<<

стр. 80
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

берберов и наций, живших с ними на земле") состоит из четырех частей: 1)
введение в историю ("Мокаддама"), 2) история от создания мира до
Мохаммеда, 3) арабы в Африке и Испании и берберы, 4) мелкие
мусульманские династии Египта в Азии. "Мокаддама" образует
самостоятельный трактат. Содержание ее: смысл истории, значение
исторической критика и приемы ее, источники исторических ошибок;
географ. обзор земного шара, мысли о физич. и нравств. влиянии климата и
почвы на людей; способы познания истины; эволюции форм семейной,
общественной и государственной жизни; развитие экономическое и
умственное; разложение государства; значение труда в благосостоянии
государства; обзор различных отраслей ремесл и искусств; классификация
наук. Автор не чужд предрассудков своего века, но все же "Мокаддама", по
справедливости, считается замечательным произведением. Стиль - тяжелый,
и потому Пиризаде перевел "Мокаддаму" на турецкий язык, переработавши ее
в стилист. отношении. Катрмер напечатал весь текст в "Notices et
extraits" (tt XVI - XVIII, Пар. 1858); полный французский перевод:
"Prolegomenes" (Париж 1862); восточное изд. - Каир (2-е, 1886) и Бейрут
(1882). Вторая часть издаваема была аббатом Арри (по-араб. и итальян.).
Третья часть обстоятельно разобрана Рено (Reinaud): "Memoire sur les
populations de l'Afrique septentrionale, leur langage, leurs croyances
et leur etat social" (в "Nouv. annales des Voyages", 1858, февр.);
арабск. издание "Hist. des Berberes" (Алжир 1847 и 1851) и франц. перев.
(1852 - 1856, 4 тома). Четвертая часть издана в извлечениях Noel des
Vergers: "Histoire de l'Afrique sous la dynastie Aghlabide et de la
Sicile sons la domination musulmane" (Париж 1841); о крестовых походах -
изд. и пер. Торнберга: "Narratio de expeditione Francorum" (Упсала 1841,
в "Академ. Зап. "). Полностью издан весь труд И.Хальдуна в Булаке (1867,
7 т.). См. также Jac. Graberg di Hemso, "Notizia" (Флор. 1834): Alfr. v.
Kremer, "Ibn.-Ch. and seine Kulturgeschichte der islamischen Volker"
(Вена 1879); "Autobiographie d'Ibn-Kh." ("Journ. Asiat. ", 1844).
А. Крымский.
Ибсен (Генрих Ibsen) - знаменитый норвежский драматург, род. в 1828
г. в маленьком городке Скиен, на берегу залива Христиании. Он происходит
из древней и богатой датской семьи судохозяев, переселившихся в Норвегию
около 1720 г. Отец драматурга, Кнуд И., представлял собой деятельную в
здоровую натуру; мать, - немка по происхождению, дочь состоятельного
скиенского торговца, - была особой строгого, сухого нрава и крайне
набожная. В 1836 г. Кнуд И. обанкротился, и жизнь богатой, хорошо
поставленной семьи, круто изменилась. Прежние друзья и знакомые мало по
малу стали отдаляться, пошли сплетни, насмешки, всякого рода лишения.
Людская жестокость отразилась очень тяжело на будущем драматурге. И так
уже от природы необщительный и дикий, он теперь стал еще более искать
уединения в ожесточился. Учился И. в элементарной школе, где поражал
учителей превосходными сочинениями. На 16-м г. пришлось И. поступить в
ученики в аптеку близлежащего городка Гримштадта, с населением всего в
800 жит. И. покинул безо всякого сожаления Скиен; он больше никогда не
возвращался в родной город, где ему в таком раннем возрасте пришлось
узнать все значение и власть денег. В аптеке, где он пробыл 5 лет, юноша
втихомолку мечтал о дальнейшем образовании и получении докторского
диплома. Революционные идеи 1848 г. нашли в нем горячего приверженца. В
первом стихотворении своем, восторженной оде, он воспел венгерских
патриотов-мучеников. Жизнь И. в Гримштадте становилась для него все
более и более невыносимой. Он возбудил против себя общественное мнение
городка своими революционными теориями, вольнодумством и резкостью.
Наконец И. решил бросить аптеку и отправился в Христианию, где ему
пришлось вести первое время жизнь полную всяких лишений. В Христиании
Ибсен познакомился и тесно сблизился с Бьёрнсоном, который впоследствии
стал его ожесточенным противником. Вместе с Бьёрнсоном, Виньи и
Боттен-Хансеном, И. основал в 1851 г. еженедельную газету "Andhrimner",
просуществовавшую несколько месяцев. Здесь И. поместил несколько поэм и
3-х актное драматическое сатирическое произведение "Norma". После
прекращения журнала, И. познакомился с основателем народного театра в
Бергене, Ола-Булем, который предоставил ему должность режиссера и
директора этого театра. В Бергене И. пробыл 5 лет и в 1857 г. переехал в
Христианию, тоже на должность директора театра. Здесь он оставался до
1863 г. Женился И. в 1858 г. и был очень счастлив в брачной жизни. В
1864 г., после долгих хлопот, И. получил писательскую пенсию от
стортинга и воспользовался ею, чтобы поехать на юг. Сначала он поселился
в Риме, где жил в полном уединении, потом переехал в Триест, затем в
Дрезден и Мюнхен, откуда ездил в Берлин, а также присутствовал при
открытии Суэзского канала. В настоящее время живет обыкновенно в
Мюнхене. Первая пьеса Ибсена, более психологическая, чем историческая
драма "Саtilina", относится к 1850 г. В этом же году Ибсен добился того,
что была поставлена на сцене его трагедия: "Kamphojen". С тех пор он
начал писать пьесу за пьесой, сюжеты для которых брал из истории Средних
веков. "Gildet pa Solhoug", шедшая в Христиании в 1856 г. - первая из
драм И., имевшая значительный успех. Затем появились "Fru Inger til
Osterraat" (1857), "Harmandene paa Helgeland" (1858), "Kongs Emnerne"
(1864). Все эти пьесы имели большой успех и были много раз играны в
Бергене, Христиании, Копенгагене, Стокгольме и в Германии. Но написанные
им в 1864 г. пьесы "En Broder Nod" и в особенности "Kjoerlighedens
Komedie", так восстановили против него его соотечественников, что И. был
вынужден в 1864 г. покинуть Норвегию. Дальнейшие его драмы "Brand"
(1866), "Peer Gynt" (1867), "Kejser og Galiltoer" (1871), "De Unges
Forbund" (1872), "Samfundets-Stotter" (1874), "Nora" (1880), после
которой он совершенно поссорился с Бьёрнсоном. Затем еще И. написал:
"Hedda Gabler", "Rosmersholm" и "Строитель Сольнес". Стихотворения И.
собраны в книжку "Digte:" (1871).
М. В.
Пьесы И. стали известны в Европе сравнительно недавно, но слава этого
писателя выросла с поразительною быстротой, и в последние годы критики,
говоря о вершинах современной литературы, упоминают норвежского
драматурга рядом с именами Толстого и Зола. Одновременно, однако, с
фанатич. поклонниками, у него есть столь же рьяные противники, считающие
его успех явлением болезненным. Славу создали ему не исторические пьесы,
написанные по древнескандинавским сагам (лучшая из них "Воители
Гельголанда"), а комедии и драмы из современной жизни. Решающим моментом
в деятельности И. является 1865 год, когда он, в первый раз покинув
Норвегию, прислал туда из Италии драматическую поэму "Бранд". По
настроению и основной идее современные пьесы И. делятся на две
категории: тенденциозно обличительные комедии и психологические драмы. В
своих комедиях И. является фанатическим защитником цельной,
самодовлеющей личности и яростным врагом тех форм жизни, которые, по
мнению художников, обезличивают, нивелируют современных людей - семьи,
основанной на романической лжи, общества, государства, и, глав. образом,
демократии - тирании большинства. В общих чертах фабула всех этих пьес
одна и та же: какая-нибудь цельная личность, герой или героиня, вступает
в борьбу с обществом из-за идеала правды. Чем эта личность самобытнее и
сильнее, тем ожесточеннее ее борьба с безволием и нравственным
ничтожеством людей. В конце концов личность остается одинокой,
покинутой, поруганной, но не побежденной. Священник Бранд, герой
фантастической драматической поэмы в стихах, ставит целью жизни
достижение внутреннего совершенства, полной умственной свободы. Ради
этой цели он жертвует личным счастьем, единственным сыном, горячо
любимой женой. Но в конце концов его дерзновенный и не знающий
компромиссов идеализм ("все или ничего") сталкивается с трусливым
лицемерием духовных и светских властей; покинутый всеми, герой в
сознании своей правоты погибает один среди вечных льдов норвежских гор.
- В обстановке более реальной подобная же участь выпадает на долю докт.
Штокмана (герой комедии "Враг народа"). Убедившись в том, что демократия
его родного города, служа на словах принципам свободы и справедливости,
на деле подчиняется мотивам мелким и бесчестным, доктор Штокман собирает
народную сходку в объявляет, что сделал следующее открытие: "самый
опасный враг истины и свободы, это сплетенное, свободное большинство!..
Большинство никогда не право, - да, никогда! Это - общепринятая ложь,
против которой должен восставать каждый свободный разумный человек. Кто
составляет большинство в каждой стране? Просвещенные люди или глупцы?
Глупцы составляют страшное, подавляющее большинство на всем пространстве
мира. Но справедливо ли, черт побери, чтобы глупцы управляли людьми
просвещенными?" Получив от сограждан кличку "враг народа", всеми
покинутый и преследуемый, Штокман заявляет в кругу своей семьи, что
сделал еще одно открытие: "вот видите ли, что я открыл: самый сильный
человек в этом мире тот, кто остается одиноким". До такого же конфликта
доходит и Нора, родственная по духу Бранду и Штокману. - Убедившись, что
семья основана на том, что муж любит в жене только красивую куклу, а не
равноправного человека, Нора, в пьесе того же названия бросает не только
мужа, но и любимых детей, обрекает себя на полное одиночество. Во всех
этих пьесах И. ставать вопрос: возможна ли жизнь по правде в современном
обществе? - и решает его отрицательно. Чтобы жить по правде, цельная
личность должна стать вне семьи, вне общества, вне сословных в
политических партий.
Художник не ограничился таким внешне обличительным отношением в
современности. Возможно ли при современных условиях жизни счастье,
удовлетворенное чувство жизнерадости? - вот второй вопрос, который
ставить себе И. и на который отвечают его психологические драмы, в
художественном отношении стоящие несравненно выше комедий. Ответ и тут
получается отрицательный, хотя миросозерцание художника во многом
радикально изменилось. Счастие невозможно, потому что счастье неразлучно
с ложью, а современный человек заражен микробом правды, лихорадкой
правдолюбия, чем губит себя и ближних. Вместо гордого, романтического
Бранда, проповедником правды является теперь чудаковатый, но реально
изображенный Грегор Верле ("Дикая утка"), который своим злосчастным
правдолюбием разбивает на глазах зрителей невозмутимое, хотя и
основанное на лжи счастие своего друга Иалмара. Невозможно счастие и
потому, что никто не может быть самим собою, никто не в силах отстоять
свою индивидуальность, так как над нами тяготеет закон наследственности,
и среди нас встают привидения как пороков, так и добродетелей наших
отцов ("Привидения"). Путы долга, обязанности, завещанные нам прошлыми
веками, мешают нашей жизнерадости, которая, ища тайного выхода,
становится развратом. Наконец, счастье невозможно и потому, что с
развитием культуры, становясь утонченнее умственно и нравственно,
человечество теряет стремление к жизни, разучивается смеяться и плакать
("Росмерсгольм"). К этому же циклу психологических пьес относится
"Эллида" (или "Женщина моря") - самое поэтическое из всех произведений
И., если не по идее (заключающейся в том, что чувство доверия, уважения
имеет больше власти над сердцем, нежели деспотизм любви), то, по крайней
мере, по исполнению. Венцом же творчества И. кажется нам "Гедда Габлер",
единственная, быть может, его живая пьеса, без общественных или
моральных схем, в которой герои действуют и живут для себя, а не правят
барщину ради авторской идеи. В Гедде Габлер И. воплотил великий декаданс
нравов нашего века, когда впечатлительность к оттенкам внешней красоты
заслонила вопросы добра и зла, чувство чести заменено боязнью скандала,
а любовь - бесплодными муками ревности. Последняя по времени пьеса И. -
"Строитель Сольнес", нелишенная автобиографического значения, рисует в
символическом образе ход мирового прогресса, который начался с наивной
веры, продолжается наукой, а в будущем приведет человечество к новому
разумно мистическому пониманию жизни, к воздушному замку, построенному
на каменном основании. Таковы идеи ибсеновских пьес, смелые, часто
дерзновенные, граничащие с парадоксами, но задевающие самые интимные
настроения современности. Помимо идейного содержания, эти пьесы
замечательны, как безупречные образцы сценической техники. И. вернул
современной драме классические формы - единство времени и места, а что
касается единства действия, то оно заменено у него единством замысла,
внутренним разветвлением основной идеи, на подобие незримой нервной
системы, проникающей в каждую фразу, почти в каждое слово пьесы. По силе
и цельности замысла И. мало имеет соперников. Он, сверх того, совершенно
устранил монолог, а разговорную речь довел до идеальной простоты,
правдивости и разнообразия. В чтении произведения И. производят больше
впечатления, чем на сцене, потому что за развитием идеи легче следить
читая, чем слушая. Особый прием И. представляет его любовь к символам.
Почти в каждой пьесе основная идея, развиваясь в действии, воплощается в
каком-нибудь случайном образе; но этот прием не всегда удается И., а
порой, как например, в "Бранде" и "Строитель Сольнесе", вносит в пьесу
некоторое безвкусие. Значение И. и причину его всемирной славы следует
искать в современности проповедуемых им идей. И. такой же представитель
безграничного индивидуализма в литературе, как Шопенгауэр и Ничше - в
философии, как анархисты
- в политике. Никто не сомневается в глубине и оригинальности его
идей, только многим кажется, что они не согреты любовью к людям, что
сила их - не от Бога.
Н. Минский.

Почти все драмы И. изданы на нем. яз. под загл.: "Moderne Dramen" (3
т., Б., 1889 - 90). Многие появились в "Nordische Bibliothek" (1, 4 - 6,
9 - 14 и 16, 1889 и сл.); в рекламовской "Universal Bibliothek", а также
в мейеровских изданиях для народа. Многие драмы И. имеются и на франц.
языке ("Les Revenants", 1889; "Le Canard sauvage", "Edda Gabler", 1891 в
др.). По-русски в "Артисте" напечатаны его драмы: "Доктор Штокман"
(1891, № 15 в отд.); "Эллида" ("Женщина моря", 1891, № 14) и "Северные
богатыри" (1892, № 20); в "Вестн. Европы" - "Столпы общества" (1892, №
7); в "Сев. Вестнике" - "Гедда Габлер" (перев. с датского П. Ганзена,
1891, № 7); в "Петерб. Жизни" 1894 г. - "Росмерсгольм". В 1891 г.
предпринято издание "Полного собрания драматических произведений И.",
под редакцией А. Алексеева; вышедшие выпуски содержат драмы: "Гедда
Габлер", "Сев. богатыри" и "Устои общества". Отдельно, кроме того,
появились: "Привидения" (изд. Суворина, 1891), "Нора" (перев. П.
Вейнберга, СПб., 1883; есть издание 1891), "Дикая утка" (1892),
"Счастливец" ("Строитель Сольнес", пер. П. Ганзена, 1893), "Враг
человечества" ("Доктор Штокман", 1893), "Ингэр из Эстрота" (изд. "Всем.
Библиотеки", 1893). Ср. Vasenius, "Н. I-s. dramatiska diktning"
(Гельсингф., 1879); Passarge, "Н. I." (Лпц., 1883); G. Brandes, в
"Moderne Geister" (пер. в "Русск. Мысли", 1887, № 9); Н. Jager; "H. I. "
(Б., 1888, на нем. Дрезд., 1890); его же, "Н. I. og hans Voerker"
(1892). На русск. яз. статьи Н. Минского ("Сев. Вестник", 1892, 9 и 10),
А. Волынского ("Сев. Вестн." 1893); Д. Мережковского: "Две последние
драмы И.: Гедда Габлер и Строитель Сольнес" ("Новости", 1894, №№ 21, 26,
39 и 40).
Иван-да-Марья - народное название нескольких травянистых растений,
цветы которых (или верхние части всего растения) отличаются присутствием
двух резко различаемых окрасок, всего чаще желтой и синей или
фиолетовой. Наиболее популярны два растения. 1) И.-да-Марья, Марьянник,
Брат с сестрой, Желтяница, Иванова трава и др., Melampyrum nemorosum L.
- травянистое однолетнее растение из семейства норичниковых
(Scrophularineae), с желтыми цветами и ярко-синими прицветниками, т. е.
верхними листьями всего растения. Растет у нас часто по рощам и лугам,
чаще в тени, по лесным опушкам; цветет в начале лета. 2) Трехцветная
фиалка, Viola tricolor L. (при чем ее третий цвет - белый - не
принимается в расчет) - в ее диком виде и в садовых разностях.
Значительно реже пользуются этим названием еще 5 - 6 схожих растений,
чаще других: Ajuga genevensis L., с бело-пушистыми прицветниками и
синими цветами, шалфей луговой, Salvia pratensis L., - тоже с контрастом
темно-синих цветов и серо-зеленых прицветников; иногда так называют и
барвинок, Vinca minor Lin., но подобные названия, как у множества
(русских) растений, основаны на слишком грубом и невнимательно
разобранном сходстве.
А.
Иванов (Александр Андреевич) - знаменитый исторический живописец,
род. в СПб., 16 июля 1806 г., одиннадцати лет от роду поступил
"посторонним" учеником в имп. академию худож. и воспитывался в ней с
поддержкою от общества поощрения худож., под главным руководством своего
отца, профессора живописи А. И. Иванова. Получив за успехи в рисовании
две серебр. медали, был награжден, в 1824 г., мал. золот. медалью за
написанную по программе картину: "Приам испрашивает у Ахиллеса труп
Гектора" (наход. у К. Т. Солдатенкова, в М.), а в 1827 г. больш. такою
же медалью и званием художника XIV кл., за исполнение другой программы:
"Иосиф в темнице истолковывает сны царедворцам фараона".
Покровительствовавшее Иванову общество решило послать его на свой счет
за границу, для дальнейшего усовершенствования, но предварительно
потребовало, чтобы он написал еще картину, а именно на тему: "Белерофонт
отправляется в поход против Химеры". Удовлетворив этому требованию
(картина наход. у М. П. Боткина, в СПб.), И. пустился в путь, в 1830 г.,
и чрез Германию, с остановкою на некоторое время в Дрездене, прибыл в
Рим. Здесь первые его работы состояли в рисовании с микеланджеловского
"Сотворения человека", в Сикстинской капелле, и в сочинении эскизов на
разные библейские сюжеты. Усердно изучая Священное писание, в
особенности Новый Завет, он все более и более увлекался мыслью
изобразить в обширной и сложной картине первое явление Мессии народу, но
прежде чем приступить к этой трудной задаче, хотел испробовать свои силы
над менее значительным, хотя также крупным произведением, и с этою целью
написал, в 1834 г., "Явление воскресшего Христа Марии Магдалине" (наход.
в Имп. Эрмитаже) - картину, превосходную по красоте композиции,
благородству стиля, рисунку, краскам и экспрессии мироносицы, но
исполненную еще совершенно в академическом духе. Она имела большой успех
как в Риме, так и в СПб., где художник был признан за нее, в 1836 г.,
академиком. Ободренный успехом, И. принялся за "Явление Мессии", глубоко
вдумывался в сюжет, изучал все, что касалось его хоть сколько-нибудь,
делал множество этюдов, советовался с знаменитыми иностранными
художниками, жившими в Риме, постоянно переменял первоначальную
композицию и ее подробности. Процесс столь добросовестного творчества
шел медленно, и годы летели один за другим в заботах художника о
получении средств для довершения его капитального предприятия, в его
сомнениях и колебаниях. Начав работу с полною верою в божественность
избранной темы, он подвергся впоследствии сомнению, благодаря в
особенности чтению книги Штрауса о Христе, и уже не мог трудиться с
прежним увлечением; кроме того, в последнюю пору его пребывания в Италии
болезнь глаз мешала ему заниматься с желаемою усидчивостью. Таким
образом, исполнение картины тянулось слишком двадцать лет, (1836 - 57),
и только в 1858 г. И. решился отправить ее в СПб. и явиться туда вместе
с нею. Выставка ее и всех относящихся к ней эскизов и этюдов в одной из
зал академии худ. составила событие в русском художестве, небывалое со
времен К. Брюллова. В печати она была встречена противоположными
суждениями: одни восторгались картиною беспредельно; другие находили,
что ее автор, при всем своем усердии, взялся за задачу не по силам, не
разрешил ее удовлетворительно, видели в ней лишь собрание более или
менее интересных этюдов, не достаточно связанных одним общим движением
и, в особенности, одним общим колоритным тоном. Но для большинства
истинно художественных людей она была явлением в высшей степени
замечательным. Серьезное, вдумчивое отношение И. к предмету, полное
отречение его от рутинных, академических взглядов и приемов, его
приверженность к натуре, искание красоты не внешней и случайной, а
обусловливаемой соответствием формы индивидуальному характеру и значению
изображенных лиц, - все это завоевало творцу "Явления Мессии" горячее
сочувствие преимущественно молодых художников, было для них настоящим
откровением и оказало решительное влияние на многих из их числа. Однако
И. не суждено было увидеть плоды своего почтенного труда: еще
продолжалась его выставка, и участь его картины еще не была решена, как
он сошел в могилу, пораженный холерою, 3 июля 1858 г. После его кончины,
"Явление Мессии" было приобретено императором Александром II и
пожаловано московскому публичному музею, в котором красуется и поныне.
Кроме этой картины, составляющей один из драгоценных памятников русской
живописи, крайне любопытны многочисленные наброски (пером, карандашом и
акварелью) на темы Ветхого и Нового Заветов, которыми И. занимался в
Риме, отрываясь по временам от своего главного труда. Они изданы в
точных факсимиле немецким археологическим институтом на счет капитала,
завещанного ему с этой целью братом живописца, архитектором С. Ивановым.
Ср. М. П. Боткина, "А. А. И., его жизнь и переписка" (СПб. 1880) и в
биoграфич. библиотеке Ф. Павленкова.
А. С - в Иваново-Вознесенск - безуездный город Шуйского у.,
Владимирской губ., расположен по обеим берегам р. Уводи, станция
Шуйско-Ивановской железной дороги. На правой стороне реки расположено
бывшее с. Иваново, со слободами Дмитровской и Ильинской, по левой -
Вознесенский посад со слободой Троицкой. Город занимает площадь в 12 кв.
вер. Почва местности суглинистая (красная глина), с довольно богатым
содержанием песка. Местами встречается еще серая глина, удобная для
выделки цемента и огнеупорного кирпича. Главное богатство города торф. У
города 15 десятин хорошего торфа, столько же и у частных лиц.
Водоснабжение удовлетворительно, благодаря обилию колодцев. На месте И.
Вознесенска жили меряне, и от них осталось много курганов, разрытых К.
Н. Тихонравовым. В 1561 г. с. Иваново значилось в числе черных
государевых сел. Затем оно перешло к кн. Шуйским и в 1638 г. к кв.
Черкасским. В 1723 г. с. Иваново было уже значительным поселением.
Жители города исстари занимались торговлей. В первой половине XVIII ст.
ивановец В. Гондурин с братьями, а во второй половине И. М. Гарелин вели
обширную торговлю с Астраханью. Петр Великий обратил внимание на
развитие здесь холщового и набоечного мастерства и выписал иностранца
Тамеса или Тамена, который устроил фабрику в 9 в. от с. Иванова. Пример
Тамеса подействовал, и возникли полотняные фабрики в с. Иванове,
Ярославле и Костроме. От кн. Черкасских в XVIII ст. с. Иваново перешло к
гр. Шереметьевым. В 1751 г. в Иванове были уже фабрики Ямановского,
Гарелина и Грачева. С 1776 г. по Иванову распространились набоечные
заводы у так называемых горшечников или кустарей, и некоторые ивановцы
отправились в Петербург и Шлиссельбург, чтобы узнать секрет составления
красок и способы лучшей набивки. По возвращении их открылись набоечные
фабрики. В 1803 г. на фабриках М. И. Гарелина и М. И. Ямановского стали
употреблять английскую бумажную пряжу, из которой ткали миткаль. С 1812
г. фабричная промышленность начала еще более развиваться. В 1814 г.
Ямановский работает ситцев и платков на 1650 т. р. Английская пряжа,
благодаря В. М. Киселеву, входит в употребление на всех фабриках. В 1825
г. в Иванове было уже 125 фабрик. История фабричной промышленности
города изложена у Гарелина: "Город И.-Вознесенск". В 1871 г. из с.
Иванова и посада Вознесенского образован г. И.Вознесенск. В это время
было домовладельцев-крестьян в с. Иванове 859, а в Вознесенском посаде
оседлое население около 2183 и, кроме того, рабочих в одном Иванове до
15 т. чел. Купцов в 1870 г. было 1 гильдии 18 и 2 гильдии 91, а всех
торговых документов выдано 1175. Церквей было 9, из них каменных 6. Всех
зданий было 256 камен. и 1652 деревянных, фабрик ситцевых 38. Из фабрик
и заводов в настоящее время в г. И. Вознесенске по оборотам более
значительны: 1) К. И. Маркушева фабрика миткаля и ситца, ежегодно более
28 милл. арш., на сумму более 2 милл. руб.; 2) Н. Ф. Зубкова
бумаготкацкая, белильная и ситцепечатная. Оборот 1 1/2 милл. р. Рабочих
819 чел.; 3) Никона Гарелина (с 1751 г.) бумагопрядильня и т. д. Оборот
до 2 милл. р. Рабочих 1630 чел.; 4) Ив. Гарелина то же, 2150 т. р.; б)
товарищество Куваевской мануфактуры (ситценабивная и др.) на сумму 5400
т. р. Рабочих от 1500 - 1600 ч. Берды для ткацких станков делаются
многими мастерами; 6) Н. Дербенева миткалеткацкая и др. фабрики на сумму
600 тыс. руб.; 7) Бурылина - бумажные изделия на 600 тыс. руб.; 8) А. М.
Гандурина ситценабивная и др. на 800 тыс. руб. Всех фабрик и заводов
более 70, с оборотом около 38 милл. руб. Лавок более 700, торговых
документов выдано 1113. В 1890 г. по железной дороге разного товара
привезено 12397 т. пд. и отправлено 1917 т. пд. Городских доходов в 1890
г. было 102606 руб. Из них трактирного налога 10785 руб. и с торговых
документов 10052 р. Расходы 103538 р.; из них на народное образование
10857 р., на благотворительные учреждения 2500 р., на городское
управление 13661 р., в пособие казны на содержание учебных заведений и
др. 5 т. р., на врачебную часть 3110 р. Долгов у города было 112 тыс.
рублей. Общественный банк. Женская гимназия, реальное училище, 12
городских приходских, рисовальный класс, несколько фабричных школ.
Открывается механическо-техническое училище. На него собрано 130 т. р.
М. Н. Гарелин содержит 1 училище. В 1889 - 90 г. в 10 приходских
училищах было 953 уч., а расход на их содержание 12286 р. Земство давало
6731 р., город 2200 р. и частные лица 3355 р. При некоторых фабриках
устраиваются народные чтения. При реальном училище и женской гимназии
существуют общества вспомоществования бедным учащимся. При реальном же
есть ссудосберегательная касса. В городе библиотека для чтения,
библиотека при Покровском соборе. Книжных лавок 5. Благотворительные
учреждения: 6 богаделен, 1 приют, вспомогательное общество купеческих
приказчиков и благотворительное общество. Больничных учреждений 4 и из
них одна земская больница. Жителей в 1883 г. считалось 15370 ч. (без
рабочих), а в 1892 г. 40 т. чел., в том числе 26 т. чел. фабричных
рабочих. 11 церквей и из них 6 приходских, старообрядческих молелен 1 и
две часовни при домах. Благодаря большому количеству рабочих, в 1883 г.
было до 142 заведений для продажи крепких напитков. При всех фабриках
(больших) есть приемные покои. Помещения для рабочих, по исследованию Я.
П. Гарелина, неудовлетворительны: Лит. указана у Я. П. Гарелина: "Город
И.Вознесенск или бывшее с. Иваново и Вознесенский посад, Владимирской
губ." (Шуя, 1885); Д. И. Шишмарев, "Краткий очерк промышленности района
Нижегородской и Шуйско-Ивановской ж. д." (СПб., 1892).
А. Ф. С.
Иволги (Oriolidae) - семейство певчих птиц (Oscines). Клюв более или
менее конический, закругленный и без ребра, с слабо загнутым концом;
крылья длинные, с 10 ручными маховыми перьями, из которых 1-ое
укорочено; хвост средней длины, плюсна короткая, покрытая щитками,
пальцы сильные. 75 видов (1891 г.) этого семейства принадлежат
исключительно восточному полушарию, живут в лесах и питаются насекомыми
и ягодами. Род Oriolus отличается широким при основании клювом длиною с
голову (с вырезкой перед концом), ротовою щелью длиннее плюсны,
крыльями, в которых 3-е маховое длиннее всех, прямым хвостом и плюсною
длиннее заднего, но короче переднего пальца. 24 вида. Иволга
обыкновенная (О. galbula), длиною 25 см.; конец хвоста и нижние кроющие
перья крыла желтые, самец весь желтый, кроме черной уздечки, крыла и
хвоста; самка и молодые сверху серозеленые, снизу беловатые с темными
стержневыми пятнами. Живет во всей Европе, кроме крайнего Севера, и в
Западной Азии, зимою во всей Африке до Мадагаскара включительно.
Прилетает в средине мая, держится в лиственных лесах и садах, а также в
хвойных с примесью лиственных; питается различными насекомыми, особенно
гусеницами, а также ягодами; очень любить вишни, чем и может приносить
вред садам, хотя в общем должна считаться полезной птицей. Голос самца
очень мелодичен. Гнездо устраивается очень искусно, обыкновенно в
развилине тонкой ветви, высоко над землею; яйца (4 - 5) высиживаются раз
в лето, высиживает самка, которую самец сменяет лишь в полуденные часы.
Птенцы подвергаются линянию уже в гнезде.
Н. Кн.
Иглокожие (Echinodermata) - тип животных с кажущейся лучевой
(обыкновенно 5лучевой) симметрией тела, твердым известковым наружным
скелетом, обособленными кровеносной и пищеварительной, а также нервной и
амбулякральной системами. Они составляют один из самых характерных и
резко обособленных типов животного царства, хотя в прежнее время, на
основании лучевой симметрии их соединяли с типом кишечнополостных
(Coelenterata) под названием лучистых (Radiata). В теле И. можно
различать главную ось, полюсы которой у правильных форм определяются
один (ротовой или оральный) - ртом, другой (аборальный) - заднепроходным
отверстием; вокруг этой оси расположены по радиусам приблизительно
одинаковые группы органов, обыкновенно в числе 5, реже 6 или более (до
40). Благодаря этому, в типических случаях можно провести через главную
ось 5, 6 и т. д. плоскостей, разделяющих тело на симметрические
половины. Эти 5 (или 6 и т. д.) плоскостей определяют положение 10 (или
12 и т. д.) меридианов, из которых 5 главных называются радиусами, а 5
чередующихся с ними - интеррадиусами; те и другие характеризуются у И.
одинаковыми органами. Совершенно строгой лучевой симметрии впрочем
никогда не наблюдается, так как всегда существуют органы, имеющиеся в
единичном числе и не совпадающие с главной осью. Тем не менее внешняя
лучевая симметрия довольно резко выражена у наиболее правильных форм
(морских звезд, лилий, и правильных ежей), у которых мы можем поэтому
различать лишь оральную (ротовую) и аборальную сторону. В других
случаях, благодаря тому, что один радиус и соответствующий интеррадиус
(у неправильных ежей) или три радиуса (у многих голотурий) развиваются
неодинаково с остальными, тело получает резкую двустороннюю симметрию и
можно различать передний и задний конец, спинную и брюшную, правую и
левую стороны. Кожные покровы И. состоят из наружного эпителия и
толстого кожного слоя и отличаются обилием известковых отложений,
которые составляют или твердый и совершенно неподвижный (большинство
ежей), или до известной степени подвижный (морские звёзды и лилии)
наружный скелет, панцирь; отдельные пластинки во втором случае
приводятся в движение мышечными волокнами. Лишь у голотурий известковые
отложения представляют отдельные тельца, при чем в коже существует
сильная мускулатура. У одной голотурии Pelagothuria natatrix даже вовсе
нет известковых отложений, ни в коже, ни вокруг пищевода. К наружному
скелету относятся также иглы и педицелярии (звезды, ежи), небольшие
органы в виде щипчиков, с 2 или 3 (редко 4) ветвями, сидящих на общем
стебельке. В связи с наружным скелетом развивается и внутренний: сюда
относятся челюсти ежей, позвонки звезд и лилий, известковые пластинки
глоточного кольца голотурий и известковые отложения в некоторых
внутренних органах. Характерную особенность И. составляет
водно-сосудистая или амбулякральная система, состоящая из правильной
системы каналов. выстланных внутри мерцательным эпителием и заключающих
в стенках мышечные волокна; эти каналы наполняются извне водою и связаны
с так называемыми амбулякральными ножками - длинными, цилиндрическими,
очень сократительными мешками, оканчивающимися часто присасывательными
кружками. Наполняясь водою, эти ножки могут сильно вытягиваться и служат
у большинства И. органами передвижения тела (в других случаях для
передвижения служат изгибания частей тела). Центром амбулякральной
системы служит кольцевой сосуд, окружающий глотку; от него отходят по
направлению радиусов стволы, дающие веточки к амбулякрам, которые при
основании их образуют мешковидные расширения, ампуллы. С кольцевым
каналом связаны обыкновенно так наз. Полиевы пузыри, служащие
резервуарами воды; в него открывается один или нисколько каналов
(каменистых каналов, названных так вследствие отложения в их стенках
извести), которые открываются по большей части на поверхности тела в
интеррадиусах пористыми "магрепоровыми" пластинками. Через эти пластинки
и каналы амбулякральная система наполняется морской водою. Иногда
(большинство голотурий) каменистый канал открывается прямо в полость
тела, в таком случае вода поступает в полость тела через особые поры и
отсюда по каменистому каналу наполняет амбулякральную систему. Другие
придатки амбулякральной системы - жабры (у ежей), щупальца (у
голотурий). Распределение ножек сильно варьирует, их может и вовсе не
быть. Хорошо развитый кишечный канал состоит из пищевода, желудка, у
некоторых снабженного радиальными выростами, и задней кишки, которая
открывается наружу в центре аборальной поверхности или в одном из
интеррадиусов; иногда кишка оканчивается слепо; с нею могут быть связаны
выросты, считаемые за органы выделения (у звезд), или разветвленные
органы, считаемые органами защиты (органы голотурий, по Кювье) и
разветвленные мешки, наполняемые водою (водные легкие голотурий).
Кровеносная система состоит из кольцевого сплетения сосудов вокруг
пищевода и выходящих из него радиальных сосудов (у голотурий 2 больших
сосуда тянутся вдоль кишки); кроме того может существовать второе
сосудистое кольцо, лежащее у аборального полюса; с глоточным кольцом
соединен сокращающийся сосуд - сердце. Особые органы дыхания существуют
в виде амбулякральных жабр (ежи), кожных жабр (некоторые звезды), водных
легких (голотурии); кроме того, ту же роль может играть вода,
наполняющая амбулякральную систему и омывающая внутренние органы.
Полость тела И. выстлана мерцательным эпителием; отделы ее, окружающие
кровеносные сосуды, носят название перигемальных полостей. Нервная
система состоит из радиальных нервных стволов, лежащих у звезд
непосредственно в коже, а у ежей и голотурий под кожным скелетом, и
образующегося из соединения их кольца вокруг глотки. Из органов чувств у
ежей и звезд встречаются глаза, у голотурий (Apoda) - слуховые пузырьки;
органами осязания служат щупальца (у голотурий), щупальцевидные
амбулякральные ножки (у звезд), кистеобразные ножки (Spatangidae из
ежей).
Размножение происходит почти исключительно половым путем. Лишь
немногие морские звезды (Ophiatis virens, Asterias tenuispina, Linckia
multiflora) могут произвольно распадаться на отдельные лучи или группы
лучей, которые затем, благодаря свойственной И. чрезвычайно сильно
развитой способности воспроизведения утраченных частей, воспроизводят
недостающие части; этот вид размножения получил название схизогонии
(Schizogonia - размножение расщеплением). За исключением Synaptidae из
голотурий и Amphiura из звезд, И. раздельнополы. По внешнему виду
половые органы различаются лишь по цвету. Половые органы имеют вид
мешков, лежащих в интеррадиусах и по числу соответствуют плану симметрии
животного; однако, число их может быть и меньше (4, 3, у голотурий же 2
или 1); у морских лилий они лежат в руках. Яйца и семя выбрасываются в
окружающую воду, где и происходит оплодотворение; лишь у немногих
голотурий происходить внутреннее оплодотворение. История развития И.
крайне своеобразна. В огромном большинстве случаев личинки подвергаются
сложному метаморфозу. Из яйца развивается бластула, покрывающаяся
мерцательными волосками, затем гаструла, отверстие которой становится
потом заднепроходным отверстием животного, а полость - кишечником;
ротовое же отверстие образуется отдельным впячением, открывающимся в
полость кишечника. У морских лилий отверстие гаструлы закрывается;
продолговатая личинка, равномерно покрытая мерцательными волосками,
получает затем взамен мерцательного покрова 4 поперечных обруча крупных
волосков и пучок их на заднем конце, затем задний конец личинки
удлиняется и внутри личинки развивается тело морской лилии и ее
стебелек. У остальных И. брюшная сторона личинки получает седлообразное
углубление, спинная становится выпуклой, а на краю вместо равномерного
мерцательного покрова развивается извилистый мерцательный шнур.
Заднепроходное отверстие лежит вне шнура. Типическая личинка голотурий
(Auricularia)), имеющая в профиль форму, похожую на ушную раковину,
снабжена одним непрерывным мерцательным шнуром, который окаймляет как
лежащий перед ртом предротовой щиток, так и задний (анальный). Кроме
того, мерцательные волоски находятся во входе в рот. Личинка морских
звезд отряда астерий (Asteridea s. Stelleridea), так назыв. Bipinnaria,
отличается в сущности тем, что предротовой щиток отделен от спинной
стороны углублением и окаймлен отдельным мерцательным шнуром, другой
мерцательный шнур окаймляет всю нижнюю сторону и анальный щиток; на
мерцательном шнуре могут образоваться выросты. Brachiolaria,
свойственная той же группе И., отличается 3-мя выростами, руками,
сидящими между обоими шнурами. У морских ежей в офиур личинка, носящая
название Pluteus, отличается сильно выпуклой спинной стороною и длинными
выростами по краю брюшной стороны, снабженными известковым скелетом. У
некоторых ежей (Echinus, Echinocidaris), кроме мерцательного шнура, есть
две пары мерцательных кружков (эполет), у Spatangidae на спинной стороне
сильно выдающийся вырост, у офиур очень длинные боковые отростки. При
превращении бипиннарий, брахиодарий и плутеусов значительная часть тела
личинки атрофируется; у аврикулярий утрачивается лишь незначительная
часть тела личинки, но она проходит через стадию бочонковидной личинки с
5 поперечными мерцательными обручами. В более редких случаях процесс
развития идет более прямо; случаи этого рода встречаются у некоторых
звезд и голотурий. При развитии личинки, обыкновенно еще до образования
ротового отверстия, от желудочной полости отделяется (отшнуровывается)
пузырь, делящийся на правый и левый, или сразу отшнуровываются два
пузыря. От верхней части левого отделяется пузырь, дающий начало
амбулякральной системе. Вокруг кишечника и амбулякральной системы в
личинке формируется (у морских звезд и ежей несимметрично расположенный)
зачаток взрослого животного, которое затем сбрасывает остатки личиночных
органов. Все И живут исключительно в море; большинство медленно ползает,
большая часть морских лилий - организмы сидячие. Некоторые (напр,
свободные лилии) могут плавать. Наконец недавно открыта голотурия
Pelagothuria natatrix, ведущая чисто пелагический образ жизни на
поверхности океана и обладающая тонкой кожистой пластинкой,
расположенной позади щупалец перпендикулярно к оси тела и служащей
органом плавания. Личинки иглокожих, за очень немногими исключениями,
ведут пелагический образ жизни. Пищей большинства служат, главным
образом, различные животные; голотурии частью питаются мелкими
животными, частью наполняют кишечник илом или песком и питаются
находящимися в них живыми или мертвыми организмами. Большинство зоологов
делит тип И. на 4 класса: 1) морские лилии (Crinoidea); 2) морские
звезды (Asteroidea); 3) морские ежи (Echinoidea) и 4) голотурии
(Holothurioidea), или выделяют из звезд в отдельный класс офиур
(Ophiuroidea). Относительно положения типа И. в системе Геккель и
Гегеyбаур высказали мнение о близости их к червям и рассматривают тело
И., как радиально расположенную колонию червеобразных организмов. Мнение
это представляется, однако, весьма произвольным. Можно считать твердо
установленным лишь то, что И. произошли от животных не лучевой, а
двубоковой симметрии, и что их кажущаяся (неполная) лучевая симметрии -
вторичное явление.
Н. Книпович.
Игнатий (Дмитрий Александрович Брянчанинов, 1807 - 67) - сначала
военный инженер, затем инок и архимандрит Сергиевой пустыни близ
Петербурга; впоследствии епископ костромской и кавказский; известен
аскетическими сочинениями: "Отечник" (избранные изречения св. иноков,
изд. 1880), "Полное собрание сочинений" (аскетические опыты, 4 т., СПб.,
1865 - 1867).
Н. Б.
Игнипунктура - погружение с лечебной целью сильно нагретых
прижигателей в различные ткани тела на большую или меньшую глубину. В
настоящее время почти исключительно пользуются прижигателем
(термокаутером) Пакелена. Он состоит из деревянной рукоятки, к которой
привинчены различной формы наконечники из листовой платины (так
называемые арматуры), устроенные в виде замкнутого полого футляра, в
котором происходит сгорание бензина, вдуваемого помощью обыкновенного
пульверизатора. К И. часто прибегают при болезнях суставов и глубоких
процессах в костях.
Г. М. Г.
Игорь Рюрикович - вел. кн. киевский, сын Рюрика. Умирая (879), Рюрик
вручил правление и малолетнего И. Олегу. И. начал княжить лишь по смерти
Олега, в 912 г. Брак И. с Ольгою летопись относит к 904 г. Едва смерть
Олега стала известной, древляне и другие племена восстали, но И.
заставил их смириться, а воевода его Свинельд покорить угличей и взял их
город Пересечен, за что и получил их землю в управление. В 914 г. близ
пределов России явились впервые печенеги, которых И. встретил с
многочисленным войском. Печенеги, не решаясь вступить в бой, заключили с
И. перемирие на пять лет. И. - первый русский князь, о котором сообщают
иноземные писатели (Симеон Логофет, Лев Грамматик, Георгий Мних, Кедрин,
Зонара, продолжатели Феофана и Амартола, Лев Диакон, кремонский епископ
Лиутпранд). В 941 г. И. предпринял поход на Грецию. С флотом в несколько
сот ладей И. пристал к берегам Вифинии, распространил свои опустошения
до Босфора фракийского и подступил к Константинополю. Греческий флот был
в то время в отсутствии, в походе против сарацин. Тем не менее суда И.
не выдержали "греч. огня", и сам он спасся только с 10 судами. В 944 г.
И., при содействии варягов и печенегов, возобновил свое нападение на
Грецию, но греч. послы встретили его еще по сю сторону Дуная и
предложили выкуп, вследствие чего И. возвратился в Киев. В 945 г.
прибыли в Киев греч. послы для подтверждения этого мира; с ними И.
отправил в Царьград собственных послов, которые и заключили договор,
приводимый летописцем под 945 г. Договор этот не известен визант.
историкам, что послужило Шлецеру одним из главных оснований к сомнению в
подлинности его, но позднейшие исследования устранили эти сомнения. В
этом, наиболее пространном из договоров русских с греками Х в. (напеч. в
1-м вып. "Хрестоматии по истории русск. права" Владимирского-Буданова,
где и литература), весьма много положений частного международного права,
в которых усматривали древнерусские народные обычаи; на основании их
Эверс нарисовал цельную картину нашего древнего юридического быта.
Сергеевич ("Ж. М. Н. Пр." 1882, № 1), утверждая, что положения эти
действовали только на греч. территории и притом в столкновениях греков с
русскими (а не русских между собою), доказывает, что при составлении
этого договора русские обычаи принимались во внимание лишь постольку,
поскольку не противоречили стремлению греков наложить узду на
примитивные нравы Руси и в частности на господствовавшее у ее начало
самоуправства. Этим значение договора, как источника русского права, в
значительной степени умаляется, за то выдвигается другая сторона
договоров русских с греками, как первых по времени памятников, в которых
выразилось влияние на Русь Византии. Кроме племен, обитавших по обе
стороны верхнего и среднего Днепра, владения Руси при Игоре
распространялись, по-видимому, на ЮВ до Кавказа и Таврических гор, на
что указывает статья договора 945 г., обязывавшая И. не допускать
нападений черных болгар (т. е. болгар, обитавших на нижней Кубани и в
вост. части Крыма) на Корсунь и другие греч. города в Тавриде, а на С
достигали до берегов Волхова, что можно вывести из указания Константина
Багрянородного на то, что при жизни И. в Новгороде княжил сын его
Святослав. Смерть И. летопись относить к 945 г. Случилась она на
полюдьи. Не удовольствовавшись данью, уже полученной с древлян, И. с
небольшою частью дружины вернулся к ним за новой данью, но древляне, и
именно жители Коростена, с князем своим Малом во главе, возмутились и
убили И. По словам одного византийского историка (Льва Диакона) древляне
привязали его к верхушкам двух нагнутых друг к другу деревьев, а потом
пустили их, и И. был разорван. Резолюцией кабинет-министров 21 авг. 1735
г. некоторые старые серебряные деньги признаны за копейки вел. кн.
Игоря, хотя при И. никаких копеек не было. Впоследствии оказалось, что
имя И. прочли вместо слова: государь. Ср. "П. С. Р. Л. " (I, 8 - 10, 12,
18 - 24; II, 238, 239, 241 - 243; IV, 173 - 174; V, 9, 88 - 90, 93, 94,
97 - 103; VII, 221 - 222, 269, 270, 272, 273, 27884; IX, 16, 16, 18, 26
- 28); Срезневский, "Договоры с греками X в. " ("Истор. Чтения о яз. и
словесности"); Н. А. Лавровский, "О визант. элементе в языке договоров
русских с греками" (1853).
Игры: 1. Общественные: А) у греков. В) У римлян (Ludi). - Подобно
греческим агонам, И. у римлян находились в тесном отношении к культу; не
смотря на общий упадок религиозности в эпоху расцвета римского
государства, их число все увеличивалось, а обстановка делалась все
роскошнее. Общественные игры (ludi publici) подразделялись на 1. stati,
периодически повторяющиеся, 1. votivi, совершавшиеся по обету, 1.
extraordinarii. По родам, они разделялись еще на circenses, введение
которых приписывалось еще Ромулу, gladiatorii и scaenici. Первые
находились в заведывании эдилов, которые ставили их на свой счет и
старались превзойти друг друга в роскоши, с целью заслужить благоволение
толпы. Они открывались торжественной процессией, обходившей весь цирк,
после чего начинались состязания, состоявшие в беге, ристании колесниц,
кулачном бое и примерных сражениях, даже морских (naumachiae). L.
gladiatorii происходили в амфитеатре, scaenici - в театре. Важнейшие из
римских 1. publici: 1) L. Apollinares, учрежденные во время 2-й Пунич.
войны (312 до Р. X.). Совершались 5 июля в Circus Maximus. 2) L.
Capitolini - в честь Юпитера, после изгнания галлов. 3) L. Florales или
Floraria - весенний праздник, в поздние времена отличавшийся
разнузданностью. 4) L. Magni или Maximi упоминаются Ливием впервые в 491
г. до Р. X. Дионисий подробно их описывает, с целью доказать их
заимствование от греков. Уже в древнейшее время на них тратились большие
суммы (500 мил сер. ежегодно), они происходили в цирке и состояли
первоначально только из конского ристания. Впоследствии присоединились
борьба и звериный бой. б) L. Megalenses, в честь великой матери богов,
по поводу перенесения в 204 г. ее символа, черного камня, из Фригийского
Пессинунта в Рим. 6) L. Plebeii, учрежденные в республиканское время.
Происходили в Фламиниевом цирке 7) L. Romani, патрицианский праздник в
честь капитолийской триады. 8) L. Saeculares, справлявшиеся раз в 100
лет, учреждены консулом Валерием Попликолой и совершались каждый раз
после предварительной справки в Сивиллиных книгах, так что случалось,
что между двумя празднествами протекало и более 100 лет, напр. 110.
Праздник длился 3 дня в 8 ночи, при чем допускались иногда слишком
свободные отношения между полами, так что Август, во время знаменитых L.
Saeculares 17 года до Р. X., разрешил молодежи обоего пола участвовать в
празднествах не иначе, как под надзором старших. Празднествам
предшествовало объявление о приближении их глашатаями по всей Италии.
Они начинались торжественною помпой, жертвами; ночи проходили в пении,
танцах и театральных представлениях. Заканчивались игры пением особого
Carmen Saeculare, исполнявшегося хором из 27 мальчиков и такого же числа
девочек. В 17 г. до Р. X. Carmen Saeculare сочинено было Горацием. 9) L.
Augustales - 3 различных праздника в честь императора Августа: первый
справлялся в день его рождения, второй в день благополучного возвращения
из путешествия по Востоку, третий был учрежден после смерти его в честь
его, как Divus Augustus. Ср. Friedlander, "Darstellungen aus der
Sittengeschichte Roms" (II, 227 сл.) и его же - у Marquardt-Mommsen'a:
"Handbuch d. Rom. Altertumer" (VI).
II. Увеселительные игры частного характера у греков и римлян.
Лексикограф Полидевк (IX, 9) перечисляет до полусотни разных родов игр,
бывших в употреблении у греков, из которых около половины детские,
как-то: куклы, лошадки и т. п. Самые употребительные игры взрослых: 1)
игра в кости или зернь (astragalismoV, alea). Кости имели четыре
поверхности с номерами: 1. 3. 4. 6. Четыре такие кости клали в небольшой
сосуд и, выбрасывая на стол, смотрели, какие цифры на верхних ребрах.
Лучшим метанием считалось то, при кот. все 4 цифры были разные (Venus),
худшим, - если везде стоял 1. Иногда костям придавали правильную
кубическую форму с номерами от 1 до 6 (tesserae). Игра эта считалась
азартною и когда шла на деньги, называлась также cubeia, была запрещена
и производилась в особых притонах, называвшихся также cubeia, или
skirajeia; 2) игра, вроде наших шашек и шахмат - petteia, от камушков
pettoi, которые заменяли шашки, или poliV, так как напоминала отчасти и
игру, называющуюся осада крепости. Задача игрока состояла в том, чтобы
запереть противнику ходы. У римлян подобная игра называлась 1.
latrunculorum, или duodecim scriptorum; 3) чет и нечет (artiazein,
ludere par impar), азартная игра, тожественная современным, состоящим в
угадывании числа денег и т. п., зажатых в руке, пальцев (мора) и т. д.;
4) игра в мяч (sjairistikh) упоминается уже у Гомера. Играли по двое и
более человек. Иногда делились на два враждебные лагеря. Некоторые роды
И. в мяч принимали вид прямо упражнений с гигиеническими целями, напр.
раскачивание грудью большого полого мяча, висящего с потолка; 5)
KottaboV, преимущественно греческая игра, допускавшаяся в веселых
компаниях, за попойкой, и потому считавшаяся несколько непристойною для
людей степенных. Состояла в искусном выплескивании капель вина аз сосуда
в другой сосуд, или на особый прибор, вроде канделябра с статуэткою
(ManhV) наверху. Жидкость должна была задеть металлическую пластинку,
лежащую на голове статуэтка и сбросить ее в подставленный сосуд, при том
так, чтобы он издал при этом звук. Несколько приборов коттаба найдено в
некрополях Этрурии, но среди римлян, по крайней мере в хорошо известные
нам эпохи, игра эта не была распространена. см. Becker, "Charikles" (т.
II, стр. 38, 362) и "Gallus" (П, стр. 79; III, стр. 454; обе кн. Беккера
перев. на русск. яз.); Ohlert, "Ratsel und Gesellschaftspiele der alten
Griechen" (1886); Richter, "Die Spiele der Griechen and Romer" (1887).
А. Щ.
У народов романских и германских общественные И. не были так
разнообразны; у германцев в древнейшую эпоху в большом ходу были только
военные И. для упражнения юношей. У славян (восточных) общественные И.,
называемые духовными писателями игрищами, сопровождали какой-либо
языческий обряд, а потом стали приурочиваться к какому-либо
определенному времени. Наиболее распространены были кулачные бои, бега,
скачки, метания копий, стрельба из лука и др. Победителя получали
награды и выигрывали заклады. Церковь карала отлучением предававшихся
игрищам. В большом ходу с древнейших времен были И., имевшие целью
выигрыш (зернь, карты и др.). У женщин и девиц по настоящее время
большою любовью пользуются хороводы, ведущие начало с отдаленной
древности. Став предметом исследования этнографов, русские И. вошли в
разные сборники: Сахарова, "Сказания русского народа" (СПб., 1885);
Терещенко, "Быт русского народа" (ч. IV); Сементовский, "Обзор игр в
Полтавской и Черниговской губ." ("Маяк", 1843, т. XI); Максимович, "Дни
и месяцы украинского селянина" ("Русская Бес.", 1856); Маркевич, "Обычаи
и поверья малороссиян" (1860); Moszynska, "Kupajlo", в "Zbior wiadom. do
antrop. krajow. " (1881); Исаевич, "Детские игры в окрестностях
Переяслава" ("Киев. Старина", 1887); Иванов, "Игры крестьянских детей в
Купянском у." ("Сборн. Истор. Филолог. Общ. при харьк. унив.", т. II).
В. Р - в.
Игрушечное производство. - Желание подражать старшим в их действиях
так сильно у детей, что во все времена родители снабжали их подобиями
действительных предметов игрушками. И. находят как между остатками
свайных построек, так и в позднейших развалинах и гробницах. Первое
место между И., конечно, занимают изображения людей и животных - куклы,
по старинному "живуля". Классическая кукла еще сравнительно недавнего
времени была "тряпичная", свернутая из тряпки с пришитыми руками и
нарисованным лицом. Куклы великобританской императрицы Виктории, недавно
переданные в музей, были все тряпичные, хотя очень элегантно одетые.
Восковые головы и руки не долго были в моде вследствие своей
непрочности. Головы из "папье-маше" еще и теперь изготовляются
кустарями, но далеко превзойдены неломающимися куклами из смеси желатина
с глицерином, патокою и краскою, составленною на подобие массы для
типографских валков, фарфоровыми головками Жюмо в Париже в их
подражаниями. Ремесло игрушечника не самостоятельное, чуть ли не все
ремесла применяются к этому делу, только характер работы меняется; тут
требуется не прочность и добросовестность работы, а дешевизна и
достаточная степень внешней отделки. Так, напр., существует особая
"игрушечная окраска", она с виду походит на масляную, но делается на
клею, с достаточною примесью мела для грунта, и только покрывается
дешевым лаком из раствора канифоли в скипидаре. У нас большие игрушечные
мастерские существуют в обеих столицах и в Риге, но очень много дешевых
И. изготовляется кустарями под Москвой, особенно около Сергиевского
посада. Самые изящные И. парижские; там же в обычае к новому году
пускать в разносную продажу по бульварам дешевые, нового образца И.,
непременно отличающиеся чем либо оригинальным, которые, в случае успеха,
распространяются потом по всему свету. В Швейцарии изготовляются во
множестве разные И. и музыкальные ящики. В Германии лучший сорт И.
делается в Нюрнберге, Штуттгардте и Берлине, похуже - в Вюртемберге и
Тюрингене, а самые дешевые - в Рудных горах Саксонии. Обороты
игрушечного производства считаются десятками миллионов.
В. Лермантов.
Игуаны (Iguanidae) - семейство ящериц из подотряда толстоязычных
(Crassilinguia). Зубы, приросшие к внутренней поверхности челюсти,
округленные у корня, сжатые с боков и широкие на конце; клыков не бывает
почти никогда; часто бывают нёбные зубы; голова покрыта щитками, тело
чешуйками, расположенными по большей части поперечными рядами; пальцы
обыкновенно свободны, всегда по 5 на передних и задних ногах. Очень
многочисленное (в 1883 г. известно 55 родов с 235 видами) семейство,
живущее в Америке, особенно Ю. Распадаются на две группы: 1) древесные
И. (Dendrobatae) с тонким, сжатым с боков или трехгранным телом, длинным
хвостом и тонкими конечностями, живущие на деревьях, и 2) наземные И.
(Humivagae) с круглым или приплюснутым телом, хвостом по большей части
лишь средней величины или коротким и по большей части укороченными
конечностями. К древесным принадлежит род И. (Iguana). Тело тонкое,
хвост очень длинный и сжатый с боков, спина и хвост с продольным
гребнем, на горле большой, сжатый с боков мешок, пальцы очень длинны;
зубы в челюстях зазубренные, есть и нёбные. Крупные быстрые ящерицы,
живущие преимущественно около воды и хорошо плавающие. От человека
убегают, но в случай крайности храбро защищаются. Питаются растениями и
насекомыми; мясо и яйца съедобны; яйца, величиною с голубиные,
откладываются в ямку в песке. 5 видов, водящихся в Вест-Индии и Южной
Америке, составляют предмет ревностной охоты; пойманные - сначала ведут
себя очень бешено, но потом хорошо приручаются. Обыкновенная И. (I.
taberculata), с крупным щитком под ухом; на спине преобладает зеленый
цвет, бока с бурыми окаймленными желтыми полосками; брюхо
зеленовато-желтое, хвост с бурыми и желто-зелеными кольцами. Длина 1,75
м., из которых 1,25 м. приходятся на хвост. Водится в Вест-Индии и Южной
Америке. К этой же группе принадлежит Василиск. Весьма замечательна по
своему образу жизни ящерица, водящаяся в большом количестве на
Галапагосских островах, похожая по виду на И. - Amblyrhynchus s.
Oreocephalus cristatus, длиною около 0,9 м., грязно-черного цвета, с
укороченной головой, покрытой сверху пирамидальными щитками; вдоль спины
зубчатый гребень, хвост сильно сжать с боков. Превосходно плавает,
змеевидно изгибая тело без помощи ног и значительно удаляется от
берегов, возвращаясь, в случае опасности, на прибрежные скалы; питается
исключительно морскими водорослями (Ulva). Это единственная
действительно морская ящерица. Из наземных И. замечателен род
Phrynosoma. Тело толстое, короткое, плоское, похожее на тело жабы;
голова короткая и плоская; плоский, широкий при основании, хвост короче
тела; ноги очень коротки, с мало развитыми, зазубренными на краях
пальцами; на горле поперечные складка; на затылке и боках тела шиповатые
чешуи. Их не менее 9 видов, водящихся в Америке к западу от Миссисипи,
от Мексики до Дакоты. Все живородящие, рождают 7 - 8 детенышей. Очень
медленны в движениях, легко привыкают к неволе и приручаются. P.
Orbiculare-Taпайаксин сверху светло-буроватого цвета, с беловатой
продольной полоской по средине и по 4 больших черных пятна по бокам.
Длина 10 см., хвост 3,8 см. Водится в Мексике, в сухих солнечных
местностях, питается насекомыми (особенно муравьями и жуками) и
улитками.
Н. Кн.
Игумен (греч. - предводительствующий) - название начальственного лица
в монастыре, в древности всякого монастыря, по штатам 1764 г. в России -
монастыря третьеклассного. Начальственные права и должностные
обязанности его те же, какие имеет всякий настоятель монастыря. Отличие
его от архимандрита (настоятеля монастыря первоклассного и
второклассного) лишь в том, что при богослужениях он облачается в
простую монашескую мантию и набедренник, тогда как архимандрит
облачается в мантию с "скрижалями", наперсный крест, палицу и митру.
Н. Б.
Идеал - представление высшего совершенства в каком-нибудь отношении.
В этом широком смысле слово И. применяется одинаково и к отвлеченным и
конкретным предметам: И. добра, И. женской красоты, И. государства, И.
гражданина и т. д. В этом общем смысле И. обыкновенно противополагается
действительности, как чему то несовершенному. Такое противоположение
может приниматься в трояком смысле: 1) И., противоречащий
действительности, может тем самым признаваться за пустую фантазию; 2)
действительность, несоответствующая И., будет безусловно отвергаться как
бытие ложное и призрачное и 3) противоречие между этими двумя терминами
может пониматься как задача их примирения, т. е. преобразовании
действительности по И., или воплощения его в действительности. Первые
два взгляда имеют частную, относительную истинность, поскольку бывают И.
по существу своему фантастичные, а с другой стороны бывает
действительность также по существу негодная, неспособная к улучшению или
пересозданию. Но общая принципиальная истина принадлежит только третьему
взгляду: совокупность космического и исторического опыта указывает на И.
осуществимые и осуществляемые и на действительность преобразуемую,
усовершаемую; вся история мира и человечества есть лишь постепенное
воплощение И. и преобразование худшей действительности в лучшую, и когда
полагаются произвольные пределы этому процессу - это обыкновенно
означает лишь тайное предпочтение дурного хорошему в силу низших
интересов и страстей. Особое значение имеет понятие И. в области чистого
искусства, имеющего своею задачей воплощение идей в чувственных формах,
т. е. создание конкретных И.. В общее употребление слово И. стало
входить с конца прошлого и начала нынешнего столетия, главным образом,
благодаря Шиллеру.
Вл. С.
Идеализм, -ист (от греч. через лат. idealis) - имеет много различных,
но связанных между собою значений, которые могут быть расположены в
последовательный ряд по мере углубления понятия. 1) В самом обыкновенном
и поверхностном смысле под И. разумеют наклонность к более высокой, чем
следует, оценке лиц и жизненных явлений, т. е. к идеализации
действительности; так идеалистом называют, напр., человека, который
верит в доброту и честность всех своих ближних и старается все их
поступки объяснять достойными или, по крайней мере, невинными
побуждениями; в этом значении И. есть почти синоним оптимизма. 2) Далее
И. называется преобладание у кого-либо общих интересов над частными,
умственных и нравственных - над материальными. 3) Сродный с этим, но
более глубокий смысл получает И., когда им обозначается сознательное
пренебрежение реальными практическими условиями жизни вследствие веры в
могущество и торжество высших начал нравственного или духовного порядка.
Указанные три вида принадлежат к И. психологическому, выражающему
известное душевное настроение и субъективное отношение в
действительности практической. Далее следуют различные типы И.
собственно философского, представляющего некоторое теоретическое
отношение ума к действительности, как мыслимой. 4) И. Платоновского или
дуалистического типа, основанный на резком противоположении двух
областей бытия: мира умосозерцаемых идей, как вечных и истинных
сущностей, и мира чувственных явлений, как бытия текущего неуловимого,
только кажущегося, лишенного внутренней силы и достоинства; при всей
призрачности видимого бытия, оно имеет, однако, в этой системе
самостоятельную основу, независимую от мира идей, именно материю,
представляющую нечто среднее между бытием и небытием. 5) Этот осадок
реализма окончательно уничтожается в И. Берклеевского типа; здесь
единственною основою всего признается бытие духовное, представляемое
божеством с одной стороны и множеством тварных умов - с другой;
действием первого на последних возникают в них ряды и группы
представлений или идей (в англо-французском смысле этого слова; см.
ниже), из коих некоторые более яркие, определенные и сложные суть то,
что называется телами или вещественными предметами; таким образом весь
физический мир существует только в идеях ума или умов, а материя есть
только пустое отвлечение, которому лишь по недоразумению философов
приписывается самостоятельная реальность. Эти два вида И. (Платона и
Берклея) обозначаются иногда как И. догматический, так как он основан на
известных положениях о сущности вещей, а не на критике наших
познавательных способностей. С такою критикою связан 6) И. англ. школы,
своеобразно сочетавшийся с эмпиризмом и сенсуализмом. Эта точка зрения
отличается от Берклеевской тем, что не признает никаких духовных
субстанций и никакого самостоятельного субъекта или носителя психических
явлений; все существующее сводится здесь к рядам ассоциированных идей
или состояний сознания без особых субъектов, как и без реальных
объектов. Этот взгляд, вполне развитый лишь в нашем веке (Миллем), уже в
прошлом (у Юма) обнаружил свою несовместимость с каким бы то ни было
достоверным познанием. Чтобы предотвратить роковой для науки скептицизм
Юма, Кант предпринял свою критику разума и основал 7) И.
трансцендентальный, согласно которому доступный нам мир явлений, кроме
зависимости своей от эмпирического материала ощущений определяется, в
своем качестве познаваемого, внутренними априорными условиями всякого
познания, именно формами чувственности (пространством и временем),
категориями рассудка и идеями разума; таким образом, все предметы
доступны нам лишь своею идеальною сущностью, определяемою функциями
нашего познающего субъекта, самостоятельная же, реальная основа явлений
лежит за пределами познания (мир вещи в себе, Ding an sich). Этот
собственно Кантовский И. называется критическим; дальнейшее его развитие
породило три новые вида трансцендентального И.: 8) субъективный И.
Фихте, 9) объективный И. Шеллинга и 10) абсолютный И Гегеля. Основное
различие между этими четырьмя видами трансцендентального И. может
выясниться по отношению к главному вопросу о реальности внешнего мира.
По Канту, этот мир не только существует, но и обладает полнотою
содержания, которое, однако, по необходимости остается для нас
неведомым. У Фихте внешняя реальность превращается в бессознательную
границу, толкающую трансцендентальный субъект, или я к постепенному
созиданию своего, вполне идеального, мира. У Шеллинга эта внешняя
граница вбирается внутрь или понимается как темная первооснова (Urgrund
и Ungrund) в самой творческой субстанции, которая не есть ни субъект, ни
объект, а тожество обоих. Наконец, у Гегеля упраздняется последний
остаток внешней реальности, и всемирный процесс, вне которого нет
ничего, понимается как безусловно имманентное диалектическое
самораскрытие абсолютной идеи. Общее суждение о философском И.,
сказавшем свое последнее слово в гегельянстве, может ограничиться
указанием, что противоречие между идеальным и реальным, между внутренним
и внешним, мышлением и бытием и т. д. упразднено здесь односторонне, в
сфере чистого мышления, т. е. все примирено только в отвлеченной мысли,
а не на деле. Эта непреложная граница философского И. есть, впрочем,
граница самой философии, которая в гегелевской системе напрасно хотела
стать на место всего. Для действительного оправдания И. должно
обратиться к деятельному, практическому осуществлению абсолютной идеи,
т. е. истины, в человеческой и мировой жизни.
Владимир Соловьев.
Идеология - метафизическая философия, понимаемая как учение об идеях.
см. Destutt de Tracy, "Elements d'ideologie" 1801 - 15). К этому
направлению примыкает школа Кузена. Слово И. в этом значении не
сохранилось в философской терминологии. Более употребительно (особенно
во Франции) другое значение, введенное Наполеоном I, который называл
идеологами всех тех, которые на какихнибудь принципиальных основаниях
противились практическим требованиям текущей политики.
Вл. С.
Идея. - В древней философии так обозначается умопостигаемая и вечная
сущность предмета в противоположность его чувственному, преходящему
явлению. У Канта И. есть априорное понятие чистого разума, не отвечающее
никакому внешнему предмету, но выражающее функцию самого разума -
завершать высшим единством всякое рассудочное познание. У Гегеля
своеобразно соединяются оба эти главные смысла слова И. с упразднением
их ограниченности: его И. есть Платоновская сущность, но не вне
процесса, а в нем самом, и вместе с тем это Кантовское понятие чистого
разума, но не лишенное бытия, а создающее всякое бытие в себе и из себя.
У английских и французских философов, не подчинившихся влиянию
кантианства и гегельянства, И. сохранила чисто психологическое значение:
идеями называются здесь не только все общие отвлеченные понятия, но и
простые представления.
Вл. С.
Идиллия (от греческого слова "эйдиллион", буквально - "маленькая
картина"). Под И. подразумевается род искусственной (не народной)
поэзии, средний между эпосом и лирикой, иногда с присоединением драмы.
Содержание И. составляют настроения, мысли и обыденный быт простых
людей, приходящих в непосредственное общение и соприкосновение с
природой. И. иногда называется пастушеской или "буколической поэзией";
это неточно, так как содержание И. пастушеским бытом не исчерпывается.
Сюжет всякой И. дает поэту возможность провести параллель между
утонченной жизнью города и деревенским образом жизни, а также - делать
воззвание к возвращении горожанина на лоно природы в к естественности в
сфере людских отношений. Идиллия возникает позднее остальных родов
литературы. Зачатки И. мы встречаем в литературе восточных народов. Уже
в Библии попадаются книги с оттенком идиллическим (Руфь) или
буколическим (Песнь Песней). И. в более самостоятельном виде появляется
в позднейший период индийской литературы, у поэтов Калидасы и Джаядевы.
Калидаса, живший около 50 г. до Р. Хр., написал лирический сборник
"Ритусангара" (Времена года), в котором рисовал картинки природы и
сельского быта. "Сакунтала" Калидасы может быть названа идиллической
драмой. Джаядева, поэт XII в. по Р. Хр., в идиллической поэме
"Гитаговинда", изобразил историю любви бога Кришны к пастушке Радхе;
слог поэмы напоминает Песнь Песней. В китайской поэзии времени династии
Тангов известны лирики Туфу и Литайпе, выказавшие особенную любовь к
природе и настроениям ею вызываемыми В истории арабской литературы после
Магомета прославились своими И. поэты ИбнДорейд (ум. 933 г.) и Тиграи
(ум. 1119). И., как самостоятельный род поэзии, развилась в Греции, в
позднейший, александрийский период литературы, когда, с потерей
политической и национальной свободы, в поэзии стали преобладать
индивидуалистические мотивы. Одновременно с эротической лирикой
появилась И., зачатки которой давно уже таились в народном творчестве.
Дорийские пастухи в Сицилии сыздавна имели свою поэзию пастушескую или
буколическую (от "буколос" - пастух), изобретателем которой считался
полумифический пастух Дафнис. Эта поэзия изображала судьбы Дафниса или
обычные, чаще всего эротические, настроения пастухов; буколические песни
пелись с обрядами на сельских празднествах в честь Артемиды, с мимикой
и, значит, с примесью драматического элемента. Уже сицилийский лирик
Стезихор (ок. 610 до Р. Хр.) подражал пастушеским песням, воспевая
любовь и трагическую смерть Дафниса. Мастерски воспользовался этим
народным творчеством Феокрит Сиракузский, живший в III в. до Р. X.
Феокриту принадлежит до 30 И., в которых он рисует жанровые картинки из
быта пастухов и низших классов населения, иногда - богов. Порой Феокрит
воспевает элегическое настроение пастуха, отвергнутого суровой
деревенской красавицей; порой - он передает в поэтической форме разговор
двух жнецов: влюбленного юноши и положительного крестьянина, который
смеется над товарищем, советуя ему лучше работать, чем мечтать. Юмор и
грация идут у Феокрита рука об руку; он одновременно и наивен, и
утонченен. Весьма важным элементом И. Феокрита является их народность.
Как род поэзии, И. Феокрита - нечто среднее между эпосом и драмой и
может служить примером "мима", представителем которого был современник
Еврипида, Софрон, служивший образцом для Феокрита. Софрон был
древнегреческим рассказчиком из народного быта и слагал вирши на манер
русск. раешников, на простонародном наречии. Эту манеру усвоил Феокрит,
облагородив ее и придав ей строго метрическую и художественную форму
Подражателем и современником Феокрита был Бион; в его И. драматический
элемент (диалог) и описание (пейзаж) отступают на второй план;
преобладает лирика. Другой подражатель Феокрита, Мосх, уже отчасти
манерен. Идиллия из Греции перешла в Рим, где продолжала развиваться в
августовский период литературы, представлявший много аналогий с периодом
александрийским. Виргилий в своих десяти И., названных им "эклогами" и
соединенных в сборник под названием "Буколики", усвоил только внешнюю
манеру феокритовой И. На самом деде, в И. Виргилия нет главного: природы
и настроения. Виргилий смотрел на эклоги, как на средство умно и тонко
намекнуть на живейшие и современнейшие злобы дня; так, первая эклога
является хвалебным гимном Октавиану, четвертая воспевает Азиния Поллиона
и Мецената; в пятой, под именем Дафниса, воспевается Юлий Цезарь и т. п.
Народный элемент совершенно отсутствует: слог рассчитан исключительно на
читателей образованных. "Георгики" Виргилия под понятие И. подходят лишь
постольку, поскольку в них преобладает пейзаж; дидактизм этого сборника
вредит цельности идиллического впечатления. Оды Горация также не могут
служить образцом И.; несомненно, однако, что преобладающее настроение
лирики Горация - идиллическое; мораль "золотой посредственности" -
мораль природных инстинктов, развившихся на доне природы вне
общественной жизни. Аллегорическая или тенденциозная И. Виргилия нашла
подражателей в нероновское время в лице Кальпурния Сикула, который уже с
полною откровенностью добивается милости кесаря; форма эклоги здесь
совершенно случайна. И. заметно падала. С пробуждением интереса к
античной словесности во время Возрождения ожила и И. Саннацаро, в
подражание Виргилию, пишет И. "Аркадия" (1502 г.), в двенадцати эклогах;
поэт воспевает сельский быт и свою несчастную юношескую любовь. Его
примеру последовал Аламанни (1495 - 1556), писавший эклоги и в своем "La
coltivazione" подражавший "Георгикам" Виргилия. Одновременно с
сантиментальными мечтами о золотом веке воскресло и мечтание о прелести
пастушеского быта. Опять появилась буколическая, пастушеская поэзия.
Пастушеские стихотворения, написанные с начала до конца одним размером,
назывались эклогами, а написанные разными метрами - И. В это же время
зарождается новый род И.: драматическая И. или "пастораль" (пастушеская
драма). Действующие лица пасторали делились на "влюбленных и
"комических" пастухов (pastori eroici, pastori comici) - как в "Жнецах"
Феокрита. Лучшей пасторалью в свое время считалась "Аминта", Тассо, в
подражание которой Гварини написал своего "Верного пастуха" (Il pastor
fido). Как только пастораль стала средством для прославления
высокопоставленных лиц, этот новый род И. пришел опять в упадок.
Из Италии И., в конце XVI в., перешла во Францию, через посредство
Ронсара в его кружка ("Pleiade francaise"). Во французской литературе
XVII века идиллия приняла приторно-слащавый, с примесью низкопоклонства,
характер благодаря влиянию двора Людовика XIV. Поэтесса Дезулиер,
прославившая этого рода И., получила прозвище "десятой музы". Кроме ее
на поприще И. выдвинулся Делиль, писатель XVIII в., переводчик "Георгик"
Виргилия, автор "Садов" и "Французских георгик", произведения крайне
аффектированного. Таким образом развитие И., как самостоятельного рода
поэзии, прекратилось и выродилось в подражательную буколическую поэзию.
В Германии И. возникла в виде пасторали. В XVII в. в Нюрнберге был
основан "Пегницов орден" (по имени реки, протекающей через Нюрнберг) или
общество пегницовых пастушков. Общество имело значение, как
противодействие педантизму, господствовавшей поэтической партии, но в
развили И. роли не играло. В XVIII в. появляется И. в виде подражания
французским образцам; создатель ее - Геснер, как автор "Idyllen",
считавшихся вполне национальным продуктом до разоблачения Гердера. В том
же роде были написаны И. Фосса, которые только своей "Луизой" дал первый
образец национальной и художественно правдивой И. Ранее Фосса, в Англии,
Джемс Томсон (1700 - 1748) своими "Временами года" (The Seasons) сделал
первый опыт новой, самобытной и народной И.: его пейзаж - настоящий
северный пейзаж со всеми оттенками в переходах от осени к зиме и от зимы
к лету, а его герои - не слащавые пастушки, а настоящие английские
крестьяне. Поворот в сторону художественного реализма, сделанный
литературою XIX в., отразился и на И., которая становится вполне
самостоятельной и принимает национальный отпечаток. Самый род И.
расширяется: появляется идиллическая народная лирика, примером которой
могут служить "Алеманские стихотворения" Гебеля и знаменитая
идиллическая поэма Гете: "Герман и Доротея". В этой поэме уже нет и
следов ложноклассической буколики: поэт воспевает мелкое немецкое
мещанство, не вполне удалившееся от влияния природы и земледельческого
труда, это - поэзия бюргерского довольства, зеленых стаканчиков с
рейнвейном, семейной патриархальности и девичьей скромности, поэзия
национального благодушия (Gemuth'a), столь напоминающего "золотую
посредственность" Горация; все это национально и вполне оригинально.
Идиллия Гете "Der neue Pausias" (известная русским по переводу А.
Майкова: "Поэт и цветочница") рисует милую и болтливую юную пару
влюбленных, вспоминающих всю историю своей любви; это - не подражание,
но самостоятельное воспроизведение античной жизни. Предметом И. XIX в.
становится выражение всякого непосредственного и сильного, природного
чувства. У Мюссе, под названием "Idylle", передан спор двух друзей о
любви, при чем один понимает ее в идеалистическом, а другой - в
материалистическом духе (отголосок "Жнецов" Феокрита). Точно также в
"Bergidyll", Гейне, мы не находим никаких устарелых атрибутов старой И.
: пастухи из современной И. исчезли, остались - природа и близкие к ней
люди. Идиллический элемент стал весьма значительною составною частью
нового романа, особенно со времени обращения литераторов к сюжетам из
народной жизни; много И. в романах Ауэрбаха - в Германии, Диккенса - в
Англии, Жорж Занд - во Франции.
В России И. появилась в виде подражания и перевода, в XVIII в.
Сумароков, Княжнин, Владимир Панаев усердно переводили и переделывали
французскую И. В 1777 г. вышли "Георгики" Виргилия, в переводе В.
Рубана; к 1788 г. относится перевод неизвестного автора: "Златый век
Дафниса", Геснера. Воейков перевел "Сады или искусство украшать сельские
виды", Делиля (1816), а также эклоги Виргилия, Мерзляков - идиллии
Дезулиер (1807). В XIX в. И. сделала новые шаг в своем развитии,
благодаря Гнедичу, воспроизводившему античные образцы и избегшему
подражания французским И. Жуковский и Карамзин, благодаря
сантиментальному направлению их поэзии, ничего нового в сфере И. не
создали. Пушкин, специально И. не писавший, дал, однако, несколько
образцов идиллической лирики (в своих стихотворениях, описывающих
деревенскую жизнь) и идиллического эпоса (в своих поэмах, изображающих
простонародный быт русских крестьян и кавказских горцев). Пушкин
окончательно упразднил буколическую поэзию своих предшественников.
Образцом новой И. может служить "Рыбная ловля" Майкова, в которой
мастерски описаны настроения, вызываемые местным пейзажем средней полосы
России. Идиллический элемент играет большую роль в новом русском романе;
народничество благоприятствовало развитию этого элемента ("Рыбаки"
Григоровича, "Устои" Златовратского). Очерк Тургенева "Бежин луг" (в
"Записках охотника") образец И. в прозе: необыкновенно гармонически
слилась в этом произведении романтика летней ночи и поэзия разговоров
крестьянских мальчиков.
Вс. Чешихин.
Идиом (греч.) - дословно: своеобразность, обыкновенно отличительность
языка; местное наречие, говор, произношение, свойственное известному
обществу. Идиосинкразия - наблюдаемое иногда своеобразное свойство иных
организмов реагировать на некоторые раздражения совершенно необычным
образом. Так, напр., встречаются лица, у которых, после употребления
раков, появляется крапивная лихорадка, иногда резь, рвота, понос. Другие
не переносят земляники, грибов, особенно сморчков, спаржи, даже
смородины и малины. Третьи не переносят некоторых лекарств в самых
ничтожных размерах (сулемы, морфия, хинина, висмута). И. наблюдается
иногда даже у животных; так, напр., иногда овцы и рогатый скот не
переносят днем гречихи. Идиосинкразия объясняется повышенною
возбудимостью нервной системы и обнаруживается не только как отраженное
явление при внутреннем употреблении некоторых веществ: к идиосинкразии
нужно отнести появление у иных субъектов головной боли, тошноты и даже
рвоты от яркого, по преимуществу красного и желтого, света или при
быстрой езде мимо белоокрашенного палисадника. У других простая камерная
музыка вызывает дрожь, судорожную зевоту, судорожный плач; иногда взгляд
на известных животных, пауков, жаб, вызывает рожистые воспалены кожи
(рожа от испуга); сильный запах, как-то мускуса, пачули, жасмина,
померанца, даже розы вызывает мигрень с ее последствиями; у иных
дотрагивание к плюшу, к мокрому и затем высохшему бархату и, в
особенности, к извести на стене может вызвать припадки головокружения и
даже судорог. И. встречается преимущественно у нервных людей и особенно
при условиях, когда нервная возбудимость особенно повышена, при
болезнях, в периоде выздоровления, во время регул, при беременности и
всего чаще у истеричных. С возрастом И. обыкновенно проходит, хотя
иногда появляется даже у пожилых. Случается, что она на время исчезает,
я затем вновь появляется. Лечение находится в связи с общим состоянием
организма. В большинстве случаев наилучшие результаты получаются при
укрепляющем лечении.
Г. М. Г.
Идиотизм - обозначает состояния глубокой слабости интеллекта или
полного отсутствия его, развившиеся не позже детского возраста, т. е. у
таких субъектов, духовная жизнь которых еще не успела перейти за
первоначальную, детскую стадию. Другими словами, И. можно рассматривать
как психическую слабость, обусловленную задержкой развития умственных
способностей в начальные периоды такового - при самом рождении или в
первые годы детства. Существуют постепенные переходы между идиотами и
нормальными детьми через различные степени тупоумия (imbecillitas). При
врожденном тупоумии также имеется задержка развития умственных
способностей, но она столь незначительна, что такие дети по внешнему
облику и поведению мало отличаются от нормальных, и путем
целесообразного воспитания их духовное развитие все-таки способно к
некоторому прогрессу; восприимчивость их слаба, мыслительная
деятельность их совершается вяло и вращается в ограниченном кругу, но в
них вырабатывается некоторое самосознание, и они в известной степени
могут делаться самостоятельными личностями. Ничего подобного не бывает
при тех состояниях, которые подводятся под категорию И. В глубоких
степенях И. обнаруживается даже недостаточное развитие самых
элементарных психических отправлений, напр., неспособность некоторых
идиотов к оборонительным движениям: если им производить уколы в руку, то
они кричат и плачут, но не отдергивают руку. Иные настолько беспомощны,
что самопроизвольно не едят, или акт питания наступает только тогда,
когда пища положена им в рот. Другие во всю жизнь не выучиваются
управлять функциями мочеиспускания и испражнения, и эти акты происходят
непроизвольно. Точно также многие идиоты не умеют пользоваться ногами
для ходьбы, хотя мышцы их вовсе не поражены параличом; или, если они и
ходят, то крайне неуклюже, переваливаясь с боку на бок; движения рук их
также в высшей степени неловки. Речь может совсем отсутствовать на
низших степенях И., или ограничиваться произношением отдельных
нечленораздельных звуков; у других способность речи имеется, но разговор
неправилен, напоминает детский лепет, и иные буквы вовсе не
выговариваются. При степенях И., сопровождающихся только что указанными
дефектами элементарных отправлений, едва ли возможно говорить об какой
бы то ни было интеллектуальной жизни; здесь нет даже проблесков
сознания. У тех же идиотов, у которых речь сохранена, обыкновенно
имеются и проявления умственной жизни, только крайне зачаточной. В
конкретных случаях обыкновенно определяют степень умственного развития
идиота по сравнению с развитием нормального ребенка, и в этом смысле
одни напоминают детей 1 1/2 и 2 лет, другие 3 - 4-летнего возраста.
Конечно, такое сравнение дает лишь в самых общих чертах представление о
психическом состоянии идиотов, тем более, что в отдельных случаях
наблюдается большое различие характера их. Одни молчаливы, малоподвижны,
не восприимчивы ни к каким впечатлениям. Другие, напротив, очень
подвижны, все хватают, особенно блестящие предметы, все кладут в рот,
постоянно что-то бормочут, обнаруживают симпатию к определенным
личностям. У иных замечаются стереотипные привычки, напр., вертеться на
одном месте, качаться из стороны в сторону, постоянно засовывать себе
палец в рот. Многим свойственна подражательность. Между прочим, эта
подражательность иногда проявляется в речи тем, что они повторяют
вопросы, предлагаемые им, вместо того, чтобы отвечать на них. На еще
высших степенях речь может быть почти совершенно свободна, и даже
возможно обучение чтению и письму, а также некоторым простым
механическим работам и рукоделию. Такие идиоты могут различать людей и
предметы, исполнять простые поручения, подобно маленьким детям. Но к
дальнейшему совершенствованию они неспособны; отвлеченные понятия для
них не существуют: перед мало-мальски сложной задачей они теряются.
Вместе с тем у таких высших идиотов появляются склонности к лакомствам,
а впоследствии к другому полу, которые они, при удобном случае,
удовлетворяют совершенно импульсивно, не будучи удерживаемы ни стыдом,
ни другими нравственными побуждениями. К дефектам умственной жизни
идиотов, у которых о таковой вообще может быть речь, между прочим,
принадлежит неправильность воспроизведения представлений: то, что они
видели или слышали, легко извращается в воспоминании их, почему на них
никогда нельзя полагаться как на свидетелей какого-нибудь происшествия.
Кроме того, к умственной бедности их часто присоединяется нравственное
извращение, наклонность ко лжи и обману, конечно, в самой грубой форме.
Вообще идиоты добродушны и безвредны, но в случае раздражения становятся
крайне злыми и тем более опасными, что не умеют оценить последствий
своих поступков.
Замечательно, что, при глубокой задержке умственного развития, иногда
память идиотов поразительно развита в каком-нибудь одностороннем
направлении. Некоторые лица, прославившиеся по способности производить
наизусть очень быстро сложнейшие вычисления, были идиоты. У иных
замечается феноменальный музыкальный слух, или талант к определенному
ремеслу. Известен случай идиота Минда, умершего в Берне в 1814 г.,
который получил название "кошачьего Рафаэля", потому что с замечательным
искусством рисовал кошек.
Однако, в характеристике картины И. нельзя ограничиваться
исключительно духовной стороной идиотов. Будучи результатом задержки в
развитии мозга или болезненных процессов в нем, И. весьма часто
сопровождается физическими симптомами. Сюда относится сочетание И. с
эпилептическими припадками или параличом одной половины тела, или
обширными параличами и контрактурами всех конечностей с атрофией мышц.
Далее, часто встречаются неправильности в форме черепа и лица -
асимметрия их, крайнее уменьшение головы или, наоборот, увеличение,
вследствие водянки мозга, различные уродливые формы черепа, искривления
его; неправильное образование зубов и аномалии в расстановке их,
безобразная форма ушных раковин; косоглазие, слепота и т. под.
физические недостатки, обусловленные болезненным поражением
головномозговых нервов. Часто встречаются недостаточное развитие и
аномалии половых органов. Но во многих случаях, особенно в меньших
степенях И., способность к половой жизни сохранена, а в отдельных
случаях даже наблюдались роды у идиоток.
Своеобразные и характерные особенности отличают внешность целой
группы идиотов, известных под названием кретинов. У них И. осложняется
поражением костей и развитием зоба. Они очень малы ростом, конечности их
искривлены, голова большая, неправильной формы, кожа на голове и лиц
утолщена, губы выпячены и из них вытекает слюна; на короткой и толстой
шее большой зоб. В то время как все другие формы идиотизма наблюдаются в
виде случайных (спорадических) заболеваний, появляющихся повсюду в
зависимости от причин, о которых будет сказано ниже, кретинизм
составляет эндемическую (повальную) болезнь, связанную с определенными
местными условиями, и поражает более или менее значительную часть
населения в известных местностях. Преимущественно кретинизм наблюдается
в глубоких долинах, расположенных среди горных хребтов, как напр. Альпы
в Европе, или Кордильеры в Америке. В Европе главнейшие очаги кретинизма
представляют некоторые кантоны Швейцарии (Валлис, Ури), некоторые
провинции сев. Италии и южн. Франции (Савойя, Пиренеи), далее Тироль,
Зальцбург, Богемия и другие гористые местности. Большинство кретинов
принадлежит к глубоким степеням идиотизма и неспособно к продолжению
рода. Замечательно, что в тех местностях, где встречается эндемический
кретинизм, наблюдается также кретинообразная наружность у субъектов,
свободных от идиотизма (так наз. кретиноиды); с другой стороны, один из
характерных признаков кретинизма - зоб - иногда отсутствует у настоящих
кретинов-идиотов.
Исследование мозга идиотов обнаруживает во всех случаях резкие
изменения и неправильности, делающие вполне понятным отсутствие или
недостаточное развитие умственных способностей. Натура этих изменений и
болезненные процессы, которыми они обусловливаются, весьма разнообразны.
В одних случаях происходит задержка в развитии и росте мозга еще в
период зародышевой жизни, так что, напр., в мозгу отсутствует деление на
полушария, или некоторые образования, свойственные вполне развитому
мозгу, представляются в зачаточном виде. В других случаях в раннем
детстве наступает преждевременное окостенение швов черепа, так что рост
черепа в определенных направлениях задерживается, в мозг также не может
развиваться правильно. В этих случаях уже размеры головы по своей
незначительности (микроцефалия) кладут резкий отпечаток на наружность
идиотов. Но и при достаточной величине черепа мозг может оказаться
слишком малым или неравномерно развитым. При чрезмерном накоплении
жидкости в мозговых желудочках (так называемой мозговой водянке,
гидроцефалии), голова даже бывает чрезмерно объемиста, но в черепе
содержится мало мозгового вещества. Иногда анатомическое строение мозга
резко нарушается вследствие того, что в раннем детстве в нем происходит
хотя бы ограниченный, местный воспалительный процесс, и в зависимости от
него атрофия, задержка в развитии других мозговых образований. Другой
раз в мозгу идиота отсутствуют всякие воспалительные изменения, но
замечаются аномалии в самой анатомической организации мозга,
преимущественно в расположении извилин и борозд на мозговой поверхности.
Наконец, микроскопическое исследование мозгов идиотов обнаруживает,
независимо от перечисленных грубых уклонений от нормы, неправильности в
распределении нервных элементов мозговой ткани. Вообще изменения мозга,
лежащие в основе идиотизма, могут быть сведены к задержке развить и
роста с одной стороны, и различным патологическим процессам (в смысле
воспаления, последовательной атрофии и т. п.) с другой. Воззрение, что
мозг некоторых идиотов, преимущественно микроцефалов, представляет
проявление так называемого атавизма, т. е. возврат к менее совершенному
типу, которое некогда высказывалось, теперь должно считаться
отвергнутым.
Соответственно изложенным данным об анатомических изменениях в мозгу
идиотов, понятно, что и причины И. весьма разнообразны. С одной стороны
такою причиною может быть случайное повреждение головы новорожденного во
время акта родов, или в раннем детстве, или перенесенное в раннем
детстве инфекционное заболевание, осложнившееся воспалением мозга. С
другой стороны, при кретинизме, составляющем эндемическое заболевание,
которое проявляется не только И., но также поражением костей, зобом и
другими органическими симптомами, причину нужно искать в особых
теллурических условиях тех горных местностей, которые вызывают это общее
заболевание, и которые, к сожалению, до сих пор не выяснены. Кроме того,
однако, должны быть особые причины, по которым происходит неправильное
развитие мозга в зародышевый период, или по которым, напр., в ином
семействе родятся несколько идиотов подряд, и эти причины не остаются
без значения также при кретинизме, так как ведь и в указанных выше
местностях далеко не все население состоит из кретинов. Нужно заметить,
что к этим более глубоким причинам идиотизма принадлежит целый ряд
обстоятельств, ведущих к вырождению расы. Сюда принадлежат
наследственное предрасположение родителей к нервным и душевным болезням,
высокий возраст или физическая слабость их, пьянство, в особенности
зачатие в нетрезвом виде, далее болезни или нравственные потрясения
матери во время беременности и тому подобные условия, неблагоприятно
отражающиеся на развитии плода. Обыкновенно в числе причин идиотизма
указывают также на близкое родство между родителями, но этот фактор,
по-видимому, играет роль только тогда, когда данная семья и без того
предрасположена к проявлениям вырождения; при тщательном разборе
отношений родителей для большого количества идиотов, различные авторы
находили кровное родство между отцом и матерью лишь в незначительно
большем числе случаев, чем это имеет место в здоровом населении. Точно
также наследственный сифилис играет лишь небольшую роль в числе
факторов, производящих идиотизм. Перечисленные здесь причинные моменты
сохраняют свое значение и для тех случаев идиотизма, в которых он, может
быть, не обусловлен задержкой зародышевого развития мозга, а все-таки
представляется врожденным, не завися от случайных более поздних
повреждений мозга, при чем он очень часто сочетан с эпилептическими
припадками. Из обстоятельств, играющих роль уже после рождения, в смысле
предрасположения к И., нужно указать еще дурные гигиенические условия,
недостаточное питание, слишком теплое укутывание головы, наконец,
употребление водки или опия для усыплении ребенка.
Об излечении И., составляющего результат задержанного или
неправильного развития мозга, не может быть никакой речи. Попытки лечить
идиотов-микроцефалов вырезыванием кусочков черепных костей для того,
чтобы устранить тесноту черепа, как обстоятельство, мешающее росту
мозга, также не привели к желаемым результатам. Приходится
ограничиваться по отношении к идиотам систематическим обучением их в
специальных заведениях; этим путем удается приспособлять многих к
производительному механическому труду. Они редко достигают высокого
возраста, но при хорошем уходе все-таки доживают до нескольких десятков
лет. Специальные сведения об И. можно найти в руководствах по душевным
болезням и психиатрических журналах. Кроме того, см. Ireland, "Идиотизм
и тупоумие" (русский перевод, 1880); Б. В. Томашевский, "К патологии
идиотизма" (СПб., 1892).
П. Розенбах.
Идриси - (Абу Абдаллах Мухаммед, аль-Шефир аль-И., также эль-Эдриси)
- арабский географ, происходил из рода Идрисидов, род. в Цеуте около
1100 г.; в ранней молодости отправился в Кордову, объездил часть
Испании, сев. Африку и Малую Азию, впоследствии принял приглашение
короля Сицилии, Рожера II, по поручению которого составил в 1154 г.
обширный географический труд, служивший объяснительным текстом к семи
серебряным картам, посвященным тому же Рожеру II. При составлении его И.
руководствовался как собственными наблюдениями, так и описаниями
путешественников, а равно показаниями еврейских, арабских, франкских и
особенно греческих купцов. Свои известия о русских И. составил по
сказаниям Ибн-Хаукаля и аль-Джайгани, писателя конца IX или начала Х
века, сочинения которого до нас не дошли. Особенно важны сведения,
заимствованные у альДжайгани, о разделении руссов на три племени и о
существовании, кроме Киева и Новгорода, еще третьего города, в котором
Гаркави ("Труды III археологического съезда", т. 1, стр. 345 - 352)
усматривает Смоленск. Извлечения из труда И. напечатаны в Риме в 1592 -
1597 гг., отдельные части издали: I. М. Hartmann ("Africa", Геттинген,

<<

стр. 80
(всего 253)

СОДЕРЖАНИЕ

>>