<<

стр. 16
(всего 41)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

вспоминала Т. Н. Лаппа: "...На той стороне коридора, напротив, жила такая
Фотогалереи
Горячева Аннушка. У нее был сын, и она все время его била, а он орал. И вообще,
Сообщество Мастера
там невообразимо что творилось. Купят самогону, напьются, обязательно начинают
Клуб Мастера
драться, женщины орут: "Спасите! Помогите!"... Ей лет шестьдесят было.
Новый форум
Скандальная такая баба. Чем занималась - не знаю. Полы ходила мыть, ее
Старый форум нанимали..."
Гостевая книга
В Д. н. ж. Анна Тимофеевна ругается не с сыном, а с дочерью-комсомолкой.
СМИ о Булгакове
Фигурирующий в фельетоне извозчик ("Я катал... На резвой, ваше
СМИ о БЭ
высокоблагородие!") в "Мастере и Маргарите" трансформировался в лихача,
Лист рассылки
предлагающего доставить в лечебницу Ивана Бездомного ("А вот на беговой! Я
Партнеры сайта
возил в психическую!").
Старая редакция сайта
Библиотека Разговоры в ресторане Дома Печати ("Ваше здоровье. Братья писатели!.. Семь раз
солянка по-московски! ...Эх, гармония хороша! Еду на Волгу! Переутомился я!")
Собачье сердце
предвосхищают курортно-гастрономические разговоры в ресторане Дома
(иллюстрированное)
Грибоедова.
Остальные произведения
Книжный интернет-
В финале Д. н. ж. пьяный умоляет "разбудить меня непременно, чтоб меня черт
магазин
взял, в десять минут пятого... нет, пять десятого..." В "Мастере и Маргарите" черт,
Лавка Мастера
точнее, Воланд, действительно взял и выбросил в Ялту не успевшего толком
протрезветь обитателя Нехорошей квартиры - Степана Богдановича Лиходеева.

В Д. н. ж. Булгаков иронизирует над так называемой "общенародной
собственностью". Безымянная героиня, у которой лопнула купленная в
Государственном Универсальном магазине юбка, на возмущенное восклицание:
"Вот тебе твой ГУМ универсальный!" получает резонный ответ: "Он такой же мой,
как и твой. Сто миллионов носки на один день".

Критика госторговли была продолжена в повести "Собачье сердце" (1925), где
профессор Преображенский убеждает окружающих: "Нигде кроме такой отравы не
получите, как в Моссельпроме", перефразируя известный рекламный лозунг
Владимира Маяковского (1893-1930): "Нигде кроме как в Моссельпроме!"

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Белый А. ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Персонажи
елый Андрей (Борис Николаевич Бугаев) (1880-
Произведения
1934) - русский поэт, писатель, литературовед и
Демонология
философ, оказавший значительное влияние на
Великий бал у Сатаны
творчество Булгакова.
Булгаковская Москва
Театр Булгакова
Родился 14 октября (26 октября) 1880 г. в семье
Родные и близкие профессора математики Московского университета. В
Философы сентябре 1891 г. Б. начал учебу в знаменитой гимназии
Л. И. Поливанова (Загарина) (1839-1899), по окончании
Булгаков и мы
которой в 1899 г. поступил на естественное отделение
Булгаковедение
физико-математического факультета Московского
Рукописи
университета. 28 мая 1903 г. при окончании
Фотогалереи
университета удостоен диплома 1-й степени (особых
успехов Б. достиг в органической химии). На следующий
Сообщество Мастера
день умер отец Б., Николай Васильевич Бугаев (1837-1903).
Клуб Мастера
Новый форум
После окончания университета Б. продолжает интенсивное поэтическое творчество,
Старый форум
начало которого приходится на 1897-1898 гг. К 1903 г. были написаны уже четыре
Гостевая книга "симфонии" Б. - своеобразные поэмы белым стихом, по структуре повторяющие
СМИ о Булгакове музыкальные симфонии.
СМИ о БЭ
Б. становится одним из видных представителей символизма, сближается с
Лист рассылки
Александром Блоком (1889-1921), Валерием Брюсовым (1873-1924), Константином
Партнеры сайта
Бальмонтом (1867-1942) и другими поэтами-символистами, пишет открытое письмо
Старая редакция сайта
"Несколько слов декадента, обращенных к либералам и консерваторам",
Библиотека программные статьи "О теургии", "Символизм, как миропонимание" (1903) и др. В
1904 г. Б. начал занятия на историко-филологическом факультете Московского
Собачье сердце
университета.
(иллюстрированное)
Остальные произведения
В революцию 1905 г. Б. познакомился с "Капиталом" (1867-1883) К. Маркса (1818-
Книжный интернет-
1883), после чего назвал себя "социал-символистом", участвовал в студенческих
магазин
митингах и демонстрациях.
Лавка Мастера

В сентябре 1906 г. Б., оставив университетские занятия, уехал в Германию, затем во
Францию. Вернувшись в Москву в феврале 1907 г., Б. активно участвует в
литературной жизни, публикует стихи и статьи по теории искусства и поэзии,
выступает с лекциями, совершает еще несколько заграничных путешествий. В 1909
г. Б. близко сошелся с художницей Анной Алексеевной Тургеневой (Асей) (1890-
1966).

В 1911 г. они вместе отправились в путешествие в Тунис, Египет и Палестину, после
которого был начат роман "Петербург", где "петербургский период" русской истории
осмыслен в контексте судеб мира, в том числе и древних восточных цивилизаций.
Публикация "Петербурга" в 1913-1914 гг. принесла Б. всемирную известность как
постреалистическому новатору в прозе. Он едва ли не первым в мире стал писать
ритмизованный прозаический текст.

В марте 1914 г. Б. вступил в гражданский брак с А. А. Тургеневой в Швейцарии, где
они работали на постройке антропософского храма Гетеанум. Там писателя с женой
застало начало первой мировой войны. В августе 1916 г. Б. вернулся в Россию в
связи с призывом на военную службу, но, получив отсрочку, в армии так и не
служил.

В конце 1917 г. сблизился с Клавдией Николаевной Васильевой (урожденной
Алексеевой) (1886-1970), ставшей его официальной женой только в июле 1931 г. До
этого, в конце мая 1931 г. она была арестована, как видный деятель
антропософского движения в России, но затем, благодаря хлопотам Б., ее
освободили. После ареста муж Клавдии Николаевны, врач П. Н. Васильев, дал,
наконец, согласие на развод.

С октября 1921 г. по октябрь 1923 г. Б. жил в Германии, однако затем ему было
разрешено вернуться в СССР. В 1924 г. Б. начал работу над циклом романов
"Москва", который предполагалось сделать тетралогией. Однако Б. успел написать
только три романа: "Московский чудак", "Москва под ударом", и "Маски". Б. также
написал цикл мемуаров "На рубеже двух столетий", "Начало века" и "Между двух
революций", изданный в 1930-1935 гг.

8 января 1934 г. Б. скончался от паралича дыхательных путей после кровоизлияния
в мозг. Похоронен, как и Булгаков, на Новодевичьем кладбище.

Посмертно в 1934 г. вышло исследование Б. "Мастерство Гоголя". Помимо
перечисленных, Б. автор сборников статей "Символизм" (1910) и "Арабески" (1911),
книг стихов "Золото в лазури" (1904), "Пепел" (1909), "Королевна и рыцари" (1919),
романов "Котик Летаев" (1916) и "Крещеный китаец" (1927) и ряда других
произведений. Б. увлекался теософией и мистическим антропософским учением
Рудольфа Штейнера (1861-1925), основателя Антропософского общества (1913). О
встречах с немецким мыслителем в Германии и Швейцарии Б. оставил книгу
воспоминаний "Рудольф Штейнер", опубликованную только в 1982 г. в Париже.

Произведения Б., особенно чрезвычайно популярный в 1910-1920-е годы
"Петербург", оказали существенное влияние на творчество Булгакова. В 1926 г.
писатели обменялись подарками - книгами. Б. оставил следующую дарственную
надпись на экземпляре романа "Московский чудак": "Глубокоуважаемому Михаилу
Афанасьевичу Булгакову от искреннего почитателя. Андрей Белый (Б. Бугаев).
Кучино. 20 сент. 26 г."

Реакцию же Булгакова зафиксировала записка секретаря издательства "Недра"
Петра Никаноровича Зайцева (1889-1970) о передаче булгаковского сборника
"Дьяволиада" - "Подарок автора, который был очень растроган Вашим вниманием".

Если маститый и признанный писатель, каким к середине 20-х годов был Б., обратил
внимание на сочинения начинающего автора, то, значит, почувствовал в них что-то
близкое себе. В свете этого выбор книг, которыми обменялись Б. и Булгаков,
вероятно, не случаен. В "Московском чудаке", опубликованном в 1926 г., главный
герой, математик профессор Коробкин, делает открытие, на основе которого могут
быть созданы лучи, применимые в военных целях.

В повести "Роковые яйца", написанной в 1924 г. и опубликованной в 1925 г. в шестой
книге альманаха "Недр" (она вошла и в сборник "Дьяволиада"), профессор Персиков
изобретает лучи, которые вызывают ускоренный рост живых организмов и тоже
оказываются применимы для военных нужд: в результате трагической ошибки
возникают гигантские гады, чуть не погубившие (а в первоначальной редакции -
погубившие-таки) Москву. Возможно, фабула повести Булгакова была использована
Б. в "Московском чудаке". Работу над романом он начал в конце 1924 г., а авторские
чтения "Роковых яиц" происходили уже в начале 1925 г.

Пародии раннего Булгакова на Андрея Белого
Азиатский город-миф и миф вождей
Сатана Мандро, он же тараканий царь, он же пират из Дома Грибоедова
Читайте продолжение>>>

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Белый А., часть 2 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
В сборник "Дьяволиада" вошел также рассказ "No13. - Дом Эльпит-Рабкоммуна",
Персонажи
начало которого - сознательное, легко узнаваемое подражание "Петербургу": "Ах, до
Произведения
чего был известный дом. Шикарный дом Эльпит. Однажды, например, в десять
Демонология
вечера стосильная машина, грянув веселый мажорный сигнал, стала у первого
Великий бал у Сатаны
парадного. Два сыщика, словно тени, выскочили из земли и метнулись в тень, а
Булгаковская Москва
один прошмыгнул в черные ворота, а там по скользким ступеням в дворницкий
Театр Булгакова
подвал. Открылась дверца лакированной каретки, и, закутанный в шубу, высадился
Родные и близкие дорогой гость.
Философы В квартире No3 генерала от кавалерии де Баррейна он до трех гостил.
До трех, припав к подножию серой кариатиды, истомленный волчьей жизнью,
Булгаков и мы
бодрствовал шпион. Другой до трех на полутемном марше лестницы курил, слушая
Булгаковедение
приглушенный коврами то звон венгерской рапсодии, capriccioso, - то цыганские
Рукописи
буйные взрывы:
Фотогалереи
Сегодня пьем! Завтра пьем
Сообщество Мастера Пьем мы всю неде-е-лю - эх!
Раз... еще раз...
Клуб Мастера
До трех сидел третий на ситцево-лоскутной дряни в конуре старшего дворника. И
Новый форум
конусы резкого белого света до трех горели на полукруге. И из этажа в этаж по
Старый форум
невидимому телефону бежал шепчущий горделивый слух: "Распутин здесь.
Гостевая книга
Распутин".
СМИ о Булгакове
СМИ о БЭ Многие детали рассказа - из "Петербурга": лакированная карета сенатора
Аблеухова, незнакомец, превращающийся в тень, и тени сыщиков следующие за
Лист рассылки
ним ("Две тени утекли в промозглую муть"), образ кариатиды у подъезда
Партнеры сайта
возглавляемого Аблеуховым учреждения; дворницкий подвальчик, в котором
Старая редакция сайта
прячется от агентов террорист Дудкин... Роман Б. для Булгакова - символ
Библиотека
дореволюционной России, и начало рассказа дает ее абрис. Действие здесь
Собачье сердце развивается в разудалом песенном ритме и как бы пародирует ритмизованную
(иллюстрированное) прозу Б.
Остальные произведения
"Петербург" повлиял и на "Белую гвардию", что отмечалось еще в предисловии к
Книжный интернет-
парижскому изданию булгаковского романа 1928-1929 гг. Это сказалось в описании
магазин
Города (родного для Булгакова Киева), в коротких рубленых фразах разговоров на
Лавка Мастера
улицах, в иногда возникающем ритме, активном использовании песенных текстов
для выражения настроений героев.

В романе Б. возникал образ Петербурга - города-мифа, олицетворяющего целую
эпоху русской истории, эпоху господства бюрократии, при внешнем европейском
лоске сохранившей азиатскую сущность. Отсюда, вероятно, и татарская фамилия
Аблеухова, одним из прототипов которого послужил оберпрокурор Священного
Синода К. П. Победоносцев (1827-1907).

Для Булгакова Город в "Белой гвардии" олицетворял миф новой, революционной
эпохи - миф вождей, вознесенных массами, как отражающих народные чувства и
чаяния, будь то С. В. Петлюра или Л. Д. Троцкий. Поэтому обращение к
"Петербургу" вполне логично: новый миф строится с использованием элементов
старого. В повести же "Дьяволиада", давшей название сборнику, подаренному Б.,
Булгаков доказывал, что бюрократия совсем не погибла с революцией, а
превосходно чувствует себя и в советское время.

Отзвуки же "Московского чудака" можно найти в более поздних булгаковских вещах -
пьесе "Бег" и романе "Мастер и Маргарита". Один из главных героев романа Б. -
Эдуард Эдуардович фон Мандро, крупный делец и международный авантюрист,
человек с неопределенной биографией: "Происхождение рода Мандро было темно;
одни говорили, что он датчанин, кто-то долго доказывал - вздор; Эдуард
Эдуардович - приемыш усыновленный, отец же его был типичнейший грек, одессит -
Малакака; а сам фон Мандро утверждал, что он - русский, что прадед его проживал
в Эдинбурге, был связан с шотландским масонством, достиг в нем высшей степени,
умер в почете; при этом показывал старый финифтевый перстень; божился, что
перстень - масонский".

Мандро даже во внешности наделен чертами сатаны: "грива иссиня-черных волос с
двумя вычерненными серебристыми прядями, точно с рогами, лежащими справа и
слева искусным причесом "над лбом".

Черты этого героя отразились в "Беге" в образе "тараканьего царя" Артура
Артуровича - авантюриста неопределенной национальности, скрывающего свое
еврейское происхождение (кстати сказать, в последующих томах эпопеи "Москва"
еврейское происхождение Мандро, на которое есть явные намеки в "Московском
чудаке", окончательно выясняется). Как и у героя Б., у Артура Артуровича имя и
отчество совпадают и имеют британскую окраску. По тому же принципу в "Мастере и
Маргарите" сконструированы имя и отчество директора ресторана Дома Грибоедова
Арчибальда Арчибальдовича, который назван пиратом, а в редакции 1929 г. связан
с адом непосредственно, а не только в воображении рассказчика, как в
окончательном тексте.

Похожи и портреты двух героев: Эдуард Эдуардович и Арчибальд Арчибальдович -
брюнеты, оба одеты в черные фраки, причем Мандро - "артист спекуляции", часто
"топящий" на бирже конкурентов. Артистичен и директор ресторана Дома
Грибоедова, которого Булгаков неслучайно сравнивает с пиратом в Карибском
море.

Воланд и Мандро - близнецы-братья
Маркиз де Сад и Калиостро 20 века
Кот на черепе трупа
Азазелло в прошлом был омерзительным карликом-сифилитиком
Читайте об этом далее>>>

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Белый А., часть 3 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Ряд черт Мандро можно найти и в Воланде "Мастера и Маргариты". При первом
Персонажи
своем появлении Эдуард Эдуардович похож на иностранца ("казалось, что выскочил
Произведения
он из экспресса, примчавшегося прямо из Ниццы"), одет во все заграничное и
Демонология
щегольское - "английская серая шляпа с заломленными полями", "с иголочки
Великий бал у Сатаны
сшитый костюм, темно-синий", "пикейный жилет", а в руках, одетых в перчатки,
Булгаковская Москва
сжимает трость с набалдашником. Мандро - гладко выбритый брюнет, его лицо
Театр Булгакова
кривит гримаса злобы, а при встрече с сыном профессора Митей Коробкиным
Родные и близкие "вскинул он брови, показывая оскалы зубов", и снял шляпу.
Философы
Воланд является перед литераторами на Патриарших примерно в таком же виде:
Булгаков и мы
"Что касается зубов, то с левой стороны у него были платиновые коронки, а с
Булгаковедение
правой - золотые. Он был в дорогом сером костюме, в заграничных в цвет костюма
Рукописи
туфлях. Серый берет он лихо заломил на ухо, под мышкой нес трость с черным
Фотогалереи набалдашником в виде головы пуделя. По виду лет сорока с лишним. Рот какой-то
кривой. Выбрит гладко. Брюнет. Правый глаз черный, левый почему-то зеленый.
Сообщество Мастера
Брови черные, но одна выше другой. Словом - иностранец".
Клуб Мастера
Новый форум
У героя же "Московского чудака" "съехались брови - углами не вниз, а наверх,
Старый форум содвигаясь над носом в мимическом жесте, напоминающем руки, соединенные
Гостевая книга ладонями вверх, между ними слились три морщины трезубцем, подъятым и
режущим лоб". У Воланда похожим образом лицо "было скошено на сторону,
СМИ о Булгакове
правый угол рта оттянут книзу, на высоком облысевшем лбу были прорезаны
СМИ о БЭ
глубокие параллельные острым бровям морщины".
Лист рассылки
Партнеры сайта
У обоих есть и масонские атрибуты: финифтевый перстень с рубином и знаком
Старая редакция сайта
"вольных каменщиков" - у Мандро; и портсигар с масонским знаком -
Библиотека бриллиантовым треугольником - у Воланда. Из рассказа Коровьева-Фагота мы
узнаем, что дьявол у Булгакова, подобно демоническому герою романа Б., имеет
Собачье сердце
виллу в Ницце.
(иллюстрированное)
Остальные произведения
Как Мандро, так и Воланд наделены рядом черт, традиционных для внешности
Книжный интернет-
"князя тьмы", в частности, преобладанием в костюме серого цвета и бросающимися
магазин
в глаза неправильностями лица. При этом Мандро лишь символизирует дьявола,
Лавка Мастера
выступая по ходу действия в виде нормального финансового дельца, хотя и
отличающегося небывалым размахом замыслов. Его инфернальность только
подразумевается. Воланд же - настоящий дьявол, выдающий себя за иностранного
профессора и артиста. Б. характеризовал Мандро как "своего рода маркиза де Сада
и Калиостро ХХ-го века".

В "Московском чудаке" есть несколько эпизодов, отзвуки которых ощутимы в
"Мастере и Маргарите". Так, сцена визита буфетчика Театра Варьете Сокова к
Воланду, когда посетитель обнаруживает, что его шляпа, поданная ведьмой Геллой,
превратилась в черного котенка, имеет своим источником то место у Б., когда при
посещении Мандро профессором Коробкиным хозяин указывает близорукому гостю
вместо его меховой шапки на свернувшегося клубочком кота. Герой "Московского
чудака" "надел на себя не кота, а - терновый венец". У Булгакова шляпа на голове
злосчастного буфетчика превращается в котенка, который и расцарапал лысину
Сокова. Перед тем как вернуться за шляпой, плут буфетчик поминает Христа:
"Оставьте меня, Христа ради", обращаясь к женщине, пытавшейся его задержать.
Немедленно следует пародийное наказание со стороны нечистой силы, и Соков
претерпевает те же муки, что и Христос перед распятием - котенок, возникший из
шляпы, играет здесь роль тернового венца.

И в "Московском чудаке" и в "Мастере и Маргарите" оба героя, подвергшиеся
сходному истязанию, вскоре должны погибнуть. Б. в своем романе ориентировался
на рассказ Эдгара А. По (1809-1849) "Черный кот" (1843), где кот сидит на черепе
трупа. Вероятно, Булгакову был известен не только роман Б., но и этот рассказ
"предтечи символизма".

В ранней редакции "Мастера и Маргариты" описание кабинета Воланда, каким его
видел буфетчик, почти совпадало с описанием кабинета Мандро. У Б. "фестонный
камин в завитках рококо открывал свою черную пасть". У Булгакова "на зов из
черной пасти камина вылез черный кот".

Не исключено, что сцена встречи управдома Никанора Ивановича Босого с
Коровьевым-Фаготом, в ходе которой подручный Воланда убеждает хапугу-
управдома сдать Нехорошую квартиру заезжему иностранцу, ориентирована на тот
эпизод "Московского чудака", когда ростовщик Грибиков договаривается с Мандро
сдать свою квартиру помощнику Эдуарда Эдуардовича в темных делах - безносому
карлику-иностранцу. Этот карлик отразился и в образах членов свиты Воланда -
Коровьеве-Фаготе и Азазелло.

Б. подчеркивает, что фантастический облик карлика вызывает отвращение и
омерзение: "Просто совсем отвратительный карлик: по росту - ребенок двенадцати
лет, а по виду протухший старик (хотя было ему, вероятно, всего лет за тридцать);
но видно, что пакостник; эдакой гнуси не сыщешь; пожалуй - в фантазии. Но она
видится лишь на полотнах угрюмого Брейгеля". Коровьев же - "гражданин
престранного вида. На маленькой головке жокейский картузик, клетчатый кургузый
воздушный же пиджачок... Гражданин ростом в сажень, но в плечах узок, худ
неимоверно, и физиономия ... глумливая".

Тот персонаж "Мастера и Маргариты", который в окончательном тексте носил имя
Азазелло, в редакции 1929-1930 гг. был очень похож на безносого карлика
"Московского чудака": "Один глаз вытек, нос провалился. Одета была рожа в
короткий камзольчик, а ноги у нее разноцветные, в полосах, и башмаки острые. На
голове росли рыжие волосы кустами, а брови были черного цвета, и клыки росли,
куда попало. Тихий звон сопровождал появление рожи, и немудрено: рукава рожи,
равно как и подол камзола, были обшиты бубенчиками. Кроме того, горб... - Хватим?
- залихватски подмигнув, предложила рожа...".

А вот портрет героя Б.: "Карлик был с вялым морщавым лицом, точно жеванный,
желтый лимон, - без усов, с грязноватеньким, слабеньким пухом, со съеденной
верхней губою, без носа с заклеечкой коленкоровой, черной, на месте дыры
носовой; острием треугольничка резала часто межглазье она; вовсе не было глаз:
вместо них - желто-алое, гнойное, вовсе безвековое глазье, которым с циничной
улыбкою карлик подмигивал... уши, большие, росли - как врозь; был острижен он
бобриком; галстук, истертый и рваный, кроваво кричал; и кровавой казалась на
кубовом фоне широкого кресла домашняя куртка, кирпичного цвета, вся в пятнах;
нет, тьфу: точно там раздавили клопа".

У обоих писателей персонажи стали карликами вследствие сифилиса, причем
Булгаков, как врач в прошлом, подчеркнул почти неизбежный на последней стадии
развития болезни горб, прямо не обозначенный у Б. Карлик у автора "Мастера и
Маргариты" дается не глазами рассказчика, как в "Московском чудаке", а глазами
персонажа - буфетчика.

В продолжении вы узнаете о пире почивших северных королей, мистической
любви, "козлах, горбунах и черных рыцарях" и о происхождении
залихватского свиста Фагота на Воробьевых горах.

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Белый А., часть 4 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
С четырьмя "симфониями" Б. обнаруживается много параллелей в романе "Мастер
Персонажи
и Маргарита". В эпизоде, когда имя своей первой жены Мастер не может точно
Произведения
вспомнить - то ли Варенька, то ли Манечка (в памяти всплывает только полосатое
Демонология
платье), угадывается сцена из третьей симфонии "Возврат", где главный герой,
Великий бал у Сатаны
ученый-химик Евгений Хандриков, очутившись в психиатрической лечебнице,
Булгаковская Москва
испытывает равнодушие к своей прежней жизни и, в частности, не помнит имени
Театр Булгакова
жены, а помнит только цвет ее платья.
Родные и близкие
С "Северной (первой героической)" симфонией связан Великий бал у сатаны,
Философы
который назван "весенним балом полнолуния, или балом ста королей", а Маргарита
Булгаков и мы
выступает на нем в роли королевы. Главная героиня "Северной" симфонии -
Булгаковедение
королевна, а в финале в связи с ее вознесением на небе устраивается пир
Рукописи
почивших северных королей, когда из золотых чаш пьют кровавое вино (на балу у
Фотогалереи
Воланда в такую чашу превращается голова Михаила Александровича Берлиоза).
Сообщество Мастера
Маргарита приветствует гостей бала, находясь на возвышающейся над залом
Клуб Мастера
мраморной лестнице и стоя на одном колене. У Б. королевна тоже стоит на одном
Новый форум
колене на возвышении, принимая рыцарей в пернатых шлемах, которые целуют ей
Старый форум
руку и колено (Маргарите - только колено). И у королевны и у хозяйки Великого бала
Гостевая книга
у сатаны на голове - алмазная корона.
СМИ о Булгакове
СМИ о БЭ В "Северной" симфонии женщина в черном плаще олицетворяет смерть и Вечность.
Лист рассылки Такое же символическое значение имеет черный плащ, который оказывается на
плечах Маргариты после бала, и черные плащи всех участников последнего полета.
Партнеры сайта
Королевна в симфонии Б. "просила, чтобы миновал сон этой жизни и чтобы мы
Старая редакция сайта
очнулись от сна". В финале "Мастера и Маргариты" главные действующие лица
Библиотека
восклицают: " - Гори, гори, прежняя жизнь! Гори, страдание!" В "Северной"
Собачье сердце
симфонии герои, в конце концов, восходят к вершинам света - мраморно-белой
(иллюстрированное)
башне с террасой, с которой видна "голубая бесконечность".
Остальные произведения
В эпилоге королевна соединяется со своим возлюбленным рыцарем в Вечности, и
Книжный интернет-
они вместе встречают свет звезды Утренницы. Любовь королевны выводит рыцаря
магазин
из "бездны безвременья", где он оказался за то, что знался с нечистой силой, и
Лавка Мастера
дарит ему свет. В "Мастере и Маргарите" главным героям дарован не свет, а покой,
где-то на границе дня и ночи, куда возвращаются и двое влюбленных в "Северной"
симфонии. Воланд обещает Мастеру и Маргарите перед последним приютом: "...Вы
немедленно встретите рассвет".

У Б. в "Северной" симфонии герои награждены покоем, однако мир, где они
пребывают, подвижный, но лишенный мысли и монотонный: "Здесь позабыли о
труде и неволе! Ни о чем не говорили. Позабыли все и все знали! Веселились. Не
танцевали, а взлетывали в изящных междупланетных аккордах. Смеялись
беззвучным водяным смехом. А когда уставали - застывали в целомудренном
экстазе, уходя в сонное счастье холодно-синих волн".

Любовь у Б. - целомудренна и мистична. Она олицетворяет "вечную женственность"
Владимира Сергеевича Соловьева (1853-1900), первого русского философа,
имевшего мировое значение. У Булгакова любовь Мастера и Маргариты - вполне
земная, хотя и необыкновенная по своей силе. Мастеру оставлена способность
творить и в последнем приюте, где ему предстоит "подобно Фаусту, сидеть над
ретортой в надежде, что... удастся вылепить нового гомункула".

В "Северной" же симфонии покой - это вообще высшая возможная награда,
даруемая Богом, а не дьяволом тем, кто стремится к земному величию: гордецам,
титанам и героям, даруемая, если они смирились и обратились к Всевышнему:
"Еще давно великан поднял перед Господом свое гордое, бледнокаменное лицо,
увенчанное зарей.
Еще давно они все поднимали тучи и воздвигали громады. Громоздили громаду на
громаду. Выводили узоры и строили дворцы.
Но все пали под тяжестью громад, а туманные башни тихо таяли на вечернем небе.
И суждено им было шагать долгие годы среди синих туч - обломков былого,
величия...
Это все старики великаны... Они смирились и вот идут к Богу просить покоя и
снисхождения..."

У Б. покой несовместим с творчеством, он выше его. У Булгакова в "Мастере и
Маргарите" покой с творчеством совместимы, хотя и в последнем приюте, вне
земной жизни. Такой покой, однако, оказывается ниже духовных высот, которых
достигнут те, кто поднялся до нравственного уровня Иешуа Га-Ноцри.

Описание шабаша в "Северной" симфонии отразилось в шабаше ранней редакции
"Мастера и Маргариты", создававшейся в 1929 г. Там, в видении Феси,
превратившегося в Мастера позднейших редакций, возникает сцена шабаша, где
присутствуют черные ведьмы на скакунах. После шабаша, как можно судить по
сохранившимся фрагментам, гости расходятся "недовольные и раздраженные". У Б.
шабаш происходит в замке рыцаря, и там присутствуют "и пешие и конные", "и
козлы и горбуны, и черные рыцари", но, поскольку сатана не удостоил владельца
чести посещения, присутствовавшие "уезжали с пира несолоно хлебавши" и
"уничтожали хозяина взорами презрения".

От варианта будущего "Мастера и Маргариты" 1933 г. сохранилось более подробное
описание шабаша в Нехорошей квартире. Туда Маргарита попадала через трубу и
видела "скачущие в яростной польке пары". В "Северной" симфонии участники
шабаша танцуют дьявольский танец козловак, а в разгар его является женщина в
черном, как и Маргарита, символизирующая вечность. В окончательном тексте
"Мастера и Маргариты" шабаш происходит на берегу реки, причем главную роль
здесь играет козлоногий, подносящий Маргарите бокал с шампанским. Есть и
толстяк, смешащий всех своей неловкостью. Ноги у него в илистой грязи, как в
черных ботинках. В "Северной" симфонии шабаш возглавляет козлоногий
дворецкий, а среди участников выделяется "забавный толстяк", который
"взгромоздился на стол, топча парчовую скатерть грубыми сапожищами, подбитыми
гвоздями".

Не исключено, что из "Северной" симфонии берет начало тот залихватский свист, в
котором соревнуются Бегемот и Коровьев-Фагот на Воробьевых горах: "Воланд
кивнул Бегемоту, тот очень оживился, соскочил с седла наземь, вложил пальцы в
рот, надул щеки и свистнул... Мастер вздрогнул от свиста, но не обернулся, а стал
жестикулировать еще беспокойнее... - Мессир, поверьте, - отозвался Коровьев и
приложил руку к сердцу, - пошутить, исключительно пошутить... - тут он вдруг
вытянулся вверх, как будто был резиновый, из пальцев правой руки устроил какую-
то хитрую фигуру, завился, как винт, и затем, внезапно раскрутившись, свистнул.
Этого свиста Маргарита не услыхала, но она его увидела в то время, как ее вместе
с горячим конем бросило саженей на десять в сторону. Рядом с нею с корнем
вырвало дубовое дерево, и земля покрылась трещинами до самой реки".

У Б. "тут выпрыгнул из чащи мой сосновый знакомец, великан. Подбоченясь, он
глумился надо мной...
Свистал в кулак и щелкал пальцами перед моим глупым носом. И я наскоро собрал
свою убогую собственность. Пошел отсюда прочь...
Большая луна плыла вдоль разорванных облак...
Мне показалось, что эта ночь продолжается века и что впереди лежат
тысячелетия..."

Именно это место "Северной" симфонии послужило толчком для разработки многих
важных эпизодов и мотивов "Мастера и Маргариты": глумления Коровьева-Фагота
над Иваном Бездомным после гибели Михаила Александровича Берлиоза,
растянувшейся на неопределенно долгое время полночи на Великом балу у сатаны,
тысячелетий грядущего бессмертия, которые предчувствует Понтий Пилат.

Параллели "Мастера и Маргариты" и третьей симфонии Белого
Пустыня в глазах
"Симпатяга Пилат" и свинья в пальто
Созвучие замыслов Белого и Булгакова
Читайте далее>>>

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Белый А., часть 5 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Третья симфония Б., "Возврат", помимо эпизода с первой женой Мастера, оставила
Персонажи
и другие следы в последнем булгаковском романе. Ее основное действие,
Произведения
заключенное, как и в "Северной" симфонии, в "надмирное" обрамление, происходит
Демонология
в Москве в начале XX в. Главный герой, молодой ученый-химик Евгений Хандриков,
Великий бал у Сатаны
наделенный автобиографическими переживаниями Б., - земное воплощение Бога-
Булгаковская Москва
Сына, непорочного ребенка. Он, как и булгаковский Мастер, находится в
Театр Булгакова трагическом противоречии с окружающим миром и становится жертвой козней
Родные и близкие завистника - доцента Ценха, земного воплощения Змея. Хандриков, как и герой
"Мастера и Маргариты", заболевает манией преследования и ищет спасения в
Философы
санатории для душевнобольных.
Булгаков и мы
Булгаковедение
В "Возврате" есть описание мраморного бассейна в банях, украшенного чугунными
Рукописи изображениями морских обитателей, причем вода в бассейне сравнивается с
Фотогалереи рубинами, и черпают ее серебряными шайками. На Великом балу у сатаны вода в
одном из бассейнов рубинового цвета, из него черпают серебряными черпаками, а
Сообщество Мастера
струю в бассейн выбрасывает гигантский черный фонтан в виде Нептуна. В банях
Клуб Мастера
Хандриков встречает старика - земное воплощение Бога Отца. У Булгакова
Новый форум
сходными деталями оснащена сцена, где главная героиня встречает Воланда -
Старый форум
антипода Бога.
Гостевая книга
СМИ о Булгакове Земная жизнь Хандрикова, как и рыцаря и его возлюбленной в "Северной"
СМИ о БЭ симфонии, оканчивается самоубийством. Точно так же прекращается земное бытие
Мастера и Маргариты. Переход Хандрикова из надмирности в мир и обратно дан как
Лист рассылки
переход из одного пространства в другое. В "Мастере и Маргарите" главные герои
Партнеры сайта
переходят из современного московского мира в вечный потусторонний мир, а в
Старая редакция сайта
финале соприкасаются и с древним ершалаимским миром.
Библиотека
Уход Мастера дан как освобождение человека, изнемогшего от страданий.
Собачье сердце
Возвращение Хандрикова к старику Богу - это желанное освобождение от земных
(иллюстрированное)
мук. Эти муки в начале симфонии предсказывает старик ребенку: "Ты уйдешь. Мы
Остальные произведения
не увидим тебя. Пустыня страданий развернется вверх, вниз и по сторонам. Тщетно
Книжный интернет-
ты будешь перебегать пространства - необъятная пустыня сохранит тебя в своих
магазин
холодных объятьях..." Такую пустыню видит и Маргарита в глазах Мастера:
Лавка Мастера
"Смотри, какие у тебя глаза! В них пустыня...".

Но между "Возвратом" и "Мастером и Маргаритой" есть принципиальное различие. У
Б. надмирные персонажи просто имеют земное воплощение и в финале
возвращаются обратно в надмирность, меняя ипостаси. У Булгакова персонажи
разных миров только функционально подобны друг другу, как, например, Воланд и
Понтий Пилат, Иешуа Га-Ноцри и Мастер, но не переходят друг в друга, что
доказывается и финалом "Мастера и Маргариты", где все перечисленные герои
одновременно участвуют в действии.

Интересно, что в редакции 1929-1930 гг. персонажи разных миров переходили из
одного воплощения в другое, и безумный Иван Бездомный видел, как Воланд на
Патриарших прудах превратился в Понтия Пилата: "Трамвай проехал по Бронной.
На задней площадке стоял Пилат, в плаще и сандалиях, и держал в руках портфель.
"Симпатяга этот Пилат, - подумал Иванушка..."

Садящийся в трамвай и пытающийся оплатить проезд кот Бегемот появился не без
влияния четвертой симфонии Б. "Кубок метелей", где воображение героя поразил
образ свиньи в пальто, садящейся на извозчика и ведущей себя вполне по-
человечески. Отсюда же, быть может, превращение нижнего жильца Николая
Ивановича в борова в "Мастере и Маргарите".

К "новому искусству", к попыткам преодолеть реализм в литературе и театре,
олицетворением чего во многом было творчество Б., Булгаков относился без
большой симпатии. В фельетоне "Столица в блокноте" он критиковал чрезмерную
усложненность формы в постановке В. Э. Мейерхольда (1874-1940): "Пускай - гений.
Мне все равно. Но не следует забывать, что гений одинок, а я масса. Я - зритель.
Театр для меня. Желаю ходить в понятный театр".

Автор "Мастера и Маргариты", несомненно, считал, что не только театр - для
зрителей, но и литература - для читателей. Писатель, выстраивая сложную
структуру своих произведений, в особенности последнего романа, предусматривал
в них, наряду со сложными философскими и литературными аллюзиями для
посвященных, уровень восприятия массовым читателем. Последний вполне может
прочесть главное булгаковское произведение как забавный юмористический и
фантастический роман, ориентированный на успех у самой широкой публики.

Б. на такой успех не рассчитывал и ничего, соответствующего уровню массового
восприятия, в своих вещах не оставлял. В 1930 г. критик А. К. Воронский (1884-
1937), в "Литературной энциклопедии" характеризуя творчество Б., справедливо
заметил: "Ритмическая проза вносит в его манеру однообразие, монотонность, в его
ритмике есть что-то застывшее, рассудочное, слишком выверенное, манерное. Это
часто отталкивает от Белого читателя".

Вместе с тем, многие замыслы Б., осуществленные и неосуществленные, созвучны
булгаковским. В предисловии к "Московскому чудаку", первому роману эпопеи
"Москва", Б. отмечал, что это эпопея "наполовину роман исторический. Он
живописует нравы прошлой Москвы, разложение дореволюционного быта. В этом
смысле первая и вторая часть романа ("Московский чудак" и "Москва под ударом")
суть сатиры-шаржи...". "Сатирами-шаржами", только уже на послереволюционную
действительность, стали такие произведения Булгакова как "Похождения Чичикова",
"Дьяволиада", "Роковые яйца", "Дом No13. - Эльпит-Рабкоммуна", "Собачье сердце"
и др.

О тяге к сверхъестественному, мистицизме и о письме Правительству,
плодах булгаковской фантазии и "уродствах нашего быта", а также о том,
что Белый "всю жизнь писал дикую ломаную чепуху" написано далее>>>

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Белый А., часть 6 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
И у Б., и у Булгакова имелась несомненная тяга к сверхъестественному. Вспоминая
Персонажи
в книге "На рубеже столетий" годы, проведенные в Поливановской гимназии, Б. ярко
Произведения
описывал, как он и его товарищи импровизировали: "Мы, постоянные
Демонология
импровизаторы, мифотворцы сюжетов, рисующих драматическую борьбу света и
Великий бал у Сатаны
тьмы (начала с концом); миф - события, происходящие с нами и с нашими
Булгаковская Москва
знакомыми; место действия: Арбат, Новодевичий монастырь, Поливановская
Театр Булгакова гимназия; перелагая знакомых в свой миф, мы выращивали всякую фантастику в
Родные и близкие стиле Гофмана и Эдгара По; фантастику реализма; нужна нам не сказка; не
тридесятое царство: нам нужен Арбат, Неопалимовский переулок; и для съемок
Философы
местностей зорко оглядываем топографию переулков, чтобы в наших рассказах друг
Булгаков и мы
другу соблюсти иллюзию натуры… Перекидывали, точно мячик, сюжет, сочиняемый
Булгаковедение
миф - настоящее сюжетное наводнение: становился трилогией, тетралогией он;
Рукописи
тема ширилась до всемирной истории; центром же оставалась Москва;
Фотогалереи договорились до мирового переворота, в Москве начинаемого".
Сообщество Мастера
Б. - мистик, хотя в советское время ему приходилось всячески открещиваться от
Клуб Мастера
такого определения сути своего мировоззрения и утверждать, намекая на
Новый форум
полученное образование, что "типичные мистики не бывают смолоду перепичканы
Старый форум
естествознанием". И арест второй жены Б. был связан с обвинениями ее в
Гостевая книга мистицизме. До октября 1917г. Б. имел возможность более свободно высказываться
СМИ о Булгакове на эту тему.
СМИ о БЭ
В предисловии ко второй, "Драматической" симфонии он отмечал, что "здесь
Лист рассылки
осмеиваются некоторые крайности мистицизма. Является вопрос, мотивировано ли
Партнеры сайта
сатирическое отношение к людям и событиям, существование которых для весьма
Старая редакция сайта
многих сомнительно. Вместо ответа я могу посоветовать внимательнее
Библиотека приглядеться к окружающей действительности".
Собачье сердце
Несомненно, для Б., помимо крайностей, существовала и некоторая "здоровая"
(иллюстрированное)
основа мистицизма. Можно согласиться с мнением литературоведа Т. Н.
Остальные произведения
Хмельницкой в предисловии к собранию стихотворений Б. в Большой серии
Книжный интернет-
"Библиотеки поэта" (1966): "Белый... который диалектически сам видел предмет
магазин
своих заблуждений, никогда ни от чего не отходил. Для него и разоблаченные
Лавка Мастера
иллюзии продолжали жить... Для Белого одновременно предстает и уродливо-
гротескный образ явления, и его "святая" суть. Мистики второй симфонии только
доводят до абсурда идеи Вл. Соловьева, но сами идеи для Белого, в их высшем
смысле, продолжают быть значительными и высокими".

Надо признать справедливой и точку зрения религиозного философа П. А.
Флоренского. В рецензии на "Северную" симфонию, появившейся в No3 журнала
"Новый путь" за 1904 г., он отмечал: "Для автора "Симфонии" Бог реален до
осязательности: "На вечерней заре сам Господь Бог, весь окутанный туманом,
бродил вдоль зарослей и качал синим касатиком". Поэму Белого законно назвать
"поэмою мистического христианства".

Для Булгакова мистическое играло несколько другую роль. В письме правительству
28 марта 1930 г. он называл главными чертами своего творчества "выступающие в
моих сатирических повестях: черные и мистические краски (я - МИСТИЧЕСКИЙ
ПИСАТЕЛЬ), в которых изображены бесчисленные уродства нашего быта, яд,
которым пропитан мой язык, глубокий скептицизм в отношении революционного
процесса, происходящего в моей отсталой стране, и противопоставление ему
излюбленной и Великой Эволюции, а самое главное - изображение страшных черт
моего народа, тех черт, которые задолго до революции вызывали глубочайшие
страдания моего учителя М. Е. Салтыкова-Щедрина".

"Мистическим писателем" Булгаков называет себя здесь в ироническом смысле, а
мистическое для него - только художественный прием, призванный помочь
созданию современной сатиры. Незадолго до смерти писатель признался своему
другу драматургу Сергею Ермолинскому (1904-1984): "Я не церковник и не теософ".
Воланд и другие представители потусторонних сил в "Мастере и Маргарите" -
целиком плод фантазии, они подчеркнуто отделены от действительности.

Б. же, будучи мистиком, был убежден в возможности постижения реального
существования как Бога, так и дьявола. Поэтому даже в целиком фантастической
"Северной" симфонии бытие Бога написано автором вполне реалистично: Б.
подобным образом представлял себе надмирность. В романах эпопеи "Москва"
инфернальными чертами наделены персонажи дореволюционной московской
жизни: автор как бы намекает читателям на возможное воплощение в них сил зла.

В период создания эпопеи Б. в письме к литературоведу и критику Р. В. Иванову-
Разумнику (1878-1946) 23 октября 1927 г. так отзывался о К. Н. Васильевой: "Она -
первая меня поняла в моей антропософии... Она одна из всех москвичей с
невероятной чуткостью поняла, в какой мрак я ушел (я в те дни уже решил ехать за
границу); и она нашла слова... И я - вернулся в Москву с решением: мне быть в
России".

Антропософом Б. оставался до конца жизни. Любовь им также понималась
мистически, как любовь не только к человеку, но и в воплощенному в нем миру
света или тьмы, Добра или Зла. В предисловии к четвертой симфонии "Кубок
метелей" Б. утверждал, что "хотел изобразить всю гамму той особого рода любви,
которую смутно предощущает наша эпоха, как предощущали ее и раньше Платон,
Гёте, Данте, - священной любви".

Авторский монолог Булгакова в "Мастере и Маргарите" обращен к иной любви: "За
мной читатель! Кто сказал тебе, что нет на свете настоящей, верной, вечной любви?
Да отрежут лгуну его гнусный язык". Здесь любовь, хоть и вечная, но земная, к
человеку, а не к символу. Для Б. же еще в программной статье 1903 г. "Символизм
как миропонимание" вне всякого сомнения остается основополагающее
утверждение: "Не событиями захвачено все существо человека, а символами
иного".

Булгаков такое мироощущение не разделял, и на смерть Б., согласно дневниковой
записи Е. С. Булгаковой от 14 января 1934 г., отреагировал совсем не по древнему
правилу ("о мертвых - либо хорошо, либо ничего"): " - Всю жизнь, прости господи,
писал дикую ломаную чепуху... В последнее время решил повернуться лицом к
коммунизму, но повернулся крайне неудачно... Говорят, благословили его
чрезвычайно печальным некрологом".

Косность МХАТа и обида на Белого
Разница мировоззрений двух писателей
Булгаков - противник аскетизма
Он не любит классика Белого и называет его "великим лгуном"
Читайте продолжение>>>

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Белый А., часть 7 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Тут сказалось раздражение по поводу критики Б. мхатовской постановки "Мертвых
Персонажи
душ" по булгаковской инсценировке. На обсуждении спектакля во Всероскомдраме
Произведения
15 января 1933 г. Б. заявил: "Возмущение, презрение, печаль вызвала во мне
Демонология
постановка "Мертвых душ" в МХАТе, - так не понять Гоголя! Так заковать его в
Великий бал у Сатаны
золотые, академические ризы, так и не суметь взглянуть на Россию его глазами! И
Булгаковская Москва
это в столетний юбилей непревзойденного классика. Давать натуралистические
Театр Булгакова
усадьбы николаевской эпохи, одну гостиную, другую, третью и не увидеть
Родные и близкие
гоголевских просторов... гоголевской тройки, мчащей Чичикова-Наполеона к новым
Философы
завоеваниям... Позор!"
Булгаков и мы
Эти резкие слова по отношению к Булгакову были несправедливы, и тем горше
Булгаковедение
была обида автора инсценировки: Б. не мог знать, что в ранних редакциях "Мертвых
Рукописи
душ", а позднее в булгаковском киносценарии как раз и была сделана успешная
Фотогалереи
попытка взглянуть на Россию глазами Гоголя, не устроившая, к сожалению, МХАТ.
Сообщество Мастера
Однако булгаковская критика Б. была вызвана не только этим обстоятельством, а в
Клуб Мастера
первую очередь разницей мировоззрений двух писателей. У Булгакова вызывала
Новый форум
неприятие направленность сатиры Б. исключительно на дореволюционное прошлое
Старый форум
(это давало возможность автору "Петербурга" публиковаться и в советское время, в
Гостевая книга
отличие от современного сатирика - создателя "Роковых яиц" и "Собачьего сердца").
СМИ о Булгакове
Творец "Мастера и Маргариты" не разделял антропософских увлечений Б. Если для
СМИ о БЭ
последнего заключенный в явлении символ означал вне явления лежащую
Лист рассылки
сущность, надмирную или потустороннюю, то для Булгакова символ выступал как
Партнеры сайта
прием, помогающий раскрытию внутренней сути явлений. Произведения Б. давали
Старая редакция сайта
богатый материал символов, почерпнутых из всей мировой культуры, и автор
Библиотека "Мастера и Маргариты" использовал его, переиначив в соответствии с
Собачье сердце собственными мировоззренческими установками.
(иллюстрированное)
Антропософия, которой увлекался Б., проповедовала аскетизм как один из
Остальные произведения
вариантов духовного пути. Например, в марте 1913 г., по записи Б., "Ася объявляет
Книжный интернет-
мне, что в антропософии она окончательно осознала свой путь, как аскетизм, что ей
магазин
трудно быть мне женой, что мы отныне будем жить братом и сестрой", в связи с чем
Лавка Мастера
Б. в ноябре того же года констатировал: "Ася объявляет мне, чтобы мы не говорили
друг с другом на темы наших путей, я ощущаю, что в точке священнейшей Ася
покидает меня, отъединяется, ускользает".

Антропософское учение Р. Штейнера находило в Б. уже удобренную почву. Еще до
знакомства с главой Антропософского общества Б. в романе (или повести)
"Серебряный голубь" (1910), продолжением которого явился "Петербург",
запечатлел старообрядческую мистическую секту аскетического толка. Булгаков
подобный мистический аскетизм в "Мастере и Маргарите" высмеял словами
Воланда, обращенными к скаредному аскету и вору, буфетчику Театра Варьете
Сокову, только что узнавшему о близкой смерти: "... Что-то, воля ваша, недоброе
таится в мужчинах, избегающих вина, игр, общества прелестных женщин,
застольной беседы. Такие люди или тяжко больны, или втайне ненавидят
окружающих... Да я и не советовал бы вам ложиться в клинику, - какой смысл
умирать в палате под стоны и хрип безнадежных больных. Не лучше ли устроить
пир на эти двадцать семь тысяч и, приняв яд, переселиться в другой мир под звуки
струн, окруженным хмельными красавицами и лихими друзьями?" (в тот момент
автор романа уже знал о безнадежности своей болезни).

Сохранилась чрезвычайно интересная зарисовка отношений Б. и Булгакова в
воспоминаниях П. Н. Зайцева, зафиксировавшего и первую встречу писателей:
"...Поэты, члены нашего кружка (имеется в виду литературный кружок,
собиравшийся на квартире П. Н. Зайцева и преобразованный позднее в
издательскую артель "Узел"; членами кружка были Павел Антокольский (1896-1978),
Борис Пастернак (1890-1960), Софья Парнок (1885-1933), Владимир Луговской
(1901-1957), Илья (Карл) Сельвинский (1899-1968) и др.), собиравшиеся у меня в
Староконюшенном, просили уговорить Булгакова прочитать повесть на одном из
собраний. Всем очень хотелось его послушать. Я передал Михаилу Афанасьевичу
их просьбу, и в первое же собрание он читал "Роковые яйца". Булгаков читал
хорошо, и все слушатели высоко оценили редкостное дарование автора - сочетание
реальности с фантастикой. Среди присутствовавших у меня поэтов находился
Андрей Белый. Ему очень понравилась повесть. Мне кажется, что при всем
различии творческих индивидуальностей их обоих сближал Гоголь. А. Белый
считал, что у Булгакова редкостный талант. Через год, в 1925 г., Белый написал
первый том романа "Москва", где центральным персонажем был также гениальный
первооткрыватель, профессор Коробкин, подобно профессору Персикову у
Булгакова, прокладывающий новые пути в науке: в "Р. я." открывается "луч жизни", а
в "М." Коробкин освобождает на благо и пользу человечества сверхэнергию атома.
Но странно: если А. Белый с интересом относился к Булгакову, ценил его как
интересного, оригинального писателя, то Булгаков не принимал Белого.
Помню, однажды несколько позже я в разговоре с Михаилом Афанасьевичем
произнес имя Белого.
- Ах, какой он лгун, великий лгун... - воскликнул Булгаков. - Возьмите его
последнюю книжку (роман "Москва". - П. 3.). В ней на десять слов едва наберется
два слова правды! И какой он актер!".

О сходстве судеб двух писателей, "на родине, как в могиле",
подозрительных цензорах и булгаковской угрозе властям читайте
завершение>>>

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Белый А., часть 8 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Булгаков не мог не знать о близости П. Н. Зайцева Б., чьим литературным
Персонажи
секретарем он фактически являлся, однако предпочел прямо высказать свое
Произведения
негативное отношение к автору "Московского чудака". Чтение у П. Н. Зайцева и
Демонология
знакомство Б. с Булгаковым произошло, скорее всего, 3 декабря 1924 г., в среду, так
Великий бал у Сатаны
как П. Н. Зайцев сообщал поэту Максимилиану Волошину (Кириенко-Волошину)
Булгаковская Москва
(1877-1932) в письме от 7 декабря 1924 г.: "Мы собираемся по средам. Читали: А.
Театр Булгакова Белый - свой новый роман, М. Булгаков - рассказ "Роковые яйца". Несомненно, речь
Родные и близкие идет о чтении Б. первых двух глав романа "Московский чудак", которые в декабре
1924 г. писатель сдал в московское издательство "Круг".
Философы
Булгаков и мы
Б. ощущал какую-то внешнюю похожесть (при несходстве внутреннего содержания)
Булгаковедение
своей судьбы и булгаковской. П. Н. Зайцев зафиксировал такое высказывание Б.:
Рукописи "Прекрасно отзывался о Булгакове, считая его талантливым писателем, с
Фотогалереи прекрасной выдумкой, подлинным остроумием. Его подкупала фантастичность и
сатиричность М. Булгакова".
Сообщество Мастера
Клуб Мастера
Поэтому, когда в сентябре 1930 г. издательство "Федерация" хотело отказаться от
Новый форум печатания романа "Маски" якобы из-за нехватки бумаги, Б. шутливо заметил П. Н.
Старый форум Зайцеву: "- Булгаков стал режиссером МХАТа, а я пойду в режиссеры к
Мейерхольду". Здесь сказалось принципиальное несходство эстетических позиций -
Гостевая книга
Б. тяготел к Мейерхольду, которого Булгаков, возможно, не понимал и уж точно не
СМИ о Булгакове
принимал. В 1928 г. Мейерхольд собирался поставить драму "Москва" по эпопее Б.,
СМИ о БЭ
написавшего инсценировку, но спектакль так и не был осуществлен. Б. не исключал,
Лист рассылки
что в случае отказа от публикации его сочинений, придется, как и Булгаков, делать
Партнеры сайта
вынужденную театральную карьеру.
Старая редакция сайта
Библиотека Автор "Петербурга" и "Москвы" чувствовал себя на родине как в могиле, после того,
как в 1922 г. один из вождей большевиков Л. Д. Троцкий в статье в "Правде", а в
Собачье сердце
следующем году в программной книге "Литература и революция" объявил: "Белый -
(иллюстрированное)
покойник и ни в каком духе он не воскреснет". В связи с этим Б. в статье "Почему я
Остальные произведения
стал символистом и почему я не переставал им быть во всех фазах моего идейного
Книжный интернет-
и художественного развития" признавался: "Я вернулся в свою "могилу" в 1923 году,
магазин
в октябре: в "могилу", в которую меня уложил Троцкий, за ним последователи
Лавка Мастера
Троцкого, за ними все критики и все "истинно живые" писатели... Я был "живой труп".

"Воскреснуть" Б. удалось только благодаря обретенному еще до революции
положению "живого классика" с европейской известностью. Новой власти было
лестно, по крайней мере в 20-е годы, что такой писатель готов ее признать. Б.
выделили своеобразную "нишу" - романы из дореволюционного прошлого,
исследование Гоголя, мемуары (правда, если они касались скользких мистических
сюжетов, вроде воспоминаний о Р. Штейнере, то не публиковались). Б. позволили
не восхвалять в своих книгах социалистического настоящего, сохраняя, однако,
фактический запрет сатиры на советскую действительность.

У Булгакова дореволюционный писательской славы не было, и к концу 20-х годов он
оказался настоящим "живым трупом", когда все пьесы были сняты со сцены и
существовал фактический запрет на публикацию прозы. К 1934 г., моменту смерти
Б., положение почти не улучшилось: кроме возобновления "Дней Турбиных",
режиссерской поденщины во МХАТе и инсценировки "Мертвых душ", разруганной Б.,
радоваться было нечему, так что судьба Б. по сравнению с булгаковской все же
была завидной - почти все, созданное после 1923 г., оказалось изданным при жизни
автора "Петербурга".

Вероятно, Булгаков действительно завидовал Б., тем более что даже попытки уйти
от современности и обратиться к истории, как в биографии "Мольер" и пьесе
"Кабала святош", успеха не принесли. Репутация злободневного писателя,
созданная "Днями Турбиных" и сатирическими повестями, заставляла цензоров с
подозрением относиться к самому имени Булгакова на титуле любого произведения,
даже не относящегося к современности.

У Б. репутация была противоположной: писателя, витающего в мистическом тумане,
и от современности далекого. Тот же Л. Д. Троцкий убеждал: "Воспоминания Белого
о Блоке - поразительные по своей бессюжетной детальности и произвольной
психологической мозаичности - заставляют удесятеренно почувствовать, до какой
степени это люди другой эпохи, другого мира, прошлой эпохи, невозвратного мира...
Белый... ищет в слове, как пифагорейцы в числе, второго, особого, сокрытого,
тайного смысла. Оттого он так часто загоняет себя в словесные тупики".

Проза Б. была доступна лишь узкому кругу подготовленных читателей, в отличие от
прозы Булгакова, и власть не считала ее опасной для себя. Поэтому литературная
судьба Б. сложилась удачнее булгаковской. Художественная фантазия Б. в
инфернальных образах все-таки отражала его представления о реальном бытие
Бога и потусторонних сил. Булгаковская инфернальная фантастика отражала только
современное писателю бытие.

Отрицательное отношение Булгакова к Б. зафиксировано и в дневнике "Под пятой"
в связи с чтением Б. на собрании у П. Н. Зайцева воспоминаний о Валерии
Брюсове. 16 января 1925 г. автор дневника записал: "Позавчера был у П. Н. Зайцева
на чтении А. Белого... Белый в черной курточке. По-моему, нестерпимо ломается и
паясничает
Говорил воспоминания о Валерии Брюсове. На меня все это произвело
нестерпимое впечатление. Какой-то вздор... символисты... "Брюсов дом в 7 этажей".
- Шли раз по Арбату... И он вдруг спрашивает (Белый подражал, рассказывая это в
интонации Брюсова): "Скажите, Борис Николаевич, как по-Вашему - Христос пришел
только для одной планеты или для многих?" Во-первых, что я за такая Валаамова
ослица - вещать, а, во-вторых, в этом почувствовал подковырку...
В общем, пересыпая анекдотиками, порой занятными, долго нестерпимо говорил...
о каком-то папоротнике... о том, что Брюсов был "Лик" символистов, но в то же
время любил гадости делать...
Я ушел, не дождавшись конца. После "Брюсова" должен был быть еще отрывок из
нового романа Белого. Merci".

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Троцкий Л. Д. ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Персонажи
роцкий (настоящая фамилия Бронштейн) Лев (Лейба) Давидович (1879-1940)
Произведения
- советский государственный, партийный и военный деятель, публицист. Его фигура
Демонология
привлекла внимание Булгакова, неоднократно упоминавшего Т. в своем дневнике и
Великий бал у Сатаны
других произведениях.
Булгаковская Москва
Театр Булгакова
Т. родился 26 октября (7 ноября) 1879 г. в деревне Яновка Елисаветградского уезда
Родные и близкие Херсонской губернии (ныне - Украина) в семье зажиточного еврейского колониста.
Философы Учился в Одесском, затем в Николаевском реальных училищах, в последний год
учебы создал в Николаеве Южнорусский рабочий союз для борьбы за социальные
Булгаков и мы
права. В январе 1898 г. арестован в Одессе и заключен в тюрьму. В конце 1899 г.
Булгаковедение
сослан на 4 года в Восточную Сибирь, в Иркутскую губернию. По дороге в ссылку в
Рукописи
Бутырской пересыльной тюрьме женился на Александре Львовне Соколовской
Фотогалереи
(1872-1935?), но их брак после рождения двух дочерей, Зинаиды (в замужестве
Волковой) (1900-1933), впоследствии покончившей с собой в Берлине, и Нины (в
Сообщество Мастера
замужестве Невельсон) (1902-1928), умершей позднее в Москве от туберкулеза,
Клуб Мастера
распался в 1902 г. после побега Т. из сибирской ссылки.
Новый форум
Старый форум
С марксистской теорией Т. познакомился в 1898-1899 гг. в одесской тюрьме. В 1902
Гостевая книга г. бежал из ссылки за границу, в Лондоне впервые встретился с В. И. Лениным,
СМИ о Булгакове
знавшим его по статьям в иркутской газете "Восточное обозрение". С 1903 г. жил в
СМИ о БЭ гражданском браке с Натальей Александровной Седовой (1882-1962). У них было
Лист рассылки два сына - Лев (1906-1938), умерший в Париже (подозревали, что к его смерти
причастна советская агентура), и Сергей (1908-1937), расстрелянный НКВД.
Партнеры сайта
Старая редакция сайта
В 1903 г. Т. занял на II съезде Российской Социал-Демократической Партии
Библиотека промежуточную позицию между большевиками и меньшевиками. В начале 1905 г.
Собачье сердце вернулся в Россию, в октябре стал заместителем председателя и фактическим
(иллюстрированное) руководителем Петербургского совета рабочих депутатов. В декабре 1905 г.
арестован, в ноябре 1906 г. осужден на вечное поселении в Сибири, по пути в
Остальные произведения
ссылку вновь бежал за границу. В начале апреля (ст. ст.) 1917 г. по пути из США в
Книжный интернет-
Россию британские власти в Канаде поместили Т. в лагерь для интернированных
магазин
лиц как человека, опасного для нового русского правительства и интересов
Лавка Мастера
союзников. Освобожден по требованию Временного правительства, сделанному под
нажимом Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов. Вернулся в
Петроград в мае 1917 г., сблизился с Лениным, в июле вместе с возглавляемой им
отколовшейся от меньшевиков Межрайонной организацией РСДРП вступил во
фракцию большевиков, стал членом ЦК.

Т. принял самое активное участие в подготовке и проведении Октябрьского
переворота, обеспечил привлечение на сторону восстания петроградского
гарнизона. 25 сентября 1917 г. стал председателем Петроградского совета. 26
октября 1917 г. был назначен наркомом иностранных дел, 14 марта 1918 г. стал
наркомом по военным (позднее - и морским делам), а 2 сентября 1918 г. -
председателем Революционного Военного совета Республики. Т. - главный
организатор и руководитель Красной Армии в 1918-1925 гг. Как член Политбюро в
1917 и 1919-1926 гг. и как один из ведущих деятелей правительства являлся
активным проводником политики красного террора, осуществлявшейся советским
руководством в 1918-1920 гг. С начала 20-х годов вел борьбу с И. В. Сталиным за
власть в партии и государстве, но потерпел поражение и в 1927 г. был исключен из
ВКП(б). В начале 1928 г. Т. сослали в г. Алма-Ата (ныне Казахстан), а в январе 1929
г. изгнали из СССР. В 1929-1933 гг. Т. жил на Принцевых островах в Турции вблизи
Стамбула, в 1933-1935 гг. - во Франции, в 1935-1936 гг. - в Норвегии, а с января 1937
г. - в Мексике, на вилле в пригороде Мехико Койоакане.

Занимался активной публицистической деятельностью, направленной против
Сталина и других руководителей советской компартии и государства и их
сторонников в компартиях других стран, поддерживал связи со своими соратниками
в СССР и в международном коммунистическом движении. 20 августа 1940 г.
смертельно ранен ударом альпенштока в затылок агентом НКВД испанцем Рамоном
Меркадером, умер 21 августа 1940 г. от последствий ранения. Похоронен в
Койоакане, где на вилле создан его музей.

Т. - автор большого числа публицистических работ, в том числе двухтомной
художественной автобиографии "Моя жизнь" (1930), а также книг "Уроки
Октября" (1924), "Литература и революция" (1923), двухтомной политической
биографии "Сталин" (1940), трехтомника "Как вооружалась революция" (1923-1925)
и др. Общий объем публицистического наследия Т. превышает 80 томов.

Булгакова привлекала незаурядная личность Т. - главного военного вождя
большевиков во время гражданской войны, против которых будущему автору "Белой
гвардии" довелось воевать несколько месяцев в качестве военного врача
Вооруженных сил Юга России на Северном Кавказе. В дневнике "Под пятой"
писатель откликнулся на временное отстранение Т. по болезни от исполнения
должностных обязанностей, расценив это как поражение председателя
Реввоенсовета в борьбе за власть. 8 января 1924 г. публикацию в газетах
соответствующего бюллетеня Булгаков прокомментировал однозначно: "Итак, 8-го
января 1924 г. Троцкого выставили. Что будет с Россией, знает один Бог. Пусть он
ей поможет".

Очевидно, он считал победу Т. меньшим злом по сравнению с приходом к власти
Сталина и тесно блокировавшихся с ним в тот период Г. Е. Зиновьева
(Радомышельского-Апфельбаума) (1883-1936) и Л. Б. Каменева (Розенфельда)
(1883-1936), женатого, кстати, на сестре Т. Ольге. Писатель не разделял
распространенного мнения, что столкновение Т. с остальными членами Политбюро
может привести к вооруженному противоборству и массовым беспорядкам. В
записи, сделанной в ночь с 20 на 21 декабря 1924 г., Булгаков назвал самым
главным событием последних двух месяцев "раскол в партии, вызванный книгой
Троцкого "Уроки Октября", дружное нападение на него всех главарей партии во
главе с Зиновьевым, ссылка Троцкого под предлогом болезни на юг и после этого -
затишье. Надежды белой эмиграции и внутренних контрреволюционеров на то, что
история с троцкизмом и ленинизмом приведет к кровавым столкновениям или
перевороту внутри партии, конечно, как я и предполагал, не оправдались. Троцкого
съели, и больше ничего. Анекдот:
- Лев Давидыч, как ваше здоровье?
- Не знаю, я еще не читал сегодняшних газет. (Намек на бюллетень о его здоровье,
составленный в совершенно смехотворных тонах)". И в анекдоте, и в основном
тексте записи есть некоторое сочувствие Т. Противники председателя
Реввоенсовета названы "главарями", которые "съели" своего товарища по партии.

В ранней редакции пьесы "Дни Турбиных", создававшейся в 1925 г., Мышлаевский
посреди застолья предлагает выпить за здоровье Т., потому что он "симпатичный", а
в финале вполне трезво говорит: "Троцкий. Великолепная личность. Очень рад. Я
бы с ним познакомился и корпусным командиром назначил бы..." Премьера "Дней
Турбиных" происходила в октябре 1926 г., когда Т. уже официально оказался в
опале, и всякое упоминание его имени в положительном контексте в мхатовской
пьесе оказалось невозможным. Для Булгакова Т. - противник, но противник
достойный уважения.

Не исключено, что писателю довелось слышать выступление Т. в Киеве летом 1919
г. Знаменитый хореограф Серж Лифарь (1905-1986), учившийся тогда в Киевской
школе младших командиров, описал эту речь и события с ней связанные в
"Мемуарах Икара" (1983): "Неожиданно объявили о прибытии в Киев пресловутого
"Красного Наполеона" - Троцкого, знаменитого изобретателя "перманентной
революции". На площади Софийского собора он намеревался выступить с
пространной речью перед молодыми курсантами Красной Армии, с тем, чтобы
воодушевить их и мобилизовать все силы на борьбу с белыми.
Будучи в первых рядах, мы должны были выслушать эту скучную речь. Однако
большинство преподавателей... оставались до глубины души преданными старому
режиму. Созрел заговор. Нам предстояло пробраться в первый ряд, встать в
нескольких шагах от оратора и совершить покушение - бросить в него гранату.
Набрали добровольцев. Я оказался среди них, так как прочно впитал идеалы
верности олицетворявшему Россию царю, чье чудовищное убийство и уничтожение
всей его семьи привело нас в глубочайшее смятение. Решено было бросить жребий
среди добровольцев, дабы назначить исполнителя казни. Жребий мог пасть на
меня, но этого не произошло. Он выпал на долю одного из моих товарищей. Может
быть, ловкие привлекательные аргументы оратора взволновали его, или остановил
страх за собственную судьбу, ожидавшую его в связи с поступком, который он
намеревался совершить, но он воздержался от выполнения обещания, так и не
вытащив гранату из кармана".

Возможно, Булгаков был в тот день на Софийской площади и внимал "ловким
привлекательным аргументам" Т., незаурядного оратора, сумевшего, очевидно,
даже потенциального террориста убедить отказаться от своего намерения. В
последнем булгаковском романе "Мастер и Маргарита" Иешуа Га-Ноцри называет
"добрым человеком" прокуратора Понтия Пилата, у которого репутация "свирепого
чудовища", и хладнокровного палача кентуриона Марка Крысобоя, причем в ранней
редакции Марк был назван не просто добрым, а "симпатичным". Вероятно, вольно
или невольно Булгаков отразил в этом образе и свои впечатления от "зловещей
фигуры Троцкого", как писал он в 1919 г. в фельетоне "Грядущие перспективы".
Автор "Мастера и Маргариты" был убежден, что начатки добра могут сохраняться у
самых жестоких с виду людей, в том числе и у прославившегося в годы гражданской
войны своей беспощадностью Т.

Марк Крысобой выполняет функции военного командира при верховном правителе
Иудеи Понтии Пилате - фактически ту же роль, что играл Т. при Ленине. Интересно,
что Ленин послужил одним из прототипов Воланда, функционально тождественного
Понтию Пилату. В белой армии именно Т. считали главным архитектором побед
красных и испытывали чувства ненависти и уважения одновременно. Т. вполне
позитивно изображен в миниатюре "Четыре портрета" из фельетона "Московские
сцены", зато в "Белой гвардии" он уподоблен ангелу-губителю Аваддону-Аполлиону
из Апокалипсиса. В "Мастере и Маргарите" Аваддон превратился в демона войны
Абадонну, в котором также отразился Т.

В варианте окончания "Белой гвардии", не увидевшем свет из-за закрытия журнала
"Россия", возможно, отразились впечатления от митинга на Софийской площади,
где выступал Т.: "- Поздравляю вас, товарищи, - мгновенно изобразил Николка
оратора на митинге, - таперича наши идут: Троцкий, Луначарский и прочие, - он
заложил руку за борт блузы и оттопырил левую ногу. -
Прр-авильно, - ответил он сам себе от имени невидимой толпы, а затем зажал рот
руками и изобразил, как солдаты на площади кричат "ура".
- У а а а !!
Шервинский ткнул пальцами в клавиши.
Соль... ... ...до.
Проклятьем заклейменный.
В ответ оратору заиграл духовой оркестр. Иллюзия получилась настолько полная,
что Елена вначале подавилась смехом, а потом пришла в ужас.
- Вы с ума сошли оба. Петлюровцы на улице!
- У а а а ! Долой Петлю!.. ап!
Елена бросилась к Николке и зажала ему рот".

Для героев "Белой гвардии", как и для самого Булгакова, Т. нес хоть какой-то, пусть
жестокий, но порядок, по сравнению со стихийной разнузданностью войск С. В.
Петлюры, чья фамилия здесь превращается в зловещую "петлю". Олицетворением
нового порядка выступает Т. и в "Четырех портретах".

"Литература и революция"
Пророчества Троцкого
Кто не любит Салтыкова-Щедрина - тот негодяй и свинья!
Бегемот читал Троцкого?
Читайте в завершении >>>

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Троцкий Л. Д., часть 2 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
В предисловии к книге "Литература и революция" председатель Реввоенсовета
Персонажи
писал, что "царская цензура была поставлена на борьбу с силлогизмом... Мы
Произведения
боролись за право силлогизма против цензуры. Силлогизм сам по себе -
Демонология
доказывали мы при этом - беспомощен. Вера во всемогущество отвлеченной идеи
Великий бал у Сатаны
наивна. Идея должна стать плотью, чтобы стать силой... И у нас есть цензура, и
Булгаковская Москва
очень жестокая. Она направлена не против силлогизма... а против союза капитала с
Театр Булгакова предрассудком. Мы боролись за силлогизм против самодержавной цензуры, и мы
Родные и близкие были правы. Наш силлогизм оказался не бесплотным. Он отражал волю
прогрессивного класса и вместе с этим классом победил. В тот день, когда

<<

стр. 16
(всего 41)

СОДЕРЖАНИЕ

>>