<<

стр. 13
(всего 41)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

иносказанием и действительностью. Таковы подробнейшие описания "создания
гомункула в хрустальных ретортах из майской росы и человеческой крови" (этот
процесс следует понимать как метафору соединения мужского и женского начала,
крови и росы, с целью достижения Андрогина - двуполого совершенного
существа)..."

Фактически Воланд обещает Мастеру производство в следующую степень -
теоретического философа. Интересно, что действие московских сцен "Мастера и
Маргариты" происходит в мае, так что один ингредиент гомункула оказывается
прямо под рукой. Другим ингредиентом должна послужить кровь убитого на Великом
балу у сатаны Барона Майгеля. Эта кровь "давно ушла в землю", так что она может
соединиться с майской росой и сделать возможным сотворение гомункула.

Полет Мастера в черном ночном небе к последнему приюту в скалах (вспоминается
шубертовское "Черные скалы мой покой", произносимое во время последнего
полета Коровьевым-Фаготом в варианте 1931 г.), где герой должен обрести степень
теоретического философа, ассоциируется с мрачной обстановкой теоретических
лож. Соколовская утверждала: "В противоположность светлому, красивому
убранству лож иоанновского масонства и причудливой обстановке красных
шотландских лож, ложи, предназначавшиеся для заседаний теоретических братьев,
были мрачны, их убирали черным сукном и черным шелком".

Поскольку теоретическая степень занимала промежуточное положение между
низшим, иоанновским М. и высшим, андреевским, неполнота награды, данной
булгаковскому герою, может найти здесь свое объяснение. Как предупреждал
Воланд Мастера в ранней редакции: "Ты не поднимешься до высот, не будешь
слушать мессы...". Последний приют, где творец романа о Понтии Пилате сможет
наслаждаться покоем, находится на границе света и тьмы.

Возлюбленный Маргариты не поднимается до степени рыцарей черного и белого
орла - "сынов света", но оказывается выше обладателей степеней иоанновского М.,
которым, по Соколовской "открыты были лишь символы кристаллически чистого
учения нравственного усовершенствования и служения на пользу страждущего
человечества". Таким "голым светом", говоря словами Воланда, способен
наслаждаться только одномерно мыслящий Левий Матвей, не только ученик Иешуа
Га-Ноцри, но и как бы обладатель низшей, ученической степени М. Булгаковский
Мастер выше столь примитивного понимания светлого начала, однако сам не
способен к борьбе и мщению, хотя и готов признать способность зла творить благо.
Поэтому он не в состоянии достичь высших степеней андреевского, или
шотландского М.

В завершении:
Булгаков думал умереть от финских ножей в спине
Масонский знак треугольника
И Кант тоже масон?!
Масонство и Коммунистическая партия едины!

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Масонство, часть 7 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Булгаков употреблял терминологию М. даже в своей переписке. В письме философу
Персонажи
и литературоведу П. С. Попову от 19 марта 1932 г. он, имея в виду гибель
Произведения
Александра Пушкина (1799-1837), утверждал: "Когда сто лет назад командора
Демонология
нашего русского ордена писателей пристрелили, на теле его нашли тяжелую
Великий бал у Сатаны
пистолетную рану. Когда через сто лет будут раздевать одного из потомков перед
Булгаковская Москва
отправкой в дальний путь, найдут несколько шрамов от финских ножей. И все на
Театр Булгакова спине. Меняется оружие!" Писатель иносказательно говорит о критической заметке
Родные и близкие драматурга Всеволода Вишневского (1900-1951), сорвавшей постановку "Кабалы
Философы святош" в ленинградском Большом драматическом театре. Себя, как и Пушкина,
Булгаков произвел в высшую степень писательского ордена, по аналогии с орденом
Булгаков и мы
масонским.
Булгаковедение
Рукописи
Символику М. в "Мастере и Маргарите" автор соединял с христианским преданием.
Фотогалереи
Бриллиантовый треугольник на портсигаре Воланда, предъявляемом литераторам
Сообщество Мастера на Патриарших, - это явно масонский знак, олицетворение того золотого
треугольника, который обреченный мастер Хирам-Адонирам бросил в глубокий
Клуб Мастера
колодец. В книге британского историка и богослова епископа Ф. В. Фаррара "Жизнь
Новый форум
Иисуса Христа" (1873), выписки из которой сохранились в булгаковском архиве,
Старый форум
можно прочесть: "Чтобы показать им (главным священникам, книжникам, раввинам,
Гостевая книга
представителям всех классов Синедриона), что самое писание пророчественно
СМИ о Булгакове
обличает их; Христос спросил, неужели они никогда не читали в Писании о камне,
СМИ о БЭ который отвергнут был строителями, но который, тем не менее, по чудесным целям
Лист рассылки Божиим, сделался главой угла? Как могли они дальше оставаться строителями,
когда весь план их строительства был отвергнут и изменен? Разве древнее
Партнеры сайта
мессианское пророчество не показывает ясно, что Бог призовет других строителей
Старая редакция сайта
на строительство своего храма?" М. учитывает в своем учении и эту притчу,
Библиотека
вследствие чего масонский треугольник на портсигаре Воланда мог быть истолкован
Собачье сердце
автором "Мастера и Маргариты" как краеугольный камень (отвергнутый камень,
(иллюстрированное)
который чудесным образом сделался главой угла).
Остальные произведения
Слова Ивана Бездомного: "Взять бы этого Канта, да за такие доказательства года на
Книжный интернет-
три в Соловки!" тоже связаны с темой М. Весной 1926 г. в Ленинграде ОГПУ
магазин
арестовало членов масонского кружка мартинистов во главе с Борисом
Лавка Мастера
Викторовичем Кириченко (1883 г. рождения), имевшим псевдонимы Астромов и
Ватсон. Этот бывший гвардейский офицер стал в революцию юрисконсультом
Смольного. Он являлся генеральным секретарем "Автономного русского
масонства", а в момент ареста служил финансовым инспектором губернского
отдела народного образования. Подробный рассказ о деле Кириченко-Астромова и
его товарищей, осужденных постановлением коллегии ОГПУ на 3 года лагерей, был
напечатан в вечернем выпуске "Красной газеты" 15 июня 1928 г. Там среди членов
астромовского кружка упоминались "последователи Канта, вычищенные из партии".
Таким образом, если не сам И. Кант, то его последователи-масоны в СССР в конце
20-х годов имели все шансы очутиться в Соловецком концлагере. В последнем
полете Мастер летит в костюме XVIII в., уподобляясь как Канту, так и обладателю
масонской степени теоретического философа.

В очерке "Красной газеты" указывалось, что Астромов был гипнотизером и вместе с
другим масоном Гредигером утверждал, что живет уже две тысячи лет. В "Мастере и
Маргарите" Воланда, во многом действующего как обладателя высшей масонской
степени, принимают за гипнотизера, а живет он никак не менее девятнадцати веков,
если присутствовал при допросе Понтием Пилатом Иешуа Га-Ноцри.

Авторы очерка, известные журналисты братья Тур (Леон Давидович Тубельский
(1905-1961) и Петр Львович Рыжей (1908-1978) писали, что руководители
ленинградских масонов "выставляли масонство как философское, умозрительное
течение, культурно-этический профсоюз, ничего общего с западным
политиканствующим масонством не имеющий. Более того, Астромов (кстати
сказать, участник штурма Зимнего в октябре 1917г.) декларировал масонство, как
попутчика ВКП(б) и исторически "доказывал" общность целей автономного русского
масонства и коммунистической партии". После ареста Астромов даже написал
письмо И. В. Сталину с изложением этих идей, оставшееся без ответа.

Не исключено, что дело кружка Астромова, показавшего живучесть М. в советских
условиях, стало одним из побудительных мотивов для Булгакова широко
использовать масонскую обрядность в "Мастере и Маргарите".

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» "Кабала святош"
Архив публикаций
Страницы: 1 2
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Персонажи
" абала святош" - пьеса, второе название которой - "Мольер".
Произведения
Демонология
Под этим названием была поставлена МХАТом 16 февраля 1936 г., однако из-за
Великий бал у Сатаны
резко критической статьи в "Правде" "Внешний блеск и фальшивое содержание" 9
Булгаковская Москва
марта 1936 г. спектакль был снят, успев пройти при неизменном аншлаге семь раз.
Театр Булгакова
В 1932 г. в Берлине вышел перевод К. с. на немецкий В. Грёгера. Впервые
Родные и близкие опубликована: Булгаков М. Пьесы. М.: Искусство, 1962.
Философы
К. с., пьесу о великом французском комедиографе Жане Батисте Мольере (Поклене)
Булгаков и мы
(1622-1673), Булгаков начал писать в октябре 1929 г., а в декабре того же года
Булгаковедение
закончил первую редакцию. 19 января 1930 г. драматург читал К. с. во МХАТе,
Рукописи который принял пьесу к постановке. Но 18 марта 1930 г. Главрепертком запретил К.
Фотогалереи с. Это событие стало одной из причин булгаковского письма правительству СССР от
28 марта 1930 г. с просьбой определить его судьбу и либо выслать за границу, либо
Сообщество Мастера
дать средства к существованию на родине. После некоторых исправлений текста, 3
Клуб Мастера
октября 1931 г. Главрепертком разрешил пьесу к постановке при условии ряда
Новый форум
купюр и изменений и только в театрах Москвы и Ленинграда. К. с. по требованию
Старый форум
цензуры получила название "Мольер".
Гостевая книга
12 октября 1931 г. Булгаков заключил договор с Ленинградским Большим
СМИ о Булгакове
Драматическим Театром на постановку К. с., а 15 октября - такой же договор с
СМИ о БЭ
МХАТом. 14 марта 1932 г. БДТ известил автора об отказе от постановки. Спектакль
Лист рассылки
был сорван выступлениями в ленинградской прессе известного драматурга
Партнеры сайта
Всеволода Витальевича Вишневского (1900-1951), писавшего 11 ноября 1931 г. в
Старая редакция сайта
"Красной газете": "Зачем тратить силы, время на драму о Мольере, когда к вашим
Библиотека услугам подлинный Мольер. Или Булгаков перерос Мольера и дал новые качества,
по-марксистски вскрыл "сплетения давних времен"?"
Собачье сердце
(иллюстрированное)
В письме своему другу П. С. Попову от 27 марта 1932 г. Булгаков так
Остальные произведения
охарактеризовал творца этого литературного доноса: "Внешне: открытое лицо,
Книжный интернет-
работа "под братишку", в настоящее время крейсирует в Москве". Впоследствии в
магазин
"Мастере и Маргарите" автор "Первой Конной" (1929) и "Оптимистической
Лавка Мастера
трагедии" (1933) был спародирован (через лавровишневые капли и устойчивое
сочетание древнерусских имен Мстислав - Всеволод) в образе критика-
конъюнктурщика Мстислава Лавровича, сыгравшего зловещую роль в травле
гениального Мастера. Для Вишневского Булгаков был не только идейный противник,
но и опасный в коммерческом смысле конкурент, поскольку К. с. и другие
булгаковские пьесы грозили вытеснить из репертуара произведения "братишки
моряка".

Репетиции К. с. во МХАТе затянулись более чем на четыре года. В ходе их
произошел конфликт основателя Художественного театра Константина Сергеевича
Станиславского (Алексеева) (1863-1938) с Булгаковым. Станиславский утверждал:
"Не вижу в Мольере человека огромной воли и таланта. Я от него большего жду.
Если бы Мольер был просто человеком... но ведь он - гений. Важно, чтобы я
почувствовал этого гения, не понятого людьми, затоптанного и умирающего...
Человеческая жизнь Мольера есть, а вот артистической жизни - нет". Эти мысли
"гениальный старик" высказал сразу после того, как 5 марта 1935 г. ему была
впервые продемонстрирована К. с. (без последней картины "Смерть Мольера").

Станиславский как будто чувствовал цензурную неприемлемость главной идеи
драматурга - трагической зависимости гениальнейшего комедиографа от ничтожной
власти, от напыщенного и пустого Людовика XIV (1638-1715) и окружающей короля
"кабалы святош" (последнее название вызвало аллюзии у цензоров и было
заменено). Главный режиссер МХАТа стремился сместить акценты пьесы и
перенести конфликт в план противостояния гения и не понимающей его толпы.
Даже сатирическая направленность творчества Мольера не казалась
Станиславскому столь уж опасной с цензурной точки зрения. Он указывал: "Ведь
Мольер обличал всех без пощады, где-то надо показать, кого и как он обличал".

22 апреля 1935 г. Булгаков направил Станиславскому письмо, где отказался
переделывать пьесу. Он подчеркнул, что "намеченные текстовые изменения...
нарушают мой художественный замысел и ведут к сочинению какой-то новой пьесы,
которую я писать не могу, так как в корне с нею не согласен", и выразил готовность
забрать пьесу из МХАТа. Станиславский капитулировал, согласился текст не
трогать, но пытался добиться торжества своих идей с помощью режиссуры,
побуждая актеров к соответствующей игре. Иначе, чем Булгаков, Станиславский
видел и декорации к спектаклю. Он хотел, чтобы спектакль был "парадным и
нарядным", "из золота и парчи", "чтобы все сияло как солнце". Точно также хотел
передать пышность века "короля-солнца" режиссер К. с. Николай Михайлович
Горчаков (1898-1958). На этот раз "система Станиславского" не сработала, труппа
отказалась играть так, как он хотел.

С конца мая 1935 г. Станиславский отказался от репетиций, и за постановку взялся
второй "отец-основатель" МХАТа Владимир Иванович Немирович-Данченко (1858-
1943). Пышные, с обилием позолоты и бархата декорации художника Петра
Владимировича Вильямса (1902-1947) призваны были придать спектаклю конкретно-
исторический колорит и замаскировать нежелательные ассоциации с
современностью. Булгакову и его третьей жене, в отличие от публики, постановка во
МХАТе не очень понравилась. 6 февраля 1936 г. после генеральной репетиции Е. С.
Булгакова записала в дневнике: "Это не тот спектакль, которого я ждала с 30 года..."

Участь К. с. была решена 29 февраля 1936 г., когда председатель Комитета по
делам искусств при Совнаркоме СССР Платон Михайлович Керженцев (Лебедев)
(1881-1940) представил в Политбюро ЦК ВКП(б) записку "О "Мольере" М. Булгакова
(в филиале МХАТа)", где информировал: "М. Булгаков писал эту пьесу в 1929-1931
гг., т. е. в тот период, когда целый ряд его пьес был снят с репертуара или не
допущен к постановке... Он хотел в своей новой пьесе показать судьбу писателя,
идеология которого идет вразрез с политическим строем, пьесы которого
запрещают.
В таком плане и трактуется Булгаковым эта "историческая" пьеса из жизни
Мольера. Против талантливого писателя ведет борьбу таинственная "Кабала",
руководимая попами, идеологами монархического режима... И одно время только
король заступается за Мольера и защищает его против преследований
католической церкви.
Мольер произносит такие реплики: "Всю жизнь я ему (королю) лизал шпоры и
думал только одно: не раздави... И вот все-таки раздавил..."; "Я, быть может, вам
мало льстил? Я, быть может, мало ползал? Ваше величество, где же вы найдете
такого другого блюдолиза, как Мольер?"; "Что я должен сделать, чтобы доказать,
что я червь?"
Эта сцена завершается возгласом: "Ненавижу бессудную тиранию!" (Репертком
исправил на: "королевскую") (К счастью, Керженцев не знал, что в черновике у
Булгакова было еще более крамольно: "Ненавижу государственную власть!")
Несмотря на всю затушеванность намеков, политический смысл, который Булгаков
вкладывает в свое произведение, достаточно ясен, хотя, может быть, большинство
зрителей этих намеков и не заметят.
Он хочет вызвать у зрителя аналогию между положением писателя при диктатуре
пролетариата и при "бессудной тирании" Людовика XIV".

Критика Керженцева поразительно совпадала с критикой К.с. Станиславским, хотя с
замечаниями режиссера чиновник наверняка не был знаком: "Пьеса о гениальном
писателе, об одном из самых передовых борцов за новую буржуазную культуру
против поповщины и аристократии, об одном из ярчайших реалистов XVIII столетия
(на самом деле должно быть - XVII, впрочем, опечатка вполне адекватна тому бреду
насчет "реализма" правоверного классициста Мольера и его борьбе за "новую
буржуазную культуру", которую Керженцев разделял с марксистской эстетикой того
времени), крепко боровшегося за материализм против религии, за простоту против
извращенности и жеманства. А где же Мольер?
В пьесе Булгакова писателя Мольера нет и в помине. Показан, к удовольствию
обывателя, заурядный актерик, запутавшийся в своих семейных делах,
подлизывающийся у короля - и только.
Зато Людовик XIV выведен, как истый "просвещенный монарх", обаятельный
деспот, который на много голов выше всех окружающих, который блестит как солнце
в буквальном и переносном смысле слова".

На самом деле Людовик у Булгакова показан не обаятельным, а вполне ничтожным
и подлым деспотом, но, говоря о монархе, Керженцев возвысил этот образ и ничего
не сказал о булгаковской иронии, поскольку ясно давал понять своим адресатам, кто
является действительным прототипом Людовика XIV, а о И. В. Сталине плохо
говорить было нельзя. Вывод же оказался убийственным для Булгакова: "Если
оставить в стороне политические намеки автора и апофеоз Людовика XIV, то в
пьесе полная идейная пустота - никаких проблем пьеса не ставит, ничем зрителя не
обогащает, но зато она искусно, в пышном пустоцвете, подносит ядовитые капли".

Отзыв Керженцева совпадал и с отзывом первого цензора К. с. Исаева: "Очевидно,
автор не без тайного замысла в такой скрытой форме хочет бить нашу цензуру,
наши порядки". Он даже предлагал пьесу разрешить, поскольку "переключение" в
нашу эпоху слишком замаскировано, трусливо", но Главрепертком тогда, в марте
1931 г., К. с. запретил. Пять лет спустя "замаскированность" политических намеков в
глазах Керженцева была уже не смягчающим, а отягчающим вину обстоятельством.
От опытного чиновничьего глаза не укрылись и попытки МХАТа приглушить аллюзии
К. с.: "Что же сделал театр с этим ядовитым пустоцветом? Политические намеки он
не хотел подчеркивать и стремился их не замечать. Не имея никакого идейного
материала в пьесе, театр пошел по линии наименьшего сопротивления. Он
постарался сделать из спектакля пышное зрелище и взять мастерством актерской
игры.
Вся энергия театра ушла в это внешнее. Декорации (Вильямса), костюмы,
мизансцены - все это имеет задачей поразить зрителя подлинной дорогой парчой,
шелком и бархатом".

Председатель Комитета по делам искусств предложил: "Побудить филиал МХАТа
снять этот спектакль не путем формального его запрещения, а через сознательный
отказ театра от этого спектакля, как ошибочного, уводящего их с линии
социалистического реализма. Для этого поместить в "Правде" резкую редакционную
статью о "Мольере" в духе этих моих замечаний и разобрать спектакль в других
органах печати.
Пусть на примере "Мольера" театры увидят, что мы добиваемся не внешне
блестящих и технически ловко сыгранных спектаклей, а спектаклей идейно
насыщенных, реалистически полнокровных и исторически верных - от ведущих
театров особенно".

Сталин возглавляет свору гонителей Булгакова
Советский миф о Мольере-соцреалисте
Антибулгаковская статья в "Правде"
Проницательный читатель - спаситель и пророк
Образец доноса на драматурга
МХАТ - кладбище пьес
Читайте завершение

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» "Кабала святош", часть 2
Архив публикаций
Страницы: 1 2
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Сталин одобрил предложения Керженцева. Еще до решения Политбюро в прессе
Персонажи
появились критические статьи против "Мольера". 11 февраля 1936 г. в "Советском
Произведения
искусстве" была напечатана статья давнего гонителя Булгакова председателя
Демонология
Главреперткома Осафа Семеновича Литовского (1892-1971) (в "Мастере и
Великий бал у Сатаны
Маргарите" он выведен в образе похожего на пастора критика Латунского). В тот же
Булгаковская Москва
день в письме П. С. Попову драматург так охарактеризовал эту публикацию: "О
Театр Булгакова
пьесе отзывается неодобрительно, с большой, но по возможности сдерживаемой
Родные и близкие злобой..." 22 февраля в мхатовской многотиражке "Горьковец" против К. с.
Философы выступили собратья Булгакова по писательскому цеху Всеволод Иванов (1895-
1963), Александр Афиногенов (1904-1941) и бывший товарищ по "Гудку" Юрий
Булгаков и мы
Олеша (1899-1960). Bс. Иванов обвинял драматурга в том, что он создал
Булгаковедение
"ординарную мещанскую пьесу", а Ю. Олеша считал главным недостатком пьесы
Рукописи
"отсутствие в фигуре Мольера профессиональных черт поэта, писателя".
Фотогалереи
Писавшие явно по заказу литераторы делали вид, что не читали интервью
Сообщество Мастера
Булгакова "Он был велик и неудачлив", опубликованное в "Горьковце" 15 февраля
Клуб Мастера
1936г.: "Меня привлекла личность учителя многих поколений драматургов, -
Новый форум
комедианта на сцене, неудачника, меланхолика и трагического человека в личной
Старый форум
жизни... Я писал романтическую драму, а не историческую хронику. В
Гостевая книга
романтической драме невозможна и не нужна полная биографическая точность".
СМИ о Булгакове Булгаков попытался, по его собственным словам, "проникнуть в загадку личной
СМИ о БЭ драмы Мольера", построив пьесу на версии, согласно которой вторая жена великого
комедиографа, Арманда Бежар (1645-1700), в действительности была его дочерью.
Лист рассылки
В связи с этим 17 февраля на К. с. обрушился рецензент "Вечерней Москвы",
Партнеры сайта
утверждавший, что "недопустимо строить пьесу на версии о Мольере-
Старая редакция сайта
кровосмесителе, на версии, которая была выдвинута классовыми врагами с целью
Библиотека
его политической дискредитации". Булгаковский Мольер противостоял уже
Собачье сердце сложившемуся советскому мифу о Мольере, представлявшему великого
(иллюстрированное) французского драматурга-классициста "борцом" за реализм, против религии,
Остальные произведения церкви, королевского абсолютизма и "феодальной" аристократии, к тому же
совершенно безгрешным в личной жизни.
Книжный интернет-
магазин
9 марта 1936 г. появилась инспирированная Керженцевым по поручению Политбюро
Лавка Мастера
антибулгаковская статья в "Правде". Там говорилось, что драматург написал
"реакционную", "фальшивую" и "негодную" пьесу, "извратив и опошлив"
мольеровскую биографию и творчество. Редакционная статья "Правды" особо
обрушилась на декорации спектакля, обвинив театр, что тот попытался скрыть
реакционное содержание пьесы "блеском дорогой парчи, шелка, бархата и всякими
побрякушками".

Не все зрители поняли содержащиеся в К. с. политические намеки, в этом П. М.
Керженцев был прав. Но проницательные читатели (и зрители) все же нашлись. 9
марта 1936 г. Булгаков получил письмо, подписанное "Ваша читательница", по-
настоящему ободрившее его в трудную минуту и показавшее, что творчество
драматурга доходит до той интеллигентной публики, которой оно адресовано. В
послании утверждалось: "Печальный конец Вашего Мольера Вы предсказали сами:
в числе прочих гадов, несомненно, из рокового яйца вылупилась и несвободная
печать.
А т. к. не только багровой, но и красной расцветки нет в Вашей пьесе, то ее
отстранили, как "Багровый остров".
Но все же однообразная Осанна, которую поют охрипшими голосами "поэтические
рвачи и выжиги", так надоела, что Ваши талантливые произведения всем известны
(я узнала содержание Вашего "Мольера" осенью 30-го г.)..."

Очевидно, что текст К. с. был известен поклонникам булгаковского творчества по
крайней мере за пять с половиной лет до премьеры спектакля. Неизвестная
читательница и почитательница Булгакова в своем письме возвышала автора К. с.
над литераторами-современниками: "Обидно для Вас, для актеров и для нас,
грешных, а хриплой Осанне тоже обидно: негромкое Ваше слово несомненно
заглушает ее хриплый вой. Видно, демократия и всякие свободы нам не по плечу.
Не унывайте, - пишите, не ждет ли и Вас судьба Мольера? Вас будут ставить и
читать и Вами восхищаться, когда от Афиногеновых и слуху не останется".
Предсказание восторженной читательницы сбылось примерно через три
десятилетия, когда в 60-е годы стали широко публиковать булгаковские
произведения, а о популярном в 30-е годы драматурге А. Н. Афиногенове забыли
почти сразу после его гибели от осколка германской авиабомбы в октябре 1941 г.

В тот же день, 9 марта 1936 г., Е. С. Булгакова зафиксировала в дневнике
обращенные к Булгакову просьбы представителей МХАТа написать покаянное
оправдательное письмо, от которого драматург категорически отказался.
Неизвестный осведомитель НКВД в донесении 14 марта 1936 г. сообщил
булгаковскую реакцию на события, связанные с К. с.: "Статья в "Правде" и
последовавшее за ней снятие с репертуара пьесы М. Булгакова особенно усилили
как разговоры на эту тему, так и растерянность. Сам Булгаков сейчас находится в
очень подавленном состоянии (у него вновь усилилась его боязнь ходить по улицам
одному), хотя внешне он старается ее скрыть. Кроме огорчения от того, что его
пьеса, которая репетировалась четыре с половиной года, снята после семи
представлений, его пугает его дальнейшая судьба как писателя... Он боится, что
театры не будут больше рисковать ставить его пьесы, в частности, уже принятую
театром Вахтангова "Александр Пушкин", и конечно, не последнее место занимает
боязнь потерять свое материальное благополучие. В разговорах о причине снятия
пьесы он все время спрашивает "неужели это действительно плохая пьеса?" и
обсуждает отзыв о ней в газетах, совершенно не касаясь той идеи, какая в этой
пьесе заключена (подавление поэта властью). Когда моя жена сказала ему, что, на
его счастье, рецензенты обходят молчанием политический смысл его пьесы, он с
притворной наивностью (намеренно) спросил: "А разве в "Мольере" есть
политический смысл?" и дальше этой темы не развивал. Также замалчивает
Булгаков мои попытки уговорить его написать пьесу с безоговорочной советской
позиции, хотя по моим наблюдениям, вопрос этот для него самого уже не раз
вставал, но ему не хватает какой-то решимости или толчка. В театре ему
предлагали написать декларативное письмо, но этого он сделать боится, видимо,
считая, что это "уронит" его как независимого писателя и поставит на одну
плоскость с "кающимися" и подхалимствующими. Возможно, что тактичный разговор
в ЦК партии мог бы побудить его сейчас отказаться от его постоянной темы (в
"Багровом Острове", "Мольере" и "Александре Пушкине") - противопоставления
свободного творчества писателя и насилия со стороны власти; темы, которой он в
большой мере обязан своему провинциализму и оторванности от большого русла
текущей жизни".

Не исключено, что безымянным осведомителем здесь выступил Евгений
Васильевич Калужский (1896-1966), актер МХАТа и свояк Булгакова, муж сестры Е.
С. Булгаковой Ольги Сергеевны Бокшанской (урожденной Нюренберг) (1891-1948). 9
марта 1936 г. Калужский с женой были у Булгаковых в момент, когда драматургу
предлагали оправдываться письмом. Сам Калужский, страдавший алкоголизмом,
однажды как будто даже прямо намекал на свою связь с органами. 24 августа 1934
г. Е. С. Булгакова отметила в дневнике: "Вечером был Женя Калужский,
рассказывал про свою летнюю поездку. Приехал во Владикавказ, остановился в
гостинице. Дико утомленный, уснул. Ночью пришли в номер четыре человека,
устроили обыск, потом повели его в ГПУ. Там часа два расспрашивали обо всем...
Потом извинились: Ошибка. Приняли за другого".

На Калужского как на осведомителя указывает и следующее более раннее обзорное
донесение от 23 мая 1935 г., принадлежащее, очевидно, тому же агенту, что
информировал о событиях, связанных со снятием К. с.: "БУЛГАКОВ М. болен каким-
то нервным расстройством. Он говорит, что не может даже ходить один по улицам и
его провожают даже в театр, днем." Далее приводится дословная оценка
драматургом руководителей МХАТа: "Работать в Художественном театре сейчас
невозможно. Меня угнетает атмосфера, которую напустили эти два старика
СТАНИСЛАВСКИЙ и ДАНЧЕНКО. Они уже юродствуют от старости и презирают все,
чему не 200 лет. Если бы я работал в молодом театре, меня бы подтаскивали,
вынимали из скорлупы, заставили бы состязаться с молодежью, а здесь все затхло,
почетно и далеко от жизни. Если бы я поборол мысль, что меня преследуют, я ушел
бы в другой театр, где наверное бы помолодел".

В дневнике Е. С. Булгаковой именно такой разговор записан 20 марта 1935 г. и как
раз с Е. В. Калужским: "Вчера у нас были Оля с Калужским. М. А. рассказывал нам,
как все это (репетиции К. с.) происходит в Леонтьевском. Семнадцатый век старик
(Станиславский) называет "средним веком", его же - "восемнадцатым". Пересыпает
свои речи длинными анекдотами и отступлениями, что-то рассказывает про
Стаховича (отставного генерала свиты Алексея Александровича Стаховича (1856-
1919), поступившего в Художественный театр актером, ставшего потом одним из его
директоров, а после революции покончившего с собой; послужил прототипом
упоминаемого в "Театральном романе" покойного генерал-майора Клавдия
Александровича Комаровского-Эшаппара де Бионкура, артиста Независимого
Театра), про французских актеров, доказывает, что люди со шпагами не могут
появиться на сцене, то есть нападает на все то, на чем пьеса держится. Портя какое-
нибудь место, уговаривает М. А. "полюбить эти искажения".

В кампании против К. с. принял участие и Михаил Михайлович Яншин(1902-1976),
один из наиболее близких Булгакову актеров МХАТа. 17 марта в "Советском
искусстве" появилась его беседа с репортером под заголовком "Поучительная
неудача", где утверждалось, что "на основе ошибочного, искажающего историческую
действительность текста поставлен махрово-натуралистический спектакль". Через
год, 22 февраля 1937 г., как отмечает Е. С. Булгакова, в Доме актера "Яншин
объяснялся по поводу статьи о "Мольере", говорил, что его слова исказили, что он
говорил совсем другое". Булгаков объяснений не принял и навсегда разорвал
дружбу с Яншиным, по иронии судьбы игравшим в К. с. роль верного слуги Бутона,
но в жизни вынужденного сыграть актера Муаррона, которому по ходу пьесы
пришлось предать Мольера, своего учителя и друга.

Весной и летом 1936 г. МХАТ безуспешно пытался договориться с драматургом о
внесении изменений в текст К. с. В августе 1936 г. в Синопе на Кавказе Н. М.
Горчаков, по свидетельству Е. С. Булгаковой, хотел "уговорить М. А. написать не то
две, не то три новых картины к "Мольеру". М. А. отказался: "Запятой не
переставлю". Неспособность МХАТа отстоять К. с. подтолкнула Булгакова к
решению уйти с должности мхатовского режиссера-ассистента. 9 сентября 1936 г.
он сказал об этом Е. С. Булгаковой, а 15 сентября подал заявление об уходе.
Вопреки мнению агентов НКВД, драматург не убоялся материальных трудностей. 9
сентября 1936 г. Е. С. Булгакова записала в дневнике насчет МХАТа: "После гибели
"Мольера" М. А. там тяжело:
- Кладбище моих пьес".

2 октября 1936 г. в письме другу и соавтору по пьесе "Александр Пушкин" Викентию
Вересаеву (Смидовичу) (1867-1945) Булгаков прямо связал свой уход из МХАТа со
снятием мольеровского спектакля: "Из Художественного театра я ушел. Мне тяжело
работать там, где погубили "Мольера".

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Попов П. С. ˜
Архив публикаций
Энциклопедия
опов Павел Сергеевич (1892-1964) - философ и литературовед, один из
Биография (1891-1940)
ближайших друзей Булгакова, автор первого булгаковского биографического очерка,
Персонажи
созданного в 1940 г. вскоре после смерти писателя, но опубликованного только в
Произведения
1991 г.
Демонология
Великий бал у Сатаны П. родился 28 июля (9 августа) 1892 г. в г. Иванове в семье крупного суконного
фабриканта Сергея Максимовича Попова (1862-1934). Окончил гимназию, а в 1915 г.
Булгаковская Москва
- историко-филологический факультет Московского университета, в один год с
Театр Булгакова
другим ближайшим булгаковским другом - Н. Н. Ляминым. Оставлен при
Родные и близкие
университете для подготовки к профессорскому званию. Преподавал в гимназиях,
Философы
был профессором Нижегородского университета, читал курс логики в московском
Булгаков и мы
Институте слова.
Булгаковедение
По воспоминаниям двоюродной сестры П. А. М. Шуберт: "После революции 1917
Рукописи
года и начавшейся перестройки в СССР всей науки началась перестройка и научной
Фотогалереи
деятельности Павла Сергеевича. От разработки философских проблем
Сообщество Мастера
гносеологического порядка он стал постепенно переходить на проблемы логики, на
Клуб Мастера
литературоведение... Для себя же углублялся в чтение ранних христианских
Новый форум философов (Фомы Аквинского) и философии средневековья (Блаженный Августин)".
Старый форум
С 1923 г. П. работал в Государственной Академии Художественных Наук (ГАХН). В
Гостевая книга
1926 г. женился на внучке писателя Льва Николаевича Толстого (1828-1910) Анне
СМИ о Булгакове
Ильиничне Толстой (1887-1954). В 1930 г. ГАХН расформировали. П. был исключен
СМИ о БЭ
из ГАХН и как представитель "эксплуататорских классов" в сентябре 1931 г. вместе
Лист рассылки
с женой выслан в Ленинград, где работал в Институте русской литературы
Партнеры сайта
(Пушкинском доме) АН СССР. В феврале 1932 г. с помощью А. И. Толстой получил
Старая редакция сайта
разрешение вернуться в Москву.
Библиотека
П. занимался творчеством Александра Пушкина (1799-1837), Федора Достоевского
Собачье сердце
(1821-1881), Антона Чехова (1864-1904), Льва Толстого, Ивана Тургенева (1818-
(иллюстрированное)
1883) и др., работал над академическим пушкинским собранием сочинений,
Остальные произведения
переводил Платона (428 или 427 - 348 или 347 до н. э.) и других античных авторов.
Книжный интернет-
В 1944 г. стал заведующим кафедрой логики в МГУ.
магазин
Лавка Мастера Скончался 31 января 1964 г. в Москве. Похоронен на Ваганьковском кладбище.
Автор многих статей и нескольких книг, в том числе вузовского учебника
"Логика" (1960) и посмертно изданной монографии "Развитие логических идей от
античности до эпохи Возрождения" (1974).

П. познакомился с Булгаковым в 1926 г. и, сразу же оценив булгаковский талант,
высказал пожелание стать биографом писателя. П. в 20-е годы со слов Булгакова
зафиксировал ряд фактов его жизни и творчества, которые использовал позднее
для создания биографического очерка. Эти записи, сделанные по памяти, касаются
раннего творчества Булгакова, до "Дней Турбиных" включительно, а также жизни
писателя в годы гражданской войны.

Обращает на себя упоминающийся здесь ненайденный пока фельетон того
периода: "В революционные годы писал фельетоны. Наиболее выдающийся "День
главного врача", где описывается военная обстановка". Возможно, этот фельетон
стал первой редакцией рассказа "Необыкновенные приключения доктора".

Интересна и характеристика, данная Булгаковым "Белой гвардии": "Свой роман
считаю неудавшимся, хотя выделяю из своих других вещей, так как к замыслу
относился очень серьезно". Соотношение повествовательного и драматургического
начала в своем творчестве Булгаков сравнил с левой и правой рукой пианиста,
подчеркнув невозможность противопоставить одно другому. Писатель признался П.
в большом значении снов в своих произведениях: "Сны играют для меня
исключительную роль. Теперь снятся только печальные сны. В романе сны
построены искусственно. Прямых реальных черт они не отображают".

П. увлекали проблемы творчества и бессознательного. Сохранились рукописи его
статей для терминологического словаря ГАХН, так и не увидевшего свет. В статье
"Творчество" П. анализировал и творческий процесс Булгакова, явно пользуясь
консультациями писателя: "Автопортретный образ Алексея Турбина в романе
"Белая гвардия" Булгакова, слившись с фигурой Най-Турса, дал в позднейшем
тексте "Дней Турбиных" новый комбинированный образ Алексея, более сложный и
структурный, что явствует из сличения текста романа с пьесой. Самые продукты
творчества носят на себе отпечаток своего генезиса".

А в статье "Бессознательное" П. в качестве примера "развития творческой фантазии
на основе впечатлений, сохранившихся в памяти", привел булгаковскую "Белую
гвардию": "Бегство Тальберга в Германию. Сборы. "А потом... потом в комнате
противно, как во всякой комнате, где хаос укладки, и еще хуже, когда абажур
сдернут с лампы. Абажур священен. Никогда не убегайте крысьей побежкой на
неизвестность от опасности. У абажура дремлите, читайте, пусть воет вьюга -
ждите, пока к вам придут". Это место П. связал с воспоминаниями Булгакова о
лампе в отцовском кабинете, зафиксированными в беседе с писателем: "Особое
значение для меня имеет образ лампы с абажуром зеленого цвета. Это для меня
очень важный образ. Возник он из детских впечатлений - образа моего отца,
пишущего за столом. Если мать мне служила стимулом создания романа "Белая
гвардия", то по моим замыслам образ отца должен быть отправным пунктом для
другого замышляемого мною произведения". Тогда, в 1926 г., Булгаков уже
задумывался над будущим романом "Мастер и Маргарита", где отразились научные
интересы отца, А. И. Булгакова - история Христианства, а также проблемы
современного Масонства.

Сохранилась довольно обширная переписка П. и Булгакова за 1928-1939 гг. В
первом из известных писем от 8 сентября 1928 г. П. писал с Кавказа, имея в виду
пьесу "Бег": "Вы сами знаете, как приходится страдать от отсутствия настоящей
литературы в теперешнее время, - за прошлый год в театрах не удалось посмотреть
ни одной мало-мальски ценной вещи; и вот есть основание предполагать, что в
предстоящем году удастся посмотреть одно действительно ценное
произведение" (надежды, как известно, не оправдались, поскольку "Бег" был
запрещен).

Предметом обсуждения в переписке стало содержание и судьбы пьес "Кабала
святош", "Адам и Ева", "Блаженство" и театральной и кинематографической
инсценировок "Мертвых душ", равно как и возобновление (после снятия в 1929 г.)
"Дней Турбиных". П. блистал остроумием, Булгаков ему не уступал. 28 февраля
1932 г. П. сообщал из Ленинграда: "Вот марксистов тут меньше, чем в Москве,
поэтому я об экономических основах Турбинской пьесы и не подумал; на первое
представление не успел попасть...". А по поводу "Блаженства" он писал 6 марта
1934 г.: " 2222-й год (время действия в пьесе) меня очень интересует. Я очень
люблю и ценю чисто научные прозрения в будущее".

П. имел склонность к сравнительно-литературоведческим исследованиям. 19 марта
1934 г. он поделился с Булгаковым очередным открытием: "Сегодня решил не
заниматься - читаю французский роман, заподозрив, что дедушка Толстой недаром
его читал, называется он "Une femme genante" ("Стеснительная женщина"), а
главный герой Corentin, пропусти букву Т и выйдет недурной русский роман, а
Толстой любил qui pro quo (один вместо другого (лат.), в значении путаница,
недоразумение)".

Несомненно, от П. с его огромной эрудицией не могло укрыться, что и Булгаков
"недаром" читал многие произведения мировой литературы, отразившиеся в его
творчестве. В булгаковском письме П. от 25 января 1932 г. отчетливо сквозит
пессимизм, вызванный продолжающимся запретом всех пьес и личной драмой -
невозможностью встречаться с будущей третьей женой Е. С. Булгаковой и
постепенным распадом брака со второй женой Л. Е. Белозерской: "Бессонница,
ныне верная подруга моя, приходит на помощь и водит пером. Подруги, как
известно, изменяют. О, как желал бы я, чтобы эта изменила мне!
Итак, дорогой друг, чем закусывать, спрашиваете Вы? Ветчиной. Но этого мало.
Закусывать надо в сумерках, на старом потертом диване, среди старых и верных
вещей. Собака должна сидеть на полу у стула, а трамваи слышаться не должны.
Сейчас шестой час утра, и вот они уже воют, из парка расходятся. Содрогается мое
проклятое жилье... Впервые ко мне один человек пришел, осмотрелся и сказал, что
у меня в квартире живет хороший домовой. Надо полагать, что ему понравились
книжки, кошка, горячая картошка. Он ненаблюдателен. В моей яме живет скверная
компания: бронхит, ревматизм и черная дамочка - Нейрастения. Их выселить
нельзя. Дудки! От них нужно уехать самому".

Но это письмо писалось долго - вплоть до 24 февраля. За это время успело
произойти одно чрезвычайно радостное для Булгакова событие - возобновление
"Дней Турбиных" во МХАТе. Поэтому свое послание он закончил на более
оптимистической ноте: "Для автора этой пьесы это значит, что ему - автору -
возвращена часть его жизни. Вот и все".

Литературные вкусы Булгакова и П. в значительной степени совпадали. Судя по
письмам, оба высоко ставили прозу Алексея Апухтина (1840-1893), оставаясь
равнодушными к его поэзии. Это было уже во время смертельной болезни
Булгакова. Его последнее дошедшее до нас письмо П. датировано 24 января 1940
г.: "Жив ли ты, дорогой Павел? Меня морозы совершенно искалечили, и я чувствую
себя плохо. Позвони!"

Во время болезни друг навещал писателя, а после его кончины вошел в комиссию
по литературному наследству. В биографическом очерке, предназначавшемся для
так и не вышедшего в свет сборника булгаковских пьес, П. очень точно сказал о
Булгакове: "Беспокойный, трудный путь писателя, пройденный с таким напряжением
и неоскудевавшей энергией, путь жизни и творчества, на который было затрачено
столько сил, работы и душевных мук и который оборвался так рано и
несправедливо, дает право писателю на безмятежную оценку его писательского
труда и на глубокую и вечную признательность за незабываемый вклад, внесенный
им в сокровищницу русской литературы".

Е. С. Булгакова П. и особенно его жену явно недолюбливала, что отразилось в
дневниковых записях. П. и А. И. Толстая принадлежали к кругу знакомых Л. Е.
Белозерской и через нее познакомились с Булгаковым.

В последнем из дошедших до нас писем Булгакову от 12 декабря 1939 г. П.
цитировал из собственного предисловия к выходящему под его редакцией сборника
документов "Архив опеки Пушкина": "В связи с юбилеем, как известно, широко
развернулась работа советских писателей по созданию новых драматических
произведений, связанных с жизнью Пушкина, романов, ему посвященных, и т.п.
Однако эти строки, в скрытой форме упоминавшие булгаковскую пьесу "Александр
Пушкин", в тексте издания не сохранились, в чем П. признавал и свою вину: "В
последний момент цензура потребовала, чтобы в предисловие был включен
отдельный абзац о Николае I. Я его сделал, но места оставалось недостаточно, а
переверстывать весь том - невозможно. Как быть? Мне говорят: вычеркните лишнее
из предисловия. Я отвечаю, что лишнего не пишу. Ну, мы без вас найдем. И
вычеркивают вышеприведенные строки. Я возражаю. А мне в ответ: да какие такие
драматические произведения о Пушкине вы нашли? Я было хотел назвать то, из
чего я внутренне исходил - твою пьесу, да махнул рукой и сказал: делайте, как
хотите. А вышло глупо: ведь если кому будет интересна книга, так постановщикам
твоей пьесы, и хорошо бы, если бы это было предусмотрено предисловием. А я
смалодушествовал". П. не рискнул назвать цензорам имя друга-драматурга, почти
все пьесы которого находились под запретом.

Е. С. Булгакова записала 11 июня 1937 г.: "Вечером - Аннушка с Патей Поповым.
Случайно пришел Мелик (А. Ш. Мелик-Пашаев (1906-1964), дирижер Большого
театра). Аннушка, по своей глупости, решила не ударить лицом в грязь перед
Меликом и говорила о "высшем свете" (в связи с "Анной Карениной")... Ругала
Немировича за книжку, ругала кого-то, кто описал ее отца, Илью Толстого, кричала
"мой отец женился девственником и двадцать лет не изменял жене!"... На Мелика
они произвели удручающее впечатление".

Но еще более удручающее впечатление на вдову Булгакова произвел отзыв о
романе "Мастер и Маргарита", содержавшийся в адресованном ей письме П. от 27
декабря 1940 г. Здесь вместе с массой комплиментов покойному автору настойчиво
проводилась мысль о невозможности публикации главного булгаковского
произведения (осторожный П. явно опасался, как бы чего не вышло): "Я все под
впечатлением романа. Прочел первую часть, кончая визитом буфетчика к Вас. Дм.
Шервинскому (так именовался профессор Кузьмин в одном из промежуточных
вариантов последней редакции романа, который читал П. и который до нас не
дошел). Я даже не ждал такого блеска и разнообразия: все живет, все сплелось, все
в движении - то расходясь, то вновь сходясь. Зная по кусочкам роман, я не
чувствовал до сих пор общей композиции, и теперь при чтении поражает
слаженность частей: все пригнано и входит одно в другое. За всем следишь, за
подлинной реальностью, хотя основные элементы - фантастика. Один из самых
реальных персонажей - кот. Что ни скажет, как ни поведет лапой - как рублем
подарит. Как он отделал киевского дядюшку Берлиоза - очки надел и паспорт
смотрел самым внимательным образом. Хохотал и больше всего над пением в
филиале в Ваганьковском переулке. Я ведь чувствую и слышу, как вдруг ни с того ни
с сего все, точно сговорившись, начинают стройно вопить. И слова - это прелесть:
Славное море священный Байкал! Вижу, как их подхватывает грузовик - а они все
свое. В выдумке М. А. есть поразительная хватка - сознательно или бессознательно
он достиг самых вершин комизма. Современные эстетики (Бергсон (здесь речь идет
о работе французского философа лауреата Нобелевской премии по литературе
Анри Бергсона (1859-1941) "Смех" (1899-1924) и др.) говорят, что основная пружина
смеха - то комическое чувство, которое вызывается автоматическим движением
вместо движения органического, живого, человеческого, отсюда склонность
Гофмана к автоматам. И вот смех М. А. над всем автоматическим и поэтому
нелепым - в центре многих сцен романа.
Вторая часть - для меня очарование. Этого я совсем не знал - тут новые
персонажи и взаимоотношения - ведь Маргарита Колдунья это Вы и самого себя
Миша ввел. И я думал по новому заглавию, что Мастер и Маргарита означают
Воланда и его подругу. Хотя сначала читал залпом, а теперь решил приступить ко 2-
ой части после паузы, подготовив себя и передумав первую часть.
Хочется отметить и то, что мимолетные сцены, так сказать, второстепенные
эпизоды также полны художественного смысла. Например, возвращение Рюхина из
больницы; описание природы и окружающего с точки зрения встрясок на грузовике,
размышления у памятника Пушкина - все исключительно выразительно.
Я подумал, что наш плотниковский подвальчик (квартира П. в Плотниковом
переулке, 10/28) Миша так энергично выдрал из тетрадки, рассердившись на меня
за что-то. Это может быть и так, но изъял это место Миша, конечно, по другой
причине - ведь наш подвальчик Миша использовал для описания квартиры Мастера
(и по мнению Л. Е. Белозерской, выраженному в ее мемуарах, плотниковская
квартира П. и А. И. Толстой послужила прообразом подвальчика Мастера в
окончательном тексте "Мастера и Маргариты"). А завал книгами окон, крашеный
пол, тротуарчик от ворот к окнам - все это он перенес в роман, но нельзя было
вдвойне дать подвальчик. Словом - уступаю свою прежнюю квартиру.
Но вот, если хотите - грустная сторона. Конечно, о печатании не может быть речи.
Идеология романа - грустная, и ее не скроешь. Слишком велико мастерство, сквозь
него все еще ярче проступает. А мрак он еще сгустил, кое-где не только не
завуалировал, а поставил точки над i. В этом отношении я бы сравнил с "Бесами"
Достоевского. У Достоевского тоже поражает мрачная реакционность - безусловная
антиреволюционность. Меня "Бесы" тоже пленяют своими художественными
красотами, но из песни слов не выкинешь - и идеология крайняя. И у Миши так же
резко. Но сетовать нельзя. Писатель пишет по собственному внутреннему чувству -
если бы изъять идеологию "Бесов", не было бы так выразительно. Мне только
ошибочно казалось, что у Миши больше все сгладилось, уравновесилось, - какой
тут! В этом отношении, чем меньше будут знать о романе, тем лучше. Гениальное
мастерство всегда остается гениальным мастерством, но сейчас роман
неприемлем. Должно будет пройти лет 50-100. Но как берегутся дневники Горького,
так и здесь надо беречь каждую строку - в связи с необыкновенной литературной
ценностью. Можно прямо учиться русскому языку по этому произведению.
Вот мои первые беспорядочные строки в связи с новыми страницами творчества
М. А., с которыми я имел счастье познакомиться - благодаря Вам, почему и прошу
Вас принять выражения моей глубокой признательности".

После этого письма переписка П. с Е. С. Булгаковой прервалась на пятнадцать лет,
чему способствовала и "идеологическая" оценка П. главного булгаковского романа.
Последнее из известных писем П. Е. С. Булгаковой датировано 21 декабря 1955 г.
Из текста видно, что письму предшествовал перерыв отношений (П. благодарил "за
внимание и память"), а само оно было ответом на присылку книги булгаковских пьес
(М. Булгаков. Дни Турбиных. Последние дни. М.: Искусство, 1955): "Я снова оказался
во власти обаяния Миши и его таланта. То обстоятельство, что я впервые читал
печатный текст любимых моих произведений, захватило меня целиком: показалось,
что вернулись вновь старые времена - как будто ничего не было, я сижу в
подвальчике, читаю и сейчас пойду поделиться своими впечатлениями в соседний
переулок (когда П. жил в Плотниковском переулке, Булгаков снимал квартиру
неподалеку - в М. Левшинском).
Какой стиль! Ведь ни одного лишнего слова, а образы вспыхивают как живые при
максимально сжатом тексте".

П. не дожил трех лет до первой публикации столь высоко оцененного им романа
"Мастер и Маргарита".

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Лямин Н. Н. ˜
Архив публикаций
Энциклопедия
ямин Николай Николаевич (1892-1941?) -
Биография (1891-1940)
филолог, один из ближайших друзей
Персонажи
Булгакова.
Произведения
На даче в Крюково. 1926 г. М.А.
Демонология Родился в 1892 г. в Москве в купеческой Булгаков, Л.Е.Белозерская, Н.Н.
Великий бал у Сатаны семье. Потомственный почетный гражданин. Лямин
Окончил гимназию, а в 1915 г. - историко-
Булгаковская Москва
филологический факультет Московского
Театр Булгакова
университета (вместе с другим булгаковским
Родные и близкие
товарищем, П. С. Поповым, с которым тогда
Философы
же сблизился).
Булгаков и мы
Булгаковедение Специализировался по западноевропейской литературе, был оставлен в
университете для приготовления к профессорскому званию. В 1910-е годы женился
Рукописи
на Александре Сергеевне Прохоровой из известной купеческой семьи. В начале 20-
Фотогалереи
х годов вступил в брак с художницей Наталией Абрамовной Ушаковой (1899-1990).
Сообщество Мастера
Клуб Мастера В 1923-1930 гг. работал в Государственной Академии Художественных Наук (ГАХН),
где заведовал кабинетом теоретической поэтики. Там под началом Л. служил П. С.
Новый форум
Попов. Одновременно Л. был старшим библиотекарем Библиотеки Высшего Совета
Старый форум
Народного Хозяйства (ВСНХ). После закрытия ГАХН осенью 1930 г. стал
Гостевая книга
заведующим библиотекой Наркомата Рабоче-крестьянской Инспекции.
СМИ о Булгакове
СМИ о БЭ
Осенью 1931 г. в рамках кампании по изъятию у населения валюты и ценностей Л.
Лист рассылки
был задержан и, по воспоминаниям Н. А. Ушаковой, провел в заточении около двух
Партнеры сайта недель. Валюты и ценностей у Л. не обнаружили. Впечатления Л. от этого эпизода
Старая редакция сайта послужили основой для истории сна Никанора Ивановича Босого в "Мастере и
Маргарите". Неслучайно, как свидетельствуют записи в дневнике третьей жены
Библиотека
писателя Е. С. Булгаковой, первым, кому была прочитана в сентябре 1933 г. ранняя
Собачье сердце
редакция главы романа о валютчиках, оказался Л.
(иллюстрированное)
Остальные произведения
Позднее Л. организовал библиотеку Академии коммунального хозяйства, и
Книжный интернет-
заведовал ею, а в январе 1936 г. стал ученым секретарем Государственной
магазин
библиотеки СССР им. В. И. Ленина, но вскоре его уволили по доносу, обвинив в
Лавка Мастера
политической неблагонадежности, после чего Л. работал в библиотеке Академии
архитектуры.

3 апреля 1936 г. Л. был арестован и осужден на три года лагерей. Срок отбывал в
лагере Чибь-ю на севере. В начале 1939 г. был освобожден и в начале февраля
поселился в Калуге (Л. было запрещено жительство в Москве, Ленинграде и ряде
других крупных городов). Преподавал немецкий язык в школе. Вскоре после начала
22 июня 1941 г. Великой Отечественной войны Л. был повторно арестован.
Дальнейшая его судьба неизвестна. По одним сведениям, Л. умер в 1942 г. в одном
из сибирских лагерей, по другим - был расстрелян через короткое время после
ареста в 1941 г. Посмертно реабилитирован.

Знакомство Л. с Булгаковым произошло в начале 1924 г. у писателя Сергея
Сергеевича Заяицкого (1893-1930) (Долгий пер., 11, кв. 11). Автор подарил Л.
сборник "Дьяволиада" со следующей надписью: "Настоящему моему лучшему другу
Николаю Николаевичу Лямину. Михаил Булгаков. 1925 г. 18 июля. Москва".

Л. и Булгаков часто играли в шахматы. Это увлечение Л. отразилось в ранней
редакции "Мастера и Маргариты". Когда Иван Бездомный вслед за Воландом
врывался в незнакомую квартиру в Савельевском переулке, швейцар в подъезде
встречал его словами: " - Зря приехали, граф, Николай Николаевич к Боре в
шахматы ушли играть". Здесь имелись в виду Л. и еще один его с Булгаковым
партнер по шахматам - Борис Валентинович Шапошников (1890-1956), художник,
искусствовед и театровед. Квартира же, где Иван Бездомный вместо Воланда
находит голую гражданку в ванной, сохранилась и в окончательном тексте романа -
это квартира Л. в 20-е годы. Хотя официальный адрес был Остоженка, 7, кв. 66,
фактически располагалась она в д. 12 по Савельевскому переулку.

Сохранилась переписка Л. и Булгакова за 1926-1939 гг. В первом из известных
писем, отправленном летом 1926 г. с дачи в Крюково под Москвой, Л. беспокоится
за судьбу булгаковской пьесы "Дни Турбиных", в ранней редакции называвшейся
"Белая гвардия": "Самое сильное и лучшее в пьесе - сцена в гимназии. Ни за какие
блага мира не соглашайся пожертвовать ею. Она производит потрясающее
впечатление, в ней весь смысл. Образ Алеши нельзя видоизменять ни в чем,
прикасаться к нему кощунственно. Театр же достаточно коверкал пьесу: нельзя
было выбрасывать сцен, следовало сокращать текст".

Сохранились главным образом письма Л. Булгакову - двадцать одно, и лишь два
ответных булгаковских письма. Это связано с тем, что после ареста 3 апреля 1936 г.
по распоряжению Л. Н. А. Ушакова уничтожила булгаковские письма к нему.

В 1932 г. Л. очень заинтересовался работой Булгакова над мольеровской
биографией и 1 августа 1932 г. советовал ему: "Ты грозишься сделаться самым
осведомленным знатоком Мольера. Мне очень хотелось бы быть в Москве, чтобы
узнать, как ты думаешь писать биографию Мольера и переделывать "Мещанина во
дворянстве" (из этой переделки вышла пьеса "Полоумный Журден"). Не пиши
только слишком научной сухой биографии, изложи лучше главное из жизни Мольера
в беллетристической форме. Ведь это должно у тебя получиться так хорошо!
(Булгаков очень удачно последовал данному совету в "Мольере"). Если тебе
необходимы какие-нибудь книги, которых нет в Москве, я постараюсь разыскать их у
ленинградских антикваров... Мне очень хотелось бы видеть "Мещанина во
дворянстве" на сцене не только в твоей переделке, но и в твоей постановке.
Неужели и на этот раз тебе не удастся получить самостоятельной сценической
работы?" (этой мечте Булгакова и его друга так и не суждено было сбыться).

После ареста Л. переписка прервалась вплоть до февраля 1939 г. Л. постоянно звал
Булгакова к себе в Калугу, однако Булгаков, занятый работой над "Батумом" и
"Мастером и Маргаритой", а также оперными либретто в Большом театре, не успел
навестить друга до своей роковой болезни. 1 октября 1939 г., отвечая на
недошедшее до нас булгаковское письмо, где сообщалось об открывшемся
нефросклерозе, Л. писал: "...Очень был огорчен твоим письмом, но глубоко верю,
что ты вскоре поправишься, мы встретимся, поговорим и даже выпьем".

Но болезнь Булгакова прогрессировала. 16 октября 1939 г. Л. с тревогой обращался
к Е. С. Булгаковой: "...Все время живу очень обеспокоенный Макиным (Мака -
шутливое прозвище Булгакова, придуманное, по свидетельству его второй жены Л.
Е. Белозерской, самим писателем в честь персонажа сказки - сына злой
орангутангихи и употреблявшееся Л., П. С. Поповым и другими знакомыми писателя
из так называемого "пречистенского" круга) здоровьем. Ведь в конце концов, ты же
знаешь, как он мне всегда был близок и любим. Я верю, что все должно обойтись
благополучно. Но когда я получил открытку (по-видимому, написанную тобою)
(скорее всего, это и другие булгаковские письма Л. 1939 г. были изъяты или
уничтожены при повторном аресте Л. в 1941 г.), где он говорит, что будет рад, если
ему удастся выскочить с одним глазом, я расплакался (пишу, конечно, только тебе).
Нет, этого я не могу себе представить. Мака еще нужен очень многим, и надо его
подбодрить, хотя бы этой мыслью".

В феврале 1940 г. Л. приехал в Москву на один день и навестил вместе с Н. А.
Ушаковой умирающего друга. Уже после смерти Булгакова 21 марта 1940 г. Л.
написал его вдове: "Дорогая Люся! Я знаю, что тебе сейчас совсем не до меня, но
мне захотелось тебе написать. Огромное горе, постигшее тебя, постигло нас всех. Я
никак не могу себе представить, что никогда больше не увижу Маку, не услышу, как
он читает свои новые произведения, не сыграю с ним в шахматы. Вспоминаются все
те большие и маленькие радости, которые я получал от него. Многое было
пережито вместе, а ведь наша последняя встреча была такой мимолетной. Только
сейчас отдаешь себе отчет, каким большим и хорошим человеком был Мака. И вот
не удалось его удержать, несмотря на беспримерную преданность, проявленную
тобой. Об этом мне много писали и Патя (П. С. Попов) и Тата (Н. А. Ушакова)"

Е. С. Булгакова явно недолюбливала Л., как и весь пречистенский круг знакомых и
друзей писателя, интеллигентов, в большинстве своем связанных с ГАХН. В
позднейшей редакции дневниковой записи от 8 февраля 1936 г. она отметила: "Коля
Лямин. После него М. А. говорил, что хочет написать или пьесу или роман
"Пречистенка", чтобы вывести эту старую Москву, которая его так раздражает".
Первоначально же данная запись звучала следующим образом: "Вчера был Коля и
безумно раздражал меня и Мишу своими пошлыми разговорами. Миша дал
убийственную характеристику того круга, в котором Коля вращается. Коля притих и
был подавлен".

А в связи с болезнью Булгакова его третья жена 29 сентября 1939 г. сделала в
дневнике следующее замечание: "Характерно для Пречистенки. Тата Лямина
позвонила, но сказала, что Коле не будет сообщать в Калугу о болезни Миши до тех
пор, пока Миша не выздоровеет, а то Коля расстроится.

После женитьбы на Е. С. Булгаковой происходило постепенное отдаление писателя
от Л. и других пречистенцев в связи с появлением иного круга друзей, связанных с
МХАТом и Большим Театром, представителей той "новой художественной
интеллигенции", что сделали успешную карьеру при Советской власти и несколько
свысока смотрели на дореволюционных интеллигентов, стремившихся в
традиционной гуманитарной культуре найти прибежище от революционных бурь.

В ранней редакции "Собачьего сердца" в качестве соблазнителя пожилой дамы,
желающей сделать у профессора Преображенского операцию по омоложению,
назывался "этот Мориц", в позднейших редакциях замененный "этим Альфонсом".
Здесь имелся в виду сотрудник ГАХН искусствовед Владимир Эмильевич Мориц
(1890-1972), к которому ушла первая жена Л. Поместив персонажа с этой фамилией
в юмористический контекст, Булгаков своеобразно "отомстил" за страдания друга.

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Босой Никанор Иванович ˜
Архив публикаций
Энциклопедия
иканор Иванович Босой - персонаж романа
Биография (1891-1940)
"Мастер и Маргарита", председатель жилищного
Персонажи
товарищества дома 302-бис по Садовой, где
Произведения
расположена Нехорошая квартира.
Демонология
Великий бал у Сатаны
В ранней редакции романа Н. И. Б. звался
Булгаковская Москва
Никодимом Григорьевичем Поротым, заставляя
Театр Булгакова вспомнить автора апокрифического Никодимова
Родные и близкие Евангелия, особенно подробно излагавшего
историю Понтия Пилата.
Философы
Булгаков и мы
Н. И. Б. завершает длинный ряд управдомов-
Булгаковедение
мошенников в булгаковском творчестве, начатый
Рукописи "барашковым председателем" в
Фотогалереи "Воспоминании...", Швондером в "Собачьем
сердце" и Аллилуйей-Портупеей в "Зойкиной
Сообщество Мастера
квартире" и продолженный Буншей-Корецким в
Клуб Мастера
"Блаженстве" и "Иване Васильевиче".
Новый форум
Старый форум
Председатель жилтоварищества дома 302-бис
Гостевая книга
достаточно далеко ушел от своего прототипа -
СМИ о Булгакове
управляющего домом No50 по Б. Садовой караима
СМИ о БЭ
К. Сакизчи (в рассказе "No13. - Дом Эльпит-Рабкоммуна" он выведен под именем
Лист рассылки
Христи), превратившись в русского, а после проделок Воланда уверовавшего в
Партнеры сайта
христианского Бога: " - Бог истинный, бог всемогущий, - заговорил Никанор
Старая редакция сайта Иванович, - все видит, а мне туда и дорога. В руках никогда не держал и не
подозревал, какая такая валюта! Господь меня наказует за скверну мою, - с
Библиотека
чувством продолжал Никанор Иванович, то застегивая рубашку, то расстегивая, то
Собачье сердце
крестясь, - брал! Брал, но брал нашими, советскими! Прописывал за деньги, не
(иллюстрированное)
спорю, бывало...
Остальные произведения
На просьбу не валять дурака, а рассказывать, как попали доллары в вентиляцию,
Книжный интернет-
Никанор Иванович стал на колени и качнулся, раскрывая рот, как бы желая
магазин
проглотить паркетную шашку.
Лавка Мастера
- Желаете, - промычал он, - землю буду есть, что не брал? А Коровьев - он черт.
Всякому терпению положен предел, и за столом уже повысили голос, намекнули,
что ему пора заговорить на человеческом языке.
Тут комнату с этим самым диваном огласил дикий рев Никанора Ивановича,
вскочившего с колен:
- Вон он! Вон он за шкафом! Вот ухмыляется! И пенсне его... держите его! Окропить
помещение!
Кровь отлила от лица Никанора Ивановича, он, дрожа, крестил воздух, метался к
двери и обратно, запел какую-то молитву и, наконец, понес полную околесицу".

Ловля Н. И. Б. черта - Коровьева-Фагота у следователя ОГПУ разительно
напоминает поиски черта Иваном Карамазовым во время допроса в "Братьях
Карамазовых" (1879-1880) Федора Достоевского (1821-1881), причем оба героя
одинаково сходят с ума. У Булгакова идет пародийное снижение по сравнению с
Достоевским: в черта, а через него и в Бога поверил не образованный богоборец-
нигилист, а полуграмотный хапуга-управдом.

Эпизод сна Н.И.Б., где он видит себя в помещении своеобразного театра (там
небритых мужчин заставляют сдавать валюту и ценности), навеяна личными
впечатлениями близкого друга Булгакова филолога Н. Н. Лямина. Как вспоминала
вторая жена Лямина Н. А. Ушакова (1899-1990), "Николая Николаевича тоже
вызвали. Уж не знаю, почему они решили, что у нас что-то есть. Может быть,
потому, что они уже вызывали первую жену Николая Николаевича - Александру
Сергеевну Лямину, которая была из известной купеческой семьи Прохоровых, кроме
того, у них уже сидела ее тетка. Николай Николаевич просидел там недели две".

В 1929 г. ОГПУ начало кампанию по изъятию у населения валюты, золота и
драгоценностей. Подозреваемых "валютчиков" держали в тюремных камерах иногда
по несколько недель в надежде, что те "добровольно" выдадут хотя бы часть того,
что имеют. При этом задержанных кормили соленой пищей, а воды давали мало.

11 декабря 1933 г. третья жена писателя Е. С. Булгакова зафиксировала в дневнике,
как дальний родственник А. М. Земского (1892-1946) (мужа сестры Булгакова Нади)
"сказал про М. А. - послать бы его на три месяца на Днепрострой, да не кормить,
тогда бы он переродился. Миша: - Есть еще способ - кормить селедками и не давать
пить".

Здесь соответствующий способ Булгаков, очевидно ассоциировал не только с
гоголевским Городничим, практиковавшим в "Ревизоре" (1836) подобное в
отношении купцов, но и со страданиями Лямина и других "валютчиков".

Н. А. Ушакова свидетельствовала, что тетка ее мужа, Прохорова, "у них уже долго
сидела. Какое-то ожерелье или колье они искали... не помню, чье оно и у кого было
спрятано. И Николая Николаевича все время об этом спрашивали, но он от всего
отказывался и говорил, что ничего не знает. А первую жену Николая Николаевича
тоже туда вызывали и тоже колье спрашивали, но они заранее договорились ни в
чем не признаваться. В общем, он ничего не говорил о тетке до тех пор, пока ее не
провели перед ним. Тогда он убедился, что они ее все равно знают. Потом у нас
сделали обыск, но у нас, конечно, ничего не было, и они унесли две дешевые
побрякушки со стекляшками вместо камней, и Николая Николаевича выпустили. И
вот, он Булгакову обо всем этом подробно рассказывал, и тот написал эту главу про
сон Никанора Ивановича почти слово в слово".

Арест Лямина произошел осенью 1931 г. 26 октября 1931 г. Булгаков сообщал в
письме своему другу философу и литературоведу П. С. Попову в Ленинград: "Коля
(Н. Н. Лямин) живет пристойно, но простудился на днях". Слова о простуде могли
быть иносказательным сообщением о задержании.

Первый вариант главы о сне Н. И. Б. был написан в сентябре 1933 г. Тогда она
называлась "Замок чудес". 17 и 27 сентября, судя по записям Е. С. Булгаковой,
писатель читал ее Лямину. В дальнейшем глава неоднократно переделывалась и
частично уничтожалась, вероятно, из-за политической остроты содержания. Однако
и в окончательном тексте сохранилась история тетки Пороховниковой на
Пречистенке, скрывающей валюту и драгоценности.

В первом варианте главы "Последний полет" романа "Мастер и Маргарита",
написанном в июле 1936 г., Воланд предупреждал Мастера: "Исчезнет из памяти
дом на Садовой, страшный Босой, но исчезнет мысль о Ганоцри и о прощенном
игемоне". Первоначально Н. И. Б. должен был быть фигурой более зловещей - не
только взяточником, но и вымогателем и доносчиком, возможно, игравшим по
отношению к Мастеру ту же роль, которая в окончательном тексте досталась
Алоизию Могарычу.

Очевидно, тогда Н. И. Б. проецировался на кого-то из "теплой компании"
жилтоварищества дома No50 по Б. Садовой, о которой Булгаков писал сестре Наде
1 декабря 1921 г.: "Одно время пережил натиск со стороны компании из конторы
нашего дома. "Да А. М. (имеется в виду муж Н. А. Булгаковой А. М. Земский) триста
шестьдесят пять дней не бывает. Нужно его выписать. И вы тоже неизвестно откуда
взялись" и т.д. и т.д. Не вступая ни в какую войну, дипломатически вынес в
достаточной степени наглый и развязный тон, в особенности со стороны С.
смотрителя. По-видимому, отцепились. Андрея настоял не выписывать... С. довел
меня до белого каления, но я сдерживаюсь, потому что не чувствую, на твердой ли я
почве. Одним словом, пока отцепились".

24 марта 1922 г. писатель сообщал сестре: "...Дом уже "жилищного рабочего
кооператива" и во главе фирмы вся теплая компания, от 4-7 по-прежнему заседания
в комнате налево от ворот".

Также и Н. И. Б. наделен только одной страстью - к еде и выпивке. От любимого
занятия его и отрывают сотрудники ОГПУ. В окончательном тексте Н. И. Б. - фигура
уже не столь зловещая, в большей мере юмористическая.

Прототип Н. И. Б. запечатлен в рассказе "Воспоминание...": "Председатель
домового управления, толстый, окрашенный в самоварную краску, человек, в
барашковой шапке и с барашковым же воротником, сидел, растопырив локти, и
медными глазами смотрел на дыры моего полушубка".

В "Мастере и Маргарите" также подчеркивается, что председатель
жилтоварищества - "тучный", "толстяк с багровой физиономией" (багровым лицо у Н.
И. Б. стало от потрясения, вызванного долларами, обнаруженными в вентиляции, и
арестом).

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Понтий Пилат ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Персонажи
онтий Пилат - римский прокуратор (наместник) Иудеи в конце 20-х - начале 30-х
Произведения
гг. н. э., при котором был казнен Иисус Христос. Понтий Пилат - один из главных
Демонология
героев романа "Мастер и Маргарита".
Великий бал у Сатаны
Булгаковская Москва
На первый взгляд, Понтий Пилат у Булгакова - человек без биографии, но на самом
Театр Булгакова
деле вся она в скрытом виде присутствует в тексте. Ключом здесь является
Родные и близкие
упоминание битвы при Идиставизо, где будущий прокуратор Иудеи командовал
Философы кавалерийской турмой и спас от гибели окруженного германцами великана Марка
Крысобоя. Идиставизо (в переводе с древнегерманского - Долина Дев, как и
Булгаков и мы
упомянуто у Булгакова) - это долина при р. Везер в Германии, где в 16 г. римский
Булгаковедение
полководец Германик (15 до н. э. - 19 н. э.), племянник императора Тиберия (43 или
Рукописи
42 до н. э. - 37 н. э.), разбил войско Арминия (Германа) (18 или 16 до н. э. - 19 или 21
Фотогалереи
н. э.), предводителя германского племени херусков (хеврусков).
Сообщество Мастера
Слово же "турма" помогает определить этническое происхождение Понтия Пилата
Клуб Мастера
Из статьи в Энциклопедическом словаре Брокгауза и Эфрона писатель знал, что
Новый форум
турма - это подразделение эскадрона (алы) римской кавалерии, причем сама
Старый форум
кавалерия в императорский период набиралась исключительно из неримлян. Ала
Гостевая книга
носила название народности, из которой она формировалась. В статье Брокгауза и
СМИ о Булгакове
Эфрона приводился пример алы германского племени батавов. Римские
СМИ о БЭ кавалеристы рекрутировались из той местности, вблизи которой происходили
Лист рассылки боевые действия или квартировали войска. Поэтому у Булгакова сирийская ала в
Иудее вполне правдоподобна.
Партнеры сайта
Старая редакция сайта
П. П. как служивший в кавалерии, без сомнения, римлянином по рождению не был,
Библиотека а, скорее всего, происходил из германцев. Значительная часть тех же хеврусков не
Собачье сердце признала власти Арминия и сражалась против него вместе с римлянами. Сам
(иллюстрированное) Арминий, как отмечалось в Брокгаузе и Эфроне, "в молодости служил в римских
легионах, участвовал в походах против возмутившихся паннонцев и получил звание
Остальные произведения
римского всадника". Понтий Пилат у Булгакова неслучайно пожалован тем же
Книжный интернет-
званием.
магазин
Лавка Мастера
Германское происхождение Понтия Пилата в романе подтверждается многими
деталями. Упоминание, что прокуратор был сыном короля-звездочета и мельничихи
Пилы, восходит к средневековой майнцской легенде о короле-астрологе Ате и
дочери мельника Пилы, живших в прирейнской Германии. Однажды Ат, находясь в
походе, узнал по звездам, что зачатый им тотчас ребенок станет могущественным и
знаменитым. Королю привели первую попавшуюся женщину - мельничиху Пилу.
Родившийся мальчик получил имя от сложения их имен.

Булгаков был знаком с поэмой Георгия Петровского "Пилат" (1893-1894), где
подчеркивалось германское происхождение Понтия Пилата. Как и в "Мастере и
Маргарите", в поэме Петровского прокуратор наделен сочувствием к Иисусу, в
проповеди которого он не видит никакой угрозы общественному порядку. Понтий
Пилат противопоставляет нового проповедника иудейскому духовенству: "...Кроткий
Иисус - религии новатор, /Политики он чужд, язвит лишь фарисеев". Получив донос,
прокуратор вызывает Иисуса и увещевает его: "Послушай, Назорей, теперь уж вот
три года, /Как я тебе даю свободу говорить / И не жалею: речь твоя мудра народу, /
Достоин ты всегда других уму учить. / Читал ли ты когда Сократа иль Платона, - /
Величеством учения ты всех к себе зовешь, /Ты выше всех философов, ты выше их
закона... /Ты ненависть к себе ученьем возбудил, /И не дивися им, врагам твоим
заклятым, /Их много, и Сократ таких не умирил". У Петровского Понтий Пилат
уверяет Иисуса, что тот должен смягчить, свою проповедь "для покоя" общества, но
слышит в ответ: "То, что я несу народу, / Не есть раздор, война, но мир один,
любовь; /Родился я в тот день, когда покой, свободу /Дал Август миру Римскому;
израильская кровь /Из-за других прольется, а не из-за меня".

Иисус арестован по доносу Иуды, "синедрион, сановники... все требовали мщенья".
А Понтий Пилат "трусости своей не может победить, /Он чует, мстит судьба законом
правым, /И правду он теперь боится совершить". Прокуратор до конца пытается
спасти Иисуса, но напрасно: "В чем вся его вина?.. Народа Он учитель?.. /Ужели
мыслит он за кесаря царить? /Ужель он бунтовщик иль тайный возмутитель? / Его
ль боитесь вы, стараетесь убить?.. / Кого хотите вы, чтоб я вам отпустил на ваш
пасхальный дар. Его или Варраву? / - Сего, Варраву нам! - народ загомонил, /
Вожатаями купленный на это свое право. /Замолкли голоса: Пилат во гневе дышит...
Нависла туча темная и скрыла высь лазури... /Он смотрит на собрание, шептания их
слышит, /И сам он сознает затишье перед бурей".

У Булгакова Понтий Пилат точно так же отмечает знакомство Иешуа Га-Ноцри с
трудами греческих философов, присутствует у писателя и уникальный,
встречающийся, кажется, ранее только у Петровского мотив трусости Понтия
Пилата: прокуратор в "Мастере и Маргарите", как и в поэме, видит
несостоятельность обвинения в "оскорблении величества", которое
инкриминируется Га-Ноцри, и пытается убедить иудеев отпустить его, а не Вар-
равана. А после оглашения приговора надвигается туча, и Понтий Пилат чувствует
приближающуюся грозу.

Всадник Золотое Копьё
Пилат был немцем
Прокуратор Иудеи сейчас живёт в Альпах
Читайте продолжение>>>

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Понтий Пилат, часть 2 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
У Петровского Иисус предрекает Пилату, что кровь иудеев прольется не по его вине.
Персонажи
У Булгакова прокуратор грозит первосвященнику Иосифу Каифе, что Ершалаим
Произведения
будет взят и уничтожен римскими легионами. Здесь он точно следует описанию
Демонология
французским историком Эрнестом Ренаном (1823-1892) в книге "Антихрист" (1866)
Великий бал у Сатаны
взятия Иерусалима будущим императором Титом (39-81) в 70 г. (отсюда обещание
Булгаковская Москва
привести под стены города весь легион Фульмината (Молниеносный) и арабскую
Театр Булгакова конницу).
Родные и близкие
В поэме муки совести П. П, из-за гибели по его вине Иисуса усиливаются тем, что
Философы
прокуратору уже однажды пришлось по трусости совершить предательство. У
Булгаков и мы
Петровского Пилат - херуск по имени Ингомар: "Отец его с херусками ушел разить
Булгаковедение
врагов, /А сыну поручил беречь сестру и мать, /Изрек ему проклятие он будущих
Рукописи годов, /Когда забудет он за землю их стоять. /Давно это было. Отец не воротился, /И
Фотогалереи взросший Ингомар завет его забыл. / За золото и блеск с врагом он подружился, /И,
жизнь свою щадя, он силе уступил. /И ловкий юноша был сметлив в деле ратном, /
Сообщество Мастера
Гордился похвалой искуснейших солдат, /И имя его прежнее погибло безвозвратно /
Клуб Мастера
За меткий его глаз он назван был Пилат".
Новый форум
Старый форум Через поэму Петровского Булгаков познакомился с этой средневековой немецкой
легендой о происхождении П. П. и использовал ее в романе: прокуратор именуется
Гостевая книга
у него Всадником Золотое Копье, очевидно, как за меткий глаз, так и за любовь к
СМИ о Булгакове
золоту.
СМИ о БЭ
Лист рассылки
В булгаковском архиве сохранилась выписка из книги немецкого религиеведа
Партнеры сайта
Артура Древса (1865-1935) "Миф о Христе" с этимологизацией "Пилат - копейщик".
Старая редакция сайта

<<

стр. 13
(всего 41)

СОДЕРЖАНИЕ

>>