<<

стр. 4
(всего 8)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

интонации, то неясно, что она означает — повеление, при-
глашение или просьбу (ведь слово, взятое само по себе,

105
интонации не имеет). Единица — просто слово, но
, произнесенное с определенной интонацией, уже есть
предложение, имеющее определенную целевую направ-
ленность. В письменной речи интонация как таковая не изо-
бражается; понять ее помогает смысл и отчасти пунктуация,
которая служит главным образом для того, чтобы разо-
браться в структуре предложения.
Другим типичным способом выражения предикации явля-
ется выражение ее с помощью предикативных (личных) форм
глагола. Предикативнылш, или личными, формами глагола
называются формы, выражающие лицо, число, наклонение,
время. Основным элементом предикации является модаль-
ность, без которой немыслима никакая предикация. Однако
модальность в форме того или иного наклонения только
модифицирует предикацию, указывая на ту или иную связь
с действительностью. В случае же совпадения с действитель-
ностью (в изъявительном наклонении) необходимым эле-
ментом предикации оказывается также указание на время,
к которому относится данное высказывание. Кроме того,
когда что-то утверждается, это делается всегда в отношении
какого-либо предмета или лица. В связи с этим возникает
необходимость в формах лица и числа, с помощью которых
вовлекается в предикацию тот предмет или лицо, в связи с
которым делается данное конкретное утверждение. Поэтому
в речевой практике иногда можно ограничиться лишь гла-
голом, опустив подлежащее. Такое построение предложения
особенно характерно для греческого и латинского языков
(ср., например, лат. Dum spiro, spero).
В некоторых случаях средством выражения предикации
является отсутствие глагола. Особенно часто подобные
случаи наблюдаются в русском языке, например, в предло-
жении типа 'Мой брат — доктор'. Сюда же примыкает и
английский оборот вроде Why not go there? Почему не пойти
туда ?, в котором отсутствует предикативная форма глагола.
Однако, кроме этих отдельных, особых конструкций, в англий-
ском языке может наблюдаться также регулярное и зако-
номерное выражение предикации без предикативной формы
глагола. Такое безглагольное выражение предикации воз-
можно в тех случаях, когда предикацию подсказывает ситу-
ация, как, например, в третьем случае из разобранных выше
четырех примеров употребления слова London (подпись под

106
планом). С этими случаями сближаются объявления и вывески
вроде No smoking! Не курить!, English spoken here Здесь
говорят по-английски, хотя ситуация и имеет здесь несколько
меньшее значение. Часто встречается безглагольная преди-
кация в повелительных предложениях типа Some water!
Воды! В связи с интонацией эти выражения содержат преди-
кацию, но ситуация здесь также имеет значение.
Более сложные случаи выражения предикации встречаются
там, где отсутствие глагола вносит особый оттенок: например,
объяснение тех или иных слов в толковых словарях без ис-
пользования глагола: ср. commence, v. t. & i. begin. Здесь
само сопоставление двух единиц носит характер предикации,
поскольку в этом сопоставлении содержится утверждение;
что же касается знаков препинания, то здесь может быть не
только запятая. Сюда же относятся в какой-то степени и
указания в справочниках вроде Lydgate, an English poet.
Если бы здесь был глагол was или is, то изменился бы смысл,
так как в данном случае говорится не о лице, а лишь о фамилии
этого лица и при этом устанавливается, кому она принадле-
жит. Таким образом, это совершенно нормальное предло-
жение, которое не может быть изменено без искажения смысла.
Отсутствие глагола часто имеет место также в предложениях-
ответах: ср., например, "What's your name?" "John". «Как ваше
имя ?» «Джон». Однако эти предложения ближе всего стоят к
приведенному выше третьему случаю употребления слова
London: предикация понимается здесь из интонации и ситуации
(в данном случае языковой).


2. ПРЕДИКАТ И СУБЪЕКТ. СКАЗУЕМОЕ И ПОДЛЕЖАЩЕЕ
§ 72. Выше было указано (см. § 70), что предикация есть
ощесение известного содержания высказывания к действи-
тельности в отвлечении от этого содержания, что же касается
самого содержания высказывания, связанного с предикацией,
то оно, в отличие от предикации, может быть обозначено
термином п р е д и к а т . Иначе говоря, предикатом является
тот п р е д м е т м ы с л и , к о т о р ы й о с о з н а е т с я в м е с т е
с п р е д и к а ц и е й (в том смысле, как она была сформули-
рована выше). Так, в предложении The doctor arrived Доктор
прибыл предикация, выражаемая словоформой arrived, мыслит-
ся в связи с обозначаемым этой словоформой прибытием

107
какого-то лица, предикатом данного высказывания. Являясь
предметом мысли, связанным с предикацией, предикат сам
по себе стоит вне предложения. В предложении же предикат,
как и сама предикация, находит свое выражение в сказуемом.
Таким образом, сказуемое есть то слово или сочетание слов,
которым обозначается предикат и выражается пре-
дикация.
Предикат обычно мыслится не отдельно, не сам по себе,
но в отношении к субъекту. Субъект — это тот предмет
мысли, по отношению к которому мыслится, опре-
деляется и выделяется предикат. Субъект в предло-
жении находит выражение в подлежащем. Следовательно,
подлежащее представляет собой слово или сочетание слов,
которым обозначается субъект.
Из сказанного следует, что, хотя предикат и сказуемое,
субъект и подлежащее связаны между собой, они ни в какой
мере не являются тождественными, а поэтому четкое раз-
граничение этих понятий является делом большой важности.
Сказуемое и подлежащее — это члены предложения,
представленные определенными словами, в то время как
предикат и субъект не слова, не члены предложения, а пред-
меты мысли: это то, что отражается в предложении, но
само находится вне предложения. В частности, предло-
жение Не was sleeping Он спал содержит два основных лек-
сических элемента, обозначающих два предмета мысли:
известное из предыдущего контекста лицо мужского пола
и процесс сна. Если рассмотреть эти два предмета мысли
с точки зрения их отношения к бытию, то легко убедиться,
что вместе с отношением к бытию мыслится только второй
компонент, а именно — процесс сна; явление сна осознается
как действительное явление прошлого, а не как что-то пред-
положительное или воображаемое; иначе говоря, процесс сна
представлен как реальный процесс прошлого. Следовательно,
словоформа was sleeping, в связи с которой выражается
предикация и которая обозначает процесс сна, выступающий
как предикат, является сказуемым предложения. Однако
выражение мысли о сне как о реальном процессе прошлого
дано здесь не само по себе, оно оказывается в определенном
отношении к лицу, обозначенному словом he. Соответст-
венно, это лицо будет субъектом, а слово, обозначающее
его, подлежащим предложения.

1Q8
§ 73. В существующих грамматиках подлежащее и сказуе-
мое часто определяются следующим образом: «подлежащее —
это то, о чем говорится в предложении, а сказуемое — это то,
что говорится о подлежащем». Подобное определение ни в
какой степени нельзя считать правильным. Сплошь и рядом
бывает так, что нечто сообщается не сказуемым, а всем
предложением в целом, как, например, в предложениях
вроде I see; I understand, которые вряд ли можно понимать,
как сообщение о том, что происходит с подлежащим. Типич-
ными примерами таких предложений являются предло-
жения типа Yes! и N o ! Более того, иногда даже может возник-
нуть прямое противоречие между членением на подлежащее
и сказуемое, с одной стороны, и на то, о чем говорится, и то,
что говорится, с другой стороны. Так, например, в предло-
жении Then followed a battle of looks between them «Затем
последовала борьба взглядов между ними» подлежащим
будет battle, но в то же время оно будет представлять собой
то новое, что содержится в этом предложении, а не то, о
чем в нем говорится. Иными словами, фактическое содер-
жание этого предложения можно было бы передать как
What followed was a battle of looks. Точно таким же образом,
если принимать за подлежащее «то, о чем говорится в пред-
ложении», то в русском предложении типа 'Завтра я пойду на
работу, зайду в библиотеку, пообедаю и вернусь домой'
в качестве подлежащего нужно будет выделить не слово 'я',
а слово 'завтра', так как все сообщаемое непосредственно
относится к завтрашнему дню: в предложении говорится о
том, чем будет заполнен завтрашний день; заключенную
в предложении мысль можно было бы сформулировать
предложением 'Мой завтрашний день будет состоять из
посещения работы, библиотеки, обеда и возвращения домой'.
Из приведенных примеров видно, что традиционное
определение подлежащего и сказуемого основано на нераз-
граничении лексического и грамматического. Когда подле-
жащее определяется как «то, о чем говорится», а сказуемое —
как «то, что говорится о подлежащем», имеется в виду в
действительности не грамматическое подлежащее и грамма-
тическое сказуемое, а л е к с и ч е с к о е подлежащее и л е к с и -
ческое сказуемое: подлежащее и сказуемое определяются
здесь без учета г р а м м а т и ч е с к и х ф о р м и г р а м м а т и -
ческих р а з р я д о в соответствующих слов; различие между

109
тем, «что говорится», и тем, «о чем говорится», лежит при
таком понимании в плане лексического значения слов,
а не их грамматического значения, в плане соотно-
шения между словами как лексическими единицами, взятыми
в отвлечении от их оформления. (Подробнее о лексическом
подлежащем и лексическом сказуемом см. § 58.)
Кроме того, с латинскими терминами «субъект» и «преди-
кат» часто связывают понятия действующего лица (или
деятеля) и действия: первое понятие обозначается термином
«субъект», а второе — термином «предикат». Следует, однако,
иметь в виду, что различие между указанными понятиями
лежит совершенно в ином плане, чем различие между субъек-
том и предикатом, а также подлежащим и сказуемым, хотя
оба плана обычно и пересекаются. В самом деле, деятель не
всегда совпадает с субъектом, а, следовательно, не всегда
обозначается подлежащим. Так, в предложении 'Пятнадцать
пишется без мягкого знака после «т»' слово 'пятнадцать'
является подлежащим и соответственно обозначает субъект,
но оно ни в какой степени не может рассматриваться как обо-
значение деятеля: ведь число пятнадцать не выполняет никакого
действия и, в частности, ничего не пишет, оно само пишется
и тем самым является не деятелем, а объектом действия.
Таким образом, следует различать:
1. Субъект и предикат (предметы мысли, соответствующие
грамматическому подлежащему и грамматическому сказу-
емому).
2. Грамматическое подлежащее и грамматическое сказу-
емое (слова, обозначающие субъект и предикат).
3. Лексическое подлежащее и лексическое сказуемое (сло-
ва, обозначающие предмет мысли всего высказывания и то,
что сообщается об этом предмете мысли).
4. Деятель и действие (под которыми понимаются источник
действия в самой обозначаемой действительности и само
действие).
Для пояснения всего сказанного выше представляется целе-
сообразным разобрать следующие примеры:
Первый: 'Дом строят'.
1. С грамматической точки зрения:
Подлежащее вообще отсутствует.
Сказуемое — 'строят'.
Прямое дополнение — 'дом'.

ПО
2. С точки зрения отыскания субъекта и предиката:
Субъект как таковой в предложении вообще не обо-
значен, но на него есть известные указания в сказу-
емом: множественное число, 3-е лицо.
Предикат — действие 'строить'.
3. С лексической точки зрения:
Подлежащее — 'дом'.
Сказуемое — 'строят'.
4. С точки зрения определения деятеля и действия:
Деятель не обозначен.
Действие — 'строить'.
Второй: 'Переводится текст'.
1. С грамматической точки зрения:
Подлежащее — 'текст'.
Сказуемое — 'переводится'.
2. С точки зрения отыскания субъекта и предиката.
Субъект — текст как предмет объективной действитель-
ности.
Предикат — действие 'переводить'
3. С лексической точки зрения:
Подлежащее — 'переводится'.
Сказуемое — 'текст'.
4. С точки зрения определения деятеля и действия:
Деятель не обозначен.
Действие — 'переводить'.

3. СКАЗУЕМОЕ
§ 74. Согласно данному в § 73 определению, сказуемое
есть то слово или сочетание слов, которым выражается
предикация и обозначается предикат.
При рассмотрении сказуемого выделяются следующие
более частные проблемы:
1. Вопрос о содержании сказуемого (характере предиката),
поскольку сказуемое в различных предложениях может
существенно варьироваться с точки зрения его значения.
2. Вопрос о строении сказуемого, а также о том, как то
или иное строение сказуемого связано с его содержанием.
3. Вопрос о выражении предикации в сказуемом и о сред-
ствах, используемых для этой цели.

111
4. Вопрос об отношении сказуемого к подлежащему и о
средствах, которые используются для указания на связь
подлежащего со сказуемым.


Содержание сказуемого

§ 75. В традиционной грамматике принято делить сказу-
емое на глагольное и именное: первое обозначает некоторое
явление, протекающее во времени (например, The doctor
arrived Доктор прибыл), а второе содержит в себе определенную
характеристику субъекта (например, Не is a doctor Ондоктор).
Однако" в английском языке, кроме этих двух типов сказу-
емого, есть еще и другие, которые не укладываются в рамки
этой схемы (ср. Не is here Он здесь; Не is in Moscow Он в
Москве; Не has many friends У него много друзей и т. п.).
Ведь необходимо помнить, что при классификации типов
сказуемого с точки зр_ения его содержания нужно учиты-
вать не особенности его строения, а выражаемый им смысл,
который в предложениях вроде Не is here или не has many
friends значительно отличается как от смысла сказуемого
в предложении The doctor arrived, так и от смыслового содер-
жания сказуемого в Не is a doctor.
С точки зрения содержания можно выделить следующие
типысказуемого:
1. Ь предложении Не arrived Он прибыл мыслится опреде-
ленный процесс (действие) — "приезд'; точно таким же об-
разом обстоит дело и в таких предложениях, как I am reading
Я читаю; I am writing Я пишу и др. Предикатом, или пред-
метом мысли, с которым связывается предикация, здесь
является .процесс, совершаемый субъектом. Поэтому по
содержанию сказуемое этого типа можно определить как
процессное и, соответственно, обозначить термином про-
цессное сказуемое.
2. В предложении вроде Не is a doctor Он доктор никакого
процесса нет, но вскрывается какая-то часть самого существа
предмета. Собственно содержание высказывания заклю-
чается здесь в h e . . . a doctor, или, иначе говоря, речь в этом
предложении идет о предмете, обозначенном местоимением
he, у которого выделяется определенный признак, обозна-
ченный словом doctor. Таким образом, в данном случае имеет

112
компонента сказуемого будет выступать не существительное,
а какое-либо прилагательное: ср. Не is young Он молод;
Не is old Он стар; The room is large Комната большая и т. п.
3. В предложении вроде Не has many friends У него много
друзей отсутствует как обозначение процесса, так и обо-
значение признака. Речь здесь идет о каком-то предмете, нахо-
дящемся в определенном отношении к субъекту, причем в
содержание предиката входит как данное отношение к субъекту,
так и сам предмет. Соответственно, сказуемое здесь не огра-
ничивается глаголом has, который не имеет здесь значения
владеть, а представляет собой нечто вроде служебного
слова, употребленного для соединения he и many friends и
для выражения предикации. В данном случае в сказуемое
вовлекается также и сочетание many friends. В этой связи
небезинтересно отметить, что в русском языке мысль, содер-
жащаяся в предложении Не has many friends передается
обычно предложением 'У него много друзей', где содержание
английского глагола has выражается предлогом 'у'.
Сюда же, по-видимому, относятся и такие случаи, как:
This box contains fifteen matches В этой коробке пятнадцать
спичек; This book consists of five chapters Эта книга состоит
из пяти глав; This book contains five chapters Эта книга содер-
жит пять глав; Не resembles his father Он похож на своего отца.
На первый взгляд кажется, что здесь есть квалификация;
однако, если она и есть, идет она совершенно по другой линии,
чем в предложении Не'is a doctor. В отличие от этого предло-
жения, где речь идет об одном и том же лице, в предложении
Не resembles his father речь идет о двух разных лицах —
об отце и еще каком-то лице мужского пола. Точно таким
же образом в предложении This book contains five chapters
мы понимаем, что book и chapters не обозначают один и тот
же предмет: обозначаемые ими предметы соотносятся друг с
другом как целое и его часть. Предложение This book con-
tains five chapters эквивалентно конструкции There are five
chapters in this book В этой книге пять глав, где содержание
глагола contain приходится на долю предлога in. Тем самым
глагол contain приближается по своему значению к предлогу,

8 113
указывая лишь на соотношение предметов, обозначенных
словами book и chapters. Поскольку в грамматическом плане
такое отношение является_отношением субъекта к объекту,
сказуемое этого типа можно назвать объектным ска^
зуемым. Соответственно, объектное сказуемое мы будем
иметь и в других перечисленных выше предложениях: Не
has many friends; The box contains fifteen matches; The book
consists of five chapters и др.
Указанный тип сказуемого надо отличать от таких типов
сказуемого, которые содержатся в предложениях вроде Не
sings songs On поет песни; Не reads books Он читает книги,
где sings и reads наполнены известным содержанием, затем
развиваемым (дополняемым) прямым дополнением. Сказу-
емое этого типа обозначает процесс, совершаемый субъектом,
и, следовательно, по содержанию предиката оно, в отличие
от сказуемого в предложениях Не has many friends; The book
contains five chapters и др., является процессным.
4. В предложениях типа Не is here Он здесь; Не is in Moscow
Он в Москве; Не is in that room Он в той комнате и др. также
отсутствует как обозначение процесса, так и квалификация
субъекта: here, in Moscow, in that room и т. п. не могут рас-
сматриваться в качестве слов, обозначающих признак субъекта.
Подобным же образом, здесь нет и отношения между двумя
предметами, хотя в этом случае — также как и в случае
объектного сказуемого — обозначаемое подлежащим и
вторым компонентом сказуемого реально не тождественно:
he выражает мысль о каком-то лице мужского пола, а второй
компонент сказуемого (here, in Moscow, in that room) — о
месте. То, что даже в случае in Moscow и in that room имеется
в виду именно место, а не предмет, проявляется в характере
вопроса, который может быть поставлен ко второму компо-
ненту сказуемого: вопрос к нему всегда будет Where? Где?,
Проведенный выше анализ позволяет выделить в совре-
менном английском языке четыре основных типа сказуемого
с точки зрения его содержания:
1. The doctor arrived Доктор прибыл — процессное сказу-
емое.
2. Не is a doctor Он доктор — квалификативное, или опре-
делительное, сказуемое.
3. Не has many friends У него много друзей — объектное
сказуемое.
4. Не is here Он здесь — обстоятельственное сказуемое.
Во всех вышеуказанных примерах содержание сказуемого
охватывает все, что не является подлежащим. Однако, в
отличие от первого случая (The docfor arrived), в остальных
примерах основное содержание сказуемого (обозначение
предиката) отделено от слов, выражающих предикацию, и дано
в виде особых слов. Следует обратить внимание также на то,
что в сказуемом мы выделяем те же основные категории,
которые различаются во второстепенных членах предложения:
определение, дополнение, обстоятельство. Поэтому сказуемое
отличается от второстепенных членов не столько своим
содержанием, сколько тем, как это содержание препод-

115
каясь в него, берутся как таковые вне отнесения с действи-
тельностью.
Так, в предложении Не read a book Он читал книгу read
достаточно наполнено содержанием, в отличие от has в
предложении Не has many friends У него много друзей, и,
следовательно, book легко отделимо от сказуемого и высту-
пает в качестве самостоятельного члена предложения —
прямого дополнения. В предложении I saw him there Я видел
его там мы наблюдаем то же самое, что и в предложении
Не read a book: saw обозначает конкретный процесс и само-
стоятельно выступает в качестве процессного сказуемого, а
there сведено до положения второстепенного члена предло-
жения. Хотя оно также входит в группу сказуемого, оно не
вовлечено в само ядро сказуемого, в отличие от here в Не
is here. Точно таким же образом, отделимым от сказуемого
может быть и определение: ср. предложение The doctor's
hat lay on the table Шляпа доктора лежала на столе, где опре-
деление doctor's стоит обособленно, определяя существи-
тельное, выступающее в функции подлежащего. Что касается
предложения типа The doctor arrived Доктор прибыл, то оно
стоит особняком, поскольку для него мы не можем найти
соответствия среди второстепенных членов предложения.
Это объясняется тем, что, выражая предикацию подобно
служебному глаголу be (He is a doctor, He is here и т. п.),
глагол arrive вместе с тем обозначает вполне определенный
реальный процесс и поэтому является типичным средством
выражения сказуемого.
Все четыре типа сказуемого, выделенные с точки зрения
их содержания, не обязательно выступают в чистом виде.
В ряде случаев лексическое значение глагола может быть
ослаблено. Хотя глагол live в предложении Не lives there
Он живет там является более полнозначным, чем, например,
глагол be в предложении Не is there Он там, он все же не
делает мысль законченной и требует последующего there для
полного завершения мысли; и, таким образом, сказуемое в
этом предложении оказывается не только процессным, но
и в какой-то степени обстоятельственным. Подобное же
положение мы имеем и в предложении Не sat in the corner

116
Он сидел в углу. Глагол здесь также имеет определенное
лексическое содержание — обозначение реального процесса.
Однако такие глаголы, как sit сидеть и stand стоять (глаголы,
обозначающие положение в пространстве), все же являются
недостаточно полнозначными. В частности, здесь глагол sat
тесно связан с словосочетанием in the corner, поскольку в
данном случае важен не столько характер процесса, сколько
обстоятельства, при которых этот процесс протекает: важно
не только то, что кто-то сидел (или стоял), но важно то,
где он сидел. Этому случаю противостоят такие предло-
жения, как I dropped a piece of chalk on the floor Я уронил кусок
мела на пол, где обстоятельство (on the floor) уже не входит
в состав сказуемого, поскольку глагол (drop) здесь достаточно
насыщен процессным содержанием, и по этой же причине в
состав сказуемого не входит дополнение a piece of chalk.
Сказуемое в данном случае является процессным в чистом
виде, а это способствует обособлению дополнения и обсто-
ятельства. Несколько иную картину мы наблюдаем в случае
с определением. Определение всегда является зависимым
членом предложения: например, в предложении The doctor's
hat lay on the table Шляпа доктора лежала на столе определение
doctor's — как бы тесно оно ни было связано с подлежащим —
все же по своему характеру не занимает в предложении
самостоятельного места: обозначая не предмет или обста-
новку, а признак, оно тесно объединяется с определяемым
и образует с ним единый комплекс. Вот почему, несмотря
на относительно большую полнозначность глагола в пред-
ложениях типа Не became a doctor и т. п., предикатив a doctor
не может быть выделен в качестве отдельного члена предло-
жения, не может быть оторван от he и обязательно связан
с подлежащим.
возникнуть вопрос, может ли двойное сказуемое быть не
только процессно-квалификативным, но и процессно-обстоя-
тельственным или процессно-объектным; ср. предложение
Не lives here Он живет здесь; Не works here Он работает
здесь и т. п. Пожалуй, на этот вопрос следует ответить отри-
цательно, так как here, которое было основным в содержании
обстоятельственного сказуемого в предложении Не is here,
приобретает здесь известную самостоятельность: here лишь
уточняет сказуемое, а поэтому выступает в качестве самосто-
ятельного члена предложения. Этот случай отличается от
The moon rose red, где red не является второстепенным членом,
поскольку оно относится именно к moon и не может быть
понято как относящееся к rose: ведь процесс не может иметь
цвета. Слово rose вступает в предикативное отношение к
moon; таким образом, red и rose параллельны друг другу

118
и воспринимаются как сказуемое к одному и тому же подле-
жащему: процессное сказуемое здесь соединяется с квалифи-
кативным.
Точно так же вопрос о двойном сказуемом встает в связи
с предложением Не loves his friends Он любит своих друзей.
Сравнивая предложения Не has many friends и Не loves his
friends, мы видим, что глагол has в первом предложении
является показателем общего отвлеченного отношения, в то
время как глагол loves во втором предложении значительно
более наполнен содержанием, обозначая определенное чувство,
направленное на объект; что же касается словосочетания his
friends, то оно лишь дополняет содержание сказуемого и
определенным образом уточняет его. Однако в то же время
глагол loves выполняет и определенную служебную функцию,
подобно глаголу has в Не has many friends: он связывает
подлежащее с дополнением и, тем самым, дополнение с под-
лежащим, хотя дополнение и воспринимается как в первую
очередь связанное с глаголом. Разница между случаями типа
Не loves his friends и случаями типа The moon rose red, где
red входит в сказуемое, — чисто смысловая. В предложении




проявляется, в частности, в том, что связь между подле-
жащим и red в предложении The moon rose red не меняется
от замены глагола: ср. The moon set red Луна зашла красная;
The moon shone red Луна светила красная и т. п. В предло-
жении же Не loves his friends глагол устанавливает отношение
между подлежащим и дополнением своим собственным со-
держанием. В этом предложении связь между he и his friends
идет как бы цепочкой, через глагол: loves здесь является
связующим звеном между he и his friends; тогда как в предло-
жении The moon rose red мы видим, что связь может идти
не только «цепочкой», через лексическое содержание самого
глагола, но также устанавливаться между крайними членами
отношения без учета лексического содержания глагола.
Характер строения сказуемого
§ 76. Задача данного раздела состоит в рассмотрении
сказуемого с точки зрения его строения. С этой точки зрения

119
Сказуемое является простым, когда оно выражено одной
глагольной словоформой, независимо от того, является ли
эта словоформа по своему строению синтетической (arrived,
arrives и т. п.) или аналитической (was arriving, will arrive
и т. п.); в том и другом случае мы будем иметь выражение
сказуемого известной формой глагола и ничем больше, хотя
реально эта словоформа может представлять собой сочетание
нескольких слов, как, например, в случае (Не) will have been
examined (by that time) (Его) проэкзаменуют (к этому вре-
мени). Таким образом, в качестве примеров простого сказу-
емого могут быть приведены следующие случаи: The doctor
arrived Доктор прибыл; The doctor was arriving Доктор при-
бывал; The doctor will arrive Доктор прибудет; The article
will have been translated by the end of the week Статья будет
переведена к концу недели и др.
Что касается составного сказуемого, то здесь необходимо
сделать предварительные замечания.
В предложении I can see nothing Я ничего не могу видеть
(I could have seen nothing Я ничего не мог бы видеть) преди-
кация выражается глаголом саn, который указывает накло-
нение, время и др.; сап имеет и определенное дополнительное
лексическое (модальное) содержание и выражает возможность
выполнения действия. Но по лексическому содержанию это
не полновесный глагол; он не обозначает никакого конкрет-
ного процесса и требует определенного восполнения: I сап...
(What?). Глагол see, напротив, не показывает отношения к
действительности, сам по себе предикации не выражает, но
он выражает основное содержание сказуемого, несет основную
лексическую нагрузку. Таким образом, предикация и основное
содержание сказуемого выражены в данном случае в разных
элементах, т. е. can see представляет собой типичный слу-
чай составного сказуемого, процессного по содержанию.
Процессное составное сказуемое может быть и не модаль-
ным. В предложении Не began to shout Он начал кричать
мы также имеем составное сказуемое: began — глагол непол-
ного значения; основное содержание сказуемого заключается
в глаголе to shout, a began указывает лишь на некоторое
изменение состояния. Began вносит тот же оттенок в содер-
жание процессного сказуемого, что и глагол become в квали-
фикативное сказуемое: ср. Не was pale Он был бледен и Не
became pale Он побледнел.
В русском языке то же значение, которое вносит глагол
в качестве связки, не требуется значительного семантического
ослабления, а тем более полной утраты собственно лекси-
ческого значения этого глагола. Выполняя роль связки, тот
или иной глагол в отдельных случаях может ослаблять свое
значение и в той или иной степени сближаться со служебным
глаголом. Однако в тех случаях, когда его лексическое зна-
чение представляется почему-то важным, оно сохраняется,
не претерпевая сколько-нибудь значительного ослабления:
ср. The sun shone bright Солнце светило ярко, собственно
Солнце светило «яркое». Но уже в предложении The snow fell
thick Снег падал «густот важно не то, что снег вообще падал,
а то, что он падал толстым слоем. В связи с этим значение
глагола fall как бы отступает на задний план и несколько
ослабляется, поскольку в качестве основной выступает здесь
связующая функция глагола. Еще большее ослабление лекси-
ческого значения глагола имеет место в предложении The
tree grew thick Дерево становилось толще: тот факт, что
дерево растет, является таким его неотъемлемым признаком,
что не обращает на себя внимания. Строго говоря, в предло-




Стемнело.
Таким образом, одни глаголы в силу особенностей своей
семантики оказываются устойчивыми и при выполнении
связующей функции полностью сохраняют свое лексическое
значение (The sun shone bright); другие глаголы, напротив,
характеризуются относительно меньшей устойчивостью и
поэтому могут в разной степени ослаблять свое значение,
выступая то как полнозначные глаголы в процессном сказуе-
мом (The tree grew in the garden), то как глагол-связка с ослаб-
ленным лексическим значением в квалификативном сказуе-
мом (The tree grew thick), то как полнозначный глагол, выпол-
няющий связующую функцию в процессно-квалификативном
сказуемом (The moon rose red).

127
Графически взаимоотношение между связочной функцией и
степенью полноценности лексического значения глаголов
можно представить в виде следующей схемы:




Из приведенной схемы видно, что связочная функция
глагола во всех случаях постоянна; изменяется лишь лекси-
ческое значение глагола, используемого в этой функции.
Когда лексическое значение глагола является ярким и полным,
связочная функция глагола мало заметна, и, наоборот, она
выступает на первый план, если его лексическое значение
претерпевает более или менее значительное ослабление.
Из приведенной схемы видно также и то, что даже в случае
типичного глагола-связки лексическое значение глагола пол-
ностью не исчезает. Как уже указывалось, наиболее ярким
представителем глагола-связки является глагол be; однако,
несмотря на то, что лексическое значение глагола be предельно
ослаблено, он не утрачивает его полностью. Значение глагола

12S
be легко обнаружить при сопоставлении его с глаголом
become и глаголом remain. Различие между семантикой
указанных глаголов можно представить так: отношение
между be и become напоминает отношение между будущим и
настоящим (ср. Не was old Он был стар и Не became old Он
стал стар): идея be заключена в become, но сдвинута во
времени и, таким образом, become be; наоборот,
глагол remain вызывает идею прошлого по отношению к be,
и, следовательно, remain Являясь семантически
производными от be, глаголы become и remain имеют более
сложное смысловое содержание. Можно думать, что именно
поэтому синонимы этих глаголов гораздо более много-
численны, чем синонимы глагола be: ср., например, такие
глаголы, как grow, get, turn, change и т. п., являющиеся сино-
нимами к глаголу become.
Выше речь шла главным образом о связочных глаголах.
Что же касается служебных глаголов, то среди них в совре-
менном английском языке особо выделяются следующие:
1. Глагол be является наиболее типичным служебным гла-
голом для обстоятельственного сказуемого: ср. Не is here
Он здесь; Не is in Moscow Он в Москве и др.
2. В объектном сказуемом основная роль принадлежит гла-
голу have: ср. Не has many friends У него много друзей, где
глагол have выступает с ослабленным лексическим значением,
что, в частности, видно из невозможности заменить его гла-
голом possess. Сюда же примыкают такие глаголы, как con-
tain: ср. This book contains five chapters В этой книге пять
глав.
3. Для процессного сказуемого характерны особого рода
служебные глаголы, которые могут быть подразделены на
две подгруппы:
а) Глаголы, указывающие на начало, продолжение и ко-
нец действия: например, begin начинать, continue продолжать,
finish кончать и т. п. В сочетании с другими глаголами (напри-
мер, Не began to speak Он начал говорить) глаголы указанного
типа носят служебный характер.
б) Модальные глаголы: например, may могу, must должен
и т. п. Указанные глаголы могут быть более или менее лекси-
чески насыщены. Так, например, в предложении Не may
come со значением Он, возможно, придет модальный глагол

129
may носит явно служебный характер и, соответственно, имеет
сильно ослабленное значение; однако уже в предложении
You may take it со значением Вы можете взять это тот же
самый глагол may выступает в значении, аналогичном глаголу
allow разрешать, и поэтому становится как бы полуслужебным
глаголом.
§ 78. Служебный глагол как единицу в синтаксической
структуре предложения следует отличать от вспомогатель-
ного глагола, который входит в состав аналитической
формы и не имеет самостоятельной синтаксической
функции.
Так, в предложении I have seen it Я видел это, как уже
указывалось в § 76, сказуемое have seen не является составным,
хотя в его состав и входит, наряду с seen, также и вспомо-
гательный глагол have. Обусловлено это особенностями
внутренней структуры данной словоформы. В то время как
служебный глагол не совсем лишен содержания (он всегда
имеет собственно лексическое значение, хотя и в разной сте-
пени ослабленное), вспомогательный глагол have является
семантически (с точки зрения лексической семантики) абсо-
лютно пустым: весь смысл его употребления заключается
лишь в образовании определенной грамматической формы от
глагола see. Таким образом, функция have чисто граммати-
ческая; она эквивалентна функции того или другого окончания
в изменяемых словах. В самом деле, ведь для того, чтобы
have seen действительно представляло бы собой форму от
глагола see, необходимо иметь полное тождество лексического
значения всех словоформ, входящих в состав этого глагола
(см. «Лексикологию английского языка», §§ 21—25 и
§§ 37—40): надо, чтобы have seen было равно see равно sees
равно seen равно was seen равно will see равно has
been seen и т. п.; и если бы на долю вспомогательного глаго-
ла пришлось хотя бы минимальное лексическое значение,
отсутствующее в простых формах этого глагола, то тождество
глагола see как слова, немедленно распалось бы. (Подробнее
об аналитических формах глагола см. в «Морфологии англий-
ского языка».)
§ 79. К простым процессным сказуемым имеют тяготение
такие сочетания, как be tired быть усталым, be glad радоваться :
ср. I am tired Я устал; I am glad Я рад и др. Эти сочетания

130
отличаются от квалификативного сказуемого, которое мы
обнаруживаем в предложениях типа I am strong Я сильный;
I am old Я старый и др.
I am glad, так же как и I am tired, мыслится как нечто
цельное, не как характеристика лица, а как известное временное
состояние, переживаемое данным лицом и представляющее
собой нечто вроде процесса, развивающегося во времени и по
содержанию равноценного содержанию процессного сказуе-
мого типа I enjoy.




обходимости. Однако все же, учитывая своеобразный харак-
тер этих случаев, а также и то, что здесь имеется в виду не
квалификация субъекта, а, скорее, какое-то переживание,
известное состояние субъекта, какой-то пассивный процесс,
эти случаи надо отделить от квалификативного сказуемого
и отнести по содержанию к типу процессных сказуемых. Но
выражено это процессное сказуемое иначе — не глаголом,
а прилагательным. В атрибутивном употреблении такое
прилагательное приобретает другой оттенок значения (напри-
мер, ср. I'm glad Я рад и glad eyes радостные глаза).
То же самое мы находим и в русском языке, где при атри-
бутивном употреблении слово приобретает другой оттенок
значения: ср. 'Я намерен' и 'намеренный поступок'.
Be tired во всех его формах воспринимается как целый
комплекс. Be tired, be glad — устойчивые, традиционные
сочетания; это единицы не синтаксического, а лексического
порядка. Здесь глагол be является постоянным элементом и
этим его значение погашается, глагол здесь сближается с
вспомогательным элементом.
В сказуемом типа I am tired (glad) глагол am утратил
свое лексическое значение; он приближается к вспомогатель-
ному элементу. Здесь am уже не служебный глагол, так как
слияние здесь настолько тесное, что у нас создается пред-
ставление о лексической единице, состоящей из двух элемен-
тов: неполнозначного и полнозначного.
Следовательно, комплекс be tired (glad) превратился во
фразеологическую единицу. В словаре он занимает такое же
место, как аналитическая форма в грамматике. Семанти-

J31
чески I am tired, I am glad не воспринимаются уже как ком-
плекс: комплекс здесь чисто формальный.
I am old (young, pretty) не воспринимаются как цельная
единица.
I'm (am) glad (alive, afraid), напротив, воспринимаются
как цельная единица, как цельный комплекс, который по
значению объединяется не с be old, а, скорее, с глаголами
enjoy, live, fear, т. е. с глаголами, выражающими определенное
состояние. Таким образом, эти словосочетания (комплексы)
приблизительно синонимичны по своему значению полно-
значным глаголам: be alive—live, be glad—enjoy, be afraid—fear.
Следовательно эти образования (комплексы) представляют
cобий сказуемые особого характера — процессные сказуемые,
где первый элемент утрачивает свое лексическое значение и
стремится превратиться во вспомогательный элемент. Be
здесь уже как бы не служебный глагол; здесь слияние настолько
тесно, что создается представление о какой-то лексической
единице; be является определителем всего целого и играет
примерно такую же роль, как глагол в аналитической форме.
I am tired по структуре похоже на I have seen и, естественно,
возникает вопрос, чем же сказуемое типа I am tired (glad)
отличается от аналитической формы.
В сказуемом I have seen глагол have является признаком
определенных, конкретных форм глагола see: его перфект-
ных форм. Это лишь некоторые аналитические формы в
парадигме глагола see.
Графически это можно показать в схеме, изображающей
парадигму спряжения глагола.

I see
Ihave seen
I shall see
I saw


Горизонтальные линии изображают все многообразие
форм в системе спряжения глагола; вертикальной линией
отделяются сложные аналитические формы, образующиеся
при помощи сочетания вспомогательного глагола с основным.
В сказуемом I am tired (glad) эта «разрезанность» проходит

132
через всю лексическую единицу, через всю систему спряжения
be tired, be glad и др., например: I am tired, I was tired, и т. д.

I am tired
I have been tired
I shall be tired
I was tired

Здесь на схеме эта «разрезанность» формы показана вер-
тикальной чертой, проходящей через всю парадигму данной
лексической единицы.
Поэтому здесь возможны свои собственные аналитические
формы (см. третью схему).

I am tired
I have I been tired
I shall ; be tired
tired
I was

В третьей схеме сплошной чертой разделены два основных
элемента, входящие в состав словосочетания; пунктирной
вертикальной чертой отделены аналитические формы первого
элемента, входящего в состав целой лексической единицы
be tired: I am | tired, I have ; been | tired.
Все словосочетание в целом характеризуется как фразеоло-
гическая единица, эквивалентная простым глаголам.
В рассматриваемых словосочетаниях be glad, be tired,
так же как и в аналитических формах, предикация выра-
жается отдельным элементом-глаголом be, но разница состоит
в том, что в аналитических формах вспомогательный глагол
присоединяется к элементу, который сам по себе восприни-
мается как глагол; нет надобности «оглаголивать» этот эле-
мент, он и так воспринимается как глагол.
В сказуемом типа be tired вспомогательный глагол присое-
диняется к слову, которое по своему значению не является
глаголом. Здесь вспомогательный глагол одновременно
«оглаголивает» именной элемент, в какой-то степени сближая
его с глаголом.

133
С выражением предикации в сказуемом тесно связан и ряд
других глагольных категорий:
Категория заявления-вопроса в современном англий-
ском языке складывается из противопоставления простых
(синтетических) форм заявления составным (аналитическим)
вопросительным формам. Как известно, в отличие от русского,
французского, немецкого и других языков, в английском
языке при вопросе меняется не только интонация и порядок
слов, но и самая форма глагола: вместо синтетической формы
употребляется аналитическая с глаголом do (ср. You know
him Вы знаете его и Do you know him? Знаете ли вы его?).
В формах заявления выражается знание того, какого рода
соотношение между данным сообщением и действительностью
существует в определенном конкретном случае: сообщаются
известные говорящему факты: например, I read this book
Я читал эту книгу; Не lives in Moscow Он живет в Москве
и т. п.
Напротив, в формах вопроса выражается незнание чего-то,
желание узнать то, что неизвестно говорящему: например,
Did you read this book? Вы читали эту книгу? Does he live
in Moscow? Живет ли он в Москве? и т. п. При этом не-
обходимо оговорить, что незнание в целом ряде случаев
может быть не реальным незнанием, а лишь видимым;
и если экзаминатор, прекрасно знающий свой предмет,
задает вопрос на экзамене студенту, то назначение этого
вопроса состоит в том, чтобы проверить знания студента;
момент незнания в данном случае будет заключаться в не-
уверенности экзаминатора относительно того, в какой степени
студент обнаруживает знания в его предмете.
Категория утверждения-отрицания выделяется на
основе противопоставления простых утвердительных форм и
составных отрицательных форм глагола: ср. The doctor
arrived Доктор прибыл и The doctor did not arrive Доктор
не прибыл. При употреблении этих форм говорящий либо

135
утверждает, либо отрицает какое-то положение. Следует
попутно заметить, что утвердительный момент в высказы-
вании было бы удобнее обозначить термином «положитель-
ный» и соответственно говорить о «положительных формах»:
дело в том, что термин «утвердительный» является двусмыс-
ленным, поскольку он одновременно противопоставляется как
термину «отрицательный», так и термину «вопросительный».
Отрицание в английском языке входит в систему спряжения
глагола, в систему его словоизменительных форм, а поэтому
и выделяется в качестве самостоятельной категориальной
формы. В русском языке мы имеем иную картину; отрицание
здесь выражается лексически: 'не' является служебным словом
(частицей), которая присоединяется к любой части речи
(например, 'не стол', 'не старый', 'не здесь' и т. п.). В англий-
ском же языке отрицание неотделимо от глагола, органи-
чески входит в его систему, а в разговорной речи представ-
лено особым типом слитных форм: do not — don't, will
not — won't, shall not — shan't, am not — ain't*.
Категория последовательности или временной от-
несенности выделяется на основе противопоставления пер-
фектных и неперфектных форм глагола: ср., например, The
doctor arrived и The doctor had arrived. В данном случае
говорящего интересует не отношение к моменту речи, а
отношение во времени к какому-либо другому факту или
событию: например, I have lost my key and I cannot open
the door Я потерял свой ключ и не могу открыть дверь; потеря
ключа рассматривается здесь по отношению к тому, что я не
могу открыть дверь.
Кроме того, в английском языке можно выделить еще
одну более общую категорию, существующую в противо-
поставлении двух из перечисленных категорий, а именно —
категорию высказывания, проявляющуюся в противо-
поставлении категории заявления-вопроса и категории утвер-
ждения-отрицания.
Примечание 1. Все указанные здесь категории будут подробнее
разобраны в «Морфологии английского языка»; здесь же важно отметить
само наличие этих категорий и в связи с этим дать представление о том,
насколько сложным и многогранным является выражение предикации.
Примечание 2. До сих пор были разобраны только три из выде-
ленных в § 74 вопросов. Что касается последнего (четвертого) вопроса —
вопроса об отношении сказуемого к подлежащему и о средствах, которые
используются для указания на связь подлежащего со сказуемым, — то
он будет разобран ниже в связи с характеристикой подлежащего (см. § 82).



4. ПОДЛЕЖАЩЕЕ
§ 81. Согласно данному в § 72 определению, подлежащее
есть слово (или группа слов), которым обозначается субъект.
Поскольку же субъект был определен выше как тот предмет
мысли, по отношению к которому мыслится предикат, подле-
жащее одновременно является членом предложения,
указывающим на то, к чему относится заявление,
сделанное в сказуемом. Поэтому, хотя предикация в
подлежащем и не выражается, оно, наряду со сказуемым,
является главным членом предложения.
Более того, поскольку подлежащее указывает на то, к
чему относится предикат и предикация, выраженная в сказу-
емом, само сказуемое оказывается подчиненным подлежа-
щему. Подлежащее представляет собой, таким образом,
структурный центр предложения, который грам-
матически и структурно доминирует над сказу-
емым. В то время как сказуемое зависит от подлежащего
какого-то человека на улице все слова, кроме I, зависят от
сказуемого see; но see, в свою очередь, подчинено подлежа-
щему I. Это становится ясным, если заменить местоимение I
каким-нибудь местоимением третьего лица единственного
числа; в этом случае изменится и форма сказуемого: Не
sees a man in the street. To же самое, естественно, можно
наблюдать и в таких предложениях, как Не speaks English;
Не is speaking English; He has lost his key и т. п. К этому
надо прибавить, что на центральную роль подлежащего в
предложении указывает в данном случае его оформление
именительным падежом, который представляет собой наи-
более независимое обозначение лица или предмета (от какого-
либо другого лица, предмета или действия); в этом отношении
представляют интерес случаи субстантивации, или «опред-
мечивания», личных местоимений, при которой из двух
форм местоимения выбирается именно форма именительного
падежа: Is it a he or a she?
Исходя из указанного выше понимания подлежащего, как
грамматического центра предложения, подчиняющего себе
сказуемое, можно было бы как будто предположить, что без
подлежащего не может существовать и предложение. Однако
практика убеждает нас, что предложения без подлежащего
также возможны: ср. русск. 'Садитесь!', англ. Sit down! и т. п.
Чем же объясняется это противоречие? Дело в том, что
подлежащее, как уже говорилось выше, имеет указательный




Так, например, в латинском языке отсутствие подлежа-
щего является почти нормой в 1-ом и 2-ом лице единственного
числа: dico, dicis. Подлежащее часто может отсутствовать и в
других языках, например в русском, в предложениях типа
'Знаю'; 'Видишь, что случилось' и др.
В аналогичных предложениях сама форма глагола, обозна-
чающая сказуемое, содержит четкое указание на субъект.
Как уже указывалось, отсутствие подлежащего является
нормой в повелительном наклонении как в английском, так
и в русском языках: например, русск. 'Встаньте!' или 'Сядьте!'
или англ. Sit down!; Get up!; Come! Указание на субъект

138
дается здесь как формой глагола, так и самой ситуацией.
В английском языке в форме глагола в повелительном на-
клонении указание на субъект дается недостаточно четко.
Звучание может иметь различные значения и может
встретиться не только в повелительном наклонении. Однако
для форм повелительного наклонения характерно известное
ограничение: мы не можем встретить здесь comes. Отсутствие
подлежащего имеет здесь определенное значение и выступает
как признак повелительного наклонения. Указание на субъект
в этом случае дается самой ситуацией: содержанием повели-
тельного наклонения может быть приказание, просьба, ко-
торые могут относиться лишь к тому, к кому они обращены.
Следовательно, сама ситуация указывает на 2-ое лицо, и
необходимость в подлежащем отпадает.
Подлежащее может отсутствовать в ответах на вопросы
или в повествовании в разговорной речи, если контекст ука-
зывает, к чему относится сказуемое: например, русск. 'Ты
видел его? — Видел'; англ. Saw him yesterday? Видел его
вчера?; Was there yesterday Был там вчера. Сама форма
глагола выбирается здесь, исходя из определенного субъекта,
который ясен из контекста или ситуации. Тогда как в повели-
тельном наклонении отсутствие подлежащего является нор-
мой, в данном случае оно необычно и придает речи особый
оттенок разговорно-фамильярного стиля.
При отсутствии подлежащего конструктивным центром
предложения делается сказуемое; оно становится ведущим и
независимым членом предложения.
Так, например, в русских предложениях 'Говорят'; 'Это
так не делают' или в английском Thank you подлежащего
нет, и центром конструкции является сказуемое.
В случае отсутствия подлежащего предикация относится к
субъекту, стоящему вне предложения. Так, хотя в выше-
приведенных примерах подлежащего нет, они не бессубъект-
ны. Из формы глагола в первых двух предложениях 'говорят'
и 'не делают' ясно, что речь идет о 3-ем лице множественного
числа, а в третьем предложении (Thank you) форма глагола
и контекст указывают на то, что субъектом является 1-ое
лицо, так как благодарность выражается самим говорящим.
В русском языке построение предложений без подлежа-
щего широко распространено. Особенно часто отсутствие
подлежащего наблюдается в отрицательных предложениях.

139
Например: 'Здесь нет стола', где 'нет' становится центром
конструкции.
В противоположность русскому языку английский язык
избегает построения предложений без подлежащего. Русским
предложениям без подлежащего в английском языке часто
соответствуют предложения с подлежащим. Ср.:
В русском языке: В английском языке:
Говорят . . . They say . . .
Можно было бы подумать . . . One might t h i n k . . .
Темнеет. It is getting dark.
В английском языке предложения без подлежащего бы-
вают преимущественно во 2-ом лице в повелительном накло-
нении (однако ср. Thank you и др.); для русского же языка,
как видно, они характерны и в 3-ем лице. Английский язык
избегает построения предложений без подлежащего в 3-ем
лице. Чем же объясняется различие в оформлении предло-
жений (без подлежащего) в английском и русском языках?
Подлежащее обозначает субъект, т. е. указывает, к чему
относится предикация. Однако иногда бывает затруднительно
сказать, к чему относится утверждение. Происходит это
вследствие разных причин. В русском и английском языках
недостаточно четкое значение субъекта передается иногда
по-разному. Как видно из приводимых примеров, русский
язык широко использует предложения безличные и предло-
жения без подлежащего, тогда как в английском языке даже
безличные предложения строятся при помощи безличного
подлежащего. Это объясняется недостаточно четкой оформ-
ленностью английского глагола, который своей формой не
всегда может достаточно ясно указывать на субъект; следо-
вательно, наличие подлежащего становится необходимым.
Рассмотрим наиболее типичные случаи недостаточно
четкого содержания субъекта и способы грамматического
оформления этих случаев в русском и английском языках.
1. Если цель высказывания заключается в определении
предмета, раскрытии его названия, то подлежащим соот-
ветствующих предложений как в английском, так и в русском
языке, будет указательное местоимение: например, англ.
This is a piece of chalk; русск. 'Это — мел'. В данном случае
трудно найти название для субъекта, однако ясно, что имеется
в виду указание на конкретный предмет.

140
2. В том случае, если субъект недостаточно ясен, или
нежелательно достаточно ясно на него указывать, или же
невозможно его конкретизировать, используются неопреде-
ленно-личные предложения. В русском и английском языках
такие предложения строятся по-разному.
В русском языке В английском языке
Без подлежащего: С подлежащим, обозначаю-
щим субъект нечетко при помощи
местоимений:
Говорят. Сообщают. They say. (Ср. также конструк-
ции типа: One might think.)
Однако, когда этот нечеткий субъект мыслится в виде
воображаемого собеседника, как русский, так и английский
язык употребляют в качестве подлежащего неопределенно-
личное местоимение 2-го лица: например, русск. 'Ты никогда
не можешь точно знать, что произойдет'; 'Вы могли бы
удивиться' или англ. You can never say what he will do next.
Аналогичные предложения могут быть даже обращением
к самому себе.
3. Иногда субъект представляется не как предмет, а как
ситуация, стечение обстоятельств. В таком случае мы имеем:
Ванглийском языке
В русском языке
Безличные предложения с без-
Безличные предло-
личным подлежащим it:
жения без подлежащего:
It is getting dark.
Темнеет.
Таким образом, при отсутствии достаточной ясности в
представлении о субъекте одни английские предложения с
подлежащим соответствуют русским неопределенно-личным
предложениям, а другие — безличным предложениям.
С точки зрения четкости обозначения субъекта в подле-
жащем —
В английском языке в русском языке им соответ-
различаются следующие ти- ствуют :
пы предложений:
1. Личные предложения
а) С подлежащим: Не says. а) Он говорит.
б) Без подлежащего: б) Одолжите мне вашу
Lend me your book. книгу.
2. Неопределенно-личные предложения
Строятся с подлежащим Строятся без подлежа-
they, one или you: щего или с неопределенно-
личным 'ты':
Говорят. (Ср. также кон-
They say. (Ср. также кон-
струкции типа: 'Что ты тут
струкции типа: One thinks;
You can never tell.) поделаешь'.)
3. Безличные предложения
Строятся с безличным Строятся без подлежа-
подлежащим it: щего:
It is dark. Темно.
Классификацию предложений в английском языке по
сравнению с русским с точки зрения наличия подлежащего
и характера субъекта можно проиллюстрировать при помощи
следующей схемы:




На схеме буквой Р условно обозначено наличие данного
типа в русском языке, так же как и в английском. Это отно-
сится к типам предложений личных с подлежащим и без
подлежащего. Рамкой обведены типы, свойственные какому-
либо одному языку и несвойственные другому. Так неопреде-
ленно-личные и безличные предложения с подлежащим свой-
ственны лишь английскому языку, тогда как неопределенно-
личные и безличные без подлежащего свойственны лишь
русскому языку и не свойственны английскому.
Таким образом, из схемы видно, что тогда как личные

142
предложения в английском и русском языке строятся одинако-
во (как с подлежащим, так и без подлежащего), неопределенно-
личные и безличные предложения строятся по-разному. В
английском языке они строятся с подлежащим, а в русском
— без подлежащего.
Из всего вышеизложенного ясно, что одинаковое содер-
жание может быть оформлено грамматически по-разному.
Так, в одних случаях субъект представлен в предложении в
виде подлежащего, в других — субъект находится вне предло-
жения. Однако, хотя подлежащего в предложении может и
не быть, субъект имеется всегда, так как предикация всегда
к чему-то относится. Таким образом чрезвычайно важно
различать подлежащее как главный член грамматической
конструкции и субъект — предмет мысли, к которому отно-
сится содержание предикации. Они могут совпадать и не
совпадать, но уметь различать их необходимо, чтобы понять
все многообразие структуры предложений, все тонкие дви-
жения мысли в языке.
Приведем еще пример различного грамматического оформ-
ления одинакового содержания на материале одного языка
(русского). Сравним три предложения: (1) 'Мне холодно';
(2) 'Я мерзну' и (3) 'Мерзну'. Во всех этих предложениях
обозначается одно и то же явление реальной действительности,
однако в каждом из них оно обозначено грамматически
по-разному. В первом — безличном — предложении центром
конструкции является 'холодно', и лишь как подчиненное ему
дается 'мне'. Грамматического подлежащего в нем нет, хотя
семантически 'мне' соответствует 'я' во втором предложении.
Во втором предложении 'я' — подлежащее, 'мерзну' —
сказуемое. В третьем предложении подлежащего нет, но это
предложение не безличное как первое, а личное, так как лицо
обозначено в форме сказуемого.
Различные способы обозначения субъекта дают возмож-
ность выразить в языке различные оттенки мысли.
Так, например, при сравнении таких предложений как
'Мне хочется' и 'Я хочу' становится ясно, что безличная
структура предложения 'Мне хочется' передает стихийность
желания, независимость его от воли человека. В предложении
же 'Я хочу' выражается активная, настойчивая направленность
воли говорящего.

/43
Если одинаковое содержание может быть оформлено
грамматически по-разному, то и различное содержание может
быть иногда одинаково оформлено.
Сравним следующие предложения: It rains и Не reads.
Оба предложения одинаковы по грамматическому оформ-
лению, и по оформлению оба они — личные предложения:
как в том, так и в другом, есть подлежащее. По содержанию
же они совершенно различны: It rains обозначает процесс
без участия в нем какого-либо деятеля (лица); в предложении
же Не reads обозначено действие вполне определенного лица.
It rains семантически безлично, так как семантика it безлична
по существу. Поэтому предложения, подобные It rains; It is
cold, прямо противоположны предложениям типа 'Мне
холодно': в первом случае содержание безличное, а структур-
ное оформление личное; во втором же случае, наоборот,
содержание личное, а конструкция безличная.
Как уже говорилось выше, помимо различия между грам-
матическим подлежащим и субъектом, необходимо разли-
чать грамматическое подлежащее и обозначение деятеля.
Различение подлежащего и деятеля особенно важно для
правильного понимания активной и пассивной конструкции.
Сравним два предложения: The hunter killed the wolf и
The wolf was killed by the hunter. В активной конструкции
the hunter является подлежащим, так как это грамматический
центр конструкции и сказуемое ему подчинено. В пассивной
конструкции, наоборот, подлежащее — the wolf, поскольку
именно оно является здесь грамматическим центром предло-
жения, подчиняющим сказуемое. Таким образом, в активной
конструкции грамматический центр совпадает с наимено-
ванием предмета, производящего действие названием дея-
теля), в то время как в пассивной конструкции граммати-
ческий центр совпадает не с наименованием деятеля, а с
названием предмета, на который направлено действие. Нужно
сказать, что в английском языке имеются широкие возмож-
ности использования в качестве подлежащего слов, обозна-
чающих предметы, которые находятся в самых разнообраз-
ных отношениях с действием: ср. Не was laughed at Над ним
смеялись; The boy was given a book Мальчику дали книгу;
The bed was not slept in В кровати не спали и т. п. (ср. также
§65).

144
Выражение связи между подлежащим и сказуемым

§ 82. Связь между подлежащим и сказуемым обычно
осуществляется с помощью форм лица и числа сказуемого.
Однако для английского языка этот способ связи характери-
зуется определенными ограничениями.
В отношении категории лица важно заметить следующее:
Прежде всего, обращает на себя внимание то, что в англий-
ском языке, как и во многих других языках, не все три лица,
на основе противопоставления которых выделяется категория
лица, в одинаковой мере ясно характеризуют обозначаемый
ими субъект. В этом отношении первое и второе лицо резко
отличаются от третьего лица. Наиболее четко субъект харак-
теризуется в значении первого и второго лица единственного
числа, несколько менее точно — в первом и втором лице
множественного числа и очень нечетко — в третьем лице.
В самом деле, ведь только в первом и втором лице единствен-
ного числа мы имеем предельную однозначность: первое
лицо всегда обозначает автора речи, а второе — лицо, к
которому обращена речь; но уже в первом лице множествен-
ного числа (а также и во втором лице множественного числа)
подобной однозначности не наблюдается: форма глагола
'знаем' может относиться к говорящему и слушающему, а
может подразумевать говорящего и неограниченное коли-
чество других лиц, не участвующих в разговоре. Что же
касается третьего лица, то оно может обозначать любое
количество лиц, причем ни одно из них не принимает участия
в данном конкретном акте речи.
Примечание. Согласно определению традиционных грамматик,
третье лицо единственного числа обозначает «того, о ком говорят».
Однако если принять это определение, то нужно признать, что, например,
в предложении 'Я пришел сегодня на лекцию' местоимение 'я' будет
одновременно местоимением первого и третьего лица, поскольку оно
обозначает и автора речи и то лицо, о котором говорится в предложении.

На более ясную характеристику субъекта в первом и
втором лице указывает также и то, что эти лица могут быть
обозначены лишь при помощи определенных личных место-
имений, между тем как для обозначения третьего лица исполь-
зуются не только местоимения, но и любые существительные.
В общем получается следующая картина:

ю 145
Обозначение
Обозначение
Обозначение
третьего лица
первого лица второго лица

he, she, it, they,
I, we you, thou
possibility, study,
horse, animal, house,
street, boy, girl, man,
doctor


Таким образом, деление слов для обозначения лица оказы-
вается далеко неравномерным: для обозначения первого и
второго лица используется по два личных местоимения, а для
обозначения третьего лица — четыре личных местоимения и
все существительные. Все это и обусловливает указанную
выше расплывчатость и неясность характеристики, даваемой
субъекту формами третьего лица глагола.
Далее, необходимо обратить внимание и на специфическую
для английского языка черту форм лица — нечеткость мате-
риального выражения значений этих форм. Большинство
форм лица в английском языке оказываются омонимичными,
тождественными по звучанию, а поэтому различаются между
собой не материальной оболочкой, а лишь своим значением:
ср. (I) speak — (we) speak — (you) speak и т. п. Во всем насто-
ящем времени общего вида действительного залога (Present
Indefinite Active) четкое указание на лицо имеется лишь в
форме третьего лица единственного числа; остальные же
формы лица материально не разграничиваются. Несколько
более четко различает формы лица глагол be: ср. (I) am,
(he) is, (we) are и т. п., но и он, подобно другим глаголам,
не различает лица во множественном числе настоящего
времени и во всем прошедшем времени. (Подробнее об этом
см. § 62.)
Указанные выше обстоятельства приводят к тому, что
роль форм лица в современном английском языке относитель-
но невелика.
То же самое можно сказать и о выражении числа, которое
является почти в той же мере нечетким, что и выражение
лица (см. § 62).
В результате нечеткости указания на субъект в формах
числа и лица для современного английского языка оказы-
вается характерным обязательное наличие подлежащего

146
также и в тех случаях, в которых другие языки обходятся без
подлежащего: ср. It is cold Холодно; It is getting dark Темнеет;
I know Знаю и т. п. В самом деле, ведь, например, в предло-
жении It is cold в связи с it не мыслится никакого реально
выделенного субъекта, и все же it является здесь обязательным.
Оно является обязательным потому, что для современной
английской глагольной системы в целом оказывается харак-
терной омонимия форм числа и лица, обусловливающая
нечеткость указания на субъект в сказуемом и, тем самым,
необходимость обозначения субъекта специальными лекси-
ческими средствами; в результате даже и в приведенном
случае, где форма сказуемого лишена омонимии (is), кон-
струкция с подлежащим является нормой.

§ 83. Выше говорилось о связи сказуемого с подлежащим.
Однако необходимо помнить, что, хотя связь сказуемого с под-
лежащим действительно существует, она осуществляется не
непосредственно, а косвенным путем — через субъект. Подле-
жащее и сказуемое оказываются связанными друг с другом
лишь в той мере и постольку, в какой мере и поскольку они
оба ориентируются на реально один и тот же предмет.
Сказанное можно пояснить с помощью следующей схемы:




В данной схеме признак числа и лица в подлежащем условно
обозначен через А, а признак лица и числа в сказуемом —
через а. Если бы здесь было непосредственное согласование
сказуемого с подлежащим по форме, то в сказуемом должны

147
бы были отразиться точно такие же признаки лица и числа,
что и в подлежащем, а именно А, а не а. Однако в действи-
тельности далеко не всегда бывает так.
Например, слово family семья может употребляться со
сказуемым в единственном или во множественном числе в
зависимости от того, что имеется в виду: семья как единое
целое, определенное единство (например: My family lives here
Моя семья живет здесь) или члены семьи как отдельные лица
(например: All the family were present Присутствовали все
члены семьи).
Аналогичную картину можно наблюдать в русском языке.
В предложении 'Ряд вопросов показывает' связь подлежащего
со сказуемым предстает как прямая (сказуемое 'показывает'
в единственном числе согласовано с подлежащим 'ряд' в
единственном числе). В предложении же 'Ряд вопросов пока-
зывают' отчетливо выступает косвенная связь (сказуемое
стоит во множественном числе, т. к. ориентируется не на фор-
му подлежащего, а на его содержание, на то, что им обозна-
чается: само слово 'ряд' обозначает 'множество'). Анало-
гичная картина наблюдается в предложении 'Присутствует
большинство товарищей' и 'Присутствуют большинство това-
рищей'. В русском языке нельзя встретить аналогичных
примеров со словом 'семья': можно сказать 'семья пришла',
но нельзя сказать 'семья пришли'. Это объясняется тем, что
в русском языке слово 'семья' мыслится иначе, чем в англий-
ском. В русском языке 'семья' обозначает лишь нечто целое,
а не отдельных членов семьи. Если бы сказуемое ориентирова-
лось только на форму подлежащего, то в сказуемом мы долж-
ны были бы иметь те же признаки числа, что и в подлежащем.
В таком случае было бы невозможно объяснить вышеприведен-
ные примеры с family и 'ряд'. В этих примерах формаль-
ное согласование не соблюдается, так как сказуемое стоит
в форме множественного числа, а подлежащее в форме един-
ственного числа.
Аналогичные случаи наблюдаются при согласовании по
роду в русском языке. Например, говорят 'Товарищ Иванова
пришла', несмотря на то, что 'товарищ' — существительное
мужского рода. Мы употребляем форму 'пришла', так как эта
форма отсылает нас не к подлежащему, а к тому, что этим
подлежащим обозначается (к субъекту), т. е. в сказуемом мы
видим указание на тот предмет, который обозначается подле-

HS
жащим. В данном случае, правда, слово 'Иванова' как бы
поддерживает (по категории рода) форму 'пришла'. Если же
такой поддержки нет, то происходят колебания в согласовании,
например, 'Директор (женщина) не пришла', но 'Директор
(мужчина) не пришел'.
Согласование по смыслу п о к а з ы в а е т , что ска-
зуемое согласуется с подлежащим в сущности пото-
му, что и подлежащее и сказуемое соотносятся с
одним и тем же субъектом. Так, в предложении A few
students were absent мы употребляем множественное число

<<

стр. 4
(всего 8)

СОДЕРЖАНИЕ

>>