 г.
Научная деятельность Г.-Люссака поражает своею обширностью и
разносторонностью. В физике, химии минеральной, органической и техн. Г.
оставил капитальнейшие исследования. Он находил простые соотношения и
точные результаты там, где многим это не удавалось. величайшую важность
представляет открытый им закон простых отношений объемов химического
соединения и составных частей в газообразном состоянии. Исследования над
расширением газов от теплоты, над плотностью паров (для чего он впервые
построил соответствующие аппараты), над теплоемкостью газов, над
расширением жидкостей, над капиллярным поднятием (построил впервые
катетометр), над испарением и распространением паров в газах, магнитные
наблюдения - составили Г.-Люссаку славу замечательного физика.
Классическим образчиком хим. исследования в обл. минеральной химии
является и поныне исследование йода и его соединений, впервые
Г.-Люссаком произведенное. Г.-Люссак произвел также обширный ряд
исследований соединений хлора (впервые выделил хлорную кислоту),
кислородных соединений серы (впервые получил вместе с Вельтером
дитионовую кислоту), сернистого водорода, серной печени, кислородных
соединений азота. Вместе с Тейлором изучая хим. действия сильной
батареи, Г.Люссак нашел способ получать щелочные металлы в значительных
количествах. Благодаря этому способу, авторы могли испытать действие
калия и натрия на множество веществ и впервые получили бор. В области
соединений углерода работы Г.-Л. открывают новый метод их изучения. Он
открыл циан (синерод, азотистый углерод), получил впервые чистую
синильную кислоту, определил ее состав и, исследовав многие соединения
синерода, раскрыл их истинную природу. Эти исследования впервые дали
образчик сложной группы (CN), сходной с простыми телами (галоидами),
образующей своеобразный ряд соединений и способной существовать
отдельно. Отсюда родилось понятие о радикале (сложной группе), которое
составляет основано современного учения о строении углеродистых
соединений. Работы над образованием эфиров, над брожением, над
исследованием серновинной кислоты, винной кислоты и другие увеличили
запас сведений об этих предметах. Вместе с Либихом Г.-Л. открыл гремучую
кислоту, получившую впоследствии такое важное значение в пиротехнике.
Эта же работа послужила поводом к усовершенствованию анализа
органических соединений. Но особенное значение в вопросе о составе
органических соединений имел открытый Г.-Л. закон объемных отношений в
газообразном состоянии. Г.-Л. показал, как можно контролировать данные
анализа, опираясь на этот закон и зная плотность пара исследуемого
соединения. Чрезвычайно важные услуги оказал Г.-Л. технике
усовершенствованием в фабрикации серной кислоты, исследованием селитры и
пороха, особенно же изобретением простых и точных аналитических методов
для определения достоинства сырых материалов и продуктов техники.
Благодаря введенной им колонне (башня Г.-Л.), фабрикация серной кислоты
сделалась гораздо экономичнее и заводы серной кислоты перестали
отравлять воздух вредными газами. Г.-Л. придумал методы алкалиметрии,
ацидиметрии и хлорометрии. Его объемный способ определения серебра и
теперь применяется во всех монетных дворах. Работы его дали могучий
толчок химии, возбудив интерес к отысканию точных количественных
отношений, управляющих химическими явлениями. Труды Г.-Л. помещены
большею частью в "Annales de chimie et de physique", которые он с 1815
по 1850 г. издавал в сообществе с Араго. Много отчетов об исследованиях
Г.-Л. помещено в "Comptes Rendus" парижской акад.. Отдельные издания:
"Memoires sur l'analyse de l'air atmospherique" (1804, вместе с
Гумбольдтом), "Recherches physicochimiques faites sur la pile" (1811,
вместе с Тенаром), "Instruction pour l'usage de l'alcoolometre
centesimal" (1824), "Instruction sur l'essai de chlorure de chaux"
(1824), "Instruction sur l'essai des matieres d'rgent par voi humide"
(1833), "Cours de physique" (1827), и "Lecons de chimie" (1828).
По своему характеру Г.-Л. представлял необыкновенно цельную и
законченную натуру. Искренность, прямота, необыкновенная настойчивость в
достижении раз намеченной цели - вот выдающиеся черты характера Г.-Л.
Строгий к другим и к самому себе, Г.-Л. подкупал своею прямотою и своих
противников. Случайная встреча его с Гумбольдтом произошла вскоре после
резкой критики Г.-Л. (тогда еще начинающего ученого) эвдиометрических
исследований Гумбольдта. Несмотря на это, после короткого разговора с
Г.-Л., Гумбольдт предложил ему свою дружбу и вскоре оба ученые произвели
совместно знаменитую эвдиометрическую работу, в кот. дан был первый
образчик простых отношений в газообразном состояли для случая
образования воды. По поводу своего участия в этой работе Гумбольдт
заявил, что они работали вместе, но теоретический смысл полученных
результатов раскрыть был исключительно проницательностью Г.-Л. Они
совершили продолжительное научное путешествие с научной целью по Европе
и дружеские их отношения не прерывались до конца. Замечателен поступок
Г.-Л. по отношению к одному из профессоров Политехн. школы, которому
угрожала потеря профессуры за подпись в пользу Наполеона во время Ста
дней. Г.-Л. открыто заявил, что в таком случае должны начать с него, ибо
он подписал тот же акт; товарищ был спасен. В работе Гей-Люссак не щадил
себя. Первый раз работая с большими количествами калия (в 1809). Г. так
сильно поранил глаза, что почти год мог выносить только свет ночника и
всю жизнь его глаза оставались красными и слабыми. Настойчивость и
замечательную смелость обнаружил Г.-Л. своими воздушными путешествиями.
Первый раз он поднялся на аэростате вместе с Био в 1804 г. Малые размеры
шара не позволили молодым ученым подняться выше 4000 метр., а вращение
шара мешало произвести магнитные наблюдения. Поэтому Г.-Л. решился
вскоре подняться один, достиг высоты 7016 метр.,. произвел ряд важных
наблюдений над температурой и влажностью воздуха, над колебаниями
магнитной стрелки, и благополучно спустился, сохранив пробы воздуха с
высоты 6600 метр. Всегда серьезный и сдержанный, Г.-Л. был способен к
порывам искренней веселости. Ученики видели его не раз в лаборатории
пляшущим в калошах (лаборатория помещалась в подвале) после удачного
опыта. Г.-Л. был чужд политических партий; в палате депутатов и в палате
пэров он выступал на кафедре только тогда, когда затрагивались вопросы,
связанные с научными исследованиями. Д. Коновалов.
Гейне (Генрих Heine) - великий нем. поэт, по происхождению еврей, сын
купца Самсона Гейне, род. 13 декабря 1798 г. в Дюссельдорфе на Рейне.
Значительное влияние на его умственное и нравственное (но не на
поэтическое) развитие имела его мать, женщина очень образованная,
восторженная последовательница Ж. Ж. Руссо и всех рационалистических
учений XVIII в.; разработкою же своих поэтических задатков и склонности
к умственной работе ребенок Г. был главным образом обязан своему дяде по
матери, Симону Гельдерну, страстному библиоману, который предоставил в
полное распоряжение племянника свою богатую библиотеку, а фантастической
романтической обстановкою своего домашнего быта сильно действовал на его
воображение. Когда Г. вступил в дюссельдорфский лицей, в нем начали
развиваться, несмотря на ранний возраст, семена скептицизма - под
влиянием лекций по философии Шалмейера, господства в ту пору в
Дюссельдорфе скептического духа XVIII века и религиозного индиферентизма
родителей поэта. Очень важное место в истории его умственного развития
должно быть отведено и французскому, вследствие господства Наполеона над
Германией, влиянию, "тесному общению с подвижными и смелыми элементами
франц. национальности". Также рано начал обнаруживаться нравственный
строй Г. - его замкнутость, углубление в себя, естественная и умышленная
двойственность, выражавшаяся чрезвычайною мягкостью дущи, с одной
стороны, и совершенно противоположными свойствами, с другой; к этой же
поре относится и начало целого ряда его любовных увлечений, важных
потому, что они нашли себе высоко-поэтическое отражение в его
писательской деятельности. По выходе Гейне из лицея, отец поместил его в
одну из франкфуртских банкирских контор, для изучения вексельного дела,
а затем приказчиком в бакалейный склад. Понятно, что будущий поэт
отнесся к этим занятиям с крайней антипатией и через два месяца бежал
домой; но отец тотчас же препроводил его, с теми же торговыми целями, в
Гамбург, к дяде Генриха, Соломону Гейне, тамошнему финансовому тузу;
благодаря его содействию, Генрих завел комиссионерскую контору,
просуществовавшую недолго. Первым стимулом поэтической деятельности
послужила для Г. несчастная любовь к кузине Амалии, отразившаяся в

<<

стр. 50
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>