<<

стр. 7
(всего 20)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Р. Окроч

Минимальная мозговая дисфункция (диагноз) (minimal brain dysfunction (diagnosis))

Синдром ММД был впервые определен С. Клементсом, описавшим большую группу детей с выраженными нарушениями поведения и школьных навыков, для к-рых обычные методы вмешательства оказывались неэффективными. Катамнестические исслед. показывают, что этот синдром не ограничивается детством. Такие дефициты, как компенсаторная личностная проблематика и недостаточная обучаемость, сохраняются на протяжении отрочества-юности и взрослости.
Клементе определил состав синдрома ММД следующим образом: близкий к среднему или выше среднего уровень общего интеллекта, к-рому сопутствуют определенные виды недостаточной специфической обучаемости или поведенческих аномалий от легкой до тяжелой степени выраженности в сочетании с отклонениями функции ЦНС. Эти отклонения могут проявляться различными комбинациями снижений в области восприятия (зрительного и слухового), формирования понятий, речевых навыков, памяти, контроля внимания, импульсов, подвижности и отдельных движений. Клементе придерживается той т. зр., что определенные категории девиантного поведения, возрастной дискразии, недостаточной специфической обучаемости и отклонений от нормы зрительно-моторных функций должны считаться валидными признаками нарушенного функционирования мозга.
Связанные с синдромом ММД симптомы в настоящее время включают тж искаженный образ тела, общая задержку созревания, нарушения кинестетической интеграции, гипо- и гиперактивность, дисграфию или аграфию, дискалькулию, затрудненность речи и общения, когнитивные затруднения, а тж реактивные соц., аффективные и личностные нарушения.
В разные годы этот синдром называли по-разному: гиперкинетический синдром, детский гиперактивный синдром, минимальное повреждение или дисфункция мозга, минимальная или легкая церебральная дисфункция, хронический мозговой или органический синдром. Его тж обозначали в соответствии со специфическим представительством симптомов как задержку развития, перцептивный и неврологический дефицит, дислексию, затрудненность научения, специфические затруднения научения или развития и т. д. В эту классиф. попадают одновременно гиперкинетический синдром и синдром ММД. Затрудненность научения, связываемая обычно с этим синдромом, раскрывается в рамках категории специфических расстройств развития, включающих расстройства чтения, счета и/или речи. Дункан высказывал убедительные возражения против такого подхода.
Идея о том, что эти симптомы составляют неврологический или психоневрологический синдром либо диагностическую категорию, встречает известное сопротивление. Двумя осн. симптомами являются недостаточная специфическая или общая обучаемость (specific or generalized learning disabilities) и гиперактивность.
Оценки распространенности данного нарушения различны в зависимости от ориентировки на весь синдром в целом, или на отдельные его симптоматические компоненты. Дети, у к-рых выявляется весь синдром и/или отдельные комплексы симптомов, составляют от 3 до 45% популяции школьного возраста; соотношение мальчиков к девочкам равно 6-10:1.
Гипотезы относительно этиологии фокусируются на генетической предрасположенности и семейном происхождении, недостаточности питания, воздействии токсических веществ (включ. лекарственные) и пренатальной патологии матери, перинатальном стрессе и заболеваниях раннего детского возраста. Дети из малообеспеченных слоев населения более подвержены действию патогенных факторов окружения и более уязвимы к возникновению расстройства. Хотя отставание по этапам развития обычно присутствует с очень раннего возраста, расстройство обычно становится очевидным, когда ребенок идет в школу.
Среди авторов имеются расхождения относительно важности наличия поврежденного нейрофизиологического субстрата. Воспитатели и педагоги имеют тенденцию игнорировать или преуменьшать значение того факта, что нарушения поведения и затрудненность научения являются симптомами расстройств функционирования ЦНС. Психологи, психиатры и детские невропатологи стремятся акцентировать общий неврологический подход к развитию. В качестве неврологического субстрата недостаточной обучаемости они указывают на "мягкие неврологические признаки", нарушения центральных механизмов когнитивных и перцептивных процессов и др. органические факторы - атипичную ритмику на ЭЭГ и вестибулярные дисфункции.
Разраб. и широкое использование приборов высокочувствительного неинвазивного электронного сканирования и совершенствование методик электроэнцефалографии позволило получить доказательства того, что в возникновении синдрома большую роль играют нейрофизиологические и нейропсихологические факторы. Это нашло дальнейшее подтверждение в новейших исслед. химии, метаболизма и физиологии мозга.
Изучение детей с широким спектром определенных ранее симптомов ММД указывает на наличие ряда дополнительных нарушений - аллергических реакций, нарушений общего обмена, физ. роста, психол. созревания и соц. развития. Эти данные свидетельствуют о том, что церебральные дисфункции могут отражать нек-рые системные расстройства, влияющие на функции как вегетативной, так и центральной НС. У ребенка при этом могут возникать отклонения в общем функционировании организма, а тж дефициты зрительного и слухового восприятия, речевые и когнитивные нарушения, обусловливающие различные виды недостаточной обучаемости.
Личностные, соц. и эмоциональные проблемы часто сопутствуют синдрому. Мн. из этих детей имеют предрасположенность к повышению базисного фона тревоги с реакцией чрезмерной "пугливости" и повышенного реагирования как на физиолог., так и на психол. нагрузки с очень тяжелыми паническими приступами, к-рые обозначаются как "катастрофические реакции". Дети с синдромом ММД часто отличаются импульсивностью и незрелостью, либо ригидностью и перфекционизмом.
Исходное предположение о глубинном неврологическом расстройстве с широким спектром взаимосвязанных симптомов (symptom formations) - в противоположность изолированным кластерам симптомов - и с реактивными психол. и копинговыми проблемами, делает необходимым использование междисциплинарной бригады как для постановки диагноза, так и для терапевтического вмешательства.
Не существует какой-то стандартной тестовой батареи. Используемые тесты должны быть разнообразными, определяться возрастом ребенка, значимостью методик для имеющихся проблем, наличием тестов, индивидуальными предпочтениями психолога и временем, отведенным на обследование. Данные совр. исслед. свидетельствуют о том, что попытки сужения тестового репертуара не приводят к получению специфических профилей, к-рые позволили бы идентифицировать лиц с недостаточной обучаемостью, поскольку их популяция слишком неоднородна.
Синдром ММД проявляется в разнообразных поведенческих, функциональных и учеб. затруднениях. Поэтому используемые диагностические инструменты должны проверять каждую осн. операциональную область для получения полной картины. Должны быть даны оценки координации грубой и мелкой моторики, контроля подвижности, зрительно-моторного функционирования, графо-моторных навыков, осознанности образа тела, функций слуха, речевой моторики, обработки вербальной информ., когнитивного функционирования, личности и уровня учеб. навыков.
При постановке диагноза важно дифференцировать: а) случаи с проявлением гиперактивности при хорошей координации моторики (как грубой, так и мелкой), адекватном уровне интеллекта и адекватном состоянии учеб. и соц. навыков; б) случаи со специфическим изолированным дефицитом (зрительным, слуховым, двигательным или речевым) при адекватном уровне интеллекта, учеб. и соц. навыков и в) случаи с нарушениями в широком спектре описанной выше симптоматики. Эта последняя категория может быть диагностирована как случай собственно ММД. Психол. последствия и прогноз более благоприятны для первых двух категорий.
Такие дети обычно нуждаются в неск. лечебных подходах; существенной является своевременность начала терапии. Вмешательства включают фармакотерапию, специальную диету, оптометрическую коррекцию, двигательную терапию, работу со специалистом по коррекции недостаточной обучаемости, индивидуальную, групповую и семейную терапию.
На настоящий момент результаты осн. лечебных подходов - лекарственной терапии и психопедагогических приемов - не являются слишком обнадеживающими. Есть необходимость в более интенсивной коммуникации и интеграции между отдельными дисциплинами и внутри них, а тж более широкого использования бригадного подхода.
Исслед. эффективности психостимуляторов указывают на то, что, хотя проявления гиперактивности могут быть снижены, этого оказывается недостаточно для достижения желательного уровня учеб. компетентности или устранения поведенческих расстройств. Кроме того, возникают вопросы о проблемах роста ребенка, его негативных реакциях на необходимость приема лекарств и о возможности последующих злоупотреблений психоактивными веществами.
Недостаточная эффективность программ специального обучения указывает на необходимость поиска иных лечебных подходов. Прием интеграции пациентов в среду здорового населения пока не отвечает предъявлявшимся к нему ранее надеждам и ожиданиям.
Много говорилось о насущной потребности ребенка и его семьи в психол. помощи в связи с повышенной уязвимостью к эмоциональному стрессу и личностной проблематикой, отражающей низкую самооценку ребенка и чувство собственной несостоятельности. Предлагались различные методики терапии, в т. ч. поведенческие методы, биолог. обратная связь, когнитивный контроль, имитация, моделирование, специальная игровая терапия, психотер. и тренинг соц. навыков. Нек-рые из этих технических приемов направлены на изменение поведения в целом и в процессе обучения в частности, другие же имеют целью изменение стиля взаимодействия и отношений ребенка с членами его семьи.
Катамнестические исслед. подтверждают, что несмотря на возможное нивелирование с возрастом специфического неврологического дефицита и снижение гиперактивности (или благодаря терапии, или с началом подросткового периода), пациент в юности и ранней взрослости демонстрирует низкий профессиональный и академический уровень, дефицитарные соц. навыки, чувство собственной несостоятельности и личностную проблематику слабой или умеренной степени выраженности. Ввиду таких обескураживающих результатов, представляется очевидной необходимость интенсификации программ ранней диагностики расстройства и обеспечение доступности детям и родителям систем многостороннего раннего вмешательства и поддержки.
См. также Головной мозг, Диагнозы, Минимальная мозговая дисфункция (вмешательство)
Р. Окроч

Миннесотский многофазный личностный опросник (minnesota multiphasic personality inventory)

MMPI (после новой редакции 1989 г. - MMPI-2) на сегодня является наиболее широко используемым бланковым личностным тестом среди неск. сотен методик оценки личности. Хатуэй и Мак-Кинли намеревались создать объективный диагностический инструмент для всеобъемлющей оценки психиатрических пациентов. Из огромного множества утвердительных формулировок в стиле самоописаний личности Хатуэй и Мак-Кинли отобрали в качестве пунктов своего опросника 504 утверждения, на к-рые испытуемого просили отвечать "верно", "неверно" или "не могу сказать".
Эти пункты (в формате "верно-неверно") затем апробировались на выборках здоровых респондентов и пациентов с различными психиатрическими диагнозами, чтобы создать шкалу, репрезентативно представляющую каждую из тестируемых диагностических групп.
Первоначальные цели разработки MMPI так и не были никогда достигнуты. Пациенты с конкретными диагнозами зачастую получали высокие показатели сразу по неск. шкалам; те же, кто получал высокий показатель по одной шкале, составляли разнородную, а не однородную группу. Несмотря на то, что первоначальный план обнаружения специфического психиатрического расстройства с помощью специфической шкалы MMPI, вопреки ожиданиям, не сработал, показатели MMPI подтвердили свою диагностическую эффективность, когда высокие или анормальные показатели использовались в сочетании, или, иначе говоря, в виде паттернов.
Самоописательные формулировки MMPI, количество к-рых впоследствии было увеличено с 504 до 566 пунктов, напечатаны на отдельных карточках или в тестовом буклете, ответы записываются на специальном ответном листе. Тест предназначен для лиц от 16 лет и старше, с образованием не менее 6 классов средней школы - минимальным образовательным уровнем, необходимым для понимания содержания пунктов опросника. Тестовые пункты отражают широкое разнообразие индивидуальных психол. особенностей: здоровье; соц., сексуальные, политические и религиозные ценности; аттитюды к семье, образованию, и работе; эмоциональные состояния; типичные невротические или психотические клинические манифестации, такие как обсессивно-компульсивное поведение, фобии, мании и галлюцинации. MMPI дает показатели по трем шкалам "валидности" и 10 клиническим шкалам, перечисленным в табл. 2.

Таблица 2. Названия, аббревиатуры и номера шкал MMPI
Номер
Аббревиатура
Наименование
L
Ложь
F
Достоверность
К
Коррекция
1
Hs
Ипохондрия
2
D
Депрессия
3
Ну
Истерия
4
Pd
Психопатическое отклонение
5
Mf
Маскулинность - феминность
6
Pa
Паранойя
7
Pt
Психастения
8
Sc
Шизофрения
9
Ma
Мания
10
Si
Социальная интроверсия

Три шкалы "валидности" - L, F и К - составляют отличительную особенность MMPI. За счет включения очевидно благоприятных самоописаний, крайне редких психопатологических симптомов или пунктов-ловушек, MMPI может оценивать аттитюды к процедуре тестирования, распознавать небрежность, непонимание и симуляцию. В дополнение к этим трем контрольным и десяти клиническим шкалам было разработано неск. сотен новых шкал, к-рые служат расплывчатым целям и, видимо, различаются по эмпирической валидности. Шкала силы Эго (Ego Strength Scale) и Шкала проявления тревожности Тэйлора (Taylor Manifest Anxiety Scale) - примеры отдельных шкал, составленных из пунктов MMPI.
См. также Оценка личности
У. Т. Зушима

Миф о психической болезни (myth of mental illness)

Оригинальное заявление Томаса Заца, что психич. болезнь - это миф, имело целью бросить вызов исходной предпосылке о том, что психич. болезнь "существует" и "в принципе не отличается от любой др. болезни". Т. к. идея психич. болезни является фундаментальной не только для психиатрии и профессий охраны психич. здоровья, но и для совр. мышления, заявление о том, что психич. болезни не существуют, подрывает саму основу психиатрической диагностики и лечения.
Представление о том, что психич. болезнь - это миф, основано, отчасти, на концептуальном анализе и, отчасти, на причинно-следственном анализе терминов, используемых для описания психич. болезни или психопатологии.
Центральным для концептуальной критики понятия психич. болезни является анализ ист. развития этой идеи. До настоящего понимания психич. болезни существовали представления о психозе и мании, а до этого - идеи помешательства и сумасшествия. Одним из важных открытий совр. медицины было то, что нек-рые лица, считавшиеся душевнобольными, сумасшедшими, маниакальными или психотиками, в действительности страдали от таких церебральных болезней, как нейросифилис или старческая и посттравматическая деменция.
В действительности, бесчисленные "проблемы существования" - мн. из которых prima facia являются следствием конфликтов, связанных с личными амбициями, моральными ценностями, соц. контролем и подобными психол. и соц. факторами, - классифицируют как психич. болезни. Однако их столь же трудно свести к патологическим неврологическим или нейрофизиологическим процессам или "объяснить" наличием таких процессов, как и мн. др. паттерны поведения человека, к-рые не маркируются как психич. заболевания.
Критика использования понятия психич. болезни подчеркивает необходимость изучения стратегических и тактических целей терминов психич. болезней и важность выявления истинного значения этих терминов по практ. последствиям их употребления. Напр., такие термины могут использоваться для обвинения или оправдания людей, а тж для того, чтобы скрыть болезненные моральные и личностные конфликты или избежать их.
Исходя из той т. зр., что психич. болезнь - это миф, реальными, буквальными болезнями являются лишь болезни тела. Это, разумеется, не означает, что психич. страдания, экономические проблемы и соц. раздоры не существуют или не являются реальностью. Это лишь означает, что т. и. психич. болезни являются болезнями в метафорическом смысле и что мы категоризируем их и считаем медицинскими с большой опасностью для нашей честности, ответственности и свободы.
См. также Диагнозы, Средневековое мышление, Теоретическая психология
Т. Зац

Мифы (myths)

М. - это предания древних народов, живших в примитивных, дорациональных, донаучных об-вах, отражающие их попытки найти ответы на такие серьезные вопросы, волнующие человека, как сотворение мира, жизнь, смерть и возрождение, - естественно, с привлечением сверхъестественных сил, предков и героев. Для психологии М. оказываются полезными в качестве источника материалов, обогащающих наше понимание челов. поведения.
Не существует какой-то одной теории, сколь бы важной она ни была, к-рая полностью объясняла бы весь спектр М. или даже один М. З. Фрейд говорил, что М., подобно сновидениям, являются королевской дорогой к бессознательному. К. Юнг утверждал, что М. репрезентируют врожденное коллективное бессознательное с универсальными символами и архетипами, а не личное бессознательное.
См. также Литература и психология
Р. Заслоу

Мичиганский картиночный тест (michigan picture test)

М. к. т., первоначально разработанный в 1953 г., был модифицирован в 1980 г. Он предназначен для оценки аспектов личностной адаптации у детей в возрасте от 7 до 16 лет на основе рассказов по стандартизованным картинкам. Эти тестовые картинки включают личные и социальные ситуации, считающиеся ключевыми в детском развитии. Проведение теста значительно облегчается благодаря использованию четырех "основных картинок", образующих единое основание для четырех показателей и норм теста: индекса напряжения, времени глаголов, направления сил и составного индекса дезадаптации. Четыре основных и остальные картинки могут использоваться для проведения контент-анализа и качественного анализа. Исслед. валидности этих четырех тестовых переменных показывают, что данные четыре показателя являются надежными и валидными в том, что касается различения плохо и хорошо адаптированных детей.
См. также Проективные методики
М. Л. Хатт

Мнемоника (mnemonics)

Мнемонические системы прошлого выполняли функцию вспомогательных средств для запоминания. Их использование приписывают греческому поэту Симониду, а также римлянам, к-рые использовали их как опору в ораторском иск-ве. Совр. приемы, стратегии и вспомогательные средства для запоминания используют метод локализации (метод мест) и метод образов. Большинство психологов согласно с тем, что умственные образы помогают обработать и организовать материал так, что он легко запоминается. В некотором смысле, мнемонические средства являются практ. демонстрацией положительного влияния более глубоких "уровней обработки информации на память".
См. также Обработка информации, Память
Н. С. Андерсон

Мнемонические системы (mnemonic systems)

Пытаясь что-либо выучить, типичный индивид идет обычно по пути осмысления материала. Используя доступные ассоц. или ранее приобретенное знание, чтобы облегчить усвоение нового материала (положительный перенос), индивид обнаруживает, что эту стратегию можно определить как вспомогательное средство для запоминания, или как мнемонический прием. Напр., при запоминании списка парных ассоц., бессмысленную пару слогов "роз-озр" можно преобразовать в "роза-озеро", а эта пара может напоминать о реальным месте, хорошо знакомом запоминающему. Др. примером может быть облегчение заучивания и припоминания пары слов "лиса-сани", к-рая может вызвать в воображении образ лисы, съезжающей по снежному склону на санях.
Есть несколько специальных мнемонических приемов. Один из них - это метод слов-вешалок (pegword), применяемый для запоминания списков предметов или событий. Чел. сначала запоминает рифмы для 20 чисел, например: один - пингвин, два - дрова, три - монастыри, четыре - дырка в сыре, пять - кровать и т. д. Затем слово из списка, напр., "шляпа", связывают со словом пингвин (представляя себе, напр., образ пингвина в шляпе). Для следующего слова, можно представить два банана, к-рые кладут в костер вместо дров, и так далее по всему списку. Образы могут быть настолько причудливыми, насколько можно вообразить, однако не очевидно, что причудливые образы всегда являются наилучшими мнемоническими средствами. Метод слов-вешалок позволяет запомнить любое слово в соответствии с его позицией в списке, пятой или десятой, также как и список слов в исходном порядке.
В общем, выдумывание умственных образов для того, чтобы помочь себе при заучивании произвольных вербальных ассоц., значительно облегчает работу памяти.
Метод мест, использовавшийся древними греками, похож на метод слов-вешалок и особенно полезен для припоминания длинной последовательности слов или цифр. Он основан на использовании хорошо знакомого нам маршрута или пути, по к-рому мы часто ходили. Напр., школьник старших классов при помощи этого метода запомнил и воспроизвел список из 40 цифр, используя дорогу до школы, по к-рой он ежедневно ходил пешком, в качестве выученной последовательности мест. Открывание двери перед выходом в школу было первой подсказкой, к-рую он связывал с первым пунктом для запоминания, пожарный кран перед домом был второй подсказкой, ассоциируемой со вторым пунктом, следующей был холм, на к-рый он поднимался по пути на главную улицу, затем приходила очередь магазина радиотоваров на углу и т. д. (почти 60 лет спустя образы все еще остаются достаточно яркими для этого чел.). Чтобы вспомнить список, просто пробегают в воображении по маршруту, и каждое место-подсказка вызывает в памяти правильную цифру. Нужно запомнить только простые, изолированные ассоц. Нет никакой перегружающей информ. или ограничения объема, и задача является относительно простой.
Изучение иностранных слов может быть облегчено с помощью метода ключевых слов. Ключевое слово - это слово родного [Использованы аналогичные примеры из русской лексики. - Примеч. науч. ред.] языка, звучащее подобно части иноязычного слова. Например, английское слово а caterpillar означает "гусеница". Первый слог находится под ударением и созвучен со словом "катер". Используя катер в качестве ключевого слова, запоминающий создает какой-нибудь образ, связывающий два русских слова, например, катер, который едет на гусеницах по дороге. Встреча с английским словом или его русским эквивалентом вызывает соответствующую реакцию.
Некоторые мнемонические приемы полезны для запоминания того, в чем заключается различие между двумя похожими (или тесно связанными) терминами, такими как абсцисса и ордината или сталактиты и сталагмиты. Чтобы не путать два геологических термина, запомните следующее: в слове сталактиты (которым обозначаются натечные известковые образования, свисающие с потолка пещер) есть буква к, та же, что и последняя буква в слове "потолок", а в слове сталагмиты (которым обозначаются аналогичные образования, поднимающиеся вверх в виде больших сосулек со дна пещер, т. е. с земли), есть буква м, делящая слово "земля" пополам. Возможно, кому-то понравится следующий мнемонический прием для запоминания того, что абсцисса является горизонтальной, а ордината - вертикальной осью координат. При громком и четком произнесении слова "ордината" губы вытягиваются в вертикальном направлении, тогда как при произнесении слова "абсцисса" губы остаются практически горизонтальными.
Сигнальщики в военно-морских силах США изучали фонетический алфавит (например, "альфа" для А и "браво" для Б) и азбуку Морзе одновременно, используя мнемонику подходящих визуальных стимулов, к-рые вызывают в памяти как фонетическую букву, так и соответствующий символ азбуки Морзе. Напр., просто здание с четырьмя точками (окнами) представляет собой как фонетический символ (отель - a hotel), так и символ азбуки Морзе (четыре точки в одном ряду) для буквы h. После этого буквы легко вызывают зрительный образ, подсказывающий правильный фонетический ответ и ответ азбуки Морзе. Все используемые образы крайне просты.
Познакомившись с новым чел., многие люди затем не могут вспомнить его имя. Обычно это происходит потому, что имя не заучивают при первом знакомстве. Чтобы запомнить имя, его нужно повторять и связывать с уже известными именами, или с чем-либо, что это имя подсказывает из опыта. Имя может быть связано с чел. путем наблюдения того, что может быть необычного в его манерах и внешности, или на кого он похож. Имеющие ясную цель методики, наподобие этих, не занимают много времени, но отличаются большой эффективностью.
См. также Ассоцианизм, Мнемоника, Перенос в обучении
М. Р. Денни

Многомерное шкалирование (multidimensional scaling)

Под М. ш. в большинстве случаев понимается семейство моделей и связанных с ними методов для представления данных о сходствах или различиях стимульных объектов либо др. элементов на основе заданной пространственной модели. По существу, целью М.ш. в более узком смысле является упрощение большой и сложной совокупности наблюдений посредством построения пространственного представления, которое позволит увидеть отношения между стимулами. Предполагается, что в такой пространственной модели величины близостей (сходств, различий, индексов совместной встречаемости или других мер тесноты или близости) соотносятся простым и прямым способом с расстояниями между попарно сравниваемыми стимулами. Разумеется, когда речь идет о реальных данных, при получении к-рых неизбежны ошибки и искажения, точного соотношения достичь невозможно.
Один пример, часто используемый для иллюстрации М. ш., меняет общепринятый процесс считывания расстояний с карты городов на противоположный, чтобы получилась задача восстановления этой карты на основе знания одних только расстояний между городами. В действительности, в некоторых разновидностях М. ш. - процедурах неметрического М. ш. - достаточно знать только ранговый порядок расстояний между городами, чтобы восстановить их карту.
Вращение координатных осей, упоминаемое здесь мельком, на самом деле вовсе не тривиальный вопрос в М. ш., имеющий, к тому же, большое значение для его практических приложений. Цель М. ш. - не просто построить пространственную карту или репрезентацию стимулов, но еще и интерпретировать ее исходя из значащих психол. (или других) измерений.
Эти измерения соответствуют координатным осям такой карты. В психол. приложениях М. ш. одни системы координат соответствуют "естественным" или легко интерпретируемым измерениям, тогда как другие с трудом поддаются интерпретации. Конкретная система координат, задаваемая машинной программой М. ш., может быть совершенно произвольной и требовать процедуры вращения для достижения приемлемой интерпретируемости результатов. Модели индивидуальных различий, к-рые мы рассматриваем несколько позже как "трехмерные" модели М. ш., и в особенности метод INDSCAL, могут помочь в решении этой проблемы вращения.
Обратимся сначала к моделям и методам М. ш. для однотипных (напр., стимулы) двумерных (напр., парные сравнения) данных о близости. Эти данные могут иметь источником непосредственные суждения людей о сходстве или различии, а также получаться из др. данных, таких как смешиваемость пар стимулов или разнообразные типы производных мер сходства либо различия (например, мера "расхождения профилей", вычисляемая между стимулами по оценочным шкалам, или различные меры сходства, выводимые из материалов ассоциативных экспериментов). В некоторых случаях, в качестве мер сходства (переменных, людей, стимулов или др. элементов) используются корреляционные матрицы, так что М. ш., при таком его применении, можно рассматривать как альтернативный факторному анализу метод получения многомерной структуры из корреляционных данных.
После того как близости определены, их можно представить в виде квадратной таблицы с двумя входами (матрицы). Эта таблица обычно (хотя и не всегда) бывает симметричной.
Часто важно разграничивать метрические и неметрические подходы к М. ш. В метрическом М. ш. предполагается, что близости измеряются, по меньшей мере, в интервальной шкале. В неметрическом М. ш. от функции близости обычно требуется лишь быть монотонной, или сохраняющей порядок. Т. о. неметрическое шкалирование допускает близости, измеренные в порядковой шкале.
Многомерное шкалирование индивидуальных различий
Первой моделью М. ш. индивидуальных различий была модель "точек зрения", предложенная Такером и Мессиком. Вскоре появился подход, названный INDSCAL (INdividual Differences multidimensional SCALing), к-рый в настоящее время стал господствующим. INDSCAL объясняет индивидуальные различия в данных о близости на основе модели, к-рая предполагает общий, базисный набор измерений для стимулов (или др. объектов), но в то же время допускает, что разные субъекты (или др. источники информ.) имеют различные паттерны выделенности этих общих измерений или, говоря иначе, придают разную значимость (отражаемую в весовых коэффициентах) этим измерениям. Полагая теперь, что "трехмерные" данные о близости соответствуют суждениям разных людей о сходстве, эта модель приводит к довольно правдоподобному допущению, что каждый субъект просто обладает различным набором масштабных коэффициентов (к-рые можно представить себе в виде коэффициентов усиления или ослабления сигнала), применяемых к набору "базисных" психол. измерений стимула, общих для всех людей. Иначе говоря, дело обстоит так, как если бы у любого чел. была система "регуляторов усиления", по одному на каждое базисное измерение стимула, выставленных в разное положение у каждого из них. Эти различные настройки могут быть обусловлены генетическими различиями либо средовыми факторами, действие к-рых скорректировано разным жизненным опытом, или, вероятнее всего, взаимодействием природы (наследственности) и воспитания (среды).
Сильная сторона этой модели для индивидуальных различий в восприятии заключается в том, что предполагаемые для стимулов психол. измерения однозначно определяются суждениями субъектов о сходствах (на основе паттернов индивидуальных различий в суждениях о сходствах). Другое, не менее важное преимущество этой модели в том, что выделенности, или веса перцептивных измерений могут служить весьма полезными мерами индивидуальных различий субъектов восприятия.
Данные для М.ш. индивидуальных различий, как правило, представляют собой множество симметричных матриц близостей, по одной для каждого субъекта (или др. источника данных). Такие данные обычно имеют двухмодальную (стимулы и субъекты), но трехмерную (стимулы х стимулы х субъекты) организацию. "Модальность", или, проще, тип, - специфическое множество элементов (напр., стимульная модальность, или множество стимулов). Число размерностей или "сторон" можно представить себе как число "направлений" в таблице данных (например, строки, столбцы и "слои" для "трехмерной" таблицы, хотя строки и столбцы могут соответствовать стимульной модальности, тогда как "слои" соответствуют модальности субъектов). Назначение анализа INDSCAL, при условии трехмерных данных о близости, - найти одновременно два решения: одно - для координат пространства стимулов, другое - для субъективных весов, с тем чтобы оптимизировать соответствие модели INDSCAL (преобразованным) данным о близости.
Метод INDSCAL предполагает метрические допущения и своего рода трехмерное обобщение "классического" метода двумерного М.ш. Наиболее эффективный подход к реализации этого анализа обеспечивает программа SINDSCAL, предложенная Пружански.
Среди этих альтернативных моделей и методов особый интерес представляет подход, предложенный Такером и обычно называемый трехмодальным шкалированием, - адаптация разработанной Такером трехмодальной модели факторного анализа и метода для случая трехмерных данных о близости.
Широкое определение многомерного шкалирования
При самом широком определении М. ш. включает в себя множество разнообразных геометрических моделей для представления данных психологии или др. поведенческих наук. В это множество могут входить дискретные геометрические модели, такие как древовидные структуры (обычно связанные с иерархической кластеризацией), структуры пересекающихся либо непересекающихся кластеров или др. сетевые модели. Однако для М. ш. более типична связь с континуальными пространственными моделями представления данных. При широком определении М. ш. такие пространственные модели могут включать - в добавление к рассмотренной выше дистанциометрической модели для данных о близости - другие геометрические структуры, такие как векторная модель или модель развертывания для представления индивидуальных различий в данных о предпочтении (или др. преобладании), и даже модель факторного анализа.
См. также Индивидуальные различия, Методы многомерного анализа, Статистика в психологии
Дж. Д. Кэрролл

Многоосевой клинический опросник Миллона (Millon clinical multiaxial inventory)

Разработанный Теодором Миллоном М. к. о. М. (MCMI) используется в тех же целях, что и его прообраз - Миннесотский многофазный личностный опросник (MMPI). Составленный из 175 утверждений в форме самоописаний, этот опросник увязан как с клинической теорией Миллона, так и с "Руководством по диагностике и статистической классификации психических расстройств" (DSM-IV). 20 клинических шкал сгруппированы в четыре основные категории: Базовые личностные паттерны (Basic Personality Patterns [ось II]); Патологические личностные синдромы (Pathological Personality Syndromes) [ось II]); Умеренные клинические синдромы (Moderate Clinical Syndromes [ось I]) и Тяжелые клинические синдромы (Severe Clinical Syndromes [ось I]).
Валидизация составляла существенную часть конструирования опросника. В дополнение к программам для быстрой машинной обработки бланков с ответами пользователям доступна также программа машинной интерпретации результатов и составления заключения, в к-ром объединяются персонологические и симптоматические характеристики пациента. В соответствии с современными психодиагностическим мышлением это интерпретирующее заключение отражает многоосевую структуру оценки.
См. также Миннесотский многофазный личностный опросник, Оценка личности
Т. Миллон

Множественная корреляция (multiple correlation)

М. к. - метод многомерного анализа, широко применяемый в психологии и др. поведенческих науках. М. к. можно рассматривать как расширение двумерной корреляции, а ее коэффициент - как показатель степени связи одной переменной с оптимально взвешенной комбинацией неск. др. переменных. Веса этих переменных определяются методом наименьших квадратов, так чтобы минимизировать остаточную дисперсию.
Коэффициент М. к. принимает значения от 0 до 1 и интерпретируется аналогично коэффициенту двумерной корреляции, если справедливы допущения о прямолинейности и др. характеристиках двумерных интеркорреляций, на основе к-рых вычисляется этот коэффициент.
В психологии квадрат множественной корреляции (R2) или, как его еще наз., коэффициент множественной детерминации, часто используется для оценки доли дисперсии зависимой переменной, приходящейся на совокупность независимых переменных. Родственный метод - множественная регрессия - используется для предсказания зависимой переменной (или критерия) по совокупности независимых переменных (или предикторов).
См. также Корреляционные методы, Множественная регрессия, Статистика в психологии
Б. Фрухтер

Множественная личность (multiple personality)

Расстройство М. л. определяется как состояние, характеризуемое "существованием внутри индивидуума двух и более отдельных личностей, каждая из которых доминирует в определенное время". Каждая личность независима, автономна и внешне представляет отдельное и полное Я. Переход от одной личности к другой обычно происходит внезапно. В то время, когда вторичная личность проявляет себя, являясь "исполнителем", первоначальная или первичная личность не осознается; по возвращении ее происшедшее стирается из памяти.
Суть синдрома М. л. составляет психол. процесс диссоциации, при к-ром один сегмент поведения и переживаний отделен и не сообщается с другим. Вторичная личность обычно осознает существование первичной, но рассматривает ее в качестве объекта, считая себя субъектом. В некоторых случаях интеракции между разными личностями становятся чрезвычайно сложными.
При "раскрытии" таких случаев обычно обнаруживается длинная предыстория неправильной диагностики и неправильного лечения. Хотя и не слишком распространенные, эти случаи определенно не представляют собой "чрезвычайную редкость". На настоящий момент имеются описания нескольких сот случаев.
Поразительным является то обстоятельство, что в своих чувствах, аттитюдах, восприятии и поведении вторичные личности весьма отличны от главной, иногда представляя собой ее полную противоположность. Это перестает удивлять, если учесть, что вторичные личности возникают именно на основе неприемлемых чувств и стилей поведения, к-рые когнитивно диссонировали с основной личностью, когда она - в особенности в детские годы - пыталась адаптировать их к требованиям окружающей реальности.
Разные личности не только отличаются друг от друга по многим модальностям (перцептивной, мотивационной, аффективной и поведенческой), но также дают различные показатели по таким психол. тестам, как Миннесотский многофазный личностный опросник и тест Роршаха. Они также характеризуются определенными различиями в ЭЭГ.
Есть данные, свидетельствующие о том, что диссоциации, как и др. психол. процессы, располагается на едином континууме, а подлинно множественные личности просто представляют собой полюса этого континуума.
Длительность течения расстройства множественной личности по данным старой литературы составляет в большинстве случаев многие годы; расстройство трудно поддается лечению. Однако в последнее время сообщается о появлении некоторых общих принципов терапии.
Несмотря на усиление интереса к проблеме диссоциации в последнее время, расстройство М. л. все еще является одним из наименее понятных расстройств личности.
См. также Гипнотерапия
Дж. Уоткинс

Множественная регрессия с переменной-модератором (moderated multiple regression)

М. р. п.-м. - типичная модель многомерного анализа, предназначенная для проверки того, влияет ли на связь между двумя переменными - предиктором X и зависимой переменной Y - третья переменная М. Формула для уравнения простой линейной регрессии выглядит следующим образом:
Y = а + b1X, (1)
где а - интерсепт (или свободный член уравнения регрессии), а b - коэффициент регрессии, связанный с предиктором (или независимой переменной) X. По сравнению с ней уравнение (2) включает еще одну переменную-предиктор М, сглаживающий эффект к-рой представлен произведением ХМ:
Y = а + b1Х + b2М + b3(ХМ), (2)
где b1, b2, b3 - коэффициенты регрессии, связанные с соответствующими предикторами.
Включение переменной-модератора в уравнение (2) позволяет специалисту по анализу данных обратиться к вопросу о том, зависит ли связь между зависимой переменной Y и предиктором X от третьей переменной. Напр., сказывается ли на связи средней продолжительности жизни (зависимая переменная) с излишним весом (переменная-предиктор) такой фактор, как АД (переменная-модератор)? Или влияет ли на связь познаний ученика (зависимая переменная) со стилем обучения учителя (переменная-предиктор) число учеников в классе (переменная-модератор)?
Между эффектами модератора в множественной регрессии и эффектами взаимодействия в дисперсионном анализе есть немалое сходство. Напр., эксперим. план с двумя интериндивидными факторами, X и М, представляет собой частный случай уравнения (2), в к-ром переменные-предикторы являются категорийными и некоррелированными. Уравнение (2), однако, является более общим в том смысле, что оно также допускает включение непрерывных и коррелированных независимых переменных - предикторов и модераторов. Более того, уравнение (2), при соответствующем кодировании, может включать повторные измерения факторов, для анализа к-рых обычно использовали методы дисперсионного анализа. Множественный регрессионный анализ шире дисперсионного анализа, и используемый в дисперсионном анализе термин "взаимодействие" можно рассматривать как переменную-модератор во множественной регрессии.
Рассмотрим ситуацию, когда новое лекарство испытывается в качестве средства лечения депрессии. С учетом фактора пола, по 8 пациентов психиатрического отделения, страдающих депрессией, распределяются случайным образом по двум уровням изучаемого фактора: назначен прием лекарства/не назначен прием лекарства, - причем таким образом, чтобы число испытуемых на каждом уровне было одинаковым. После завершения курса лечения, в качестве меры исхода используются показатели, полученные испытуемыми по шкале депрессии, относящейся к типу стандартизованных самоотчетов. В дополнение к оценке степени влияния нового лекарства на показатели пациентов по шкале депрессии нелишне было бы установить возможное различие в эффективности этого лекарства для лиц мужского и женского полов. Гипотетические данные представлены в табл. 3. Их анализ выполнен с использованием процедур традиционного дисперсионного анализа. Затем эти данные с помощью техники кодирования эффектов независимых переменных (т. е. предикторов) реорганизованы в таблицу в виде матрицы и проанализированы с использованием процедур множественного регрессионного анализа (табл. 4). Величины критериев значимости для соответствующих факторов в дисперсионном анализе (т. е. F-отношения) и весов предикторов в множественной регрессии (т. е. t2-значения) получаются эквивалентными.

Таблица 3. Влияния нового лекарства на показатели пациентов по шкале депрессии
Данные
Фактор 2 (пол)
Фактор 1 (новое лекарство)
Принимают лекарство
Не принимают лекарство
М
19
19
21
24
33
35
36
37
Ж
23
29
27
29
28
33
32
34
Результаты дисперсионного анализа
Источник изменчивости
SS
df
MS
F-отношение
Пол
7,56
1
7,56
1,29
Лекарство
370,56
1
370,56
63,30
Пол х лекарство
95,06
1
95,06
16,24
Ошибка
70,25
12
5,85

Повторный анализ данных из табл. 3 с использованием модели множественной регрессии приведен в табл. 4.

Таблица 4. Матрица данных множественной регрессии, построенная с использованием кодирования эффектов факторов
Зависимая переменная
Переменные-предикторы
Депрессия
Пол (а)
Лекарство (b)
Пол х лекарство
19
1
1
1
19
1
1
1
21
1
1
1
24
1
1
1
33
1
-1
-1
35
1
-1
-1
36
1
-1
-1
37
1
-1
-1
23
-1
1
-1
29
-1
1
-1
27
-1
1
-1
29
-1
1
-1
28
-1
-1
1
33
-1
-1
1
32
-1
-1
1
34
-1
-1
1

Результаты регрессионного анализа:
- уравнение: показатель депрессии = 28,69 - 0,69 х пол - 4,81 х лекарство - 2,44 (пол х лекарство);
- коэффициент множественной корреляции R = 0,93;
- коэффициент множественной детерминации R2 = 0,87.

Таблица 5. Проверка значимости весов предикторов (коэффициентов регрессии)
Предиктор
b
t
t2 (c)
Пол
-0,69
-1,14
1,29
Лекарство
-4,81
-7,96
63,30
Пол х лекарство
-2,44
-4,03
16,24

a) Мужской пол кодируется 1, женский -1.
b) Принимающие лекарство кодируются 1, не принимающие лекарство -1
c) Эти значения t2 идентичны значениям F-отношения в табл. 1.

Хотя взаимодействия в моделях традиционного дисперсионного анализа могут рассматриваться как частные случаи переменных-модераторов во множественной регрессии, регрессионные модели яв-ся более общими, так как применимы к непрерывным и коррелированным, а не только к категорийным и некоррелированным предикторам. В тех случаях, где используются коррелированные предикторы и модераторы, для оценки статистической значимости модераторов рекомендуется применять иерархические модели множественной регрессии.
См. также Каузальное мышление, Исследование методом двойного ослепления, Вероятность, Методология (научных) исследований, Статистика в психологии
Р. Р. Холден

Множественная регрессия (multiple regression)

М. p. - метод многомерного анализа, посредством к-рого зависимая переменная (или критерий) Y связывается с совокупностью независимых переменных (или предикторов) X посредством линейного уравнения:
Y' = а + b1Х1 + b2Х2 + ... + bkXk.
Коэффициенты регрессии или, по-другому, весовые коэффициенты b обычно определяют методом наименьших квадратов, минимизируя сумму квадратов отклонений фактических значений зависимой переменной от соотв. предсказанных значений.
При "пошаговом" ("stepwise") подходе переменные добавляются (или удаляются) по одному за раз к (из) совокупности независимых переменных до тех пор, пока изменения не становятся статистически незначимыми (или значимыми). Кроме того, совокупность переменных может добавляться (или удаляться) в целях оценки их вклада в множественную корреляцию; в этом случае для определения статистической значимости их эффекта применяется F-критерий. Нелинейные связи можно оценить путем включения в правую часть уравнения регрессии членов более высокого порядка и/или мультипликативных членов.
Веса или коэффициенты регрессии определяются с наибольшей надежностью в тех случаях, когда независимые переменные являются относительно некоррелированными. Наличие высоких интеркорреляций между нек-рыми из них называется "мультиколлинеарностью" и приводит к получению коэффициентов регрессии, величина к-рых может заметно и нерегулярно изменяться от выборки к выборке. М. р. широко применяется для решения следующих задач.
1. Получение наилучшего линейного уравнения прогноза.
2. Контроль за смешиванием переменных (факторов).
3. Оценка вклада определенной совокупности переменных.
4. Объяснение сложного на вид многомерного комплекса взаимосвязей.
5. Проведение дисперсионного и ковариационного анализов посредством кодирования уровней независимых переменных.
См. также Множественная корреляция, Методы многомерного анализа
Б. Фрухтер

Множественная семейная терапия (multiple family therapy)

М. с. т. представляет собой подход к решению проблем, разработанный покойным Питером Лакёром. Метод осн. на его опыте работы со стационарными больными шизофренией и представляет собой комбинацию параметров групповой терапии и совместной семейной терапии. Согласно его гипотезе, сеансы одновременной терапии неск. семей дают членам семьи благоприятные возможности для идентификации с другими, что может вести к решению практ. проблем.
В М. с. т. движущей терапевтической силой является не перенос, а идентификация; это означает, что один индивидуум стремится походить на другого или соперничать с ним. Потребность в идентификации и принятии наиболее важна в семьях с больными шизофренией, поскольку наличие такого больного чревато соц. изоляцией семьи. Вследствие этого между членами семьи часто возникают напряженные отношения, вынуждающие их искать поддержки у окружающих. М. с. т. имеет целью лечебное воздействие семей друг на друга, в то время как главным источником лечебного эффекта в индивидуальной терапии является психотерапевт.
Хотя М. с. т. обязана своим происхождением работой с семьями шизофренных больных, ее применение сейчас знач. расширилось и не ограничивается уже исключительно этим контингентом. В ее основе есть 2 предпосылки: а) в семьях можно обнаружить как силу, так и слабость, и б) люди могут учиться друг у друга благодаря идентификации и непрямому научению.
Структура
Семья может оказывать как целебное, так и патогенное воздействие. В ходе своего развития человек многому обучается в семье. Теория М. с. т. исходит из того, что, хотя индивидуум или семья могут обнаруживать несостоятельность в какой-то области, они могут проявлять силу в другой. Метод Лакёра и его коллег заключается в проведении 6-10 сеансов терапии длительностью 90 мин., в к-рых участвуют члены пяти-шести семей, свободно обсуждающие свои проблемы. Психотерапевт играет роль фасилитатора, направляющего дискуссию и приглашающего отдельных участников к комментариям или отреагированию.
Процесс терапии
М. с. т., как и большинство терапий, проводится в неск. этапов. Однако, в отличие от этого большинства, она более ограничена по времени и тематике. В ней выделяются 3 этапа: наблюдение, вмешательство и консолидация. На первом этапе участников побуждают к общему разговору, в ходе к-рого выявляются темы для обсуждения.
М. с. т. ориентирована не на личную динамику, а на решение проблем. На втором этапе акцент делается на взаимодействии, исходя из того, что изменения должны быть взаимными, а не достигаться лишь каким-то одним лицом. Это - трудный этап, поскольку люди часто считают, что решать их проблемы должны другие. Психотерапевт должен обратить внимание на взаимно деструктивное поведение. Эта стадия демонстрирует терапевтические возможности М. с. т., когда отдельные участники помогают психотерапевту в выявлении контрпродуктивных паттернов взаимодействия. Часто используется разыгрывание ролей.
Третий этап представляет собой завершение и консолидацию: оценивание достигнутого прогресса и заключение о достаточности проделанных изменений. Что еще важнее - это время для того, чтобы понять, что изменения осуществимы лишь при условии, что члены семьи мотивированы на продолжение работы над своими отношениями.
Резюме
М. с. т. оказалась в особенности эффективной в работе с городским афро-американским населением и с выписанными из стационара больными. Она дает простор для раскрытия творческого потенциала терапевта и приносит результат в относительно быстрые сроки. Этот подход несложен в обучении и не зависит исключительно от интуиции терапевта.
См. также Поведенческая терапия, Группы достижения изменений
В. Фоули

Модели нейронных сетей (neural network models)

Модели, включающие сети нейроноподобных элементов, приобрели известность в психологии и родственных дисциплинах, когнитивной науке и нейробихевиоральной науке. Такие модели появились тж под предметными заголовками коннекционистских моделей и распределенной параллельной обработки. В области познавательных процессов сети использовались для объяснения таких различных феноменов, как распознавание слов, категоризация, восприятие зрительного паттерна, координированное моторное действие, и неврологические расстройства. В этом отношении, М. н. с. представляют собой резкий отход от прежних теорий, к-рые предполагали манипуляции символической информ. по типу грамматических. Неграмматические и несимволические свойства нейронных сетей тж обусловили их пригодность для объяснения отличных от человеческого видов научения и его нейронных основ.
Нейронные сети предназначены для порождения системы вычислений, к-рая является кооперативной и самоорганизующейся. Т. о. нейронная сеть не содержит в себе к.-л. эксплицитной исполнительной или контролирующей подсистемы. Предполагается, что поведение, к-рое внешне следует правилу, гипотезе или стратегии, возникает из взаимодействий между элементами, ни один из к-рых не содержит правила, гипотезы или стратегии. Несмотря на то что сетевые модели опираются на представление о нейроне, осн. масса этих моделей лишь незначительно ограничивает себя рамками общеизвестной архитектуры и функционирования реальных НС. В очищенном от своих дополнительных значений виде, нейронные сети являют собой единственный тип количественной модели, подпадающей под традиционные критерии проверки любой модели в психологии. Потребовалось широкое использование компьютерного моделирования, чтобы эти модели достигли полного и точного определения через их собственные внутренние операции и механизмы порождения выходных сигналов, позволяющего осуществлять четкие поведенческие прогнозы.
Основные характеристики
Элементы типичной нейронной сети можно описать при помощи двух уравнений, а именно правила активации (или возбуждения) и правила обучения. Правило активации объединяет (суммирует) входы в элемент и формирует уровень выходного сигнала. Вычисления сети связаны с передачей выходных активирующих сигналов заданного уровня от одного элемента на входы др. элементов. Правило обучения изменяет силу активных входов посредством переменных, наз. весами связи. Входной уровень для принимающего элемента обычно определяется произведением воспринимаемого уровня активации и текущего веса связи в принимающем элементе.
Линейный пороговый элемент
Начало совр. правилам активации было положено в работе Мак-Каллока и Питтса, касающейся способности нейронов действовать как логические вентили. На рис. 1 изображен линейный пороговый элемент. В его левой части представлены входные переменные, описываемые как входные уровни активации (Xi) и взвешенные связи (Vi). Каждая переменная может принимать любое вещественное значение. Однако уровни активации обычно задаются двоичными значениями (Xi = 0,1), а веса - значениями в пределах от -1 до +1. Суммарный входной уровень в любой момент времени определяется суммой весов активных входов (? [Vi Xi]). Подобно входным уровням активации, выходной сигнал элемента тж представлен двоичными значениями (Y = 0,1). Активация выхода определяется на основе сравнения суммарного входного уровня с пороговой величиной (?) по следующей формуле:
Y = 1, если ? (Vi Xi) > ?, в противном случае Y = 0.


Рис. 1. Линейный пороговый элемент, в котором Хi - входные уровни активации, Vi - веса связей, ? - пороговая величина, a Y - выходной уровень активации

Манипулируя весами связи или пороговыми величинами, можно синтезировать общие логические функции. Напр. логический элемент И может быть сконструирован следующим образом. Предположим, что некий элемент имеет два входа (X1, Х2), каждый с весом связи 0,50 (V1 = V2 = 0,50), и что пороговая величина этого элемента ? = 0,75. Согласно правилу активации Мак-Каллока - Питтса, для того чтобы суммарный входной уровень превысил данную величину порога и тем самым инициировал выход (Y), должны быть активными оба входа (X1 = Х2 = 1). Тот же самый элемент может быть преобразован в логический элемент ИЛИ снижением порога до величины менее 0,50 или повышением веса входов до величины более 0,75. Наконец, для полноты логической системы, можно сконструировать оператор НЕ путем инвертирования правила активации, так что когда суммарный входной уровень превышает величину порога, элемент, который бы в противном случае инициировался (Y = 1), будет выключаться (Y = 0). Это инвертированное правило активации может быть записано как:
Y = 1, если не ? (Vi Xi) > ?, тогда Y = 0.
Синаптическая фасилитация
Истоки правил обучения для сетей кроются в идее, сформулированной впервые в общих чертах Хеббом. Коротко говоря, он применил старый закон смежности к уровню нейронной активности и утверждал, что синаптическая передача будет получать выигрыш в эффективности всякий раз, когда пресинаптическая активность оказывается смежной по времени с постсинаптической активностью. На рис. 2 приведен пример хеббовского элемента. Этот хеббовский элемент имеет две входные связи. Один вход (Xi), наз. здесь "сигнальным" входом ("cue" input), не обладает изначально весом связи и, следовательно, не способен активизировать элемент. Др. вход (Х0), обычно наз. "обучающим" входом ("teacher" input), имеет фиксированный большой вес (V0 = 1), позволяющий активизировать элемент и вызвать "ответный" выход ("response" output). При совмещении во времени обоих входов, сигнальный вход будет обеспечивать пресинаптическую активность (Xi), а обучающий вход будет вызывать постсинаптическую активность (Y). В мат. терминах, изменение веса связи (?Vi) выражается в виде произведения двух уровней активности. Это правило обучения может быть записано как ?Vi = сХiY, где с - коэффициент пропорциональности (0 < с < 1).


Рис. 2. Хеббовский адаптивный элемент, в котором Xi - уровень сигнального входа, Vi - адаптивный вес связи, Х0 - уровень обучающего входа, a Y - уровень выходной реакции

Если по хеббовскому правилу научение находится в строгой зависимости от смежности уровней активации, согласно др. правилам научение зависит от ошибки в способности веса сигнального входа соответствовать обучающему входу. Одно из наиболее часто используемых правил этого рода известно под разными наименованиями: правило допустимой ошибки (дельта), правило Ресколы - Вагнера (the Rescorla - Wagner rule), правило Видроу - Хоффа (the Widrow - Hoff rule) и правило наименьших средних квадратов (least-mean squares rule). При наличии множества одновременных сигнальных входов это правило может быть записано как ?Vi = с (V0X0 - ? [Vi Xi]) Xi. Анализ этого правила показывает, что когда суммарный вход (? [Vi Xi]) существенно отличается от активации, вызываемой обучающим входом (V0 X0), это приводит к резкому изменению веса связи каждого подходящего входа (?Vi). И наоборот, когда это различие мало, изменение также будет малым.
Правило исправления ошибок (error-correction rule) оказывается более сложным, чем хеббовское правило смежности, однако имеет 3 осн. преимущества при моделировании ассоциативного обучения.
1. Самоограничивающиеся приращения. Тогда как правило смежности порождает веса связи, к-рые растут линейно, правило исправления ошибок является самоограничивающимся. Эта его особенность производит отрицательное ускорение, к-рое можно наблюдать в большинстве кривых научения.
2. Обратимость. Правило смежности продуцирует только положительные приращения в научении, тогда как правило исправления ошибок порождает не только положительные, но и отрицательные приращения (или затухание). В частности, в правиле смежности, отсутствие обучающего входа (Х0) исключает любые приращения, но при этом не влечет эффекта затухания. В свою очередь, в правиле исправления ошибок, отсутствие обучающего входа означает, что вычитаемый член уравнения принимает отрицательные значения (-? [Vi Xi]), тем самым производя понижение веса связи (Vi). Т. о., правило исправления ошибок может отслеживать изменения прогнозируемого значения "сигнального" входа для определенного "обучающего" входа.
3. Избирательность. Когда имеется множество сигналов, хеббовское правило смежности применяется независимо к каждому входу. В отличие от него, правило исправления ошибок предполагает, что изменение ассоциативной силы для каждого входа зависит от результирующей ошибки по всем активным входам. Напр., если определенный набор сигнальных входов уже приобрел высокие веса, то тогда разность членов (V0X0 - ? [Vi Xi]) будет приближаться к нулю и тем самым препятствовать приобретению веса дополнительными, одновременно действующими сигналами. Т. о., избыточные сигналы будут эффективно подавляться. Кроме того, если ни одни из сигнальных входов не обладает предварительным преимуществом, общий вес связи будет распространяться на все одновременно действующие сигнальные входы. В результате, элемент может "настраиваться" так, что он будет активизироваться только определенной конфигурацией входов, а не к.-л. одним из этих входов.
Основные архитектуры
Несмотря на то что материалом для строительных блоков нейронных сетей являются отдельные элементы, мн. из эмерджентных свойств сети определяются архитектурой их взаимосвязей. Существуют 2 осн. архитектуры, встречающиеся в большинстве моделей, а именно, сети, содержащие множество слоев элементов, и сети, в к-рых выходы возвращаются в качестве входов в сеть.
Многослойные сети
Пример простой многослойной сети приведен на рис. 3. Эта сеть имеет два входа (A, В), каждый из к-рых проецируется на два элемента (X, R). Элемент X, находящийся между событиями на входе и выходным элементом наз. скрытым элементом. Эта небольшая сеть содержит пять модифицируемых связей, а именно A-Х, A-R, В-Х, B-R и X-R.


Рис. 3. Конфигурация многослойной сети, подчиняющейся правилу исключающего ИЛИ

Многослойные сети сыграли решающую роль в разрешении вопросов репрезентации стимула и формирования понятий, вызывавших трудности у традиционных психол. теорий и однослойных сетевых моделей. В частности, многослойные сети обеспечивают базис для обучения произвольному отображению (arbitrary mapping) входных паттернов стимулов в выходные паттерны реакций. Ключевая проблема оказалась связанной с нелинейными отображениями. При таком отображении, желаемая реакция на определенное сочетание входов не является аддитивной функцией реакций на отдельные входы. Примером простейшего нелинейного отображения является правило исключающего ИЛИ. Правило исключающего ИЛИ требует реакции на каждый из двух входов, предъявляемых по отдельности, но не на их совместное появление. Напр., мн. люди обнаруживают следование правилу исключающего ИЛИ в своих вкусовых предпочтениях. Человек может с удовольствием есть лакрицу, но отказываться есть картофель с лакричной приправой. Если бы отдельные отображения стимул - реакция являлись строго аддитивными, картофель с лакричной приправой съедался бы с большим удовольствием.
Вообще говоря, можно преобразовать нелинейную задачу в линейную, постулируя особый вход для совместного появления осн. стимульных входов. Однако, когда число осн. входов увеличивается, эта тактика приводит к бурному росту числа особых входов. Более общее решение заключается во введении механизма обучения, к-рый формирует специализированные кодировки совместных входов по мере возникновения такой необходимости. Многослойные сети обладают этой способностью. Коротко говоря, установление подходящих весов связей от стимульных входов к скрытым элементам создает блоки, специализированные для конкретной комбинации входов. Связи между скрытыми элементами и выходными элементами обеспечивают отображение этих специализированных блоков в соотв. выходные реакции.
Небольшая сеть, показанная на рис. 3, имеет конфигурацию, позволяющую проиллюстрировать поведение согласно правилу исключающего ИЛИ. В этой конфигурации вход A сам по себе не может активизировать элемент X, т. к. вес связи А - X не превышает величины порога X, однако вход A может активизировать элемент R, т. к. его порог оказывается достаточно низким для того чтобы связь A - R оказалась эффективной. Точно так же, вход В может активизировать лишь узел R. Т. о., входы A и В могут каждый по отдельности активизировать выход этой сети. Однако, согласно правилу исключающего ИЛИ, взятые вместе входы А и В будут подавлять выход. Это происходит потому, что суммарный вес связей входов А и В будет активизировать элемент X, а этот элемент X имеет большую отрицательную связь с элементом R. Следовательно, совместное появление входов А и В аннулирует их индивидуальные положительные связи с элементом R.
Автоассоциативные сети
Пример небольшой автоассоциативной сети показан на рис. 4.


Рис. 4. Автоассоциативная сеть, в которой все выходные уровни могут связываться со входными уровнями

Каждый из пяти элементов (А, В, С, D, Е) получает один внешний вход (a, b, с, d, e). Эти внешние входы обладают фиксированными связями, каждая из к-рых способна активизировать выход из соотв. элементов. Кроме того, каждый элемент получает пять возвратных входов, по одному на каждый выход из элементов, включ. его собственный. Напр., как показано на рис. 4, элемент С имеет пять связей, обозначенных как Aс, Bc, Сс, Dc и Еc. Эти связи являются модифицируемыми и функционируют в соответствии с теми же самыми правилами обучения, что и единственный элемент или многослойная сеть. Т. о., всякий раз, когда выход и вход являются активными, на их пересечении может возникать эффективная связь.
Помимо др. вещей, автоассоциативные сети могут реализовывать 3 функции, к-рые представляют особый интерес для психологии.
1. Завершение паттерна. Если множество взаимосвязей было хорошо определено в автоассоциативной сети, тогда уже часть исходных входов может восстановить полное множество выходов. Напр., предположим, что для сети, изображенной на рис. 4, неоднократно предъявлялись входы а и е. Отсюда следует, что установились бы четыре взаимосвязи, а именно Аа, Ае, Еа и Ее, к-рые локализованы в четырех углах матрицы пересечений. Впоследствии вход а сам по себе активизировал бы оба выхода, А и Е, через связи Аа и Ае. Точно так же, вход е активизировал бы оба выхода через связи Еа и Ее.
2. Помехоустойчивость.
3. Суперпозиционная память. Автоассоциативные сети могут хранить огромное количество наборов входов. Это свойство позволяет им извлекать как прототипические паттерны, так и специфические образцы. Напр., Мак-Клелланд и Румельхарт продемонстрировали, что сеть, состоящая из 24 элементов и 552 потенциальных взаимосвязей, могла бы хранить и надежно извлекать 3 различных прототипических паттерна, каждый из к-рых осн. на 50 различных образцах. Они показали, что паттерн для по меньшей мере одного конкретного образца тж может быть извлечен, если этой сети представлено подмножество входов, корреспондирующих с именным признаком (пате tag) этого образца. Сходным образом, Кохонен показал, что сеть, состоящая из 3024 элементов, могла бы хранить и извлекать цифровые фотографии 100 различных лиц.
Современное состояние
В настоящее время трудно прогнозировать, где и насколько серьезных успехов можно добиться благодаря использованию М. н. с. Первоначальный энтузиазм несколько поутих. По мере того как модели сравниваются друг с другом и с более традиционными теориями в различных исследовательских областях, к ним начинают относиться все более трезво. В настоящее время наиболее отчетливой тенденцией является диверсификация характеристик элементов по мере приложения нейронных сетей в различных областях. С одной стороны, там где моделирование нейронных сетей сливается с моделями действительного функционирования нейрона, их элементы становятся более адекватными хим., электрическим и структурным свойствам нейронов. С др. стороны, там где моделирование нейронных сетей применяется к когнитивным феноменам, их элементы сами изображаются как несущие семантическое или символическое содержание. Напр. отдельный элемент может активизироваться только специфической буквой или словом.
См. также Научение, Процессы поиска и извлечения информации из памяти, Нейронные механизмы научения
Дж. Кехой

Модели (models)

Значительные исследовательские усилия во всех областях психологии связаны с использованием М. Примерами могут служить модели искусственной улитки для изучения слуха, многослойные сетевые модели функционирования головного мозга, компьютерные модели мышления и животные модели в психопатологии.
М. относятся к числу осн. и наиболее эффективных инструментов науки. Исследователь в области аэронавтики строит миниатюрный аэроплан для проведения испытаний в аэродинамической трубе; химик представляет себе электроны, движущиеся по планетарным орбитам вокруг атомного ядра. Эти 2 типа моделей - одна физическая, другая концептуальная - помогают в открытии полезных принципов, применимых к решению проблем в реальном мире, таким как выявление оптимальной для расчетной скорости формы крыла или оценка гладкости (на молекулярном уровне) поверхности крыла после его шлифовки.
М. тж важны в биолог. и поведенческих науках, и это отчасти объясняет, почему в психологии проводится так много исслед. с животными. Несмотря на их широкое использование и очевидную полезность, М. - и животные М. в частности - не всегда должным образом оцениваются. Однако они используются; напр. они помогают понять, как нервные клетки обучаются или в каком направлении разрабатывать новые формы терапии фобий. Наиболее широко использование животных М. в психологии представлено в исслед. научения, памяти, употребления наркотиков и психопатологии.
Создатели М. не претендуют на ее полную идентичность моделируемому. Скорее, М. является сходящимся множеством разнотипных аналогий между реальным явлением и системой, к-рая изучается в роли заменителя этого реального явления. Привлекаемыми видами аналогий являются: а) первичная аналогия, б) материальная аналогия и в) формальная аналогия.
Любое явление - это не "просто вещь", но следствие причинных связей между уровнями факторов в реальном мире. Сходным образом, любая потенциально полезная М. будет включать в себя множество причинно связанных факторов. Эти причинные цепи факторов, как в реальном мире, так и в М., могут состоять из неск. звеньев. М. возникают в результате установления соответствия между факторами в этих двух областях. Эти две области могут обладать очевидным сходством, к-рое напр. существует между миниатюрной моделью самолета и Боингом-747, или они могут быть совершенно несхожими, как различаются между собой модель хим. структуры, состоящая из шаров и стержней, и само молекулярное соединение.
Рассмотрим случай, в к-ром присутствуют как сходства, так и различия. Можно заметить, что для пациентов с определенным психиатрическим расстройством характерен нек-рый набор дисфункциональных физиолог. и поведенческих симптомов; можно тж заметить, что животные, подвергающиеся действию нек-рого хим. препарата, демонстрируют поведение, сходное с поведенческими симптомами таких пациентов. Гипотеза о сходстве дисфункционального поведения животного и дисфункционального поведения пациента составила бы первичную аналогию в процессе моделирования. Дополнительная гипотеза могла бы заключаться в том, что данный дисфункциональный физиолог. симптом пациента одного рода с вызванным хим. препаратом физиолог. состоянием животного; это было бы второй первичной аналогией. Степень описательного сходства между этими двумя рядами поведения или между этими двумя физиолог. состояниями составила бы степень материальной аналогии.
Если обнаруживается связь между физиолог. состоянием и поведением пациента, к-рая соответствует эмпирической причинной связи между физиолог. состоянием и поведением животного, между этими двумя параллельными, внутриобластными связями может быть проведена формальная аналогия. Мн. М. в психологии, такие как амфетаминовая модель шизофрении и модель Корсаковского синдрома как холинэргического истощения, возникли именно так. При разраб. др. М. акцент делается скорее на истории взаимодействия средовых факторов и научения, нежели на хим. истории; в качестве примеров можно указать на модель фобий как избегания и модель депрессии как выученной беспомощности.
Сама по себе первичная аналогия еще не является М.; это распространенная ошибка. Настоящая М. должна включать как первичные, так и формальные аналогии. К тому же, продуктивность процесса моделирования заключена в том, что он позволяет использовать известные и эксплицированные причинные связи в одной области (как правило, в области М., но справедливо и обратное) как руководство для выявления параллельных связей в др. области. Нек-рые ученые требуют доказательства большого числа параллелей формальной аналогии, причем связанных с существенными материальными аналогиями, прежде чем заявлять о создании М. Материальная аналогия не является критической для функциональной валидности М.; мат. уравнения часто оказываются мощными М., позволяющими при их реализации компьютерами генерировать знание о поведении системы - даже живой системы - но без материальной аналогии. Материальная аналогия сродни очевидной валидности: она ничего не гарантирует. Если исследователь будет ждать до тех пор, пока все причинные связи в каждой области не окажутся полностью и независимо эксплицированы перед включением их в формальные аналогии, тогда М. будет обладать малой или недостаточно доказательной силой для нового понимания.
Все ранее упомянутые психол. М. начинались с проведения первичной аналогии между различными формами поведения. Однако есть веские основания утверждать, что поиск таких сходств в поведении между биолог. видами является ненадежным процессом, способным вводить в заблуждение, несмотря на его эмпирическую проверку в рамках процесса моделирования. Это происходит потому, что каждый вид приносит в ситуацию тестирования свои собственные приобретенные им в ходе эволюции предрасположения и биолог. ограничения на поведение. Отсюда следует, что 2 различных вида могут иметь противоположные дисфункциональные поведенческие проявления одного и того же лежащего в их основе физиолог. или психол. состояния. Хотя такое положение дел и не носит универсального характера, оно подсказывает альтернативный подход к выбору первичной аналогии. В основу первоначального соответствия можно было бы класть не столько симптомы, сколько этиологические факторы. Подобная стратегия распространена в мед. исследованиях и опирается на предположение о существовании тесной связи между этиологией и терапией. В психологии условия, поддерживающие функционирование нек-рых поведенческих процессов, зачастую отличаются от тех, что приводят к их формированию. Хорошими примерами здесь могут служить Корсаковский синдром и фобии. ПТСР может оказаться случаем, требующим подхода на основе этиологической первичной аналогии, если кто-то ищет животную модель последствий стресса, поскольку сообщаемые симптомы имеют тенденцию приобретать форму нарушений мышления, эпизодов "флэшбек" и др. симптомов, к-рые не наблюдаются непосредственно у животных.
Несмотря на то что для объяснении процесса моделирования здесь привлекались примеры из животных моделей, тот же самый анализ сохраняет свою силу в применении к физ. моделям, компьютерным моделям или количественным моделям психол. процессов. Все они доказали свою ценность в объяснении психол. процессов людей.
См. также Теория алгоритмически-эвристических процессов, Животные как модели, Общие системы, Изоморфизм, Молярные/молекулярные конструкты, Методология (научных) исследований
Б. Овермайер

Моделирование структурными уравнениями (structural equation modeling)

Используемое при разработке множества проблем, от изучения академических достижений до исслед. динамики настроения, М. с. у. представляет собой систематический анализ причинных связей. Широкое применение М. с. у., наз. еще анализом спроса (demand analysis), многопараметрическим комплексным анализом (multitrait multimethod analysis), путевым анализом (path analysis), линейным причинным анализом (linear causal analysis) или методом одновременных уравнений (simultaneous equations), можно объяснить, в значительной степени, двумя отличительными особенностями исслед. в науках о поведении. Во-первых, поскольку мн. исслед. поведения не являются экспериментальными, анализ неэкспериментальных данных требует использования статистических процедур в качестве альтернатив эксперим. манипулированию и контролю. Цель статистических процедур, неразрывно связанных с М. с. у., - достичь уровня оценки, характерного для эксперим. исслед. Во-вторых, предметом мн. исслед. являются гипотетические конструкты, не доступные прямому наблюдению, но оказывающие решающее воздействие на измеряемые переменные и характер связей между ними. Поэтому были разработаны модели, учитывающие и латентный аспект этих переменных, и их эмпирическую связь с измеряемыми переменными.
Уравнения регрессии дают информ. о степени эмпирической связи между изучаемыми переменными, представленную в форме утверждения "когда изменяется х, то изменяется и y". Структурные уравнения представляют более высокий уровень абстракции, на к-ром при данном эмпирическом объединении переменных в центре оказываются причинные связи. Несмотря на это различие, уравнения регрессии можно использовать для оценки структурных уравнений, если выполняется ряд условий. Во-первых, идентифицированные в данной модели причинные переменные не должны зависеть от др. неустановленных причин или, в противоположной формулировке, все существенные причинные переменные, связанные с изучаемым явлением, должны быть точно определены. Следовательно, М. с. у. требует высокой концептуальной (понятийной) и теорет. точности. Во-вторых, переменные, входящие в данную модель, являются либо дихотомическими, либо линейно взаимосвязанными. Линейные структурные модели можно эффективно использовать в исслед. нелинейных связей, если провести соотв. преобразования. В-третьих, причинные переменные либо измеряются без погрешности, либо предусматриваются эксплицитные процедуры для оценки ошибки измерения, как это имеет место при использовании многопараметрического комплексного анализа в моделях множественных индикаторов (multiple indicator models). В четвертых, направление и порядок причинных связей среди изучаемых переменных должны быть явно определены. Хотя это, возможно, не представляет особой проблемы в случае рекурсивной модели, моделирование реципрокной причинности требует использования более тонких и сложных аналитических процедур. Если эти четыре условия выполняются, тогда можно предложить причинную интерпретацию значений соотв. структурных коэффициентов.
В науках о поведении крайне мало представляющих интерес явлений, к-рые поддаются адекватному описанию и анализу с т. зр. простой связи "причина -> следствие". Обычно поведенческие феномены встроены в сеть причинных отношений, что требует применения более мощных и точных аналитических процедур. Поскольку линейная регрессионная модель служит основой практически для всех статистических методов, используемых в поведенческих науках, в тех случаях, когда реальная и теорет. сложность превышает ограничения двумерной рекурсивной модели, в анализ могут вводиться др. линейные модели. Если целью анализа является идентификация множественных независимых переменных (предикторов), то можно применить модель множественной регрессии. Если, в дополнение к этому, приходится иметь дело с множественными зависимыми переменными, тогда можно воспользоваться многомерной регрессией. Наконец, если есть признаки реципрокных причинных связей между эндогенными переменными, тогда лучше всего использовать общую линейную модель структурных уравнений.
В целях иллюстрации общей линейной модели структурных уравнений кратко рассмотрим пример из девяти переменных. Связи между этими гипотетическими переменными можно изобразить схематически следующим образом:



Эти девять переменных разделяются на три характерные категории: эндогенные переменные, экзогенные переменные и возмущающие члены. Аналогично переменной У в двумерной модели, эндогенные переменные - это переменные, значения которых полностью определяются причинными связями, заданными в исследуемой модели. В нашем примере эндогенные переменные представлены переменными D, Е и F. Экзогенные переменные - А, В и С - это переменные, в отношении к-рых предполагается, что теоретически они могут оказывать заметное воздействие на эндогенные переменные, однако их значения определяются внешними процессами, не включенными на данный момент в рассматриваемую модель. Связанные с каждой эндогенной переменной возмущающие члены (и) показывают, какая доля изменчивости соотв. эндогенной переменной не объясняется др. переменными, входящими в данную модель. Как можно заметить на приведенной выше структурной схеме, ряд логически возможных причинных связей не определен (напр. А-Е, B-F, C-D).
Эту причинную модель можно преобразовать в следующую систему из трех структурных уравнений:
D = bDAА + bDВВ + uD,
Е = bEBВ + bEDD + bEFF + uE,
F = bFCC + bFEE + uF.
Полученная система уравнений отображает структурную модель поведенческих и стохастических процессов, предположительно порождающих определенное множество данных.
Хотя при использовании М. с. у. приходится решать целый ряд технических вопросов (напр. задачи идентификации модели и оценивания параметров), роль теории остается крайне важной. Несмотря на применение в анализе предполагаемых причинных связей строго установленных статистических методов, начальный импульс и главные ориентиры М. с. у. определяются взаимодействием теорет. и методологических соображений.
См. также Теория алгоритмически-эвристических процессов, Каузальное мышление, Когнитивная сложность, Общие системы, Человеческие факторы, Множественная регрессия, Научный метод
Д. Никинович

Моделирование (simulation)

М. - это имитация естественных ситуаций, при к-рой человек в идеале должен вести себя так, как если бы это была реальная ситуация. Преимущество модели в том, что она позволяет испытуемому реагировать на ситуацию, не сталкиваясь с опасностями естественной ситуации. Во мн. психол. экспериментах (особенно в соц. психол.), моделируется все, кроме решающей переменной. Предельным случаем М., однако, является мат. или машинное (компьютерное) М., - когда изучаемые элементы или процессы могут замещаться мат. символами (или наборами машинных команд). Психодрама является примером М. в психотер., где личность играет роль в моделируемой ситуации в социально безопасном окружении.
См. также Разыгрывание ролей
У. Э. Грегори

Модель линзы (Брунсвика) (lens model (Brunswick))

Э. Брунсвик был одним из первых психологов, попытавшихся рассмотреть и учесть то обстоятельство, что мы живем в среде, являющейся в значительной степени непредсказуемой. Он считал, что даже те соотношения, к-рые носят, казалось бы, закономерный характер, напр. очевидное соответствие между восприятием объекта, его размеров, удаленности или тождественности и актуальной физ. реальностью, измеряемой с помощью объективных инструментов, в действительности является результатом сложного поведенческого достижения (behavioral achievement), включающего субъективные оценочные процессы, осн. на постоянно пополняющемся жизненном опыте наблюдателя. Чтобы описать сам процесс, посредством к-рого происходит восприятие, Брунсвик придумал М. л. и использовал ее как эвристику для демонстрации различных стадий этого процесса.
Все начинается с дистального стимула, реального объекта или отношения во внешней среде, к-рый (или к рое) индивидуум пытается воспринять. К сожалению, паттерн проксимальной стимуляции не позволяет ему однозначно воссоздать этот дистальный стимул.
Как правило, в нашем распоряжении оказывается ряд признаков (cues), облегчающих реконструкцию дистального стимула, причем одни из них являются более надежными его предикторами, чем другие. Брунсвик сказал бы, что они различаются своей экологической валидностью. Исходя из нашего опыта, мы начинаем оценивать валидность различных признаков, используя внутренний набор усвоенных (субъективных) вероятностей. Результирующее поведенческое достижение включает в себя попытку воссоздания дистального стимула или - выражаясь более точно - создание перцепта на основе доступных проксимальных стимулов, нашей оценки валидности признаков и того, как их следует объединить. Поскольку часто существуют лишь вероятностные связи между проксимальными признаками и реальным стимулом в окружающей среде, наш итоговый перцептивный образ может быть не лишен ошибок, но по мере того как мы будем приобретать опыт он, конечно же, будет изменяться.
Эту теорет. позицию иногда называют вероятностным функционализмом. Осн. идеи вероятностного функционализма нашли применение в объяснении мн. перцептивных процессов, включ. различные виды константности и зрительные иллюзии.
См. также Воспринимаемый размер, Перцептивные искажения
С. Корен

Модель структуры интеллекта (structure-of-intellect model)

М. с. и. обнаруживает тесные связи с тем, что сейчас называют когн. психол. и освещает широкий спектр важных концепций восприятия, научения, памяти, логического вывода, творческого мышления, решения задач и принятия решений.
М. с. и. определяет интеллект как систематизированную совокупность способностей или функций для обработки разного рода единиц информ. различными способами. Термин способность (ability) используется в контексте индивидуальных различий, а термин функция - в контексте поведения индивидуума.
Каждая базовая способность структуры интеллекта обладает тремя качествами или имеет три грани. Это однозначно определяемый тип операции, тип информационного содержания и тип информационного продукта или формы. Каждая способность характеризуется своим неповторимым соединением одного типа операции с одним типом информ., дающим в результате продукт определенного типа.
Если множество из пяти типов операций умножить на множество из пяти типов информационного содержания и, далее, на множество из шести типов продукта (созданного мозгом), получается 150 возможных, однозначно определенных способностей, примерно 2/3 из к-рых были подтверждены факторным анализом. Математически эта разновидность модели наз. произведением множеств.
Кроме обеспечения логического и систематизированного рассмотрения интеллекта, М. с. и. предлагает информ. по использованию тестов и интерпретаций показателей при оценке интеллектуального уровня конкретных лиц. Она тж освещает мн. аспекты когн. психол. в целом, предоставляя в распоряжение исследователей систему недвусмысленных понятий. Есть основания считать, что способности структуры интеллекта различимы даже в очень раннем возрасте.
По причине слабой корреляции между мн. парами базовых или первого порядка способностей, существуют факторы высшего порядка, отображающие до нек-рой степени более широкие способности второго и третьего уровней обобщения. Полностью отсутствуют доказательства существования общего фактора (единой способности).
См. также Дифференциальная психология, Факторный анализ, Теоретическая психология
Дж. П. Гилфорд

Модификация поведения (behavior modification)

Общим для множества различных формулировок и методик М. п. является прямое вмешательство с целью изменить реакции человека на ситуации при условии, что этот человек или значимые для него люди считают такое изменение полезным. В этом определении есть много импликаций, касающихся сущности нуждающегося в изменении поведения, описания базы действия (личности) и обоснований профессионального вмешательства.
Девиантное или нуждающееся в изменении поведение
М. п. обоснованно относят к поведенческому подходу, поскольку в фокусе находится открытое, явное поведение. Такое поведение является реальным, а не символическим или симптоматическим. Нет каких-то особых правил для развития, поддержания или переделки нуждающегося в изменении (анормального) и приемлемого (нормального) поведения.
Поведение всегда представляет собой реакцию на ситуации. Хотя не следует игнорировать границы, налагаемые такими физиолог. моментами как повреждения или наследственность, главный источник противоречий в требующем изменения поведении заключается в реакциях на ситуации и в оценке этих реакций. В таком случае важными для М. п. областями знания являются поведенческие науки в целом и соц. психол., психология личности, психология обучения и организационная психология в частности. Полезны все сведения о процессе соц. влияния.
Вмешательство: прямое или косвенное
Будучи основанными на этой рациональной позиции, процедуры М. п. являются прямыми. Это - решающий момент как в теории, так и в практике. В биохимических редукционистских мед. моделях, а тж в псевдомедицинских моделях или их аналогах, таких как психоан., беспокоящее и нуждающееся в изменении поведение считается симптоматическим, указывающим на "лежащее в его основе" расстройство. При этом считается, что главный источник проблемы находится внутри индивидуума. Примером аналога мед. модели является приписывание почти всех сексуальных проблем взрослых людей (напр. импотенции) недостаточному разрешению Эдипова комплекса, с тем результатом, что вместо решения реальной жизненной проблемы конкретного человека терапевты углубляются в исслед. его Эдипова комплекса. Успешность прямого переобучения в области сексуальной жизни, начатого многими, но связываемого, в основном, с именами Уильяма Мастерса и Вирджинии Джонсон, свидетельствует против такого избегания прямой терапии. Процедуры М. п. носят прямой характер, направлены на переобучение и обеспечивают индивидуума опытом, помогающим ему научиться более эффективным, в соц. плане, способам поведения в определенных ситуациях. Объектом является реакция на ситуацию, а не реакция сама по себе. Человек может плохо справляться с ситуацией по мн. причинам. В фокусе М. п. оказывается не избегание или какая-то иная неадекватная реакция, а развитие эффективных способов справляться с данной ситуацией.
Измерение имеет решающее значение для М. п. Во-первых, оно необходимо на этапе анализа условий, вызывающих нуждающееся в изменении поведение. Во-вторых, оно обеспечивает обратную связь в отношении адекватности процедуры вмешательства. Измерение первоначального поведения, к-рое подлежит изменению, и новых альтернативных способов совладания с ситуацией дает объективную информ. о том, работает ли предпринятая программа или же она сама нуждается в модификации. Процедура М. п. подчиняется тем же правилам, к-рые относятся к человеку, чье поведение подвергается изменению: оценка открытого поведения, выбор и переделка программы. Так же как никакое поведение само по себе не является похвальным или нуждающимся в изменении, так и никакие процедуры М. п. не являются сами по себе хорошими или плохими, эффективными или неэффективными. Все процедуры должны оцениваться применительно к человеку и ситуации, в которой они используются.
История модификации поведения
Если М. п. определять как обучение людей эффективно вести себя в соц. ситуациях, то она столь же стара, как само об-во. Все общественные институты, от семьи до государства, вмешиваются в челов. поведение с целью его изменения.
О намеренном использовании прямых процедур для изменения реакций человека на ситуации известно из этнографических исслед. дописьменных культур и из таких античных произведений как "Лекарство от любви" Овидия. Жан-Жак Руссо придумывал ситуации для обеспечения своего вымышленного воспитанника, Эмиля, жизненным опытом, а такие педагоги-новаторы как Джон Локк, Джон Дьюи и Уильям Джеймс по праву могут считаться предшественниками М. п.
В 1954 г. была опубликована работа П. Мила "Сравнение клинического и статистического предсказаний" (Clinical versus statistical prediction), показавшая, что психол. тесты, осн. на динамических подходах и теориях черт, оказались не более (а иногда менее) эффективными, чем простые демографические или формальные меры. В 1952 г. Г. Ю. Айзенк выразил сомнение в ценности использовавшихся в то время психотерапевтических процедур. Развитие методов М. п., так же как движений групп встреч, групп сензитивности и гештальт-терапии, следует рассматривать в этом ист. контексте, когда психологи искали или подтверждение тому, что они делали, или новые пути для достижения провозглашенных ими целей.
Среди др. источников, подготовивших почву для М. п., можно назвать проведенный Дж. Д. Франком анализ психол. воздействия на поведение, развернутую Т. Зацем критику биохимического редукционистского мышления, практику соц. взаимодействий и работы таких социологов как Г. Беккер.
Поведенческая терапия ассоциировалась с прямым лечебным вмешательством, опирающимся на понятия теории научения. Поведенческая терапия предполагала исправление, но не обязательно переопределяла сам характер поведения, нуждающегося в изменении. Это была скорее новая процедура, чем новый подход.
В конце 50-х - начале 60-х гг. стали появляться данные сравнительной проверки прямых и непрямых методов терапии, свидетельствующие о преимуществе первых, и сам успех процесса лечения без замещения симптома заставил усомниться не только в психоан. и биохимических редукционистских теориях, но и в сущности т. н. анормального, девиантного или патологического поведения.
Есть много направлений М. п. Хотя любая конкретизация в этой области ведет к упрощению действительности, четыре из них будут рассмотрены ниже. Первые два связаны соответственно с теорией оперантного обусловливания Скиннера и теорией условных рефлексов Павлова / теорией редукции драйва Халла. Еще два связаны с именами таких выдающихся исследователей как Теодоро Айлон и Джозеф Вольпе, работы к-рых сделали прямое лечение в клинической обстановке наглядной и эффективной альтернативой др. терапевтическим процедурам.
Методики модификации поведения
В рамках скиннеровской, или оперантной, теории частота поведенческих актов рассматривается как функция последствий. Приятное событие, последовавшее за актом, повышает частоту его появления в будущем в сходных обстоятельствах и называется положительным подкреплением (positive reinforcement). Избегание или избавление от неприятных последствий тж повышает вероятность повторения такого поведения в будущем; поскольку неприятного события не происходит, это называется отрицательным подкреплением (negative reinforcement). Прекращение появления приятного события после поведенческого акта снижает частоту его повторения в будущем и называется угашением (extinction). Введение неприятных последствий вслед за актом снижает вероятность его появления в будущем; этот принцип обусловливания называется наказанием (punishment). Новые сложные акты поведения могут вырабатываться путем подкрепления последовательных приближений к заданному образцу, что получило название формирования (shaping). Еще один способ, к-рым могут создаваться сложные последовательности действий, сцепление (chaining), формирует цепочку реакций в обратном направлении - от заключительного акта к более ранним актам итоговой последовательности. Третий способ построения новых или сложных поведенческих актов наз. постепенным снижением помощи (prompting and fading). В этом случае инструктор помогает ученику сформировать целевую реакцию, и по мере того как ученик овладевает навыком, объем оказываемой помощи постепенно снижается. "Анормальное" поведение часто является следствием того, что родители или супруги подкрепляют поведение, к-рое имеет для них краткосрочные выгоды, но в отдаленной перспективе приводит к обратным результатам. Др. условия, приводящие к появлению или поддержанию нуждающихся в модификации поведенческих актов, могут быть связаны с отрицательным подкреплением, когда прошлые неудачи заставляют человека избегать трудных для него ситуаций, или с суеверным поведением, когда случайное подкрепление ведет к поведению, поддерживаемому последующими случайными приятными событиям по схеме, к-рую трудно угасить.
Дифференцировочный стимул (discriminative stimulus) указывает время и место, когда и где акт поведения будет иметь подкрепляющие последствия. Дифференцировочные стимулы, такие как материнское внимание или деньги, могут стать подкрепляющими стимулами, и тогда их наз. приобретенными, вторичными или генерализованными подкреплениями. Приобретенные подкрепления могут терять свою силу, как деньги в период высокой инфляции, или даже становиться аверсивными, когда они сигнализируют об отмене или отсрочке прежнего подкрепления, как в случае превращения матери в "дуэнью". Образование одобряемых об-вом приобретенных подкреплений и эмиссия поведения при ожидаемых в данном об-ве дифференцировочных стимулах - главные элементы социализации. Однако, осн. подкрепляющие стимулы, такие как пища, могут вызывать пресыщение, т. е. терять свою эффективность в случае избытка.
Первоначально нейтральный раздражитель, при появлении незадолго до или сразу после другого, может начать вызывать реакцию, ранее вызывавшуюся этим др. раздражителем. Такой раздражитель, как алкоголь, может вызвать реакцию избегания, отвращения или тревоги, если он связан по времени с ударом электрического тока или тошнотой, вызываемой хим. веществом - апоморфином. Это наз. аверсивным обусловливанием (aversive conditioning). И наоборот, если элементы пугающих раздражителей или ситуаций предъявляются в момент, когда мышечное расслабление индивидуума более выражено, чем физиолог. корреляты предвосхищаемого им наказания (тревоги), реакция страха или избегания может снизиться. Это составляет операциональную основу систематической десенсибилизации (systematic desensitization) Вольпе. Предъявление пугающего раздражителя, не сопровождающееся переживанием страха, может вызывать снижение неадекватного или избегающего поведения, т. е. угашение, и является логическим обоснованием таких лечебных воздействий как методика наводнения, имплозивная терапия и метод реактивного торможения.
Так же как связывание элементов ситуации с физически неприятным событием может ослабить тягу к этой ситуации, при скрытой сенсибилизации (covert sensitization) - противоположности систематической десенсибилизации - индивидуум визуализирует неприятные и вызывающие тревогу события в таких ситуациях как злоупотребление алкоголем. Снятие аверсии (aversion relief) - методика, в к-рой стимул, ранее неоднократно служивший сигналом к избеганию или избавлению от неприятной ситуации, используется как положительный стимул. Например, в целях изменения сексуальных предпочтений фотография представителя противоположного пола может сигнализировать о прекращении или избежании неприятного запаха или удара током.
Г. Л. Холлингворт писал о реинтеграции (reintegration), при к-рой какой-то один аспект ситуации возвращает ей полноту. Видоизменение (модификация) ситуаций и элементов в контексте или вне его представляет собой область, где можно применять выше упомянутые методики. Она тж поддается методам когнитивной модификации поведения, к-рые носят более общий характер. На первом уровне человек может "снабдить" себя неприятными последствиями к.-л. "мысли" или "желания", к-рые ему хотелось бы изменить. Напр., карманный аппарат может быть использован для посылания болевых импульсов непосредственно вслед за мыслью о сигарете. Можно тж установить различные "цены" на реакции или штрафы за определенные мысли и чувства, напр. в виде соблюдения искусственных формальностей, длинную череду к-рых человек должен соблюсти, прежде чем ему будет позволено испытать приятное, но нуждающееся в изменении ощущение. Напр., перед курением человек должен занести в дневник время, место, мысли и свои занятия на тот момент, затем сделать десять отжиманий, затем минуту смотреть на картинку с изображением больных легких. После этого ему разрешается закурить. Цена, к-рую приходится заплатить за событие, часто оказывается выше его предполагаемой ценности, но даже если это не так, удлиняется промежуток времени между импульсом и поведением. К этой же категории методов относится методика остановки мыслей (thought-stopping), при к-рой человек получает сильный, захватывающий раздражитель, прерывающий "поток мысли". Сходной процедурой является гиперкоррекция (overcorrection), к-рая может использоваться для модификации открытого, явного поведения или когниций: индивидуум должен в многократном размере возмещать содеянное.
Варианты приложения фундаментальных принципов психологии ограничены лишь изобретательностью, с какой терапевты приспосабливают общие идеи к нуждам отдельных клиентов в конкретных ситуациях.
См. также Поведенческая терапия, Поведенческая терапия: проблемы и разногласия, Скрытое обусловливание, Психотерапия, Жетонная система
Л. Ульманн

Мозговая локализация функций (cerebral localization)

Представления о локализации функций образуют теорет. стержень совр. нейропсихологии, неврологии и родственных дисциплин, каждая из к-рых стремится соотнести поведение с деятельностью головного мозга.
Первонач. в теории локализации мозг рассматривался как единое целое; по мере накопления знаний она стала применяться к его частям. Поначалу вопрос ставился, по-видимому, так: "Что составляет особенность мозга и чем он отличается от др. органов?" Аристотель (384-322 до н. э.), величайший греческий натурфилософ, полагал, что средоточием чувственных и познавательных функций является сердце, а головной мозг только умеряет "тепло и кипение" сердца. В отличие от него, Демокрит (ок. 460-370 до н. э.) и Платон (ок. 429-348 до н. э.) считали, что интеллект находится не в сердце, а в голове.
Во времена Римской империи большинство поведенческих функций связывалось с головным мозгом, хотя страсти по-прежнему рассматривались нек-рыми как "состояния сердца". Наиболее видным врачом этого периода был Гален, полагавший, что передняя часть головного мозга воспринимает чувственные впечатления, а область мозжечка отвечает за двигательные функции.
Деятели церкви IV-V вв. сделали еще один шаг вперед, локализовав воображение, интеллект и память в различных желудочках головного мозга. Эту раннюю теорию локализации разделяли Блаженный Августин и Посидоний Византийский, и она была общепринятой на протяжении более 1000 лет.
В эпоху Возрождения, когда ученые вновь стали проводить анатомирование и ставить опыты, на смену догадкам пришли объективные наблюдения. Леонардо да Винчи отлил гипсовые модели желудочков, чтобы выявить их истинную форму, а Андреас Везалий показал, что желудочки у представителей различных биолог. видов отличаются очень незначительно. Внимание вновь было привлечено к различиям между крупными анатомическими отделами мозга. Со временем отказались и от идеи вентрикулярной (желудочковой) локализации функций.
Эти научные достижения эпохи Возрождения подготовили почву, позволившую английскому анатому Томасу Уиллису (Виллизию) опубликовать в 1664 г. свой труд Cerebri anatome ("Анатомия мозга"). Уиллис полагал, что "складчатое тело" (corpus striatum), под к-рым он понимал все белое вещество между базальными ганглиями и корой, играет определенную роль в чувствовании (ощущении), и что кора мозга контролирует память и волю. Считалось, что мозжечок регулирует системы жизнеобеспечения организма и его непроизвольные движения. Такое разделение головного мозга на функциональные части, осн. частично на сравнительной анатомии, частично на клиническом материале, а частично на др. теориях, повлекло за собой изменение существовавших представлений о головном мозге.
Семена совр. теории корковой локализации функций были посеяны, когда Франц Галль предложил свою френологическую теорию. Он утверждал, что различные области коры головного мозга содействуют проявлению различных психич. способностей и что особенности черепа коррелируют с развитием находящихся под ними органов соотв. способностей. Галль и френологи были убеждены, что высшие функции человека связаны с передней частью коры.
Теории френологов вызвали бурные споры. Нек-рые ученые полагали, что она имеет свои достоинства, другие находили ее абсурдной, а третьи склонялись к тому, что корковая локализация психич. функций имеет под собой основу, но что методы Галля не смогли это доказать. Последнюю позицию отстаивал Жан Батист Буйо. Он стал заниматься локализацией речевых функций в лобных долях в 1825 г., потратив годы на сбор патологоанатомического материала в подтверждение правильности такой локализации.
Дебаты в академических кругах Франции по поводу корковой локализации продолжали разгораться вплоть до 1861 г., когда Поль Брока на заседании Парижского антропологического об-ва представил свое знаменитое описание клинической истории М. Леборне. Этот пациент утратил способность к членораздельной речи, и вскрытие показало обширное размягчение мозговой ткани в области задних отделов третьей лобной извилины левого полушария. Локализация Брока центра речевой артикуляции подтвердило предположение Буйо и стало первой корковой локализацией, получившей широкое признание.
В 1865 г. Брока опубликовал еще одну знаменательную статью. Анализ историй болезни его пациентов показывал, что левое полушарие мозга является, по сути, речевым полушарием. Этот вывод практически совпадал с выводами малоизвестного земляка Брока - французского практикующего врача Марка Дакса, сделанными еще в 1836 г. К сожалению, Дакс не сумел опубликовать свои открытия, и его сообщение о симптоматике более 40 больных с поражениями левого полушария появилось в печати в 1865 г только после его смерти.
В 1870 г. Г. Фритч и Э. Гитциг определили границы моторной коры у собаки, сначала пользуясь методом раздражения, а затем - методом разрушения, показав тем самым, что корковую локализацию можно изучать на животных в контролируемых условиях. Проводились тж исслед. локальных поражений головного мозга с целью локализации не только различных сенсорных функций, таких как зрение и слух, но и высших, "интеллектуальных" функций.
Успешное развитие теории локализации опиралось не только на патологический материал. Она получала прочную поддержку и из др. источников. В 1875 г. Р. Катон сделал сообщение о том, что электрическая активность коры менялась в соответствии с картами Феррье, когда его подопытные животные пережевывали пищу, смотрели на яркие вспышки света или выполняли какие-то др. действия. В добавление, П. Флексиг представил доказательства того, что различные участки коры миелинизируются в разное время. Развитие представлений о нейронных сетях тж способствовало признанию теории корковой локализации функций, равно как и цитоархитектонические исслед. коры.
Доминирующей тенденцией после 1870 г. стали попытки разбить все составные части головного мозга на более мелкие функциональные единицы. Нек-рые ученые призывали проявлять здесь осторожность, напоминая энтузиастам о том, что ни одна из частей мозга в действительности не функционирует независимо от остальных. Высказывались тж опасения, что нек-рые люди стали слишком поспешно отождествлять анатомические маркеры и "локализацию симптомов" с локализацией отдельных "психол." функций. В настоящее время никто не оспаривает мысль, что ЦНС состоит из специализированных частей. Однако тж очевидно, что заключение о функциях этих различных частей может сделать только на основании данных об их поражениях и исходя из результатов анатомических и физиолог. исслед. Поскольку вывести такое заключение непросто, ученые, скорее всего, продолжат в течение ближайших лет дискутировать по поводу точных функций определенных частей головного мозга.
См. также Головной мозг, Повреждения головного мозга, Латерализация головного мозга, Центральная нервная система, Электроэнцефалография, Френология
С. Фингер

Мозговые волны (brain waves)

Нейронную активность, имеющую отчасти электрическую природу, можно записать с помощью электроэнцефалографа. Эту запись изменений электрической активности головного мозга во времени наз. электроэнцефалограммой (ЭЭГ), или, менее официально, М. в. Приоритет в разраб. метода электроэнцефалографии принадлежит немецкому психиатру Г. Бергеру (1873-1941).
М. в. здорового чел. весьма разнообразны. Их частота охватывает диапазон от 1 до 100 Гц. Амплитуда колебаний сложного сигнала обычно составляет около 50 мкВ, хотя амплитуда отдельных волн здорового мозга может доходить до 1 мВ. Паттерн М. в. чел. - это глобальная и довольно грубая мера функционирования головного мозга, однако до сих пор не прекращаются попытки связать - пусть не всегда убедительно - паттерны ЭЭГ с различными состояниями сознания, а тж с аномалиями головного мозга.
У людей запись М. в. производится с помощью отводящих электродов, накладываемых на определенные участки кожного покрова черепа. Разности потенциалов между электродами усиливаются и записываются на движущуюся бумажную ленту в виде функции времени. Эти разности потенциалов образуются от функционирования нейронов коры больших полушарий и почти всегда связаны с полем действия синаптических потенциалов. К последним относятся возбуждающие и тормозные постсинаптические потенциалы (ВПСП и ТПСП соответственно), генерируемые в ответ на высвобождение нейромедиатора пресинаптическим нейроном. Нейроны, ориентированные перпендикулярно поверхности коры, вероятно, играют главную роль в формировании паттернов М. в.
М. в. (или, как их еще наз., ритмы ЭЭГ) были сгруппированы по частотам и обозначены греческими буквами. К наиболее известным относятся: альфа-ритм (8-12 Гц), бета-ритм (от 13 Гц и выше), тета-ритм (4-7 Гц) и дельта-ритм (от 3 Гц и ниже).
Определенные ритмические М. в. обнаруживаются в разных областях головного мозга.
Мозговые волны и сон
Записи М. в. оказались полезными при исслед. сна. Во время сна паттерн волновой активности мозга довольно точно отражает состояние сознания чел. Состояние бодрствования обычно характеризуется высокой степенью бета-активности. По мере погружения чел. в сон М. в. начинают меняться в направлении увеличения амплитуды и понижения частоты, проходя в своем изменении через ряд стадий. Эти стадии постепенно переходят одна в др. и не являются четко выраженными. Стадия 0 - это непосредственно предшествующее сну бодрствующее состояние, к-рое характеризуется наличием альфа-ритма. Стадия 1 имеет сходные волновые паттерны, отличающиеся нек-рым уменьшением амплитуды колебаний и исчезновением альфа-ритма. Стадия 2 определяется по появлению "сонных веретен" - кратковременных (0,5-2 с) всплесков волновой активности частотой 13-16 Гц. Для этой стадии тж характерны "К-комплексы", или резкие колебания амплитуды сигнала. Стадия 3 - это переходная фаза, в к-рой наряду с веретенами и К-комплексами появляются более медленные волны, преобладающие на следующей стадии. Стадия 4 - последняя и самая глубокая - содержит преимущественно дельта-волны, частота к-рых варьирует в диапазоне от 0,5 до 3 Гц.
Еще одна форма М. в. появляется на стадии REM-сна (БДГ-сна). REM-паттерн имеет сходство с волновым паттерном стадии 1, хотя в данном случае чел. явно спит. Эта стадия связана с быстрыми движениями глаз (rapid eye movements, сокращенно - REM) частотой 1-2 движения в секунду, к-рые происходят в виде коротких всплесков. Она тж сопровождается полным расслаблением антигравитационных мышц, эрекцией пениса у мужчин и приростом спайковой активности нейронов моста, коленчатых тел и затылочной коры. По всей вероятности, REM-сон представляет собой периоды сновидений, поскольку о них сообщает большинство людей, когда их будят на этой стадии сна. В противоположность этому, только 20% людей, разбуженных во время др. стадий сна, сообщают о сновидениях.
Мозговые волны и клиническая диагностика
Несмотря на свои ограничения в качестве меры функционирования головного мозга, М. в. имеют определенную ценность для клинической диагностики отклонений в его работе. Нет таких форм или частот волновой активности мозга, к-рые являются однозначно аномальными, и потому М. в. интерпретируются с учетом полного контекста поведенческих актов и др. неврологических исслед. Анализ М. в. особенно полезен при диагностике и оценке таких заболеваний и состояний, как эпилепсия, опухоли мозга, церебральные инфекции, кома и прекращение деятельности головного мозга. Последовательные записи ЭЭГ используются при наблюдении за процессом восстановления мозговых функций после черепно-мозговых травм, инсультов или др. повреждений мозга.
Компьютеризация существенно повысила полезность записей М. в. Компьютер может отфильтровывать определенные частоты, анализировать длинные записи и усреднять их по разным параметрам. Одним из важных достижений в компьютеризации записей М. в. является регистрация и анализ вызванных потенциалов. Предъявление одиночного внешнего раздражителя импульсного характера (с крутыми передним и задним фронтами) не приводит к видимым изменениям ЭЭГ, поскольку электроды фиксируют суммарную активность огромной совокупности нейронов, тогда как нейрональный ответ на этот раздражитель может затрагивать лишь незначительную часть этой совокупности. Спонтанная активность всех остальных нейронов, чья электрическая активность влияет на формирование паттерна М. в., маскирует потенциалы действия интересующих нас нейронов. Но если такой раздражитель предъявлять многократно, то с помощью компьютера записи М. в. можно усреднить. Спонтанная и случайная активность в этих записях при их наложении друг на друга в конечном счете будет сведена к нулю, а значит - "стерта". Останется устойчивая реакция интересующей исследователей совокупности нейронов на многократное предъявление определенного раздражителя. Этот остаточный волновой паттерн и есть вызванный потенциал. Метод вызванных потенциалов широко используется в исследованиях слуховой и зрительной систем.
См. также Головной мозг, Центральная нервная система, Нейропсихология, Психофизиология
П. М. Уоллес

Молярные / молекулярные конструкты (molar / molecular constructs)

Теорет. конструкты представляют собой понятия или концептуальные фикции, придуманные для объяснения эмпирических наблюдений как проявлений или примеров лежащей в их основе теории. Т. о., они служат базовыми единицами или элементами теории, касающейся существа дела.
Разграничение конструктов на молярные и молекулярные впервые предложил Толмен, к-рый пытался более ясно показать молярный характер психологии. По его представлениям, поведение может иметь место только у целостного организма. Толмен характеризовал поведение как направленное к определенной цели и имеющее когнитивную составляющую, а главной задачей теорет. психологии считал идентификацию таких молярных феноменов, как цели организма и промежуточные цели и средства, необходимые для достижения его целей. Хотя Толмен первонач. ввел термины "молярный" и "молекулярный" конструкт для обозначения различий между функционированием всего организма как единого целого (молярный конструкт) и его частей как составляющих его единиц (молекулярный конструкт), впоследствии эти термины получили широкое применение и приобрели дополнительные значения.
Теорет. конструкт можно характеризовать как молекулярный до тех пор, пока он предполагает: а) взаимодействие небольшого числа переменных и б) короткий временной интервал; в) понятия из дисциплины более низкого уровня (или сводимые к понятиям такой дисциплины); г) ограниченную обобщаемость (распространимость); д) аналитически выведенный феномен; е) социально иррелевантные проблемы и ж) небольшую часть или фрагмент целого организма. Однако, теорет. конструкт характеризуется как молярный, если он предполагает: а) большое число взаимодействующих переменных; б) продолжительный интервал времени; в) понятия из дисциплины более высокого уровня (или из дисциплины, понятия к-рой сводимы к уровню данного конструкта); г) широкую обобщаемость (т. е. применим ко мн. контекстам и ситуациям); д) легко наблюдаемый феномен (т. е. прямое наблюдение в лаборатории, клинике или в природных условиях); е) социально релевантные проблемы и ж) целостный организм.
Несмотря на то что в литературе можно найти все эти значения данных терминов, наиболее часто они употребляются в своем первоначальном значении. Эта многомерность привела Литтмана и Розена к заключению, что от этих конструктов вообще следует отказаться. Однако более реалистичный подход заключается в том, чтобы сохранить разграничение молярный/молекулярный, но ограничить использование этих терминов только теми случаями, к-рые и имел в виду Толмен, т. е. для характеристики масштаба теорет. конструкта.
См. также Теоретическая психология
Дж. Р. Ройс

Монизм / дуализм (monism / dualism)

М./Д. - традиционная классиф. предлагаемых вариантов решения вопроса об отношении души и тела. Такие решения предполагают, что чел. либо составляет единую и в основе своей однообразную сущность (М.), либо состоит из двух качественно отличных и не зависимых друг от друга сущностей (Д.). Приверженцы этих двух вариантов решения тж различаются выбором эпистемологии. Монисты склонны считать эмпиризм основным и/или единственно приемлемым методом познания, в то время как дуалисты признают и эмпиризм, и рационализм одинаково приемлемыми и одинаково надежными - каждый в своей сфере.
Поскольку монисты склонны ставить знак равенства между знанием и эмпирией, все их определения пытаются - так или иначе - свести или приравнять разум (либо психич. функции) к деятельности мозга и НС. Т. о., тело и душа (разум) в самом деле превращаются в "единое". Разум определяется как форма существования материи (или как явление материалистического порядка). В области психологии эта позиция отдает центральное место в понимании и объяснении поведения нейронауке.
В отличие от монистов дуалисты, пытаясь понять и объяснить поведение, стремятся - тем или иным способом - связать активность нематериальной души и материального тела. На протяжении всей истории науки доминировали две формы Д. Первая представлена интеракционистскими теориями, среди к-рых классической считается система взглядов Декарта. Попытки совр. дуалистов заменить его интерпретацию собственным толкованием, основанным на достижениях нейронауки, нельзя назвать успешными.
Формой дуализма, сумевшей обойти трудности, возникающие при объяснении взаимодействия души и тела, является психофизический параллелизм. Душа (разум) и тело рассматриваются как действующие согласованно, так что события, отражающиеся на одной из этих сущностей, отражаются и на другой. Поэтому знание об одной из них снабжает нас информ. и о другой. Концепция изоморфизма психич. активности и мозговых функций, так же как и применение понятий топологии и теории поля в гештальт-психологии, представляют собой обновленную версию психофизического параллелизма в совр. научном мышлении.
Принципиальное значение дуалистических позиций для психологии заключается в том, что если душа признается сущностью, совершенно не зависимой от материального тела, законы, которым подчиняется материальный мир, перестают ограничивать концептуализацию ее активности. Появляется возможность признания и поиска уникальных законов, справедливых только для психич. активности.
Американская психология традиционно была крайне монистична еще с той поры, когда она находилась под сильным влиянием бихевиоризма Уотсона. М. превалирует в ней и сейчас. Однако рост популярности экзистенциализма, гуманизма и других "субъектно-ориентированных" филос. течений, и влияние этих течений на образ мыслей психологов, в особенности психотерапевтов, способствовали пробуждению интереса к проблемам, решение к-рых, как подсказывает логика, требует дуалистического подхода.
См. также Вопрос об отношении души и тела
М. Ройдер

Моральное развитие (moral development)

Исслед. М. р. посвящены, в основном, изучению процесса, благодаря к-рому индивидуум "интернализует" (усваивает) социально одобряемые нормы, правила и ограничения и начинает ориентироваться на них в своем поведении. Теория и эмпирические исслед. сосредоточены на 3 концептуально различимых аспектах этого процесса: моральном суждении (как человек рассуждает о моральных ситуациях), моральном поведении (как он себя ведет в таких ситуациях) и моральных чувствах (что он при этом испытывает).
Моральное суждение
Еще в начале XX в. такие психологи как Дж. М. Болдуин и У. Мак-Дугалл изучали процесс М. р. Однако самые совр. исслед. стимулированы конструктивными идеями и богатыми фактическими данными, содержащимися в публикациях Ж. Пиаже. В соответствии с теорет. представлениями Пиаже о когнитивном развитии, для описания М. р. требовалась, по меньшей мере, двухстадийная модель, согласно к-рой гетерономная мораль ограничения сменяется автономной моралью кооперации. Большинство исслед. сосредоточивалось на изучении оснований моральных суждений, в качестве к-рых могли выступать объективные последствия поведения либо субъективные намерения (интенции) его субъекта. В общем, эти исслед. подтверждают связанный с возрастом переход от объективного к более субъективному (интенциональному) пониманию ответственности.
Колберг нетривиальным образом надстроил и расширил структурную концепцию Пиаже, полагая, что прогрессивная интернализация норм и принципов может продолжаться в течение всего подросткового/юношеского возраста и захватывать взрослость. Постулируется иерархический характер М. р. каждая предыдущая стадия реорганизуется и интегрируется в следующую стадию, обеспечивая таким образом более широкую основу для морального выбора. Согласно Колбергу, 3 общих уровня М. р. - предконвенциальный, конвенциальный и постконвенциальный, каждый из к-рых подразделяется на две частные стадии, - образуют инвариантную последовательность. Хотя порядок прохождения конкретным чел. этих 6 стадий считается неизменным и универсальным, темпы продвижения и конечный уровень развития могут существенно варьировать у разных людей.
Предконвенциальная мораль обосновывается внешним образом. На стадии 1, характеризуемой ориентацией на наказание, моральный выбор продиктован властью авторитетных фигур и стремлением избежать наказуемых последствий. На стадии 2 суждения являются гедонистически ориентированными: действия, удовлетворяющие личные потребности субъекта, расцениваются им как морально оправданные. Тогда как Предконвенциальная мораль придает значение аверсивным (наказание) или позитивным (награда) эффектам прямых внешних последствий, конвенциальная мораль опосредуется интернализованными нормами и ценностями. На стадии 3 моральный выбор сопряжен с межличностным согласием: чел. придерживается тех норм и правил, к-рые были интернализованы для того, чтобы нравиться и получать одобрение от значимых других. На стадии 4 мораль определяется как "исполнение своего долга", и теперь интернализованные правила существующего социального порядка поддерживаются ради них самих.
Лица, достигшие в своем развитии постконвенциального уровня, пытаются рассудком понять абстрактные моральные принципы, на к-рых основаны более конкретные нормы, правила и законы. Предпринимаются индивидуальные попытки определить принципы, применимость и обоснованность к-рых не связывалась бы с авторитетом и соц. порядком. На стадии 5 действует законодательная или договорная ориентация: люди принимают в расчет релятивистский характер норм и законов, но хорошо осознают, что (общественный) договор необходим как гарантия защиты каждого чел., включ. их самих. На стадии 6 выбор чел. моральных принципов направляется личными убеждениями, а не соц. консенсусом. Такой чел. ведет себя в соответствии со свободно выбранным идеалом, не считаясь с реакциями других; нарушение этих принципов вызывает самоосуждение.
Исслед. действительно подтвердили возможность инвариантного порядка прохождения людьми уровней М. р.: предконвенциальная мораль выступает предпосылкой конвенциального рассуждения, а оба эти уровня развития составляют необходимое условие развития постконвенциальной морали. Однако высший уровень не обязательно обнаруживается во всех выборках подростков или взрослых. Критики особо подчеркнули ту роль, к-рую социоэкономические факторы могут играть в стимулировании постконвенциального рассуждения, особенно опыт жизни в условиях действия судебной системы правосудия. Т. о., даже если модель Колберга не дает универсального изображения Homo moralis, она вполне подходит для описания М. р. чел., живущего в такой стране как США, с конституционно обоснованной судебной системой.
Моральное поведение
Связь между моральным знанием и действием с трудом поддается теорет. осмыслению: люди могут поступать сходным образом по совершенно разным соображениям, а те из них, кто находится на одном уровне развития моральных суждений, могут совершать противоположные поступки. В 1920-е гг. Хартшорн и Мэй взялись за изучение еще более фундаментальной проблемы морального поведения. Они придумали множество оригинальных поведенческих показателей того, в какой степени испытуемые действительно противились искушению солгать, обмануть или сделать что-то тайком в эксперим. ситуациях. Корреляционный анализ практически не подтвердил существования честности как общей черты личности; его результаты укрепили позиции тех, кто считал моральное поведение зависящим от конкретной ситуации.
Знание того, что данный чел. находится на конвенциальном уровне М. р., может оказаться недостаточным для прогнозирования его поведения; удовлетворительное предсказание его поступков требует также знания конкретных норм, к-рым он следует в реальном поведении.
Моральное чувство
Психоан. теория морали, мотивированной чувством вины, была предложена З. Фрейдом. Если говорить кратко, то Фрейд полагал, что дети переживают эдиповы чувства. Считается, что тревога, испытываемая детьми по поводу ожидаемого наказания, имеет следствием подавление эдиповых чувств и враждебных актов. Более важно, однако, что страх родительского возмездия вызывает интроекцию родительских правил и запретов: формируется сверх-Я, или совесть. Утверждается, что в последующих нравственных ситуациях дети испытывают угрызения совести или чувство вины, когда поддаются искушению нарушить эти интернализованные нормы и правила. Проведенный М. Хоффманом аналитический обзор исслед. показывает, что более интернализованная мораль, вероятно, развивается в тех случаях, когда дисциплинарные меры (особенно лишение любви) сочетаются с родительскими объяснениями вреда, причиняемого поведением ребенка др. людям, т. е. в случаях применения родителями индуктивных, учитывающих позицию другого, приемов воспитания. Такие индуктивные приемы могут содействовать М. р. через усиление склонности ребенка эмпатически переживать эмоциональное состояние другого.
См. также Альтруизм, Конформная личность, Преступность, Девиантность
М. Д. Берзонски

Моральный дух в организациях (morale in organizations)

В исслед. М.д.о. главное внимание обычно уделяется двум основным параметрам: мотивации труда и удовлетворенности работой. В результате исслед. мотивации труда было создано несколько теорий, повлиявших на управление орг-циями. В исслед. удовлетворенности работой часто проводится проверка валидности таких теорий.
Основные теории мотивации труда
По мнению Грея и Штарке теории мотивации труда можно разделить на две широкие категории: универсалистские и ситуационные теории. Универсалистские теории претендуют на применимость в широком диапазоне различных рабочих сред, тогда как ситуационные теории ставят в центр индивидуальные различия, влияющие на уровень мотивации.
Универсалистские теории. Из всех теорий мотивации, вероятно, чаще всего упоминается теория иерархии потребностей А. Маслоу, к-рый предполагал, что челов. поведение есть результат попыток людей удовлетворить свои неудовлетворенные на данный момент потребности. Эти потребности расположены в иерархическом порядке таким образом, что удовлетворение потребности предшествующего (приоритетного) уровня ведет к возникновению потребности на следующем по значимости уровне, к-рая теперь будет требовать удовлетворения, и т. д.
Другая часто упоминаемая теория - это двухфакторная теория Герцберга, утверждавшего, что удовлетворенность или неудовлетворенность работой яв-ся концептуально различными переменными, поскольку они обусловлены различными факторами, связанными с работой. Переменные, которые вызывают удовлетворенность работой, были названы мотивирующими факторами, а переменные, вызывающие неудовлетворенность, получили название гигиенических факторов. Герцберг заключает, что удовлетворенность работой может повышаться без одновременного снижения неудовлетворенности, и наоборот.
Третья влиятельная теория - это теория мотивации достижения, разработанная Мак-Клелландом. Проанализировав составленный Мюрреем перечень челов. потребностей, Мак-Клелланд и его коллеги отобрали три потребности, к-рые они сочли наиболее значимыми: а) власть (удовлетворение приносит контроль над другими людьми); б) аффилиация (удовлетворение приносят социальная деятельность и межличностные отношения); в) достижение (удовлетворение приносит достижение своих целей).
Ситуационные теории. Наиболее известной ситуационной теорией яв-ся стимульно-реактивная теория Б. Ф. Скиннера, к-рую также называют теорией оперантного обусловливания. Согласно этой точке зрения челов. поведение мотивируется не внутренними потребностями индивидуума, а внешней средой и тем способом, каким она раздает награды и наказания. Для обусловливания (или формирования) поведения индивидуума необходимо обращать внимание на а) последствия его поведения и б) режимы подкрепления, влияющие на поведение.
Теория справедливости в том виде, в каком она первоначально была изложена Дж. С. Адамсом, предполагает, что люди мотивированы желанием, чтобы на работе с ними обращались справедливо. В сущности, трудовая мотивация понимается как вывод чел., к-рый он делает на основе сравнения своего отношения "затраты-выпуск" с аналогичным отношением у сопоставимого другого. Если между этими двумя отношениями обнаруживается расхождение (т. е. имеет место несправедливость), оно мотивирует чел. к действиям, направленным на достижение справедливости.
Последняя важная ситуационная теория - это теория ожидания В. Врума, согласно к-рой мотивация выполнения к.-л. действия является функцией а) исходов (результатов, последствий), воспринимаемых чел. как желательные и б) уверенности чел. в возможности достижения этих исходов.
Удовлетворенность работой и моральный дух
Грей и Штарке отмечают, что теории мотивации имеют практ. следствия для управления орг-цией, позволяя добиться максимальной удовлетворенности работой и повысить М. д. о. Эти авторы приводят 4 связанные с работой сферы, влияющие на М. д. о.
Проектирование работ. Для усиления мотивации сотрудников часто предлагается такая мера как обогащение работы, к-рое определяется как изменение содержания работы с целью более полного и интенсивного использования способностей каждого сотрудника.
Организационные поощрения и наказания. Эта сфера, породившая массу споров, возникла в результате исслед. по оперантному обусловливанию. Решение вопроса о том, когда и как следует вознаграждать и наказывать, яв-ся, по-видимому, практ. задачей, решать к-рую приходится менеджерам орг-ций.
Оплата труда. Хотя считается, что заработная плата значимо определяет удовлетворенность работой, очевидно, что большинство работников рассматривают оплату труда как относительную величину, и поэтому она не особенно полезна в качестве основного мотивирующего фактора. Важную роль играют др. параметры, связанные с оплатой труда, в т. ч. надежность работы, руководство, условия труда, дополнительные льготы и статус.
Организационный климат. Организационный климат является как следствием, так и детерминантой мотивации. Климат обычно определяется в терминах специфического набора ценностей, которые поддерживает данная орг-ция и к-рые могут либо облегчать, либо затруднять деятельность конкретного работника.
См. также Организационный климат
А. Барон-мл.

Морита-терапия (morita therapy)

М.-т. - это японская модель психотер., предложенная в начале XX в. психиатром из Токио Шома Морита. Теория метода, осн. на буддизме, признает неизбежность тревоги, страха и др. видов дискомфорта в челов. существовании. Поэтому терапия имеет целью не достижение жизни, свободной от симптомов, а реалистическое принятие актуального страдания. Клиент в М.-т. учится отвечать на требования реальности просто потому, что реальность требует такой реакции, а не потому, что это поведение приведет к излечению в смысле улучшения самочувствия. Целью является слияние "Я" ("self") с требованиями окружающей действительности.
Моритисты проводят четкую границу между чувствами и паттернами поведения. Они полагают, что эмоции недоступны непосредственному волевому контролю. Ими нельзя управлять с помощью желаний, мыслей или физ. усилий, их следует принимать такими, какие они есть, не борясь с ними. Хотя они могут восприниматься как приятные или неприятные, сами по себе они не являются ни хорошими, ни плохими и с ними не связана какая-то моральная ответственность.
Поведение же, напротив, подвластно волевому контролю. Поступки являются правильными или неправильными с т. зр. морального чувства клиента. Действия всегда сопряжены с моральной ответственностью. Далее, поведение обладает свойством непрямого воздействия на мысли и чувства. Ничем, однако, нельзя добиться полного детерминистского контроля над эмоциональными состояниями.
Лечение начинается с соблюдения постельного режима в клинике, в изолированной комнате (ок. одной недели). За это время пациент должен разобраться в своих изменчивых мыслях и чувствах. Не допускаются никакие отвлечения кроме еды и физиолог. отправлений. Последующие периоды возрастающей по трудности работы, групповые занятия и ведение дневника подготавливают пациента к выписке примерно через 2 месяца после поступления.
Амбулаторное проведение метода в Японии и США обычно включает директивное консультирование, ведение дневника, чтение и индивидуализированную подготовку в ходе еженедельных сеансов. Судя по результатам, принципам такого образа жизни можно научиться за неск. месяцев с достижением немедленного краткосрочного эффекта, однако полная их реализация в повседневной жизни требует более длительного времени.
См. также Психотерапия, Дзэн-буддизм
Д. К. Рейнолдс

Морфология искусства (artistic morphology)

М. и. относится к научному изучению формы и структуры в иск-ве. В визуальных иск-вах акцент делается на форме. Уже с конца прошлого столетия психологи приступили к соотв. исслед. в области восприятия. Франц Боас в своем труде "Примитивное искусство" (Primitive art) цитирует высказывание Вильгельма Вундта, что "в области психол. изучения иск-во занимает место между языком и мифом".
Можно рассматривать зрительно воспринимаемую форму как образующуюся в процессе взаимодействия четырех факторов. Первым является структура образов объектов, проецируемых на сетчатку глаза. Такие формы, в определенном смысле, репрезентируют аспекты остановленных процессов (arrested processes). Они обладают определенным динамизмом, вытекающим из заложенных в них сил.
Второй фактор состоит из формирующих сил самого зрительного аппарата. Образы восприятия (перцепты) упорядочиваются при помощи структур этого аппарата. Гештальт-психолог Макс Вертгеймер сформулировал "принципы группировки" ("principles of articulation"), к-рые Рудольф Арнхейм в своей книге "Искусство и визуальное восприятие" (Art and visual perception) свел к единственному "принципу подобия" ("principle of similarity"), являющему собой пример гипотетического общего закона, согласно к-рому силы единого психол. или физиолог. поля стремятся к простейшему симметричному распределению.
Третьим фактором является мотивация организма к наблюдению, селекции и пониманию. Она изначально связана с биолог. выживанием. Форма и содержание в изобразительном иск-ве связаны с тем, что художники и те, кто их поддерживают, считают для себя значимым. Начиная с изображений бизонов в пещерах эпохи палеолита и кончая "необъективными" ритмами Пита Мондриана, художники выражали свои личные интересы и интересы своего непосредственного окружения. Существовавшие ранее представления о более низком уровне умений "примитивных" художников рассеялись с осознанием того, что функция таких художественных произведений отличается от функции "предметно-изобразительного" творчества.
Последний фактор относится к выражению аттитюдов, темперамента и внутренних конфликтов художника. Художественный критик Герберт Рид в своей работе "Воспитание искусством" (Education through art) отмечал существование глубокого духовного родства между художником и выбираемой им формой.
Клиницисты пытаются интерпретировать такие произведения с позиций двух осн. подходов: первый опирается на использование метода фрейдовского психоан. Эрнст Крис своим трудом "Психоаналитические разыскания в области искусства" (Psychoanalytic explorations in art) внес значительный вклад в рамках этого направления. Второй подход, известный под названием "изоморфный символизм", исходит из допущения, что структурные качества визуальной формы связаны со аналогичными характеристиками челов. поведения; было обнаружено, в частности, что дети, предпочитающие "теплые" цвета, обладают более "соц." темпераментом.
Форма и структура в иск-ве, следовательно, не являются статичными элементами, они порождаются динамическим взаимодействием процессов, происходящих в самом художнике и объектах его восприятия.
См. также Гештальт-психология, Психология искусства
Р. Дж. Хирн

Мотивация (motivation)

Попросту говоря, М. отвечает на вопрос "почему" в отношении поведения. Она указывает на внутренние состояния организма, к-рые стоят за побуждением, настойчивостью, энергией и направлением поведения. Обычно М. включает целенаправленность и активизацию поведения, поэтому проводят разграничение между М. как диспозицией, или тенденцией, и М. как активацией, или возбуждением. Организм может при определенных обстоятельствах испытывать тревогу, страх или голод как мотивационную тенденцию, но М. как активное состояние появляется только в тот момент времени или в той ситуации, когда данный организм действительно возбужден, т. е. мотивирован. Поскольку психологи заняты поиском законов, распростр. не только на поведение людей, но и на поведение низших животных, литература в области М. охватывает темы, к-рые касаются характеристик, универсальных для всех форм животной жизни (напр., голод), наряду с темами, к-рые ограничиваются исключительно челов. характеристиками (напр., стремление к достижению и совершенству). О М. говорят как об организменной переменной в том смысле, что она является состоянием индивидуума, а не внешней среды.
О М. тж говорят как о направляющей и руководящей инстанции в том смысле, что она ведет к целенаправленному поведению. Это подчеркивает специфичность М.: испытывающие жажду животные ищут воду, переживающий профессиональный стресс чел. пытается спастись от этой неприятной ситуации. Цели всегда определялись двумя способами. Один способ описывает цели как объективные события или осязаемые, материальные изменения среды в рез-те поведения.
Второй смысл, в к-ром используется термин "цель", подразумевает под нею скорее внутреннюю абстракцию, чем объективное внешнее событие. Напр., цель поиска менее напряженной работы является нек-рой идеей, представлением чел. о будущих событиях, когда он мотивирован освободиться от неприятной стрессовой рабочей ситуации. Цели направляют или управляют, так как, продвигаясь к ним, чел. совершает одни действия, а не др., и цели функционируют в любой данный момент времени, так как это внутренние "здесь-и-сейчас" репрезентации будущего, а не объективные, реальные, будущие события.
М. может тж идентифицироваться по специфическим предшествующим событиям, а не только по рез-там деятельности или исходам поведения (реальным или существующим в виде когнитивных репрезентаций). Предшествующие события приводят к различным видам мотивационных состояний и очень часто поведение индивидуума различается соответственно тому, какие специфические предыдущие события имели место.
Сила
М. различается не только по виду, но тж и по силе. Мы можем говорить о существовании большей или меньшей жажды, большего или меньшего страха. В целом признается, что М. возбуждает или снабжает энергией, однако существующие теории различаются трактовкой того, как М. активизирует поведение.
Различные источники М., благодаря эффекту суммации, могут оказывать совокупное влияние на поведение. Усиление мотивационного возбуждения может происходить в рез-те увеличения силы какого-то одного вида М. или суммации различных источников М. Во мн. случаях эффект активации организма вследствие возросшей мотивационной силы можно наблюдать скорее по изменению физиолог. показателей, нежели по внешним поведенческим реакциям.
Для идентификации такого измерения М., как ее сила, обычно используют меры волновой активности мозга, электрической проводимости кожи, сердечного ритма и напряжения мышц. В состояниях сонливости и низкого возбуждения на ЭЭГ обычно появляются медленные и большие волны с регулярным рисунком, тогда как в состоянии возбужденного бодрствования паттерн мозговой активности представлен быстрыми, низкоамплитудными, нерегулярными волнами. В рез-те усилившегося возбуждения индивидуумы тж имеют тенденцию демонстрировать увеличение мышечного потенциала, регистрируемое на ЭМГ, и снижение кожного сопротивления.
В целом, исслед. показали, что организмы оказываются тем более активными, чем более они мотивированы. Ответная реакция, проявляющаяся в простых формах поведения, подобных бегу или нажиманию на педаль, усиливается непосредственно вслед за усилением М., особенно у наивных подопытных животных. У животных и людей усиление М. в общем и целом влечет за собой увеличение усилий, настойчивости и чувствительности.
Др. доказательством активирующего аспекта М. служит то, что при повышении М. наблюдается повышенная генерализации раздражителя, проявляющаяся в расширении спектра стимулов, на к-рые реагирует организм.
Для физиолог. объяснения многочисленных, но не систематизированных активирующих эффектов повышенной М. принято ссылаться на ретикулярную активирующую систему. В своих ранних работах Моруцци и Мэгун, а позднее и Линдсли, описали систему, включающую в себя ретикулярную формацию, таламус и кору головного мозга, к-рая вроде бы объясняла, как организмы могут проявлять как специфическое, так и неспецифическое возбуждение. Однако мн. исследователи оспаривают - на уровне физиол. и на уровне поведенческих наук - возможность существования единой системы возбуждения.
Различия между физиологическими и психологическими потребностями
Хотя на первый взгляд может показаться, что психол. потребности как тип М. тесно связаны или идентичны физиолог. потребностям, различия между ними нередко оказываются разительными. Физиолог. потребности обычно связаны с выживанием или здоровьем индивида, поэтому их часто называют "органическими" нуждами. Исслед. разнообразных млекопитающих, особенно низших обезьян, показали, что психол. и физиолог. потребности существенно различаются. Напр., имеются эксперим. доказательства того, что для оптимального развития и облегчения научения новым формам поведения молодым лабораторным крысам необходима активность и внешняя стимуляция, к-рая не отражает "органических потребностей".
То, что людям для оптимального развития и результативной повседневной жизни требуются эмоциональные, интеллектуальные и соц. виды удовлетворения, иллюстрирует общие, или присущие чел. как биолог. виду, психол. потребности. Иногда мотивы, наз. исследователями "потребностями", такие как "потребность в достижении", м. б. доступными объективному измерению и функционировать предсказуемым образом, но не оказываться действенными для людей в целом. Такой мотив может быть очень сильным и обладать качеством "потребности" для конкретного чел., но не представлять собой базовой психол. потребности, свойственной всем людям; к тому же он отличается от физиолог. потребностей, к-рые связаны с выживанием или физ. здоровьем индивида.
Так же как психол. потребности могут не зависеть от физиолог., так и физиолог. потребности, или нужды организма могут не иметь никаких связей с психол. потребностями. Мн. токсические эффекты, к-рые создают физиолог. потребности, не имеют связи с психол. потребностями. Др. примером, в к-ром различаются физиолог. и психол. состояния, является голод. По мере того как проблемы ожирения и нервной анорексии становятся все более злободневными в совр. об-ве, это различие приобретает возрастающую отчетливость в мед. науке и общественном сознании. В целом - и это представляется особенно очевидным в отношении людей - физиологические потребности не являются ни необходимыми, ни достаточными в качестве основы для М., хотя и могут быть ее мощными источниками.
Различия между поведением и мотивацией
Нельзя делать вывод о существовании М. лишь на основании наличия определенных видов поведения. Поведение м. б. обусловлено множеством факторов. Поскольку М. является промежуточной переменной, гипотетическим внутренним состоянием индивида, чтобы ответить на вопрос о связи такой переменной с поведением, необходимы тщательные исслед. и наблюдения.
При изучении животной агрессии специалистами по поведению животных (иногда наз. этологами) часто высказывалось предположение о том, что животные обладают врожденным драйвом (побуждением), или М., к агрессии. В поддержку этой т. зр. приводятся данные о том, что когда животные лишены возможности проявлять агрессивное поведение, они с большей вероятностью ведут себя агрессивно впоследствии, и что выросшие в изоляции животные демонстрируют специфическое для данного вида агрессивное поведение, даже если они никогда не контактировали с др. животными этого вида. Однако доказательства необусловленности агрессии врожденным драйвом появляются из мн. источников. Напр., лабораторные исслед. показали, что изоляция крысы от своих сородичей усиливает ее эмоциональное возбуждение и с большей вероятностью делает ее убийцей.
Агрессия часто описывается как реакция на фрустрацию или боль. Из мн. исслед. становится очевидным, что ранний жизненный опыт и научение формируют тот способ, каким животные реагируют на стрессовые события.
Страх и тревога
Страх и тревога являются приобретенными М. Нек-рые исследователи указывали на случаи врожденных страхов у животных и младенцев, однако в целом челов. страх и тревога приобретаются в рез-те жизненного опыта. В исслед. изучается то, как приобретаются эти М., какие виды ситуаций их вызывают и как эти М. влияют на поведение. Научение играет двойную роль, поскольку приобретается и сам страх, и вызываемое такой М. поведение. Существует широкое разнообразие форм поведения животных и чел., к-рые появляются в ответ на раздражители, вызывающие боль или страх, напр., нападение, "оцепенение", припадание к земле, беганье и бегство, причем нек-рые из них являются видоспецифичными. Раздражители, ассоциирующиеся с болью, со временем начинают вызывать страх. Страх возникает в рез-те антиципации ситуации, связанной с болью. Страх и тревога, несмотря на имеющееся между ними родство, различаются уровнем специфичности. Страх возникает в ответ на специфическое событие, тогда как тревога является более генерализованной и неспецифической реакцией. Поскольку у людей связанные с болью ситуации часто являются символическими, а не просто физ., мн. исслед. в данной области посвящены изучению концептуальных процессов, таких как "боязнь неудачи" и "боязнь успеха".
Если болезненную стимуляцию можно прекратить (спасение) или предотвратить (избегание), животное или чел. могут научиться новому поведению, к-рое приводит к такому спасению или избеганию. Поведение, приобретаемое через научение избеганию, обычно выучивается медленнее, но сохраняется гораздо дольше, чем поведение, приобретаемое через научение спасению. Долгое время считалось, что челов. тревога поддерживает избегающее поведение.
На то, что тревога имеет гораздо больше отрицательных, чем положительных последствий, много лет назад указывал еще З. Фрейд, постулировавший, что первопричина челов. невроза кроется в тревоге. Данные клинических, полевых и лабораторных исслед. свидетельствуют, что защитные М., подобные страху и тревоге, могут вызывать поведение, к-рое препятствует эффективному выполнению задач и творческому решению проблем. Хотя и было обнаружено, что тревога облегчает выработку у чел. простейших условных рефлексов, наподобие мигательного, обычно она не облегчает научение сложному поведению. Тревога и страх активизируют поведение в качестве М., и в нек-рых ситуациях или при выполнении нек-рых задач могут приводить к целесообразному поведению. То, каким образом тревога и страх влияют на поведение, обычно зависит от конкретной сложившейся ситуации и от конкретного чел., поскольку в М. важна не только сила, но и направленность.
Тревога измерялась и как черта, и как состояние, и обычно эти показатели обнаруживают сильную положительную корреляцию. Однако в нек-рых ситуация люди с сильно выраженной тенденцией к тревоге (высокая тревожность как черта) могут испытывать низкую тревогу (как состояние), и точно так же при нек-рых обстоятельствах люди с низкой тревожностью могут находиться в состоянии высокой тревоги. Тревога и страх не только влияют на поведение, но и могут также вытекать из действий чел., поэтому между М. и поведением существует не односторонняя, а двусторонняя связь.
Хотя может показаться, что тревога и страх возникают только в ответ на аверсивные внешние события, люди способны сами генерировать эти М. Согласно теории Адлера и клиническим наблюдениям, эмоции обслуживают определенную цель и порождаются с определенной целью. Эмоции, обычно нарушающие челов. деятельность или адаптивное поведение, могут тж использоваться в качестве средства контроля над поведением.
Ожидание, контроль и мотивация сближения
Познания и убеждения людей играют доминирующую роль в М. Убеждения сказываются на ценностях, ожидании будущих рез-тов и апперцепции окружающих событий. Челов. М. всегда изучалась с учетом таких когнитивных процессов. Напр., литература no M. достижения показывает, что лица с высокой "потребностью в достижении" научаются стремлению достигать совершенства в выполнении уже в раннем возрасте. Уверенность в своих силах является ключевым аспектом их мотивационной тенденции.
Мн. теоретики утверждают, что люди функционируют эффективно, когда они верят в возможность достижения положительных рез-тов и когда они считают, что обладают контролем над характером тех событий, к-рые с ними происходят. Одна из первых теорий, подчеркивавших важность воспитания у детей уверенности в себе и бесстрашия (готовности браться за новые вещи и прилагать усилия даже тогда, когда успех не гарантирован), была предложена А. Адлером. Литература по "локусу контроля подкрепления" свидетельствует, что люди, к-рые считают себя лишенными возможности контролировать происходящие с ними события, оказываются более тревожными и реже выбирают линии поведения, приводящие к положительным исходам. Дети, воспитываемые не столько с помощью похвалы и вознаграждения, сколько в духе поощрения инициативы и опоры на собственные силы, с большей вероятностью сохраняют социально конструктивное поведение. Лабораторные исслед. детей и взрослых показали, что внутренняя (интринсивная) М. и самоуправление подкрепляют поведение более эффективно, чем внешняя (экстринсивная) М. и регулируемые извне вознаграждения.
Взаимосвязь соц. М., ожидания, усилий и рез-тов деятельности была обнаружена в отношении широкого разнообразия условий и решаемых задач. В частности, установлено, что дети с выраженной потребностью в достижении предпочитают ставить перед собой реалистичные и умеренно высокие цели и что постановка умеренно высоких целей приводит к более высоким рез-там деятельности как у детей, так и у взрослых. В отличие от них, дети с выраженной боязнью неудачи, как правило, выбирают нереалистичные цели: либо слишком высокие, либо слишком низкие. Т. о., соц. М. и М. задачи (task motivation) видоизменяют ожидания индивидуумов, а ожидания, как выяснилось, формируют поведение и в то же время являются одним из его рез-тов.
В исслед. выученной беспомощности было обнаружено, что животные тж могут изменять свое поведение в зависимости от имеющихся у них возможностей контролировать ситуацию. Т. о., контроль как над отрицательными, так и над положительными исходами оказывает серьезное влияние на поведение и М. не только людей, но и животных. Однако именно у людей саморегуляция и символические процессы приобретают главное значение в определении М. и ее воздействия на поведение. Кроме того, альтруизм, любовь и мн. др. положительные пути сближения людей друг с другом предоставляют широкий простор и направление для челов. М. и деятельности.
См. также Приобретенные побуждения, Вознаграждения, Самодетерминация
Е. Д. Фергюсон

Мощность статистических критериев (power of tests)

Проверка гипотезы предполагает сопоставление двух конкурирующих гипотез. Нулевая гипотеза указывает на невозможность редких, необычных событий. Альтернативная гипотеза, напротив, утверждает, что такие события возможны. Напр., нулевая гипотеза могла бы гласить, что две группы имеют одинаковое среднее или что корреляция между двумя переменными равна нулю. Альтернативная гипотеза может быть направленной или ненаправленной. Направленная гипотеза указывает направление эффекта: в группе 1 среднее выше, чем в группе 2, или корреляция между двумя переменными больше нуля. Ненаправленная гипотеза указывает только на существование эффекта, не определяя его направления: две группы имеют разные средние или корреляция между двумя переменными отлична от нуля. Статистики начинают с предположения, что нулевая гипотеза верна, и отвергают ее только в том случае, если наблюдаемые результаты весьма маловероятны при этом предположении. Основываясь на некоторых допущениях в отношении проводимого исслед., напр., предполагая случайный характер выборки и нормально распределенную зависимую переменную, исследовать может вычислить вероятность отвергнуть нулевую гипотезу в тех случаях, когда она верна (?) и когда верна альтернативная гипотеза (мощность критерия). Поскольку исследователь хочет прийти к правильному выводу, надежные исследования планируются таким образом, чтобы обеспечить низкий уровень а и большую мощность. При низком уровне а крайне мало шансов отвергнуть правильную нулевую гипотезу, а при большой мощности критерия больше шансов принять правильную альтернативную гипотезу.
Обычно исследователи выбирают уровень ? = 0,05. В этом случае они отвергают нулевую гипотезу только если выборочные результаты попадают в 5%-ную краевую область распределения возможных исходов, построенного при условии справедливости нулевой гипотезы. Когда нулевая гипотеза отвергается, исследователь делает вывод о значимости полученных результатов и указывает вероятность их значимости, т. е. уровень а, связанный с данным исходом. Напр., он может сделать вывод, что полученная корреляция значима на уровне р < 0,05, подразумевая, что нулевая гипотеза об отсутствии корреляции могла быть отвергнута с вероятностью ошибки (?) меньше 0,05. Расположенный ближе к краям распределения результат имеет еще меньшую вероятность значимости: р < 0,01 или р < 0,001.
Так как традиционный подход предусматривает выбор низкого уровня а, исследователи должны проявлять осторожность, чтобы поддерживать разумно высокую мощность используемых критериев. Оценки мощности критериев можно получить еще до сбора данных, и исслед. с недостаточной мощностью можно перепланировать, чтобы ее увеличить. Есть четыре основных стратегии повышения мощности: выбор более высокого уровня а, формулирование направленных гипотез, увеличение объема выборки и усиление эффекта.
С повышением уровня а возрастает мощность. Чем выше а, тем больше вероятность отвергнуть нулевую гипотезу и, следовательно, прийти к заключению о том, что верна правильная альтернативная гипотеза. Однако вместе с повышением уровня а возрастает риск отвергнуть верную нулевую гипотезу - ошибка, к-рой следует избегать. Уровни а выше 0,05 традиционно считаются неприемлемыми, но они все же могут использоваться в ситуациях, когда мощность критерия крайне важна, а ошибочное отклонение нулевой гипотезы обходится не слишком дорого.
Второй способ повысить мощность - формулирование направленных гипотез. Это дает исследователю возможность сосредоточиться на ?-риске только тех исходов, которые согласуются с направленной гипотезой. Напр., критерий для оценки коэффициента корреляции при использовании ненаправленной гипотезы и ? = 0,05 мог отвергнуть нулевую гипотезу для полученных корреляций, лежащих ниже -0,60 или выше +0,60. Следовательно, ожидается, что исходы (т. е. наблюдаемые корреляции), попадающие в интервал от -0,60 до +0,60, наступают в 95% случаев проведения такого исслед., тогда как исходы, лежащие за пределами этого интервала, наступают только в 5% случаев, - при условии истинности нулевой гипотезы. Однако если исследователь уточнит гипотезу, преобразуя ее в направленную и предполагая положительную корреляцию, используемый критерий мог бы теперь отвергнуть нулевую гипотезу для всех корреляций, лежащих выше +0,55, так как в этом случае 5% ожидаемых корреляций при данной нулевой гипотезе превышают эту величину. Если наблюдаемая корреляция оказалась равной 0,58, исследователь не мог бы отвергнуть нулевую гипотезу в пользу ненаправленной альтернативной гипотезы, но смог бы сделать это в пользу направленной гипотезы. Концентрируя ?-риск на одном конце множества возможных исходов, исследователь получает более мощный критерий. К сожалению, если направленная гипотеза задает ложное направление эффекта, исследователь не получит значимых результатов и впадет в заблуждение. Так, получив корреляцию -0,63, исследователь из предыдущего примера мог бы отвергнуть нулевую гипотезу в случае применения ненаправленного критерия, но не смог бы этого сделать при направленной проверке, нацеленной исключительно на оценку положительной связи. Поэтому исследователи формулируют направленные гипотезы только тогда, когда противоположный результат невозможно помыслить, опираясь на предшествующие исслед., теорию или логику. Напр., если все проведенные до этого исслед. обнаружили положительную связь между двумя переменными, исследователь будет чувствовать себя уверенно, проводя направленную проверку гипотезы.
Третий способ повысить мощность - увеличить объем выборки. Статистики, основанные на выборках большего объема, более устойчивы и, следовательно, обеспечивают более точную оценку характеристик генеральной совокупности. Эта прибавка в точности повышает вероятность того, что будет подтверждена правильная альтернативная гипотеза. Фактически, проводимые на очень больших выборках исслед. могут обладать излишней мощностью в плане проверки гипотез, потому что такие исслед. позволяют отвергнуть нулевую гипотезу при получении незначительных, хотя и статистически значимых результатов. Например, полученная на большой выборке корреляция 0,20 может значимо отличаться от нуля, но такая связь, по-видимому, слишком слаба, чтобы представлять практ. интерес.
Величина эффекта - это сила изучаемой связи. Исслед., для к-рого выбраны переменные с большей величиной эффекта, обладает большей мощностью. Напр., для доказательства того, что разные виды птиц несут яйца разного размера, следовало бы сравнить страусов и колибри, а не кур и уток, поскольку в первом случае величина эффекта будет гораздо больше, чем во втором. Исслед., в к-рых изучаются переменные с большой величиной эффекта, дают больше шансов отвергнуть нулевую гипотезу, чем исслед., рассчитанные на обнаружение более тонких эффектов. Исследователи могут отобрать переменные с сильными связями и выбрать способы измерения или контроля переменных, максимизирующие величину эффекта, с тем чтобы повысить мощность критериев проверки гипотез.
Исследователи стремятся работать с низкими уровнями а и мощными статистическими критериями, чтобы повысить шансы получения верных выводов. Они обычно поддерживают а на уровне не выше 0,05 и используют разные стратегии увеличения мощности. Хорошо спланированное исслед. может отличаться относительно небольшой величиной а, направленной гипотезой, большим объемом выборки или значительной величиной эффекта. Исследователь учитывает все эти варианты выбора при планировании исслед., к-рое, по всей вероятности, пополнит достоверной информ. базу психол. знаний.
См. также Ошибки I и II рода, Проверка нулевой гипотезы, Тесты для отбора кандидатов
М. Эллин

Мужской протест (masculine protest)

Понятие М. п. было введено А. Адлером в 1910 г. и использовано З. Фрейдом в работе от 1911 г. о случае Шребера. Несомненно, Фрейд, как и Адлер, замечал часто встречающийся, вполне осознаваемый или, по меньшей мере, прямо наблюдаемый феномен (неоднократно подтвержденный позднее), проявляющийся в том, что мн. женщины предпочитают быть мужчинами, в то время как мужчины хотят быть "настоящими мужчинами".
В конечном счете Адлер включил это желание быть "настоящим мужчиной" в более широкий контекст и круг понятий, таких как стремление к власти или совершенству, превосходству и, наконец, к победе. Фрейд, напротив, объяснял М. п. как функцию комплекса кастрации и зависти к пенису.
См. также Адлерианская психология, Личность, Транссексуализм
Г. Л. Ансбахер

Музыкотерапия (music therapy)

Музыка использовалась с доисторических времен для того, чтобы вызывать экстаз и энтузиазм, возбуждать агрессию перед битвой, облегчать или выражать чувства, налаживать связь, совершать исцеление и т. д.
Исслед. показывают, что некоторые эмоции - радость, грусть, любовь, страстное желание и спокойствие - часто могут быть вызваны с помощью музыки, что не относится к таким эмоциям как гнев, страх, ревность и зависть. Изучению подверглось также влияние на эмоциональное состояние и поведение мажорных и минорных аккордов, темпа, высоты звука, ритма, гармонии и мелодии. Быстрый темп представляется наиболее мощным элементом, вызывающим состояние возбуждения. Выразительность музыки в большей степени связана с мелодиями, чем с ритмом и темпом. Тональные и ритмические рисунки оказывают влияние на координацию, равновесие, телесный ритм и вызывают креативные или эстетические реакции, а также модулируют различные оттенки настроения. Установлено также, что музыка расширяет объем внимания, снижает стресс, способствует самовыражению, стимулирует ассоц. и образы воображения и способствует процессу запоминания.
При проведении М. пациенты могут слушать или исполнять музыку. Музыка также используется в комбинации с элементами танца. Положительный эффект М. достигается даже у больных с серьезными нарушениями психики.
Используемая в больницах, кабинетах психологов, консультантов, врачей и стоматологов, музыка успокаивает, снижает уровень тревоги и способствует формированию состояния пациентов, благоприятного для проведения терапии. Психодинамически ориентированные психотерапевты используют музыку для облегчения глубинного исслед. личности. Однако наиболее часто М. используется при лечении детей - с задержкой умственного развития или с физ. дефектами. Широкий спектр программ разработан для использования М. с контингентами больных разного возраста и способностей.
Д. Мотет

Мультикультурное консультирование (multicultural counseling)

Маловероятно, чтобы стратегии консультирования, не принимающие в расчет культурные условия, были точными или надлежащими. Культура в этом контексте определяется как "социальные стимулы, являющиеся продуктами поведения других людей".
Мультикультурализм (Multiculturalism) придает значение как тем аспектам, в к-рых группы отличаются одна от другой, так и тем аспектам, в к-рых они в то же время схожи друг с другом. Чрезмерный акцент на сходстве имел следствием ошибочную концепцию "плавильного тигля", не придающую различиям никакого значения. Чрезмерное подчеркивание различий имело результатом изоляцию групп друг от друга. М. к. - это общая (родовая) теория, основанная на признании "как культуроспецифичных характеристик, которые различают, так и общекультурных характеристик, которые объединяют" людей. Мультикультурализм был назван "четвертой силой" в дополнение к психодинамической, поведенческой и гуманистической психологии.
Интерес к М. к. вырос из движения за гражданские права и феминистского движения. Многие принадлежавшие к меньшинствам авторы внесли свой вклад в оформление и развитие мультикультурной перспективы, в фокусе к-рой первоначально находилась проблема подавление меньшинств культурой большинства. Сью и Сью, Касас, Аксельсон и Педерсон, Дрэганс, Лоннер и Тримбл собрали документально подтвержденные сведения о тех аспектах жизни и деятельности, в к-рых занимающиеся консультированием специалисты признавали статус-кво ценностей доминирующей культуры. Ренн обратил наше внимание на культурную инкапсуляцию консультирования под влиянием этноцентризма ("мое - самое лучшее") или релятивизма ("каждому - свое"). Инкапсуляция, произошедшая под давлением определяющей действительности, согласуется с допущениями доминирующей культуры, не чувствительна к культурным вариациям в об-ве, защищает существующее положение от изменения и опирается на должностные инструкции, делающие упор на техническую сторону работы консультантов.
Ли и Ричардсон указывают на ловушки широкой перспективы мультикультурализма. Этот термин может определяться настолько широко и расплывчато, что утрачивает всякий смысл. Стереотипизация каждой группы меньшинств может вести к игнорированию внутригрупповых различий, а игнорирование сходства между культурами вполне может вылиться в новую форму расизма. Существует опасность непринятия всякого традиционного консультирования как предвзятого в отношении той или иной культуры. Возможно, что консультирование никогда не будет признано заслуживающим доверия со стороны меньшинств вследствие массы несправедливостей, допущенных в прошлом.
Дсауза считает программы позитивных действий (affirmative action programs) в целом несправедливыми, неэффективными и неуместными, отражая, т. о., т. зр., к-рая противостоит мультикультурализму в консультировании и др. областях как несправедливо укрепляющему приемлемое для гос-ва поведение. Критики мультикультурализма, однако, заявляют, что навязывание приемлемого с государственной т. зр. поведения привело к разрушению традиционных ценностей. Паттерсон выступает против попыток модифицировать консультирование в направлении его приспособления к разным культурам и отстаивает универсалистскую позицию, согласно к-рой все культуры оцениваются в соответствии с тем, насколько хорошо они способствуют самоактуализации своих членов. Паттерсон отрицает необходимость использования различных навыков, акцентов и инсайтов в каждой отдельной культуре. Дрэганс, отвечая на эту критику, указывает на то, что кросс-культурные консультанты действительно не пытаются изменить культуру, скорее они предоставляют клиенту возможность измениться, и что цели консультирования не ограничиваются самоактуализацией в любой культуре, в связи с чем не обязательно отказываться от существующей теории и практики, чтобы адекватно отвечать на запросы различных культур.
Ридли привлекает наше внимание к сохраняющемуся в консультировании неумышленному расизму. Встречаются консультанты, к-рые заявляют, что они не замечают цвета кожи и обращаются со всеми одинаково. А это подразумевает, что такой консультант испытывает неудобство в связи с дифференцированным подходом к различным группам. Некоторые консультанты утверждают, что все проблемы клиента имеют истоки в его культурном происхождении. Когда клиенты или терапевты переносят из опыта предыдущих отношений положительные или отрицательные чувства на конкретного терапевта или клиента, могут возникать ошибочные интерпретации. Отдельные консультанты движимы амбивалентными мотивами в своей работе с меньшинствами, что указывает на потребность во власти и доминировании, а это может приводить к неадекватной оценке. Терапевты могут реагировать неподходящим образом, когда клиент точно распознает расистские тенденции в поведении терапевта.
До недавнего времени мультикультурные проблемы не получали внимания и поддержки в профессиональном сообществе консультантов. Расовые и этнические меньшинства пока еще недостаточно представлены в этом сообществе. Национальный институт психического здоровья, Американская психологическая ассоциация и др. организации проводят политику, нацеленную на признание важности культуры. Касас связывает с новым интересом к мультикультурализму государственное и общественное одобрение благоприятных для меньшинств демографических изменений, возросшую различимость меньшинств, усилившееся давление со стороны групп борцов за гражданские права и экономические стимулы для поставщиков услуг привлекать небелых клиентов. Это открытие мультикультурализма может также быть следствием возросшего группового сознания, государственной поддержки национальных меньшинств в сфере наемного труда и образования, исполнения судебных приказов о басинге (совместной доставке школьников различной расовой принадлежности на автобусах в школу и из школы) в целях расовой интеграции и требований вести обучение на двух языках.
К воинственности движений за гражданские права, развернувшихся в 1950-х г., должна была добавиться активность движений за коммунальную (общественную) систему психич. здоровья в 1960-х г., чтобы подтвердить право всех граждан на получение услуг психиатрического здравоохранения. Градус общественного недовольства повысился еще больше, когда инакомыслие сторонников движения против войны во Вьетнаме и феминистского движения (нацеленного против неравенства) было с одобрением воспринято и поддержано в СМИ. В 1970-х годах недопотребление услуг системы психиатрического здравоохранения членами меньшинств получило статус серьезной проблемы. В 1980-х гг. наплыв беженцев из разных стран наглядно продемонстрировал важность мультикультурной перспективы в консультировании. В 1990-х гг. быстрое изменение демографической ситуации предсказывало, что к 2000 г. больше трети учеников государственных школ будут представлены небелыми детьми, что еще больше подчеркивало востребованность мультикультурного подхода в консультировании.
Барут и Мэннинг характеризуют исслед. в области мультикультурного консультирования как сосредоточенные в основном на изучении пар "черный клиент - белый консультант", использующие опросные или архивные методы и отбирающие участников из клиник психич. здоровья или психиатрических больниц. Критикуя мультикультурные исслед., Понтеротто перечисляет 10 слабых сторон таких исслед.: 1) отсутствие понятийной теоретической базы; 2) чрезмерный акцент на переменных упрощенного процесса взаимодействия консультанта с клиентом при невнимании к важным психосоциальным переменным; 3) чрезмерное доверие к данным, полученным в искусственных, оторванных от реальной жизни условиях; 4) игнорирование интракультурных различий внутри групп; 5) чрезмерная зависимость от нерепрезентативных (взятых из соображения удобства исслед.) студенческих выборок; 6) сохраняющееся доверие к мерам и средствам измерения, созданным в доминирующей культуре; 7) неспособность адекватно охарактеризовать изучаемую выборку в соответствии с культурным происхождением; 8) неспособность описать пределы обобщаемости результатов (или распространимости выводов); 9) ограниченность разнообразия изучаемых культурных меньшинств и 10) отсутствие ответственности исследователей перед изучаемыми группами меньшинств.
Члены Комитета по обучению и тренингу 17 отделения (Консультирование) Американской психологической ассоциации разработали меморандум о компетентности в области М. к., выделив три вида компетентности, придающих значение сознаванию, знанию и умению. Компетентность, предполагающая сознавание, требует от консультанта: а) сознавать свое собственное культурное наследие, ценя и уважая культурные различия между людьми; б) сознавать, как свои собственные культурные ценности могут влиять на клиентов из др. культур; в) сознавать и спокойно признавать расовые и мировоззренческие различия между клиентами и консультантом и г) знать и сознавать, когда клиента, принадлежащего к определенному меньшинству, следует направить к другим специалистам. Четыре компонента компетентности, связанных со знанием, требуют от консультанта: а) хорошего понимания социально-политических сил, влияющих на отношения между культурами меньшинства и большинства; б) конкретных знаний о культуре клиента; в) полных и ясных знаний общей теории и традиционной практики консультирования; г) осведомленности об экономико-правовых барьерах, мешающих членам меньшинств пользоваться услугами, предоставляемыми в сфере психич. здоровья. Наконец, три вида умений, входящих в структуру компетентности в области мультикультурного консультирования, предполагают, что: а) все квалифицированные консультанты должны владеть широким (соответствующим уровню мастерства) арсеналом вербальных и невербальных способов реагирования, адекватных конкретному культурному контексту; б) консультанты должны уметь точно и вовремя посылать и принимать вербальные и невербальные сообщения в различных культурных контекстах; в) консультанты должны уметь вести защиту или (в случае необходимости) добиваться изменения системы или института, действуя от имени своих клиентов, принадлежащих к иной культуре.
См. также Билингвизм, Консультирование, Кросс-культурное консультирование, Кросс-культурная психология, Кросс-культурные учебные программы, Культурные различия, Культур-шок, Социальное влияние
П. Б. Педерсен

Мультимодальная терапия (multimodal therapy)

Многие клиницисты используют многомерные и многогранные процедуры обследования и лечения, к-рые они часто обозначают термином М. т. Однако, хотя деятельность большинства психотерапевтов внешне выглядит эклектичной и мультимодальной, лишь немногие в действительности являются мультимодальными терапевтами. Это отличие является весьма важным. Эффективный терапевт обычно проводит некоторую модификацию клинических процедур в зависимости от любой из большого числа переменных. М. т., по существу, является той терапией, к-рую, в отличие от деклараций своей деятельности, опытные психотерапевты проводят в действительности. Поскольку М. т. прошла четко определенное ист. развитие, имеет соответствующую систематизированную теорию и широкий репертуар технических приемов, она может вытеснить системы, ограничивающие свободу и инициативу психотерапевтов, и позволить обойтись без эклектицизма, широко распространенного сейчас в психотерапии.
Мультимодальный подход предлагает интегративный план обследования и лечения, в к-ром пациент рассматривается целостно в рамках своего соц. окружения. Этого достигают, не жертвуя точностью оценки. Людей беспокоит множество специфических проблем, решение к-рых предполагает широкий спектр определенных вмешательств. Обращаясь к уникальным переменным, мультимодальные психотерапевты избегают "втискивания" клиентов в устоявшиеся лечебные процедуры. Вместо этого они индивидуализируют лечебный процесс с тем, чтобы более полно соответствовать ожиданиям и другим личным требованиям клиента. Они используют операциональные средства для того, чтобы "говорить на языке клиента".
Мультимодальное обследование клиента предполагает оценку каждой области профиля BASIC I. D.: поведения (В = behavior), аффекта (А = affect), ощущений (S = sensation), умственных образов (I = imagery), когниций (С = cognitions), межличностных отношений (I = interpersonal relationships) и медикаментозных/биолог. факторов (D = drugs / biological factors). Тщательное изучение каждой из этих семи модальностей дает представление о главных ингредиентах психологической конституции чел. Оценить взаимодействие между различными модальностями - напр., как определенные паттерны поведения влияют на аффективную сферу или, наоборот, подвергаются влиянию аффектов, ощущений, мысленных образов, когниций и значимых отношений, - значит очень многое узнать об индивидууме и его соц. связях.
Один из наиболее важных тактических приемов, используемых в М. т., называется трекинг (tracking - прослеживание). Некоторые люди склонны вызывать у себя отрицательные эмоции тем, что фиксируются сначала на ощущениях (S) (напр., легком головокружении и усилении сердцебиения), с к-рыми они связывают негативные когниций (С) (напр., мысли о болезни и смерти), после чего у них сразу появляются аверсивные образы (I) (напр., представления о больничной обстановке и страдании), завершающиеся кульминацией в виде дезадаптивного поведения (В) (напр., лишенного необходимости избегания). Приведенная выше последовательность - SCIB - требует иной стратегии лечения, чем другой паттерн, напр., BICS. Прослеживая точную последовательность событий, ведущих к аффективному расстройству, психотерапевт способствует пониманию клиентом значения предшествующих звеньев патогенетической цепи и делает его способным к самостоятельному принятию адекватных мер.
Компетентный Мультимодальный психотерапевт конструирует профили модальностей, которые служат "планом терапии". Когда лечение заходит в тупик, для решения более специфических проблем используются профили второго порядка (Second Order BASIC I. D. Profiles). При лечении в стационаре используются и некоторые дополнительные методы М. т.
См. также Новаторские психотерапии, Психотерапия
А. Лазарус

Мышечная релаксация (muscle relaxation)

М. р. можно рассматривать как одну из методик в рамках более общего понятия "релаксация", предназначенную для достижения полного мышечного и "психич." расслабления. Прогрессивная релаксация является, вероятно, наиболее широко используемой процедурой в США.
Врач Джекобсон заинтересовался тем, что мн. люди, подвергаясь чрезмерным стрессовым воздействиям, находятся в постоянном напряжении, будучи не в состоянии эффективно расслабиться. Он опубликовал книгу, в к-рой детально описал комплексы упражнений, направленных на вызывание последовательного напряжения и расслабления отдельных мышц и мышечных групп.
Джозеф Вольпе представил теорет. и практ. анализ психотерапевтической техники, к-рую он назв. систематической десенсибилизацией. Она представляет собой сокращенную форму прогрессивной релаксации, чрезвычайно эффективную для достижения полного расслабления мышц.
Одна часто используемая сокращенная процедура выглядит следующим образом: пациент принимает удобную позу на кушетке или в кресле. Через неск. минут приступают к релаксации мышц кисти, для чего пациент получает инструкцию сжать пальцы рук в кулаки, удержать напряжение в течение неск. секунд, затем расслабить кулаки и оставить их в свободной позе. Аналогичную инструкцию по последовательному напряжению и расслаблению пациент получает относительно мышц предплечья и плеча. Далее эта процедура распространяется на группы лицевой мускулатуры, шеи, плечевого сустава, верхние мышцы спины, грудную мускулатуру, мышцы эпигастрия и нижние мышцы спины. Наконец, внимание уделяется мышцам бедра, ягодиц и икроножной мускулатуре.
Помимо специфических упражнений мышечного напряжения и расслабления, пациент получает тж инструкцию дышать глубоко и ритмично. Параллельно с глубоким дыханием инструктор или терапевт использует тж суггестивные формулы для сообщения чувства тепла, комфорта и спокойствия. Это внушение дополняет или усиливает общую релаксацию, достигаемую путем упражнений по напряжению и расслаблению. Для большинства людей прогрессивная релаксация представляется одним из наиболее эффективных средств достижения М. р. Она используется весьма широко как оси. или вспомогательная методика терапевтического вмешательства.
См. также Биологическая обратная связь, Новаторские психотерапии, Стресс
В. В. Венрих

"Мягкий" детерминизм (soft determinism)

М. д. занимает промежуточное положение между позициями строгого детерминизма и полного индетерминизма. Именно такую промежуточную позицию занимал А. Адлер в своей персоналистской, субъективной и феноменологической психологии, хоть он никогда не пользовался этим термином в своих работах. М. д. означает, что поведение определяется не прихотью или случаем, а носит вполне упорядоченный, закономерный и предсказуемый характер, хотя и в пределах индивидуального творчества.
Сторонники М. д. придерживаются телеологических взглядов, утверждая, что поведение преимущественно контролируется индивидуумом, более конкретно - теми целями, к-рые он ставит перед собой. Цели и задачи подвержены изменениям, а это значит, что вместе с ними соответствующим образом изменится и поведение индивидуума, отражающее его личные, субъективные, феноменологические взгляды.
В психологии Адлера место центрального конструкта занимало творческое Я. Именно эта тема стала главным предметом разногласий Фрейда и его последователей с Адлером и его коллегами.
Выдвигая творческое Я в качестве важнейшего теорет. конструкта своей теории, Адлер ввел в психологию своего рода принцип неопределенности, аналогичный принципу Гейзенберга в физике: среда и наследственность, совместно действуя на ребенка, в лучшем случае определяют только вероятности тех или иных событий.
Для большого числа людей, родившихся в одинаковых условиях и имеющих сходную наследственность, могут быть сделаны весьма точные вероятностные прогнозы. Напр., весьма вероятно, что 80% чернокожих детей из неполных семей, живущих в трущобах, не получат среднего образования. Однако для одного конкретного ребенка, выбранного из этой большой группы, точные предсказания, основанные на средовых и генетических факторах, просто не могут быть сделаны.
Когда мы пытаемся дать прогноз в отношении конкретного ребенка, мы должны учесть творческую способность этого ребенка. На его поведение, конечно же, влияют и наследственность, и условия среды. Детям (и взрослым) свойственно делать одинаковые выводы из сходных обстоятельств, но тот, кто хочет сделать прогноз относительно будущего того или иного индивидуума, должен знать, какую пользу последний извлек из своего опыта.
См. также Адлерианская психология, Детерминизм/индетерминизм, Свобода воли, Философия науки
Т. Эдгар


_Н_

Надежность диагнозов (reliability of diagnoses)

Надежность клинических психиатрических диагнозов стала предметом особой заботы с тех пор, когда в конце XIX в. Э. Крепелин предпринял первые попытки создать систематическую классиф. психич. расстройств. Диагноз и классиф. выполняют ряд важных функций: а) административную, включающую ведение статистического учета; б) клиническую, как средство установлении этиологии, выбора метода лечения и прогноза; в) исследовательскую, в особенности в тех исслед,, где психиатрический диагноз определяет принадлежность к эксперим. и контрольной группе или где диагноз обычно используется в качестве зависимой или независимой переменной. Полезность диагноза для достижения этих целей зависит, в частности, от сто надежности.
Н. д. относится к согласованности, с к рой клиницисты будут выставлять тот же диагноз тому же самому индивидууму (межэкспертная надежность), или к согласованности, с к-рой единственный клиницист будет выставлять тот же диагноз тому же самому индивидууму в двух различных случаях (ретестовая надежность). Очевидно, в любой измерительной или описательной процедуре заложена возможность некоторой "ошибки" измерения. В случае клинического диагноза такая ошибка может проистекать из множества различных источников, включ. скучающего, уставшего, нерадивого или немотивированного наблюдателя; пациента с ограниченной памятью или пытающегося утаить или исказить информ.; слабую различительную способность диагностического оценочного инструмента; шум или другие условия, отвлекающие внимание от процесса диагностики.
Для изучения Н. д. применялись два основных эксперим. метода. Первый метод оценивает относительную частоту, с к-рой различные клиницисты выставляют различные диагнозы очевидно схожим пациентам. Исслед. показали, что клиницисты нередко имеют "предпочитаемые" диагностические категории, т. е. каждый клиницист имеет тенденцию помещать большинство пациентов в ограниченное число категорий с исключением из рассмотрения др. категорий.
Второй метод изучения надежности сравнивает диагнозы, вынесенные двумя или более клиницистами одному и тому же пациенту (т. е. оценивает межэкспертную надежность). Проверка Эшем степени согласованности между двумя или тремя клиницистами, к-рые интервьюировали пациентов совместно, но приходили к диагнозу независимо друг от друга, показала, что диагноз зависит не только от выставляющего его клинициста, но и от диагностируемого пациента. Согласие в отношении основных диагностических категорий пациентов (умственная отсталость, психоз, невроз, психопатическая личность и психич. норма) между двумя клиницистами составляло 51%, а между тремя - 46%. Однако в отношении более специфических диагностических подкатегорий согласие между двумя клиницистами достигалось в 49% случаев, а среди трех клиницистов - лишь в 20% случаев. В другом исслед. использовалась большая выборка, чем у Эша (153 вместо 52 клиницистов) и контролировался их диагностический опыт. Хотя полученные результаты и оказались несколько более высокими, они все еще указывали на существование значительных расхождений.
Уорд с коллегами попытались выделить факторы, к-рые объясняли расхождения в диагнозах клиницистов в исслед. Бека и коллег. Были обнаружены 3 основных источника ошибки: несоответствия в категориях диагностической системы (DSM-I), к-рыми объяснялось 62,5% расхождений; несогласованность среди диагностов, которой объяснялось 32,5% расхождений; и несогласованность в поведении клиентов в различных интервью, к-рой объяснялось лишь 5% расхождений.
Текущие усилия повысить надежность диагнозов выразились в издании Американской психиатрической ассоциацией нового "Руководства по диагностике и статистической классификации психических расстройств" (DSM-IV). Результаты обширного полевого тестирования способности клиницистов использовать диагностические категории этого руководства яв-сь, по большей части, обнадеживающими, с k-коэффициентами согласия между судьями до 0,87 - хотя для некоторых диагностических категорий результаты оказались значительно хуже, чем для других. Исслед. надежности, с к-рой могут использоваться специфические диагностические категории, продолжаются.
См. также Клинический прогноз в сравнении со статистическим, Клиническая оценка, Руководство по диагностике и статистической классификации психических расстройств
Р. Фелнер

Надпочечники (adrenal glands)

Н. - парные железы, расположенные непосредственно над почками. Каждый Н. состоит из наружного (коркового) и внутреннего (мозгового) вещества. Секреторная активность коры Н. регулируется циркулирующими в крови гормонами, к-рые вырабатываются передней долей гипофиза (аденогипофизом), тогда как работа мозгового вещества находится под непосредственным контролем симпатической НС. Кора Н. имеет 3 слоя: наружный (клубочковая зона), средний (пучковая зона) и внутренний (сетчатая зона).
В коре Н. синтезируется ряд стероидных гормонов (производных холестерола), к-рые важны для поддержания постоянного объема крови, АД, уровня глюкозы в крови, а тж для нормальной реакции организма на стресс. Эти гормоны столь необходимы организму, что в случае удаления коры обоих Н. быстро наступает смерть. Кортизол - главный глюкокортикоид, к-рый секретируют Н. чел. Кортикостерон, являющийся основным глюкокортикоидом у крыс, у людей секретируется в незначительных количествах. Эти вещества относят к классу глюкокортикоидов на основании того, что они влияют на метаболизм глюкозы и секретируются пучковой и сетчатой зонами коры Н. Еще одна функция глюкокортикоидов - подавление воспалительных реакций.
Альдостерон, секретируемый клубочковой зоной, относится к минералокортикоидам из-за способности изменять электролитный баланс организма. Альдостерон стимулирует реабсорбцию натрия в дистальных канальцах почек и снижает содержание натрия в секрете потовых желез.
АКТГ, выделяемый аденогипофизом, обеспечивает структурную целостность двух внешних слоев коры Н. и стимулирует секрецию глюкокортикоидов. Синтез и секреция АКТГ регулируется кортикотропиносвобождающим фактором (corticotropin-releasing factor, CRF). CRF вырабатывается гипоталамусом. Уровень глюкокортикоидов в крови регулирует по принципу отрицательной обратной связи секрецию CRF, а следовательно, - и продукцию самих глюкокортикоидов. Ренин и ангиотензин регулируют секрецию альдостерона через сложную систему прямых и обратных связей между Н. и почками.
Хромафинные клетки мозгового вещества В. синтезируют и выделяют в кровь катехоламины - эпинефрин (адреналин) и норэпинефрин (норадреналин). Секреция норэпинефрина и эпинефрина регулируется преганглионарными симпатическими волокнами, исходящими от VIII-XI грудных сегментов спинного мозга. Сами хромафинные клетки действуют как постганглионарные нейроны. Секреция катехоламинов зависит от поведенческого состояния организма: уровень секреции очень низок во время сна, повышается во время бодрствования и резко возрастает во время физического или психологического стресса.
См. также Эндорфины/энкефалины, Нейрохимия, Психоэндокринология
М. Л. Вудрафф

Наземный транспорт (surface transportation)

Из осн. наземных транспортных средств психол. исслед. уделяют внимание гл. обр. автомобилю. Здесь исследователей интересуют в первую очередь дорожно-транспортные происшествия (ДТП). Обычно водитель и автомобиль изучаются как "система человек - машина". Характеристики работы этой системы, такие как скорость, пробег и торможение, связаны с возможностями оператора и автомобиля. ДТП рассматривают как отказ в работе системы, поскольку причинами их могут быть и челов. ошибки, и неудачная конструкция автомобиля. Исслед. челов. элемента этой системы пролили свет на т. н. личность, "подверженную несчастным случаям" ("accident-prone" person), а тж на связь между ДТП и возрастом и опытом водителя, предпочитаемой скоростью езды, склонностью к употреблению алкоголя и лекарственных веществ. Были изучены различные условия среды, такие как дизайн автомобиля, дорожные и погодные условия, освещение.
Автотренажер, используемый для анализа действий водителя за рулем и ДТП, является эффективным средством выявления реакций водителя в чрезвычайных ситуациях. В целях сокращения числа ДТП психологи рекомендовали систематическое проведение программ по предотвращению несчастных случаев, направленных на изменение как действий оператора, так и конструкции транспортных средств.
Оптимальное сидение
Безопасность и удобство автомобильных сидений изучаются инж. психологами, к-рые специализируются в антропометрии, предполагающей, в частности, измерение размеров челов. тела в целях точной подгонки сидения по фигуре водителя.
Стресс и психическое здоровье
Гарделл оценивал стресс водителей автобусов по физиолог. показателям, числу ДТП и невыходов на работу по болезни. Он установил, что мн. водители являются наилучшими экспертами по части того, как можно уменьшить стресс на рабочем месте.
Нек-рые пассажиры испытывают беспокойство при пользовании общественным транспортом вследствие изношенности транспортных средств, станций и отсутствия должных мер безопасности. Устранение этих негативных факторов среды способствует снижению стресса у пассажиров. Укачивание в транспорте можно снизить за счет уменьшения вибрации и более плавного ускорения и торможения. На пассажиров оказывает раздражающее воздействие и сочетание др. средовых стрессоров, таких как громкий шум и экстремальные температуры.
Общественный транспорт
Хотя наше об-во отдает явное предпочтение автомобилям, проблемы, связанные с увеличением количества легковых автомобилей и автомагистралей - ДТП, загрязнение окружающей среды, транспортные пробки, бензиновый дефицит и т. д., - вызывают большое беспокойство. Предполагается, что действенной альтернативой автомобилям может стать безопасная и надежная система железнодорожного транспорта США. Кантилли предлагает многочисленные улучшения в виде дополнительных эскалаторов, чистых станций и туалетов, красивого оформления станций, функционирующих систем подогрева и кондиционирования воздуха, хорошей вентиляции, контроля за уровнем шума, улучшенного освещения и безопасных транспортных средств и станций.
Требуются дополнительные психол. исслед. общественного транспорта, с тем чтобы модернизировать его в соответствии с потребностями клиентов. Пассажиры выбирают то или иное средство передвижения на основании таких факторов, как надежность, удобство, время в пути, стоимость поездки, состояние транспортных средств, престижность и автономность, интенсивность движения, дорожные пробки и возможные отклонения от маршрута.
См. также Прикладные исследования
Ш. Браун

Найкан-терапия (naikan therapy)

Найкан - японская психотер., осн. на буддистском учении Иодо Шиншу. Разработанная непрофессиональным священником Ишином Йошимото, Н.-т. получила известность в связи с успехами, достигнутыми с ее помощью в работе с заключенными японских исправительных заведений. Сейчас она используется в лечении наркомании, психосоматических расстройств, неврозов, антисоциального поведения, семейной дисгармонии и в решении мн. др. психосоциальных проблем. Кроме того, она стала частью программ подготовки персонала учреждений, школ и больниц. Н.-т. пользуются тж люди, ищущие личностного роста и/или религиозного мировоззрения. Она получила распространение в США и Европе.
Н.-т. построена на предпосылке, что наше существование бесчисленными конкретными способами поддерживается миром, в к-ром мы живем, в особенности об-вом, однако мы принимаем все это от других без малейшей благодарности или даже не осознавая их вклад в наше повседневное существование. Теория Найкан утверждает, что мы подавляем в себе признание этой поддержки, потому что боимся оказаться обязанными и лишиться хрупкого чувства самодостаточности в результате переоценки нашего существования.
Практика Н.-т. ориентирована на восстановление баланса неверно воспринимаемого прошлого. Во время интенсивного курса терапии (шучу), клиент (найканша) сидит в уединенном месте в удобной позе с раннего утра до вечера (обычно с 5 утра до 9 вечера) в течение одной недели, размышляя о прошлом. Психотерапевт навещает клиента в течение дня с интервалами в один-два часа. Во время этих встреч (менсецу) клиент рассказывает психотерапевту о том, что ему удалось вспомнить, после чего последний предлагает следующую тему для размышлений. Обычно тема определяется каким-то определенным лицом и определенным периодом в жизни клиента. Вызванные в памяти события прошлого излагаются во время менсецу психотерапевту в трех аспектах: что это лицо сделало для клиента, чем клиент ответил на это и причиной каких проблем и забот оказался клиент для этого человека. Третьему аспекту должно уделяться примерно 60% всего времени.
Существуют разнообразные стили проведения Н.-т. В добавление к интенсивному курсу имеется ничийо, или ежедневная Н.-т. Ей посвящается короткое время утром и вечером; повседневная активность проходит в промежутке между сеансами. Утренние размышления происходят по схеме интенсивного курса. Вечерние размышления сосредоточиваются на том, что получено от других в течение этого дня, что возвращено взамен и источником каких проблем и забот для окружающих оказался клиент в этот день.
К завершению шучу клиенты Н.-т. обычно сообщают о испытываемом ими чувстве вины и раскаяния наряду с повышающимся признанием любви и заботы со стороны окружающих и желанием отблагодарить мир за его постоянную поддержку. Богатая литература, включ. описания историй болезни и данные психол. тестирования, доступна на японском языке.
Д. К. Рейнолдс

Наказание (punishment)

Н. является предметом, при обсуждении к-рого психологу столь же трудно удерживаться в рамках нейтральной и объективной терминологии, как и рядовому чел. Еще не так давно телесные Н. вызывали всеобщее одобрение. На Н. опирались как образовательная, так и правовая система. В настоящее время Н. оказалось в немилости. В рамках семьи то, что некогда одобрялось и рассматривалось как Н., сегодня может быть сочтено "жестоким обращением с ребенком" или "жестоким обращением с супругой". Однако, несмотря на общественную тенденцию к приобретению аттитюдами к определенным типам Н. отрицательной окраски, Н. или угроза Н. по-прежнему остаются повсеместным явлением в современном мире Люди, интересующиеся использованием Н., задаются следующими вопросами: действительно ли эффективно Н.? Если да, то когда, как и почему?
Что такое Н.? Психологи определяют Н. как введение некоторого аверсивного последствия, к-рое приводит к уменьшению тенденции в проявлении определенного способа поведения; или как последствие поведения, к-рое снижает вероятность его повторного возникновения.
Является ли наказание эффективным? Ранние работы по Н. с очевидностью показывали, что оно оказывается неэффективным в устранении нежелательного поведения. Однако более современные исслед. в этой области показывают, что Н. может подавлять или устранять поведение. Насколько действенным в этом отношении оказывается Н., зависит от целого ряда факторов, роль к-рых может изменяться от ситуации к ситуации; к числу таких факторов относятся характеристики наказывающего стимула, характеристики наказываемого поведения и характеристики наказываемого субъекта.
Сила наказания. Исслед. силы Н. в целом свидетельствуют о том, что чем больше сила наказывающего стимула, тем больше происходит подавление наказываемого поведения. Слишком слабый стимул может скорее возбуждать и подкреплять, нежели наказывать.
Близость по времени. В целом, для того чтобы Н. приводило к максимальному эффекту, оно должно осуществляться непосредственно за возникновением подавляемого поведения.
То, как изначально вводится Н., может иметь решающее значение. Н., изначальная сила к-рого была низкой и со временем постепенно увеличивалась, оказывает значительно меньший эффект в сравнении с внезапно вводимым и достаточно сильным Н.
В целом видится, что увеличение частоты Н. приводит к увеличению его эффективности и что последовательное наказание оказывается более эффективным, чем эпизодическое.
Эффективность зависит от силы наказываемой реакции. Очевидно, что длительное подкрепление наказываемого поведения противодействует и препятствует подавляющим эффектам Н. Эффективность также зависит от того, формировалось ли наказываемое поведение изначально на основе вознаграждения или на основе Н.
Характеристики субъекта. Существуют некоторые данные о том, что Н. постепенно утрачивает свою эффективность по мере того, как увеличивается мотивация субъекта к наказываемому поведению. Эффективность также изменяется в зависимости от степени знакомства субъекта с применяемым Н., категорий наказываемых, возраста и стадии развития внутри определенных категорий наказываемых. Челов. когнитивные способности (напр., мышление, воображение) могут тж оказывать влияние на эффективность Н. Словесная формулировка причин Н., по-видимому, облегчает дискриминацию и генерализацию его эффектов у людей. Словесное описание и припоминание поведения, к-рое подвергается Н., снижает влияние временных задержек между поведением и Н. В некоторых ситуациях, наблюдение людьми случаев Н. оказывает определенные эффекты, даже если такое Н. переживалось викарно. Наконец, Н. людей оказывается наиболее эффективным, если в их взаимоотношениях присутствует любовь.
Теории наказания
Предлагались различные теории для объяснения того, каким образом и почему Н. приводит к снижению частоты проявления наказываемого поведения. Динсмур объяснял эффекты Н. с т. зр. принципа образования простой S-R связи при научении избеганию. Согласно этому объяснению, частота возникновения наказываемых действий снижается вследствие увеличения частоты действий, к-рые вступают в конкуренцию или препятствуют наказываемой реакции. Др. теория объясняет эффекты Н. на основе выработки условно-рефлекторного страха и подкрепления любого действия или бездействия, к-рое позволяет устранять или контролировать такой страх.
Релевантные вопросы. Почему некоторые люди, по-видимому, ищут Н. и испытывают удовольствие от него? Иногда процедура Н. в действительности не уменьшает, а скорее повышает частоту возникновения наказываемого поведения. Как отмечалось ранее, это может происходить, когда наказываемое поведение было изначально сформировано путем Н.
Иногда оказывается, что родитель уделяет ребенку внимание лишь в случаях его дурного поведения и тем самым невольно превращает Н. в подкрепление. В результате может возникнуть ситуация, в к-рой Н. не только не оказывается эффективным, но в к-рой ребенок или подросток снова и снова стремится к нему. Вместо опровержения эффективности Н. такие феномены скорее доказывают эффективность подкрепления.
Эксперименты на обезьянах отчетливо демонстрируют, что Н. может вызывать невротические или явно пагубные эмоциональные побочные эффекты. Несмотря на то что такие побочные эффекты действительно выглядят пугающими и их ни в коем случае не следует игнорировать, они проявлялись не во всех экспериментах. Н. может также приводить к прекращению соц. отношений, оперантной агрессии, направляемой на источник наказания, и/или вызывать агрессию против тех, кто не имел никакого отношения к источнику Н.
Итоги
Н. может оказываться эффективным в устранении или снижении частоты нежелательных действий. То, насколько эффективным в конкретной ситуации окажется Н., зависит от целого ряда факторов, включ. характеристики наказывающего стимула, наказываемого поведения и наказываемого субъекта. При любом применении Н., в особенности к людям, следует учитывать потенциальные побочные эффекты Н., такие как прекращение соц. отношений.
См. также Приобретенные побуждения, Контробусловливание, Теории научения, Подкрепление, Вознаграждения
Дж. Энджел

Намеренное поведение (purposive behavior)

У. Макдугалл описывал челов. организм как служащий для достижения определенных целей, саморегулирующийся механизм. Он считал, что понятие внутренней цели предполагает в качестве конструктивного элемента "разум" (mind) и что такие цели или намерения управляют органическими функциями и поведением на полностью сознательном, пограничном и/или подсознательном уровнях. Э. Ч. Толмен утверждал, что реакция доказывает наличие намерения, если она обнаруживает "усваиваемый" характер; т. е. организм проявляет готовность научиться выбирать эту реакцию, раньше или позже, в последовательности предоставляющих такую возможность событий, т. к. именно эта реакция оказывается более эффективной в достижении организмом некоторого конечного состояния или цели.
По мнению А. Адлера, поведение направляется бессознательными целями индивидуума. В противоположность З. Фрейду, Адлер считал, что поскольку влечения (или побуждения) не имеют направления, представляется ошибочным строить психол. систему, опирающуюся на психологию влечений. В системе Адлера эмоции также служат цели.
Представители поведенческих наук, интересующиеся вопросами кибернетики и теории систем, использовали эти концепции для понимания роли внутренней цели или намерения в управлении поведением. Целевое (или намеренное) поведение характеризуется "отрицательной обратной связью", при к-рой сигналы о движении к цели изменяют и направляют поведение. Т. о., телеологическое или целенаправленное поведение связано с целесообразными реакциями, направляемыми различием между состоянием организма в данный момент времени и "финальным" состоянием или целью, в направлении к-рой движется организм. Это различие "отсылается обратно" в систему, к-рая изменяет поведение, вызывая последовательное сокращение этого "различия" до тех пор, пока, наконец, разность между текущим поведением и целевым состоянием не достигнет нуля (Розенблат).
См. также Приобретенные побуждения, Метод антиципации, Обучение методом (управляемых) открытий, Уровень притязаний, Мотивация, Вознаграждения и собственный интерес, Избирательное внимание
Р. Р. Копп

Написание психологического заключения (psychological report writing)

Когда П. з. хорошо написаны, они вызывают гораздо большее доверие. Они оказываются решающими в диагностировании умственной отсталости и зачастую играют определяющую роль в пограничных случаях, требующих различительных диагнозов между расстройством личности и психозом. Однако выросший образовательный уровень потребителей также сказался на отношении к П. з. со стороны специалистов и представителей широкой общественности, к-рое стало более критичным.
Источники неточностей при написании заключения
Влияния, к-рым может подвергаться психолог-диагност, возникают из соц., профессионального и интерпретационного контекста, в к-ром он работает. Составитель П. з. должен избегать смешения между: а) поведенческими суждениями, б) спекуляциями в отношении воображаемых или внутренних процессов описываемой личности и в) данными из интервью, отражающими сознательные мысли и суждения обследуемого субъекта. Читатели наверняка будут сравнивать утверждения из этого заключения с др. источниками информ., и в заключении следует ясно указать на желательность подобного сравнения.
Большинство пишущих на данную тему, по-видимому, согласны с определенными правилами подготовки П. з. К ним относятся: а) исключение сведений, к-рые можно с большей легкостью получить из др. источников; б) приведение перечня использованных тестов, однако без указания того, какой из них использовался для измерения той или иной специфической функции, т. к. большинство оценочных инструментов имеют широкое предназначение, а не предполагают своего исключительного использования для к.-л. специфической цели; в) избегание количественных утверждений, наподобие цитирования норм, если это не вызывается необходимостью в каждом конкретном случае; г) обеспечение того, чтобы выводы и диагностические данные были связаны (более или менее очевидным образом) с остальным содержанием заключения.
В Н. п. з. вовлекается комплекс межпрофессиональных и межличностных проблем. Заключение может влиять на важные решения и поэтому требует максимальной компетентности от клинического психолога. Хотя и допустимо чтобы оно было достаточно обтекаемым, общим и осторожным в формулировках, гораздо полезнее, если оно будет специфичным и точным. Психол. заключения будут продолжать играть важную роль в формировании и поддержании общественного имиджа психологии.
См. также Клиническая оценка, Оценка личности
У. Клопфер

Нарушения мышления (thought disturbances)

Мышление - сознательное и бессознательное - служит целям установления и текущего контроля коммуникации, регулирования деятельности, порождения, формулирования и решения задач на вербальном и невербальном уровнях. Н. м. могут наблюдаться на континууме, упорядоченном по степени тяжести от нормальных отключений внимания до уровня патологии.
Нек-рые из менее серьезных Н. м. отмечаются у детей с гиперкинетическим синдромом, чье внимание мимолетно, а выполнение ими заданий прерывается кажущейся необходимостью совершения моторных актов. Писатели и композиторы тж испытывают Н. м., такие как периоды выпадения (blank periods), в течение к-рых нарушается способность продолжать творческий процесс сочинения литературного или музыкального произведения, тогда как все обычные функции при этом совершенно не страдают.
Часто психоневрозы, такие как фобические и тревожные реакции, могут связываться с наличием иррациональных идей. Мн. из этих иррациональных идей сопровождаются неверными суждениями о себе. Др. рода психоневротические Н. м. обнаруживаются в форме навязчивых мыслей, когда часто возобновляющееся поверхностное мышление мешает нормальной жизнедеятельности. Критическое обсуждение этих мыслей может приводить к ясному логическому мышлению.
Психосоматические симптомы являются расстройствами мышления, отражающими неспособность индивидуума совладать с тревогой и стрессом, к-рые трансформируются в физиолог. симптомы, затрудняющие нормальное повседневное функционирование, как и в случаях мн. др. психоневротических Н. м.
Психотические Н. м. обычно сопровождаются симптомами бреда, при к-рых господствуют ложные идеи преследования или величия, и галлюцинаций, при к-рых организм генерирует аутостимуляцию в любых или вообще всех сенсорных модальностях. Хотя эти Н. м. сами по себе серьезны, они обычно связаны с др. типами патологического поведения, такими как делирий, деменция и шизофрения.
Делирий представляет собой спектр нарушений сознания, различающихся по степени тяжести. Больной может находиться в любом состоянии, от полного бодрствования до комы, и при этом обнаруживает признаки расстройства познавательной функции, мышления и восприятия. Делирий является рез-том церебральной дисфункции без к.-л. повреждения тканей и, по всей видимости, возникает вследствие метаболических, химических или токсических факторов. Делирий имеет обычно транзиторное течение и исчезает с прекращением действия метаболических, химических или токсических агентов.
Синдром деменции, напротив, представляет собой Н. м., связанное с повреждением тканей коры мозга и проявляющееся снижением интеллектуальных функций при ясном сознании. При этом отмечаются тж изменения личности, амнезии и нарушения ориентировки. Здесь чел. в состоянии полного бодрствования не улавливает смысл текущего момента. Очевидны дефицит памяти и снижение концентрации внимания. Язык деградирует до уровня детскости, обычные повседневные мысли вызывают затруднение. Более всего беспокоит то, что мн. больные осознают наличие у себя когнитивного дефицита, реагируя на это вторичными эмоциональными расстройствами.
Шизофрения являет собой пример психогенного расстройства мышления. Шизофренное расстройство мышления, по-видимому, демонстрирует сознательное жертвование физ. и эмоциональной жизнью во имя какого-то альтернативного существования "в коконе" ради предполагаемого больным благополучия окружающих. Мыслительное расстройство, вероятно, направляет "бегство ради выживания", рез-том чего является постоянное снижение уровня функционирования в иррациональной борьбе за то, чтобы остаться живым. Наблюдается уход от соц. контакта и эмоциональной включенности, наряду с регрессией к более низкому уровню интеллектуального функционирования. Такое исключительно нигилистическое нарушение мышления проявляется в параноидном, кататоническом, гебефренном и простом типах.
См. также Деменция, Расстройства личности
Д. Ф. Фишер

Нарушения слуха (auditory disorders)

К Н. с. можно отнести потерю слуха, оторрею, боли и шум в ушах.
Кондуктивные нарушения слуха
Такого типа нарушения возникают вследствие болезни или закупорки звукопроводящего аппарата, напр., закупорки наружного слухового прохода серной пробкой, разрушения барабанной перепонки или повреждений полости и структур среднего уха. К. н. с. очевидно в тех случаях, когда в усредненных по частотам речевого диапазона аудиограммах, снятых в условиях воздушной и костной проводимости чистого тона, обнаружена превышающая 10 дБ разница; при этом различение речи остается нормальным.
Сенсорно-невральная глухота
Термин "сенсорно-невральный" указывает на две различные локализации поражений слуховой системы. Сенсорная глухота вызывается повреждением, дегенерацией или нарушением развития волосяных клеток кортиева органа или иной структуры кохлеарного тракта. Невральная глухота вызывается аналогичного рода патологией, локализующейся ближе к центру кохлеарного канала, включая спиральный ганглий, кохлеарное ядро и слуховую часть VIII черепного нерва. Пока в отношении конкретного случая потери слуха не будет окончательно установлена локализация нарушения с помощью специальных диагностических тестов, термин "сенсорно-невральный" используется как перекрывающий оба эти уровня поражения.
Прогрессирующая потеря слуха наблюдается, гл. обр., в процессе старения и обозначается как пресбиокузис. Как показал Дж. Ф. Корсо в своей работе "Стареющие сенсорные системы и восприятие" (Aging sensory systems and perception), пресбиокузис может начаться после 30 лет и повлиять на оба уха примерно одинаково. Мужчины хуже, чем женщины такого же возраста, слышат чистые тона в диапазоне звукового спектра выше 1000 Гц, тогда как женщины хуже слышат частоты ниже 500 Гц. Гацек и Шукнехт (1969) выделили 4 подтипа пресбиокузиса, включающие дегенерацию или нарушения сенсорных или невральных структур раковины либо связанные с этим механические и обменные процессы.
Второй этиологический фактор прогрессирующего снижения слуха - подверженность чрезмерному шуму в течение длительного периода времени, напр., в производственной обстановке. Вызванная шумом потеря слуха затрагивает частоты в области 4000 Гц. Но длительное воздействие шума постепенно углубляет и расширяет "зазубрину" на аудиограмме: снижение слуховой чувствительности прогрессирует и распространяется на частоты речевого диапазона - ниже 4000 Гц. Ухудшается разборчивость речи, что затрудняет ее понимание, особенно в шумной обстановке.
Прогрессирующую сенсорно-невральную одно- или двустороннюю потерю слуха могут вызывать синдром Меньера, сифилис, опухоли VIII черепного нерва и наследственные факторы. Степень ухудшения разборчивости речи зависит от остроты осн. заболевания.
Непрогрессирующая сенсорно-невральная потеря слуха может быть связана с врожденными факторами: краснухой у матери, случаями ранней глухоты в роду, несовместимостью родительской крови, преждевременными родами и ушными инфекциями. Аудиологические тесты обычно обнаруживают двустороннюю потерю слуха и снижение разборчивости речи.
Смешанная глухота имеет кондуктивный и сенсорно-невральный компоненты. Т. обр., повышаются пороги как воздушного, так и костного проведения звука. Обычно этот тип глухоты связан с хроническим средним отитом или отосклерозом. В обоих случаях разборчивость речи может ухудшаться, а снижение слуха прогрессировать.
Оторрея - это истечение жидкости из наружного слухового прохода, что может быть симптомом заболевания уха. Оно может локализоваться в наружном слуховом проходе или в среднем ухе и быть острым или хроническим. Потеря слуха, вызванная острым средним отитом, обычно колеблется от слабой до умеренной по степени, а по типу относится к поражениям звукопроводящего аппарата. При переходе воспаления среднего уха в хроническую стадию, снижение слуха прогрессирует и может достигать значительной выраженности. Если осложнения затрагивают лабиринт, может развиться сочетанное сенсорно-невральное нарушение слуха.
Тиннит
Тиннит - это слышание звуков в голове. При объективном тинните возникающий внутри индивидуума звук может быть услышан сторонним наблюдателем (напр., врачом), при субъективном тинните звук слышен лишь самому пациенту. Тиннит может возникать внезапно или развиваться постепенно, в течение неск. часов или дней, он м. б. постоянным или перемежающимся, односторонним, двусторонним или центральным по локализации. Звук может казаться громким или тихим, высоким или низким по тону. Примеры временных слуховых ощущений: пульсирующее, как удары сердца; постоянное; щелкающее или похожее на ритмичное дыхание. Тиннит - типичный "спутник" сенсорно-невральной потери слуха, но он м. б. связан со мн. др. этиологическими факторами, напр., наружным отитом, воспалением среднего уха, дисфункцией евстахиевой трубы, сосудистыми аномалиями, гипертонией и мышечными спазмами.
См. также Слуховая различительная способность, Локализация звука, Слуховое восприятие, Ухо
Дж. Ф. Корсо

Нарушения сна (sleep disorders)

Жалобы на качество и количество сна весьма нередки - около 15% взрослого населения испытывают частые и хронические нарушения сна. Преобладающим нарушением сна является бессонница или расстройство засыпания и поддержания сна. Выделяют три разных типа бессонницы; все они включают хронические жалобы на нарушенный сон и усталость в течение дня: а) бессонница начала сна, связанная с затруднениями засыпания; б) бессонница поддержания ночного сна, характеризующаяся частыми пробуждениями; в) бессонница окончания сна, проявляющаяся в раннем пробуждении с неспособностью вернуться ко сну. Эти типы могут наблюдаться изолированно или вместе.
Бессонница обычно определяется по задержке наступления сна более чем на 30 минут, ночным пробуждениям, приводящим к более чем 30-минутному бодрствованию или по общей продолжительности сна менее 6,5 часов. Существуют, однако, проблемы при использовании этих стандартных критериев. Нек-рые люди могут эффективно функционировать при гораздо меньшем, чем средняя продолжительность, времени сна. По мере старения увеличивается время засыпания (особенно у лиц старше 70 лет), снижается общая продолжительность сна, увеличивается количество пробуждений и сокращаются периоды глубокого сна (фазы 3 и 4). Качество и количество сна должны оцениваться индивидуально в контексте хронологического возраста.
Во многих случаях бессонница связана с соматической или психиатрической патологией. Но устранение ее не всегда сопровождается улучшением сна. Кроме того, при значительном числе случаев бессонницы соматические или психиатрические проблемы не выявляются. Здесь предлагались разные варианты этиологии - тревога, "пережевывание мыслей", условный рефлекс и повышенный уровень физиолог. активации.
Чаще всего для лечения бессонницы используются снотворные, такие как бензодиазепины и барбитураты. Нек-рые из этих лекарств вызывают привыкание, др. опасны при их сочетании с алкоголем. При постоянном приеме нарастает толерантность, требуются более высокие дозы для наступления сна. Вдобавок ко всему, постоянный прием снотворных сам по себе может вызвать Н. с. Др. методами лечения бессонницы являются прогрессивная мышечная релаксация, процедуры контроля стимулов и парадоксальная интенция.
Второй осн. категорией Н. с. является расстройство чрезмерной сонливости, представленное чаще всего нарколепсией и апноэ во время сна. Типичные симптомы нарколепсии: а) приступы сна (короткие, непреодолимые эпизоды REM-сна в дневное время); б) катаплексия (короткие периоды мышечной слабости без потери сознания). Нарколепсия является органическим заболеванием Ц. н. с., вероятно, передаваемым по наследству. Для лечения приступов сна используются стимуляторы (напр., амфетамины), для лечения катаплексии - трициклические антидепрессанты.
При апноэ у больного в течение сна дыхание неоднократно останавливается и возобновляется при пробуждении. В рез-те такого сна чел. обычно остается неотдохнувшим и сонным к утру. Апноэ во время сна может рассматриваться как расстройство засыпания или поддержания сна, либо как расстройство чрезмерной сонливости. Жалобы на бессонницу, а также на повышенную сонливость в дневное время могут быть вызваны апноэ во время сна. Причина этого расстройства неизвестна, хотя выявлены корреляции с ожирением, гипертонической болезнью и к.-л. состоянием, сопровождающимся сужением верхних дыхательных путей. Наиболее эффективным методом лечения тяжелого апноэ во время сна является трахеостомия.
Расстройства ритма сна - бодрствования составляют третью категорию Н. с. и включают транзиторные нарушения вследствие длительных авиарейсов и изменений режима сменной работы. Большая проблема - синдром отставленной фазы сна, характеризующийся хронической неспособностью заснуть в желаемое время. Представляется, что наступление и продолжительность сна определяются видоспецифичными биолог. ритмами, и у таких индивидуумов эти ритмы могут десинхронизироваться, вызывая нарушения сна.
Классиф. Н. с. замыкают парасомнии - клинические состояния, возникающие во время сна, при к-рых сами по себе процессы сна не являются патологическими. Примером м. б. сомнамбулизм, при к-ром больной садится в кровати, даже может встать и ходить, не приходя в полное сознание. К др. парасомниям относятся ночной страх, энурез и бруксизм.
См. также Сон, Лечение нарушений сна
С. Г. Фишер

Нарциссическая личность (narcissistic personality)

В DSM-IV эта личность характеризуется как обладающая раздутым чувством собственной важности. Примечательны склонность выставлять себя напоказ и желание добиться внимания со стороны окружающих и их восхищения. Такой человек уверен, что имеет на это право, что тж является характерной особенностью данного типа личности. Дефицит продуктивности и соц. безответственность субъективно оправдываются хвастливой самонадеянностью, экспансивными фантазиями, поверхностными рационализациями и откровенным обманом. Явный отпор завышенной самооценке может вызвать серьезный срыв в обычно невозмутимом самообладании. Несмотря на внешнюю беззаботность и безразличие, этот человек часто крайне озабочен тем, какое впечатление он производит на окружающих. Критика или провал вызывают холодное презрение либо сильные чувства бешенства, унижения или пустоты.
Хэвелок Эллис впервые придал психол. значение термину "нарциссизм". З. Фрейд внес важный вклад в изучение развития и патологии Н. л.
Авторами более поздних аналитических концепций являются Отто Кернберг и Гейнц Кохут. Согласно характеристике Кернберга, Н. л. обладает "необычной степенью самоотнесенности (self-reference) в своих интеракциях", а тж завышенной потребностью в восхищении, поверхностной эмоциональностью, эксплуатирующими и иногда паразитическими отношениями с окружающими.
В своей формулировке с позиций теории соц. научения, избегающей психоан. концепций, Теодор Миллон представил следующие критерии для комитета по разработке DSM-III. Они послужили основой для операционализации в Руководстве критериев диагностики Н. л.
1. Раздутый Я-образ.
2. Эксплуататорский стиль межличностных отношений.
3. Когнитивная экспансивность.
4. Беззаботный темперамент.
5. Дефицит соц. сознания (social conscience).
См. также Руководство по диагностике и статистической классификации психических расстройств (DSM-IV), Расстройства личности
Т. Миллон

Насилие (violence)

Изучение Н. было и остается областью, насыщенной полемикой. Даже короткие дискуссии о Н. осложнены не только межличностным и политическим, но и научным подтекстом. Часто высказывается большое беспокойство по поводу широкого распространения Н. в американском об-ве. Большинство дебатов сводится к вопросу об источнике Н. и о том, является ли оно присущим челов. природе или его причины кроются в устройстве об-ва. Частично полемика вращается вокруг вопросов об альтернативных определениях Н. Предприняв изучение Н. и его коррелятов, мы получим разные результаты, зависящие от определения, к-рое приняли.
Законность - второе измерение, по к-рому различаются определения Н. Некоторые определяют Н. только через противозаконное поведение. Это снимает с рассмотрения формы санкционированного Н., к-рые могут встречаться на войне или во время соц. волнений. Другие особо подчеркивают форму действия (более поведенческое определение) и его намерение. Наша совр. правовая система проводит различие между уничтожением людей или имущества вследствие намеренного Н. и ущербом, причиненным по небрежности.
Психол. изучение Н. ограничено двумя главными подходами. Первый связан с предсказанием Н. до его проявления. Прогностический подход заключается в том, что на основе анализа статистических профилей, личностных тестов, паттернов поведения, демографических характеристик и биографических данных дается вероятностная оценка того, что данное лицо или группа лиц может совершить в будущем насильственный акт. Монахан включает в сводку наилучших предикторов Н. следующие факторы: недостаток поддержки от ближайших членов семьи; история Н. в семье; модели насильственного поведения среди сверстников; отсутствие постоянной работы; наличие "добровольных" жертв; доступность оружия; доступность алкоголя; новизна и принятость Н. для конкретного чел. Увеличение длительности периода прогнозирования и разнообразия ситуаций, на к-рые распространяется прогноз, резко снижает точность предсказаний.
Несколько более полемична сфера контрольных процедур, к-рые следуют за прогнозом Н. Методы исправительного воздействия для предотвращения Н. влекут за собой ограничение свободы для лиц с неблагоприятным прогнозом в отношении насильственного поведения. Психология здесь выступала в роли поставщика данных и, иногда, экспертных заключений относительно использования далеко идущих методов контроля. Дискуссия развернулась вокруг того, что использование таких предсказаний для долгосрочного лишения свободы, по всей видимости, не имеет под собой достаточных оснований.
Родственная и недостаточно изученная область Н. касается насильственных действий, к-рые распространены в корпоративном мире. В частности, для нашего об-ва характерен высокий процент случаев изнасилования на рабочем месте и в автомобилях. В области психологии и соц. наук мало известно о таких формах Н. Они были и остаются окутанными политическими соображениями и потому никогда не были предметом систематического исслед.
См. также Агрессия
У. Дэвидсон

Наследственность и интеллект (heredity and intelligence)

Споры по поводу относительного вклада наследственности и среды в развитие интеллекта чел. велись веками как среди философов, так и среди широкой публики. При этом занимаемая позиция зачастую определялась в большей мере соц., политическими и экономическими взглядами участников дискуссии, чем имеющимися в их распоряжении научными доказательствами. Полемика не прекращалась даже в тех случаях, когда стороны расходились в определении и измерении той черты, на к-рую, как предполагалось, влияет наследственность и среда. Большинство эмпирических данных, связанных с полемикой о роли природы и воспитания в развитии, относится к разряду тестовых данных. И это обсуждение тоже строится вокруг оценок, полученных с помощью стандартизованных тестов интеллекта.
Принципиальные трудности
Поскольку направленное экспериментирование в этой области ограничено нравственными нормами, мы вынуждены иметь дело с данными, к-рые с трудом поддаются однозначной интерпретации. Усилиям исследователя препятствуют неск. факторов. Главной помехой является ковариация биолог. и культурной наследственности. К тому же генетика изучает стохастические закономерности. Гипотезы здесь требуют проверки в вероятностном смысле, но люди отличаются от используемых генетиками лабораторных животных сравнительно небольшим потомством и длительным интервалом времени между генерациями. Генеалогический анализ затруднен, если только речь не идет о признаках, определяемых одной парой генов. Однако наиболее важные признаки чел. наследуются полигенно, делая анализ родословных неприменимым.
В рез-те информ. о наследуемости (в широком смысле) интеллекта у чел. осн. на сравнении коэффициентов корреляции между тестовыми оценками интеллекта разных членов семьи. Эти коэффициенты называют "коэффициентами семейного сходства".
Понятие наследуемости
Наследуемость в широком смысле, обозначаемая как h2, есть вклад действующих в определенной популяции генетических факторов в общую дисперсию фенотипического проявления изучаемого признака. Теоретически эту дисперсию можно разложить на следующие компоненты: аддитивная генетическая дисперсия; генетическая дисперсия, обусловленная ассортативностью скрещиваний; неаддитивная генетическая дисперсия, обусловленная доминантностью; неаддитивная генетическая дисперсия, обусловленная эпистатическими взаимодействиями; средовая дисперсия; ковариация генетических и средовых влияний; статистическое взаимодействие генетических и средовых факторов; ошибка измерения.
Требования к измерению
Исходные корреляционные данные для получения оценок наследуемости должны удовлетворять определенным требованиям к измерению, однако корреляции, приводимые в публикациях по проблеме наследуемости челов. интеллекта, не отвечают практически ни одному из этих требований. Их перечень приводится ниже.
1. Выборочная совокупность должна быть точно определена и тщательно описана. Понятие наследуемости имеет смысл только в связи с биолог. популяцией, развивающейся в конкретных условиях среды.
2. Биолог. родство должно быть тщательно изучено и точно установлено. Зиготность близнецов в ряде (а возможно, и в большинстве) исслед. определялась на основе неадекватных критериев.
3. Изучаемая выборка должна быть репрезентативной по отношению к конкретной популяции. Любые отклонения от стандартного выборочного плана в данном случае недопустимы.
4. Объем выборки должен быть достаточно большим, чтобы можно было установить узкий доверительный интервал для выборочного коэффициента корреляции. Большинство исследователей переоценивают значение корреляций, полученных на малых выборках.
5. При оптимальном плане исслед. членам каждой родственной группы должна предъявляться только одна форма теста. Когда используются две формы теста, следует добиваться их максимально возможной параллельности, несмотря на широкий диапазон возрастных различий обследуемых. Если же применяются разнородные формы, все они по отдельности должны быть уравнены, а их шкалы отградуированы относительно друг друга.
6. Надежность используемых тестов должна определяться адекватными методами и на той выборке, где они проводились. Надежность теста, сообщаемая в руководстве к нему, не отвечает этому требованию.
7. Валидность используемых тестов тж должна быть доказана. Традиционные тесты интеллекта, такие как шкала Стэнфорд- Бине или шкала Векслера, содержат изрядное количество субтестов или подшкал для измерения компонентов челов. интеллекта. Оценка h2, полученная на основе корреляций общих показателей (IQ), может оказаться больше оценки наследуемости интеллекта, вычисленной на основе корреляций по любому из субтестовых показателей.
8. Замену стандартизованного теста к.-л. суррогатными показателями нельзя признать удовлетворительной. Как уровень образования, так и род занятий имеют, в лучшем случае, лишь умеренную валидность.
9. Интеркорреляции вычисленных для п событий истинных показателей по стандартизованным тестам интеллекта (или, что в данном случае без разницы, по стандартным замерам антропометрических характеристик) на протяжении примерно первых 18 лет развития образуют явно выраженную симплексную матрицу. Корреляции между смежными событиями меньше оценок надежности измерений для каждого из них и имеют тенденцию уменьшаться с увеличением числа промежуточных событий между двумя проведениями теста. Интеркорреляции для множества событий у взрослых, безусловно, соответствуют симплексной модели, только с более низкими темпами изменения, создавая неск. меньшую проблему для исследователей. Описанное явление имеет по крайней мере два следствия:
- Ошибочно полагать, что оценки наследуемости, полученные в каком-то одном возрасте, можно использовать в качестве оценок наследуемости вообще, безотносительно к возрасту. Это справедливо как для физ., так и для психол. свойств.
- Коэффициенты семейного сходства должны вычисляться для популяций, контролируемых по возрасту. Ошибочно предполагать, напр., что корреляции между родителями и детьми или между сибсами не зависят от возраста обследуемых.
10. Сравнение оценок наследуемости, полученных на разных популяциях, в лучшем случае, рискованно. Необходимо предоставлять информ. о средних значениях и дисперсиях фенотипических замеров и обращать внимание на любые доказательства различий в диапазоне одаренности двух сравниваемых популяций.
11. Исслед. приемных детей (включая близнецов, разлученных сразу или вскоре после рождения) требуют случайного распределения детей по приемным семьям. В строгом смысле, случайное распределение здесь всегда отсутствует. Поэтому необходимо располагать данными о степени селективности по каждому возможному измерению.
Недостающие данные
Будущие исслед. могут существенно повысить качество данных, используемых для вычисления оценок h2 при условии соблюдения вышеперечисленных требований. Кроме того, можно было бы расширить базу этих данных. Среди коэффициентов семейного сходства недостает прежде всего коэффициентов сходства между полусибсами. Эту группу обследуемых следует подразделять на две подгруппы в зависимости от характера родства - по отцу или по матери, - чтобы хоть частично контролировать пренатальные влияния. На сегодняшний день в литературе отсутствуют сведения о корреляциях между двоюродными родственниками, тж как и между внуками и дедушками (бабушками). У нас почти нет данных по родственникам ребенка за пределами его непосредственной семьи. Явно недостает данных и по группам меньшинств в США.
Точность оценок наследуемости
К настоящему времени из всех публикаций по вопросам семейного сходства мы в лучшем случае можем сделать вывод, что все эти корреляции поддаются ранжированию по своей величине в том порядке, к-рый предполагается генетической моделью. Однако тот же самый вывод, в общем, справедлив и в отношении средовой модели. Большая точность предсказаний на основе генетической модели (по сравнению с существующими на данный момент средовыми моделями), бесспорно, является ценным достижением с научной т. зр., но это преимущество невозможно реализовать без твердой уверенности в надежности наших данных.
Любая точная оценка вызывает подозрение. Разброс значений от 0,20 до 0,80 для оценок наследуемости интеллекта у американского белого большинства отражает здравый взгляд на этот вопрос. Столь широкий диапазон неопределенности вызывает у мн. беспокойство, однако он лишь отражает качество наших данных. Это беспокойство неоправданно, когда связывается с мнением, что у нас недостаточно оснований для интерпретации тестовых оценок или что данные тестирования не могут играть никакой роли в вопросах соц. политики.
Невостребованность оценок наследуемости
Несмотря на то что коэффициенты семейного сходства действительно неплохо согласуются с генетической моделью и, возможно (при наличии лучших данных), степень их согласования можно было бы повысить, единственно надежной базой для использования и интерпретации тестов служат не теории, а эмпирические наблюдения. Именно эти наблюдения важно принимать во внимание при определении соц. политики. Разумеется, эмпирические данные не подчиняют себе формирование соц. политики; однако соц. политика, осн. на неверных допущениях о природе этих данных, вызывает серьезные сомнения.
Неправильное понимание наследуемости
В отношении понятия наследуемости существует множество неправильных толкований, а выводимые из него следствия идут вразрез с интуицией. Если бы h2 равнялась единице, не говоря уже о 0,80, все равно оставалась бы возможность увеличить средний уровень интеллекта в популяции за счет обнаружения механизма средового воздействия, к-рый на данный момент не задействован в этой популяции. Но несмотря на обеспечиваемый этим механизмом постоянный прирост среднего уровня интеллекта, h2 по-прежнему равнялась бы единице. Если бы h2 составляла меньше единицы, то использование среди нижних 25% распределения популяции по интеллекту механизма средовых воздействий, работающего в настоящее время среди верхних 25% популяции, повысило бы интеллект нижних 25%, уменьшило бы общую дисперсию и тем самым увеличило бы оценку h2. Высокое значение h2 в динамичном демократическом об-ве могло бы означать, что возможности роста в нем выравнялись. Высокая наследуемость не ведет неизбежно к стратифицированному, статичному об-ву. Если пренебречь эффектами ассортативного скрещивания, то при высоком коэффициенте наследуемости h2 ожидаемая корреляция между родителем и ребенком составит лишь 0,50. Располагая информ. об интеллекте каждого родителя, мы можем поместить ожидаемую оценку интеллекта ребенка на полпути между средним арифметическим оценок интеллекта родителей и популяционной "нормой". Генетический механизм порождает преимущественно индивидуальные различия. Ожидаемая дисперсия регрессионных оценок для детей и родителей соответственно составляет 75% от общей фенотипической дисперсии. Мн. либералы безосновательно боялись высокой наследуемости и потому отвергали саму ее возможность, используя в качестве аргументов свои личные ценности.
Прогностическая валидность
Существуют многочисленные корреляции между оценками по тестам интеллекта и важными соц. показателями, свидетельствующие о том, что эти тесты измеряют нечто важное у людей. Однако возможность оценить генотип индивидуума в качестве промежуточной меры до оценки по критерию эффективности никак не повышает точность последней.
Интеллект и обучение в колледже
В самом широком диапазоне дарований корреляция между критериями социоэкономического статуса родителей и интеллектом ребенка составляет около 0,40. Возможно, эта цифра и отражает влияние среды на развитие интеллекта, но еще меньшую долю населения с низким и средним статусом среди студентов юридич. и мед. колледжей, ун-тов и среди аспирантов (а значит, и среди представителей престижных профессий) не удается объяснить только этой связью. Важной детерминантой является связь между статусом семьи и обучением в колледже. Эта корреляция выше, чем ей следовало бы быть в стране, где конституционно закреплены равные возможности для всех граждан и проповедуется ценность каждого чел. Корреляция между статусом семьи и интеллектом студентов объясняет лишь малую долю связи семейного статуса с обучением в колледже.
Наследование привилегий
Приводимые в публикациях корреляции между родителем и ребенком довольно сильно различаются. Для целей нашего обсуждения в качестве правдоподобного значения разумно выбрать 0,5. Корреляция между внуками и бабушками (дедушками), независимо от того, имеет ли она средовую или генетическую основу, должна быть существенно ниже. В данном случае приемлемой величиной будет 0,25. Поэтому не составляет труда предсказать, что выдающиеся врожденные способности обычно имеют тенденцию "растрачиваться" неск. поколениями гораздо быстрее, чем высокий статус или большое состояние. Соц. механизмы защищают бедно одаренное потомство.
Обучение и интеллект
Средние показатели по тестам интеллекта, вместе с выводимыми на их основе критериями эффективности деятельности, заметно выросли в США, возможно в рез-те общественной акции. Лучше всего этот рост объясняется в качестве следствия колоссальных усилий в масштабе страны, потребовавшихся, чтобы вызвать увеличение продолжительности школьного обучения на два с половиной года для двух возрастных групп, обследованных в 1917 и 1942 гг. В период с 1942 по 1960 г. прирост продолжительности обучения составил в среднем только год. Несмотря на то что и после 1960 г. происходили изменения в этом направлении, кривая роста интеллекта достигла плато (и даже несколько снизилась). Продолжение работы в этом направлении, по-видимому, не имеет перспектив.
Если достигнут предельный уровень в отношении увеличения сроков формального обучения, можем ли мы рассчитывать на получение дополнительной отдачи за счет повышения качества школьного обучения? В данный момент наиболее подходящий ответ - "может быть". Новые и относительно надежные данные, позволяющие исключить ответ "нет", свидетельствуют о существенном улучшении (в рез-те специальной работы) понимания прочитанного у 9-летних детей с низкими оценками интеллекта. В качестве наиболее вероятных факторов повышения отдачи от совершенствования качества обучения можно было бы назвать массовые усилия в масштабах страны, направленные на обеспечение нуждающихся компенсаторными образовательными программами. Невозможно получить весомую прибыль, не вложив изрядное количество средств и труда.
Изменение фертильности
Если посмотреть беспристрастно на людей, по своему интеллекту или статусу занимающих нижнее положение на соотв. шкалах, можно согласиться с политикой поощрения иметь поменьше детей, проводимой в отношении тех родителей, к-рые по минимуму обеспечивают их биолог. или соц. наследством. Способности среднего ребенка таких родителей ниже среднестатистического уровня популяции, хотя и неск. выше родительских. Средовая основа политики, нацеленной на достижение сокращения размера семьи, не менее прочна, чем генетическая. Изменение рождаемости в зависимости от родительского интеллекта или статуса ведет к изменению среднего уровня интеллекта детей, независимо от того, какими причинами может определяться их фенотипический уровень. Этот вывод совершенно не связан с предположениями о природе - генетической или средовой - механизма, лежащего в основе этой закономерности.
См. также Когнитивные (познавательные) способности, Наследуемость, Меры интеллекта, Полемика о роли природы и воспитания в развитии
Л. Хамфри

Наследственные болезни (genetic disorders)

В результате генеалогических исслед. был выявлен ряд расстройств, передающихся по наследству. При генетических заболеваниях некоторые протеины или ферменты отсутствуют или патологически изменены. Описание наиболее известных Н.б. приведены ниже в алфавитном порядке.
Амиотрофический боковой склероз (АБС). В 10% случаев вызывается аутосомным доминантным геном, хотя у некоторых детей выявляется аутосомная рецессивная передача. Если у родителя с АБС в роду нет случаев этого заболевания, оно скорее всего не передастся ребенку. АБС вдвое чаще встречается у мужчин, чем у женщин. Он поражает двигательные нейроны коры и позвоночного столба, вызывая спазмы и атрофию мышц.
Анемия Кули (талассемия). Вызывается аутосомным рецессивным геном. Наблюдается у итальянцев, греков, менее часто у детей американцев средиземноморского происхождения и детей американцев, имеющих предков среди сирийцев, израильтян и других народов этого региона. Если носителями являются оба родителя (с дефектным рецессивным геном), риск передачи этой болезни каждому ребенку составляет 25%.
Атаксия. Атаксия Фридрейха вызывается аутосомным рецессивным геном, атаксия Мари - аутосомным доминантным. Для развития у ребенка атаксии Фридрейха необходимо два рецессивных гена, по одному от каждого родителя-носителя. Если носителями являются оба родителя, болезнь развивается в 25% случаев. При атаксии Мари наличие у одного из родителей соответствующего доминантного гена приводит к 50% риску заболевания для каждого ребенка.
Ахондроплазия (карликовость). Вызывается аутосомным доминантным мутированным геном (аутосомный ген располагается на любой хромосоме, кроме Х-хромосомы). Карлик-родитель имеет 50% риск получить карлика-ребенка. При болезни обоих родителей риск ребенка заболеть доходит до 75%.
Болезнь Гентингтона (БГ). Вызывается аутосомным доминантным геном. При наличии одного больного родителя риск передачи потомству составляет 50%. БГ - неврологическое расстройство, проявляющееся в любом возрасте. Хорея (быстрые, беспорядочные, непроизвольные, неконтролируемые движения лица и конечностей), раньше называвшаяся "пляской святого Витта", встречается в семьях с нервным темпераментом.
Болезнь Тея-Сакса (ТС). Вызывается аутосомным рецессивным геном; риск заболеть равен 25% при наличии двух носителей болезни. ТС - фатальное нейродегенеративное расстройство, встречающееся преимущественно у евреев-ашкенази, выходцев из Центральной и Восточной Европы. Родившиеся дети выглядят поначалу нормальными, но еще до достижения двухлетнего возраста становятся пассивными, обездвиженными, практически слепыми, не реагирующими на внешнюю стимуляцию. У них отмечаются судороги, инфекции и проблемы с поглощением пищи.
Гемофилия. Вызывается связанным с полом рецессивным геном Х-хромосомы матери. Возникновение проблемы кровоточивости у женщины требует наличия у нее рецессивного гена в обеих Х-хромосомах, иначе нормальная аллель преодолеет действие патологического гена. У мужчин имеется лишь одна Х-хромосома и болезнь у них развивается только если Х-хромосома матери является носителем дефектного гена. Больной мужчина не может иметь сына-гемолитика, поскольку его Х-хромосома, в комбинации с нормальной Х-хромосомой яичника его жены, может обусловить появление лишь женщины-носителя. Но если женщина-носитель будет иметь детей, каждый сын имеет 50% риск стать гемофиликом, тогда как каждая дочь имеет такой же риск стать носителем.
Дизаутономия. Болезнь встречается преимущественно у еврейских детей и вызывается аутосомным рецессивным геном. Если носителями гена являются оба родителя, дети имеют 25% риск заболеть и 50% риск стать носителями. Дизаутономия обнаруживается уже при рождении, поскольку ребенок имеет неподвижный, отсутствующий взгляд и трудности в сосании и глотании.
Дистрофический пузырчатый эпидермолиз (ДПЗ). Дистрофия ведет к общему ухудшению состояния. ДПЭ вызывается доминантным аутосомным или рецессивным аутосомным геном. При доминантной форме родитель обеспечивает ребенку 50% шансов заболеть. При рецессивной форме дети не заболевают, но все становятся носителями. Если же оба родителя являются носителями, риск заболеть составляет 25% для каждого их ребенка.
Мышечная дистрофия (МД). Относится к группе хронических наследственных заболеваний, характеризуемых прогрессирующей дегенерацией и слабостью произвольной мускулатуры. МД обычно вызывается связанным с полом рецессивным геном на Х-хромосоме, как при гемофилии. Она может проявиться в любом возрасте, но обычно поражает детей от 2 до 6 лет. Ребенок при рождении выглядит нормальным, но в возрасте 4-5 лет теряет способность ходить. При ослаблении мышц спины ребенок не может сидеть прямо, преобладание действия более сильных мышц над более слабыми вызывает неестественное скрючивание тела. Результатом процесса яв-ся полная дегенерация произвольной мускулатуры.
Несовершенный остеогенез (НО). НО вызывается доминантным аутосомным или рецессивным аутосомным геном. Эта "болезнь хрупких костей" вызывает легкие переломы, тяжелый болевой синдром, ограничение активности и остановку роста. Др. симптомами являются повышенная подвижность в суставах, повышенная потливость, кариозные зубы, глухота и, часто, голубой цвет роговицы. При наиболее тяжелой, внутриутробной форме, наблюдаются множественные переломы при родах, некоторые происходят даже в матке. Полученные деформации полностью обездвиживают ребенка.
Пигментозный ретинит (ПР). ПР яв-ся результатом действия аутосомного рецессивного гена; если оба родителя яв-ся носителями, это означает 25% риск возникновения заболевания. При наличии одного больного родителя все дети станут носителями, но не заболеют. При наличии двух больных родителей (дефектные рецессивные гены у каждого на обеих хромосомах), наоборот, заболеют все дети. ПР иногда вызывается связанным с полом доминантным геном материнской Х-хромосомы, так что если мать больна, каждый ребенок любого пола имеет 50% риск заболеть, а половина дочерей будут носителями гена.
Расщепленное нёбо ("волчья пасть"). Вызвана рецессивным наследованием, возможно связанным с действием более чем одного гена. Происходит разъединение нёбных костей, которые в норме соединяются на ранних этапах развития. При расщепленной губе происходит расхождение костей верхней челюсти и/или верхних десны и губы. Эта патология формируется в течение первых трех месяцев беременности.
Расщепленный позвоночник (РП). РП (spina bifida) вызывается аутосомным рецессивным геном с нерегулярной наследственной передачей благодаря действию др. генов. При наличии одного больного ребенка вероятность болезни у второго повышается с 2:1000 до 1:20. При РП позвонки не сходятся, как обычно, в течение первых трех месяцев беременности. Чаще заболевают девочки.
Сахарный диабет. Вызывается аутосомным рецессивным геном. Если оба родители больны диабетом, заболевают все их дети. При браке, в к-ром один из супругов болен диабетом, а др. имеет случаи заболевания в роду, не болеющий может оказаться носителем, что повышает риск детей заболеть до 50%. При браке двух носителей каждый ребенок имеет 25% риск стать жертвой расстройства.
Есть два типа диабетиков. Безвинные (blameless) диабетики - это дети до 10 лет, болезнь у к-рых развивается не по их вине в результате действия наследственных факторов. У них повышен рост, но не вес. Виновные (blaтаblе) диабетики позволяют себе набрать излишний вес, повышая тем самым шансы заболеть.
Ожирению способствует сидячий образ жизни и отсутствие достаточной физ. нагрузки. Склонность к диабету наиболее высока у женщин в менопаузе, в особенности после гистерэктомии (удаления матки).
Серповидноклеточная анемия (СКА). Встречается преимущественно у негров, но также иногда у итальянцев, сицилийцев, турок и индусов. Она вызывается аутосомным рецессивным геном; наличие двух родителей-носителей повышает у детей риск заболеть до 25%. От брака больного и здорового супруга дети не заболеют, но все будут носителями. У обоих больных родителей все дети будут больными.
Синдром Дауна (монголизм). Вызван лишней аутосомной 21-й хромосомой. У больного ребенка замедляется психофизическое развитие. Синдром встречается во всех расах и национальностях. Амниоцентез может выявить лишнюю хромосому в околоплодных водах матери.
Синдром Туретта. Вызывается аутосомным доминантным геном со "сниженной пенетрантностью и изменчивой экспрессией". Индивидуум может унаследовать доминантный ген, но не демонстрировать симптомов болезни. Это называется "непенетрантностью", чаще проявляющейся при действии доминантного, а не рецессивного гена. Тяжелая степень болезни отражает "полную генетическую экспрессию".
Синдром Турнера. Вызывается связанным с полом геном в отсутствующей или дефектной Х-хромосоме только у женщин. У больных женщин отмечается недоразвитие яичников, плохой рост костей. Дефектная Х-хромосома обусловливает малый рост, больные выглядят карликами с нормальными пропорциями тела. Сексуальное созревание является недостаточным.
Фенилкетонурия. Эта диетическая проблема возникает вследствие аутосомного рецессивного гена, вызывающего нарушение белкового обмена. При отсутствии коррекции с помощью специальной диеты состояние может принять характер тяжелой степени задержки умственного развития. Если оба родителя являются носителями, шансы ребенка приобрести белковый дефицит равны 25%.
Цистофиброз (ЦФ; кистозный фиброз). Вызывается аутосомным рецессивным геном. Если оба родителя являются носителями, каждый ребенок имеет 25% риск заболеть и 50% - стать носителем, как и его родители. При болезни обоих родителей (т. е. при наличии обоих ЦФ-генов) заболевают все их дети.
См. также Доминантные и рецессивные гены, Наследование
X. К. Финк

Наследуемость (heritability)

Н. можно представить в виде квадрата корреляции между фенотипическими и генотипическими значениями к.-л. признака в популяции (h2). Н. любого признака невозможно оценить на основе изучения отдельного индивида, так как h2 выражает долю общей дисперсии проявлений признака, а дисперсия зависит от различий между индивидами. Поскольку Н. оценивается по выборке из определенной популяции, h2, подобно любой др. выборочной стат., содержит ошибку выборки. Величина этой ошибки связана обратно пропорциональным отношением с корнем квадратным из объема выборки. Кроме того, на получаемые оценки h2 влияет степень генетической и средовой изменчивости признака в изучаемой популяции, наряду с типом и надежностью его измерений. Т. о., h2 для каждого конкретного признака не яв-ся константой, наподобие числа ? или скорости света. Наследуемость больше похожа на такой демографический показатель, как индекс младенческой смертности среди данного населения, проживающего в данном месте в данный период времени, вычисляемый в соответствии с установленным критерием табуляции смертей в младенческом возрасте.
Наиболее ясное представление о том, что такое наследуемость, можно составить на основе рассмотрения компонентов, составляющих общую фенотипическую дисперсию изучаемого признака (Vp):
VP = VG + VE + VGE + 2Cov GE + Ve
где VG - генетическая дисперсия, VE - средовая дисперсия, VGE - статистическое взаимодействие генетических и средовых факторов, Cov GE - ковариация генетических и средовых факторов, Ve - ошибка дисперсии (вследствие ненадежности измерений).
В свою очередь, генетическую дисперсию, VG, можно также разложить на 4 компонента:
VG = VA + VD + VEp + VAM,
где VА - аддитивная генетическая дисперсия, VD - неаддитивная генетическая дисперсия, обусловленная доминантностью (взаимодействием аллелей в одинаковых хромосомных локусах), VEp - неаддитивная генетическая дисперсия, обусловленная взаимодействием между генами в разных локусах (или, иначе говоря, эпистазом), и VAM - генетическая дисперсия, обусловленная ассортативностью скрещиваний (т. е. приростом генетической дисперсии, к-рый можно объяснить степенью генетического сходства между членами пары по изучаемому признаку).
При наличии всех вышеперечисленных компонентов мы можем точно определить Н. Есть два определения Н., в узком и широком смысле, к-рые обозначаются соответственно h2N и h2B:
h2N = VA / Vp и h2B = VG / VP.
Иногда в числитель формулы для оценки h2B включают др. компоненты:
h2B = (VG + VGE + 2Cov GE) / Vp.
В количественной генетике под h2 без нижнего индекса обычно подразумевается Н. в узком смысле (h2N), тогда как в генетике поведения тем же символом обозначается наследуемость в широком смысле (h2B).
Н. (h2N или h2B) признака оценивается исходя из различных родственных корреляций, к-рые могут служить основой и для оценки различных компонентов фенотипической дисперсии. Корреляция между монозиготными близнецами, разлученными сразу после рождения и воспитанными порознь (в некоррелирующих условиях среды), есть не что иное, как оценка h2B. Регрессия единственного потомка к "среднему родителю" (т. е. усредненным признакам обоих родителей) оценивает только h2N, при условии различия средового опыта родителей и потомства. (Отсюда и важность исслед. приемных родственников для оценки Н.) Использование других родственных корреляций требует более сложных формул для оценки Н. и соответствующих компонентов дисперсии.
Н. - важное теоретическое понятие для уяснения источников индивидуальных различий по поведенческим признакам: способностям, факторам личности и психич. болезням. Однако будет нелишне развеять три распространенных заблуждения по поводу Н.: а) Н. указывает не на абсолютную величину или степень выраженности признака (или характерной особенности) у индивида, а на долю дисперсии этого признака, обусловленную генетическими факторами; б) между Н. признака и его психол. или соц. значимостью не обязательно имеется связь; в) связь между Н. признака и его изменчивостью под давлением всевозможных средовых факторов тж необязательна и не яв-ся абсолютной. Др. словами, доля дисперсии признака, приписываемая негенетическим или средовым факторам (т. е. 1 - h2B), указывает только на вариацию факторов среды, к-рые поддерживают фенотипическую дисперсию в популяции на момент оценивания h2. По логике вещей, такая оценка просто не может учитывать возможные эффекты средовых факторов (или их новой комбинации), к-рые на данный момент отсутствуют в наблюдаемой популяции.
См. также Генетика поведения
А. Р. Дженсен

Наследуемость черт личности (heritability of personality)

Н. ч. л. яв-ся одной из старейших тем совр. психологии, вызывающих самые горячие споры. История этих дискуссий насчитывает несколько тысячелетий, начиная со времен Платона, выдвинувшего идею о наследственной обусловленности способностей.
В XVIII и XIX вв. доминировало твердое убеждение в том, что чел. при рождении подобен "чистому листу" (tabula rasa), на котором окружающая среда записывает тщательно проработанный и детализированный план для развивающейся личности.
Одним из следствий радикальных социально-политических и культурных изменений, имевших место в первые десятилетия XX в., стала потребность заглянуть "внутрь", чтобы получить ответы на сложные загадки челов. поведения.
Пионером в этой области стал Гальтон, выдвинувший простое и ясное предположение, что любые различия между идентичными (монозиготными) близнецами должны объясняться влиянием окружающей среды, потому что вклад генов оставался постоянным. Кроме того, он утверждал, что различия между дизиготными близнецами могут быть обусловлены как наследственностью, так и средой. Предположения Гальтона, отличающиеся проницательностью, все же не были абсолютно правильными.
Готтесман пришел к выводу, что компонента дисперсии, приписываемая генетическим факторам в соц. интроверсии, яв-ся весьма значимой. К аналогичному заключению пришла и Скарр, обнаружившая, что в большой выборке девочек-близнецов больше половины внутрисемейной изменчивости интроверсии-экстраверсии было обусловлено генетикой. Имеются существенные доказательства в поддержку вывода Скарр о том, что "социальная экстраверсия - интроверсия является основным измерением способности к реагированию на окружающую среду... Близнецовые исследования обнаружили значительный вклад генов в эту способность".
В лонгитюдном исслед., охватывавшем период от подросткового возраста до взрослости, изучалась устойчивость черт личности с высокой наследуемостью. В подростковой подвыборке были получены достоверные доказательства наследуемости черт, оцениваемых по шкалам депрессии, психопатического отклонения, паранойи и шизофрении, входящим в Миннесотский многофазный личностный опросник (MMPI). Этот паттерн не переходил во взрослость, где высокую наследуемость обнаружили показатели по шкалам гипомании, коррекции (К - шкала) и силы эго. Только тревожность и зависимость сохраняли высокую наследуемость в обоих возрастах. Очевидно, что Н. ч. л. хотя и играет существенную роль в формировании личности, происходят также значительные возрастные изменения, в к-рых специфические черты обнаруживают признаки наследуемости. Исследователи выдвинули несколько возможных объяснений возрастных эффектов в Н. ч. л., одно из к-рых гласит, что изменения генетической дисперсии являются функцией генной регуляции, генотип-средового взаимодействия и корреляции. Возможно также, что развитие находится в обратно пропорциональном соотношении с генетическим влиянием на черту. Т. о., поскольку развитие идет наиболее быстро в подростковом периоде, то в это время под генетическим контролем будет находиться больше черт личности. Также очевидно, что потенциальное влияние окружающей среды на личность зависит, по крайней мере отчасти, от времени: чем дольше чел. подвергается воздействию значимых событий, тем больше вероятность влияния на него этих событий.
По крайней мере одно лонгитюдное исслед. действительно выявило возрастную устойчивость такого измерения личности, как интроверсия-экстраверсия. Исследователи наблюдали за детьми от момента рождения до достижения ими взрослости и обнаружили, что тенденция к соц. заторможенности оказалась достаточно устойчивой в период от 10-летнего возраста до наступления зрелости. В действительности, есть некоторые основания говорить об устойчивости этого измерения личности уже с 3-летнего возраста.
Есть несколько других эмпирических работ, позволяющих предположить существование наследственной составляющей интроверсии-экстраверсии как главного измерения личности. Попытку исследовать вклад генетических факторов в личность предприняли Кларидж, Кентер и Хьюм. Выборка, состоящая из 44 пар монозиготных и 51 пары дизиготных близнецов, прошла батарею разнообразных личностных, когнитивных и психофизиологических тестов. Согласно личностным опросникам, монозиготные близнецы продемонстрировали значительно большую степень сходства в отношении социабельности (sociability), самокритичности и интропунитивности, причем два последних признака можно связать с вариациями тревожности и экстраверсии.
Еще одно исслед., выполненное на 422 парах близнецов, было посвящено изучению вклада генетических и средовых факторов в такую черту личности, как поиск ощущений. Ученые установили, что наследственностью объясняется 58% дисперсии суммарного показателя поиска ощущений и 69% достоверной дисперсии (после корректировки ненадежности теста). Эта наследственная составляющая довольно высока для черты личности, что согласуется с результатами работ Ивза и Айзенка, в соответствии с к-рыми 42% нескорректированной и 60-70% достоверной дисперсии экстраверсии в 837 парах взрослых близнецов можно приписать действию генетических факторов. Ивз и Айзенк обнаружили, что унитарное свойство экстраверсии обеспечивало более сильную дискриминацию генетических и средовых детерминант, чем его составляющие - социабельность и импульсивность - взятые по отдельности. Какое бы действие гены не оказывали на контроль общего признака экстраверсии, оно, по всей видимости, яв-ся аддитивным.
Если мы предположим, что на интроверсию-экстраверсию влияет какой-то генетический фактор, он мог бы быть специфическим или полигенным. По большей части, генетически обусловленная изменчивость признаков чел. яв-ся следствием полигенных эффектов. Это равносильно возможности одновременной реализации многочисленных малых аберраций (отклонений от нормы), индивидуальные эффекты к-рых, при их полном объединении, не обнаруживаются. Они дают нормальное (гауссово) распределение данного признака. Полиген имеет некоторое сходство с менделевским главным (основным) геном; он оказывает крайне малое умножающее воздействие на вариацию признака относительно совокупной изменчивости, наблюдаемой для данного признака. Экспрессия некоторых признаков в большей степени зависит от кумулятивной тяговой силы всех имеющих к ним отношение генов, чем от нескольких неспецифических генов. Следовательно, полигены имеют тенденцию быть очень чувствительными к средовым факторам. Главной альтернативой полигенам являются нарушения со специфической генной этиологией. Напр., хорею Гентингтона вызывает один доминантный ген, хотя мы пока не в состоянии проследить весь путь от гена до его экспрессии на поведенческом уровне. Фенилкетонурию вызывают два рецессивных аллеля, несущие в себе специфическую врожденную ошибку обмена веществ.
Случаи замены одного аллеля другим относительно просты. Однако иногда случается, что непрерывное распределение генотипов приводит к появлению дискретных фенотипов для некоторых болезней. Такая болезнь, по-видимому, будет иметь постоянно распределенную тенденцию к проявлению и будет проявляться всякий раз, когда некоторая переменная превысит пороговое значение. Фенотипическая прерывистость не является генетической, возникая только при превышении некоторого порога. Существует множество квазинепрерывных болезней, таких как сахарный диабет, язва, расщепленное нёбо. Согласно некоторым теориям, в эту же категорию попадает шизофрения.
Если мы присоединяемся к мнению о том, что такое измерение личности, как интроверсия-экстраверсия, имеет генетическую составляющую, мы, в сущности, утверждаем, что существует специфическая, генетически закодированная, биохимическая ошибка, проявляющаяся в виде поведения, описываемого как интроверсия или экстраверсия. Сам по себе признак не может наследоваться. Должно иметь место действие некой промежуточной переменной типа генетического кода, приводящее к биохимической ошибке. Принимая во внимание то, что известно о поведенческих проявлениях интроверсии и экстраверсии, крайне маловероятно, что их можно будет связать со специфическим геном или приписать исключительно действию наследственности, исключив влияние окружающей среды.
Хотя исслед. наследственной природы некоторых черт личности принесли очень интересные и многообещающие результаты, нельзя интерпретировать неверно эти данные или исключать возможность альтернативных объяснений. Как уже было отмечено, Ф. Гальтон высказал предположение о том, что монозиготные близнецы генетически тождественны. Однако это предположение - скорее гипотеза, чем один из постулатов законов наследственности. Дарлингтон не раз указывал на то, что внутрихромосомные генетические изменения (генные мутации и хромосомные ошибки при митозе) могут иметь следствием асимметрию. На самом деле, возможен даже случай, когда два сперматозоида оплодотворяют половинки одной яйцеклетки.
С этим связана проблема определения зиготности. Обычно используется метод сходства. Этот метод включает в себя проведение нескольких возможных сравнений. Могут быть использованы такие объективные моногенные (single-gene) признаки, как группа крови и сывороточные белки. Можно использовать морфологические признаки - цвет глаз, форму ушей и носа, хотя они и менее надежны. Для определения зиготности использовали и сравнение линий на отпечатках пальцев. Окончательной проверкой зиготности является тест с пересадкой кожи, но этот метод явно непригоден для исследовательских целей. В любом случае, монозиготность можно определить только с определенной долей вероятности, а не наверняка.
Справедливая критика исслед. близнецов направлена на тот факт, что монозиготных близнецов чаще воспитывают в более однородной среде, чем дизиготных. Поэтому часть дисперсии высоких корреляций в группе монозиготных близнецов может объясняться более сходными условиями воспитания, а не генетикой.
Наконец, относительная доля генетического контроля черт личности может зависеть от специфичности исследуемых признаков или образцов поведения. Как сообщают Мэтини и Долан, "было установлено, что социабельность является изолируемым и генетически контролируемым фактором, но его связи с другими факторами социальной природы не дают никаких свидетельств в пользу сильной связи между действиями по отношению к другим и действиями, предпринимаемыми для того, чтобы быть с другими, - разграничение, касающееся качества и количества социальных интеракций". Хорн, Пломин и Розенман установили, что одни аспекты социабельности (разговорчивость, компульсивность и непринужденность) подвержены генетическому влиянию, тогда как другие (доверие руководству, контроль импульсов и соц. эксгибиционизм) в большей степени определяются средовыми воздействиями. Исследователи пришли к выводу, что, хотя большинство определений социабельности подразумевает стадность или потребность быть с людьми, фактор, полученный ими из "генетических пунктов", был достаточно специфическим и труднообъяснимым для тех, кто не знаком с изучаемой проблемой.
Поднятый здесь вопрос сводится к тому, какой аспект организации личности или конкретной черты личности контролируется генетически. Проблему, стоящую перед нами, исследовал Добжанский, а именно - разделял генетическую неподвижность и фенотипическую пластичность. Добжанский утверждал, что "существеннейшей чертой эволюции человека, сделавшей наш вид уникальным, было установление генетически контролируемой пластичности черт личности. Эта пластичность сделала человека способным к обучению и определила возможность развития человеческой культуры и общества". Если бы мы были способны поддерживать развитие постоянным, наблюдаемая вариация черт личности отражала бы генотипическую изменчивость. На самом деле развитие каждого индивидуума уникально. Следовательно, вариация черт личности определенно отражает влияние средовых факторов. Тогда вопрос заключается в том, в какой степени мы наследуем конституциональные факторы, влияющие на приобретение определенных черт личности. Если что-то вроде "парасимпатического доминирования" наследуется, то должна, по идее, существовать и предрасположенность к паттернам поведения, к-рые помечены ярлыком "экстраверсия" (вместе с составляющими ее "официальное облачение" чертами).
См. также Генетика поведения, Наследственность и интеллект, Наследуемость
Р. А. Прентки

Натуралистическое наблюдение (naturalistic observation)

Под Н. н. понимается не нарушающее естественный ход событий и не вызывающее ответной реакции изучение организмов в их естественной среде обитания или привычной обстановке в отсутствие манипуляции или целенаправленного воздействия со стороны исследователя. Границы таких исслед. простираются от наблюдений за отдельными индивидами до наблюдений целостных соц. структур и культур. Такие исслед. реализуются в широком разнообразии условий и в широком спектре дисциплин, использующих множество различных методов и выходящих за пределы изучения одних лишь челов. существ, охватывая насекомых, птиц и других животных. Примером Н. н. может служить проведенное Дж. Гудолл исслед. шимпанзе в их естественной среде обитания. Диапазон, широта и разнообразие исслед. методом Н. н. в разных дисциплинах и различных соц., культурных и физ. условиях отражается в многообразии исследовательских тем и богатстве полученных данных.
Наблюдатели-натуралисты часто используют др. методы исследования, такие как интервью, в целях проверки своих данных из обсервационных исслед. и достижения понимания культуры и об-ва, к-рые они изучают. В ходе эволюции Н. н. в различных дисциплинах, эта методология часто отождествлялась с др. методами исслед. Полевое, этнографическое, включенное и невключенное наблюдение, изучение отдельных случаев, а также этологическое и качественное исслед. - все это примеры методов, часто отождествляемых или используемых в качестве синонимов Н. н. Методы Н. н. считаются подкатегорией более широкой категории исследовательских методов и подходов - называемой в литературе по-разному, как естественнонаучное/естественноисторическое исслед., натуралистическое исслед., натуралистические методы, естественнонаучные/естественноисторические перспективы, и Н. н., - к-рые избегают манипулирования исходными условиями или наложения ограничений на конечные результаты со стороны экспериментатора. Последние включают в себя целый ряд других методологий, таких как клиническая методология, изучение истории жизни и изучение отдельных случаев.
Н. н. является одной из старейших методологий в науке. Его происхождение относится к доисторическим временам и уходит корнями в устные традиции. Письменные свидетельства о наблюдениях, подобных тем, в которых Геродот сравнивал людей из Греции с людьми из др. стран, относят к V в. до н. э. Исследователи, путешественники, журналисты и литературные деятели оставили многочисленные описания своих наблюдений. Приблизительно с середины XIX и до начала XX в. стали проводиться систематические наблюдения, осуществлявшиеся в основном любителями. К наиболее известным работам этого периода относятся изучение жителей Лондона Чарльзом Уитвиком Бутом, изучение рабочего класса во Франции Фредериком Пьером Гийомом Ле Пле, пионерское антропологическое исслед. Льюисом Генри Морганом индейского племени "сенека" в 1851 г. и публикация У. Г. Р. Риверсом исслед. народа тода в 1906 г. Параллельное развитие систематических наблюдений за поведением животных Ч. Дарвином и др. учеными способствовало популяризации этологии, или науки о поведении животных. Период от 1920-х до 1950-х гг. отмечен использованием методов Н. н. в целом ряде др. научных дисциплин и специальностей. Однако, за исключением культурной или соц. антропологии, эти методы или игнорировались, или подвергались критике со стороны др. представителей соответствующих дисциплин. Влияние Ф. Боаса и пионерское исслед. Б. Малиновским жителей Тробрианских островов в 1920-х гг. задали тон в антропологических исслед. В то же самое время, социологи в США под руководством Р. Парка и У. И. Томаса активно включились в Н. н. в форме включенного наблюдения и изучения отдельных случаев. Работы К. Лоренца и Н. Тинбергена послужили дополнительным импульсом и образцами для развития этологии в области психологии и физ. антропологии. В течение этого периода обсервационные методы были введены Ж. Пиаже в психологию развития благодаря его исслед. развития детей.
В период последовавший за 1950-ми гг. методы Н. н. стали претерпевать существенные изменения, к-рые продолжаются и по сей день. Двумя событиями, оказавшими на этот процесс наибольшее влияние, яв-сь: а) введение незаметных измерений, б) появление портативных переносных аудиовизуальных устройств для регистрации наблюдений и доведения результатов этих наблюдений до гораздо более широкой аудитории.
Незаметные измерения представляют собой набор оригинальных технических приемов, расширяющих возможности методик Н. н. К ним относится анализ физ. следов, архивные записи и элементарные наблюдения. Анализ физ. следов (physical traces analysis) включает методы эрозии, к-рые позволяют оценить степень износа. Напр., для определения популярности книг могут исследоваться их переплеты. Методы аккреции (accretion methods) измеряют отложения или наслоения. Для оценки частоты использования книг можно измерить количество осевшей на них пыли. Для получения доступа к интересующим их проблемам исследователи могут тж обращаться к архивным записям, содержащимся в различного рода документах и публикациях. Элементарные наблюдения состоят из подкатегорий, к-рые фокусируются на физ. признаках, движениях тела, пространственном анализе, речи и анализе временных выборок.
Появление аудиовизуальной техники и видеоаппаратуры значительно расширило возможности в сборе данных. Видеоаппаратура позволяет вести непрерывное наблюдение, обеспечивая исследователей возможностью последующего доступа к данным и делая их более убедительными для зрителей. Видеозаписи обеспечивают подтверждение отчетов непосредственного наблюдения. Они оказываются чрезвычайно эффективным средством подготовки наблюдателей-натуралистов, а также проверки надежности и валидности данных наблюдения, невзирая на тот факт, что собираемые с их помощью данные подвержены влиянию ошибок, связанных с избирательным подходом исследователя к выбору тем, способа подачи материала и точки съемки. Такие записи могут предъявляться др. исследователям для независимых интерпретаций. Новые технические средства радикально изменили роли исследователей. Наблюдатели больше не яв-ся единственным инструментом наблюдения или неизбежно единственными авторами интерпретации данных.
После 1950-х гг. получили развитие экологические подходы и этология чел. Поведенческие терапевты использовали непосредственное наблюдение для сбора данных о специфическом поведении в естественных условиях. Клиницисты распространили область своих наблюдений с индивидуумов на изучение орг-ций.
Методы Н. н. были освоены в области образования в 1960-х гг. и оценке образовательных программ в 1970-х гг.
Проведение исследований методом натуралистического наблюдения
Многообразие и сложность форм Н. н. позволяют дать лишь общее описание используемых в нем методов и методик. Первые шаги, в хронологическом порядке, состоят из обсуждения и выбора фокуса, доступа, позиции и роли. Любое исслед. начинается с определения предмета или фокуса интереса и общего представления о месте или условиях его проведения. Для исследователей-натуралистов яв-ся типичной ситуация, когда они обнаруживают, что их интересы расширяются или изменяются в процессе исслед. Исследователи должны также получить согласие или разрешение от частных лиц и/или властей на проведение своих наблюдений. В дополнение к роли наблюдателя должен быть определен ряд других ролей, к-рые могут возникнуть в дальнейшем в ходе исслед., таких как гость, друг и сосед.
Следующая фаза состоит из наблюдения, интерпретации, записи, анализа и отчета, на к-рые влияет теорет. позиция данного исследователя. Исследователь может предпочесть сделать акцент на чисто описательных исслед. или избрать теорет. подход. Одним из вариантов последнего яв-ся обоснование теории, опирающееся на непосредственно получаемые новые данные. Др. подходом к построению теории яв-ся аналитическая индукция. Здесь акцент делается на проверку гипотез. Напр., мнение, что власть всегда развращает, может изучаться в контексте профсоюзных организаций и переформулироваться до тех пор, пока не будет достигнуто соответствие полученным данным.
Исследователь может выбирать между прямым и непрямым способами наблюдения. Сходным образом исследователь может решить для себя, включаться или не включаться в наблюдаемые события, или менять эти роли в различных ситуациях. Релевантными наблюдению факторами являются пол, возраст, этническая принадлежность наблюдателя и наблюдаемого, а тж соц. и политический климат. Напр., исследователи-женщины имеют больший доступ к изучению др. женщин индивидуально или как групп в большинстве культур. Выборка периодов времени и событий имеет критическое значение для обсервационных исслед. из-за огромного объема потенциально доступных данных. Выборка объектов наблюдения становится неизбежной, если приходится вести наблюдение за большим количеством единиц наблюдения. Множество различных методов используется исследователями для отбора, записи, анализа и суммирования данных наблюдения. Диапазон таких записей варьирует от отдельных эпизодов до кодированных записей событий и от регистрации образцов до визуальных записей поведения.
Важнейшей заботой наблюдателей является надежность, валидность, правдоподобие и достоверность получаемых данных. Для достижения этих целей используются разнообразные методы, такие как повторные наблюдения, проведение исследований в нескольких местах, сравнение полученных данных с данными других исследователей и интервьюирование информаторов для валидизации полученных данных посредством триангуляции.
При завершении наблюдений исследователю следует покидать свое место таким образом, чтобы у него сохранялась возможность для последующего возвращения, если в том возникнет необходимость. Как правило, исслед. завершается детальным анализом и письменным отчетом.
Использование обсервационных методов не препятствует использованию др. инструментов, таких как интервью, проективные методики и контент-анализ. Клинические психологи оказывают предпочтение многомерному подходу, дополняя наблюдение поведения использованием оценочных шкал и интервью.
Критика, контроверзы и контраргументы
В различные периоды времени натуралистические методы яв-сь предметом дискуссий и подвергались критике в отношении их важности, полезности и методологической обоснованности. Критика исходила со стороны филос. подходов, берущих начало от позитивизма и операционализма. Позитивисты считают, что лишь научный метод, моделируемый по образцу естественных наук, яв-ся наиболее адекватным методом приобретения знания. Операционализм стремится ограничить область научного исслед. измеряемыми объектами. Такая традиционная модель научного исслед. опирается на количественные данные, эксперим. методологию, проверку дедуктивной теории и на допущение о существующей независимо от наблюдателя объективной реальности.
Натуралистическое исслед. опирается на сочетание отличных филос. подходов, таких как феноменология и гуманизм, к-рые объясняют и обосновывают приобретение знание как субъективный процесс и интерпретируют его как зависящий от окружения. Эти различия в подходах поднимают следующие вопросы: а) наблюдение и объективность; б) анат. исслед.; в) качественный и описательный подход к полученным данным; г) критерии оценки результатов; д) высокая стоимость натуралистических исслед.; е) этические проблемы.
Объективность трудно сохранить из-за влияния наблюдателя на наблюдаемый объект. Исследователь представляет собой вторгающийся фактор, вероятно воздействующий на наблюдаемых и их поведение. Наблюдение с использованием полупрозрачных зеркал является примером минимизации влияния наблюдения. Интерпретация др. культуры или др. биолог. вида исследователями, к-рые обладают собственными личными и культурными стереотипами, яв-ся второй проблемой. Интерпретации языческих ритуалов в XIX в. несут на себе отчетливые следы предвзятого отношения наблюдателей-миссионеров. Если одна и та же культура изучается исследователями, чьи интерпретации расходятся, означает ли это, что оба таких исслед. не должны заслуживать доверия или же их следует рассматривать как вклады в более полное понимание этой культуры? Если считать, как это делают позитивисты, что существует единственное, истинное объяснение некоторого явления, расхождение в интерпретациях надлежит отнести к ошибкам интерпретации.
Натуралистические перспективы допускают такие расхождения, поскольку психол. взаимодействия и соц. явления подлежат различным интерпретациям. Сегодня в целом признается, что соц. и поведенческие науки не всегда свободны от избирательности и пристрастности исследователя. Напр., различные исследовательские акценты в изучении обезьян, обитающих в районе Арашиямы (г. Киото, Япония), отражают различные ценности и убеждения, разделяемые японскими и западными учеными. Натуралистические обсервационные исслед. подвергались критике за отсутствие воспроизводимости и валидности, а также за ограниченную возможность распространения результатов на др. группы или культуры, что сужает область их использования. Ответ на эту критику состоял в том, что целью наблюдателя-натуралиста является скорее поиск понимания, нежели открытие универсальных законов. Защитники Н. н. делают акцент на иных критериях, таких как перспектива, правдоподобие и отсутствие внутренних противоречий. Тщательно относящиеся к процессу исслед. наблюдатели-натуралисты идентифицируют его контекст, кодифицируют свои методы, используют кросс-культурную валидизацию, выделяют поведенческие единицы анализа, проводят сравнительные исслед. и проверяют универсальность получаемых результатов. Незаметные измерения не вызывают реакций со стороны наблюдаемого объекта, минимизируют эффект наблюдателя, могут воспроизводиться в большинстве случаев и идеально подходят для триангуляционных методов.
Др. вопрос касается взаимосвязи между теорией и процедурами исслед. Наблюдатели-натуралисты вовлечены в процесс поиска и разработки теории. В центре внимания доминирующего традиционного эксперим. метода находится проверка и верификация теории. Натуралистический метод является индуктивным, занимающимся построением обобщений, основанных на изучении отдельных культур.
Легитимность индуктивного метода не получила широкого признания в доминирующей исследовательской традиции, невзирая на существование ист. примеров успешного использования индуктивного метода, таких как дарвиновская теория эволюции, и на активное использование этого метода в повседневной жизни всеми людьми.
Хотя исслед. методом Н. н. являются описательными, не существует причины, по которой результаты наблюдения и условия окружения не могли бы кодироваться и количественно измеряться. Тому есть немало хороших примеров. Если классические работы в данной области, подобные исслед. М. Мид жителей Самоа, критикуются за допущенные в них ошибки, как тогда надлежит разрешать такие проблемы? Наблюдатели-натуралисты ожидают, что их интерпретации др. культур будут оспорены, рассматривая естественное исслед. в более широком контексте как традицию сообщения, перенятую из соц. истории, журналистских изысканий и филологической критики текста, к-рое обычно складывается из более чем одной т. зр.
Роль исследователя может поднимать этические проблемы. Напр., каким образом исследователю, осуществляющему скрытое наблюдение, обозначать границы между правом на личную жизнь и нуждами исслед.?
Тенденции и перспективы
Ригидная модель естественной науки сталкивается как с внутренними, так и с внешними проблемами. Этот процесс затронул даже физику, к-рая всегда ставилась в пример как образцовая дисциплина в смысле научной объективности. Вместо представления об объективной реальности и дуализме объекта и наблюдателя многими физиками в настоящее время используется термин естественный феномен (natural phenomenon), включающий как объект исследования, так и метод наблюдения. Н. Бор писал: "Неверно думать, что задачей физики является выяснение того, как устроена природа. Физика занимается тем, что мы можем сказать о природе".
Возникновение нарративной этнографии как рефлексивного описания природы и процесса наблюдения вовлекает как наблюдателя, так и наблюдаемого во взаимодействующее участие, стимулируя дальнейший отход от традиционных норм объективности и дуализма между наблюдателем и наблюдаемым. В нарративных этнографических отчетах наблюдатель и наблюдаемый не обязательно разделены между собой и основной упор делается скорее на рефлексивность, нежели на отстраненность или ценностно-беспристрастную объективность. Этот процесс носит название участвующего наблюдения (observation of participant). Др. подходы, такие как критический феминизм и микроэтнография разделяют сходные т. зр. на включение соц. окружения, а тж взаимодействия и коммуникации между наблюдателем и наблюдаемым в научные исслед. для достижения более реалистической перспективы.
Представляется обоснованным ожидать, что методы Н. н. в конечном счете обретут заслуженное признание и еще более широкое использование как в качестве самостоятельных, так и вспомогательных средств или дополнений к экспериментальному, опросному и другим методам исслед.
См. также Активное исследование, Прикладные исследования, Кросс-культурная психология, Энвайронментальная психология, Исследование операций, Оценка деятельности, Методология (научных) исследований, Выборочное исследование, Исследование социального климата
С. Р. Соннад

Научение "парному чередованию" (double-alternation learning)

Данная модель научения использовалась для оценки вклада высших психич. процессов в научение. Первые исслед. проводились с лабиринтами. По своему устройству все лабиринты делятся на два осн. вида, пространственные и временные. Большинство лабиринтов являются пространственными, в к-рых животное продвигается от одного места к другому по мере прохождения маршрута со стартовой позиции до целевой камеры. В исслед. Н. "п. ч." использовались временные лабиринты, к-рые требуют от животного разных реакций на различные события в одной и той же части лабиринта. На рис. 1 показаны два лабиринта, характеризующихся одной и той же схемой движения. Оба они являются лабиринтами "парного чередования" со схемой ППЛЛ..., однако один из них - пространственный, а другой - временной. Во временном лабиринте стартовой позицией является начало среднего коридора. Чтобы получить пищу, животное должно научиться пробежать по этому коридору до конца и затем повернуть, напр., налево. Когда оно вернется в центральный коридор, оно должно войти в него и затем снова повернуть налево. После совершения двух обходов левой части коридора животное должно снова вернуться в центральный коридор; однако следующий правильный поворот будет направо.


Рис. 1. Временная (а) и пространственная (б) формы лабиринта парного чередования

Крысы почти всегда терпят неудачу в Н. "п. ч." в условиях временного лабиринта. Возможным объяснением здесь является то, что успешность в прохождении лабиринта парного чередования зависит от интеллекта подопытных или испытуемых. Существуют два типа свидетельств в пользу такого объяснения. Во-первых, "парному чередованию" могут научаться животные, занимающие на филогенетической лестнице более высокую позицию, чем крысы, а именно: еноты, собаки, обезьяны и челов. дети - все они успешно усваивают принцип "парного чередования". Вторым свидетельством служат результаты эксперимента с детьми, к-рые должны были находить конфету, спрятанную в одной из двух коробок. Поскольку задачей было Н. "п. ч.", конфета дважды пряталась в правую от ребенка коробку, дважды в левую, и т. д. Дети различались по хронологическому возрасту (ХВ) от 2 лет до б лет 9 мес. и по умственному возрасту (УВ) - от 2 лет 3 мес. до 8 лет. Обе эти переменные дали корреляцию со скоростью решения задачи, равную соответственно 0,81 и 0,86. Возраст самого младшего ребенка, справившегося с парным чередованием, составлял 3 года 7 мес. К сожалению, для этого ребенка отсутствовали соотв. оценки по интеллектуальному тесту, однако остальные данные указывали на то, что минимальный УВ, необходимый для решения этой задачи, составлял примерно 4 года 6 мес.
Большинство детей при решении задачи парного чередования прибегали к вербализациям.
См. также Интеллект животных, Экспериментальные планы
Г. А. Кимбл

Научение грубым моторным навыкам (gross motor skill learning)

Приобретение умения двигаться, иногда называемое моторным научением, яв-сь предметом большого числа эксперим. исслед. Наиболее популярным инструментом таких исслед., безусловно, служит выполнение вращения, или вращательный тест.
Наиболее важной переменной, оказывающей влияние на результативность в процессе приобретения умения, яв-ся распределение упражнений (distribution of practice). Как правило, исполнение оказывается гораздо лучшим в условиях разнесенных по времени упражнений, нежели при их концентрации. Специальные процедуры, использовавшиеся наряду с распределением упражнений, позволили выявить другие важные феномены. Напр., перерыв на 10 или более минут, следующий за серией непрерывных упражнений, приводит к улучшению исполнения, получившему название реминисценции (reminiscence). Это спонтанное улучшение означает, что концентрация упражнений способствует ухудшению только исполнения; испытуемые, находившиеся в условиях концентрации упражнений, овладевали навыком в такой же степени, как и испытуемые в условиях распределения упражнений.
Иногда этот последний факт частично затеняется потребностью субъекта в "разогреве" после отдыха, следующего за серией непрерывных упражнений. Теория о том, что распределение упражнений сказывается на исполнении, а не на научении, подтверждается показателями исполнения после периода реминисценции. Если испытуемые возвращаются к режиму концентрации упражнений, их исполнение ухудшается. Любопытно, что это ухудшение, как правило, продолжается до тех пор, пока кривая научения не вернется приблизительно к тому уровню, на к-ром она находилось бы в том случае, если бы не было периода отдыха; затем исполнение начинает улучшаться. Если испытуемые переключаются после отдыха на режим распределения упражнений, их кривая научения (после необходимого "разогрева") не походит на кривую предыдущего периода непрерывных упражнений.
См. также Распределение упражнений
Г. А. Кимбл

Научение по типу инсайта (insight learning)

Согласно многим традиционными теориям научения, таким как теория Э. Л. Торндайка, научение происходит в результате постепенного процесса, состоящего из проб и ошибок. Альтернативная т. зр., преимущественно развивавшаяся гештальт-психологами, состоит в том, что в некоторых ситуациях животные демонстрируют Н. т. и., предположительно влекущее за собой фундаментальное перцептивное реструктурирование объектов и событий в окружении. Психологи расходятся во мнениях о том, действительно ли Н. т. и. представляет собой фундаментально отличный процесс или яв-ся разновидностью единого процесса, лежащего в основе всех видов научения и решения задач.
В задаче обходного пути животное помещается вблизи целевого объекта, отделенного от него барьером, напр. решеткой или сетчатым экраном. В таких ситуациях могут наблюдаться два типа поведения. В одном случае животные могут вовлечься в поведение по типу проб и ошибок, при к-ром они фиксируются на данном объекте и совершают различные движения в попытке приблизиться к нему; эти беспорядочные движения в конечном итоге могут привести к тому, что животное каким-то образом обойдет этот барьер и достигнет целевого объекта. В др. случае они могут на некоторое время прекратить всякую двигательную активность, остановиться и вслед за тем внезапно отправиться, в спокойной и уверенной манере, прямо в обход барьера. Сторонники утверждают, что этот последний паттерн представляет собой случай Н. т. и. Оно отличается от научения путем проб и ошибок. Во-первых, подобная перемена в поведении зачастую оказывается внезапной и полной; это контрастирует с постепенностью изменений, характерной для научения путем проб и ошибок. Таким переходам обычно предшествует пауза, за к-рой следует гладкая и безошибочная реализация действия. Это изменение в поведении не возникает в результате подкрепления; в действительности изменение в поведении обычно происходит до начала действия какого-либо внешнего побуждения. Такие решения задач обычно переносятся на широкий спектр ситуаций и сохраняются в памяти на протяжении длительных периодов времени. Принято считать, что они возникают в результате перцептивного реструктурирования ситуации.
Классическое исслед. Н. т. и. было проведено на шимпанзе в годы Первой мировой войны В. Кёлером. К потолку клетки подвешивались бананы, до к-рых шимпанзе в одном случае мог дотянуться только пододвинув под них ящик, во втором случае для этого требовалось сложить друг на друга несколько ящиков. В др. экспериментах, для того чтобы достать объекты, находившиеся снаружи клетки, животное должно было воспользоваться граблями или палкой. Животное могло воспользоваться короткой палкой для того, чтобы подтянуть к себе длинную палку, при помощи к-рой затем можно было достать бананы, либо оно могло воспользоваться с этой целью двумя короткими палками, вставив одну из них в другую. Цель этих экспериментов заключалась в изучении процессов, использующихся при решении задач, и демонстрации неадекватности элементаристских, ассоцианистских и редукционистских объяснений более бихевиористических подходов. Кёлер считал, что задачи, использовавшиеся ассоцианистами, не позволяли животному проявить свою способность к перцептивному преобразованию, являвшемуся неотъемлемой чертой истинного научения по типу инсайта. В ходе этих экспериментов шимпанзе достигали инсайта с описанными выше характерными его проявлениями.
Некоторые психологи утверждают, что поведенческие паттерны, демонстрируемые шимпанзе в подобных ситуациях, не яв-ся такими уж новыми, как это полагал Кёлер, и что их можно объяснить при помощи более элементаристских принципов. В частности, по мнению П. Шиллера, реакции животного в задаче на соединение палок представляют собой набор врожденных моторных паттернов, запускаемых при появлении соответствующих стимулов. Согласно Шиллеру, введение внешнего побуждения не ускоряет а замедляет решение этой задачи животным. Опытные животные, получающие две палки в отсутствие пищи, как правило соединяют их вместе не более чем за час. Кроме того, некоторые из животных, к-рые научались соединять палки в процессе игры, оказывались неспособными к последующему решению задачи на соединение этих двух палок. Сходным образом, в ходе проверки ситуации с ящиками, но без подвешивания бананов, шимпанзе часто складывали их друг на друга, забирались на них и дотягивались до потолка: "Наблюдавшему за этим человеку было трудно поверить в то, что над ними не находилось никакой пищи". Такие моторные паттерны яв-ся естественными, и отвлечение внимания, вызываемое такими внешними побуждениями, как бананы, лишь препятствует проявлению этих обычных манипулятивных навыков шимпанзе. К тому же во всем этом присутствует сильный компонент опыта, поскольку более зрелые животные имеют в своем распоряжении более сложные моторные паттерны, к-рые могут приводиться в действие в ситуациях решения задач. Наличие предварительного опыта оказывается важным фактором в формировании этих более сложных моторных паттернов. Согласно Шиллеру, быстрое решение задач обходного пути отражает не новый поведенческий паттерн, не результат инсайта, а лишь изменение в скорости последовательного извлечения ранее выработанных реакций. Решение этих задач, по Шиллеру, состоит во временном упорядочении и уплотнении врожденных моторных паттернов.
Эпштейн, Киршнит, Ланца и Рубин использовали оперантные процедуры для того, чтобы научить голубей: а) толкать небольшую коробку к небольшому зеленому пятну, располагавшемуся в различных местах на полу в их клетке; б) вскакивать на коробку и клевать висевшее сверху небольшое изображение бананов, в) не пытаться непосредственно достать висевшее сверху изображение. Вознаграждением яв-сь зерно, появлявшееся в кормушке. В ходе первой проверки в ситуации, в к-рой нужно было объединить эти отдельные поведенческие паттерны, чтобы передвинуть коробку и достать изображение бананов, голуби вели себя на удивление сходно с тем, как вели себя шимпанзе у Кёлера. В связи с этими экспериментами возникает интересный вопрос: лежат ли в основе поведения голубей те же процессы, к-рые использовали шимпанзе у Кёлера, или же в этих экспериментах искусственным образом вызывалось поведение, характеризующееся лишь внешним сходством, но основанное на совершенно иных процессах. В принципе, можно научить голубя клевать правильные ответы в Письменных экзаменах для аспирантов (GRE), так что он мог бы набрать оценку в 1500 баллов, однако такой процесс сильно отличался бы от тех, к-рые используются людьми, и голуби вряд ли преуспели бы в обучении в аспирантуре.
Животные в ситуациях решения задач часто обнаруживают некоторое колебание вслед за внезапным нахождением правильного решения. По крайней мере, в некоторых ситуациях эти решения представляют собой последовательное развертывание ранее усвоенных или врожденных поведенческих паттернов. Однако остается открытым вопрос, происходит ли в некоторых из этих ситуаций принципиально иное перцептивное реструктурирование окружающей среды, к-рое, по мнению Кёлера, и характерно для истинного Н. т. и.
См. также Интеллект животных, Гештальт-психология, Теории научения
Д. А. Дьюсбери

Научение убеганию-избеганию (escape-avoidance learning)

Научение избеганию и угашение оборонительного рефлекса, как правило, исследуются на крысах с использованием в качестве аверсивного стимула удара электрическим током. Для изучения активного избегания крысу помещают в клетку, одна часть пола к-рой находится под электрическим напряжением, а другая, по крайней мере на нек-рое время, остается безопасной. Крыса должна переместиться на противоположный конец клетки, чтобы убежать от удара током или избежать его. На то, чтобы отреагировать перед подачей тока, животное имеет неск. секунд. Неопытные крысы, однако, не успевают отреагировать за этот промежуток времени и, перед тем как покинуть опасную часть камеры, подвергаются удару током по меньшей мере в одной пробе. Т. о. традиционное научение избеганию всегда включает спасение бегством и поэтому называется Н. у.-и.
Когда ситуация организована т. о., что животное не может уклониться, но может только спастись бегством от удара, в качестве подкрепления рассматривается прекращение удара (отрицательное подкрепление по Скиннеру), а научение убеганию обычно измеряется сокращением латентного периода реакции в последующих попытках. В ситуации с единственным исходом (см. ниже), когда предоставляется возможность избежать удара током, к научению полному избеганию может привести серия из, напр., 8-10 попыток.
В ситуации с двойным исходом, или при использовании клетки с чередующимися участками подачи напряжения (shuttlebox), научение избеганию происходит гораздо медленнее, с преобладанием реакций убегания, и полное научение достигается чрезвычайно редко, если вообще достигается. В ситуации чередования животное должно научиться перебегать из одного конца камеры в другой всякий раз, когда подается предупредительный сигнал (звонок или вспышка света). Это представляется трудной задачей, т. к. в этой клетке нет зоны, однозначно ассоциирующейся с ударом током или с безопасностью. Это приводит к тому, что страх обусловливается устройством в целом, вызывая реакцию оцепенения; крыса не располагает четко определенным местом, где она может спастись или расслабиться, и после того как она убегает из одного опасного места, она должна научиться избегать последующего удара на новом месте, возвращаясь назад в ту часть клетки, в к-рой она перед этим подверглась удару током.
В отличие от этого, в ситуации с единственным исходом крыса помещается в ту часть клетки, к-рая однозначно ассоциируется с ударом током, обусловливающим реакцию страха, и крыса избегает последующего удара, перебегая в др. ее часть, постоянно остающуюся безопасной (т. е. где страх очевидно снижается и где она может расслабиться). Нек-рые животные в ситуации с единственным исходом демонстрируют реакцию избегания уже после первой пробы и достижение 100%-го уровня научения за 3 или 4 пробы не является необычным. Использование различных клеток и увеличение силы удара облегчает научение. Объяснение здесь видится в том, что страх и безопасность тем самым лучше разделяются между собой, увеличивая подкрепление (большее снижение страха), тогда как в ситуации чередования страх (в сочетании с оцепенением и подобными реакциями) усиливается теми же манипуляциями. Как было показано в исслед. Франчины и др., те же манипуляции, к-рые облегчают или затрудняют научение избеганию, имеют параллельные эффекты в научении простому убеганию.
При пассивном избегании животное избегает удара током, не предпринимая для этого определенных действий. Напр. крыса помещается на небольшую площадку, окруженную решеткой, находящейся под напряжением. Если она остается на этой площадке и не предпринимает попыток сбежать с нее, она реагирует пассивным избеганием. В силу своей способности обеспечивать быстрое научение и простоты использования, во мн. исслед. амнезии и др. поведенческих эффектов биолог. вмешательства применяется эта пассивная методика в оценочных целях. По существу, использование наказания, при к-ром к.-л. аверсивный раздражитель подается в зависимости от определенной реакции, является тем же, что и пассивное избегание. Научение пассивному избеганию будет затрудняться, если после того, как крыса подверглась удару за попытку сбежать вниз, для нее оказывается доступным какое-нибудь альтернативное безопасное место, куда она может убежать, - и тем в большей степени, чем дольше крыса будет оставаться в этом безопасном месте.
Главным объяснением научения избеганию служит двухфакторная теория Маурера, или гипотеза страха. Страх обусловливается областью, вызывающей удар током, или предупредительным сигналом, а спасение от страха или редукция страха, вследствие удаления от этой области или исчезновения предупредительного сигнала, подкрепляют реакцию избегания (последователи Скиннера не используют понятия страха, называя его вторичным отрицательным подкреплением). Данные исслед. Денни и др. указывают на то, что 2,5-минутное отсутствие удара или вызывающих страх раздражителей на каждую пробу оказывается достаточным для отдыха животного, предоставляет ему оптимальную возможность оценить степень безопасности данного места и обеспечивает оптимальное научение в ситуациях с единственным исходом. Понятие расслабления (relaxation) в этом контексте, по-видимому, тж играет важную роль в объяснении угашения таких связанных со страхом форм поведения, как убегание и избегание. Расслабление несовместимо со страхом и, вероятно, представляет собой конкурирующую реакцию, к-рая подавляет страх. В ситуациях с единственным исходом угашение возникает в безопасной области: чем дольше в ней удерживается подопытное животное, тем больше оно расслабляется и тем быстрее подавляется страх, особенно если эта безопасная область оказывается сходной с той, в к-рой оно подвергалось ударам тока.
Тортора, работавший со злыми собаками, предположительно научившимися избегать наказания проявлением агрессивности, обучал их избегать удара током путем выполнения непосредственно предшествовавших ему 15 различных команд (напр. "лежать", "место" и "к ноге"). Вслед за каждой правильной реакцией подавался звуковой сигнал (сигнал безопасности), сопровождавшийся продолжительным, с отсутствием ударов током, периодом релаксации. Этот сигнал безопасности существенно облегчал обучение собак, способствуя превращению их в управляемых, просоциальных животных.
Результаты недавних исслед. убегания-избегания свидетельствуют о том, что при отсутствии страха не возникает и тенденций к избеганию или к поиску безопасности.
См. также Интеллект животных, Модификация поведения, Классическое обусловливание, Концептуальное научение, Образование тормозных условных рефлексов, Оперантное поведение, Последствия стресса
М. Р. Денни

Научение через подражание (imitative learning)

Подражание обычно признается врожденной склонностью копировать или перенимать что-то от других. Однако наличие названия для всего лишь предполагаемого феномена еще не является доказательством существования самого этого феномена, и вполне возможно, что есть более подходящие объяснения "подражательного" поведения. Подражание проявляется не только в тех шаблонных действиях, к-рые можно наблюдать в детской игре, но тж играет определенную роль в процессе научения. О. X. Маурер предложил подходящее объяснение такого моделирующего поведения. Привлекательная для наблюдателя модель включается в определенное поведение, напр. бьет куклу "Бобо". Спустя какое-то время, когда представляется возможность, наблюдатель тоже бьет куклу. Согласно Мауреру, наблюдение за поведением модели сопровождается положительными эмоциональными реакциями, к-рые становятся обусловленными характерными признаками данной ситуации. И когда эта кукла оказывается доступной наблюдателю, у него пробуждаются положительные эмоциональные реакции, к-рые могут вызвать связанное с ними агрессивное поведение, усиливающее положительные эмоции. Вполне вероятно, что это поведение не абсолютно точно копирует удар модели. Оно совсем не обязательно будет специфической условной реакцией, но скорее более общим деструктивным паттерном, к-рый приобретается через "обезьянничанье".
В ситуациях обучения чему-то новому учителя издавна привыкли говорить: "Давайте, я покажу". Затем учитель выполняет определенную операцию, к-рую ученик наблюдает и старается в точности воспроизвести. Это научение через наблюдение - один из составляющих элементов всякого научения. Независимо от того, включается ли учитель (модель) в ситуацию обучения или нет, научение требует наблюдения за действующими в данной ситуации факторами и реагирования на эти факторы. Если учитель отсутствует, ученик может потратить много времени, наблюдая за неподходящими или несущественными элементами. Учитель или модель экономят его время, указывая на те специфические факторы и иллюстрируя их, за к-рыми нужно наблюдать и на которые нужно соотв. образом реагировать.
Подражание - это не особая сила или орудие, независимое действие к-рых приводит к научению. Мы склонны повторять то, что делают другие, если мы вместе с тем наблюдаем удовлетворительные результаты их поведения. Если мы наблюдаем неполную картину, и к тому же невнимательно, все наши усилия что-то перенять не дадут никакого результата. Научение требует образования связей (ассоциаций) между релевантными стимулами и др. стимулами или реакциями.
См. также Контекстуальные ассоциации, Теории научения, Избирательное внимание
Б. Р. Бугельски

Научный метод (scientific method)

Психология как наука использует Н. м., который представляет собой набор процедур, предназначенных для установления общих законов посредством оценивания теорий, выдвигающихся для описания, объяснения и предсказания явлений. Н. м. требует эксплицитно сформулированных теорий. Он состоит в выведении гипотез из теорий, систематическом, критическом оценивании гипотез в объективных, контролируемых, эмпирических исслед. и формулировании выводов, доступных для широкого изучения, анализа и воспроизведения.
Научный подход является аналитическим. Сложные события разделяются на релевантные переменные, между к-рыми отыскиваются и исследуются взаимосвязи, а затем вырабатываются и критически оцениваются теории, согласующиеся с эмпирическими результатами.
Н. м. предполагает критический подход к анализу данных и их интерпретации. При интерпретации результатов своих исслед. ученые уделяют серьезное внимание проблемам ошибок наблюдателя (рассмотрение или учет исследователем только тех результатов, к-рые согласуются с теорией), ошибок испытуемого (попыток испытуемого сотрудничать с исследователем, подстраиваясь под ожидания экспериментатора) и смешения или посторонних переменных (альтернативных переменных, к-рые могли бы объяснять наблюдаемые феномены).
Н. м. включает широкий спектр разнообразных процедур, варьирующих от тщательного наблюдения за переменными по мере их естественного проявления до сбора данных в контролируемых ситуациях с случайно распределяемыми по их условиям испытуемыми. Планы научного исслед. можно разделить на 3 осн. категории. Исслед. могут планироваться для описания явлений, оценки корреляционных связей между явлениями или для установления причинно-следственных связей между ними. Описательное и корреляционное исслед. могут предоставлять необходимую информ. для разработки теории и проверки гипотезы. Причинное исслед. позволяет исследователю выявлять непосредственное влияние одной переменной на другую, а не просто констатировать факт корреляции двух переменных.
Следует помнить о важном правиле: "корреляция не обязательно подразумевает причинно-следственное отношение". Чтобы установить причинно-следственную связь, исследователь должен продемонстрировать, что в результате манипулирования или контроля причинной переменной (фактора) систематически изменяется зависимая переменная. В этом и состоит сущность эксперимента. Иногда, однако, сделать это не представляется возможным. Единичное исслед. само по себе редко считается достаточной основой для подтверждения или опровержения теории. Чтобы научное сообщество признало валидность научной теории, необходимы воспроизведение (проведение повторных исслед.) и кросс-валидизация (проведение исслед. с определением переменных различными способами или использованием различных типов выборок). Они также обеспечивают данные для усовершенствования теорий, определяя более точно границы условий, при к-рых оказывается верной данная теория.
По-видимому, одной из наиболее простых исследовательских методологий является архивный метод, к-рый предполагает поиск информ. в публичных и частных записях, таких как газеты или дневники. Архивные записи точны в той мере, в какой точны их авторы, поэтому субъективные суждения этих авторов могут нарушать валидность данных.
К др. типу Н. м. относится подробное изучение отдельного случая (case study). Хотя метод изучения отдельных случаев может использоваться для оценки гипотез, формулируемых на основе теорий об этиологии или влияниях окружения на пациента, результаты, полученные в ходе анализа единичного случая, не могут обобщаться на др. релевантные случаи, и поэтому при интерпретации исслед. единичных случаев возникает особая необходимость в их кросс-валидизации.
Метод систематического наблюдения можно рассматривать как распространение изучения отдельного случая на изучение групп индивидуумов. Если исследователь не предпринимает к.-л. сознательных попыток оказывать влияние на наблюдаемую группу, эту процедуру обычно называют методом натуралистического наблюдения.
Интерпретация данных, собираемых в ходе натуралистических наблюдений, должна учитывать вероятность ошибки наблюдателя или ошибки наблюдаемого, к-рые могут влиять на результаты. Сам факт присутствия наблюдателя может изменять условия естественного окружения, вызывая нетипичные формы поведения. Ошибка наблюдателя может приводить к неверному восприятию и неверным интерпретациям.
Альтернативной исследовательской стратегией служит использование обзоров, вопросников и структурированных интервью. Вопросы могут предъявляться письменно (напр., обзоры аттитюдов или личностные тесты) либо устно (напр., индивидуальный IQ-тест или опрос общественного мнения). Качество таких данных зависит от желания сотрудничать и искренности респондентов, а также от качества самих формулируемых вопросов. Конструирование валидных инструментов для опросного метода представляет сложную задачу, поскольку такие вопросы должны быть лишены предубежденности, неоднозначности и соответствовать словарному запасу изучаемой популяции.
Хотя опросный метод позволяет получать большое количество информ. без значительных затрат и позволяет людям самим решать вопрос об участии в исслед. (хотя конфиденциальность участия практически всегда обеспечивается), он также обладает ограничениями. Основное из них связано с валидностью данных самоотчетов. Поскольку участие в опросах является добровольным, специфические подгруппы населения могут оказаться недостаточно или избыточно представленными в исследуемой выборке, в результате чего возникают проблемы с обобщением полученных данных.
Все эти методы обеспечивают получение данных для описательных или корреляционных исслед. Только эксперимент, в котором исследователь манипулирует причинной (независимой) переменной и наблюдает ее воздействие на зависимую переменную, дает возможность приходить к выводам о существовании причинной обусловленности. Решающую роль здесь играет установление контроля над всеми др. (посторонними или вмешивающимися) переменными, к-рые могут влиять на зависимую переменную, что позволяет однозначно интерпретировать получаемые результаты. Важное значение имеет также тщательное и обоснованное операциональное определение переменных, к-рое обеспечивает возможность обобщения полученных результатов.
См. также Экспериментальные методы, Проверка гипотезы
М. Эллин

Национальная ассоциация образования (National Education Association)

Национальная ассоц. образования (NEA) была осн. в 1857 как Национальная ассоц. учителей, цель к-рой состоит в содействии развитию пед. профессии и продвижении интересов образования в Америке. Будучи созданной по решению Конгресса, она тем не менее является независимой и добровольной орг-цией, чья деятельность не контролируется и не финансируется федеральным правительством. Через свои дочерние ассоциации в штатах NEA представляет интересы около 1,8 млн профессиональных педагогов.
На протяжении своей истории NEA играла ключевую роль в улучшении образовательной политики и профессиональной деятельности педагогов.
Осн. цели NEA включают: предоставление экономических и профессиональных гарантий для всех педагогов; обеспечение законодательной поддержки гос. образования; соблюдение гражд. прав и прав человека в сфере образования; руководящую роль в решении соц. проблем; а тж стремление к профессиональному совершенству. Развитие и расширение ассоц. за эти годы привели к тому, что она стала многофункциональной орг-цией, играющей значительную роль при решении пед. и правовых вопросов в области гос. образования.
Л. В. Парадайз

Национальная лаборатория тренинга (National Training Laboratory)

Цели Н. л. т., основанной на работах К. Левина и др., первонач. заключались в повышении качества соц. партнерства и оценке новых методов изменения поведения в условиях различных групп. Со временем, однако, участники Н. л. т. заинтересовались тж проблемой индивидуального психол. роста.
Концепция лаборатории тренинга предполагает временное существование нек-рого сообщества, к-рое призвано обеспечить своим членам учеб. опыт. Благодаря формальным и неформальным процессам, отдельные участники могут приобрести навыки, необходимые для продуктивного участия в группах демократического об-ва. Один из ключевых элементов - тренинговая группа базисных навыков, или Т-группа, к-рая была создана для обеспечения окружения, в к-ром участники смогли бы изучать групповую динамику и анализировать реакции, к-рые они вызывают у окружающих.
Идеи и технические приемы Н. л. т. использовались в педагогике, менеджменте и медицине, а тж в соц. психол.
См. также Группы достижения изменений, Групповая психотерапия, Т-группы
К. Ландау

Национальный колледж профессиональной психологии (National College Of Professional Psychology)

В 1980-х гг. люди, прибегавшие к услугам психологов, начали требовать больше информ. о тех, кто предоставляет эти услуги, их деятельности и самих услугах в сфере психич. здоровья. Потребители и покупатели услуг в сфере психич. здоровья стали обращать внимание на определенность процесса лечения тех или иных психич. расстройств. Страховые компании, правительственные агентства и орг-ции регулируемого психиатрического здравоохранения стали уделять особое внимание оценке умения справляться с такими расстройствами, как употребление алкоголя и др. наркотических веществ, депрессия, тревога, а тж вопросами, относящимися к сфере совладания со стрессом. В то время как возросла необходимость более узкого определения услуг, широта законов о лицензировании в психологии не позволяла адекватно оценивать многочисленные и разнообразные виды деятельности тех, кто предоставляет психол. услуги. Одно только лицензирование не могло выполнять роль механизма адекватной оценки качества услуг, предлагаемых психологами.
Кроме того, как и потребители услуг, работодатели тж стали все больше обращать внимание на такие краткосрочные процедуры лечения, к-рые позволили бы сократить число дней, проведенных на больничном, и повысить производительность труда. Соображения возмещения расходов стали причиной того, что акцент в оказании психол. помощи сместился с изменения всей личности на лечение отдельных расстройств. Эта тенденция вместе с появлением множества "новых" профессий, претендующих на исключительные права по профессиональному лечению тех или иных заболеваний, привела к тому, что психологи все реже могли заниматься своей деятельностью так, как раньше.
В 1981 г. была предложена Национальная программа ординаторской подготовки (National Residency Training Program, NRTP) для психологов, обеспечивающая проверку квалификации и подготовку по специальностям, отвечающим специфическим потребностям об-ва, и, что более важно, в тех областях, к-рые бы могли финансироваться за счет третьей стороны в системе предоставления услуг здравоохранения. Подобная подготовка позволила бы психологам предлагать более специализированные услуги. Таким орг-циям, как Гос. регистр (National Register) или Ассоц. центров интернатуры по психологии (Association of Psychology Internship Centers, APIC), было предложено начать разрабатывать соотв. квалификационные требования и учеб. программы. В 1983 г. NRTP была официально представлена совету представителей Американской психол. ассоц. (АРА). Для изучения связанных с ней вопросов была создана специальная президентская комиссия АРА. Предложенная программа была развита в двух направлениях.
Первая инициатива касалась создания академических центров повышения квалификации, к-рые бы предлагали программы последокторского образования, включавшие специализированную подготовку для психологов, приводящую к формированию кадров высшей квалификации и исследователей. При первоначальном обсуждении было определено около 14 областей специализации, включ. такие, как нейропсихология, психофармакология и судебная психология. На съездах АРА в 1990 и 1991 гг. специальная комиссия проводила семинары. Впоследствии для разработки предварительных положений были учреждена группа экспертов. Проводились исслед. по разработке принципов защиты курсовых работ. В Миннесоте для психологов начал создаваться целый комплекс программ послевузовского обучения, в рамках к-рого должны быть разработаны конкретные программы подготовки научных сотрудников, подобные предложенным в NRTP. Эти программы предполагали групповое обучение (с обязательным посещением занятий) в ун-тах под руководством специалистов по подготовке преподавателей и исследователей в той или иной области.
Большинство психологов - ок. 60-70 тыс. - к 1991 г. уже прошли половину своего профессионального пути, и им было бы сложно - в смысле времени и финансов - вновь сесть за университетскую скамью, чтобы выполнить требования, необходимые для получения того или иного последокторского звания, позволяющего предоставлять услуги и проводить научные исслед. Вследствие этого был предложен альтернативный путь подготовки к получению диплома, подтверждающего профессиональную квалификацию, - Н. к. п. п. Он был задуман как механизм удостоверения квалификации уже работающих психологов для признания их компетентности по определенной специализации. Принимая во внимание, что продолжительное обучение и профессиональная подготовка, необходимые для получения докторской степени и лицензии, уже позволили психологам приобрести всесторонние знания в своей области, Н. к. п. п. предложил программу курсов непрерывного образования, к-рая позволяла бы психологам совершенствовать свою квалификацию в области узкой специализации.
Стало удовлетворяться требование более точного определения деятельности психологов и их квалификации. Это совпало с предложениями Дж. Виггинса о создании гос. справочной службы.
Теперь, когда для осн. потребителей услуг в области психич. здоровья эти услуги можно четко квалифицировать, гос. справочная служба могла бы помочь свести вместе специально подготовленных психологов и потребителей из коммерческого, правительственного и общественного секторов.
См. также Учебные потоки (разбиение учеников на группы по академическим способностям), Альтернативные докторские программы, Американская психологическая ассоциация, Клиническая психология: программы подготовки специалистов через аспирантуру, Психология потребителя, Службы системы здравоохранения, Профессиографический анализ, Оценка деятельности, Государственная политика
С. Р. Грэхем

Национальный характер (national character)

Н. х. отражает личностные характеристики среднего представителя национальной популяции, к-рыми он отличается от средних представителей др. национальностей. С т. зр. измерения, Н. х. представляет собой различия в оценках личностных черт между выборками различных национальных популяций. Нек-рые исследователи на основе таких различий пытаются составить обобщенную картину того, что они именуют "французским характером", "американским характером" и т. п. В ряде исслед. сравниваются между собой методы воспитания и образования детей в различных культурах и осуществляются попытки установить их связь с личностными чертами их взрослых представителей.
В попытках определения национальных различий психологи и антропологи используют психол. тесты.
Работы Дэвида Мак-Клелланда и его коллег по мотиву достижения свидетельствуют о том, что Н. х. может варьировать в зависимости от преобладающих в данной культуре ценностей, но большинство этих исследований было связано с изменениями в отдельно взятой культуре, напр. в Англии, на протяжении определенного периода времени. Существуют отдельные исслед. по изменению мотивации в той или иной культуре.
Почти все исслед. Н. х., однако, говорят о том, что наблюдаемые различия являются лишь трендами или тенденциями. Это означает, что следует избегать ошибочных попыток стереотипизации национальных черт.
См. также Социализация младенца, Типы личности, Стереотипы
У. Э. Грегори

Невербальное поведение (nonverbal behavior)

Н. п. вызывает интерес постольку, поскольку представляет собой неречевую передачу информ. между людьми. Невербальная коммуникация может включать массовую коммуникацию с помощью таких средств, как телевидение, иск-во и различного рода графика. Анализ Н. п. и коммуникации касается зрительного, слухового и тактильного каналов непосредственного взаимодействия между людьми. При большинстве встреч в повседневной жизни используются неск. каналов одновременно, напр. мать в магазине, упрекающая ребенка за то, что он взял конфеты с полки, может показывать пальцем на эти вещи, говорить более строгим голосом и грозить пальцем, давая тем самым сигнал "нельзя". Ученые и практики давно сознавали важность Н. п. Их основной интерес был направлен на эмоции, что объясняется работой Ч. Дарвина "О выражении эмоций у человека и животных" (The expression of the emotions in man and animals). З. Фрейд красноречиво заметил: "Имеющий глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать, может убедиться в том, что ни один смертный не в силах удержать секрет. Если его уста молчат, он постукивает кончиками пальцев; измена сочится из каждой его поры". Тем не менее, до 70-80-х гг., когда были улучшены технология записи и процедуры оценки, проводилось не так много эмпирических исслед. Теперь спектр методов исслед. Н. п. весьма широк, от социальных до физиологических, и включают они в себя системы описания и средства измерения индивидуальных различий в передаче и приеме когнитивной и эмоциональной информ.
Зрительный канал для невербальной коммуникации включает внешний вид, дистанцию, жесты, позу, выражение лица и контакт глаз. Для людей во всем мире естественно давать подсказки относительно статуса и убеждений с помощью одежды, стиля прически и украшения тела. Пол, возраст, принадлежность к группе и личная идентичность - все это позволяет многое узнать о человеке и отличить его от других.
Использование пространства в поведении, иногда наз. проксемикой, различается в зависимости от людей и их культуры. Напр., арабы и латиноамериканцы при разговоре стоят ближе друг к другу, чем жители Северной Европы, а в Северной Америке приятели стоят ближе, чем незнакомцы.
Язык жестов, движений и поз (иногда наз. кинесикой) - важная разновидность невербальных сигналов. Дети в США рано усваивают, что на прощание надо помахать рукой, а взрослые узнают много невербальных способов самовыражения, от приятельского рукопожатия до непристойных оскорбительных жестов. Напр., в обширном исслед. 25-ти жестов в 40 местностях различных стран Европы Д. Моррис и др. обнаружили, что жест "сделать нос" является широко применяемым знаком насмешки, в то время как прикосновение к уху или кольцо, образованное большим и указательными пальцами, имеют неск. различных значений в зависимости от местности.
Осн. часть исслед. по визуальным аспектам невербальной коммуникации имела отношение к мимическому выражению эмоций. Использовав надежную оценочную методику с применением фотографий, Экман и др. продемонстрировали, что шесть базисных эмоций распознаются практически во всех культурах: радость, печаль, удивление, страх, гнев и отвращение. Ряд исслед. показал, что эмоциональное выражение связано с привлекательностью, симпатией, доминантностью и др. переменными, а угрожающие лица кажутся выделяющимися из толпы.
Изучение голосовых знаков (иногда наз. паралингвистикой или просодией) включает в себя осн. и дополнительное значения, передаваемые аспектами речи помимо открытого содержания. Нек-рые исследователи анализируют звуковые волны механическим образом и получают отпечатки голоса. Другие убирают узнаваемые слова из голоса посредством различного рода изменений звуковых записей. Исследователи тж могут сохранять содержание, но просить дать оценку эмоциям либо тонким нюансам значения. Как известно любому актеру или театралу, слово или предложение может подразумевать различные значения при изменении ударения, тона и т. д. Один из примеров такого подхода - тест подразумеваемых значений (Test Of Implied Meanings, (TIM)) - продемонстрировал свою полезность в дифференциации между опытными терапевтами и др. людьми, а тж гендерные различия в пользу женщин. Дж. Холл, проведя метаанализ большого количества исслед., показала, что женщины успешнее мужчин в передаче и приеме невербальных эмоциональных сообщений.
Наиболее известным - из всех к.-л. разработанных - паралингвистическим тестом является профиль невербальной сензитивности (Profile Of Nonverbal Sensitivity (PONS)). PONS, включающий в себя как зрительные, так и слуховые стимулы, проведен более чем на 200 выборках в США и др. странах. Среди мн. находок обнаружено превосходство экспрессивной мимики по точности над др. каналами, относительная значимость слухового канала для менее образованных людей и детей младшего возраста, умеренно большая точность женщин по сравнению с мужчинами в использовании эмоциональных признаков-подсказок, более высокая точность для более совр. культур и низкая корреляция между PONS и мерами интеллектуальных и академических способностей.
Др. каналы коммуникации исследовались достаточно мало. В ряде исслед. получены данные, что приятные прикосновения (исключая сомнительные или оскорбительные) свидетельствуют, в общем, об установлении положительных отношений. Краско и Ветцель давали инструкцию официанткам слегка и на краткий миг касаться руки или плеча клиентов в процессе обычного обслуживания; результаты показали, что клиенты, к к-рым прикасались, оставляли больше чаевых. Холл определила четыре различные личные зоны, от интимной (ближе, чем 45 см) до публичной (8 м и более), каждая из к-рых требует различного поведения и предоставляет различные каналы коммуникации между людьми.
Существующая эмпирическая литература содержит множество следствий для приложений соц. науки, напр. тренинга соц. навыков и психотер., но эти области все еще требуют более широких исслед. Когда теории и методы будут более детально разработаны, их можно будет все активнее применять к решению тех задач, к-рые ставит перед нами многоканальная сложность повседневной деятельности в естественном окружении.
См. также Анализ поведения, Теория коммуникации, Кросс-культурная психология, Теснота, Экспрессивная мимика, Зрительное восприятие
Н. Д. Сандберг

Невербальные терапии (nonverbal therapies)

К Н. т. относят такие виды терапии, эффективность к-рых достигается без фокусирования на вербальном обмене между терапевтом и клиентом. Предназначенные для достижения эмоционального облегчения, роста и развития личности, устранения невротических и психотических симптомов, они включают арт-терапию (танцы, рисование, музыка, живопись и скульптура), тренинг с использованием биолог. обратной связи, методики контроля дыхания (йога, дзэн, повторные роды), терапию диетой и мегавитаминами, методики эмоциональной разгрузки (аква-энергетика, биоэнергетика, лечение ЛСД, неорайхианская оргонотерапия, первичная терапия Янова), методики поддержания баланса энергии (акупрессинг, полярность, рефлексология, шиацу и Прикосновение для здоровья), массаж и глубокая проработка тканей (интеграция поз, рольфинг и трагер), методики осознания движений (айкидо, тай чи, метод Фельденкрайса), тренинг восприятия и методы терапии сном и сенсорной депривацией.
Н. т. основаны на философии монизма, постулирующей единство души и тела; т. о., любое эмоциональное страдание, к-рое не получило облегчения в момент появления путем открытого выражения и не высвобождается и впоследствии, продолжает сохранять свое представительство не только в умственной и эмоциональной, но и в физ. сфере. Концепцией большинства невербальных методик является блокировка свободного потока энергии через ткани той части тела, к-рая была вовлечена в первоначальное страдание, - блокировка, вызванная задержкой напряжения вместо разрядки посредством подходящего выражения эмоций.
Мн. невербальные методики разраб., преподаются и практикуются людьми, не имеющими мед. или психол. образования. Этим может объясняться относительное отсутствие систематически собранных данных.
Арт-терапия
До 1960-х гг. арт-терапия считалась обычно вспомогательным методом, сопровождающим традиционные вербальные психотерапевтические подходы.
Когда подтвердилась ценность художественных произведений, созданных больными, для диагностических целей, использование иск-ва в терапевтических целях стало расширяться. Арт-терапия начала постепенно рассматриваться как самостоятельный метод лечения. Арт-терапевты - профессионалы психиатрического здравоохранения, получившие специальную подготовку, обычно включающую психол. образование и клиническую практику под руководством супервизора. Пациент стимулируется к созданию художественных произведений для активного творческого выражения личностной динамики и решения проблем.
Тренинг с использованием биологической обратной связи
Сообщения о терапевтическом эффекте тренинга реакций автономной НС впервые появились в научных журналах в 1960-е гг., хотя подобная тренировка осуществляется уже в течение св. 6000 лет в рамках технических приемов йоги. Главным усовершенствованием совр. тренинга с использованием биологической обратной связи является применение внешних зрительных или слуховых сигналов для информирования субъекта о появлении специфических изменений функций организма. Вначале такие сигналы применялись гл. обр. для обучения пациентов с психосоматическими заболеваниями (прежде всего артериальная гипертония и язва желудка) устранению паттернов поведения, усугубляющих эти заболевания, часто путем преднамеренного вхождения в определенные электрофизиолог. состояния мозга. Подобные сигналы все шире используются для облегчения контроля над такими невротическими симптомами, как тревога или депрессия и для содействия детальному усвоению оптимальных психич. состояний, как, напр., тренировка атлетов в поддержании расслабления определенных групп мышц.
Методики контроля дыхания
Различные способы дыхания, осн. на заданной длительности вдоха, паузы и выдоха, используются 6000 лет для специфической регуляции тока энергии и психич. состояний, способствующих исцелению. Эти технические приемы стали применяться в США в терапевтических целях с появлением дзэн-терапии и метода повторного рождения. Они используют медленное расслабленное дыхание для противодействия невротическим симптомам.
Терапия диетой и мегавитаминами
Осн. предпосылкой этих методов терапии, обозначаемых тж как аспекты ортомолекулярной психиатрии, является то, что мозг может работать в режиме здорового мышления и эмоций лишь тогда, когда получает питание, в к-ром нуждается.
Мегавитаминный подход в комбинации с диетой, свободной от очищенных карбогидратов и содержащей высокий процент естественной клетчатки и протеинов, стал широко использоваться частнопрактикующими психиатрами и рекомендуется специалистами населению.
Методики эмоциональной разгрузки
Практ. обнаружение того, что лечебный эффект м. б. достигнут просто высвобождением эмоций, привело к попыткам создания ситуаций, эквивалентных внутриутробным, и использования в высшей степени затрудняющих поз с целью добиться затем открытого высвобождения эмоций без вербального взаимодействия. Эти технические приемы основаны на той предпосылке, что эмоциональные расстройства прямо связаны с глубиной вытеснения эмоциональных реакций прошлого. ЛСД и др. психоактивные препараты тж использовались для достижения эмоциональной разгрузки.
Методики поддержания баланса энергии
Эти технические приемы осн. на древних восточных концепциях каналов, именуемых меридианами, по к-рым постоянно движется жизненная энергия. Любая болезнь, включая эмоциональные расстройства, вызывается блокировкой этих каналов или перегрузкой нек-рых из них при недостаточном использовании др. Стимуляция определенных точек вдоль адекватных меридианов настраивает и гармонизирует энергетические структуры, что сопровождается облегчением как физ. боли, так и психол. нарушений. В отличие от акупунктуры, где для стимуляции таких точек используются иглы, при совр. техниках (акупрессинг, полярность, рефлексология, шиацу и Прикосновение для здоровья) используется только массаж пальцами.
Массаж и глубокая проработка ткани
Эти технические приемы предназначены для удлинения фасциальных оболочек скелетных мышц, находившихся в состоянии невротического сокращения и для разрыхления межфасциальной спаянности мускулатуры, благодаря к-рой мышцы сокращаются не независимо друг от друга, а как группа. Глубокая проработка тканей часто сопровождается спонтанным высвобождением эмоций, но это считается вторичным относительно главной цели высвобождения личности из телесной брони и восстановления полезной для здоровья центровки тела относительно силы тяжести.
Методики осознания движений
Эти процедуры часто комбинируются с регулируемыми способами дыхания. Айкидо и тай чи, наиболее известные из небоевых восточных комплексов, восходят к древним дисциплинам, первонач. предназначавшимся для того, чтобы монахи и тюремные узники могли с их помощью поддерживать хорошее психич. и физ. здоровье, даже находясь в тесных помещениях в течение длительного времени. Как и в танцтерапии, правильное использование этих процедур предполагает специфическую эмоциональную экспрессию.
Находясь в рамках зап. научной традиции, Мойше Фельденкрайс разраб. свою методику на основе глубокого изучения структуры тела и изменений моторики в зависимости от оптимального функционирования или при воздействии стресса.
Тренинг восприятия
Этот вид тренинга опирается на гипотезу о том, что развитие здоровой личности, включая здоровую способность к научению, осн. на интактных возможностях перцепции, к-рая, в свою очередь, зависит от формирования здоровых двигательных навыков и навыков сохранения равновесия. Этим навыкам можно эффективно обучать как школьников, так и взрослых с тем, чтобы не только стимулировать врожденные способности к научению, но и чтобы обеспечить глубокие изменения в личности, включая коррекцию глубокой личностной проблематики.
Методы терапии сенсорной депривацией и сном
Эти методы терапии осн. на клиническом наблюдении, в рез-те к-рого выяснилось, что мн. лица с эмоциональными нарушениями благоприятно реагируют на снижение или устранение стимуляции (пусть даже рутинной) в течение дня. Это наблюдение было в дальнейшем подтверждено данными о том, что системы базисных представлений связаны с изменением показателей лимбической системы в условиях отсутствия стимуляции. Длительное соблюдение постельного режима и сон, вызванный седативными лекарственными средствами, рекомендуются в качестве лечения больных неврозами и психозами, но долговременное их применение в мед. условиях оказывается затруднительным, в силу чего эти подходы уступают место тотальной сенсорной депривации, осуществляемой в течение более коротких промежутков времени. Использование поступающих в коммерческую сеть депривационных камер, называемых камерами Сарнади, как сообщается, обеспечивает свежий терапевтический эффект. Сюда же относится и японская система морита-терапии.
См. также Психодрама, Йога
Е. Джоунз

Невербальные тесты интеллекта (nonverbal intelligence tests)

Н. т. и. - это тесты, составленные из неязыковых заданий, проводимые с минимальным использованием речи или вообще без нее и предположительно измеряющие интеллектуальную способность.
Термины и иллюстративные задания
Термин "невербальный" тесно связан с др. наименованиями тестов. Тест действия подразумевает наличие заданий на манипулирование объектами, напр., составление кубиков или конструирование объектов из отдельных элементов, в отличие от бланковых тестов (типа "карандаш - бумага"). Неязыковый (nonlanguage) тест не требует использования устной или письменной речи тестируемым или тестирующим. Не требующий навыков чтения (nonreading) тест не требует от тестируемого умений читать или писать, но может предполагать частичное вербальное участие, такое, напр., как понимание устных инструкций идентифицировать картинку. Обозначение теста как вербального в отличие от невербального несет в себе дополнительный смысл языковой нагрузки заданий (особенно обусловленной образовательным уровнем) в противоположность заданиям, свободным от вербально-образовательного контекста. Такое различение не следует смешивать с противопоставлением вербальных тестов количественным (quantitative), так как мн. количественные тесты измеряют навыки, приобретенные в процессе школьного обучения (напр., подсчет стоимости продуктов). Нек-рые когнитивные тесты дают вербальные, количественные и невербальные субпоказатели в расчете на возможность раздельной оценки этих различных (но не полностью независимых) способностей.
Смысловые различия только что рассмотренных терминов лишь приблизительно отражаются в назв. тестов или в составе невербальных заданий. Напр., замена символов цифрами может наз. мерой "действия", хотя это задание типа "карандаш - бумага", а в задании на фигурные аналогии невербальное содержание может сочетаться с письменными инструкциями тестируемому. В дополнение к уже упомянутым типам вопросов, задания, наз. обычно "невербальными", включают расположение картинок в определенной последовательности, нахождение недостающих деталей на картинках, рисование людей или животных, идентификацию встроенных фигур (нахождение геометрического паттерна в области более крупного паттерна) и заполнение пропущенных элементов матриц. В контексте данной статьи термин "невербальный" (NV) относится к содержанию задания.
Тесты развития (developmental tests) составляют категорию измерительных инструментов, тесно связанную с NV тестами, поскольку тестирование младенцев и дошкольников требует исключения или контролирования роли языка. Тесты развития часто выборочно оценивают сенсорные, моторные, аттенционные, перцептивные и манипуляторные способности, а тж когнитивные функции. Шкалы Пиаже оценивают качественные функции, такие как подражание и целенаправленное использование предметов.
Связь с теорией интеллекта
Идея "чистой", контекстно-независимой способности к различению абстрактных отношений, - отличной от способностей, приобретаемых в ходе обучения, и сказывающейся на выполнении разнообразных интеллектуальных задач, - восходит к Ч. Спирмену, назв. этот аналитический дар фактором g. В теорет. изысканиях в области интеллекта невербальные тесты сыграли большую роль, поскольку такие задания, как фигурные аналогии, матрицы и встроенные фигуры (все они могут широко варьировать по степени трудности), считались хорошими мерами g-подобной способности. В США создатели теорий интеллекта, отошедшие от идей Спирмена, делают акцент на отдельных способностях, а не на пронизывающей все интеллектуальные функции общей способности, хотя сохраняют интерес и к "аналитической" способности. Эволюция этой теории происходила в неск. этапов. После 1940 г., когда появились тесты, дающие показатели как по вербальной (V), так и по невербальной (NV) субшкале или субшкале действия (P), приобрела популярность концепция "невербального IQ" (performance IQ). Напр., было обнаружено, что дети-билингвы и дети с легкой степенью психич. задержки получают более высокие показатели по мерам Р, чем по вербально нагруженным тестам. Разграничение V-Р утратило свое значение по эмпирическим основаниям и постепенно было вытеснено идеей о континууме способности, на одном конце к-рого находятся "кристаллизованные" (зависящие от образования) способности, на др. - "флюидные" (аналитические) способности, а между ними располагаются способности, выявляемые в смешанных когнитивных задачах. Аналитическая способность в теорет. понимании стала приобретать черты сходства с уровнем формальных операций в концепции интеллекта Пиаже. В течение 1960-70-х гг., когда в американской тестологии стало уделяться все больше внимания справедливым тестам и кросс-культурным исслед., NV тестовые задания стали включаться в композицию тестов, предположительно не связанных или, по крайней мере, "справедливо" увязанных с культурой и субкультурой.
Области применения
Тесты действия, неязыковые и не требующие навыков чтения тесты внесли определенный вклад в работу по оцениванию специфических популяций, таких как дети младенческого и дошкольного возраста, лица с задержками умственного развития и с физ. недостатками, а тж неграмотная (и не владеющая английским языком) часть населения. Демонстрация, пантомима и перевод оказались в ряду средств, используемых при конструировании или адаптации заданий, позволяющих минимизировать роль языка, образования или культуры в выполнении тестов. Нек-рые из NV мер, первонач. разраб. как "культурно-справедливые", впоследствии оказались весьма ценными в клиническом тестировании.
Попытки использовать NV задания в разраб. сначала "культурно-свободных", а затем "культурно-справедливых" тестов, оказались гораздо менее успешными, чем ожидалось. Исслед. обычно показывали, что: a) NV показатели повышаются вместе с социоэкономическим уровнем тестируемых, так же как и V показатели; б) тесты, стандартизованные на членах определенной культуры или субкультуры, благоприятствуют лицам со сходным происхождением; в) в данной культурной среде прогностическая валидность теста снижается с уменьшением культурной нагруженности его заданий. NV тесты иногда находят применение в ситуациях, когда тестирующие хотят минимизировать обусловленные языком преимущества одних испытуемых перед др., поскольку выполнение NV заданий в меньшей степени зависит от формального вербально-образовательного уровня, чем выполнение V заданий. Однако выполнение любых тестов не является независимым от культурной принадлежности индивидуума: NV задания не способны измерять некую "истинную" интеллектуальную способность, не связанную с опытом жизни в челов. об-ве.
См. также Систематическая ошибка тестов, обусловленная культурными факторами, Меры интеллекта
Э. Б. Пратт

Недирективный психоанализ (nondirective psychoanalysis)

Этот психотерапевтический подход представляет собой смесь традиционного психоан. и клиентоцентрированной терапии. Осн. понятия клинической психоан. теории (сопротивление, регрессия, перенос и катарсис) сохраняются, однако психотерапевт занимает недирективную позицию, оставаясь нейтральным и безличным и используя интерпретацию в качестве терапевтического инструмента. Психотерапевт стремится быть неавторитарным, он пытается выразить высокое уважение к индивидуальности и самостоятельности пациента и предоставляет ему макс. возможную независимость в лечении.
Эта система терапии была разработана Полом, к-рый прошел подготовку сначала в области клиентоцентрированной терапии, а затем как психоаналитик. Он смог принять установки клиентоцентрированной теории и редуцировать психоан. процедуры расспроса, зондирования, конфронтации и диагностики или вообще обходился без них.
Лечение, проводимое в формате индивидуальной терапии, длится 2-4 года. От кандидатов на лечение ожидается наличие способности к самоизучению, рефлексии и интроспекции. Поскольку лица, проходящие Н. п., не должны быть пассивными в общении с психотерапевтом или склонными к подчинению его воле, свободный выбор пациента и его активное решение о прохождении этого рода терапии имеют решающее значение для успеха.
См. также Клиентоцентрированная психотерапия, Психотерапия
В. Рейми

Недостаточная обучаемость чтению (reading disability)

Н. о. ч. - это состояние, при к-ром "уровень чтения оказывается существенно более низким в сравнении с ожидаемым для данного возраста и интеллекта, а тж несоизмеримым с культурным, лингв. и образовательным опытом уч-ся". В этом определении не содержится указаний на конкретный характер вызывающих ее причин.
Алексия означает полную неспособность читать; под ней обычно подразумевают утрату способности к чтению в рез-те повреждения или заболевания головного мозга. Дислексия означает частичное (но, как правило, существенное) нарушение способности к чтению. Нек-рые авторы широко используют дислексию в качестве синонима Н. о. ч.; др. подразумевают под ней определенную форму дисфункции ЦНС.
Термин "недостаточная обучаемость" одновременно и шире, и уже по сравнению с термином "Н. о. ч.". Его более емкое значение определяется тем, что недостаточная обучаемость может, помимо чтения, относиться к устной речевой экспрессии, пониманию речи на слух, письменной речевой экспрессии или арифметическим вычислениям и математическому рассуждению. Его более узкое значение определяется тем, что он требует существенного расхождения между реальным и потенциальным уровнем достижений и предполагает конституциональную, неврологическую основу. Кроме того, он исключает случаи, являющиеся преимущественно рез-том зрительных, слуховых или моторных нарушений, задержек умственного развития, эмоционального расстройства либо соц., культурных, языковых или экономических неблагоприятных условий. Федеральные нормы, регулирующие классиф. детей как страдающих недостаточной обучаемостью, были опубликованы в Федеральном регистре (Federal Register) 29 декабря 1977 года.
Ряд профессиональных орг-ций, выразивших неудовлетворенность этим федеральным определением, предложили следующее определение: "Недостаточная специфическая обучаемость - родовой термин, охватывающий неоднородную по своему составу категорию нарушений, проявляющихся в значительных трудностях в приобретении и использовании слуховых, речевых, письменных, логических или математических умений. Эти нарушения внутренне присущи самому индивидууму и предположительно являются следствием дисфункции ЦНС. Хотя недостаточной обучаемости могут сопутствовать др. препятствующие условия или влияния окружения, она не является рез-том этих условий или влияний".
Примерно треть популяции школьников обнаруживает навыки чтения выше среднего уровня, еще одна треть демонстрирует средний уровень и оставшаяся треть - навыки чтения ниже среднего уровня. Составляющие последнюю треть школьники распределяются по следующим категориям: 2-3% уч-ся характеризуется недостаточной обучаемостью; еще 2-3% - задержками умственного развития; около 1% попадает в др. категории, предусматривающие необходимость специального обучения; примерно от 7 до 13% имеют Н. о. ч.; и около 20% характеризуются низкими способностями к обучению (с IQ от 69 до 89), не позволяющими поддерживать учебную деятельность в пределах среднего уровня, но при этом не оказывающимися достаточно низкими для отнесения таких уч-ся к категории, требующей специального обучения.
Различия в используемых критериях и обследуемых популяциях препятствуют получению полной и точной информ. о степени распространенности Н. о. ч.. Оценки в различных странах варьируют от 1% (в Японии) до более 22% (в Австрии). Согласно наиболее распространенным оценкам, в США от 10 до 15% детей школьного возраста характеризуются Н. о. ч. (включая детей с недостаточной обучаемостью).
Подтипы недостаточной обучаемости чтению
С самого начала изучения Н. о. ч. врачи (гл. обр., невропатологи) постулировали существование базового конституционального состояния ЦНС, в большинстве случаев врожденного и обычно сопровождаемого др. трудностями в коммуникации. В отличие от них, пед. психологи находились под впечатлением необычайно широкого спектра физ., когнитивных, эмоциональных, социологических, речевых, культурных и проявляющихся в обучении нарушений, обнаруживаемых у этой категории уч-ся, и склонялись к плюралистической т. зр. на причины их происхождения.
Те, кто полагает, что все или большинство случаев Н. о. ч. м. б. отнесены к к.-л. одной причине, широко различаются в своих представлениях в отношении ее конкретного характера. Среди ее причин наз. наследственность, минимальную мозговую дисфункцию, задержку созревания, замедленность в специфических аспектах неврологического развития, конкуренцию между двумя полушариями головного мозга, сенсомоторные дефициты, зрительно-моторные дефициты, вербальные дефициты, нарушение мозжечково-вестибулярной системы и дефицитарность внимания и концентрации.
В недавних исслед. были предприняты попытки выделить в популяции лиц с Н. о. ч. однородные в содержательном отношении подгруппы. При этом использовались различные типы процедур и обследовались популяции, отбираемые на основе различных критериев. Неудивительно, что получавшиеся в итоге виды нарушений в чем-то отличались от одного исслед. к др.
В настоящее время достигнуто значительное согласие в том, что категория лиц с сильной дефицитарностью обучаемости чтению имеет в своем составе большую группу с дефицитами в различных видах лингв. способностей, меньшую группу с дефицитами в зрительном восприятии, группу со специфическим затруднением синтеза речевой последовательности и варьирующее число тех, кто демонстрирует смешанные паттерны и не имеет др. специфических дефицитов, помимо чтения и письма.
Вербальную группу характеризуют общие проблемы, связанные с фонематическим анализом слов и объединением или синтезом звуков в слова. Др. специфические проблемы, обнаруживаемые у нек-рых лиц с вербальными дефицитами, включают замедленное называние цветов или предметов, слабость кратковременной вербальной памяти и недостаточный моторный контроль устной и письменной речи; могут присутствовать или отсутствовать затруднения понимания на слух.
Гаддис подчеркивает необходимость увязывания диагноза Н. о. ч. с тем, что известно об алексии и афазии у взрослых. Однако лишь малый процент случаев Н. о. ч. свидетельствует о существовании мозговых повреждений, а диагноз "минимальная мозговая дисфункция" обычно основывается на "легких" неврологических симптомах и/или рез-тах психол. тестов и, следовательно, является в известной степени спекулятивным.
Во всех недавних исслед. отмечается существование значительного числа случаев, к-рые не попадают ни в одну из выделенных подгрупп. Их процентное содержание (по данным различных исслед.) колеблется от 15% до 70%. По всей вероятности, это случаи, причину к-рых следует искать в плохом физ. здоровье и сенсорных дефицитах, эмоциональных проблемах, слабой образовательной подготовке или неблагоприятной языковой и культурной среде. В клинической практике случаи нарушений, обусловленные сочетанием конституциональных и соц. причин, встречаются гораздо чаще случаев, обусловленных исключительно конституциональными причинами.
Диагностика дефицитарных навыков чтения
На настоящее время отсутствуют к.-л. определенные данные, связывающие подтипы Н. о. ч. со специфическими коррекционными процедурами. Специалисты в области чтения должны опираться на пед. диагностику, используя формальные и неформальные тесты на узнавание слов, декодирование, чтение вслух и про себя, и понимание, чтобы разраб. ориентировочные программы обучения и затем (путем последовательного и осторожного применения метода проб и ошибок) вводить в них при необходимости соотв. изменения.
Терапия
Исправление ошибок в чтении подразумевает индивидуальную помощь, к-рую учитель оказывает испытывающему трудности с чтением уч-ся в рамках регулярных учебных занятий в классе. Иногда учитель получает помощь в диагностике и планировании соотв. коррекционных процедур от специалиста по чтению, если таковой имеется в составе школьного персонала. Во мн. школах это единственный вид помощи, доступный детям с Н. о. ч., к-рый зачастую оказывается неадекватным.
Коррективное чтение реализуется вне рамок регулярных занятий в классе, в школе или за пределами школы и должно осуществляться учителем, прошедшим специальную подготовку по коррективному чтению (или учителями под руководством специалиста по чтению). Междунар. ассоц. чтения (International Reading Association) опубликовала перечень квалификационных требований к специалисту по чтению, и во мн. штатах учителям, прошедшим соотв. подготовку, выдаются сертификаты специалистов по чтению.
Получивший в последнее время распространение психоневрологический подход выражает тенденцию к преимущественному использованию коррективного обучения. Однако при этом не следует упускать из вида, что нек-рые уч-ся с Н. о. ч. имеют эмоциональные проблемы, к-рые могут требовать психотерапевтического вмешательства.
Функциональная тренировка
В 1960-х гг. осн. ставка в совершенно новой тогда области недостаточной обучаемости делалась на функциональную тренировку - использование процедур, предназначенных для совершенствования базовых способностей, с дефицитом к-рых связывались трудности в обучении. Предполагалось, что, как только базовые способности усилятся, это приведет к повышению учебных достижений.
Однако со временем накапливались данные, что такой подход иногда улучшал целевые способности, но был слишком специфичным, и улучшения в чтении и др. учебных умениях, как правило, оказывались более скромными в сравнении с контрольными группами, получавшими прямое школьное обучение. Несмотря на то что нек-рые специалисты в области недостаточной обучаемости по-прежнему делают акцент на функциональной тренировке, возникла тенденция использовать целенаправленное коррективное обучение с включением в него элементов функциональной тренировки. Для коррекции различного рода специфических проблем в чтении был разраб. ряд специфических процедур.
Результаты коррективного чтения
Повторные обследования показывают, что когда уч-ся с явно Н. о. ч. оказывалась высококвалифицированная коррективная помощь, позволявшая им справляться со школьными заданиями, требующими навыков чтения, мн. из них осваивали программы школы, колледжа и даже аспирантуры.
См. также Недостаточная специфическая обучаемость, Минимальная мозговая дисфункция
А Дж. Харрис

Недостаточная специфическая обучаемость (learning disabilities)

Если индивидуум не извлекает пользы из традиционной программы обучения и при этом не яв-ся социально неблагополучным, педагогически запущенным, не страдает задержками в интеллектуальном развитии и не обнаруживает заметных симптомов, к-рые бы свидетельствовали о нарушениях нейропсихологического функционирования, то такой индивидуум характеризуется как страдающий Н. с. о. Если индивидуум испытывает в процессе общения трудности либо с восприятием речи, либо с речевой экспрессией и не может читать или решать мат. задачи в границах тех стандартов, к-рые установлены данным школьным округом, этот индивидуум тж рассматривается как страдающий недостаточной обучаемостью.
Недостаток четкости в характеристике отличительных признаков Н. с. о. приводит к его различной интерпретации, обнаруживающейся в клинических и образовательных условиях. Проблема Н. с. о. привлекает к себе широкое внимание и превратилась в одну из важнейших областей исслед. в неврологии, педагогике, психологии и медицине. Эта неспособность может оказываться специфической для навыков чтения или распространяться на все когнитивные процессы. Она может сопровождаться или не сопровождаться поведенческой, соц. или двигательной проблематикой. Короче говоря, Н. с. о. оказывается крайне индивидуализированной: каждый случай характеризуется специфической, присущей только ему симптоматикой. Главной заботой любого специалиста в связи с этим оказывается подбор подходящих диагностических и коррективных/компенсаторных программ.
Оценки распространенности Н. с. о. чрезвычайно колеблются из-за нечеткого ее определения, однако следующие цифры, по-видимому, могут служить ориентирами на межнациональном уровне среди грамотного населения: от 2% до 4% проявляют признаки выраженной неспособности к пониманию текста, вербальной коммуникации и письму, тогда как от 3% до 5% др. сталкиваются со значительными трудностями в исключительно специфических областях, таких как чтение (дислексия), письмо (дисграфия) и математика (дискалькулия). В сравнении с ними число лиц, испытывающих проблемы с чтением по причине сниженного интеллекта или плохого усвоения навыков, может составлять до 15% популяции; хотя они и яв-ся кандидатами на коррекционную помощь, тем не менее они не рассматриваются как страдающие Н. с. о. Неопределенные критерии препятствуют тж накоплению более точной стат. о частоте этого явления. Известно, что Н. с. о. равномерно распределена по возрастам, социоэкономическому статусу, интеллектуальным уровням и встречается во всех культурах, обучающих грамоте.
В соответствии с отмеченными выше ограничениями определения данной неспособности, следующие характеристики могут присутствовать или не присутствовать у к.-л. отдельно взятого уч-ся. Во-первых, сюда могут относиться трудности с восприятием (пониманием) речи или речевой экспрессией. Здесь тж могут встречаться нарушения вербального и невербального мышления (не психопатологического характера).
У мн. лиц с Н. с. о. могут обнаруживаться дефициты памяти, особенно кратковременной памяти. Широко распространены перцептивные и когнитивные дефициты, такие как перестановка и плохая дифференциация букв, неспособность группировать и классифицировать похожие элементы, слабые умения в решении задач. При выявлении перцептивных или когнитивных дефицитов их следует отличать от дефицитов внимания или неспособности концентрироваться на задачах в процессе их решения. В отличие от последних, перцептивные и когнитивные дефициты не поддаются поведенческому изменению, однако перцептивные и когнитивные дефициты могут исчезать после коррекции дефицитов внимания.
В дополнение к часто встречающимся перцептивным, когнитивным, лингв. и неврологическим дисфункциям лица с Н. с. о. тж часто демонстрируют признаки соц. и эмоциональных нарушений. Поскольку большинство таких детей с каждым днем так или иначе отстают в повседневной учеб. деятельности (по крайней мере, в течение какого-то периода времени), они начинают осознавать свое "отличие". Для взрослого или ребенка с Н. с. о. отнюдь не редки такие явления, как наличие негативных Я-образа, Я-концепции и самооценки; нежелание работать над решением задач вследствие возникающих трудностей; присутствие многочисленных психосоматических нарушений уклонение от соц. контактов. Др. могут сверхкомпенсировать свое отличие, нарушая дисциплину на уроках, задирая сверстников и нарушая общественный порядок. У лиц с Н. с. о. часто встречается гиперактивность, к-рая тж играет разрушительную роль при выполнении учеб. заданий. Если это гиперактивное поведение не вызывается органическими нарушениями, эффективным средством его коррекции оказывается поведенческий тренинг, в др. случаях показали свою эффективность такие лекарственные препараты, как риталин и пемолин [цилерт], не препятствующие интеллектуальному функционированию.
Из-за комплексного характера синдромов, проявляющихся в нарушениях обучаемости, одной из наиболее актуальных задач яв-ся ликвидация профессиональной изоляции специалистов. С целью междисциплинарной оценки можно использовать историю индивидуума и семьи; физ. и неврологическое обследование; психол. оценку, включающую его интеллектуальный, перцептивный и личностный профиль, и разраб. программы обучения.
В 1977 г. был приведен в действие публичный закон 94-142. Он стал поворотным событием и гарантировал равные возможности в образовании всем недееспособным лицам в возрасте до 21 г. Закон тж определил Н. с. о. как одну из форм инвалидности и обязал административные органы штатов и их территориальные подразделения развивать соотв. виды услуг. Несмотря на довольно медленное внедрение этого закона из-за целого ряда политических, экономических и организационных проблем, в настоящее время выявляется и обеспечивается необходимой помощью знач. больше лиц с Н. с. о. по сравнению с прошлыми годами.
Стимулированная законом, работа по раннему выявлению детей из групп "высокого риска" способствует росту знаний в отношении коррекции и компенсации; возникают новые подходы к имплозивному вербальному воздействию и вводятся альтернативные средства коммуникации, напр., устные ответы уч-ся.
Наряду с этим все большее распространение приобретает консультирование школьников с Н. с. о. по проблемам выбора профессиональной карьеры и возможности продолжения образования в колледже.
См. также Педагогическая оценка, Минимальная мозговая дисфункция, Школьное обучение
Д. Ф. Фишер

Недостаточность питания и поведение человека (malnutrition and human behavior)

Голод и его ужасающие последствия были призраком, пугавшим человечество в течение тысячелетий. Целый ряд нарушений поведения м. б. вызван отклонениями в питании.
Существует два осн. типа недостаточности питания: а) общий дефицит потребляемой пищи; б) отсутствие определенных существенно важных ингредиентов питания, таких как аминокислоты, витамины и минералы. Генерализованная алиментарная дистрофия имеет две формы: клиническая (острая) и субклиническая (хроническая). В клинической категории можно выделить три подгруппы: квашиоркор, характеризующийся отеками при умеренном снижении веса, пищевой маразм с выраженной потерей веса и отсутствием отеков и маразматический квашиоркор с выраженной потерей веса и отеками.
В острой фазе клинической недостаточности питания дети демонстрируют глубокую апатию, раздражительность и выраженное снижение произвольной моторики. Работа, проведенная на Ямайке, показала, что эпизоды клинически выраженной недостаточности питания в детстве могут иметь глубокое воздействие на последующее психич. развитие. У населения, где генерализованная недостаточность питания носила эндемический характер, Сингх и др. обнаружили, что коэффициент интеллекта ребенка (IQ) был тем ниже, чем ниже был его вес относительно возраста (мера статуса питания).
Грэйвс сравнивал младенцев, получавших удовлетворительное и недостаточное питание. В последней группе обнаружился дефицит оринтировочно-исследовательского поведения и таких интеракций между ребенком и матерью, как улыбки и лепет.
См. также Маразм
И. Брожек

Независимая психологическая практика (independent practice)

В то время как психологов обучают применять разнообразные подходы и виды психотерапевтических вмешательств, оценивать интеллект, способности, личность, нейропсихологическое функционирование и супружескую совместимость, организованная или институциональная деятельность зачастую ограничивает профессиональные возможности психолога, обязывая его реализовывать только те элементы, к-рые принимаются его орг-цией. В условиях независимой практики клинические психологи работают совершенно самостоятельно. Они свободны в выборе наилучших способов применения своих умений и инструментов.
В 1950-х гг. в США насчитывалось не более 50 психологов, занимающихся независимой практикой на постоянной основе. По данным на 1995 г., уже ок. 10 тыс. психологов занимались постоянной независимой практикой. Согласно существующему порядку, чтобы получить право заниматься независимой практикой в клинической психологии, необходимо обладать докторской степенью, полученной в аккредитованном высшем учеб. заведении, а тж пройти после ее защиты двухлетнюю стажировку под руководством опытных специалистов в области клинической психологии. В различных штатах для независимой практики тж требуется получение лицензии или сертификата, подтверждающих наличие соотв. квалификации.
Большинство психологов, занимающихся независимой практикой, отмечают значительные преимущества, связанные с этой ролевой моделью. К ним относятся:
1. Возможность предлагать широкий спектр психол. услуг.
2. Возможность реализовывать услуги, в к-рых практикующий специалист чувствует себя наиболее уверенно, получать от этого удовольствие и достигать более эффективных результатов.
3. Свобода выбора и возможность отказываться от использования, приводящих к частичному успеху, обладающих отсроченными эффектами или нецелесообразных услуг.
4. Относительная свобода от политических и бюрократических ограничений и требований.
5. Справедливая оплата за проявляемые умения, усилия или отдачу.
6. Возможность стать опытным практикующим клиницистом без потери статуса или уровня дохода.
7. Возможность повышать свою квалификацию и опыт без ограничений, навязываемых бюджетом орг-ции.
8. Возможность оказывать услуги любому человеку безо всяких ограничений.
9. Возможность набирать себе учеников для передачи своего опыта и знаний.
10. Возможность в выборе обстановки, оборудования, вспомогательного персонала и вида предоставляемых услуг. Возможность реализации честолюбивых устремлений ограничивается лишь уровнем образования, опытом, этическими представлениями и доброй волей практикующего специалиста.
11. Более четкая зависимость успеха или неудачи от усилий самого практикующего специалиста.
12. Возможность быть первым и последним человеком, кто видит клиента. Работа с клиентом без посредников увеличивает вероятность оказания компетентной помощи, способствует большей личной вовлеченности, быстрому разрешению возникающих недоразумений и лучшей оценки эффективности вмешательств.
13. Свобода в приспособлении оплаты за услуги к кошельку клиента.
14. Свобода от институциональных ограничений - реальных или символических.
15. Разнообразие деятельности и гибкость графика работы, к-рые благоприятствуют улучшению качества жизни практикующих специалистов.
Данные опросов показывают, что в различных частях американского сообщества степень насыщенности занятыми на постоянной основе независимыми практикующими психологами составляет от 1 на каждые 2500 до 1 на 135 000 населения. Т. о., эта особая ролевая модель для клинических психологов, предполагающая прямой выход на клиента в предоставлении психол. услуг, может оказаться моделью будущего.
См. также Клиническая психология: подготовка специалистов через аспирантуру, Удостоверение квалификации
Т. Блау

Независимые личности (independent personalities)

"Независимость" - понятие, к-рое в психологии трактуется по-разному. В целом быть независимым означает поступать и вести себя, сообразуясь с собственными потребностями, восприятиями или оценками, нежели с требованиями окружения или мнениями др. людей. Задача идентификации случаев независимого поведения не вызывает особых затруднений, трудности возникают при попытке дать им систематическое объяснение.
Н. л. может рассматриваться в аспекте мотивации либо способа саморегуляции. В первом случае можно было бы ожидать паттерн стремления прерывать или завершать мн. виды действий. В последнем случае можно было бы рассчитывать увидеть тип стратегии, к-рая определяет характер действий чел. при стремлении к разнообразным видам целей. Отсюда, с позиций здравого смысла, независимость как мотив ассоциируется со стремлением к таким вознаграждениям, как свобода действовать без вмешательства и влияний со стороны др. (или окружения), а независимость как регулятор выражается через индивидуализм и личное участие в принятии решений. Будем ли мы рассматривать независимость как мотив или как аттитюд, на реализацию конкретного поведения всегда влияют еще и ситуационные факторы.
Социальное влияние и независимость
Одна линия исслед., имеющих отношение к проблеме независимости и касающихся реакций чел. на мнение др. людей, ведет свое начало от ставших классическими экспериментов С. Аша по эффектам единодушных мнений. Независимые испытуемые, как правило, демонстрировали убеждение в своей правоте, несмотря на явную оппозицию большинства, и сохраняли свое убеждение на протяжении всего эксперимента.
Эксперименты Аша стимулировали эмпирическое изучение др. условий влияния большинства. Особый интерес здесь представляют исслед., посвященные поиску личностных детерминант независимости. Полученные данные, во многом согласующиеся с выводами Аша, показывают, что независимые люди склонны полагаться на самих себя, обладают даром убеждения, экспрессивны, чужды условностям и способны самостоятельно мыслить; конформисты склонны к подчинению, придерживаются условностей, легко выводятся из равновесия в ситуации стресса, внушаемы и недостаточно чувствительны к собственным мотивам и аттитюдам.
Исследователи уточнили это разграничение, чтобы учесть др. виды реакций на влияние. Так, мы можем различать случаи, где чел. фактически противостоит авторитетному источнику и реагирует на него резко отрицательно (антиконформность), и только что описанную холодную и объективную независимость. В свою очередь, согласие не всегда означает простое подчинение и может возникать в рез-те положительной оценки предоставляемой информ., на основе к-рой принимается решение о согласии с источником (рациональная конформность).
Поленезависимость
Серия исслед. Виткина и его сотрудников привела к выделению и описанию особенностей перцептивных стилей полезависимости и поленезависимости.
Испытуемые существенно различаются в своей способности отделять характеристики воспринимаемого поля от своего положения в нем, давая основание для разграничения независимости и зависимости. Перцептивная независимость, отмеченная точностью восприятия, представляет собой способность взаимодействовать со зрительным полем в аналитической манере, тогда как перцептивная зависимость, вследствие слабой выраженности такой способности, характеризуется смешением ключевых признаков, присутствующих в окружающем поле.
Исследователи обнаружили высокую степень согласованности в этих стилях при измерении с помощью различных тестов и показали, что они становятся более обобщенными и устойчивыми с наступлением взрослости. Данные личностных тестов описывают их через контрастирующие наборы индивидуальных черт. Так, поленезависимый чел. характеризуется активностью, хорошим знанием себя, умением прямо выражать и контролировать свои эмоциональные импульсы, уверенностью в себе и способностью компенсировать чувство неполноценности. Полезависимый чел. характеризуется пассивностью, недостаточным знанием себя, склонностью подавлять импульсы, использованием примитивных механизмов защиты в стрессовой ситуации, недостатком уверенности в себе и уступчивостью чувствам неполноценности. Кроме того, в экспериментах полезависимость чаще демонстрировали испытуемые-женщины. Однако недавнее прояснение половых различий указывает на то, что этот стиль, по-видимому, яв-ся скорее функцией традиционной половой роли, нежели биолог. пола. "Независимые" в исслед. Аша и "поленезависимые" в экспериментах Виткина во многом оказываются сходными по чертам личности.
Психологическая дифференциация
Виткин и Гудинаф разраб. более общую теорию. Психол. дифференциация влечет за собой отделение себя от не-себя. Поленезависимые люди опираются на соотнесение воспринимаемого с собой, в то время как полезависимые - на целостное восприятие средовых условий.
Виткин и Гудинаф применяют этот взгляд к межличностному поведению. Здесь полезависимые люди обладают соц. умениями, к-рые позволяют им более эффективно взаимодействовать с др. людьми. Это контрастирует с безличной ориентацией поленезависимых людей.
Автономия
Г. А. Мюррей использовал термин "автономия" для приобретенного или психогенного мотива, воплощающего в себе представление о независимости как побуждающей силе. Он яв-ся одним из неск. мотивов, к-рые "имеют дело с челов. властью, достигая ее, сопротивляясь или подчиняясь ей". Он определял автономию следующим образом: "Сопротивляться влиянию или принуждению. Не повиноваться авторитету или искать себе свободу на новом месте. Стремиться к независимости".
Признание того, что стремление к свободе и контролю последствий своего поведения может у нек-рых людей быть функционально автономной мотивационной силой, кажется интуитивно оправданным. Действительно, это, несомненно, такой же характерный челов. мотив, как любой др. В настоящем, однако, мы не располагаем в отношении него к.-л. систематическим знанием или исслед. Идентификации когнитивных стилей или аттитюдов, представленной в работах Виткина, недостаточно для понимания более глубоких и более общих детерминант того поведения, к-рое мы характеризуем как "независимое".
Чтобы понять поведение, к-рое м. б. назв. "независимым", необходимо прежде всего раскрыть его детерминанты. При этом следует разграничивать между собой неск. видов детерминант, каждый из к-рых акцентирует различные аспекты независимости. Обзор подходов к проблеме независимости мог бы включать следующие: авторитарная личность, внутренний и внешний локусы контроля, моральное развитие, эго-функционирование и деиндивидуализация. Сюда же можно отнести исслед. личного контроля, выбора и личной свободы.
См. также Авторитарная личность, Конформная личность, Индивидуализм, Локус контроля
У. Э. Вайнеке

Незаконченные предложения (incomplete sentences)

Метод Н. п. - это метод психол. оценки. Традиционно, первое слово или первые слова, предъявляемые проводящим обследование, наз. "основами". Примерами основ могут служить: Мне нравится...; Что меня раздражает...; Я хочу...; Большинство девушек... Данный метод применяется с различными специфическими целями, напр. для изучения личности, оценки аттитюдов, предсказания достижений и идентификации различий между группами.
Вероятно, наиболее заметную роль метод Н. п. сыграл в клинической оценке. В этом контексте он часто рассматривается как своего рода проективный тест. В процессе его использования люди сообщают значительное количество ценной информ. о своей личности. В то же время Н. п. гораздо менее неопределенны, чем др. проективные тесты, и в связи с этим их было бы лучше называть "полупроективными" инструментами. Наибольшую пользу Н. п. приносят в тех случаях, когда применяются для получения информ. о том, как индивидуум обычно ведет себя или какое впечатление он хочет произвести на других. Метод Н. п. может использоваться в групповом обследовании и потому относится к классу сравнительно экономичных методов. Хотя полученные этим методом данные плохо поддаются автоматизированной обработке, непрофессионалов можно довольно легко научить обрабатывать такие данные в рамках конкретных задач обследования.
За прошедшие годы были разработаны сотни разнообразных форм тестов завершения предложений. Наиболее известным и широко используемым из них является Бланк незаконченных предложений Роттера (ISB), разработанный Джулианом Роттером и его коллегами. ISB содержит 40 основ упомянутого выше вида. Его первоначальное назначение состояло в оценке общей адаптированности. Каждый ответ оценивается по 7-балльной шкале сообразно степени конфликтности. Затем отдельные оценки по каждому пункту (основе) суммируются и дают показатель общей адаптированности. Существуют многочисленные данные о надежности и валидности использования ISB с этой целью. Однако ISB может применяться и для др. целей.
См. также Оценка личности, Проективные методики, Тесты завершения предложений
Дж. Фарес

Незаметные измерения (unobtrusive measures)

Н. и. обычно относятся к зависимым переменным в исслед., к-рые не затрагивают реакционную способность испытуемого: т. е. Н. и. не изменяют реакции испытуемого, поскольку он обычно не сознает таких измерений. Интерес к Н. и. возник после опубликования в 1960-х гг. исслед., в к-рых была продемонстрирована широкая распространенность эксперим. артефактов, таких как эффект ожидания экспериментатора, боязнь оценки, эффект добровольного участия в исслед. и эффект соц. желательности (хорошего испытуемого). Кроме того, Н. и. обычно предполагают минимальные изменения в естественном окружении, поэтому рез-ты исслед., использующих Н. и., в большей степени допускают обобщение по сравнению с рез-тами исслед. в искусственной лабораторной ситуации. Н. и. особенно подходят для тех областей исслед., к к-рым часто обращается соц. психология. Короче говоря, выбирая Н. и., соц. психологи жертвуют полным контролем над зависимой переменной ради большей обобщаемости рез-тов.
Физ. следы включают изучение степени износа, содержания мусорных корзин, вырванных страниц и фиксацию местонахождения объекта. Архивы включают изучение библиотечных карточек, выступлений, бюджетов, видео- и фотоматериалов, документов и патентов. Техническое оснащение Н. и. включает использование фотографирования, светочувствительных пленок, ультразвуковых приборов, датчиков передвижений, фотоэлементов и различного рода микрофонов.
Одна из трудностей, связанных с реализацией мн. Н. и., заключается в большом проценте "шлака", т. е. огромном количестве бесполезного материала (и потраченного времени), к-рый часто приходится собирать ради извлечения нужной информ. Наилучшим использованием Н. и. яв-ся не замена ими типичных лабораторных измерений, а применение их в сочетании с лабораторными замерами в др. условиях с целью подтверждения или отрицания правомерности обобщения полученных в лаборатории рез-тов.
См. также Измерение
Л. Бергер

Незрелая личность (immature personality)

Н. л. - это родовой термин, охватывающий ряд связанных, но различимых между собой черт личности. Главное его значение связано с понятием психол. зрелости. Психол. созревание можно охарактеризовать как достижение стадии интеллектуального и эмоционального равновесия, на к-рой индивидуум может совладать с неизбежными разочарованиями и конфликтами, проявляя при этом минимум инфантильного поведения и восприятия. Т. о., для Н. л. свойственно отсутствие эмоционального равновесия, при к-ром даже незначительные стрессовые воздействия вызывают расстройства эмоциональной сферы.
Теме Н. л. посвящено не много эмпирических исслед.; тем не менее иногда выдвигались клинические предположения об этиологической природе этого расстройства. У людей этого типа часто уже в детском возрасте обнаруживается эмоциональная нестабильность, низкая фрустрационная толерантность и выраженная стойкость черт, характерных для самого раннего детства. Считается, что мн. из них никогда не находились в обстановке зрелого, стабильного, внутренне согласованного соц. окружения. Предлагались тж теории этиологической роли генетических или перинатальных факторов, но они обычно не находят эмпирического подтверждения.
Н. л. как диагностическая единица отсутствует в американской нозологической систематике и не использовалась в европейских кругах в течение неск. лет.
В издании "Руководства по диагностике и статистической классиф. психич. расстройств (DSM) 1952 г. приводится нозологическая категория эмоционально неустойчивой личности, описываемая как расстройство черт личности, проявляющееся в повышенной возбудимости, неэффективности совладания со слабыми стрессовыми воздействиями, недостаточной рассудительности и нерегулярно изменяющихся эмоциональных отношениях к окружающим с плохим контролем интенсивно проявляемых чувств враждебности, вины и тревоги. Расстройство эмоционально неустойчивой личности чрезвычайно трудно поддается лечению, поскольку эти пациенты редко обращаются за помощью по собственному желанию и часто преждевременно прекращают терапию.
Приведенные в издании DSM 1952 г. три подтипа пассивно-агрессивной личности - пассивно-зависимый, пассивно-агрессивный и агрессивный - служат параллелью подкатегорий пассивной зависимости и агрессивности Н. л. Пассивно-зависимый тип характеризуется беспомощностью, нерешительностью и тенденцией льнуть к др., устанавливая зависимые отношения. Паразитический аспект отношений с окружающими побуждает такого чел. вести себя, как маленький ребенок, в постоянном ожидании того, что др. будут удовлетворять его потребности.
Пассивно-агрессивный тип склонен к конфликтам с начальством и выражению агрессии в форме обструкционизма, неэффективности, упрямства, враждебности, манипулирования и скрытого неповиновения. Они напоминают детей: маленький ребенок, не имея силы, смелости или способности открыто выражать протест, может демонстрировать медлительность, неэффективность, упрямство и затаенную обиду при выполнении требуемого от него задания. Рез-ты лечения м. б. положительными в случаях, когда индивидуум признает обреченную на поражение природу своего поведения.
Агрессивный тип характеризуется стойкими реакциями на фрустрацию, проявляющимися во вспышках раздражительности и деструктивного поведения, наряду с выраженной зависимостью от окружающих. Такие люди могут проявлять ничем не спровоцированную и бессмысленную ярость, после чего столь же непредсказуемо и быстро переходить к демонстрации мрачности, слезливости или чувства вины. Они редко выходят за пределы ограниченного уровня соц. или профессионального функционирования вследствие инфантильности и чрезмерной эмоциональной нестабильности. Сходство этих субкатегориальных типов очевидно; они часто сочетаются друг с другом.
См. также Неконформная личность, Пассивно-агрессивная личность, Расстройства личности, Типы личности
П. Магаро, Р. М. Эшбрук

Нейролингвистика (neurolinguistics)

Определяемая широко, Н. - это учение о языке и мозге. Формальная теория психолингв. развивается во взаимодействии трех научных областей: неврологии, психологии и лингвистики. Ларненделла настаивал на одновременной интеграции в формальной теории языка и мозга трех различных перспектив: открытого речевого и языкового поведения, скрытой нейроанатомии и нейрофизиологии и функциональной орг-ции речевой и языковой систем как возможной реальности. Он подчеркивал необходимость включения в состав нейролингвистической теории описаний систем невербальной коммуникации в челов. поведении, культурных и индивидуальных переменных, обнаруживаемых в процессе видоизменения среды, механизмов когнитивной обработки информ., а тж теории челов. познания.
Н. можно охарактеризовать как область изучения того, каким образом люди получают информ. посредством органов чувств, обрабатывают ее в нейронных цепях и сетях (включ. речевые зоны головного мозга) и выражают в речи и др. видах поведения. Наиболее важные сенсорные модальности для обработки и перевода информ. в речь включают зрительную, слуховую и кинестетическую. В оптимальном случае, информ. получается и выражается по всем каналам согласованно и с одинаковой эффективностью.
Обработка информ. производится в отношении двух типов символов: теорет., относящихся к языку, и качественных. Считается, что обработка этих разных типов символов зависит от функций, локализованных в левом и правом полушариях головного мозга. Теорет. символы, такие как зрительные лингв. единицы (напр., написанное слово), слуховые лингв. единицы (напр., устное слово), зрительные количественные единицы (напр., написанные цифры) и слуховые количественные единицы (напр., произносимые цифры), обрабатываются преим. в левом полушарии мозга.
Качественные символы сенсорного характера, такие как звуки, вкусовые ощущения или изображения, связываются с культурными кодами или со смыслами, извлекаемыми из невербальной экспрессии, исполняемых ролей, соц. дистанции или временных ограничений, и обрабатываются преим. правым полушарием. Билатеральная симметрия мозга обеспечивает возможность того, что виды и звуки, приносимые с информ. из внешней среды, будут обрабатываться обоими полушариями одновременно.
Нейролингвистические данные способствуют пониманию коммуникации, познания, культуры и их практ. применения. В дополнение к изучению нарушенного функционирования мозга, разработанные в этой области эксперим. методики использовались для изучения обработки речевой и языковой информ. у людей, не имеющих явных отклонений от нормы. Эти исслед. показали различия между считающимися нормальными испытуемыми в том, что касается реакций в сенсорных модальностях зрения и слуха.
Электрофизиологические эксперименты с применением слуховых и зрительных раздражителей показывают, что слуховые реакции существенно сильнее в левом полушарии, а зрительные - в правом.
Правое ухо превосходит левое по пороговым характеристикам и способности распознавания цифр при их одновременном предъявлении на оба уха - отражение доминантности левого (речевого) полушария. Явное преимущество левого уха было обнаружено в отношении восприятия мелодий и средовых шумов. Левое ухо имеет прямой доступ к правому полушарию, а оно, как известно, является доминантным в отношении музыки, аккордов и невербальных звуков.
Люди склонны смотреть вверх и в сторону, когда им задан вопрос и ответ на него обязателен. По-видимому, одни и те же неврологические проводящие пути и структуры используются и для обработки внешней стимуляции определенной модальности, и для обработки внутренних образов той же модальности.
Все люди, не имеющие установленных отклонений от нормы, наделены по существу эквивалентными сенсорными органами и структурами как в анатомич., так и в физиолог. смысле. Каждый конкретный человек опирается на ту или иную сенсорную систему как средство восприятия и понимания мира. С помощью Карты проверки сенсорных модальностей (The Sensory Modality Checklist) оценивается предпочитаемая индивидуумом сенсорная модальность касательно научения и самовыражения.
Нейролингвистическое программирование (НЛП) - это область изучения структуры субъективного опыта, или того, как конкретные люди воспринимают и понимают мир. НЛП - коммерческое название системы приемов и стратегий межличностной коммуникации, осн. на элементах трансформационной грамматики и на идентификации предпочитаемых сенсорных репрезентаций в отношении научения и самовыражения.
Бэндлер и Гриндер выявили процесс, свидетельствующий, что используемые людьми предикаты отражают предпочитаемые ими сенсорные модальности. Так, индивидуум, придающий особое значение зрительной системе, употребляет относящиеся к зрению слова и предикаты (глаголы, прилагательные, наречия), например, "ясный", "яркий", "видеть", "вид".
Бэндлер и Гриндер тж описывают невербальные и физиолог. признаки, используемые людьми бессознательно. Движения глаз, рисунок дыхания, позы тела и типы телосложения могут служить опорными признаками для предпочитаемой сенсорной модальности индивидуума.
Н. Э. Хейни

Нейромедиаторы (neurotransmitters)

Типичный нейрон состоит из клеточного тела, дендритов и аксона. Аксон заканчивается разветвлением более мелких терминальных волокон, образующих т. н. пресинаптические, или концевые бляшки. Концевые бляшки обеспечивают функциональный контакт с др. нейронами, а место осуществления этого функционального контакта наз. синапсом. Синапс представляет собой узкую щель, и передача нервного импульса через синапс почти всегда происходит хим. путем, с помощью веществ, наз. Н. (или нейротрансмиттерами). Н. вырабатываются в клеточном теле и накапливаются в мелких сферических образованиях, наз. синаптическими пузырьками.
Хим. природа синаптической передачи была наглядно доказана О. Леви. Леви раздражал блуждающий нерв одного изолированного сердца лягушки, что, естественно, вызывало снижение частоты сердечных сокращений, а затем переносил жидкость из этого сердца в другое, тоже изолированное, но не подвергавшееся электрической стимуляции: частота сокращений второго сердца падала так же, как если бы оно само подвергалось вагальному раздражению. Он сделал вывод, что стимуляция нерва первого сердца привела к высвобождению хим. вещества в синапсе между нервом и сердцем, и именно это вещество передавало сообщение сердцу биться медленнее. Поскольку Леви раздражал блуждающий нерв (п. vagus), он назвал это неизвестное вещество Vagusstoff. Сейчас оно называется ацетилхолин (ACh).
Когда Н., такой как ACh, проникает через синапс, он вступает в контакт с рецепторными нервными окончаниями др. нейрона. Этот нейрон наз. постсинаптическим, с рецепторными окончаниями, находящимися, в основном, на его дендритах и теле. Вещество-передатчик (т. е. медиатор) вызывает либо деполяризацию (возбуждение) постсинаптического нейрона, либо гиперполяризацию (торможение).
Будет ли постсинаптический нейрон генерировать потенциал действия (т. е. передавать сообщение дальше), зависит от суммации воздействий на него со стороны пресинаптических нейронов. Каждый нейрон может иметь сотни синапсов, и через одни к нему могут приходить возбуждающие сигналы, а через другие - тормозящие. Нейрон суммирует все эти воздействия и, в зависимости от результата, либо генерирует потенциал действия, либо нет.
Если бы Н. оставался в синапсе на какое-то время, это уменьшило бы число сообщений, к-рые могли быть преданы от одного нейрона к другому. Поэтому, почти сразу после высвобождения, вещество-передатчик инактивируется. В НС наиболее распространенным способом инактивации является быстрое возвращение Н. в аксонное окончание пресинаптического нейрона (т. н. обратный захват). Др. способ инактивации характерен только для ACh и наз. ферментативным расщеплением (enzymatic degradation). В этом случае ацетилхолинэстераза (AChE) расщепляет молекулу ACh на две части, ни одна из к-рых не обладает активностью целой молекулы.
ACh, вероятно, является наиболее известным Н. благодаря тому, что оказался первым обнаруженным веществом-передатчиком, да еще связанным с таких важнейшим органом, как сердце. Помимо др. органов, ACh обнаружен в головном и спинном мозге, и именно он передает сообщения по двигательным нервным волокнам к скелетной мускулатуре. Постмортальные исслед. головного мозга людей, при жизни страдавших болезнью Альцгеймера, выявили весьма значительное уменьшение содержания ACh, особенно в тех зонах, к-рые считаются связанными с памятью.
Головной мозг использует множество Н. В течение мн. лет считалось, что каждый нейрон высвобождает из всех своих концевых бляшек только один определенный медиатор. Сейчас известно, что большинство нейронов могут высвобождать 2-3 медиатора, а нек-рые - даже 5-6.
Н. делятся на 3 большие группы: биогенные амины, аминокислоты и пептиды. ACh - пример биогенного амина. В число др. важных биогенных аминов входят дофамин, норэпинефрин и серотонин. Обмен дофамина нарушается при двух заболеваниях головного мозга - при шизофрении и при болезни Паркинсона. В случае болезни Паркинсона происходит гибель клеток в области мозга, наз. substantia nigra (черное вещество). Т. к. клетки этой области синтезируют дофамин и отправляют его к части мозга, управляющей двигательной активностью, у больного развиваются такие характерные симптомы, как "тремор покоя" и бедность движений. Заместительная терапия - лекарства, увеличивающие содержание дофамина в головном мозге, могут помочь на нек-рое время, но болезнь продолжает прогрессировать. Одно из главных лекарственных средств при этой болезни - L-дофа.
Норэпинефрин (наз. тж норадреналином) - вещество-передатчик в мионевральных соединениях симпатической НС; кроме того, он выявлен во мн. отделах мозга. Считается, что пониженное содержание норадреналина и/или серотонина ведет к депрессии. Лекарственные средства, применяемые при лечении депрессий, увеличивают содержание норэпинефрина, серотонина или обоих медиаторов.
См. также Ацетилхолинэстераза, Болезнь Альцгеймера, Хорея Геттингтона, Нейрохимия, Болезнь Паркинсона
Б. М. Торн

Нейронные механизмы научения (neural mechanisms of learning)

В головном мозге, масса к-рого составляет немногим более 1 кг, плотно упакованы многие млрд вычислительных элементов, соединенных между собой, скорее всего, случайным образом. Ежесекундно каждый такой элемент преобразует тысячи химических сигналов в электрические, сравнивает их по величине, а затем снова преобразует в химические сигналы. Все богатство челов. поведения - мысли, действия и эмоции - есть конечный результат совокупности этих вычислений.
Функция этих вычислительных элементов изменяется с опытом, и потому люди не ограничиваются выполнением стереотипных образцов поведения, к-рыми они владели с рождения. Приобретенные модели поведения как раз и выделяют людей среди прочих представителей животного мира.
Исслед. в этой области проводятся преимущественно на моделях, предполагая изучение или относительно простых форм поведения, или относительно простых НС (либо то и другое вместе). Кроме этого, клиническая литература, посвященная локальным поражениям челов. мозга вследствие травм или болезней, дала нам более глубокое понимание того, какие части головного мозга людей связаны с научением и памятью. Сочетание этих подходов начинает приоткрывать завесу над тем, что, где и как изменяется в головном мозге при научении.
Эффекты повреждения головного мозга у людей и животных
Изучение поведенческой дефицитарности у людей с поражениями головного мозга улучшили наше понимание принципов локализации поведенческих функций в ЦНС. С тех пор как были получены первые доказательства специфической мозговой локализации даже высших психич. функций, стало очевидным, что понимание механизмов научения и памяти требует знания того, где следует искать связанные с ними изменения. Ряд выдающихся клинических исслед. лиц с повреждениями мозга, вызванными хирургическим вмешательством или травмой, а также эксперим. исслед. на низших обезьянах, позволяют предположить существование в мозге приматов двух важных систем научения и памяти: одна локализована в медиальных височных долях коры головного мозга, а другая - в промежуточном мозге, рядом со средней линией головного мозга.
Эффекты повреждения медиальных височных долей. Важность структур медиальных височных долей (включ. гиппокамп, миндалину и окружающую новую кору) была эффектно продемонстрирована в истории болезни Г. М., чел. с интеллектом выше среднего уровня, у к-рого в 1954 г. были удалены обе медиальные височные доли в целях облегчения страданий от инкурабельной эпилепсии. После операции Г. М. обнаружил глубокую недостаточность способности усваивать новую информ. о фактах или событиях, причем на протяжении последующих 40 лет не произошло никакого улучшения этой способности. Эта антероградная амнезия (дефицит памяти на события в период времени после поражения мозга) имела место при отсутствии к.-л. др. изменений личности или общего интеллекта Г. М. (после операции, несмотря на амнезию, он получил даже чуть более высокий показатель по тестам IQ).
Анализ элементарного научения у позвоночных
Изучение историй болезни людей и эксперименты с разрушением участков мозга низших обезьян дали бесценную информ. о некоторых структурах мозга, связанных с научением и памятью, а также о природе челов. памяти. Однако большинство этих данных оказалось трудно интерпретировать с т. зр. того, какую специфическую роль играет та или иная структура челов. мозга в процессе научения, или, при более аналитическом подходе, какие нейроны или синапсы в этих структурах вероятнее всего изменяются в результате опыта. Отмеченная трудность связана с тем обстоятельством, что нейронная схематика и поведение, изучаемые в этих исслед., слишком сложны для анализа. По этой причине многие исследователи, работающие в этой области, решили изучать более простые формы научения и памяти у млекопитающих, в реализации которых, вероятно, участвуют относительно менее сложные нейронные цепи.
И. П. Павлов был первым исследователем, создавшим основанную на физиол. теорию научения и памяти. Павлов высказал предположение, что кора головного мозга, особенно хорошо развитая у людей, яв-ся местом взаимодействия между связываемыми раздражителями и, следовательно, той частью мозга, где начинаются приобретенные (выученные) реакции. К. Лешли провел длительное и тщательное исслед., посвященное тому, как удаление различных участков коры головного мозга крыс влияет на их способность выучивать и запоминать путь в сложных лабиринтах. Основываясь на своих наблюдениях, Лешли пришел к заключению, что научение не может быть локализовано в к.-л. одном участке коры, ибо удаление достаточно большого участка в любой области коры вызывало эквивалентные нарушения в прохождении лабиринтов равной трудности. Тем не менее более поздние исслед., в к-рых разрушению подвергались мозговые структуры, относящиеся не к неокортексу, а к др. областям мозга, и изучалось влияние этих повреждений на широкий спектр поведенческих реакций, привели к убеждению, что наиболее продуктивными будут исслед. клеточных и молекулярных основ научения, сконцентрированные на изучении некоторых особенно важных отделов мозга.
Роль гиппокампа в быстром научении. Эксперим. данные, полученные в исслед. локальных разрушений мозговых структур, в целом согласуются с цитированными выше данными из клинической литературы: гиппокамп, по всей вероятности, играет важную роль в научении и памяти. И хотя вопрос о точном характере этой роли остается дискуссионным, повреждение гиппокампа нарушает усвоение или запоминание нескольких различных поведенческих задач грызунами и приматами.
Большинство публикаций об эффектах повреждения гиппокампа у крыс касается его предполагаемой роли в пространственном научении. Однако проведено значительное количество исслед. роли гиппокампа в др. видах научения, часть к-рых имеет более прямое отношение к амнестическому синдрому, наблюдаемому у людей с поражениями медиальных височных долей, и к экспериментальным эффектам разрушения гиппокампа у низших обезьян. Во многих из этих исслед. гиппокампу отводится важная роль либо в кратковременной памяти, либо в относительно кратковременном хранении информации, требуемом для ее перевода в долговременную память.
В дополнение к данным экспериментов с разрушением гиппокампа у животных, предполагающим связь гиппокампа с научением и памятью, записи электрической активности гиппокампальных нейронов также указывают на высокую активность этой структуры во время поведения, связанного с научением, напр., при обследовании новой или сложной среды либо при повторяемом сочетании отдельных (обособленных) сенсорных стимулов. Хотя точная функция гиппокампа в научении и памяти остается невыясненной, накопленные к настоящему времени данные свидетельствуют о том, что эта мозговая структура будет играть важную роль пробного камня для проверки теорий биолог. механизмов научения.
Роль миндалины в условных эмоциональных реакциях. Др. важной структурой медиальной височной доли является миндалина. Исторически сложилось так, что миндалине всегда приписывалась решающая роль в порождении эмоционального поведения. Эта теория восходит к пионерской работе Клювера и Бьюси, обнаруживших, что повреждения височной доли (область к-рой позднее была сужена до миндалины) у низших обезьян вызывали синдром неестественного поведения, все разновидности к-рого были связаны с неадекватной обработкой эмоциональных стимулов. Впоследствии усилия исследователей сосредоточились на выяснении того, в какой степени эмоциональное поведение является выученным (приобретенным), и одновременно между ними росло согласие в том, что миндалина играет решающую роль в эмоциональном научении.
Исслед. функции миндалины у приматов также подтвердили роль, отводимую этой структуре в научении и памяти. В некоторых из них была подтверждена роль миндалины в обнаружении новизны значимого стимула, тогда как в др. было высказано предположение, что, благодаря своим анатомич. связям, миндалина прямо-таки создана для роли интегратора информ. из различных сенсорных модальностей. Действительно, разрушение миндалины у низших обезьян вызывает глубокое нарушение способности этих животных научаться решать задачу на узнавания с короткой временной задержкой, требующую выбрать визуально предъявляемый объект, к-рый они раньше никогда не видели, но до этого исследовали его на ощупь в полной темноте. Как и в случае гиппокампа, точную роль миндалины еще предстоит определить, так же как и ее значение в нейронных цепях, включающих др. структуры медиальной височной доли и срединной части промежуточного мозга.
Роль мозжечка и ствола мозга в условных моторных реакциях. С начала 1960-х гг. условная реакция мигательной перепонки (nictitating membrane response, NMR) у кролика служила эффективной моделью для изучения нейронных механизмов простой выученной моторной реакции. Исслед. элементарных форм научения дает преимущества в виде возможности более точного количественного представления приобретенной реакции и снижения (в теорет. плане) сложности мозговой схематики, необходимой для ее выполнения. Как только станут понятными нейронные механизмы элементарного научения, появится возможность установить, являются ли более сложные формы научения усовершенствованными вариантами этих базисных, элементарных изменений.
Результаты серии экспериментов позволили предположить, что нейронная цепь, состоящая из ядер ствола мозга и мозжечка, яв-ся необходимой и достаточной для формирования выученных (условно-рефлекторных) мигательных реакций. Разрушение мозговой ткани, ограниченное глубинными ядрами мозжечка, вызывает полное и необратимое повреждение условных NMR. Кроме того, записи электрической активности нейронов мозжечка показывают, что, по крайней мере, значительная часть этих клеток меняет свой паттерн активности в период выработки условной NMR. Электрическая стимуляция структур ствола мозга, посылающих сигналы мозжечку, также может вызывать условную NMR в отсутствие любых др. стимулов.
Как и в случае цитированных выше исслед. вовлеченности гиппокампа и миндалины в процессы научения и памяти, исслед. нейронных цепей NMR приоткрыли нам завесу на тайной того, где может происходить научение, но не приблизили нас к разгадке др. тайны: как оно может происходить? Два других направления исслед. предоставили доказательства того, что в процессе научения могут иметь место изменения между нейронами соответствующей цепи. Одно из этих направлений связано с изучением еще более простой формы научения у более простого организма. Предметом изучения второго направления стали механизмы изменений в НС, происходящих во время активации головного мозга, причем без рассмотрения их роли в поведении.
Научение и нейронная пластичность у беспозвоночных
Ряд наиболее впечатляющих достижений в этой области исслед. был получен при изучении условных защитных реакций морского моллюска аплизии (Aplysia). Э. Кэндел и его коллеги из Колумбийского университета более 20 лет изучали клеточные и молекулярные корреляты условного рефлекса втягивания жабры и сифона у аплизии. Они описали изящную систему, при помощи к-рой приобретаемое усиление рефлекторного реагирования вызывает усиление синаптической передачи между установленными нейронами, тогда как снижение реагирования связывается с ослабленной синаптической передачей.
Поведенческие реакции аплизии. Выученные реакции аплизии по необходимости являются простыми. Аплизия обладает защитной реакцией на тактильное раздражение, представляющей собой втягивание мясистого горлышка (называемого сифоном) и жабры, к-рые используются животным для дыхания. Этот рефлекс демонстрирует как неассоциативную, так и ассоциативную модуляцию. Если сифон подвергать повторяющемуся механическому раздражению (струей морской воды), произойдет габитуация (привыкание) рефлекса втягивания, и примерно после 10 таких раздражений аплизия никак не будет реагировать на дальнейшую тактильную стимуляцию сифона. Но если, в отличие от сифона, подвергнуть сильному раздражению хвост аплизии, животное продемонстрирует как феномен сенситизации (в форме увеличения продолжительности негабитуированной реакции втягивания), так и феномен дисгабитуации (восстановление габитуированной реакции). Кроме того, если раздражения хвоста неоднократно производить сразу после раздражения сифона (по павловской схеме обусловливания), аплизия продемонстрирует большее увеличение продолжительности реакции втягивания на раздражение сифона, чем наблюдаемое при сенситизации. Др. словами, это невероятно простое животное, ЦНС к-рого содержит всего лишь около 1000 нейронов, способно к привыканию (габитуации), сенситизации и ассоциативному павловскому обусловливанию.
Изменения нейронных связей у аплизии. В значительной степени благодаря относительной простоте ЦНС аплизии оказалось возможным установить природу тех изменений, к-рые происходят в процессе научения в идентифицированных нейронах, участвующих в формировании выученных реакций. Сенсорные нейроны в сифоне образуют синаптические контакты с моторными нейронами, обеспечивающими втягивание сифона и жабры, т. е. возбуждение этих сенсорных нейронов приводит к высвобождению ими хим. нейромедиатора (нейротрансмиттера), получаемого моторным нейроном, к-рый генерирует в ответ потенциал действия, вызывающий, в свою очередь, сокращение мышц-мишеней. Э. Р. Кэндел представил убедительные доказательства видоизменения контактов между сенсорным и моторным нейронами в процессе научения.
Когда происходит привыкание (габитуация), сила отклика в моторном нейроне, вызываемого возбуждением сенсорного нейрона, уменьшается. Другими словами, тот же самый раздражитель, воздействующий на сифон аплизии, вызывает ту же самую реакцию сенсорного нейрона, к-рая, вследствие уменьшения высвобождаемого количества нейромедиатора, теперь уже не способна возбудить моторный нейрон после неоднократной активации. В отличие от привыкания, сенситизация связана с увеличением количества высвобождаемого сенсорным нейроном нейромедиатора в результате модулирующего действия др. нейромедиатора - серотонина, высвобождаемого облегчающими промежуточными нейронами под сенситизирующим воздействием сильного раздражителя на хвост аплизии.
Нейронный механизм ассоциативного обусловливания, по-видимому, представляет собой усовершенствование механизма, лежащего в основе сенситизации. На поведенческом уровне различие между этими двумя процедурами состоит в том, что тактильное раздражение сифона предшествует сильному раздражению хвоста только в павловской процедуре. На нейронном уровне это означает, что сенсорные нейроны сифона возбуждаются прямо перед высвобождением серотонина облегчающими промежуточными нейронами. Результат - усиление действия механизма, посредством к-рого сенситизация повышает рефлекторное реагирование на тактильную стимуляцию.
Долговременная потенциация: изменение силы межнейронных связей
Действительно ли изменение силы синаптических связей яв-ся тем механизмом, при помощи к-рого происходит научение не только у аплизии, но и у млекопитающих? Ответить на этот вопрос будет труднее, поскольку исследователи не имеют доступа к идентифицированным нейронам, бесспорно входящим в состав цепи, ответственной за научение. Однако накопленные данные все же позволяют предположить, что определенные области головного мозга важны, по меньшей мере, для некоторых форм научения. Многообещающей стратегией стало изучение механизмов изменения синапсов в этих мозговых структурах и последующее использование полученной информации для формулирования выводов о механизмах научения.
Данные, поддерживающие гипотезу о том, механизмом научения у млекопитающих яв-ся долговременная потенциация (long-term potentiation, LTP), неоднородны по своей природе и потому выходят за рамки требований сходства и подразделяются на две категории. Во-первых, измерения, проведенные во время выполнения различных поведенческих задач, показывают, что прирост величины синаптической реакции коррелирует с ходом научения. Более того, затухание LTP за период в несколько недель высоко коррелирует с забыванием, свидетельствуя о том, что LTP длится столько же, сколько сохраняется эффект научения. Во-вторых, фармакологические или генетические процедуры, блокирующие или ослабляющие LTP, также блокируют или ослабляют эффект научения. Эти факты не доказывают существования общего механизма, однако но мере того как дальнейшие исслед. открывают все больше воздействий, одинаково влияющих на LTP и научение, данная категория доказательств приобретает все большую силу.
Исследователям еще предстоит пройти длинный путь до полного полимания того, как опыт изменяет взрослый мозг. Надежду на успех вселяет схождение данных, полученных в исслед. беспозвоночных, грызунов, низших обезьян и людей. Эти данные свидетельствуют, что научение и память относятся к процессам, происходящим в результате деятельности специализированных отделов НС. К тому же мы можем вызывать изменение интенсивности синаптической передачи в сетях связанных нейронов, и эта синаптическая пластичность остается пока наиболее вероятным вариантом механизма научения.
См. также Потенциал действия, Животные как модели, Повреждения головного мозга, Химическая стимуляция мозга, Классическое обусловливание, Забывание, Привыкание (габитуация), Гипоталамус, Экспериментальные исследования памяти, Молярные/молекулярные конструкты, Нейрохирургия, Психохирургия, Ретикулярная активирующая система, Исследование расщепленного мозга

<<

стр. 7
(всего 20)

СОДЕРЖАНИЕ

>>