<<

стр. 4
(всего 19)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

- она часто меняла и внешность, и документы. Но именно она больше всех
интересовала полицию и спецслужбы, поскольку была мозговым центром "крас-
ноармейского" террора.
Спустя неделю после преступления "Красной армии" в Гейдельберге жите-
ли франкфуртского пригорода, отправляясь на работу, вряд ли обращали
внимание на группу рабочих, разгружавших торф возле гаражей в стороне от
жилого массива. Вокруг гаражей была голая земля. Тот, кто видел происхо-
дящее, наверняка решил, что городские власти наконец-то собрались посе-
ять тут траву. На самом деле рабочие были снайперами КРИПО, а торф был
нужен, чтобы в случае необходимости быстро сделать укрытие, так как по-
лиции стало известно, что в одном из гаражей террористы устроили склад
оружия. После долгого и безрезультатного ожидания полиция обыскала гара-
жи и действительно обнаружила в одном из них склад оружия. Заменив
взрывчатку и оружие муляжами, оперативники из КРИПО решили все-таки дож-
даться появления террористов.
На улице, где сидели в засаде снайперы, рано утром притормозил "пор-
ше". Из него вышли два человека и направились к гаражу. Третий -
Жан-Карл Распэ, любовник Ульрики, - остался ждать в машине, нервно пог-
лядывая в сторону ближайших садов. Многолетний опыт и чутье террориста
подсказывали ему, что здесь что-то не так. И когда полицейские окружили
его и предложили сдаться, он ответил градом пуль, но был мгновенно схва-
чен.
Андреас Баадер и Хольгер Майнс успели укрыться в гараже, но туда были
брошены гранаты со слезоточивым газом. Террористы начали отстреливаться,
однако Баадер был ранен в ногу. Через несколько минут они сдались.


Последнее убежище

Через неделю в гамбургском салоне одежды случайно попалась Гудрун
Эннслин.
Из всего руководства группы на свободе оставалась только Ульрика. Ее
любовник был арестован, второй лидер группы тоже, "семья" распалась:
кто-то оказался за решеткой, кто-то был убит. Даже друзья из "левых" от-
вернулись от нее, возмущенные той волной насилия и грабежей, которую
подняла ее группа.
После того как надежный дом в Берлине попал под наблюдение полиции,
Ульрика нашла новое убежище. Она и Герхард Мюллер обосновались в доме
школьного учителя из "левых" Фритца Родевальда, который поначалу симпа-
тизировал ее идеям. Но Родевальд был социалистом, а не террористом. Он
был уважаемым человеком, президентом союза учителей, у него были семья и
стабильное положение в обществе, том самом, которое она стремилась раз-
рушить. По совету друзей Родевальд позвонил в полицию.
Когда группа захвата ворвалась в квартиру, Ульрика распаковывала ве-
щи. Среди тряпок в чемоданах оказались три пистолета, две ручные грана-
ты, автомат и одна из ее "бэби-бомб". Герхард Мюллер сдался сразу и дол-
жен был стать важным свидетелем. Но надеть наручники на Ульрику оказа-
лось нелегким делом: она дралась как дикая кошка.
На фотографиях, сделанных в следственном изоляторе, лицо Ульрики выг-
лядит одутловатым. Но это не результат применения транквилизаторов -
просто жизнь в бегах наложила на нее свой отпечаток. За последние месяцы
террористка похудела и весила чуть более 45 килограммов.
Арест Ульрики Майнхоф был последним гвоздем, вбитым в крышку гроба
"Красной армии". Она была движущей силой всех операций, обладала уни-
кальными способностями и пользовалась несомненным авторитетом среди еди-
номышленников. Одни подпольные группы пытались освободить ее, другие в
ответ на ее арест провели ряд террористических актов.
21 мая 1975 года начался судебный процесс над Майнхоф, Баадером,
Эннслин и Распэ. Вместе с ними на скамье подсудимых должен был сидеть и
Майнс, но он объявил голодовку и умер в заключении.


Четыре тысячи человек шли за ее гробом

Судебный процесс тянулся целый год. Обвиняемые не говорили ни слова,
заявив, что не признают этот суд. Но в конце концов Эннслин "сломалась".
Она подтвердила, что банда совершила целую серию убийств. Через четыре
дня Ульрика разорвала тюремное полотенце на полоски, сделала веревку,
привязала се к решетке окна своей камеры и повесилась.
Ее смерть подняла новую волну террора. Кульминацией стало убийство
промышленника Ганса-Мартина Шлейера и захват самолета "Люфтганзы" в ок-
тябре 1977 года. При освобождении пассажиров группой специального назна-
чения трое из четырех террористов были убиты на месте, а один ранен.
Эта новость так ошеломила Распэ, Баадера и Эннслин, которые были при-
говорены к пожизненному заключению, что мужчины застрелились из тайно
переданных им пистолетов, а Эннслин повесилась.
Когда полиция еще раз внимательно пересмотрела список разыскиваемых
террористов, "примеряя" его к взбудоражившему весь мир убийству Ган-
са-Мартина Шлейера (известный западногерманский промышленник, незадолго
до этого похищенный "Красной армией", был умерщвлен через несколько ча-
сов после провала террористической операции по захвату самолета в аэро-
порту столицы Сомали), экспертам бросилось в глаза то обстоятельство,
что по крайней мере половину этого списка составляли террористки с
явственным "почерком" Ульрики Майнхоф.
Джиллиан Бейкер, автор биографической хроники переполненной кровавыми
событиями жизни Ульрики Майнхоф, пишет: "Иногда она вела себя как взбал-
мошный подросток, в котором вдруг проснулась неуемная любовная жажда. В
ней непримиримо пытались сосуществовать пуританка и бунтарь, одинаково
увлеченные и обманутые коммунистической утопией".
Но те, кто хорошо знал Ульрику Майнхоф, утверждают, что где-то на дне
ее души, вытеснив оттуда любовь, таилась черная ненависть, которая и
сделала эту женщину "королевой террора".


ВАНДА ХОЛЛОУЭЙ: Техасская бестия

В тихом техасском городке творилось нечто невообразимое. Школьницы
морили себя голодом, чтобы стать стройнее. Их мамы, конечно, не видели
ничего плохого в том, что девочки заботятся о своей внешности. Но случи-
лось невозможное: Ванда Холлоуэй, мать одной из учениц, решила нанять
убийцу.

Нечасто что-либо экстраординарное происходит в техасском городке Чан-
нелвью. Он не привлекает внимания проезжих автомобилистов, его не заме-
чают богатые соседа из большого Хьюстона, расположенного в получасе езды
по той же магистрали. Городок удобно и малоприметно вписался в эту
"главную улицу Америки", которую местные остряки пренебрежительно назы-
вают дорогой в никуда".
И тем не менее жители Чаннелвью гордятся своим небольшим тихим город-
ком, который сами техасцы окрестили "задним двором Господа". Со времен
американо-мексиканской войны, когда в 1836 году генерал Сантана и его ар-
мия разгромили янки в битве при расположенном неподалеку Сан-Хасинго,
ничто происходящее в Чаннелвью не привлекало внимания окружающего мира.
Во всяком случае, так было до 1991 года, когда безмятежную жизнь захо-
лустного городка вдруг всколыхнуло сенсационное дело Вавды Холлоуэй.
Эта женщина вынашивала дьявольский замысел убийства матери девочки,
которая считалась лучшей подружкой ее дочери. Ванда рассчитывала, что
тринадцатилетняя красавица Амбер Хит будет так потрясена смертью матери,
что не сможет оставаться членом школьной команды девочек - "группы под-
держки", которая подогревает пыл болельщиков во время различных спортив-
ных состязаний. В Америке членов таких команд называют "чиэрлидерами". В
изощренном мозгу Ванда созрела "блестящая мысль", что уход Амбер из ко-
манды откроет путь ее дочери Шенне, тоже тринадцатилетней, на футбольные
игры штата, где она, надев коротенькую, плотно облегающую юбочку, будет
красоваться на трибунах стадиона как член команды "чаннслеток", то есть
юных жительниц Чаннелвью. Больше всего на свете Ванда желала, чтобы ее
дочь стала таким вот "чиэрлцдаром".
Вскоре ей удалось уговорить брата бывшего мужа убить миссис Хит. В
качестве аванса она дала ему серьги с бриллиантами и сказала: "Сделай
это как можно быстрее. Я хочу убрать эту сучку до конца неделю". Но быв-
ший родственник, взяв серьги, помчался в полицию и выложил там все под-
робности злодейского замысла. После этого он вновь встретился с Вандой,
якобы для того чтобы уточнить детали операции. На этот раз у него под
рубашкой был спрятан магнитофон. Сорок семь минут из уст женщины, замыс-
лившей убийство, изливался поток злобной ненависти. Этого было достаточ-
но, чтобы полиция арестовала Ванду, а ее намерение лишить жизни ни в чем
не повинную женщину стало достоянием гласности.
В городок со всех сторон слетелись репортеры, чтобы убедиться, правда
ли, что одна мать может желать смерти другой матери лишь потому, что их
дочери соперничают в борьбе за место "чиэрлидера" школьной команды. Га-
зетчики обнаружили, что жизнь в этом городке с населением в семнадцать с
половиной тысяч человек далеко не так проста, какой видится с "главной
улицы Америки". И особенно там, где замешано пресловутое "чиэрли-
дерство".


Жажда лидерства

Как выяснилось, школьники Чаннелвью оказались жертвами глупой идеи
своих родителей, которой ловко пользовались дельцы от медицины. Некото-
рые взрослые с не меньшим фанатизмом, чем у Ванды, жаждали видеть своих
дочерей в роли лидеров среди сверстников.
Девочки страстно желали похудеть, и многие из них, сгоняя, как им ка-
залось, "лишний" вес, принимали опасные для юного организма таблетки.
Чего только не сделаешь, чтобы приобрести славу лучшего "чиэрлидера"
твоей футбольной команды! Арест Вавды Холлоуэй и ее безумная вдея
убийства вынудили полицию заняться изучением безобидного на первый
взгляд спортивного мира средней школы. Таким образом открылась разветв-
ленная и процветающая сеть торговли медицинскими препаратами, которые
покупали дети, преследуемые желанием соответствовать требованиям "карты
веса", разработанной в школе. Эта карта устанавливала "подходящие" раз-
меры для девочек, которые хотели стать членами "группы поддержки"
спортсменов. В школе необычайно много девочек страдало от заболеваний,
вызванных голоданием.
Миссис Барбара Блэксток, мать двоих дочерей - Лауры и Лоретты, членов
команды болельщиков средней школы Чаннелвью, рассказала: "Многие девочки
после еды вызывали искусственную рвоту, принимали слабительные и моче-
гонные средства, чтобы избавиться от "лишней" жидкости. Повсюду только и
говорили что о диетических препаратах и о том, как их достать. Здоровье
детей оказалось под угрозой". И тем не менее никто не пытался предотвра-
тить ее.
Дочь Барбары Лаура тоже пострадала, поддавшись общему безумию. Она
глотала по пятнадцать таблеток в день, по вечерам бегала, надев два
спортивных костюма, чтобы хорошенько пропотеть, пока не попала в больни-
цу. После ареста Вавды учительница Джулия Дансфорд, которая проводила
отборочные конкурсы в "группу поддержки", уволилась. На прощание она за-
явила: "Родители оказывали на детей огромное давление, чтобы те непре-
менно участвовали в конкурсе. Невероятно, но дети охотно шли на это. Я
слышала, как одна девушка сказала: "Я готова убить кого-нибудь, чтобы
попасть в эту команду". Печально, что у юного создания такие мысли. Но
еще более отвратительно, когда так же думает мать".
Помощник окружного прокурора Джо Мальоло, который поддерживал обвине-
ние против Ванды Холлоуэй, сказал: "Это невероятная история, но когда
думаешь, что у нас есть родители, которые могут ударить учителя или
бейсбольного судью за то, что те якобы обижают их чадо, когда знаешь,
что тщеславные палаши и мамаши ради собственных амбиций выжимают из де-
тей все соки, стоит ли удивляться, что эти люди способны переступить
грань дозволенного и готовы совершить убийство ради своих детей?"
Горькое откровение...


Ванда была помешана на своей дочери

Ванда Холлоуэй жила с третьим мужем и с детьми от первого брака - до-
черью Шенной и сыном Шейном в собственном особняке. Этот приземистый до-
мик типа бунгало с крепкими воротами и небольшим бассейном в саду стоял
в окружении мохнатых елей и сосен. Система кондиционеров поддерживала
прохладу в течение всего долгого горячего техасского лета.
Ванда хотела всего сразу - и для себя, и для дочери, в которой души
не чаяла. Чувство это крепло по мере того, как Шенна подрастала.
Врач-психолог, изучавший душевное состояние Ванды, пришел к выводу, что
она смотрела на мир глазами дочери, стремясь не упускать ни единой мело-
чи в ее жизни. В сферу интересов матери попали и школьные отметки доче-
ри, и приятели-мальчики, и платья, и, наконец, любимые занятия Шенны по
"чюрлндерству". А в эту школьную команду Шенне хотелось попасть больше
всего на свете.
Дочь была окружена вниманием и любовью матери. Сама Ванда в детстве
ничего подобного не видела. Вацда Энн Уэбб была очень впечатлительной
девочкой, обостренно воспринимала мнение других людей и никогда не имела
шансов стать членом команды "чиэрлвдеров" в своей школе. Она проводила
дни наедине с фортепьяно и смотрела на свою будущую жизнь с точки зрения
взрослого человека: например, она не возражала бы стать личным секрета-
рем директора какой-нибудь корпорации. Вацда росла и воспитывалась в
Чаннелвью, поэтому связывала свое будущее с городскими нефтехимическими
предприятиями. Но тайное желание выделиться среда сверстников ее никогда
не покидало, а "чиэрлцдерство" было вершиной общественного положения в
среде подростков. Однако отец Ванды считал, что униформа, которую носили
девочки, была слишком откровенной и они выглядели в чей немногим лучше
проституток. Поэтому Вацда даже не заикалась о своем желании.
После неудачного брака с бывшим футболистом Тони Харпером, отцом Шей-
на и Шегаш, Ванда устроилась секретаршей в небольшую промышленную компа-
нию. Бывшие коллеги вспоминают ее как экстравагантную, ярко накрашенную
женщину, сорившую деньгами и обожавшую свою крошку Шенну.
В 1981 году она снова вышла замуж, на этот раз за разведенного Гордо-
на Инглхарта, работавшего в той же фирме. Она оставила работу, переехала
с детьми в большой дом на окраине Чаннелвью и полностью посвятила
себя... "чиэрлвдерству" дочери.


Крах второго замужества

Друзья вспоминают, как это ее увлечение постепенно превращалось в на-
вязчивую идею. Даже когда Шенна была совсем маленькой девочкой, Ванда
одевала ее в крошечный спортивный костюмчик и вела смотреть, как играет
ее брат в детской футбольной команде. Первый муж Ванды вспоминает: "Для
Шенны это было целым событием: костюм, украшения, шум и крики вокруг...
Порой сама Вацда выбегала на край футбольного поля с мегафоном в руках,
чтобы руководить эмоциями болельщиков. Шейн частенько попадал в неловкое
положение - выходило, что у него персональный ведущий, а у других ребят
нет".
Второй брак Ванды распался в 1983 году. Примерно в то же время нефтя-
ная промышленность переживала спад, что повлияло и на дела мужа. Когда
Гордон и Ванда развелись, она переехала в более скромный домик. Среди ее
новых соседей оказались Верна и Джек Хит. Их дочь Амбер была великолеп-
ным "чиэрлидером".
Вскоре Ванда познакомилась с местным банкиром Чарльзом Холлоуэем. В
1986 году он стал ее третьим мужем. Однажды к ней зашел бывший коллега
из фирмы, где она работала раньше, и пригласил на вечеринку со старыми
друзьями. В ответ Ванда только презрительно усмехнулась: "Теперь я жена
богатого человека, у меня нет времени на вас". Холлоуэй перевез Ванду с
детьми в больший дом, но соседи остались те же.
Каждый вечер после школьных занятий Шенна со своими подружками повто-
ряла выкрики и жесты старших девочек, которые активно руководили болель-
щиками футбола на окружных матчах. Она тенью следовала за Амбер, своей
подружкой и идолом. Шенна хорошо исполняла сложные движения и отлично
владела жезлом, но ей было далеко до Амбер, которая изучала эти приемы с
двухлетнего возраста. Ее мать была когда-то чемпионкой среди "чиэрлиде-
ров", а бабушка обучала танцам и чечетке два поколения школьников.
Амбер и Шенна были неразлучны, несмотря на то что Амбер шла впереди
подруги и в учебе, и в спорте. Во время предрождественских школьных вы-
боров 1990 года обе девочки претендовали на пост президента школьного
совета. Победила Амбер. За два месяца до выборов в совет они соревнова-
лись за титул "самой популярной" в классе. И вновь победила Амбер. Обе
они страстно хотели попасть в команду "чиэрлидеров" средней школы Чан-
нелвью, куда поступили в сентябре 1991 года. Такой чести могла удосто-
иться только одна из них.


И опять победила Амбер

Перед поступлением в среднюю школу Амбер и Шенна уже претендовали на
одно место в команде "чиэрлвдеров" школы Элис Джонсон, где обе учились.
И Амбер выиграла это состязание, несмотря на шумную кампанию в пользу
Шенны, устроенную ее матерью, миссис Холпоуэй. Ванда заплатила пятьдесят
долларов компании по производству канцелярских принадлежностей и заказа-
ла карандаши с надписью: "Изберите Шенну Холпоуэй чиэрлидером!". Она
раздавала ребятам пеналы с той же надписью, специальные значки родите-
лям, встречая их у школьных ворот.
Но все ее усилия пропали даром: дочь проиграла Амбер. Полиция пришла
к выводу, что именно с этого момента Вацда решила во что бы то ни стало
добиться своего и устроить дочку в команду "чиэрлидеров". Вот что сказал
об этом помощник окружного прокурора Мальоло: "Полагаю, ее без колебаний
можно назвать женщиной, которую материнские чувства подвели к последней
черте. Она пыталась компенсировать свою неудавшуюся жизнь заботой об
отпрысках. Нег сомнений, что мысль об убийстве появилась у нее после не-
удачной попытки дочери победить в дружеском соревновании".


Ванда нанимает убийцу

Вацда отказывалась верить, что у Шенны были такие же шансы получить
место в команде, как и у других. Она потребовала от руководства школы
пересчитать голоса судей и была поражена, увидев, что дочь заняла всего
лишь третье место среди тридцати девочек, принявших участие в соревнова-
нии.
Она не была знакома с матерью девочки, занявшей второе место, но мать
победительницы знала хорошо. Энн Гудсон, мать девочки, которая встреча-
лась с сыном Ванды Шейном, сказала: "Ванда считала себя жертвой мошенни-
чества и страдала от этого. Она подозревала, что Амбер и Верна устроили
против нее заговор. Об этом она говорила все время. Другой темы для раз-
говора у нее не было".
В повседневной жизни Вацда Холлоуэй вела себя как обычная домохозяй-
ка: смотрела днем "мыльные оперы", готовила еду для мужа и детей, устра-
ивала вечеринки. Но ни на минуту ее не покидали мысли о судьбе дочери.
Она мучительно искала возможность устроить Шенну в команду ведущих в но-
вой школе.
4 января 1991 года Ванда встретилась с братом бывшего мужа Терри Хар-
пером. С ее точки зрения, Терри идеально подходил на роль соучастника
преступления. За ним тянулся шлейф неблаговидных поступков, в том числе
и распространение наркотиков. В 1985 году он получил условное наказание
за управление автомобилем в нетрезвом виде, позже его обвинили и неза-
конном хранении пистолета. Ванда знала, что у Терри есть охотничье
ружье. Детективы были убеждены, что именно этот факт натолкнул Ванду на
мысль использовать Терри в роли наемного убийцы. Прокурор объяснил это
так: "Она была уверена, что Терри Харпер или кто-либо, кого знал Терри,
охотно согласится за деньги убить миссис Хит. Сначала она просила его
нанести двойной удар" - убить и мать, и дочь. Мистер Харпер объяснил,
что это, пожалуй, обойдется слишком дорого для нее, а вот одно убийство
потянет примерно на 2,5 тысячи долларов. Она сказала, что такая сумма
вполне устраивает ее, поскольку можно достать сразу все деньги".
У Терри Линна Харпера не было ни малейшего желания участвовать в та-
ком грязном деле, как убийство. Он сразу же отправился к полицейскому
Джорджу Хелтону. Хелтон был старшим офицером в подразделении, боровшемся
с наркобизнесом и организованной преступностью в округе Харрис. Хелтон
рассказывал: "Этот парень был замечен в сомнительных делишках, не очень,
правда, серьезных для обвинения. Я не поверил ему, когда он сказал, что
бывшая жена его брата обратилась с просьбой совершить убийство или найти
подходящего для этого человека. Это насторожило парня. Он правильно сде-
лал, что пришел к нам". Xелтон снабдил Харпера магнитофоном для записи
следующего разговора, который мог бы послужить доказательством преступ-
ных намерений Вавды Холлоуэй.


Аванс - серьги с бриллиантами

От кассет, прокрученных позднее в суде, любого слушателя могло бро-
сить в дрожь. На них были записаны и телефонные разговоры, и беседы меж-
ду Харпером и Вандой при встречах. Звучали такие тирады: "Это решающий
год. Если она не добьется своей цели в этом году, она никогда не достиг-
нет ее!" Когда Харпер заметил, что трудно будет найти кого-нибудь для
убийства ребенка, Ванда холодно возразила: "Но Терри, ты ведь не знаком
с этой маленькой девочкой. Если бы ты знал ее! Я ее не выношу. Она суч-
ка! Меня тошнит от нее".
Во время одной из последующих встреч Ванда подробно описала Харперу
образ жизни матери и дочери Хит. (Теперь, благодаря донесению Харпера,
эта семья находилась под постоянным наблюдением и охраной полиции) Вав-
да сказала тогда Харперу: "От матери гораздо больше вреда, чем от дочери.
Она обложила меня со всех сторон. Мне все равно, пусть ее увезут на Кубу
или еще куда-нибудь лет на пятнадцать, главное, чтобы ее здесь не было,
о'кей? Я хочу, чтобы она убралась отсюда". В качестве аванса она протя-
нула ему бриллиантовые серьги стоимостью около двух тысяч долларов.
Затем снова послышался ее голос: "Сделай это как можно быстрее. Я хо-
чу убрать эту сучку с дороги еще до конца недели... Сожги автомобиль,
разнеси дом, сделай так, будто в дом забрались грабители, словом, делай
что хочешь. Знаешь, Терри, не думаю, что я могла бы сама застрелить ко-
го-нибудь. Но я согласна, чтобы это сделал кто-либо другой".
Вот оно; ядовитое шипение "свихнувшейся Вацды", которая хотела, чтобы
женщину убили до конца недели, до очередного выступления претендентов на
титул "чиэрлвдера". Она рассчитывала, что если миссис Хит будет убита,
Амбер откажется от выступления и Шенна получит возможность блеснуть пе-
ред публикой.
Состоялась еще одна встреча Ванды с Харпером, в результате которой
было записано сорок пять минут разговора. На пленке нет ни слова, кото-
рое свидетельствовало бы, что ее муж был осведомлен об этих дьявольских
намерениях. Это был исключительно ее замысел. Для Вавды убийство стало
навязчивой идеей.
После предварительного слушания Ванде Холлоуэй, которая заявила о
своей невиновности, разрешено было внести залог в 10 тысяч долларов и до
суда оставаться на свободе.
Нужно сказать, что у миссис Холпоуэй нашлись в городке друзья. Они
утверждали, что Ванда попалась в ловушку, подстроенную бывшим мужем. В
качестве доказательства они приводили тот факт, что сразу после ареста
Ванды он попытался оформить опекунство над "осиротевшими" детьми.
Тони Харпер, первый муж Ванды, заявил по этому поводу: "Я очень бес-
покоился за безопасность детей, их эмоциональное состояние после случив-
шегося. При таких обстоятельствах им было бы спокойнее в моем доме. Дети
жили в стрессовом состоянии, их травили соседские ребята, выкрикивая,
что их мамочка оказалась боевиком мафии. В этом году сын заканчивает
школу, но вся эта история лишила его покоя. Было бы идиотизмом предпола-
гать, что я как-то связан с этим. Ванда - очень волевая женщина. Это
полностью ее затея".


"Шенна обязательно пробилась бы в команду"

Многие жители Чаннелвью не восприняли всерьез утверждения Ванды о ее
невиновности. Они говорили: "Все это просто чудовищно. Ей нужно было ос-
тавить эти детские проблемы самой Шенне. Девочка умеет принимать пораже-
ние намного легче, чем мать".
Верна Хит, до такой степени потрясенная случившимся, что находилась
под наблюдением врача, не могла поверить, что человеческую жизнь можно
принести в жертву такой чепухе, как "чиэрлидерство".
Судебный процесс по делу Ванды Холлоуэй состоялся летом 1991 года. О
нем писали все газеты Америки, а телевидение отвело репортажам из зала
суда самое лучшее время. Главным аргументом своей защиты Ванда избрала
утверждение, что слова об убийстве дочери и матери Хит были всего лишь
словами. Их нельзя воспринимать буквально, так как приводить в действие
свои угрозы она не собиралась. Суд присяжных признал ее виновной и вынес
приговор - пятнадцать лет лишения свободы. Ее выпустили на поруки до
рассмотрения апелляции. Однако через месяц судебное решение было отмене-
но, так как один из присяжных скрыл свою судимость за хранение кокаина.
Он не имел права входить в состав присяжных и выносить вердикт о чьей-ли-
бо виновности или невиновности.
Повторный судебный процесс был перенесен на два года, но опытные
юристы считают, что вердикт останется тем же. Отсрочка повторного суда
дала "свихнувшейся" Ванде возможность дорого продать свою "историю" те-
левидению и кинокомпании. Ее адвокаты отказываются комментировать такие
сделки, однако семейство Хит, как стало известно, тоже готово подписать
подобный контракт с агентами какой-нибудь компании в Голливуде.


Вместо послесловия

Шенна не ходит в школу. Друзья говорят, что Амбер отказалась от учас-
тия в группе ведущих. Верна, ее мать, до сих пор не может оправиться от
пережитого потрясения.
Родагеди и учителя обратили наконец внимание на ненормальную роль
"чиэрлидерства" в школьной жизни. Городская общественность была сильно
напугана происшедшим. "Карта веса" исчезла из школьных стен. Девочки,
прибегающие к диете, находятся под постоянным наблюдением врачей. Вред
от неумеренного потребления таблеток стал предметом озабоченности врачей
и родителей.
Возможно, кому-то из читателей эта нелепая история, недавно происшед-
шая в Техасе - "самом американском" из пятидесяти штатов США, - покажется
слишком мелким событием для книги под названием "Преступления века". Но
именно нелепость, несуразность, истинно техасское "своеобразие" характе-
ра и поступка Ванды Холлоуэй сделали это судебное дело единственным в
своем роде. С известной долей уверенности можно предположить, что ничего
подобного в нашем веке не было и уже, по всей вероятности, не будет.
Впрочем, бессмысленные преступления - не редкость в сегодняшней Аме-
рике. Весной 1995 года мир потрясла трагедия в Оклахома Сига, когда на-
чиненный взрывчаткой автомобиль, припаркованный к многоэтажному адми-
нистративному зданию, унес более сотни человеческих жизней. По своим ре-
зультатам эта диверсия признана крупнейшей на территории Соединенных
Штатов. Конечно, по сравнению с ней преступление Ванды Холдоуэй может
показаться невинной шуткой...


ШАРЛОТТА БРАЙАНТ: Сердце, начиненное ядом

Ирландская красотка Кейт щедро делилась своими прелестями с мужчина-
ми. Солдаты обожали ее. Но сексуальная одержимость привела ее к странно-
му замужеству, а потом и к дебюту в роли отравительницы.

Ее настоящее имя Шарлотта Макхыо. Но в британских воинских частях,
расположенных в ее родной Ирландии, она была известна под именем Кeирр
Килларни. Шарлотта, уроженка Лондондерри, имела незавидную репутацию
женщины, которая своим телом обслуживала солдат ненавистной армии, запо-
лонившей ее родину. Происходило это в начале двадцатых годов, когда мно-
гие кварталы Дублина еще лежали в руинах после разрушительной и кровоп-
ролитной гражданской войны.
Профессия Кейт была весьма опасной. Опасность эта исходила не только
от нескончаемой череды клиентов. Ирланские боевики были полны решимости
избавихъся от власти Вестминстера и сделать Ирландию свободной страной.
Они сурово относились к тем, кто сотрудничал с оккупантами, и считали
таких людей врагами нации. Но Кейт была своевольной девицей. Она не тер-
пела ничьих советов и спала с любым, кого выбирала. А выбирала Кейт бри-
танских военных по очень простой причине - у них водились деньги.


Особые качества

Природа и родители одарили Кейт иссиня-черными волосами, молочно-бе-
лой кожей, полной грудью и ярко-зелеными глазами. Она возбуждала в своих
многочисленных поклонниках откровенную похоть. Кейт Килларни поразила
воображение не одного мужчины, и память о ней долго жила в сердцах мно-
гих, даже после того как ее не стало в живых. Игнорируя угрозы сооте-
чественников, она бравировала своей профессией. "Добром это не кончит-
ся", - перешептывались ирландские кумушки, наблюдая, как растет ее попу-
лярность среди солдат.
Многие военные становились на "обслуживание" у Кейт Кипларни. Но то,
чем занималась эта зеленоглазая обольстительница у себя на родине, ее не
вполне устраивало. И красотка боялась, что до конца своих дней обречена
заниматься опасным ремеслом. Кейт стала мечтать о том единственном сол-
дате, который когда-нибудь увезет ее в Англию. А там она навсегда похо-
ронит свое прошлое - и да здравствует новая, счастливая жизнь!


Утраченные надежды

Встретив добродушного весельчака Фредерика Брайана, служащего военной
полиции Дорсетского полка, расквартированного в соседней деревеньке,
Кейт решила, что ее мечта сбылась. В одном из сражений первой мировой
войны Брайан был ранен. Забегая вперед, скажем, что эти раны беспокоили
его всю жизнь. Но все физические страдания и душевные неурядицы были за-
быты, как только он встретил красавицу Кейт. Она без труда завоевала его
сердце. В нем она прежде всего увидела надежду, дающую возможность по-
пасть в мир ее грез, поселившись где-нибудь в Лондоне или Манчестере.
В 1925 году Фредерик уволился из армии. В одном из небольших городков
Южного Уэльса состоялась их свадьба. Совместную жизнь они начали на од-
ной из местных ферм, где Фредерик получил место управляющего. Первые ме-
сяцы все шло неплохо, но вскоре выяснилось, что деревенская жизнь в Анг-
лии ничем не отличается от деревенской жизни в Ирландии. Они сняли дом
без электричества и водопровода, скудно питались, денег хватало лишь на
самое необходимое. Короче говоря, реальность оказалась весьма далекой от
той роскошной жизни, которую Кейт видела в мечтах.
И она снова ударилась в проституцию. А муж в это время не разгибал
спины по двенадцать часов в день, частенько вдали от дома. Клиенты вру-
чали ей ценные подарки в виде сочных кусков мяса и бутылок шампанского.
У Кейт появились деньги, и она стала желанной покупательницей в ма-
леньком магазинчике деревни Овер Комптон. Родив пятерых детей для бедно-
го рогоносца Фреда, она никогда не смешивала материнские обязанности со
своей профессией. Местные старожилы утверждали, что сама Кейт любила за-
ниматься сексом ничуть не меньше, чем те мужчины, которые к ней наведы-
вались. Конечно же, соседи болтали о ней невесть что, но она не обращала
внимания на злые языки. Фред знал о похождениях своей жены, но ценил ее
вклад в совместный бюджет.
Однако эта сладкая, а точнее, странная жизнь внезапно кончилась. Кейт
страстно влюбилась в одного из своих многочисленных клиентов. В ее жизни
появился бродяга по имени Билл Мосс. Она поверила, что человек этот -
такой же таинственный и чувственный, как и она сама. Мосс отличался
классической красотой и был к тому же обаятельным человеком. Она говори-
ла о нем: "Билл оказался лучшим мужчиной, чем все остальные вместе взя-
тые. То, что между нами происходило, было чудом. Знаете, что-то вроде
попытки удержать море во время высокого прилива. Я не могла отказаться
от того, что происходило между нами, даже если бы и хотела". Прилив
подхватил влюбленных и оставил в стороне Фреда, который, видимо желая
ублажить распутную жену, сам впустил бездельника в дом.
Как только Фред по утрам уходил на работу, Мосс перепрыгивал со свое-
го дивана на супружескую кровать. Очень скоро в этих перебежках не стало
нужды: Кейт заявила, что любит бродягу-цыгана, и Фред был отправлен на
диван.
Хозяин Фреда, услышав деревенские пересуды об этом "тройственном сою-
зе", выгнал их из дома, который они снимали. Им никто не хотел сдавать
жилье. Однажды Фред ушел от Кейт, однако вскоре вернулся, и странное со-
жительство троих взрослых людей продолжалось.
Но через два года у Фреда появились симптомы какой-то загадочной бо-
лезни. Поначалу он считал, что его беспокоят осколки войны, засевшие в
теле и дававшие о себе знать. Он лежал скрючившись, не имея сил пошеве-
лить ни рукой, ни ногой. Тело сводили мучительные судороги. Врачи приз-
нали острый приступ гастроэнтерита, вызванного неустроенной жизнью и
беспорядочным питанием. Фред начал подозревать, что все его страдания
как-то связаны с Биллом Моссом, но цыган внезапно исчез, видимо, разлю-
бив Кейт. Однако в доме Фреда вскоре появился другой непрошеный кварти-
рант.


Подруга-любовница

У Кейт появилась подруга по имени Люси Остлер, вдова с шестью детьми.
Фред подозревал, что сексуальные потребности жены подтолкнули ее к лес-
биянству. Но он и не предполагал, что эта новая подруга займет место
сбежавшего цыгана. Миссис Остлер провела ночь в его доме вместе с Кейт.
Однако Фреду было не до них. В ту ночь у него опять появились страш-
ные судороги. "Скорая" отвезла его в больницу, и на следующее утро Фред
умер. Дежурный врач не смог установить причину болей в животе, которые
привели к скоропостижной смерти здорового, крепко скроенного мужчину.
Врач распорядился произвести вскрытие, после которого стало ясно, что
старый солдат, выживший под пулями и бомбами на Западном фронте, был от-
равлен мышьяком.
Кейт и ее дети находились под надзором местных властей, пока полиция
обыскивала дом и опрашивала соседей о супружеской жизни Кейт и Фреда.
Расследование длилось не одну неделю, но найти доказательства отравления
не удавалось. Однако когда Кейт и ее новой подруге устроили очную ставку
с аптекарем, который припомнил, что продавал мышьяк какой-то женщине за
несколько недель до смерти Фреда, миссис Остлер "раскололась".


Зеленая банка

Несмотря на то, что аптекарь не смог опознать ни Кейт, ни ее, Остлер
явилась в полицию и все выложила: "В шкафу у Кейт стояла зеленая банка.
Она показала мне ее и предупредила: "Эту банку не трогай. Я должна от
нее избавиться". Я спросила, что в ней, но Кейт не ответила. Через нес-
колько дней я чистила котел и в золе увидела эту банку, обгоревшую и ис-
кореженную. Я выбросила ее во двор, потому что золу мы ссыпаем на ком-
постную кучу. Наверное, банка и теперь там".
Полицейским повезло - банка нашлась. Несмотря на то, что она была
изуродована, аптекарь легко опознал ее и заявил, что именно такую банку
он продал какой-то женщине. Банку послали на экспертизу в Лондон и полу-
чили подтверждение, что в ней хранился мышьяк.
Кейт арестовали, обвинили в умышленном убийстве и предупредили: если
суд признает ее виновной, вполне возможно максимальное наказание -
смертная казнь через повешение. Обвинение, конечно же, не прошло мимо
странного сожительства Кейт с мужем Фредом Брайаном, с Биллом Моссом и,
наконец, с миссис Ост-лер. Последние предстали перед судом в качестве
главных свидетелей обвинения. Возможно, они боялись, что в противном
случае тоже могут оказаться на скамье подсудимых - как соучастники прес-
тупления. К тому же Мосс (его настоящее имя - Леонард Эдвард Парсонс)
раньше уже имел дело с полицией по ряду мелких делишек. 27 мая 1936 года
начался судебный процесс. Кейт вдруг увидела, что Мосс и Остлер свиде-
тельствуют против нее. К ним присоединились и двое ее старших детей -
десятилетняя Лили и двенадцатилетний Эрнест, которые очень любили отца и
не могли простить матери ее поступка.
Да, несчастной Кейт Килларни не приходилось ждать помощи ниоткуда.
Генеральный прокурор Теренс О'Коннор, возглавлявший обвинение, задал тон
процессу, заявив: "Обвинение утверждает, что подсудимая убила своего му-
жа, чтобы избавиться от него... За такое преступление следует лишь одно
наказание, и мы настаиваем на нем: смертная казнь".


История с мышьяком

Первой давала свидетельские показания Остлер. Она сообщила, что
ночью, когда умер Фред, она слышала, как он кашлял в спальне. Кейт спала
на диване в гостиной, где разместилась и Остлер. Позже она слышала, как
Кейт пыталась напоить его мясным бульоном. "Через несколько минут его
вырвало, - сказала Остлер. - Позже ему стало совсем плохо, и его отправили
в больницу". Кейт плакала, когда узнала, что муж умер. Но Остлер отмети-
ла, что это показалось ей странным, поскольку Кейт призналась ей, что
ненавидит мужа. "В таком случае, - рассказывала Остлер, - почему ты не уй-
дешь от него, спросила я... Она ответила, что не сможет прокормить де-
тей, а бросать их не хочет". Пожалуй, самым убийственным показанием ста-
ло свидетельство Остлер о том, что она вслух читала неграмотной Кейт де-
шевые журналы с описаниями различных преступлений. В одном из них была
история о том, как женщина в Америке отравила своего мужа. По словам
Остлер, Кейт насторожилась и спросила ее: "Как ты думаешь, а я смогу из-
бавиться кое от кого?"
Однако и в прессе, и на суде поднялась буря протестов в связи с ис-
пользованием показаний детей против матери. Правда, их сбивчивые и про-
тиворечивые показания значения не имели.
Горячие глаза Кейт впились в бывшего любовника, когда его ввели в суд
для дачи показаний. Но Мосс говорил только о своей привязанности к ней.
Тем не менее он припомнил разговор о банке с гербицидом: "Я стоял за ку-
хонной дверью и слышал, как мистер Брайан спросил жену: "Что это та-
кое?" - "Это гербицид", - ответила она". Так Мосс попытался внушить суду,
что Кейт Килларни сначала собиралась покончить с мужем с помощью герби-
цида, а уж потом выбрала более сильный яд - мышьяк.
Показания эксперта из министерства внутренних дел довольно убеди-
тельно подтвердили возможность долгого и тщательно подготовленного поку-
шения подозреваемой на жизнь мужа. Доктор Линч заявил, что пробы, взятые
из трупа Брайана, свидетельствуют о систематическом применении яда малы-
ми дозами в течение нескольких месяцев. Речь шла о человеке, который не
сделал жене ничего плохого, но тем не менее вынужден был расстаться с
жизнью. Он медленно умирал от болезни, причин которой не знал и бороться
с которой не мог.


Суровый вердикт

Показания против Кейт дали тридцать свидетелей. Ни один человек не
выступил в защиту отравительницы. На скамье подсудимых она выглядела
жалко. Женщина, совершившая злодейское убийство, проиграла дело по всем
статьям. Воля ее была подавлена помпезностью судебных процедур, развер-
нувшихся перед ней. Она как могла отрицала свою причастность к смерти
мужа, чтобы вернуть Мосса. При дальнейшем допросе она назвала отношения
с миссис Остлер просто дружбой и больше ни в какие детали по этому пово-
ду не вдавалась.
Все, что могла сделать Кейт, это отрицать свою вину. Но дело в том,
что ни у кого другого не было мотивов для этого убиййва. Мосс вернулся к
своей жене; миссис Остлер оставалась в доме Фреда всего на одну ночь и
не могла давать ему ад продолжительное время.
Суд в Дорчестере продолжался две недели. Однако присяжным для вынесе-
ния вердикта понадобился всего лишь час. После него старейшина присяжных
произнес единственное слово: "Виновна". Кейт восприняла это поначалу
спокойно, но через минуту впала в истерику, когда судья Маккинон
объявил, что она умрет на виселице в тюрьме Экзетер. В шоковом состоянии
приговоренную женщину увели в камеру, размещенную в подвале здания суда.
Была подана апелляция. Защита представила заключение профессора из
Лондона, специалиста по ядам. Однако это свидетельство изменить уже ни-
чего не могло. Верховный судья лорд Хьюарт заявил: "Суд решительно выс-
тупает против попыток представить доказательства, которые должны были
фигурировать во время слушания дела. Более того, совершенно очевидно,
что в этом деле не было допущено ошибки. Суд не будет прислушиваться к
мнению ученых мужей, ломающих головы над уликами, о которых они не имеют
представления".
Отклонение апелляции вызвало новую волну общественного возмущения.
Многие требовали пересмотра дела, вопрос об этом был поднят и в парла-
менте. Пресса писала о возможной судьбе несчастных детей. Сообщалось,
что Кейт настаивает на своей невиновности. Протесты против несправедли-
вого суда звучали так громко, что лидер кампании за полную отмену смерт-
ной казни публично пообещал выделить 50 тысяч фунтов стерлингов на защи-
ту бедной женщины.


"Не позволяй им убивать меня!"

Кейт кое-как удалось составить прошение на имя короля Эдуарда VIII, в
котором она умоляла: "Могущественный король! Смилуйся над своей несчаст-
ной подданной! Не позволяй им убивать меня". Но это отчаянное послание
осталось без ответа.
В восемь часов утра 15 июля 1936 года Кейт Килларни в последний раз
увидела солнце. На эшафоте женщина выслушала последнюю молитву священни-
ка. Через пять минут врач констатировал смерть.
Была ли она виновна? Этот вопрос до сих пор возникает в среде юрис-
тов. Ясно, что у ее любовника Мосса-Парсонса никаких мотивов к убийству
Фреда не было. Поскольку яд применялся довольно долгое время, отпадает и
подозрение в причастности к этому делу миссис Остлер. Американский кри-
миналист Чарльз Скипп, специализирующийся на изучении сомнительных при-
говоров, придерживается такого мнения: "Думаю, что сделала это она. Кейт
защищалась по схеме, известной во всем мире: "Я невиновна". Но доказать
свою невиновность не смогла. А присяжные без каких-либо сомнений повери-
ли представленным доказательствам. Так уж устроен мир, в котором мы жи-
вем".


ДЖОН ДАФФИ: Пойманный компьютером

Джон Даффи использовал график движения поездов для разработки планов
мгновенного исчезновения с мест своих варварских преступлений. И не кто
иной, как его жена, помогла полиции задержать неуловимого убийцу.

Жена Джона Даффи с ужасом следила за его превращением в холодного,
угрюмого монстра, чей взгляд, словно лазерный луч, гипнотизировал обезу-
мевшие жертвы...
Старинное здание лондонского суда "Олд Бейли". За его толстыми стена-
ми выслушивали приговор самые опасные преступники в истории Британской
империи. Зал суда, под сводами которого, казалось, еще витал дух средне-
векового поклонения Его Величеству Закону, был молчаливым свидетелем
множества ужасающих трагедий. В их ряду оказалось и дело Джона Даффи.
"Убийца с лазерным взглядом" - так назвал подсудимого в своем вступи-
тельном слове государственный обвинитель Энтони Хупер. Газеты тут же
подхватили это меткое определение, соревнуясь в описании биографических
подробностей маньяка-убийцы.
В детстве Джон Даффи прислуживал у церковного алтаря, однако жажда
насилия привела его к преступлению. Во время судебного процесса в 1988
году этому молодому человеку исполнилось тридцать лет, и он уже два года
содержался в тюрьме. Джона Даффи подозревали по крайней мере в трех
убийствах с отягчающими обстоятельствами, еще два оставались недоказан-
ными. Он представлял собой самый гнусный тип сексуального преступника -
ненасытного, жестокого и абсолютно безжалостного. Ознакомившись с пред-
варительным приговором суда о пожизненном заключении преступника и с
предложением судьи снизить меру наказания минимум до сорока лет заключе-
ния, шеф полиции графства Саррей Джон Херст, руководивший операцией по
поимке сексуального маньяка, скажет: "Это хладнокровный и проницательный
убийца. За двадцать два года борьбы с преступностью я ни разу не встре-
чал столь расчетливого и хитрого человека. Он очень умный и ловкий. У
меня сложилось впечатление, что он способен найти выход из любой ситуа-
ции. Это сущий дьявол".
Джон Даффи родился в многодетной католической ирландской семье - де-
тей было шестеро. Еще в детском возрасте попал в Англию, учился в школе,
затем, бросив ее, работал в разных местах. В 1980 году женился на Марга-
рет Митчелл, невысокой тучной женщине, но их брак оказался несчастливым.
Именно жестокость преступника по отношению к жене вывела полицию на его
след.
Они жили в квартире на Барлоу-роуд в Килбурне, где на глазах жены,
которая поначалу считала его добрым и тихим парнем, Джон превращался в
холодного, угрюмого монстра. Его безумный взгляд, казалось, проникал
внутрь и вселял ужас. Позже на суде Маргарет Митчелл скажет: "Симпатич-
ный мужчина, за которого я выходила замуж, превратился в неистового
монстра с невероятно жуткими глазами. Он говорил ужасные вещи: что любит
издеваться над людьми и что насилие совершенно естественно для любого
мужчины".
Даффи болезненно воспринимал свой малый рост (около 160 см) и воспол-
нял этот недостаток уроками каратэ и другими видами боевых искусств. В
спортивном центре, расположенном недалеко от дома, он проводил три ночи
в неделю, накачивая мускулы и оттачивая приемы всевозможных захватов и
ударов.
Несколько часов в день Джон Даффи читал книги. В основном ему нрави-
лись произведения, воспевавшие "подвиги" нацистов, насилие, жестокость.
С особым рвением он штудировал "Справочник анархиста" - своеобразное по-
собие для террориста с описанием различных способов убийств. Именно из
этой книги он узнал, что успех любого преступления - в умении замести
следы. Поэтому-то, несмотря на многочисленные злодеяния, ему довольно
долго удавалось водить полицию за нос.
Два года после женитьбы Даффи работал плотником на железной дороге.
Он досконально изучил сеть железных дорог как в самом Лондоне, так и в
его окрестностях, и это помогало ему безошибочно ориентироваться и выби-
рать оптимальные варианты, чтобы скрываться с мест преступлений.
Позже, давая свидетельские показания на суде, Маргарет Митчелл (она
ушла от него еще в 1986 году) скажет об этом периоде их жизни следующее:
"Первые два года мы жили неплохо, но когда решили завести ребенка и
обнаружилось, что отцом он стать не может, жизнь резко изменилась. И са-
мым странным образом это проявилось в сексе. Ему вдруг захотелось связы-
вать меня перед тем, как мы начинали заниматься любовью. Особое удо-
вольствие Джон испытывал, когда я сопротивлялась. Если же я не двига-
лась, не протестовала, его интерес улетучивался. Чем больше я сопротив-
лялась, тем больше он возбуждался. Иногда он приносил домой видеофильмы
с кровавыми сценами. Понимаете, кровь от начала и до конца. А он наслаж-
дался всем этим кошмаром".
Заключение психиатров гласило: "Даффи возненавидел женщин, вбив себе
в голову, будто они виноваты в его бесплодии". И эта ненависть вылилась
в жестокие расправы над женщинами.


Операция "олень"

По данным полиции, Даффи совершил первое преступление в июне 1982 го-
да неподалеку от станции Хэмпстед. Тогда у него был сообщник. Двадцати-
четырехлетнюю женщину затащили в заброшенное здание, связали и заткнули
кляпом рот. Она была первой жертвой в серии из двадцати семи нападений.
Все их полиция вменила в вину Джону Даффи, констатируя, что некоторые
преступления он совершал в одиночку, некоторые - с сообщником. Расследуя
это первое изнасилование, полиция выдвинула предположение, что преступ-
ник, вероятно, скрылся с места преступления на одном из поездов лондонс-
кого направления. В дальнейшем использование железной дороги для бегства
стало отличительной чертой, "почерком" насильника.
С 1985 года Даффи стал убивать свои жертвы. А поводом послужила одна
неожиданная встреча. В хендонском суде, ожидая разбирательства по обви-
нению в избиении своей жены, он увидел женщину, которую изнасиловал нес-
колько месяцев назад. Она не узнала его, но Даффи понял, что не должен
рисковать. В его извращенном уме созрела мысль, что все его будущие
жертвы должны хранить вечное молчание.
Отправляясь на поиски очередной жертвы, Даффи обычно надевал униформу
железнодорожника, в карман клал складной нож с острым как бритва лезви-
ем, а также специальный "набор насильника", который в конечном итоге
послужит уликой против него: коробку спичек, кусок бечевки или тряпку и
кусок дерева, точнее - специальное устройство под названием "испанская
лебедка", которое Даффи надевал на шею выбранной им для насилия женщины.
Еще до того как Джон совершил первое убийство, он уже значился в по-
лицейских досье. Во время операции под кодовым названием "Олень" полиция
внесла в компьютер всех известных в Британии сексуальных правонарушите-
лей. В этом списке фигурировал и Даффи, только не как Джон Даффи, а как
"насильник", т.к. именно изнасилование послужило поводом к проведению
операции "Олень".
Через двадцать семь дней после пережитого волнения в суде Хендона и
принятого им решения не рисковать Даффи загубил первую человеческую
жизнь. 29 декабря 1985 года он пристал к Элйсон Дей, девятнадцатилетней
блондинке, ехавшей поездом из Алминстера в Хакни Уик, но Даффи вынудил
ее сойти раньше. Угрожая ножом и грязными ругательствами, он затащил
Элйсон в гараж, изнасиловал и задушил с помощью "испанской лебедки". По-
том, прикрепив к телу груз, выбросил труп в реку. Элйсон не могли найти
семнадцать дней, и время сделало свое дело - все улики исчезли.
Единственное, что нашла полиция, - это несколько волокон ткани от желез-
нодорожной униформы.
Сотрудники Скотленд-Ярда не сразу связали этот случай с преступлени-
ем, зафиксированным в ходе операции "Олень". И хотя труп девушки был об-
наружен в реке недалеко от железнодорожного полотна, против объединения
этих двух дел в одно был очень веский аргумент: "насильник" прежде ни-
когда не убивал. Тем не менее у обеих гругпт появилась догадка, что по-
дозреваемый и убийца - одно и то же лицо.
В это же время была убита пятнадцатилетняя школьница Мартье Тамбезер.
Мартье была дочерью богатого голландского промышленника, приехавшего в
Англию. В тот день Мартье возвращалась домой на велосипеде по тропинке,
идущей вдоль железной дороги. Даффи внезапно напал на нее, затащил на
пустырь и, связав ей руки за спиной, изнасиловал, а затем задушил своей
"испанской лебедкой". После этого сжег нижнюю часть ее тела, чтобы унич-
тожить следы спермы. Но, сам того не желая, он все же оставил улики:
сломал девушке шейный позвонок ударом, которым владеют только люди, за-
нимающиеся боевыми искусствами. Убийца оставил едва различимый след ноги
рядом с трупом и кусок веревки шведского производства.
Затем произошло еще одно изнасилование. На этот раз жертвой стала че-
тырнадцатилетняя девочка, чью жизнь Даффи пощадил. Ее показания во время
суда никого не оставили равнодушным. Она все время плакала, ибо ужас,
пережитый тогда, все еще не покидал ее.
Вот что она рассказала: "Я стояла на остановке, когда ко мне подошел
человек в форме железнодорожника с накинутым капюшоном. Он приставил нож
и потащил в кусты, пригрозив, что перережет горло, если я буду сопротив-
ляться и кричать. Я не могла даже шевельнуться. Потом он обнял меня,
словно мы были влюбленной парочкой, но нож все еще держал возле шеи. Я
думала, что он вот-вот убьет меня.
Перед тем как изнасиловать, он сказал: "Тебе же будет лучше, если все
сделаешь как надо". Когда все кончилось, он казался довольным. Я была в
шоке и совсем не понимала, что происходит. Я думала, что он хочет пере-
резать мне горло или что-то в этом роде".
В мае произошло еще одно убийство, в котором обвинялся Даффи. В ходе
судебного разбирательства в "Олд Бейли" по настоянию судьи преступник
был оправдан по этому эпизоду ввиду отсутствия улик.
Убийство, по которому Джон Даффи был оправдан, вызвало широкий об-
щественный резонанс в стране. Анне Локк, двадцати девяти лет, была жиз-
нерадостной, счастливой новобрачной, работала секретарем в лондонской
телевизионной компании "Уикэнд". Она была убита в мае 1986 года, после
возвращения из свадебного путешествия. Убийца затащил ее в малоосвещен-
ную часть парка за железнодорожным полотном, связал и заткнул рот чул-
ком. Тело не могли найти три месяца.
За шесть дней до того как тело миссис Локк было найдено, полиция доп-
рашивала Даффи как одного из подозреваемых. Он был включен в группу под
кодовым названием "Мужчины Z", потому что его кровь была обнаружена на
теле Мартье Тамбезер. Детективы Лондона, графств Саррей и Хертфордшир
объединили свои усилия для проведения широкомасштабных поисков и соста-
вили список из пяти тысяч подозреваемых в преступлениях на почве секса,
выявленных в ходе операции "Олень". Специальная команда с помощью
компьютера проанализировала пять тысяч дел по следующим параметрам: под-
робное описание преступников, возраст и способы нападения. Профессор Дэ-
вид Кантор, ведущий психолог университета в Саррее, помог полиции вос-
создать психологический портрет подозреваемого. Он же предположил, что
убийца-насильник живет в районе Лондона, особо подчеркнув, что каким-то
образом он связан с железной дорогой. После этого все данные были введе-
ны в компьютер. 1999 мужчин, чьи психологические портреты укладывались в
схему, получили номера и были опрошены офицерами полиции. Джон Даффи был
зарегистрирован под номером N 05. Если бы он не издевался над своей же-
ной, его имя никогда бы не ввели в компьютерную систему.
Однако Даффи оказался искусным лжецом. На ту ночь, когда было совер-
шено нападение на Элисон Дей, он придумал правдоподобное алиби. Ему уда-
лось также убедить офицеров, что он не страдает повышенным потоотделени-
ем. Дело в том, что несколько жертв насилия указывали именно на это. Но
Даффи отвечал, что потеет только в моменты высочайшего перенапряжения.
Полицию не совсем устраивали его ответы, но не было хоть какой-нибудь
зацепки, улики, чтобы увязать поведение Даффи на допросах с нападениями.
Подозреваемый отказывался сдать кровь на анализ, потребовав сначала сви-
дания с адвокатом. А когда в полиции его предупредили, что, возможно,
вызовут для повторного допроса, Даффи обратился к товарищу, с которым
занимался каратэ, и за плату тот сделал ему несколько порезов на груди.
Эта авантюра закончилась клиникой для душевнобольных, куда Даффи попал,
заявив, что после нападения и пережитого потрясения потерял память. Это
была последняя отчаянная попытка уйти от правосудия, так как сеть, расс-
тавленная полицией, медленно, но неотвратимо опутывала его.
В октябре 1986 года, когда полиция "прорабатывала" последних подозре-
ваемых по списку, Джон Даффи покидает клинику для душевнобольных и снова
отдается своей неистовой страсти. Он выбирает еще одну четырнадцатилет-
нюю школьницу и, завязав ей глаза, привязывает к дереву и насилует. По-
вязка спадает с ее глаз, и он, пораженный молодостью и красотой, вдруг
начинает колебаться - убивать ее или нет, затем смягчается и решает:
пусть живет.


Компьютер называет единственное имя

В это время компьютеры завершали аналитическую работу. Изнасилование
в Коптхолл-парке, в северной части Лондона, совершенное в прошлом году,
удивительно напоминало изнасилование и убийство голландской девочки-под-
ростка Мартье Тамбезер.
Детали нападения и все данные о преступниках - группа крови, возраст,
рост, вес и методы нападения - были введены в компьютер, и машина выдала
одно-единственное имя - Джон Даффи. Профессор Кантор, разработавший
программу, известную как "Психологический портрет преступника", объяс-
нял: "След преступника - в деталях, которыми он обставляет свои преступ-
ления. Поведение любого человека высвечивает черты, присущие только ему
и никому больше. Возьмем простой пример: преступления, совершенные в ра-
бочее время, наиболее типичны для людей, которые в это время не работа-
ют. Однако мы не делаем выводов, исходя из какой-то одной частной улики.
Мы выстраиваем систему характеристик, присущих данному типу. Например,
людям весьма трудно скрыть определенные аспекты сексуального поведения.
По ним можно определить тип человека. Ведь существуют разнообразные спо-
собы изнасиловании. Мы анализируем, как насильник приближается к жертве,
как ведет себя во время нападения и после. Из всех этих факторов, соб-
ранных воедино, мы и создаем целостную картину".
Две недели детективы под руководством Джона Херста наблюдали за Джо-
ном Даффи. За ним следовали буквально по пятам, ни одно его движение не
ускользнуло от их внимания, и наконец ночью, когда он в форме железнодо-
рожника вышел на поиски очередной жертвы с "набором насильника" в карма-
не, его арестовали.


Цель - слава, средство - убийство

Во время допроса Даффи сохранял ледяное спокойствие. Один из юристов,
принимавших участие в процессе, сказал в интервью: "Он мог ничего не де-
лать, только смотреть на вас этими немигающими глазами. Они напоминали
огромную черную бездну, в них не было ничего - ни души, ни эмоций. Я
представляю на месте жертвы свою жену, и мое сердце сжимается от жалости
к тем бедным женщинам, которые в последние минуты своей жизни видели эти
дьявольские глаза. Он ничего не говорил и только иногда, когда чувство-
вал, что дело оборачивается плохо для него, шептал: "Ну и что они могут
дать мне, а? Тридцать лет? Нет проблем, я отсижу и тридцать лет. Ничего
страшного".
Полиция провела обыск в его квартире и нашла одежду, в которой он на-
пал на Мартье. Судебные эксперты исследовали волокна и установили их
идентичность с уже имевшимися в их распоряжении. Они нашли также клубок
шведской веревки, кусок которой он оставил возле тела Мартье, и ботинки.
Подошвы соответствовали отпечатку на месте преступления. Изъяты были и
другие предметы: видеокассеты с кровавыми сценами, "Справочник анархис-
та" - руководство по террору, порнографические журналы, ножи и тренажер,
используемый для накачивания мускулов, столь необходимых ему в схватках
с жертвами.
Даффи ничего не сказал на суде. Его глаза не мигая смотрели на судью,
когда тот зачитывал перечень жутких преступлений. Он был признан винов-
ным в двух изнасилованиях и двух убийствах.
26 февраля 1988 года был оглашен приговор: сорок лет тюремного заклю-
чения. Даффи повернулся и посмотрел на Джона Херста. Этот взгляд как
будто говорил: "Вот видишь - всего лишь сорок лет. Нет проблем".
Но душу его разрывали страдания, правда, не потому что он убивал лю-
дей, отнимал жизни и разбивал семьи, а потому что было вдребезги разбито
его собственное "я" и его преступления не стали сенсациями века. Пресса
не баловала его своим вниманием. Находясь в тюрьме, Даффи хвастал перед
сокамерниками, что имя его станет в один ряд с именами таких известных
бандитов, как Джек Потрошитель, Черная Пантера, Иэн Бренди и Майра Хинд-
ли. Особенно взбесило его, что в один день с ним начиналось судебное
разбирательство по делу Кеннета Эрскина, стокуэльского душителя, который
убил семерых престарелых людей во время сна. И этот процесс затмевал его
дело.
После приговора, вынесенного Даффи, один из полицейских сказал: "Воз-
можно, осознание того, что он не дьявол, что он не самый кровавый и
ужасный из всех преступников (а ведь таковым он был в действительности),
и является самым страшным наказанием для него. Ведь болезненное самомне-
ние Даффи ставило его в один ряд с самыми отъявленными преступниками
страны. Он мечтал о статусе "звезды" в созвездии убийц и очень пережи-
вал, что дело Эрскина вызвало больший резонанс, чем его, Джона Даффи.
Охота за убийцей обошлась в три миллиона фунтов стерлингов и в тысячи
человеко-часов. Но теперь, по крайней мере на сорок лет вперед, женщины
избавлены от одного из самых жестоких насильников-убийц последнего време-
ни - "убийцы с лазерным взглядом".


МАРК ЧАПМЕН: Лавры Герострата

Марк Чапмен был одержим манией величия. Он возомнил себя Джоном Лен-
ноном и застрелил знаменитого музыканта, чтобы избавиться от "двойника".

В семидесятые годы знаменитый и обожаемый всеми Джон Леннон жил почти
отшельником в одном из нью-йоркских домов, фасадом обращенном на Цент-
ральный парк. Хотя ему нравились свобода нравов, бурная, беспечная жизнь
Нью-Йорка, он с параноидальной настойчивостью оберегал свое уединение и
заботился о собственной безопасности. Первый раз ему угрожали смертью в
1964 году, когда знаменитая четверка, известная миру как "Битлз", высту-
пала во Франции. Во время концерта Джону Леннону вручили записку, в ко-
торой сообщалось, что он умрет этой ночью.
Однако эта угроза, равно как и несколько других, последовавших за
ней, не была приведена в исполнение. Очевидно, певца решили просто попу-
гать.
И все же Джон осознавал свою уязвимость и предпочитал проводить время
в огромной кровати с Йоко Оно, отгородившись от полного опасностей внеш-
него мира и от завистливой публики.
Но в шести тысячах миль и четырех временных поясах от него жил чело-
век, чье желание убить Джона Леннона стало всепоглощающей страстью. Марк
Чапмен был горячим поклонником Леннона с тех пор, как музыкант начал
свой звездный путь в составе легендарной четверки. Чапмен любил филосо-
фию его песен, боготворил Леннона как проповедника любви и мира.
Но где-то в глубине души искра любви угасала и разгоралось пламя за-
висти и ненависти. Чтобы лучше понять причины превращения Марка Дэвида
Чапмена в будущего убийцу Джона Леннона, нужно ознакомиться с некоторыми
эпизодами его детства и кругом интересов, которыми он жил.
Марк родился в семье Дэвида и Дианы Чапменов в Атланте, столице одно-
го из южных штатов, в октябре 1955 года. Его отец, бывший сержант воен-
но-воздушных сил, был банковским служащим, мать - домашняя хозяйка - за-
нималась благотворительностью. Ничего необычного в его детстве не было.
Такую жизнь вели миллионы его сверстников во всем мире: обычные удачи и
разочарования в любовных делах, пара затяжек дурманом наркотической
травки, в соответствующем возрасте - несколько банок пива.
В четырнадцать лет он сбежал из дома на целую неделю, в пятнадцать
стал "последователем Христа" - с длинными волосами, в рубашке, подвязан-
ной веревкой, с большим крестом на шее и неизменной Библией под мышкой.
Всегда впечатлительный, в состоянии постоянного высочайшего напряжения и
с острым желанием самоутвердиться, он бросался от одной прихоти к дру-
гой, включая и наркотики.
Одурманенный марихуаной, он любил погружаться в призрачный сон.


"Господь бог говорил со мной"

Когда Марку исполнилось шестнадцать, он покончил с марихуаной и зая-
вил: "В моей жизни произошло событие, намного значительнее всего, что я
пережил до этого. Господь Бог говорил со мной и дал мне понять, что я
должен проявить все лучшее, что заложено во мне". Чапмен стал помощником
директора летнего лагеря Христианского союза молодежи. Тони Адаме, босс
Марка, вспоминал: "Он обладал всеми качествами лидера, был очень внима-
тельным, чутким, в его лексиконе не было даже слова "ненависть". Он при-
знался, что в юности употреблял наркотики, но потом почувствовал, что к
нему прикоснулся Бог и вся его жизнь перевернулась. Я думаю, что годы
работы в летнем лагере были лучшими годами в его жизни. Возможно, здесь
он в последний раз испытал счастье".
Дети были им очарованы. Он знал множество сказок и всегда надолго ов-
ладевал их вниманием.
Но в 1974 году Марк прочитал произведение, которому суждено было из-
менить его жизнь. Кто-то дал ему книгу "Над пропастью во ржи" Дж. Д. Сэ-
линджера. Эта повесть о том, как восприимчивый к красоте, мечтательный
подросток Холден Коулфилд в одиночку выступает против жестокого и враж-
дебного мира, глубоко затронула обнаженные нервы Чапмена. Он сравнивал
себя с главным героем и каждому, кто соглашался слушать его, цитировал
свой любимый отрывок из книги: "Я рисую всех этих маленьких детей, иг-
рающих в какую-то игру на этом большом поле ржи. Тысячи малышей и ни од-
ного взрослого человека, за исключением меня". Книга стала гимном, сим-
волом для утративших иллюзии, разочарованных подростков во всем мире. Но
никто не воспринял ее так близко к сердцу и никто не исказил ее смысл
так сильно, как Марк Чапмен.
Где-то в это время в его запутанную жизнь ворвалась рок-музыка. Тод
Рундгрен, Джимми Хендрикс и Боб Дилан стали его любимцами. Но "Битлз"
оставались на вершине его почитания, а любимым певцом по-прежнему был
Джон Леннон. Нет, он обожал не музыку Леннона, он любил его философию,
его откровения в вопросах мира, любви и справедливости. Марк даже играл
на гитаре и старался во всем поражать своему кумиру, хотя и понимал, что
ему далеко до гениальности Леннона. И тогда он сосредоточился на учебе,
надеясь впоследствии получить полную оплачиваемую ставку в Христианском
союзе молодежи. В 1975 году, прослушав курс лекций в колледже, Марк Чап-
мен по заданию союза уехал в Бейрут. Но его миссия вскоре завершилась,
поскольку в Ливане началась гражданская война.
После Ливана Чапмен уехал в штат Арканзас, куда переместился лагерь
Христианского союза молодежи для оказания помощи вьетнамским беженцам. И
вновь он добился популярности, на сей раз среди азиатских иммигрантов, и
заслужил глубокую благодарность людей, ради которых работал.
Происходят изменения и в личной жизни - Марк знакомится с девушкой по
имени Джессика Блэнкеншип. Он обожал ее, но после отъезда в декабре 1975
года из Форт-Чаффи настроение его резко изменилось. Джессика вспоминала,
что все чаще Марк стал заговаривать о смерти, о том, что история рода
человеческого - это история борьбы. Он впал в состояние длительной деп-
рессии и постоянно говорил о самоубийстве.


В поисках любви и добра

Джессика убедила Марка продолжить учебу на гуманитарном факультете.
Ему просто необходимо было образование, чтобы осуществить свою мечту -
возглавить Христианский союз молодежи. Но, проучившись один семестр,
Чапмен бросил колледж. Вскоре от него ушла и Джессика. Лето 1976 года он
провел в лагере, но осенью устроился на работу охранником и стал отлич-
ным стрелком. Охранникам окружной технической школы в Атланте на испыта-
тельных стрельбищах требовалось выбивать хотя бы шестьдесят очков из
пистолета. Чапмен выбил восемьдесят восемь.
Казалось бы, все складывалось удачно. Но неожиданно для самого себя
Марк стал быстро полнеть. Собственный внешний вид раздражал его, и с
каждым днем он все больше озлоблялся.
В 1977 году после развода родителей Чапмен улетел в Гонолулу, на Га-
вайские острова. Однажды, взяв напрокат машину, он отправился в живопис-
ное место, с которого открывалась великолепная панорама Тихого океана,
прикрепил один конец шланга к выхлопной трубе автомобиля, а другой вывел
в салон. Его спас прохожий, постучавший в окно. Чапмен находился в зага-
зованном салоне пятнадцать минут и потом все удивлялся, почему не умер.
Понял он это, осмотрев наружную часть шланга: горячий выхлопной газ про-
жег в нем дыру. Чапмен разозлился, что его план самоубийства не удался.
Но после этого инцидента он обратился в клинику, где ему посоветовали
пройти продолжительный курс лечения у психиатров.
Чтобы быть рядом с ним, на Гавайи прилетела его мать, но и она не
смогла облегчить душевное состояние Марка. Он был удручен тем, что с за-
писью в документах о попытке самоубийства никогда не получит приличную
работу в Христианском союзе молодежи.
В 1978 году, скопив немного денег, он отправился в кругосветное путе-
шествие по маршруту Токио - Сеул - Сингапур - Катманду - Дели -
Тель-Авив - Париж - Лондон. После возвращения в Гонолулу работал в гос-
питале. Потребность видеть рядом близкого человека становится столь ост-
рой, что он решается официально оформить отношения с Глорией Абе, амери-
канкой японского происхождения. Они поженились в июне 1979 года, за во-
семнадцать месяцев до убийства Джона Леннона.
Но из-за сумасбродного поведения Марка вскоре их брак дал серьезную
трещину: он тратил сотни долларов на приобретение дорогостоящих произве-
дений искусства, что едва ли мог позволить себе. Именно в это время бу-
дущий убийца начал вести разговоры о "предательстве" Джона Леннона. Гло-
рия выслушивала его напыщенные монологи, в которых он обвинял певца за
его богатство и взгляды на жизнь, на мир, на любовь.
23 октября над своим рабочим местом он прикрепил листок с надписью
"Джон Леннон", а четыре дня спустя купил короткоствольный пистолет.
Через несколько дней Марк Чапмен был уже в Нью-Йорке. Затем посетил
свой родной город Атланту, где рассказал местному священнику, что в его
душе постоянно происходит борьба между добром и злом, но сообщить ка-
кие-то подробности отказался. Навестил он и Джессику. Позднее она ска-
жет, что Марк выглядел весьма удрученным.
Чапмен вернулся в Нью-Йорк еще более угнетенным, так как визит в
Христианский союз молодежи, где он провел несколько счастливых летних
сезонов, показал, что там его окончательно забыли.
Чапмен стал околачиваться возле дома, в котором жил Леннон, стараясь
затеряться в толпе зевак и прохожих, мечтавших хоть мельком, хоть разок
взглянуть на своего кумира. После ареста Марка один мужчина воскликнул:
"Да я же видел его в день убийства! Я живу здесь недалеко и припоминаю,
что видел этого парня несколькими днями раньше. Здесь всегда полно лю-
дей, поджидающих Джона. Но этот малый выделялся среди них. Он сновал ту-
да и обратно, словно сгорал от нетерпения".
Чапмен остановился в Христианском союзе молодежи Нью-Йорка. 7 декаб-
ря, в воскресенье, он отметился там и перебрался в дорогую гостиницу.
Весь следующий день он снова бродил перед домом Леннона с четырнадцатича-
совой кассетой песен "Битлз" в руках и с новым альбомом Леннона и Йоко
под мышкой. При нем были также пистолет и постоянный спутник его жизни -
книга "Над пропастью во ржи".
В толпе фанов Марк разговорился с юной блондинкой. Вместе они переку-
сили в ресторане, а после обеда к ним присоединился Пол Гореш, фотог-
раф-любитель, также горячий поклонник музыканта. Через несколько минут,
ровно в 16.30, на улицу вышел Леннон, сопровождаемый Иоко. Он направился
к лимузину, и в это время из толпы вышел Чапмен и протянул ему альбом.
"Автограф, пожалуйста", - попросил он прерывающимся от волнения голосом.
Джон на мгновение остановился, и в это время Гореш сфотографировал его.


"Я только что застрелил Джона Леннона"

Джон Леннон вернулся домой в 11.30 вечера. Марк Чапмен поджидал его
спрятавшись в тени. "Мистер Леннон!" - позвал он. Джон повернулся, чтобы
посмотреть, кто его окликнул, и тогда, раздираемый самыми противоречивы-
ми чувствами, Чапмен выпустил в музыканта пять пуль. Йоко Оно опустилась
на колени и, обхватив руками голову мужа, как бы укачивала его, а швей-
цар кричал Чапмену: "Да знаешь ли ты, что наделал?" - "Я только что
застрелил Джона Леннона", спокойно ответил Марк.
Его арестовали тут же, возле дома, а Леннона срочно отправили в
больницу имени Рузвельта. Он был в полубессознательном состоянии, но все
еще жив, хотя и потерял очень много крови. "Его невозможно было спасти
никакими средствами, - скажет несколькими часами позже доктор Стивен
Линн, руководитель службы "скорой помощи". - Он потерял слишком много
крови, около восьмидесяти процентов от общего объема. Йоко уже сообщили
о его смерти".
Новость распространилась по ночному Нью-Йорку с быстротой молнии.
Примерно за час возле дома, в котором жил Джон Леннон, собрались тысячи
людей. Они стояли с зажженными свечами в память о нем. Толпа пела песни
Леннона, а телеграфы передавали во все газеты мира подробности этого
ужасного убийства. Президент Джимми Картер говорил об иронии судьбы, о
том, что "Леннон пал жертвой насилия, хотя сам всегда боролся за мир", а
новый президент Соединенных Штатов Рональд Рейган назвал это убийство
"величайшей трагедией". Мир погрузился в траур.
Чапмену предъявили обвинение в убийстве и предписали пройти тридца-
тидневное психиатрическое обследование.
Под усиленной охраной Чапмена поместили в отдельно расположенной па-
лате одной из больниц, где с него не спускали глаз все двадцать четыре
часа в сутки, чтобы не дать ему покончить жизнь самоубийством. Но пос-
кольку возникло опасение, что Чапмена могут убить поклонники Леннона из
чувства мести, его перевели в городскую тюрьму. Второй адвокат - первый
отказался вести дело, так как день ото дня росло возмущение людей, а с
ним и угроза расправы над убийцей, - заявил, что на суде обвиняемый будет
оправдан, так как медики признают его душевнобольным.
Когда в августе 1981 года дело слушалось в суде, адвокат Джонатан
Маркс выступил против утверждений, что Марк выслеживал Леннона, как бы
подкрадывался к нему, а после убийства не испытывал раскаяния. Он харак-
теризовал его как человека с глубоко расстроенной психикой, особо под-
черкнув: "Все отчеты содержат одно и то же заключение: Марк Дэвид Чапмен
- ненормальный человек. Это не было обдуманное преступление. Оно было
совершено в состоянии безумия".
Но сам Чапмен признал себя виновным в убийстве. Тем не менее одноз-
начно сказать, что он человек со здоровой психикой, нельзя. Когда в суде
ему предоставили возможность сказать несколько слов, он просто процити-
ровал отрывок из книги "Над пропастью во ржи", которая стала его еванге-
лием.
В телестудии Нью-Йорка собрались психиатры, чтобы попытаться объяс-
нить Америке, почему погиб Леннон. Наиболее убедительную версию мотивов
преступления выдвинул гавайский психиатр Роберт Марвит. Он сказал: "Марк
начал подписываться именем Леннона. Можно с уверенностью утверждать,
что он верил в то, что был Ленноном или превращался в него. В критичес-
кий момент Чапмен мог сказать себе: "Господи, Леннон знает, что нас
двое. Я должен уменьшить их до одного". Но если рассматривать феномен
Марка Дэвида Чапмена в комплексе, я не уверен, что мы когда-либо узнаем,
что же в действительности управляло им, что привело в движение этот
дьявольский механизм".


Одержимый демонами

Прошло много лет, прежде чем безумный убийца Леннона впервые загово-
рил о демонах, которые привели его к убийству, о том, как он вымаливает
у Бога прощение за это страшное преступление.
В 1991 году Марк Чапмен согласился дать интервью о событиях, которые
привели его к роковым выстрелам. Он утверждал, что слышал зловещий ше-
пот: "Сделай это! Сделай это! Сделай это!" Он заявил, что тренировался
три дня в гостиничном номере, прежде чем подстеречь Леннона у входа в
его нью-йоркскую квартиру.
За время пребывания в тюрьме Чапмен получил больше смертельных угроз,
чем любой другой заключенный в Америке. Поклонники "Битлз" не простили
ему убийства певца мира и свободы Джона Леннона. Даже отец не смог прос-
тить его и ни разу не навестил в тюрьме. Однако Чапмен надеется со вре-
менем вымолить прощение у Бога и у людей.
Он рассказывает: "Я чувствовал себя совершенно разбитым. Меня бесило
сознание того, что я буду лже-Ленноном. Я рассматривал его фотографии.
Поставьте же себя на мое место. Вот он стоит на крыше роскошного здания.
Так молод и прекрасен! Он призывал нас развивать воображение, не быть
жадными. И я верил ему! Все стены моей комнаты были увешаны фотографиями
"битлзов". Я верил, что они делают все это не за деньги. С десяти лет я
пропитывался правотой Джона Леннона, я принял его всем сердцем...
Но вдруг я обнаружил в своей голове "маленьких человечков". Я говорил
с ними каждый день, спрашивал их, что мне делать. И это они, "маленькие
человечки", убедили меня убить знаменитого музыканта Джона Леннона.
Они были перепуганы. Они были шокированы. Они являлись частью моей
совести, и когда я действовал не по совести, во мне не оставалось ниче-
го, что управляло бы мной. Я оставался один. И тогда я срывал с себя
одежду, ставил записи "Битлз" и молился сатане. Я визжал и пронзительно
кричал в магнитофон: "Джон Леннон должен умереть! Джон Леннон обманщик!"
Безумный монолог сопровождался зловещей мелодией, которую он записал на
ленту поверх песни "Земляничные поляны".
Чапмен сказал, что его колебания между Богом и сатаной продолжались в
1980 году два месяца, а затем он пошел в магазин по продаже оружия и ку-
пил скорострельный пистолет. Этим оружием он намеревался убить Джона
Леннона.
Он признался, что несколько дней был одержим мыслью об убийстве. "Я
молился и после длительной борьбы, с Божьей помощью, одержал победу. Я
позвонил своей жене Глории и сказал: "Твоя любовь спасла меня. Я одержал
большую победу. Скоро буду дома". Но вернулись демоны, и в декабре я уе-
хал в Нью-Йорк".
Чапмен ждал три дня и 8 декабря отправился к дому, в котором жил Лен-
нон, с новым альбомом певца. "Леннон отнесся ко мне очень сердечно, -
продолжал Чапмен. - Я протянул ему альбом, а он вынул черный карандаш и,
расписываясь, царапнул им по обложке. Он старался вывести первую букву
своего имени, затем царапнул еще пару раз и рассмеялся. Потом написал:
"Джон Леннон" и ниже - "1980 год". Протянув мне альбом, он спросил: "И
это все, что ты хочешь?" Его жена ждала в автомобиле. Дверца была откры-
та. И я сказал: "Спасибо, Джон". Теперь я думаю о его словах, которые он
произнес тогда: "И это все, что ты хочешь?" Кажется, он предчувствовал
свою смерть".


"Сделай это!"

"Я был полон счастья от того, что Джон Леннон подписал мне альбом.
Так счастлив, что хотел взять первое попавшееся такси и умчаться домой,
к жене. Я хотел выбраться оттуда. Но не сделал этого. Я не мог оставить
это место, так как был полностью подчинен другой силе".
Он вернулся сюда вечером, чтобы завершить свой безумный поиск.
"Сделай это! Сделай это! Сделай это!" - твердили демоны. И я сделал
это. Сделал так, как десятки раз репетировал в номере гостиницы. Когда
Леннон прошел мимо, я прицелился ему в спину и нажал на спусковой крючок
пять раз. Помню, его как бы кто-то толкнул вперед, на ступеньки, а потом
он стал медленно, толчками падать. Швейцар Хосе, я хорошо помню, вырвал
пистолет у меня из рук и закричал: "Посмотри, что ты наделал! Убирайся!"
А я сказал: "Куда мне идти?"
Когда приехала полиция, Чапмен читал свою любимую и извращенно истол-
кованную книгу "Над пропастью во ржи".
Срок заключения Марка Дэвида Чапмена - до 2000 года. Недавно он заго-
ворил, потому что почувствовал угрызения совести. Он заявил, что его
преследуют ночные кошмары. В них он навещает дом Леннона. "Я беседовал с
Иоко и его сыновьями как друг семьи. Все мы были опечалены происшедшим.
Они понимают, что я очень сожалею об этом. Они знают, что на самом деле
я не хотел убивать его. Джон Леннон был искателем правды. Он знал, что
совершенного мира не будет, но призывал думать о нем. Если человек обла-
дает силой, способной создать этот мир в воображении, значит, он прибли-
зился к нему. Хорошая идея не должна вызывать боль. Сожалею, что я при-
чинил боль всем. Но теперь, возможно, я стану хоть чем-нибудь полезен.
Все же очень и очень трудно определить, кто я есть на самом деле. Я час-
то испытывал сильное смятение чувств и боль от того, что я Марк Дэвид
Чапмен"


РАЛЬФ НАУ: Охотник за "звездами"

После смерти Леннона звезды шоу-бизнеса стали платить телохранителям
тысячи долларов, чтобы защитить себя от "охотников за знаменитостями".
Такие безумцы, как Ральф Нaу, лишали звезд главного - душевного покоя.

Самый безумный "охотник" за знаменитостями скоро подаст очередное
прошение об амнистии. Такие прошения он посылает каждые два месяца начи-
ная с 1989 года, и они заставляют Голливуд сжиматься от страха. Некото-
рые звезды Америки до смерти боятся Ральфа Нaу - бесчувственного безум-
ного убийцы, который всю жизнь одержим навязчивой идеей: любовью к жен-
щинам-звездам.
Он - один из целого поколения отмеченных печатью дьявола молодых лю-
дей, которых вскормила Америка во второй половине двадцатого столетия:
людей одиноких и потерянных, которые выбирают богатых и знаменитых нез-
накомцев... и часто любят своих героев до смерти.
Нaу мог бы так и остаться безымянным среди массы таких же психов и
уголовников, если бы объектом его домогательств не стали кинозвезды Аме-
рики. Начало его дурной славы - декабрь 1989 года, когда группа знаме-
нитостей, включая Шер и Фарру Фосетт (обе - его бывшие жертвы), выступи-
ла против выписки Ральфа из психиатрической больницы. Они заявили, что
он бомбардировал их письмами из-за решетки, утверждая, будто певица Шина
Истон купила его фамильную ферму, что Оливия Ньютон-Джон является убий-
цей, а Мадонна мечтает выйти за него замуж.
Убийство восходящей звезды Голливуда Ребекки Шаффер произошло в том
же году, когда Шер и Фарра Фосетт выступили с обвинениями против Нaу.
Оно подтвердило, что их опасения относительно возможного освобождения
Нaу не были беспочвенными. Шаффер, которой только что исполнилось двад-
цать лет, была красивой и веселой девушкой. Она стала жертвой извращен-
ца-одиночки Роберта Бардо, который проводил свою жизнь у телевизора.
Днем он смотрел бесчисленные "мыльные оперы", а ночью - дешевые мелодра-
мы. Позже он скажет: "Она стала моей богиней... Я обожал ее". Бардо при-
говорен к пожизненному заключению за убийство актрисы.


Навязчивая идея

Ральф Нaу - еще один из когорты этих одиноких людей. Человек, кото-
рый, по словам одного врача-психиатра, "хочет убить весь мир".
Еще в школе он отличался замкнутым характером, никогда не решался
назначить свидание девушке или завязать дружбу со своими сверстниками. В
шестнадцать лет он оставил школу, и его брат Керри объявил, что Ральф
вступил в клуб, который "помогает одиноким мужчинам найти счастье с жен-
щинами". На самом же деле человек просто платил деньги, а взамен получал
по почте письма неприличного содержания.
Ральф тоже платил деньги и получал схожие письма. Их он хранил как
сокровища, показывал своим знакомым из родного городка Антиох, штат Ил-
линойс. Этото и явилось началом формирования навязчивой идеи: люди, ни-
когда не встречаясь, могут любить друг друга.
Приехав в Голливуд в 1980 году, Нaу стал писать письма шоу-звездам.
Первое пошло к Шер, потому что еще в школе он подрался из-за нее, другое
- к женщине по имени Мария.


Безумства по нарастающей

Послание к Шер он подписал как "Шон Ньютон-Джон" и указал обратный
адрес: "Ксанаду".
Поначалу письма содержали любовные излияния, затем в них стали появ-
ляться скрытые угрозы.
Большинство своих безумных любовных посланий Ральф написал дома, до-
бавив к списку получателей Шину Истон, Фарру Фосетт и Мадонну. Он прев-
ратил свою комнатенку в место поклонения Оливии Ньютон-Джон. Своей соба-
ке он дал кличку Сэм - по названию песни, ставшей одним из лучших хитов
Оливии. Но вскоре убил животное, дав ему сверхдозу снотворного, потому
что в воспаленном мозгу Ральфа созрела мысль - это Сэм не подпускает
Оливию к нему.
Скоро жертвой его преследований стала Дайана Росс, а за ней - Конни
Чанг, одна из ведущих теленовостей. Но главной мишенью оставалась Оли-
вия, и Ральф начал подписывать письма своим собственным именем. Оливия
обратилась в фирму, которая обеспечивала безопасность голливудских
звезд. Глава фирмы Гэвин де Беккер следил за Ральфом, но в полицию не
сообщал, мотивируя это так: "Наша система правосудия постоянно выискива-
ет зацепки, чтобы упечь человека в тюрьму или в психушку. Для них доста-
точно одного факта, что он толкнул свою мать или, купив ружье, прицелил-
ся в кого-нибудь. В данном случае мы видим парня, который каждый день хо-
дит на работу и никому не причиняет зла".
Следующие три года де Беккер и его люди по просьбе Оливии следили
практически за каждым движением Ральфа Нaу.
Ральф экономил деньги, чтобы увидеть Шину Истон и Оливию на концертах
в Лос-Анджелесе. Он путешествовал по съемочным площадкам, чтобы поймать
хотя бы взгляд Шер. И все время рядом с ним находились люди де Беккера.
На одном из концертов Оливии Ньютон-Джон Ральф взобрался на сцену, но
агенты де Беккера вышвырнули его оттуда. "Я знаю, что концерт был прер-
ван после того, как я убежал, - писал он ей позднее, - потому что, я уве-
рен, ты пела только для меня". Он слонялся возле киностудии Шер. Он под-
жидал Шину Истон и Фарру Фосетт возле их домов.
В 1983 году фирма, где работал Нaу, распалась, и он, человек
непьющий, некурящий, не встречающийся с девушками, потратил свои сбере-
жения на поездку в Австралию, чтобы там следить за Оливией.
Целую неделю он спал во взятом напрокат автомобиле, стараясь быть как
можно ближе к ней, но все было напрасно.
В подавленном настроении Ральф вернулся в Америку и истратил послед-
ние сбережения на поездку в Шотландию, чтобы увидеть Шину Истон, кото-
рая, он где-то вычитал об этом, вернулась на родину. Но его не пропустили
таможенники.
Ральф вернулся на ферму отца, где семья с возрастающей тревогой заме-
тила его усугубляющееся безумие. Дошло до того, что он стал устраивать
трехчасовые шоу с собакой в роли "солистки".
Де Беккер связался по телефону с отцом Ральфа и сообщил ему о навяз-
чивых идеях сына по отношению к знаменитым женщинам.
Дельмар Нaу переговорил с адвокатом, но тот сообщил, что ничем не мо-
жет помочь. Ральф, в сущности, не причинил никому вреда.
В январе 1984 года Ральф Нaу продал свой добитый автомобиль и,
объединив эти деньги с последними сбережениями, предпринял второе палом-
ничество в Австралию с целью "раз и навсегда уладить отношения с Оливи-
ей". И на этот раз де Беккер знал о планах Нaу и предложил суперзвезде
покинуть ранчо. Его люди контролировали каждый шаг Нaу с самого начала
путешествия. Целую неделю одиноко бродил Ральф по малонаселенному райо-
ну. Он так и не увидел Оливию.
Когда Нaу вернулся из Австралии, его родители развелись, и мать вышла
замуж за Кена Геркена, владельца птицефермы. Кен устроил Ральфа к себе
на работу.
Казалось, все складывалось хорошо, но однажды в душную августовскую
ночь безумие окончательно возобладало над ним: Ральф зарубил топором
восьмилетнего Дэнни Геркена, своего слабоумного сводного брата. Мальчик
не умел ни читать, ни писать, не мог говорить и даже одеваться. Он был
уязвим со всех сторон.
При допросе после убийства Ральф Нaу скажет в полиции: "Оливия все
время шлет мне телеграммы. Она говорит, что очень любит меня и хочет,
чтобы я был с ней. Она оплатила мне дорогу назад в Соединенные Штаты.
Я думаю, вы можете найти Дэнни вместе с собакой".
Полиция нашла тело мальчика в кукурузном поле. Трупа собаки рядом не
было.
На суде психиатры зачитают заключение, в котором будет указано, что
мальчик был убит за то, что переключил канал телевизора, когда Ральф
смотрел выступление одной из своих героинь - Нади Команечи.
8 августа 1984 года мать Ральфа уложила Дэнниса спать и с мужем пошла

<<

стр. 4
(всего 19)

СОДЕРЖАНИЕ

>>