<<

стр. 17
(всего 19)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Содержание под стражей при расследовании преступлений по уголов
ным делам не может продолжаться более 2 месяцев. Этот срок может быть
продлен до 3 месяцев районным, городским прокурором, военным проку
рором гарнизона, объединения, соединения и приравненными к ним про
курорами в случае невозможности закончить расследование и при отсут
ствии оснований для изменения меры пресечения. Дальнейшее продление
срока — до 6 месяцев со дня заключения под стражу — может быть осуще
ствлено только ввиду особой сложности дела прокурором субъекта Россий
ской Федерации, военным прокурором округа, группы войск, флота, ра
кетных войск стратегического назначения, Федеральной пограничной служ
бы Российской Федерации и приравненными к ним прокурорами.
Продление срока содержания под стражей свыше шести месяцев допус
кается в исключительных случаях и только в отношении лиц, обвиняемых в
совершении особо тяжких преступлений. Такое продление осуществляется
заместителем Генерального прокурора Российской Федерации — до 1 года
и Генеральным прокурором Российской Федерации — до 1,5 лет.
Дальнейшее продление срока не допускается, содержащийся под стра
жей обвиняемый подлежит немедленному освобождению.
Материалы оконченного расследованием уголовного дела должны быть
предъявлены для ознакомления обвиняемому и его защитнику не позднее чем
за месяц до истечения предельного срока содержания под стражей, установ
ленного частью второй настоящей статьи. В случае, когда ознакомление обви
няемого и его защитника с материалами дела до истечения предельного срока
содержания под стражей невозможно, Генеральный прокурор Российской
Федерации, прокурор субъекта Российской Федерации, военный прокурор
округа, группы войск, флота, Ракетных войск стратегического назначения, Фе
деральной пограничной службы Российской Федерации и приравненные к ним
прокуроры вправе не позднее 5 суток до истечения предельного срока содер
жания под стражей возбудить ходатайство перед судьей областного, краевого
и приравненных к ним судов о продлении этого срока.
Судья в срок не позднее 5 суток со дня получения ходатайства выносит
одно из следующих постановлений:
1) о продлении срока содержания под стражей до момента окончания
ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами дела и направ
444
ления прокурором дела в суд, но не более чем на 6 месяцев;
ПРИЛОЖЕНИЕ II. КАЛАШНИКОВ ПРОТИВ РОССИИ



2) об отказе в удовлетворении ходатайства прокурора и об освобожде
нии лица из под стражи (см. текст в предыдущей редакции).
В том же порядке срок содержания под стражей может быть продлен в
случае необходимости удовлетворения ходатайства обвиняемого или его
защитника о дополнении предварительного следствия.
При возвращении судом на новое расследование дела, по которому
срок содержания обвиняемого под стражей истек, а по обстоятельствам
дела мера пресечения в виде содержания под стражей изменена быть не
может, продление срока содержания под стражей производится проку
рором, осуществляющим надзор за следствием, в пределах одного меся
ца с момента поступления к нему дела. Дальнейшее продление указанно
го срока производится с учетом времени пребывания обвиняемого под
стражей до направления дела в суд в порядке и пределах, установленных
частями первой и второй настоящей статьи.
Продление срока содержания под стражей в соответствии с настоящей
статьей является поводом для обжалования в суд содержания под стражей
и судебной проверки его законности и обоснованности в порядке, предус
мотренном соответственно статьями 220.1 и 220.2 настоящего Кодекса.

Статья 101. Отмена или изменение меры пресечения
Мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает дальнейшая необ
ходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда это
вызывается обстоятельствами дела. Отмена или изменение меры пресече
ния производится мотивированным постановлением лица, производяще
го дознание, следователя или прокурора, а после передачи дела в суд —
мотивированным определением суда.
Отмена или изменение лицом, производящим дознание, и следовате
лем меры пресечения, избранной по указанию прокурора, допускается лишь
с санкции прокурора.

Статья 223.1. Назначение судебного заседания
Судья, придя к выводу, что при расследовании дела соблюдены все тре
бования настоящего Кодекса по обеспечению прав гражданина, привле
ченного в качестве обвиняемого, и отсутствуют иные препятствия для рас
смотрения дела в суде, выносит постановление о назначении судебного за
седания. При этом судья вправе исключить из обвинительного заключения
отдельные пункты обвинения или применить уголовный закон о менее тяж
ком преступлении, однако с тем, чтобы новое обвинение по своим факти
ческим обстоятельствам не отличалось существенно от обвинения, содер
жащегося в обвинительном заключении.
Вопрос о назначении судебного заседания должен быть разрешен не
позднее 14 суток с момента поступления дела в суд, если обвиняемый со 445
держится под стражей, и в течение месяца по остальным делам.
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



Статья 239. Сроки рассмотрения дела в судебном заседании
Дело должно быть начато рассмотрением в судебном заседании не по
зднее 14 суток с момента вынесения судьей постановления о назначении
судебного заседания.

90. D. Федеральный закон о содержании под стражей обвиняемых
и подозреваемых в совершении преступления
В соответствии со статьей 21 данного закона жалобы подозреваемых и
обвиняемых государственным органам и должностным лицам или орга
нам местного самоуправления и неправительственным организациям на
правляются через администрацию учреждений содержания под стражей.
Обращения и жалобы, адресованные прокурору, суду или другим госу
дарственным учреждениям, осуществляющим контроль за учреждениями
по содержанию подозреваемых и обвиняемых не подлежат цензуре и дол
жны быть направлены адресату в запечатанном конверте не позже, чем в
следующий рабочий день.



III. ОГОВОРКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

91. Ратификационная грамота Российской Федерации от 05 мая 1998 г.
содержит следующие оговорки:
«В соответствии со статьей 64 Конвенции, Российская Федерация заяв
ляет, что положения статьи 5 параграф 3 и 4 не препятствуют применению
следующих ниже положений законодательства Российской Федерации:
санкционированного абзацем 2 п. 6 раздела второго Конституции РФ
1993 г. временного применения установленного ч.1 ст. 11, ч. 1 ст. 89, ст. 90,
92, 96, 96.1, 96.2, 97, 101 и 122 уголовно процессуального кодекса РСФСР от
27 октября 1960 г., с последующими изменениями и дополнениями поряд
ка ареста, содержания под стражей и задержания лиц, подозреваемых в
совершении преступления.

ВОПРОСЫ ПРАВА

I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

92. Заявитель жаловался на условия содержания под стражей в СИЗО.
Он ссылался на статью 3 Конвенции, которая предусматривает: «Никто не
должен подвергаться пыткам и бесчеловечному или унижающему обраще
нию или наказанию». Заявитель ссылался, в частности, на перенаселенность
камеры и антисанитарные условия в ней, а также на длительный период
содержания в таких условиях, что повлекло за собой ухудшение его здоро
446
вья и вызвало унижение и страдания.
ПРИЛОЖЕНИЕ II. КАЛАШНИКОВ ПРОТИВ РОССИИ



93. Правительство оспаривало тот факт, что условия содержания Заяви
теля под стражей могут рассматриваться как пытки или унижающее и бесче
ловечное обращение. Условия не отличались от условий содержания боль
шинства других заключенных в Российской Федерации, во всяком случае, не
были хуже. Перенаселенность камер является общей проблемой в Россий
ской Федерации. Администрация СИЗО предпринимала все возможные меры
для обеспечения медицинской помощи лицам, страдающим от заболеваний,
и обеспечения профилактики заражения инфекционными заболеваниями.
93. Было признано, по экономическим причинам, что условия содер
жания подозреваемых под стражей неудовлетворительны и ниже требо
ваний, установленных для пенитенциарных учреждений в других госу
дарствах членах Совета Европы. Однако государство предпринимает меры
для улучшения положения заключенных в России. Был принят ряд специ
альных программ по улучшению СИЗО и других учреждений, реконст
рукции имеющихся учреждений, устранению туберкулеза и иных инфек
ционных заболеваний. Реализация этих программ позволит в два раза
увеличить количество мест для заключенных и улучшить санитарные ус
ловия в следственных изоляторах.
95. Суд напоминает, что ст. 3 Конвенции гарантирует одну из основных
ценностей демократического общества. Она запрещает пытки и бесчело
вечное и унижающее обращение или наказание вне зависимости от каких
бы то ни было обстоятельств и поведения жертв (см., например, дело Labita
v. Italy № 26772/95 п. 119, ECHR 2000 IV).

Суд далее напоминает, что в соответствии с его прецедентным правом
жестокое обращение должно достигать минимального уровня жестокости,
чтобы подпадать под действие статьи 3. Оценка этого минимума относитель
на. Она зависит от обстоятельств дела, таких, как длительность такого обра
щения, его воздействие на физическое состояние и психику лица, и в некото
рых случаях пол, возраст и состояние здоровья лица (см. решение по делу
Ireland v. United Kingdom от 18 января 1987 сер. А № 25, р. 65 пар. 162).

Суд рассматривал обращение как бесчеловечное, потому как, помимо
прочего, оно было умышленным и повлекло за собой также фактический
ущерб здоровью и усилило физические и моральные страдания лица. Это
обращение также может рассматриваться как унижающее, так как оно уси
ливало у лица ощущения страха, боли, беспомощности (см., например ре
шение по делу Kudla v. Poland n 30210\96 п. 92, ECHR 2000 XI). Решая воп
рос, было ли обращение унижающим в смысле статьи 3, Суд будет рассмат
ривать, было ли целью такого обращения унижение и оскорбление челове
ка, и, что касается последствий, повлияли ли они на его личность несопоста
вимым со статьей 3 способом (см., например, решение по делу Raninen v. 447
Finland от 16 декабря 1997 — VIII pp.2821–22 п.55). Однако, отсутствие таких
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



целей не может приводить к безусловному выводу об отсутствии нарушения
статьи 3 (см., например, Peers v. Greece 28524\95 п. 74 ECHR — III).
Меры по лишению лица свободы могут часто включать эти элементы.
Нельзя говорить, что сам по себе вопрос заключения под стражу влечет за
собой нарушение статьи 3 Конвенции. Также статья не может быть одно
значно истолкована как устанавливающая общее обязательство освобо
дить лицо из за плохого состояния здоровья или направить его в больницу
за пределами мест заключения для обеспечения его специальным меди
цинским лечением.

Тем не менее, согласно данной статье, государство должно гарантиро
вать, чтобы лицо содержалось под стражей в таких условиях, которые со
поставимы с человеческим достоинством, чтобы мера и способ исполнения
наказания не приводили его к страданиям и испытаниям, чрезмерным по
сравнению с установленными требованиями к местам лишения свободы,
его здоровье и благополучие должны быть надлежащим образом защище
ны (см. Kudla v.Poland n 30210\96 п. 92–94, ECHR 2000 XI).

Когда оцениваются условия заключения, должно приниматься во вни
мание совокупное воздействие этих условий, также как и утверждения Зая
вителя о них. (см. Dougos v. Greece 40907\98 п. 46 ECHR 2001 II)

96. В данном деле, Суд отмечает, что Заявитель содержался в Магадан
ском следственном изоляторе ИЗ 47 1 с 29 июня 1995 г. по 20 октября 1999 г.,
и с 9 декабря 1999 г. по 26 июня 2000 г. Он напоминает, что в соответствии
с общепризнанными принципами международного права, Конвенция обя
зывает Высокие договаривающиеся стороны в отношении только тех фак
тов, которые имели место после вступления в силу Конвенции. Конвенция
вступила в силу для Российской Федерации 5 мая 1998 г. Однако, оценивая
последствия условий заключения для Заявителя, которые были одинако
выми на протяжении всего периода заключения, Суд может также принять
во внимание весь период, в течение которого лицо было заключено под
стражу, включая период до 5 мая 1998 г.
97. Суд отмечает, что камера, в которой содержался Заявитель, была
размером 17 кв. м (согласно информации, предоставленной Заявителем) и
20, 8 кв. м (согласно информации, предоставленной Правительством). Она
была оборудована койками и предназначалась для 8 заключенных. Может
обсуждаться вопрос, соответствовало ли такое помещение общепринятым
стандартам. В этой связи Европейский Суд указывает, что Европейский
Комитет по предотвращению пыток и унижающего и бесчеловечного отноше
ния и наказания установил стандарт 7 кв. м на заключенного (см. 2 Доклад —
CPT\inf (92)3 п.43), таким образом, 56 кв. м на 8 заключенных.
448
ПРИЛОЖЕНИЕ II. КАЛАШНИКОВ ПРОТИВ РОССИИ



Несмотря на то, что камера предназначалась для 8 заключенных, в соот
ветствии с информацией, представленной Заявителем, в камере содержа
лось от 18 до 24 человек. В своей жалобе об освобождении из под стражи
от 26 декабря 1996 г. Заявитель указывал, что в камере содержится 21 заклю
ченный. В аналогичной жалобе от 8 июня 1999 г. он указывал, что в камере
содержится 18 человек (см. п. 43 и 73 выше).
Суд отмечает, что Правительство со своей стороны, признало факт об
щей перенаселенности камер в СИЗО, что койки использовались 2–3 зак
люченными. В то же время Правительство не согласилось с Заявителем от
носительно количества заключенных. По их информации, заключенных
было около 11 или чуть больше, и обычное число заключенных достигало
14. Однако Правительство не представило никаких подтверждающих доку
ментов в пользу своих заявлений. В соответствии с информацией, пред
ставленной Заявителем, только в марте–апреле 2000 г. количество заклю
ченных в камере снизилось до 11 человек.

Суд не находит необходимым разрешать данные разногласия между
показаниями Правительства и Заявителя по данному пункту. Представлен
ные цифры говорят о том, что в любое время количество пространства на
каждого заключенного составляло от 0,9 до 1,9 кв. м. Таким образом, с точ
ки зрения Суда, камера была постоянно очень переполнена. Уже сам этот
факт поднимает вопрос о нарушении статьи 3 Конвенции.

Более того, учитывая такую перенаселенность, заключенные в камере За
явителя должны были спать по очереди, на основе 8 часового графика сна
на каждого заключенного. Это следует из ходатайства об освобождении от 16
июня 1999 г., в это время Заявителю приходилось делить свою койку с двумя
другими заключенными. (см. п. 74). Условия сна были сильно ухудшены еще
и тем, что в камере постоянно горел свет, а также постоянно было шумно из
за большого количества заключенных. Результатом нарушения сна стало ухуд
шение физического и психического состояния Заявителя.

Суд далее исследует отсутствие надлежащей вентиляции в камере Заяви
теля, которая была перенаселена заключенными и которым было разрешено
курить в камере. Несмотря на то, что Заявителю было позволено совершать
прогулки за пределами камеры в течение 1 или 2 часов в день, остальную
часть времени он проводил в условиях ограниченного пространства в своей
камере, в удушающей атмосфере.

98. Суд далее отмечает, что в камере Заявителя были насекомые, и ни
какие меры борьбы с ними не предпринимались. Правительство признало,
что борьба с паразитирующими насекомыми была проблемой, но ссыла 449
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



лось на министерские инструкции 1989 г., обязывающие предпринимать
меры борьбы. Однако, из представленного материала не видно, что в ка
мере Заявителя это делалось.
В период пребывания в СИЗО Заявитель заразился рядом кожных за
болеваний и грибковой инфекцией, что в 1996, 1997 и 1999 г. было причи
ной объявления перерыва в судебных процессах. Даже если это действи
тельно так, и Заявитель прошел курс лечения от этих заболеваний, их во
зобновление было связано с очень плохими условиями в камере.

Суд также с большой обеспокоенностью отмечает, что во время заклю
чения Заявителя были случаи, когда в камеру попадали лица, страдающие
сифилисом и туберкулезом, хотя Правительство и делало акцент на том,
что предпринимались меры профилактики.

99. Дополнительным аспектом антисанитарных условий, описанных
ранее, был туалет. Перегородка высотой 1,1 метр, отделяла унитаз от
умывальника, но не от остальной части камеры. Двери или перегородки
у входа в туалет не было. Таким образом, Заявитель вынужден был пользо
ваться туалетом при других заключенных и присутствовать при исполь
зовании туалета другими заключенными. Фотографии, представленные
правительством, показывают неотгороженный туалет, без какого либо
намека на уединение.

В то время как Суд с удовлетворением отмечает, что впоследствии дос
таточно серьезные изменения имели место в той части СИЗО, в которой на
ходилась камера Заявителя, (как это иллюстрирует видеозапись, представ
ленная в суд), это не уменьшает общего действия невыносимых условий,
которые были в камере во время нахождения там Заявителя.

100. Условия содержания в камере также были предметом разбиратель
ства суда, рассматривающего дело. В апреле и июне 1999 г. он затребовал
заключение медицинских экспертов относительно физического и мораль
ного состояния Заявителя после 4 лет заключения, чтобы определить, по
зволяет ли его состояние участвовать в процессе или он должен быть гос
питализирован. (см. п. 71 и 76 выше). Несмотря на то, что эксперты ответили
на вопросы отрицательно, Суд отмечает, что их выводы содержали указа
ние на медицинские заболевания, которыми страдал Заявитель (нервно
циркуляторная дистония, астено невротический синдром, хронический га
стродуоденит, грибковая инфекция, микоз).

101. Суд принимает тот аргумент, что в данном деле не было прямого умыс
ла на унижающее и бесчеловечное обращение с Заявителем. Однако, хотя воп
450
рос — была ли цель унижающего и бесчеловечного обращения — является фак
ПРИЛОЖЕНИЕ II. КАЛАШНИКОВ ПРОТИВ РОССИИ



тором, принимаемым Судом во внимание, отсутствие такой цели не может
исключить нарушение статьи 3 Конвенции. (см. Peers v. Greece). Суд считает,
что условия содержания под стражей, где Заявитель провел примерно 4 года и
10 месяцев, должны были привести к значительным нравственным страдани
ям, унижающим его достоинство и чувству беспомощности и унижения.

102. В свете изложенного, Суд находит, что условия содержания Заяви
теля под стражей, в частности, огромная перенаселенность камер и антиса
нитарные условия, и их неблагоприятное влияние на состояние здоровья
Заявителя, в сочетании с длительностью периода содержания в таких усло
виях, представляли собой унижающее обращение.

103. Таким образом, имело место нарушение статьи 3 Конвенции.



II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 5.3 КОНВЕНЦИИ

104. Заявитель жаловался, что длительность содержания под стражей до
суда составляла нарушение статьи 5.3 Конвенции, которая устанавливает:
«Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с
п. «с» пп. 1 настоящей статьи имеет право на судебное разбирательство в
течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение мо
жет быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд.»

А. Предварительные возражения Правительства

105. Правительство оспаривало тот факт, что жалоба Заявителя должна быть
рассмотрена в свете оговорок Российской Федерации. Было указано, что ого
ворка относится как к периоду предварительного расследования, так и к су
дебному процессу. Правительство ссылалось на текст оговорки и содержание
статей Уголовно процессуального кодекса, указанных в ней. В частности, ста
тьи 11, 89, 92 и 101 Кодекса (см. п. 89 выше) позволяют судам применять меры
предварительного заключения до вынесения судебного решения.

106. Заявитель указывал, что российские оговорки не применимы в на
стоящем деле, поскольку оговорка не касается длительности заключения
как такового. Было указано также, что целью оговорки является сохранение
полномочий прокурора санкционировать применение мер пресечения в
виде заключения под стражу и полномочия продлять это заключение, когда
это необходимо.

107. Суд указывает, что оговорка ограничена исключением из сферы 451
действия статьи 5.3 Конвенции временным применением определенных
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



положений Уголовно процессуального кодекса, указанных в тексте ого
ворки и касающихся процедуры ареста, заключения под стражу лиц, по
дозреваемых и обвиняемых в совершении преступления. Положения ус
танавливают условия и случаи применения мер пресечения, включая зак
лючение под стражу, и список лиц, которые могут принимать решения о
применении таких мер.
Суд отмечает, что оговорка содержит ст. 97 Уголовно процессуального
кодекса, согласно которой лицо может быть заключено под стражу до
18 месяцев в течение следствия по уголовному делу с санкции прокурора.

Несмотря на ссылку относительно сроков задержания на стадии пред
варительного следствия, Суд признает, что оговорка касается процедуры
применения меры пресечения в виде заключения под стражу, в то время
как жалоба Заявителя относится к длительности задержания как такового,
а не оспаривает его законность.

108. В связи с этим Суд находит, что оговорка не применима в данном деле.

B. Суть жалобы

1. Период, который должен приниматься во внимание

109. Не оспаривалось, что период, который должен приниматься во вни
мание, начался 29 июня 1995 г., когда Заявитель был помещен под стражу.

В отношении завершения данного периода Заявитель указывал, что этой
датой является 31 мая 2000 г., когда Магаданский Городской суд вынес свой
второй приговор по делу. Правительство заявляло, что этот период закон
чился 3 августа 1999 г. после вынесения первого приговора. Так же Прави
тельство заявляло, что исследование Судом длительности задержания дол
жно ограничиться периодом с 5 мая 1998 г., датой, когда Конвенция всту
пила в силу в отношении РФ, до 1999 г.

110. Суд прежде всего, напоминает, что при определении длительности
задержания по статье 5.3 Конвенции, период, который должен приниматься
во внимание, начинается с даты, когда обвиняемый был взят под стражу и
заканчивается днем, когда лицо признано виновным, хотя бы только судом
первой инстанции (см. решение по делу Wemhoff v. Germany от 27 июня
1968 Сер. А. № 7 p. 23 п. 9 и Labita v. Italy). Таким образом, в данном деле
задержание началось 29 июня 1995 г. и закончилось 3 августа 1999 г., когда
лицо было осуждено Магаданским Городским судом. Следующие обвине
ния не влияют на период заключения, так как в последующий период Заяви
452
тель отбывал наказание в соответствии с п. 1 (а) статьи 5 Конвенции.
ПРИЛОЖЕНИЕ II. КАЛАШНИКОВ ПРОТИВ РОССИИ



Общий период заключения Заявителя, который должен приниматься во
внимание, составил 4 года, 1 месяц и 4 дня.
111. поскольку период до 5 мая 1998 г. относится к периоду вне юрис
дикции по критерию времени, Суд может считать период в 1 год 2 месяца и
29 дней, которые прошли между этим периодом и приговором Магаданс
кого Городского суда от 3 августа 1999 г. Однако, во внимание должен
быть принят период с 29 июня 1995 г. по 5 мая 1998 г., поскольку он уже к
этому моменту находился под стражей 2 года, 10 месяцев, 6 дней (см.
решение по делу Mansur v. Turkey от 8 июня 1995 г.).

2. Обоснованность длительности содержания под стражей

(а) Позиции сторон
112. Заявитель указывает, что не было необходимым заключение под
стражу и содержания под стражей в течение длительного срока, и не было
никаких доказательств того, что он мог препятствовать установлению исти
ны по делу. Представленные властями основания его заключения не были
надлежащими и обоснованными.
Заявитель также утверждал, что его дело не было особенно сложным,
как это утверждал Магаданский Городской суд 15 марта 1999. 3 из 9 томов
материалов уголовного дела состояли полностью из его жалоб в различ
ные инстанции. Следствие по делу включало допрос 29 свидетелей и в деле
фигурировало два гражданских истца.

Наконец Заявитель утверждал, что расследование не проводилось с дол
жной тщательностью. Длительность его заключения была также обусловле
на ненадлежащими действиями следствия, их попытками увеличить количе
ство пунктов обвинения и отсутствием необходимого контроля за следстви
ем со стороны контролирующих органов. В этом отношении, он ссылался на
выводы Магаданского Городского суда от 3 августа 1999 г. (п. 80).

113. Правительство указало, что Заявитель был взят под стражу на том
основании, что он препятствовал установлению истины по делу. Они в даль
нейшем рассматривали период заключения под стражу как разумный и
обоснованный из за сложности дела, его объема (9 томов) и большого ко
личества свидетелей и жертв преступления.

б) Оценка суда
(i) Принципы, установленные в прецедентном праве Суда

114. Суд повторяет, что вопрос, являлся или нет период заключения обо
снованным, не может оцениваться абстрактно. Был ли этот период обосно 453
ванным для обвиняемого, должно решаться в каждом деле в зависимости
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



от конкретных обстоятельств. Продление заключения может быть оправда
но в данном деле только если были определенные элементы общественно
го интереса, которые, несмотря на презумпцию невиновности, превосходят
принцип свободы личности, предусмотренный статьей 5 Конвенции (см.
помимо прочего дело Kudla v. Poland).
В первую очередь, на национальных властях лежит обязательство обеспе
чить обвиняемому, чтобы предварительное следствие не превышало по сро
кам обоснованного и разумного периода. К концу предварительного следствия
власти должны, уделяя должное внимание принципу презумпции невиновно
сти, исследовать все факты за и против наличия указанного общественного
интереса и положить их в основу решений по жалобам об освобождении из
под стражи. Основываясь на причинах, приведенных властями в решениях по
жалобам и достаточно хорошо доказанных документально утверждениях Зая
вителя, суд призван решить вопрос, было ли нарушение п. 3 ст. 5.
Убеждение в обоснованности подозрения, что заключенное под стражу
лицо совершило преступление, является непременным условием для закон
ности длительного содержания под стражей, но по прошествии опреде
ленного периода времени оно перестает иметь решающее значение. Суд
тогда должен установить, есть ли другие основания, представленные влас
тями, оправдывающие длительность заключения. Там, где такие основания
являются надлежащими и существенными, Суд также может быть удовлет
ворен тем, что национальные власти демонстрировали «особую осмотри
тельность, осторожность» в проведении следствия. Сложность и специфи
ка следствия — это факторы, которые должны приниматься во внимание в
этом отношении (см., например, решение по делу Scott v. Spain от 18 декаб
ря 1996 г. и I.A v. France от 23 сентября 1998 г.).



(ii) Применение указанных принципов в данном деле

(*) Основания лишения свободы
115. В период, относящийся к юрисдикции Европейского Суда по правам
человека, Магаданский Городской суд, отказывая освободить Заявителя из
под стражи, указывал в качестве основания тяжесть обвинения, предъяв
ленного Заявителю, и опасность того, что он может помешать установле
нию истины по делу (см. п. 69 выше). Суд установил, что аналогичные об
стоятельства указывались Городским судом и ранее — 27 декабря 1996 г. и
8 августа 1997 г. — для обоснования продления нахождения Заявителя под
стражей. (см. п. 43 и 46 выше).

Суд далее отмечает, что основной причиной, по которой Заявитель был
заключен под стражу, было то, что он препятствовал следствию в установ
454
лении истины по делу, отказываясь предоставить банковские документы,
ПРИЛОЖЕНИЕ II. КАЛАШНИКОВ ПРОТИВ РОССИИ



необходимые следствию, и оказывал давление на свидетелей, и предполо
жительно, фальсифицировал доказательства. При принятии решения об
отказе в освобождении из под стражи также принималась во внимание тя
жесть преступления.
116. Суд напоминает, что наличие обоснованного подозрения об участии
лица в преступлении хотя и может рассматриваться как надлежащий крите
рий, но сам по себе не может быть основанием длительного заключения под
стражу. (см., например, дело Scott v. Spain). Относительно другого основа
ния заключения под стражу, по которому Магаданский Городской суд про
длил срок содержания под стражей, — опасность препятствования установ
лению истины по делу со стороны Заявителя — Суд отмечает, что в отличие от
постановления о заключении под стражу от 29 июня 1995 г., Городской суд не
назвал никаких фактических обстоятельств, подтверждающих эти выводы,
которые были аналогичны в 1996, 1997 и 1999 гг. В этих постановлениях суда
нет никаких ссылок на факты, способных доказать, что эта опасность осно
вывалась на действительных обстоятельствах, имевших место в тот период.

117. Суд принимает тот аргумент, что препятствование следствию наря
ду с подозрением в совершении преступления, которое ему вменялось,
могло на первоначальном этапе быть основанием для содержания под стра
жей. Однако, по ходу процесса и завершению собирания доказательств та
кое основание неизбежно стало менее обоснованным.

118. Таким образом, Суд находит, что основания, по которым властные
органы считали содержание Заявителя под стражей необходимым, хотя и
было обоснованным и существенным на первоначальном этапе, со време
нем потеряло свое значение.

(*) Ведение процесса
119. В отношении длительности следствия, Суд принимает во внимание
выводы национального суда о том, что дело не представляло собой особой
сложности и что следствие по делу было ненадлежащим, что частично при
вело к затягиванию процесса (см. п. 69 и 80 выше). Суд находит, что нет
оснований делать иные выводы. Суд также признает, что в соответствии с
выводами, сделанными национальными судом, следственные органы не
обоснованно пытались увеличить количество пунктов обвинения (см. п. 80),
доказательством чего может являться тот факт, что только 1 из 9 пунктов
обвинения против Заявителя был признан обоснованным в приговоре Ма
гаданского Городского суда от 3 августа 1999 г.

120. В отношении последующего ведения уголовного процесса, Суд уста
новил, что имело место существенное затягивание процесса в Магаданском 455
Городском суде. Слушание, которое началось 11 ноября 1996 г., было отложе
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



но на 7 мая 1997 г. в связи с отставкой председательствующего судьи. Дело
так и не состоялось до 15 апреля 1999 г., хотя определенные процессуальные
шаги были предприняты в июле августе 1997 г. (назначение нового судьи и
назначение судебного заседания), в мае и июле 1998 г. (передача дела в
другой суд), ноябре 1998 г. (назначение слушания), январе и марте 1998 г.
(решение о направлении дела на дополнительное расследование).

Если это действительно так, и слушание дела, назначенное на 8 августа
1997 г. было отложено по причине неявки адвоката Заявителя и что Заяви
тель отказывался передавать его дело в другой суд — мера, предпринятая
для ускорения процесса — Суд находит, что Заявитель не повлиял существен
но на длительность процесса в период между двумя разбирательствами,
поскольку тогда никакого движения дела не было.

Таким образом, Суд признает, что длительность процесса не была выз
вана ни сложностью процесса, ни поведением Заявителя. Принимая во вни
мание оценку, данную следствию, и постоянные откладывания процессов,
Суд считает, что власти не действовали с необходимой оперативностью.

(*) Выводы

121. Относительно указанных фактов, Суд признает, что время, прове
денное Заявителем под стражей в период, после передачи дела в суд, пре
вышало «разумный срок». Таким образом, имело место нарушение п. 3 ст.
5 Конвенции.


III. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ
СТАТЬИ 6.1 КОНВЕНЦИИ

122. Заявитель жаловался, что уголовное дело против него не было рас
смотрено в разумный срок, как этого требует статья 6.1 Конвенции, соот
ветствующий текст которой гласит:

«При рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявленного
против него… каждый имеет право на слушание в разумный срок судом,
созданным на основании закона».

А. Период, который принимается во внимание

123. Заявитель утверждал, что период, который необходимо принять во
внимание, начинается 8 февраля 1995 г., когда было возбуждено уголов
ное дело, и заканчивается 31 марта 2000 г., когда Магаданский Городской
суд вынес свой второй приговор по делу.
Правительство утверждало, что период, который должен приниматься во
456 внимание, длился с передачи дела в Магаданский Городской суд 6 февраля
1996 г. до провозглашения первого приговора по делу 3 августа 1999 г.
ПРИЛОЖЕНИЕ II. КАЛАШНИКОВ ПРОТИВ РОССИИ


124. Суд напоминает, что период, который должен быть принят во внима
ние при определении длительности процесса, начинается с того дня, когда лицо
«обвинено» в фактическом смысле этого слова (см. например, дело Corigliano
v. Italy 10 сентября 1982 г., Imbriosca v. Switzerland от 24 ноября 1993 г.) Он
заканчивается днем, когда обвинение рассмотрено или дело прекращено.
В данном деле период, который должен рассматриваться, начинается
8 февраля 1995 г., когда Заявитель стал подозреваемым по делу о незакон
ном владении собственностью. В отношении окончания данного периода,
Суд отмечает, что за постановлением от 29 сентября 1999 г., последовав
шим за приговором от 3 августа 1999 г., новое обвинение было предъявле
но 30 сентября 1999 г. на основе тех же фактов. Суд признает, что новое
обвинение было частью первоначального дела 48529, возбужденного 8 сен
тября 1995 г. В таких обстоятельствах и принимая во внимание временные
рамки нового обвинения, Суд считает, что период, который необходимо
принимать во внимание, заканчивается 31 марта 2000 г., когда Городской
суд вынес окончательный приговор.

Период, принимаемый во внимание, то есть, с 8 февраля 1995 г. до
31 марта 2000 г., составил 5 лет, 1 месяц и 23 дня и включал только первую
инстанцию, помимо различных дополнительных процедур. Поскольку юрис
дикция Суда относится только к периоду после вступления Конвенции в силу
для Российской Федерации 5 мая 1998 г., Суд может принимать во внима
ние состояние процесса на данную дату (см., например, Yagci v. Turkey от
8 июня 1995 г.).

В. Обоснованность длительности
рассмотрения дела

125. Суд напоминает, что разумность и длительность судебного разби
рательства должна оцениваться в свете конкретных обстоятельств дела, вни
мание должно уделяться критериям, выработанным прецедентным правом
Суда, в частности, сложности дела, поведению Заявителя, и поведению ком
петентных органов. Кроме того, также должно приниматься во внимание,
каков был характер процесса и какое значение он имел для Заявителя
(см. Kudla v. Poland).

1. Информация, представленная сторонами

126. Относительно сложности дела Заявитель ссылался на выводы Ма
гаданского Городского суда от 15 марта 1999 г., что дело не представляло
собой особой сложности и что затягивание процесса, имевшее место, не
было обоснованным.

В отношении хода процесса, Заявитель утверждает, что его жалобы име
ли целью ускорение процесса. Более того, статья 6 Конвенции не требует
457
его активного содействия судебной власти, поэтому вряд ли его попытки
добиться правовых средств защиты могут быть поставлены ему в вину.
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...


В отношении поведения властей Заявитель ссылается на ненадлежа
щее проведение предварительнго расследования и недостатки предва
рительного следствия, установленные Магаданским Городским судом
3 августа 1999 г. Кроме того, Городской суд сам допускал нарушение
процессуальных норм, нарушая сроки назначения судебного заседа
ния, установленные ст. 223 1 и 239 УПК. Было указано, что суд допросил
в судебном заседании только 9 свидетелей. Заявитель также ссылался на
устранение судьи от его процесса, не имевшее отношения к его делу, и
передачу дела в Хасинский районный суд, который показал свою несо
стоятельность в ускорении процесса.

127. Правительство признавало, что изучение в суде дела Заявителя за
няло много времени, но утверждало, что этот период не был необоснован
ным. Утверждалось, что длительность изучения материалов дела вызвана
сложностью и объемом дела, а также необходимостью его тщательного и
детального исследования.

Более того, Заявитель также повлиял на длительность процесса, путем
направления множества жалоб, включая повторные ходатайства по тем
моментам, которые уже рассматривались и по которым ходатайства были
отклонены. Правительство ссылалось на выводы Магаданского Городско
го суда от 15 июля 1999 г. и 22 июля 1999 г., где было указано, что Заявитель
направлял огромное число жалоб во время рассмотрения дела в суде, что
может расцениваться как умышленное затягивание процесса. Жалобы Зая
вителя о направлении дела на рассмотрение в другой суд между слушани
ями также вызывало задержку. Должно быть отмечено, что около 30 % ма
териалов дела составляли его жалобы и ходатайства.

Правительство также указало, что период, когда Заявитель находился
под стражей, был засчитан в срок его наказания. Таким образом, длитель
ность нахождения лица под стражей не увеличила общий срок его лишения
свободы.

Наконец, Правительство заявляло, что власти продемонстрировали гу
манное отношение к Заявителю, так как он был освобожден по амнистии,
ранее отбытия приговора, даже несмотря на то, что не компенсировал бан
ку и его клиентам причиненный ущерб.

2. Оценка суда

а) Сложность дела

128. Суд отмечает, что обсуждаемое дело, в котором лицо было подсу
димым, касалось финансовых преступлений, с достаточными доказатель
ствами, включая допрос свидетелей. Он утверждает, однако, что с 7 мая
1997 г., когда судебное слушание было отложено, до 15 апреля 1999 г., когда
458
оно состоялось, никаких следственных действий предпринято не было.
ПРИЛОЖЕНИЕ II. КАЛАШНИКОВ ПРОТИВ РОССИИ


Суд принимает выводы национального суда о том, что дело не было
настолько сложным, чтобы оправдать длительность процесса.
Таким образом, ни сложность дела, ни требования следствия не оправ
дывали длительность рассмотрения дела.
б) Поведение Заявителя

129. Суд отмечает, что на протяжении всего периода рассмотрения дела
в суде Заявитель писал жалобы и заявлял огромное количество ходатайств,
связанных с его делом, и во время судебных заседаний, и между ними. Он
напоминает, что статья 6 Конвенции не устанавливает требования для об
виняемого в совершении преступления активно содействовать органам
правосудия и сотрудничать с ними (см., например, Dobbertin v. France от
25 февраля 1993 г.)

Суд установил, что жалобы Заявителя, поступившие в течение судебно
го разбирательства 15 апреля 1999 г. национальный суд счел препятствую
щими рассмотрению дела. Однако, не было никаких оснований считать,
что в другие периоды судебного разбирательства, например, с 11 ноября по
7 мая 1997 г. и с 20 декабря 1999 г. по 31 мая 2000 г. поведение Заявителя
каким то образом отличалось от указанного.

В отношении ходатайств, подаваемых Заявителем в перерывах между
процессами, Суд отмечает, что они были направлены преимущественно про
тив продления срока рассмотрения дела в суде. Суд не считает, что эти хо
датайства повлияли на затягивание рассмотрения дела, тем более, что как
правило, они оставались без ответа. Если дело было передано в другой суд
для ускорения процесса, Заявителя нельзя осудить за возражение против
такой передачи дела, поскольку никаких позитивных изменений передача
дела в другой суд не принесла.

Суд снова учитывает, что 8 августа 1997 г. слушание было отложено из
за неявки адвоката Заявителя.

130. Суд считает, что хотя в некоторой части Заявитель был причиной
задержки процесса, его поведение существенно не повлияло на длитель
ность разбирательства по делу.

с) Поведение властных органов

131. Как было ранее отмечено, в национальном процессе имело место
существенное затягивание, которое не может объясняться сложностью дела
или поведением Заявителя. В частности, дело лежало без какого либо дви
жения почти 2 года, то есть с 7 мая 1997 г. по 15 апреля 1999 г.
132. Суд установил, что в течении всего времени рассмотрения дела в
суде Заявитель находился под стражей — факт, который требовал от на
циональных властей особой предусмотрительности в части рассмотре 459
ния дела в разумный срок.
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...


133. Суд далее отмечает, что после приговора Магаданского Городско
го суда от 3 августа 1999 г. и прекращением оставшихся пунктов обвинения
29 сентября 1999 г., властные органы предъявили новое обвинение Заяви
телю на основе тех же фактов, что также повлияло на длительность разби
рательства по делу, которое и так длилось 4,5 года в суде первой инстан
ции.

134. Суд считает, что властные органы не выполнили свои обязательства
по рассмотрению дела в срок с особой осмотрительностью.

3. Вывод

135. На основании изложенного, Суд считает, что длительность рассмот
рения дела не отвечала требованиям «разумного срока». В соответствии с
этим, имело место нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции.


IV. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

136. Статья 41 Конвенции устанавливает:
«...если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или про
токолов к ней, а внутреннее право Высокой договаривающейся стороны пре
дусматривает возможность только частичного устранения последствий этого
нарушения, Суд в случае необходимости, присуждает справедливую ком
пенсацию этой стороне».

А. Материальный ущерб

Заявитель требовал возмещения ущерба по следующим пунктам:
1. $ 130 599 за потерю заработной платы в Северо Восточном акционер
ном банке за период его заключения с июля 1995 г. по апрель 2000 г.
2. $ 203 000 за потерю заработной платы в другой компании, из которой
он был уволен по причине его задержания.
3. $ 500 000 за потерю собственности компании из за его задержания.
4. $ 8 600 за утрату автомобиля.
5. $ 11 734 376 в качестве потери прибыли акций, которые он не смог
продать по рыночной стоимости в 1995 г.
6. $ 436 226 за утрату большинства своих акций фабрики, которая была
объявлена банкротом в 1997 г.
Общая сумма материального ущерба составила $ 13 012 702.
138. Правительство возражало против этих сумм.

139. Суд указывает, что присуждает компенсацию в соответствии со ста
тьей 41 только если установлено нарушение Конвенции и ущерб наступил в
результате установленного нарушения.

В отношении требования по пункту 1, Суд отмечает, что Заявитель был
460
осужден и что период предварительного следствия был засчитан полнос
ПРИЛОЖЕНИЕ II. КАЛАШНИКОВ ПРОТИВ РОССИИ


тью в срок его наказания. Поэтому Суд считает, что данное требование не
подлежит удовлетворению.
Относительно иных требований, Суд считает, что не было причинной
связи между установленным нарушением и наступившим ущербом.
Поэтому в этой части Суд отклоняет требования Заявителя.

В. Моральный вред

140. Заявитель потребовал компенсацию морального вреда в сумме
9 636 000 французских франков.
141. Правительство возражало, считая данную сумму чрезмерной, указы
вая, что сам факт установления нарушения станет достаточной компенсацией.
142. Суд считает, что длительность заключения Заявителя в таких усло
виях, также как и длительность уголовного процесса, должны были выз
вать чувства фрустрации, неопределенности и беспокойства, которые не
могут быть компенсированы только признанием нарушения.
143. Суд присуждает Заявителю общую сумму 5 000 евро в отношении
компенсации морального вреда.
144. Заявитель указал, что его затраты на услуги адвоката в националь
ном процессе составили приблизительно $ 40 000.
145. Правительство считает эту сумму необоснованной и чрезмерной,
относительно уровня оплаты адвокатов в тот период времени в Магадане.
Оно также оспаривало подлинность документов, представленных Заявите
лем. Также правительство возражало против того, что расходы, понесен
ные Заявителем в национальном процессе, должны быть возмещены, так
как Заявитель был признан виновным и осужден к отбытию наказания в ус
ловиях лишения свободы.
146. Суд повторяет, что в отношении издержек, которые присуждаются
лицу в соответствии со статьей 41 Конвенции, должно быть установлено, что
они должны быть необходимыми и действительно понесенными лицом и
иметь цель защитить его права, защищаемые Конвенцией. Из материалов
дела очевидно следует, что Заявитель старался защитить свои права, предус
мотренные Конвенцией, пытаясь добиться освобождения из под стражи.
Однако, Заявитель представил только часть документов, подтверждающих
свои расходы. Более того, данные расходы не относились исключительно к
восстановлению прав, предусмотренных ст. 3, 5.3 и 6 (1) Конвенции.

Таким образом, Суд считает разумным и достаточным присудить Заяви
телю 3000 евро по данному требованию.
147. Суд считает, что процент за невыплату суммы должен равняться го
довой ставке Европейского центрального банка плюс три процента.


ТАКИМ ОБРАЗОМ, СУД ЕДИНОГЛАСНО ПОСТАНОВИЛ

1. Имело место нарушение статьи 3 Конвенции.
2. Имело место нарушение статьи 5.3. Конвенции. 461
3. Имело место нарушение статьи 6.1 Конвенции.
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...


4. Постановил:
а) государство ответчик должно выплатить Заявителю в течение 3 меся
цев с даты, когда решение суда становится окончательным в соответствии
со статьей 44 Конвенции, следующие суммы, переведенные в валюту Рос
сийской Федерации по курсу, действовавшему на день выплаты:
i) 5 000 евро как компенсацию морального вреда;
ii) 3 000 евро в качестве компенсации расходов и издержек;
iii) все налоги, которыми эти суммы могут облагаться.

в) процентная ставка равна процентной ставке Европейского централь
ного банка плюс три процента, если требуемая сумма не будет выплачена в
3 месячный срок.

5. Отклонил остальные требования Заявителя
по справедливой компенсации

Совершено на английском языке и оглашено 15 июля 2002 г. в соответ
ствии с п. 2. Правил 77 процедуры суда.
Mr J. P. COSTA, Президент
Mrs S. DOLLE, Секретарь

В соответствии со статьей 45 Конвенции и Правилом 74 Правил
процедуры суда, к решению прилагается отдельное совпадающее
мнение судьи Ковлера.


ОТДЕЛЬНОЕ СОВПАДАЮЩЕЕ МНЕНИЕ СУДЬИ КОВЛЕРА

В целом я разделяю мнение моих коллег по делу. Однако, учитывая
юридическую важность решения Суда, я считаю необходимым сделать не
которые замечания.

1. Оговорка, сделанная Российской Федерацией в отношении п. 3 и 4 ст. 5
Конвенции о применении некоторых положений Уголовно процессуально
го кодекса РСФСР от 27 октября 1961 г. с последующими изменениями и до
полнениями в процедуру заключения подозреваемых, также распространяет
свое действие на ст. 97 УПК, (сроки содержания под стражей), указанную в
оговорке вместе с другими положениями УПК. В связи с этим я считаю доста
точно сложным поддерживать вывод Суда, сделанный в п. 108 решения, что
оговорка не касается части досудебного заключения Заявителя.

С моей точки зрения, было бы более правильным для Суда постановить,
что оговорка по крайней мере распространяется на период, проведенный
Заявителем под стражей в период проведения следствия. Однако необхо
462
димо иметь ввиду, что объемный текст оговорки в применении к статье 97
ПРИЛОЖЕНИЕ II. КАЛАШНИКОВ ПРОТИВ РОССИИ



УПК может привести к определенным выводам, что продление сроков зак
лючения за пределами сроков, указанных в пп. 4–7 статьи 97 УПК является
законным: когда обвиняемый или его адвокат не имеют возможности оз
накомиться с материалами дела до истечения максимального срока зак
лючения под стражу, когда обвиняемый и его адвокат ходатайствуют о
проведении следственных действий или когда суд возвращает дело на дос
ледование, после истечения срока содержания под стражей.

Другими словами, оговорка Российской Федерации относительно п. 3 и
4 ст. 5 относится не только к процедуре заключения как такового (которая
кардинально изменилась с 1 июля 2002 г. в связи со вступлением в силу
нового уголовно процессуального кодекса), но и к другим периодам досу
дебного содержания под стражу. В связи с этим, необходимо определить,
включает ли заключение под стражу период времени, проведенный в заклю
чении после того, как дело было передано на рассмотрение в Cуд.

2. Российское процессуальное законодательство отличает два типа содер
жания под стражей: содержание под стражей в период предварительного
следствия («за следствием») и содержание под стражей в период судебного
дела («за судом»). Это отличие отражено в законе от 13 июня 2001 г., который
ограничил 6 месяцами максимальный период рассмотрения уголовного дела
в суде. Однако, в пар. 110 данного решения Суд со ссылкой на прецедентное
право, указал, что содержание под стражей включает весь период содержа
ния под стражей до вынесения приговора со дня, когда лицо было взято под
стражу, и заканчивая днем, когда был вынесен приговор. Кроме всего про
чего, для заключенного, запертого в перенаселенной камере, нет никакой
разницы, рассматривается ли его содержание под стражей как относящееся
к периоду следствия или периоду рассмотрения дела в суде, или имело ли
оно место до вступления в силу Конвенции для государства или после. Дан
ное отличие может быть важно для Суда, если Суд принимает свободу ус
мотрения государства в сфере определения обоснованности сроков содер
жания под стражей.

Заявитель находился под стражей в течение срока предварительного след
ствия с 29 июня 1995 г. (дата, когда он был взят под стражу) до 19 июня 1996 г.
(день, когда областная прокуратура передала дело в Магаданский Городс
кой суд), то есть, 11 месяцев, 22 дня, которые составляют меньше, чем макси
мальный период в 18 месяцев, установленный п. 2 ст. 97 УПК РСФСР, после
истечения которого заключенный должен быть немедленно освобожден (п.3
ст. 97 УПК РСФСР). В этой части заключение Заявителя не может быть постав
лено в вину государству ответчику, так как оно предшествовало вступлению
в силу Конвенции в отношении России (не соблюдается критерий времени).

Заключение Заявителя в период судебного разбирательства длилось до 463
3 августа 1999 г., когда Магаданский Городской Суд вынес свой первый при
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



говор, то есть, 3 года 1 месяц и 21 день (как установлено Судом в п. 110
решения). Не стоит забывать, что задержки в вынесении приговора и соот
ветственно продолжение содержания лица под стражей было частично выз
вано жалобами Заявителя на судей и его ходатайствами о передаче дела в
другой суд, а также переменой адвокатов и случаи их неявки в суд, эти факты
Суд изложил в п. 130 решения. Такая задержка составила всего 1 год и 3 месяца.
Она не может, конечно, оправдать процессуальное затягивание разбиратель
ства по вине суда, но тем не менее представляет в ином свете картину содер
жания Заявителя под стражей в период судебного разбирательства.

Наконец, направление дела на доследование и вынесение Магаданским
Городским судом 31 марта 2000 г. второго приговора увеличило срок содер
жания под стражей еще на 7 месяцев, в соответствии с п. 7 ст. 97 УПК РСФСР.
Однако всего Заявитель провел под стражей 5 лет 1 месяц и 29 дней. Из
них 4 года 9 месяцев и 2 дня он провел в СИЗО N 1 Магадана. Этот период не
может быть рассмотрен как разумный срок содержания под стражей для
целей статьи 5.3 Конвенции, несмотря на обстоятельства, которые я привел
выше. В соответствии с частью 8 статьи 97 Конвенции, Заявитель несколько
раз жаловался на законность и обоснованность его содержания под стра
жей. Тем самым он исчерпал, как это требовалось статьей 35 п. 1 Конвен
ции все доступные ему внутренние средства правовой защиты.

3. Относительно вопросов по статье 6.1 Конвенции (справедливое и пуб
личное слушание дела в разумный срок), Суд, к моему сожалению, не учел тот
факт, что Заявитель не использовал свое право подачи кассационной жалобы
на приговор от 3 августа 1999 г., тем самым оставляя открытым вопрос исчер
пания средств внутренней правовой защиты. Однако аргументы Заявителя о
том, что этот приговор не был окончательным, следствие продолжалось и но
вый приговор был вынесен 31 марта 2000 г., могут быть приняты во внимание.

4. На основании изложенного, я считаю правильным согласиться с мне
нием моих коллег в отношении нарушений статей 3, 5.3 и ст. 6.1 Конвен
ции, но считаю, что присуждение справедливой компенсации в п. 143 дол
жно было быть оценено отдельно в отношении к каждому из нарушений.




464
ПРИЛОЖЕНИЕ III. СМИРНОВЫ ПРОТИВ РОССИИ



ПРИЛОЖЕНИЕ III

СМИРНОВЫ ПРОТИВ РОССИИ*




ЧЕТВЕРТАЯ СЕКЦИЯ

Жалобы №№ 46133/99 и 48183/99

Страсбург, 24 июля 2003 г.

См. комментарий к настоящему Постановлению

Состав палаты:
Президент:
Mr G. RESS
Судьи:
Mr I. CABRAL BARRETO,
Mr R. TURMEN,
Mr B. ZUPANCIC,
Mrs M. TSATSA NIKOLOVSKA,
Mr K. TRAJA,
Mr A. KOVLER
Секретарь Секции:
Mr V. BERGER

Палата, заседая за закрытыми дверями 6 февраля и 3 июля 2003 г., вы
несла на последнем заседании следующее Постановление:

Процедура

1. Дело было инициировано двумя жалобами (№№ 46133/99 и 48183/99),
подаными соответственно 9 ноября 1998 г. и 31 октября 1998 г. в Европейский
Суд против Российской Федерации двумя гражданами России Еленой Павлов
ной Смирновой и Ириной Павловной Смирновой (далее — Заявители) в соот


465
*
Цит. по: система «Гарант». Перевод с английского М. Виноградова.
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



ветствии со ст. 34 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных
свобод.
2. Заявители утверждали, что их предварительное заключение и рас
следование по уголовному делу, возбужденному против них, были чрез
мерно долгими. Первый Заявитель также жаловалась на изъятие ее пас
порта следственными органами.
3. Жалоба была передана в Третью секцию Суда (п. 1 Правила 52 Регла
мента Суда). В рамках этой Секции и в соответствии с требованиями п. 1
Правила 26 Регламента Суда была сформирована Палата, которой надле
жало рассматривать данное дело (п. 1 ст. 27 Конвенции).
4. Палата приняла решение объединить две жалобы в одно производ
ство (п. 1 Правила 43 Регламента).
5. Решением от 3 октября 2002 г. Европейский Суд объявил жалобы ча
стично приемлемыми для рассмотрения по существу.
6. Слушание дела проводилось 6 февраля 2003 г. во Дворце прав чело
века в Страсбурге (п. 3 Правила 59 Регламента).
Со стороны Правительства России присутствовали:

П. Лаптев — Уполномоченный Российской Федерации при Европейском
Суде по правам человека.

Ю. Берестнев — советник.

Эксперты:
О. Анкудинов,
Е. Крючкова,
С. Разумов,
В. Власихин.

Со стороны Заявителей:
Л. Анстетт Гардеа — адвокат,
А. Мэйс — советник.

Европейский Суд заслушал обращения Л. Анстетт Гардеа и П. Лаптева.

ФАКТЫ

I. Обстоятельства дела

7. Заявители — Елена Павловна Смирнова (далее — первый Заявитель) и
Ирина Павловна Смирнова (далее — второй Заявитель) являются сестра
ми близнецами. Оба Заявителя являются гражданками Российской Феде
466
рации, 1967 года рождения, проживают в г. Москве.
ПРИЛОЖЕНИЕ III. СМИРНОВЫ ПРОТИВ РОССИИ



А. Уголовное разбирательство

Уголовное обвинение.
Первое заключение под стражу первого Заявителя

8. 5 февраля 1993 г. в отношении Заявителей было возбуждено уголов
ное дело по подозрению в обмане московского банка с целью получения
кредита. По мнению обвинения, Заявители вступили в сговор с целью по
лучения ссуды под обеспечение имуществом в виде квартиры, которая не
принадлежала им по праву частной собственности.
9. 26 августа 1995 г., в соответствии с утверждениями Заявителей, или
27 августа 1995 г., как утверждают власти Российской Федерации, первый
Заявитель была арестована, и в качестве меры пресечения было примене
но заключение под стражу. Несколько дней спустя, 31 августа 1995 г., ей было
предъявлено обвинение в мошенничестве в особо крупных размерах.
10. 5 сентября 1995 г. было прекращено уголовное дело в отношении
второго Заявителя.
11. После ареста первого Заявителя ее адвокат заявил в Тверской
межмуниципальный суд г. Москвы ходатайство об освобождении сво
ей подзащитной из под стражи. 13 сентября 1995 г. суд принял реше
ние, в соответствии с которым ходатайство было признано не подле
жащим рассмотрению, поскольку предварительное расследование
было уже завершено.
12. 26 марта 1996 г. прокуратура направила дело первого Заявителя на
рассмотрение в Тверской межмуниципальный суд г. Москвы.
13. 21 марта 1997 г. Тверской межмуниципальный суд г. Москвы решил,
что свидетельства против первого Заявителя, собранные прокуратурой, хотя
и носили довольно серьезный характер, не учитывали всех возможных ви
дов мошенничества и что для прекращения уголовного дела в отношении
второго Заявителя не было достаточных оснований, поскольку имелись сви
детельства ее соучастия в совершении преступления. Суд направил дело в
отношении первого Заявителя на дополнительное расследование. По соб
ственной инициативе суд принял решение о возобновлении производства
по делу второго Заявителя и соединил его с делом первого Заявителя. Кро
ме того, в отношении Е.П. Смирновой суд оставил прежнюю меру пресече
ния — заключение под стражей, а в отношении второго Заявителя, местона
хождение которой было неизвестно, суд определил меру пресечения в виде
заключения под стражу с момента установления ее местонахождения.
14. Оба Заявителя подали жалобу на решение суда от 21 марта 1997 г.,
которая была оставлена определением Московского Городского суда от
23 июля 1997 г. без удовлетворения.
15. Ввиду того, что второй Заявитель продолжала скрываться от след 467
ственных органов, было принято решение о разделении уголовных дел в
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



отношении Заявителей и о приостановлении дела в отношении второго
Заявителя. Вместе с тем срок содержания под стражей первого Заявителя
был продлен.

Первое освобождение из под стражи первого Заявителя

16. 9 декабря 1997 г. Люблинский межмуниципальный суд г. Москвы вынес
определение об освобождении из под стражи первого Заявителя ввиду незакон
ности продления срока содержания ее под стражей и ухудшения состояния здо
ровья. Заявитель была освобождена из под стражи под подписку о невыезде.
17. 15 декабря 1997 г. дело в отношении первого Заявителя было повтор
но направлено для рассмотрения по существу в Тверской межмуниципаль
ный суд г. Москвы.

Первое заключение под стражу второго Заявителя

18. 30 марта 1999 г. второй Заявитель была арестована органами ми
лиции и заключена под стражу. Производство по делу второго Заявителя
было возобновлено.

Второе заключение под стражу первого Заявителя

19. Повторное рассмотрение дела в отношении первого Заявителя со
стоялось 31 марта 1999 г. Тверской межмуниципальный суд г. Москвы, учи
тывая арест второго Заявителя и принимая во внимание непосредственную
связь фактических обстоятельств преступлений, инкриминировавшихся
обеим сестрам, вынес определение о соединении дел в отношении обеих
сестер в одно производство. Суд также установил нарушение права перво
го Заявителя как обвиняемой знакомиться с материалами обвинения пе
ред проведением слушания по делу. В результате дело в отношении перво
го Заявителя было соединено с уголовным делом в отношении второго За
явителя и направлено в Тверскую межрайонную прокуратуру г. Москвы для
дополнительного расследования.
20. В тот же день первый Заявитель была помещена под стражу ввиду
тяжести вменявшегося ей преступления.
21. Решение от 31 марта 1999 г. вступило в силу после того, как жалоба на
данное решение была оставлена без изменения Московским Городским
судом 13 мая 1999 г.

Первое освобождение из под стражи второго Заявителя

22. 29 апреля 1999 г. Люблинский межмуниципальный суд г. Москвы
468
удовлетворил жалобу второго Заявителя и освободил ее из под стражи в
ПРИЛОЖЕНИЕ III. СМИРНОВЫ ПРОТИВ РОССИИ



связи с тем, что следственные органы не представили доказательств, сви
детельствующих о вине Заявителя и дающих основания для ее ареста.
19 мая 1999 г. Московский Городской суд удовлетворил протест прокурора
Тверской межмуниципальной прокуратуры г. Москвы, но к тому времени
второй Заявитель была уже освобождена из под стражи.
23. 20 мая 1999 г. Тверской межмуниципальный суд г. Москвы вынес
определение, в соответствии с которым дело в отношении второго Заявите
ля было направлено в Тверскую межрайонную прокуратуру г. Москвы для
соединения с делом в отношении первого Заявителя.

Второе заключение под стражу второго Заявителя

24. 3 сентября 1999 г. второй Заявитель была арестована и помещена
под стражу.

Второе освобождение из под стражи обоих Заявителей

25. 2 октября 1999 г. первый Заявитель была освобождена из под стра
жи ввиду окончания следствия и истечения срока ареста, установленного
Генеральной прокуратурой Российской Федерации.
26. Вскоре после этого, 7 октября 1999 г., второй Заявитель также была
освобождена из под стражи. Оба Заявителя дали подписку о невыезде.

Судебное разбирательство.
Третье заключение под стражу обоих Заявителей

27. Материалы дела, подготовленные следственными органами, были
направлены в Тверскую межрайонную прокуратуру г. Москвы 29 октября
1999 г. Ввиду тяжести предъявляемых обвинений и характера Заявителей
судья, рассматривавший дело, 10 ноября 1999 г. вынес определение о при
менении к Заявителям меры пресечения в виде заключения под стражу на
период до проведения судебного слушания.

Разбирательство в Конституционном
Суде Российской Федерации.
Третье освобождение из под стражи второго Заявителя

28. 14 января 2000 г. Конституционный Суд Российской Федерации рас
смотрел обращение, поданое вторым Заявителем, и вынес постановление,
которым признал противоречащей Конституции Российской Федерации
ст. 256 ПК РСФСР в части, предоставляющей судьям, рассматривающим уго
ловные дела, полномочия по собственной инициативе возбуждать уголов 469
ное дело в отношении третьих лиц, не являющихся участниками первона
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



чального уголовного процесса, применять меры пресечения и назначать
дальнейшее расследование. Конституционный Суд Российской Федерации
признал, что, возбуждая уголовные дела, суды, в сущности, возлагают на
себя функции обвинения в нарушение принципа разделения властей.
29. На основании постановления Конституционного Суда Российской
Федерации председатель Московского Городского суда принес протест в
порядке надзора на решение по делу в отношении Заявителей.
30. 24 февраля 2000 г. президиум Московского Городского суда удов
летворил протест председателя суда. В отношении второго Заявителя су
дебные решения от 21 марта и 23 июля 1997 г. были отменены; судебное
решение от 31 марта 1999 г. было отменено в отношении обоих Заявителей.
Решения от 13 и 20 мая 1999 г. и от 10 ноября 1999 г. были также отменены.
Дело в отношении обоих Заявителей было направлено для производства
дополнительного расследования, второй Заявитель была освобождена из
под стражи, но ее сестра осталась под стражей.

Третье освобождение первого Заявителя

31. 20 марта 2000 г. прокурор Тверской межрайонной прокуратуры
г. Москвы возобновил производство по делу в отношении второго Заявите
ля. Дело второго Заявителя было соединено с делом первого Заявителя.
32. 20 апреля 2000 г. расследование по делу в отношении Заявителей
было завершено, и 25 апреля 2000 г. материалы дела из прокуратуры вме
сте с обвинительным актом были направлены в Тверской межмуниципаль
ный суд г. Москвы. В тот же день первый Заявитель была освобождена из
под стражи в связи с истечением срока содержания под стражей.

Судебное разбирательство.
Четвертое заключение под стражу обоих Заявителей.
Их освобождение

33. Судебное разбирательство дела в отношении Заявителей было на
значено на 9 июня 2000 г., однако в назначенный день слушание не состоя
лось ввиду неявки Заявителей, которым предварительно несколько раз на
правлялись повестки в суд.
34. Судебное заседание, назначенное на 22 августа 2000 г., также не со
стоялось ввиду неявки Заявителей.
35. В связи с систематической неявкой на судебные разбирательства
и отсутствием Заявителей по адресу постоянного места жительства Твер
ской межмуниципальный суд г. Москвы 28 августа 2000 г. вынес опре
деление о применении к Заявителям меры пресечения в виде заключе
ния под стражу. Разбирательство дела было отложено до заключения под
470
стражу Заявителей.
ПРИЛОЖЕНИЕ III. СМИРНОВЫ ПРОТИВ РОССИИ



36. 12 марта 2001 г. Заявители были арестованы и помещены под стра
жу. Судебное разбирательство было возобновлено. 24 сентября 2001 г. суд
продлил срок содержания под стражей на следующие три месяца.
37. 9 января 2002 г. Тверской районный суд г. Москвы признал обоих
Заявителей виновными и приговорил первого Заявителя к 8 годам лише
ния свободы с конфискацией имущества, а второго — к 6 годам лишения
свободы с конфискацией имущества.
38. 9 апреля 2002 г. Московский Городской суд отменил вышеупомяну
тое решение, прекратил уголовное дело и освободил Заявителей от отбы
вания наказания ввиду истечения сроков давности.
39. Заявители были освобождены из под стражи в зале суда.

В. Процессуальные действия
в отношении паспорта первого Заявителя

40. При аресте первого Заявителя 26 августа 1995 г. был изъят документ,
удостоверяющий личность, — «внутренний паспорт». Паспорт находился в
материалах дела Тверского межмуниципального суда г. Москвы. Первым
Заявителем было предпринято несколько безуспешных попыток с целью
возвращения своего паспорта, в частности, она обращалась с жалобами в
судебные органы и органы прокуратуры различного уровня.
41. Отсутствие паспорта создавало многочисленные проблемы в повсед
невной жизни Е.П. Смирновой. В декабре 1997 г. и в апреле 1998 г. Москов
ская служба социальной защиты населения и одна из юридических фирм
отказали в трудоустройстве первого Заявителя ввиду отсутствия у нее пас
порта. 22 декабря 1997 г. администрация одного из московских медицинс
ких учреждений сообщила первому Заявителю, что бесплатная медицинс
кая помощь может быть ей оказана лишь при предъявлении страхового
свидетельства и паспорта. По той же причине 15 апреля 1998 г. Московская
Городская телефонная служба отказала Е.П. Смирновой в проведении в ее
квартиру телефонной линии. 2 июня 1998 г. нотариальная контора г. Моск
вы уведомила Е.П. Смирнову о том, что установление ее личности на осно
вании паспорта или иного удостоверяющего личность документа необхо
димо для совершения нотариальных действий. 10 декабря 1998 г. Е.П. Смир
новой было отказано в регистрации брака ввиду отсутствия у нее паспорта.
19 марта 1999 г. первый Заявитель была задержана органами милиции для
установления личности. Поскольку она не смогла предъявить документ,
удостоверяющий личность, она была доставлена в отделение милиции, где
заплатила штраф за совершение административного правонарушения.
42. 29 апреля 1998 г. прокуратура г. Москвы направила в Тверской межму
ниципальный суд г. Москвы заявление о выдаче паспорта Е.П. Смирновой.
43. В неустановленный день председатель Тверского межмуниципаль 471
ного суда г. Москвы проинформировал первого Заявителя, что Заявитель
СТАНДАРТЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА...



может получить паспорт для совершения определенных действий, но пас
порт, тем не менее, должен остаться в материалах дела, поскольку в про
тивном случае будет сложно отличить ее в процессуальных целях от сестры,
местонахождение которой не установлено, ввиду их внешнего сходства.
44. 29 июня 1998 г. председатель Тверского межмуниципального суда
г. Москвы подтвердил необходимость нахождения паспорта в материалах
дела.
45. 31 марта 1999 г. наряд милиции прибыл на квартиру Заявителей
с тем, чтобы доставить первого Заявителя на судебное слушание, про
ходившее в тот день. Оба Заявителя были дома. Практически одинако
вая внешность ввела сотрудников милиции в замешательство, и те по
требовали, чтобы Заявители представились или предъявили докумен
ты, удостоверяющие личность. Получив отказ Заявителей выполнить
требуемые действия, сотрудники милиции, зная, что второй Заявитель
находится в розыске, приняли решение арестовать обеих сестер и дос
тавить их в отделение милиции.
46. 6 октября 1999 г. следователь по делу первого Заявителя вернул ей
паспорт.

II. Применимое национальное законодательство

А. Уголовно процессуальный кодекс РСФСР 1960 года
Часть 1 Статьи 11. Неприкосновенность личности
«Никто не может быть подвергнут аресту иначе как на основании судеб
ного решения или с санкции прокурора».
Часть 1 Статьи 89. Применение мер пресечения
«При наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скро
ется от дознания, предварительного следствия или суда, или воспрепятству
ет установлению истины по уголовному делу, или будет заниматься пре
ступной деятельностью, а также для обеспечения исполнения приговора
лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд вправе при
менить в отношении обвиняемого одну из следующих мер пресечения: под
писку о невыезде, личное поручительство или поручительство обществен
ных объединений, заключение под стражу».

Статья 92. Постановление и определение о применении меры пресечения
«О применении меры пресечения лицо, производящее дознание, следо
ватель, прокурор выносят мотивированное постановление, а суд — мотиви
рованное определение, содержащее указание на преступление, в котором
подозревается или обвиняется данное лицо, и основание для избрания при
мененной меры пресечения. Постановление или определение объявляется
лицу, в отношении которого оно вынесено и одновременно ему разъясняет
472
ся порядок обжалования применения меры пресечения.
ПРИЛОЖЕНИЕ III. СМИРНОВЫ ПРОТИВ РОССИИ



Копия постановления или определения о применении меры пресечения
немедленно вручается лицу, в отношении которого оно вынесено».

Статья 96. Заключение под стражу
«Заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется с
соблюдением требований статьи 11 настоящего Кодекса по делам о пре
ступлениях, за которые законом предусмотрено наказание в виде лише
ния свободы на срок свыше одного года. В исключительных случаях эта
мера пресечения может быть применена по делам о преступлениях, за
которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы и на
срок не свыше одного года».

<<

стр. 17
(всего 19)

СОДЕРЖАНИЕ

>>