<<

стр. 9
(всего 41)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Во что и как верил Булгаков - не до конца понятно и сегодня, когда обнародованы,
наверное, уже все свидетельства на сей счет. В 1967 г. третья жена писателя Е. С.
Булгакова вспоминала: "Верил ли он? Верил, но, конечно, не по-церковному, а по-
своему. Во всяком случае, в последнее время, когда болел, верил - за это я могу
поручиться". Нельзя исключить, что Булгаков верил в Судьбу или Рок, склонялся к
деизму, считая Бога лишь первотолчком бытия, или растворял Его в природе, как
пантеисты. Однако последователем X. автор "Мастера и Маргариты" явно не был,
что и отразилось в романе.

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» "Под пятой"
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Персонажи
" од пятой" - дневник Булгакова, имеющий подзаголовок "Мой дневник 1923
Произведения
года" (фактически записи в дневнике продолжались с 24 мая 1923 г. по 13 декабря
Демонология
1925 г.).
Великий бал у Сатаны
Булгаковская Москва
При жизни Булгакова Под п. не публиковался. Впервые: Театр, М., 1990, No2.
Театр Булгакова
Во время обыска, проведенного 7 мая 1926 г. на квартире Булгакова (Обухов пер.,
Родные и близкие
9), сотрудниками ОГПУ была изъята рукопись Под п., а также рукопись и
Философы
машинопись повести "Собачье сердце".
Булгаков и мы
Булгаковедение
Картина этого обыска запечатлена в воспоминаниях второй жены писателя Л. Е.
Рукописи Белозерской: "В один прекрасный вечер", - так начинаются все рассказы, - в один
Фотогалереи прекрасный вечер на голубятню постучали (звонка у нас не было) и на мой вопрос
"кто там?" бодрый голос арендатора ответил: "Это я, гостей к вам привел!"
Сообщество Мастера
На пороге стояли двое штатских: человек в пенсне и просто невысокого роста
Клуб Мастера
человек - следователь Славкин и его помощник с обыском. Арендатор пришел в
Новый форум
качестве понятого. Булгакова не было дома, и я забеспокоилась: как-то примет он
Старый форум
приход "гостей", и попросила не приступать к обыску без хозяина, который вот-вот
Гостевая книга должен прийти.
СМИ о Булгакове Все прошли в комнату и сели. Арендатор, развалясь в кресле, в центре. Личность
его была примечательная, на язык несдержанная, особенно после рюмки-другой...
СМИ о БЭ
Молчание. Но длилось, оно, к сожалению, недолго.
Лист рассылки
- А вы не слышали анекдота, - начал арендатор...
Партнеры сайта
("Пронеси, господи!" - подумала я.)
Старая редакция сайта
- Стоит еврей на Лубянской площади, а прохожий его спрашивает: "Не знаете ли
Библиотека вы, где тут Госстрах?"
Собачье сердце - Госстрах не знаю, а госужас вот... (В анекдоте обыгран тот факт, что ОГПУ, как и
(иллюстрированное) его нынешняя наследница ФСБ, помещается в здании бывшего страхового
общества "Россия" на Лубянской площади). Раскатисто смеется сам рассказчик. Я
Остальные произведения
бледно улыбаюсь. Славкин и его помощник безмолвствуют. Опять молчание - и
Книжный интернет-
вдруг знакомый стук.
магазин
Я бросилась открывать и сказала шепотом М. А.:
Лавка Мастера
- Ты не волнуйся, Мака, у нас обыск. Но он держался молодцом (дергаться он
начал значительно позже). Славкин занялся книжными полками. "Пенсне" стало
переворачивать кресла и колоть их длинной спицей. И тут случилось неожиданное.
М. А. сказал:
- Ну, Любаша, если твои кресла выстрелят, я не отвечаю. (Кресла были куплены
мной на складе бесхозной мебели по 3 р. 50 коп. за штуку.)
И на нас обоих напал смех. Может быть, и нервный.
Под утро зевающий арендатор спросил:
- А почему бы вам, товарищи, не перенести ваши операции на дневные часы?
Ему никто не ответил... Найдя на полке "Собачье сердце" и дневниковые записи,
"гости" тотчас же уехали.
По настоянию Горького, приблизительно через два года "Собачье сердце" было
возвращено автору..."

Обыск у Булгакова был проведен из-за начавшейся по принятому в конце апреля
1926 г. решению Политбюро кампании против сменовеховцев. В те же дни был
арестован и на три года выслан за границу редактор сменовеховского журнала
"Россия" И. Г. Лежнев (Альтшулер) (1891-1955), опубликовавший "Белую гвардию", а
сам журнал был закрыт.

Булгаков неоднократно пытался вызволить арестованные рукописи. 24 июня 1926 г.
он обратился с прошением к председателю Совнаркома А. И. Рыкову (1881-1938) с
просьбой вернуть изъятые во время обыска 7 мая 1926 г. два экземпляра повести
"Собачье сердце" и три тетради рукописи "Мой дневник".

6 июля 1928 г. Булгаков выдал супруге Максима Горького (Алексея Максимовича
Пешкова) (1868-1936) Екатерине Павловне Пешковой (1878-1965) доверенность на
получение рукописей из ОГПУ, которые ему обещали вернуть, затем обращался с
повторными просьбами об этом к заместителю председателя ОГПУ Г. Г. Ягоде
(1891-1938), а позднее в том же месяце писал Горькому: "В 1926 году, в день
генеральной репетиции "Дней Турбиных", я был в сопровождении агента ОГПУ
отправлен в ОГПУ, где подвергся допросу. Несколькими месяцами раньше
представителями ОГПУ у меня был произведен обыск, причем отобраны были у
меня "Мой дневник" в трех тетрадях и единственный экземпляр сатирической
повести моей "Собачье сердце"... Я подавал много раз прошения о возвращении
мне рукописей из ГПУ и получал отказы или не получал ответа на заявления".

Судя по воспоминаниям Л. Е. Белозерской, Под п. был возвращен Булгакову во
второй половине 1929 г. Неизвестный осведомитель ОГПУ 3 марта 1930 г.
информировал: "Мих. Булгаков рассказывал о своих неудачах... Он обратился с
письмом к Рыкову, прося о загр. паспорте; ответа не последовало, но - "воротили
дневники" (в кавычках здесь - подлинные булгаковские слова)".

По свидетельству третьей жены писателя Е. С. Булгаковой, после получения
дневника обратно Булгаков его уничтожил. Однако с рукописи в ОГПУ перед
возвращением ее автору сняли машинописную и фотографическую копии, которые в
1989-1993 гг. были обнародованы органами государственной безопасности.

1 сентября 1933 г., начиная вести свой дневник, Е. С. Булгакова записала: "Сегодня
первая годовщина нашей встречи с М. А. после разлуки (последовавшей в феврале
1931 г. по настоянию ее второго мужа Е. А. Шиловского (1889-1952). Миша
настаивает, чтобы я вела этот дневник. Сам он, после того, как у него в 1926 году
взяли при обыске его дневники, - дал себе слово никогда не вести дневника. Для
него ужасна и непостижима мысль, что писательский дневник может быть отобран".

В переписке Булгаков всегда называл рукопись своего Под п. "Мой дневник", хотя в
фотокопии отчетливо видно, что это - подзаголовок, а основное название - "Под
пятой". Однако это последнее несло несомненный политический оттенок и было
неудобно для цитирования в письмах Горькому и Ягоде.

В булгаковском архиве сохранились вырезки из его дневниковых записей 1922 г.
Первая из сохранившихся записей от 25 января начинается словами: "Забросил я
дневник", из чего можно заключить, что он был начат ранее, скорее всего, сразу
после приезда Булгакова в Москву в сентябре 1921 г.

В недатированном заявлении Г. Г. Ягоде, оставшемся в копии в булгаковском
архиве, писатель говорит о дневниках, "содержащих крайне ценное лично для меня
отражение моего настроения в прошедшие годы (1921-1925)", что также
подтверждает, что начаты они были в 1921 г.

Вместе с тем, раз в архивах госбезопасности сохранились копии дневника только за
1923-1925 гг. и именно эта часть была озаглавлена "Под пятой", логично
предположить, что лишь Под п. как некое законченное произведение был изъят
ОГПУ, а тетрадь с записями 1921-1922 гг. сохранилась у Булгакова, и впоследствии,
после возвращения Под п., он уничтожил все свои дневниковые записи, оставив
только небольшие фрагменты на память и как доказательство, что дневник
существовал.

Из этих сохранившихся записей наиболее красноречива та, что сделана 9 февраля
1922 г.: "Идет самый черный период моей жизни. Мы с женой (Т. Н. Лаппа)
голодаем".

Записи 1921-1922 гг. еще не рассматривались как литературные заготовки, а лишь
отражали тяжелую борьбу за существование. Только со стабилизацией своего
материального положения в качестве постоянного фельетониста "Гудка" и
"Накануне" Булгаков начал Под п. как некое литературное произведение (об этом
говорит наличие заглавия), в силу предельной откровенности предназначенное,
очевидно, лишь для посмертной публикации (нецензурность Под п. для условий 20-х
годов сомнений не вызывает).

В дневнике писатель сформулировал свое отношение к политическому течению
сменовеховства, с которым были связаны берлинская газета "Накануне" и
московский журнал "Россия". В этих органах Булгаков публиковался.

Сменовеховство ведет свою историю со сборника "Смена вех", вышедшего в Праге
в июле 1921 г. Его авторы - видные деятели эмиграции - Ю. В. Ключников (1886-
1938), Ю. Н. Потехин (1890-1938), А. В. Бобрищев-Пушкин (1875-1938?) и др.

Идейный вождь сменовеховства бывший министр в правительстве Колчака Н. В.
Устрялов (1890-1938) провозглашал путь "эволюции умов и сердец", необходимость
признания эмиграцией советской власти и совместной работы с ней, в расчете, что
большевики будут эволюционировать в сторону возрождения русского
национального государства на цивилизованных началах.

Один из вождей большевиков Л. Д. Троцкий сразу по выходу "Смены вех" так оценил
значение сборника: "Люди, которые давали министров Колчаку, поняли, что Красная
Армия не есть выдумка эмигрантов, что это не разбойничья банда, - она является
национальным выражением русского народа в настоящем фазисе развития. Они
абсолютно правы... Наше несчастие, что страна безграмотная, и, конечно, годы и
годы понадобятся, пока исчезнет безграмотность и русский трудовой человек
приобщится к культуре".

Сменовеховцы хотели видеть в нэпе признаки желательной для них эволюции.
Однако на самом деле нэп для большевиков был не более чем тактическим
маневром, а после устранения Троцкого от реальных рычагов власти (этот процесс
писатель точно фиксировал в Под п.) никто всерьез дела со сменовеховцами иметь
не собирался.

Булгаков, в отличие от них, в термидорианское перерождение советской власти не
веривший (статья Н. В. Устрялова в "Смене вех" так и называлась "Путь
термидора"), о сменовеховстве и сменовеховцах в Под п. отзывался крайне
нелестно. Свое неверие в благотворную эволюцию большевизма он выразил в
сатирических повестях "Роковые яйца" и "Собачье сердце".

Булгаков: "Я нахожусь в среде исключительной сволочи"
Даже гении бывают антисемитами
"Затхлая, советская, рабская рвань, с густой примесью евреев"
Читайте продолжение>>>

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» "Под пятой", часть 2
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
В дневниковой записи 26 октября 1923 г. Булгаков на личном опыте утверждал: "Мои
Персонажи
предчувствия относительно людей никогда меня не обманывают. Никогда. Компания
Произведения
исключительной сволочи группируется вокруг "Накануне". Могу себя поздравить, что
Демонология
я в их среде. О, мне очень туго придется впоследствии, когда нужно будет
Великий бал у Сатаны
соскребать накопившуюся грязь со своего имени. Но одно могу сказать с чистым
Булгаковская Москва
сердцем перед самим собой. Железная необходимость вынудила меня печататься в
Театр Булгакова нем. Не будь "Накануне", никогда б не увидали света ни "Записки на манжетах", ни
Родные и близкие многое другое, в чем я могу правдиво сказать литературное слово. Нужно было
быть исключительным героем, чтобы молчать в течение четырех лет, молчать без
Философы
надежды, что удастся открыть рот в будущем. Я, к сожалению, не герой". (Автор Под
Булгаков и мы
п. еще не знал, что с 1929 г. ему придется оказаться точно в таком положении).
Булгаковедение
Рукописи А 23 декабря 1924 г. писатель очень верно предрек судьбу сменовеховцев: "Все они
Фотогалереи настолько считают, что партия безнадежно сыграна, что бросаются в воду в одежде.
Василевский (И. М. Василевский (He-Буква) (1882-1938), известный журналист-
Сообщество Мастера
сменовеховец, первый муж второй жены Булгакова Л. Е. Белозерской) одну из
Клуб Мастера
книжек выпустил под псевдонимом. Насчет первой партии совершенно верно. И
Новый форум
единственная ошибка всех Павлов Николаевичей (речь идет о лидере кадетов П. Н.
Старый форум
Милюкове (1859-1943), в эмиграции редактировавшем газету "Последние новости")
Гостевая книга и Пасмаников (либеральный журналист Д. С. Пасманик (1869-1936) был
СМИ о Булгакове сотрудником Милюкова), сидящих в Париже, что они все еще доигрывают первую, в
то время как логическое следствие: за первой партией идет совершенно другая,
СМИ о БЭ
вторая. Какие бы ни сложились в ней комбинации - Бобрищев погибнет".
Лист рассылки
Партнеры сайта
Особенно возмущало Булгакова то, что "сменил вехи" такой крайне правый
Старая редакция сайта
публицист как А. В. Бобрищев-Пушкин, выпустивший сразу под двумя
Библиотека псевдонимами, П. Арский и Ал. Дмитриев, в серии "Вожди и деятели революции"
книгу о М. М. Володарском (Гольдштейне) (1891-1918), петроградском комиссаре по
Собачье сердце
делам печати, агитации и пропаганды, убитом террористом и канонизированном
(иллюстрированное)
большевиками: "Но все-таки поймите. Старый, убежденный погромщик, антисемит
Остальные произведения
pur sang (чистокровный (фр.) пишет хвалебную книгу о Володарском, называя его
Книжный интернет-
"защитником свободы печати". Немеет человеческий ум".
магазин
Лавка Мастера
В "Смене вех" Бобрищев-Пушкин утверждал: "Советская власть при всех ее
дефектах - максимум власти, могущей быть в России, пережившей кризис
революции. Другой власти быть не может - никто ни с чем не справится, все
перегрызутся". В большевиках он увидел ту твердую власть, за которую ратовал до
1917 г.

Булгаков же насчет возможностей сохранения свободы и даже самой жизни при
такой твердой коммунистической власти не обольщался и относительно будущей
судьба сменовеховцев оказался провидцем: в 1937-1938 гг. Н. В. Устрялов, И. М.
Василевский, А. В. Бобрищев-Пушкин и др. были репрессированы, и погибли.

"Веселые берлинские б…", как назвал сменовеховцев Булгаков в Под п. в записи от
3 января 1925 г., веселились недолго и кончили очень плохо. Невольной жертвой
борьбы с ними стал и сам автор Под п., на долгие годы получивший небезопасный
ярлык "сменовеховца", и его дневник, угодивший в руки ОГПУ.

В Под п. проявился свойственный Булгакову бытовой антисемитизм. Он всячески
подчеркивает еврейскую национальность несимпатичных ему людей, вроде
издателя "Белой гвардии" 3. Л. Каганского или некоторых руководителей "Накануне".
Возможно, подобное отношение к евреям укрепилось у него еще в семье.

А. И. Булгаков, отец писателя, в статье "Современное франкмасонство" (1903) с
тревогой отмечал, что "в настоящее время ряды франкмасонских лож наполняются
евреями" и "понятное дело, что от таких лож нельзя ожидать ничего доброго для
христианства".

В Под п., например, в записи в ночь с 20 на 21 декабря 1924 г. осуждаемые
писателем действия французского премьера Эдуарда Эррио (1872-1957), который
"этих большевиков допустил в Париж", объясняются его мнимо-еврейским
происхождением: "У меня нет никаких сомнений, что он еврей. Люба (Л. Е.
Белозерская) мне это подтвердила, сказав, что она разговаривала с людьми, лично
знающими Эррио. Тогда все понятно".

А, отзываясь о публике, посещающей "Никитинские субботники", организованные
создателем одноименного издательства литературоведом Е. Ф. Никитиной (1893-
1973), писатель в ночь на 28 декабря 1924 г. подчеркивал, что это - "затхлая,
советская, рабская рвань, с густой примесью евреев". В донесении анонимного
агента ОГПУ от 10 ноября 1928 г. содержится сходный по духу булгаковский отзыв:
"О "Никитинских субботниках" Булгаков высказал уверенность, что они - агентура
ГПУ".

В то же время, черносотенно-погромных настроений Булгаков не разделял и, как
видим, осуждал за это А. В. Бобрищева-Пушкина. Не был он в то время и
монархистом. 15 апреля 1924 г. в связи со слухами, что по Москве ходит манифест
великого князя Николая Николаевича (1856-1929), которого часть русских
монархистов считала претендентом на престол, писатель раздраженно заметил:
"Черт бы взял всех Романовых! Их не хватало".

В завершении:
Что выбрать: медицину или литературу? Сомнения Булгакова.
"С моими взглядами мне трудно печататься и жить".
Булгаков о "несимпатичном" Горьком
"А сову эту я разъясню".

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» "Под пятой", часть 3
Архив публикаций
Страницы: 1 2 3
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
В Под п. Булгаков уже окончательно осознает писательство, как единственное дело
Персонажи
своей жизни. Например, 30 сентября 1923 г. он с удовлетворением констатировал:
Произведения
"В литературе я медленно, но все же иду вперед. Это я знаю твердо. Плохо лишь то,
Демонология
что у меня никогда нет ясной уверенности, что я хорошо написал".
Великий бал у Сатаны
Булгаковская Москва Такая уверенность в Под п. проявилась у него только по отношению к рассказу
Театр Булгакова "Богема". 4 января 1925 г. в связи с его публикацией в журнале "Красная новь"
Родные и близкие Булгаков записал: "Это мой первый выход в специфически-советской тонко-
журнальной клоаке. Эту вещь я сегодня перечитал, и она мне очень нравится...
Философы
Кажется, впервые со знаменитой осени 1921-го года (времени приезда в Москву)
Булгаков и мы
позволю себе маленькое самомнение и только в дневнике, - написан отрывок
Булгаковедение
совершенно на "ять", за исключением одной, двух фраз".
Рукописи
Но порой писателя охватывали сомнения: 26 октября 1923 г. Булгаков признавался:
Фотогалереи
"Горько раскаиваюсь, что бросил медицину и обрек себя на неверное
Сообщество Мастера
существование. Но, видит Бог, одна только любовь к литературе и была причиной
Клуб Мастера
этого.
Новый форум
Литература теперь трудное дело. Мне с моими взглядами, волей-неволей
Старый форум выливающимися в произведениях, трудно печататься и жить".
Гостевая книга
Свои убеждения, политические и эстетические, писатель выразительно определил в
СМИ о Булгакове
записи 30 сентября 1923 г. (в скобках поставив старый стиль - 17 сентября) в связи с
СМИ о БЭ
двухлетней годовщиной приезда в Москву: "Вероятно, потому, что я консерватор
Лист рассылки
до... "мозга костей" хотел написать, но это шаблонно, ну, словом, консерватор,
Партнеры сайта
всегда в старые праздники меня влечет к дневнику... Два года! Многое ли
Старая редакция сайта
изменилось за это время? Конечно, многое. Но все же вторая годовщина меня
Библиотека застает все в той же комнате и всё таким же изнутри".
Собачье сердце
Подобные взгляды выразились в неприятии коммунистов и революции. Даже в
(иллюстрированное)
письме к правительству от 28 марта 1930 г. Булгаков осторожно указывал на свой
Остальные произведения
"глубокий скептицизм в отношении революционного процесса, происходящего в
Книжный интернет-
моей отсталой стране, и противупоставление ему излюбленной и Великой
магазин
Эволюции".
Лавка Мастера
В дневнике 26 октября 1923 г., характеризуя соседа пекаря, писатель выразился
гораздо определеннее: "В голове у малого то же, что и у всех - себе на уме,
прекрасно понимает, что большевики жулики, на войну идти не хочет, о
международном положении никакого понятия. Дикий мы, темный, несчастный
народ".

Что же касается литературы, то здесь булгаковский консерватизм выразился в
неприятии русского авангарда, в частности, прозы А. Белого. 16 января 1925 г.
Булгаков зафиксировал впечатления от состоявшегося накануне, 14 января, в
кружке П. Н. Зайцева чтения Белым воспоминаний о Валерии Брюсове (1873-1924):
"Белый в черной курточке (невольный булгаковский каламбур). По-моему,
нестерпимо ломается и паясничает.
Говорил воспоминания о Валерии Брюсове. На меня все это произвело
нестерпимое впечатление. Какой-то вздор... символисты... В общем, пересыпая
анекдотиками, порой занятными, долго нестерпимо говорил... о каком-то
папоротнике... о том, что Брюсов был "Лик" символистов, но в то же время любил
гадости делать...
Я ушел, не дождавшись конца. После "Брюсова" должен был быть еще отрывок из
нового романа Белого. Merci." (по иронии судьбы этот роман, "Московский чудак",
несший в себе влияние повести "Роковые яйца", 20 сентября 1926 г. был подарен
Белым Булгакову).

6 ноября 1923 г. Булгаков записал в Под п.: "Теперь я полон размышления и ясно
как-то стал понимать - нужно мне бросить смеяться. Кроме того - в литературе вся
моя жизнь. Ни к какой медицине я никогда больше не вернусь. Несимпатичен мне
Горький как человек, но какой это огромный, сильный писатель и какие страшные и
важные вещи говорит он о писателе... Страшат меня мои 32 года и брошенные на
медицину годы, болезни и слабость... Я буду учиться теперь. Не может быть, чтобы
голос, тревожащий меня сейчас, не был вещим. Не может быть. Ничем иным я быть
не могу, я могу быть одним - писателем. Посмотрим же и будем учиться, будем
молчать".

Писатель высоко оценивал реалистическую прозу даже "несимпатичного" Горького,
а свое литературное будущее связывал уже не с сатирой и юмором, а с
произведениями серьезного жанра, вроде эпической "Белой гвардии".

Правда, насчет художественного значения романа его терзали сомнения,
отразившиеся и в Под п. 5 января 1925 г. Булгаков записал: "Ужасно будет жаль,
если я заблуждаюсь и "Белая гвардия" не сильная вещь". Ему не дано было
предугадать тогда, что подлинную славу принесет последний роман "Мастер и
Маргарита", где эпическое соседствует с сатирическим, юмор с демонологией, а
философия - с изображением московского быта.

В Под п. зафиксирована также булгаковская вера в Бога и возмущение
воинствующим атеизмом коммунистов, их глумлением над Христианством, в
частности, в статьях "Безбожника". 5 января 1926 г. писатель так передал свои
впечатления от этого атеистического журнала: "Когда я бегло проглядел у себя
дома вечером номера "Безбожника", был потрясен. Соль не в кощунстве, хотя оно,
конечно, безмерно, если говорить о внешней стороне. Соль в идее, ее можно
доказать документально: Иисуса Христа изображают в виде негодяя и мошенника,
именно его. Не трудно понять, чья это работа. Этому преступлению нет цены...
Большинство заметок в "Безбожнике" подписаны псевдонимами. "А сову эту я
разъясню" (цитата из повести "Собачье сердце")".

Здесь Булгаков нападки на Христа связывает с еврейским происхождением
большинства авторов "Безбожника". "Разъяснил" он их в "Мастере и Маргарите",
сатирически показав циничный атеизм Михаила Александровича Берлиоза и
бездумный - Ивана Бездомного.

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» "Богема"
Архив публикаций
Энциклопедия
" огема" - рассказ. Опубликован: Красная Нива, М., 1925, No1.
Биография (1891-1940)
Персонажи
Б. - произведение автобиографическое, основанное на истории создания и
Произведения
постановки булгаковской пьесы "Сыновья муллы" весной 1921 г. во Владикавказе и
Демонология
последующей поездки драматурга на вырученные деньги в Тифлис (Тбилиси). Эти
Великий бал у Сатаны же события отражены в повести "Записки на манжетах" (1922 - 1923). Упоминаемый
Булгаковская Москва
в Б. фельетон, за который автор получил "1200 рублей и обещание, что меня
Театр Булгакова посадят в особый отдел, если я еще напечатаю что-нибудь похожее" - это,
Родные и близкие вероятно, "Неделя просвещения", хотя не вполне понятно, какие именно "насмешки"
Философы могло усмотреть там бдительное революционное око.
Булгаков и мы
В Б. Булгаков признает написание "Недели просвещения" одним из четырех
Булгаковедение
преступлений своей жизни, наряду с растратой на кино денег, предназначенных на
Рукописи учебник физики, женитьбой на Т. Н. Лаппа вопреки воле матери (к моменту
Фотогалереи написания Б., в 1924 г., Булгаков с первой женой уже развелся), а также
вынужденное заявление в особом отделе, что пьеса "Сыновья муллы" хорошая и
Сообщество Мастера
для постановки этой революционной пьесы он едет в Тифлис.
Клуб Мастера
Новый форум
Характерно, что Булгаков не считает криминалом создание бездарной пьесы само
Старый форум по себе. В "Записках на манжетах" он прямо заявляет, что писали ее "втроем: я,
Гостевая книга помощник поверенного и голодуха". Предосудительным драматург считает только
попытку выдать плохую пьесу за хорошую. Но и она вынуждается
СМИ о Булгакове
обстоятельствами.
СМИ о БЭ
Лист рассылки
Как сообщила в своих воспоминаниях Т. Н. Лаппа, весной 1921 г. над головой
Партнеры сайта
Булгакова во Владикавказе сгустились тучи: "В общем, если б мы там еще
Старая редакция сайта
оставались, нас бы уже не было. Ни меня, ни его. Нас бы расстреляли. Там же
Библиотека целое белогвардейское гнездо было: сын генерала Гаврилова (владикавказского
знакомого Булгакова, ушедшего с белыми), Дмитрий, предлагал в их подполье
Собачье сердце
работать, но я отказалась. Потом хотел завербовать медсестру из детского дома,
(иллюстрированное)
который в их особняке был, а она его выдала. Тут и начальника милиции
Остальные произведения
арестовали, где я раньше работала. Он тоже контрреволюционером оказался. Ну, и
Книжный интернет-
надо было сматываться".
магазин
Лавка Мастера
Попытки поставить "революционную" пьесу в Тифлисе и Батуме, куда позднее
перебрался Булгаков, не увенчались успехом, но в Грозном и Владикавказе она
продолжала ставиться еще и в 30-е годы.

Булгаков высоко оценивал Б., но стыдился запечатленной в ней бедности жизни. 4
января 1925 г. он записал в своем дневнике "Под пятой": "Сегодня вышла "Богема" в
"Красной Ниве" No1. Это мой первый выход в специфически-советской тонко-
журнальной клоаке. Эту вещь я сегодня перечитал, и она мне очень нравится, но
поразило страшно одно обстоятельство, в котором я целиком виноват. Какой-то
беззастенчивой бедностью веет от этих строк. Уж очень мы тогда привыкли к голоду
и его не стыдились, а сейчас как будто бы стыдно. Подхалимством веет от этого
отрывка. Кажется, впервые со знаменитой осени 1921-го года (времени приезда
Булгакова в Москву) позволю себе маленькое самомнение и только в дневнике, -
написан отрывок совершенно на "ять", за исключением одной, двух фраз. ("Было
обидно и др.").

Вот не понравившаяся Булгакову тяжеловесная фраза: "Было обидно, в
особенности потому, что гримасы были вовсе не нужны..." В Б. автор, чтобы его не
узнали на фотографии, сделанной по случаю премьеры его "революционной пьесы",
гримасничает, и "благодаря этим гримасам, в городе расплылся слух, что я
гениальный, но и сумасшедший в то же время человек".

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» "Сыновья Муллы"
Архив публикаций
Энциклопедия
" ыновья муллы" - пьеса, поставленная во Владикавказе в мае 1921 г. местной
Биография (1891-1940)
ингушской труппой.
Персонажи
Произведения
Премьера состоялась 15 мая и С. м. прошли три раза. Позднее пьеса была
Демонология переведена на осетинский язык (с заменой мусульманских имен на осетинские) и
Великий бал у Сатаны ставилась осетинскими самодеятельными театральными коллективами. Ни при
жизни Булгакова, ни после его смерти С. м. до сих пор не печатались на русском
Булгаковская Москва
языке. Осетинский перевод пьесы, выполненный артистом Б. И. Тотровым,
Театр Булгакова
опубликован: Фидиуаг, Владикавказ, 1930, No4. Сохранился суфлерский экземпляр
Родные и близкие
русского текста пьесы, хранящийся ныне в архиве Булгакова в Отделе Рукописей
Философы
Российской Государственной Библиотеки.
Булгаков и мы
Процесс создания С. м. Булгаков описал в повести "Записки на манжетах" (1922-
Булгаковедение
1923) и в рассказе "Богема" (1925). В повести об этом говорится следующим
Рукописи
образом: "Помощник присяжного поверенного, из туземцев, научил меня. Он пришел
Фотогалереи
ко мне, когда я молча сидел, положив голову на руки, и сказал:
Сообщество Мастера
- У меня тоже нет денег. Выход один - пьесу нужно написать. Из туземной жизни.
Клуб Мастера
Революционную. Продадим ее...
Новый форум
Я тупо посмотрел на него и ответил:
Старый форум - Я не могу ничего написать из туземной жизни, ни революционного, ни
Гостевая книга контрреволюционного. Я не знаю их быта. И вообще я ничего не могу писать. Я
устал, и, кажется, у меня нет способностей к литературе.
СМИ о Булгакове
Он ответил:
СМИ о БЭ
- Вы говорите пустяки. Это от голоду. Будьте мужчиной. Быт - чепуха. Я насквозь
Лист рассылки
знаю быт. Будем вместе писать. Деньги пополам.
Партнеры сайта
С того времени мы стали писать... Его жена развешивала белье на веревке в
Старая редакция сайта
комнате, а затем давала нам винегрет с постным маслом и чай с сахарином. Он
Библиотека называл мне характерные имена, рассказывал обычаи, а я сочинял фабулу. Он
тоже. И жена подсаживалась и давала советы. Тут же я убедился, что они оба
Собачье сердце
(иллюстрированное) гораздо более меня способны к литературе. Но я не испытывал зависти, потому что
твердо решил про себя, что эта пьеса будет последним, что я пишу...
Остальные произведения
И мы писали.
Книжный интернет-
Он нежился у печки и говорил:
магазин
- Люблю творить! Я скрежетал пером... Через семь дней трехактная пьеса была
Лавка Мастера
готова. Когда я перечитал ее у себя, в нетопленой комнате, ночью, я, не стыжусь
признаться, заплакал! В смысле бездарности - это было нечто совершенно
особенное, потрясающее! Что-то тупое и наглое глядело из каждой строчки этого
коллективного творчества!..
В туземном подотделе пьеса произвела фурор. Ее немедленно купили за 200
тысяч. И через две недели она шла.
В тумане тысячного дыхания сверкали кинжалы, газыри и глаза. Чеченцы,
кабардинцы, ингуши, - после того, как в третьем акте геройские наездники
ворвались и схватили пристава и стражников, - кричали:
- Ва! Подлец! Так ему и надо!
И вслед за подотдельскими барышнями вызывали: "автора"
За кулисами пожимали руки.
- Пирикрасная пыеса!
И приглашали в аул..."

Автор "Записок на манжетах" признавался, что С. м. писали втроем: "Я, помощник
поверенного и голодуха".

В "Богеме" этот туземный помощник присяжного поверенного назван по имени:
Гензулаев. Срок написания здесь определен чуть больше: семь с половиной дней, а
роль Гензулаева охарактеризована несколько иначе: "Сам он мне тут же признался,
что искренне ненавидит литературу, вызвав во мне взрыв симпатии к нему. Я тоже
ненавижу литературу и уж, поверьте, гораздо сильнее Гензулаева. Но Гензулаев
назубок знает туземный быт, если конечно, бытом можно назвать шашлычные
завтраки на фоне самых постылых гор, какие есть в мире, кинжалы неважной стали,
поджарых лошадей, духаны и отвратительную, выворачивающую душу музыку".

Помощник присяжного поверенного должен был "подсыпать этот быт" в пьесу.
Художественное же качество С. м. автор в "Богеме" оценивал не менее сурово, чем
в "Записках на манжетах", хотя теперь, учитывая опыт советского театра первой
половины 20-х годов, уже не настаивал на уникальности пьесы: "...Если когда-
нибудь будет конкурс на самую бессмысленную, бездарную и наглую пьесу, наша
получит первую премию (хотя, впрочем... впрочем... вспоминаю сейчас некоторые
пьесы 1921-1924 годов и начинаю сомневаться...), ну не первую - вторую или
третью".

По словам автора "Богемы", гонорар за пьесу был 200 тысяч рублей, разделенный
между соавторами поровну (та же сумма - ив "Записках на манжетах", причем "пьеса
прошла три раза (рекорд), и вызывали авторов"). Этими деньгами Булгаков, как он
сообщает в "Богеме", распорядился следующим образом: "Семь тысяч я съел в 2
дня, а на остальные 93 решил уехать из Владикавказа".

Судя по данным, сообщаемым Булгаковым в "Записках на манжетах", и учитывая,
что премьера С. м. была 15 мая 1921 г. - в булгаковский день рождения, пьеса была
написана соавторами в конце апреля. На вырученный от постановки С. м. гонорар
Булгаков выехал 26 мая в Тифлис (Тбилиси) через Баку. После его отъезда пьеса
еще неоднократно шла не только во Владикавказе, но и в Грозном.

Т. Н. Лаппа, первая жена писателя, в своих воспоминаниях в основном
подтверждает изложенные Булгаковым в "Записках на манжетах" и "Богеме"
обстоятельства создания С. м. Она отметила, что муж ходил во Владикавказе
писать пьесу к их соседям Пейзулаевым, и что значительная часть денег была
потрачена на обязательный после премьеры банкет (скорее всего, на него как раз и
ушли упоминаемые в "Богеме" 7 тыс. рублей).

Соавтором Булгакова по С. м. был кумык Туаджин Пейзулаев, уроженец селения
Аксай в Дагестане, успевший до революции окончить юридический факультет
Петербургского университета. В начале 1920-х годов он жил во Владикавказе, а
позднее переселился в Москву, где и скончался в 1936 г.

Неизвестно, встречались ли Булгаков и Пейзулаев в столице, но своего
владикавказского знакомого писатель вспомнил, когда начал в 1929 г. писать роман
"Мастер и Маргарита". В ранних редакциях директора Театра Варьете Степана
Богдановича Лиходеева звали Гарася Педулаев, а нечистая сила бросала его не в
Ялту, а во Владикавказ. Только в последней редакции "Мастера и Маргариты",
начатой в 1937 г., герой был перемещен в Ялту, а не во Владикавказ, и стал
именоваться Степой Лиходеевым. Булгаков узнал о смерти своего владикавказского
соавтора и счел неудобным придавать его черты сатирическому персонажу.

Скорее всего, роль Пейзулаева в создании С. м. свелась к снабжению драматурга
необходимым бытовым материалом. Текст пьесы, по всей видимости, писал один
Булгаков. В осетинском переводе 1930 г. стоит только его фамилия. После приезда
в Москву в сентябре 1921 г. драматург уничтожил рукопись С. м. Однако в 1960 г. в
Грозном был обнаружен суфлерский экземпляр пьесы. На нем также один автор -
Булгаков.

В "Записках на манжетах" как будто предсказана такая судьба текста С. м.: "Я начал
драть рукопись. Но остановился. Потому что вдруг, с необычайной чудесной
ясностью, сообразил, что правы говорившие: написанное нельзя уничтожить!
Порвать, сжечь... От людей скрыть. Но от самого себя - никогда! Кончено!
Неизгладимо. Эту изумительную штуку я сочинил. Кончено!.."

В "Мастере и Маргарите" подобные рассуждения вылились в ставшие афоризмом
слова Воланда "Рукописи не горят!", сказанные по поводу гениального романа
Мастера. Но Булгаков еще в начале 20-х годов понимал, что свой след в жизни
оставляют любые произведения, в том числе и такие бездарные как С. м. К тому же
судьба С. м. оказалась счастливей многих других, гораздо более талантливых
булгаковских пьес, так и не увидевших свет рампы при жизни автора.

В С. м. Булгаков, против стереотипов "революционных" постановок того времени,
обратился к событиям не Октябрьской, а Февральской революции 1917 г., которая
представлена как явление безусловно положительное, спасающее от ареста
главного героя - сына муллы революционера Идриса. Между тем, в "Грядущих
перспективах" (1919) писатель винит Февральскую революцию в приходе к власти
большевиков и осуждает ее, среди прочего, и за "безумство мартовских дней".

Трудно сказать, изменились ли за полтора года взгляды Булгакова или в С. м. он
просто приспосабливался к местной конъюнктуре. Для горских народов этапной
стала именно Февральская революция, резко ослабившая в горных районах
Северного Кавказа власть центрального российского правительства. Трудно судить,
насколько соответствует взглядам автора ощутимая в С. м. поддержка права
народов на национальное самоопределение. Это выражается, в частности, в
лозунге "Да здравствует свободная Ингушетия!" и словах о необходимости
"защищать свободу Ингушетии".

В "Грядущих перспективах", романе "Белая гвардия" и пьесе "Дни Турбиных"
Булгаков категорически выступал против отделения от России Украины. Однако
нельзя исключить, что опыт полуторагодичного пребывания на Северном Кавказе
убедил его, что кавказские народы очень сильно отличаются от русских в
культурном, социальном и психологическом отношении, и поэтому их отделение от
России не может нанести последней вреда. Но, вполне возможно, что слова о
свободе Ингушетии были простой уступкой настроениям местной публики.

С. м. - пьеса вполне мифологическая. Все ее персонажи с самого начала делятся на
хороших и плохих, черных и белых (или, точнее, белых и красных). Хорошие - это
все представители местного ингушского (в осетинском переводе - осетинского)
населения - мулла Хассбот, его сыновья: студент-революционер Идрис и офицер
Магомет, друг Идриса Юсуп и прочие. Плохие - представители царской власти -
Начальник полицейского участка, подчиненные ему стражники, а также старшина
селения Магомет-Мирза. Последний, впрочем, как и стражники, будучи
представителем ингушского народа, в конце пьесы по мановению волшебной
палочки исправляется и получает прощение, причем происходит следующий
характерный диалог:
"X а с с б о т . Конечно, его нужно отпустить. Он свой человек.
И д р и с. Свой человек иногда бывает хуже чужих. Слушай, Магомет-Мирза, если
мы тебя отпустим, ты помни это всегда, и плохо тебе будет, если ты когда-нибудь
еще пойдешь против свободного народа.
М а г о м е т М и р з а. Да, что ты, Идрис, я никогда и не подумаю об этом".

С миром отпускают и стражников, отобрав только винтовки и дав прощальное
напутствие: "Вы пойдете и скажете всем о том, что произошло, что свергли старую
власть и вы свободны, как и все".

Подобная мифологичность пьесы вполне гарантировала единение
непритязательной и не слишком образованной владикавказской публики с
происходящим на сцене, но Булгакову такое единение, иронически описанное в
"Записках на манжетах", радости не доставляло. В 1939 г., по воле судьбы,
драматургу пришлось писать последнюю свою пьесу о молодом И. В. Сталине
"Батум" тоже в мифологическом ключе. В пьесе же "Багровый остров" (1927)
Булгаков учел опыт С. м. и наделил чертами мифа "революционную" пьесу
драматурга Дымогацкого, заставив, в частности, плохих арапов к финалу раскаяться
и переродиться.

А вот в образах муллы Хассбота и его сына офицера Магомета можно заметить
первые наброски темы отношения интеллигенции к революции, на другом
художественном уровне решенной в пьесах "Дни Турбиных" (1926) и "Бег" (1928).

Есть в С. м. и идея, ставшая одной из важнейших в романе "Мастер и Маргарита".
Друг Хассбота Али-хан обращается к сыну муллы: "Идрис, кто же теперь у нас будет
начальником участка?" Ответ Идриса: "Будет новая власть - все по-новому", -
удивленный Али-хан, комментирует так: "Не будет? Как же так? А, впрочем, лучше,
если не будет. От них только одни несчастия и горе".

Из этого серьезного, хотя и сдобренного юмором диалога в последнем булгаковском
романе возникла проповедь Иешуа Га-Ноцри о том, что "всякая власть является
насилием над людьми и что настанет время, когда не будет власти ни кесарей, ни
какой-либо иной власти. Человек перейдет в царство истины и справедливости, где
вообще не будет надобна никакая власть".

Революционер Идрис, подобно Иешуа, провозглашает будущее царство
справедливости, где не будет богатых и бедных и все будут равны между собой. Он
заявляет: "Бежать нужно только тогда, когда опасность уже настоящая и ничего
против нее поделать нельзя, иначе поступают только трусы". Это роднит его с
братьями Турбиными из "Белой гвардии" и "Дней Турбиных". Они, в отличие от
Тальберга, не бегут от опасности при первых признаках, а с готовностью встречают
ее. О спасении же Турбины начинают думать лишь тогда, когда всякое
сопротивление становится невозможным.

В противоположность многим другим пьесам на революционную тему, Булгаков уже
в С. м. призывал проявлять милость к представителям свергнутой власти. Даже
плохому начальнику участка Идрис обещает не допустить расправы и обеспечить
справедливый суд.

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» "Зойкина квартира"
Архив публикаций
Энциклопедия
" ойкина квартира" - пьеса.
Биография (1891-1940)
Персонажи
Премьера состоялась в Театре им. Евг. Вахтангова 28 октября 1926 г. 3. к. была
Произведения
снята по решению Главреперткома, утвержденном коллегией Наркомпроса 17 марта
Демонология 1929 г., после 198-го представления. Во Франции премьера 3. к. состоялась 9
Великий бал у Сатаны февраля 1937 г. в парижском театре "Старая голубятня".
Булгаковская Москва
При жизни Булгакова был опубликован только немецкий перевод 3. к. - берлинским
Театр Булгакова
издательством И. П. Ладыжникова в 1929 г. Впервые на русском языке: Новый
Родные и близкие
журнал, Нью-Йорк, 1969-1970, NoNo 97, 98. Впервые в СССР: Современная
Философы
драматургия, 1982, No2.
Булгаков и мы
В сентябре 1925 г. Булгаков получил аванс Студии Е. Б. Вахтангова за будущую 3. к.
Булгаковедение
1 января 1926 г. было заключено с вахтанговцами соглашение на 3. к.
Рукописи
Фотогалереи
По воспоминаниям второй жены драматурга Л. Е. Белозерской, инициатива
Сообщество Мастера исходила от театра, предложившего Булгакову написать комедию. Она утверждала,
что сюжет 3. к. был почерпнут из заметки в ленинградской вечерней "Красной
Клуб Мастера
газете", где рассказывалось о раскрытии милицией карточного притона некоей Зои
Новый форум
Буяльской, действовавшего под вывеской пошивочной мастерской. Текст этой
Старый форум
заметки до сих пор не найден. Не исключено, что на самом деле внимание
Гостевая книга
Булгакова привлек освещавшийся в октябре 1924 г. "Красной газетой" процесс
СМИ о Булгакове
Адели Адольфовны Тростянской, организовавшей притон и дом свиданий под видом
СМИ о БЭ
пошивочной мастерской и массажно-маникюрного кабинета.
Лист рассылки
Возможно также, что прототипом булгаковской Зои Денисовны Пельц послужила Зоя
Партнеры сайта
Петровна Шатова, содержательница притона, арестованная в Москве весной 1921 г.
Старая редакция сайта
При ее аресте были задержаны пришедшие в притон за вином известные поэты
Библиотека
Анатолий Мариенгоф (1897-1962) и Сергей Есенин (1895-1925).
Собачье сердце
(иллюстрированное) В мемуарном "Романе без вранья" (1926) Мариенгоф описал эту сцену: "На
Никитском бульваре в красном каменном доме на седьмом этаже у Зои Петровны
Остальные произведения
Шатовой найдешь не только что николаевскую белую головку, "Перцовку" и
Книжный интернет-
"Зубровку" Петра Смирнова, но и старое бургундское и черный английский ром.
магазин
Легко взбегаем на нескончаемую лестницу. Звоним условленные три звонка.
Лавка Мастера
Открывается дверь. Смотрю: Есенин пятится... В коридоре сидят с винтовками
красноармейцы. Агенты проводят обыск".

Сразу же после снятия 3. к. эпизод с 3. П. Шатовой был поставлен в прямую связь с
булгаковской пьесой. В No10 журнала "Огонек", появившемся в конце марта 1929 г.,
была опубликована статья следователя Самсонова "Роман без вранья" - "Зойкина
квартира". Там утверждалось: "Зойкина квартира существовала в действительности.
У Никитских ворот, в большом красного кирпича доме на седьмом этаже посещали
квартиру небезызвестной по тому времени содержательницы популярного среди
преступного мира, литературной богемы, спекулянтов, растратчиков,
контрреволюционеров специального салона для интимных встреч Зои Шатовой.
Квартиру Зои Петровны Шатовой мог посетить не всякий. Она не для всех была
открыта и доступна. Свои попадали в Зойкину квартиру конспиративно, по
рекомендации, паролям, условным знакам. Для пьяных оргий, недвусмысленных и
преступных встреч Зойкина квартира у Никитских ворот была удобна: на самом
верхнем этаже большого дома, на отдельной лестничной площадке, тремя стенами
выходила во двор, так что шум был не слышен соседям. Враждебные советской
власти элементы собирались сюда как в свою штаб-квартиру, в свое
информационное бюро".

Задним числом 3. П. Шатовой стремились пришить "политическое" дело и даже
переносили на ее притон, где ограничивались только нелегальной торговлей
спиртным, атрибуты булгаковской 3. к. - тайного дома свиданий.

11 января 1926 г. Булгаков читал текст пьесы вахтанговцам. По настоянию театра, в
целом восторженно принявшем 3. к., драматург внес ряд изменений и дополнений.
3. к. из 4-х-актной превратилась в 3-х-актную пьесу. Некоторые купюры носили
цензурный характер, в частности, сняли частушку, исполняемую Мертвым телом:
"Пароход идет прямо к пристани, будем рыб кормить коммунистами".

Уже после премьеры 3. к. по настоянию Главреперткома было сделано дополнение
в финал, усиливающее торжество закона и рабоче-крестьянской милиции. Если
первоначально Аметистов и Херувим благополучно скрывались из квартиры, что
вызывало реплику Зои: "А убийцы бежали!", то теперь агент угрозыска сообщал по
телефону: "Да, да, взяли в подъезде Аметистова и Херувима с горничной".

Несмотря на почти постоянные аншлаги, 9 ноября 1927 г. 3. к. была снята с
репертуара, в апреле 1928 г. возвращена на сцену, а 17 марта 1929 г. окончательно
запрещена. В конце 20-х годов 3. к. ставилась также Киевским русским
драматическим театром, Драмтеатром им. А. В. Луначарского в Ростове-на-Дону,
Тифлисским рабочим театром, Крымским государственным драматическим театром,
Театром русской драмы в Риге и рядом других театров.

Сам Булгаков за три недели до премьеры в No40 журнала "Новый зритель"
следующим образом определил жанр 3. к.: "Это трагическая буффонада, в которой
в форме масок показан ряд дельцов нэпманского пошиба в наши дни в Москве".

В 1935 г. в связи с переводом 3. к. на французский, сделанным актрисой Марией
Рейнгардт, Булгаков создал новую сокращенную редакцию пьесы, освобожденную
от многих реалий 20-х годов, а также от упоминаний различных политических
деятелей: В. И. Ленина, И. В. Сталина и др., внесенных во французский текст
переводчицей. Драматург добился, чтобы в переводе были сделаны изменения в
соответствии с новой, второй редакцией 3. к. С этой редакции в мае 1935 г.
советский литератор Эммануил Львович Жуховицкий и секретарь посольства США в
Москве Чарльз Боолен (в 50-е годы он стал американским послом в СССР)
перевели пьесу на английский.

Сохранились воспоминания Л. Е. Белозерской о постановке 3. к. в Театре им. Евг.
Вахтангова: "Надо отдать справедливость актерам - играли они с большим
подъемом. Конечно, на фоне положительных персонажей, которыми была
перенасыщена советская сцена тех лет, играть отрицательных было очень
увлекательно (у порока, как известно больше сценических красок!).
Отрицательными здесь были все: Зойка, деловая, разбитная хозяйка квартиры... (Ц.
Л. Мансурова), кузен ее Аметистов, обаятельный авантюрист и веселый человек
(имевший литературным прототипом, как и Остап Бендер романов Ильи
Арнольдовича Ильфа и Евгения Петровича Петрова "Двенадцать стульев" (1928) и
"Золотой теленок" (1931), диккенсовского Джингля из "Посмертных записок
председателя Пиквикского клуба (1837)", случайно прибившийся к легкому
Зойкиному хлебу (Рубен Симонов). Он будто с трамплина взлетал и садился верхом
на пианино, выдумывал целый каскад трюков, смешивших публику; дворянин
Обольянинов, Зойкин возлюбленный, белая ворона среди нэпманской накипи, но
безнадежно увязший в этой порочной среде (А. Козловский), председатель домкома
Аллилуйя, "око недреманное", пьяница и взяточник (Б. Захава).
Хороши были китайцы (Толчанов и Горюнов), убившие и ограбившие богатого
нэпмана Гуся (здесь характерная ошибка мемуаристки: Гусь в комедии - совсем не
нэпман, а ответственный советский работник, коммунист, при этом склонный
обильно запускать руку в государственный карман). Не отставала от них в
выразительности и горничная (В. Попова), простонародный говорок которой как
нельзя лучше подходил к этому образу. Конечно, всех их в финале разоблачают
представители МУРа.
Вот уж подлинно можно сказать, что в этой пьесе "голубых" ролей не было! Она
пользовалась большим успехом и шла два с лишним года. Положив руку на сердце,
не могу понять, в чем ее криминал, почему ее запретили".

В снятии со сцены 3. к. главную роль сыграла одиозность имени Булгакова и
развернувшаяся в 1929 г. общая кампания по запрету его пьес. Нэп уже отошел в
прошлое, и разоблачение его "гримас" власть больше не интересовало. Кроме того,
в образе некоторых "бывших", в частности, возлюбленной Гуся Аллы, посещающей
Зойкину квартиру, чтобы заработать денег и уехать в Париж к своему
возлюбленному, просматривались не только комические и сатирические, но и
трагические черты.

Подобно Аметистову, другие персонажи 3. к. имели литературных прототипов.
Мертвое тело, спившийся ветеран белого движения, заставлял проницательных и
образованных зрителей вспомнить "Сказку о мертвом теле, неизвестно кому
принадлежащем" (1833) Владимира Федоровича Одоевского (1803 - 1869), где
выпившему штоф водки приказному Севастьянычу, находящемуся при мертвом
теле, вдруг является вышедший из тела владелец и требует тело обратно, но
чиновник выдачу тела откладывает под предлогом, что надо собрать справки: "когда
лекарь дотронулся до тела своим бистурием, владелец вскочил в тело, тело
поднялось, побежало и... за ним Севастьяныч долго гнался по деревне, крича изо
всех сил: "лови, лови покойника!"

Также бросается в глаза сходство со "Страшной местью" (1832) любимого
Булгаковым Николая Гоголя (1809-1852), где старик-колдун, казак Петр, предавший
брата Ивана, принимает страшную муку от своей жертвы, превратившейся в
каменного всадника на Карпатских горах: "Ухватил всадник страшною рукою
колдуна и поднял его на воздух. Вмиг умер колдун и открыл после смерти очи; но
уже был мертвец, и глядел, как мертвец. Так страшно не глядит ни живой, ни
воскресший. Ворочал он по сторонам мертвыми глазами и увидел поднявшихся
мертвецов от Киева и от земли Галичской и от Карпата, как две капли воды схожих
лицом на него... И все мертвецы вскочили в пропасть, подхватили мертвеца и
вонзили в него свои зубы". Такова страшная посмертная судьба колдуна, чьей душе
не дано за его преступления покаяния.

Мертвое тело в 3. к. имеет явное сходство с Мертвым телом в сказке Одоевского, но
зловещее: "Вот придут наши, я вас всех перевешаю", роднит его с инфернальным
героем Гоголя. Булгаковскому персонажу уготовано то же наказание, что и
гоголевскому колдуну - жить и мучаться после моральной гибели за те
преступления, что свершили белые (разочарование в белом движении Булгаков
выразил в "Днях Турбиных" и особенно в "Беге"). Инфернальные черты угадываются
и в главной героине 3. к. Неслучайно Алла обращается к ней со ставшей знаменитой
репликой: "Зойка! Вы - черт!"

По воспоминаниям писателя Владимира Артуровича Лёвшина (Манасевича) (1904-
1984), булгаковского соседа по Нехорошей квартире, одним из прототипов Зойки
послужила жена художника Георгия Богдановича Якулова (1884-1928). Студия
Якуловых располагалась в квартире 38 дома No10 по Б. Садовой, где в 1922-1924 гг.
жил Булгаков.

По свидетельству В. А. Лёвшина, "жена Якулова, Наталия Юльевна Шиф, - женщина
странной, броской внешности. Есть в ней что-то от героинь тулуз-лотрековских
портретов. У нее великолепные золотистые волосы, редкой красоты фигура и
горбоносое, асимметричное, в общем, далеко не миловидное лицо. Некрасивая
красавица.
О ней говорили по-разному. Иные восхищались ее элегантностью и широтой.
Других шокировала свобода нравов в ее доме. Студия Якулова пользовалась
скандальной известностью. Здесь, если верить слухам, появлялись не только люди
богемы, но и личности сомнительные, каких немало расплодилось в эпоху нэпа... В
то время считали, что прототип Зойки Пельц - жена Якулова... Некий намек на это я
вижу и у самого Булгакова. В "Театральном романе" среди странных
драматургических видений, посещающих Максудова, есть то, что он "мысленно
называл "третьим действием". Именно - синий дым, женщина с асимметричным
лицом, какой-то фрачник, отравленный дымом..." После блестящего спектакля
Театра имени Вахтангова, декорации которого были откровенно списаны с дома на
Садовой, за студией Якулова утвердилось прозвище "Зойкиной квартиры".

Лёвшин отмечает также, что по воспоминаниям артиста Вахтанговского театра Л. Д.
Снежницкого, на сцене возвышался "пятиэтажный московский дом, стены которого
образуют колодец" и что в этом доме легко узнать дом на Б. Садовой,
запечатленный в "Мастере и Маргарите" (там помещается Нехорошая квартира) и
рассказе "No13. Дом Эльпит-Рабкоммуна". Некоторой асимметрией лица обладала и
первая исполнительница роли Зойки Цецилия Львовна Мансурова (1897-1976),
причем это было усилено гримом, в результате чего у героини появился нос
уточкой.

На Н. Ю. Шиф как прототип Зойки указывает и первая супруга Булгакова Т. Н.
Лаппа, рисующая колоритный портрет жены художника: "Она некрасивая была, но
сложена великолепно. Рыжая и вся в веснушках. Когда она шла или там на машине
подъезжала, за ней всегда толпа мужчин. Она ходила голая... одевала платье прямо
на голое тело или пальто, и шляпа громадная. И всегда от нее струя очень хороших
духов. Просыпается: "Жорж, идите за водкой!" Выпивала стакан, и начинался день.
Ну, у них всегда какие-то оргии, люди подозрительные, и вот, за ними наблюдали.
На другой стороне улицы поставили это... увеличительное... аппарат и смотрели. А
потом она куда-то пропала, а Якулова арестовали".

Экстравагантный костюм жены Якулова мог подсказать Булгакову то одеяние,
которое оказалось на Маргарите после Великого бала у сатаны: черный плащ,
одетый на голое тело. Сходным образом с соседями Якулова реагирует на это
одеяние соседка Михаила Александровича Берлиоза и Степана Богдановича
Лиходеева Аннушка Чума: "...Какая-то дамочка в черной рясе, как показалось
Аннушке в полутьме. Дамочка не то босая, не то в каких-то прозрачных, видно,
заграничных, в клочья изодранных туфлях. Тьфу ты! что в туфлях! Да ведь дамочка-
то голая! Ну да, ряса накинута прямо на голое тело! "Ай да квартирка!" В душе у
Аннушки все пело от предвкушения того, что она будет рассказывать завтра
соседям".

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Ленин ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Персонажи
енин (Ульянов) Владимир Ильич (1870-
Произведения
1924) - советский государственный и партийный
Демонология
деятель, основатель Российской Социал-
Великий бал у Сатаны
демократической Рабочей Партии
Булгаковская Москва
(большевиков), впоследствии - Российской
Театр Булгакова
Коммунистической партии (большевиков),
Родные и близкие
первый председатель советского правительства
Философы - Совета Народных Комиссаров (СНК).
Булгаков и мы
Родился 10/22 апреля 1870 г. в г. Симбирске
Булгаковедение
(ныне - Ульяновск) в семье чиновника. Дворянин
Рукописи
(отец дослужился до чина действительного
Фотогалереи
статского советника и получил потомственное
дворянство). В 1887 г. окончил гимназию,
Сообщество Мастера
поступил на юридический факультет Казанского
Клуб Мастера
университета, но был исключен за участие в студенческих беспорядках. В 1891 г.
Новый форум
сдал экстерном экзамены на юридическом факультете Петербургского
Старый форум
университета.
Гостевая книга
СМИ о Булгакове В 1895 г. один из организаторов марксистского "Союза борьбы за освобождение
рабочего класса", в том же году арестован, в 1897 г. выслан на три года в с.
СМИ о БЭ
Шушенское Красноярской губернии. В 1898 г. женился на учительнице и ссыльной
Лист рассылки
революционерке Надежде Константиновне Крупской (1869-1939). В 1903 г. на II
Партнеры сайта
съезде РСДРП возглавил фракцию большевиков (большинства).
Старая редакция сайта
Библиотека В 1917 г. в результате Октябрьской революции стал председателем СНК. Инициатор
красного террора и политики военного коммунизма. С мая 1921 г. в результате ряда
Собачье сердце
ударов - следствия склеротического заболевания сосудов головного мозга
(иллюстрированное)
становится недееспособным. Умер 21 января 1924 г. в с. Горки под Москвой, тело
Остальные произведения
покоится в мавзолее на Красной площади в Москве.
Книжный интернет-
магазин
В булгаковском творчестве Л. занимал заметное место. После его смерти Булгаков
Лавка Мастера
опубликовал три очерка - "В часы смерти", "Часы жизни и смерти" (о прощании с
телом Л. в Колонном зале, при котором писатель присутствовал) и
"Воспоминание...". Последний также основан на подлинной истории. В 1921 г.
Булгаков написал прошение на имя председателя Совнаркома и с помощью Н. К.
Крупской, возглавлявшей тогда Главполитпросвет, получил комнату в Нехорошей
квартире за No50 дома No10 по Б. Садовой. Если не к самому Л., то уж к его супруге
Булгаков в связи хоть с каким-то разрешением "квартирного вопроса" испытывал
чувство благодарности.

Л. послужил прототипом главного героя повести "Роковые яйца" профессора
Персикова, а также Воланда и одного из второстепенных персонажей романа
"Мастер и Маргарита" - артиста Куролесова.

Профессор Владимир Ипатьевич Персиков - изобретатель красного луча жизни. Но
этот луч порождает чудовищных пресмыкающихся, создающих угрозу всему
человечеству. Красный луч здесь символизирует социалистическую революцию в
России, что началась под лозунгами построения лучшего будущего, а закончилась
террором и диктатурой. Булгаков на себе прочувствовал трагические последствия
социалистического эксперимента, и в повести гибель Персикова во время бунта
толпы, возбужденной приближением гадов, закономерна.

Связь Персикова с Л. выявляется через биографические данные Владимира
Ипатьевича. Будущий профессор родился 16 апреля 1870 г., так как в день начала
действия повести, 16 апреля 1928 г., ему исполняется 58 лет. Персиков - ровесник
Л., а 16 апреля - это день возвращения вождя большевиков в Россию в 1917 г. На
следующий день Л. выступил со знаменитыми Апрельскими тезисами, где призвал к
социалистической революции.

В первой редакции повести "Собачье сердце" калоши из прихожей профессора
Преображенского крадут тоже в апреле 1917 г. (в последующих редакциях этот
вызывающий апрель был заменен на более нейтральный март). Как и Александр
Солженицын (1918 г. рождения), назвавший заключительный "узел" своего
"Красного колеса" "Апрель 17-го", Булгаков считал приезд Л. и Апрельские тезисы
переломным моментом на пути России к Октябрьскому перевороту.

Портрет Персикова - "голова замечательная, толкачом, лысая, с пучками
желтоватых волос, торчащими по бокам... глазки блестящие, небольшие, росту
высокого, сутуловат... когда говорил что-либо веско и уверенно, указательный палец
правой руки превращал в крючок и щурил глазки" - во многом совпадает с
портретом Л. - характерная лысина, любимый ораторский жест, сутулость, прищур
глаз. Персиков, как и Л., картавит, поскольку со слуху репортер воспринимает его
фамилию как "Певсиков".

С Л. связан и другой прототип Персикова, биолог и патологоанатом Алексей
Иванович Абрикосов (1875-1955) (его фамилия спародирована в фамилии героя).
Именно Абрикосов анатомировал труп Л. и извлекал его мозг. У Булгакова мозг
главного большевика как бы передан профессору-ученому. Полностью имя и
отчество Персикова - Владимир Ипатьевич употреблено лишь на первой странице
повести, а в дальнейшем окружающие называют профессора Владимир Ипатьич -
совсем как Владимир Ильич. Сходство подчеркивается и феноменальной эрудицией
Персикова, сопоставимой с ленинской, и датой написания повести: "Москва, 1924 г.,
октябрь" - год смерти вождя и месяц большевистского переворота.

То, что почетный товарищ председателя Доброкура профессор Персиков - это
пародия на председателя Совнаркома Л., не осталось тайной для современников
Булгакова. В булгаковском архиве сохранился отзыв на "Роковые яйца" еврейского
(писавшего на идише) критика Моисея Ильича Литвакова (1880-1937), на русском
публиковавшего статьи под псевдонимом М. Лиров. В этом отзыве, появившемся в
No 5-6 журнала "Печать и Революция" за 1925 г., писатель красным карандашом
подчеркнул те места, где критик настойчиво повторял имя и отчество
первооткрывателя красного луча - Владимир Ипатьич, давая понять властям
предержащим, над кем издевается крамольный автор. Впрочем, пародия здесь не
злая, пародийно снижается скорее идея, а не сам человек, поэтому от Персикова у
читателей в целом остается благоприятное впечатление.

Отчество Ипатьич дано герою не только из-за созвучия с Ильичом, но, возможно, и в
память о том, что в доме Ипатьева в Екатеринбурге была по приказу Л. уничтожена
семья Романовых и последний император России Николай II (1868-1918). Кстати,
первый царь этой династии Михаил Романов (1596-1645) скрывался от врагов в
Ипатьевском монастыре. Это намек на то, что Л. стал своеобразным преемником
Романовых, сохранив фактически неограниченное самодержавное правление.

Не только бдительный критик М. Лиров, не уцелевший в волнах террора 30-х годов,
но и безымянный сексот уловили связь "Роковых яиц" с фигурой Л. В донесении от
22 февраля 1928 г. неизвестный осведомитель ОГПУ утверждал, что в булгаковской
повести описывается, "как под действием красного луча родились грызущие друг
друга гады, которые пошли на Москву" и что "там есть подлое место, злобный кивок
в сторону покойного т. Ленина, что лежит мертвая жаба, у которой даже после
смерти осталось злобное выражение на лице".

Читайте в завершении:
Ленин - прототип Дьявола
Что общего у Бегемота и Зиновьева?
Ленин - лицемер
"Комиссародержавие"

Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Ленин, часть 2 ˜
Архив публикаций
Страницы: 1 2
Энциклопедия
Биография (1891-1940)
Воланд также имеет Л. одним из своих
Персонажи
многочисленных прототипов. Это проявляется в
Произведения
эпизоде, когда знаменитый милицейский пес
Демонология
Тузбубен безуспешно ищет сатану и его свиту
Великий бал у Сатаны
после скандала в Театре Варьете.
Булгаковская Москва
Театр Булгакова В булгаковском архиве сохранилась вырезка из
Родные и близкие газеты "Правда" от 6-7 ноября 1921 г. с
воспоминаниями Александра Васильевича
Философы
Шотмана (1880-1937), бывшего связного ЦК,
Булгаков и мы
"Ленин в подполье", где описывалось, как вождь
Булгаковедение
большевиков летом и осенью 1917 г. скрывался от Временного правительства,
Рукописи
объявившего его "германским шпионом". "Не только контрразведка и уголовные
Фотогалереи сыщики были поставлены на ноги, но даже собаки, в том числе знаменитая собака-
ищейка "Треф", были мобилизованы для поимки Ленина. "Тем, кто искал Л.,
Сообщество Мастера
"помогали сотни добровольных сыщиков среди буржуазных обывателей".
Клуб Мастера
Новый форум
Это разительно напоминает атмосферу поисков Воланда и его свиты после сеанса
Старый форум черной магии в Театре Варьете, а также в эпилоге романа, когда обезумевшие
Гостевая книга обыватели задерживают десятки и сотни подозрительных людей и котов (тут еще и
намек на массовые чистки и репрессии 20-х - 30-х годов).
СМИ о Булгакове
СМИ о БЭ
Шотман цитирует слова одного из виднейших соратников Ленина Я. М. Свердлова
Лист рассылки
(1885-1919) на VI съезде партии летом 1917 г. о том, что "хотя Ленин и лишен
Партнеры сайта
возможности лично присутствовать на съезде, но невидимо присутствует и
Старая редакция сайта
руководит им". Точно таким же образом Воланд сообщает Михаилу Александровичу
Библиотека Берлиозу и Ивану Бездомному, что незримо присутствовал при суде Понтия Пилата
Собачье сердце над Иешуа Га-Ноцри. По убеждению Бездомного, сатана мистическим образом
(иллюстрированное)
руководил действиями председателя МАССОЛИТа, направив его под колеса
Остальные произведения трамвая.
Книжный интернет-
Шотман рассказал, как, скрываясь от врагов, изменили свою внешность Л. и
магазин
находившийся вместе с ним ближайший соратник Григорий Евсеевич Зиновьев
Лавка Мастера
(Радомышельский-Апфельбаум) (1883-1936): "Тов. Ленин в парике, без усов и
бороды был почти неузнаваем, а у тов. Зиновьева к этому времени отросли усы и
борода, волосы были острижены, и он был совершенно неузнаваем". У Булгакова
бриты все герои, восходящие к Л. - профессор Персиков, Воланд и драматический
актер Савва Потапович Куролесов.

Сходство же с Зиновьевым в романе внезапно обретает кот Бегемот - любимый шут
Воланда и наиболее близкий сатане из свиты бесов. Полный, любивший поесть
Григорий Евсеевич в усах и бороде приобретал кошачьи черты, а в личном плане
был самым близким к Л. из всех большевистских вождей.

Шотман, охранявший Л., когда тот скрывался в Разливе и Финляндии, вспоминал
одну из бесед с ним: "Я очень жалею, что не изучил стенографии и не записал тогда
все то, что он говорил. Но... я убеждаюсь, что многое из того, что произошло после
Октябрьской революции, Владимир Ильич уже тогда предвидел". В "Мастере и
Маргарите" таким даром предвидения наделен Воланд.

Шотман в 1937 г. был репрессирован, и к моменту завершения романа его мемуары
оказались под запретом. Поэтому вероятность обнаружения "ленинского следа" в
образе Воланда в связи с ищейкой Тузбубен была значительно меньше, чем в
случае с профессором Персиковым. Тузбубен - пародия на кличку Треф, весьма
распространенную среди полицейских собак (трефа - казенная масть). Пародия
отражает булгаковское отношение к революции и революционерам, если вспомнить
определение Александром Блоком (1889-1921) главных героев "Двенадцати" (1918):
"На спину б надо бубновый туз" - такой знак нашивали на одежду осужденным
уголовным преступникам.

Драматический артист, убеждающий управдома Никанора Ивановича Босого и
других арестованных валютчиков (во сне Никанора Иваныча) добровольно сдать
валюту и ценности, назван в последней редакции "Мастера и Маргариты" Саввой
Потаповичем Куролесовым. Он тоже имел Л. своим главным прототипом. В
редакции 1937-1938 гг. этот малосимпатичный персонаж именовался куда
прозрачнее - Илья Владимирович Акулинов. Здесь он описывался следующим
образом: "Обещанный Бурдасов не замедлил появиться на сцене и оказался
пожилым, бритым, во фраке и белом галстуке...
Без всяких предисловий он скроил мрачное лицо, сдвинул брови и заговорил
ненатуральным голосом, глядя на золотой колокольчик:
- Как молодой повеса ждет свиданья с какой-нибудь развратницей лукавой...
Далее Бурдасов рассказал о себе много нехорошего. Никанор Иванович, очень
помрачнев, слышал, как Бурдасов признавался в том, что какая-то несчастная
вдова, воя, стояла перед ним на коленях под дождем, но не тронула черствого
сердца артиста. Никанор Иванович совсем не знал до этого случая поэта Пушкина,
хотя и произносил, и нередко, фразу: "А за квартиру Пушкин платить будет?", и
теперь, познакомившись с его произведением, сразу как-то загрустил, задумался и
представил себе женщину с детьми на коленях и невольно подумал: "Сволочь этот
Бурдасов!" А тот, все повышая голос, шел дальше и окончательно запутал Никанора
Ивановича, потому что вдруг стал обращаться к кому-то, кого на сцене не было, и за
этого отсутствующего сам же себе отвечал, причем называл себя то "государем", то
"бароном", то "отцом", то "сыном", то на "вы", а то на "ты".
Понял Никанор Иванович только одно, что помер артист злою смертью, прокричав:
"Ключи! Ключи мои!", повалившись после этого на пол, хрипя и срывая с себя
галстук.
Умерев, он встал, отряхнул пыль с фрачных коленей, поклонился, улыбнувшись
фальшивой улыбкой, и при жидких аплодисментах удалился, а конферансье
заговорил так:
- Ну-с, дорогие валютчики, вы прослушали в замечательном исполнении Ильи
Владимировича Акулинова "Скупого рыцаря".

Женщина с детьми, на коленях молящая сидящего на своих сокровищах барона о
куске хлеба, - здесь не только и даже не столько цитата из пушкинской "маленькой
трагедии". Это намек на реальный эпизод из жизни Л., почерпнутый из статьи
"Ленин у власти", опубликованной в 1933 г. в парижском еженедельнике
"Иллюстрированная Россия". Автор статьи укрылся под псевдонимом "Летописец".
Возможно, это был Борис Георгиевич Бажанов (1900-1982), бежавший на Запад и
поселившийся в Париже бывший секретарь Оргбюро и Политбюро.

В "Ленине у власти" вождь большевиков характеризовался крайне нелицеприятно:
"Он с самого начала отлично понимал, что крестьянство не пойдет ради нового
порядка не только на бескорыстные жертвы, но и на добровольную отдачу плодов
своего каторжного труда. И наедине со своими ближайшими сотрудниками Ленин,
не стесняясь, говорил как раз обратное тому, что ему приходилось говорить и
писать официально. Когда ему указывали на то, что даже дети рабочих, то есть того
самого класса, ради которого и именем которого был произведен переворот,
недоедают и даже голодают, Ленин с возмущением парировал претензию:
- Правительство хлеба им дать не может. Сидя здесь, в Петербурге, хлеба не
добудешь. За хлеб нужно бороться с винтовкой в руках... Не сумеют бороться -
погибнут с голода!.."

Илья Владимирович Акулинов - это злая пародия на Владимира Ильича Ульянова.
Здесь очевидные пары: Владимир Ильич - Илья Владимирович, Ульяна - Акулина.
Последняя пара также образует устойчивое сочетание в фольклоре, а Акулина,
кроме того, в народном сознании связывается с нечистой силой.

Сами имена, составляющие фамилии, имеют тут для Булгакова символический
смысл. Ульяна - это искаженная латинская Юлиана, т.е. относящаяся к роду Юлиев,
из которых вышел и Юлий Цезарь, первый монарх Рима. Акулина же - искаженная
латинская Акилина, т. е. орлиная, а орел был гербом монархии в России, как и во
многих других странах мира (в большинстве случаев восходя к римским орлам как
символу императорской власти). Булгаков тем самым еще раз подчеркнул
монархический характер созданного Лениным и другими большевиками режима.

Поскольку имя Илья Владимирович Акулинов было бы чересчур явным вызовом
цензуре, Булгаков пробовал другие имена для этого персонажа, которые должны
были вызвать у читателей улыбку, не пугая в то же время цензоров. Он именовался,
в частности, Ильей Потаповичем Бурдасовым, что вызывало ассоциации с
охотничьими собаками. В конце концов Булгаков назвал своего героя Саввой
Потаповичем Куролесовым. Имя и отчество персонажа ассоциируется с цензором
Саввой Лукичем из пьесы "Багровый остров" (народное прозвище Л. - Лукич). А
фамилия напоминает о последствиях для России деятельности вождя большевиков
и его товарищей, которые действительно "покуролесили".

В эпилоге романа актер, как и Л., умирает злой смертью - от удара. Обращения же,
которые адресует сам себе Акулинов-Куролесов: "государь", "отец", "сын" - это
намек как на монархическую сущность власти Л. (популярный в первые годы после
революции среди антикоммунистической оппозиции термин "комиссародержавие"),
так и на обожествление личности вождя советской пропагандой (он - и бог-сын, и
бог-отец, и бог - святой дух).

« Назад Наверх




© 2000-2004 Bulgakov.ru
Сделано в студии FutureSite
От редакции
:: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н П Р С Т Ф Х Ч Ш Ю Я :: А-Я ::
5.06.2004
Новая редакция
Булгаковской
Энциклопедии »»» ˜ Театр Варьете ˜
Архив публикаций
Энциклопедия
еатр Варьете - вымышленный театр
Биография (1891-1940)
в романе "Мастер и Маргарита", с
Персонажи
которым в архитектонике произведения
Произведения
связано мнимое пространство. В ранних
Демонология
редакциях Т. В. назывался "театр
Великий бал у Сатаны
Кабаре".
Булгаковская Москва
Здесь происходит сеанс черной магии
Театр Булгакова
Воланда с последующим
Родные и близкие
разоблачением. Разоблачение в данном

<<

стр. 9
(всего 41)

СОДЕРЖАНИЕ

>>