<<

стр. 13
(всего 20)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Синдром Мюнхгаузена "от третьего лица" (Munchausen syndrome by proxy)

Синдром Мюнхгаузена "от третьего лица" (СМ) - форма жестокого обращения с детьми, при к-рой родители создают ложное представление о наличии заболеваний у своих детей или искусственно вызывают их с тем, чтобы затем обратиться за мед. помощью. В результате это может привести к летальному исходу. Впервые синдром описан Медоу. Он труден для диагностики и лечения.
Патологическое поведение обычно демонстрируют матери. Типичные проявления синдрома - постоянные попытки матери добиться того, чтобы ребенок прошел разного рода мед. лечение. Такие матери считают своих детей повышенно уязвимыми, настаивают на проведении детям инвазивных методов диагностики и лечения и подделывают данные лабораторных анализов.
История болезни ребенка в изложении матери обычно длинна и изобилует драматическими подробностями. Мать производит впечатление тревожащейся, сердитой, подозрительной; отсутствие патологии в данных обследования не успокаивает ее. Она часто интерпретирует диагностические данные так, будто "ослышалась", или делает алогичные выводы из полученной информ. Мать тж обычно преподносит себя как образец заботливости.
На наличие СМ указывают следующие признаки:
1) наличие у ребенка объективно не подтверждаемых, необычных, стойких или рецидивирующих заболеваний;
2) расхождения между клиническими данными и анамнезом;
3) симптоматика, не имеющая клинического смысла;
4) результаты лабораторных анализов не соответствуют очевидно здоровому состоянию ребенка;
5) рабочий диагноз - "редкое расстройство";
6) опытный врач говорит: "никогда не видел подобного случая";
7) симптоматика не наблюдается в отсутствии матери;
8) чрезмерная внимательность матери, к-рая отказывается оставить ребенка одного и может предложить свои услуги по мед. уходу за ним, включая сбор материала для лабораторных анализов;
9) необычная или повторяющаяся непереносимость лечения;
10) степень озабоченности матери состоянием ребенка не соответствует таковой мед. персонала;
11) судорожные приступы или эпизоды остановки дыхания, очевидцем к-рых является только мать;
12) атипичные случаи синдрома внезапной смерти младенца или сходные с ними проявления;
13) мать в прошлом мед. работник или сиделка;
14) мать с синдромом Мюнхгаузена или жертва его в детстве;
15) мать сообщает о собственной болезни с теми же проявлениями, что и у ребенка.
При диагностике исключаются случаи искательниц помощи, т. е. матерей, первичной мотивацией к-рых является получение вмешательства извне посредством больного ребенка. Эти непатологические матери обычно реагируют сотрудничеством и чувством облегчения при конфронтации или предложении помощи.
Активные индукторы считаются прототипом СМ, при к-ром матери прилагают активные и прямые усилия для вызова драматических симптомов болезни у своих детей. Жертвами обычно оказываются младенцы или маленькие дети. Матери привлекают внимание, выставляя себя в роли образцовых матерей, "одурачивая" "могущественную" систему медицины или получая льготы как мать больного ребенка. "Наркоманами" медицины всецело владеет желание получить лечение несуществующих болезней у своих детей. Матерей, несмотря на повторные доказательства, невозможно убедить в отсутствии заболевания. Эти матери тж дают лживые анамнестические сведения, но жертвами обычно являются дети школьного возраста или подростки. Такие матери внешне выглядят раздраженными, недоверчивыми и подозрительно относятся ко всей медицине. Преувеличивающие болезнь отличаются от "наркоманов" медицины тем, что в этих случаях имеются объективные, но незначительные признаки патологии ребенка. Последние 2 типа чреваты возникновением конфликтов между матерями и работниками здравоохранения.
Выявление СМ чрезвычайно сложно и требует координации обслуживания и тщательного документирования. Диагноз может встретить недоверие у др. коллег. Необходимо тщательное наблюдение за обращением матери с ребенком; нек-рые авторы рекомендуют использование съемки скрытой видеокамерой и досмотр личных вещей матери. Лабораторные анализы должны быть защищены от возможного доступа к ним матери. Могут понадобиться токсикологический скрининг и тонкое знание фармакокинетики. Наиболее важной является ясная, полная и детальная документация. Системы регулируемого здравоохранения и системы третичной помощи уязвимы для злоупотребления со стороны лиц, страдающих этим расстройством. Обычно оказывается необходимой юридич. помощь, к-рую, однако, трудно получить. Нередки случаи серийного жестокого обращения и с др. детьми в семье, но доказательства этого могут оказаться недостаточными для вмешательства судебных инстанций. Удаление ребенка из дома или предоставление ему мед. опеки являются эффективными средствами профилактики дальнейших злоупотреблений.
Лица с СМ противятся своему лечению. Мн. матери забирают своих детей из одних мед. учреждений и передают в другие. Психотер. матери всегда показана, но редко оказывается успешной. Следствием СМ является психол. травмирование жертвы с последующей морбидностью, начиная от расстройств питания у младенцев, вплоть до развития СМ в более позднем возрасте.
См. также Поведенческое вмешательство, Жестокое обращение с ребенком, Клиническое суждение, Обман, Диагнозы, Симулятивные расстройства, Службы системы здравоохранения, Отношения "родитель-ребенок"
Дж. С. Хоффман

Синдром хрупкой Х-хромосомы (fragile X syndrome)

Малоизвестная до 1980-х гг., хрупкая Х-хромосома представляет собой хромосомную аномалию, считающуюся сейчас наиболее частой наследственной причиной задержки умственного развития. Синдром Дауна - осн. генетически обусловленная причина умственного недоразвития - возникает вследствие несостоявшегося разъединения 21-й хромосомной пары при мейозе; он яв-ся генетическим по природе, но не наследуемым. Размещенная на слабом или хрупком участке на Х-хромосоме, fra(X) связана с иолом и поэтому чаще встречается у мужчин. Это - лишь одно из более чем 50 связанных с Х-хромосомой расстройств, вызывающих задержку психич. развития, к-рое имеет большую распространенность. Хотя в разных работах приводятся различные оценки, морбидность составляет около 1:1500 у мужчин и 1:2000 у женщин. Fra(X) яв-ся причиной 2-7% случаев умственной отсталости у мужчин. Она имеет две необычные генетические характеристики: а) гетерозиготные (носители) женщины с одной нормальной Х-хромосомой и одной с хрупким участком могут демонстрировать снижение интеллекта и недостаточную специфическую обучаемость; б) около 20% мужчин, унаследовавших хрупкий участок, яв-ся непенетрантными, не обнаруживая заметных физ. или психол. эффектов и признаков хрупкости при цитогенетическом анализе. Они, однако, передают Х-хромосому своим дочерям, к-рые могут передавать ее своим сыновьям. Еще одной сложностью яв-ся то, что при повторных цитогенетических обследованиях хрупкий участок не обнаруживается более чем у 50% женщин-носителей.
Исторический экскурс
С начала XX в. исследователи заметили в нек-рых семьях повышенный процент (часто около 25%) лиц с задержкой психического развития. Мартин и Белл в 1943 г., а др. позднее, описали семьи, в к-рых задержка психич. развития передавалась в форме, сцепленной с Х-хромосомой. Хотя Лабс впервые описал хрупкий участок X в 1969 г., его описание привлекло мало интереса, пока Сазерленд не сообщил о том, что хрупкость проявляется лишь при выращивании лимфоцитов в культурной среде с дефицитом фолиевой кислоты. Открытие чувствительности fra(X) и нек-рых др. хрупких локализаций к фолиевой кислоте позволило повысить точность диагностики, что, в свою очередь, привело к обнаружению большой распространенности fra(X) и возрастающему интересу к связанной с Х-хромосомой задержке психич. развития. Последующие исслед. подтвердили выводы Мартина и Белла о роли fra(X) в генезе умственной отсталости.
Характеристики
Около 66% взрослых пациентов мужского пола демонстрируют "клиническую триаду": а) умеренную до тяжелой степень задержки умственного развития, б) характерные черты черепа и лица, включающие высокий лоб, выступающий подбородок и удлиненные уши; в) увеличенные тестикулы (макроорхидизм). Однако индивидуальная вариабильность признаков столь высока, что уверенная постановка диагноза возможна лишь при цитогенетическом анализе. Разброс признаков еще выше у женщин и лиц мужского пола в препубертатном периоде. Хотя большинство пациентов мужского пола демонстрирует "синдром опережения роста" с рождения (размеры головы, родничка и тела превышают 97-й процентиль), макроорхидизм и краниофациальные черты у мальчиков в препубертатном периоде выражены значительно менее отчетливо. Приводимые далее признаки патологии осн. на следующих публикациях: Вregтап, Dykens, Watson, Ort, and Leckman; Brown et al.; Curfs et al.; Dykens & Leckman; Fryns; Hagerman.
Физические признаки. Помимо характерных черт черепа и лица, макроорхидизма, опережения роста, у лиц мужского пола с fra(X) могут наблюдаться и такие признаки, как повышенная подвижность в суставах, высокий свод нёба, пролапс митрального клапана (с шумом при аускультации), плоскостопие и низкий мышечный тонус. Женские носители, в особенности находящиеся на нижней границе нормы развития интеллекта, тж демонстрируют такие признаки, как высокий и широкий лоб, длинное лицо и повышенная подвижность в суставах.
Когнитивные признаки. Приблизительно у 70% пациентов мужского пола имеется задержка умственного развития в умеренной и тяжелой степени, но в целом размах колебаний - от легкой до тяжелой степени; небольшой процент случаев имеет интеллект на уровне нижней границы нормы. Снижение уровня интеллекта у мужчин с возрастом оказывается не тотальным. Нарушения здесь касаются, прежде всего, последовательной обработки информ., снижения кратковременной памяти на серийно предъявляемую информ., имитации последовательных поведенческих актов. Этот дефицит в последовательной обработке информ. отличает лиц с fra(X) от пациентов с др. формами умственной отсталости. Больные мужского пола относительно хорошо справляются с заданиями, требующими одновременной (симультанной) обработки информ. и интеграции (напр., складывание кубиков).
Хотя большинство носительниц fra(X) имеет интеллект в границах нормы, около 30% больных женского пола обнаруживают задержку умственного развития. Даже те, кто имеют средний уровень интеллекта, весьма часто демонстрируют недостаточную специфическую обучаемость. У пациенток тж выявляются нарушения последовательной обработки информ. и дефицит визуально-пространственных навыков, они плохо выполняют цифровые и арифметические тесты, задания с кубиками. Есть нек-рые данные о том, что уровень IQ у больных женского пола, в отличие от мужчин, с возрастом повышается.
Речь. У больных мужского пола речевые навыки развиваются с отставанием. Кроме того, часто наблюдаются специфические проблемы - персеверации, эхолалия, нарушение беглости речи, - часть к-рых может быть следствием общей дефицитарности последовательной обработки информ.
Поведенческие признаки. Гиперактивность и дефицит внимания яв-ся особенно частыми следствиями fra(X), особенно у лиц мужского пола. У мн. часто наблюдается тенденция к соц. изоляции, избегание контакта взглядов и самоповреждающее поведение, особенно нанесение себе укусов.
Отношение к другим расстройствам. У пациентов мужского пола может тж отмечаться судорожный синдром. Fra(X) имеет тж коморбидность с аутизмом. У мн. пациентов мужского пола с fra(X) выявляются признаки аутизма, в то же время у мн. больных мужского пола с диагнозом аутизма выявляется fra(X) на цитогенетическом тесте. Вариабильность совпадений в разных работах весьма высока, вероятно, вследствие расхождения использования диагностических критериев аутизма. Тем не менее рекомендация проводить всем пациентам мужского пола с диагнозом аутизма скрининг на fra(X) представляется оправданной.
Терапия фолиевой кислотой
Фолиевая кислота часто использовалась в попытках снижения симптоматики, обусловленной fra(X). Исслед. двойным слепым методом показывают, что это лечение не сказывается на показателях тестов интеллекта, но может снизить гиперактивность и улучшить сосредоточение внимания. Вопрос о том, яв-ся ли лечение фолиевой кислотой столь же эффективным, как терапия стимуляторами, традиционно применяемыми при гиперактивном расстройстве с дефицитом внимания (ГРДВ), остается открытым.
Выводы
Психол. подход яв-ся важным в исслед. fra(X), по меньшей мере, по двум причинам: а) диффузность и вариабильность физ. изменений при fra(X) придает дополнительное значение роли психол. обследования для выявления детей, имеющих показания к цитогенетическому анализу; б) когнитивные характеристики пациентов с fra(X) важны для построения лечебных и пед. программ. Разнообразие проблем, связанных c fra(X), делают оправданной рекомендацию использования бригадного подхода в лечении таких больных. Далее, четкое различие между признаками синдрома fra(X) и синдрома Дауна означает гетерогенность этих групп органического снижения интеллекта, что имеет теорет. значимость. Синдром fra(X) может быть идентифицирован до рождения специальным тестом, но неполная пенетрантность у мужчин, фенотипические эффекты у значительного числа носителей женского пола и трудность диагностики у лиц женского пола с невыраженной симптоматикой осложняют генетическое консультирование. Наконец, хотя многое известно о fra(X), замечание Уэллс и Браун о том, что "последующие исслед. могут изменить совр. представления относительно хрупкой Х-хромосомы", представляется разумным предостережением.
См. также Хромосомные нарушения, Эмбрион и плод, Инбридинг и человеческие факторы, Задержка умственного развития, Минимальная мозговая дисфункция
Р. Т. Браун

Синестезия (synesthesia)

Кажется бесспорным, что в своем зрении мы имеем дело со светом, в своем слухе - со звуками и т. д. Тем не менее опыт С. относится к сенсорным впечатлениям, пересекающим границы этих модальностей, так что чел. "слышит" цвета, или "видит" звуки. Сходный опыт м. б. вызван словами или даже отдельными буквами, так что буквы воспринимаются как имеющие определенный цвет.
У нек-рых людей, наз. синестетиками, эти кросс-модальные перцептивные впечатления оказываются такими же ясными и убедительными, как обычное восприятие. Напр., некто S. сообщал, что видит "струи пара или брызги", когда он слышит определенные слова. Если S. предъявляли определенный тон, он сообщал о том, что видит "коричневую полоску на темном фоне". При предъявлении ему др. тона он сообщал о конкретном цвете. В нек-рых случаях он не мог понять, что ему сказали, потому что его отвлекал "цвет голоса".
Среди людей было выявлено немало синестетиков. Напр., композиторы О. Мессиан и А. Н. Скрябин обладали выраженной С. Действительно, есть нек-рый намек на то, что С. чаще встречается среди творческих личностей. Однако, несмотря на ряд предположений, осн. на единичных случаях, похоже, что нет никакой связи между С. и интеллектом или между С. и дисфункцией личности. Кроме того, исслед. документально засвидетельствовали обстоятельства, способствующие появлению С. Напр., С. сопутствует нек-рым формам шизофрении, а тж реакциям на нек-рые лекарственные препараты.
Существует множество форм С., но намного более распространенными среди них, по-видимому, яв-ся все же связи зрения и слуха. С. часто выглядит асимметричной, так что она может испытывать световые впечатления как реакцию на звук, но не наоборот (т. е. не ощущает звуки как реакцию на свет).
Синестетики существенно различаются по специфическим сцеплениям модальностей. Напр., один синестетик может воспринимать определенную гласную как зеленую, а др. может воспринимать тот же звук как красный. Тем не менее синестетическая реакция не яв-ся полностью уникальной. Напр., мн. синестетики воспринимают темные цвета в ответ на низкие гласные звуки, а яркие цвета - на более высокие гласные звуки.
Отдельные синестетики, похоже, довольно последовательны в своих реакциях при повторении тестов. В одной из работ синестетиков просили выбрать цвет, вызываемый определенными буквами алфавита; затем они были повторно протестированы через 24 часа и спустя один год. Испытуемые оказались достаточно последовательными в своих выборах даже через год; испытуемые, не являющиеся синестетиками, были заметно менее последовательными, даже при повторении тестирования через один день. Сходная устойчивость реакций документально зафиксирована в др. случаях С., включая женщину, к-рая показала сильную цветовую реакцию на слова, или мужчину, к-рый проявил сильную цветовую реакцию на определенные музыкальные ноты. Последний из упомянутых синестетиков тж проявил примечательную способность выучивать новые нотно-цветовые ассоц., позволяя предположить, что его С. м. б. рез-том очень сильных кросс-модальных ассоциативных способностей; однако, что касается др. синестетиков, исследователи выступают против объяснений этого явления на основе запомненных ассоц.
Мн. синестетики вторят утверждению S., что их С. яв-ся и неодолимой, и спонтанной - они определенно не могут произвольно отказаться от переживания данной синестетической реакции. Напр., одна женщина-синестетик проявляла сильные цветовые реакции в ответ на печатные буквы, и испытывала сильные помехи при попытке прочесть буквы, напечатанные в цвете, отличающемся от тех цветов, к-рые она спонтанно воспринимала при виде букв! Эта женщина-синестетик тж могла наз. цвета, к-рые она воспринимала при предъявлении ей букв, напечатанных черным цветом, столь же быстро, как она могла называть цвет отпечатанных кругов.
С. в своей полной форме встречается относительно редко. Большинство из нас не испытывают ярких и непосредственных ощущений, к-рые яв-ся характеристиками С. Тем менее широкий диапазон испытуемых действительно описывает себя как имеющих, по меньшей мере, нек-рый опыт С. Кроме того, в ряде работ испытуемых просили выбрать цвета, к-рые подходят к определенным звукам, или подобрать размеры, к-рые подходят к определенной высоте звука, и т. д. Сенсорные соответствия, определенные в этих исслед., почти идентичны сенсорным сцеплениям, наблюдаемым синестетиками, а это наводит на мысль, что лежащие в основе С. механизмы м. б. в действительности широко распространены в популяции.
В недавних исслед. было досконально изучено то, как несинестетики воспринимают стимулы, составленные из синестетически соотв. или несоответствующих признаков. Напр., и синестетики, и несинестетики, видимо, сходятся в том, что яркие цвета соответствуют высоким звукам. Так, испытуемым в одной работе предъявляли последовательность тонов, и они должны были нажимать на одну кнопку, если звуковой тон был высоким, и на др., если тон был низким. Испытуемые сидели перед компьютером, и окрашенная точка предъявлялась на экране одновременно с предъявлением тона. В этом задании реакции были быстрее, если высокие тона сопровождались белой точкой, а низкие тона - черной точкой. Реакции были неск. медленнее, если высокие тона сопровождались черной точкой, а низкие - белой точкой. Реакции тж замедлялись, если цвет точки не зависел от высоты тона. Эти паттерны в основном не изменялись в ходе практики в данной задаче и оставались такими же, даже если испытуемые пытались специально фокусироваться именно на звуках. Все это возможно только в том случае, если темнота имеет определенную связь в мозге испытуемого с низким звуковым тоном и т. д. Более того, эти данные наводят на мысль, что данное кросс-модальное взаимодействие зрения и слуха до нек-рой степени яв-ся обязательным - оно не изменяется практикой, практически не изменяется инструкциями и служит источником интерференции даже в тех задачах, для к-рых цветовое пятно фактически не служит релевантным признаком.
Откровенно говоря, остается по-прежнему много вопросов к подобным рез-там и на самом деле - к С. в общем. Наиболее важными из них яв-ся следующие: "Какова природа связи между этими зрительными стимулами и звуками или (более широко) какова природа этих кросс-модальных связей? Является ли С. случаем нек-рого рода выученной (хотя бы и принудительно) ассоц.? Или С. показывает нек-рые индивидуальные связи нервных каналов одной модальности с нервными каналами др. модальностей? Обслуживаются ли кросс-модальные взаимодействия, наблюдаемые в лаборатории (напр., между цветами точек и высотами звуков), теми же самыми механизмами, что и лежащая в их основе С. в своей полной форме?" Это вопросы, к-рые активно обсуждаются в совр. литературе, и до сих пор на них нет единодушных ответов.
О С. часто говорят как о компоненте восприятия произведений иск-ва. Напр., предполагается, что язык в стихотворениях часто вызывает живые чувственные впечатления; музыка часто предназначена пробуждать зрительные сцены и т. д. Вряд ли стоит сомневаться, что эти кросс-модальные воскрешения в памяти действительно имеют место; менее ясными остаются отношения между ними и теми кросс-модальными взаимодействиями, к-рые наблюдаются в лаборатории. Вполне вероятно, что С., наблюдаемая в художественной среде, менее перцептивна но своему качеству и опосредована в большей степени метафорическим пониманием или же накопленными ассоц.
См. также Морфология искусства, Когнитивная сложность, Диахронные модели в сравнении с синхронными, Перцептивные искажения, Представления
Д. Райзберг

Систематическая ошибка в ответах (response bias)

Под С. о. в о. подразумевается любой способ или паттерн реагирования на пункты теста, выражающийся в том, что тестируемые отвечают на них иначе, чем если бы они отвечали на эти пункты при предъявлении их к.-л. др. способом. Этот отличный паттерн реагирования м. б. обусловлен либо содержанием и словесной формулировкой пункта, либо форматом пункта или ответа.
Интерес к проблеме С. о. в о. начался с исслед. Ли Кронбахом тестов достижений. Кронбах полагал, что студенты, к-рые не выбирают ответ в пунктах "истинно-ложно", когда они не уверены в его правильности, будут получать более низкие оценки, чем студенты, к-рые пытаются отвечать на каждый пункт. Кроме того, даже после проведения корректировки оценок с учетом возможной догадки, при наличии неравного (как это обычно бывает) соотношения числа пунктов, в к-рых в соответствии с ключом требуется выбирать "истинно" и "ложно", студенты будут по-разному штрафоваться в зависимости от того, выбирают ли они в ситуации сомнения ответы "истинно" или "ложно". В серии исслед. Кронбах обнаружил индивидуальные различия в прослеживающейся от теста к тесту тенденции выбирать ответы "истинно" (т. е. автоматически соглашаться). Эта тенденция, в сочетании с тем фактом, что слабые студенты, в отличие от более сильных, чаще прибегают к догадкам, приводила к следующему: оценки по пунктам, в к-рых в соответствии с ключом требовалось выбирать "ложно", оказывались более изменчивыми, надежными и валидными, чем по пунктам, в к-рых в соответствии с ключом требовалось выбирать "истинно".
Эти оригинальные исслед. повлекли за собой сотни др. исслед. С. о. в о. Подавляющее большинство таких исслед. использовало личностные опросники типа самоотчетов и фокусировалось на автоматическом согласии (тенденции отвечать "истинно" или "да") и соц. желательности (тенденции одобрять пункты, расцениваемые как выражающие социально желательное поведение).
Основные проблемы. С. о. в о. важно учитывать на трех уровнях анализа. Первым яв-ся интерпретация индивидуальных показателей тестируемых. В той степени, в какой С. о. в о. влияет на индивидуальные показатели, интерпретация этих показателей будет вызывать сомнения. Во-вторых, когда рассматриваются групп. показатели, С. о. в о. может влиять на характеристики распределения показателей (напр., на среднее и дисперсию), а тж на надежность и валидность теста. В-третьих, если С. о. в о. проявляется постоянно от теста к тесту, она будет репрезентировать измерение индивидуальных различий, к-рое может представлять самостоятельную ценность для изучения. Кроме того, если С. о. в о. яв-ся источниками устойчивых индивидуальных различий, приобретает важное значение вопрос о том, как изолировать эффекты С. о. в о. от эффектов измеряемой черты или характеристики.
Типы систематических ошибок в ответах. С. о. в о. могут возникать в любого типа измерительных инструментах. Л. Рорер провел полезное различие между установками на ответ и стилями ответов. Установка на ответ зависит от содержания и возникает, когда тестируемые хотят представить себя в определенном свете. В противоположность этому, стили ответов относительно независимы от содержания и проявляются, когда стимулы или задания носят неоднозначный характер или когда тестируемый испытывает неуверенность или колеблется в выборе правильного ответа.
Выявление и контроль систематических ошибок в ответах. Учитывая факт существования С. о. в о., конструкторы тестов должны разраб. методы, к-рые бы позволяли выявлять и контролировать их эффекты. Одна группа таких методов фокусируется на структуре задания. Нек-рые стили ответов могут сводиться к минимуму путем уравновешивания форматов пунктов, напр., включением в тест равного количества истинных и ложных пунктов, сменой полюсов оценочных шкал и использованием как положительных, так и отрицательных формулировок пунктов в опросниках аттитюдов. В проективных методах использование стимулов неопределенного содержания минимизирует установки на ответ, но не устраняет стилей ответов. Напротив, высокоструктурированные процедуры, включающие описания скорее специфических форм поведения, нежели более общих личностных черт, могут снижать влияние эффектов как установок на ответ, так и стилей ответов. Др. подход состоит в использовании формата вынужденного выбора. Этот подход вынуждает тестируемого давать ответы, руководствуясь содержанием пункта, а не его соц. желательностью. Форматы вынужденного выбора тж используются в оценочных шкалах.
Вторая группа методов предполагает разраб. специальных инструментов для обнаружения С. о. в о. Самый простой подход заключается в подсчете числа пропущенных пунктов. Др. подходами яв-ся включение повторяющихся пунктов и подсчет числа выборов нетипичных ответов. Оба этих метода позволяют выявлять людей, к-рые не следуют инструкциям, а последний может тж идентифицировать тех, кто пытается фальсифицировать ответы в целях симуляции.
Наиболее распростр. подход состоит в разраб. зависимых от содержания шкал для выявления установок на ответ. Был разраб. целый ряд шкал соц. желательности. Миннесотский многофазный личностный опросник (MMPI) содержит неск. "шкал валидности", предназначенных для обнаружения С. о. в о. L-шкала содержит пункты, к-рые отражают социально желательные действия, демонстрируемые лишь очень немногими людьми; поэтому высокие оценки по L-шкале выдают попытку произвести благоприятное впечатление. F-шкала содержит пункты, на к-рые редко реагируют в специфическом засчитываемом направлении. Высокие оценки по этой шкале (т. е. много нетипичных, или редких реакций) выявляют людей, к-рые или фальсифицируют ответы, или не следуют указаниям, или демонстрируют много аномальных чувств и действий. K-шкала позволяет измерять более тонкие оборонительные реакции тестируемого. Оценки по K-шкале используются в качестве фактора коррекции по ряду диагностических шкал для повышения их валидности. Др. методом яв-ся анализ ответов на пункты с неочевидным и очевидным ключом. Сравнивая ответы на пункты с неочевидным и очевидным ключом, часто можно выявить людей, к-рые пытаются произвести благоприятное впечатление или фальсифицировать ответы. При доступности оценочных данных из неск. источников, о С. о. в о. может свидетельствовать несогласованность этих полученных различными способами оценок.
Подводя итог, нужно признать, что С. о. в о. могут возникать и действительно возникают при работе с психол. тестами, особенно с типичными мерами выполнения, и поэтому должны учитываться при интерпретации оценок. Их влияние на валидность, однако, пока еще остается под вопросом.
Ф. Браун

Систематическая ошибка измерений, вызванная влиянием пола (sex bias in measurement)

С. о. и. имеет место в тех случаях, когда группы реагируют по-разному на задания в тестах достижений, интеллекта или способностей, либо в др. измерительных инструментах, таких как опросники интересов. С. о. и., вызванная влиянием пола, имеет место в тех случаях, когда лица мужского и женского пола по-разному реагируют на такие задания и пункты тестов. Эта проблема имеет столь же важные последствия для образовательных и профессиональных выборов женщин, как и систематическая ошибка при тестировании представителей меньшинств.
Хотя термины "систематическая ошибка", или "необъективность" и "несправедливость", часто использовались как взаимозаменяемые, среди специалистов, по-видимому, достигнуто согласие употреблять термин "необъективность", или "систематическая ошибка", применительно к внутренним свойствам теста - его содержанию, конструкту или конструктам, к-рые он предназначен измерять, и контексту, в к-рый помещается его содержание. Термин "несправедливость" имеет отношение к этическим вопросам, связанным с использованием рез-тов теста. В дополнение к этому, Шепард определяет систематическую ошибку инструмента как то, что имеет место в ситуации, когда два индивидуума с равными способностями, но из различных групп не имеют равных шансов на успешное выполнение тестового задания.
Вопросы вызванной полом необъективности и нечестности в измерениях изучались гл. обр. в связи с тестами интересов, достижений и способностей, и в меньшей степени - в связи с инструментами измерения личности. Мн. из различий между мужчинами и женщинами в рез-тах тестирования приписывались различиям в процессе социализации - различиям в ожиданиях относительно поведения, интересов и достижений в раннем детстве; различиям в ожиданиях, касающихся учеб. предметов, к-рыми мальчиков и девочек поощряют заниматься в школе; и стереотипизации профессий как мужских и женских, с отнесением к числу последних преим. низкооплачиваемых, бесперспективных профессий, на к-рых в настоящее время занято большинство женщин.
Систематическая ошибка в измерении интересов. До сравнительно недавнего времени опросники интересов - в особенности те, в состав к-рых входят шкалы профессий, - акцентировались преим. на оценке предпочтений к традиционно мужским формам деятельности. Лишь недавно стали предприниматься попытки построить сбалансированные в половом отношении шкалы интересов с числом пунктов в шкале, благоприятствующих одному полу, уравновешенному с числом пунктов, благоприятствующих др. полу. Национальный ин-т образования (National Institute of Education) занимается изучением вопросов половой необъективности в измерении интересов, включая разраб. рекомендаций для создания справедливых в половом отношении опросников, предполагающих, напр., сообщение тестируемым мужчинам и женщинам оценок по всем шкалам, независимо от пола критериальной группы, и более справедливую в половом отношении интерпретацию рез-тов тестирования.
Систематическая ошибка в тестировании достижений и способностей. Начиная с девятого класса, контекст, а тж содержание и половая сбалансированность пунктов в тестировании, становятся важными переменными половых различий в его рез-тах, особенно в области математики и естественных наук. К. Двайер приводит данные о том, что в тестах вербальной способности, при прочих равных условиях, мужчины получали более высокие оценки, когда материал подавался в контексте бизнеса, науки, повседневных практ. дел, механических принципов или математики. Женщины получали более высокие оценки, когда привлекался материал из области иск-ва, гуманит. предметов или касался понимания челов. отношений. В этом исслед. не было получено убедительных доказательств в отношении того, возникали ли эти различия в рез-те знакомства с контекстом, мотивирующего значения этого контекста, или определенного сочетания того и другого. Титтл тж описал исслед., в к-ром было установлено, что даже если осн. мат. процессы, необходимые для выполнения заданий теста, оставались неизменными, эксперим. манипулирование контекстом отдельных заданий с целью описать материал или ситуацию более знакомым для мужчин или женщин образом вызывало половые различия в рез-тах тестирования. В тестировании способностей вопросы половой необъективности и несправедливости, пожалуй, лучше всего иллюстрируют комментарии Ли Кронбаха к Батарее профессиональной пригодности вооруженных сил США (Armed Services Vocational Aptitude Battery). Кронбах указал, что, наряду с др. недостатками, эта батарея была плохо приспособлена для применения к женщинами. Недостаточная профессиональная и техническая информированность (напр., неспособность опознать карбюратор) была бы оценена как низкая профпригодность, низкий уровень технических способностей или способности к обучению.
Степень различий между мужчинами и женщинами. Важным фактором в решении вопросов необъективности и несправедливости в измерениях, вызванных влиянием пола, яв-ся действительная величина измеряемых различий в интеллектуальной способности. Д. Хайд приводит рез-ты мета-анализа, к-рый она провела в отношении исслед. по половым различиям в вербальных, числовых, визуально-пространственных и визуально-аналитических пространственных способностях. Несмотря на то что упомянутые различия описывались как "надежно установленные", Хайд обнаружила, что в действительности они оказались не столь велики. Половыми различиями можно было объяснить только 1% дисперсии в вербальной и числовой способности, 4% дисперсии в визуально-пространственной способности и приблизительно 2,5% дисперсии в визуально-аналитической пространственной способности. Эти величины, заключила она, оказываются слишком незначительными, чтобы ими можно было объяснить различия в профессиональном распределении мужчин и женщин, напр. в области технических профессий.
Вопрос социальной справедливости. Мессик выделяет два критических вопроса: а) хорош ли тест в качестве средства измерения характеристик, к-рые он предназначен оценивать; б) должен ли тест использоваться для предполагаемой цели предлагаемым образом? Первый вопрос относится к психометрическим свойствам теста, особенно к конструктной валидности. Второй яв-ся этическим вопросом, и чтобы ответить на него, предлагаемое использование теста должно оказываться справедливым с т, зр. соц. ценностей. Эти вопросы относятся не только к проблемам отбора или оценки личности, но и ко всей области психол. и пед. измерений, включая осн. на конструктах тесты способностей и осн. на выборочной проверке содержания тесты достижений.
См. также Культурно-свободные тесты, Смещение результатов тестирования, связанное с расовыми (этническими) различиями, Сексизм
Э. Даймонд

Систематическая ошибка тестов, обусловленная культурными факторами (cultural bias in tests)

Между разными соц. и расовыми группами наблюдаются существенные различия в средних значениях оценок по стандартизованным тестам умственных способностей, широко применяемым при приеме в школы и колледжи, наборе в вооруженные силы и найме на работу на конкурсной основе. Эти различия особенно заметны в средних оценках по тестам "общих способностей", "интеллекта" или IQ и по тестам академических способностей. Одним из распростр. объяснений наблюдаемых различий между разными соц. и расовыми группами по средним показателям таких тестов яв-ся гипотеза культурного смещения, согласно к-рой: а) типичный опыт, включающий приобретение знаний и навыков, различается у разных групп и слоев населения; б) содержание заданий тестов отбирается, в основном, исходя из типичного опыта определенных групп (напр., белого среднего класса), отличающегося от опыта др. групп (напр., бедных слоев населения или расовых меньшинств), что ставит одни группы в более благоприятное положение, чем др., при выполнении таких тестов. В психометрическом аспекте проблема заключается в том, как объективно определить, яв-ся ли гипотеза культурного смещения валидным объяснением наблюдаемого различия в средних значениях показателей по любому конкретному тесту между двумя любыми специфическими группами населения.
Перед тем как перечислить валидные способы проверки гипотезы культурного смещения, следует рассмотреть 3 наиболее употребительных, однако полностью ошибочных критерия смещенности теста. Ошибка уравнительности - это научно не подтвержденное допущение, что все группы населения равны в отношении любой способности или черты, для измерения к-рой предназначен данный тест, и потому любые различия в средних оценках между группами по этому тесту свидетельствуют о сто необъективности. Ошибка культурной нагрузки - это утверждение, что, поскольку содержание заданий теста связано с культуроспецифичными знаниями или умениями, то данный тест всегда необъективно оценивает любую конкретную группу населения, средние оценки к-рой ниже, чем у др. групп. Ошибка стандартизации - это представление о том, что тест, поскольку он был стандартизирован на конкретной популяции, обязательно будет необъективным для представителей любой др. популяции.
Психометрическое определение систематической ошибки осн. на статистическом понятии смещенности: измерение содержит систематическую ошибку, если оно систематически недооценивает либо переоценивает истинное значение. Тест дает систематическую ошибку, если он систематически недооценивает либо переоценивает истинное значение признака, для измерения к-рого предназначен, в одной группе по сравнению с какими-то др. группами. В более обобщенной формулировке: тест яв-ся смещенным в отношении двух (или более) групп, если оценки по нему для представителей одной группы имеют значение, отличное от их значения для представителей др. группы. Т. о., объективная статистическая проверка на смещенность заключается в поиске важных психометрических свойств конкретного теста, к-рые по-разному проявляются в двух или более обследуемых группах населения. Первостепенную важность имеют психометрические свойства теста, наиболее релевантные его предполагаемому использованию: прогностическая валидность по конкретному критерию, конструктная валидность, надежность и факторная структура. Статистически значимые различия, достаточно выраженные, чтобы сказываться на практ. использовании тестовых оценок, служат индикаторами систематического смещения. Эти индикаторы можно разделить на две категории: внешние (т. е. осн. на корреляции тестовых оценок с др. переменными, независящими от теста) и внутренние (т. е. осн. на психометрических свойствах самого теста). Кроме того, систематическая ошибка м. б. следствием действия ситуационных факторов: расы, пола, диалекта, установки исследователя, прошлого опыта тестирования, жесткого лимитирования времени, тестовой тревожности и т. п.
В настоящее время преобладают доказательства того, что самые распростр. стандартизованные тесты умственных способностей позволяют производить свободные от систематической ошибки измерения во всех коренных англо-говорящих сегментах совр. американского об-ва, независимо от пола, расы или социально-классового положения. Наблюдаемые различия средних значений тестовых оценок в разных группах, как правило, не яв-ся артефактами самих тестов, а объясняются действием факторов, причинно независимым от используемых тестов.
См. также Культурно-свободные тесты, Психометрика, Смещение результатов тестирования, связанное с расовыми (этническими) различиями, Расовые различия
А. Р. Дженсен

Системы и теории (systems and theories)

Исторически сложилось так, что в американской психологии С. и т. тесно связаны между собой. Именно поэтому изучающим психологию важно знать хотя бы суть осн. систем, к-рые в свое время оказывали заметное влияние на развитие психол. мысли и продолжают влиять на него и сейчас, хотя и в меньшей степени.
Системы
Систему психологии можно определить как "орг-цию и интерпретацию... данных и теорий... с использованием специальных допущений (постулатов), дефиниций и методологических предпочтений".
Системами, оказавшими наибольшее влияние на американскую психологию, признаются структурализм, функционализм, бихевиоризм, гештальт-психология и психоан. Первые две системы в настоящее время имеют преим. ист. значение, хотя в неск. "разбавленном" виде структурализм проявляется и в наши дни.
Структурализм. Возникновение структурализма связано с именем В. Вундта, к-рому принадлежит честь создания первой официально признанной психол. лаборатории. Американская версия структурализма - едва ли не личная заслуга Титченера. И Вундт, и Титченер рассматривали психологию как своего рода "психич. химию", и их целью был покомпонентный анализ сознательного опыта с помощью доведенной до совершенства формы интроспекции.
Функционализм. Функционализм возник и развивался по существу как протест против неадекватности структурализма. Сторонники функционализма считали, что все формы поведения вместе с сознательным опытом, проанализированным структуралистами, - не более чем зерно для мельницы психолога.
Хотя провозвестником функционализма по праву считается У. Джемс, как формальная система он был осн. Дж. Дьюи и Дж. Энджеллом и объединил два таких разных - как концептуально, так и в практическом плане - направления, как эволюционная теория Дарвина и тестирование умственных способностей. Общим элементом, объединившим эти разноплановые направления, оказалась их функция - их роль в определении поведения и сознательного опыта - двух предметов психологии.
Бихевиоризм. Наиболее колоритной и влиятельной фигурой в психол. науке США начала XX в. был Дж. Уотсон, общепризнанный основатель системы бихевиоризма. Он считал психологию наукой, единственным предметом к-рой должно быть поведение. Во второй половине XX в. место центральной фигуры американского бихевиоризма, принадлежавшее ранее Уотсону, занял Б. Ф. Скиннер, работы к-рого привлекали к себе наиболее пристальное внимание современников, вызывая и одобрение, и критику. Как и Уотсон, Скиннер в начале своей карьеры изучал поведение животных. Его систематический бихевиоризм нашел свое воплощение в оперантном обусловливании, к-рое делало упор на новое, эмитируемое (emitted) поведение, в отличие от павловского, или классического, обусловливания, в к-ром центральная роль отводилась вызываемому (elicited) поведению. Скиннера роднит с Уотсоном тж и интерес к прикл. психологии; наибольшую известность получил его метод модификации поведения - клиническая методика, не учитывающая внутреннее состояние организма и сконцентрированная на изменениях в поведении.
Гештальт-психология. Основателями гештальт-психологии считаются М. Вертгеймер и двое его более молодых коллег - В. Кёлер и К. Коффка. Осн. идея гештальтистов заключалась в том, что простые и естественные перцептивные впечатления скорее следует принимать как данность, т. е. воспринимать их такими, как они есть, а не сводить к каким бы то ни было предполагаемым элементам. Сейчас более известна иная формулировка принципиальной идеи гештальт-психологии: "целое больше суммы своих частей".
Психоанализ. Крайне привлекательная психоаналитическая система З. Фрейда оказала весьма заметное влияние как на психологию, так и на мн. др. дисциплины. Хотя психологи оценивают психоан. по-разному и разброс этих оценок очень велик, мало кто сомневается в том, что идеи Фрейда значительно обогатили наши представления о челов. поведении. Наибольшее влияние психоан. - с его повышенным вниманием к раннему развитию и прежде всего (если не исключительно) к бессознательной сексуальности как осн. детерминантам неврозов и психозов - оказал на клиническую психологию.
Теории
Теорию можно определить как попытку объяснить некую совокупность эмпирических рез-тов, особенно когда делаются предположения относительно того, как ликвидировать пробелы в имеющемся знании о лежащих в их основе факторах. Теории весьма существенно варьируют по орг-ции и масштабам; теориями наз. и простейшие интуитивные предположения, и разного рода гипотезы, касающиеся конкретных эмпирических предсказаний, и крупномасштабные системы дедуктивно связанных "законов". Следует особо подчеркнуть роль менее формализованного "теоретизирования", поскольку ему, как правило, уделяется знач. меньше внимания, чем формальным (строгим) теориям.
Термин "модель" возник как некий синоним термина "теория". В своем изначальном значении - это попытка объяснения к.-л. явления на основании представлений, принятых в др. дисциплине и получивших более надежное подтверждение; примером может служить использование мат. формулировки в качестве основы для выведения эксперим. тестов в психологии.
Дедуктивная теория характеризуется выведением утверждений, подлежащих эмпирической проверке, на основе логически связанных с ними более значимых исходных допущений.
Индуктивная теория диаметрально противоположна дедуктивной. Она складывается на базе отдельных фактов, к-рые по мере накопления постепенно оформляются в виде теорет. утверждений без опоры на к.-л. явно выраженные руководящие принципы (по крайней мере, в идеале).
Функциональная теория представляет собой попытку преодоления осн. недостатков дедуктивных и индуктивных теорий. Она осторожно развивается из той эмпирической базы, на к-рой строится, но при этом опирается на сформулированные в явной форме руководящие принципы.
См. также Бихевиоризм, Функционализм, Гештальт-психология, Психоанализ, Структурализм
М. Маркс

Склонность к несчастным случаям и техника безопасности (accident proneness and prevention)

Несчастные случаи яв-ся осн. причиной смерти, острой госпитализации и инвалидности во всех возрастных группах. Исслед. в психологии преим. фокусируются на трех областях, в к-рых несчастные случаи привлекают к себе особое внимание: несчастные случаи в детском и подростковом возрасте; несчастные случаи в условиях профессиональной деятельности; несчастные случаи, связанные с механическими транспортными средствами. Национальный центр по стат. здравоохранения (National Center for Health Statistics) в публикации "Национальное обследование состояния здоровья в США" (U.S. national health survey) и M. Лалонд в докладе "Новый взгляд на состояние здоровья канадцев" (A new perspective on the health of Canadians), указывают на то, что несчастные случаи яв-ся осн. причиной смерти среди лиц в возрасте от 5 до 19 лет. Несчастными случаями объясняется большинство острых госпитализаций, обращений в травматологические пункты и визитов к врачу в этой возрастной группе. Аналогичные статистические данные свидетельствуют о том, что несчастные случаи яв-ся одной из ведущих причин смерти, острой госпитализации и инвалидности у членов трудового сообщества. В сфере профессиональной деятельности несчастные случаи влекут за собой негативные последствия как для самого чел., так и для производительности. По данным Лалонда, несчастные случаи, связанные с механическими транспортными средствами, объясняют значительную долю смертей и острых госпитализаций во всех возрастных группах до 50-летнего возраста. Если учесть столь широкую распространенность несчастных случаев и серьезность их последствий для челов. деятельности, то, что психологи занялись изучением С. к н. с. и способов их предупреждения, не вызовет удивления.
Ведутся споры в отношении того, кто первым ввел термин "С. к н. с.". Бэквин и Бэквин утверждают, что этот термин впервые использовал в 1926 г. К. Марбе. Др. авторы приписывают его Г. Ф. Данбару, указывая на статью, опубликованную в 1944 г. Эпидемиологические исслед. показали, что сравнительно небольшая группа лиц характеризуется тенденцией знач. чаще подвергаться несчастным случаям, тогда как для большинства людей такого рода ситуации оказываются чрезвычайно редкими. Этот факт в сочетании с данными ряда наблюдений, свидетельствующих, что от 80 до 90% всех несчастных случаев яв-ся следствием челов. ошибки, привели к возникновению понятия С. к н. с. Было высказано предположение, что люди, являющиеся причиной неоднократного возникновения несчастных случаев, характеризуются склонностью или предрасположенностью к несчастным случаям, т. е. они обладают чертой или чертами личности, к-рые предрасполагают их снова и снова становиться жертвами несчастных случаев. Ряд авторов, утверждая, что термину "С. к н. с." недостает точности и что он по-разному определяется каждым исследователем, предпочитают использовать термин "повторяемость несчастных случаев", к-рый подчеркивает тот факт, что индивидуум попадает в несчастные случаи с вероятностью, превышающей случайный уровень.
В литературе существуют значительные разногласия в отношении того, какая черта или набор черт приводят к повторяемости несчастных случаев. Было показано, что с повторяемостью несчастных случаев связаны такие индивидуальные черты, как обращенная внутрь агрессия, психол. неадаптированность, поиск острых ощущений, импульсивность и неумение справляться с провоцирующими несчастные случаи ситуациями. Несмотря на многочисленность исслед. по С. к н. с. и повторяемости несчастных случаев, рез-ты в отношении роли личностных черт в этом феномене так и не позволили прийти к к.-л. окончательным выводам. Когда теоретики в области личности освободились от чар подхода с позиции черт, они разраб. модели С. к н. с. и повторяемости несчастных случаев, отражающие идею взаимодействия.
Согласно подходу с позиций взаимодействия, в возникновение таких феноменов, как повторяемость несчастных случаев, вносят свой вклад как долговременные, так и более непосредственные личные и средовые характеристики. Моос и Доренвенд предложили общие модели взаимодействия, к-рые тж применимы в отношении С. к н. с. и повторяемости несчастных случаев. Исслед., к-рые провели Уитлок, Столл и Рекхдал, а тж Меграбян и Росс, подтвердили полезность более сложных моделей взаимодействия в объяснении повторяемости несчастных случаев. Др. важным аргументом в пользу этих более сложных моделей яв-ся возможность их согласования с моделями, разраб. в области предотвращения несчастных случаев. Напр., Доренвенд описывает различные коррекционные мероприятия, к-рые могут реализовываться в отношении каждого фактора в ее модели. Ее общий анализ совпадает с теми видами анализа, к-рые предлагаются в более специфической области Т. б.
Одной из наиболее содержательных работ по Т. б. яв-ся книга под ред. Марголиса и Креуса, озаглавленная "Челов. аспект техники безопасности" (The human side of accident prevention). Книга состоит из четырех глав, в к-рых описываются принципы, позволяющие создавать безопасные условия труда и тем самым предотвращать несчастные случаи в рабочей среде. В первой главе Таттл, Дачлер и Шнайдер излагают принципы, развиваемые с позиций организационной психологии. Авторы считают, что различные аспекты целей и политики орг-ции, взаимодействие между работой и работником, группой и межличностными процессами, руководством и системами обратной связи - все должно разраб. т. о., чтобы содействовать обеспечению безопасности на рабочем месте. Коротко говоря, безопасность должна стать важным приоритетом для орг-ции и поэтому должна учитываться во всех аспектах взаимодействия между чел. и орг-цией. Во второй главе Гретер излагает принципы, вытекающие из инж. психологии. В ней приведены специфические принципы, касающиеся орг-ции труда, характеристик и требований трудовой деятельности, орг-ции и компоновки рабочего места, характеристик и требований рабочих заданий и характеристик органов управления и дисплеев. По мнению автора, эти различные аспекты трудовой деятельности надлежит разраб. т. о., чтобы свести к минимуму челов. ошибки. В третьей главе, посвященной обучению, Голдштейн описывает набор принципов, связанных с разраб. и оценкой программ обучения Т. б. на пр-ве. В заключительной главе Мак-Интайр и Уайт представляют принципы, развиваемые с позиций модификации поведения, к-рые относятся к созданию и поддержанию безопасных условий труда. Несмотря на то что принципы, представленные в этой книге, предназначены для условий профессиональной деятельности, их можно легко распространить на др. условия - ведение домашнего хозяйства, досуг и т. д.
Др. подход к предотвращению несчастных случаев связан с анализом рабочих заданий и связанных с ними несчастных случаев с целью определения условий, к-рые способствуют возникновению травм, аварий и т. д. Рикетсон, Браун и Грэхем говорят о том, что дает такое изучение. Они пропагандируют анализ несчастных случаев, исходя из того, какого рода ошибки происходят при выполнении заданий, какие нарушения требований системы вызывают такие ошибки и, следовательно, какие меры по исправлению необходимы для предупреждения их повторного появления. Анализ затрат свидетельствует о том, что затраты на превентивные меры составляют лишь одну десятую от стоимости последствий несчастных случаев. Ф. Д. Фоулер использовал аналогичную методологию для выработки рекомендаций по предотвращению несчастных случаев, опираясь на единственный несчастный случай со смертельным исходом. Он рекомендовал применять при анализе несчастных случаев системный анализ, при к-ром рассматриваются аспекты всей системы в целом, а не отдельные ее части. Дополнительную аналитическую стратегию предлагают Рихтер, Гордон, Халэмиш и Грибец, к-рые советуют осуществлять анализ несчастных случаев в контексте трех временных моментов (до аварии, авария и после аварии) для разраб. процедур, к-рые позволят или предотвратить несчастный случай, или, если он все же произойдет, ослабят силу его воздействия.
Принимая во внимание всю важность задачи предотвращения несчастных случаев, представляется очевидным, что эта область исслед. не получила от психологов того внимания, к-рого она заслуживает. Первоначальные усилия, направленные на то, чтобы объяснить повторяемость несчастных случаев как рез-т специфических личностных предрасположенностей, скорее препятствовали, нежели способствовали прогрессу в этой области. Однако в последнее время начинают появляться исслед., фокусирующиеся на изучении роли взаимодействия долговременных и более непосредственных средовых и личных факторов в возникновении несчастных случаев. Как только относительная важность этих факторов установлена, могут применяться разнообразные способы вмешательства для противостояния несчастным случаям или ослабления их воздействия. Методы, заимствуемые из области организационного развития, инж. психологии, пед. психологии, модификации поведения и общественной психологии, могут использоваться в качестве надежных средств предотвращения несчастных случаев.
См. также Прикладные исследования, Эргопсихометрия, Производственные консультанты, Воздействия шума, Проектирование рабочих заданий, Употребление орудий, Проектирование рабочего пространства
Д. Р. Эванс

Скрытое обусловливание (covert conditioning)

С. о. - это процесс, посредством к-рого происходят изменения поведения, и комплекс процедур поведенческой терапии, основывающихся на модели С. о. Этот процесс предполагает взаимодействие таких скрытых, недоступных внешнему наблюдению явлений, как воображение, мышление и чувствование. При применении С. о. клиента просят представить себе целевое поведение, а затем вообразить к.-н. последствие, к-рое может изменить это целевое поведение.
В основе С. о. лежат 3 исходных допущения: а) допущение об однородности; б) допущение о взаимодействии; в) допущение о научении. В соответствии с допущением об однородности, все категории поведения, включая открытые и скрытые его формы, подчиняются одним и тем же законам. Согласно допущению о взаимодействии, различные категории поведения, такие как скрытая психич. деятельность, физиолог. деятельность и открытое поведение, находятся во взаимодействии и оказывают влияние друг на друга прогнозируемым образом. Допущение о научении гласит о том, что все формы поведения подчиняются одним и тем же законам научения.
Процедуры поведенческой терапии, опирающиеся на С. о., были разраб. Дж. Котела. В С. о. и само поведение, к-рое подлежит изменению, и его последствие, к-рое ответственно за изменение этого поведения, происходит в воображении клиента в соответствии с инструкциями терапевта. Первой из таких процедур была разраб. процедура скрытой сенсибилизации.
Скрытая сенсибилизация с успехом применялась в решении целого ряда поведенческих проблем, включая ожирение, злоупотребление наркотиками, членовредительство, алкоголизм, сексуальные расстройства, курение и непреодолимую тягу к воровству. В серии исслед., проведенных Д. Барлоу и его коллегами, были получены эмпирические подтверждения того, что скрытая сенсибилизация яв-ся эффективной процедурой лечения со сравнительно устойчивыми и продолжительными терапевтическими эффектами.
В 1970 г. Котела разраб. и предложил процедуру скрытого положительного подкрепления (covert positive reinforcement, CPR). В отличие от скрытой сенсибилизации, предназначенной для снижения частоты возникновения неадекватного, нежелательного поведения, СPR предполагала повышение вероятности возникновения адекватного, желательного поведения. В процессе CPR клиент пытается представить и пережить в своем воображении ситуации, связанные с целевым поведением. В CPR за образом желательного поведения непосредственно следует переживание клиентом образа приятной, оптимистической подкрепляющей сцены. Т. о., CPR - аналог своего оперантного двойника, положительного подкрепления. Скрытое положительное подкрепление использовалась для модификации таких беспокоящих форм поведения, как герои новая наркомания, фобии и повышенная чувствительность к боли. По сфере охвата СPR яв-ся наиболее универсальной из всех процедур С. о.
Существует определенное сходство между CPR и систематической десенсибилизацией Дж. Вольпе: опора на воображение, частое использование тренировок релаксации и эффективность в лечении фобий. Из-за этих сходств нек-рые психологи ошибочно считают CPR вариантом десенсибилизации. Однако применимость СPR к более широкому спектру поведения, включая и не содержащие аффективного компонента его формы, а тж рез-ты эксперим. исслед. механизмов CPR, представляют убедительные свидетельства в поддержку оперантной теоретической основы СPR.
Были разраб. еще 4 процедуры С. о.: скрытое моделирование (covert modeling, СМ), скрытое отрицательное подкрепление (covert negative reinforcement, CNR), скрытое угашение (covert extinction, CE) и скрытые издержки реакции (covert response cost, CRC). Во всех случаях процедура С. о. имела в своей основе соотв. оперантный аналог.
Скрытое моделирование яв-ся наиболее тщательно изученной и широко используемой из этих дополнительных процедур. А. Каздин написал обзор исслед. по скрытому моделированию в книге Дж. Сингера и К. Поупа "Сила челов. воображения" (The power of human imagination). Скрытое моделирование нашло применение в ситуациях обучения соц. навыкам и моторному поведению и оказывается особенно полезным для клиентов, испытывающих затруднения с воображением себя в соотв. ситуациях или при реализации определенных видов поведения. В СМ клиент представляет себе, что видит модель, реализующую целевое поведение. Скрытое отрицательное подкрепление может быть альтернативой СPR в случаях, когда клиенты затрудняются представить себе, что с ними происходит что-нибудь приятное. В CNR клиент начинает с визуализации аверсивной сцены, а затем переключается на сцену того поведения, к-рое подлежит улучшению. В процедуре скрытых издержек реакции, являющейся полезным дополнением скрытой сенсибилизации, клиент представляет себе потерю подкрепляющего стимула в рез-те неадекватного поведения. Скрытое угашение особенно эффективно в модификации излишествующего поведения, такого как злоупотребление алкоголем и переедание: клиент в этом случае просто представляет себя реализующим целевое поведение без ожидаемого рез-та.
Несмотря на то что процедуры С. о. обычно требуют от поведенческого терапевта предварительного обучения клиентов, они могут впоследствии легко переводиться на уровень самоконтроля, позволяя тем самым клиенту приобретать большую независимость от терапевта. Одним из таких приложений, иллюстрирующих способ комбинирования отдельных процедур, яв-ся триада самоконтроля (self-control triad, SCT). SCT включает сочетание остановки мыслей, тренировки релаксации и CPR.
Др. способы самоконтроля, использующие С. о., разраб. в индивидуальном порядке, в зависимости от индивидуальных потребностей клиентов и тех видов поведения, к-рые они хотят изменить.
См. также Поведенческая терапия, Когнитивно-поведенческая терапия, Новаторские психотерапии, Психотерапия
Дж. Р. Котела, А. Кёрни

Скука (boredom)

Хотя С. является эмоцией, к-рую, вероятно, испытывал каждый из нас, она вызывала к себе меньший исследовательский интерес по сравнению с такими эмоциями, как депрессия и гнев.
Существуют важные теорет. основания рассматривать С. как мотивационное понятие, связывающее внутренние чувства и мотивы с условиями среды. Мн. теории связывают С. с вниманием, возбуждением, процессом обработки информ. и стимульной недогрузкой. Согласно наиболее распространенному теорет. подходу, С. возникает в ситуациях с уровнем стимуляции ниже оптимального. При этом теоретики сосредоточиваются либо на внешних факторах, либо на внутренних условиях. Берлайн определял С. как "драйв, к-рый редуцируется в процессе направляемого интересом исследовательского поведения и актуализируется, когда внешняя стимуляция становится слишком редкой или слишком монотонной". В исслед. трудовой деятельности часто придается особое значение внешним условиям, поскольку они влияют на производительность труда. В противоположность этому, Цукерман подчеркивал роль внутренних элементов и рассматривал подверженность С. как компонент модели поиска стимулов (stimulus-seeking model). О'Хэнлон связывает С. с возбуждением, привыканием (габитуацией), усилием (effort) и стрессом. Лэйрд утверждает, что переживание С., по крайней мере отчасти, возникает в результате сознавания себя неспособным направить внимание на что-либо при отсутствии видимых на то причин.
Ксизентмихали исследовал баланс С. и тревоги, рассматривая оба эти состояния как результат несоответствия между требованиями окружения и личной компетентностью. С. возникает в ситуациях, в к-рых способности человека превышают ситуационные возможности для их проявления, в то время как тревога возникает тогда, когда окружение требует от данного человека больше, чем он оказывается в состоянии выполнить или предоставить на данный момент времени. Достижение баланса происходит в "потоке" ("flow") или, говоря иначе, в состоянии радостного чувства поглощенности интересной деятельностью. Плутчик в свой структурной модели 8 базовых эмоций определяет С. как близкую к отвращению и раздражению, но более умеренную, а тж граничащую с др. умеренными эмоциями, такими как досада и легкая грусть. Экзистенциалисты различают экзистенциальную С. и невротическую С. В психоаналитическом подходе акцентируются проблемы конфликта или контроля; напр., Феничел утверждает, что С. появляется, "когда нам нельзя делать то, что мы хотим делать, или должны делать то, что мы делать не хотим". Кросс-культурные исслед. тж предлагают возможные направления для изучения С. как одного из важных факторов отношений между индивидуумом и окружающей средой.
Одно направление исслед. представлено экспериментами, в к-рых происходит манипулирование условиями: создается стимульная ситуация, к-рая предположительно вызывает С., напр., дается монотонное задание на вычеркивание определенной буквы на страницах, состоящих из наборов случайных букв. Др. подход подразумевает изучение повседневного опыта; он гл. обр. использовался Ксизентмихали и его сотрудниками. Третий подход состоит в коррелировании показателей оценочных шкал или опросников для измерения С. с др. измерениями или условиями.
При измерении С., как и в случае мн. др. эмоциональных состояний, таких как депрессия или тревога, чаще всего используются различные формы самоотчетов. Поведенческие признаки состояния С. включают зевоту, "потускневшие" глаза, облокачивание, ерзанье на месте и такие признаки невнимания, как рассматривание стен помещения. Противоположные С. эмоции пли состояния включают интерес, энтузиазм, вовлеченность, поглощенность (flow) и оптимальную стимуляцию.
В свою шкалу поиска стимулов Цукерман включил подшкалу подверженности С., к-рая использовалась во многих исслед.
К числу др. (к сожалению, немногих) релевантных измерений можно отнести шкалу склонности к С. (boredom proneness, ВР), 28-пунктовую самооценочную шкалу, к-рая демонстрирует хорошую надежность и достаточную валидность, но не имеет значимых корреляций с подшкалой Цукермана. Воданович и Касс выделили в шкале ВР 5 факторов, оказавшихся во многом концептуально сходными с теми, к-рые рассматривались в литературе: внешняя стимуляция, внутренняя стимуляция, аффективные реакции на С., восприятие времени и ограничивающие условия. Мужчины более подвержены состоянию С., чем женщины; к тому же в склонности к С. наблюдаются культурные различия. Кроме того, показатели по шкале ВР оказались связанными с нежеланием голосовать на выборах и патологическим влечением к азартным играм. В ряде исслед. была обнаружена умеренная взаимосвязь между депрессией и С. Нек-рые межличностные характеристики, такие как одиночество, тж оказываются связанными со С.
Преодоление С. является отдельной областью исслед. Воображение служит одним из способов преодоления однообразия ситуаций, и недостаток воображения может быть связан с показателями ВР. Есть данные, что аддиктивные формы поведения, напр. переедание, используются в качестве способа преодоления С. Робинсон показал, что С. может быть важным фактором школьной успеваемости, и предложил системно-ориентированную модель. Нек-рые клиницисты отмечают, что существует проблема преодоления скуки в ходе психотер. как со стороны пациента, так и со стороны терапевта; С. рассматривается в качестве индикатора проблем в осуществлении переноса и контрпереноса. Установлено тж, что С. является индикатором проблем, связанных с креативностью. Положительная функция С. может заключаться в подготовке индивидуума к выполнению др. деятельности. Несомненно, имеется достаточно свидетельств, указывающих на то, что С. как эмоциональное состояние заслуживает гораздо большего внимания исследователей. Работа по вычленению состояния С. из ряда др. эмоций, установлению ее специфики и встраиванию ее в общую теорию эмоций на сегодняшний день еще далека от своего завершения.
См. также Низкие учебные достижения, Когнитивная сложность, Диспозициональные наборы, Промежуточные переменные, Мотивация, Поиск ощущений
Н. Д. Сандберг

Словарные тесты (vocabulary tests)

В издании 1994 г. каталога Tests in print IV перечислено 40 англоязычных С. т. (нек-рые не вошли в этот список). Однако подобные перечни яв-ся лишь верхушкой айсберга. Наряду со словарными субтестами многочисленных интеллектуальных тестов и тестов достижений существуют еще разнообразные вербальные тесты, к-рые сильно коррелируют со словарными, требуют знания слов и измеряют во многом ту же самую функцию: словесные аналогии, синонимы-антонимы, классиф. слов и т. п.
С. т. обладают большой привлекательностью. Если бы можно было предположить, что все респонденты выросли в одном и том же общем окружении и имели сходные возможности в пополнении словарного запаса, оценки последнего в таком случае отражали бы способность. Однако большая часть традиционного обучения нацелена на приобретение понятий в специфической области, поэтому увеличение словарного запаса оказывается важным аспектом приобретения знаний. Словарный запас яв-ся базовым компонентом для овладении навыками чтения и письма, а тж необходимой предпосылкой различных форм интеллектуальных усилий.
Высокие интеркорреляции пунктов С. т. имеют следствием высокую надежность этих тестов, измеренную как путем оценки внутренней согласованности, так и методом взаимозаменяемых форм. Эмпирическая валидность С. т. в ситуациях, требующих интеллектуальных способностей, тж имеет тенденцию быть высокой, поскольку мн. интеллектуальные действия почти синонимичны оперированию вербальными понятиями.
См. также Меры интеллекта
Ф. ДюБуа

Словарный тест в картинках Пибоди (Peabody picture vocabulary test)

Тест Пибоди представляет собой 175-страничный буклет, каждая страница к-рого содержит 4 ил. широко распростр. объектов, таких как игрушки, кухонные принадлежности и животные. Тест проводится следующим образом: экзаменатор наз. стимульное слово (напр., "свеча") и просит испытуемого показать или как-нибудь еще обозначить правильный ответ. Этот тест имеет широкий диапазон измерений. Однако используемые в нем картинки не разделены границами, имеющими ясное психол. истолкование. Тестируемый получает общий показатель в виде числа правильных ответов, к-рый м. б. переведен в стандартный показатель, процентиль и, по желанию, в IQ.
Тест Пибоди отличает не только широкий диапазон измерений, но и многофункциональность. С этим тестом могут с удовольствием работать даже дети с задержками развития. Его можно рассматривать и как тест общего интеллекта на основании того, что (при сохранении постоянными условий проведения) более сообразительные от природы дети, в целом, справляются с ним успешнее, чем менее сообразительные. Тест имеет две формы. Показатели валидности и надежности считаются достаточными для его индивидуального клинического применения, и этот тест часто используют в сочетании с др. тестами, такими как тесты Векслера и Стэнфорд-Бине.
См. также Меры интеллекта
А. Симпкинс

Словарь профессий (dictionary of occupational titles, DOT)

Разраб. в 1939 г. Службой занятости Министерства труда США (U.S. Department of Labor's Employment Service), С. п. предоставляет стандартизованную информ. о профессиях, являющуюся полезным подспорьем для частных лиц и специалистов в процессе поиска работы. С. п. включает чрезвычайно широкое разнообразие профессий в отношении всего спектра направлений, по к-рым ведется трудоустройство службами занятости США.
Разделы словаря содержат описания примерно 40 000 профессий, охватывающие почти все виды деятельности в экономике США. Поскольку он группирует профессии в рамках единой классификационной системы, опирающейся на то, как различные виды деятельности связаны с их задачами и требованиями, он оказывается чрезвычайно полезным в качестве инструмента трудоустройства. Он помогает работникам отделов кадров сравнивать имеющиеся рабочие умения с требованиями профессии.
Система представления информ. обладает множеством очень полезных свойств. С. п. может, напр., определить задачи, к-рые, вероятно, придется выполнять работникам в конкретной профессии; виды машин или инструментов, к-рые, вероятно, будут при этом использоваться; количество самостоятельных решений, к-рые работнику, вероятно, придется принимать в своей деятельности; и рабочую среду, в к-рой она, вероятно, будет реализовываться.
См. также Профконсультирование, Профессиографический анализ
С. Г. Осипов

Служба тестирования в образовании (education testing service)

В декабре 1947 г. Совет регентов ун-та штата Нью-Йорк (New York State Board of Regents) дал разрешение на создание Службы тестирования в образовании (СТО) - некоммерческой корпорации, к-рой передавались функции тестирования, выполнявшиеся ранее Советом по вступительным экзаменам в колледжи (College Entrance Examination Board), корпорацией Карнеги (Carnegie Corporation) и Федеральным советом по народному образованию. Среди пяти основателей СТО были Г. Чонси, бывший декан Гарвардского ун-та и инспектор ВМС США, и Д. Джозефс, бывший президент корпорации Карнеги. Деятельность новой корпорации была посвящена обслуживанию образовательных и правительственных учреждений, к-рые она снабжала тестами и предоставляла связанные с ними услуги, а тж распространению и развитию теории и методов тестирования через орг-цию н.-и. работы.
С момента своего основания СТО выросла в невероятной степени и расширилась от главного представительства в Принстоне (штат Нью-Джерси) до неск. региональных представительств в США и 5000 центров тестирования, 400 из к-рых находятся в др. странах. 90% доходов корпорации поступает за счет проведения тестирования, включающего программы учеб. тестирования на всех образовательных уровнях - от начальной и средней школы до аспирантуры и профессиональных школ. Безусловно, наибольший объем в практике тестирования занимает проведение Теста академических способностей (Scholastic Aptitude Test, SAT) и Предварительного SAT/Национального квалификационного теста для получения стипендии (Preliminary SAT / National Merit Scholarship Qualifying Test), в к-рых ежегодно принимают участие в качестве кандидатов более млн уч-ся. СТО, вместе с АСТ-программой - сходной, хотя и меньшей орг-цией, отвечают за отбор большей части абитуриентов и кандидатов на получение стипендии в США. В добавление к этому, такие программы СТО, как Вступительный тест для юридич. школ (Law School Admission Test), Тест для поступающих в аспирантуру по направлению "менеджмент" (Graduate Management Admission Test) и Письменные экзамены для аспирантов (Graduate Record Examination), широко применяются в аспирантурах и профессиональных школах для отбора кандидатов. Тест по английскому языку как иностранному (TOEFL) помогает колледжам и ун-там определить, владеют ли иностранные студенты английским языком на уровне, достаточном для поступления в высшие учеб. заведения США. СТО тж разраб. тесты для профессиональной аттестации, такие как Гос. экзамен для учителей (National Teacher Examination) и тесты достижений по самым разным предметам в рамках своих программ Опережающего отбора и экзаменов университетского уровня (Advanced Placement and College Level Examination programs).
Начиная с 1960-х гг., из различных источников все чаще стали звучать обвинения в адрес СТО в том, что своими программами тестирования она закрывает путь к поступлению в высшие учеб. заведения тысячам кандидатов. Эта критика касалась якобы недостаточной прогностической валидности у таких тестов, как SAT, необоснованно высокого веса, придаваемого тестовым показателям при принятии решений о зачислении, и излишне жестких защитных мер, применяемых при проведении таких тестов. Одним из рез-тов этой критики стало введение в силу в 1970-х гг. в штатах Калифорния и Нью-Йорк закона, регулирующего раскрытие информ. о тестах и тестировании. На неск. конференциях СТО решительно отстаивала право на свою деятельность.
Помимо проведения академических тестов, СТО предоставляет ряд услуг образовательным центрам. Сюда входят сбор информ. по необходимым финансовым вложениям в стипендиальные программы, выявление кандидатов на поступление в аспирантуру из числа национальных меньшинств, разраб. инструментария для оценки деятельности преподавателей колледжей и работы высших учеб. заведений, предоставление широкого спектра консультационных услуг, нацеленных на совершенствование практики оценивания и преподавания. В 1978 г. с целью координации деятельности с др. государствами было учреждено Междунар. представительство СТО.
Силами своего Центра программ профориентационных и профессиональных измерений (Center for Occupational and Professional Measurement Programs) СТО тж активно включилась в разраб. и проведение тестов в области лицензирования, аттестации, непрерывного образования и самооценки по более чем 50 профессиям и специальностям. СТО размещает у себя одну из крупнейших в мире открытых библиотек тестов, а тж Центр обмена информ. Информационного центра образовательных ресурсов (Educational Resources Information Center (ERIC) Clearinghouse), где собраны неопубликованные исслед. и документы по вопросам тестирования, измерения, оценки, теории научения и развития чел.
Около 8% бюджета СТО отводится на н.-и. деятельность, к-рую проводят исследовательские отделы. Финансируемые СТО, федеральным правительством и различными фондами, эти отделы имеют большой штат специалистов, к-рые проводят фундаментальные и прикл. исслед. по психологии и педагогике.
См. также Тесты академических способностей, Психометрика
С. Урбина

Службы системы здравоохранения (health care services)

В США система здравоохранения представляет собой сложную смесь отдельных подсистем, каждая из к-рых развивалась отдельно и ориентирована на обслуживание специфических сегментов населения.
В истории развития совр. системы здравоохранения США можно выделить 3 важных периода. Первый начался в середине XIX в., когда стали процветать большие больницы. Развитие больниц символизировало институционализацию здравоохранения в стране.
Начало второго периода приходится на конец XIX-начало XX в., с введением научного метода в медицину. До этого времени медицина представляла собой свободное собрание недоказанных обобщений и добрых намерений.
Перед Второй мировой войной США прошли бурный период соц., политического и технологического развития, с к-рым завершился второй этап развития здравоохранения. Научный прогресс продолжался, параллельно ему повышался интерес к соц. и организационной структуре здравоохранения. В это время внимание было в первую очередь обращено на финансирование здравоохранения и развитие мед. страхования. О повышении сосредоточения власти в федеральном правительстве свидетельствуют Закон о строительстве и контроле больниц (Hospital Survey and Construction Act), огромное бюджетное финансирование исслед. в Национальном ин-те здоровья и вступление в силу системы мед. страхования "Медикэр".
Полная система здравоохранения состоит из мн. служб. Каждая отдельная, частная система здравоохранения предоставляет различные услуги с различным уровнем интенсивности. Системы, предоставляющие обслуживание, м. б. формально или неформально организованы. Вне зависимости от типа системы или типа финансирования учреждений здравоохранения, существование осн. перечисленных далее элементов необходимо для того, чтобы обслуживаемое население смогло максимальным образом реализовать свой челов. потенциал.
Службы общественного здоровья и профилактической медицины имеют целью защиту пищи, воды, воздуха, дорог и окружающей среды. Специфической функцией яв-ся профилактика определенных заболеваний, включая вакцинирование от полиомиелита и различных детских инфекций. Выполняется тж и общая функция санитарно-просветительской работы среди населения.
Служба скорой помощи предоставляется для решения ургентных (неотложных) мед. проблем, простых или серьезных. Это включает срочную транспортировку, наличие подготовленного парамедицинского персонала, стационарных отделений "скорой помощи" и различных др. кадровых и институциональных средств.
Службы неургентной амбулаторной помощи обслуживают больных, состояние к-рых требует знач. более высокой профессиональной подготовки. Среди требуемых - навыки диагностики, мед. лечения и детальное знание диагностических тестов и лекарственных средств.
Простое стационарное обслуживание обеспечивает кратковременную госпитализацию с акцентом на технические и кадровые ресурсы, необходимые для решения проблем больного за короткий промежуток времени.
Сложное стационарное обслуживание обеспечивает лечение заболеваний, требующих гораздо более сложного, серьезного и продолжительного лечения в стационаре. Предоставляемые услуги более сложны, технически совершенны и дороги. Они требуют участия мн. высококвалифицированных специалистов из различных областей медицины.
Долговременное постоянное обслуживание и реабилитация необходимы в лечении нек-рых заболеваний но завершении интенсивной терапии в остром периоде. Это лечение может длиться неск. недель или лет, оно начинается в больнице и продолжается в учреждении долговременного содержания. Службы ориентированы на обслуживание средним медперсоналом, лечебную физкультуру, эмоциональную поддержку, решение соц. проблем, связанных с финансами, проживанием и семейными отношениями.
Обслуживание в связи с соц., эмоциональными проблемами и проблемами развития обычно требует широкого спектра учреждений. Эти службы предоставляют полную долговременную поддержку в повседневной жизни в большей степени, чем обычные врачебные или стационарные службы, ориентированные на лечение острых соматических состояний.
Транспортировка должна быть в распоряжении служб "скорой помощи" для обездвиженных пациентов или для малообеспеченных больных, не имеющих возможности воспользоваться услугами системы без предоставления им транспорта.
Финансовая компенсация инвалидности тж необходима. Общая результативность мед. обслуживания зависит не только от технической оснащенности служб здравоохранения. Процесс выздоровления больных может потребовать финансовой поддержки, необходимой для возобновления их прежнего стиля жизни.
См. также Первичная профилактика психопатологии, Право на получение лечения
Р. Т. Джубилато

Службы "горячих линий" (hot line services)

С. г. л. дают определенным группам населения возможность беспрепятственно и анонимно связаться с психол. консультационной службой, где в роли консультанта обычно выступает специально обученный волонтер или парапрофессионал. Изначально телефонные консультационные службы создавались для оказания помощи в экстренных ситуациях. Впоследствии их функции расширились и в настоящее время включают услуги по предоставлению информ., в т. ч. о возможных источниках получения помощи. Кроме того, в С. г. л. общественных центров психич. здоровья и консультационных центров колледжей сочувственно выслушивают тех, кто обращается по поводу любых, даже незначительных, проблем.
С. г. л. используют совр. технологии для решения проблем, вызванных издержками технократической культуры, в частности обезличенностъю общения и затрудненностью личных контактов. Использование телефона придает процессу консультирования нек-рые уникальные свойства, позволяет обеспечить анонимность консультанта и обратившегося за помощью, а тж возможность в случае необходимости направить по данному адресу соотв. специалистов.
Исторически С. г. л. делали акцент на более эффективном использовании профессионалов в роли консультантов и супервизоров, вместе с тем пользуясь услугами парапрофессионалов, имевших сходный опыт в прошлом. Кроме того, по функциям С. г. л. последовательно приближается к активной модели здравоохранения: их главной задачей в настоящее время яв-ся профилактика, напр., суицидов, в т. ч. посредством повышения соц. компетентности лиц из групп риска и развития у них навыков совладания со стрессом.
См. также Консультирование, Профилактика суицида, Ограниченная по времени психотерапия
К. Шапиро

Слуховая различительная способность (auditory discrimination)

Звуковые волны имеют длительность и м. б. описаны с помощью трех физ. характеристик: частоты, интенсивности и фазы. Слуховая система с ее анатомич. и нейрофизиологическими функциями не только способна обнаруживать акустические раздражители, но и анализировать их надпороговые различия по этим характеристикам в качестве основания для дифференциации раздражителей.
В границах типичного диапазона нормального слуха - примерно от 20 до 20 000 Гц - звуки разной частоты слышны в полной тишине неодинаково. Частоты в области от 1000 до 2000 Гц слышны при меньшей интенсивности сигнала; при выходе за границы этой области происходит незначительное повышение порогового уровня звукового давления в случае продвижения к верхней границе слышимого диапазона, но заметно его повышение для частот, приближающихся к нижней границе этого диапазона.
При частоте чистого тона ниже 1000 Гц челов. ухо различает абсолютные изменения до 3 Гц; при частоте чистого тона выше 1000 Гц испытуемый может точно сообщить об абсолютных изменениях, составляющих 0,2-0,3% от частоты тестового стимула. Наименьшее абсолютное изменение частоты, к-рое м. б. выявлено, принято называть едва заметным различием (ЕЗР, или ?f). Эта величина м. б. выражена через относительное изменение частоты, ?f / f а, где f - частота тестового тона. При частотах выше 1000 Гц величина ?f / f (отношение Вебера) остается постоянной и составляет приблизительно 0,003; в области частот ниже 1000 Гц отношение Вебера возрастает по мере уменьшения частоты. Т. о., ухо менее чувствительно к изменениям низкочастотных тонов. Различение частоты улучшается по мере увеличения интенсивности тестового тона над порогом, с очень большими декрементами ЕЗР при частотах выше 2000 Гц. Существует по меньшей мере 1500 ЕЗР в частоте между нижней и верхней границами слышимого диапазона, при заданном значении порогового уровня звукового давления.
Различение двух тонов по интенсивности зависит от их частоты. Величина ЕЗР в интенсивности (?I) минимальна в диапазоне частот наибольшей слуховой чувствительности, т. е. в районе 2000 Гц. По мере отклонения частоты вверх и вниз от этого диапазона, величина ?I постепенно возрастает, особенно для низких частот. Когда частота тона поддерживается постоянной, ?I заметно снижается, как только интенсивность тестового тона превышает порог. Отношение Вебера (?I / I) не яв-ся постоянным, а варьирует от 1/20 для тона 2500 Гц на уровне 100 дБ выше порога до 7,5 для тона 35 Гц на уровне 5 дБ выше порога.
Для тона 1000 Гц и межушном фазовом угле (?) 45° испытуемый может обнаружить изменение (??) примерно в 3°. Для частот до 900 Гц ?? остается постоянной, но при возрастании частоты свыше 1000 Гц и изменении в от 0 до 180° или от 360 до 180° величина ?? возрастает примерно до 30° при частоте 2000 Гц.
Что касается времени (t) звучания, отношение Вебера (?t / t) не является постоянным; оно уменьшается с увеличением длительности стандартного сигнала. Для тонов со значениями t от 0,4 мс до 4 мс отношение Вебера быстро уменьшается с 2,0 до 0,4; при изменении длительности стандартного сигнала от 4,0 до 400 мс отношение Вебера продолжает уменьшаться, но не так заметно. Поскольку способность различать неск. следующих один за др. звуковых сигналов определяется наличием между ними интервалов тишины, пара щелчков при моноуральном предъявлении, по данным С. М. Авеля, м. б. воспринята на слух как два сигнала, если интервал между ними составляет не менее 3-6 мс.
Объем относится к субъективной оценке размера или протяженности звука (не громкости) и зависит от частоты и интенсивности. Низкочастотные звуки субъективно воспринимаются как занимающие больший объем, а высокочастотные - как занимающие меньший объем. По мере увеличения интенсивности объем низкочастотных звуков растет медленно, а высокочастотных - гораздо быстрее. При значительной интенсивности все звуки независимо от частоты кажутся равными по объему.
Тоны могут оцениваться с т. зр. их плотности или насыщенности независимо от высоты, громкости и объема. Плотность относится к субъективной оценке концентрированности, резкости или жесткости звука. Громкие высокочастотные звуки кажутся более плотными по сравнению с тихими низкочастотными.
Качество чистых тонов, к-рое придаст им сходство с гласными звуками, получило назв. вокальности. Напр., тон 263 Гц напоминает по звучанию гласную "и" в слове "true"; тон 1053 Гц звучит как "а" в слове "father", а тон 4200 Гц воспринимается на слух как гласная "г" в слове "machine".
См. также Нарушения слуха, Локализация звука, Слуховое восприятие, Ухо
Дж. Ф. Корсо

Слуховое восприятие (auditory perception)

Процесс С. в. включает выработку поведенческих реакций на простые и сложные акустические стимулы: чистые тона, музыку, речь и шум.
Чистый тон - это звук, при к-ром изменение звукового давления определяется простой синусоидальной функцией времени; он м. б. описан через параметры частоты, амплитуды, фазы. Физ. изменения на континууме частоты от низкой до высокой вызывают соотв. психол. изменения высоты звука, а изменения физ. амплитуды связаны непосредственно с психол. громкостью. Вместе с тем на восприятие высоты звука дополнительно влияет интенсивность и длительность, а на воспринимаемую громкость - частота и длительность акустического стимула. Чистые тона могут тж различаться по таким психол. измерениям, как объем, плотность и вокальность.
Музыкальные топа - это сложные звуки, образованные периодически повторяющимися колебаниями, к-рые можно описать через осн. частоту и кратные ей частоты (гармоники или обертоны), с учетом их относительных амплитуд и фазовых соотношений. По мере возрастания осн. частоты в сложном звуке с 20 до 5000 Гц монотонно растет и высота тона. Музыкальные звуки, разделенные октавой, воспринимаются как сходные по окраске тона.
Сложные, изменяющихся во времени колебания звукового давления образуют речевые звуки, входящие в состав слов, к-рые воспринимаются и понимаются на основе их акустических свойств и лингв. контекста. Напр., в английском языке существуют 15 фонем с гласными звуками и 24 фонемы с согласными, каждая из к-рых имеет дифференциальные акустические признаки. На их основе образуются все слова. Разные части каждого слова содержат различные полосы частот (формантные зоны) с соотв. (различающимися) энергетическими характеристиками. Область осн. речевых частот лежит в диапазоне от 125 до 3500 Гц. В разговорной речи практически отсутствуют четкие границы между словами, однако знание языка позволяет слушателю придавать значение речевым звукам; это вызывает сегментацию (воспринимаемое деление) речевого потока на слова. Правильно семантически и синтаксически образованные предложения понять гораздо проще.
Шум - это сложный звук, образованный многочисленными частотами и характеризующийся отсутствием периодичности изменений звукового давления во времени. Когда эти частоты охватывают широкую часть спектра слышимых частот, в рез-те возникает т. н. "белый шум", воспринимаемый на слух как шум вырывающегося пара. Раздражающее действие шума определяется преим. его высокочастотной составляющей и ее относительной интенсивностью в сочетании с такими характеристиками шума, как непрерывность/прерывистость.
См. также Локализация звука, Нарушения слуха, Слуховая различительная способность, Ухо
Дж. Ф. Корсо

Случайные числа (random numbers)

С. ч. - это числа, генерируемые посредством случайного процесса, к-рый порождает любое число т. о., что каждая из десяти цифр (0, 1, 2, ... 9) имеет разную возможность оказаться в его составе. В общем, вероятность появления любой конкретной последовательности С. ч., состоящей из п цифр, равна 0,1n. Таблицы С. ч. легко доступны и публикуются в виде приложения в большинстве учебников стат.
Психологи часто пользуются С. ч. для решения разных задач. Напр., можно сформировать случайную выборку, нумеруя потенциальных испытуемых в совокупности, а затем отбирая на основе таблицы С. ч. реальных испытуемых для включения в ее состав. Такой случайный процесс гарантировал бы получение случайной (непредвзятой) выборки - необходимого, по существу, условия всех видов статистического анализа.
С. ч. тж могут использоваться для распределения испытуемых по группам (соответственно условиям) в эксперименте, для выбора уровней предъявления независимой переменной или для эмпирического построения выборочных распределений статистик путем случайного извлечения выборок из совокупности с известным распределением.
См. также Вероятность, Статистика в психологии
М. Эллин

Смертельно больные люди (terminaly ill people)

Как свидетельствует история, во всех областях медицины психосоциальному уходу за умирающим больным уделялось мало внимания. Однако в 1960-70-е гг. наблюдалось заметное повышение интереса ко всем аспектам заболеваний с летальным исходом, в т. ч. к реакциям больного, уходу за умирающим и реакциям близких людей на болезнь и смерть пациента.
Кюблер-Росс описывает 5 эмоциональных "этапов", к-рые смертельно больной чел. проходит обычно в следующей последовательности: сначала отрицание и изоляция, сменяющиеся гневом; затем торг, депрессия и, наконец, принятие. Однако, в зависимости от индивидуальных характеристик пациента, мн. из этих эмоциональных этапов могут перекрывать друг друга по времени или переживаться одновременно. Д. Перец интерпретирует индивидуальные различия в способах совладания и реакции на смерть как рез-т устойчивого психол. стиля индивидуума.
В настоящее время в США работа строится по образцу моделей, используемых в Англии, где организуются хосписы для специального ухода за С. б. л. В хосписе обеспечивается обстановка, сходная с домашней, где предоставляется мед. обслуживание и психол. консультирование больным и членам их семей. Программа хосписа ориентирована на эмоции больного, его желания и установки по отношению к смерти, а не на типичные госпитальные проблемы соматической терапии. Такие программы обеспечивают тж ценную эмоциональную поддержку семьям, в т. ч. и после смерти пациента, способствующую выражению и пониманию сложных эмоций, связанных с процессом смерти и умирания.
См. также Хосписы, Утрата и скорбь, Танатология
Р. Д. Фелнер

Смещение результатов тестирования, связанное с расовыми (этническими) различиями (race bias in testing)

С. р. т., связанное с расовыми (этническими) различиями, представляют собой наиболее общую форму гипотезы о систематической ошибке теста, обусловленной культурными факторами, состоящую в утверждении, что отличия показателей умственных тестов у расовых и этнических групп яв-ся рез-том внутренних дефектов самих тестов. Различия в средних оценках у рас отсюда интерпретируются как артефакты теста, совершенно не отражающие к.-л. реальных различий в умственных способностях или навыках.
Различия в средних оценках у разных рас яв-ся одним из наиболее хорошо изученных феноменов в психол. исслед. индивидуальных различий. Первоначальные объяснения таких различий состояли в том, что они вносятся людьми, выросшими в сильно различающихся условиях, с более низкими оценками у групп, испытывавших сравнительную депривацию в отношении количества и качества стимуляции, получаемой ими в годы формирования их личности, или, напротив, что более низкие оценки у групп отражают различия в генетическом потенциале к интеллектуальному функционированию. Более совр. подход к объяснению таких различий связан с учетом взаимодействия генетических и средовых факторов. Хотя гипотеза о С. р. т., связанном с расовыми различиями, существовала как потенциальное объяснение, по крайней мере с тех пор, как она была сформулирована С. Бартом в серии публиковавшихся на протяжении ряда лет статей по этому вопросу, она не принималась широко в качестве серьезной гипотезы до конца 1960-х гг., когда Ассоц. черных психологов (Association of Black Psychologists, АВР) не призвала к мораторию на использование психол. тестов в отношении обучающихся категорий меньшинств и неимущих студентов.
Эти акции АВР повлекли за собой ряд чрезвычайно позитивных последствий. До призыва к мораторию на тестирование меньшинств в данной области практически не проводилось исслед. Позиция АВР побудила большинство исследователей к выдвижению гипотезы о систематической ошибке тестов в качестве осн. объяснения расовых различий в интеллекте. В ответ на этот призыв о моратории, Научный совет Американской психол. ассоц. (American Psychological Association Board of Scientific Affairs) образовал комитет по изучению применения тестов к категориями неимущих студентов.
Исслед. С. р. т., связанного с расовыми различиями, были и остаются важной задачей психологии и об-ва в целом. Систематические ошибки тестов, обусловленные культурными факторами, сегодня яв-ся, вероятно, одной из наиболее актуальных научных проблем, стоящих перед психологией. Если эта гипотеза в конечном итоге докажет свою правоту, то рез-ты продолжавшихся на протяжении 100 лет исслед. в области психологии индивидуальных различий должны быть признаны артефактами, или по крайней мере смешанными, поскольку такие исслед. опираются на стандартную психометрическую методологию. Систематические ошибки тестов, связанные с расовыми различиями, - это не только проблема для открытого научного обсуждения, но и юридич. проблема. Два важных судебных решения привели к созданию прецедентов конфликтующих мнений в отношении этой проблемы.
По сравнению с концом 1960-х гг., сегодня не существует дефицита в отношении исслед. С. р. т., связанного с расовыми различиями. По большей части, эти исслед. не оказали поддержки гипотезе о необъективности тестов, установив, что: а) тщательно разраб., хорошо стандартизованные образовательные и психол. тесты сходным образом прогнозируют будущую успешность популяций граждан, родившихся в США, независимо от их расовой и этнической принадлежности; б) внутренняя психометрическая структура этих тестов сохраняет свою инвариантность в отношении рас; в) содержание этих тестов в равной степени приемлемо для этих различных групп.
Будучи одной из наиболее противоречивых и острых эмоциональных проблем в психологии, проблема расовых предубеждений в тестировании не может разрешиться исключительно на основе объективных научных исслед. и беспристрастных фактов уже в силу того, что сама история тестирования свидетельствует о бесспорном злоупотреблении тестами в их прошлом использовании с группами меньшинств. Поэтому необходимо уделять особое внимание гарантиям того, что эти ошибки и злоупотребления прошлого преодолеваются "интеллектуальным тестированием".
См. также Культурно-свободные тесты, Наследуемость, Расовые различия
С. Р. Рейнолдс

Смещение (displacement)

С. агрессии указывает на перенаправление вредоносного поведения с первичной на вторичную мишень или жертву. Ранняя теория С. была предложена З. Фрейдом в его книге "По ту сторону принципа удовольствия". Фрейд полагал, что людям свойственно нападать на источники фрустрации, но, если конкретный чел. не в состоянии атаковать такой источник, поскольку данная мишень недостижима или слишком могущественна, жертвой его накапливающейся ярости может стать заместительная мишень. Этот механизм объяснял иррациональное поведение. Фрустрация накапливается как признак внутреннего напряжения и сбрасывается, когда индивидуум выражает агрессию к мишени. Постулируется, что количество агрессии прямо пропорционально накопленной внутренней энергии. Внезапное высвобождение энергии через акт агрессии наз. катарсисом.
Согласно Долларду и его коллегам, агрессивное поведение следует рассматривать, подобно любому др. поведению, как подчиняющееся законам научения. Когда чел. направляет агрессивную реакцию на фрустрирующий фактор и она оказывается успешной в устранении барьера к достижению цели, агрессия подкрепляется. Вероятность возвращения реакции повышается при повторном попадании в сходную ситуацию. Т. о., вместо вызывания катарсиса и снижения агрессивной тенденции успех способен повысить вероятность причинения вреда.
Понятие С. использовалось для объяснения широкого спектра паттернов поведения. Более положительное и социально приемлемое поведение тж может интерпретироваться в терминах смещенной агрессии.
Принятию интерпретации "фрустрация -> агрессия" препятствовали неадекватные концептуальные дефиниции "фрустрации" и "агрессии". Разраб. альтернативные теории, к-рые опираются на понятия, выведенные из особенностей межличностного взаимодействия, а не интрапсихической динамики.
С. играло центральную роль в психоаналитической теории. Когда индивидуум, в силу внутренних или внешних причин, лишен возможности атаковать источник фрустрации, энергия (катексис) смещается на заместительный объект или мысль. Этот процесс представляет собой компромисс для чел., к-рый отказывается от первоначального выбора ради вторичного или даже ради альтернативы более низкого уровня.
С., рассматриваемое в аспекте положительного вклада в культуру, наз. сублимацией. Согласно Фрейду, направление смещенной энергии в творческую работу было важным фактором для развития цивилизации. Антинормативная агрессия м. б. минимизирована путем предоставления людям возможности вентилировать свою враждебность социально приемлемым образом.
См. также Личность, Психоанализ
Дж. Т. Тедеши

Сновидения (dreams)

С. становятся предметом научного исслед., начиная с середины XIX в. До этого было много предположений об их происхождении и значении. Популярной была теория о том, что С. - это божественные послания, имеющие пророческую цель. Поскольку послания были зашифрованы, их понимание требовало расшифровки. Эту задачу брали на себя лица, обладающие даром толкования снов. Составлялись сонники, содержавшие элементы С. и их предполагаемое значение. С. играли очень важную роль у примитивных и древних народов и до сих пор сохраняют ее во мн. частях света. Историю научного изучения вопроса можно разделить на 3 периода: а) 1861-1900 гг.; б) 1900-1953 гг.; в) после 1953 г.
1861-1900
В 1861 г. А. Мори, французский ученый, опубликовал свое исслед. влияния внешних раздражителей на свои С. Наиболее известным примером был его сон о гильотине: длинный сон о французской революции, кульминацией к-рого был приговор Мори к смертной казни. Он проснулся в момент падения ножа гильотины, обнаружив, что доска с изголовья кровати упала ему на шею. Внешний раздражитель запустил последовательность воспоминаний, к-рые образовали С. Др. ученые этого времени продемонстрировали влияние органических состояний на формирование С. Были тж исслед., посвященные причинам забывания снов, содержаниям С., связи С. с мышлением и функциям С.
1900-1953
З. Фрейд - главное действующее лицо этого периода. Первое издание его "Толкования сновидений" стимулировало период преобладания клинических исслед. С.
Хотя Фрейд и его коллеги обнаружили, что толкование С. - бесценный инструмент для раскрытия истоков симптомов у больных, С. интересовали его еще и по той причине, что они рассказывали о бессознательных психич. процессах. Фрейд утверждал, что С. яв-ся королевской дорогой к бессознательному.
С. разбивается на отдельные элементы, и сновидца просят высказывать свободные ассоц. на каждый его элемент. По этим свободным ассоц. определялось скрытое содержание или, по-другому, выявлялись "сновидные мысли". Явное содержание С. - сознательное, скрытое - бессознательное.
Мотивом для формирования С. яв-ся желание, вытесненное из сознания в силу своей непереносимой болезненности. Наиболее важные из таких желаний появляются в раннем детстве и имеют сексуальную или агрессивную окраску. Во время сна вытесняющая инстанция (Фрейд назв. ее цензурой) менее бдительна, так что бессознательное желание может найти свое выражение в С. Однако если желание выражается слишком открыто, повышающийся уровень тревоги ведет к пробуждению. Следовательно, при построении С. желание должно быть замаскировано, чтобы пройти цензуру. Сокрытие желания представляет собой то, что Фрейд назв. работой С. Работа С. включает четыре операции.
Первая из них - сгущение. Фрейд заметил, что вспоминаемое С. всегда гораздо короче его скрытого содержания, определяемого по свободным ассоц. Это означает, что неск. сновидных мыслей были сжаты, образуя единый образ С. Вторая операция - смещение. Психич. значения сновидных мыслей подвергаются смещению при создании явного содержания С. Яркие, запоминающиеся особенности явного содержания сна могут представлять относительно малозначащие сновидные мысли, тогда как пустяковые, незначительные элементы явного содержания могут представлять сновидные мысли огромной важности. Третья операция - символизация. Вытесненные желания представлены невинными символами, чтобы обойти цензуру. Мужские гениталии могут визуализироваться как авторучка. Четвертая операция, вторичная обработка, делает сон более связным и понятным при вспоминании благодаря заполнению пробелов и добавлениям.
Юнг ценил С., возможно, еще более высоко, чем Фрейд. Он отличал малые С., отражающие обычные дневные заботы во время сна, от больших С. с посланиями из глубочайшего слоя бессознательного. Этот слой он наз. коллективным бессознательным, поскольку он один и тот же у каждого чел. в любой культуре. Содержанием коллективного бессознательного яв-ся психич. структуры, или архетипы, унаследованные от прошлых поколений.
Чтобы идентифицировать архетип в большом сне, Юнг изобрел метод разработки. Сновидцев просят сказать, о чем напоминает ему каждый элемент сновидения. Он должен фиксировать на этом элементе свое внимание, не позволяя следовать за непроизвольным ходом мысли, как при свободных ассоц. Элемент может разраб. не только сновидцем, но и аналитиком, а тж путем ссылок на мифологию, иск-во, религию и литературу.
Образы в больших С. яв-ся символами архетипов. Эти символы отражают тенденцию архетипов не скрываться, а выражать себя. Для Юнга символы скорее раскрывают, чем скрывают.
М. Босс, экзистенциальный психотерапевт, отрицает, что сны яв-ся символическими (т. е. продуктом работы С. над бессознательными сновидными мыслями и вытесненными желаниями) или компенсаторными. С. должно приниматься по своей нарицательной стоимости. Оно освещает то, каким образом сновидец видит свое существование.
После 1953 года
Наблюдая спящих, Азеринский обнаружил, что их глазные яблоки на протяжении ночи периодически совершают быстрые, сопряженные движения. Он и Клейтман полагали, что эти быстрые движения глаз (REM - от rapid eye movements) могут означать, что чел. видит сон. Чтобы проверить эту гипотезу, они будили испытуемых в периоды движения глаз и в периоды их относительного покоя. Испытуемые сообщали о гораздо большем количестве С. при пробуждении в RЕМ-фазах, чем при пробуждении в фазах без быстрых движений глаз (NREM). Казалось, что впервые обнаружен физиолог. индикатор С. Последующие исслед. REM-фаз обнаружили и др. их отличительные характеристики. Электрические мозговые волны в REM-фазах имеют более высокую частоту и низкую амплитуду по сравнению с волновой активность в NREM-фазах. Во время REM-фаз обнаруживаются нарушения ритма дыхания и сердцебиения, колебания давления крови, генитальное возбуждение. В силу этих причин REM-фазы наз. состояниями психофизиологической активации.
Поскольку в течение ночи при нормальном сне отмечается 4- 5 REM-фаз, нетрудно сделать вывод, что каждый видит за ночь 4-5 С. При пробуждении спящего во время REM-фазы в лабораторных условиях большинство из этих С. м. б. восстановлено. Вместо того чтобы зависеть от относительно редких и, возможно, избирательных вспоминаний снов поутру, в лабораторных условиях можно выявить большое количество С., к-рые предположительно яв-ся более репрезентативными для данного индивидуума.
В США и Европе образовалось много лабораторий, в к-рых были проведены сотни исслед. К сожалению, первоначальные находки не подтвердились. Самым большим ударом было открытие - многократно подтвержденное, - что С. вспоминаются при пробуждении в любой фазе сна, а не только в REM-фазах. Похоже, что весь сон - это сон со С. Сны, о к-рых сообщают при пробуждении в NREM-фазах, неск. ближе к рациональным мыслям, но, несмотря на это общее различие, подавляющее большинство снов из NREM-фаз носят нереальный (фантастический, сказочный, мифический и т. д.) характер. Очевидным и обескураживающим рез-том яв-ся отсутствие надежных физиолог. индикаторов или коррелятов С. По крайней мере, таковые не были обнаружены.
Эти отрицательные рез-ты, тем не менее, не обескуражили всех исследователей сна. В то самое время, когда Азеринский, Клейтман и Демент ставили первые лабораторные эксперименты, К. Холл начал анализировать сообщения о С., используя метод контент-анализа.
Холл и его коллеги категоризировали различные элементы сообщений о С. Примерами таких категорий яв-ся: а) челов. персонажи, классифицированные по полу и возрасту, члены семьи, друзья, знакомые и незнакомые лица; б) животные; в) взаимодействия между персонажами, напр. агрессивное, дружеское или сексуальное; г) несчастья или счастливые события; д) успех и неудача; е) интерьер и экстерьер; ж) объекты; з) эмоции. Были сформулированы и теорет. категории, напр. кастрационная тревога, оральность и регрессия. Др. исследователями был предложен еще ряд систем контент-анализа С. Наиболее изощренными среди них яв-ся системы анализа содержания, разраб. Д. Фаулксом. В обширном лабораторном исслед. С. детей он показал, что когнитивное развитие, оцениваемое по рез-там анализа С. у детей в возрасте 3-15 лет, параллельно их когнитивному развитию в бодрствующей жизни.
Преимуществом контент-анализа яв-ся то, что большое количество снов, собранных у лиц разного пола, возраста, национальной и этнической принадлежности, живущих в разное время и т. д., м. б. проанализировано в плане выяснения сходств и различий между ними. Было, напр., обнаружено, что сны у мужчин во многом отличаются от снов у женщин. Мужские С. содержат больше мужских персонажей, незнакомых лиц, проявлений физ. агрессии, сексуальности, физ. активности, инструментов и оружия, открытых помещений, чем сны женщин. В женских снах больше женщин, знакомых лиц, разговоров, предметов одежды и закрытых помещений, чем в С. мужчин. Холл и его сотрудники изучали дневники снов, к-рые велись испытуемыми, часто годами. Интересной находкой яв-ся то, что в целом содержание С. у взрослого мало меняется из года в год. Работы по контент-анализу С. показывают большую согласованность между содержанием С. и наших повседневных забот. Это было назв. принципом связности.
См. также Фантазия, Представления, Сон
К. С. Холл

Собеседование при увольнении (exit interviews)

Собеседование с увольняющимися из орг-ции сотрудниками преследует две разные цели: сбор информ. и сообщение информ.
Сбор информ. проводится с целью уменьшения финансовых потерь, связанных со слишком высокой текучестью кадров и получения диагностической информ. о функционировании орг-ции. Сообщение информ. уходящим из орг-ции сотрудникам имеет др. цель - помочь им смягчить трудности переходного периода.
Целесообразность проведения С. при у. является спорной. Исслед. Дж. Лефковица и М. Каца показали, что в этих собеседованиях и предлагавшихся позднее дополнительных вопросниках сотрудники указывали разные причины своего ухода из орг-ции, причем ответы на вопросники были более негативными по отношению к компании. Дж. Хинриш получил такие же общие рез-ты в исслед. по сравнению С. при у. с интервью, к-рые проводил консультант, не работавший в данной орг-ции. Короче говоря, сотрудники могут неохотно давать искренние ответы непосредственным служащим компании.
См. также Отборочное собеседование, Административно-трудовые отношения, Моральный дух в организациях
Ф. Бенсон

Совладание (coping)

Несмотря на широко и давно признанную центральную роль С., или копинга, в адапт., до сих пор не было достигнуто общего согласия в отношении его определения, и оно являлось объектом немногочисленных систематических исслед. Поскольку С. исторически связано с понятием стресса, его недавняя популяризация стала следствием заметно возросшего интереса к понятию стресса. Связи между стрессом, заболеваниями и челов. страданиями, с отрицательной стороны, и здоровья, морали и достижений - с положительной, постепенно привели к осознанию, что, хотя стресс и яв-ся неизбежной чертой челов. существования, от того, как люди справляются со стрессом, в решающей степени зависит, будет ли итоговый адаптационный рез-т отрицательным или положительным.
Можно выделить 3 подхода к С. Первый представлен моделью, выведенной из положений теории научения о драйве и подкреплении, и преим. концентрируется на экспериментировании с животными. Согласно этой т. зр., С. состоит из действий, таких как убегание и избегание, к-рые позволяют успешно контролировать аверсивные условия среды, снижая тем самым психофизиологическое возмущение или нарушение равновесия системы, вызываемое этими аверсивными условиями. Преимущественный теорет. и исследовательский интерес сторонников этой модели сосредоточен на наборе переменных, имеющих отношение к снижению стресса, а именно на предсказуемости и контролируемости среды и обратной связи от среды в отношении эффектов совладающего поведения.
Вторая модель С. опирается на психоаналитические понятия эго-психологии. С. рассматривается как набор эго-процессов, к-рые развиваются с младенчества и сосредоточиваются вокруг способов размышления об отношениях между своим Я и окружением. Первичными жизненными задачами яв-ся выживание и пропитание в условиях соц. окружения, и это требует реалистического управления собой с целью удовлетворения инстинктивных драйвов в условиях тех опасностей и ограничений, к-рые заключает в себе соц. среда.
Эта модель С. иерархическая. С. рассматривается в качестве наиболее развитой или зрелой части эго-процессов; оно обеспечивает реалистичное и гибкое руководство собой в различных ситуациях, способствуя поддержанию и улучшению психич. и физ. благополучия. Защитные механизмы представляют собой уровень более примитивных, невротических процессов, характеризующихся большей ригидностью и меньшей способностью выдерживать проверку в условиях реальности.
Отмечаются 3 осн. недостатка этих традиционных моделей. Во-первых, С. оказалось почти полностью приравнено к адаптационной удаче, как в выражениях "Я могу справиться с этим" или "Я научился справляться с этим". В модели поведения животных С. определяется как поведенческий контроль окружения посредством действий, к-рые позволяют предотвращать возникновение аверсивных условий или избегать их. Поскольку в психоаналитической модели эго-психологии наиболее успешные формы С. определяются реалистическими и гибкими, а не невротическими когнитивными или эго-процессами, в ней смешиваются процесс С. и его рез-ты. Т. е. независимо от того, насколько лучше функционирует или чувствует себя данный чел., адекватность С. оценивается характером самого мыслительного процесса. Однако здесь можно возразить, что даже т. н. невротические процессы, такие как отрицание, когнитивное избегание или интеллектуализированное отстранение, могут иметь оптимальные или, по меньшей мере, благоприятные последствия при нек-рых обстоятельствах, напр. когда невозможно ничего предпринять для изменения сложившейся ситуации. Это возражение поддерживается данными ряда исслед. Априорное рассмотрение нек-рых эго-процессов как невротических, а др. как зрелых или здоровых, влечет за собой уничижительные оценки в отношении мн. моделей С., к-рые оказываются более распростр. и более действенными при определенных обстоятельствах.
Второй недостаток нек-рых традиционных подходов заключается в том, что успешное С. рассматривается исключительно в аспекте уменьшения телесной дисфункции. По определению, С. включает мобилизацию и усилие. Интересным специфическим случаем здесь может служить синдром личности А-типа, за обладание к-рой приходится платить увеличением риска сердечных заболеваний. В строгом соответствии с физиолог. взглядами У. Б Кеннона и Г. Селье, модель экспериментирования (на животных) особенно склонна рассматривать стресс и эмоцию исключительно в аспекте увеличения или уменьшения аффективных или телесных нарушений, выпуская т. о. из рассмотрения различные эмоциональные качества, такие как гнев, страх, тревога, вина, облегчение и радость.
Третий недостаток заключается в том, что в рамках исследовательских подходов, вытекающих из вышеупомянутых моделей - особенно из психоаналитической модели эго-психологии - С. трактуется как статическая черта или стиль, тогда как в действительности С. яв-ся активным и многосложным процессом, изменяющимся в зависимости от фазы столкновения со стрессором и от одной ситуации к др. Полевые исслед. и клинические наблюдения показывают, что конкретные мысли, действия и переживания, связанные с С., зависят от типа переживаемого стресса - напр. стресса, связанного с работой или со здоровьем. Характер С. тж зависит от того, как субъект расценивает данную ситуацию, напр., считает ли он ее неконтролируемой или поддающейся урегулированию имеющимися в его распоряжении средствами. В первом случае С. в большей степени ориентировано на регулирование эмоций путем избегания, интеллектуализации или отчуждения, тогда как в последнем упор делается на способы разрешения проблем.
Третья модель С. подчеркивает роль когнитивных оценочных процессов и гибкого, транзактного и процессуально-ориентированного подхода к С. и его оценке. С. рассматривается как реакция на контекстуальные переменные, темпоральные факторы и обратную связь в процессе развития событий, влияющая на адаптационные последствия. С. определяется как попытки справиться с требованиями, истощающими или превышающими наличные ресурсы чел. Слово "справиться" в данном определении означает, что С. может включать толерантность к ущербу или угрозе, переопределение прошлых событий, принятие и представление ситуации в благоприятном свете (т. е. определенный набор способов управления собой и своими мыслями и чувствами), а тж господство над окружением. Указание на требования, к-рые истощают или превышают имеющиеся ресурсы, ограничивает С. условиями стресса, мобилизующими субъекта в его взаимодействии с новыми ситуациями и требующими от него привлечения с этой целью обычно не используемых ресурсов, в отличие от автоматизированных адаптивных форм поведения, опирающихся на легкодоступные способы реагирования и требующие минимальных усилий. Выделяются 2 осн. функции С.: фокусирование на проблеме и фокусирование на эмоции; последняя представлена когнитивными способами С., включающими традиционные защиты.
Кажется очевидным, что такие способы С., как отрицание и избегание, иногда могут приводить к благоприятным, а иногда к неблагоприятным рез-там. Вполне возможно, что то, какой из способов С. окажется наиболее адаптивным, зависит от времени его активизации в процессе возникновения угрозы; на начальной стадии могут оказаться полезными отрицание и избегание, на поздней - более реалистичные способы С. То, какой способ С. будет более адаптивным, может тж определяться содержанием и контекстом самой угрозы, напр. типом заболевания, являющегося источником стресса. Важным может оказаться и то, какие когнитивные процессы вовлекаются в данный способ С. Вероятно, отрицание факта - напр. диагноза рака, - подвергает чел. большему риску разрушительных последствий, чем отрицание следствий этого факта. Последний процесс, очевидно, будет демонстрировать большую сопротивляемость к разрушению последующими событиями, являясь по своей сути аналогом тех иллюзий, к-рыми мы все живем.
Как совладание может влиять на здоровье
Для рассмотрения того, как С. может влиять на физ. здоровье, необходимо сначала провести различие между краткосрочными и долговременными эффектами воздействия специфического стрессора.
За редкими исключениями, на здоровье влияет не разовое С. с к.-л. единичным стрессором, а то, насколько С. оказывается эффективным в долговременном плане при мн. столкновениях со стрессорами в различных жизненных ситуациях. Чтобы привести к заболеванию, неспособность к С. тж должна проявляться неоднократно или хронически и на протяжении длительного периода времени.
Существуют 3 осн. пути, к-рыми процесс С. может оказывать отрицательное воздействие на физ. здоровье. Во-первых, он может влиять на частоту, интенсивность, продолжительность и характер нейрохимических реакций на стресс одним из трех способов: а) невозможностью предотвратить или устранить вредные или наносящие ущерб влияния среды; б) невозможностью регулировать эмоциональный дистресс в ситуациях неконтролируемого ущерба или угроз; в) следованием ценностям и связанному с ними жизненному стилю, требующим постоянной и чрезмерной мобилизации усилий. Однако мы должны признать, что заболевания, связанные со специфическими стилями С. (напр., А-тип личности и увеличение риска сердечных заболеваний), могут стать ценой, к-рую чел. платит за др., имеющие для него более важное значение, психол. последствия, такие как сознание выполненного долга и удовлетворение от победы в конкурентной борьбе. Любой из способов С. может приводить к смешанным рез-там, положительным в одном отношении и отрицательным в др.; для исследователей представляется важным рассматривать эту проблему в широком ракурсе и оценивать рез-ты С. с т. зр. совокупности мн. последствий и их ценности в различных контекстах.
Во-вторых, С. может оказывать отрицательное влияние на здоровье, увеличивая риск смертности и заболеваемости, когда оно включает чрезмерное употребление вредных для здоровья веществ, таких как алкоголь, табак и др. наркотики, или когда оно вовлекает чел. в деятельность с высоким риском для жизни.
В-третьих, фокусируемые на эмоциях способы С. могут причинять ущерб здоровью путем отрицательного воздействия специфического способа управления стрессом. Напр., отрицание или избегание неприятных мыслей о грозящей беде может вести к снижению эмоционального дистресса, но одновременно препятствовать реалистической оценке проблемы, позволяющей выработать правильный курс действий.
Исслед. и теория в области психологии С., по-видимому, достигли фазы своего совершеннолетия. Наряду с широко распространившимся общественным и профессиональным признанием того, что С. яв-ся важным ингредиентом нашей повседневной жизни, существуют и многочисленные свидетельства того, что процесс С. в действительности может приводить как к улучшению, так и к ухудшению адапт. В чем существует дефицит, так это в конкретной информ. о том, какие формы С. приводят к благоприятным и неблагоприятным последствиям для определенных типов людей при строго определенных условиях; тж существует мало ясности в вопросе о том, каким образом С. приводит к тем или иным адаптационным рез-там.
См. также Последствия стресса
Р. Лазарус

Совместная терапия (conjoint therapy)

С. т. представляет собой метод лечения, при к-ром к участию в сеансе психотер. привлекаются одновременно два и более члена семьи или супружеская пара. Количество участников м. б. разным. Присутствующие м. б. тж соседями, знакомыми или сослуживцами пациента.
Происхождение С. т. не связано с каким-то определенным теорет. направлением. В 1950-е гг. эта модель начала применяться почти одновременно во мн. местах по всей территории США Дж. Хейли в статье "Семейная терапия" (Family therapy) пишет, что все пионеры метода С. т. первонач. имели подготовку в индивидуально-ориентированной психотер. Мн. из хорошо известных психотерапевтов в этой области признают влияние теории систем на их мышление. Теория систем подчеркивает важность учета интерактивной и взаимозависимой природы поведения. Согласно этой теории поведение чел. "происходит не в вакууме", а подвергается влияниям извне и, в свою очередь, оказывает влияние на то окружение, в к-ром происходит. Следовательно, что-бы полностью понять поведение чел., важно наблюдать его в контексте. Наиболее типичным контекстом поведения в С. т. яв-ся родственная единица - супружеская пара или семья.
См. также Группы достижения изменений, Супружеское консультирование, Методы сексотерапии
Р. Каппенберг

Современные методы психотерапии (current psychotherapies)

В этой статье описывается неск. распростр. и существенно отличающихся между собой систем психотер., хотя требования краткости вынуждают автора отказаться от рассмотрения нек-рых важных систем и методик.
Психоаналитическая психотерапия. Классический психоан. предложен Фрейдом в середине 90-х гг. XIX в., и с тех пор не раз модифицировался (часто превращаясь в аналитически ориентированную психотер.) мн. неофрейдистами.
Согласно психоан., эмоциональные нарушения и поведенческие дисфункции большей частью яв-ся следствием: а) прошлой жизни, особенно событий раннего детства; б) бессознательных аттитюдов и переживаний, часто глубоко вытесненных; в) биологически обусловленных побуждений, особенно эротических и агрессивных, порождающих глубокие челов. конфликты; г) фиксации на ранних стадиях психосексуального развития - оральной, анальной, генитальной и латентной; д) защитных шагов и уклонений, препятствующих изменению.
Для того чтобы добраться до главных источников бессознательных, вытесненных конфликтов пациентов и устранить их серьезные фиксации, психоаналитики используют различные терапевтические методики: а) метод свободных ассоц.; б) анализ и толкование сновидений; в) формирование и проработку интенсивных отношений переноса (трансфера) между аналитиком и пациентом; г) значительное количество психотерапевтических сеансов; д) интерпретацию бессознательных чувств и конфликтов пациента; е) раскрытие защит пациентов и оказание помощи в отказе от них.
Адлерианская психотерапия или индивидуальная психология. Индивидуальная психология была создана А. Адлером. Хотя ее оригинальные положения соблюдались последователями довольно строго, она получила значительное развитие в трудах мн. психотерапевтов.
Согласно теории Адлера, эмоциональные нарушения в значительной степени связаны с: а) чувством неполноценности; б) стремлением отдельных людей к личному процветанию, а не к соц. интересу; в) нежеланием подвергаться риску и жить полной жизнью; г) отказом от придания конструктивного смысла собственному существованию; д) искаженными восприятиями и представлениями, ведущими к неспособности обучаться.
Адлерианские методики психотер. включают: а) ясный показ клиентам их жизненных целей и возможных способов изменения их дисфункционального стиля жизни; б) конфронтацию клиентов с их обреченными на провал идеями; в) контрпропагандистскую работу с клиентами в случаях, когда их цели, намерения и ценности яв-ся дисфункциональными; г) стимуляцию клиентов к конструктивным действиям, направленным на изменение их целей, подрывающих собственную жизнь; д) постоянное побуждение клиентов к принятию ими ответственности за переориентацию своей жизни в более позитивное русло; е) помощь клиентам в мужественном признании собственного несовершенства; ж) демонстрацию клиентам способов развития своих соц. интересов.
Аналитическая (юнгианская) психотерапия. К. Г. Юнг порвал с Фрейдом примерно в 1913 г. Юнг видел в либидо не сексуальную, а общую психич. энергию и подчеркивал значение мифологических и др. символов в генезе и лечении эмоциональных нарушений. Среди последователей Юнга наибольшую известность приобрели Герхард Адлер и Э. Л. Росси.
Согласно теории Юнга, эмоциональные и поведенческие нарушения возникают, гл. обр., вследствие: а) блокады сильного инстинкта индивидуации чел.; б) комплексов, порождаемых сильными бессознательными компульсиями; в) руководства символическими сообщениями из бессознательного, сбивающими людей с пути; г) наследственных предрасположений, проистекающих из нарушения функционирования коллективного бессознательного; д) появления сексуальных нарушений в рез-те развития общих нарушений (а не наоборот).
Юнгианские методики психотер. включают: а) демонстрацию клиентам того, что все страдания вызваны утратой смысла (жизни) и что архетипы могут порождать целительные силы; б) содействие клиентам в символическом понимании симптомов своих неврозов и показ им выхода из своих внутренних конфликтов через этот символизм; в) подчеркивание целенаправленной, устремленной в будущее работы души; г) раскрытие клиентам креативных и целебных сил бессознательного; д) интерпретацию сновидений с акцентом на их символическом значении; е) побуждение к переживанию, а не просто интеллектуальному пониманию; ж) мягкое, но настойчивое побуждение клиентов быть внимательными к своему внутреннему миру и ценить его.
Личностно-центрированная, или клиентоцентрированная терапия. Личностно-центрированная терапия (первонач. наз. клиентоцентрированной) была предложена К. Роджерсом в начале 1940-х гг. Она нашла таких видных сторонников, как В. Рейми (теперь когнитивный психотерапевт) и Ю. Гендлин (теперь работает в области эмпирической, осн. на опыте психотер.). Хотя она уже и не практикуется в первоначальном виде, но все же представляет собой интегральный компонент теории и практики бесчисленного количества теоретиков и психотерапевтов.
Согласно взглядам Роджерса, эмоциональные нарушения яв-ся преим. рез-том: а) приобретения людьми отрицательной Я-концепции вследствие недостаточного принятия их др., особенно в детские годы, и отказа др. обеспечить им подходящие условия для (личностного) роста; б) расхождения между реальным Я и тем, как воспринимают чел. др.; в) отказа людей прямо и свободно осознать те аспекты собственной личности, к-рые не согласуются с их Я-концепцией; г) склонности людей делать чрезмерные обобщения, находиться во власти концепций или мнений и полагаться на абстракции, вместо того чтобы обратиться к испытанию реальности; д) самоуничижения или чувства малоценности.
Роджерианские, или личностно-центрированные методики психотер. включают: а) включение в глубокие, интенсивные, заботливые отношения с клиентами; б) постоянное проявление в этих отношениях искренности, конгруэнтности и эмпатического понимания клиентов и их проблем; в) недирективный и ненавязчивый диалог между врачом и клиентом; г) помощь клиентам в замене состояния собственной малоценности на способность ценить и верить в мудрость своего развивающегося организма; д) содействие клиентам в достижении безусловно положительного отношения к самим себе, гл. обр. через переживание безусловно положительного отношения к ним терапевта.
Когнитивно-поведенческая и рационально-эмотивная терапия. Совр. когнитивно-поведенческая терапия зародилась в 1955 г., когда А. Эллис предложил свою рационально-эмотивную терапию. Следуя филос. концепциям стоиков, особенно Эпиктета и Марка Аврелия, а тж воспользовавшись нек-рыми идеями таких пионеров-исследователей, как Э. Солтер, А. Герцберг и Дж. Келли, Эллис связал воедино нек-рые осн. элементы когнитивной терапии в изложении А. Адлера и поведенческой терапии в понимании Дж. Б. Уотсона и Б. Ф. Скиннера. В последующем появилась группа психотерапевтов, использующих сходные формы терапии.
Согласно теориям рационально-эмотивной терапии (РЭТ) и когнитивно-поведенческой терапии (КПТ), главный вклад в эмоциональные и поведенческие нарушения вносят: а) сильная тенденция (как врожденная, так и приобретенная) действовать как в пользу своих интересов и интересов своей соц. группы, так и против них; б) искаженные восприятия, нереалистичные наблюдения и выводы; в) абсолютистские, иррациональные убеждения в том, что (1) нек-рые неприятные ситуации не должны существовать, но (2) к великому ужасу, они существуют, и (3) люди, оказавшиеся в этих неприятных ситуациях, совершенно не в состоянии им противостоять, а (4) те, кто вызывает такие ситуации - никчемные люди; г) непомерная эскалация людьми своих сильных желаний до размеров божественных предписаний, требований и настояний свыше; д) образование у людей взаимосвязей и взаимодействий между нереалистичным и абсолютистским мышлением, неадекватным эмоциональным реагированием и обреченным на неуспех поведением.
Методики КПТ и РЭТ включают: а) демонстрацию клиентам того, что их эмоциональные проблемы вызваны не неблагоприятными условиями, а (сознательным или бессознательным) выбором создавать себе эти проблемы; б) обучение клиентов различным когнитивным, эмоциональным и поведенческим методам изменения нереалистичного мышления, неадекватных чувств и дисфункционального поведения; в) выполнение клиентами определенных домашних заданий; г) десенсибилизацию и фладинг в реальных условиях, а тж воображаемую десенсибилизацию и постепенные приближения к вызывающим тревогу ситуациям; д) использование подкреплений и штрафов для побуждения к изменению поведения; е) сильнодействующие методы, такие как энергичные дискуссии по поводу себя и упражнения, помогающие избавиться от чрезмерной стыдливости; ж) семантические методы терапии; з) решение задач и применение научного метода к личным и межличностным проблемам; и) разнообразные психопедагогические методики, такие как лекции, семинары, демонстрация аудиовидеозаписей и библиотерапия; к) тренинг навыков, направленный на повышение способностей, интересов и достижений клиентов; л) методы когнитивного отвлечения, воображения и рефокусирования.
Поведенческая психотерапия. Поведенческие методы впервые использованы в психотер. Дж. Б. Уотсоном и М. С. Джонс в 1920-х гг.; широкое распространение они получили в 1950-е гг. благодаря трудам Дж. Вольпе, Б. Ф. Скиннера и их последователей.
Согласно теориям поведенческой терапии, эмоциональные проблемы возникают гл. обр. в рез-те: а) неэффективного или неадаптивного научения; б) обусловливания др. людьми, особенно в период раннего детства; в) самообусловливания и самозакрепления дисфункциональных мыслей, чувств или действий; г) избегания ситуаций, вызывающих тревогу; д) отсутствия навыков, приводящего к снижению результативности; е) искаженных восприятий окружающей действительности.
Осн. методиками, используемыми в поведенческой терапии, яв-ся: а) фокусирование усилий на изменении текущего поведения клиентов; б) активное и директивное обучение клиентов тому, как изменить их дисфункциональные мысли, чувства и паттерны поведения, а тж тому, как приучить себя мыслить, чувствовать и действовать более конструктивно; в) имажинативная (воображаемая) систематическая десенсибилизация тревог и страхов; г) десенсибилизация in vivo; д) методики постепенной десенсибилизации и наводнения (фладинга); е) демонстрация клиентам способов контроля стимулов и изменения ситуаций, вызывающих проблемы; ж) коррекция искаженных восприятий и нереалистичных представлений; з) тренинг навыков, направленный на повышение способностей, интересов и достижений клиентов; и) сочетание подкрепления адаптивного поведения с аверсивным обусловливанием дезадаптивного поведения; к) методики релаксации.
Гештальт-терапия разраб. Ф. Перлзом в начале 1940-х гг. Среди учеников Перлза - Дж. Фэган, У. Кемплер, А. Левицки, Лаура Перлз, Э. и М. Полстер, Ирма Ли Шеферд, Дж. Симкин и Дж. Зинкер.
В гештальт-терапии принято считать, что эмоциональные нарушения в основном вызываются: а) "обязывающим" отношением к жизни; б) перевесом размышлений над действиями; в) отказом от жизни в настоящем в пользу сосредоточения на прошлом или будущем; г) переделыванием себя и др. вместо того, чтобы быть самим собой и принимать себя таким, какой есть; д) отказом брать на себя ответственность за собственные решения.
Осн. методики гештальт-терапии: а) содействие клиентам в полном осознании своих чувств в ситуации "здесь-и-сейчас"; б) демонстрация клиентам, как отвергать когнитивные интерпретации и объяснения имеющихся у них трудностей; в) дыхательные и физ. упражнения; г) помощь клиентам в достижении интеграции.
Эмпирическая (основанная на опыте) и гуманистическая психотерапия обязана своим происхождением трудам таких философов, как Серен Кьеркегор, Эдмунд Гуссерль, Мартин Хайдеггер, Мартин Бубер и Жан-Поль Сартр, а тж таких психологов, как Вильгельм Дильтей, Абрахам Маслоу и Вильгельм Райх. Она объединяет широкий спектр теорий и методов.
Сторонники эмпирической, гуманистической и экзистенциальной терапии придерживаются мнения, что эмоциональные нарушения имеют свои истоки в: а) отказе подвергаться риску, живя полной жизнью, и примирении с неизбежностью смерти; б) неспособности стать хозяином своей жизни и поведения и быть совершенно автономным, даже в условиях комфортабельной жизни общины или соц. группы; в) чрезмерной конформности, ведущей к тенденции постоянно пренебрегать собственным опытом; г) отказе экспериментировать с собственными желаниями и стремлениями, обрекая себя на сужение опыта.
В эмпирической, гуманистической и экзистенциальной терапии используются следующие методики: а) акцентирование испытываемых клиентами ощущений и их внутренних процессов изменения и развития; б) помощь клиентам в обретении глубокого внутреннего чувства истины; в) использование физ. упражнений и физ. приемов высвобождения эмоций; г) намеренное подвергание себя риску с целью ощутить иной модус существования; д) заботливое и открытое отношение к клиентам, служащее для них моделью заботливого и открытого отношения к др. людям; е) содействие клиентам в достижении безусловно положительного самоотношения или полного самопринятия, аутентичности, честности перед собой и откровенности.
Транзактный анализ (ТА), предложенный Э. Берном в середине 1950-х гг., первонач. был задуман как дополнение к психоан.
Согласно теории ТА, главными причинами эмоциональных нарушений яв-ся: а) получение людьми в раннем детстве "перфолент" ("tapes") от "родительского" эго-состояния, побуждающих их функционировать в эго-состоянии "ребенка", а не в более разумном и продуктивном состоянии "взрослого"; б) врожденная тенденция людей считать транзакции между своими эго-состояниями крайне важными и непоколебимыми; в) возникающие в рез-те этого стереотипизированные привычные паттерны поведения и отсутствие личной автономии; г) недостаток ласки и любящего признания окружающих в раннем детстве; д) сохранение осн. жизненных решений или "сценариев", поскольку они имели субъективную ценность в ранние детские годы; е) тенденция к использованию защитных маневров или игр для удержания и подкрепления ранних "сценариев" принятия решений.
Транзактные психотерапевты используют разнообразные методики, особенно следующие: а) прослеживание истоков нарушенных чувств до решающего момента в давнем прошлом с последующим переобучением клиентов относиться к этому иначе и, соответственно, испытывать др. чувства; б) помощь клиентам в достижении баланса эго-состояний; в) показ клиентам, как посредством конфронтации с самим собой можно вновь пережить решающие моменты прошлой жизни и прийти к новому решению важных вопросов; г) помощь клиентам в осознании ими своей внутренней силы; д) выявление и прерывание защитных маневров или "игр" клиента; е) помощь клиентам в достижении более равномерного распределения энергии между различными эго-состояниями.
См. также Адлерианская психотерапия, Аналитическая психотерапия, Поведенческая терапия, Клиентоцентрированная терапия, Когнитивно-поведенческая терапия, Экзистенциальная психотерапия, Гештальт-терапия, Основы личностно-центрированного подхода, Психоанализ, Транзактный анализ
А. Эллис

Сознание (consciousness)

Несмотря на то что С. - наиболее очевидный и хорошо знакомый каждому признак нашего существования, филос. и психол. рассуждения о С. весьма запутанны и противоречивы. Р. Б. Перри заметил: "Как может термин означать что-либо, если он используется для обозначения всего и вся, в т. ч. и собственного отрицания?" Большинство психологов рассматривают С. как сознавание чего-либо или текущее знание о чем-либо. К сожалению, термин "awareness" допускает столь же неоднозначное толкование, как и термин "consciousness", так как они употребляется практически в одних и тех же ситуациях. Так, напр., термином "awareness" может обозначаться перцептивное сознавание (perceptual awareness), интроспективное сознавание (introspective awareness), рефлексивное осознание (reflective awareness), подпороговое сознавание (subliminal awareness), сознавание себя (self-awareness), осознание сознавания (awareness of awareness) и т. д.
Сознание и бессознательное
Согласно Джону Локку, С. - это рефлексия, включенная в различные умственные акты, такие как восприятие, мышление, сомнение, верование, воление и т. д. С. представляет собой внутренний, незамутненный взор ума, от к-рого практически ничто не м. б. скрыто. Представления Локка о С. оказали настолько сильное влияние на психол. науку, что до появления фрейдовского психоан. понятие бессознательного мышления или восприятия считалось внутренне противоречивым. З. Фрейд показал, насколько сложными м. б. мыслительные процессы, протекающие без их осознания, и каким образом бессознательная сфера чел. может содержать в себе представления, желания и чувства, в к-рых он не отдает себе отчета.
Фрейд разглядел в содержимом бессознательного смысл и намерение. Такие внешне безобидные и непреднамеренные акты, как оговорки, забывчивость и потеря предметов (вследствие того, что они не были положены на обычное место), м. б. мотивированы на бессознательном уровне. А коль скоро это так, ранее принятое определение С. как преднамеренной и целенаправленной психич. активности оказывается в равной мере применимым и к бессознательному.
К. Юнг пошел еще дальше в сглаживании различия между С. и бессознательным. Бессознательное, по Юнгу, есть совершенный источник нашей общности и креативность. Коллективное бессознательное - это "образ мира, на формирование к-рого ушла вечность... [Оно] состоит из совокупности инстинктов и их коррелятов, архетипов. Подобно тому как каждый из нас обладает инстинктами, он тж обладает запасом архетипических образов".
Достижения когн. психол. говорят о том, что сложная психич. деятельность, в т. ч. наша способность приобретать, хранить и извлекать информ. из памяти, в основном реализуется посредством бессознательных и недоступных для самонаблюдения операций.
Исслед. "слепого зрения" и "несознаваемой памяти" (memory without awareness) тж свидетельствуют о наличии противоречий в разграничении С. и бессознательного. Слепое зрение - это способность нек-рых людей с поврежденной зрительной корой мозга распознавать и реагировать на зрительные стимулы, не сознавая их. Вейскранц провел серию тестов с испытуемым, у к-рого была удалена правая область зрительной коры. Как и следовало ожидать, испытуемый сообщал о том, что он ничего не видит, когда стимулы предъявлялись в левой части его зрительного поля. Однако когда его попросили угадать вид стимула (X или О), этот испытуемый дал правильные ответы в 27 попытках из 30, - свидетельство того, что он все же воспринимал стимулы на каком-то уровне.
Следовательно, умственные процессы, такие как восприятие, представление, намерение, вспоминание и т. п., можно обнаружить и на бессознательном уровне, где они недоступны для интроспекции, а граница между С. и бессознательным не столь резка, как некогда считалось. Как только исследователи осознали эти факты, обсуждение феномена С. превратилось в достаточно сложное занятие. Простота основанного на здравом смысле понимания С. как текущего знания, или сознавания (awareness), оказалась обманчивой и пустой. Если можно обоснованно указать как на сознаваемое, так и на неосознаваемое знание (awareness), полезность понятия "awareness" как дескриптора С. (consciousness) становится проблематичной. С. как одно только интроспективное сознавание (или самоотчет) становится простым качеством, накладываемым на определенные содержания опыта. В действительности это качество может оказаться всего лишь определенными корковыми процессами, так как их нарушение приводит к утрате интроспективного сознавания (awareness). Тем не менее обычно признается, что С. как определяющая характеристика психич. явлений включает нечто большее, нежели просто интроспективное сознавание.
Множество оттенков сознания
Отношение бытия к С. во все времена интересовало философов. На уровне здравого смысла обычно принимается на веру, что каждый чел. наделен телом и разумом и что они взаимодействуют, образуя действующего субъекта. Пытаясь дать ясный анализ (раз)ума, тела и их взаимодействия, философы пришли к многообразию т. зр., к-рые открывают нам разнообразные перспективы видения С. в ученых рассуждениях. Все эти филос. спекуляции распадаются на две широкие категории: а) признающие реальность как разума, так и тела; б) отрицающие реальность одного из них в угоду др. Дуалистические теории строятся на свойственном здравому смыслу представлении, что (раз)ум и тело - это две разные, независимые и взаимодействующие, вещи. Напр., согласно Декарту, сознание есть квинтэссенция ума, а ум отличен от тела. В соответствии с его представлениями существуют две в корне различные субстанции - материальный мир, имеющий протяженность, и мышление, не имеющее протяженности. Последнее в принципе несводимо к первому.
Главная проблема такого дуализма - это проблема взаимодействия. Каким образом непротяженное мышление взаимодействует с протяженным телом? Любой из вариантов причинного взаимодействия между ними, предлагаемых в большинстве дуалистических теорий, противоречит физ. теории, утверждающей, что вселенная яв-ся закрытой системой и что каждое физ. событие связано с предшествовавшим ему физ. событием. Подобное допущение исключает всякую возможность того, что психич. акт может вызвать физ. явление, если, конечно, сам этот психич. не оказывается в нек-ром смысле физ. Теории параллелизма пытаются обойти эту проблему посредством допущения, что физ. и психич. процессы протекают параллельно, не оказывая друг на друга никакого влияния.
Монистические теории, напротив, постулируют только один вид субстанции: разум или материю. Субъективный идеализм Дж. Беркли упраздняет материю в пользу разума, материализм отрицает разум в угоду материи.
Материалистическое отрицание разума-сознания принимает неск. форм. Среди них можно назв.: а) категорическое отрицание всего психич., включая С., к-рое не обнаруживает себя в объективном поведении или действии; б) признание психич. явлений, но отрицание того, что они обладают причинной силой, поскольку яв-ся всего лишь побочными продуктами физ. процессов мозга; в) отождествление психич. явлений с состояниями (или режимами работы) головного мозга.
Дж. Б. Уотсон заявлял, что такой вещи, как С., просто не существует. Отзвуки подобной радикальной т. зр. в наше время можно найти в утверждениях о бесплодности С. как психол. понятия. Станович пишет: "Любой вопрос психологии, хоть как-то затрагивавший понятие "С.", сразу же становился весьма запутанным; в то же время любое продвижение в теории психологии, к-рого удавалось достичь, оказывалось совершенно не связанным с к.-л. понятием "С."". Б. Ф. Скиннер и его последователи полагают, что С. - это эпифеномен мозговой деятельности и потому не обладает причинной силой. Следовательно, С. не может играть объяснительную роль в понимании поведения. Материалистическая теория центральных состояний (central-state materialism) отождествляет С. с чисто физ. процессами головного мозга. Отдельные теоретики, - напр., Фейгл, - доказывают, что С. м. б. отождествлено с определенными референтами нейрофизиологических понятий.
Материализм нового времени, в отличие от бихевиоризма, допускает возможность "внутреннего" опыта и его влияния на тело, однако не видит в сознательном опыте ничего такого, что было бы нельзя объяснить с чисто физ. позиций. Согласно Д. М. Армстронгу, опыт С. (the experience of consciousness) - это всего лишь одна часть мозга, сканирующая др. его часть. Он пишет: "При восприятии мозг сканирует окружающую среду. При осознании (in awareness) восприятия др. процесс в мозге сканирует это сканирование". Внутреннее чувство, к-рое дает нам интроспективное сознавание, - это просто др. мозговой процесс. Т. о., согласно этой т. зр., нет оснований предполагать существование к.-л. процесса, к-рый может функционировать независимо от мозга.
Существует неск. широко известных возражений против вышеупомянутых теорий, описывающих С. исключительно в терминах поведения, нейронной активности или обработки информ. Невозможно отрицать С. как факт непосредственного опыта. Феноменологический опыт боли, напр., качественно отличается от нейронной активности головного мозга. Болевой опыт однороден и непрерывен, тогда как сопутствующие боли нейронные разряды представляют собой разнородные, прерывистые и пространственно разнесенные события. Др. словами, в отличие от чувственного опыта, мозговая активность характеризуется "зернистостью". Более того, известно, что наши психич. состояния могут оказывать глубокое воздействие на состояние нашего тела. Многократно описаны ощутимые эффекты плацебо, а психосоматические заболевания уже никому не кажутся чем-то невероятным.
Феноменологи, такие как Гуссерль, выдвигают весомые аргументы в пользу С. как неотъемлемой стороны нашего опыта, не поддерживая при этом дуалистический интеракционизм. Подобно Декарту, Гуссерль верил в саморазоблачающий характер С.: нельзя отрицать его существование, не вступая при этом в противоречия, а жизнь без С. невозможно даже вообразить. Он рассматривает С. скорее как функцию, нежели как сущность. Как и Брентано до него, Гуссерль уделял особое внимание интенциональной природе С. Внешний объект, содержание С. и наше сознавание (awareness) его непосредственно связываются интенциональностью С. Наше знание о мире формируется не в рез-те получаемых нами впечатлений, а яв-ся следствием логического процесса интенции. Разделяемые нами представления о мире возникают не на основе ощущений и восприятий, к-рые обособлены и индивидуальны и, как следствие, не могут раскрыть чел. универсальный и единый характер своих объектов, а благодаря "конститутивной функции" С., к-рое интуитивно "схватывает" их сущность. Конститутивная функция С. заключается в интуитивном постижении сущности объектов, с тем чтобы мы могли понять их значение и значимость для нас. Единый характер, к-рый объекты имеют как феномены нашего опыта, можно понять только через их сущности, а не через совокупность их непостоянных качеств.
На центральное место С. в челов. состоянии указывал тж и Сартр в своей экзистенциальной философии. Согласно Сартру, С. интенционально по своей природе и всегда на что-то направлено. С. не яв-ся вместилищем для чего-либо или сценой для представления вещей. Осн. его свойство - раскрытие вещи, на к-рую оно направлено. Уникальность С. заключается в том, что оно раскрывается само по мере раскрытия объекта. Т. о., и для Гуссерля, и для Сартра С. - это принцип субъективности, к-рый объясняет очевидное единство и значение феноменов нашего опыта.
Сознание и мозг
А. Р. Лурия, следуя Л. С. Выготскому, полагал, что С. - это сложная структурная система, имеющая смысловую функцию. Он отвергал дуалистическое постулирование принципиального отличия сознания-разума от материальных объектов. В то же время он полагал, что попытки отыскать механизмы С. внутри мозга тж не ведут к успеху. Согласно А. Р. Лурии, С. - это способность "оценивать сенсорную информ., реагировать на нее критичными размышлениями и действиями и сохранять следы событий в памяти, чтобы прошлые отпечатки или действия могли быть использованы в будущем". Эта способность не яв-ся функцией какой-то одной части мозга. Скорее, "ее нужно искать в совместной деятельности отдельных систем мозга, каждая из к-рых вносит свой особый вклад в работу всей функциональной системы в целом". Среди систем мозга, участвующих в сознательной психич. деятельности, можно назв.: а) ретикулярную формацию ствола мозга, контролирующую уровни бодрствования; б) вторичные зоны задних (афферентных) областей коры полушарий, обеспечивающие регистрацию и хранение поступающей сенсорной информ.; с) наиболее важные медиальные зоны лобных долей, участвующие в формировании побуждений и программ действия, а тж играющие осн. роль в сознательной регуляции целенаправленного поведения.
Дж. Серль доказывает, что ментальные состояния вполне реальны и обладают собственными свойствами. В то же время они не отделены от мозга и имеют биолог. основу. Серль полагает, что психич. явления "порождаются деятельностью мозга и реализуются в его структурах. С этой т. зр., С. и интенциональность яв-ся такой же частью биологии чел., как пищеварение или кровообращение. Нельзя не признать, что в мире существуют столь сложные системы, как мозг с его субъективными ментальными состояниями, и наличие ментальных свойств у таких систем - реально существующий физ. факт".
Сперри рассматривает С. как первичный источник причинного воздействия. С. обладает автономией по собственному праву и не сводимо к электрохимическим процессам. С. - "интегральный рабочий компонент" мозга. Сперри рассматривает его как динамическое, эмерджентное свойство, появляющееся из высшего уровня функциональной орг-ции коры головного мозга. Как эмерджентное свойство, С. проявляется в чувстве, определяемом нейронными инфраструктурами мозга на высших уровнях его иерархической орг-ции. Однако в то же самое время С. не только обнаруживает характеристики, к-рые невозможно отнести ни к одной из составляющих мозг систем, но еще и осуществляет регулирующее воздействие на мозговые процессы. Т. о., психич. явления - это "скорее причины, нежели корреляты" событий в НС. "Физиол. мозга обусловливает ментальные эффекты, а ментальные феномены, в свою очередь, оказывают причинное влияние на нейрофизиологию". Будучи эмерджентными свойствами деятельности коры головного мозга, сознательные феномены могут функционально взаимодействовать на своем уровне и в то же время осуществлять нисходящий контроль над составляющими их нервными процессами. Т. о., согласно Сперри, сознательные состояния скорее "приходят вслед за" ("supervene") физиолог. процессами, чем "вмешиваются в" ("intervene") в них.
Попытки наделить сознательные явления реальностью и причинной силой и при этом рассматривать их как проявления активности мозга, подвергаются критике. Мн. ученые полагают, что они осн. на ложных аналогиях. Трудно представить себе, каким образом сложная орг-ция нервных процессов порождает сознательные явления, к-рые, как предполагается, качественно отличны от физ. явлений.
Поппер и Экклс отказались от представления о С. как функции сложной нейронной орг-ции. Они сочли, что единство сознательного опыта трудно объяснить, исходя из разнородных, прерывистых и пространственно разнесенных разрядов нейронов. Аналогично этому, самосознание и волевые акты требуют для своего объяснения силы, независимой от мозговых процессов. Такие явления, как "ожидание" (antedating), в к-рых сознательный опыт не следует непосредственно за стимуляцией, а относится назад во времени, не согласуются с гипотезой нервно-психич. тождественности. Мы не знаем, какие точно физиолог. процессы участвуют в формировании перцептивного опыта. Экклс указывал, что отрицательный поверхностный потенциал коры головного мозга, регистрирующийся перед простыми произвольными движениями (т. н. потенциал готовности), развивается в течение достаточно длительного времени и распространяется по всей коре. Согласно Экклсу, это явление доказывает, что сознательная психич. деятельность влияет на специализированные модули в коре головного мозга, к-рые избирательно реагируют на определенный уровень активности, порождая сознательно направляемые действия.
Сознание и психология
Когда психология оформилась как отдельная дисциплина (чуть более века назад), ее определяли как пауку о С. У. Джемс, напр., рассматривал психологию как "описание и объяснение состояний С. как такового". Книга У. Джемса "Принципы психологии" (The principles of psychology) оказала очень глубокое влияние на последующее развитие западной психол. науки. Среди множества различных психол. теорий Джеймса, включенных в "Принципы...", наибольший вес имеет его концепция потока С. Утверждая, что С. - это "прежде всего конкретный факт" внутреннего опыта чел., он характеризует его как сугубо личную, избирательную, изменяющуюся и тем не менее практически непрерывную активность. Функция С. состоит в том, чтобы выбрать, какой из объектов принять, а какой - отвергнуть.
Меняющийся и в то же время непрерывный характер С. заключается отнюдь не в связывании дискретных психол. событий.
Психич. жизнь чел. - это не "цепь" или "состав" сцепленных между собой кусочков С. Мы переживаем С. как нечто непрерывное, поскольку оно "течет" как река или поток. Именно поэтому Джемс и наз. его "потоком мышления, С. или субъективной жизни". Использованная им метафора отражает два аспекта непрерывности С. Во-первых, в каждый отдельно взятый промежуток времени существующее на данный момент С. соотносится с предшествовавшим ему, и оба они идентифицируются как принадлежащие одному и тому же Я. Во-вторых, при возникновении качественных изменений С., они никогда не бывают абсолютно оторваны друг от друга, поскольку ни одно психол. явление не может совершиться в абсолютной пустоте, без какой бы то ни было связи с предшествующими событиями.
В рамках данной статьи мы остановимся на трех осн. этапах эволюции представлений У. Джемса о С. Описанная выше и содержащаяся в "Принципах..." концепция С. в общих чертах принята специалистами в области когн. психол., к-рые исследуют, гл. обр., способы обработки поступающей к чел. информ. В своей книге "Многообразие религиозного опыта" (The varieties of religious experience) Джемс расширил понятие С. и включил в него нерациональные формы психич. деятельности. Он писал: "Наше нормальное бодрствующее С., к-рое мы наз. рациональным, - всего лишь один особый тип психич. активности, тогда как все остальное, отделенное от него тончайшей завесой, - это скрытые и абсолютно иные формы С.". Тем не менее в его "Очерках радикального эмпиризма" (Essays in radical empiricism) мы находим следующие слова: "В течение предшествовавших двадцати лет я сомневался, что "С." есть нечто реально существующее; в течение семи или восьми последних лет я наводил своих студентов на мысль о том, что оно не существует, и помогал им найти практ. эквивалент С. в реальностях жизненного опыта. Мне кажется, что сейчас настало время для того, чтобы целиком и полностью отказаться от этого понятия".
В "Многообразии..." и "Очерках..." Джемс выражал свое отрицательное отношение к интеллектуализму и ограждал опыт от трансэмпирических факторов, вне зависимости от того, материя это или душа. Отказ Джемса от понятия С. методологически сродни отказу Дж. Беркли от понятия материи. Отрицая дуализм с его интеракционистским образом мышления, Джемс локализует разум и материю, познающего и познаваемое, в опыте "как-он-естъ" (experience-as-such). Однако что представляет из себя подобный опыт, остается столь же неуловимым для понимания, как и взаимодействие разума и материи в дуалистических постулатах.
Если во взглядах Джемса и обнаруживается нек-рая непоследовательность, она связана с двумя различными смыслами, в к-рых он употреблял термин "С.". С., описываемое в "Принципах...", - это феноменальное сознавание (phenomenal awareness). В "Многообразии..." это уже "сознание-как-таковое" (consciousness-as-such). Феноменальные и трансцендентальные коннотации С. и в наши дни продолжают окрашивать большую часть споров вокруг этого понятия. Нек-рые ученые рассматривают С. как нечто самостоятельное, автономное и не сводимое к др. явлениям. Согласно принципу субъективности, реальность С. дана интуитивно. Бестелесный ум по Декарту, ноуменальное "я" по Канту, чистая память (pure memory) по Бергсону, трансцендентальное эго по Гуссерлю и небытие по Сартру, по-видимому, предполагают существование "сознания-как-такового" (consciousness-as-such). Используя терминологию квантовой физики, можно сказать, что "сознание-как-таковое" означает нелокальный аспект реальности и субъективность в нашем бытии. В наше время подобные представления о С. приняты трансперсональной школой психологии. Если согласиться с реальностью ?-феномена, следует принять во внимание и нелокальные аспекты С.
Как бы то ни было, большинство психологов сужают границы С. до его ограниченного смысла феноменального сознавания. При таком понимании сознание четко локализовано и поддается описанию на языке пространственно-временных формулировок. Весьма вероятно, что мозг играет достаточно важную роль в нашем осознании мира. Следовательно, различные психич. явления могут находиться в определенном соотношении с различными процессами в мозге и НС, и их можно исследовать с т. зр. нейрофизиологии. Из этого, однако, не следует, что все психич. явления в итоге сводятся к состояниям мозга или что С. не существует помимо этих состояний. Нек-рые индийские филос. течения, особенно школа Санкхья (Sankhya), полагают, что разум по существу материален, тогда как "сознание-как-таковое" нематериально. У Бергсона тж есть интересные соображения в отношении перехода от нематериальной чистой памяти к материальным перцепциям, т. е. от "сознания-как-такового" к сознательным феноменам.
В настоящее время достаточно большое количество научных работ посвящено медитации. Однако во мн. случаях содержащиеся в них концепции запутанны и проводят слишком широкие обобщения, а сами работы методологически слабы. Возможно, ключ к более полному пониманию С. будет найден в будущем, в ходе исслед. внимания.
См. также Амнезия, Безобразное мышление, Интроспекция, Вопрос об отношении души и тела, Исследование расщепленного мозга, Структурализм, Бессознательные умозаключения
К. Р. Рао

Сокращенная психотерапия (brief psychotherapy)

Целесообразная длительность психотер. служила предметом дискуссий, начиная с времен З. Фрейда, к-рый был озабочен длительностью проведения психоан. и полагал, что при повышении уровня знания о личности и психопатологии чел. время, необходимое для терапии, будет постепенно уменьшаться. Однако его ожидания не оправдались. Вместо этого продолжительность психоан., по меньшей мере в США, увеличилась. Хотя точная и надежная стат. отсутствует, представляется, что в большинстве случаев длительность анализа составляет 4-6 лет.
Вследствие ист. развития психоан. и психодинамической терапии в целом, в течение мн. лет было принято считать, что психотер. требует умеренно длительного периода времени для обеспечения положительных рез-тов. Исходили из того, что невротические проблемы индивидуума развивались в течение мн. лет и что лежащими в их основе причинными факторами были вытесненные неосознаваемые конфликты. Следовательно, терапевт не может форсировать терапевтический прогресс открыто директивным поведением, а должен терпеливо играть пассивную роль. Более того, слишком быстрый ход терапии мог бы причинить вред, поскольку клиенты в этом случае были бы поставлены перед необходимостью взяться за разрешение своих конфликтов еще до того, как будут готовы к этому.
Ряд событий, произошедших в 1960-е гг., привел, однако, к нек-рым существенным переменам в области охраны психич. здоровья в США. Назначенная Конгрессом США Объединенная комиссия по психич. расстройствам и психич. здоровью после пяти лет работы пришла к ряду выводов и рекомендаций. В их числе было мнение, что психоан. яв-ся слишком дорогим и длительным методом, чтобы удовлетворить потребности большинства людей, нуждающихся в психотерапевтической помощи. Рекомендовалось тж создание коммунальных центров психич. здоровья для удовлетворения этих нужд. Наряду с этим был предложен ряд новаторских программ кризисного вмешательства и С. п. Альтернативой длинным спискам на очередь для обычной психотер. стали клиники кризисной помощи, круглосуточно предлагающие С. п. длительностью в 6-10 сеансов. В основе этих нововведений лежало соображение, что лечение, проводимое в период кризиса, будет короче, поможет индивидууму вернуться к прежнему уровню функционирования и предотвратит переход проблемы в хроническое состояние.
По данным нек-рых исслед., средняя продолжительность терапии в амбулаторных клиниках составляла лишь 6-8 сеансов. На практике большинство пациентов не желает проходить длительную терапию, прекращая курс после относительно небольшого количества сеансов. Со временем возрастала уверенность в том, что психотерапевтам следует менять свои представления относительно требуемой длительности лечения и обеспечить предоставление более краткосрочных его форм, что в действительности и произошло.
С. п. отличается от долгосрочной психотер. в неск. отношениях. Несмотря на то что С. п. не определяется к.-л. точным количеством сеансов, большинство ее курсов занимает от 16 до 25 сеансов, хотя нек-рые курсы ограничиваются 1 сеансом, а др. могут доходить до 40 сеансов. С. п. м. б. как лимитированной во времени (и тогда конкретное количество сеансов или ее общая продолжительность объявляется заранее), так и не имеющей конкретных временных границ, с установлением общих сроков но усмотрению терапевта после первой встречи с клиентом. Т. о., клиент с самого начала терапии имеет ясное представление о том, какова ее ожидаемая продолжительность.
С. п. яв-ся более фокусированной, чем традиционная. Различные формы сокращенной психодинамической терапии обозначают специфический фокус вмешательства, хотя здесь имеют место значительные вариации. Несмотря на различия в теорет. перспективе, когнитивно-поведенческие формы терапии тж фокусируются на специфических проблемах или на симптоматическом поведении. Роль терапевта в С. п. отличается от более традиционной терапевтической роли тем, что терапевт принимает гораздо более директивную роль и берет на себя знач. большую ответственность за проведение курса терапии.
При С. п. внимание сосредоточено на актуальной жизненной ситуации пациента. В фокусе оказывается то, что происходит "здесь-и-сейчас", а не события отдаленного прошлого. Цель - помочь клиенту справиться с проблемами, приведшими его к лечению, а не более возвышенная гипотетическая задача "реконструкции личности". Нек-рые формы С. п., особенно когнитивно-поведенчекие, имеют целью обучение клиентов механизмам и методам совладания (копинга), к-рые м. б. использованы для предотвращения и преодоления проблем в будущем.
С. п. яв-ся сегодня наиболее популярной формой психотер., предпочитаемой большинством людей, ищущих помощи в решении своих проблем приспособления.
Неск. исследовательских проектов показали, что сокращенные формы психотер. дают рез-ты, сравнимые с таковыми при более длительных курсах. С. п. не яв-ся панацеей от всех психол. бед, но это - эффективная форма лечения депрессии, тревожных расстройств, супружеских проблем и сходных затруднений. По этим причинам она яв-ся терапией первого выбора для большинства людей.
См. также Эклектическая психотерапия, Новаторские психотерапии
С. Л. Гарфилд

Сокращенная терапия (brief therapy)

Термин "С. т.". относится к любой из широкого множества психотерапевтических процедур с относительно ограниченными и точно очерченными целями. С. т. противопоставляется лечебным вмешательствам, требующим более длительного времени и предполагающим более глобальные терапевтические цели.
Хотя классический психоан. был поначалу относительно непродолжительным, увеличивающийся интерес к вытесненному содержанию памяти и анализу структуры характера пациента знач. увеличили время, требуемое для его успешного завершения. Как утверждают в своей "Психоаналитической терапии" (Psychoanalytical therapy) Ф. Александер и Т. М. Френч, большинство курсов классического психоан. требует минимум 500 сеансов, в то время как С. т. м. б. завершена за 10-65 сеансов. Хотя эти оценки продолжительности терапии могут варьировать, классический анализ представляется долгим делом в сравнении со мн. др. терапевтическими процедурами и методиками.
Помимо разницы во времени, др. факторы отличают психоан. от др. форм психотер. Они включают цели терапии, ее главное направление и роль терапевта. В психоан. целью яв-ся реконструкция личности пациента, при к-рой в фокусе находится ранняя история его жизни и высвобождение бессознательного содержания, чтобы с ним можно было лучше работать через посредничество зрелого Я. Терапевт играет при этом роль исследующего, пассивного, недирективного и интерпретирующего наблюдателя.
При сокращенной психотер., такой как биолог. обратная связь, поведенческая или рационально-эмотивная терапия, обычно ставится довольно конкретная цель. Ориентация на конкретную цель отражается на предполагаемом терапевтическом вмешательстве. Сокращенная психотер. сфокусирована тж на наличном расстройстве и на модификации переменных, вызывающих или поддерживающих текущие жалобы, а не на пространном изучении ранней истории пациента. Наконец, при С. т. терапевт часто занимает довольно активную роль, предлагая указания, советы и стратегии, имеющие целью ускорить полное и удовлетворительное разрешение проблемы или проблем, обнаруженных пациентом.
См. также Новаторские психотерапии, Психотерапия
У. У. Уэнрич

Соматопсихика (somatopsychics)

Термином "С." обозначается психол. или психиатрическая симптоматика первично соматической этиологии. В отличие от психосоматических расстройств, к-рые яв-ся соматическими состояниями, возникшими в рез-те психол. стресса, соматопсихические симптомы или расстройства - это проявления психол. или психиатрического характера, непосредственной причиной к-рых стало соматическое состояние.
В повседневной жизни соматопсихические эпизоды - обыденное дело. Эмоциональные побочные эффекты, продуцируемые перегревшимся, усталым или голодным организмом, могут проявляться как раздражительность, вспыльчивость, иррациональное поведение, вялость, снижение концентрации внимания и т. д. У нек-рых людей психол. реакции могут вызываться гормональными изменениями. Колебания настроения и специфические эмоциональные состояния считаются типичными для подростков и лиц, находящихся в периоде климактерия. Нек-рые женщины испытывают предменструальное напряжение, проявляющееся в жалобах на упадок сил, апатию, усталость, раздражительность и даже на немотивированную агрессию. "Бэби блюз" (послеродовая депрессия) тж расценивается как соматопсихическое состояние, хотя в нек-рых случаях нельзя с уверенностью исключить психогенные компоненты. Высокая температура может вызывать тревогу и галлюцинации, особенно у детей. Общеизвестны такие психол. корреляты старения, как параноидная идеация, снижение рациональности мышления, разнообразные навязчивости, компульсивное поведение, нарушения памяти и изменения личности. Существенные психол. изменения наблюдаются у алкоголиков и, в меньшей степени, у лиц в состоянии транзиторного алкогольного опьянения. Поведенческие последствия употребления наркотических средств широко известны из литературы. Озабоченность общественности вызывают последствия отравления свинцом (нарушения школьных навыков, апатия, сонливость, маниакальное поведение и т. д.), окисью углерода (нарушения памяти, апатия или депрессия), асбестом и слезоточивым газом АО (Agent Orange), применяемым полицией. Значительно пополнились наши знания о психич. и эмоциональных нарушениях, вызванных дефицитом определенных компонентов питания (витаминов, минералов, белков и т. д.) и недостаточностью питания в целом. Транзиторные или стойкие повреждения в рез-те физ. травмы, в особенности травмы головного мозга, считаются причиной дефицитарности психич. функций, неблагоприятных психол. реакций и изменений личности.
Мн. лекарства вызывают побочные эффекты. Значительная часть сведений, собранных о соматически и психологически больных людях в соматопсихической области, изложена Р. Холлом. Тревога обнаруживается как побочный эффект мн. соматических состояний, а именно, при неврологических (25%) и эндокринных (25%) заболеваниях (включая паратиреоз, сахарный диабет, дисфункции яичников), хронических инфекциях (12%, включая туберкулез, мононуклеоз, вирусный гепатит), ревматизме (12%), сердечно-сосудистых (12%) и др. заболеваниях (14%, включая нефрит и недостаточность питания). Есть сообщения о том, что около трети больных хроническими болезнями почек (гемодиализ и трансплантация почек) демонстрируют выраженную психопатологическую симптоматику. Сочетание внутреннего напряжения, нервозности, тревоги и повышенной утомляемости яв-ся следствием мн. соматических состояний. Патологических уровней депрессия достигает при злокачественной анемии, лимфоме, паратиреозе, вирусном гепатите, а тж при лечении резерпином, кортикостероидами, диазепамом, а тж при профилактическом приеме нек-рых оральных противозачаточных средств.
Биолог., в особенности биохимические, теории психич. болезней, умственной отсталости и их сочетаний, как это проявляется при аутизме, получают растущее признание. Нек-рые состояния, напр. задержка умственного развития при нелеченной фенилкетонурии, м. б. полностью объяснены на биолог. основе. Прогресс в научных исслед. позволил идентифицировать определенные (под)типы психич. заболеваний в качестве соматопсихического эффекта биолог. состояний, включая генетические и/или биохимические и средовые факторы (напр., питание). Рез-ты исслед. привели к возникновению ортомолекулярной психиатрии, к-рая предлагает биолог. подход (напр., терапия минералами, мегадозами витаминов) в лечении и профилактике психич. болезней.
См. также Органические синдромы, Психоэндокринология, Психофармакология
Э. Вик

Соматотипы (somatotypes)

В основе идеи С. лежит предположение о том, что поведение или личность определяются физ. характеристиками тела. Процесс определения С. представляет собой метод, посредством к-рого описываются физ. аспекты тела чел. Процесс определения С. в его наиболее систематизированном виде представлен в работах У. Шелдона.
Исторические корни теории соматотипов. Предположение о существовании связи между характеристиками тела и поведением восходит, по меньшей мере, к эпохе греческого врача Гиппократа, предложившего типологию, согласно к-рой людей можно разделить по 4 осн. типам темперамента: холерический, флегматический, сангвинический и меланхолический - в зависимости от одной из четырех доминирующих в теле жидких субстанций ("соков тела"). Несмотря на то что и после Гиппократа существовали авторы, связывавшие телесные факторы с темпераментом, начало эпохи соматотипирования связывают с работами Э. Кречмера, предложившего в начале 1920-х гг. сх. для классиф. челов. телосложения как пикнического (широкого, с округлыми формами и большим количеством жира, сильного и коренастого), атлетического (мускулистого, с широкой грудной клеткой и узкими бедрами) или астенического (длинного, тонкого и хрупкого). Четвертая категория, диспластическое телосложение, описывала индивидуумов, к-рые в значительной степени отклонялись от любой из трех осн. категорий. Кречмер пришел к заключению о существовании однозначной связи между маниакально-депрессивным психозом и пикническим телосложением и сходных связей между шизофренией и астеническим, атлетическим и нек-рыми диспластическими типами телосложения.
Находясь под влиянием взглядов Кречмера, У. Шелдон предложил теорию С., иначе связывавшую телосложение с темпераментом. Опираясь на тщательное изучение тысяч фотографий обнаженных мужских тел, Шелдон идентифицировал 3 осн. измерения для оценки физ. конституции. Преобладание эндоморфии проявляется в мягкой округлости в разнообразных частях тела и тенденции к доминированию в его общей структуре внутренних пищеварительных органов. Мезоморфия связана с относительным преобладанием мускулатуры, костей и соединительных тканей. Мезоморфное телосложение обычно выглядит тяжелым, прочным и прямоугольным, с выраженным преобладанием мускулов и костей. Для эктоморфии характерны длинные, тонкие конечности со слабо выраженной мускулатурой. В общей массе тела эктоморфа выделяется крупный головной мозг. В предложенной Шелдоном методике соматотипирования (т. е. определения С.) каждый индивидуум ранжируется по степени выраженности в его телосложении каждого из трех первичных физ. измерений.
Параллельно с тремя осн. физ. (телесными) компонентами Шелдон выделил 3 темпераментальных компонента. Висцеротония характеризуется любовью к комфорту, еде, общительностью и привязчивостью. Преобладание соматотонии проявляется в повышенной склонности к мышечной активности и в целом связано с жаждой власти, безжалостностью, доходящей иногда до жестокости, и любовью к опасности и риску. Церебротония в ее крайнем выражении означает чрезмерную сдержанность в проявлении чувств, скованность и боязнь соц. контакта. Шелдон разраб. шкалы темперамента, на основе к-рых для каждого из компонентов рассчитывалась средняя оценка. Большая часть исслед. Шелдона вращалась вокруг вопроса о том, насколько сильна существующая связь между компонентами телосложения и компонентами темперамента. Шелдон отмечает, что, хотя С. и тип темперамента не всегда полностью согласуются между собой, случаи полного изменения порядка доминирования в этих трех компонентах достаточно редки. Шелдон осуществил тж соматотипирование женских тел. Хотя эмпирические данные Шелдона в целом были подтверждены др. исследователями, установленные в др. исслед. связи между оценками С. и темпераментов оказались не столь высокими, как у Шелдона.
См. также Типы личности, Псевдопсихология, Физиономическая перцепция, Социобиология, Темпераменты
Дж. Л. Андреасси

Сон (sleep)

Умозрительные рассуждения о природе С. восходят к периоду античности (Аристотель написал отдельную главу о С.), тогда как эмпирические исслед. С. - как одно из проявлений развития наук о жизни - появились лишь в XIX в. По мере накопления данных о системе кровообращении и ЦНС, начали обращать внимание на описания изменений в функционировании этих систем во время С. и зачастую превращать их в теории С.
Важное событие, связанное с совершенствованием исследовательской технологии, произошло в 1937 г. Электроэнцефалограмма (ЭЭГ), позволяющая измерять мозговые импульсы, показала отчетливые и систематические изменения паттерна, наблюдаемые в момент засыпания и на протяжении периода С. Впервые появилась возможность объективно и непрерывно измерять С. и наблюдать его как активный процесс.
Второй важный прорыв произошел в 1953 году, когда Клейтман и Азеринский открыли регулярно повторяющуюся "стадию" С., характеризуемую быстрыми движениями глаз (REMs) и паттерном ЭЭГ, свойственным состоянию активного "бодрствования". Как оказалось, этот паттерн, появляющийся спонтанно примерно через каждые 90 минут, "указывает" на наличие сновидения у людей.
Исслед. С. носят междисциплинарный характер и ведутся совместными усилиями биохимиков, биологов, эндокринологов, специалистов по нейронауке, педиатров, физиологов, психиатров и психологов. Конкретные исслед. варьируют от изучения активности одной-единственной нервной клетки до интерпретации сновидений; в качестве объектов таких исслед. выступают все виды животных, люди, включая младенцев и стариков, а тж больные, представляющие весь спектр патологических состояний.
Измерения сна
Предметом исслед. С. выступают три его аспекта: структура С., паттерны С. и субъективные реакции. Структура С. относится к измерениям непрерывного процесса С.; паттерны С. характеризуют количество и распределение С. в границах 24-часового периода; субъективные реакции включают оценочные высказывания о С. и сохранившихся в памяти сновидениях.
Структура С. традиционно размечается на основе ЭЭГ. У молодых взрослых людей выделяются четыре фазы С. (1-4), к-рые приблизительно соотносятся с глубиной С., и 1-REM-фаза (фаза 1 плюс REMs).
На рис. 1 показан типичный ночной С. молодого взрослого чел., разделенный на фазы. Каждую ночь все люди в той или иной степени приближаются к этой записи: 50% (±5%) - фаза 2; 25% - 1-REM (±4%); 15% (±3%) - фаза 4; 7% - фаза 3 (±2%) и 3% - фаза 1 (±2%). Первый RЕМ-период обычно наступает через 90-100 минут после засыпания, затем эти периоды повторяются с интервалами в 90-100 минут, увеличиваясь в то же время по своей продолжительности. Большая часть 3 и 4 фаз приходится на первую треть ночи. В течение ночи может иметь место неск. пробуждений.


Рис. 1. Сон молодого взрослого человека, представленный в виде фаз
Фазы с 1 по 4 кодируются высотой вертикальных отрезков, а фаза 1-REM обозначена черными полосками. Горизонтальная ось соответствует 8-часовой продолжительности сна. (Из: W. В. Webb, Sleep, the gentle tyrant - New York: Prentice-Hall, 1975)

Паттерны С. главным образом отображают суммарное время С., время его наступления и окончания, а тж распределение и число эпизодов С. в границах суток. Что касается молодых взрослых людей, то их типичный паттерн представлен длинным периодом ночного С., перемежаемого эпизодами полусна.
Субъективные реакции могут простираться от простого сознавания, что пора ложиться спать или просыпаться, через оценочные высказывания вроде "легкого", "глубокого" или "освежающего" С., до более общих утверждений, таких как "хороший" и "плохой" С. Таким реакциям посвящено очень мало исслед., но они показали полное несоответствие между этими реакциями и объективными мерами С., что особенно характерно для лиц, жалующихся на свой С.
Эти измеряемые характеристики С. можно рассматривать и как зависимые переменные, и как независимые переменные, т. е., с одной стороны, мы можем спросить, что определяет вариацию указанных мер, а с др. - поинтересоваться последствиями вариаций в этих мерах.
Детерминанты сна. Главной детерминантой структуры и паттернов С. являются видовые различия. С. животных варьируется в широких пределах. Люди и приматы имеют сходную структуру С., т. е. четыре фазы С. и "активный", или REM-сон. Однако С. др. биолог. видов обычно включает две фазы: медленноволновый С., имеющий сходство с 3 и 4 фазами С. у людей, и "активный" С., связанный с циклическими эпизодами активации головного мозга во время С., эквивалентный 1-REM-фазе или С. со сновидениями у людей. Процентное соотношение этих стадий и их цикличность существенно варьируют. Значительные различия наблюдаются в суммарном количестве С., числе эпизодов С. и их распределении во времени. Пасущиеся животные, такие как коровы, обычно снят только от 2 до 4 часов в сутки, тогда как мелкие грызуны - более 12 часов в день. У приматов, как правило, осн. период С. довольно продолжительный, в то время как у большинства животных - частые и относительно короткие периоды С. Разумеется, нек-рые животные спят днем, а др. - ночью. Данные о вариациях С. животных наиболее полезны ученым, пытающимся строить теории о функциях С.
Второй важной детерминантой вариаций С. является возраст. У людей возраст связывается с самыми значительными переменами в жизни. Фазы С. складываются довольно быстро и полностью представлены у ребенка уже к началу второго полугодия жизни. Существенному изменению подвергается фаза 1-REM, к-рая составляет около 50% от общей продолжительности С. новорожденных, а затем экспоненциально уменьшается примерно до 25% к концу первого десятилетия жизни. С этого времени распределение фаз С. остается на удивление постоянным вплоть до шестого-седьмого десятилетия жизни. Наиболее разительные изменения наблюдаются в области систематических возрастных изменений паттернов С. С. новорожденного в среднем составляет 16 часов и делится примерно на 6 эпизодов, равномерно распределенных в рамках 24-часового цикла. Через неск. дней после рождения ребенка начинается систематическое объединение эпизодов его С. в более продолжительный ночной период и сокращение С. в дневной период. Суммарное время установившегося ночного С. сохраняется относительно постоянным. В ходе взросления и старения, на четвертом-пятом десятилетии жизни и далее, главное изменение С. связано с возрастающей неспособностью поддерживать нормальный С., т. е. с ночными пробуждениями и преждевременным окончанием С.
Еще одна важная детерминанта различных аспектов С. - вариации графика С., вызванные произвольными или неподвластными чел. факторами. Все эти вариации выливаются в изменения паттернов С. как таковых - сокращение общей продолжительности С., варьирование времени засыпания, изменение длительности и количества эпизодов С.
Изменения паттернов С. оказывают предсказуемое воздействие на его структуру. Поскольку стадии С. асимметрично организованы во времени, сокращение продолжительности ночного С., напр., на одну четверть почти не сказывается на фазах 3 и 4, но несоразмерно уменьшает фазу 1-REM. Смещение времени С., напр., с периода 23 час. - 8 час. на период 8 час. - 16 час. заметно сказывается на временном порядке структуры С. Латентный период самой первой фазы 1-REM резко сокращается, и она может наступить уже при засыпании. Кроме того, учащаются случаи пробуждения и преждевременного окончания С.
С. - это система поведенческого реагирования, и как система определяется, по крайней мере, отчасти, внешними стимульными условиями и психол. состояниями. В самых общих словах, эти детерминанты преимущественно воздействуют на паттерны С. и субъективные реакции, оказывая лишь ограниченное влияние на структуру С. К тому же С. опосредуется работой ЦНС, и отклонения в ее работе, вызываемые снотворными, стимуляторами или постоянными перестройками режима функционирования, модулируют С. как поведенческую реакцию.
Когда С. рассматривается в качестве независимой переменной, исслед. фокусируются на эффектах лишения С. и на его видоизмененных структурах, в особенности на изменениях стадии 1-REM. Известно лишь неск. надежно установленных физиолог. эффектов даже в случае продолжительной - до 10 дней - депривации С. у людей. Воздействие такой депривации на эффективность выполнения разного рода задач чрезвычайно сильно зависит от их характера. Общая картина эффекта депривации С. заключается, скорее, в неспособности поддерживать заданный уровень реагирования, чем в утрате способности реагировать.
Сотни исслед. посвящены эффектам сокращения или исключения фазы 1-REM или активного С. у людей и животных в эксперим. условиях. Эти эксперименты подтвердили развитие состояния "давления", т. е. стадия 1-REM, или активный С. все с большим трудом поддается исключению, причем наблюдается "упругое восстановление" количества его эпизодов при возвращении С. к обычному режиму. Однако поведенческие эффекты сокращения активного С. являются менее определенными. Не было обнаружено и существенных когнитивных или личностных эффектов.
Отмечено возрастающее и плодотворное взаимодействие между исслед. С. и исслед. биолог. ритмов. В экспериментах с использованием среды без признаков течения времени, измененных и смещенных графиков С. было установлено, что С. организован в систематический циркадный паттерн. Короче говоря, С. - это биолог. ритм.
См. также Циркадный ритм, Сновидения, Поведенческие ритмы человека
У. Б. Уэбб

Сотрудничество / соперничество (cooperation / competition)

Несмотря на то что философы и теологи давно интересовались факторами, к-рые питают сотрудничество или соперничество, рассматривая первое как соц. добродетель, а последнее как эгоистическое и антисоциальное поведение, представители соц. наук начали обнаруживать серьезный интерес к эмпирическому изучению этих понятий лишь в конце 1940-х - начале 1950-х гг. Он возник, когда исследователи конфликта стали рассматривать в качестве основного источника более серьезных форм конфликта различие интересов, а не гнев или предубеждение. Сходная перемена во взглядах произошла и у исследователей соц. интеракции, обратившихся от представлений, акцентировавших центральную роль аттитюдов и убеждений людей, вовлеченных в процесс взаимодействия, к теориям, опирающимся на значение тех вознаграждений и наказаний, к-рые может применять к другим каждый из участников взаимодействия.
Термины "сотрудничество" и "соперничество" относятся по существу к совместным усилиям и конкуренции, возникающим либо в отношении обоюдно желаемых целей, либо в отношении средств достижения индивидуальных или общих целей.
В случае чистого сотрудничества, в его специальном значении, описанном Мортоном Дойчем, цель одного чел. может быть достигнута только при условии достижения своих целей др. участниками. В случае же чистого соперничества, индивидуальные цели могут быть достигнуты лишь при условии недостижения своих целей другими, как напр. при игре в покер. Однако эти крайние случаи чистого сотрудничества и чистого соперничества встречаются редко; большинство жизненных ситуаций представляют собой смесь того и другого.
Толчком к значительному количеству эмпирических психол. исслед. факторов, питающих сотрудничество или соперничество, послужили теорет. разработки в математике и экономике, начало к-рым положила работа Джона фон Неймана и Оскара Моргенштерна "Теория игр и экономическое поведение" (Theory of games and economic behavior). В рамках этого мат. подхода, основанного на теории игр, были предложены модели, описывавшие поведение "рациональных" индивидов в определенных ограниченных ситуациях взаимозависимости. "Рациональный" индивид рассматривался как обладающий полным набором информ. в отношении этой взаимозависимости, мотивированный собственным интересом и стремящийся к максимизации своего выигрыша и минимизации своих потерь безотносительно к выигрышам и потерям других сторон. Психологи разработали лабораторные аналоги этих игровых ситуаций для того, чтобы проверить степень соответствия "реального" поведения "рациональному" поведению и исследовать влияние различных ситуационных (характер взаимозависимости, наличие или отсутствие коммуникации и т. п.) и диспозиционных (возраст, пол, культурная принадлежность и мотивационные тенденции участники) переменных в процессе игрового взаимодействия.
Наряду с этим также были разработаны другие подходы к изучению сотрудничества и соперничества, такие как а) лабораторные взаимодействия, моделировавшие реальные ситуации переговоров, в основу к-рых легла оригинальная работа экономистов Сигела и Л. Форейкера, и б) "игры на передвижение" (locomotion games).
Психологи, интересовавшиеся проблемами соц. взаимодействия и эффектами участия группы, также проводили эмпирические исслед. сотрудничества и соперничества, но, как правило, избегая при этом рамок лабораторного игрового подхода. Классическим исслед. в этой области явился полевой эксперимент "Разбойничья пещера", проведенный Музафером Шерифом и его сотрудниками. В ходе этого эксперимента мальчиков в летнем лагере разбивали на две группы, к-рые затем проживали изолированно друг от друга. В ходе первой фазы исслед. каждая из групп периодически оказывалась в ситуациях, способствовавших выработке групповой солидарности и групповой идентичности. В ходе второй фазы обе группы принимали участие в серии соревнований и конкурсов, имевших целью выработку соперничества и укрепление внутригрупповой солидарности. Это привело к возникновению выраженной конкуренции и даже вражды между группами. Последняя фаза исслед. адресовалась к вопросу о том, каким образом можно примирить эти две враждебно настроенные друг к другу группы. Простое объединение обеих групп в рамках каких-либо общественных мероприятий лишь усиливало враждебность. Однако, когда экспериментаторы разработали серию "насущных" проблем, требовавших для своего решения совместных усилий обеих групп - напр., нарушение обеспечения лагеря водой, - вражда между группами постепенно уменьшилась, возникли новые дружеские связи между членами различных групп, что в конечном счете способствовало возникновению духа сотрудничества.
В целом психол. исслед. показали, что сотрудничество чаще всего возникает в условиях, когда участники взаимодействия имеют общую цель и общие средства достижения этой цели, в то время как соперничество чаще имеет место в тех случаях, когда участвующие стороны либо преследуют индивидуальные цели, либо расходятся в средствах их достижения.
См. также Потребность в аффилиации, Альтруизм, Вмешательство случайных свидетелей, Развитие социального поведения людей, Полезависимость, Групповое решение проблем, Соперничество, Исследование социального климата
Дж. Элкок

Сохранение профессиональной работоспособности специалиста по кризисному вмешательству (intervener survival)

С. п. р. с. к. в. связано с удовлетворением потребностей и нужд специалистов, осуществляющих вмешательство в кризисных ситуациях. Овладения умением справляться с кризисом недостаточно для того, чтобы полностью избавиться от стрессов и напряжения, к-рые, в свою очередь, не могут не сказаться на способности квалифицированно и эффективно осуществлять кризисное вмешательство. Специалист, сам находящийся в кризисной ситуации, не сможет оказать помощь др. людям. Некоторые полагают, что хорошо обученные профессионалы легко преодолевают трудности, к-рые не по плечу обычным людям, но это не так.
Будучи вовлечены в оказание помощи др. людям, специалисты по кризисному вмешательству могут пренебрегать собственными потребностями, здоровьем, отдыхом и безопасностью. Если такие специалисты не уделяют себе должного внимания, эффективность их работы резко снижается, вплоть до возникновения физических и эмоциональных расстройств. И наоборот, учет всех своих насущных потребностей, принятие мер по разрешению собственных проблем позволяет сохранять постоянную готовность к оказанию действенной помощи другим.
Специалисту но кризисному вмешательству следует заботиться о поддержании чувства собственной безопасности при оказании помощи, избегая тем самым личного кризиса.
Действенное вмешательство в кризисную ситуацию требует от специалиста оценки собственной эмоциональной и физ. готовности к этому в каждом конкретном случае. Следует обдумать следующие вопросы:
1. Готов ли я эмоционально и физ. к осуществлению данного вмешательства?
2. Не повлияют ли на эффективность работы мои личные пристрастия или предубеждения?
3. Не поставит ли вмешательство в эту ситуацию под угрозу мою физ. безопасность?
4. Хорошо ли мы с партнером по работе понимаем друг друга? Достаточно ли четко распределены наши роли, чтобы избежать недоразумений и конфликтов?
Если специалист по кризисному вмешательству видит перед собой четкую цель, более или менее уверен в своей личной безопасности, имеет сходные с партнером по работе представления о процедуре вмешательства и готов действовать в любой ситуации, то в этом случае эмоциональные и физ. расстройства ему не угрожают.
См. также Профессиональный стресс
Дж. Л. Гринстоун, Ш. Левитон

Социализация младенца (infant socialization)

Термин "младенец" (infant), от латинского слова infans - "неговорящий", обычно охватывает возрастной диапазон от рождения до 2-2,5 лет. Социализация - это процесс, посредством к-рого индивидуум превращается в члена семьи, культуры и об-ва, начинающийся с момента рождения, продолжающийся на протяжении всего жизненного цикла чел. и предполагающий вовлеченность множества формальных и неформальных институтов. В течение младенчества большинство непосредственных связей ребенка преобразуются и опосредуются структурами общества.
Социализации младенца имеет важное значение но нескольким причинам. В рамках отведенного чел. времени жизни первые 18 месяцев - период наиболее быстрого роста. Соответственно, такие неблагоприятные средовые воздействия, как недостаточное питание и физ. или эмоциональная жестокость, оказывают в это время более пагубное влияние на развивающегося ребенка, чем в последующие периоды жизни, тогда как согласно многим авторитетным специалистам обогащенная среда развития младенца может вызывать не менее устойчивые, но положительные эффекты. Так как родившийся ребенок не имеет опыта взаимодействия с культурой, можно попытаться оценить относительный вклад среды в развитие.
Имплицитные представления о естественной (биолог.) природе младенца можно обнаружить во всех учениях о социализации. Младенца часто изображали в виде появившегося на свет асоциального дикаря, к-рого нужно цивилизовать, а иногда описывали как "нечистого", из к-рого необходимо было прежде изгнать беса. Аристотель и Локк квалифицировали младенца как tabula rasa, на к-рой окружающая среда оставляет свои отпечатки. В более современных учениях младенец характеризовался как наделенный с рождения специфическими соц. атрибутами и рассматривался как активный участник процесса социализации.
История вопроса
Исслед. в области социализации были начаты соц. антропологами, интересовавшимися связью между культурой и личностью. В начале 1930-х гг. междисциплинарная группа ученых, во главе к-рой стояли Эдвард Сепир и Джон Доллард, начала изучать традиционные методы воспитания детей как ключевой элемент в понимании механизма передачи культуры. Мощный импульс этим исслед. придала публикация книги Фрейда "Тотем и табу", ознаменовавшая вступление психоанализа в союз с культурной антропологией.
Поскольку краеугольный камень психоаналитической теории опирается на исход посредничества окружения ребенка в борьбе между его асоциальными влечениями и требованиями об-ва, важнейшие вопросы исслед. сконцентрировались вокруг того, как родители кормят, отлучают от груди и приучают к горшку своих малышей. Психологи добавили сюда изрядную порцию бихевиоризма, и междисциплинарная сеть кросс-культурных исслед. социализации была развернута.
В нормальных пределах любой культуры С. м., при условии, что он здоров, не меняет основных трансформаций, к-рые происходят с ним в процессе роста и продвижения к положению полноценно функционирующего члена об-ва.
Все культуры заботятся об удовлетворении основных потребностей младенца, так как все дети рождаются беспомощными и не способны выжить без заботы взрослых. Все культуры обладают системой предписаний и запретов в отношении ухода за младенцами и их кормления. Согласно Маргарет Мид, любой младенец становится членом той культуры, в к-рой его воспитывают.
Инвариантные характеристики младенца
Пол. Одной из наиболее заметных характеристик, определяющих С.м. в любой культуре, яв-ся его биолог. пол (sex). С момента рождения пол ребенка будет влиять на то, как с ним станут обращаться другие, навязывать основные поведенческие различия, определять его Я-концепцию и последующую устойчивость половой роли. Однако в возрасте 1 года невозможно определить относительный вклад социализации в различия между полами.
Прочная основа для социализации связанного с полом поведения закладывается еще до рождения ребенка. В США, равно как и в др. странах, отдается явное предпочтение рождению мальчика по сравнению с девочкой, особенно когда будущие родители ждут первого ребенка. Проведенные исслед. ясно показывают, что в североамериканской культуре, по крайней мере, мы начинаем очень рано дифференцировать соответствующее поведение на основе гендера (gender). В целом, мужчины ведут себя с младенцами более стереотипно, в зависимости от биолог. пола новорожденного, тогда как поведение женщин в большинстве аспектов одинаково по отношению к младенцам мужского и женского пола.
Гендерная идентичность чел. неотделима от его Я-концепции. Джон Мани теорет. допускает, что гендерная идентичность приобретается в возрасте 2-3 лет и что любая попытка изменить эту идентичность после 3 лет наталкивается на сопротивление и приводит к психол. стрессу. К 2,5 годам дети достаточно твердо знают свой пол и различают пол взрослых и сверстников.
Развитие. Один очевидный аспект, в к-ром С. м. отличается от социализации более старших детей и молодых взрослых, - быстро меняющееся поведение. В соц., эмоциональном, когнитивном, двигательном и даже морфологическом отношениях начавшие ходить дети имеют весьма отдаленное сходство с новорожденными.
Новорожденные оснащены набором безусловных рефлексов, к-рые на протяжении первого года жизни составляют основу интенциональных умений: хватания и отпускания, сидения, ходьбы, улыбки и "говорения". Эти двигательные умения считаются видовым, наследственным "оснащением", однако любая конкретная культура создает различные условия для их развития у новорожденного.
Подавляющее большинство младенцев пеленают, кого-то "учат" сидеть, а другим никогда не позволяют ползать. В некоторых культурах младенца заворачивают в одеяло и держат в темной комнате в течение первых 3 месяцев. Однако, несмотря на все эти различия в практике воспитания, ребенок выходит из стадии младенчества способным и полностью готовым к тому, чтобы перескочить на следующую стадию развития.
Язык - это неотъемлемый элемент культуры, и потому стать членом языковой общности равносильно социализации, хотя для младенца такая социализация связана с доязыковыми формами коммуникации - предшественниками языка. Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что младенец с рождения является активным участником в своей лингвистической среде. Младенцы демонстрируют тонкую способность к различению звуков языка.
Язык предполагает наличие звуковой системы, и новорожденный приходит в этот мир превосходно экипированным для того, чтобы производить привлекающие внимание звуки. Первой формой коммуникации младенца, рефлекторной по своей природе, яв-ся плач (крик). Детский плач - универсально неприятный сигнал, и взрослые быстро научаются приостанавливать действие этого неприятного раздражителя.
В добавление к фонологическим аспектам язык содержит семиотическую и синтаксическую системы. Семиотика относится к тому аспекту языка, который придает значение звуковой системе, а синтаксис - к закономерностям объединения слов в грамматические предложения.
Язык служит главным средством, с помощью к-рого субъект действия (actor) узнает, насколько значимым он яв-ся в глазах других, и обеспечивает основу для индивидуации - краеугольного камня социализации.
Младенца невозможно научить говорить до тех пор, пока не будет достигнут необходимый и достаточный для этого уровень развития ЦНС. Способность к построению символической системы развивается параллельно с процессом овладения окружающей средой и с приобретением ребенком знания, что объекты существуют независимо от него.
В разных культурах могут придавать особое значение различным аспектам языка. Носители таких языков, как баганда (baganda), миштек (mixtec) и японский, подчеркивают, что младенец должен понимать то, что ему говорят, но от него не требуется отвечать старшим, тогда как итальянцы и американцы активно учат своих малышей говорить. Несмотря на эти различия, взаимодействие между созревающим организмом, теперь уже способным к овладению языком, и языковой средой, приводит к тому, что в возрасте от 3 до 4 лет ребенок становится компетентным в языковом отношении.
Совр. данные свидетельствуют о том, что все люди овладевают языком во многом сходным образом, несмотря на многообразие и сложность языков. Язык - часть культуры чел. и, многим напоминая самого младенца, яв-ся одновременно продуктом социализации и фактором этого процесса.
Агенты социализации
Отец и семья. Маргарет Мид как-то сказала, что отцы являют собой пример биолог. необходимости и соц. случайности. Социологи указывают на семью как систему, подразумевая в качестве ее главного элемента отца, однако, что касается социализации младенца, роль отца состоит в том, чтобы помогать матери.
М. Лэмб высказал предположение, что отцы играют иную, но одинаково важную роль в С. м. Лэмб утверждает, что мать служит для младенца крайне важным источником безопасности, тогда как отец обеспечивает возбуждающую и побуждающую к новым действиям стимуляцию, выполняя в то же время функцию опоры для быстро развивающихся когнитивных способностей младенца. Данные кросс-культурных исслед. показывают, что во мн. культурах участие отцов в уходе за малышами, если оно вообще имеет место, довольно ограничено. Когда отцы все же помогают ухаживать за ребенком, они более активно участвуют в воспитании сыновей, чем дочерей.
Мать. Основная часть С. м. связана с диадой "мать-ребенок". В обычных условиях именно мать принимает на себя заботу по уходу за ребенком в течение периода новорожденности. Характер отношений матери с младенцем обусловлен экономическими факторами, ограничивающими ее время, а также жилищными условиями семьи и количеством ее членов.
Л. Минтёрн и Лэмберт приводят данные о том, что в США матери более сильно опекают малышей по сравнению с матерями в шести других изучавшихся культурах. Американские матери также имеют в своем распоряжении больше времени и пространства, пригодного для ухода за младенцами, и у них меньше детей.
В культуре, где ценятся независимость, индивидуальность и уверенность в себе, мать, скорее всего, будет поощрять и воспитывать у своего маленького ребенка отражающее эти ценности поведение: исслед. окружения, навыки самообслуживания и раннее моторное развитие. Стимулирование или обучение младенцев считается важным для последующего развития.
Всегда существовало неявное предположение, что мать является лицом, ответственным за социализацию. Материнская депривация считалась фактором, вредящим психич. здоровью младенца, а "множественное материнство" (multiple mothering), - по меньшей мере, спорной практикой. Несмотря то что обширные исслед., к-рые провели Каслер, Раттер и Ярроу, не обнаружили сколь-нибудь устойчивых пагубных последствий множественного материнства или иных, нематеринских форм воспитания в период младенчества, отдельные специалисты до сих пор с сомнением относятся к их данным.
Сверстники. Нам гораздо меньше известно о влиянии сверстников как агентов социализации, чем о влиянии др. лиц в окружении младенца. Антропологические исслед. документально подтверждают практику и пользу привлечения др. детей к дополнительному уходу за младенцем, однако систематические обзоры данных в этой области пока недоступны. Вайснер и Галлимор установили на основе анализа кросс-культурных данных, что неродительский уход за ребенком яв-ся либо нормой, либо значимым фактором в С. м. Они обнаружили, что ответственными за нематеринский уход яв-ся, преимущественно, девочки; а из того, что нам известно о развитии маленького ребенка, уход за младенцем, осуществляемый др. ребенком, вероятно, имеет др. последствия, чем обязательный уход за ним со стороны взрослого.
Мы также почти ничего не знаем о соц. взаимодействии между младенцами и о том, как оно сказывается на развитии ребенка. В последнее время отмечено возрождение интереса к взаимоотношениям детей младенческого возраста, и мы уже располагаем некоторыми данными, к-рые подтверждают включенность младенцев в процесс соц. обмена. Нам известно, что отношения со сверстниками подвержены предсказуемым изменениям. Взрослое поведение может быть более предсказуемым по сравнению с поведением младенца, но как только появляется возможность, младенец действительно находит себе товарищей по играм. Правда, нам пока мало известно о том, как эти взаимоотношения изменяют мир развивающегося ребенка.
Младенец. Традиционно исслед. социализации ограничивались теми бросающимися в глаза особенностями окружения ребенка, к-рые считались источником его текущего поведения и/ или причиной будущей структуры личности. Ричард Белл подверг критике наивность представлений о социализации как процессе, происходящем только с развивающимся ребенком, и подчеркнул важность вклада самого младенца в осуществляющийся за ним уход. Новорожденные преадаптированы к соц. обмену. Их поведение в полном смысле слова социально с самого начала. Новорожденный "учит" новоиспеченных родителей тому, как выполнять родительские обязанности, или, в подходящей формулировке одного известного автора: "мужчин и женщин он превращает в отцов и матерей".
Согласно этологам, детеныши любого биолог. вида, выживание к-рых зависит от заботы взрослых особей, обладают внешними признаками, выполняющими функцию релизоров в отношении родительского поведения последних и гарантирующими необходимый уход за новорожденными.
В течение периода созревания младенец демонстрирует реакции, к-рые создают универсально благоприятные условия для формирования родительско-сыновних (дочерних) уз. Джон Боулби перечисляет эти схемы действия в следующем порядке: крик, улыбка, сосание, цепляние, вокализация, смотрение и следование. Малыш всегда подает матери сигналы в отношении ее соц. интеракции. Радость, улыбка и смех показывают чутким взрослым, что младенцу нравится их об-во.
Младенцы постарше могут, фактически, брать на себя главную роль в просоциальном поведении. Их первые игры заключаются в обмене игрушками ("ты - мне, я - тебе"); используя указательный жест, они приглашают к совместному освоению своего мира и самопроизвольно начинают подражать родительскому поведению взрослых. Скорее всего, это универсальное поведение, о к-ром неоднократно сообщали практически все, кто наблюдал за детским поведением.
Нематеринские формы ухода за ребенком. Между типом ухода за младенцами и экономическим строем об-ва существует закономерная связь. В культурах, зависящих от наемного женского труда, альтернативные - нематеринские - формы ухода за детьми становятся неизбежными. Во мн. культурах матери осуществляют непосредственный уход только за грудными детьми. До момента отнятия от груди отношения между матерью и ребенком могут быть необычайно близкими. Во мн. из этих культур няням малыша, обычно старшим сестрам и братьям (включ. двоюродных), может передаваться часть функций по присмотру как за грудными детьми, так и за младенцами, к-рых уже перестали кормить грудью. В культурах, где женщины одной семьи или клана ведут совместное хозяйство, обязанности по уходу за конкретным ребенком нередко возлагаются на многих из них.
В целом ряде промышленных стран нематеринские, осуществляемые вне семьи формы ухода за младенцами яв-ся обычным делом. Франция, Швеция, Бельгия и Италия обеспечивают различные формы нематеринского ухода за маленькими детьми, финансируемые правительством. В России и Китае существует широкая сеть государственных дошкольных учреждений, обеспечивающих присмотр за детьми и их воспитание, начиная с ясельного возраста. Израильские сельскохозяйственные коммуны - кибуцы - служат превосходным примером реализации нематеринского ухода за младенцами, иногда с намерением изменить традиционную западноевропейскую практику социализации.
В США, как и в Великобритании, уход за младенцами осуществляется в их собственных семьях приходящими нянями, либо в др. семьях, к-рые официально или неофициально берутся присматривать за малышами. Такая форма ухода дает матери возможность отдохнуть от непрерывных забот о малыше или получить работу. Т. о., мать выбирает ту форму ухода за ребенком, к-рую она считает наиболее походящей, и потому у нас нет программируемой социализации, как в др. странах.
См. также Связь и привязанность, Дневные дошкольные центры, Развитие в раннем детстве, Развитие младенца, Отношения "родитель-ребенок"
Э. У. Росс

Социальная желательность (social desirability)

Под С. ж. понимается склонность людей представлять себя в преимущественно выгодном свете. В области психол. тестирования понятие С.ж. на протяжении десятилетий вызывало горячие дискуссии. Споры разворачивались вокруг определения С. ж., ее распространенности, проблем, к-рые она вызывает в связи с интерпретацией психол. тестов, и методов ее контроля.
С. ж. в разное время определялась по-разному: как тяготение к культурно санкционированным и одобряемым ответам, как тенденция давать социально желательные ответы на утверждения, предлагаемые для характеристики себя, как склонность описывать себя в терминах, расцениваемых как желательные, или как склонность представлять себя в благоприятном свете. Во всех определениях акцентируется определенный стиль реагирования безотносительно к специфическому содержанию личностной характеристики, к-рую предназначен измерять психол. тест. Отсюда потенциальная проблема для психол. теста состоит в том, представляет ли полученный по тесту высокий балл действительно высокую оценку измеряемой тестом характеристики или скорее тенденцию представлять себя в выгодном свете. Напр., действительно ли высокий балл но тесту, измеряющему честолюбие, отражает высокий уровень честолюбия респондента или тенденцию этого респондента отвечать на пункты теста исходя из желательности ответов? Вероятность существования таких двусмысленных интерпретаций повлекла за собой многочисленные дискуссии и исслед.
Исслед. способов измерения С. ж. привело к выводу о существовании двух аспектов С. ж. Первый касается себя и убеждения в собственной способности. Второй связан с ориентацией на других и может отражать либо межличностную чувствительность, либо сознательное намерение контролировать производимое впечатление. Следует отметить, что индивидуальные тесты, предусматривающие оценку С. ж., могут измерять к.-л. один или оба этих аспекта.
Большинство исслед. полагают, что тесты типа самоотчетов, к-рые разрабатываются без специально предпринимаемых попыток минимизировать влияние этого стиля реагирования, будут подвергаться сильному воздействию С. ж. Поэтому любые интерпретации результатов таких тестов будут двусмысленными и сомнительными. Этой т. зр. противостоит мнение о том, что С. ж. сама является личностной переменной и, следовательно, законным компонентом индивидуальных различий. Напр., можно возразить, что сильное убеждение в собственных способностях (т. е. С. ж.) - вполне законный аспект понятия честолюбия. Однако это порождает следующую проблему: если С. ж. яв-ся компонентом целого ряда разных личностных конструктов (напр. таких, как честолюбие, дружелюбие, аккуратность), то тогда эти конструкты не оказываются независимыми и не должны считаться таковыми ни с теорет., ни с эмпирической т. зр.
Для преодоления влияния С. ж. на результаты тестов типа самоотчетов предложен ряд методов. Во-первых, при разработке теста можно использовать формат вынужденного выбора ответов. Вслед за этим варианты ответов на любой пункт должны быть уравнены с т. зр. их С. ж. Во-вторых, можно отобрать тестовые пункты, к-рые в большей степени репрезентируют психол. понятие интереса, чем С. ж. Это требует использования стратегии разработки теста, предполагающей такую форму отбора пунктов из более широкой совокупности тестовых стимулов, при к-рой отбираемые пункты к.-л. образом оценивались на соответствие содержанию и устойчивость к искажающим влияниям (напр., С. ж.). В-третьих, можно разрабатывать тестовые инструкции таким образом, чтобы они снижали вероятность того, что респонденты будут отвечать исходя из С. ж. В такие инструкции, напр., может включаться подчеркивание анонимности исслед. или предупреждение о том что неточные ответы могут оцениваться. В-четвертых, влияние С. ж. может статистически исключаться из тестовых показателей на этапе обработки ответов. Это предполагает включение в состав теста специальной шкалы С. ж., оценки по к-рой затем использовались бы для корректировки показателя по интересующей психол. характеристике.
См. также Оценка личности, Я-концепция, Самооценка, Методы тестирования
Р. Р. Холден

Социальная изоляция (social isolation)

Изоляция детей от положительного межличностного контакта может лишать их важных компонентов социализирующего опыта. Длительная изоляция может вызывать или увеличивать несоответствия в соц. адаптации, приводя тем самым к ухудшению соц. приспособления в последующие годы. Гарри Харлоу первым продемонстрировал те разрушительные воздействия, к-рые может оказывать полная изоляция на соц. развитие молодых обезьян. Обезьяны, находившиеся в условиях изоляции в первые 6 месяцев жизни, впоследствии обнаруживали крайне аномальное соц. поведение - они выглядели испуганными, противились любым соц. контактам и пытались уклониться от них.
Хотя дети никогда не растут в условиях полной изоляции, умеренные формы соц. депривации могут вызывать заметные задержки и дефициты развитии. Напр., младенцы, воспитывающиеся в детских учреждениях или испытывающие недостаток поддерживающего участия со стороны постоянного ухаживающего за ребенком лица, часто обнаруживали отставание во мн. областях развития, включая речевые и коммуникативные навыки, физ. способности, чувствительность (responsivity) и выражение эмоций.
Дети, изолированные от положительных контактов со сверстниками, зачастую обнаруживают в дальнейшем трудности в соц. приспособлении. Тихие и необщительные дети, к-рых недолюбливают и игнорируют одноклассники, с большей вероятностью, в сравнении с их социально успешными сверстниками, сталкиваются с рядом проблем во взрослом возрасте, от академической неуспеваемости до преступности и психиатрических заболеваний. С.и. в детстве может усиливаться тревожностью и недостаточными соц. навыками.
См. также Потребность в аффилиации, Отчуждение, Деиндивидуализация, Полезависимость, Исследование социального климата
К. Л. Бирман

Социальная поддержка (social support)

С. п. имеет отношение к совокупному выигрышу в благополучии, к-рый люди получают от своих взаимоотношений с другими. Эмпирическое изучение С. п. началось сравнительно недавно, возникнув в рамках соц. эпидемиологии и общинной психологии (community psychology). С конца 1970-х гг. было опубликовано огромное количество эмпирической литературы, однако большая часть работы в этой области проводилась без надлежащего предварительного концептуального анализа.
Концептуальные проблемы и проблемы измерения
С.п. относится к разряду сильных, но весьма расплывчатых идей. Первоначально, исследовательский прогресс серьезно сдерживался отсутствием четко определенных релевантных конструктов. Интерпретации С. п. чрезвычайно различались в отношении диапазона соц. отношений, форм помощи, и актуальных или воспринимаемых аспектов поддержки, считавшихся релевантными этому понятию. Концептуальная неразбериха привела к нарастанию числа некачественных измерений, расплывчатой теории и неточно конструируемым и проверяемым гипотезам.
Поддержка как транзактный процесс. К середине 1980-х появились несколько важных концептуальных разграничений. Во предложил рассматривать социальную поддержку как метаконструкт, включающий три компонента: сетевые ресурсы поддержки (support network resources), поддерживающее поведение (supportive behavior) и оценки поддержки (support appraisals). Эти конструкты относятся соответственно к сети людей, предоставляющих помощь, конкретным актам помощи, и оценкам таких ресурсов и помощи со стороны находящего в центре чел. (the focal person's evaluative appraisals of such resources and assistance). Такая позиция открыто признает концептуальную легитимность нескольких "подходов" к С. п.: их следует рассматривать не как взаимоисключающие альтернативы, а как компоненты в сложном процессе транзакций между чел. и соц. окружением. То есть, люди активно формируют и поддерживают сетевые ресурсы, мобилизуют их при необходимости получения помощи и оценивают последствия. Кроме того, этот процесс осуществляется в экологическом контексте, который накладывает ограничения на то, как будут формироваться и использоваться ресурсы поддержки. В этой появившейся концептуализации, "социальная поддержка" и ее влияние на благополучие оказываются гораздо более сложными, чем это представлялось ранее.
Формы поддержки. Различия между формами поддержки проводились и ранее, однако при этом часто происходило смешение ее разновидностей и отсутствовала единая терминология. Обзоры существующих типологий форм поддержки позволяют говорить о наметившемся консенсусе в отношении шести форм поддержки: эмоциональной, руководящей, основанной на обратной связи, социализирующей, практической и материальной.
Измерение. Уже упомянутая первоначальная концептуальная путаница наносила серьезный ущерб измерению С. п. В ранних исслед. использовались практически невоспроизводимые другими меры, о надежности и валидности к-рых не было никаких данных. Концептуальное урегулирование привело к значительному улучшению качества измерений. Стали публиковаться исслед., в к-рых использовались меры с установленной надежностью и валидностью, позволяющие измерять сетевые ресурсы поддержки, поддерживающее поведение и оценку поддержки. К числу сохраняющихся недостатков относится дефицит мер поддерживающего поведения, акцент на глобальной удовлетворенности в мерах оценки поддержки, и самое главное - несостоятельность большинства мер в том, что касается дифференциации различных форм поддержки.
Социальная поддержка и благополучие
Основным источником интереса к С. п. являлась ее перспективность в роли потенциально важного фактора психол. и физ. благополучия (well-being).
Буферная и прямая модели. В соответствии с буферной моделью (buffer model), поддержка смягчает (или "амортизирует") воздействие стрессоров на благополучие. Эта модель была призвана помочь в объяснении сравнительно слабых взаимосвязей между жизненным стрессом и заболеванием. Прямая модель (direct model) просто констатирует, что поддержка оказывает благотворное влияние на благополучие независимо от стрессоров.
Эмпирическая поддержка этих моделей дала смешанные и неубедительные результаты. Некоторые критики обнаружили свидетельства в пользу буферной модели, другие их не обнаружили, а третьи пришли к выводу, что буферные или прямые эффекты проявляются лишь при определенных условиях.
Кесслер и Мак-Леод классифицировали исслед. по типу используемых авторами мер поддержки. Они пришли к заключению, что свидетельства в пользу буферной или прямой модели появлялись в зависимости от того, отражали ли эти меры оценки поддержки или сетевые ресурсы соответственно. Объяснения требует не только наличие этой особенности, но также ее отсутствие в позднее опубликованных исслед., где эффекты иногда проявлялись только в отношении определенных выборок или мер дистресса. Некоторые меры поддержки обнаруживают даже ее положительную связь с заболеванием (см. статью Schwartzer & Leppin, 1991, посвященную метаанализу). Наконец, мобилизация поддержки может приводить к полезным или пагубным последствиям для благополучия, в зависимости от др. ресурсов. Такие сложности привели многих исследователей к убеждению, что слишком простые буферная и прямая модели не могут дать удовлетворительного согласования ни с эмпирическими данными, ни с зарождающимся транзактными моделями С. п.; очевидно, они изжили свою полезность.
Альтернативные модели. Ряд авторов рассмотрели несколько альтернативных моделей, к-рые не предполагают независимости между стрессорами и поддержкой (это же имплицитно подразумевали и предыдущие модели). Такие модели допускают, что стрессоры могут мобилизовать поддержку, к-рая в свою очередь снижает дистресс; что поддерживающие сети могут порождать стрессоры наряду с предоставлением благотворного ресурса; что поддержка, вероятно, гл. обр. предохраняет от стрессоров; и что эти эффекты могут зависеть от экологического баланса между способностью сети оказать поддержку и запрашиваемой поддержкой. Такие модели позволяют учесть ряд различий в конкретных результатах исслед.
Модели специфичности. Коэн и Мак-Кей предложили свой вариант буферной модели: поддержка будет смягчать действие стрессоров лишь тогда, когда она точно соответствует требованиям к совладанию (coping demands) с этими стрессорами. В своем обзоре Коэн и Уиллс применили эту модель для объяснения расхождений в результатах исслед. буферных эффектов. Несмотря на спорность использованной ими классиф. мер, большинство буферных эффектов, наблюдаемых для "функциональных" мер (в особенности глобально функциональных в сравнении с оценочными мерами), оказались согласующимися с предсказаниями. Катрона разработал более детальную модель оптимального соответствия (optimal matching), к-рая опирается на типологии видов поддержки и стресса. Результаты обзора обеспечивают поддержку этой модели. Хотя и не без проблем, оптимальное соответствие вероятно окажется ведущей темой большинства будущих исслед.
Механизмы влияния поддержки. Модели специфичности выводят на передний план потребность в формулировке того, каким образом поддержка может смягчать эффекты стресса. Было предложено несколько механизмов: поддержка может предотвращать появление стрессора, облегчать точную оценку, способствовать адекватной переоценке, осуществляться непосредственно в соответствии с запросом, предлагать варианты совладания, придавать силы, и содействовать восстановлению эмоционального равновесия. До сих нор эти механизмы редко становились предметом эмпирическим исслед. или проверялись, вероятно подразумевая прямые эффекты поддержки.
Перспективы дальнейших исследований
В центре внимания будущих исслед. по С. п., вероятно, окажется ряд проблем. Во-первых, транзактная модель поднимает множество вопросов в отношении развития и использования ресурсов поддержки и того, каким образом такие процессы формируются личностными и экологическими факторами. Во-вторых, в будущих исслед. предстоит интегрировать понятия С. п. в более традиционные области психологии, связанные с личностью, развитием и личными отношениями. В-третьих, в модели поддержки будут лучше интегрированы негативные аспекты соц. связей. Наконец, будут внедряться и оцениваться иные (чем повсеместно распространенные группы поддержки) вмешательства, связанные с соц. поддержкой. Люди улучшают свои эмоциональные, информ., физ. и материальные ресурсы при помощи семьи и друзей. Исследователи только приступили к распутыванию этих сложных процессов С.и.
См. также Зависимость, Зависимая личность, Социальная желательность, Социальная изоляция
А. Во

Социальная психология (social psychology)

С. п. служит мостом, соединяющим интересы психологии, с се акцентом на индивидууме, с социологией, с ее акцентом на соц. структурах. В качестве области, она яв-ся такой же старой, как и те две дисциплины, в к-рых она берет начало, однако она не обладала четко выраженной индивидуальностью вплоть до начала XX столетия.
Расцвет С. п. обычно связывают с одновременным появлением двух учебников под этим названием, автором одного из которых был Росс, а другого - Макдугалл. Работа Росса явилась отражением его предыдущего увлечения анализом коллективного поведения, в ней не делалось акцента на поведении индивидуума в соц. контексте. В отличие от пего, Макдугалл делал акцепт на индивидуальном поведении и широко трактовал механизмы и тенденции поведения.
Еще один импульс к развитию в этот ранний период С. п. получила от "формальной" социологии, основным представителем к-рой являлся Зиммель. Во многих отношениях работы Зиммеля рассматриваются как важный источник вдохновения для последующих усилий в изучении групповой динамики и малых групп.
Большинство событий, происходивших в течение этого раннего периода становления С. п., оказывались сравнительно изолированными по своему воздействию.
В период после окончания Второй мировой войны эта область переживала бурный рост, выразившийся в появлении сотен журналов, посвященных С. п. и ее субдисциплинам, и массы книг и монографий. Ко всему прочему, этот рост сопровождался событиями, к-рые разрушили междисциплинарные барьеры. Следует особо отметить, что совр. период развития С. п. совпал с усилением тенденции к движению в сторону прикладной науки, и С. п. решительно включилась в него. Область ее интересов простиралась от вопросов анализа соц., этнических, расовых, половых и др. факторов во внутригрупповых и межгрупповых отношениях до более эксплицитного изучения политики в частных и общественных секторах под рубрикой оценочных исслед. (evaluation research).
До 1930-х гг. в С. п. не наблюдалось заметного прогресса. Единственным исключением являлись работы Олпорта, изучавшего влияние присутствия группы на продуктивность деятельности. Плодотворный период в годы, последовавшие за депрессией, включал работы Левина и его учеников, разрабатывавших теорию поля и групповой динамики. В это же время Морено и его коллега, Дженнингс, успешно развивали социометрический анализ, и наряду с ним комплекс дополнительных процедур, включ. ролевые игры и психодраму. Более аналитические материалы, полученные из наблюдений развитием детей, были проинтерпретированы благодаря усилиям таких ученых, как Мид. Теорет. интересы фрейдистов также затронули область С. п., прежде всего благодаря академическим интерпретаторам, а работы Фромма, напр., быстро приобрели довольно широкую известность среди социологов. Появились опросы общественного мнения, и академическая база исслед. мнений и аттитюдов становилась твердой основой для таких исслед. Вероятно, межевым знаком при переходе к периоду после Второй мировой войны может служить публикация Мёрфи и коллег, к-рые обобщили большинство фундаментальных исслед. того периода и отчетливо констатировали, что, являясь эксперим. областью, основанной на систематическом изучении, С. п. имеет фундаментальное ядро и совокупность обоснованных приложений.
С т. зр. накопления массивов данных и их интеграции в теорию, С. п. страдает тем же недостатком, что и большинство общественных и психол. наук. Прогресс здесь остается слабым, несмотря на возросшую активность, особенно в период после Второй мировой войны. Тем не менее доступность компьютеров, осознание ограничений результатов экспериментов и наблюдений, полученных на сравнительно небольших выборках, и рост более общей ткани коммуникации между дисциплинами позволяет говорить о том, что С. п. предоставляет как благоприятные возможности, так и потенциал для научного прогресса.
См. также Описательная психология, Обсервационные методы
Э. Ф. Богатта

Социальная психофизиология (social psychophysiology)

С. п. характеризуется использованием неинвазивных (неразрушающих) методов для изучения связей между реальными или воспринимаемыми физиолог. явлениями и вербальными или поведенческими эффектами совместной деятельности и общения людей. Эта область исслед. находится на пересечении соц. психологии и психофизиологии. Соц. психология, старшая из двух дисциплин, нацелена на понимание сообщаемых и поведенческих эффектов объединения людей, тогда как психофизиология использует неинвазивные методы для изучения взаимосвязей между физиолог. явлениями и сообщаемым или реальным поведением конкретного чел. С. п. возникла на основе этих разнонаправленных дисциплин в целях понимания психол. значения физиолог. явлений и объяснения сложного поведения с т. зр. биологии.
Взгляд на челов. поведение, выражаемый С. п., нельзя назвать новым: первые упоминанания о нем датируются, по меньшей мере, III в. до н. э.
Статьи, несущие на себе печать социопсихофизиологического подхода, начали появляться в психол. литературе в 1920-х гг.; они содержали сообщения об изменении дыхания блефующих игроков в покер и о кожно-гальванических реакциях студентов, обнаруживающих сходство своих аттитюдов с аттитюдами некоторых сверстников. Первая сводка эмпирических исслед. в С. п. была опубликована Капланом и Блумом в 1960 г. Этот обзор был посвящен физиолог. конкомитантам соц. статуса, соц. санкции, описания текущего положения (delineation of the situation) и эмпатии. Выражался оптимизм по поводу того, что область С. п. уже достигла совершеннолетия. В то же самое время Джон Лейси опубликовал критическую и, надо сказать, весьма убедительную статью, в к-рой указывал на низкую согласованность сообщаемых в литературе результатов, явно не достаточную для того, чтобы использовать их для наведения мостов между психофизиологическими данными и психол. конструктами.
Тем не менее исслед. взаимодействия соц. и физиолог. систем становились все шире по своей тематике, и число их продолжало неуклонно расти. В 1962 г. Шехтер и Сингер опубликовали статью, посвященную их влиятельной двухфакторной теории эмоций, в к-рой они утверждали, что ощущения, вызываемые значительным и неожиданным усилением физиолог. возбуждения (arousal), могут переживаться как очень разные эмоции, в зависимости от обстоятельств, изменяющихся совместно с этими ощущениями. Лейдерман и Шапиро представляли иное направление исслед., в рамках к-рого были получены данные о поразительном воздействии соц. факторов, напр. группового давления, на физиолог. реагирование.
Однако притягательность психофизиологических методов умерялась тремя труднопреодолимыми барьерами: а) малочисленностью концептуальных связей между психофизиологическими данными и социально-психологическими конструктами; б) технически сложной и дорогостоящей аппаратурой, необходимой для сбора, анализа и интерпретации психофизиологических данных в социально-психологических парадигмах; в) неизбежным противопоставлением социально-психологических и психофизиологических методик в работах по валидизации конструктов.
Для преодоления этих барьеров были разработаны три разные стратегии. Одна заключалась просто в отклонении физиолог. факторов как релевантных при изучении соц. познания и поведения, по крайней мере в настоящее время, и в отклонении соц. факторов как слишком молярных (too molar), чтобы содействовать пониманию психофизиологических отношений. Вторая стратегия состояла в том, чтобы при изучении соц. процессов считать важным только тот физиолог. фактор, к-рый связан с рассеянными и различимыми изменениями физиолог. возбуждения. Эта позиция оправдывала проведение исслед. с минимумом или вообще без психофизиологического регистрирующего оборудования и соответствующих знаний, поскольку из нее следует, что любая физиолог. реакция, или даже чувствительные меры интероцептивных ощущений, отражают физиолог. возбуждение индивидуума в каждый данный момент.
Третий подход чаще предполагал совместные усилия психофизиологов и соц. психологов. Вытекающая из него стратегия состояла в сужении широты изучаемого соц. вопроса при одновременном увеличении глубины (уровня) анализа. Специфические паттерны физиолог. реакций считались отражающими и/или влияющими на специфические соц. процессы. Иллюстрирующие этот подход эксперименты характеризуются параллельным измерением многих физиолог., вербальных и/или поведенческих реакций во время одного сеанса, а также интерпретациями, учитывающими высоко специфичные, реципрокные и (по крайней мере на начальном этапе) биологически адаптивные влияния между соц. и физиолог. системами.
Возрастающая для исследователей полезность знаний о различных уровнях поведения, от физиолог. до социокультурного, привела в 1980-х гг. к сближению между этими тремя стратегиями, происходившему по мере преодоления указанных выше барьеров на пути исследований в С. п. Неэлектрофизиологические методы, разработанные на более ранних этапах развития С. п. для изучения влияний "возбуждения" на соц. процессы, напр., поставили интересные вопросы касательно реального физиолог. базиса полученных данных. Это, в свою очередь, привело к исслед. симптомов и ощущений людей, связанных с разнообразными паттернами соматических и автономных (вегетативных) реакций.
См. также Физиологическая психология (нередукционистский подход), Социальная психология
Дж. Т. Касиоппо

Социальная фобия (social phobia)

С. ф. впервые была официально признана диагностической категорией в третьем издании DSM-III АПА в 1980 г., когда это расстройство было включено в группу тревожных расстройств. В пересмотренном издании DSM-III-R, опубликованном в 1987 г., диагностические критерии описывают С. ф. как "стойкую боязнь одной или более ситуаций (соц. фобических ситуаций), в к-рых индивидуум подвергается возможному внимательному наблюдению со стороны окружающих и испытывает страх сделать что-либо, что вызовет у него чувство унижения или замешательство". При С. ф. человек боится одной или неск. различных ситуаций. При генерализованной С. ф. человек избегает большинства соц. ситуаций. В качестве примеров С. ф. в DSM-III-R приводятся неспособность продолжать разговор на публике, страх подавиться едой в присутствии других или сказать к.-н. глупость в соц. ситуации. К др. критериям относятся: а) неизменная "немедленная реакция тревоги" при воздействии на человека специфических фобических стимулов; б) избегание (или выдерживание при интенсивной тревоге) фобической ситуации; в) как правило, нек-рые помехи в соц. активности и отношениях с окружающими, включая работу, и г) осознание того, что страх является "чрезмерным и иррациональным". Диагноз С. ф. ставится лишь при соответствии симптомов критерию (в) или при наличии "выраженного дистресса вследствие страха". Расстройство обычно появляется в позднем детстве или в отрочестве; в среднем начало расстройства, как об этом многократно сообщалось, приходится на 16 лет, а средний возраст всех больных с этим расстройством - ок. 30 лет. С. ф. появляется с одинаковой частотой у мужчин и женщин.
Избегающий тип личности может проявляться одновременно с С. ф. При этом расстройстве личности человек уклоняется от "соц. или профессиональной деятельности, предполагающей значимый межличностный контакт" в то время как при С. ф. индивидуум избегает гл. обр. определенных ситуаций. Высказывалось и мнение о том, что различие здесь чисто количественное - из двух расстройств избегающий тип личности является более тяжелым, затрагивающим всю соц. жизнь человека и очень изматывающим. Кроме того, страдающие С. ф. люди очень хотят обрести способность свободно действовать в пугающей их соц. ситуации и готовы даже иногда страдать от последствий добровольного включения в нее, тогда как человек с избегающим типом личности обычно избирает уклонение от межличностного взаимодействия в качестве своей осн. стратегии.
Вероятность того, что С. ф. может сосуществовать с др. расстройствами первой оси DSM-III-R, довольно высока. Коморбидность с С. ф. чаще всего выявляется при ГТР (33,3%) и простой фобии (11,1%). Хотя страдающие С. ф. могут сообщать о панических приступах в определенных соц. ситуациях (факт, к-рый может приводить к неправильной диагностике), пациенты с паническим расстройством гораздо больше озабочены возможной потерей контроля над функциями организма или страхом сойти с ума. Напротив, больных С. ф. страшит гл. обр. негативная оценка окружающих - важное отличие этого расстройства от др. социально обусловленных тревог, обнаруживающихся в широком спектре др. тревожных расстройств. Короче, наиболее очевидной основой для разграничения является то, чем именно вызывается страх.
Оценка
Опубликованы обзоры когнитивных и поведенческих методов для оценки С. ф. К числу широких обзоров страхов относится Программа обследования страхов (Fear Survey Schedule, FSS) - общее обозрение наблюдаемых в клинике страхов, содержащее подборку пунктов, относящихся к разновидностям соц. тревоги. Оценки по этим пунктам FSS оказались связанными с эффективностью тренинга соц. навыков и с др. показателями тревоги, что можно рассматривать как доказательства валидности данной шкалы, позволяющие использовать ее для оценки С. ф. Опросник страхов (Fear Questionnaire, FQ) имеет для измерения С. ф. специальную подшкалу, оценивающую избегание пяти соц. ситуаций. Было показано, что FQ успешно дифференцирует результаты когнитивных и поведенческих вмешательств с целью преодоления С. ф.
Среди множества опросников, специально предназначенных для измерения соц. тревоги, два цитируются наиболее часто в клинических исслед. Это Шкала социального избегания и дистресса (Social Avoidance and Distress, SAD) и Шкала страха отрицательной оценки (Fear of Negative Evaluation, FNE). Обе они разработаны Уотсоном и Фрэндом. В ряде недавно опубликованных работ по изучению эффективности терапии подтверждена полезность обеих этих шкал для оценки изменения С. ф. в результате клинических вмешательств.
Программа интервью пациентов с тревожными расстройствами (Anxiety Disorders Interview Schedule, ADIS) входит в число наиболее широко используемых методов поведенческого интервью для оценки тревоги и фобий. Используется тж модификация этой методики (ADIS-R), разработанная Ди Нардо и его сотрудниками, к-рая, как оказалось, имеет высокую надежность оценщика (при оценивании С. ф.).
Самым распространенным методом оценивания клиента в актуальной фобической ситуации является метод самоконтроля. Этот метод идеально подходит для получения информ. о типе соц. взаимодействия, степени выраженности испытываемой тревоги, предпосылках и последствиях определенного поведения, продолжительности взаимодействия, участвующих лицах и др. аспектах проблемных ситуаций страдающего С. ф. человека.
Лечение
В своем обзоре 17-ти исслед., посвященных изучению терапии С. ф., Хаймберг отмечает, что во всех исслед. приводятся положительные результаты терапии вне зависимости от формы вмешательства. Широкое разнообразие манипуляций мешает сделать дополнительные выводы об относительной эффективности использовавшихся терапевтических методов, к-рые включали тренинг соц. навыков (ТСН), систематическую десенсибилизацию, десенсибилизацию самоконтроля, методику наводнения (применяемую в реальной и воображаемой обстановке), обучение управлению тревогой и неск. типов когнитивного реструктурирования.
В двух исслед. результатов терапии была подтверждена эффективность ТСН и РЭТ, хотя первый метод по нек-рым характеристикам имеет небольшое (статистически незначимое) преимущество. Кроме того, показано, что ТСН не более эффективен в лечении "поведенчески реагирующих" ("behavioral reactors") пациентов по сравнению с "когнитивно реагирующими" ("cognitive reactors"); не обнаруживается такой же разницы и при лечении методом РЭТ. Как и все предшествующие работы по изучению эффективности лечения С. ф., они тж подтвердили, что "не существует какой-то одной стратегии лечения, к-рая превосходила бы все остальные".
Влазло и др. тоже проверяли эффективность ТСН как метода терапии С. ф. Эффект лекарственных вмешательств изучался Левином, Шнайером и Либовицем.
См. также Анксиолитики, Совладание, Симулятивные расстройства, Страх, Фобии, Тренинг социальных навыков
Дж. Г. Карлсон

Социальное влияние (social influence)

Любое челов. взаимодействие предполагает власть и влияние. Умение влиять на других и принимать ответственность за такое влияние составляет важную сторону жизни чел. С. в. может рассматриваться с двух различных т. зр.: с позиции черт-факторов (trait-factor) и с позиции динамики-взаимозависимости (dynamic-interdependence).
Подход с позиции черт-факторов. При взгляде с позиции черт-факторов С. в. представляется функцией характеристик а) лица, оказывающего влияние, б) лица, испытывающего влияние, и в) самой попытки влияния. В период после Второй мировой войны самым значительным приложением подхода с позиции черт-факторов к С. в. явилась Йельская программа изменения аттитюдов (Yale Attitude Change Program) под руководством Карла Ховланда. Основная часть исслед. в этой программе была сконцентрирована в той области, где эта позиция наиболее сильна, а именно в области изучения эффектов отдельных попыток оказания влияния через СМИ. В каждой из этих ситуаций контакт между коммуникатором и получателем сообщения носит непродолжительный и разовый характер. Кроме того, такая коммуникация является односторонней; в ней отсутствует взаимодействие между двумя сторонами. Поскольку единичные случаи односторонней коммуникации являются по существу статическими, при их анализе чрезвычайно полезным оказывается подход с позиций черт.
Реализация С. в. рассматривается как передача вызывающим доверие и привлекательным коммуникатором эффективно организованного сообщения уязвимой или подверженной влиянию аудитории. Исследователи черт-факторов предполагают, что люди яв-ся рациональными в способе, к-рым они перерабатывают информ., и мотивированными уделять внимание сообщению, усваивать его содержание и встраивать в свои аттитюды.
Эффективность попыток чел. реализовать власть над другими возрастает, если он оказывается привлекательным и вызывает доверие; если он формулирует свои сообщения так, чтобы в них выражались позиции двух сторон, чтобы они были ориентированы на действия и отличались от существующих убеждений членов аудитории; если получатели обладают низкой самооценкой, рассматривают свои подвергающиеся изменению аттитюды как второстепенные для них и не предупреждены о попытке оказать на них влияние; если позиции разыгрываемых ролей согласуются с их собственными, если они не имеют опыта в отстаивании своей позиции или находятся в смятении во время передачи сообщения и, вдобавок ко всему, если они не обладают высоким интеллектом. Однако, подход к влиянию с позиций черт-факторов обнаруживает свою слабость как в логическом, так и эмпирическом отношении, в ситуациях, где две или большее число участников коммуникации находятся в постоянном взаимодействии.
Подход с позиции динамики-взаимозависимости. В процессе взаимодействия с др. людьми мы постоянно оказываем влияние и подвергаемся влиянию со стороны этих других. Взаимодействующие люди постоянно изменяют и приспосабливают свое поведение для того, чтобы не утратить согласованности друг с другом.
При подходе с позиций динамики-взаимозависимости С. в. рассматривается как атрибут взаимоотношений, а не личности. В рамках взаимоотношений, обоюдное влияние существует в той степени, в которой каждый может воздействовать на достижение другим его цели. Чем большей степенью сотрудничества характеризуются взаимоотношения, тем больше проявляется взаимозависимость в достижении цели и тем большее влияние люди могут оказывать друг на друга. По причине взаимного влияния для успешного достижения цели необходима координация поведения отдельных людей. Коммуникация, принятие решений, лидерство, разрешение конфликтов и др. аспекты взаимодействия предполагают взаимное С. в. Вовлечение в соц. взаимодействия оказывается неизбежным, а оно осуществляется через реализацию обоюдного влияния, к-рое делает взаимоотношения удовлетворяющими и продуктивными.
С. в. можно определить как контроль одного чел. над ресурсами, представляющими ценность для др. чел. С. в. зависит от соотношения удовлетворяющих потребности ресурсов у участников взаимодействия. Ресурсами могут быть информ., прямая помощь в достижении цели, способность других влиять на затраты, связанные с реализацией человеком поведения, направленного на достижение цели, и их способность вознаграждать такое поведение. Успешность попыток С. в. определяется не наличием у чел. реальных ресурсов, а его восприятием их наличия.
Сознательное планирование того, каким образом лучше всего оказывать влияние на др. людей, может показаться посягательством на их свободу выбора и самоопределения. Однако существует различие между использованием влияния и манипуляцией. Любое челов. взаимодействие предполагает обоюдное влияние; манипуляция яв-ся определенным типом влияния. Манипуляция - это управление другими или осуществление контроля над ними путем ловкого и расчетливого использования влияния (в особенности несправедливым и нечестным образом) ради своих собственных целей и выгод.
В рассмотрении того, как приобретается и используется С. в., многие поведенческие науки уделили особое внимание его ресурсам. Существует шесть возможных источников С. в. чел.: его способность вознаграждать и принуждать; его законное положение (legal position); его способность быть референтом, с к-рым хотят идентифицировать себя другие; его компетентность (expertise); и его информированность. Каждый из этих ресурсов позволяет оказывать влияние на других.
См. также Реклама, Процессы коммуникации, Пропаганда
У. Джонсон

Социальное патронирование (social casework)

С. п. - это метод консультирования, применяемый специалистами, занятыми в сфере соц. работы, для оказания помощи отдельным людям и семьям, нормальная жизнь к-рых нарушена биопсихосоциальными проблемами. С. п. сочетает в себе стратегии улучшения соц. условий жизни с методами клинической практики. Данный метод зародился в процессе работы обществ милосердия Англии и Соединенных Штатов в конце 70-х гг. XIX в. С ним были связаны имена ученых, в том числе Дж. Стэнли Холла, идеи к-рых внесли вклад в новую научную филантропию.
Развитие метода социального патронирования
Опубликованная в 1917 г. книга Мэри Ричмонд "Социальный диагноз" (Social diagnosis) отразила дух того времени, собрав воедино и легализовав в сфере соц. работы многие конепции мед. модели. Эта важная работа подчеркивала необходимость соц. преобразований, наряду с систематическим сбором данных о поведении людей и оценкой фактов, для того, чтобы раскрыть причины болезней об-ва и способы их лечения.
В 20-х и 30-х гг. XX в. привнесение психоаналитических концепций Фрейда в С. п. привлекло внимание специалистов к индивидуальным процессам и поведению в рамках исслед., диагностики и лечения. Это событие привело к ослаблению традиционной направленности соц. работы на проблемы условий жизни и соц. поведения.
Далее на С. п. оказали влияние различные публикации в период 1940-1950-х гг. Гордон Гамильтон сосредоточился на связях между личным поведением и соц. ситуацией, предоставляя психол. перспективу. Др. основной темой было активное вовлечение клиента в процесс изменения.
Опираясь на идеи Джона Дьюи, Хелен Перлман представила модель практ. работы, в к-рой подчеркнута значимость соц. ролей клиента и стадий процесса решения проблем. Т. о., практика С. п. развивалась в направлении все большей интеграции соц. реформирования с достижениями социологии и концепциями психоаналитической теории. Тем временем сама эта теория трансформировалась из психологии Оно к психологии Я.
Социальное патронирование как профессиональное обозначение
Возродившаяся озабоченность проблемами бедности и тяжелых условий жизни на протяжении 1960-х и 1970-х гг. подняла серьезные вопросы об уместности и эффективности С. п. Спорный вывод Фишера о том, что С. п. отдельных лиц и семей не яв-ся эффективным, ускорил проведение серьезной самопроверки и самоанализа профессиональной деятельности соц. работников, что завершилось формированием нового представления о С. п. как обозначении профессии, а не как методологической категории.
Современные подходы к социальному патронированию
Большинство тех, кто профессионально занимается С. п., в настоящее время объединяют в своем лице функции клинического врача, специалиста по изменению окружающей среды и посредника/адвоката. Часто преобладающей яв-ся клиническая роль. Основной моделью работы яв-ся один или несколько из описанных ниже подходов.
Психосоциальная терапия. Особое значение придается оценке, диагностике и воздействию, основанным на фрейдистской психоаналитической теории, дополненной более совр. концепциями, относящимися к теории коммуникации и теории систем, семейной терапии, кризисным вмешательствам и плановому краткосрочному лечению.
Семейная терапия. Работа с семьей яв-ся важной частью деятельности специалиста по С. п. Воздействия направлены на создание изменений в семье в целом. Семейная терапия была разработана на основе синтеза идей психоанализа и теорет. конструктов, относящихся к коммуникации, гомеостазу, соц. системам и ролям. Используется большое число различных моделей семейной терапии, включ. эмпирические, структурные и поведенческие подходы.
Кризисное вмешательство. Специалисты по С. п. часто сталкиваются с кризисными клиентами, требующими краткосрочной помощи. Понятие кризисного вмешательства было выведено на основе исслед. людей в ситуациях природных или соц. бедствий. Состояние кризиса рассматривается не как заболевание или патология, но как возможность способствовать росту клиента. Этот подход привлекает стратегии и методы из традиционных и более современных моделей С. п. Тем не менее отличительным аспектом яв-ся скорее сосредоточение на ограниченных целях, нежели попытки глубокого личностного изменения или др. деятельности, требующей времени.
Поведенческий подход. Соц. работники приняли на вооружение поведенческие методы и методики из психологии в ответ на потребность в эмпирически обоснованном подходе к практике. Воспитатели и практикующие специалисты применяли поведенческие методы в различных вариантах практ. ситуаций. Предметом особого интереса для этих профессий являлось использование планов исслед. на одном объекте и когнитивных методик.
Проблемно-ориентированная практика. Основанный на исслед. С. п., установивших более высокую эффективность краткосрочного воздействия, этот подход первоначально рассматривался как общая схема использования методик из целого ряда моделей С. п. Тем не менее такие его главные черты, как точное формулирование задач клиента, к-рые должны быть решены, и пристальное внимание к результату, лучше всего согласуются с поведенческим подходом.
Эклектический подход к социальному патронированию. Заявив о неэффективности традиционной модели практической работы, Фишер создал то, что он назвал эклектическим подходом к С. п. В подходе Фишера использованы принципы и методики, к-рые, как очевидно показала практика, ведут к успешным конечным результатам для клиентов. Ниже указаны четыре главных компонента эклектического подхода: а) структурированные методики, такие как использование контракта, установление ограничений времени встреч, планирование и постановка целей; б) методики модификации поведения, включающие в себя моделирование, подкрепление и систематическую десенсибилизацию; в) когнитивные методики, нацеленные на коррекцию "ошибочного" хода мыслей; г) коренные условия помощи - эмпатия, теплота и искренность терапевта.
Жизненная модель практики социальной работы. Самым последним прибавлением в семействе моделей С. п. стала жизненная модель (life model), основанная на экологической перспективе. Кэрол Джермейн и Алекс Гиттерман разработали этот подход, позволяющий в большей степени удовлетворить требования обширных целей соц. работы, чем модели, ориентированные скорее на клинический подход. Экологическая перспектива подчеркивает важность реципрокных отношений между организмами и их окружением, так же как в экосистемах. Жизненная модель направлена на усиление адаптивных способности людей и оказывает влияние на их соц. окружение. Эта модель обеспечивает наиболее всеобъемлющую на сей день т. зр. на личность и окружающую среду как на интегрированные системы.
Быстрое развитие новых методов С. п. за последние годы укрепляет мнение, что в соц. работе происходят существенные изменения. Главной чертой этих изменений яв-ся принятие и внедрение научно обоснованных подходов к практ. работе.
См. также Кризисное вмешательство, Психиатрическая социальная работа
Э. Ваттано

Социальное познание (social cognition)

Область С. п. имеет дело с познавательной деятельностью, опосредующей и сопровождающей соц. поведение. Она предусматривает анализ того, как стимульная информ. сначала кодируется, организуется (и преобразуется) в памяти, а затем используется чел. в процессе своего функционирования в соц. мире.
С. п., не являясь ни отдельной теорией, ни узкой эмпирической областью, соответствует специфическому концептуальному уровню анализа, используемого для совместного объяснения челов. мышления и соц. поведения. Этот уровень анализа яв-ся скорее молекулярным, чем молярным. Теоретики, работающие в русле этого направления, используют "ментальные" конструкты на уровне индивидуальных представлений, категорий и понятий. Эти конструкты являются достаточно абстрактными, чтобы охватить широкий спектр содержательных областей (таких как представления о людях, чертах личности, ситуациях, животных и произведениях иск-ва). Большинство исследователей в этой области, несмотря на свою менталистскую направленность, не ограничиваются изучением "сознательного" мышления. Ментальные конструкты обычно определяются таким образом, чтобы оставить открытым вопрос о сознании.
Исследователи в области когн. психол., психолингвистики и искусственного интеллекта все в большей степени вовлекаются в изучение когнитивных процессов более высокого порядка и интересуются объяснением сложных видов обработки информ. человеком, таких как понимание и запоминание историй, последовательностей действий и др. тематически связанных ансамблей стимулов.
Понятие "схемы" обеспечило исходную общую почву для групп соц. и когнитивных исследователей. Элементы нашего когнитивного мира не существуют в виде какой-то беспорядочной, разрозненной совокупности. Скорее, они увязываются между собой в структуры более высокого порядка.
Понятие схемы оказалось очень близко соц. психологам, поскольку они уже использовали родственные схеме понятия. К их числу относятся такие термины, как стереотип, норма, ценность, аттитюд и имплицитная теория личности. Чтобы облегчить установление концептуального единообразия в различных областях, некоторые исследователи С. п. разработали таксономии схем. К числу предложенных ими категорий относятся: чел. (person), роль (role), событие (event), черта (trait), изобразительный (pictorial) и соц. группа (social group). Наряду с этим были также разработаны таксономии с т. зр. познавательного процесса, к-рые классифицируют схемы на основе их концептуальных свойств.
Информационный поход. Область С. п. рассматривает челов. разум как систему обработки информ. Информ. получается из окружающего мира, обрабатывается когнитивной системой и используется при реализации соц. поведения.
Первая ступень обработки информ. имеет дело с задачами кодирования и организации. Вторая тематическая область обработки информ. связана с проблемой когнитивного поиска (информ. в памяти и ее извлечения). Что определяет течение мысли и каким образом мы получаем доступ к сохраняемым в памяти фактам и логическим выводам при реализации соц. поведения?
Сюда относится также проблема имплицитного поиска, к-рый происходит в случае более или менее непроизвольных соц. реакций. Задачу поиска ранее приобретенной информ. можно обойти, когда чел. доступна поведенчески релевантная схема.
Третья категория проблем касается интеграции (объединения) информ. Люди часто сталкиваются с ситуациями, для к-рых у них нет адекватных схем. В особенности, когда люди предвосхищают частое возникновение таких ситуаций в будущем, в их интересах выработать новую схему, к-рая бы позволяла справляться с различными возможными вариантами этих ситуаций.
Четвертой тематической областью яв-ся выбор реакции (response selection). Каким образом люди оценивают альтернативные варианты реакций, автоматически выбирают одну и реализуют ее в поведении? Контекст коммуникации и знание позиции аудитории может влиять на то, как и когда передаются когнитивные реакции.
Неразрешенные проблемы. Исследователи С. п., в целом, избегали вопроса о том, что приводит в действие когнитивные системы. Родственной проблемой является роль когнитивных систем в регулировании мотивационных сил.
Соц. окружение отличается чрезвычайной сложностью. Количество и разнообразие информ., содержащейся в соц. взаимодействии, необычайно велико. Каким образом чел. приходит к специфическому способу ее организации? Остается ли этот способ одним и тем же на всем протяжении ведущегося диалога и возможно ли кодировать (и/или сохранять) эту информ. двумя или более способами одновременно? Такого рода вопросы начинают выступать на передний план при обращении к уровню анализа, характерному для перспективы С. п.
См. также Внимание, Когнитивная сложность, Контекстуальные ассоциации, Формирование впечатления
Т. Остром

Социальное равенство (social equality)

На протяжении многих столетий в понятие С. р. вкладывались различные содержания. Политический взгляд на С. р., гл. обр., фокусируется на правилах управления (кто имеет право голосовать, кто имеет право управлять, на основе каких правил должны управлять лидеры), в то время как при экономическом взгляде описываются процессы, к-рые связаны с распределением благ (кто имеет возможности для работы, как распределяются экономические ресурсы). При психол. подходе к равенству внимание сосредоточивается на правилах, определяющих характер межличностных отношений и статуса (кто обладает ценностью как чел.). Эти разные взгляды используют общие конструкты, такие как власть, статус, соперничество, сотрудничество, неполноценность (inferiority) и превосходство (superiority), однако эти разные т. зр. вкладывают в них различные смыслы.
С психол. т. зр., следует различать между собой равенство, к-рое относится к правилам распределения вознаграждений в соответствии со степенью индивидуальных усилий или вкладов, и С. p. (social equity). Понятие С. р. играет центральную роль в теории Адлера. В соответствии с Адлером и Дрейкурсом, в отсутствие С. р. и сотрудничества возникает сопряженный с выигрышами и проигрышами "качельный" (seesaw) паттерн соперничества, приводящий к формированию чувств неполноценности (feelings of inferiority), ухудшающих душевное здоровье и снижающих результативность деятельности. Для Адлера и Дрейкурса С. р. связано с идеальной и сущностной характеристикой: каждый чел. имеет равную ценность и значение. Когда С. р. существует в объективном смысле, возникают максимальные возможности для установления демократических и партнерских челов. отношений. Когда люди субъективно убеждены в существовании С. р., они в большей степени ориентированы на внесение своего вклада в челов. сообщество и в меньшей степени поглощены мыслями о личном престиже или стремлением доказать собственную ценность.
С. р. не означает тождественности, единообразия или конформности. Гарднер, как и Адлер и Дрейкурс, проводит различие между равенством ценности личности (equality of personal value) и равенством исполнения (equality of performance). Гарднер утверждает что выполнение задачи и внешние атрибуты не тождественны понятию С. р. Как идеал, С. р. связано с вопросами морального и этического характера, касающимися внутренней ценности, достоинства и уважения чел.
См. также Сотрудничество/соперничество, Распределительная справедливость, Теория справедливости
Е. Д. Фергюсон

Социальные вмешательства (social interventions)

Определение
С. в. можно определить в широком смысле как любую спланированную попытку улучшить положение людей, к-рая выходит за пределы традиционной сферы действия психологии. Оно включает в себя совокупность различных видов деятельности, предпринимаемых самыми разными специалистами, орг-циями, неформальными группами или отдельными людьми. Его целями яв-ся удовлетворение основных материальных потребностей; ограничение девиантности; разрешение соц. конфликтов; облегчение доступа к знаниям и формированию навыков; облегчение психол. проблем; предотвращение или излечение болезней и содействие культурной, духовной или интеллектуальной жизни. Мишени таких вмешательств многочисленны и разнообразны: нация в целом, обездоленные дети, лица со специфическими расстройствами, ответственные лица, телезрители, воры-домушники, мужья, избивающие жен, и т. д. Соц. воздействия включают в себя деятельность основных институтов об-ва (систем образования, правосудия, здравоохранения, психич. здоровья, религии и политики), так же как и групп или отдельных лиц, к-рые обладают влиянием в глобальном, национальном, государственном или же местном масштабе.
Спектр С.в., реализуемых в настоящее время психологами, представляет гораздо более узкую область, чем только что очерченная. Фактически, С. в. в том виде, как они практикуются психологами, достаточно осторожно распространяются за пределы безопасной гавани традиционных взглядов (напр., психопатологии) и методов (напр., терапии). Тем не менее психологи в определенных областях (напр., коммунальные и соц. вопросы, проблемы развития, гендерные проблемы) проявили интерес к соц. воздействию в более широком смысле: и как к источнику новых методов воздействия, и как к объекту изучения per se. Этот интерес отражает ту т. зр., что психол. проблемы невозможно понять и разрешить без учета соц. контекста, в к-рый они встроены. Скорее, соц. контекст (включ. существующие соц. воздействия) определяет постановку и концептуализацию проблемы, вносит в проблему свой вклад, побуждает оказывать воздействие и яв-ся необходимым средством для осуществления поддерживающих решений. Такие взгляды находят большее понимание со стороны ищущей свой путь общественной психологии.
Общественная психология
Общественная психология представляет собой развивающуюся парадигму, корни к-рой можно проследить в соц. реформах 1960-х гг. и последующей переоценке роли психологии в об-ве. Ключевые допущения этой парадигмы стали предметом оживленной дискуссии, темы к-рой включают такие вопросы, как существенно возросшая роль психологии в повышении челов. благосостояния; сдвиг к системной и холистической эпистемологии; смешение ролей ученого, общественного деятеля и соц. критика; переход от исключительно интрапсихической к социально-экологической модели проблем; исслед. новых подходов в предоставлении обслуживания, придающих особое значение предупреждению, сотрудничеству, использованию местных ресурсов, культурному разнообразию и делегированию полномочий. Как это точно выразили Гудстейн и Сандлер, внимание общественной психологии сосредоточено скорее на системах контроля девиантности, системах поддержки и системах социализации, чем на испытывающих проблемы конкретных людях.
Социальная критика. С этой т. зр., психологам нужно скорее подключаться к активной соц. критике вместо того, чтобы наивно признавать список проблем и определений, увековеченный правящей элитой.
Сходным образом, критика существующих соц. вмешательств часто обнаруживает систематическую несостоятельность (напр., здравоохранение), неверно направленные усилия (напр., война с наркотиками), увековечивание мифов о проблемах (напр., родительская патология при отсутствии заботы о детях) или обострение проблем (напр., заведомое перекладывание должностными лицами вины на женщин, заявляющих об изнасиловании; поощрение граждан защищать себя с использованием оружия). Тем не менее если С. в. укоренились, служа интересам влиятельных избирателей или производя политическое впечатление решительных действий, то эти неудачи часто скрываются, маскируются либо отрицаются.
Ключевые проблемы. Общественная психология обнародовала расширенную т. зр. на то, что составляет обоснованные ключевые проблемы (напр., образование, преступность и безопасность, здоровье, возможности экономики, качество окружающей среды, психол. благополучие в дополнение к традиционным областям психопатологии). Что, возможно, более важно, данная парадигма поставила под сомнение независимость этих проблем; они, скорее, часто выглядят как взаимосвязанные. Рассмотрим, напр., связи между безработицей, здоровьем, академической успеваемостью, жилищными проблемами, предубеждениями, подростковой беременностью, употреблением наркотиков, насилием, преступностью и пренебрежением обязанностями по уходу за детьми. Эти проблемы не просто взаимосвязаны (невозможно полностью понять или разрешить одну из них, не рассматривая другие), но они также встроены в контекст соц. политики, институциональной практики и культурных норм.
Социально-экологическая модель. Основной особенностью общественной психологии яв-ся переход от интрапсихических к социально-экологическим моделям проблем. На общем уровне такие модели придают особое значение тому соц. контексту, в к-ром функционируют индивиды, равно как и системным и экологическим свойствам этих контекстов. Бронфенбреннер предложил социально-экологическую теорию развития чел., к-рая истолковывает соц. среду как совокупность иерархических (организованных по гнездовому принципу) систем. Развитие, состоящее в изменении понимания мира, приспособления к нему и положения в нем, находится под влиянием микросистем (напр., семьи, школы, места работы), мезосистем (напр., отношений между домом и работой), экзосистем (напр., экономических систем, которые оказывают влияние на условия работы) и макросистем (напр. культурных норм и правил выполнения семейных и рабочих ролей). Другие модели соц. контекста входят в эту теорет. систему или дополняют ее. Примерами могут служить модели поведенческого взаимодействия, соц. ситуаций, сеттингов поведения, соц. климата учреждений и орг-ций, сетей соц. поддержки, орг-ций, сообщества (общины), и культуры.
Экологические модели вобрали в себя данные соц. эпидемиологии, касающиеся распространенности психол. и др. проблем. Теории жизненного стресса послужили организующими рамками для большей части этих работ и были также включены в общественную психологию.
В экологической теории стресса Хобфол и Джексон предположили, что люди перед лицом угрозы стремятся сохранять, увеличивать и защищать ресурсы. В экологической модели соц. поддержки Вокс описал условия, при к-рых отдельные люди или целые соц. сети могли бы испытывать обусловленную стрессом потребность в поддержке, превышающей приемлемый для сетей уровень, и высказал предположение о том, каким образом гендер, стадия возрастного развития и соц. класс могут придавать форму процессу поддержки. Во всех теориях, относящихся к таким проблемам, как жестокое обращение с ребенком и отсутствие заботы о детях, развратные действия с детьми и жестокость по отношению к женщинам, наблюдается впечатляющее смещение от моделей индивидуальной патологии к социально-экологическим моделям, к-рые привлекают внимание к культурным нормам, гендерной и семейно-ролевой социализации, системам контроля над девиантностью, а также семейными и общественными ресурсами поддержки.
В общем, кратко обрисованная здесь социально-экологическая перспектива служит в качестве необходимого условия понимания соц. вмешательства. Психологи не могут больше ограничивать свои вмешательства лечением индивидуумов с определенными расстройствами, оставаясь в неведении относительно травм (напр., злоупотребления), общественных изменений (напр., закрытия заводов), политики (напр., организации дневного присмотра за детьми) или потребности в обслуживании (напр., эпидемиологии семейного насилия), к-рые служат контекстами для этих проблем. Данные модели предлагают цели для вмешательства (напр., ослабить стрессоры и увеличить личные или соц. ресурсы). Они тж позволяют предположить, как вмешательства могут столкнуться с сопротивлением гомеостатических механизмов системы, каким образом вмешательства могут оказаться причиной драматических и неожиданных последствий из-за экологического возмущения и как вмешательства следует интегрировать в соц. экологию, если они должны быть устойчивыми.
Главные стратегии социального вмешательства
В центре внимания общественной психологии находятся системы социализации, системы поддержки и системы контроля девиантности. С. в. могут быть направлены на любой уровень соц. орг-ций: на индивидуумов, на группы, на коллективы либо на культурные институты. В своей классической работе Чин и Бенн очертили три главные стратегии, ставшие очевидными в исторических попытках изменить общественные системы. Эмпирико-рациональные (empirical-rational) стратегии придают особое значение информ. и взывают к своекорыстным интересам разумных существ (напр., предупреждения на пачках сигарет). Нормативно-перевоспитывающие (normative-reeducative) стратегии прибегают к убеждению и изменению норм, ценностей и аттитюдов (напр., официальные заявления государственных служб о СПИДе, обучающие программы, группы поддержки, психопедагогические семинары и, в более общем смысле, процессы социализации). Стратегии использования силы (power-coersive) применяют власть (легитимную или же нет) для того, чтобы принудить к изменениям (напр., суды, группы протеста и терроризм). Каждая из этих стратегий имеет свои преимущества и недостатки и, в большей или меньшей степени, может обнаружиться в любом из подходов, к-рые обсуждаются ниже.
Профилактика посредством расширения ресурсов. Предотвращение проблем стояло в повестке дня общественной психологии с самого начала. Хотя проблемы и продолжают существовать, все же произошел прогресс. На модели стресса Доренвенда эксплицитно либо имплицитно были построены многие профилактические программы. Рассматривая профилактику в терминах общественного здоровья, модель предлагает несколько подходов: уменьшение вредоносных агентов (таких, как стрессоры), повышение сопротивления поддержанием личных ресурсов или видоизменение окружающей среды для того, чтобы сделать ее более благоприятной (то есть создающей меньше стрессоров и больше поддерживающих ресурсов). Многие вмешательства стремятся укрепить личные или соц. ресурсы.
Подход к созданию личных ресурсов, используемый многими программами по работе с детьми и подростками, заключается в том, чтобы улучшить решение соц. проблем. Данные относительно влияния тренинга SPS на адаптацию противоречивы, хотя постоянно обнаруживаются особенности таких программ, к-рые находят положительными. Программы формирования компетентности были нацелены на группы риска, напр. родителей из групп меньшинств с низким доходом, и принесли определенный успех. Др. программы, также с определенным успехом, были направлены на взрослых или детей, недавно столкнувшихся с изменениями, вызвавшими стресс, напр. с разводом.
По-видимому, соц. поддержка со стороны семьи и друзей играет важную роль в психол. благополучии. Несмотря на огромное количество литературы по данному вопросу, удалось найти не так много вмешательств, поддерживающих этот ключевой соц. ресурс. Были предложены различные многообещающие стратегии. Программы пытались донести до заинтересованных лиц информ. о соц. поддержке, содействовать поддерживающим структурам в школах, способствовать развитию благотворных дружеских отношений с использованием телефона среди пожилых людей и содействовать образованию коммуны с участием людей, обладающих естественным характером помощника; в общем, результаты вселяют надежду, однако высвечивают сложность процесса поддержки.
Представители общественной психологии начали рассматривать появившиеся группы поддержки как третью важную область помощи, дополняющую поддержку со стороны семьи и друзей и официальное оказание помощи. Такая взаимная поддержка может выполнять целый ряд функций.
В общем, С. в. пытались и пытаются предотвратить возникновение проблем посредством усиления личных и соц. ресурсов в направлении, предложенном Доренвендом. Наблюдается прогресс в разработке программ, и полученные данные достаточно обнадеживающие. Тем не менее все же необходимо определить те вмешательства, к-рые действительно оказывают благотворное воздействие, и сделать это в том числе и в сфере личных ресурсов, где уже была проведена хорошая работа. Более того, эти вмешательства в значительной степени сконцентрированы на личности; психологи только начали решать задачу улучшения соц. окружения (в менее стрессогенную и более поддерживающую сторону), не говоря уже о привлечении др. подходов к изменению соц. экологии. Некоторые из этих подходов кратко описаны ниже.
Консультации и организационные вмешательства. Консультациям в коммунальных агентствах предназначалось играть ключевую роль в общественных центрах психич. здоровья, однако они никогда не развивались вследствие недостатка подготовки кадров, методических указаний и финансирования. Их потенциал также не был полностью использован общественными психологами (community psychologists), несмотря на легкую приспособляемость моделей к ряду частных проблем, уровням соц. орг-ций и стратегии. Организационные вмешательства доказали свою успешность в том, что касается производительности труда, однако на др. цели они были направлены не так часто. Даже простые изменения в работе или в школе могут привести к полезным результатам.
Политика и активная защита прав. Подготовка в области системного анализа и синтеза эмпирических данных делает общественного психолога хорошо подготовленным для выполнения своей роли в политике и защите прав. Усилия относительно политики были направлены на безработицу, присмотр за детьми, гендерные вопросы и трудовую занятость подростков. Активная защита прав включает в себя попытки изменить политику и практику, к-рые приносят вред или яв-ся несправедливыми. Весьма успешные попытки вмешательств, направленных против вождения автомобиля в состоянии опьянения и против сбрасывания токсичных отходов, были инициированы жертвами: общественные психологи могли бы возглавлять такие усилия или содействовать им.
Коммунальное развитие. Были определены отдельные стратегии коммунального развития - соц. планирование, развитие местности (микрорайонов), и соц. действия. Все они отличаются в своих т. зр. на об-во, причины возникновения проблем и на роль тех, кто проводит вмешательства. Очень редко раскрываются важные роли общественных психологов в рамках каждого из подходов.
Проблемы
Исслед. и реализация С. в. сталкиваются с несколькими трудностями. Многие из них отражают две общие темы: принятые в данной культуре предположения о природе релевантных проблем и ограничения со стороны участвующих дисциплин. Во-первых, некоторые взгляды, лежащие в основе С. в., яв-ся радикальными в том смысле, что они бросают вызов могущественным интересам. Во-вторых, по убедительным концептуальным и прагматическим причинам, специализации участвующих дисциплин развивались в рамках решаемых проблем и уровня анализа. Такая специализация затрудняет развитие комплексных социально-экологических теорий, к-рые могли бы служить концептуальной основой для создания и выбора подходящих С. в. В-третьих, оказалось трудным создать экспертную оценку в междисциплинарной методологии, необходимую для того, чтобы обеспечить базу знаний для С. в. и продемонстрировать их результаты. В-четвертых, все еще не установлена легитимность С. в., основанного на психол. базе, и подобные вмешательства поднимают сложные этические проблемы, во многом непривычные для психологов. В заключение отметим, что существует явная сфера приложения для С. в., понимаемого в широком смысле. Его цель глобальна: спланировать и создать соц. экологию социализации, поддержки и контроля над девиантностью посредством концепций и методов возникающей общественной психологии. С этой позиции польза С. в. представляется значительной.
См. также Общественная психология, Средства оценки жизненной среды, Энвайронментальная психология, Бездомность, Оценка потребностей, Социальный интерес
А. Вокс

Социальный интерес (social interest)

Gemeinschaftsgefuhl, или С. и., - одно из самых оригинальных и уникальных понятий, предложенных Альфредом Адлером в его теории индивидуальной психологии. Оно относится к врожденной потенциальной способности чел. идентифицироваться с др. людьми и разделять их чувства. Это понятие охватывает не только чувства чел. по отношению к его ближайшему окружению любимых и друзей, но также к человечеству в целом, как настоящему, так и будущему. Предполагается, что это качество, хотя и врожденное, развивается только в соц. контексте, и в особенности благодаря раннему взаимодействию младенца с матерью и отцом.
С. и. проявляется в различных формах. Одной из них является готовность чел. к сотрудничеству и помощи даже при неблагоприятных и затруднительных обстоятельствах. Другая - это склонность чел. давать другим больше, чем требовать. Наконец, он может проявляться в способности одного чел. к эмпатическому пониманию мыслей, чувств и опыта другого. А. Адлер считал главной задачей жизни каждого чел. быть общественным по природе. Следовательно, он верил, что успешный ответ на те вызовы, к-рые бросает нам дружба, карьера и интимность, зависит от способности каждого устанавливать контакты с др. людьми и сотрудничать с ними.
См. также Адлерианская психология, Альтруизм, Эмпатия, Просоциальное поведение
Ф. Д. Келли

Социальный класс (social class)

Все известные нам об-ва имеют тот или иной тип разделения на классы, или соц. стратификации, отражающей иерархическую орг-цию статусов, престижа, ресурсов, привилегий и власти в данном обществе. С. к. - это относительно однородные группировки, характеризующиеся сходными уровнями статусов и ресурсов в данной системе стратификации. Каждый класс имеет тенденцию развивать свою собственную идеологию и свои соц. нормы. В результате С. к. могут различаться по целому ряду характеристик, варьирующих от родительского стиля до политических идей. Эти различия между С. к. и делают их интересными для психологов.
Определения. При анализе системы соц. стратификации может привлекаться множество взаимоувязанных терминов, относящихся к статусной иерархии об-ва. Соц. статус - это престиж, к-рым обладает конкретный чел. в соц. системе. Он может достигаться путем индивидуальных усилий или определяться на основе происхождения чел. и связан с той соц. ролью, которую данный чел. имеет в об-ве. Каждая соц. роль наделена правами, обязанностями и сферой ответственности. Эти соц. роли либо предлагаются об-вом, либо формируются самим чел. Большинство соц. ролей имеют реципрокную (сопряженную) роль, напр. врач - пациент, ребенок - родитель и продавец - покупатель. Соц. структура состоит из тех взаимоувязанных ролей, к-рые яв-ся необходимыми для выполнения соц. системой своих функций. Соц. нормы - это правила, определяющие приемлемое и неприемлемое поведение, поддерживаемые членами данного об-ва. Социализация подразумевает приучение детей к выполнению ролей и норм, принятых в об-ве. Приобретение статуса связано с действиями и деятельностью, к-рые наделяют чел. статусом, такими как образование, брак и род занятий. С. к., в отличие от соц. каст, обладают проницаемыми границами. Соц. мобильность подразумевает перемещения вверх и вниз по статусной иерархии. Ученые, убежденные в неизбежности существования систем соц. стратификации в челов. об-ве, ссылаются на ее наличие и у др. видов животных.
Теории социального класса. В XIX в. Карл Маркс предложил простую теорию С. к., отвергаемую ныне социологами как неадекватную. Единственным измерением, к-рое он использовал, была экономическая структура. Об-во подразделялось на два класса - владельцев (средств) производства и работников, к-рых они нанимают. Маркс также считал, что культурные факторы определяются С. к., напр. классовые идеологии. Макс Вебер выдвинул противоположную концепцию соц. стратификации на основе класса, статуса и партии (власти). По его мнению, на формирование С. к. могут оказывать влияние идеи, напр. религия.
Эмиль Дюркгейм и др. функционалисты рассматривали об-во как сложную систему взаимосвязанных ролей. Чтобы эти роли выполнялись, об-во должно мотивировать своих граждан, наделяя роли конкретных людей статусом или престижем. Соц. аналитиков, разделяющих такую т. зр., называют структурными функционалистами из-за акцентирования ими функциональных аспектов соц. структуры. Они считают соц. стратификацию неизбежностью и, в сущности, благом. Критики утверждают, что структурно-функционалистская позиция отдает предпочтение соц. стабильности перед соц. изменением и что в ней недооцениваются положительные эффекты конфликта.
Измерение социального класса. Люди, занимающие более высокий уровень в системах стратификации, обладают более высоким статусом, или престижем, и большим доступом к вознаграждениям об-ва. Вследствие этого, статьи потребления (consumer items) часто используются в качестве индикаторов соц. класса. Однако компонент престижа в С. к. также яв-ся важным и наиболее часто связан с родом занятий. Очень часто С. к. не выделяется в качестве категориальной переменной, а рассматривается в качестве непрерывной переменной, называемой "социально-экономический статус" и состоящей из взвешенных оценок уровня образования, престижности рода занятий и дохода. В др. случаях С. к. рассматривается как дихотомическая переменная, в рамках к-рой осуществляется сравнение рабочего и среднего класса. Некоторые авторы утверждают, что С. к. яв-ся не истинной психол. переменной, а своего рода "несущей переменной" (carrier variable), не имеющей жесткой связи с истинными психол. переменными. Внутриклассовая вариация может быть очень велика.
Корреляты социального класса. Уорнер и его коллеги выделили пять С. к., от "высшего-высшего" (upper-upper) до "низшего-низшего" (lower-lower). Различия между С. к. охватывают аттитюды, семейное взаимодействие и включенность в общественную деятельность. На протяжении многих лет обнаруживались различия между С. к. в переменных, варьирующих от супружеского согласия до стилей родительского поведения, самооценки, соц. и политических аттитюдов. Кэнтрил проанализировал 13 различных стран и обнаружил кросс-культурные доказательства существования положительной связи между личным счастьем (personal happiness), уровнем образования и дохода. Несмотря на то что анализ осуществлялся на уровне малых групп, выяснилось, что статус влияет на межличностное поведение. Лица с высоким статусом демонстрируют тенденцию больше говорить, и к ним чаще прислушиваются.
В Манхэттенском исследовании (Midtown Manhattan study) Сроул и его коллеги обнаружили, что чем ниже был социально-экономический уровень их респондентов, тем чаще встречались у них психол. нарушения и тем тяжелее были эти нарушения. Было предложено два объяснения. Согласно гипотезе дрейфующего снижения (downward drift hypothesis), утратившие душевное равновесие люди оказываются не в состоянии удержать позиции более высокого статуса и медленно опускаются вниз по соц. лестнице. В соответствии со второй гипотезой, трудность выживания людей с низшим соц. статусом в нашем об-ве создает высокий уровень стресса, к-рый, в свою очередь, проявляется в виде психол. нарушения.
Социально-экономический статус положительно коррелирует с интеллектом, и эта корреляция более высока у взрослых в сравнении с детьми. Р. Гернштейн высказал предположение, что в силу наследуемости умственных способностей и в той степени, в какой успех зависит от этих способностей, соц. положение будет все больше и больше основываться на врожденных способностях. Далее он полагает, что по мере минимизации обществом средовых различий врожденные характеристики будут приобретать все большее значение.
Б. Бернстайн предложил разграничивать С. к. по тому, как они пользуются языком. Обычно имеются в виду две лингвистические формы: средний класс пользуется "тщательно разработанным" (elaborated) кодом, для к-рого характерен сложный синтаксис. В противоположность этому, рабочий класс предположительно использует "ограниченный" (restricted) код, опирающийся на простую структуру предложений и конкретность выражений.
Матери из среднего класса, как правило, являются носителями ценностей, поощряющих любознательность и самоконтроль у детей, в то время как матери рабочего класса в большей степени ценят послушание. Считается, что эти условия благоприятствуют развитию большей когнитивной сложности у представителей среднего класса.
Некоторые исследователи утверждают, что все люди являются носителями такого множества различных соц. статусов, что это лишает смысла разговоры о каком-то едином соц. статусе. У чел., обладающего высоким статусом по происхождению (напр., белый англосаксонский протестант) и низким достигнутым статусом (напр., непрестижной профессией), вероятнее обнаружить более высокую нервозность, учащенное сердцебиение и прерывистое дыхание, чем у чел. с согласующимися статусами (status-consistent).
См. также Энвайроментальная психология
Э. Филсингер

Социальный конструкционизм (social constructionism)

С. к. - это описание практикующихся способов получения знания, как научного, так и любого другого. На этом уровне конструкционистская теория предлагает определенную установку в отношении знания, создаваемого психол. науками, - т. зр., существенно расходящуюся с эмпирической традицией. В то же самое время С. к. включает в себя составные части теории челов. функционирования; на этом уровне он предлагает альтернативные традиционным взглядам представления об индивидуальном функционировании и психол. процессах. Конструкционистские допущения были также распространены на ряд сфер практ. деятельности, стимулировав возникновение новых направлений в таких областях, как терапия, управление организациями и образование.
Социальное конструирование: допущения и исторические предпосылки. С. к. не связан с к.-л. фиксированным набором принципов. Его правильнее рассматривать как некий непрерывно развертывающийся диалог, в ходе к-рого могут заниматься, развиваться или оставляться различные позиции. В работах авторов, называющих себя конструкционистами, встречается несколько типичных тем. Обычно предполагается, что описания мира - научные или иные - не продиктованы и не обусловлены никаким принципиальным аспектом того, что происходит в действительности. Скорее, термины, в которых понимается мир, в целом рассматриваются как социальные артефакты, продукты взаимообменов между людьми, осуществляемых в конкретных ист. условиях. И тогда то, в какой степени определенная форма понимания преобладает в рамках конкретной культуры, принципиально зависит не от эмпирической валидности рассматриваемой перспективы, а от динамики соц. процесса (напр., коммуникации, переговоров, общественных противоречий, риторики). Такая линия рассуждений не умаляет значения разных форм культурного понимания. Создаваемые человеком конструкции (= толкования) мира и себя яв-ся необходимыми для более широких культурных традиций и обычаев, для оправдания, поддержания и преобразования различных форм поведения.
Несмотря на свои глубокие ист. корни, совр. С. к. представляет собой конвергенцию нескольких сравнительно новых течений в общественных и гуманит. науках. По мере нарастания неудовлетворенности среди философов попытками свести эмпирическую науку к набору фундаментальных, или первичных, принципов, философия науки постепенно вытеснялась ист. описаниями научной практики. Кун и Фейерабенд сыграли важную роль в распространении исслед. на общественные основания притязаний научного знания. Историки науки объединили свои усилия с социологами знания, этнометодологами и учеными в попытке заменить глубоко проблематичные допущения поведенческой науки более интерпретирующими или герменевтическими парадигмами.
Эти изыскания оказались также близкими по духу с некоторыми важными переменами, происходившими в таких областях, как литература и семиотика. Вдохновленная более ранними работами Соссюра, Пирса, Витгенштейна и других, теория литературы обратилась от рассмотрения языка как средства изображения мира (или репрезентации мышления автора) к анализу языка как автономной или самосоотносящейся системы. Др. словами, произошло смещение от объекта текста к вопросам межтекстовых отношений, литературным стилям конструирования объектов и риторическим условностям, благодаря к-рым тексты приобретают воспринимаемую объективность, рациональность или достоверность.
По мнению теоретиков, таких как Жак Деррида, то, что обозначается текстом, тем самым деконструируется, замещается, если можно так выразиться, текстами, к-рые обретают свой смысл и значение лишь в ходе бесконечного процесса самосоотнесения. Для теоретиков, развивающих подход читатель-реакция, таких как Стэнли Фиш, текстуальный смысл яв-ся по своей природе соц. смыслом. Именно интерпретирующее сообщество дает возможность текстуальным стратегиям приобрести легитимность.
Наряду с изменениями в общественной мысли и литературной теории, политические события 1960-х гг. заставили мн. ученых пересмотреть традиционные притязания научного знания на свой ценностный нейтралитет. По мере нарастания фальши в обществе и ответной волны негодования, ученые, под влиянием критики научных формулировок, демонстрировали то, как естественные и не вызывающие возражений в рамках научного знания предположения с успехом применяются для обоснования несправедливого распределения экономических ресурсов и политической власти. Эти проблемы стали экспоненциально нарастать с усилением феминистского движения, и научные изыскания столкнулись с губительными последствиями считавшихся не требующими доказательств исходных допущений, входящих в теории, методы и системы научного знания. Вместе с тем, все чаще стали раздаваться голоса ученых в отношении путей, к-рыми допущения общественных наук приводили к утверждению расистских ценностей, защите эгоистических или нарциссических способов жизни либо служили средством обесценивания незападного образа жизни. Для многих таких ученых опорой также стали работы Мишеля Фуко, к-рый вскрыл отношения между строем языка и системой власти. Все эти усилия продемонстрировали ту степень, в к-рой описания мира оказываются неотделимыми от более широкой соц. практики.
Социальное конструирование знания. Совокупность событий, благоприятствовавшая укреплению позиций С. к., послужила толчком к началу замещения традиционных эмпирических описаний психол. науки. В этом процессе замещения можно выделить две фазы: деконструкционистскую и реконструкционистскую. В ходе первой фазы были подвергнуты сомнению центральные допущения научной рациональности, наряду с массивами эмпирически удостоверенных научных знаний. По существу, эта работа представляла собой развитие и расширение ранних антифундаменталистских (antifoundationalist) аргументов, получивших вторую жизнь в результате новых событий в литературной и критической областях. Так, появилось много публикаций, ставящих под сомнение существующую приверженность научному прогрессу, эмпирическую проверку гипотез, универсальную рациональность, законы челов. функционирования, беспристрастность науки, экспортирование западных научных технологий и т. д. Погружение в одну эту литературу могло бы привести к выводу, что С. к. яв-ся нигилистическим в своих целях. Однако, как считают многие, деконструктивный процесс яв-ся лишь необходимым предварением реконструктивных начинаний.
В центре внимания реконструктивной фазы оказываются пути, к-рыми научное изыскание, вдохновленное конструкционистскими взглядами, может более эффективно служить обществу, частью которого оно является. Хотя такие вопросы находятся только в самом начале своего обсуждения, являясь скорее предметом для дискуссии, нежели решений, очевидными представляются несколько широких тем. Применительно к области психол. науки, они выглядят следующим образом.
1. Практический эмпиризм (practical empiricism). Конструкционисты критически относятся к традиционным притязаниям, будто научное знание, в форме пропозициональных сетей, может обеспечить выводимые логическим путем предсказания в отношении широкого разнообразия практ. условий. Однако этим не отрицается возможность практ. предсказания как такового. По мнению конструкциониста, вся огромная масса эмпирических технологий большей частью неверно используется, обслуживая преимущественно тех, кто стремится получить поддержку бесплодным по существу теориям в сообществе коллег по науке. Между тем, процедуры наблюдения, измерительные инструменты и статистические методы могут с высокой отдачей использоваться для оценки существующих условий (напр., культурное благосостояние, характер конфликтов, бездомность) и эффективности различных программ (напр., общественные приюты, профессиональное обучение, охрана окружающей среды), а также выявления трендов для составления взвешенных прогнозов на будущее (напр., планирование потребностей в детских садах, консультационных учреждениях для наркоманов, центрах профессиональной переподготовки). Конечно, границы таких исслед. были бы всегда культурно обусловленными, но в конструкционизме не содержится ничего такого, что требовало бы отказаться от интеллигибельных миров (или образов жизни) на основании признания их общественно предустановленного характера.
2. Концептуальные нововведения (conceptual innovation). Хотя конструкционизм благоприятствует переносу эмпирических усилий из условий искусственной лабораторной среды в места повседневной практ. деятельности, он также подталкивает теорет. деятельность к выполнению новой и более важной роли. Конструкционист подвергает сомнению традиционное представление о том, что теории должны давать точные описания мира. Он утверждает, что язык обретает смысл и выразительность (its meaning and significance) в процессе своего функционирования в системе отношений. Язык является важнейшим инструментом, при помощи к-рого осуществляются отношения. Поэтому теорет. язык психологии должен оцениваться не с т. зр. правдоподобия, а исходя из его вклада в культурную жизнь. С этой т. зр. практ. ценность теорет. формулировок определяется вовсе не тем, что на их основе могут быть получены производные предсказания; скорее, когда психол. дискурс приобретает интеллигибельность в рамках культуры (благодаря образования, СМИ, специалистам в области психич. здоровья и т. д.), он становится используемым ресурсом в сфере повседневных отношений. Т. о., научная работа в психологии - в виде создания новых теорий - может нести в себе огромный потенциал для об-ва. Как только становится возможной смена "теоретических объективов", могут открываться новые возможности в старых проблемных областях. Новые способы понимания конфликта, новые взгляды на образовательный процесс, новые оценки групповых различий и т. д., могут стать доступными в качестве культурного ресурса. Это не отвергает эмпирической работы на уровне научного исслед. Однако исследовательские процедуры на этом уровне преимущественно служат целям оживления науки (vivification): они придают теорет. идеям - как описаниям, так и объяснениям - осязаемость. Они дают возможность другим увидеть этот мир в конкретных чертах.
3. Ценностная рефлексия (valuative reflection). В эмпирической традиции, для критической оценки научной работы использовались преимущественно методологические критерии. Главный вопрос, к-рый надлежало адресовать данной формулировке, состоял в том, яв-ся ли она валидным описанием изучаемого явления. Для конструкциониста, однако, решающий вопрос, к-рый надлежит поставить в отношении теорет. формулировки, заключается в том, насколько она способна или как она будет функционировать в более широких общественных рамках. Каким институтам и действиям окажет поддержку эта теория, каких усилий потребует эта формулировка и какие новые возможности она откроет - все это вопросы, имеющие первостепенное значение. Обращение к таким вопросам с неизбежностью предполагает обращение к размышлениям морального и политического характера. Оказывает ли эта формулировка поддержку желательным или нежелательным формам культурной жизни? Не расшатывает ли она дорогие сердцу институты? Способствует ли она челов. благополучию? Такого рода вопросы с необходимостью перемещают научное размышление из области существующего в область должного. С т. зр. конструкциониста, такое размышление должно стать естественной частью научной подготовки, и статьи, посвященные обсуждению этих вопросов, должны играть ключевую роль в книгах и журналах, относящихся к этой области.
Социально-конструкционистское исследование в психологии. С. к. не только снабжает научную психологию метатеорией, его положения находят свое выражение на уровне самой психол. теории. То есть, предоставляя описание направленной на производство знаний деятельности ученых, он также предлагает способы понимания паттернов более широкой челов. деятельности. Это можно проиллюстрировать на примере трех активно развивающихся областей исслед.
Основные усилия направлены на изучение дискурсивного конструирования реальности. Здесь исследователи пытаются показать процессы, в ходе к-рых люди конструируют мир и самих себя при посредстве языка. Применяя, как правило, процедуры дискурсивного анализа, многие исследователи изучают паттерны конструирования существования (напр., культурных допущений в отношении развития ребенка), конструирования СМИ гомосексуализма, конструирования обществом синдрома приобретенного иммунодефицита (СПИД) или же дискурсы, используемые для описания интеллекта, окружающей среды или культурных конфликтов. Большинство этих исслед. используются для того, чтобы вызвать изменения в об-ве. Разъясняя и истолковывая общепринятые допущения, исследователи надеются, что это может помочь людям освободиться от принимаемого на веру. В отличие от них, др. исследователи пытаются указать на границы разрабатываемых нами конструкций. Например, Смедслунд пытается аксиоматизировать культурные интерпретации разума (души), доказывая невозможность для членов данной культуры - включ. научных психологов - сформулировать интеллигибельное суждение, к-рое бы нарушало эти допущения. Др. ученые заняты способами, к-рыми культурные дискурсы и позиции диалога используются при конструировании личной идентичности в непрерывном процессе отношений между людьми.
Второе направление конструкционистских исслед. касается самих психол. процессов. Однако усилия конструкционистов сосредоточены не на рассмотрении таких процессов, как универсальные и трансисторические, а на индивидуальном функционировании, поскольку оно яв-ся социально обусловленным как исторически, так и культурно. Как получается, что люди приходят к описанию их психич. жизни теми способами, какими они это делают, и реализуют их таким образом, что эти конструкции обретают реальность не только для них самих, но и для других? Ист. анализ тем самым пытается обнаружить, каким образом психол. процессы складывались в предыдущие эпохи, и оценить культурные условия, благоприятствовавшие определенному складу психич. мира либо делавшие его дисфункциональным. Такие исслед. не только способствуют улучшению нашего ист. сознания, но также приводят к разрушению привычных и уютных допущений об универсальности и повсеместности психол. эссенциализма. Почти та же цель достигается изучением психологии коренного населения. Психологически ориентированные антропологи, такие как Кэтрин Лутц, описывают "эмоциональные паттерны" др. культур, совершенно незнакомые Западу, и изучают функции этих синдромов в локальных культурных условиях. Др. исследователи предпринимают попытки исследовать конструирование личности в рамках западной культуры. Напр., Эверилл с коллегами в своих работах освещают правила выражения таких эмоций, как гнев, любовь и горе.
См. также Логический позитивизм, Постмодернизм, Рационализм, Социометрия, Теория автоматического регулирования, Теория навешивания ярлыков, Теория систем
К. Герген

Социобиология (sociobiology)

С. исследует взаимосвязи между биолог. средами и соц. поведением животных и чел. Ее развитие шло параллельно с др. естественными и общественными науками. С ее зарождением или развитием в качестве специальной области знаний невозможно связать единственное событие, дату или имя. Эдвард Уилсон помог сформулировать некоторые осн. социобиологические принципы. Его книги не только создали концептуальные основы для этой области знания, но и послужили источником бурных, продолжающихся до сих пор дискуссий.
Некоторые специалисты в области общественных наук заняли позицию, согласно к-рой поведение чел. (и, в меньшей степени, животных) бесконечно податливо и зависит от изменений окружающей среды. Некоторые биологи придерживаются столь же крайней т. зр., что окружающая среда оказывает лишь незначительное воздействие на поведение, к-рое яв-ся, гл. обр., продуктом наследственности. С. утверждает, что появление массива новых данных позволяет утверждать, что оба этих фактора всегда тесно взаимодействуют.
С. не только пытается предсказывать и объяснять поведение индивидов, она также ищет пути объяснения и предсказания эволюционных изменений общественного и культурного поведения групп. С. в значительной степени опирается на расширенную дарвинистскую генетику.
Общие базовые принципы С. включают в себя признание естественного порядка развития соц. поведения, многоуровневого объяснения поведения, целесообразности поведения (к-рое направлено на достижение адаптации и, следовательно, продолжение генофонда) и биолог. основы поведения, следующего предсказуемым паттернам. За пределами этих осн. принципов социобиологические теории сильно различаются между собой в отношении механизмов действия и относительной роли окружающей среды. Альтруистическое поведение людей было особенно трудной проблемой для дарвинистской генетики. С т. зр. генетики, оно не имеет смысла для индивида, поскольку может привести к его смерти и, соответственно, к гибели генетического материала, который он несет в себе. Тем не менее подобное альтруистическое поведение часто наблюдали у общественных насекомых, напр. рабочих пчел, трудящихся на благо всего роя, хотя сами они и стерильны. Ключ к пониманию этой загадки альтруизма дала нам работа У. Гамильтона, содержащая концепцию совокупной приспособленности, расценивающую альтруистическое поведение общественных насекомых как акт, который, хотя и подвергает риску генетический материал индивида, повышает вероятность выживания генетически родственных соц. партнеров. Это же можно отнести и к реципрокному альтруизму - оказанию помощи другим в надежде получить ответную помощь.
В адрес социобиологических теорий высказывали много критики, и иногда эти голоса звучали достаточно громко. Сильнее всего эти теории критиковали за социально-экономические и политические последствия, невозможность проверить их, биологический редукционизм и детерминизм, отрицающий роль окружающей среды. Мн. авторы утверждали, что человеческое поведение настолько сложно, что любая попытка редукционизма обречена на провал. Тем не менее именно сложность любой конкретной теории в С. определяет, яв-ся ли она редукционистской. Некоторые теории делают более сильный упор на влияние среды, тогда как др., более сложные и интегрированные, принимают во внимание известные нам сведения о биологии и окружающей среде и взаимно объединяют их. Такие теории ни в коей мере нельзя считать редукционистскими.
Ни с этической, ни с методологической т. зр. кажется невозможным проверять эти теории каким-то иным способом, кроме как путем проведения многочисленных косвенных исслед., дающих противоречивые и запутанные результаты. Очень жаль, что мало внимания уделяется энвайронментальным теориям (environmental theories), к-рые поддаются валидизации в большей степени. Этот сдвиг в акценте может невольно привести к созданию системы, оправдывающей расовые и половые предрассудки.
См. также Альтруизм, Сравнительная психология, Эволюция, Полемика о роли природы и воспитания в развитии, Физиологическая психология, Просоциальное поведение
С. Д. Шерритс

Социобиология животных (animal sociobiology)

Социобиология представляет собой попытку применить принципы эволюционной и популяционной биологии к пониманию законов соц. поведения. Определение этой науки можно понять в ист. контексте. В начале XX в. принципы генетики, популяционной биологии и эволюционного учения слились вместе, породив "современную синтетическую теорию" эволюции. В 1962 г. Уинн-Эдвардс высказал предположение о том, что можно объяснить большую часть соц. поведения тем, что оно дает преимущество группе. Так, напр., если используется определенное количество территорий, птицы без своей собственной территории могут удерживаться от размножения во избежание перерасхода имеющихся ресурсов, действуя, т. о., во благо всей группы. В скором времени обнаружилась ошибочность этого подхода. Если с таким поведением связаны определенные гены, то как же они могут распространяться? Ведь те птицы, к-рые действуют во благо группы, сами не размножаются, следовательно, отбор будет действовать против этих генов. Это заключение заставило представителей различных наук пересмотреть свои представления об эволюции соц. поведения и более четко продумать способы действия естественного отбора. Результатом стал взрыв исследовательской и теорет. деятельности, повлекшей за собой далеко идущие последствия для многих биолог. и общественных наук.
Львиная доля непонимания связана с социобиологическими постулатами относительно путей влияния генов на поведение. То, что гены каким-то образом воздействуют на поведение, сомнений не вызывает. Принципы социобиологии применимы только к тому поведению, на к-рое гены оказывают какое-то влияние; это никоим образом не означает, что гены "определяют" поведение, или что факторы среды играют незначительную роль. Еще одним источником непонимания в этой области яв-ся "стенография", применяемая при описании действия генов. Когда, напр., социобиолог высказывает предположение о том, что птица может уклоняться от участия в размножении во благо группы, это не подразумевает того, что она производит сознательный расчет. Скорее, ученый предлагает гипотезу, согласно к-рой такое поведение яв-ся результатом предыдущих актов естественного отбора, направленное на сохранение определенных генов, к-рые, при нынешних условиях окружающей среды, породили птиц, не участвующих в размножении. Природа непосредственных стимулов, контролирующих размножение, остается неизвестной; предметом исследований социобиолога яв-ся эволюционное давление. Хотя его интересы соприкасаются с влиянием генетических факторов, он отнюдь не провозглашает генетический детерминизм или сознательность выбора.
Основы социобиологии. Основным вопросом в эволюционной теории яв-ся выживание генов и их репликация. Организмы рассматриваются как средство генов производить больше генов. Р. Докинз рассматривает организм как "машину выживания", построенную генами для своей собственной защиты и репродукции.
Генетическую приспособленность можно количественно оценить как относительный вклад в генофонд будущих поколений, сделанный данным конкретным индивидом по сравнению с другими. По определению естественный отбор должен действовать таким образом, чтобы максимально повышать уровень приспособленности организмов. Говоря о приспособленности, социобиологи не имеют в виду внешность и физическую силу животного; данный термин относится только к тому, насколько данный индивид эффективен в том, что касается собирания генов в своем генотипе, передаваемом будущим поколениям. Т. о., естественный отбор должен работать на уровне индивида. Птица, не участвующая в размножении, характеризуется низкой степенью приспособленности и не передает свой генотип будущим поколениям.
Если допустить, что естественный отбор работает на уровне индивида, то это позволяет ответить на некоторые вопросы, зато ставит ряд других. Каждому следует задуматься, как в свое время сделал Ч. Дарвин, о стерильных кастах насекомых. Может также заинтересовать и тот факт, что у некоторых видов птиц молодые взрослые особи остаются со своими родителями и помогают выращивать своих братьев и сестер вместо того, чтобы размножаться самим. Основное влияние на развитие социобиологии и решение этих загадок оказали идеи У. Д. Гамильтона об отборе родичей и совокупной приспособленности.
У близких родичей есть много общих генов. На практике люди имеют примерно половину общих генов со своими родителями, сиблингами (родными братьями и сестрами) и детьми. Доля общих генов уменьшается по мере нашего продвижения к индивидам, состоящим с нами в более отдаленном родстве. У. Д. Гамильтон распознал в этом альтернативный способ, с помощью к-рого индивид может представить свои гены в будущих поколениях - через своих родственников. Отбор родичей (kin selection) - это действие естественного отбора на гены в силу их влияния на увеличение приспособленности близких родственников. У детей сестры примерно одна четверть общих генов с ее братом. Следовательно, его суммарный репродуктивный успех будет одинаково велик как в том случае, если у нее родится двое детей, так и в том, если у него самого будет один потомок. Степень отбора родичей будет варьировать в зависимости от пользы для данного семейства, затрат индивида и степени родства между донором и получателем. Термин совокупная приспособленность (inclusive fitness) относится к совокупному, общему уровню приспособленности индивида. Она яв-ся результатом личной или классической приспособленности (или прямой приспособленности), определение к-рой было дано выше, и косвенной приспособленности (т. е., вклада в приспособленность со стороны отбора родичей).
Альтруистическое поведение - это любое поведение, к-рое влечет за собой рост личной, классической приспособленности др. организма за счет уменьшения личной приспособленности донора. Осн. вопросом здесь, как и во всей социобиологии, яв-ся приспособленность - относительная эффективность передачи генов будущим поколениям. Согласно этому определению, забота о собственном потомстве не рассматривается как альтруизм, поскольку направлена на повышение личной приспособленности. Однако если кто-либо оказывает помощь своим близким родичам за счет уровня своей собственной прямой приспособленности, то это будет проявлением альтруизма. Ясно, что альтруистическое поведение эволюционирует благодаря отбору родичей, поскольку он способствует повышению совокупной приспособленности рассматриваемого животного. Таким образом, птицы, оказывающие помощь в гнездовьях, и стерильные рабочие особи у насекомых вносят свой вклад в репродуктивный успех семьи, поскольку такое поведение увеличивает совокупную приспособленность. Если термин "абсолютный альтруизм" относится к поведению, увеличивающему совокупную приспособленность др. организма за счет совокупной приспособленности донора, то абсолютный альтруизм не должен встречаться в природе.
В отдельных случаях явно альтруистическое поведение проявляется по отношению к особям, к-рые не яв-ся близкими родичами. Одной из возможных форм такого поведения является реципрокный альтруизм. Особь может проявить альтруизм по отношению к другой в обмен на "обещание", что та сделает то же самое при аналогичных обстоятельствах в будущем. Если затраты для обеих особей малы, а выгода - велика, такое поведение может внести свой вклад в приспособленность каждой из них, даже если между ними нет близкого родства. Для конкретного чел. может быть выгодно швырнуть спасательный круг чужому, потому что тот позднее может сделать то же самое для своего спасителя. Все согласны с тем, что реципрокный альтруизм может играть важную роль только у тех животных, к-рые обладают сложной соц. структурой и способностью распознавать индивидов. Давление, оказываемое на "обманщиков", должно быть постоянным. Естественно, следует ожидать появления особей, пользующихся благами реципрокного альтруизма, но не склонных к взаимным услугам и, соответственно, не страдающих от его издержек.
Стратегии репродуктивного поведения. С т. зр. социобиологии, репродуктивные усилия пары животных рассматриваются не как результат кооперации двух индивидов ради обеспечения существования вида, а как действие или, возможно, манипуляция, каждого индивида в целях повышения своего собственного уровня совокупной приспособленности. Термин "родительский вклад" (parental investment) описывает сумму всех вложений индивида в детеныша, за счет способности вносить вклад в др. потомков. Зачастую самки больше вкладывают в потомство, чем самцы. У млекопитающих с промискуитетной системой размножения, напр., самки производят крупные яйцеклетки, вынашивают потомство в течение определенного срока, вскармливают его и оказывают большую часть родительской заботы. Самцы предоставляют сперму и, у некоторых видов, вносят еще дополнительный незначительный вклад. В общем, тот пол, чей вклад больше (как правило, самки), превращается в ограничивающий "ресурс" (limiting "resource") для пола, вносящего меньший вклад. Было даже высказано предположение о том, что самцы "паразитируют" на вкладах самок. Т. о., самцы, как правило, конкурируют за самок, что продемонстрировано иерархией доминирования, территориальностью или сложным ритуалом ухаживания. Самки обычно более избирательны в своем выборе партнера. В то время как самки у многих видов сдержанны, самцы могут проявлять чрезмерную горячность. Т. о., осн. компонентами того, что Ч. Дарвин называл "половым подбором", яв-ся выбор самок и конкуренция между самцами. Если самки производят относительно малое количество потомства на протяжении своей жизни, самцы в этом отношении гораздо сильнее варьируют, одни оставляют огромное количество потомства, другие - мало или вообще никакого. Репродуктивные стратегии самцов и самок могут очень сильно различаться.
Подобно конфликту между самцами и самками, конфликт между родителями и потомством имеет важные последствия. Интересно, что родитель максимизирует свой собственный уровень совокупной приспособленности, распределяя свой вклад среди своего собственного потомства. Может быть выбран отдельный детеныш для того, чтобы максимально увеличить его приспособленность путем выделения ему доли ресурсов большей, чем это было бы оптимально для родителя. Такого детеныша будут выбирать для предоставления ему большей доли ресурсов, чем полагается, вплоть до того момента, пока он не начинает наносить урон своей собственной совокупной приспособленности за счет снижения выживаемости и размножения его сиблингов. Многие конфликты, напр. конфликт разлучения между родителем и молодой особью, можно рассматривать как взаимодействие между двумя индивидами, возникшее в процессе отбора для того, чтобы максимально увеличивать уровень совокупной приспособленности.
Отбор должен действовать на родителей таким образом, чтобы ограничивать уровень их заботы о потомстве. В тех случаях, где этого не происходит, напр. в случае с помогающими птицами и обезьянами-"тетушками", необходимо искать иные объяснения. Практ. навыки, приобретенные при уходе за детенышами, могут быть выгодными для индивида, когда появится его собственное потомство. Членство в семейной ячейке в качестве активного помощника может защитить молодую взрослую птицу от хищников и позднее помочь ей установить свою собственную брачную территорию. Сложность гормональных взаимодействий, необходимая для инициирования родительского поведения у грызунов, могла возникнуть в процессе отбора для обеспечения того, что такое поведение будет иметь место только при ограниченном наборе условий, когда оно может быть направлено на собственное потомство.
Социальная структура и системы размножения. Соц. структуру вида или популяции можно рассматривать как результат действий всех индивидов, направленных на увеличение уровня их совокупной приспособленности. В процессе отбора могла возникнуть моногамия в тех случаях, когда доступность кормовой базы, наличие хищников и другие факторы затрудняли выращивание детеныша только одним родителем. При др. обстоятельствах родитель может вырастить детеныша в одиночку, а второй родитель может уйти сразу же после спаривания. У многих млекопитающих о детеныше заботится самка; у многих рыб - самец.
К наиболее интересным соц. структурам относятся орг-ции общественных (эусоциальных) насекомых. У них существуют касты стерильных рабочих особей, перекрывание двух или более поколений молоди в одной колонии и сложное разделение труда. У всех вызывает удивление, почему отбор родичей породил такую крайнюю форму соц. поведения, при к-ром рабочие самки жертвуют своими собственными репродуктивными способностями для того, чтобы помочь своей матери вырастить их сиблингов. В объяснениях эволюции такой структуры преобладает гипотеза гаплодиплоидии. Гаплодиплоидия яв-ся способом репродукции у некоторых перепончатокрылых насекомых. В то время как самки развиваются из оплодотворенных яиц, самцы - из неоплодотворенных. В результате самцы гаплоидны, а самки - диплоидны; это означает, что если самки имеют по две хромосомы каждого вида (одну от отца, а другую от матери), то самцы - только одну. Если царица в колонии спаривается только с одним самцом, то все самки будут иметь одинаковые гены от их отца. У видов, не обладающих гаплодиплоидией, самки имеют с отцом только половину общих генов. В результате, самки имеют со своими сестрами три четверти общих генов, а не половину, как обычно. Однако у них только половина общих генов с их собственным потомством. Т. о., благодаря гаплодиплоидии, самки имеют со своими сестрами более близкое родство, чем с потомством. Если они стремятся максимизировать свою совокупную приспособленность, то, возможно, неудивительно, что эти самки больше заботятся о своих сестрах, чем о своем потомстве. Необходимо отметить, что существуют и др. гипотезы, объясняющие эволюцию эусоциальности, и что гаплодиплоидия не в состоянии дать универсального объяснения. Тем не менее она, несомненно, яв-ся очень важным фактором. Эволюция эусоциальности у насекомых дает пример того, как принципы социобиологии могут пролить свет на старые проблемы.
Резюме. Преимущества социобиологического подхода таятся в том же, что лежит в основе успеха эволюционного подхода. Эта теория дает ключ к пониманию многочисленных разнородных явлений с т. зр. нескольких общих теорет. принципов. Тем не менее данная область достаточно нова. Здесь существует много теорий, но явно не хватает фактов. Необходимо проводить гораздо больше эмпирических исслед. В применении и экстраполяции этой теории появляются некоторые крайности. С. ж. предлагает возможность объединить широкий спектр поведенческих явлений в общую теорию.
См. также Альтруизм, Сотрудничество/соперничество, Экологическая психология, Просоциальное поведение
Д. А. Дьюсбери

Социодрама (sociodrama)

С. - это методика групповой терапии, первоначально разработанная Я. Л. Морено в качестве расширения его психодрамы. Позднее Торренс предложил новую и более детализированную концепцию социодрамы как методики группового творческого решения проблем, основанной не только на ранних работах Морено, но вобравшей в себя многие из принципов творческого решения задач (creative problem-solving), предложенных Осборном и его коллегами. Хотя С. ориентирована практически на все возрастные группы, Торренс использует ее как метод первичной профилактики поведенческих проблем, возникающих у лиц из неимущих слоев населения и др. групп повышенного риска.
Основные различия между С. и ее предшественницей - психодрамой - заключаются не столько в методах, сколько в цели, хотя участие зрителей в С. яв-ся более важным. В С. материалом, поставляющим потенциальные проблемы или конфликтные ситуации, яв-ся групповая дискуссия, к-рая длится вплоть до идентификации адекватной проблемы. Проблема или конфликтная ситуация обычно не та, с к-рой сталкивается на данный момент кто-то из участников, а та, к-рая яв-ся общей для всех членов группы. Группа не получает какого-то руководства в выборе направления решения, поскольку это яв-ся ее главной целью.
Между членами группы распределяются роли, которые им предстоит исполнять при разыгрывании конфликтной ситуации. Для облегчения поиска решения конфликта используются различные технические приемы - монолог, прямое представление, дублирование, "зеркало", обмен ролями и др. приемы, вовлекающие зрителей в действие.
Роль режиссера в С. заключается в поддержании движения действия в направлении разрешения конфликта. Каждый сеанс терапии заканчивается нахождением нескольких возможных положительных решений обсуждавшихся проблем. Эффект социодрамы должен всегда оцениваться в аспекте ее цели и способности двигаться навстречу разрешению конфликта, а не в отношении драматических качеств или др. критериев, к-рые могут быть малозначимы для целей терапевтического занятия. Режиссер должен стремиться к максимальному вовлечению зрителей в действие в течение всего сеанса и выдвигать на первый план представленный в проблемной ситуации конфликт, а не сглаживать его. Обучая участников "мозговому штурму" поиска альтернативных вариантов поведения, давая им возможность отреагировать проблему в действии и отрепетировать проблемно-решающее поведение для его последующего использования в реальной жизни, С. показала себя как полезный метод профилактики проблемного поведения у детей и подростков из групп повышенного риска.
См. также Групповое решение проблем, Психодрама
С. Р. Рейнолдс

Социология психологического знания (sociology of psychological knowledge)

С. п. з. можно определить как изучение соц., политического и идеологического контекста, в к-ром психология развивалась как профессия и как наука.
С. п. з. на деле представляет собой частный случай более широкой дисциплины, называющейся социол. знания. Эта последняя область пытается изучать связи между знанием как продуктом культуры (напр., идеологий, этических убеждений, науки, технологии) и факторами, относящимися к существованию в обществе. Представляется, что человеческое мышление отчасти обусловлено соц. подструктурами или челов. взаимоотношениями. Примерами данного подхода служат работы таких общественных мыслителей, как Карл Маркс, Макс Шелер, Макс Вебер и Эмиль Дюркгейм, к-рые пытались анализировать соц. условия своего времени, являющиеся результатом взаимодействия капитализма, науки, технологии и демократии.
Социол. знания, помимо этого, включает в себя еще одну специализированную подобласть, называемую социол. науки, поскольку наука яв-ся одним из путей приобретения знания. В то время как социология знания интересуется социальными основами мышления, социология науки изучает специфическую структуру и процесс научной деятельности. Сама наука рассматривается при этом как соц. институт, подлежащий тем самым социологическому анализу.
Социол. психол. науки фокусирует свое внимание на процессе, посредством к-рого добывается и распространяется психол. знание, в том числе на таких проблемах, как процесс профессиональной коммуникации (напр., процесс отзывов на журнальные публикации), дискриминация по полу при найме и продвижении по службе, государственная поддержка психол. образования и психол. научных исслед., процесс социализации в последипломном психол. образовании и географическое размещение и распределение психологов.
Во вводной работе Басса кратко рассматриваются пять примеров С. п. з., иллюстрирующих этот тип анализа. Они относятся к дифференциальной психологии, гуманистической психологии, психологии развития, бихевиоризму и соц. психологии. В частности, Басс расценивает возникновение изучения индивидуальных различий (т. е., дифференциальной психологии) как результат роста капитализма, демократии, либерализма, науки и технологии в Англии в конце XIX столетия.
Тест академических достижений. В своем социологическом анализе психол. знания Мюррей Левайн приводит документальные свидетельства для оценки тестов академических достижений и др. родственных мер как продуктов соц. дарвинизма. По мнению Левайна, такое тестирование способствовало узакониванию различий в уровне образования между молодыми людьми низшего и среднего класса и дифференцированному распределению молодежи по позициям в иерархической структуре об-ва.
Параллельно с этим, им приводятся документальные свидетельства формирования организационных схем по типу "возраст-класс" (age-grade) в системе школьного образования. Тесты достижений служили некоторым основанием для перехода из одного класса в следующий; тем самым, такие тестовые меры вводили в силу показатели "возраст-класс", которые со временем были претворены в жизнь. Далее он указывает на существование доказательств в пользу мнения, что проблема недостаточной обучаемости (learning disabilities) вполне могла быть следствием распространения тестов академических достижений.
Что касается анализа (тестовых) заданий, Ливайн создает прецедент для рассмотрения тестов интеллекта и тестов достижений как неотличимых друг от друга. Если общий интеллект чем-то отличается от школьного научения, то тогда, считает Ливайн, совр. тесты достижений не выполняют своей задачи измерения того, чему обучают и чему научаются в школе. Кроме того, тесты достижений не могут измерять такие аспекты, как интерес к изучаемому предмету, любовь к чтению, развитие межличностной и соц. компетентности и усвоение учебных навыков. Тем не менее эти тесты используются для оценки школьных программ, предназначенных для достижения таких целей.
Хотя выводы, извлекаемые в процессе таких социол. анализов, всегда открыты для дискуссий, один вывод оказывается все же неизбежным: существует очевидное взаимодействие между об-вом, с одной стороны, и развитием и использованием знания - с другой, будь это знание психол. или к.-л. другим.
См. также Описательная психология, Международная психология, Философия науки
А. Барон-мл.

Социометрия (sociometry)

Морено описал целый ряд способов сбора данных о межличностных отношениях в группах. Один из таких подходов, получивший название С., привлек к себе большое внимание со стороны психологов и педагогов, поскольку обеспечивал простой метод измерения межличностной аттракции среди членов группы. Этот метод широко использовался в изучении соц. структуры игровых, рабочих и учебных групп, а тж оказался полезным в оценке межличностной привлекательности индивидуумов.
Социометрические данные могут описываться в виде количества выборов (или отказов), получаемых отдельным членом группы. Они могут также выступать в качестве основы для построения "социограммы", представляющей собой "карту" выборов, осуществляемых в ответ на поставленный вопрос.
С. может использоваться для изучения факторов, связанных с групповой моралью, и социометрические методы могут применяться в любом исслед., рассматривающем межличностные оценки, аттитюды, убеждения, или впечатления, возникающие в групповых условиях. К числу переменных, изучавшихся с использованием социометрического метода, относятся лидерство, честность, агрессивность, престиж и личная адаптация (personal adjustment).
См. также Ингруппы/аутгруппы, Межличностное восприятие
Г. К. Линдгрен

Социопсихологические детерминанты войны и мира (sociopsychological determinants of war and peace)

С незапамятных времен люди прибегали к насилию как к последнему средству разрешения своих споров. Внезапное появление ядерного оружия с его неограниченной разрушительной силой сделало это проверенное временем решение неприменимым. Выживание человечества зависит от окончательного отказа от обращения к насилию как спасительному средству в международных спорах. Достижение этой далекой, трудной и, может быть, даже неосуществимой цели зависит от вкладов всех областей челов. знания, в т. ч. и психологии, поскольку анализ окончательных решений, приводящих к развязыванию войны, осуществляется отдельными лидерами и группами лидеров. Здесь будут рассмотрены некоторые из тех психол. сил, к-рые вовлекают национальных лидеров и их сторонников в гонку за достижение могущества и безопасности путем накопления ядерного оружия - гонку, к-рая, при отсутствии каких-либо ограничений, неизбежно приведет к катастрофе.
Несмотря на то что наше сегодняшнее состояние неведения не позволяет наметить какого-либо решения этой проблемы, любое решение будет зависеть от понимания тех психол. сил, к-рые в нее вовлечены.
Сила привычки
Удобным отправным пунктом в нашем исслед. яв-ся почти непостижимое поведение лидеров ядерных держав. Все безоговорочно утверждают, что они боятся обмена ударами стратегическим ядерным оружием, однако при этом проводят политику соревнования в оснащенности ядерным оружием, которая неуклонно увеличивает вероятность такой катастрофы. Осн. психол. причиной здесь служит то, что они пытаются справиться с угрозой ядерной войны используя те же самые способы мышления и поведения, к-рые довольно сносно срабатывали в обычных ситуациях. На практике, несмотря на смутную угрозу возможного применения ядерного оружия, все вооруженные столкновения по-прежнему ведутся с применением обычных вооружений, что продолжает подкреплять старые паттерны.
Национальные лидеры пытаются сохранить такой метод ведения войны, выдумывая сценарий ограниченной или локальной ядерной войны, заканчивающейся победой одной стороны до того, как обе уничтожат друг друга. Сдерживание ядерной войны в определенных границах потребовало бы, помимо прочих условий, строгого, поминутного контроля за операциями в самом разгаре хаотической и взаимно угрожающей ситуации. Кроме того, в то время как боевые действия в действительности все еще продолжались бы, обе стороны, оперируя различной информ., используя различное оружие и руководствуясь диаметрально противоположными целями, должны были бы согласиться принять такой исход. В этих обстоятельствах вероятность ограничения любой ядерной войны оказывается чрезвычайно призрачной.
Психологическая нереальность ядерного оружия
Мышлению о ядерном оружии как если бы оно было неядерным способствует тот факт, что почти для всех людей разрушительность ядерного оружия существует только в воображении. За исключением уцелевших после ядерной бомбардировки жителей Хиросимы и Нагасаки, никто не переживал ее последствий воочию.
Внезапность появления ядерного оружия. Людям потребовались сотни тысяч лет прогресса от копья или дубины, при помощи к-рых можно было бы убить только одного человека, до бомбы, содержащей тонну динамита, к-рая одновременно могла бы уничтожить тысячи людей. И лишь менее десятилетия понадобилось для продвижения от этого уровня до водородной бомбы, к-рая одновременно может уничтожить миллионы людей, - чрезвычайно резкий скачок в разрушительной силе в сравнении с путем, пройденным от копья до бомбы, начиненной динамитом.
Благодаря своим способностям к символизации, чел. может быстро приспосабливать свои мысли к не имеющим прецедента новым проблемам. К сожалению, эмоции, к-рые определяют поведение, изменяются гораздо медленнее. Психиатры обнаружили, что интеллектуальный инсайт (intellectual insight) бессилен изменить поведение, если он не сопровождается "корректирующим эмоциональным опытом". Наш интеллект может приказывать нам, что мы должны сделать, но наши эмоции слишком часто мешают нам это сделать.
Обман слов. Поскольку ядерное оружие предназначено для нанесения разрушительных ударов по отдаленным странам, оно не воздействует ни на одно из наших чувств - психологически оно существует лишь в словесной форме, а, как уже отмечалось, слова, которые приобретают свое значение только путем их соотнесения с др. словами, если и обладают, то крайне слабым эмоциональным воздействием.
В отсутствие непосредственного чувственного опыта наше восприятие реальности формируется при помощи тех слов, которые мы используем для ее описания. К сожалению, поскольку ядерное оружие появилось лишь совсем недавно, единственными словами, к-рыми мы должны описывать его свойства, служат слова, относящиеся к обычному оружию.
К тому же, хотя по-прежнему остается истиной, что ядерное оружие в руках противника представляет смертельную угрозу, ядерное оружие в своих руках, за пределами уже давно пройденной ядерными сверхдержавами точки, вносит вклад не в безопасность, а в небезопасность всех заинтересованных лиц. Однако такова магия слов, что перевес в ядерном оружии над любым противником был воспринят американским президентом как "запас прочности".
Привыкание. Люди, как и все живые существа, перестают уделять внимание стимулам, которые остаются неизменными. Когда о ядерном оружии впервые узнали после бомбардировок Хиросимы и Нагасаки, и несколько позже, после испытания первой водородной бомбы, ядерное оружие приковывало к себе внимание всего мира; но с переходом к подземным испытаниям ядерного оружия и в связи отсутствием возможности увидеть новые взрывы все более мощных бомб, мы перестали реагировать на быстрый рост ядерных запасов, который превратился в часть обычно игнорируемого фона нашей жизни.
Отрицание. Когда до нашего сознания время от времени доходит весь ужас последствий применения ядерного оружия, оно отвечает отрицанием (denial) или защитным избеганием (defensive avoidance). Отрицание яв-ся нормальной и адекватной реакцией на угрозу, в отношении которой невозможно что-либо предпринять, например на неизбежную собственную конечную смерть, но оно становится трагически неадекватным, когда отсутствие мужества прямо взглянуть в лицо опасности мешает чел. справиться с ней, как в случае ядерной угрозы.
Группы лидеров и бюрократия
Чтобы полностью осознать и оценить курс действий в связи с угрозой ядерного оружия, мы рассмотрели некоторые из психол. блоков отдельных людей. Они усиливаются аспектами психологии малых групп и бюрократии.
Группы лидеров. Группы лидеров (руководителей), как и все группы, оказывают сильное давление на своих членов в сторону их подчинения. В условиях продолжительного или периодически обостряющегося давления члены таких групп начинают все больше зависеть от развития и поддержания своих первичных групповых связей. Поскольку группа испытывает потребность в наличии единого фронта против реальных или потенциальных внешних опасностей, нарушитель такого фронта воспринимается как угроза сплоченности группы и единству цели, и тем самым как угроза ее силе. В результате, члены подавляют индивидуальные суждения в пользу сохранения групповой сплоченности - феномен, получивший название "группового мышления" (groupthink).
Бюрократические силы. Все лидеры опираются на бюрократию, обеспечивающую их информ., на основе к-рой принимаются и проводятся в жизнь решения. Тем самым бюрократия приобретает власть над лидерами, ограничивая их действия путем фильтрации предоставляемой им информ. Наибольшей властью обладают бюрократы-эксперты, к-рым лидеры, не будучи экспертами, не могут эффективно противостоять.
Несмотря на соперничество отдельных группировок бюрократии в борьбе за власть, статус и ресурсы, все они объединяются, когда это способствует увеличению их общих ресурсов. Все военные ведомства действуют сообща в представлении политическим лидерам анализов "неблагоприятного развития событий" (worst-case) и в поддержке друг другом требований новых вооружений, поскольку это приводит к увеличению финансирования всех этих структур. Т. о., осн. причиной накопления ядерного вооружения яв-ся соревнование между военными ведомствами внутри гос-в.
Бюрократия еще сильнее, чем отдельные люди, сопротивляется перестройкам, необходимым для действий в новых условиях.
Поскольку ядерное оружие психологически уподобляется обычным видам вооружений, вне зависимости от реальностей, страна, обладающая меньшими или технически более устаревшими запасами оружия, будет рассматривать себя более слабой и будет рассматриваться как более слабая своими противниками и союзниками. Как заявил адмирал Стэнсфилд Тернер: "Но что бы мы ни делали, это не должно ограничиваться корректировкой сложившегося дисбаланса (ядерных) сил; это должно также корректировать восприятие дисбаланса..."
Короче говоря, стремление к достижению безопасности путем накопления ядерного оружия оказывается в действительности скорее гонкой за престижем, нежели за реальной силой. Это особенно дорогостоящая и опасная форма психологической войны, в которой каждое гос-во пытается достичь психол. безопасности ценой реальной безопасности.
Поскольку страх, подобно любой сильной эмоции, затрудняет решение проблемы, усиливая ригидность мышления, препятствуя рассмотрению альтернатив и сужая временную перспективу, с психол. т. зр. первой необходимой предпосылкой для достижения новых принципов международных отношений, совместимых с ядерным оружием, было бы осуществление шагов по снижению взаимных страхов. Поскольку двумя главными источниками взаимного страха яв-ся увеличение запасов ядерного оружия и головокружительная скорость научных исслед. и разработок, к-рые постоянно угрожают новыми "прорывами", обещающим первым шагом могло бы стать введение взаимного замораживания производства, исслед. и развертывания ядерного оружия. На более фундаментальном уровне было бы необходимо разработать способы снижения постоянных взаимных разногласий и разобщенности между государствами и усиления международного сотрудничества.
См. также Агрессия, Разрешение конфликта, ПОИР, Психология толпы, Виктимология, Насилие
Дж. Д. Франк

Специфические пищевые потребности (specific hungers)

С. п. п. - это повышенное предпочтение, отдаваемое индивидом пище, содержащей определенное питательное вещество, напр. минерал или витамин, при условии повышенной потребности в таком питательном веществе. С. п. п. обычно отличают от извращенного аппетита (пика), проявляющегося в особом предпочтении, отдаваемом бесполезным или вредным веществам, таким как глина или грязь.
Феномен С. п. п. был впервые документально зарегистрирован Куртом Рихтером, обнаружившим, что крысы могли адаптивно изменять потребление углеводов, жиров, белков, натрия, кальция, витаминов группы В, витамина Е и др.
Специфическая потребность в хлориде натрия (NaCl), в отличие от др. известных нам специфических пищевых потребностей, видимо зависит от врожденно запрограммированного механизма, к-рый может запускаться нуждой организма в этом веществе. Когда крыса начинает испытывать дефицит в NaCl, она сразу обнаруживает повышенное предпочтение к сортам корма и жидкостям, содержащим NaCl в любой концентрации или содержащим сходный на вкус, но ядовитый хлорид лития (LiCl). Крыса также демонстрирует ускоренный темп оперантного поведения, подкреплявшегося хлоридом натрия до состояния нужды в нем, но находящегося в угашенной форме после появления нужды в NaCl. Есть некоторые доказательства применимости тех же принципов к людям.
В противоположность этому, др. С. п. п., по-видимому, формируются путем проб и ошибок. Очевидно, специфическое предпочтение развивается, по крайней мере в отношении большинства веществ, благодаря процессу исключения, когда животное испытывает и приобретает отвращение к каждой неподходящей пище, к-рую оно пробует. Впрочем, в отношении некоторых питательных веществ, таких как витамины А и D, крысы не приобретают отвращения к дефицитарным рационам и не развивают предпочтений в отношении витаминизированных кормов.
Помимо прочего, иногда происходит научение специфическим предпочтениям. Д. М. Захорик продемонстрировал, что крысы обнаруживали предпочтения к кормам, способствующим восстановлению от авитаминоза, и что они предпочитают эти корма даже в сравнении со старой "безопасной" пищей, к-рая и не вызывала, и не уменьшала дефицитарности.
См. также Недостаточность питания и поведение человека
Дж. Калат

Список личных предпочтений Эдвардса (Edwards personal preference schedule, EPPS)

С. л. п. Э. - это построенный в формате самоотчета личностный инвентарь, позволяющий измерять 15 потребностей и мотивов: унижения (abasement), достижения, аффилиации, агрессии, независимости, изменения (change), уважения, доминирования, стойкости (endurance), привлечения к себе внимания, гетеросексуальных отношений, интрацепии, покровительства, порядка и поиска помощи (зависимости) - все взяты из теории личности Мюррея. Тест предназначен для студентов колледжей и взрослых.
С. л. п. Э. состоит из 210 пунктов, каждый из к-рых содержит два самоописательных утверждения. Утверждения уравнены по своей соц. желательности, однако измеряют различные потребности. Респондент должен выбрать из каждой пары одно, наилучшим образом описывающее его утверждение. К такому формату вынужденного выбора Эдвардс обратился после того, как обнаружил, что вероятность выбора утверждений зависела от их значения на шкале соц. желательности. В случае же формата вынужденного выбора респондент должен отвечать, основываясь на содержании самого пункта (т. е., потребности или мотива), а не на его соц. желательности.
Использование формата вынужденного выбора приводит к тому, что С. л. п. Э. дает ипсативные показатели - т. е. сила каждой потребности выражается не в абсолютных единицах, а относительно силы др. потребностей индивидуума. Отсюда возникают определенные проблемы при интерпретации оценок и проведении исслед. валидности теста, поскольку два респондента, получившие одинаковые оценки по тесту, могут при этом различаться по абсолютной силе своих потребностей или мотивов.
См. также Методика вынужденного выбора, Ипсативное шкалирование, Оценка личности, Методы тестирования
Ф. Браун

Спортивная психология (sports psychology)

Спортивные психологи занимаются приложением психол. теорий и методов к спорту, играм и активным видам отдыха, а также обнаружением более эффективных способов содействия людям овладевать различными видами спорта и достигать в них высоких результатов.
Современная С. п. значительно расширила свою предметную область, поначалу включавшую в себя разделы моторного научения, восприятия и биомеханики. Джон Салмела приводит список, в к-ром специалисты перечисляют свои осн. сферы интереса в данной области. Наиболее распространенными яв-ся научение моторным навыкам, личность, тревога и стресс, конфликт и соперничество, обучение формированию внутренних образов (imagery training), обучение релаксации, гипноз, тренировка внимания, мотивация, социализация, развитие, формирование команды, игра и досуг, мысленная тренировка (mental training), тренировочный процесс, консультирование и готовность к соревнованиям. Область интересов этих специалистов в отношении специфических видов спорта простирается от танцев до бейсбола и баскетбола и от футбола и фехтования до волейбола, гольфа и множества др.
Примеры исследований в спортивной психологии
В начальный период становления этой области психологи просто пытались применять общие системы и методы психологии к спорту.
Рейнер Мартенс применяет общие социально-психологические теории и методы к спорту. Существуют, конечно, ограничения в отношении того, насколько прямо и целиком инструменты из одной области могут переноситься в др. область. Мартенс обнаружил, что тесты на общую тревогу не способны эффективно различать атлетов, испытывавших высокую тревогу в ходе соревнования, от тех, кто ее не испытывал. Однако, когда он разработал специальный Тест тревоги в спортивных соревнованиях (Sport competition anxiety test), различение стало возможным.
Продолжительная серия исслед. была посвящена изучению роли мысленной тренировки (mental practice) в приобретении спортивных навыков. Согласно Б. Р. Бугельски, большинство исследований показывают, что а) субъекты, занимавшиеся физической тренировкой, за к-рой следовала (частично замещающая ее) мысленная тренировка, обычно достигали таких же хороших результатов, как и субъекты, занимавшиеся только физ. тренировкой, и б) что субъекты, не испытывавшие затруднений с формированием визуальных мысленных образов, достигали лучших результатов в сравнении с теми, к-рые делали это с трудом. Это направление исслед. успешно развивалось в то время, когда в эксперим. психологии по большей части игнорировалось изучение образов и мышления. Бугельски цитирует классическое исслед. штрафных бросков в баскетболе, проведенное Р. Вэнделлом и его сотрудниками. Первая группа тренировалась ежедневно в течение 20 дней; вторая группа, контрольная, не тренировалась; и третья группа на протяжении 20 дней занималась мысленной тренировкой. Улучшение в исполнении штрафных бросков составило 41% в группе, занимавшейся физ. тренировками, 2% в контрольной группе и 43% в группе, занимавшейся мысленными тренировками. Огромное количество исслед. такого же плана, проведенных в отношении всевозможных видов физ. умений (прыжки в высоту, игра на фортепиано, стрельба из лука, гимнастика и др.), привело, в целом, к сходными результатам. По мнению Ричарда Суинна, эти данные могут использоваться в консультировании.
Многие спортивные психологи применяли батареи личностных тестов к спортсменам и не спортсменам и к спортсменам различных уровней мастерства с целью проверки гипотезы о существовании "спортивного типа личности". Несмотря на значительную изменчивость в результатах, может быть сделан предварительный вывод о том, что мужчины-спортсмены характеризуются, в целом, большей экстраверсией и эмоциональной устойчивостью, напористостью, уверенностью в себе и способностью переносить стресс. У женщин-спортсменок чаще отмечаются более низкие оценки по экстраверсии по сравнению с мужчинами, но более высокие оценки по эмоциональной устойчивости.
Спортивное консультирование и спортивный консалтинг
В применении к отдельным спортсменам, спортивное консультирование (sports counseling) предназначено для улучшения их спортивной отдачи. Здесь обсуждаются такие проблемы, как предсоревновательная тревога, страх победы (fear of winning), физ. и эмоциональные спады (slumps) и укрепление мотивации. Спортивные консультанты в командах занимаются проблемами формирования команды, общения и тренировочного процесса.
Приложения спортивной психологии
Когда научная область достигает зрелости, она начинает меньше заимствовать у более сложившихся областей исследования и разрабатывать свои собственные методы и теории, которые пытаются использовать применительно к условиям своей деятельности др. специалисты. В течение прошлого десятилетия, у С. п. стало появляться все больше приложений.
Приложения в сфере психического здоровья. Результаты многих исслед. свидетельствуют о благоприятном влиянии бега трусцой, бега и др. видов спорта на компенсацию психич. заболеваний. Джон Грейст и сотрудники приводят данные о том, что бег оказывается столь же эффективным в снижении депрессивных симптомов, как и ограниченная по времени или неограниченная по времени психотер. Однако, по мнению мед. специалистов, спорт может стать отрицательным фокусом для невроза (the negative focus for a neurosis).
Приложения в сфере бизнеса. Роберт Найдиффер разраб. Тест аттенционального и интерперсонального стиля (Test of Attentional and Interpersonal Style, TAIS), к-рый использовался для выявления предпочитаемого стиля внимания (внешний-внутренний и широкий-узкий) у спортсменов. Этот тест позволяет определить ситуации, с наибольшей вероятностью перегружающие концентрацию внимания спортсмена и приводящие к ошибкам в исполнении. Найдиффер также разраб. систему тренировки контроля за вниманием (attentional control training), которая обучает спортсменов распознавать и исправлять ошибки своего внимания. Пратт и Найдиффер описывают то, как эти измерения и процедуры обучения контролю за вниманием использовались в бизнесе (с менеджерами и высшими руководителями) и в условиях др. орг-ций (напр., полицейские, пожарные).
Выводы
Ричард Боллс и др. специалисты в области профессионального консультирования отмечают, что сегодня мужчины и женщины не желают откладывать отдых и досуг до времени своего ухода на пенсию. Они хотят сочетать отдых, работу, образование и соц. деятельность на всем протяжении своей жизни.
Эти тенденции, в сочетании с непрерывно растущим интересом к факторам образа жизни, влияющим на здоровье и благополучие, будут способствовать усилению роли спортивных психологов. Спорт, в особенности соревновательный спорт, предоставляет психологии соц. лабораторию, в которой люди добровольно возлагают на себя задачи но овладению чрезвычайно трудными умениями и навыками и подвергают себя сильному физ. стрессу и соц. давлению. В отношении отдыха и досуга спорт дает выход природным особенностям челов. биолог. наследственности - эмоциям, движению, соревнованию, сотрудничеству и игре. Прикладной психологии и терапии С. п. может предложить как почву для проверки идей и методов, так и, со своей стороны, новые ролевые модели готовности, тренировки и обучения для прикладного психолога.
См. также Психология здоровья, Досуговое консультирование
Дж. Харт

Способности к иностранным языкам (foreign language aptitude)

Складывается впечатление, что нек-рые люди с завидной легкостью усваивают и. я., тогда как другим, даже при высоком уровне мотивации, он дается с большим трудом. Это говорит о том, что люди различаются по С. к и. я. На протяжении всего XX в. шли разработки тестов и методик, к-рые позволили бы предсказать успешность конкретного человека в овладении и. я.
Необходимо отличать С. к и. я. от способности к овладению родным языком. Способность к усвоению первого языка - "языка матери", - по-видимому, является универсальной характеристикой человека как вида, несмотря на то что люди могут различаться по темпу и качеству овладения первым языком. Способность к усвоению первого языка, вероятно, тж распространяется на одновременное овладение двумя или более языками, напр. в условиях билингвальной и мультилингвальной среды. Строго говоря, С. к и. я. относится к способности к овладению вторым языком после того, как человек уже освоил первый язык и миновал возраст (примерно от 5 до 7 лет), за пределами к-рого способность к усвоению первого языка больше не участвует в овладении вторым языком.
В подтверждение идеи о том, что люди различаются по С. к и. я., можно, по-видимому, сослаться на результаты исслед., согласно к-рым точные замеры, проведенные до начала изучения и. я., существенно - а иногда довольно высоко - коррелируют с успехами, достигаемыми в конце его изучения. Это объясняется тем, что люди различаются по макс. или оптимальному для них темпу усвоения и. я. (т. е. индивидуумы с высокими способностями могут достигать удовлетворительного уровня знания и. я. за сравнительно более короткий срок, чем индивидуумы с низкими способностями, и обучение можно строить с учетом их более высокого потенциала). Данное объяснение не подразумевает, что люди с низкими способностями не в состоянии овладеть и. я., а означает лишь то, что им требуется гораздо больше времени для достижения определенного уровня знания, чем людям с высокими способностями.
Как и при любой попытке сконструировать тест способностей, исследователи начали свою работу с анализа самой задачи овладения и. я. в типичной учеб. ситуации, пытаясь определить, какие индивидуальные особенности могут взаимодействовать с этой задачей. Язык состоит из неск. взаимосвязанных систем, к-рые надлежит усвоить при его изучении: фонетики (системы звуковых единиц и их сочетаний, из которых составляются слова и выражения), грамматики (системы правил порождения содержательных устных высказываний и письменных предложений) и лексики (обширного запаса слов и идиоматических выражений, к-рые используются при порождении устных высказываний и письменной речи). В дополнение к этому, и. я. обычно имеет определенную систему письма и правописания, к-рую человеку надлежит освоить, если он собирается читать и писать на этом языке.
Можно предположить, что когнитивные способности по-разному взаимодействуют с этими аспектами системы и. я., и это действительно так. С. к и. я. не являются неразделимым целым, это скорее набор способностей, имея к-рые, человек может справиться с различными аспектами стоящей перед ним задачи овладения и. я.
К настоящему времени создано неск. эффективных батарей тестов С. к и. я. Эти тесты измеряют приблизительно один и тот же набор когнитивных способностей, предсказывающих успех в усвоении и. я.
Когнитивные способности, лежащие в основе С. к и. я.
Исследователи пришли к выводу о существовании, по крайней мере, четырех специальных когнитивных способностей, лежащих в основе успешного усвоения и. я. в традиционных учеб. программах, особенно в тех из них, к-рые направлены на обучение разговорной речи.
Способность к фонетическому кодированию (phonetic coding ability) является разновидностью мнемической способности, благодаря к-рой человек воспринимает звуки и. я. и звуковые формы слов и выражений, "кодирует" их в долговременной памяти и в последующем отыскивает их и воспроизводит. По-видимому, она не включает способность к различению иноязычных звуков; подавляющее большинство учащихся способны научиться различению фонем при соотв. условиях обучения. Скорее, она предполагает повышенное внимание к точным фонетическим формам иноязычных звуков и слов и их сохранение в активной памяти, особенно если в них встречаются фонетические признаки, отсутствующие в родном языке обучающегося. Эту способность можно проверить различными способами: нестрого, предъявляя экзаменуемому иноязычные звуки или слова и добиваясь их воспроизведения после неск. секунд отвлекающей деятельности, и более строго, напр., требуя от экзаменуемого заучить связи между звуками и фонетическими знаками.
Грамматическая чувствительность (grammatical sensitivity), или способность воспринимать грамматические отношения в и. я. и понимать роль грамматики в порождении и переводе высказываний и предложений. В одной из форм теста от экзаменуемого требуется воспринимать родственные грамматические отношения в родном языке.
Механическая ассоциативная память (rote associational memory) была давно идентифицирована в факторно-аналитических исслед. когнитивных способностей; доказана ее необходимость для усвоения большого количества произвольных связей между словами и их значениями, к-рые надлежит освоить. Наличие этой способности можно проверить с помощью метода выборочного анализа образцов деятельности, требуя от экзаменуемого заучить определенное количество таких произвольных ассоц. и затем выборочно продемонстрировать их знание (напр., на материале искусственного языка).
Индуктивная способность (inductive ability) - это общая когнитивная способность, измеряемая во мн. батареях тестов когнитивных способностей, - способность видеть и выводить правила, управляющие формированием паттернов стимулов. В тестах С. к и. я. проверяется, насколько хорошо экзаменуемый может выводить и применять релевантные правила и отношения, работая с выборочными материалами реального или вымышленного и. я.
Показатели тестов С. к и. я. существенно коррелируют с показателями тестов общего интеллекта, однако эта корреляция, по всей вероятности, вызвана тем, что нек-рые из специальных способностей, необходимых для успешного овладения и. я., являются тж факторами, измеряемыми в тестах интеллекта. Это в полной мере относится к индуктивной способности, однако в меньшей степени - к др. вышеупомянутым способностям. Тесты С. к и. я. обычно дают более высокие корреляции с мерами достигнутого успеха в овладении и. я., чем тесты общего интеллекта, благодаря тому обстоятельству, что в их состав входят необходимые измерения специальных способностей.
Прогностическая валидность тестов способностей к иностранным языкам
Средние коэффициенты валидности тестов С. к и. я. оказываются одними из самых высоких в области прикл. психологии. В течение целого ряда лет показатели тестов С. к и. я. являлись важным критерием при отборе добровольцев в Корпус мира США, поскольку большинству из них требовалось знание и. я. для работы в принимающих странах. При этом регулярно фиксировались коэффициенты валидности в среднем от 0,5 до 0,6. Кандидаты в Корпус мира имели высокую мотивацию как в прохождении тестов, так и в процессе обучения на интенсивных курсах и. я.
На степень прогностической валидности, демонстрируемую тестом способностей, может влиять множество переменных. Мотивация в прохождении теста и в овладении языком - только одна из них. Другой является тип обучения - интенсивное, систематическое и напряженное в противоположность длительному, сравнительно несистематическому и толерантному к ошибкам и неудачам учащихся.
Наиболее успешно и. я., вероятно, освоят те, кто имеет превышающий средний либо высший уровень развития всех или почти всех необходимых для успеха специальных способностей.
См. также Тестирование способностей, Когнитивные способности, Психолингвистика
Дж. Б. Кэрролл

Справедливость (equity)

Теория С. (equity theory) яв-ся поразительно простой теорией. Она состоит из четырех взаимосвязанных положений.
Положение I. Индивидуумы всегда пытаются максимизировать свои результаты (где результаты определяются как вознаграждения минус наказания).
Положение IIА. Группы (или, скорее, индивидуумы, образующие эти группы) способны максимизировать объем совокупных вознаграждений путем развития одобряемых систем справедливого распределения ресурсов среди своих членов. Соответственно, группы будут разрабатывать такие системы С. и будут побуждать своих членов к их принятию и неукоснительному соблюдению.
Положение IIБ. Группы обычно вознаграждают среди своих членов тех, кто поступает справедливо по отношению к другим, и наказывают тех, кто поступает несправедливо по отношению друг к другу.
Положение III. Когда индивидуумы оказываются участвующими в несправедливых отношениях, они начинают страдать. Чем большая несправедливость была допущена, тем сильнее испытываемое ими страдание (distress).
Положение IV. Индивидуумы, обнаружившие, что с ними поступают несправедливо, будут пытаться избавиться от страданий путем восстановления С. Чем большая несправедливость была допущена, тем сильнее будет это страдание и тем настойчивее они будут пытаться восстановить справедливость.
Исследователи С. установили, что мужчины и женщины испытывают наибольшую удовлетворенность, когда они вовлечены в справедливые отношения. Как получившие большую выгоду, так и получившие меньшую выгоду испытывают сильный дистресс после несправедливого обмена. Чем более несправедлив обмен, тем большее неудобство испытывают его участники. Разумеется, участники меньше страдали из-за несправедливости, когда они от нее выигрывали, чем когда проигрывали.
Исследователи также показали: люди, обнаружившие, что они стали участниками несправедливых отношений и испытывающие вследствие этого дистресс, пытаются его уменьшить путем восстановления либо реальной, либо психол. С. в своих отношениях. Реальную справедливость (actual equity) можно восстановить, только действительно изменив подходящими способами относительные выигрыши - свой или своего партнера.
Недавние исслед. свидетельствуют, что выигравшие от несправедливости (overbenefited) зачастую совершенно добровольно компенсируют ущерб проигравшим от нее.
Как правило, первой реакцией несправедливо обделенных на эксплуатацию оказывается обращение за компенсацией нанесенного ущерба.
Люди, оказавшиеся в ситуации нарушенного баланса отношений, могут также восстанавливать справедливость др. способом, прибегая к восстановлению психол. справедливости. Они могут разрушить реальность и убедить себя в том, что такие несправедливые отношения в действительности яв-ся абсолютно честными.
Были обнаружено, что причинители вреда и их жертвы могут прибегать к определенным искажениям, включая сюда обвинение самой жертвы или отрицание своей ответственности за ее страдания.
Э. Хэтфилд

Сравнительная психология (comparative psychology)

Предметом С. п. яв-ся поведение животных. Исслед. в С. п. могут преследовать либо одну из двух, либо обе главные цели. Первая состоит в открытии принципов и построении теорий, позволяющих управлять поведением животных. Эти принципы и теории могут быть специфичными для одного или нескольких близко родственных видов животных, или обладать большей универсальностью и распространяться даже на людей. Вторая заключается в понимании того, вносит ли поведение животного, наблюдаемое в лабораторных или естественных условиях, свой вклад в обеспечение общей эволюционной приспособленности, а если да, то каким образом достигается повышение приспособленности.
Литература и естествознание до XIX в. периодически пополнялись новыми историями, слухами и рассуждениями о поведении животных, но вплоть до конца XIX столетия никто не пытался систематически и научно исследовать их поведение. Возможно, в определенной степени это проистекало из предположения о непреодолимой пропасти между поведением чел. и животных, высказанного философом XVII в. Рене Декартом, к-рый считал, что поведение чел. направляется процессами мышления и рассуждения, тогда как животные - это создания, движимые только механическими рефлексами и инстинктами.
Это строгое разделение поведения чел. и животных было поставлено под вопрос теорией эволюции, положившей начало совр. С. п. Чарльз Дарвин и Альфред Рассел Уоллес независимо открыли основные положения этой теории, впервые доложенной на заседании Линнеевского общества в 1858 г. Теория утверждала, что все существующие в природе популяции постоянно и постепенно изменяются в результате естественного отбора индивидов, различающихся по степени своей приспособленности. Этот процесс привел к чрезвычайному разнообразию животных и растительных форм, одна из линий эволюционировала в гоминид и, в конце концов, в чел. Из эволюционного развития следуют два важных вывода: 1) элементы челов. психики могут быть обнаружены у животных; 2) элементы психики животных могут быть найдены у чел. Ч. Дарвин, хорошо сознававший эти следствия, обратился к первому из них в своем труде "Происхождение человека" (The descent of man), а к второму - в книге "Выражение эмоций у людей и животных" (The expression of emotions in man and animals). Однако в своих рабочих дневниках Ч. Дарвин формулирует более тонкий вывод: если бы можно было создать научную психологию челов. разума, это было бы доказательством того, что разум и поведение чел. подчиняются тем же естественным законам, что и поведение животных. В основе такой формулировки лежало предположение о том, что если поведение животного сходно с собственно челов. поведением при неких конкретных обстоятельствах, то нужно всего лишь исследовать наши собственные психич. явления, чтобы приблизиться к пониманию мышления данного животного.
Экстравагантные и красочные интерпретации поведения животных породили неизбежную волну возражений. К. Ллойд Морган утверждал, что при создании теорий и обобщений необходимо опираться только на непосредственно наблюдаемое поведение. Согласно заветам К. Л. Моргана, к поведению животных следует применять самые простые из возможных объяснений, согласующихся с наблюдениями. От С. п. К. Л. Моргана до бихевиоризма Джона Б. Уотсона был сделан очень маленький шаг, к-рый уничтожил все ссылки на ненаблюдаемые психич. явления и процессы у животных. Точная версия С. п. К. Л. Моргана и бихевиоризм Дж. Б. Уотсона были ответом на чрезмерно рьяное приписывание интеллектуальных способностей чел. животным. Самой яркой иллюстрацией к данной проблеме может послужить история Умного Ганса.
Умный Ганс: лошадь предостерегает психологов. В 1904 г. отставной школьный учитель из Берлина, Вильгельм фон Остен, привлек внимание публики сообщением о том, что его лошадь, Умный Ганс может читать, писать и решать огромное количество арифметических задач, в т. ч. и на умножение дробей. Методика фон Остена заключалась в том, чтобы дать каждой букве алфавита соответствующий номер и затем написать их на доске для Ганса. Получив подобные инструкции, Ганс отвечал на вопрос, выстукивая ответы правым передним копытом на доске. Этот случай очень сильно отличался от множества похожих представлений с животными, поскольку фон Остен не подсказывал невольно Гансу, когда начинать и заканчивать топать. Действия Ганса поставили в тупик многих экспертов, исследовавших его. Тайна оставалась нераскрытой до тех пор, пока молодой психолог Оскар Пфунгст не подверг Ганса и фон Остена серии систематических наблюдений. Ученый продемонстрировал, что фон Остен непроизвольно подсказывал Гансу. В частности, незначительные изменения в дыхании фон Остена, движения лица, напр. подрагивание ноздрей, и головы Ганс использовал в качестве сигнала начать или закончить топанье копытом. Оскар Пфунгст подсчитал, что чувствительная лошадь улавливала движение широкополой шляпы фон Остена всего на 1 мм. Фон Остен был сокрушен этим открытием, но он никогда не допускал и мысли о том, что у Ганса не было выдающихся лингвистических и арифметических способностей.
Вопросы "как?" к "почему?" о поведении животных. Предположим, что мы наблюдаем за группой недавно вылупившихся гусят, к-рые целеустремленно, вытянувшись цепочкой, следуют за своей матерью. Здесь возникает самый очевидный и важный вопрос: почему они следуют за ней? Некоторые психологи сказали бы, что это поведение, результат импринтинга, носит явно приспособительный характер. Оно встречается у птиц с хорошо развитыми локомоторными и сенсорными способностями в момент вылупления или в течение короткого времени после этого. Кроме того, мать обычно передвигается по земле или воде целый день, а не летает. В прошлом те гусята, к-рые имели гены, заставляющие их неотрывно следовать за своей матерью, имели больше шансов выжить, чем те, у которых тенденция следовать за матерью была более слабой. Более того, гусята, будучи выводковыми (т. е. относительно сформированными в момент рождения), были лучше приспособлены следовать за матерью, чем вылупляющиеся слабыми и незрелыми. Т. о., благодаря естественному отбору, у некоторых видов птиц развилась тенденция быть выводковыми и следовать за движущимися объектами, появлявшимися перед ними сразу же после вылупления.
Эксперим. психологу такое эволюционное объяснение импринтинга могло показаться не вполне удовлетворительным, и, следовательно, он предложил бы альтернативное объяснение. Лабораторные эксперименты показали, что у выводковых птиц запечатление образа матери или любых др. ярких раздражителей формируется в течение первых нескольких часов после вылупления; следовательно, в основе импринтинга, возможно, лежит очень быстрая выработка условных реакций. Одна теория такого рода утверждает, что импринтинг приобретается, поскольку удаляющиеся объекты вызывают снижение симпатической активности и, т. о., становятся положительными стимулами. Согласно др. теории, движущиеся стимулы яв-ся БР, вызывающими безусловную реакцию следования у только что вылупившихся выводковых птиц. После того как происходит выработка классического условного рефлекса, визуальные признаки движущихся стимулов становятся УР и также вызывают следование.
Эти две т. зр. яв-ся примерами конечного и ближайшего объяснений. Конечные объяснения (ultimate explanations) придают значение тому, как поведение вносит свой вклад в общую эволюционную приспособленность животного. Т. о., эти объяснения тесно связаны с функцией поведения при решении проблем, встающих перед животным в естественной среде обитания. Др. словами, конечные объяснения отвечают на вопрос: "Почему возникает поведение?"
Ближайшие объяснения (proximate explanations) адресованы вопросу: "Как возникает поведение?" Эти объяснения отвечают на вопросы об онтогенетическом развитии поведения, как на него влияет научение и воздействуют физиолог., нейрологические и др. средовые переменные. Ближайшие объяснения включают в себя механизмы, к-рые вызывают эффекты на протяжении жизни индивида. Напротив, конечные объяснения включают в себя механизмы, к-рые влияли на естественный отбор в отдаленном филогенетическом прошлом индивида.
И конечные, и ближайшие объяснения представляют собой абсолютно законные научные подходы к пониманию поведения животных, поэтому нет никакой необходимости противопоставлять их друг другу. Тем не менее в прошлом нередко возникали горячие споры, вызванные неспособностью ученых признать независимость двух этих базовых подходов.
Разум, я-концепции и язык животных. Возможности и проявления разума и сознания у животных были темой оживленных рассуждений в самом начале постдарвиновского периода С. п.
Героические попытки вступить в общение с животными посредством языка пленяли воображение людей на протяжении всей истории. Поскольку шимпанзе жадно имитируют действия чел., явной альтернативой разговору казалась кинетическая речь. Хотя в 1927 г. Роберт Йеркс рассуждал о возможности научить человекообразных обезьян языку жестов, первая попытка обучить шимпанзе кинетической речи была предпринята только в 1966 г. Беатриса и Аллен Гарднеры начали учить молодую шимпанзе, Уошо, стандартному американскому языку жестов (амслену). Этот проект оказался более успешным, чем предварительные попытки с использованием голоса. В течение первых 3 лет проекта Уошо стала надежно распознавать словарь из более чем 85 знаков. Она демонстрировала некоторые навыки составления коротких грамматических предложений из отдельных слов, но никогда не проявила настоящей способности продуцировать предложения в разнообразных ситуациях.
В течение короткого времени после широко разрекламированных успехов Уошо было начато еще несколько языковых экспериментов с человекообразными обезьянами. Фрэнсин Паттерсон успешно обучила американскому языку жестов молодую гориллу, а Дэвид Примак обучал шимпанзе продуцировать и реагировать на последовательности пластмассовых символов, расставленных согласно грамматическим правилам. Дуэйн Румбо круглосуточно предоставлял в распоряжение шимпанзе Ланы клавиатуру, соединенную с маленьким компьютером. На каждую клавишу был нанесен геометрический символ, так называемая лексиграмма, обозначающая слово или понятие. Лана научилась нажимать клавиши, чтобы ответить на вопросы или высказать просьбу в соответствии с грамматическими правилами Йеркиша, искусственного языка, специально созданного для этого проекта. Позднее Герберт Террейс не нашел доказательств тому, что хорошо обученные обезьяны, с большим лексическим запасом, понимают грамматику; по мере того как возрастала длина предложений, не наблюдалось никакой связи с увеличением грамматической сложности, что происходило бы в процессе становления языка у человеческих детей.
Демонстрировали ли эти хорошо обученные обезьяны зачатки настоящего языка? Сейчас ясно, что большая часть первоначального энтузиазма по приписыванию человекообразным обезьянам способностей к челов. языку была необоснованной или, по крайней мере, не подтвердилась фактами. Тем не менее абсолютно ясно и то, что те, кто списывает квазиязыковые способности обезьян на трюки или ошибки (как это имело место в случае с Умным Гансом), в равной степени ошибаются. Был выявлен важный набор способностей, которые существенно отличались от описанных в ранней литературе по научению у животных.
Одной из особенностей челов. разума яв-ся способность к рефлексии (self-reflection) или способность воспринимать себя самого как отдельный фрагмент окружающей среды. Для нас это кажется неотъемлемой частью сознания, но нет никаких доказательств тому, что животные обладают точно такой же способностью к рефлексии. Поскольку мы не можем спросить самого животного, что оно об этом думает, могло показаться, что к самоосознанию животных будет абсолютно невозможно применить эксперим. подход.
Гэллап-младший разработал простой, прямой и умный тест, позволяющий определить, обладают ли приматы самоосознанием (self-awareness) или, по крайней мере, одной из его форм. Мн. животные энергично реагируют на свои отражения в зеркале. Гэллап задался вопросом, знает ли шимпанзе наверняка, что отражение яв-ся его собственным, а не др. животного. Он ответил на этот вопрос, дав вначале шимпанзе приобрести большой опыт в отношении зеркал. Затем животным дали наркоз и красной краской, лишенной запаха, выкрасили им края бровей и кончики ушей. Шимпанзе не могли непосредственно увидеть эти участки своего тела; они были видны только в зеркальном отражении. После того как наркоз прошел, шимпанзе поднесли зеркала. Когда они увидели свои отражения, они начали ощупывать пальцами окрашенные участки на своих головах. Аналогичные результаты были получены на орангутангах. Однако эти манипуляции с собственными головами не были зарегистрированы у горилл, гиббонов и некоторых др. видов обезьян. Обезьяны, выращенные в изоляции, также были неспособны осуществлять эти действия со своей головой после нанесения красной краски. Ясная, исчерпывающая природа этих результатов очень любопытна. Они заставляют предположить, что существует базовое различие между людьми, шимпанзе и орангутангами, составляющими самоосознающую группу приматов, и остальными человекообразными и прочими обезьянами, кто не наделен самоосознанием.
Очевидно, что исслед. по сравнительной когн. психол., кратко описанные в данном разделе, представляют собой лишь самое начало. Тем не менее это весьма многообещающее новое направление. Обновленной С. п. уготовано достойное место в традиционных рамках психологии.
См. также Коммуникация животных, Интеллект животных, Этология, Импринтинг, Язык человекообразных обезьян
Дж. Кинг

Средневековое мышление (medieval thinking)

Обычно говорят, что С. м. было символическим. Ср.-век. люди стремились постичь значение событий, а не их причины. Мы воспринимаем мир как некий механизм, состоящий из частей, связанных между собой причинно-следственными отношениями, тогда как в ср. века мир воспринимался как книга, содержащая символы, связанные значащими отношениями между собой и с трансцендентальным, более совершенным миром вечно существующей действительности. Это символическое отношение к миру ведет свое происхождение от Платона, идеи к-рого проникли в христианство из неоплатонизма в начале ср.-век. периода.
Однако такой взгляд на мир не был присущ всему людям Средневековья. Грамотность на протяжении долгого времени была прерогативой священнослужителей, а Библия оставалась недоступной для носителей любого живого языка. Миряне в своей массе приобщались к христианству через магический ритуал ("hocus-pocus" - искаженное hoc est corpore) католической мессы. Исслед. показали, что большинство обычных людей практически были язычниками (вероятно лишь слегка христианизированными), еретиками и даже атеистами. Тем не менее на всех уровнях об-ва С. м. имело тенденцию быть символическим и магическим, а не каузальным и научным.
См. также Религия и психология
Т. Г. Лихи

Среднее детство (middle childhood)

С. д. - это хронологический период детства, примерно с 6 до 11 - 12 лет, в течение к-рого дети приобретают важные знания и умения.
Физическое развитие. Средний североамериканский ребенок в 6 лет имеет рост около 118 см (46 дюймов), весит примерно 20 кг (44 фунта) и в течение следующих 5 лет ежегодно прибавляет примерно по б см в росте и по 3 кг в весе. Этот темп роста яв-ся относительно медленным и постоянным по сравнению с темпами роста в младенчестве, раннем детстве и отрочестве.
Менее заметные, но психологически более важные изменения происходят в ЦНС, пищеварительной системе, зрительной системе и координации движений кисти, между тем как головной мозг и тело ребенка становятся более зрелыми. Эти изменения позволяют детям этого возраста извлекать пользу из формального обучения.
Грубая моторика (движения и действия, в к-рых участвуют крупные мышцы тела) также развивается в течение этого периода. Пока деятельность не требует большой физ. силы и не оценивается слишком строго, большинство детей в этом возрасте с удовольствием совершенствуют свои двигательные навыки и умения.
Когнитивное развитие. В С. д. заметно улучшается умение логически мыслить на конкретном материале. Наиболее известным примером здесь служит развитие понятия сохранения, в том виде как оно проявляется в опытах Жана Пиаже.
Некоторые психологи полагают, что в начале среднего детства происходит резкое повышение познавательной способности, к-рое Шелдон Уайт назвал переключением с 5 на 7 (five-to-seven shift). Однако большинство психологов считают, что когнитивные навыки и умения развиваются постепенно на протяжении всего среднего детства и зависят в своем развитии от специального обучения и обогащаемого опыта, а так же от созревания мозга.
Тем не менее среди психологов нет разногласий в том, что касается поразительной обучаемости детей на протяжении С. д. Значительная часть мотивации к учению исходит от самих детей. Эрик Эриксон называет этот период "трудолюбие против чувства неполноценности", когда дети испытывают "истинное удовольствие от того, что им удается завершить работу благодаря устойчивому вниманию и должному прилежанию". Если на готовность ребенка учиться об-во (культура) не отвечает соответствующим обучением, то, согласно Эриксону, у ребенка может развиться пожизненное чувство неполноценности.
Психосоциальное развитие. Среднее детство приносит с собой заметное расширение соц. мира ребенка, так как дети становятся менее зависимыми от родителей в мелочах повседневной жизни и более способными к завязыванию тесных дружеских отношений со сверстниками. С этих пор 6-11-летние дети входят в "культуру детства" (the culture of childhood).
Отчасти по той причине, что культура детства яв-ся весьма влиятельной, дети в этом возрасте высоко ценят дружбу. Ребенок, отвергаемый другими детьми из-за своего поведения, внешности или семейного происхождения, вероятно, страдает от низкой самооценки и недостатка уверенности в себе. Нельзя сказать, что в течение С. д. родители отходят на второй план. Родительское поощрение школьных успехов, ограничение просмотра телепередач и то душевное тепло, к-рое они дают своему ребенку, - все это благотворно сказывается на его чувстве Я и достижениях.
Моральное развитие. В С. д. дети начинают понимать нормы об-ва, в к-ром они живут, и следовать им в своем поведении, часто истолковывая их слишком узко, прямолинейно и однозначно до тех пор, пока не станут более открытыми к изменениям с наступлением отрочества. Фактическое моральное поведение большинства детей зависит от ролевых моделей, за поведением к-рых они наблюдают, и от ценностей своей культуры.
Половые различия. На протяжении среднего детства сходство между мальчиками и девочками значительно сильнее различий между ними. Однако несколько представляющих интерес половых различий все же обнаруживаются. В течение всего этого периода развития девочки являются физиолог. более зрелыми, чем мальчики.
Игры девочек отличаются значительным разнообразием, но при этом меньше связаны с проявлениями физ. агрессии и чаще носят малоподвижный характер. Кроме того, девочки склонны общаться и играть с узким кругом подруг, особенно с "лучшей подругой", тогда как мальчики предпочитают более широкие группы или игровые объединения. Как те, так и другие, играют чаще всего со сверстниками своего пола. К "сорванцу в юбке", к-рая водится с мальчишками, относятся гораздо благожелательнее, чем к "маменькиному сынку", возящемуся с девчонками. То, насколько эти различия в характере игровой деятельности яв-ся биологически или культурно обусловленными, до сих пор остается предметом дискуссий между представителями соц. наук.
Др. дискуссионный вопрос: почему к концу С. д. девочки больше преуспевают в чтении и письме, а мальчики - в математике и естественных науках? Согласно выводам Джереми Финна, сделанным по результатам межнационального исслед., это различие имеет, по крайней мере частично, культурную основу, ибо в умениях мальчиков и девочек отражаются приоритеты той образовательной системы, в рамках к-рой они развиваются.
Проблемы. Сравнительно с др. периодами жизни, среднее детство относительно свободно от серьезных проблем. Тем не менее два вида трудностей все же заслуживают внимания. Одна проблема связана со школой. Многим детям трудно выдержать темп овладения содержанием школьных предметов, задаваемый их сверстниками. В одних случаях это связано с легким отставанием в созревании, и ребенок впоследствии нагоняет упущенное. В других случаях причина кроется в промахах, допущенных семьей или школой. В ряде случаев ребенок обнаруживает недостаточную специфическую обучаемость.
Второй проблемой яв-ся делинквентность и вандализм, первые проявления к-рых наблюдаются обычно в С д. Поэтому не следует игнорировать легкие правонарушения, совершаемые в этом возрасте; напротив, нужно попытаться понять причины противоправного поведения и перестроить деструктивные поведенческие паттерны. Одного только наказания малолетнего преступника явно недостаточно, более того, оно может привести к обратным результатам.
См. также Детская психология, Развитие человека
К. С. Бергер

Средний возраст (middle age)

Хотя некоторые специалисты, изучающие развитие чел., определяют средний возраст как отдельный период жизненного цикла, начинающийся примерно в конце третьего десятилетия жизни и заканчивающийся где-то в конце четвертого десятилетия, другие ученые относят к среднему возрасту период от 40 до 60 лет. Чтобы составить себе более или менее полное представление о чел. среднего возраста, лучше всего охарактеризовать этот период жизни в нескольких аспектах: возрастного развития, физиолог., интеллектуальном, сексуальном, социально-политическом и психол.
Средний возраст как стадия развития. Эрик Эриксон теоретически допускал, что С. в., как и др. периоды жизни, ставит перед людьми определенные задачи развития и требует от них овладения определенными умениями и навыками, чтобы получить положительный опыт и обрести душевное спокойствие на следующей стадии жизни. Согласно Эриксону, главная задача развития в С. в. заключается в выборе между стагнацией эго и тем, что сам Эриксон называл генеративностью, т. е. распространением интересов эго за пределы интересов к себе - на более широкие области идентификации с другими людьми, со всей совокупностью людей в целом и с будущими поколениями. Эльзи Френкель-Брунсвик, опираясь на результаты своих исслед. в Австрии, пришла в выводу, что в С. в. люди переживают самый спокойный (stabilizing) период жизни, пожиная плоды своих усилий, затраченных в более молодые, но и более неспокойные и напряженные годы. В С. в. они, наконец, устанавливали прочные привязанности, определялись с постоянным местом жительства, выбирали дело жизни и переживали наиболее продуктивные периоды профессиональной и творческой деятельности. Ее данные подтверждают представления Эриксона об этой стадии.
Физиологическая характеристика. Имеющиеся в нашем распоряжении данные говорят о том, что С. в. - это период, в к-ром повышаются все сенсорные пороги (и, соответственно, снижается чувствительность). После 30 лет начинает снижаться основной обмен веществ и уменьшаться вес головного мозга. Сократившееся кровоснабжение гипофиза, щитовидной железы, надпочечников, поджелудочной железы и гонад приводит к макроскопическим гистологическим изменениям и, несмотря на увеличение содержания кальция в тканях, люди С. в. испытывают убывание физ. силы, физ. выносливости и физ. привлекательности. Рост людей также начинает уменьшаться после 30 лет; что касается веса, то у мужчин он стабилизируется примерно в это же время, тогда как женщины, видимо, могут прибавлять в весе до 54 лет, по всей вероятности, вследствие гормональных изменений.
Интеллект. Хотя более поздние исслед. Торндайка показали, что пик способности к научению (learning capacity) приходится на возраст от 22 до 25 лет, сравнительный анализ многочисленных исслед. возрастных изменений умственной способности (mental ability), к-рый провели Содди и Кидсон, позволяет сделать следующий вывод: если пренебречь незначительными колебаниями, максимум достигается в промежутке между 15 и 29 годами, причем все исслед. обнаруживают медленное, непрерывное снижение большинства способностей (abilities) вплоть до 60 лет, когда происходит заметное ускорение снижения способности к научению (learning ability). Отмеченное снижение существенно выражено в оценках механической памяти и показателях таких субтестов, как "цифровые символы" и "складывание объекта", и гораздо меньше - в показателях субтестов "словарь" и "общая осведомленность".
Сексуальность. Что касается сексуальной жизни, то она, как известно, не начинается одновременно с приобретением способности к воспроизведению потомства и не прекращается вместе с утратой этой способности. Мужчины, обнаруживающие высокий уровень сексуальной активности в свои продуктивные годы, сохраняют его и в постклимактерический период. Аналогичные результаты, полученные в исслед. женщин, послужили основанием для предположения, что душевное состояние (psyche) женщины играет не меньшую, а, возможно, и большую роль в регуляции полового влечения и сексуального поведения в постклимактерический период, чем ее эндокринная система.
Социально-политическая характеристика. Несмотря на то что мы живем в об-ве, к-рое может ориентироваться на молодость, управляют им люди среднего возраста, у к-рых есть деньги, соц. положение, знания и умения, компенсирующие их уменьшающиеся физ. активы. С. в. - это период, когда женщины в своей семье и за ее пределами приобретают больше влияния и значимости как обладатели власти, практ. умений и денег по сравнению с собой в молодые годы и по сравнению с мужчинами среднего возраста, с к-рыми они меняются ролями. Вопреки распространенному мнению об обесценивании старости в промышленных обществах, антропологические исслед. старения во многих культурах показывают, что повсюду женщины среднего возраста (да и пожилые, если они здоровы и не требуют ухода за собой) становятся объектами любви и уважения среди своих родных и воспринимаются как члены об-ва, вносящие важный вклад в качество жизни и в промышленных, и в аграрных культурах.
Психологическая характеристика. Так называемый кризис середины жизни, переживаемый некоторыми людьми среднего возраста, может быть следствием того, что они рассчитывали на дивиденды с долгой и преуспевающей жизни, имели благоприятные возможности реализовать мечты, а в итоге обнаруживали, что получили слишком мало. Конечность жизни начинает все более ясно осознаваться в С в., и сознание того, что уже поздно начинать все сначала, менять работу, семейную жизнь и свои привычки, причиняет многим страдания.
См. также Развитие взрослых, Развитие человека, Развитие на протяжении жизни
Н. Р. Хаймовиц

Средовой стресс (environmental stress)

Понятие стресса пришло к нам из области техники, где инженеров давно интересовали структурные реакции механизмов и сооружений (напряжение, деформация) в ответ на внешние события (стрессоры). Оригинальное исслед., в к-ром этот термин был использован для объяснения реакций организма на средовые стимулы, было проведено Уолтером Кенноном. Кеннон обратил внимание на существование у животных специфической реакции "нападения/бегства", когда они отвечают на стрессоры физиолог. возбуждением, подготавливающим их либо к нападению, либо к бегству. В состав этой реакции также входит гомеостатический механизм, к-рый возвращает организм к его первоначальному физиолог. состоянию вскоре после прекращения действия стрессора.
Ганс Селье обнаружил, что различные средовые стрессоры имеют тенденцию вызывать стереотипные ответы организма. Хотя специфические особенности таких ответов могут варьировать в зависимости от природы стимула и самого организма, можно выделить некую генерализованную реакцию, накладывающуюся на любые специфические физиолог. проявления.
С этой т. зр. стресс выделяется как особая интеракциональная переменная, к-рая охватывает как физиолог., так и психол. процессы. Селье назвал такое широкое взаимодействие среды с физиолог. и психол. процессами "общим адаптационным синдромом". Этот синдром охватывает изменения в гипоталамусе, гипофизе, тимусе, надпочечниках и желудочно-кишечном тракте. Реакция включает в себя повышение уровня физиолог. активации и механизм обратной связи, к-рый регулирует прекращение реакции, и возврат к гомеостатическому равновесию. Случайные или преходящие стрессоры оказывают незначительное или непродолжительное воздействие на организм, тогда как подвергание организма чрезмерному стрессу приводит через некоторое время к состоянию физиолог. истощения. Селье обнаружил также, что каждый организм имеет свой оптимальный уровень стресса и что как перегрузка, так и недогрузка организма вызывают нарушения в уровне его функционирования.
С. Левайн установил, что крысы, к-рые не подвергались воздействию стрессоров на протяжении начального периода своей жизни, вырабатывали позже дисфункциональную реакцию на стресс. Это говорит о том, что для оптимального функционирования необходим определенный уровень стресса. Каннер, Кафри и Пайнс сообщили, что в проведенном ими исслед. людях отсутствие положительных условий также вызывало дисфункциональное реагирование. Даже без воздействия специфических средовых стрессоров стресс возникал в результате отсутствия положительных условий для жизни и работы.
Стрессоры могут быть средовыми или организменными. Организменные (intraorganismic) стрессоры могут быть физиолог. или когнитивными, однако при этом они все же имеют первоисточником средовые стрессоры. С. с. могут быть вредными или доставлять удовольствие, но независимо от этого все равно вызывать реакцию стресса. Возникновение реакции стресса в ответ на специфический стимул, по-видимому, основывается на организменных перцептуальных процессах в ретикулярной активирующей системе головного мозга.
Продолжительное воздействие стрессоров приводит к разнообразным дисфункциям организма. Все системы, вовлеченные в общую адаптационную реакцию, могут испытывать состояние истощения. Когда такое воздействие затягивается на еще более продолжительные периоды времени, это состояние приводит к возникновению расстройств в функционировании кишечника, сосудов головного мозга и дыхательной системы.
Др. системой, в к-рой возникают нарушения под влиянием продолжительного действия стресса, яв-ся иммунная система. В своем исследовании крыс Ф. Соломан, Амкрот и Каспер обнаружили, что под влиянием стресса оказался нарушенным как первичный, так и вторичный антителогенез. Подобное воздействие на иммунную систему может влечь за собой дополнительные нарушения в др. процессах организма.
Сами по себе средовые стимулы существуют только как потенциальные стрессоры, пока организм не воспринимает их как вызывающие стресс. Поэтому основной целью исслед., имеющих отношение к средовому стрессу, яв-ся не устранение стрессоров, а определение оптимальных адаптационных стратегий совладания с конкретными стрессорами.
Экологические стрессоры - это те внешние стимулы, к-рые существуют в физ. среде. Двумя наиболее широко изучаемыми экологическими стрессорами являются жара и холод. К другим часто исследуемым стрессорам относятся загрязнение воздуха, воздействие солнечных лучей, люминесцентное освещение, слуховые раздражители, запахи, гравитация, атмосферное давление и влажность. Во всех случаях эти переменные рассматриваются в качестве элементов физ. окружения, к-рые вынуждают организм реагировать на них для поддержания гомеостаза.
Вторую группу стрессоров можно назвать "ситуационными стрессорами" (contingency stressors). Эти стрессоры не являются обычными ("нормальными") аспектами окружающей среды, но существуют в виде внешних событий, к-рые оказывают воздействие на организм. К ситуационным стрессорам относятся происшествия, напр. автомобильные аварии, влекущие травматические последствия. Большая часть исслед. ситуационных стрессоров осуществляется в рамках подхода, изучающего "стрессогенные события жизни" (stressful life events). Этот подход основывается на предположении о том, что если важные события, будь они положительными или отрицательными, накапливаются, то они повышают предрасположенность к физ. заболеваниям. Некоторые совр. исследователи подвергли этот подход критике с методических позиций и высказали предположение, что повседневные досадные и приятные "мелочи" (hassles and uplifts) служат более подходящими мерами ситуационных стрессоров. Др. исследователи обнаружили, что стрессогенные события жизни во многом определяются ресурсами для совладания с ними. Видимо, поэтому совладание оказывается центральным элементом в изучении жизненных событий.
Социол. стрессоры (sociological stressors) включают такие переменные, как социоэкономический статус, недостаточное питание, место работы, образовательный уровень и место проживания. Это измерение имеет отношение к процессам, посредством к-рых культура вторгается в жизнь отдельного чел. Определенное устройство соц. системы или организации предполагает определенные формы стресса. Поддержание функционирования или изменение таких систем также порождает определенные стрессоры. К др. социол. стрессорам можно было бы отнести процессы, такие как создание предвзятого мнения.
Последняя категория стрессоров - самоиндуцируемые стрессоры (self-induced stressors) - включает в себя такие переменные, как стрессоры жизненного стиля и сознательно употребляемые стрессоры. Стрессоры жизненного стиля охватывают такие переменные, как средовые последствия приверженности модели поведения А-типа, избранной профессиональной карьере, личной системе ценностей или определенной программе физ. тренировок. Сознательно употребляемые стрессоры включают такие переменные, как кофеин, никотин, лекарственные средства, используемые по назначению или без назначения врача, наркотики и алкоголь. Самоиндуцируемые стрессоры могут обладать побочными эффектами, как это происходит, напр., в случае употребления назначенных лекарств или аллергенов.
Стрессоры редко действуют изолированно: люди обычно подвергаются одновременному воздействию нескольких стрессоров. Поэтому кумулятивный эффект стрессоров является еще одной важной областью исслед.
См. также Поведенческая медицина, Энвайронментальная психология, Общий адаптационный синдром, Стресс
Р. Стенсруд

Средства оценки жизненной среды (environmental measures)

Средства оценки окружающей среды - это инструменты, применяемые для выявления отношений, к-рые существуют между людьми и их окружением, и получения на этой основе информ. о степени адаптации, достигаемой индивидуумом в конкретной среде. Несмотря на существование множества С. о. ж. с., большая их часть создана в рамках подходов, подобных тем, что были предложены такими исследователями, как Р. Дж. Баркер, придающий особое значение специфическим структурным единицам окружения, к-рые имеют пространственное и временное отнесение, или Р. Моос, выделяющий в качестве предмета исслед. различные субсреды (subenvironments) или субъединицы (subunits) окружения, в к-рых индивидуумы взаимодействуют друг с другом на некоторой регулярной и привычной основе. Моос и его коллеги, в частности, использовали 3 типа осн. измерений для оценки жизненных сред и классиф. их сходства и различий: а) измерения взаимоотношений; б) измерения индивидуального развития; в) измерения поддержания и изменения системы.
Измерения взаимоотношений (relationships dimensions) использовались для определения характера и интенсивности личных взаимоотношений в рамках конкретного окружения. Они оценивают степень включенности конкретных людей в данное окружение и степень поддержки и помощи, оказываемых друг другу. Измерения индивидуального развития (personal development dimensions) использовались для установления в окружении потенциала или возможностей для личностного роста и развития самоуважения. Конкретный характер измерений индивидуального развития варьирует в различного типа средах и зависит, гл. обр., от целей специфического окружения. Измерения поддержания и изменения системы (system maintenance and change dimensions) использовались для оценки того, в какой степени данное окружение является последовательным и ясным в своих ожиданиях, постоянным в контроле, и в какой степени оно поддается изменению.
На основе этих трех типов измерений были разработаны различные измерительные инструменты для оценки разнообразных жизненных сред. Информ., получаемая в процессе подобного рода измерений, использовалась преимущественно при решении исследовательских и прикладных задач, связанных с дизайном и усовершенствованием разнообразных типов челов. окружения, с привлечением результатов оценки жизненной среды для планирования и внесения в нее соответствующих изменений.
См. также Экологическая психология, Энвайронментальная психология
Ч. Хьюбер

Стадии психосексуального развития (psychosexual stages)

В теории личности Зигмунда Фрейда развитие описывается в терминах стадий, которые определяются специфическим выражением сексуальных, или либидинальных, побуждений. Те участки тела (эрогенные зоны), к-рые порождают либидинальное удовлетворение в определенном возрасте, определяются как фокус каждой из стадий развития.
За прегенитальными стадиями следует период подавленной психосексуальной активности, латентный период, к-рый продолжается с конца фаллической стадии, наступающего примерно в возрасте 5 лет, до наступления периода полового созревания. Во время латентного периода, как считают, либидинальные побуждения подавлены. Однако период полового созревания приносит с собой возрождение прегенитальных желаний, к-рые в это время фокусируются на удовольствии, получаемом от половых органов; отсюда и название этой заключительной стадии - генитальная.
Либидинальные побуждения в теории З. Фрейда отнюдь не тождественны генитальной сексуальности. Напр., три психосексуальные стадии яв-ся "прегенитальными". Термин "либидо" употребляется для обозначения широкого понятия психич. сексуальной энергии, присутствующей даже в младенчестве. Несмотря на маскулинизированный язык, эти стадии отмечаются не только в развитии мужской сексуальности.
Оральная стадия. Согласно теории З. Фрейда, оральная стадия развития характеризуется потребностью в заботе и получением удовольствия, гл. обр., из процессов, связанных с заботой родителей о малыше; ее ядром яв-ся "вскармливание", а центральным путем получения удовольствия - рот и губы.
Анальная стадия. Анальная стадия имеет место в возрасте примерно от года до двух, и относится к периоду жизни ребенка, осн. задачами к-рого яв-ся приучение к горшку и контроль над мочевым пузырем. Главным либидинальным выходом становятся боль и удовольствие, получаемые от выделения или удержания кала. У ребенка во время анального периода возрастает независимость и самоутверждение.
Фаллическая стадия. Между вторым и третьим годами жизни ребенок начинает более активно исследовать свое тело. Локус эротического удовольствия смещается от ануса к гениталиям, по мере того как ребенок открывает для себя удовлетворяющий эффект мастурбации.
Генитальная стадия. После периода психосексуального покоя, называемого латентным, период полового созревания приносит с собой возрождение фаллических стремлений и более реалистические возможности для их выражения. Мастурбация становится источником эротического удовлетворения и кажется до такой степени почти универсальной и крайне необходимой, что З. Фрейд называл этот юношеский импульс онанизмом по необходимости (onanism of necessity). Обладающие полностью созревшими гениталиями и сексуальными влечениями, подрастающие юноши и девушки перемещают свои привязанности с родителей на сверстников, вначале того же самого пола (короткая гомосексуальная фаза, сразу же после периода полового созревания), а затем на представителей противоположного пола. У полностью интегрированного взрослого психосексуальные побуждения находят выражение в активности с партнером противоположного пола и примерно того же возраста. Еще важнее то, что эти побуждения более не яв-ся чисто нарциссическими, какими они были на прегенитальных стадиях. Психофизиологические побуждения теперь расширяются и выливаются в альтруизм, дружбу, сопереживание (sharing) и более зрелую любовь.
См. также Сексуальность человека, Психоанализ
Дж. П. Мак-Кинни

Стадии развития поведения ребенка (children's behavioral stages)

Исследования челов. развития указывают на наличие фундаментальных законов, лежащих в основе всех процессов развития и проявляющихся в последовательности стадий, к-рую, как можно предположить, проходит в своей жизни каждый чел. Эти законы имеют отношение к наследственности (в той мере, в какой она взаимодействует со средой), критическим или сенситивным периодам и созреванию. Признаки стадиального подхода к развитию можно обнаружить в работах Арнольда Гезелла, Жана Пиаже, Лоуренса Колберга, Зигмунда Фрейда, Эрика Эриксона и др. Эти теоретики в общих чертах представляли себе развитие как генетически детерминированную последовательность событий, взаимодействующих в непрерывной и, так сказать, креативной манере со средой.
Новые стадии в развитии моторики, познания (мышления) и личности отсчитываются с момента рождения. Теперь организм доступен для прямого наблюдения и проведения более строгих исслед. С рождения каждый младенец наделен определенным репертуаром рефлекторного поведения для поддержания повседневной активности. В добавление к этому ускоренными темпами начинает развиваться его сенсорная компетентность. Кожная чувствительность - единственный вид чувствительности, полностью действующей к моменту появления малыша на свет, но и зрение со слухом быстро продвигаются в своем развитии, причем дальше, чем специалисты считали возможным еще совсем недавно.
Внутриутробное и послеродовое развитие следует трем основным тенденциям. Во-первых, развитие идет в направлении от головы вниз, к туловищу и ногам, что получило название в литературе как цефалокаудальная тенденция. Во-вторых, развитие происходит в направлении от центра тела к его периферии, и такой ход развития в литературе называют проксимодистальной тенденцией. В-третьих, наблюдаемые первоначально генерализованные реакции, в к-рых участвуют почти все мышцы тела, постепенно сменяются более специфическими реакциями, и эта тенденция развития обозначается в литературе как продвижение от грубых к тонким движениям.
Арнольд Гезелл, к-рого интересовали генетически обусловленные или связанные с созреванием аспекты развития, основал при Йельском университете Йельскую клинику развития ребенка (Yale Clinic of Child Development). Гезелл занимался изучением развертывания внутренних тенденций, а не тех изменений, которые вызваны научением или опытом. Он пришел к выводу, что поведение появляется в неизменной последовательности и что вызванные созреванием изменения делают возможными новые виды поведения. Гезелл считал, что знание вызванной созреванием готовности (maturational readiness) ребенка крайне важно для разработки наилучших учебных и тренинговых программ.
Обработав результаты исслед. в Йельской клинике, Гезелл и Аматруда (Gesell & Amatruda, 1947) опубликовали поведенческие нормы в отношении многих аспектов развития ребенка в книге под названием "Оценки возрастного развития: нормальное и аномальное развитие ребенка" (Developmental diagnoses: Normal and abnormal child development). Описанные в этом издании нормативные образцы поведения выбирались таким образом, чтобы 50% обследуемых детей, находящихся на определенном возрастном уровне, демонстрировали соответствующее ему поведение, 25% обнаруживали поведение более низкого уровня и еще 25% - поведение следующего, более высокого уровня. Целью разработки и представления норм в такой форме было оказание родителям помощи в принятии обоснованных решений касательно своих детей. Эти нормы позволяют составить представление о ходе обычного возрастного развития детей и осознать возможное существование связанных с ним проблем у конкретного ребенка. Хотя Арнольд Гезелл подчеркивал в своих работах важность возрастных норм, он тонко чувствовал различия между детьми и совсем не хотел, чтобы нормы скрывали индивидуальный характер развития.
Некоторые психологи считают, что Гезелл без должных оснований придал своим стадиям возрастного развития универсальный характер. Другие приходят к выводу, что его труд по последовательным ступеням развития и его подтвержденное фактами описание стадий роста как главных периодов реорганизации, за к-рыми следуют периоды интеграции произошедших изменений, много добавили к нашему пониманию того, как меняется ребенок в ходе созревания.
Жан Пиаже понимал развитие как непрерывное и созидательное взаимодействие организма и среды. Он отмечал вклад в развитие интеллекта телесной и сенсорной активности и указывал на необходимость адекватной стимуляции в первые годы жизни. Пиаже пришел к выводу, что стадии развития ребенка касаются специфики когнитивного поведения, к-рое постепенно и предсказуемо изменяется в определенном порядке.
Пиаже выделил четыре осн. стадии, каждая из к-рых заключает в себе совместимые способы рассмотрения мира, отличные от способов остальных трех стадий. Эти стадии образуют строгую последовательность, и каждый чел. в своем развитии обязательно проходит все четыре стадии. В то же время они не являются строго фиксированными на оси времени, т. е. могут частично перекрывать одна другую, а возраст, в к-ром должна наступить та или иная стадия, весьма приблизителен.
Этим четырем стадиям Пиаже дал следующие названия: а) сенсомоторная (от рождения до примерно 2 лет); б) дооперациональная (примерно от 2 до 7 лет); в) конкретных операций (примерно от 7 до 11 лет); г) формальных операций (примерно от 11 до 15 лет).
На сенсомоторной стадии младенец учится пользоваться своим телом и приобретает непосредственный опыт через органы чувств. Вся деятельность носит практ. характер и основана на непосредственных впечатлениях.
На дооперациональной стадии ребенок начинает пользоваться словами и решать более сложные когнитивные задачи. Дети способны продвинуться от использования одно- или двухсловных предложений в возрасте 2 лет до употребления предложений из 8-10 слов в 5-летнем возрасте.
С наступлением стадии конкретных операций вступает в силу буквальный, конкретный способ мышления и происходит постепенный отказ от магического мышления, свойственного предыдущей стадии. На протяжении этого периода рассуждения детей основываются на конкретных примерах, и каждое событие (experience) рассматривается как единичное и не связанное с другими событиями.
Стадия формальных операций наступает с появлением способности развивать рациональные (логические) структуры мышления. Дети приобретают способность понимать символические значения и использовать абстрактные стратегии, понимать скрытый смысл и делать общие выводы из историй и игр.
Пиаже рассматривает эти изменения как результат продвижения индивидуума к состоянию динамического равновесия (equilibrium). Уравновешенное множество представлений, организованных в рабочую ментальную систему, может теперь использоваться для решения новых задач.
Дети ассимилируют определенные виды опыта на каждой стадии развития, когда выполняют то, что они уже знают как сделать исходя из своего нового уровня компетентности. Аккомодация же происходит, когда дети интериоризуют этот опыт и делают его частью своих новых потенциальных способностей (capacity).
Фрейда считают главной фигурой среди теоретиков, стоящих на позициях стадиального подхода к возрастному развитию. Его теория психосексуального развития подчеркивает то обстоятельство, что определенные виды раннего опыта, полученного в течение сенситивных периодов, оказывают продолжительное воздействие на человека. Фрейд предположил существование пяти основных стадий развития; каждая из них характеризуется новой проблемой социализации, с к-рой сталкивается индивидуум. Стадия 1 - оральная, приходящаяся на период от рождения до 1,5 лет; стадия 2 - анальная, продолжающаяся от 1,5 до 3 лет; стадия 3 - фаллическая, от 3 до 7 лет, во время к-рой ребенок начинает сознавать генитальные различия и удовольствие, вызываемое стимуляцией генитальной зоны, как в случае мастурбации. Именно на этой стадии появляются эдипов комплекс и комплекс кастрации. Стадия 4 - латентная, продолжающаяся от 7 до 12 лет, - представляет собой период в развитии, когда первичные любовные увлечения переключаются на людей за пределами семьи. Базисная личность уже сложилась к этому времени и теперь приобретает более или менее устойчивые очертания. Латентную стадию часто воспринимают как затишье перед бурей пубертатного периода. Стадия 5 - генитальная, начинающаяся с 12 лет и переходящая во взрослость, - характеризуется усилением инстинктивных сексуальных влечений, ослаблением родительских привязанностей и возникновением конфликтов с подростками.
Фрейд полагал, что если чел. проходит первые три стадии без психич. травмы, то скорее всего он будет психологически здоровой личностью. Однако, если во время прохождения этих стадий какие-то из базисных потребностей фрустрируются, развитие личности будет задержано или, говоря иначе, произойдет фиксация и личность будет искажаться на всех последующих стадиях развития.
Подобно Пиаже и Фрейду, неофрейдист Эрик Эриксон верил в истинность стадиального подхода к развитию. Он не разделял психосексуальных концепций Фрейда, считая их слишком узкими, и утверждал, что личность не полностью определяется событиями раннего детства, а продолжает развиваться на протяжении всей жизни. Эриксон разработал свою, состоящую из восьми стадий, периодизацию психосоциального развития, в к-рой приходящиеся на раннее детство стадии практически полностью идентичны стадиям Фрейда.
Лоуренс Колберг рассматривал моральное развитие как универсальный когнитивный процесс, проходящий ряд стадий в строго определенном порядке со скоростью, определяемой возможностями и опытом индивидуума.
См. также Развитие в период отрочества - юности, Развитие социального поведения людей, Эриксонианские стадии развития, Моральное развитие, Нормальное развитие
Ф. Д. Бреслин

Стандартизация теста (test standardization)

С. т. - это установление унифицированных процедур для а) его проведения и б) подсчета получаемых с его помощью показателей. Первые стандартизированные тесты появились в начале XX столетия, когда Э. Л. Торндайк, занимающийся эксперим. психологией, наряду с др. учеными, распространили принципы, полученные в лабораториях, на психол. измерения.
"Стандарты для образовательных и психологических тестов" (Standards for educational and psychological tests, American Educational Research Association, 1985) лают общие рекомендации относительно процедуры, к-рым должны следовать издатели и пользователи тестов, для того, чтобы гарантировать применение стандартизированных процедур. Контроль за процедурой проведения тестов в значительной степени достигается за счет инструкций, приведенных в руководствах по тестам. Что касается процедуры оценки, то в "Стандартах" указано, что желательно, чтобы детальные инструкции как для субъективных, так и объективных тестов были помещены в руководстве по тесту, и, в случае субъективно градуированных тестов, следует указать результаты исслед. степени согласия лиц, проводящих оценку. С. т. тж должна давать детальную информ. по поводу того, кто имеет квалификацию, достаточную для применения и оценки результатов теста.
Заключительным моментом С. т. яв-ся разработка норм теста. Эти величины, в сочетании с данными о надежности и валидности, позволяют психологам надлежащим образом интерпретировать результаты, полученные в результате тестирования. Тесты можно приравнять к др. аналогичным тестам, так, чтобы сравнивать их результаты друг с другом.
Очевидны три потенциальных преимущества стандартизированных психол. тестов. Во-первых, стандартизированные тесты часто имеют более высокое качество, чем составленные для проведения в конкретных местах. Во-вторых, проведение стандартизированных обследований может освободить психологов и др. специалистов от траты времени на конструирование тестов, личное проведение тестирования и других оценочных мероприятий, и дает им возможность заняться более важными вещами - терапией, обучением, и интерпретацией результатов, например. Наконец, использование стандартизированных измерений облегчает общение психологов друг с другом. Следует отметить и один важный недостаток стандартизированных процедур: из-за своей доступности, стандартизированные тесты иногда используют в неподходящих ситуациях.
См. также Измерение
К. Ф. Гейзингер

Старение и интеллект (aging and intelligence)

Интеллект вызывал постоянный интерес и споры как предмет исслед. в области развития взрослых. Тема интеллектуальных изменений во взрослости - сложная, комплексная тема, характеризуемая наличием различных теорет. подходов и многочисленных методологических проблем.
Существующие данные говорят о том, что интеллект лучше всего рассматривать как многомерную (многоаспектную) способность и что IQ не может служить адекватной или точной оценкой взрослого интеллекта. Поэтому утверждения о повышении или снижении интеллекта с возрастом должны делаться с учетом комплексного характера интеллектуальной деятельности во взрослости. Вследствие этой комплексности для нас не должно быть неожиданным обнаружение того, что различные аспекты интеллекта изменяются с возрастом у разных людей по-разному (и по разным причинам).
К числу самых первых исслед. возрастных изменений интеллектуальной деятельности, в к-рых были получены данные о заметном снижении уровня интеллекта с возрастом, относятся исслед. Майлзов и Джоунза и Конрада. Ранние исслед. методом поперечных срезов также обнаружили, что суммарный показатель векслеровской шкалы интеллекта взрослых (WAIS) с увеличением возраста (относительно стандартной референтной группы лиц от 20 до 34 лет) достигает пика между 20 и 34 годами и медленно снижается примерно до 60-летнего возраста, после к-рого наступает резкий спад. Однако лонгитюдные исслед. обычно показывают повышение суммарного показателя с возрастом.
Ботвиник отмечает, что паттерны "сырых" (uncorrected) показателей действительно отражают возрастные тенденции, при условии "соответствия" (appropriateness) содержания тестирования и состояния тестируемого чел. Кроме того, индивидуальные различия в интеллекте могут перевешивать такие возрастные различия, чем объясняются относительно низкие корреляции между возрастом и интеллектом.
На основе данных, полученных методом поперечных срезов, был установлен классический паттерн старения интеллекта: показатели как вербальных, так и невербальных субтестов WAIS, снижаются с возрастом, однако снижение невербальных показателей выражено значительно сильнее. Этот результат, как отмечает Ботвиник, был воспроизведен, по меньшей мере, в девяти главных исслед. Используя шкалу Стэнфорд-Бинэ, Тёрмен методом поперечных срезов получил данные стандартизации, к-рые дали аналогичную картину. Кроме того, Папалиа с коллегами и Хорнблум и Овертон опубликовали данные о возрастных декрементах в задачах Пиаже на сохранение, утверждая, что это снижение идет параллельно ухудшению флюидных способностей, наблюдающемуся с увеличением хронологического возраста. Каждая из этих задач относительно свободна от влияний формального образования, культуры или специфического жизненного опыта. Возможно, мышление пожилых качественно отличается от мышления молодых взрослых, заставляя первых переопределять задачи Пиаже таким образом, что ответы на них будут с необходимостью отличаться от предполагаемых экспериментатором. Поэтому предположение о связанном с возрастом снижении интеллекта (по Пиаже) вполне может уступить место предположению о существовании новой стадии интеллектуального развития, названной постформальным рассуждением (postformal reasoning). Постформальное рассуждение носит релятивный, или наводной, характер и сильно зависит от непосредственного контекста.
Лонгитюдные исслед. не смогли подтвердить связанное с возрастом снижение интеллектуальной деятельности, давая обычно кривую роста, переходящую в определенной точке в плато. Оуэн обнаружил рост суммарных показателей армейского альфа-теста примерно до 40-50 лет. Лонгитюдные данные Шайи, касающиеся взрослости, свидетельствуют о том, что прирост интеллектуальных способностей чел. происходит где-то до 50 лет, после чего наступает период относительной стабильности для большинства умений и навыков, продолжающийся до начала седьмого десятилетия жизни; для большинства способностей потери становятся значимыми, в среднем, после 60 лет. Эти потери больше выражены у лиц, имеющих проблемы со здоровьем (особенно, когда им приходится выполнять задания на скорость), плохо образованных и живущих в интеллектуально обедненной среде. Кроме того, имеют место индивидуальные различия в степени ухудшения способностей после 60 лет. Менее 33% испытывают ухудшение после 74 лет и только от 30 до 40% ощущают существенные потери в интеллектуальных навыках к 81 году. Хотя многие люди "избирательно оптимизируют" некоторые навыки после 80 лет, ослабление интеллектуальных способностей становится более заметным у чел., перешагнувшего 80-летний или 90-летний рубеж. Другие лонгитюдные исслед. дают аналогичную картину положительных возрастных изменений интеллекта у взрослых.
Один из самых важных результатов исслед. интеллекта взрослых - обнаружение эффектов когорты в интеллектуальной деятельности. Для одних способностей когортные различия являются положительными (младшие когорты лучше справляются с тестами), как в случае первичных умственных способностей (ПУС) вербального понимания, пространственной ориентации и индуктивного рассуждения, преимущественно вследствие более высокого уровня образования и лучшего здоровья младшего поколения. Для др. умений и навыков, эффекты когорты оказываются отрицательными, как в случае ПУС арифметических вычислений или беглости речи. Фактически, когда контролируется уровень образования, это гораздо сильнее сказывается на возрастных различиях в вербальных показателях WAIS, чем в невербальных, подтверждая существенное влияние фактора образования, который яв-ся когортно-специфичным, на интеллект.
Одно из самых новых направлений - исслед. интеллекта в повседневной жизни (everyday intelligence). Обыденный интеллект обладает экологической или функциональной валидностью, в том смысле, что он отражает умения и навыки, к-рые взрослые люди действительно используют, выполняя повседневные функции в типичных для них ситуациях. По сравнению с формальными мерами интеллектуальной деятельности, повседневные условия, в к-рых люди применяют свои способности, могут более точно отражать их интеллектуальную активность. То, как люди вступают в отношения с другими, принимают решения, взвешивают шансы достижения альтернативных целей в неопределенных ситуациях и оценивают свое положение в различных сферах жизни (например, в отношении болезни, смерти, финансовых дел), можно, фактически, использовать в качестве обоснованных оценок интеллекта. В этой относительно новой области исслед. интеллектуальной деятельности взрослых еще предстоит много работы.
См. также Изменение поведения в процессе взросления и старения, Меры интеллекта
Б. Хейслип-мл.

Старики: настроение и память (older adults: mood and memory)

По умеренным оценкам, более 50% всех взрослых старше 60 лет жалуются на трудности запоминания. Однако жалобы на плохую память могут отражать субъективное чувство ухудшения, а не объективную потерю памяти. Данные исслед. свидетельствуют о том, что имеют место возрастные изменения, связанные с памятью и с общим интеллектуальным функционированием.
Исслед., посвященные сравнению младших и старших возрастных групп, показывают более высокую интраиндивидную изменчивость у старших испытуемых. В др. исслед. отмечается более медленное выполнение когнитивных заданий пожилыми людьми. По-видимому, существует взаимосвязь между скоростью выполнения человеком интеллектуальных заданий и быстротой процессов его памяти. Нормальные взрослые действительно обнаруживают с возрастом заметное снижение памяти на недавние события, однако память на отдаленные события у них не нарушается, как у страдающих старческой деменцией. Кроме того, пожилые люди более уязвимы к депрессии, особенно в связи с плохим здоровьем. Ляру, Дессонвиль и Джарвик указывают, что обследования различных слоев населения, так же как и исслед. госпитализированных больных, подтвердили эту взаимосвязь между физ. здоровьем и депрессией. Вопрос о том, вызывает ли физ. болезнь депрессию или, наоборот, страдающие депрессией лица в большей степени предрасположены к развитию физической болезни, все еще остается дискуссионным. В добавление к физ. болезни как связующему с депрессией звену, эти авторы отмечают, что утрата соц. поддержки, вызванная потерей близких, выходом на пенсию или переездом на новое место, способствует развитию депрессии, хотя связь депрессии с этими факторами может и не быть столь же критической, как с физ. болезнью, особенно когда чел. имеет возможность поддерживать с кем-либо доверительные отношения.
Зальцман и Гутфройнд обнаружили, что депрессия может вызывать уменьшение объема внимания, увеличение ошибок пропуска сигнала, ухудшение воспроизведения по памяти свежей информ., сокращение доступа к приятным воспоминаниям, сопровождаемое облегчением доступа к печальным воспоминаниям, снижение способности организовывать информ. и обращение к менее эффективным стратегиям запоминания.
Скогин и Байниас сообщают, что тренировка памяти, по всей вероятности, дает кратковременные положительные эффекты. Они оценили результаты тренировки памяти у 27 участников специальной программы для лиц преклонного возраста, сравнивая их с контрольной группой из 13 человек, не проходивших тренинга памяти, через 3 года после завершения программы. Они не обнаружили различий в числе жалоб на память между этими двумя группами, хотя 3 года назад участники тренинга памяти жаловались на память больше, чем члены контрольной группы.
В более позднем исследовании Флинн и Сторандт сравнивали несколько групп 60-80-летних участников программы тренировки памяти. В двух группах тренировка памяти велась индивидуально каждым участником по специально составленному руководству для самообучения, однако если члены одной группы тем и ограничивались, члены второй посещали еще и групповые дискуссии по проблемам пожилых людей и использованию методов совладания (coping methods). Третья группа служила в качестве контрольной (состоящей из лиц, записавшихся в программу и ожидающих своей очереди). Сравнение показало, что члены группы, посещавшей дополнительные групповые дискуссии, улучшили показатели своей памяти, тогда как участникам программы, занимающимся только самостоятельной тренировкой памяти, не удалось этого сделать.
Существует обширная литература, в к-рой отмечается гораздо большая уязвимость пожилых людей к депрессии по сравнению с более молодыми, и, в действительности, процент страдающих депрессией среди пожилых значительно выше, чем среди относительно молодых взрослых.
Можно сделать достаточно правдоподобный вывод, что память претерпевает изменения по мере старения, особенно когда люди достигают старческого возраста (более 80 лет). Не менее правдоподобным будет вывод о том, что депрессия оказывает воздействие на память, объем и концентрацию внимания, однако вызываемые ею эффекты зависят от критериев определения объема внимания и общего качества интеллектуальных и когнитивных процессов индивидуума. Кроме того, такие факторы, как физ. здоровье, соц. поддержка и общая удовлетворенность жизнью, тоже сказываются на психол. и когнитивном функционировании. В заключение следует признать, что еще окончательно не установлена эффективность специальных программ тренировки памяти для нормальных лиц старческого возраста, жалующихся на свою память.
См. также Гериатрическая психология, Геронтология, Депрессия, Когнитивная сложность, Расстройства памяти
Н. Эбелис

Статистика в психологии (statistics in psychology)

Первое применение С. в психологии часто связывают с именем сэра Фрэнсиса Гальтона. В психологии под "статистикой" понимается применение количественных мер и методов для описания и анализа результатов психол. исслед. Психологии как науке С. необходима. Регистрация, описание и анализ количественных данных позволяют проводить обоснованные сравнения, опирающиеся на объективные критерии. Применяемая в психологии С. обычно состоит из двух разделов: описательной (дескриптивной) статистики и теории статистического вывода.
Описательная статистика.
Описательная С. включает в себя методы орг-ции, суммирования и описания данных. Дескриптивные показатели позволяют быстро и эффективно представлять большие совокупности данных. К наиболее часто используемым описательным методам относятся частотные распределения, меры центральной тенденции и меры относительного положения. Регрессия и корреляции применяются для описания связей между переменными.
Частотнее распределение показывает, сколько раз каждый качественный или количественный показатель (либо интервал таких показателей) встречается в массиве данных. Кроме того, нередко приводятся относительные частоты - процент ответов каждого типа. Частотное распределение обеспечивает быстрое проникновение в структуру данных, к-рого было бы трудно достичь, работая непосредственно с первичными данными. Для наглядного представления частотных данных часто используются разнообразные виды графиков.
Меры центральной тенденции - это итоговые С., описывающие то, что яв-ся типичным для распределения. Мода определяется как наиболее часто встречающееся наблюдение (значение, категория и т. д.). Медиана - это значение, к-рое делит распределение пополам, так что одна его половина включает все значения выше медианы, а другая - все значения ниже медианы. Среднее вычисляется как среднее арифметическое всех наблюденных значений. Какая из мер - мода, медиана или среднее - будет лучше всего описывать распределение, зависит от его формы. Если распределение симметричное и унимодальное (имеющее одну моду), среднее медиана и мода будут просто совпадать. На среднее особенно влияют "выбросы", сдвигая его величину в сторону крайних значений распределения, что делает среднее арифметическое наименее полезной мерой сильно скошенных (асимметричных) распределений.
Др. полезными описательными характеристиками распределений служат меры изменчивости, т. е. того, в какой степени различаются значения переменной в вариационном ряду. Два распределения могут иметь одинаковые средние, медианы и моды, но существенно различаться по степени изменчивости значений. Изменчивость оценивается двумя С.: дисперсией и стандартным отклонением.
Меры относительного положения включают в себя процентили и нормированные оценки, используемые для описания местоположения конкретного значения переменной относительно остальных ее значений, входящих в данное распределение. Велковиц с соавторами определяют процентиль как "число, показывающее процент случаев в определенной референтной группе с равными или меньшими оценками". Т. о., процентиль дает более точную информ., чем просто сообщение о том, что в данном распределении некое значение переменной попадает выше или ниже среднего, медианы или моды.
Нормированные оценки (обычно называемые z-оценками) выражают отклонение от среднего в единицах стандартного отклонения (?). Нормированные оценки полезны тем, что их можно интерпретировать относительно стандартизованного нормального распределения (z-распределения) - симметричной колоколообразной кривой с известными свойствами: средним, равным 0, и стандартным отклонением, равным 1. Так как z-оценка имеет знак (+ или -), она сразу показывает, лежит ли наблюденное значение переменной выше или ниже среднего (m). А поскольку нормированная оценка выражает значения переменной в единицах стандартного отклонения, она показывает, насколько редким яв-ся каждое значение: примерно 34% всех значений попадает в интервал от т до т + 1? и 34% - в интервал от т до т - 1?; по 14% - в интервалы от т + 1? до т + 2? и от т - 1? до т - 2?; и по 2% - в интервалы от т + 2? до т + 3? и от т - 2? до т - 3?.
Связи между переменными. Регрессия и корреляция относятся к тем способам, к-рые чаще всего используются для описания связей между переменными. Два разных измерения, полученных по каждому элементу выборки, можно отобразить в виде точек в декартовой системе координат (х, у) - диаграммы рассеяния, являющейся графическим представлением связи между этими измерениями. Часто эти точки образуют почти прямую линию, свидетельствующую о линейной связи между переменными. Для получения линии регрессии - мат. уравнения линии наилучшего соответствия множеству точек диаграммы рассеяния - используются численные методы. После выведения линии регрессии появляется возможность предсказывать значения одной переменной по известным значениям другой и, к тому же, оценивать точность предсказания.
Коэффициент корреляции (r) - это количественный показатель тесноты линейной связи между двумя переменными. Методики вычисления коэффициентов корреляции исключают проблему сравнения разных единиц измерения переменных. Значения r изменяются в пределах от -1 до +1. Знак отражает направление связи. Отрицательная корреляция означает наличие обратной зависимости, когда с увеличением значений одной переменной значения др. переменной уменьшаются. Положительная корреляция свидетельствует о прямой зависимости, когда при увеличении значений одной переменной увеличиваются значения др. переменной. Абсолютная величина r показывает силу (тесноту) связи: r = ±1 означает прямолинейную зависимость, а r = 0 указывает на отсутствие линейной связи. Величина r2 показывает процент дисперсии одной переменной, к-рый можно объяснить вариацией др. переменной. Психологи используют r2, чтобы оценить полезность конкретной меры для предсказания.
Коэффициент корреляции Пирсона (r) предназначен для интервальных данных, полученных в отношении предположительно нормально распределенных переменных. Для обработки др. типов данных имеется целый ряд др. корреляционных мер, напр. точечно-бисериальный коэффициент корреляции, коэффициент j и коэффициент ранговой корреляции (r) Спирмена. Корреляции часто используются в психологии как источник информ. для формулирования гипотез эксперим. исслед. Множественная регрессия, факторный анализ и каноническая корреляция образуют родственную группу более современных методов, ставших доступными практикам благодаря прогрессу в области вычислительной техники. Эти методы позволяют анализировать связи между большим числом переменных.
Теория статистического вывода
Этот раздел С. включает систему методов получения выводов о больших группах (фактически, генеральных совокупностях) на основе наблюдений, проведенных в группах меньшего размера, называемых выборками. В психологии статистический вывод служит двум главным целям: 1) оценить параметры генеральной совокупности по выборочным статистикам; 2) оценить шансы получения определенного паттерна результатов исследования при заданных характеристиках выборочных данных.
Среднее является наиболее часто оцениваемым параметром генеральной совокупности. В силу самого способа вычисления стандартной ошибки, выборки большего объема обычно дают меньшие стандартные ошибки, что делает статистики, вычисленные по большим выборкам, несколько более точными оценками параметров генеральной совокупности. Пользуясь стандартной ошибкой среднего и нормированными (стандартизованными) распределениями вероятностей (такими как t-распределение), можно построить доверительные интервалы - области значений с известными шансами попадания в них истинного генерального среднего.
Оценивание результатов исследования. Теорию статистического вывода можно использовать для оценки вероятности того, что частные выборки принадлежат известной генеральной совокупности. Процесс статистического вывода начинается с формулирования нулевой гипотезы (H0), состоящей в предположении, что выборочные статистики получены из определенной совокупности. Нулевая гипотеза сохраняется или отвергается в зависимости от того, насколько вероятным яв-ся полученный результат. Если наблюдаемые различия велики относительно величины изменчивости выборочных данных, исследователь обычно отвергает нулевую гипотезу и делает вывод о крайне малых шансах того, что наблюдаемые различия обязаны своим происхождением случаю: результат является статистически значимым. Вычисляемые критериальные статистики с известными распределениями вероятностей выражают отношение между наблюдаемыми различиями и изменчивостью (вариабельностью).
Параметрические статистики. Параметрические С. могут использоваться в тех случаях, когда удовлетворяются два требования: 1) в отношении изучаемой переменной известно или, по крайней мере, можно предположить, что она имеет нормальное распределение; 2) данные представляют собой интервальные измерения или измерения отношений.
Если среднее и стандартное отклонение генеральной совокупности известно (хотя бы предположительно), можно определить точное значение вероятности получения наблюдаемого различия между известным генеральным параметром и выборочной статистикой. Нормированное отклонение (z-оценку) можно найти путем сравнения со стандартизованной нормальной кривой (называемой также z-распределением).
Поскольку исследователи часто работают с малыми выборками и поскольку параметры генеральной совокупности редко известны, стандартизованные t-распределения Стьюдента обычно используются чаще нормального распределения. Точная форма t-распределения варьирует в зависимости от объема выборки (точнее, от числа степеней свободы, т. е. числа значений, к-рые можно свободно изменять в данной выборке). Семейство t-распределений можно использовать для проверки нулевой гипотезы, состоящей в том, что две выборки были извлечены из одной и той же совокупности. Такая нулевая гипотеза типична для исследований с двумя группами испытуемых, напр. эксперим. и контрольной.
Когда в исслед. задействовано больше двух групп, можно применить дисперсионный анализ (F-критерий). F - это универсальный критерий, оценивающий различия между всеми возможными парами исследуемых групп одновременно. При этом сравниваются величины дисперсии внутри групп и между группами. Существует множество post hoc методик выявления парного источника значимости F-критерия.
Непараметрические статистики. Когда не удается соблюсти требования адекватного применения параметрических критериев или когда собираемые данные являются порядковыми (ранговыми) или номинальными (категориальными), используют непараметрические методы. Эти методы параллельны параметрическим в том, что касается их применения и назначения. Непараметрические альтернативы t-критерию включают U-критерий Манна-Уитни, критерий Уилкоксона (W) и критерий с2 для номинальных данных. К непараметрическим альтернативам дисперсионного анализа относятся критерии Краскела - Уоллеса, Фридмана и с2. Логика применения каждого непараметрического критерия остается той же самой: соответствующая нулевая гипотеза отвергается в том случае, если расчетное значение критериальной статистики выходит за пределы заданной критической области (т. е. оказывается менее вероятным, чем предполагалось).
Так как все статистические выводы основаны на оценках вероятности, возможны два ошибочных исхода: ошибки I рода, при к-рых отвергается истинная нулевая гипотеза, и ошибки II рода, при к-рых сохраняется ложная нулевая гипотеза. Первые имеют следствием ошибочное подтверждение гипотезы исслед., а последние - неспособность распознать статистически значимый результат.
См. также Дисперсионный анализ, Меры центральной тенденции, Факторный анализ, Измерение, Методы многомерного анализа, Проверка нулевой гипотезы, Вероятность, Статистический вывод
А. Майерс

Статистика малых выборок (small-sample statistics)

Принято считать, что начало С. м. в. или, как ее часто называют, статистике "малых п", было положено в первом десятилетии XX века публикацией работы У. Госсета, в к-рой он поместил t-распределение, постулированное получившим чуть позже мировую известность "студентом". В то время Госсет работал статистиком на пивоваренных заводах Гиннесса. Одна из его обязанностей заключалась в том, чтобы анализировать поступающие друг за другом партии бочонков только что сваренного портера. По причине, к-рую он никогда толком не объяснял, Госсет экспериментировал с идеей существенного сокращения числа проб, отбираемых из очень большого количества бочек, находящихся на складах пивоварни, для выборочного контроля качества портера. Это и привело его к постулированию t-распределения. Так как устав пивоваренных заводов Гиннесса запрещал публикацию их работниками результатов исслед., Госсет опубликовал результаты своего эксперимента по сравнению выборочного контроля качества с использованием t-распределения для малых выборок и традиционного z-распределения (нормального распределения) анонимно, под псевдонимом "Студент" (Student - откуда и пошло название t -распределение Стьюдента).
t-распределение. Теория t-распределения, подобно теории z-распределения, используется для проверки нулевой гипотезы о том, что две выборки представляют собой просто случайные выборки из одной генеральной совокупности и, следовательно, вычисленные статистики (напр., среднее и стандартное отклонение) яв-ся несмещенными оценками параметров генеральной совокупности. Однако, в отличие от теории нормального распределения, теория t-распределения для малых выборок не требует априорного знания или точных оценок математического ожидания и дисперсии генеральной совокупности. Более того, хотя проверка различия между средними двух больших выборок на статистическую значимость требует принципиального допущения о нормальном распределении характеристик генеральной совокупности, теория t-распределения не требует допущений относительно параметров.
Общеизвестно, что нормально распределенные характеристики описываются одной единственной кривой - кривой Гаусса, к-рая удовлетворяет следующему уравнению:
.
При t-распределении целое семейство кривых представлено следующей формулой:
.
Вот почему уравнение для t включает гамма-функцию, которая в математике означает, что при изменении п данному уравнению будет удовлетворять другая кривая.
Степени свободы
В уравнении для t буквой п обозначается число степеней свободы (df), сопряженных с оценкой дисперсии генеральной совокупности (S2), к-рая представляет собой второй момент любой производящей функции моментов, такой, напр., как уравнение для t-распределения. В С. число степеней свободы указывает на то, сколько характеристик осталось свободным после их частичного использования в конкретном виде анализа. В t-распределении одно из отклонений от выборочного среднего всегда фиксировано, так как сумма всех таких отклонений должна равняться нулю. Это сказывается на сумме квадратов при вычислении выборочной дисперсии как несмещенной оценки параметра S2 и ведет к тому, что df получается равным числу измерений минус единица для каждой выборки. Отсюда, в формулах и процедурах вычисления t-статистики для проверки нулевой гипотезы df = n - 2.
F-pacnpeделение. Проверяемая с помощью t-критерия нулевая гипотеза состоит в том, что две выборки были случайным образом извлечены из одной генеральной совокупности или же были случайно извлечены из двух разных совокупностей с одинаковой дисперсией. А что делать, если нужно провести анализ большего числа групп? Ответ на этот вопрос искали в течение двадцати лет после того, как Госсет открыл t-распределение. Два самых выдающихся статистика XX столетия непосредственно причастны к его получению. Один - крупнейший английский статистик Р. А. Фишер, предложивший первые теорет. формулировки, развитие к-рых привело к получению F-распределения; его работы по теории малых выборок, развивающие идеи Госсета, были опубликованы в середине 20-х годов (Fisher, 1925). Другой - Джордж Снедекор, один из плеяды первых американских статистиков, разработавший способ сравнения двух независимых выборок любого объема посредством вычисления отношения двух оценок дисперсии. Он назвал это отношение F-отношением, в честь Фишера. Результаты исслед. Снедекора привели к тому, что F-распределение стало задаваться как распределение отношения двух статистик с2, каждой со своими степенями свободы:
.
Из этого вышли классические работы Фишера по дисперсионному анализу - статистическому методу, явно ориентированному на анализ малых выборок.
Выборочное распределение F (где п = df) представлено следующим уравнением:
.
Как и в случае t-распределения, гамма-функция указывает на то, что существует семейство распределений, удовлетворяющих уравнению для F. В этом случае, однако, анализ включает два величины df: число степеней свободы для числителя и для знаменателя F-отношения.
Таблицы для оценивания t- и F-статистик. При проверке нулевой гипотезы с помощью С., основанных на теории больших выборок, обычно требуется только одна справочная таблица - таблица нормальных отклонений (z), позволяющая определить площадь под нормальной кривой между любыми двумя значениями z на оси абсцисс. Однако таблицы для t- и F-распределений по необходимости представлены комплектом таблиц, поскольку эти таблицы основаны на множестве распределений, полученных вследствие варьирования числа степеней свободы. Хотя t- и F-распределения представляют собой распределения плотности вероятности, как и нормальное распределение для больших выборок, они отличаются от последнего в отношении четырех моментов, используемых для их описания. t-распределение, напр., является симметричным (обратите внимание на t2 в его уравнении) при всех df, но становится все более островершинным по мере уменьшения объема выборки. Островершинные кривые (с эксцессом больше нормального) имеют тенденцию быть менее асимптотическими (т. е. меньше приближаться к оси абсцисс на концах распределения), чем кривые с нормальным эксцессом, такие как кривая Гаусса. Это различие приводит к заметным расхождениям между точками на оси абсцисс, соответствующими значениям t и z. При df = 5 и двустороннем уровне а, равном 0,05, t = 2,57, тогда как соответствующее z = 1,96. Следовательно, t = 2,57 свидетельствует о статистической значимости на 5% уровне. Однако в случае нормальной кривой z = 2,57 (точнее 2,58) будет уже указывать на 1% уровень статистической значимости. Аналогичные сравнения можно провести и с F-распределением, поскольку t равно F в случае, когда число выборок равно двум.
Что составляет "малую" выборку?
В свое время был поднят вопрос о том, какой объем должна иметь выборка, чтобы ее можно было считать малой. Определенного ответа на этот вопрос просто не существует. Однако условной границей между малой и большой выборкой принято считать df = 30. Основанием для этого в какой-то мере произвольного решения служит результат сравнения t-распределения с нормальным распределением. Как уже отмечалось выше, расхождение значений t и z имеет тенденцию возрастать с уменьшением и снижаться с увеличением df. Фактически, t начинает тесно приближаться к z задолго до предельного случая, когда t = z при df = ?. Простое визуальное изучение табличных значений t позволяет увидеть, что это приближение становиться довольно быстрым, начиная с df = 30 и выше. Сравнительные величины t (при df = 30) и z равны соответственно: 2,04 и 1,96 для р = 0,05; 2,75 и 2,58 для р = 0,01; 3,65 и 3,29 для р = 0,001.
Другие статистики для "малых" выборок
Хотя такие статистические критерии, как t и F, специально разработаны для применения к малым выборкам, они в равной степени применимы и к большим выборкам. Существует, однако, множество др. статистических методов, предназначенных для анализа малых выборок и часто используемых именно для этой цели. Имеются в виду т. н. непараметрические или свободные от распределения методы. В основном, фигурирующие в этих методах С. предназначены для применения к измерениям, полученным с помощью шкал, не удовлетворяющих определению шкал отношений или интервалов. Чаще всего это порядковые (ранговые) или номинальные измерения. Непараметрические С. не требуют предположений в отношении параметров распределения, в частности, в отношении оценок дисперсии, потому что порядковые и номинальные шкалы исключают само понятие дисперсии. По этой причине непараметрические методы используются также для измерений, полученных с помощью интервальных шкал и шкал отношений, когда анализируются малые выборки и существует вероятность того, что нарушаются основные предположения, необходимые для применения параметрических методов. К числу таких С., к-рые можно обоснованно применять к малым выборкам, относятся: критерий точной вероятности Фишера, двухфакторный непараметрический (ранговый) дисперсионный анализ Фридмана, коэффициент ранговой корреляции t Кендалла, коэффициент конкордации (W) Кендалла, H-критерий Краскела - Уоллеса для непараметрического (рангового) однофакторного дисперсионного анализа, U-критерий Манна-Уитни, медианный критерий, критерий знаков, коэффициент ранговой корреляции r Спирмена и t-критерий Уилкоксона.
См. также Вероятность, Статистический вывод, Переменные в научных исследованиях
П. Ф. Меренда

Статистическая значимость (statistical significance)

Исследователи часто используют статистические критерии для оценки получаемых результатов. Эти критерии позволяют исследователю оценить вероятность того, что такие результаты могли появиться чисто случайно. Термин С. з. употребляется как раз в связи с использованием таких критериев.
Характеристика статистически значимые дается результатам, вероятность случайного появления к-рых равна или ниже некоторого общепринятого уровня. Большинство психологов принимает за статистически значимый уровень 5% (или ниже) вероятность случайного получения результата. В публикациях это обычно выглядит как р < 0,05 или р < 0,01, означая, что, если бы данное исслед. повторили 100 раз, случайного появления таких результатов можно было бы ожидать менее чем в 5 случаях (или менее чем в 1 случае соответственно). С. з. может определяться как для критериев различия, так и для критериев связи.
См. также Статистика в психологии
К. Дру

Статистический вывод (statistical inference)

Процесс получения выводов о некой совокупности на основе случайно извлекаемых из нее выборок (в сущности, по ее частям или подмножествам) называется С. в. С. в. широко используется в психологии, поскольку редко удается обследовать полную совокупность. Логика С. в. не зависит от конкретной проблемы и используемых методов. На основе выборки исследователь хочет сделать утверждения о том, что, вероятно, имеет место в совокупности.
Описательные выборочные характеристики принято называть статистиками, а соответствующие им характеристики генеральной совокупности - параметрами. Статистика вычисляется на конкретном и конечном множестве данных. Она совсем не обязательно будет равна соответствующему параметру совокупности, если, конечно, выборка не настолько велика, чтобы включать всю совокупность. Вместо этого, любая выборка обычно дает значения статистик, к-рые отличаются от истинных значений параметров совокупности. В связи с этим возникает задача определить, насколько точно каждая статистика отражает соответствующие параметры генеральной совокупности. Т. о., применение С. в. требует знания теории вероятностей.
Действительный процесс С. в. часто начинается с выдвижения нулевой гипотезы (H0): исследователь предполагает, что выборочная статистика (чаще всего, среднее) была получена из совокупности с известными параметрами. Если требуется провести сравнение выборок, исследователь предполагает, что каждая выборка (и ее соответствующие статистики) была извлечена из одной и той же совокупности.
Нулевая гипотеза сохраняется или отвергается исходя из того, насколько вероятным оказывается наблюдаемый результат. Для оценки выборочных статистик в отношении изменчивости используются нормированные критериальные статистики (такие, как z, t, F и с), значения к-рых имеют известные вероятности. Если различие между группами (выборками) заметно выражено относительно величины изменчивости данных, исследователь отвергает нулевую гипотезу и делает вывод, что случайное появление наблюдаемого различия маловероятно: полученный результат статистически значим. В психологии традиционно принято отвергать нулевую гипотезу в тех случаях, когда наблюдаемый результат (в действительности, значение вычисленной критериальной статистики) оказывается настолько близким к краю распределения, что мог бы появиться случайно с вероятностью менее 5% (р < 0,05).
Поскольку С. в. основывается на оценках вероятности, возможны два вида ошибочных решений: ошибки I рода, при которых отвергается истинная нулевая гипотеза, и ошибки II рода, при которых сохраняется ложная нулевая гипотеза. Первые имеют следствием ошибочное подтверждение гипотезы исслед., а последние - неспособность распознать статистически значимый результат.
См. также Статистика в психологии
М. Р. Денни

Статус профессии (job status)

Работа людей выполняет множество функций, одна из к-рых - служить идентификатором, т. е. размещать людей на разных ступеньках соц. лестницы. Как правило, влиянием и привилегиями пользуются те, кто обладает а) знаниями и навыками, необходимыми для выполнения значимых задач; б) возможностью контролировать экономические ресурсы; и в) властью над др. людьми. Поэтому неудивительно, что наиболее высокое положение в обществе занимают высококвалифицированные специалисты и управленцы высшего звена, за к-рыми следуют инженерно-технические работники, специалисты более низкой квалификации и управленцы низшего звена, затем идут "белые" и "синие воротнички", а замыкают этот ряд неквалифицированные рабочие и обслуживающий персонал.
Профессиональные занятия различаются таким образом по своей соц. стратификации. Существует общий взгляд на то, как профессии располагаются на иерархической лестнице престижа, к-рый разделяли и разделяют мужчины и женщины, представители различных этнических групп и члены прошлых и ныне существующих общественных формаций. Работа, к-рая требует обладания особыми навыками или дает чел. власть либо возможность контролировать ценные ресурсы, как правило, котируется наиболее высоко.
См. также Оценка труда работника для установления заработной платы, Теория навешивания ярлыков
С. Юэнь

Стационарное лечение психически больных старческого возраста (therapies for institutionalized elderly psychiatric patients)

Соматические методы терапии. Р. К. Р. Салокангас разделяет последние три десятилетия практики лечения психически больных при первичной госпитализации на три этапа: 1949-1958 гг., период основного упора на методы шоковой терапии; 1959- 1968 гг., эра нейролептиков и с 1969 г. до настоящего времени - интенсивная внебольничная терапия. Эти три этапа не являются взаимоисключающими, элементы всех трех главных направлений безусловно сосуществуют в практике прошлого и будущего.
Электрошок. Электросудорожная терапия (ЭСТ) больных старческого возраста вызывает разногласия не только в отношении ее применения в принципе, но и в отношении такой ее методической стороны, как унилатеральное или билатеральное расположение электродов, что, впрочем, относится и к лечению молодых депрессивных больных. Р. М. Фрезер и Б. Гласс считают, что билатерально проводимая ЭСТ не дает преимуществ в том, что касается снижения интенсивности депрессии, изменения поведения после пяти сеансов или через три недели, а также количества сеансов, необходимых для достижения "удовлетворительного результата", полагая, что унилатеральная ЭСТ достигает положительного эффекта за более короткий промежуток времени.
Исслед. пациентов более молодого возраста не согласуются с выводами, сделанными в работе Фрезера и Гласса. Показано, что период выздоровления пациентов старческого возраста (средний возраст 72 года) в пять раз короче, чем у молодых больных, при унилатеральном расположении электродов и в девять раз короче, чем у молодых, при билатеральном проведении ЭСТ.
Методы лекарственной терапии. Обоснования для проведения лекарственной терапии лиц старческого возраста значительно различаются между собой и могут быть представлены здесь лишь в сжатом виде. В 1975 г. журнал Drugs and therapeutics bulletin ("Бюллетень лекарств и терапевтических средств") привел сводные данные анализа лекарственной терапии деменции, в частности с помощью церебральных сосудорасширяющих средств и церебральных "активаторов". В обзоре был сделан вывод о том, что ни одни из препаратов не может быть рекомендован для широкого использования.
Б. Питт произвел оценку использования транквилизаторов и снотворных при сенильной деменции, отметив, что снижение двигательного беспокойства и агрессивного поведения достигается в ущерб физ. подвижности и психол. независимости.
В Англии используется необычный диагноз - парафрения. Парафрения, или "параноидные состояния позднего возраста", была описана Т. Риджем и Р. Уайэттом, к-рые полагают, что примерно в 10% случаев первичных госпитализаций лиц старческого возраста с параноидным синдромом в Англии и Скандинавии больные не яв-ся "старыми" шизофрениками, поскольку: а) их преморбидные характеристики отличаются от таковых при заболевании шизофренией в молодом возрасте; б) болезнь представляет собой не процессуальное, а реактивное расстройство. Эти авторы утверждают, что парафрения поддается лечению фенотиазиновыми препаратами и что "исход терапии... почти всегда является благоприятным, в особенности при использовании поддерживающей лекарственной терапии". Бридж и Уайэтт отмечают также более низкий уровень летальности при парафрении по сравнению со случаями деменции или аффективных расстройств у лиц старческого возраста.
И. Н. Менш проанализировал риск при лекарственной терапии пожилых больных, отмечая эффекты взаимодействия разных препаратов, низкий порог терапевтической реакции и непредсказуемость неблагоприятных эффектов, проявляющихся в виде острых, угрожающих жизни эпизодов, а тж таких хронических состояний, как поздняя дискинезия.
Психологические методы терапии. Р. Моулайн и Филлипс ввели систему вознаграждения стационарных больных. Максимальный самоконтроль в течение суток оценивается в 120 баллов и дает больному возможность пользоваться выходом на прогулку или домашним отпуском. Авторы с удовлетворением отмечают, что реорганизация системы контроля поведения на отделении, осуществляемой персоналом и больными, оказывается успешной для многих пациентов.
В учреждениях длительной госпитализации больных старческого возраста широко используется программа ориентации на реальность (reality orientation, RO). Зепелин с коллегами провели оценку действия годичной программы RO. Исследователи с разочарованием отмечают крайне низкую эффективность программы и высказывают предположение о том, что положительные результаты "могут быть ограничены поздним возрастом пациентов..., их выраженной дезориентировкой и высоким уровнем инвалидизации".
В Англии Дж. Смит сообщает о более положительных результатах, но в лечении др. контингента больных. В четырех психиатрических больницах количество коек удалось снизить наполовину благодаря использованию мест группового проживания, "домов на полпути", дачных коттеджей с мед. наблюдением и специализированных общежитии.
Харрис и соавторы, также в Великобритании, подчеркивают важность архитектурного дизайна и пространственного размещения в отделении мебели и больных для благоприятствования общению пожилых стационарных пациентов. Вербальное общение и иные формы соц. взаимодействие, а также выделение отдельным больным или разным по размеру группам больных жилых помещений в больницах либо в интернатах до сих пор гораздо меньше определялись дизайном жилого пространства, чем "реакцией администрации и персонала" на поведение больных.
Буч с сотрудниками полагают, что около 5% длительно госпитализированных больных в возрасте 65 лет и старше обнаруживают "снижение физического и психического функционирования", проявляющееся в нарушениях коммуникации вследствие ухудшения сенсорики, деменции или речевых нарушений.
М. М. Кац изучал эффективность методов терапии, по-разному обозначаемых как "комбинация модифицированной" ориентации на реальность, ремотивирование, активация и терапия средой, в Нью-Йоркском государственном центре расширенной помощи. Из почти 900 гериатрических пациентов в 44% случаев наблюдалось улучшение, в 20% - отсутствие динамики, в 18% - ухудшение состояния и в 18% случаев оценка терапии не была проведена.
Дома престарелых отличаются от др. гериатрических учреждений длительной госпитализации, но большинство исслед. было проведено именно там. Расхождения в таких параметрах, как частное или государственное предприятие, размер и этническая принадлежность пациентов, не дают возможности сделать какие-то обобщения.
Р. Пол и Л. Ленц провели, вероятно, одно из самых значительных исслед. по изучению госпитализированных хронических психически больных. Была рекомендована программа соц. обучения (social-learning program), но важно подчеркнуть один из выводов: "Абсолютный уровень функционирования, достигаемый больными, способными переместиться в здоровую среду проживания, оказался столь ограниченным, что это делает очевидным необходимость усилий по разработке еще более эффективных программ".
Заключительные замечания. Критическим параметром, к-рый следует учитывать в лечении хронических гериатрических больных в условиях длительной госпитализации, является надежность диагностики состояния у лиц старческого возраста. Более двадцати лет назад Менш исследовал проблему дифференциальной диагностики психич. и соматических заболеваний у лиц преклонного возраста. К. Л. Ноббс поднял тот же вопрос: "Неправильное помещение соматически больных в психиатрические учреждения влечет за собой почти троекратное увеличение смертности по сравнению с уровнем, наблюдаемым при правильном направлении психиатрических больных".
Л. Шмидт и его коллеги подчеркивают эффект снижения количества больных, находящихся в государственных учреждениях, с 560 000 в 1955 г. до 250 000 в 1973 г., связываемый с созданием внебольничных психиатрических учреждений и использованием психотропных лекарственных средств. Однако, перевод тысяч пациентов в дома престарелых был также значимым фактором, особенно в том, что касается больных старческого возраста. Наконец, отбор больных для перевода в различные типы домов для такого контингента, возможно, был определяющим фактором, поскольку исслед. 1155 случаев устойчивого или временного ухудшения физ. и психич. состояния после перевода показало, что в 80% это произошло в условиях комплексного (полного) ухода, в 43% - в условиях вспомогательного ухода и в 21% - в условиях персонального ухода за пациентом.
См. также Геронтология
И. Н. Менш

Степень доктора психологии (doctor of psychology degree)

С. д. п. присуждается психологам, чьи образование и практика направлены на подготовку к карьере практикующего профессионала. Существенно различаясь по содержанию и значению, все докторские программы, по окончании к-рых присуждается С. д. п., включают теорет. подготовку в области психологии, обширную супервизируемую практику по применению процедур оценки и модификации психол. функционирования и интернатуру. Ранее в требования к программам получения С. д. п. не включалась обязательная защита диссертации, но почти все совр. программы ее предусматривают. Планомерное исслед. рассматривается не как самоцель, а как своего рода практика, а спектр тем здесь шире того, к-рый затрагивался обычно в диссертациях на соискание степени доктора философии по направлению "психология". Анализ общественных потребностей, конкретные социол. исслед., изучение теорет. вопросов - все это, наряду с прочими типами исслед., сейчас является приемлемым для диссертации, так как любое исслед. помогает улучшить представление о работе профессиональных психологов и внести в нее конструктивные изменения. Обычно программа подразумевает пять лет послевузовского обучения для тех, кто получил степень бакалавра.
Первое официальное предложение учредить С. д. п. было высказано Лоялом Крейном в 1925 г. Он утверждал, что образование в области научной психологии является недостаточным для практикования психологии и что степень доктора философии не подходит для удостоверения профессиональной квалификации практиков. Он дал толчок развитию программ, четко направленных на подготовку людей к практ. деятельности и к получению по окончанию обучения степени, аналогичной степени доктора медицины (M.D.), доктора богословия (D.D.S.) и др. профессиональным степеням. Предложение Крейна не было принято в научных кругах, и в последующие 40 лет были учреждены только две программы получения С. д. п. обе они были введены в Канаде и просуществовали недолго.
В 1949 г. на конференции по вопросам обучения клинической психологии в Боулдере, штат Колорадо, в качестве основной для обучения профессиональных психологов была принята научно-практическая модель, а нормой, удостоверяющей квалификацию, оставалась степень доктора философии. По "Боулдерской модели", как она затем стала называться, обучавшихся но докторской программе готовили как к проведению исслед., так и к клинической практике, подразумевая, что обе эти формы деятельности будут способствовать взаимному улучшению профессиональной подготовки. Боулдерская модель была использована многими американскими ун-тами и до сих пор остается наиболее общей для обучения профессиональных психологов.
Однако к середине 1960-х гг. все чаще стало выражаться несогласие с распространенными программами получения степени доктора философии. По мнению их критиков, большинство клинических программ на отделениях ун-тов переоценивали значение исследовательской деятельности за счет умаления практ. подготовки, и психологи, начинавшие профессиональную карьеру, - а тогда это было характерно для более половины из них - оказывались плохо подготовленными к трудностям, с к-рыми они встречались на своей работе. После длительных дискуссий комиссия по научным и профессиональным целям психологии Американской психологической ассоциации (АРА) рекомендовала принять практ. программы, направленные на получение С. д. п. (Psy.D).
На др. конференции по вопросам обучения профессиональной психологии, проходившей в Вэйле, штат Колорадо, была утверждена концепция непрерывного образования в области практ. применения психологии, а С. д. п. должна была свидетельствовать об окончании аспирантуры по программе подготовки специалистов-практиков. В последующие годы в ун-тах и профессиональных школах США программы получения С. д. п. получили свое развитие, хотя первоначальная программа в университете Иллинойса была прекращена уже в 1980 г. К 1990-м гг. действовало более 40 таких программ. Около половины из них осуществлялись в ун-тах, а остальные - в независимых профессиональных школах, при этом две трети этих программ были полностью или частично утверждены Комитетом по аккредитации АРА.
См. также Клиническая психология: подготовка специалистов через аспирантуру, Послевузовское образование, Школы профессиональной психологии
Д. Р. Питерсон

Стереотипизация (stereotyping)

В исслед. предубеждений в отношении этнических групп часто ссылаются на важную роль стереотипов - тех обобщенных и, как правило, нагруженных оценочными суждениями впечатлений, к-рые члены одной соц. группы используют при характеристике членов др. группы.
Трудность, возникающая при придании стереотипу (stereotype) исключительно негативного значения (meaning), состоит в том, что соц. и когнитивные механизмы, лежащие в основе С., трактуются ошибочно. Как следствие, существует тенденция упускать из виду тот факт, что С. происходит нормальным и естественным путем при любом взаимодействии соц. групп. Любую социально идентифицируемую группу можно охарактеризовать почти безграничным количеством способов. Невозможность знать все означает в отношении к.-л. этнической группы, напр., невозможность припомнить больше нескольких переменных в ситуации взаимодействии с членами такой группы. Отсюда неизбежным выходом видится фокусирование внимания на немногих избранных переменных, предположительно характеризующих рассматриваемую группу, и придание им характера определенной системы взглядов, к-рая в дальнейшем используется при наблюдении, взаимодействии или принятии решений в отношении членов этой группы. Эти системы взглядов, или рабочие стереотипы (working stereotypes), позволяют людям прогнозировать, точно или ошибочно, как члены определенной группы будут вести себя или реагировать в данной ситуации.
То, что люди попадают в зависимость от стереотипов, яв-ся важным источником проблем. Стереотипы могут господствовать в ожиданиях от членов др. группы и игнорировать или подавлять свидетельства того, что данный стереотип может быть ошибочным или неадекватным в том или ином конкретном случае. Существует опасность, что стереотипы будут сформированы на основе неосознанных потребностей в проекции.
Дональд Т. Кэмпбелл указывал на то, что наиболее пагубный недостаток стереотипов лежит не столько в ошибочности их элементов, сколько в каузальном объяснении, неадекватно выводимом на основе стереотипа. Др. опасность, присущая стереотипам, кроется в челов. тенденции использовать их как "самоосуществляющиеся пророчества".
См. также Аттитюды, Деиндивидуализация, Этнические группы
Г. К. Линдгрен

Стили лидерства (leadership styles)

Несмотря на то что первый классический эксперимент по С. л. был проведен Левиным, Липпиттом и Уайтом еще в 1939 г., большая часть исслед. лидерства в период 1940-х г. была связана с выявлением индивидуальных черт, к-рые позволяли бы дифференцировать лидеров от не лидеров или эффективных от неэффективных лидеров. В 1950-х и 1960-х гг. этот подход с позиций личностных черт сменился попытками выделить наблюдаемые формы поведения эффективного лидера. В рамках общей проблематики исслед. лидерства попытки идентификации таких форм поведения обычно обсуждались под заголовком стилей лидерства и/или лидерского поведения.
Исслед. начала 1950-х гг. были связаны с поисками подходов к измерению стилей лидерства. К 1960-м годам стало очевидным, что приемлемость конкретного, отдельно взятого С. л. в значительной степени зависит от ситуационных факторов. Это осознание привело к возникновению в конце 1960-х г. ситуационных теорий, в к-рых предпринимались попытки выделения условий, при к-рых конкретный С. л. мог быть наиболее эффективным. Некоторые ситуационные теории вводили промежуточные переменные, к-рые были призваны помочь в объяснении того, почему данный С. л. лучше действует в одних ситуациях по сравнению с другими.
Таксономии. В одном из первых экспериментов по стилям лидерства Левин, Липпитт и Уайт обнаружили, что демократичные лидеры (democratic leaders) оказывались более эффективными по сравнению с авторитарными лидерами (authoritarian leaders), осуществлявшими чрезвычайно жесткий контроль за событиями, и либеральными (попустительскими) лидерами (laissez-faire), слабо контролировавшими ход событий. За этим ранним экспериментом последовали две важные исследовательские программы: одна реализовывалась Д. Кацем и его коллегами, а др. Флейшманом. Несмотря на довольно различавшиеся методы оценки лидерского поведения, каждая программа в конечном итоге предложила таксономию, опирающуюся на две переменные. В каждой из этих таксономии присутствовало ориентированное на производство (production-oriented) и ориентированное на работника (employee-oriented) измерение (dimension). Наиболее эффективные лидеры имели тенденцию получать высокие оценки по обеим переменным. Большинство таких исслед. были корреляционными, поэтому направление причинно-следственных связей оказалось невыясненным. Попытки подкрепить полученные результаты данными полевых исслед. привели лишь к частичному успеху. Обнаружилось, что С л., к-рый демонстрировал свою наибольшую эффективность в одной ситуации, не оказывался с необходимостью самым эффективным в другой.
Аналоги глобальным измерениям, использовавшимся в ранних исслед., можно найти в модели Херси и Бланчарда. В соответствии с ее более ранними формулировками, выделяются и предполагаются независимыми две широкие категории: "поведение с акцентом на задаче" (task behavior emphasis) и "поведение с акцентом на взаимоотношениях" (relationship behavior emphasis). Противоположным полюсом в совр. теориях может служить таксономия Гэри Юкла, включающая 19 категорий лидерского поведения. Эта таксономия явилась результатом 4-летней программы исслед., и ее категории выглядят интуитивно привлекательными в своих описаниях поведения лидера.
Совр. исследователи, в основном, сходятся во мнении, что двух широко определяемых категорий оказывается явно недостаточно. К сожалению, когда они выходят за пределы этих двух базовых категорий, начинаются разногласия по поводу того, какие переменные считать наиболее существенными и сколько вообще должно быть переменных. Попытки разрешить эту проблему осложняются еще и тем фактом, что С. л. связывается с паттерном оценок по тому набору категорий лидерского поведения, к-рые при этом используются.
Имеющиеся в настоящее время таксономии игнорируют или умалчивают вопрос о том, каким образом лидеры делают то, что они делают. Между тем определение и измерение С. л. выглядит неполным без описания того, каким образом лидер осуществляет свое влияние на подчиненных. Вызывает также сомнение возможность адекватного описания стиля лидерства без учета других аспектов межличностного стиля лидера.
Ситуационные переменные. Для таксономии стиля лидерства характерно отсутствие согласия в отношении конечного набора ситуационных переменных. Теоретики едины лишь в признании важной роли ситуационных переменных для анализа систематических взаимосвязей между стилем и критериями эффективности лидерства. Причиной такого единодушия яв-ся результаты многочисленных исслед. в разнообразных орг-циях, продемонстрировавшие отсутствие стиля лидерства, к-рый оказывался бы эффективным во всех ситуациях.
Известнейшим представителем ситуационного подхода был Фред Фидлер. В предложенной им теории приемлемость конкретного С. л. варьирует как функция от ситуационных переменных. Обобщая результаты своих исслед., Фидлер выделяет восемь ситуационных паттернов, размещая их вдоль оси единственного измерения: насколько благоприятна данная ситуация для данного лидера. Ситуация считается наиболее благоприятной, когда между лидером и членами группы складываются хорошие взаимоотношения, когда лидер обладает необходимым объемом властных полномочий и когда решаемая задача высоко структурирована. Ситуация расценивается как наименее благоприятная при плохом качестве взаимоотношений между лидером и членами группы, недостатке властных полномочий и неструктурированности ситуации. В каждом из этих крайних случаев наиболее успешными лидерами оказываются те, кто ориентирован на успешное выполнение задачи. В ситуациях, отражаемых центральной областью этой шкалы, наиболее успешными лидерами оказываются те, кто ориентирован на установление успешных межличностных отношений. Несмотря на то что при своем создании такая общая шкала опиралась на результаты обширных исслед. в различных организациях, ее ценность ограничивается из-за путаницы, возникающей при анализе конструктной валидности фидлеровского измерения стиля лидерства. Однако, даже при наличии такого ограничения, подавляющее большинство критиков признает, что исследовательская программа Фидлера продемонстрировала жизнеспособность ситуационного подхода к изучению стилей лидерства.
В модели Хауса и Десслера мы обнаруживаем, что три фидлеровские переменные оказались собранными под единым названием - "характеристики задачи/окружения" (task / environment characteristics), и что переменная, выделенная Херси и Бланчардом, расширена до категории "характеристики подчиненных" (subordinate characteristics), чтобы включить в ее содержание более разнообразный набор элементов. Для адекватного описания ситуации лидерства, наряду с характеристиками подчиненных надлежит также учитывать характер задачи и условия организационной среды.
Ситуационная модель, предложенная Врумом и Йеттоном, имела более скромную цель: конкретизацию условий, при к-рых лидеру надлежит использовать пять разновидностей процедур принятия решения. На одном полюсе - автократичный способ принятия решения лидером, на противоположном полюсе - ситуация, когда лидер ставит проблему перед группой, действуя в роли ведущего групповой дискуссии, и соглашается с любым решением, к-рое бы ни порекомендовала ему группа. Выбирая тот или иной стиль принятия решения в отношении конкретной задачи, лидер должен учитывать ситуационные факторы, к-рые влияют на качество самого решения, и ситуационные факторы, влияющие на исполнение подчиненными этого решения.
Другой, отличающийся подход к использованию ситуационных переменных состоит рассмотрении характеристик ситуации как независимых переменных, а С. л. как зависимой переменной. С этой т. зр. поведение лидера отчасти обусловлено взаимозависимостью с др. рабочими подразделениями, численностью подразделения, технологией и т. д. Как следствие, любая ситуация содержит определенные требования и ограничения, к-рые сужают возможности лидера в выборе того или иного поведения. В той степени, насколько возможно понять эти ограничения, представлялось бы разумным назначать конкретных людей руководить в те ситуации, где наиболее приемлемым оказывался бы присущий им естественный стиль лидерства.
Др. важным изменением в развитии теорий С. л. явилось введение промежуточных переменных (intervening variables), помогающих понять, почему данный конкретный стиль лидерства может оказываться эффективным в одной ситуации и совершенно неэффективным в другой. В рамках этого теорет. представления, С. л. оказывают влияние на промежуточные переменные, к-рые в свою очередь влияют на критерии эффективности. Это усовершенствование в теории выглядит привлекательным, по крайней мере, по двум соображениям. Во-первых, лидер обладает большими возможностями в контроле такой промежуточной переменной, как "трудовые усилия подчиненных", чем, напр., такого критерия эффективности, как "производительность" (productivity). Во-вторых, использование промежуточных переменных должно помочь пониманию того, как получаются эмпирические данные и, в отсутствие эмпирических результатов, должно предложить руководящие принципы для менеджера, к-рый не может откладывать свой выбор линии поведения до тех пор, пока научные теории не будут окончательно приведены в соответствие с фактами.
Итоги. С позиций строгого научного подхода, последние 50 лет изучения стилей лидерства не привели ни к изобилию хорошо установленных эмпирических фактов, ни к разработке широко принятых таксономии С. л. или перечней ситуационных переменных. Со строго практ. т. зр., напротив, недавние теории оказались продуктивными в отношении идей, обладающих потенциальной ценностью для лидеров. Даже если они и не дают окончательных и определенных ответов, они, по крайней мере, предлагают конструктивные способы мышления в отношении выбора С. л.
См. также Эффективность лидерства, Лидерство и руководство, Организационный климат
Р. Эндрюс

Стили супружеской интеракции (marital interaction styles)

Стиль отношений, к-рый предположительно сложится в браке, обнаруживает себя еще в период свиданий, возможно, при первой встрече будущей пары. По мнению Рудольфа Дрейкурса, каждый встречающийся партнер, как правило неосознанно, оценивает "соответствие" собственных ценностей, аттитюдов и поведения ценностям и поведению др. лица. Поскольку оба стремятся определить, что их связывает и насколько они подходят друг другу, определенные паттерны отношений начинают воспроизводиться все чаще и чаще, подобно тому как это происходит у партнеров по танцу. Рош приводит данные о том, что подобные паттерны поведения длились у супругов годами и иногда оставались неизменными на протяжении всего цикла совместной жизни. Выделяют несколько типов таких постоянно воспроизводящихся способов взаимодействий, называемых также С. с. и.
Два таких стиля, вертикальные и горизонтальные интеракции, были детально рассмотрены Хью Олредом. Вертикальный стиль интеракций (vertical interaction style) подобен поведению двух людей на лестнице, где каждый пытается взобраться выше другого и где есть лишь одно место для чел. на каждой ступеньке. Паттерны отношений в этой разновидности взаимоотношений зачастую характеризуются уничтожающей взаимной критикой.
В отличие от вертикального, горизонтальный стиль интеракций (level interaction style) характеризуется сотрудничеством. В супружеских отношениях этого типа место супруга не определяется тем, насколько он смог убедить другого в своем превосходстве. Этот способ взаимоотношений свободен от унижения и критики партнера, в нем открыто выражаются любовь и доверие. У большинства пар в той или иной степени обнаруживаются как вертикальный, так и горизонтальный паттерны поведения, однако С. с. и. определяется тем, какой из них оказывается преобладающим.
Три стиля интеракции - комплементарная, симметричная и параллельная - были первоначально выделены Грегори Бейтсоном и впоследствии изучены Дж. М. Харпером и сотрудниками. При комплементарной интеракции (complementary interaction) индивидуумы обмениваются противоположными паттернами поведения. Этот вид взаимоотношении основан на неравенстве контроля, с одним партнером, занимающим доминирующую позицию, и другим, находящимся в подчиненной позиции.
При симметричной интеракции (symmetrical interaction) каждый из супругов стремится избежать потери контроля во взаимоотношениях. Каждый из супругов ведет борьбу за право быть инициатором воздействия, критикует другого, дает советы и т. д. При параллельной интеракции (parallel interaction), однако, оба партнера знают, что ни один не сможет выиграть за счет другого. Каждый может обнаруживать сходное или противоположное поведение, но выбирает для этого наиболее подходящие и удобные случаи.
Ранний семейный опыт оказывает огромное влияние на будущие С. с. и. Сочетание семейной ситуации и ее детской интерпретации приводит к созданию ребенком ментальной "карты" способов подстройки к партнеру и достижения собственной значимости. При оценке своего "соответствия" потенциальному супругу/супруге, эта карта руководит каждым партнером, как правило на неосознанном уровне.
На самом деле в процессе выбора супруга/супруги люди узнают друг о друге больше, нежели это воспринимается ими на уровне сознания. Дрейкурс полагает, что принятие предложения или отказ возможному брачному партнеру опирается преимущественно на сведения и согласования, к-рые полностью минуют осознание. Идентификация С. с. и. может помочь супругам в большей степени сознавать свои действия по отношению друг к другу. В этом случае становится возможным изменение сложившихся способов взаимоотношений с целью формирования более нежных, любящих и прочных связей.
См. также Теория справедливости, Типы личности
Дж. М. Харпер, X. Олред, Р. А. Уодхем

Стимул (stimulus)

Словом С. (раздражитель) обозначается все, что оказывает воздействие и производит эффект. Психология изучает чел. как субъекта (person), пытаясь объяснить, каким образом индивидуум ведет себя как единое целое.
Как ученый, психолог изучает челов. активность на индивидуальном уровне, в том виде как она детерминирована физ., физиолог., фармакологическими и др. энергетическими явлениями внутри индивидуума и явлениями, вызванными внешними событиями. Определение стимула в психологии должно соответствовать этому.
Челов. организм чувствителен к ограниченному количеству видов энергии. Эта чувствительность опосредована десятью чувствами или модальностями ощущений, а именно: хим. ощущениями вкуса и запаха; механическим ощущением проприоцепции в мышцах и сухожилиях; тактильными, болевыми и температурными рецепторами кожи; зрением, активируемым световым излучением, и слухом, активируемым энергией механических колебаний в ограниченном диапазоне частот. Существует также то, что называют общим хим. чувством, функции к-рого редко изучались.
Хотя эти модальности можно изолировать друг от друга в условиях эксперимента, в повседневной жизни они функционируют в группировках, называемых перцептивными системами. Дж. Дж. Гибсон первым описал эти системы как зрительную, слуховую, обонятельно-вкусовую (запах-вкус), гаптическую и вестибулярную. С. X. Бартли привлек внимание к гомеостатической системе, к-рую не удавалось описать как систему, хотя в течение многих лет ее компоненты по отдельности выделялись физиологами.
Концепция перцептивных систем яв-ся составным элементом предположения о том, что причина - следствие (стимул - реакция) - это такое отношение, к-рое подразумевает гораздо большую активность внутри организма вследствие воздействия энергии на органы чувств, чем это проявляется в явной форме. Чтобы перцептивная система действительно была системой, отдельные сенсорные модальности определенного вида должны взаимодействовать друг с другом на нейронном уровне, хотя терминология маркирует только ведущий сенсорный отдел в этой системе. Прослеживая разветвления внутренних причинно-следственных цепей активности, психологи используют термин "стимул" так, как его использовали бы физиологи. Только при достижении конечного результата, персоналистической (личностной) реакции, становится применимым психол. ярлык стимула.
Эймс ввел полезное разграничение. Он назвал энергию, достигающую органов чувств, воздействием (impingement). В некоторых случаях, эффект воздействия не выходит за пределы самого органа чувств. Следовательно, для целей физиологов, воздействие можно назвать стимулом, когда оно приводит к результатам той категории, к-рая составляет часть предмета их науки. Тем не менее для психологов воздействие не эффективно, если оно не переходит в те последствия, которыми интересуются психологи. Оно не создает действий организма как субъекта. Однако, если это произошло, входной сигнал явился стимулом, будучи одновременно простым воздействием.
Некоторые психологи стали разграничивать дистальные и проксимальные стимулы. То, что они называют дистальным стимулом, есть по сути воспринимаемый объект. Хотя наблюдатель действительно видит объекты, они не яв-ся причинами видения, но только его результатами или содержанием.
Проксимальные стимулы - это виды энергии, достигающей органов чувств, и потому - потенциальные стимулы. Они становятся актуальными стимулами, когда энергия производит эффект за пределами рецепторов органа чувств и вызывает в итоге личностную реакцию. Лучше называть их воздействиями (impingements), если результат не распространяется дальше органа чувств.
См. также Зрение, Слух
С. X. Бартли

Стимуляторы (stimulants)

В низких дозах С. вызывают подъем настроения, эйфорию, повышение бодрости, снижение утомляемости, подавление аппетита и двигательное возбуждение; высокие дозы могут провоцировать раздражительность и тревогу. Часто используемые С. (кокаин, амфетамины и метилфенидат) вызывают ряд неблагоприятных побочных эффектов и могут провоцировать возникновение шизофреноподобных симптомов, в частности паранойи. Эти вещества вызывают стереотипные паттерны поведения у большого количества биолог. видов, и, по всей видимости, их поведенческие эффекты обусловлены высвобождением допамина в ЦНС. Клинически такие стимуляторы, как метилфенидат, д-амфетамин и пемолин используются для лечения гиперактивности у детей.
С., блокирующие распад биогенных аминов (ингибиторы моноаминооксидазы) или нейрональный захват аминов (трициклические антидепрессанты), широко используются для лечения аффективных расстройств. В отличие от амфетамина и кокаина, терапевтический эффект этих препаратов связан с их влиянием на концентрацию норэпинефрина и серотонина или с противорегуляцией рецепторов катехоламина.
Кофеин и никотин яв-ся двумя наиболее широко используемыми С. Благодаря своему действию на кору головного мозга, кофеин вызывает состояние бодрости и повышенной подвижности. Эффект относительно высоких доз сопровождается стимуляцией ствола мозга и дыхания. По этой причине кофеин используется для снятия эффекта таких седативных и снотворных средств, как алкоголь и барбитураты. Наконец, кофеин стимулирует сердечную деятельность и вызывает сужение церебральных сосудов. Этот эффект используется при лечении некоторых форм мигрени. Никотин обладает выраженным эффектом на центральную и периферическую НС. На периферии малые дозы никотина стимулируют клетки ганглиев и нервно-мышечные соединения. Помимо этого, показано, что никотин стимулирует саливацию (слюноотделение) и снижает тонус желудка, замедляя его опорожнение. В больших дозах может наблюдаться функциональная блокада рецепторов. Кроме того, никотин способствует высвобождению периферических катехоламинов, что, в свою очередь, вызывает сужение сосудов, тахикардию и повышение АД. Центральный эффект никотина заключается в активации нейронов ретикулярной формации, коры и гиппокампа, а также в возбуждении вагусных и спинальных афферентных нейронов.
См. также Центральная нервная система, Психофармакология, Злоупотребление психоактивными веществами
X. Энисмен

Страх смерти (death anxiety)

Что люди могут иметь в виду, говоря, что они боятся смерти? Для одних этот страх может быть связан с различного рода потерями, к-рые сопутствуют смерти, тогда как других пугает возможность потерять контроль над своей жизнью в ходе умирания.
Исслед. свидетельствуют о многомерности обоих представлений. Так, страх самой смерти следует отделять от страхов, относящихся к процессу умирания, тж как и страхи, связанные с собственной смертью, от страхов, связанных со смертью значимых других. Люди могут сознавать либо не сознавать собственные страхи перед смертью или умиранием, и отсутствие выраженного С. с. может просто отражать успешное отрицание смерти, - в таком случае эти страхи могут обнаружиться на бессознательном уровне. Человек, боящийся смерти, может иметь плохое самочувствие, плохой сон и аппетит, проблемы при выполнении повседневных обязанностей или проявлять повышенную заботу о благополучии других. В подобных случаях люди не сообщают о своем страхе или обеспокоенности в отношении смерти или умирания, но без всяких видимых причин испытывают такого рода трудности. По сравнению с др. сознаваемыми страхами, к-рые в большинстве своем могут быть подавлены, с тревогой по поводу возможной смерти других справиться сложней. Страхи перед смертью тж можно обнаружить, отмечая происходящие в человеке перемены. В таких случаях человек начинает раздавать все ценное, что у него есть, или проявлять чрезмерную заботу о благополучии других. Такие чувства вызывают внутреннее смятение и зачастую поведение, направленное на завершение "незаконченных дел".
Пожилые люди, как правило, не сообщают о страхе перед самой смертью. Гораздо сильнее они боятся процесса умирания - умирания болезненного, умирания в одиночестве или утраты контроля над событиями повседневной жизни или телесными функциями. Данные о сложной природе С. с. поддерживают идею о том, что С.с. может отражать множество опасений. Пиндер, Хейслип и Лумсден, так же как Файфел и Нейджи, обнаружили, что, хотя пожилые и молодые люди практически не различаются в открытом сознательном выражении С. с., существуют значительные возрастные различия в скрытых (бессознательных) опасениях, таких как боязнь потери близких, боли и страдания, утраты целей и достижений или утраты контроля; пожилые люди переживают больший скрытый страх, чем молодые, и реже сообщают о своем открытом страхе перед смертью. Хейслип, Лур и Байерлейн выявили, что в то время как больные СПИДом и здоровые люди демонстрируют сходные степени осознанного С. с., смертельно больные люди переживают больше скрытых страхов. По-видимому, перед лицом неизбежной смерти люди испытывают потребность в сознательном отрицании страха перед умиранием, чтобы продолжать жить повседневной жизнью. Конт, Вайнер и Плутчик не обнаружили возрастных различий в ответах на пункты, сформулированные в виде прямых вопросов (напр., "Вас беспокоит то, что вам предстоит умереть?" или "Вас пугает возможность оказаться умирающим в одиночестве?").
Большую роль в объяснении С. с. у взрослых, нежели сам возраст, могут играть такие факторы, как состояние здоровья и тревожность. Приводимые в различных исслед. факторы, взаимодействующие с зависимостью возраст - С. с., не всегда представляют согласованную картину. Одинокие и/или живущие в специализированных учреждениях гор. жители, психически нездоровые, лица женского пола и плохо образованные - все эти категории людей чаще сообщают о своем страхе перед смертью. С др. стороны, во многих исслед. сообщается об отсутствии связей между С. с. и такими факторами, как выход на пенсию, удовлетворенность жизнью, религиозность, социоэкономический статус и биолог. пол. Калиш и Рейнолдс, Бенгтсон, Куэллер и Реган обнаружили этнические различия в выражении С. с.
По-видимому, интерпретация С. с. по данным самоотчетов не столь однозначна, как это может показаться на первый взгляд. Вероятно, многое зависит от того, что вкладывать в понятие смерти. При истолковании С. с. следует тж учитывать жизненные обстоятельства, системы ценностей и то, перед чем именно в связи со смертью и умиранием данный человек испытывает страх.
См. также Изменение поведения в процессе взросления и старения, Тревога, Страх, Потеря и горе, Стресс
Б. Хейслип-мл.

Страх (fear)

Традиционно рассматриваемый в качестве одной из первичных эмоций наряду с радостью, гневом и печалью, С. яв-ся эмоцией избегания сознательно распознаваемой, обычно внешней, реальной опасности. В отличие от страха, тревога (anxiety) яв-ся эмоцией избегания воспринимаемых, но по большей части нераспознанных (unrecognized) опасностей, в то время как фобии (phobias) представляют собой иррациональные навязчивые идеи и характеризуются тщательным избеганием специфических объектов или ситуаций. Слова "страх", "тревога" и "фобии" иногда ошибочно используют в качестве взаимозаменяемых терминов. В определенных отношениях такое смешение можно понять, поскольку все три слова означают состояние возбуждения (arousal), возникающее в результате осознания человеком недостатка сил и способностей или отсутствия возможности справиться с некоторой угрожающей ситуацией, причем страху, тревоге и фобиям соответствуют сходные физиолог. состояния.
Физиологические изменения. Сопутствующие С. аспекты представляют собой физиолог. изменения, вызываемые, в основном, биохимическим возбудителем, адреналином. Адреналин подготавливает скелетную мускулатуру к повышенным нагрузкам, к-рые могут возникать в ситуации спасения (бегство) или при защите себя и своей собственности (нападение). Если индивидуум вслед за возбуждением не включается в к.-л. рода физ. активность, это приводит к возникновению неприятных физиолог. изменений, таких как дрожь в руках и ногах, общая слабость и обостренное сознавание собственного дыхания и сердцебиения. Увеличение сердечного ритма, повышение систолического АД и частоты дыхания яв-ся следствием усилий организма перенаправить приток крови от областей желудка, головы, шеи и лица к разным группам мышц, к-рые испытывают в ней сильную нужду. Если отток крови от коры головного мозга оказывается слишком быстрым, возникает торможение произвольной корковой функции, и чел. теряет сознание. Это влечет за собой резкое снижение дыхательного и сердечного ритмов - нечто сходное имеет место в позе оцепенения, наблюдаемой у животных.
Уильям Джемс и Карл Ланге независимо друг от друга пришли к выводу о том, что переживаемое соматическое состояние и есть эмоция: короче, мы боимся, потому что дрожим. Начиная с середины 1950-х г. когнитивные психологи бросили вызов этой теории Джемса-Ланге, продемонстрировав, что уже сами мысли могут вызывать такие же физиолог. изменения, к-рые можно наблюдать в реальной ситуации опасности.
Замешательство и потеря контроля, происходящие в тех случаях, когда индивидуум не знает, как предотвратить угрозу жизни, могут приводить к переживанию чувства страха.
Идея о том, что С. приобретается, не нова, но это ничуть не умаляет ее популярности. В начале XX столетия Джон Б. Уотсон экспериментально продемонстрировал условно-рефлекторные или приобретенные аспекты страха, т. е. нейтральный или даже предпочитаемый прежде объект стал вызывать реакцию страха после того, как он сочетался с вызывающим страх БР. Несмотря на то что подобное научение, по-видимому, в большей степени характеризует фобические реакции, нетрудно обнаружить присутствие сходных ассоц. и в самом С. Вопросы о том, яв-ся ли страх смерти естественной (природной) силой, обеспечивающей сохранение и воспроизводство вида, или это искусственное образование, обусловленное материнскими аттитюдами, воспринимаемой защищенностью либо неким иррациональным представлением о важности жизни каждого чел. в об-ве, еще долгое время будут служить предметом для дискуссий. Вероятно, представляется более важным обсуждение вопроса полезности (utility), нежели врожденности (innateness) С. смерти.
Наиболее очевидная польза С. смерти заключается в избегании ситуаций, представляющих угрозу для жизни. Вместе с тем, в обществе почитаются те, кто противостоит опасным ситуациям и пытается спасти других. Героические поступки - это, прежде всего, рефлекс на ужас смерти. Христианство также использует С. смерти как средство побуждения к принятию обязательств вести праведную земную жизнь с обещанием за это повторного возрождения, по образу восставшего из могилы Христа, и обретения спасения и вечной жизни.
См. также Страхи детей, Страхи людей на разных этапах жизни, Тревога, Эмоции
Д. Ф. Фишер

Страхи детей (children's fears)

Поскольку страх - это эмоциональная реакция на воспринимаемую угрозу, он обеспечивает защитный механизм выживания, предупреждая чел. или животное об опасности. Слабые или умеренные реакции страха считаются нормальными и адаптивными, побуждающими к осторожности в действительно опасных ситуациях. Однако страхи могут быть дезадаптивными в тех случаях, когда они становятся сильными и устойчивыми, тревожат ребенка в отсутствие потенциальной опасности и мешают нормальному выполнению физических, соц. и интеллектуальных функций.
Психологи обычно различают два вида страхов: а) фобию (phobia) - сильный и, до некоторой степени, иррациональный страх, непосредственно связанный со специфическими предметами, событиями или ситуациями; б) тревогу (anxiety) - смутное чувство беспокойства, опасения или обреченности, имеющее неопределенный или неспецифический источник. Хотя мы не в состоянии точно предсказать, какие именно страхи разовьются у конкретного ребенка и насколько они будут сильными, все же можно сделать ряд обобщений относительно факторов пола и возраста в их развитии.
Половые и возрастные различия. Исследователи многократно подтверждали тот факт, что девочки сообщают о большем количестве страхов, чем мальчики. Однако на основании этих исслед. мы не можем сказать, обусловлено ли это половое различие более высокой врожденной предрасположенностью девочек к такой реакции, как страх, или же действием др. факторов, таких как влияния половой роли.
В ряде исслед. были установлены связанные с возрастом изменения в типе страхов, о к-рых сообщают дети. Аналитический обзор данных, касающихся этой возрастной тенденции, показывает, что по мере взросления детей их страхи, в целом, становятся а) более абстрактными и б) в большей мере антиципаторными, чем связанными с непосредственными происшествиями. Напр., по сравнению с младшими, старшие дети, в целом, меньше боятся животных, но их больше пугает школа и соц. отношения.
Младенчество и стадия овладения ходьбой. Нормальные дети с рождения обладают реакциями вздрагивания или испуга в ответ на болевой раздражитель, потерю физ. опоры и внезапные громкие звуки и вспышки света. Два общих страха младенцев и начавших ходить детей - это боязнь незнакомых людей и тревога отделения.
Дошкольные годы и поступление в школу. К числу более распространенных страхов, к-рые развиваются в раннем детстве, относятся следующие страхи (перечислены в алфавитном порядке): воображаемых существ, таких как привидения и ведьмы; врачей и, отдельно, зубных врачей; высоты; животных и насекомых; монстров и школы, часто в связи с дистрессом отделения; смерти, часто в связи с дистрессом отделения; темноты, особенно во время засыпания; ураганов, гроз и других природных явлений, а также глубокой воды.
Среднее детство до наступления отрочества. В этом более позднем периоде детства частой темой, лежащей в основе страхов детей, становится угроза получения телесных повреждений, связываемая с преступниками и машинами, такими как автомобили и самолеты. Однако наиболее характерным для данного возрастного периода является растущее беспокойство в связи со школой, личной компетентностью и соц. отношениями - тревоги и волнения, сохраняющиеся и в отрочестве.
Источники страха. Процесс приобретения страхов, по-видимому, связан с действием трех факторов. Это:
1. Врожденные источники. Каждый новорожденный приходит в этот мир с определенным набором диспозиций или базисных черт личности, называемым "темпераментом". Обусловленные темпераментом стили реагирования индивидуума яв-ся довольно устойчивыми и, по всей видимости, делают некоторых детей уязвимыми к развитию страхов. Такие дети в большей мере подвержены влиянию стрессогенных событий и, в то же время, менее способны к совладанию со стрессовым опытом.
2. Опыт. Непосредственное столкновение с негативными событиями может привести к развитию страха по механизму классического обусловливания. Способность ранее не пугавшего раздражителя вызывать страх увеличивается, когда он связывается с событием, которое уже вызывает реакцию страха.
3. Мышление и воображение. Страхи могут яв-ся результатом детского воображения, особенно когда в него включаются ложные представления и ошибочные рассуждения.
Терапия. Детям можно помочь преодолеть страхи до того, как они превратятся в серьезную проблему. В тех случаях, когда требуется терапевтическое вмешательство, существует два наиболее эффективных вида терапии, предназначенных для ослабления страха: контробусловливание и моделирование. При контробусловливании реакция страха замещается такими реакциями, как сохранение спокойствия, расслабление или проявление выдержки. Для этой цели используются методики классического обусловливания, в ходе к-рого пугающий объект постепенно связывается с приятными или нейтральными событиями. Терапевтическое моделирование - это процедура, в ходе к-рой ребенок наблюдает за др. людьми, вступающими во все более активное или близкое взаимодействие с пугающим объектом.
См. также Эмоции, Страх, Страхи людей на разных этапах жизни
Э. Серафино

Страхи людей на разных этапах жизни (fears throughout the life span)

С. - широко дискутируемая тема как среди тех, кто занят оказанием профессиональной помощи людям, так и среди непрофессионалов. Некоторые исслед. тревоги в действительности имели дело со С., тогда как некоторые исслед. С. были, фактически, посвящены изучению тревоги. Страх подразумевает, что угрожающий объект, такой как вирусы, отчетливо сознается (is clearly in focus), тогда как при переживании тревоги угрожающий объект, такой как смутные чувства беспокойства, находится за пределами зоны отчетливого сознания (is not clearly in focus).
При изучении С. возникают трудноразрешимые проблемы с их измерением. В свободных интервью выявляется больше страхов, чем при использовании вопросников закрытого типа. Фактор смешивания в исслед. страха требует разграничения между простым указанием на то, что чел. боится чего-то в принципе, и актуальным переживанием сильного страха, вызываемого данным объектом (из предложенного перечня). Некоторые могут реагировать испугом на определенные объекты, но возникающее при этом чувство страха не является сильным. Трудно интерпретировать результаты опросов, если исследователь не установил силу указанных респондентами страхов.
Несмотря на проблемы, обусловленные планированием исслед., все же можно попытаться нарисовать содержательную картину обычно переживаемых страхов. Младшие дети, в общем, испытывают больше страхов и переживают их сильнее, чем старшие дети, подростки и взрослые. Независимо от возраста, люди склонны считать, что в настоящем они испытывают меньше страхов, чем испытывали в прошлом, и что в будущем их станет еще меньше. Представители женского пола, черного населения и низших слоев общества указывают больше С. и отмечают их большую силу, чем представители мужского пола, белого населения и высших слоев общества. Самые младшие и самые старшие сиблинги указывают больше страхов по сравнению с сиблингами, занимающими среднее по порядку рождения положение.
Страхи детей. Не разграничивая число и силу С., мы можем констатировать: до 4-летнего возраста дети чаще всего боятся того, что им незнакомо: шума, предметов и людей. Мальчиков в возрасте от 4 до 6 лет более всего заботит их личная безопасность, тогда как девочек пугает шум и связанные с ним ситуации. Примерно в 8 лет дети начинают лучше сознавать потенциальные опасности в силу расширения своей осведомленности об окружающей среде; к наиболее распространенным и сильным страхам, о к-рых сообщают и мальчики, и девочки, относятся С. природных явлений (смерчей, ураганов), экологические С. (загрязненной воды и атмосферы) и С. наркотиков (боязнь заболеть или умереть от приема наркотиков).
В 11-летнем возрасте экологические С. и С. природных явлений сохраняются. Однако, если судить по распространенности и силе указываемых детьми страхов, теперь их начинают больше беспокоить политические события, чем природные явления и катастрофы. Вероятно, это отражает расширение границ внешнего сознания (environmental awareness), к-рое постепенно охватывает общество и мир в целом. Большинство пяти- и шестиклассников смотрят новости по телевидению, возможности к-рого в наше время таковы, что телезрители наблюдают войны, к-рые возникают в разных уголках земли, практически в режиме реального времени.
К 11 годам вероятность реального знакомства детей с наркотическими веществами повышается по сравнению с более ранним возрастом, однако страх, связанный с более близким или фактическим знакомством с наркотиками, упоминается теперь реже, чем в то время, когда этот страх был абстрактным у младших детей. Существуют доказательства того, что страхи переживаются чаще и сильнее, когда они мало оправданны, но ослабляются в отношении действительно угрожающих стимулов при более близком знакомстве с ними. В отрочестве - юности происходит не вызывающее сомнений изменение в направлении взрослого типа страхов, к-рые касаются личных отношений с членами семьи и друзьями.
Страхи, связанные со школой, сильно уменьшились в середине 1960-х гг. Это уменьшение страха у детей и подростков, возможно, связано с новым поколением родителей, к-рых уже не затронула экономическая депрессия 1930-х гг.
Страхи взрослых. Образовательные С. носят второстепенный характер и в годы обучения в колледже, когда мужчин и женщин больше всего беспокоят личные отношения, политические события и страх состарится. Страхи, связанные с обучением, касаются предполагаемых финансовых издержек, а не академических достижений. Преподаватели колледжа, к-рым предлагалось проранжировать свои С., ставят С. по поводу экономического положения в стране и политических коллизий перед обеспокоенностью, вызванной посредственными студентами, бременем регулярных публикаций, приближающимся переизбранием на должность и недостатком академических свобод. Адвокаты также ставят на первое место экономические и политические С., за к-рыми следует беспокойство по поводу слишком большого числа иммигрантов и иностранцев, покупающих земельные участки в США. Врачи ранжируют свои С. подобно адвокатам, за исключением того, что на первое место они ставят страх перед судебными разбирательствами .
У производственных рабочих мужского пола наиболее распространенные С. связаны с экономикой, счастьем в личной жизни и политическими событиями. Женщины - как с высоким, так и с низким социоэкономическим статусом - чаще всего указывают на обеспокоенность отношениями с другими, боязнь природных явлений (грозы, темных мест) и политических коллизий, а также часто упоминают страхи, связанные с экономикой.
Обеспокоенность экономическими и политическими событиями сохраняется и у достигших почтенного возраста мужчин и женщин. Специфические С. пожилых людей связаны с физ. и психич. (умственной) несостоятельностью, прогрессирующим старением и потерей родных и близких людей.
См. также Страхи детей, Страх
Дж. Кроак

Стресс (stress)

В наиболее общем смысле термин "С." употребляется для ссылки на ситуацию, в к-рой чел. испытывает перенапряжение. Однако внутри этой общей концепции выделилось неск. более конкретных определений, подчеркивающих разные аспекты этой ситуации перенапряжения, но в целом согласующихся между собой. Каждое из этих определений тж содержит эксплицитную или имплицитную ссылку на деформацию - отрицательное или патологическое последствие С.
Первый тип определения формулируется исходя из реакции организма на к.-л. ситуацию. В формулировке Ганса Селье акцентируется роль стрессоров как стимулов, к-рые, в силу их чрезвычайной важности для организма, приводят к реакции, названной им общим адаптационным синдромом. Первой фазой этого синдрома является реакция тревоги, т. е. индивид реагирует на сигнал вхождением в состояние тревоги. Следующая фаза - реакция сопротивления, посредством к-рой организм пытается ограничить воздействие данного стрессора. Эта фаза подготавливает организм либо к нападению, либо к бегству от стрессора. Если какая-либо из этих реакций не приводит к успеху, индивид переходит в фазу истощения, к-рое может повлечь за собой полный упадок сил организма или даже вызвать смерть. Др. словами, продолжающийся С. может приводить к физ. повреждениям организма. Реакция организма на С. проявляется в повышении кровяного давления, увеличении уровня адреналина, учащении сердцебиения, увеличении количества эритроцитов, замедлении пищеварения и т. д. Однако Селье утверждал, что нек-рый С. может быть положительным опытом; слишком мало С. - тоже плохо.
Второй тип определения С. фокусируется на ситуации, или на стимулах, определяемых независимо от реакции человека на них, и даже независимо от того, как они им воспринимаются. Как правило, эти ситуации оказываются настолько серьезными, что представляют собой испытание для большинства людей, поэтому не будет большой ошибкой пренебречь вариациями в их восприятии различными людьми. Разнообразие таких ситуаций влечет за собой значительные трудности при их описании и измерении. Тем не менее было установлено, что эти С. приводят к таким видам деформации, как болезни (напр., язвы и инфаркты), биохимические изменения в организме (напр., уровня мочевой кислоты) и изменение кровяного давления, депрессия, тревога, алкоголизм и даже смерть.
Третье определение фокусируется на восприятии людьми требований различных ситуаций. Томас Холмс и Р. Г. Раэ измеряли индивидуальное восприятие различных типов событий, предлагая респондентам оценить степень своего приспособления к каждому из них. Респондентов просили тж указать частоту возникновения этих событий в их собственной жизни. После этого частота встречаемости каждого события (для каждого респондента в отдельности) умножалась на соотв. оценку адапт. и полученные произведения суммировались. Оказалось, что эти суммарные показатели, названные показателями соц. приспособления (Social Readjustment Scores, SRS), коррелировали с такими видами деформации, как хронические болезни (включая сердечно-сосудистые заболевания, диабеты и язвы; алкоголизм); несчастные случаи и травмы; трудности в обучении; неудачи в профессиональной деятельности и ситуациях соревнования (конкурса). Более того, в нек-рых случаях показатели SRS позволяли предсказать такие деформации.
Четвертый - интерактивный - подход представлен концепциями Джозефа Мак-Грэта, Ричарда Лазаруса и Джона Френча, к-рые еще в большей степени сконцентрировались на анализе реакций индивидуума на ситуацию перегрузки. Этот подход был сформулирован в своем наиболее общем виде Френчем как неудовлетворительное соответствие между ресурсами индивидуума и требованиями окружения. Такое понятие С. сходно с представлением Селье о том, что слишком низкий уровень стимуляции тж может приводить к С. Френч и его коллеги обнаружили, что работники, чьи способности не до конца использовались, испытывали неудовлетворенность.
С др. стороны, ситуация может предъявлять требования, выходящие за пределы возможности индивидуума справиться с ними, даже при наличии необходимых для этого ресурсов. Очевидно, степень С. является функцией от способности данного индивидуума справляться с этими требованиями ситуации. Неудовлетворительное соответствие может выражаться либо в восприятии чел. собственной неспособности справиться с требованиями данной ситуации и удовлетворить личные мотивы, либо в действительной неспособности данного чел. решить проблему.
Отдельные люди с высоким уровнем притязаний могут сами ввергать себя в С., ставя перед собой чрезмерно высокие цели. Нек-рые исследователи классифицируют людей на А-тип и В-тип, при этом для людей А-типа характерно стремление прилагать усилия и фокусироваться на все больших и больших достижениях. Такие люди характеризуются более высокой степенью риска сердечно-сосудистых заболеваний, включая ранний инфаркт, по сравнению с подвергающими себя меньшему напряжению людьми B-типа.
Точный процесс, посредством к-рого С. вызывает деформацию, остается до сих пор не вполне понятным. Кроме того, мы мало знаем о том, почему эта деформация приобретает у разных людей столь различные формы. Для одних она может выражаться в специфических, преходящих, физиолог. изменениях, таких как изменения кровяного давления и концентрация кислот в крови. У др. она может быть связана с серьезными нарушениями здоровья: сердечно-сосудистые заболевания, рак, повышенное кровяное давление или язвенная болезнь. У третьих она может обнаруживать себя в психич. проблемах, таких как приступы тревоги, депрессия или даже психозы. А у кого-то могут возникать поведенческие проблемы: алкоголизм, преступность, употребление наркотиков или суицид. Виды, к-рые принимает деформация, могут зависеть как от типа С., так и от склонности индивидуума проявлять перенапряжение присущими ему специфическими способами. Связи между этими различными формами деформации тж остаются не вполне понятными.
Как выяснилось, нек-рые из факторов способны ослаблять степень деформации в личной жизни, хотя остается неясным, снижают ли эти факторы С. или его последствия (т. е. деформацию), либо то и др. вместе. Наиболее значимым из них является соц. поддержка со стороны людей своего круга, супруга или даже непосредственного руководителя. Др. важный фактор - физ. упражнения или, в более широком смысле, физ. нагрузка.
См. также A-тип личности, В-тип личности, Общий адаптационный синдром, Последствия стресса
Э. Стотленд

Структурализм (structuralism)

Родоначальниками С. как школы или системы психологии можно считать английских философов XVIII и XIX вв. Формально его возникновение связывают с именем Вильгельма Вундта и относят к концу XIX в. В лаборатории Вундта экспериментально изучались многие важные проблемы: время реакции, смешение цветов, последовательные образы, психофизика и словесные ассоц. Вундт обрисовал природу психич. явлений, определил, что именно следует изучать психологу и как обрабатывать результаты эксперим. исслед.
Тинченер "привез" психологию Вундта в США, где он называл эту систему С. Он модифицировал и дополнил ее основные положения.
И Вундт, и Титченер определяли психологию как науку о сознании или о сознательном опыте. Подобное определение ограничивало действительный предмет психологии челов. опытом. Все, что можно было сказать о биолог. видах, стоящих на более низкой ступени эволюционного развития, было отдано на откуп биологии. На протяжении первых трех десятилетий XX в. С. был господствующей школой в американской психологии. В противоборстве с ним развивались и др. системы, такие как функционализм, бихевиоризм и гештальт-психология.
Вундт и Титченер считали задачей психологии поэлементный анализ содержаний сознания. По Титченеру, существовали три класса элементов опыта: ощущения, чувства и представления.
Он также полагал, что элементы обладают измерениями, или свойствами. Так, интенсивность указывает на то, насколько сильными или слабыми являются ощущения, т. е. громкий звук или тихий, яркий свет или тусклый, сильный запах (или вкус) или слабый. Качество указывает на конкретный вид опыта: определенная высота тона; цвет предмета (напр., красный или зеленый); кислый или сладкий вкус пищи, а также холод, тепло, боль или щекотание при касании кожи. Длительность характеризует период, в течение к-рого длится опыт. Ясность характеризует место данного опыта в сознании: то, что находится в центре сознания, будет очень отчетливым, то, что находится на его периферии, - туманным. Элементы чувств лишены измерения ясность. Титченер описал также свойство экстенсивности, или объема, но считал его применимым только к зрительному опыту.
Под вниманием Титченер понимал орг-цию элементов сознания. Оно может быть произвольным, как в случае, когда человек намеренно, преследуя определенную цель, направляет свое внимание на какой-то конкретный объект.
В опыте элементы сознания предстают объединенными. Средством их объединения служит ассоциация. Представления могут связываться по смежности (если нечто происходит вместе в пространстве или во времени) и по сходству.
И Вундт, и Титченер разграничивали два мира опыта: ментальный (сознание) и физический.
Единственный аспект опыта, к-рый Вундту не удалось объяснить, - это значение конкретного представления или множества ощущений (set of experiences). Чтобы решить эту проблему, Титченер создал контекстную теорию значения, согласно к-рой значение подразделялось на сердцевину (core) и на контекст. Сердцевина - это необработанный сенсорный опыт в том виде, в каком он доходит до сознания: голубой свет или высокий звук. Значение опыту придает именно контекст. Контекст составляют различные ассоц., вызываемые в сознании этой сердцевиной.
Методологией С. были интроспекция и экспериментирование. В анализе опыта интроспекции отводилась особая роль. Титченер считал, что наука зависит от наблюдений, а интроспекция - один из способов их проведения. Чел., выполняющий интроспективный анализ, должен пройти соответствующую подготовку.
Как система взглядов С. более не существует. Он умер, потому что не имел перспектив. Методология С. сильно ограничивала круг психол. проблем, подлежащих теорет. изучению, и не имела практ. приложений. Тем не менее С. способствовал выделению из философии психологии как дисциплины, методология к-рой, по крайней мере отчасти, являлась эксперим.
Р. Ландин

Структурная теория научения (structural learning theory)

С. т. н. представляет собой естественное расширение более ранних исслед., обеспечивающее объединяющую теорет. основу для рассмотрения взаимодействий между отдельными учениками (learners) и их окружением (напр., обучением и научением).
Согласно С. т. н. то, чему отдельный чел. научается и чему он может научиться в любой конкретной ситуации, напрямую зависит от того, что этот чел. уже знает. Предполагается, что челов. познавательная способность (cognition) может быть охарактеризована с т. зр. специфических индивидуальных знаний (представленных в виде набора правил) и универсальных характеристик челов. механизма обработки информ.
Знания указывают на поведенческий потенциал индивидуума (при предварительно оговоренных тестовых условиях). Универсальные характеристики, по контрасту, лучше всего рассматривать как те аспекты челов. когнитивного функционирования, к-рые присущи всем людям в целом; они не должны (а в некоторых случаях и не могут) приобретаться путем научения. Однако универсальные характеристики налагают важные ограничения на тот способ, к-рым могут репрезентироваться и измеряться знания.
В С. т. н. признаются две универсальных характеристики челов. познавательной способности: одна имеет отношение к контролю (допустимым взаимодействиям между правилами), а другая - к скорости и производительности обработки информ. В структурных исследованиях научения механизмы контроля яв-сь предметом непосредственного эмпирического изучения. Эти исслед. продемонстрировали, что широкое разнообразие феноменов поведения, варьирующих от решения проблем и научения до мотивации, памяти и развития умений, может объясняться и предсказываться путем введения соответствующих правил младшего и старшего порядка и допущения о следующем механизме контроля: при столкновении с проблемой ученик проверяет каждое имеющееся правило (напр., в оперативной памяти) с т. зр. его применимости в данной ситуации. Если обнаруживается одно такое правило, в точности подходящее для решения проблемы, оно и применяется. Если в его распоряжении не оказывается готовых к немедленному употреблению правил или их оказывается несколько, процесс поиска перемещается на следующий уровень для проверки наличия правил старшего порядка, к-рые обладают потенциалом для порождения искомого единственного правила решения, и т. д., пока в этом есть необходимость. После того как такое правило отобрано и применено, результат такого применения, возможно вновь выработанное правило, добавляется к набору имеющихся правил. Затем контроль перемещается на ближайший более низкий уровень, где поиск продолжается, на этот раз среди правил набора, содержащего и это новое правило.
Второй предполагаемой универсальной когнитивной характеристикой яв-ся производительность обработки информ., или обрабатывающая способность. В отличие от большинства когнитивных теорий, в С. т. н. предполагается, что рабочая, или оперативная, память (working memory) содержит в себе не только данные (материал, к-рым оперируют правила), но и сами правила (процессы). Это отличие влечет за собой множество следствий, связанных с разнообразными феноменами памяти и исполнения, из которых лишь часть была подвергнута эмпирическому исслед.
Считается, что специфические знания, в отличие от универсальных когнитивных ограничений, варьируют от индивидуума к индивидууму. Отсюда первый шаг при создании конкретной структурной теории научения заключается в том, чтобы идентифицировать тот исходный уровень компетентности, который составляет основу данной проблемной области, и репрезентировать его через ограниченный набор правил. Эти правила должны быть представлены достаточно детально, с тем чтобы все их специфические компоненты непосредственно контактировали с предполагаемым минимумом способностей (всех) учеников в целевой популяции.
С целью идентификации (generating) такой компетентности в структурных исслед. научения используется общий метод анализа, получивший название структурного анализа (structural analysis). Данная теория говорит нам, каким образом при помощи конечной процедуры тестирования можно установить, какие части каких правил отдельные ученики знают, а какие не знают. В этой теории представлен целый ряд важных, но порой весьма тонких взаимосвязей между содержанием, познавательной способностью и индивидуальными различиями.
В завершение следует отметить, что переключаемый целью контроль (goal-switching control) не только получил строгую и прямую эмпирическую поддержку, но также может служить в качестве практически полезной основы для идентификации того, что должно выучиваться в учебных ситуациях.
См. также Теории научения
Дж. М. Скэндьюэ

Стэнфордский тест достижений (Stanford achievement test)

С. т. д. - групповая батарея тестов достижений, предназначенная для измерения у учащихся начальной и средней общеобразовательной школ США базисных уровней овладения чтением, математикой, родным языком, естественными и соц. науками, а также навыками слушания. Седьмая редакция батареи С. т. д. рассчитана применение в диапазоне от детского сада до XIII класса и содержит 10 уровней с более чем 170 субтестами и 7000 заданий.
Последовательные редакции С. т. д. отражают как историю изменений акцентов в учебных программах школ США, так и развитие методологии измерений в сфере образования. Ряд нововведений в процессе систематического пересмотра этой батареи облегчил интерпретацию сильных и слабых сторон тестируемых с учетом взаимосвязей между субтестами. В редакции 1940 г. впервые была использована машинная обработка результатов тестирования, в последующих редакциях появлялись различные технологические нововведения в шкалировании, нормировании и организации выборок.
Интерпретация С. т. д. в типичных случаях основывается на производных показателях (эквивалентные классы, процентильные ранги и станайны), получаемых относительно национальных статистических норм. В седьмую редакцию помимо них также включены критериально-ориентированные тестовые интерпретации в отношении содержания тестовых кластеров.
См. также Учебные потоки (разбиение учеников на группы по академическим способностям), Тесты учебных достижений, Психометрика, Школьное обучение
Г. Робертсон

Сублимация (sublimation)

Теория Фрейда утверждает, что за действиями и поступками всех людей стоят мощные врожденные сексуальные и разрушительные инстинкты (влечения), включ. инцест и убийство. Поскольку общество не может допустить таких угроз своему существованию, оно неизбежно входит в конфликт с индивидуумом. В начальной стадии этот конфликт принимает форму конфликта между ребенком и первыми представителями об-ва, с к-рыми он встречается, - его родителями. В дальнейшем социализирующие требования и запреты, налагаемые родителями, интернализуются ребенком, приводя к интрапсихическим конфликтам. Согласно Фрейду, психич. здоровье состоит в разрешении этих конфликтов путем отведения побуждений чел. от врожденных запретных желаний и направления их в русло более социально приемлемых форм поведения (т. е. их сублимации). Однако эта заместительная активность никогда не дает такого удовлетворения, какое могла бы дать прямая активность. Чел. остается с остатком неудовлетворенного желания, составляющим ту цену, к-рую ему приходится платить за жизнь (и привилегии, к-рыми он пользуется) в цивилизованном об-ве.
Альтернативное определение С. состояло в том, что это бессознательное замещение одного поведения другим, поскольку это поведение представлялось не только более удовлетворяющим, но и более опасным. Эта концепция подразумевает, что С. не всегда несет чел. здоровье и выгоды, поскольку может лишать его максимально возможного удовлетворения, когда сильная (но иррациональная) тревога ассоциировалась с желанной целью, к-рая в действительности безопасна и социально приемлема.
См. также Совладание (копинг), Защитные механизмы
Р. Б. Юэн

Субъект-субъектная шкала (man-to-man scale)

Метод сравнения "человека с человеком" (man-to-man) был разработан в попытках получить однозначные анкерные пункты для оценочных (рейтинговых) шкал. Он применялся в армии США во время Первой мировой войны, однако с тех пор применялся довольно редко.
Метод сравнения "человека с человеком" предполагает использование в качестве анкерных пунктов шкалы реальных людей. Оценщик конструирует 5-пунктовую шкалу, ранжируя от 12 до 25 своих подчиненных по какой-то одной черте (напр., способности к лидерству).
Этот метод дает шкалу с относительно однозначно определенными анкерными пунктами, однако имеет ряд недостатков, ограничивающих его полезность: а) он дает в результате порядковую, а не интервальную шкалу, не говоря уже о шкале отношений; б) становится труднореализуемым, когда мы хотим оценить множество черт, так как для каждой из них необходимо создавать отдельную шкалу; в) маловероятно, чтобы шкала, разработанная одним оценщиком, была сопоставима со шкалами, разработанными др. оценщиками, поскольку в качестве анкерных пунктов при их построении используются разные люди.
См. также Оценочные шкалы
У. Сосер-мл.

Судебная психология (forensic psychology)

С. п., возникшая на стыке психологии и права, изучает взаимодействие между психологией и законом и занимается приложением психол. знаний к решению правовых вопросов. Эта специальность охватывает широкий круг клиентов и ситуаций, включ. частных лиц всех возрастов, супружеские пары, группы, орг-ции, производственные структуры, правительственные учреждения, школы, ун-ты, стационарные и амбулаторные психиатрические клиники, и исправительные заведения. Судебные психологи могут привлекаться к работе в таких различных областях, как уголовная правоспособность и ответственность, ответственность за гражданские правонарушения и/или убытки, ответственность производителя за качество товара, направление в психиатрическую больницу на лечение, развод и судебные споры о родительской опеке, некарательное воздействие на преступников, права пациентов и преступников, специальное обучение, свидетельская идентификация, отбор состава присяжных, отбор и обучение полицейских, практика найма на работу, заработная плата рабочих, и профессиональная ответственность.
В отличие от психиатрии, уже на протяжении многих лет выполняющей свою роль в судебной системе, психология приобрела прочный правовой статус лишь в 1962 г., после решения Судьи Апелляционного Суда США Бэйзлона в деле "Дженкинс против Соединенных Штатов" (Jenkins v. United States). Судья, участвовавший в рассмотрении уголовного дела Дженкинса, предложил присяжным пренебречь свидетельскими показаниями психолога в отношении психич. расстройства. Он поступил так на основании представления, что психолог не обладает квалификацией для вынесения медицинских заключений. Апелляционный Суд США. постановил, что данный судья допустил ошибку, и определил, что "некоторым психологам предоставляется право свидетельствовать в качестве эксперта в области психических расстройств". Далее он предложил критерии, позволяющие квалифицировать психолога как эксперта. За прошедшие со времени этого решения годы др. дела значительно расширили круг охватываемых психол. экспертизой проблем. Сегодня, несмотря на существование определенных различий между штатами и между правительством штата и федеральными властями, психологам регулярно предоставляется статус эксперта практически в каждой соответствующей области уголовного, гражданского, семейного и административного права.
Развитие С. п. проявилось в целом ряде других направлений. В 1960-х годах юридические школы и психологические факультеты приступили к совместному созданию междисциплинарных учебных программ. В начале 1970-х появились первые совместные программы подготовки докторов философии и докторов юриспруденции, а также программы докторов философии в области психологии со специальностью в судебной или коррекционной психологии. На сегодняшний день уже существует множество таких программ, а также отмечается тенденция включать в программы психол. аспирантур курсы правового содержания.
Появился тж целый ряд профессиональных орг-ций. К ним относятся Американская ассоциация коррекционной психологии (American Association of Correctional Psychology) и Американское общество психологии и права (American Psychology-Law Society). В 1980 г. члены Американской психологической ассоциации (American Psychological Association, АРА) одобрили создание отделения психологии и права (Division of Psychology and Law) (Отделение 41). АРА также учредила Комиссию по правовым проблемам (Committee on Legal Issues, COLI). В 1978 г. была учреждена Американская коллегия судебной психологии (American Board of Forensic Psychology). Ее целью яв-ся аттестация квалифицированных специалистов и продвижение судебной психологии как самостоятельной законной дисциплины.
Другим свидетельством развития яв-ся публикация журналов и книг в данной области. Наряду с основными журналами, Law and Human Behavior ("Право и человеческое поведение") и Criminal Justice and Behavior ("Уголовное судопроизводство и поведение"), существует множество др. журналов, тж публикующих соответствующие статьи. Среди книг, рассматривающих состояние дел в этой области, можно назвать New directions in psycholegal research ("Новые направления в психолого-юридических исследованиях") Липситта и Сейлса, The role of the forensic psychologist ("Роль судебного психолога") Дж. Кука и Law and psychological practice ("Закон и психологическая практика") Швитцгебел и Швитцгебел.
Специфические вопросы, адресуемые судебным психологам. Основные вопросы, на к-рые приходится отвечать психологу в большинстве судебных дел, можно разделить на три категории: а) вопросы диагностического характера, касающиеся личностной динамики, наличия психоза или органической психопатологии, доказательств симуляции и т. д.; б) вопросы, требующие перехода от уровня диагностики к вынесению экспертных заключений, касающихся специфических правовых вопросов, правоспособности отвечать перед судом, связи психол. расстройства с аварией, соблюдения интересов ребенка и т. д.; в) вопросы, касающиеся решений по делу - необходимости направления на лечение и прогноза его результатов, возможности опасного поведения в будущем и т. д. Для ответа на такие вопросы судебному психологу недостаточно лишь традиционных диагностических умений, ему также необходимо владение специальными оценочными процедурами и знание рассматриваемого судебного дела. Кроме того, ему придется столкнуться с важными проблемами, касающимися конфиденциальности, к-рые будут изменяться от ситуации к ситуации.
Прежде чем приступать к оценке, психолог должен также проработать с адвокатами круг вопросов, к-рые перед ним ставятся, и помочь им понять, что психол. оценка может дать и чего она дать не может. Адвокат должен тж понимать, что психолог получает свой гонорар только за оценку и что он не несет обязательств свидетельствовать в интересах клиента. Будут предоставляться такие свидетельские показания или нет, зависит от результатов проведенной оценки.
Психологу также необходимо ознакомиться с "судебной историей" (forensic history), к-рая яв-ся более обширной, чем обычная биография, и зачастую включает такую информ., как клинические записи, полицейские отчеты и свидетельские показания. На эти источники информ. впоследствии надлежит ссылаться при составлении заключения по результатам оценки.
Свидетельствование в суде. В отдельных случаях заключение судебного психолога может быть принято без его появления в суде. Однако нередко психолог может быть вызван в суд для дачи показаний. Дача показаний может оказаться травмирующим опытом; ключевым фактором, позволяющим свести трудности к минимуму, яв-ся тщательная предварительная подготовка. Такая подготовка осуществляется на нескольких уровнях. Первый уровень предполагает тщательное изучение соответствующего закона, используемых тестов и полученных результатов. Психолог также должен уметь излагать данные тестов без злоупотребления профессиональным жаргоном, иллюстрируя свои утверждения соответствующими примерами поведения. Второй уровень подготовки представляет собой встречу с адвокатом. Судебный психолог должен строго следовать этическим принципам и сохранять личную честность. Однако, психолог также несет ответственность за представление результатов максимально эффективным образом. От адвоката, напротив, требуется содействие интересам клиента. Адвокатов учат никогда не задавать свидетелю вопрос, на к-рый адвокат уже заранее не знал бы ответа. Подготовка, следовательно, включает согласование между психологом и адвокатом порядка, в котором будут оглашаться результаты тестирования, и того, какие вопросы будут задаваться и каковы на них будут ответы психолога. Полезно также рассмотреть вопросы, к-рые могут задаваться психологу в ходе перекрестного допроса, чтобы наметить на них возможные ответы.
Доверие к психологу в зале суда будет зависеть от ряда факторов. Первым является уровень его квалификации (credentials): психолог должен обеспечить адвоката своей краткой автобиографией (curriculum vitae), к-рую адвокат может использовать при представлении психолога и характеристике его квалификации. Доверие к психологу будет тж зависеть от его поведения в зале суда. Находясь на месте для свидетельских показаний психолог должен помнить, что ведущий перекрестный допрос адвокат лишь выполняет свою работу, когда выражает сомнение в доверии к психологу и полученных им результатах. Кроме того, ситуация в зале суда зачастую не оказывается столь формальной, как это ожидается, и судья обычно готов оказать помощь свидетелю-эксперту. При свидетельствовании психолог не должен стесняться признаться в том, что он не понял вопроса, или не знает ответа, или что у него недостаточно информ. для ответа на данный вопрос.
Судебное некарательное воздействие. Судебное некарательное воздействие (forensic treatment) охватывает столь же широкий круг ситуаций, как и судебная оценка. В случае уголовных дел некарательное воздействие может заключаться в терапии, фокусирующейся на возвращении неправоспособному индивидууму его правоспособности отвечать перед судом, или в оказании эмоциональной поддержки чел., к-рому предстоит тюремное заключение. Некарательное воздействие в уголовных делах иногда включает терапию, сфокусированную на личностных проблемах либо на агрессивном или сексуальном поведении индивидуума во время содержания его под стражей или амбулаторной терапии в качестве условия, предписанного решением суда о условном осуждении (пробации) или условно-досрочном освобождении. Терапевтическая работа с преступниками требует специальных знаний о системе уголовного судопроизводства, характере и эффектах тюремной среды, системе пробации и надзора за условно-досрочно освобожденными, а тж об особенностях личности и/или поведения, часто наблюдаемых у преступников. Процедуры групповой терапии или поведенческой терапии часто оказываются чрезвычайно полезными при работе с сексуальными насильниками, преступниками с алкогольными проблемами, и др. категориями преступников.
В ситуации гражданских дел о взыскании убытков некарательное воздействие может состоять из инсайт-ориентированной или поддерживающей психотерапии. В дополнение этому, специальные методы, такие как поведенческая терапия, когнитивная терапия или методика биолог. обратной связи, могут использоваться для лечения тревоги, фобий или депрессии. Терапевт должен отдавать себе отчет, что суду могут потребоваться свидетельские показания, и это может временами оказывать влияние как на психич. состояние клиента, так и на ход терапии. В таких случаях терапевт зачастую может обнаружить, что судебная ситуация находится в противоречии с терапевтической ситуацией. В таких случаях терапевт обязан довести до сознания пациента и адвоката свои рекомендации, но принятие окончательного решения в отношении того, следовать этим рекомендациям или нет, ложится на самого пациента.
В ситуации установления права опеки над ребенком (child custody) некарательное воздействие часто предписывается судом либо для того, чтобы избежать полного судебного разбирательства по установлению права опеки, либо в качестве составной части разрешения спора. Осн. цель такого воздействия состоит в том, чтобы помочь ребенку успешно адаптироваться к новой ситуации, и это, конечно, требует работы с ребенком. Однако почти всегда при этом также требуется работа с родителями. Работа с родителями фокусируется на таких вопросах, как процесс общения с ребенком, неосознанное или сознательное ограничение прав др. родителя в отношении ребенка и разрешение конфликтов между родителями.
Исследования в С. п. Большинство вопросов, задаваемых судебному психологу, требуют от него лишь описания текущего состояния индивидуума. Однако мн. др. вопросы заключают в себе эксплицитное или имплицитное требование прогноза будущего поведения. Ответы на вопросы, касающиеся вероятности будущего опасного поведения, реакции на психиатрическое лечение, или адаптации ребенка в различных возможных альтернативных жизненных ситуациях, требуют не только проведения тщательной клинической оценки, но и знания релевантных исслед. В исслед. может часто обнаруживаться ошибочность традиционных клинических представлений. Недавним примером этому служат результаты исслед. детской адаптации к травме, вызванной разводом родителей. Существующий уровень научных знаний зачастую не позволяет поддержать клиническую т. зр. с позиций имеющихся исследовательских результатов. Это диктует необходимость для судебного психолога быть не только получателем информ., но и поставщиком исслед. по этим вопросам. В др. случаях, напр. связанных со свидетельской идентификацией, преимущественной основой для составления заключения яв-ся проведение соответствующего исслед.
Судебный психолог должен постоянно находиться в курсе новой информ., к-рая появляется в результате исслед. Такие усилия, наряду с совр. уровнем знаний права и изменений, вносимых в них новыми делами, обеспечивают перспективу того, что, при условии сочетания с тщательным клиническим подходом, они позволят судебному психологу оказывать наибольшую помощь правовой системе.
См. также Уголовная ответственность, Показания экспертов, Психология присяжных, Психология и закон
Дж. Кук

Судорожная шоковая терапия (convulsive shock therapy)

Совр. практика использования вызываемых электричеством или лекарствами судорог с терапевтической целью связана с наблюдениями фон Медуны в начале 1930-х гг. Л. Б. Калиновски в книге The convulsive therapies ("Методы судорожной терапии") пишет, что фон Медуна обратил внимание на редкость сочетания шизофрении и эпилепсии у одного и того же больного, а также на то, что симптомы у душевнобольных часто исчезают после спонтанного судорожного приступа. Основываясь на этих наблюдениях, фон Медуна сделал вывод о том, что конвульсии каким-то образом несовместимы с симптомами шизофрении и практически использовал провоцируемые с помощью метразола приступы судорог для лечения шизофрении в 1934 г. Несмотря на то что наличие фундаментального антагонизма между эпилепсией и шизофренией позднее подвергалось сомнению, судорожная терапия продолжает широко использоваться для лечения различных тяжелых психич. расстройств, в особенности в случаях, когда лекарственная терапия оказывалась неэффективной.
Для вызывания терапевтических судорожных приступов использовались различные фармакологические препараты (например, метразол, инсулин, индоклон). Однако они были практически вытеснены благодаря использованию электросудорожной терапии (ЭСТ), предложенной итальянцами Черлетти и Бини в 1938 г. Согласно отчету специальной комиссии Американской психиатрической ассоциации по изучению ЭСТ, этот метод лечения яв-ся эффективной процедурой при его проведении в тщательно контролируемой мед. ситуации.
Хотя переломы, в основном в задних отделах позвоночника, были когда-то основным соматическим осложнением ЭСТ, этот риск в настоящее время полностью исключен благодаря использованию миорелаксантов.

<<

стр. 13
(всего 20)

СОДЕРЖАНИЕ

>>