<<

стр. 3
(всего 5)

СОДЕРЖАНИЕ

>>

Приведем еще один характерный случай. Он и она, не зарегистрировав брак, прожили вместе, одной семьей, 5 лет. С первых дней она, чтобы доказать свое доверие к нему, ежемесячно вносила на его сбер-
Алексеев С.С. Теория права. М„ 1994. С. 69.
книжку часть своей зарплаты. То же самое делал и он. Потом, не сойдясь характерами, разошлись. И вот он рассуждает: «Когда перед этим я задумывался о необходимости разойтись, я не знал, как должен поступить с деньгами, скопившимися на книжке. Но наконец понял, что ничего предосудительного не совершу, если оставлю все деньги себе. Так я и сделал. Но почему-то мои сослуживцы и знакомые порицают меня, заявляя, что я совершил подлость».
Таким образом, «фактический» супруг, попросту говоря, обобрал «фактическую» супругу, не переступая при этом грани закона, но попал под жесткий моральный бойкот. Множество острейших коллизий между правом и моралью возникает вокруг дележа наследства после смерти родственников.
Существует и проблема морального злоупотребления правом. Например, в свое время были весьма распространены случаи (да и сейчас еще сохранились), когда владельцы старых, подлежащих сносу домов «дарили» часть этих строений своим родственникам, зная, что государство обязано затем предоставить жилплощадь каждому жильцу сносимого владения. Или такая форма обмана: супружеская чета, прожив вместе 30 лет, вдруг затевает «развод». При этом с отцом остается взрослая дочь, а с матерью – взрослый сын. «Разводники» понимают, что в этом случае каждому положена отдельная комната. В результате вместо двух комнат получали четыре.
В условиях кризисного состояния российского общества противо- речия между правом и моралью крайне обострились. Резко понизился ! порог нравственных требований, предъявляемых к личности. «Первоначальное накопление капитала», «черный бизнес», безудержная погоня за наживой, легализация многих сомнительных форм обогащения сильно подорвали моральные устои.
Изменились социальные и духовные ценности, критерии престижа индивида. «Героями нашего времени», как правило, становятся ловкие, нахрапистые дельцы, люди, «умеющие жить». Мораль их уже и не особенно осуждает, а скорее оправдывает. Этим даже бравируют. Обесценен честный труд. «Простых работяг» массовое сознание не поддерживает, а «жалеет» как не приспособившихся к новым реалиям.
Мораль стала более терпима и снисходительна к разного рода ловкачеству, жульничеству, противоправным действиям. Наблюдается общее падение нравов, культуры, совестливости. Возросло число людей с низменными страстями и помыслами. Честный человек – не авторитет, а предмет насмешек, глумления, бал правит нравственный беспредел.
Современное состояние морали в российском обществе наиболее полно и адекватно охарактеризовал (пожалуй, впервые за последние
годы) святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Выступая 23 декабря 1998 г. на ежегодном собрании столичного духовенства с четырехчасовым докладом, он отметил, что в настоящее время идет «ускоренное строительство общемировой системы зла. Население целенаправленно организуется на сатанинских принципах лжи, подлога, обмана, поклонения внешней грубой силе. Внедряются как начала «нормальной» жизни жадность, эгоизм, амбиции, разврат, наркотики, любовь к удовольствиям и развлечениям любой ценой. Кровавым культом наслия, жестокости, предательства пронизывается вся наша жизнь. Понятие долга, чести, стыда, совести, целомудрия – в поругании и уничтожении. Размывается православное сознание и мирочувствие. Пропагандируется жизнь по страстям, всячески преуменьшается ответственность за пороки, соблюдение моральных норм».
С другой стороны, в результате обвальной криминализации общества право не справляется со своими регулятивными и защитительными функциями, закрывает глаза на многие опасные антисоциальныс явления, аномалии. Оно псе более и более становится бессильным, неэффективным, испытывает «перегрузки». Еще древние римляне говорили: бессмысленны законы в безнравственной стране. В этой сложной ситуации право и мораль зачастую не находят «общего языка», плохо согласуются, противоборствуют. Возникла проблема более тесного их взаимодействия и взаимопомощи, устранения нежелательных коллизий и противоречий.
4. ПРАВО И ДРУГИЕ СОЦИАЛЬНЫЕ НОРМЫ
Право отличается от иных социальных норм в основном теми же признаками, что и от моральных. Соотношению права и морали было уделено сравнительно большее внимание потому, что это – два наиболее важных и распространенных регулятора общественных отношений, с которыми люди постоянно сталкиваются в повседневной жизни. С указанными регуляторами непосредственно и прежде всего связана юридическая наука. Однако необходимо кратко остановиться и на взаимодействии права с другими социальными нормами, выяснить специфику и роль последних.
Соотношение права и обычаев. Обычаи играют существенную роль в регуляции различных сторон общественной жизни. Они тесно связаны с правом, моралью, культурой, политикой, религией, другими социальными нормами. Исторически право как система норм в значительной степени вырастало из обычаев, которые санкционировались пуб-
См.: Н Г-Религии. 1999. 3 февр.
личной властью по мере практической необходимости. Уже в этом ; заключается их генетическое родство. Данный процесс в принципе является постоянным, он продолжается и сейчас, ибо право формируется не только «сверху», но и «снизу», из народных глубин, корней, тра-1диций.
Обычаи принято определять как устойчивые и достаточно распространенные в определенной сфере правила поведения, которые в результате многократного, длительного повторения становятся привычкой, обыкновением, соблюдаемыми добровольно. Привычки – мощное средство формирования менталитета личности. Не зря говорят: привычка – вторая натура.
Обычаи передаются из поколения в поколение, многие из них живут веками и тысячелетиями, освящены заветами предков. Немало из них носят религиозный или полурелигиозный характер (например, соблюдение поста, рамадана). Подобные социальные стереотипы имеются у всех пародов, они могут быть разными в разных слоях одного и того же общества, у разных этносов, национальных групп. Это древней- шая форма социальной регуляции.
Соблюдение некоторых обычаев (обрядов, ритуалов, церемоний) I является для индивида не менее императивным требованием, чем ис- полисиис законодательных предписаний, ибо здесь, как правило, ощу- щается жесткое давление общественного мнения, пересудов и молвы окружающих; боязнь подвергнуться осуждению со стороны знакомых, друзей, коллег; нежелание оказаться в положении человека, не уважа-1 ющсго общепринятые нормы поведения (гостеприимство, добрососедство, уважение старших; присутствие на похоронах, выражение сочувствия родным и близким покойного, традиция отмечать различные радостные события, неофициальные праздники, дни рождения, устройство свадьбы, новоселий и т.д.). Традиции обязывают...
Поэтому каждый стремится к тому, чтобы не ронять своего достоинства в глазах других людей, не выбиваться из общего ряда, следовать сложившемуся порядку вещей, поступать как все, как принято, как завещано. Те, кто не придерживается этих канонов, могут оказаться в положении бойкота со стороны окружающих, прослыть «белой вороной», эгоистом и т.д.
В юридической науке обычаи подразделяются на правовые (обычное право) и неправовые, или общегражданские. Правовые обычаи потому и называются правовыми, что они получают отражение в праве, им охраняются, защищаются, приобретая тем самым юридическую силу. Одни из них прямо закрепляются в законе, другие лишь подразумеваются, третьи логически вытекают из тех или иных правовых норм. Чаще всего они просто упоминаются, что означает, что ими можно
руководствоваться*. Например, в п. 1 ст. 19 ГК РФ говорится: «Гражданин приобретает и осуществляет права и обязанности под своим именем, включающим фамилию и собственно имя, а также отчество, если иное не вытекает из закона или национального обычая».
Но во всех случаях правовые обычаи должны находится в пределах правового поля, в сфере правового регулирования, а не за их границами. И, конечно, они не могут противоречить действующему законодательству. Правовые обычаи призваны способствовать правореализаци-онному процессу, дополнять и обогащать механизм юридического опосредования разнообразных общественных отношений. Правовой обычай является одним из источников (форм) права.
Примеры правовых обычаев. Статья 5 ГК РФ, посвященная обычаям делового оборота, гласит: «Обычаем делового оборота признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо области правопри-менительиой деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано оно в каком-либо документе». В ст. 848 того же Кодекса говорится: «Банк обязан совершать для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, если договором банковского счета не предусмотрено иное». Аналогичные ссылки на обычаи содержатся в статьях 852, 853, 862 и других нормах Гражданского кодекса.
Статья 129 действующего Кодекса торгового мореплавания от 31 марта 1999 г. гласит, что день и час подачи уведомления о готовности судна к погрузке определяется соглашением сторон, а при отсутствии соглашения – обычаями данного порта.
Статья 99 Конституции РФ, не употребляя слова «обычай», тем не менее закрепляет давно сложившееся правило, согласно которому «первое заседание Государственной Думы открывает старейший по возрасту депутат». По мнению Е.В. Колесникова, именно на основе соответствующих обычаев изданы указы Президента РФ о Дне Государственного флага РФ, о символике России, о возвращении некоторым городам и населенным пунктам их старинных названий; введена процедура инаугурации (вступления в должность) избранных народом президентов и губернаторов, принятия ими присяги2. Сохраняется обычай увековечивать память выдающихся людей – государственных и общественных деятелей, полководцев, писателей, поэтов, художников; лиц, погибших в Великой Отечественной войне.
Подробнее см.: Сергеева Г.Д.Обьпай как источник права //Правоведение 1997. №2. 2 См.: Колесников Е. В. Источники российского конституционного права. Саратов, 1998. С. 179-190.
Что касается неправовых (общегражданских) обычаев, то их великое множество, и те из них, которые носят прогрессивный характер, право поддерживает; к другим относится безразлично (нейтрально), поскольку они не причиняют никакого вреда, с третьими (вредными) ведет борьбу, стремится вытеснить их (пьянство, некоторые местные традиции горских народов – калым, выкуп невесты, кровная месть, феодально-байские пережитки в семье, разного рода предрассудки, отдельные нормы шариата, публичные казни и т.д.). Есть обычаи, которое связаны с религиозной или расовой нетерпимостью, неравенством
полов и т.д.
Но, например, ношение холодного оружия (кинжала) как атрибута национального костюма допускается. Снисходительно относится право и к умыканию невесты (чаще всего – с согласия «похищаемой») при условии, что жених ее не обесчестил. Хотя по закону такое деяние наказуемо. Право, государство подходят к тем или иным обычаям дифференцировано – старые, неугодные отсекаются; новые, полезные поощряются. Следует иметь в виду, что в обычаях есть немало консервативного, застывшего, неприемлемого. Это – наслоение ушедших
времен.
В связи с развитием в России рыночных отношений и переходом от
запретительных методов правового регулирования к дозволительным роль юридических обычаев возрастает. К этому ведет расширение экономической свободы личности, действие принципа «не запрещенное законом разрешено», стимулирование предпринимательства, частной
инициативы.
Право и религия. Как известно, церковь отделена от государства, но
она не отделена от общества, с которым связана общей духовной, нравственной, культурной жизнью. Она оказывает мощное воздействие на сознание и поведение людей, выступает важным стабилизирующим
фактором.
Вес представители религиозных организаций, объединений, конфессий, общин, которые существуют на территории Российской Федерации, руководствуются при осуществлении ими конституционного права па свободу совести как своими внутрирелигиозными правилами и убеждениями, так и действующим законодательством РФ. В настоящее время только Русская Православная Церковь насчитывает 127 епархий, свыше 19 тыс. приходов и 478 монастырей.
Последним основным правовым актом, регулирующим деятельность всех видов религий в России (христианство, иудаизм, ислам, буддизм), является Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» от 26 сентября 1997 г.
Данный закон определяет также взаимоотношения между церковью и официальной властью, в нем переплетаются правовые и некоторые религиозные нормы. Церковь уважает право, законы, установленный в государстве порядок, а государство гарантирует возможность свободной религиозной деятельности, не противоречащей принципам общественной морали и гуманизма. Свобода вероисповедания – важнейшая черта гражданского демократического общества. Возрождение религиозной жизни, уважение чувств верующих, восстановление порушенных в свое время храмов – несомненное духовное достижение новой России.
О тесной взаимосвязи права и религии говорит то г факт, что многие христианские заповеди, такие, например, как «не убий», «не укради», «не лжесвидетельствуй» и другие закреплены в законе и рассматриваются им как преступления. В мусульманских странах право вообще основывается в значительной мере на религиозных догматах (нормах адата, шариата), за нарушение которых предусмотрены весьма суровые наказания. Шариат – это исламское (мусульманское) право, а адат – система обычаев и традиций.
В первые годы советской иласги у нас тоже допускалось в порядке исключения применение подобных норм и некоторых мсстностях Средней Азии и Кавказа. А, например, в Чечне они до сих пор применяются, но уже без одобрения федеральных властей. В 1997 г. чеченский шариатский суд приговорил несколько человек, в том числе одну женщину, к расстрелу, и приговор публично был приведен в исполнение. Шариатское право заменило собой светское законодательство. Это значит, что Чечня постепенно становится мусульманским государством. Высший шариатский суд республики пытается стать над всеми структурами власти, влиять па деятельность парламента, президента, правоохранительных органов; он снимает и назначает ответственных чиновников, подвергает их наказаниям. Создана служба шариатской безопасности.
Религиозные нормы как обязательные правила поведения верующих содержатся в таких известных исторических памятниках, как Старый Завет, Новый Завет, Коран, Талмуд, Сунна, Священные книги буддизма, а также в текущих решениях различных соборов, коллегий, собраний духовенства, руководящих структур церковной иерархии. Русской Православной Церкви известно каноническое право.
В Конституции РФ, говорится: «I. Российская Федерация – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в каче-
Подробнее обитом см Сюкияйкен Л Г Шариат религия, нравственность, право // Государе! но и право. 1996 № 8.
стве государственной или обязательной. 2. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом» (ст. 14). «Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними» (ст. 28).
«Гражданин Российской Федерации в случае, если его убеждениям или вероисповеданию противоречит несение воинской службы, а также в иных установленных федеральным законом случаях имеет право на замену ее альтернативной гражданской службой» (п. 3 ст. 59). Однако закон об альтернативной гражданской службе пока не принят.
Следует отметить, что в последнее время свобода вероисповедания все чаще стала вступать в противоречие с идеями прав человека, гуманизма, нравственности и других общепризнанных ценностей. Сегодня в России действует около 10 тыс. так называемых нетрадиционных религиозных объединений. Не все из них выполняют действительно общественно полезные или по крайне мере безвредные функции. Имеются отдельные культовые группы, секты, чья деятельность далеко небезобидна и носит, по сути дела, социально деструктивный, морально осуждаемый характер, особенно зарубежные, в том числе католические, протестантские. Штаб-квартиры некоторых религиозных сообществ находятся в США, Канаде и других странах.
В прессе обращается внимание на то, что как только граждане России начали проявлять массовый интерес к религии, в страну хлынул поток всевозможных миссионеров с настойчивым намерением втянуть в орбиту своих вероучений как можно больше людей. Открывают у нас свои представительства, центры, резиденции. Известно, что на протяжении 70 лет религиозные устремления советских граждан всячески глушились, подавлялись, но потом вдруг все сразу было разрешено. В результате возник процесс, который фактически стал неуправляемым и не отвечающим общественному благу. Из одной крайности ударились в другую.
Недаром некоторые религиозные структуры называются «тоталитарными», например, такие, как «Белое братство», «Свидетели Иего-вы», «Адвентисты Седьмого дня», «Мормоны», «Глобальная стратегия», «Харизматическая церковь», «Церковь последнего завета», движение -«пятидесятников» и др. Их «тоталитаризм» состоит в том, что они пытаются всю жизнь человека поставить под свой контроль, ограничивают всякие иные связи и отношения – личные, общественные, семейные, гражданские; отговаривают от службы в армии, навязывают свои правила, стремятся полностью завладеть душой «верующего»,
подчинить себе его волю. Человеку, попавшему в ту или иную секту, трудно потом из нее выйти. Иногда от члена секты требуют жертвоприношения, на этой почве совершаются ритуальные убийства и самоубийства.
Как невиданный вандализм, оскорбление чувств верующих, разжигание религиозной вражды и экстремизма была расценена российской общественностью акция на выставке-распродаже в столичном Манеже, где каждый желающий мог за небольшую плату разрубить православные иконы или нарисовать на них свастику, т.е. надругаться. По данному факту было возбуждено уголовное дело. Решительно осудил осквернение святынь Патриарх Московский и всея Руси Алексий II.
Таким образом, в с4сре реализации права на свободу совести зародились и активно распространяются негативные тенденции, которым право, власть, законы должны эффективно противостоять, не допускать разрушения многообразного духовного мира личности, благотворного влияния на жизнь общества традиционного для нашей страны православия, других цивилизованных религий.
Право и корпоративные нормы. Корпоративные нормы – это правила поведения, по которым живут и действуют различные общественные организации, движения, объединения, ассоциации, фонды, центры, союзы и другие образования негосударственного характера (профессиональные, творческие, научные, женские, молодежные, ветеранские, просветительские, спортивные, культурные, экологические, оборонные, технические и т. д.).
Эти правила содержатся в соответствующих уставах, решениях, положениях, программах, других документах указанных структур. Корпоративные нормы тесно связаны с правовыми, особенно теми, которые определяют порядок образования, регистрации и деятельности общественных организаций и объединений. Специфика корпоративных форм во многом зависит от специфики той или иной организации, а многообразие форм – от разнообразия норм общественной самодеятельности граждан.
Конституция РФ провозглашает: «Каждый имеет право на объединение, включая право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов. Свобода деятельности общественных организаций гарантируется» (ст. 30). «Общественные объединения равны перед законом» (ст. 13).
Однако существуют и определенные ограничения. Так, в упомянутой статье 13 (п. 5) говорится: «Запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели которых или действия которых на-
См. Российская газета 1998 29 дек
правлены па насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни».
При этом признается политическое многообразие, многопартийность, фиксируется, что никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Хотя само собой разумеется, что у Российского государства есть определенные жизненные идеалы и ориентиры.
Корпоративные нормы – один из видов социальных норм, они входят в общую нормативно-регулятивную систему общества. Нормы общественных организаций регламентируют в основном их внутренние вопросы и отношения (цели, задачи, функции, права и обязанности членов, условия вступления и выхода или отчисления, формирование руководящих органов, меры ответственности, взыскания, членские взносы и т.д.).
Некоторым общественным организациям государством делегировано право издавать отдельные нормативно-правовые акты, например, просрсоюзным, кооперативным, хозяйственным, коммерческим и другим. В этом случае создаваемые ими нормы, опираются уже на принудительную силу государственной власти, за их нарушение могут последовать юридические санкции. Немало подобных норм содержится в уставах конкретных колхозов, жилищных, строительных, дачных, гаражных и других кооперативов. Нередко эти уставы просто дублируют нормы соответствующих ведомственный инструкций и поэтому мало чем отличаются от правовых, за исключением сугубо внутриорганиза-ционпых.
В период выборов многие общественные объединения, политические партии, движения выступают субъектами государственно-правовых отношений, они имеют право выдвигать своих кандидатов в депутаты, назначать своих представителей в избирательные комиссии, при этом несут соответствующие обязанности и ответственность за соблюдение законодательства.
Правовые и политические нормы. Право и политика традиционно рассматриваются как явления тесно взаимосвязанные и взаимообусловленные. Достаточно сказать, что преобладающая часть всей внутренней и внешней политики любого государства реализуется через право, законы, а последние, в свою очередь, выступают выразителями и проводниками этой политики. Если же иметь в виду такой ведущий правовой акт, как Конституция, то она, как известно, закрепляет основы, принципы, цели, направления государственной политики, фиксирует и гарантирует политические права и свободы граждан, их участие
в государственной, и общественно-политической жизни страны. Конституция представляет собой политико-юридический документ.
Со времен Аристотеля политика обычно трактуется как искусство управления людьми, обществом, государством. Управление же осуществляется опять-таки с помощью права, юридических средств и институтов. Особенно это характерно для правовых государств с развитой демократией, совершенными законами, правовой культурой. Но даже и тоталитарные, полицейские государства не могут обойтись без права. Другое дело – в каких целях оно используется.
Политика есть также искусство возможного, искусство компромиссов, согласования желаемого и объективно достижимого, умение считаться с реальностью. За пределами возможностей начинается волюнтаризм, субъективизм, а нередко и авантюризм, все то, что находится уже вне правового поля, вне юридических процедур. Свободная от права политика есть произвол, своеволие.
В более строгом смысле слова политика определяется в науке как особая, обширная область взаимодействия между классами, партиями, нациями, народами, государствами, социальными группами, властью и населением, гражданами и их объединениями. Конечно, это наиболее общая, абстрактная дефиниция, но она верно отражает важнейший и сложнейший пласт общественной жизни, самостоятельный мир политических ценностей, идеалов, интересов. Данную сферу как раз и регулируют политические нормы.
Политические нормы – это правила поведения многочисленных и разнообразных субъектов политики (индивидуальных и коллективных), участников политического процесса, политических отношений. Эти нормы содержатся в различных политических манифестах, программах, решениях, заявлениях, декларациях, уставах политических партий и движений.
В тех случаях, когда политические нормы получают отражение в законах, конституциях, они приобретают также характер правовых. Водораздел между политическими и юридическими нормами провести порой весьма трудно, так как они тесно переплетены, а чаще всего сливаются (например, в статьях Конституции). Это наблюдается в деятельности как законодательной, так и исполнительной власти. Ведь законы, иные нормативные акты имеют, как правило, не только экономическое, но и политическое обоснование. Но между правовыми и политическими нормами могут быть и противоречия.
В политической области имеются свои традиции, общепринятые правила, требования, принципы, эталоны. Существует политическая этика, т.е. свод устоявшихся канонов, которых обычно придерживаются честные, добросовестные политики. Главные из них – это соблюде
ние законов, морали, установленного порядка, уважение оппонентов, правдивость, служение общественному долгу, благу.
К сожалению, современная российская политика – не самая, мягко I оворя, чистая сфера отношений между людьми. Жизнь постоянно демонстрирует примеры нарушения (несоблюдения) элементарных пра-нил политического поведения. Особенно это проявляется в период выборов (война компроматов, дискредитация соперников, распространение о них ложной информации, интриги, подкуп избирателей, пустые обещания кандидатов в депутаты, теневое финансирование, заказные статьи в прессе, проникновение во власть криминала и т.д.).
Участники политических баталий очень часто действуют по принципу: цель оправдывает средства, победителей не судят. Создаются и используются так называемые избирательные технологии, имиджмей-керонские фирмы, другие хитроумные приемы. Оказывается психо- логическое давление па избирателей вплоть до угроз; вошло в практику манипулирование общественным мнением. Власть, право, законы призваны эффективно противостоять всем этим явлениям, пресекать наиболее грубые извращения нормальной, цивилизованной, политики. Политические нормы должны также строго соблюдаться, как и правовые.
5. ПРАВОВЫЕ ПРЕЗУМПЦИИ И АКСИОМЫ
Правовые презумпции и аксиомы – не законодательные нормы, а специфические разновидности правил (принципов), выработанных в ходе длительного развития юридической теории и практики. Будучи продуктом опыта, они играют важную регулятивно-организующую роль в сфере правотворчества, правоприменения, судебной, прокурорской и следственной деятельности, оказывают влияние на становление и развитие правосознания, упрочение законности.
Область их применения обширна. В сущности, это тоже социальные регуляторы, но весьма своеобразные. Как приемы правового регулирования, они оказываются полезными и необходимыми при возникновении различных «нестандартных ситуаций». Но ими пользуются и при обычном, нормальном функционировании правовой системы.
Природа этих явлений изучена недостаточно полно. В учебной литературе они, как правило, не освещаются, в программах не значатся. Им не находится места в общей классификации социальных норм, в том числе среди правовых (в качестве самостоятельных). Между тем знания о них важны для профессиональной подготовки юристов.
Презумпция означает предположение о существовании (или наступлении) каких-либо фактов, событий, обстоятельств. В основе пре-
зумпции – повторяемость жизненных ситуаций. Раз нечто систематически происходит, то можно предположить, что при аналогичных условиях оно повторилось или повторится и на этот раз. Такой вывод не достоверный, а вероятный. Следовательно, презумпции носят предположительный, прогностический характер. Тем не менее они служат важным дополнительным инструментом познания окружающей действительности. Презумпции выступают в качестве средства, помогающего установлению истины. В этом их научная и практическая ценность.
Правовые презумпции определяются в литературе как закрепленные в нормах права предположения о наличии или отсутствии юридических фактов. Эти предположения основаны на связи с реально происходящими процессами и подтверждены предшествующим опытом.
Правовые презумпции – разновидности общих презумпций. Особенность первых, как это вытекает из приведенного определения, состоит в том, что они прямо или косвенно отражаются в нормативных актах, обусловлены потребностями юридического опосредования общественных отношений и действуют только в правовой сфере.
Назовем наиболее характерные презумпции.
Презумпция знания закона (правознакомства). Априори предполагается, что каждый член общества знает (или по крайней мере должен знать) законы своей страны. Незнание закона не освобождает никого от ответственности за его нарушение. Во всех правовых системах исходят из того, что гражданин не может в качестве оправдания ссылаться на свою юридическую неосведомленность – это не будет принято во внимание, хотя заведомо ясно, что ни один человек не в состоянии познать все действующие в данном обществе правовые нормы и акты. Однако иная посылка была бы здесь крайне опасной.
При этом само собой разумеется, что законы должны быть официально опубликованы, чтобы граждане имели объективную возможность с ними знакомиться и соотносить свое поведение с их требованиями. Древняя мудрость гласит: «Закон не обязывает, если он не обнародован». Институт промульгации (публичное объявление, доведение до всеобщего сведения) закреплен в части 3 статьи 15 Конституции РФ.
Презумпция невиновности, согласно которой каждый гражданин предполагается честным, добропорядочным и ни в чем не виновным, пока не будет в установленном порядке доказано иное, причем бремя доказывания лежит на тех, кто обвиняет, а не на самом обвиняемом.
См/ Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. Горький, 1974. С. 14, Веденеев Е.Ю. Роль презумпций в гражданском праве, арбитражном и гражданском судопроизводстве // Государство и право. 1998. № 2.
Данное положение закреплено в международных пактах о правах чело-иска, получило отражение в статье 49 российской Конституции.
Презумпции справедливости закона, истинности и обоснованнос-ги приговора, ответственности родителей за вред, причиненный их несовершеннолетними детьми, предположения о том, что фактический владелец вещи является ее собственником, что принадлежность следует за главной вещью, что позже изданный закон отменяет предыдущий во всем том, в чем он с ним расходится; никто не может передать другому больше прав, чем имеет сам; специальный закон отменяет действие общего, к невозможному не обязывают; кто не отрицает, признает; не все, что законно, нравственно и др. Любая презумпция принимается за истину, она действует до тех пор, пока не доказано обратное.
От презумпций необходимо отличать версии и гипотезы, которые тоже представляют собой предположения. Версия – это одно из нескольких предположений, касающихся фактов и обстоятельств конкретного дела. Сфера действия версии ограничена рамками расследуемого преступления. Правда, в обычном общественно-политическом лексиконе слово «версия» нередко употребляется и в более широком смысле.
Гипотеза есть предположение, выдвигаемое в процессе исследования какого-либо явления и требующее теоретического обоснования и проверки практикой. Если презумпция, аккумулируя в себе предшествующий опыт, постоянно находит жизненное подтверждение своей правильности (что, конечно, не исключает случаев несоответствия отдельным ситуациям), то гипотеза с самого начала базируется на строго научных положениях, которые не должны противоречить истинным знаниям в данной области.
Правовые аксиомы определяются как самоочевидные истины, не требующие доказательств. Их значение в том, что они отражают уже установленные и достоверные знания. Это «простейшие юридические суждения эмпирического уровня, сложившиеся в результате многовекового опыта социальных отношений и взаимодействия человека с окружающей средой».
Наука опирается на них как на исходные, проверенные жизнью данные. В общей теории права аксиоматических положений много: кто живет по закону, тот никому не вредит; нельзя быть судьей в своем собственном деле; что не запрещено, то разрешено; всякое сомнение толкуется в пользу обвиняемого; люди рождаются свободными и равными в правах; закон обратной силы не имеет; несправедливо наказы-
* Манов /.//. Аксиомы в советской теории права // Сов. государство и право. 1986. № 9. С. 29; См. также. Фереис-Сороцкий. Аксиомы в праве // Правоведение. 1998. № 5.
вать дважды за одно и то же правонарушение; да будет выслушана вторая сторона; гнев не оправдывает правонарушения; один свидетель – не свидетель; если обвинение не доказано, обвиняемый оправдан; показания взвешивают, а не считают; тот, кто щадит виновного, наказывает невиновных; правосудие укрепляет государство; власть существует только для добра и другие. Все эти аксиомы играют важную регулятивную, прикладную и познавательную роль.
Юридические фикции. Фикция в переводе с латыни – выдумка, вымысел, нечто реально не существующее. В юриспруденции – лто особый прием, который заключается в том, что действительность подводится под некую формулу, ей не соответствующую или даже вообще ничего общего с ней не имеющую, чтобы затем из этой формулы сдсл;ггь определенные выводы. Это необходимо для некоторых практических нужд, поэтому фикции закрепляются в праве. Фикция противостоит истине, но принимается за истину. Фикция никому не вредит. Напротив, она полезна.
Явления эти были хорошо изучены представителями русского правоведения. В советское время они не привлекли особого внимания. Один из видных юристов прошлого, Р. Йеринг, охарактеризовал фикции как «юридическую ложь, освященную необходимостью... технический обман». Фикции широко использовались еще римскими юристами.
В качестве типичного примера фикции из нашего законодательства обычно приводится положение о признании лица безвестно отсутствующим, которое гласит: «Гражданин может быть по заявлению заинтересованных лиц признан судом безвестно отсутствующим, если и течение года в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания. При невозможности установить день получения последних сведений об отсутствующем началом исчисления срока для признания безвестного отсутствия считается первое число месяца, следующего за тем, в котором были получены последние сведения об отсутствующем, а при невозможности установить этот месяц – первое января следующего года»» (ст. 42 ГК РФ).
Аналогичную ситуацию имеет в виду статья 45 ГК РФ (объявление гражданина умершим), устанавливающая: «Гражданин может быть объявлен умершим, если в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания в течение пяти лет, а если он пропал без вести при обстоятельствах, угрожавших смертью или дающих основание предпо-
Йеринг Р. Юридическая техника. СПб., 1906. С. 22; см. также: МейерЛ О юридических вымыслах и предположениях. Казань, 1854, Дормидоитов Г.Ф Классификация явлений юридического быта, относимых к случаям применения фикций. Казань, 1895.
лагать его гибель от определенного несчастного случая, – в течение шести месяцев... Днем смерти гражданина, объявленного умершим, считается день вступления в законную силу решения суда об объявлении его умершим. В случае объявления умершим гражданина, пропавшего без вести при обстоятельствах, угрожавших смертью или дающих основание предполагать его гибель от определенного несчастного случая, суд может признать днем смерти этого гражданина день его предполагаемой гибели».
З.М. Черниловский отмечает, что смысл юридических фикций выражается вводными словами: «как бы», «как если бы», «допустим». Он приводит любопытный пример взаимосвязи фикции и презумпции из французского права, которое предусматривает, что в случае одновременной гибели мужа и жены в результате авиационной или автомобильной катастрофы, муж считается умершим первым, его имущество переходит к жене, а от пес – к ее родственникам. Основанная на медицинской статистике презумпция большей живучести женщин превращается в данном случае в юридическую.
Таким образом, презумпции, фикции, аксиомы как бы дополняют собой классические правовые нормы и служат важным подспорьем в регулировании сложных взаимоотношений между людьми. Как мы видели, именно они помогают выходить из наиболее затруднительных ситуаций и коллизий.
В связи с этим указанные разновидности социальных ориентиров, в которых отразился опыт поколений и которые являются составной частью единой нормативной системы любого общества, должны, по нашему мнению, стать предметом более пристального внимания юридической науки и практики. Их следовало бы включить в вузовские программы, лекционные курсы, учебники.
Жизнь бесконечно разнообразна, в ней возникает множество необычных (уникальных) положений, состояний, обстоятельств, на первый взгляд, случайных и труднопредсказуемых. Но, как известно, случайности – форма проявления закономерностей. Поэтому их надо изучать. Отрадно, что в пашей научной периодике появились новые публикации на эту тему2.
Студенты-правоведы должны быть готовы к встрече с самыми «замысловатыми сюжетами» действительности, уметь их анализировать, извлекать из парадоксов полезные уроки. Особенно это важно в усло-
См.: Черпшмский З.М. Презумпции и фикции в истории права // Государство и право. 1984.№1.С. 104.
2 См.: Зайцев И.М. Правовые фикции в гражданском процессе // Российская юстиция. 1997. № 1; Панько К.К. Фикции в уголовном праве и в правоведении. Воронеж, 1998.
виях ломки старых и нарождения новых отношений, когда в наибольшей степени проявляются пробельность и неполнота права, его противоречивость.
В таких ситуациях первостепенное значение приобретают правосознание и компетентность тех, кому приходится самостоятельно, а не только по готовым рецептам, осмысливать и разрешать конкретные дела, вырабатывать прецеденты, устанавливать истину, определять судьбы людей.

Тема 15. НОРМЫ ПРАВА (М.И. Байтин)

1. ПОНЯТИЕ И ПРИЗНАКИ ПРАВОВОЙ НОРМЫ
Понятие нормы права относится к числу важнейших категорий теории государства и права.
Нет в правовой системе другого составного элемента, который был бы связан с иными столь тесно и непосредственно, как нормы права. Любое правовое явление раскрывает и проявляет себя определенным образом только во взаимоотношении и взаимодействии с правовыми нормами. Прежде всего через них, на их основе происходит воздействие государства на правовую систему общества в целом и на составляющие ее элементы в отдельности.
Значительное внимание разработке учения о юридической норме было уделено видными представителями правовой науки в дореволюционной России (Н.М. Коркунов, Ф.В. Тарановский, Г.Ф. Шершене-вич и др.). Свое дальнейшее развитие оно получило в работах советских и современных российских ученых (Н.Г. Александров, С.С. Алексеев, В.К. Бабаев, М.И. Байтин, В.М. Баранов, П.Е. Недбайло, И.Н. Сенякин, А.С. Пиголкин, А.Ф. Шебанов и др.).
Право состоит из действующих в данном обществе юридических или правовых норм.
Юридическая норма – первичная клеточка права, частица содержания, исходный структурный элемент его системы. Поэтому естественно, что норме права свойственны все основные черты права как особого социального явления. Однако из этого положения не следует, что понятия права и нормы права совпадают. Право и единичная юридическая норма соотносятся между собой как общее и отдельное, которые наряду с чертами сходства имеют и свои особенности.
Отдельно взятые правовая норма или группа норм еще не есть право. Право – это система юридических норм, которая в наиболее полном и общем виде выражает в этих нормах государственную волю общества, ее общечеловеческий и классовый характер, пронизана едиными закономерностями и принципами, обусловленными экономической, политической и духовной структурой общества. Любая единичная правовая норма приобретает качество, свойственное праву в целом, лишь будучи включенной в его общую систему.
В то же время норма права – относительно самостоятельное явление, обладающее собственными специфическими особенностями, углубляющими и конкретизирующими наши представления о праве, его г понятии, сущности и содержании, о механизме регулятивного воздей- ,"" ствия на общественные отношения.
Поскольку нормы права – одна из разновидностей социальных 1 норм, на них распространяются общие черты, присущие этим нормам.
Вместе с тем нормы права отличаются от обычаев, нравственных, корпоративных и иных социальных норм специфическими признаками, -в характерными чертами. К наиболее существенным из них относятся следующие.
1. Норма права – единственная в ряду социальных норм, которая исходит от государства и является официальным выражением государственной воли. ;
Независимо от словесной формулировки, в которой выражена та или иная правовая норма (правомочие, веление, дозволение, запрет и т.п.), она всегда представляет собой властное общеобязательное пред-. писание государства относительно возможного и должного, разрешаемого и запрещаемого поведения людей.
2. Норма права отличается от других социальных норм свойственной только ей формальной определенностью, которая проявляется прежде всего в том, что правовая норма издается или санкционируется государством и выражается в той или иной установленной или признаваемой им форме. Например, в форме закона или подзаконного нормативного акта, договора с нормативным содержанием, правового обычая.
Формальная определенность связана также со структурой нормы права – специфическим внутренним строением и ее предоставитель-но-обязывающим характером.
3. Норма права – единственная в ряду социальных норм, которая поддерживается в своей реализации, охраняется от нарушений принудительной силой государства.
Сказанное нисколько не противоречит тому, что правовые нормы, как и другие виды социальных норм, в подавляющем большинстве случаев выполняются гражданами сознательно и добровольно, вследствие чего обеспечиваются, в первую очередь, мерами убеждения, воспитания, организации. И лишь тогда, когда воздействие этих средств оказывается недостаточным, возникает необходимость в применении соответствующих мер принуждения.
Однако в отличие от норм морали, корпоративных, религиозных и иных социальных норм, мерами принуждения, к выполнению которых служат различные средства общественного воздействия, за нормами
права, кроме того, всегда стоит аппарат государства, способный, когда лто необходимо, принуждать к их соблюдению.
Именно возможность государственного принуждения как гарантия реализации, охраны от нарушений – специфический признак юридической нормы.
4. Нормы права складываются из двух разновидностей общеобязательных правовых предписаний: 1) правил поведения; 2) исходных (отправных, учредительных) норм.
Правила поведения – это непосредственно регулятивные нормы, нормы прямого регулирования. Они отличаются предоставительно-обязывающим характером, т.е. устанавливают при наличии соответствующих условий вид и меру охраняемых и гарантируемых государством возможного и должного поведения участников общественных отношений, их взаимные субъективные права и юридические обязанности. Такие правила поведения составляют большую часть правовых норм.
Исходные (отправные, учредительные) нормы, к которым относятся нормы-принципы, пормы-де4)иниции и т.д., представляют собой нормы опосредованного регулирования. Эти нормы, хотя и не являются непосредственно регулятивными, поскольку сами не закрепляют пран и обязанностей субъектов, тем не менее также носят правовой характер; устанавливают (учреждают) общие начала, исходные положения и направления правового регулирования, участвуют в нем опосредованно, действуя и системной связи и единстве с нормами-правилами поведения, детализируются и реализуются через них.
Трудно согласиться с высказанным в литературе мнением, что следует различать понятие нормы права, которое распространяется только на нормы-правила поведения, и более объемное по сравнению с ним понятие общего правового предписания, охватывающего, наряду с нормами права, также Юридически закрепленные так называемые нестандартные предписания: принципы, дефиниции, декларации, наиболее часто получающие выражение в преамбулах конституций и других нормативных актов (В.М. Горшенев, Н.Н. Вопленко). В действительности норма права и есть общее правовое предписание.
Как свидетельствует практика, правовое регулирование немыслимо без органического сочетания и взаимодополнения в системе права, во всех его отраслях отправных (исходных, учредительных) норм и норм – правил поведения.
5. Будучи, как все социальные нормы, с одной стороны, результатом отражения объективного мира, обобщения информации о нем, с другой – средством обратного воздействия, социальным регулятором отношений между людьми в общечеловеческих и классовых интересах,
нормы права и в этом качестве отличаются существенными особенностями, Суть их в том, что юридическая норма, как и право в целом, не просто социальный, а государственный регулятор общественных отношений.
Данное свойство правовой нормы проявляется, с одной стороны, в рассмотренных выше аспектах ее органической связи с государством, с другой – она необходимая юридическая предпосылка правоотношения, единственная среди социальных норм, чье воздействие на общественные отношения влечет для его участников юридические последствия, гарантом которых выступает государство.
Юридическая норма – предписание общего характера. Она рассчитана не на отдельное, разовое отношение, не на каких-либо конкретных лиц, а на множество отношений определенного вида и индивидуально неперсонифицированных лиц, подпадающих под условия ее действия.
Правовая норма отражает и регулирует наиболее типичные, многократно повторяемые отношения между людьми, в упорядочении которых непосредственно заинтересовано и участвует государство. Например, отношения по поводу собственности, политической власти, управления, правосудия, охраны прав и свобод граждан, организации труда, взимания налогов и сборов, борьбы с преступностью.
Устанавливая для участников регулируемых отношений охраняемые и гарантируемые государством взаимные субъективные права и юридические обязанности, норма нрава придает данным отношениям характер правоотношений. При этом юридическая норма сама выступает как абстрактно-типическая модель правоотношения, которое при наступлении предусмотренных в данной норме условий и обстоятельств может возникнуть и действительно возникает в реальной жизни, в процессе правового регулирования того или иного вида общественных отношений.
6. Тем самым норма права – и в этом также ее существенная отличительная особенность – выступает одновременно и как модель, мера, эталон, масштаб соответствующего выраженной в ней государственной воле общества должного или возможного, разрешаемого или запрещаемого поведения людей, и как мерило оценки, критерий правомерного и неправомерного, законного и противозаконного поведения.
Обобщая рассмотренные признаки, характеризующие юридическую норму, можно сформулировать ее определение. Норма права – это исходящее от государства и им охраняемое общеобязательное, формально-определенное предписание, выраженное в виде правила поведения или отправного установления и являющееся государственным регулятором общественных отношений.
2. СТРУКТУРА ЮРИДИЧЕСКОЙ НОРМЫ. СООТНОШЕНИЕ НОРМЫ ПРАВА И СТАТЬИ НОРМАТИВНОГО АКТА
Особенности, содержание и назначение большей части правовых норм – правил поведения – тесно связаны с их структурой. Любая такая норма устанавливает для участников регулируемых ею общественных отношений взаимные права и обязанности; предусматривает фактические обстоятельства, при наличии которых носителями этих прав и обязанностей становятся-определенные, конкретные лица – субъекты правоотношений; предупреждает о последствиях нарушения данной нормы. Этому содержанию нормы права – правила поведения – соответствует свойственная только ей структура – внутреннее строение, характеризуемое единством и взаимосвязью составляющих ее трех элементов: диспозиции, гипотезы и санкции.
Гипотеза – это структурный элемент нормы права, указывающий на жизненные условия, фактические обстоятельства вступления нормы в действие, реализации се диспозиции.
Диспозиция – структурный элемент юридической нормы, в котором определяются права и обязанности субъектов права, устанавливаются возможные и должные варианты их поведения.
Санкция – структурный элемент, предусматривающий последствия нарушения правовой нормы, определяющий вид и меру юридической ответственности для нарушителя ее предписаний.
Главным элементом, сердцевиной юридической нормы, заключенного в ней правила поведения является диспозиция. Исходя из этой посылки, некоторые авторы трактуют диспозицию как само правило поведения, т.е. отождествляют диспозицию с нормой права. Такое суждение, однако, трудно признать правильным. Диспозицию нельзя ни противопоставлять другим составным элементам правовой нормы, ни отрывать от них. Несмотря на свою приоритетность в структуре правовой нормы, диспозиция сама по себе еще не есть норма права. Только в результате системного объединения, целостного единства трех частей – диспозиции, гипотезы и санкции, – обладающих относительной самостоятельностью и своими особенностями, образуется целостное, качественно новое правило поведения.
Каждый из названных элементов имеет в структуре правовой нормы свое особое место и назначение, вследствие чего, по справедливому суждению, сложившемуся в юридической науке, без гипотезы норма бессмысленна, без диспозиции немыслима, без санкции бессильна. Таким образом, структура юридической нормы как логическая взаимосвязь гипотезы, диспозиции и санкции в наиболее общем и кратком
виде может быть выражена формулой: «если – то – иначе (в противном случае)».
Гипотеза – предпосылка практического функционирования нормы" права, ее претворения в жизнь в форме правоотношения. В ней указываются юридические факты, наличие которых служит основанием для возникновения, изменения или прекращения правоотношений.
Устанавливая обстоятельства и сферу действия нормы, гипотеза одновременно очерчивает круг участников (субъектов) регулируемых отношений, которых диспозиция «связывает» взаимными правами и обязанностями. Тем самым посредством гипотезы предусмотренный диспозицией абстрактный вариант поведения приурочивается к конкретным лицам, к тому или иному жизненному случаю, событию или действию, месту, времени, возрасту и другим конкретным жизненным обстоятельствам.
В зависимости от строения гипотезы подразделяются на простые и сложные.
Простая гипотеза предполагает какое-то одно условие, через которое реализуется юридическая норма. Например, гипотеза нормы, выраженной в статье 674 ГК РФ: «Договор найма жилого помещения заключается в письменной форме».
Если гипотеза связывает действие нормы с наличием двух или более условий, то она называется сложной. Такова, к примеру, гипотеза нормы, изложенной в статье 130 Семейного кодекса РФ: «Не требуется согласия родителей ребенка на его усыновление в случаях, если они:
неизвестны или признаны судом безвестно отсутствующими; признаны судом недееспособными; лишены судом родительских прав... по причинам, признанным судом неуважительными, более шести месяцев не проживают совместно с ребенком и уклоняются от его воспитания и содержания».
Разновидностью сложной гипотезы является альтернативная гипотеза. Ее сходство с другими сложными гипотезами состоит в том, что она также предусматривает два или несколько условий осуществления правовой нормы. Однако согласно альтернативной гипотезе – и в этом ее отличие – для вступления нормы права в действие достаточно одного из перечисленных в ней фактических обстоятельств. Так, норма, сформулированная в статье 132 ГПК РСФСР, устанавливает, что судья принимает встречный иск в трех случаях: если встречное требование направлено к зачету первоначального требования; если удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; если между встречным и первоначальным иском имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет
к более быстрому и правильному рассмотрению споров. При наличии любого из указанных условий судья принимает встречный иск.
Другим основанием для классификации гипотез служит форма их выражения. По этому критерию они подразделяются на абстрактные
и казустические.
Абстрактная гипотеза, указывая на условия действия нормы, акцентирует внимание на их общих, родовых признаках. Абстрагируясь от частного, она вместе с тем связывает осуществление нормы с наступлением конкретных отношений определенного вида в качестве предмета правового регулирования. Отсюда следует, что абстрактная гипотеза, как и все абстрактное, является тем же конкретным, но взятым в его типичных чертах и проявлениях. Преобладание в правовой системе норм с абстрактными гипотезами объясняется тем, что это способствует разумным пределам объема и стабильности нормативного материала.
Примеров абстрактной гипотезы множество. Обратимся к одному из элементарных – норме, выраженной в части 1 статьи 130 УК РФ, которая содержит запрет совершать преступление, заключающееся в оскорблении, т.е. унижении чести и достоинства другого лица, выраженном в неприличной форме, и определяет наказание за его нарушение. Гипотеза этой нормы носит абстрактный характер. Это проявляется в том, что данная гипотеза не указывает на частные обстоятельства, конкретные формы и способы унижения чести и достоинства личности, которое может быть совершено как в устной, так и в письменной форме, либо действием в присутствии или даже в отсутствие потерпевшего и т.п., не детализирует возможные проявления «неприличной формы выражения».
Казустическая гипотеза связывает реализацию юридической
нормы, возникновение, изменение или прекращение основанных на ней правоотношений с отдельными, строго определенными частными случаями, которые трудно или невозможно отразить с помощью абстрактной гипотезы. Например, гипотеза нормы уголовного права предусматривает вступление этой нормы в силу при наличии состава
1 Следует оговориться, что в литературе при классификации гипотез по форме выражения данную их разновидность нередко называют казуистической. Однако этот термин, получивший хождение еще в дореволюционной литературе, представляется неудачным. Термин «казуистическая» происходит от латинского слова «казуистика» (в переносном см ысле – изворотливость и доказательстве ложных или сомнительных положений, крючкотворство), что не имеет никакого касательства к характеристике гипотезы, призванной содержать четкие, ясные указания на условия реализации правовой нормы. Другое дело, когда также употребляемый термин «казуистическая гипотеза» отражает указание в ней на юридические факты, каковыми являются конкретно-определенные жизненные случаи (казусы).
преступления, состоящего в надругательстве над телами умерших и;
местами их захоронения (ч. 1 ст. 244 УК РФ). В приведенном примере I гипотеза предполагает отдельные, конкретно-определенные, сравнительно редко встречающиеся в судебной практике случаи.
Безотносительно к той или иной разновидности гипотеза всегда \ предполагает условия наступления действия юридической нормы, при- ведения в движение ее диспозиции.
Диспозиция – это стержень правовой нормы, квинтэссенция со-1 держания правила поведения. В диспозиции получает выражение предоставительно-обязывающий характер нормы права, позволяющий ей, при наличии предусмотренных гипотезой условий, выступать в качестве государственного регулятора отношений между людьми, необходимой юридической предпосылки правовых отношений. Именно диспозиция заключает и себе модель правомерного поведения.
В зависимости от формы выражения диспозиции подразделяются на управомочивающие, обязывающие и запрещающие,
Управомочивающие диспозиции предоставляют субъектам право на совершение предусмотренных и них положительных действий, определяют тот или иной вариант их возможного, дозволенного поведения. В качестве операторов волевого поведения субъектов в управомо-чивающих диспозициях выступают слова «вправе», «имеет право», «может». Например, диспозиция нормы, содержащейся в части 2 статьи 45 Конституции РФ: «Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не противоречащими закону».
Обязывающие диспозиции возлагают на субъектов обязанность совершения определенных положительных действий, предписывают им тот или иной вариант должного поведения. В качестве операторов волевого поведения в обязывающих диспозициях используются слова:
«обязан», «должен», «подлежит». Например, диспозиция нормы, закрепленной в части 2 статьи 15 Конституции РФ: «Органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы».
Запрещающими называются диспозиции, содержащие запрет совершения определенных противоправных действий (или бездействия). Запрещающая диспозиция – требование воздерживаться от определенного варианта отрицательного поведения, которое законом признается правонарушением. Операторами волевого поведения в запрещающих диспозициях служат слова: «запрещается», «не вправе», «не может», «не допускается». Например: «При приеме на работу запрещается требовать от трудящихся документы помимо предусмотренных законодательством» (ст. 19 Кодекса законов о труде РФ). Запрещаю
щими являются все нормы Особенной части УК РФ, поскольку диспозиция каждой из них заключается в запрете совершения определенного
вида преступления под угрозой наказания.
В случае нарушения диспозиции правовой нормы вступает в действие предусмотренная данной нормой санкция.
Санкция юридической нормы – это ее третий, заключительный элемент, в котором предусмотрены определенные нежелательные последствия материального, физического, психического и т.п. характера, наступающие для лица, нарушившего диспозицию данной нормы. По своему содержанию санкция есть вид и мера юридической ответственности правонарушителя.
Подкрепляя диспозицию, санкция вносит дополнительные существенные штрихи в характеристику юридической нормы и права в целом как государственного регулятора социальных отношений. В санкциях особенно выпукло проявляется и конкретизируется неразрывная связь
государства и права.
Профилактическое влияние санкции на сознание субъектов регулируемого отношения в целях обеспечения их правомерного поведения начинается с момента издания правовой нормы. В действие же механизма правового регулирования она вступает в случае совершения правонарушения в целях пресечения противоправных действий (или бездействия) и восстановления нарушенного права.
Санкция – наиболее подвижная, динамичная часть нормы права. Она особенно чутко реагирует на изменения, происходящие в условиях жизни общества и государства, в общественных отношениях. Это позволяет, не меняя более или менее длительное время нормы права в целом, вносить изменения лишь в их санкции, приспосабливая тем самым существующие общие правовые предписания к решению назревших потребностей общественного развития.
Санкции юридических норм различаются прежде всего по их отраслевой принадлежности. К уголовно -правовым санкциям относятся, например, штраф, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, исправительные работы, конфискация имущества, арест, лишение свободы на определенный срок, пожизненное лишение свободы и другие виды наказания, предусмотренные УК РФ. Наказание представляет собой меру государственного принуждения, назначаемую по приговору суда. Оно применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.
Административно-правовые санкции предусматривают предупреждение; штраф; конфискацию предмета, явившегося орудием совершения или непосредственным объектом административного правонару", шения; лишение специального права, предоставленного данному гражданину (например, права управления транспортными средствами, права охоты); исправительные работы; административный арест и другие виды взысканий. Они применяются административными органами и судом к лицам, совершившим административные правонарушения.
Дисциплинарно-правовые санкции включают в себя замечание, выговор, строгий выговор, увольнение и другие дисциплинарные взыскания, предусмотренные Кодексом законов о труде Российской Федерации. Они применяются администрацией предприятия, учреждения, организации за нарушение трудовой дисциплины. С этой разновидностью санкций сочетается, хотя имеет и самостоятельное значение, такая санкция, как материальная ответственность работников за ущерб, причиненный предприятию, учреждению, организации хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в т9х случаях, когда фактический размер ущерба превышает его номинальный размер.
Среди гражданско-правовых санкций, применяемых за совершение гражданских правонарушений, преобладают санкции в виде возмещения правонарушителем причиненного имущественного вреда (обращение взыскания на имущество и денежные средства должника, изъятие имущества из чужого незаконного владения, возмещение убытков, принудительное выполнение невыполненной обязанности и т.п.) или в виде взыскания с виновного в нарушении договорных обязательств неустойки (штрафа, пени).
Соответствующие санкции присущи также нормам, относящимся и к другим отраслям права.
По характеру неблагоприятных для нарушителя последствий санкции подразделяются на правовосстановительные (возместительные) и штрафные (карательные). К первым относятся: санкции гражданского, финансового, трудового, процессуального права, ко вторым – уголовного и административного права.
В зависимости от степени определенности санкции юридических норм делятся на абсолютно-определенные, относительно-определенные и альтернативные.
Абсолютно-определенные санкции точно указывают меру государственного воздействия, которая должна быть применена в случае нарушения данной нормы.
Относительно-определенные санкции устанавливают низший и высший или только высший пределы меры государственного воздейст
вия на правонарушителя. Например, санкции норм Особенной части уголовного права, выраженные формулами: «наказывается лишением свободы на срок от... до... лет», «наказывается лишением свободы на срок до... лет».
Альтернативные санкции позволяют правоприменителю выбрать из двух или нескольких возможных вариантов меры государственного воздействия какой-то один – наиболее соответствующий конкретным обстоятельствам совершенного правонарушения. Например, модели многих санкций уголовно-правовых норм («наказывается лишением свободы на срок до... лет, или исправительными работами на тот же срок, или увольнением от должности»).
Правильное понимание структуры юридической нормы с необходимостью предполагает четкое представление о соотношении нормы права и статьи нормативного акта. Данный вопрос имеет важное не только научное, по и практическое значение. Смешение нормы права, которая относится к содержанию права, со статьей нормативного акта, относящейся к форме выражения права, их отождествление ведет к неправильному представлению о внутреннем строении юридической нормы, постановке под сомнение или даже отрицанию ее трехэлементной структуры, затрудняет процесс применения права.
Норма прапа далеко не во всех случаях совпадает со статьей закона или иного нормативного акта. Не всегда в словесной формулировке отдельной статьи можно обнаружить все три известных нам элемента соответствующей правовой нормы, не говоря о том, что и тогда, когда норма права и статья нормативного акта совпадают, структурные элементы нормы зачастую не лежат на поверхности, требуется вычленить их путем мыслительного процесса. Непринятие во внимание этого обстоятельства ведет к утверждениям о двухэлементной структуре некоторых правовых норм, когда у одних из них якобы отсутствует гипотеза, у других – санкция.
Вопрос о соотношении нормы права и статьи нормативного акта тесно связан с правилами законодательной техники, такими ее требованиями, как ясность, краткость и компактность изложения нормативного материала, удобство его изучения, толкования и применения. Сообразно этому в тексте статей формулировки некоторых элементов нормы могут сливаться, отдельные элементы полностью или частично подразумеваются. Например, в словесной формулировке диспозиций многих норм нередко указываются либо только субъективные права, либо только юридические обязанности одной из сторон, но при этом необходимым образом подразумеваются соответствующие им обязанности или права другой стороны.
В наиболее общем виде различаются три варианта соотношения нормы права и статьи нормативного акта или, что одно и то же, три способа изложения юридических норм в статьях нормативных актов.
1. Норма права и статья закона или другого нормативного акта совпадают. В этом случае в статье наличествуют все три элемента, составляющие выраженную в ней правовую норму. В качестве примера можно сослаться на любую норму Особенной части уголовного права. Диспозиция последней означает запрет совершения указанного в статье состава преступления (убийство, кража, мошенничество, терроризм, хулиганство, возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды и т.д.), гипотеза предполагает условия вступления нормы в действие (если кто-либо совершил данное преступление), санкция определяет наказание за нарушение содержащегося в диспозиции запрета, т.е. за совершение определенного преступления.
2. Норма права изложена в двух или нескольких статьях одного и того же нормативного акта или даже другого нормативного акта. Например, гипотеза и диспозиция нормы, предусматривающей обязанность должника возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, расположены в одной статье (ст. 393 ГК РФ), тогда как санкция этой нормы, заключающаяся в обращении взыскания на имущество должника, находится в другой статье (ст. 368 ГПК РСФСР).
3. В одной статье нормативного акта содержатся две или несколько юридических норм. Например, статья 14 Семейного кодекса РФ, указывающая на препятствия к заключению брака, включает четыре части, каждая из которых представляет собой отдельную правовую норму. Большинство статей Особенной части УК РФ состоит из двух или более частей, каждая из которых – самостоятельная норма права.
3. КЛАССИФИКАЦИЯ ПРАВОВЫХ НОРМ
Научно обоснованная классификация правовых норм позволяет:
во-первых, четко определять место каждого вида юридических норм в системе действующего в государстве права;
во-вторых, лучше уяснить функции правовых норм и их роль в механизме правового регулирования;
в-третьих, точнее определить пределы и возможности регулирующего воздействия права на общественные отношения, пути повышения эффективности правовых норм;
в-четвертых, совершенствовать правотворческую и правопри-менительную деятельность государственных органов.
Научная и практическая ценность классификации правовых норм зависит от обоснованного выбора ее критериев.
Юридические нормы можно подразделить на виды по различным основаниям.
По функциональной роли в механизме правового регулирования нормы права классифицируются на исходные нормы и нормы-правила поведения, общие и специальные.
Исходные (отправные, учредительные) нормы определяют основы правового регулирования общественных отношений, его цели, задачи, принципы, пределы, направления, закрепляют правовые категории и понятия. К этому виду правовых норм относятся: нормы-начала, конституционно закрепляющие основы экономики и политики, гражданского общества и государственного строя, взаимоотношений государства и личности, прав и свобод граждан; нормы-принципы, выражающие принципы права; опрвделителъно-установочные нормы, формулирующие цели и задачи отраслей права и правовых институтов, предмет, формы и средства правового регулирования; нормы-дефиниции, содержащие определения правовых понятий и категорий (например, ст. 17 и 21 ГК РФ, в которых даются определения понятий гражданской правоспособности и дееспособности; ст. 14 и 43 У К РФ, содержащие определения понятий преступления и наказания).
Исходные нормы участвуют в правовом регулировании не напрямую, а опосредованно, в тесной связи и единстве с нормами – правилами поведения, нормами непосредственного, прямого регулирования, составляющими основную, ббльщую часть юридических норм.
С учетом функциональной роли юридических норм п правовом регулировании их подразделяют также на общие и специальные. Такое деление отражает тот факт, что и те и другие, будучи предписаниями общего характера, различаются между собой по степени общности и сфере действия. Соответственно под общими нормами следует понимать такие предписания, которые присущи общей части той или иной отрасли права (государственного, административного, трудового, гражданского, уголовного и др.) и распространяются на все или ббль-шую часть институтов соответствующей отрасли права. Общие нормы могут иметь не только отраслевое, но и многоотраслевое значение (например, нормы, выраженные в ст. 46,47,48,51,53,54,123 Конституции РФ – для соответствующих институтов гражданско-процессуального и уголовно-процессуального права).
Специальные нормы относятся к отдельным институтам той или иной отрасли права и регулируют какой-либо определенный вид родовых общественных отношений с учетом присущих им особенностей, специфики, конкретных условий и т.п. Специальные нормы детализируют общие, корректируют временные и пространственные условия их реализации, способы правового воздействия на поведение личности.
24-1934 ,
По предмету правового регулирования (по отраслевой принадлежности) юридические нормы подразделяются на нормы государственного (конституционного), административного, финансового, земельного, гражданского, гражданско-процессуального, трудового, экологического, уголовного, уголовно-процессуального и иных отраслей права.
Отраслевые нормы делятся на материальные и процессуальные. Различие между ними в том, что первые отвечают на вопрос что регулируют нормы права?», а вторые – «как?». Процессуальные правовые нормы – правила поведения организационно-процедурного характера, они регламентируют порядок, формы и методы реализации норм материального права.
По методу правового регулирования нормы права классифицируются на императивные, диспозитивные, поощрительные, рекомендательные.
Содержание методов правового регулирования составляют в основном следующие способы воздействия на поведение субъектов: 1) императивный (метод властного приказа), направленный на обеспечение предписанного государством строго обязательного поведения субъекта; 2) автономный, оставляющий субъектам значительный простор для свободного волеизъявления; 3) поощрительный, стимулирующий желательное для государства и общества правомерное и социально активное поведение; 4) рекомендательный, предлагающий наиболее приемлемый с точки зрения государства вариант поведения. Сообразно этому и классифицируются юридические нормы, каждая разновидность которых, в свою очередь, образует нормативную базу соответствующего метода, предопределяет его своеобразие, является существенным элементом его предметной характеристики,
Императивные нормы – категорические, строго обязательные веления, не допускающие отступлений и иной трактовки предписания. Императивными являются подавляющее большинство норм права, относящихся к различным его отраслям, в том числе все исходные юридические нормы.
Диспозитивные нормы предписывают вариант поведения, но при этом предоставляют субъектам возможность в пределах законных средств урегулировать отношения по своему усмотрению. Суть такой более широкой правовой автономии, которой наделяются участники отношений, регулируемых диспозитивной нормой, заключается в том, что сторонам предоставляется возможность самим договориться о своих взаимных правах и обязанностях, и лишь на случай, если они не сделают этого, предписывается определенный обязательный вариант поведения.
Диспозитивные нормы свойственны многим отраслям российского права, однако в наибольшей мере они присущи гражданскому праву, •гак как специфический метод правового регулирования данной отрасли базируется на автономном положении субъектов, признании их ра-иенства, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела.
Поощрительные нормы – это предписания относительно предоставления мер поощрения за одобряемый государством и обществом, полезный для них вариант поведения субъектов, заключающийся в добросовестном выполнении своих юридических и общественных обязанностей либо в достижении результатов, превосходящих обычные гребования.
Рекомендательные нормы устанавливают варианты желательного, с гочки зрения государства, урегулирования общественных отношений, для обеспечения реализации которых адресаты данных рекомендаций проводят соответствующие их компетенции мероприятия с учетом своих местных условий, возможностей и резервов. Субъекты – адресаты рекомендательных норм разнообразны, но согласно сложившейся практике российского права главным образом ими являются колхозы, другие кооперативные организации и государственные предприятия.
По юридической силе, т.е. в зависимости от субъекта правотвор-честна – органа, издавшего те или иные правовые нормы, они подразделяются на федеральные и региональные законодательные нормы, обладающие в пределах своей компетенции высшей юридической силой, и федеральные и региональные подзаконные нормы, выраженные в подзаконных нормативных актах, издаваемых на основе и во исполнение закона.
Федеральные законодательные нормы подразделяются на нормы, содержащиеся: в Конституции РФ; федеральных конституционных законах; федеральных законах.
Региональные законодательные нормы делятся на нормы, содержащиеся: в конституциях и уставах субъектов Российской Федерации (республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов) и законах указанных субъектов в составе РФ.
Федеральные подзаконные нормы подразделяются на нормы, выраженные: в нормативных указах Президента РФ; постановлениях Правительства РФ; приказах и инструкциях федеральных министерств, государственных комитетов и других органов исполнительной власти Российской Федерации. Соответственно разграничиваются и региональные подзаконные нормы, издаваемые органами исполнительной власти субъектов РФ.
24*
По сфере действия юридические нормы разграничиваются на нормы общего действия (значения), ограниченного действия, локальные.
Нормы общего действия не предусматривают специальных условий и каких-либо ограничений их действия. Таковыми являются федеральные правовые нормы: исходные, конституционные и другие нормы, выраженные в нормативных актах федеральных органов законодательной и исполнительной власти Российской Федерации.
Нормы ограниченного действия – это общие предписания, пределы реализации которых связываются с определенными пространственными, субъектными, временными и ситуационными факторами. К данному виду правовых норм относятся: все региональные нормы; нормы, адресованные специальным субъектам (например, работникам определенных министерств и других федеральных ведомств, работникам с определенными условиями труда, в частности, на подземных работах или в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местиостях, военнослужащим); нормы, действующие ограниченное время; нормы, рассчитанные лишь на экстремальную ситуацию (аварийная ситуация, стихийное бедствие, обстановка военного времени и т.п.).
Локальные нормы действуют в пределах отдельной государственной, кооперативной организации или их структурных подразделений, выражают характер, цели и специфику деятельности конкретного трудового коллектива, определенного общественного объединения, направлены на стимулирование и упорядочение этой деятельности.
Получило распространение деление правовых норм на основании особенностей их структурных элементов. Так, по форме выражения диспозиции нормы права подразделяются на управомочивающие, обязывающие и запрещающие, по форме изложения санкции – на абсолютно-определенные, относительно-определенные и альтернативные.
Своеобразный вид правовых норм, выделяемых в зависимости от особенностей диспозиции, составляют бланкетные нормы, в которых содержится лишь общее направление, своего рода каркас правила поведения, тогда как его конкретизация, наполнение определенным содержанием поручается соответствующему государственному органу.
При классификации правовых предписаний по данному критерию некоторые авторы предлагают также различать отсылочные (ссылочные) нормы. Однако для выделения такого вида норм нет оснований, оно происходит в результате смешения правовой нормы со статьей нормативного акта. С учетом структуры юридической нормы отсылочных норм быть не может, но существуют ссылочные статьи нормативных актов, т.е. такие, которые отсылают к другим статьям.
Наряду с рассмотренными основаниями классификации в юридической литературе предлагаются и некоторые иные критерии деления правовых норм-. Однако следует иметь в виду, что при всей ценности подобных классификаций ни одну из них нельзя абсолютизировать, ибо одна и та же норма, в зависимости от решения определенных теоретических и практических задач, с учетом ее всестороннего, комплексного рассмотрения может быть одновременно отнесена к нескольким различным видам правовых норм.
Классификация юридических норм способствует выявлению и практическому использованию их богатейших, разносторонних возможностей в осуществлении и совершенствовании правового регулирования, а следовательно, и постоянно возрастающей роли в развитии общества.

Тема 16. ФОРМЫ ПРАВА (В.Л. Кулаков)

1. ПОНЯТИЕ ФОРМЫ ПРАВА. СООТНОШЕНИЕ ФОРМЫ И ИСТОЧНИКА ПРАВА
Как целостное явление социальной действительности право имеет определенные формы своего внешнего выражения. Отражая особенности структуры содержания, они представляют собой способы организации права вовне.
Для обозначения этого явления в юридической литературе используются как тождественные понятия «форма права» и «источники права». Кроме того, существует еще категория «правовая форма». Это создает известные терминологические трудности, возникает проблема разграничения указанных понятий, уточнения их смыслового содержания.
Правовая форма отражает нею правовую реальность. Это понятие используется для обозначения связи права с иными социальными процессами. В данном случае внимание акцентируется на юридических свойствах правовых явлений, опосредующих экономические, политические, бытовые и иные отношения.
Категория же «форма права», как наиболее широкая, отражает всю юридическую реальность, складывающуюся в обществе, все ее элементы, опосредующие экономические, политические, хозяйственные, культурные и иные фактические отношения, т.е. данный способ производства и обмена, данный тип экономического базиса.
Под формой права подразумеваются, как уже говорилось, определенные способы внешнего выражения права как одного из компонентов «юридической формы», иными словами, как более узкого самостоятельного явления. Назначение этой формы – упорядочить содержание, придать ему свойства государственно-властного характера.
В науке различают внутреннюю и внешнюю формы права. Под внутренней понимается структура права, система элементов (нормативные предписания, институты, отрасли). Под внешней – объективированный комплекс юридических источников, формально закрепляющих правовые явления и позволяющих адресатам правовых установлений ознакомиться с их реальным содержанием и пользоваться ими.
Понятия «форма права» и «источник права» тесно взаимосвязаны, но .не совпадают. Если «форма права» показывает, как содержание права организовано и выражено вовне, то «источник права» – истоки формирования права, систему факторов, предопределяющих его содержание и формы выражения.
Источник права определяется в юридической литературе неоднозначно: и как деятельность государства по созданию правовых предписаний, и как результат этой деятельности. Есть и иные точки
зрения.
Содержание и форма права не являются результатом произвольного конструирования законодателя. Их первопричины заложены в системе общественных отношений, исключающих монизм источника и предопределяющих многообразие форм внешнего выражения права.
В правоведении различают материальные, идеальные и юридические источники права.
Материальные – коренятся прежде всего в системе объективных потребностей общественного развития, в своеобразии данного способа производства, в базисных отношениях.
Однако общественные потребности должны быть осознаны и скорректированы законодателем в соответствии с уровнем его правосознания и политической ориентации. На его позицию могут оказать влияние особенности международной и внутриполитической обстановки, некоторые иные факторы. Все эти обстоятельства в своей совокупности составляют источник права в идеальном смысле.
Результат идеологического осознания объективных потребностей общественного развития посредством ряда правотворческих процедур получает объективированное выражение в юридических актах, которые являются юридическим источником права. В данном случае источник права в юридическом смысле и форма права совпадают по своему
содержанию.
Названные три источника лишь в самой общей форме показывают систему правообразующих факторов и механизм их воздействия на формирование права. В реальной же действительности эта система гораздо разнообразнее, она объединяет и экономические, и политические, и социальные, и национальные, и религиозные, и внешнеполитические, и иные обстоятельства. Одни из них находятся вне правовой системы, другие (обеспечивая внутреннюю согласованность и структурную упорядоченность) – внутри ее. Они могут быть как объективными, не зависящими от воли и желания людей, так и субъективными, проявля-
) См.: Разумовчч Н.Я. Источники и формы права // Сов. государство и право. 1988.
№3.
ющимися, например, в действиях политических партий, давлении определенных слоев населения, законодательной инициативе, лоббизме, участии экспертов и т.п.
Причем степень влияния каждого из этих факторов на действующую правовую систему достаточно часто меняется. Особенно видны эти изменения при революционной смене правовых систем, когда повышается значимость субъективных обстоятельств.
Так, в обстановке накала политических страстей население стремится с помощью митингов, забастовок, протестов, других акций оказывать непосредственное давление на содержание принимаемых решений. При этом во временном выигрыше могут оказаться лишь небольшие, но наиболее сплоченные и социально активные слои граждан (шахтеры, авиадиспетчеры, вкладчики акционерных обществ). Они оказывают мощное влияние (прямое и косвенное) на правотворческие органы. В проигрыше же оказывается пес общество. Неучтенные интересы иных социальных групп, нарушение объективно необходимого баланса общественных, групповых и личностных интересов в праве становятся барьером на пути реализации законов, причиной обострения социальных противоречий.
Своеобразие источников сказывается на формах внешнего выражения права. В них наглядно проявляются исторические особенности тех или иных общественных систем, разнообразие форм государственного вмешательства в общественную жизнь, а также известность научных Школ, обосновывающих специфику этого вмешательства.
Взгляды ученых на форму права исторически изменялись и зависели от того, какое содержание они вкладывали в понятие права в разные периоды времени. У сторонников естественно-правовой концепции складывалось одно представление о содержании и форме существования права, у сторонников психологической школы – другое, а у норма-тивистов – третье.
Однако все это многообразие взглядов, школ и правовых систем объединяется представлением о праве как о системе общеобязательных правил поведения, объективированных в разного рода актах и иных доступных для восприятия источниках, имеющих различные технические характеристики (от берестяных грамот, закрепляющих обычаи и религиозные верования, до современных электронных носителей правовой информации). Так, юридическими источниками рабовладельческого права были различные религиозные правила, обычаи, решения судебных органов, распоряжения должностных лиц, а также доктри-нальное толкование юридических предписаний выдающимися правоведами того времени.
Состояние феодального общества также обусловило множественность форм (источников) права, закрепляющих «кулачное право»
сильного. Это и возродившиеся нормы обычного права (Русская правда, Салическая правда), это и получившие особенно широкое распространение религиозные правила (каноническое право, Коран), это и судебная практика, и прецеденты, и труды крупных ученых-юристов.
Пришедшая к власти буржуазия, сохранив в отдельных странах юридическую значимость судебной практики, религиозных норм и обычаев, постепенно, в связи с укреплением государственных начал в управлении обществом, в качестве основной формы права установила нормативно-правовой акт (законодательство).
Таким образом, диалектическая взаимосвязь системы источников и форм внешнего выражения права определяет специфику конкретных правовых систем. В одних государствах преимущественное распространение получили правовые акты парламентов, в других – делегированное законодательство органов управления, в третьих – прецеденты и судебные решения, в четвертых – религиозные нормы (Коран, Сунна, Иджма) и т.д.
2. ВИДЫ ФОРМ ПРАВА
В российской правовой системе утвердились такие формы права, как правовой обычай, правовой прецедент, договор с нормативным содержанием и нормативно-правовой акт.
Правовой обычай – одна из наиболее древних разновидностей социальных норм. По своей природе правовой обычай довольно консервативен, так как возник и результате многократного повторения и обобщения наиболее рациональных вариантов общественно значимого поведения людей, передающихся из поколения в поколение.
Обычай исторически предшествовал закону. Он регулировал такие социально значимые отношения, где вмешательство законодателя или нежелательно, или преждевременно.
Государство по-разному относится к различным обычаям. Одни из них, отражающие расовую и религиозную нетерпимость, неравноправие полов, противоречащие общественной морали, государственной политике, как правило, запрещаются законом (ст. 232 УК РСФСР – выкуп за невесту). Другие, эффективно регулирующие те или иные общественные отношения, напротив, поощряются и санкционируются законом. Законодатель, не воспроизводя текстуально содержание соответствующего обычая, делает на него ссылку в нормативном акте, тем самым возводит его в разряд правового.
Так, в пункте 1 статьи 19 ГК РФ указывается, что «гражданин приобретает и осуществляет права и обязанности под своим именем, включающим фамилию и собственно имя, а также отчество, если иное не вытекает из закона или национального обычая», а статья 134 КТМ РФ
устанавливает, что «срок, в течение которого груз должен быть погружен на судно, определяется соглашением сторон, а при отсутствии такового соглашения – сроками, обычно принятыми в порту погрузки». В таких случаях обычай, приобретая форму правового, обеспечивается не только мерами общественного воздействия, но и возможностью принуждения со стороны государства.
Правовой прецедент представляет собой такое решение государственного органа, которое принимается за образец (правило) при последующем рассмотрении аналогичных дел. С его помощью может быть Подтвержден или объяснен какой-либо аналогичный факт или обстоятельство.
Как форма (источник) права юридический прецедент получил наиболее широкое распространение в системе общего права Англии, США, Канады, Австралии, где он имеет силу законодательного акта. Однако его элементы имеют место и в российской правовой системе, что связано прежде всего с деятельностью Конституционного, Верховного и Высшего Арбитражного судов, руководящие разъяснения которых кладутся в основу решений конкретных юридических споров всеми нижестоящими судебными органами.
Прецедент может быть как судебным, так и административным2. Он предоставляет судье или должностному лицу непростую возможность личного усмотрения, поскольку при отсутствии полной аналогии жизненных ситуаций именно эти люди обладают правом оценивать степень аналогичности рассматриваемых обстоятельств. Причем в прецеденте не обязательно все предшествующее решение, а лишь суть правовой позиции суда, вынесшего первоначальное решение или приговор. Степень обязательности прецедента зависит также от положения в судебной системе как суда, разрешающего конкретную жизненную ситуацию, так и суда, чье решение берется за образец по аналогичным делам. Чем выше положение суда, тем меньше он связан прецедентами.
Договор с нормативным содержанием. В условиях реформирования политической и экономической систем в России, когда существенно расширяются полномочия субъектов Федерации, хозяйственных предприятий и отдельных граждан, оптимальной формой учета многообразного спектра интересов становится не властный приказ из центра, а договор.
Нормативные договоры получают все более широкое распространение в конституционном, трудовом, гражданском, международном и
* См.: Кросс Р. Прецедент в английском праве. М., 1985 С. 8.
2 Судебный прецедент следует отличать от прецедента толкования нормативных актов высшими судебными органами, специфика которого связана в основном с его процедурой и ориентацией на логические проблемы содержания толкуемого акта.
других отраслях права. Они бывают внутригосударственными и международными, учредительными и обычными, типовыми и текущими.
Любой договор с нормативным содержанием имеет следующие свойства: 1) содержит норму общего характера; 2) добровольность заключения; 3) общность интереса; 4) равенство сторон; 5) согласие участников по всем существенным аспектам договора; 6) эквивалентность и, как правило, возмездность; 7) взаимную ответственность сторон за невыполнение или ненадлежащее исполнение принятых обязательств; 8) правовое обеспечение*.
В отличие от договоров-сделок нормативный договор не носит персонифицированного, индивидуально-разового характера, его содержание составляют правила поведения общего характера – нормы.
Наиболее распространенным примером такого рода актов является коллективный договор между администрацией предприятия и профсоюзной организацией, представляющей трудовой коллектив. Он выполняет весьма значительную роль при регулировании трудовых отношений. К числу нормативных относится и Федеративный договор, заключенный между федеральной властью и субъектами Российской Федерации.
Нормативно-правовые акты являются основной и наиболее совершенной формой современного права. Их большой удельный вес по сравнению с другими формами связан прежде всего с повышением роли государства в регулировании общественно значимых отношений. Кроме того, их широкому использованию «помогают» такие качества, как способность централизованно регулировать различные отношения, быстро реагировать на изменения потребностей общественного развития, четкость и доступность изложения выраженных в нем предписаний. Документально-письменная форма нормативно-правовых актов позволяет непосредственно и оперативно знакомить с их содержанием население.
Нормативно-правовые акты следует отличать от иных формально схожих (но не правовых) актов, содержащих типичные нормативные предписания, выраженные в документально-письменной форме (уставы политических партий, разнообразные акты общественно-политических движений и общественных организаций, инструкции по пользованию электронной техникой, бытовыми приборами и т.д.). Это отличие выражается в следующем:
1) нормативно-правовые акты исходят от государства, выражают сбалансированную государственную волю. При этом они являются ре-
Подробнее о нормативных договорах см.: Тихомиров Ю.А Публичное право М., 1995.
зультатом правотворческой деятельности не всяких, а лишь компетентных (уполномоченных на То законом) государственных органов. Принимать такого рода акты могут и иные, негосударственные организации (акционерные общества, профсоюзы и т.д.), но лишь с ведома (предварительного или последующего санкционирования) государства;
2) их основное содержание составляют типичные нормативные предписания, обладающие определенной юридической силой и устанавливающие единый, государственно-властный порядок регулирования социально значимых отношений, ограниченный во времени, в пространстве и по кругу адресатов;
3) они имеют строго определенную документально-письменную форму (закон, указ, постановление и т.д.). Это официальные акты-документы, имеющие установленные символы и реквизиты. Их содержание должным образом структурировано и излагается стилем документов с использованием специальной и общепризнанной терминологии;
4) нормативно-правовые акты принимаются и осуществляются в юридически урегулированном процедурно-процессуальном порядке;
5) их реализация обеспечивается комплексом мер государственного воздействия (экономическими, организационными, принудительными и т.д.).
Нормативно-правовые акты не следует отождествлять не только с нормативными, но и с иными правовыми (правопримснитсльными, интерпретационными) актами, имеющими свою видовую специфику.
Так:
• если нормативно-правовой акт направлен на регулирование наиболее типичных, массовых отношений (Уголовный кодекс РФ), то акты применения права регулируют конкретные жизненные ситуации, единичные случаи (приговор суда);
• если нормативно-правовой акт рассчитан на неопределенно большое количество ситуаций, то акт применения права – на однократную реализацию;
• если нормативно-правовой акт не персонифицирован, адресован неопределенно большому числу людей, попавших в типичную жизненную ситуацию, то акт применения имеет конкретного адресата.
В отличие от нормативно-правового интерпретационный акт (акт толкования) вообще не содержит норм права. Выполняя вспомогательные функции, он лишь разъясняет смысл и содержание нормативных предписаний, обслуживает нормативный акт.
В итоге нормативно-правовой акт можно определить как изданный в особом порядке официальный акт-документ компетентного право-творческого органа, содержащий нормы права.
Следует иметь в виду, что некоторые преимущества нормативно-правового акта могут превратиться в недостатки. Так, стереотипность, абстрактность формы не позволяет порой учитывать многообразия жизненных реалий и перед правоприменителем возникает проблема отсутствия правового ориентира для разрешения спорной ситуации. Впоследствии она решается в процессе правотворческой деятельности, но для этого необходимо время. Не устраняет неопределенности и использование правовой аналогии.
Противоречие права и конкретной действительности систематически обостряется различными обстоятельствами объективного и субъективного порядка, когда нормативные установления отстают от потребностей сегодняшнего дня, когда законодатель в результате политического компромисса создает противоречивые нормы, использует оценочные понятия, не раскрывая их содержания (хищение в особо крупных размерах, производственная необходимость и т.д.), отдает на усмотрение правоприменителя порядок и характер разрешения некоторых жизненных ситуаций и т.д. Суд же не может отказать в правосудии из-за неполноты или неясности закона.
Поэтому в качестве дополнительного, второстепенного источника права используется судебная практика, в процессе которой не только детализируются и конкретизируются законы, но и вырабатываются праиоположения, обобщающие целесообразный, не противоречащий действующему законодательству повседневный опыт разрешения спорных жизненных ситуаций. Этот опыт выражается в форме руководящих разъяснений Верховного Суда РФ, инструкций Высшего Арбитражного Суда РФ, использующихся как ориентир при разрешении конкретных дел.
3. СИСТЕМА НОРМАТИВНЫХ АКТОВ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Все нормативно-правовые акты функционируют как единая система, которая характеризуется согласованностью, взаимодействием, иерархичностью, специализацией и дифференциацией по отраслям и институтам.
Система нормативных актов в Российской Федерации включает в себя правовые акты общефедеральных органов, акты субъектов Федерации, местного самоуправления, а также акты прямого народного волеизъявления. Такое их разнообразие обусловлено федеративным строением государства, своеобразием правотворческих органов, спецификой регулируемых отношений, другими обстоятельствами, служащими основаниями для их классификации.
В зависимости от особенностей правового положения субъекта пра- вотворчества все нормативно-правовые акты подразделяются на: ;
• нормативные акты государственных органов; *
• нормативные акты общественных объединений (кооперативных, акционерных, профессиональных и т.п.);
• совместные акты (государственных и негосударственных организаций);
• нормативные акты, принятые в порядке референдума.
В зависимости от сферы действия нормативные акты делятся на:
• общефедеральные;
• акты субъектов Федерации;
• акты органов местного самоуправления;
• локальные акты (регулирующие отношения внутри какой-либо
организации, предприятия, учреждения). В зависимости от срока действия различают:
• акты неопределенно длительного действия;
• временные акты.
В зависимости от юридической силы нормативно-правовые акты подразделяются на
• законы и подзаконные акты.
Критерии данной классификации позволяют установить значимость нормативных актов, их место и роль в правовой системе. В этой связи целесообразно более подробно рассмотреть названные выше виды актов.
4. ПОНЯТИЕ И ВИДЫ ЗАКОНОВ. КРАТКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОСНОВНЫХ СТАДИЙ ЗАКОНОТВОРЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Законы занимают главное место в системе нормативно-правовых актов. Их ведущее положение определяется следующими основными признаками.
Во-первых, они принимаются только законодательными (представительными) органами государственной власти или непосредственно народом в порядке референдума.
Во-вторых, обладают высшей юридической силой, которая означает, что содержание всех иных нормативно-правовых актов не должно противоречить законам: никто не вправе отменить или заменить закон, кроме органа, который его издал.
Следует, однако, заметить, что в случае возникновения противоречия между федеральным законом и нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации, изданным в рамках его компетенции, действует нормативный правовой акт субъекта РФ.
В-третьих, регулируют наиболее важные основополагающие отношения. В законах закрепляется общественный и государственный строй, компетенция центральных звеньев государственного механизма, основные права и свободы граждан и т.д.
В-четвертых, содержат нормы первичного, исходного характера. Все иные акты призваны в основном детализировать и конкретизировать нормативные установления законов.
В-пятых, принимаются в особом процессуальном порядке.
Таким образом, закон – это принятый в особом порядке акт законодательного органа, обладающий высшей юридической силой и направленный на регулирование наиболее важных общественных отношений.
Законы многообразны, поэтому нуждаются в классификации. Кри- ерии этой классификации обусловлены особенностями регулируемых отношений, своеобразием субъекта правотворчества, адресата, терри-1 ории, на которой они действуют, и т.д.
Особый интерес представляет деление законов в зависимости от их тачимости в системе действующего законодательства. По этому осно-нанию различают законы конституционные и текущие.
Конституционные законы закрепляют основы общественного и государственного строя, служат юридической базой для текущего законодательства. К ним относятся: Конституция и законы, вносящие в нее изменения и дополнения, а также законы, конкретизирующие ее содержание.
Конституция является основным законом государства. Ее сущность состоит в том, что она отражает расстановку политических сил в обществе, юридически закрепляет баланс их интересов. Различают фактическую и юридическую конституции. Фактическая конституция – это реальные отношения в обществе. Юридическая конституция представляет собой правовое оформление этих отношений.
Конституция занимает главное место в системе нормативно-правовых актов, которое определяется ее особыми свойствами и особой ролью. Приоритетное значение Конституции состоит в том, что она, как акт высшей юридической силы, составляет нормативную базу всего текущего законодательства. Значимость ее еще больше возрастает в федеративных государствах, где она является основой для развития не только текущих законов, но и конституций субъектов Федерации.
Выполняя непосредственно регулятивную функцию, Конституция призвана обеспечить внутреннее единство норм национальной правовой системы и эффективные правовые связи с зарубежными правовыми системами.
Перечень конституционных законов исчерпывающе определен Конституцией РФ. Это: законы о порядке деятельности Правительства
РФ, судебной системе, Конституционном Суде, чрезвычайном положении, режиме военного положения и т.д. (всего их 14).
Прямое закрепление в Конституции данных актов, круга регулируемых ими отношений, усложненная процедура принятия (обязательное одобрение не менее 3/4 голосов членов Совета Федерации, невозможность наложения на них вето Президента) определяют их центральное место в системе действующего законодательства и повышенную юридическую силу.
Текущие (обыкновенные) законы принимаются на основе и во исполнение конституционных законов, составляют текущее законодательство и регулируют различные стороны экономической, политической, культурной жизни страны.
Особой разновидностью текущих законов являются органические и чрезвычайные законы.
Органические (кодифицированные) законы – юридически цельные, внутренне согласованные акты, отличающиеся высоким уровнем нормативных обобщений и призванные комплексно регулировать определенную сферу общественной жизни. К таким законам могут быть отнесены Основы законодательства и кодексы по различным отраслям законодательства.
Чрезвычайные (исключительные) законы принимаются при тех или иных чрезвычайных обстоятельствах, вызванных природными, экологическими, социальными и иными причинами, носят временный характер.
Законодательная деятельность – сложный и многогранный процесс, требующий объективного, подлинно научного подхода, определения перспектив развития конкретных сфер общественной жизни и предвидения последствий реализации тех или иных законодательных решений.
Высокая социальная значимость законодательных установлений предполагает повышение требований к содержанию и форме их внешнего, текстуального выражения, законодательное закрепление и неуклонное соблюдение четкой процедуры выработки законопроектов.
Порядок подготовки, рассмотрения и принятия законов определяется Конституцией и регламентами деятельности соответствующих представительных органов государственной власти. Эти акты предусматривают следующие основные стадии издания законов:
• законодательная инициатива;
• обсуждение законопроекта;
• принятие закона;
• опубликование(обнародование).
Под законодательной инициативой принято понимать предоставленное строго определенному кругу лиц или учреждений право на внесение в органы представительной власти предложений по совершенствованию законодательства и конкретных законопроектов, которому корреспондирует обязанность законодательных органов рассмотреть
эти инициативы.
К числу субъектов, наделяемых правом законодательной инициативы, статья 104 Конституции РФ относит Президента РФ, Совет Федерации, членов Совета Федерации, депутатов Государственной Думы, Правительство, законодательные органы субъектов РФ, Конституционный, Верховный и Высший Арбитражный суды РФ.
После регистрации законопроекты направляются в рабочие органы палат (комитеты и комиссии) для предварительного рассмотрения и подготовки предложений о порядке дальнейшей работы над ними. Некоторые из актов, связанных со значительным расходованием денежных средств из федерального бюджета, должны иметь предварительное
заключение Правительства.
Обсуждение законопроекта осуществляется, как правило, в нескольких чтениях. Оно проводится на открытом заседании палаты представительного органа и начинается с доклада инициатора законопроекта и содоклада подготовительной комиссии (комитета) по основным положениям проекта. При необходимости по особо важным, касающимся «сего населения законопроектам может быть и всенародное обсуждение. Непосредственное рассмотрение текста проводится постатейно, по разделам или в целом. При этом каждая предложенная поправка голосуется отдельно.
В зависимости от степени готовности законопроекта он может быть либо принят, либо отклонен, либо направлен на доработку и повторное
рассмотрение.
Принятие закона. Принятие федерального закона осуществляется на заседании Государственной Думы. Закон считается принятым, если за его принятие проголосовало более половины от общего числа этой палаты. Для принятия конституционного закона и для преодоления отлагательного вето Президента или Совета Федерации необходимо не менее двух третей голосов депутатов.
Некоторые законы могут иметь весьма существенное значение для всех субъектов Федерации (ст. 106 Конституции РФ). В этой связи они принимаются к рассмотрению Советом Федерации. Закон считается одобренным, если за него проголосовало более половины от общего числа членов этой палаты или если он в течение четырнадцати дней не был рассмотрен Советом Федерации вообще. При одобрении конституционного закона необходимо не менее трех четвертей голосов от
25 - 1934
общего числа членов Совета Федерации. Для преодоления разногласий между двумя палатами Федерального Собрания могут создаваться согласительные комиссии.
Текст принятого закона в течение четырнадцати дней подписывается и обнародуется Президентом. В случае несогласия с некоторыми положениями закона Президент может наложить на него отлагательное вето и направить на повторное рассмотрение в Госдуму.
Опубликование закона. Законы подлежат обязательному официальному опубликованию. Опубликование – основной вид оглашения закона. Оно имеет важное юридическое (так как с ним связано вступление закона в силу) и социальное значение (так как является основой презумпции знания закона). В соответствии с Конституцией РФ неопубликованные законы не применяются.
Согласно Федеральному закону «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» от 25 мая 1994 г. федеральные законы публикуются в течение семи дней после их подписания Президентом в «Российской газете» или в «Собрании законодательства Российской Федерации».
В этих изданиях публикуются и постановления палат Федерального Собрания, которые имеют как нормативный, так и ненормативный характер. Ими оформляются, например, принятие регламента, изменения и дополнения к нему, закрепляются результаты голосования, согласие на назначение или освобождение от должности, объявление амнистии, запрос в Конституционный Суд и другие вопросы.
В необходимых случаях законы могут быть оглашены и иными, неофициальными способами: опубликованы в органах печати, обнародованы по телевидению, радио, переданы по каналам связи, а также разосланы соответствующим государственным органам.
Подзаконные нормативно-правовые акты. Своеобразие указов и распоряжений Президента Российской Федерации связано с его компетенцией. Они не могут противоречить федеральным законам, но имеют приоритетное значение по отношению к иным подзаконным актам.
В зависимости от характера полномочий Президента все его указы можно классифицировать на:
• указы в границах собственных полномочий;
• указы на основе полномочий, делегированных парламентом;
• указы, подлежащие утверждению Советом Федерации (о введении военного положения, чрезвычайного положения, представления о назначении на должность судей Конституционного Суда,
Верховного Суда, Высшего Арбитражного Суда, Генерального прокурора).
По юридической значимости указы делятся на нормативные и пра-воприменительные.
Нормативные указы содержат нормы права и регулируют разнообразные сферы общественной жизни, имеют общеобязательный характер. Особенно много указов принимается для регулирования отношений в области экономики (о приватизации, рынке ценных бумаг, инвестициях и т.д.). Иногда они сопровождаются утверждением положений об органах, выполняющих определенные функции, или о порядке деятельности в конкретной сфере общественных отношений.
Правоприменительные указы носят индивидуально-разовый характер и принимаются но конкретным вопросам управления (о назначении на должность, присвоении звания и т.д.).
Распоряжения Президента также ненормативны и принимаются по оперативным вопросам государственного управления (создание рабочих комиссий, выделение регионам средств из резервного фонда и т.д.). Их отличие от ненормативных указов несколько условно и может рассматриваться (анализироваться) применительно к каждому конкретному случаю.
Президенты республик, входящих в состав Российской Федерации, тоже издают правовые акты в форме указов и распоряжений.
Очень важны и многообразны по содержанию нормативно-правовые акты российского Правительства.
Эти акты можно подразделить на акты, издаваемые во исполнение Конституции, федеральных законов и нормативных указов Президента, и акты по вопросам собственной компетенции. Специфика координирующей, управленческой деятельности Правительства сказывается на содержании и массиве принимаемых актов.
Правительство разрабатывает, утверждает и реализует базовые нормативно-правовые акты и целевые комплексные программы, рассчитанные на длительный период действия (федеральный бюджет, федеральная программа поддержки малого предпринимательства и т.д.).
Принимаемые им акты:
во-первых, оперативно регулируют отношения в различных отраслях общественной и государственной жизни;
во-вторых, устанавливают правовые ориентиры для деятельности всех органов исполнительной власти, предприятий и учреждений;
в-третьих, вводят нормативно-правовые основы для издания других правовых актов.
В соответствии с действующим законодательством Правительство РФ для осуществления своих полномочий по управлению обществом
принимает постановления и распоряжения. Постановления, как правило, нормативны и общеобязательны, они разрабатываются и принимаются коллегиально. Распоряжения же, будучи разновидностью право-применительных актов, принимаются и подписываются Председателем или заместителем Председателя Правительства на основе единоначалия и адресуются, как правило, узкому кругу исполнителей.
В соответствии с Указом Президента РФ «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти» от 23 мая 1996 г. указы и распоряжения Президента РФ, постановления и распоряжения Правительства РФ подлежат официальному опубликованию в «Российской газете» и в «Собрании законодательства Российской Федерации» в течение десяти дней после их пйдписаиия.
Министерства, государственные комитеты и иные федеральные ведомства издают правовые акты, именуемые приказами и инструкциями. В них обычно определяется порядок деятельности отраслевых подведомственных предприятий, организаций и учреждений но решению задач, стоящих перед отраслью. Иногда, в связи с межотраслевой, функциональной направленностью министерства (ведомства), эти акты могут быть адресованы нескольким министерствам и регулировать межотраслевые отношения. Например, правовые акты Министерства финансов, Министерства внутренних дел и др.
Приказы могут быть как нормативными, так и ненормативными. Будучи разновидностью распорядительных актов, они разрабатываются структурными подразделениями министерств и состоят из констатирующей и распорядительной частей. Подписываются министром или по его поручению заместителем министра.
Инструкции же, регулируя определенные стороны деятельности министерства, всегда имеют нормативное содержание. Они визируются руководителями структурных подразделений (разработчиков) и утверждаются министром (замминистра) путем издания приказа или проставления грифа утверждения.
Нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти, прошедшие государственную регистрацию в Министерстве юстиции РФ, подлежат обязательному официальному опубликованию в течение десяти дней после их регистрации в газете «Российские вести» и «Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти» издательства «Юридическая литература» или распространяемых центром правовой информации «Система».
На уровне субъектов Федерации используются те же формы правовых актов, что и на федеральном уровне (законы, указы, постановле
ния, распоряжения, приказы, другие установления). Однако есть и специфика, связанная с различным правовым положением субъектов регионального правотворчества, объемом и характером регулируемых отношений и другими обстоятельствами. Если правовые системы республик как субъектов Федерации уже сложились и во многом дублируют формы правовых актов федеральных органов, то правовые системы краев, областей, автономных округов и городов федерального значения находятся еще в стадии становления.
Основным нормативным актом, регламентирующим взаимоотношения органов власти и граждан на уровне области, является устав, выполняющий функции региональной конституции.
Губернаторы, главы администраций областей, краев, автономных областей, округов, городов федерального значения при осуществлении своих полномочий издают постановления и распоряжения.
В ряде областей, краях и городах федерального значения сформированы правительства, принимающие постановления. Их специализированные министерства и ведомства наделены правом на издание приказов и инструкций.
Весьма существенно расширены полномочия органов местного самоуправления. Их представительные органы (дума, муниципальный совет и др.) по вопросам своего ведения принимают коллегиальные решения, а главы органов местного самоуправления (главы администраций, мэры, старосты) – постановления и распоряжения. Форма опубликования данных актов определяется уставом данной административно-территориальной единицы.
Вес отмеченные выше акты могут быть как нормативными, так и правопримснительными. Тематический спектр нормативных установлений органов местного самоуправления весьма богат: это и акты об утверждении местного бюджета, и акты об охране природы, общественного порядка, предоставлении жилья, развитии коммунального хозяйства и т.д. Региональный характер регулируемых отношений позволяет отнести эти акты к категории локальных. Они обязательны для исполнения всеми расположенными на соответствующей территории предприятиями, учреждениями и организациями независимо от форм собственности, а также должностными лицами и гражданами.
Специфика этих актов заключается в том, что они имеют также локальную, ограниченную сферу действия, регулируя как управленческие, так и непосредственно производственные, коммерческие, научные, учебные и иные отношения, связанные с функциональным назначением предприятия.
Решения, как правило, имеют нормативное содержание и принимаются коллегиальными органами управления (общим собранием акционеров, советом директоров и т.п.).
Приказы нормативного и индивидуального значения принимаются руководителями предприятий, учреждений и организаций. С их помощью регулируются вопросы труда, заработной платы, материального поощрения и другие связи и отношения внутриорганизационного характера.
Распоряжения же принимаются директором предприятия, его заместителями и руководителями структурных подразделений для решения проблем, связанных с исполнением приказов и по иным оперативно-методическим вопросам.
Действующее законодательство не устанавливает конкретных форм нормативно-правовых актов общественных организаций. Они определяются самими организациями в положениях и уставах, закрепляющих основы функционирования добровольных сообществ.
Правовая природа этих нормативных актов производив от государства, от его согласия, санкции на юридически значимое регулирование определенной группы общественных отношений.
Система нормативно-правовых актов Российской Федерации была бы неполной без выделения группы международно-правовых актов. В соответствии с пунктом 4 статьи 15 Конституции РФ «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».
Среди международно-правовых актов можно выделить два основных вида – директивы и постановления. Директивы дают участнику сообщества при переработке своего законодательства возможность выбора способов, средств и форм реализации международных обязательств. В постановлениях же содержатся соответствующие требования, подлежащие прямому исполнению каждой стороной.
5. ДЕЙСТВИЕ НОРМАТИВНЫХ АКТОВ ВО ВРЕМЕНИ, В ПРОСТРАНСТВЕ И ПО КРУГУ ЛИЦ
Действие нормативных актов во времени. Можно выделить несколько вариантов вступления нормативно-правовых актов в действие.
Во-первых, наиболее распространенным моментом начала действия нормативного акта являются истечение определенного срока после его официального опубликования. Так, федеральные законы и нормативные акты федеральных органов исполнительной власти вступают в силу одновременно на территории РФ по истечении десяти дней после дня их опубликования, а акты Президента РФ, имеющие норма
тивный характер, – по истечении семи дней после их первого официального опубликования. Также по истечении семи дней после опубликования вступают в силу и акты Правительства РФ, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, устанавливающие правовой статус федеральных органов исполнительной власти, а также организаций. Иные акты Правительства РФ вступают в силу со дня их подписания.
Во-вторых, начало действия некоторых актов определяется моментом их принятия или официального опубликования. Так, например, акты глав местной администрации вступают в силу с момента их опубликования, если иное не определено самим актом.
В-третьих, время вступления нормативного акта в действие может быть указано в нем самом в специально принятом по этому поводу акте. Например, ныне действующий ГК РФ или принятый Государственной Думой УК РФ, который вступил в силу с 1 января 1997 г.
В - ч е т в е р т ы х, те нормативные акты, которые не публикуются, а рассылаются в соответствующие ведомства и учреждения, вступают в действие с момента их получения этими органами, если в самих актах не указан иной срок введения их в действие.
Прекращение действия нормативных актов связывается со следующими обстоятельствами:
• истечением срока действия, на который был принят тот или иной акт;
• в связи с прямой отменой нормативного акта уполномоченным на то органом;
• в связи с фактической заменой нормативного акта иным актом, регулирующим ту же группу общественных отношений. Этот вариант прекращения действия нормативного акта менее желателен, так как зачастую порождает противоречивую право-применительную практику, возникновение пробелов и коллизий правовых норм.
Вновь принятый нормативный акт, как правило, распространяет свое действие на те общественные отношения, которые возникли после его принятия. Закон обратной силы не имеет. Однако из этого правила есть исключения:
• когда в самом нормативном акте указано, что его предписания распространяются на общественные отношения, возникшие до его принятия;
• когда нормативный акт смягчает уголовную ответственность;
• когда нормативный акт отменяет уголовную ответственность.
Исключение составляет и «переживание» старого нормативного акта, при котором утративший юридическую силу нормативный акт по специальному указанию правотворческого органа продолжает регулировать некоторые отношения, возникшие или существовавшие во время действия этого акта.
. Действие нормативных актов в пространстве осуществляется на основе территориального и экстерриториального принципов.
Территориальный принцип предполагает действие нормативного правового акта в пределах государственных или административных территориальных границ деятельности правотворческого органа.
Под государственной территорией принято понимать часть земной поверхности в пределах государственных границ, ее недра, внутренние и территориальные воды, воздушное пространство над ними, территории посольств, военных и иных кораблей в открытом море, летательные аппараты.
В федеративных государствах регулирование отношений осуществляется на основе приоритета общсфедералыюго законодательства. Акты общефедеральных органов действуют в пределах территориальных границ федерации в целом. Акты субъектов федерации регулируют отношения в рамках их территориальных границ. Нормативные акты органов местного самоуправления действуют в пределах административных границ каждого из этих органов.
Экстерриториальность действия нормативных актов означает распространение правовых актов данного субъекта правотиорчсства за пределы территории его юрисдикции. Например, при рассмотрении судом определенных внешнеторговых сделок, по некоторым делам о наследстве допускается использование иностранного законодательства.
Кроме того, в соответствии с законодательством Российской Федерации при рассмотрении вещных гражданских споров суд или иной орган, управомоченный на разрешение возникшего конфликта, должны применять правовые акты тех государственных органов, на территории которых находится оспариваемое имущество.
Действие нормативных актов по кругу лиц тесно связано с территориальными пределами функционирования актов. Существует общее правило, в соответствии с которым нормативные акты распространяются на всех лиц, находящихся на территории юрисдикции правотворческого органа (как на граждан данного государства, так и на иностранцев и лиц без гражданства). Однако из этого правила есть исключения:
во-первых, действующее уголовное законодательство Российской Федерации распространяется не только на лиц, находящихся на территории России, но и на ее граждан за границей;
во-вторых, адресность нормативных актов производив от их содержания и назначения. Так, некоторые акты могут иметь значение для всех индивидуальных и коллективных субъектов, находящихся на территории юрисдикции правотворческого органа (Конституция или УК РФ). Другие нормативно-правовые акты могут иметь ограниченную значимость и адресоваться лишь конкретной категории лиц (студентам, пенсионерам, военнослужащим, лицам, проживающим в районах Крайнего Севера, и т.д.);
в-третьих, свои особенности имеет действие нормативных актов РФ в отношении иностранцев и лиц без гражданства:
– им не предоставляются некоторые права и не возлагаются определенные обязанности (право избирать и быть избранными в государственные органы, обязанность службы и Вооруженных Силах России и т.д.);
– представители иностранных государств (главы государств и правительств, дипломатический персонал посольств, другие иностранные граждане) наделяются правом дипломатического иммунитета (экстерриториальности). Вопрос об их уголовной и административной ответственности за правонарушения, соиершеппые на территории РФ, решается дипломатическим путем.
Несмотря на эти изъятия, в России признается и гарантируется Конституцией весь комплекс основополагающих прав и свобод человека согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.
Особую категорию адресатов нормативных актоп.составляют лица с двойным граждане! ном, а также беженцы и перемещенные лица. Лица с двойным гражданством (бипатриды) становятся адресатами законодательства двух и более государств. Беженцы, покинув свою страну в силу каких-то чрезвычайных обстоятельств (преследование, стихий- ное бедствие, военные действия), также становятся субъектами правоотношений нескольких государств. В отличие от них вынужденные переселенцы покидают (по разным причинам) не суверенное государство, а какой-либо регион данной страны.
Несмотря па многообразие и своеобразие адресатов нормативно-правовых актов, для всех них в России в соответствии с Конституцией РФ признается и гарантируется весь комплекс основополагающих прав и свобод человека согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

Тема 17. СИСТЕМА ПРАВА (Н.И. Мату зов)

1. ПОНЯТИЕ И СТРУКТУРНЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ СИСТЕМЫ ПРАВА
Под системой права понимается определенная внутренняя его структура (строение, организация), которая складывается объективно как отражение реально существующих и развивающихся общественных отношений. Она не результат произвольного усмотрения законодателя, а своего рода слепок с действительности. Фактический социальный строй общества, государства определяет в конечном счете ту или иную систему права, его отрасли, институты, другие подразделения. Система права показывает, из каких частей, элементов состоит право и как они соотносятся между собой.
Системность – общее свойство всех типов права, в то время как систематика или систематизация правовых норм не является таковой. Каждому историческому типу права присуща своя система, отражающая особенности этого типа и всей общественной 4юрмации. Структура права – это юридическое выражение структуры данного общества.
В этом заключается объективная социальная обусловленность системы права, ее детерминация экономическими, культурными, национальными и иными факторами. Например, рабовладельческое, феодальное и современное право отличаются друг от друга не только своими сущностями, но и внешними признаками, т.е. формальными атрибутами, в том числе системного характера, на которых лежит печать времени.
При этом не следует смешивать понятия «система права» и «правовая система». В первом случае речь идет, как указано выше, о внутреннем строении права, взятом в качестве отдельного явления, а во втором – о правовой организации всего общества, совокупности всех юридических средств, институтов, учреждений, существующих и функционирующих в государстве. Система права выступает лишь одной из слагаемых правовой системы, ее центральным элементом.
Право есть совокупность создаваемых и охраняемых государством норм. Но это не случайное и не хаотичное их нагромождение, не механическая масса, а строго согласованная и взаимозависимая целостная система, в которой нормы выстраиваются, группируются в определенном порядке. Перед нами – сложное системное иерархическое образо
вание, пронизываемое процессами интеграции и дифференциации. В любом типе права между конкретными его нормами всегда присутствуют элементы общего и единичного, сходства и отличия, самостоятельности и зависимости.
Система права характеризуется такими чертами, как единство, различие, взаимодействие, способность к делению, объективность, согласованность, материальная обусловленность. Единство юридических норм, образующих право, определяется: во-первых, единством выраженной в них государственной воли; во-вторых, единством правовой системы, в рамках которой они существуют и действуют; в-третьих, единством механизма правового регулирования, его исходных принципов; в-четвертых, единством конечных целей и задач.
В то же время нормы права различаются по своему конкретному содержанию, характеру предписаний, сферам действия, формам выражения, предмету и методам регулирования, санкциям и т.д. Поэтому они делятся на отдельные части – отрасли, институты. В основе такого обособления лежат указанные выше особенности, и прежде всего разнообразие, специфика самих общественных отношений.
В огромном множестве юридических норм могут возникать отдельные коллизии, расхождения, порой весьма острые, но в целом они представляют собой единую монолитную правовую реальность, подчиняющуюся определенным внутренним закономерностям и тенденциям.
Ф. Энгельс писал: «В современном государстве право должно не только соответствовать общему экономическому положению, не только быть его выражением, но также быть внутренне согласованным выражением, которое не опровергало бы само себя в силу внутренних противоречий». Эта мысль указывает, в о - п е р в ы х, на объективный характер явления, в о - в т о р ы х, на причинно-следственную связь его с внешними факторами. (
Однако объективная природа системы права не означает, что законодатель здесь абсолютно безволен. Он может вносить в систему права известные коррективы, изменения (например, выделить, осознав потребность в этом, ту или иную отрасль права или, напротив, объединить их, установить тот или иной институт, принять те или иные нормы, акты и т.д.), но в Принципе система права от него не зависит, нельзя ее заново создать, отменить, «перестроить».
Обособить можно только то, что объективно обособляется. Иными словами, государство, власть могут в известных пределах влиять на сложившуюся систему права, способствовать ее совершенствованию,
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 37. С. 418.
развитию, но не более того. Они не могут по своему «хотению» учредить, ввести декретом нужную, желаемую систему права.
Объективность – важнейшее свойство системы права в отличие от систематизации права, которая носит субъективный характер, т.е. зависимый от государственной воли. Там, где есть право, всегда есть и определенная его система, в то время как систематизации может и не быть (например, в Англии право не систематизировано).
Систематизация – это всего лишь сознательно проводимое упорядочение действующих правовых норм в целях удобства пользования ими на практике. Но любое право имеет свою систему, даже если оно не систематизировано. Система показывает, из каких частей, элементов состоит право и как они соотносятся между собой.
Структурными элементами системы права являются: а) норма права; б) отрасль права; в) подотрасль права; г) институт права; д) субинститут. Именно они образуют юридическую ткань рассматриваемого явления.
Правовая норма – первичный элемент системы права. Это исходящее от государства общеобязательное правило поведения властного характера. Правовые нормы регулируют не все, а лишь определенные виды и разновидности общественных отношений, объективно нуждающихся в таком опосредовании. Остальные отношения регулируются другими социальными нормами.
Отрасль права представляет собой обособившуюся внутри данной системы совокупность однородных правовых норм, регулирующих определенную область (сферу) общественных отношений. Объективная необходимость предрешает выделение отрасли права. Законодатель лишь осознает и оформляет («протоколирует») эту потребность.
Для образования самостоятельной отрасли права имеют значение следующие условия: а) степень своеобразия тех или иных отношений;
б) их удельный вес; в) невозможность урегулировать возникшие отношения с помощью норм других отраслей; г) необходимость применения особого метода регулирования.
Качественная однородность той или иной сферы общественных отношений вызывает к жизни соответствующую отрасль права. И, напротив, наличие или отсутствие той или иной отрасли права зависит от наличия или отсутствия соответствующих областей общественных отношений, нуждающихся в правовом регулировании. Отрасль не «придумывается», а рождается из социальных и практических потребностей.
Хотя все отрасли права взаимосвязаны и проникнуты органическим единством, они не равнозначны по своему значению, объему, роли в процессе воздействия на общественные отношения. Такое положение
объясняется тем, что различные сферы этих отношений далеко не одинаковы по широте и составу.
Поэтому в рамках наиболее крупных правовых отраслей выделяются подотрасли. Например, в гражданском праве – авторское право, патентное, жилищное, наследственное, арбитражное; в конституционном – избирательное право; в трудовом – пенсионное; в земельном – горное, водное, лесное и т.д. Они регулируют отдельные массивы общественных отношений, характеризующихся своей спецификой и известной родовой обособленностью.
Институт права – это сравнительно небольшая, устойчивая группа правовых норм, регулирующих определенную разновидность общественных отношений. Если юридическая норма – «исходный элемент, «живая» клеточка правовой материи, то правовой институт представляет собой первичную правовую общность»*.
Правовые институты призваны регламентировать отдельные участки, фрагменты, стороны общественной жизни. Институт – составная часть, блок, звено отрасли, В каждой отрасли их множество. Они обладают относительной автономией, так как касаются в известной мере самостоятельных вопросов.
Примеры правовых институтов: в уголовном праве – институт необходимой обороны, институт крайней необходимости, невменяемости; в гражданском праве – институт исковой давности, институт дарения, сделки, купли-продажи; в государственном праве – институт гражданства; в административном – институт должностного лица; в семейном праве – институт брака и т.д. Все институты функционируют в тесной взаимосвязи друг с другом – как внутри данной отрасли, так и вне ее2.
Виды правовых институтов. Прежде всего институты делятся по отраслям права на гражданские, уголовные, административные, финансовые и т.д. Сколько отраслей – столько соответствующих групп институтов. Отраслевая принадлежность правовых институтов – наиболее общий критерий их дифференциации. По этому же признаку они подразделяются на материальные и процессуальные. Далее институты классифицируются на отраслевые и межотраслевые (или смешанные),
\ Алексеев С.С. Структура сопстского права. М„ 1975. С. 119.
2 Термин «институт» очень часто употребляется в литературе и в печати в неопределенно широком смысле: говорят, например, о социальных, политических, общественных институтах, институтах демократии, парламентаризма, подразумевая под этим весьма разнородные и аморфные явления. В данном же случае это понятие берется в сугубо юридическом его значении – как конкретное нормативное установление государства, закона, т.е. как правовой институт.
простые и сложные (или комплексные), регулятивные, охранительные и учредительные (закрепительные).
Внутриотраслевой институт состоит из норм одной отрасли права, а межотраслевой – из норм двух и более отраслей. Например, институт государственной собственности, институт опеки и попечительства.
Простой институт, как правило, небольшой и не содержит в себе никаких других подразделений. Сложный или комплексный, будучи относительно крупным, имеет в своем составе более мелкие самостоятельные образования, называемые субинститутами. Например, институт поставки в гражданском праве включает в себя институт штрафа, неустойки, ответственности.
Регулятивные институты направлены на регулирование соответствующих отношений, охранительные – на их охрану, защиту (типичны для уголовного права), учредительные – закрепляют, учреждают, определяют положение (статус) тех или иных органов, организаций, должностных лиц, а также граждан (характерны для государственного и административного права).
Таким образом, система права представляет собой сложное, полиструктурное динамическое образование, в котором четко выделяются четыре ступени: 1) структура отдельного нормативного предписания;
2) структура правового института; 3) структура правовой отрасли;
4) структура права в целом. Все эти уровни субординированы, логически и функционально предполагают друг друга. Вместе взятые, они образуют достаточно сложную конструкцию.
Материальное и процессуальное право. В правовой науке все юридические нормы подразделяются на материальные и процессуальные. Первые – регулируют реально складывающиеся между людьми и их объединениями отношения, связанные с владением, пользованием и распоряжением имуществом, его куплей-продажей, формами собственности, трудовой и политической деятельностью, государственным управлением, реализацией субъектами прав и обязанностей, вступлением в брак и т.д.
Вторые – определяют порядок разрешения споров, конфликтов, расследования и судебного рассмотрения преступлений и иных правонарушений, т.е. регламентируют чисто процедурные или организационные вопросы, имеющие, однако, важное, принципиальное значение.
В соответствии с Конституцией у нас признано пять видов процессов: гражданский, уголовный, административный, арбитражный и конституционный. Они соответственно отражают формы и методы осуществления материальных норм, содержащихся во всех непроцессу-
* См.: Алексееве. С.С. Указ. соч. С. 33.
альных отраслях. Естественно, что обе группы юридических предписаний в равной степени обязательны к соблюдению.
В итоге систему права можно кратко определить как совокупность взаимосвязанных между собой юридических норм, институтов и отраслей, характеризующихся внутренним единством и различием в соответствии с особенностями регулируемых общественных отношений.
2. ПРЕДМЕТ И МЕТОД ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ КАК ОСНОВАНИЯ ДЕЛЕНИЯ ПРАВА НА ОТРАСЛИ И ИНСТИТУТЫ
В основе деления права на отрасли и институты лежат два критерия:
1) предмет правового регулирования; 2) метод правового регулирования. Они и выступают системообразующими факторами.
Под предметом понимается то, что регулирует право, т.е. определенные виды общественных отношений. Последние представляют собой сложную, многоаспектную категорию. В структуру предмета правового регулирования входят следующие элементы: а) субъекты. – индивидуальные и коллективные; б) их поведение, поступки, действия;
в) объекты (предметы, явления) окружающего мира, по поводу которых люди вступают во взаимоотношения друг с другом и к которым проявляют свой интерес; г) социальные факты (события, обстоятельства), выступающие непосредственными причинами возникновения или прекращения соответствующих отношений.
Предмет в данном случае – это все то, что подпадает под действие правовых норм. Иными словами, сфера, на которую распространяется право и которая находится под его юрисдикцией. Подобные общие рамки (границы) нередко называют правовым, или юридическим полем. За пределами этого поля находится неправовое пространство.
Под методом понимаются определенные приемы, способы, средства воздействия права на общественные отношения. Метод отвечает на вопрос, как право осуществляет свою регулятивную роль, ибо правовые нормы регулируют не только разнохарактерные отношения, но и различным образом. От методов в значительной мере зависит эффективность правового регулирования, достижение выдвигаемых при этом целей.
Предмет является главным, материальным критерием разграничения норм права по отраслям, поскольку он имеет объективное содержание, предопределен самим характером общественных отношений и не зависит в принципе от воли законодателя. Метод же служит дополнительным, юридическим критерием, так как произведен от предмета. Самостоятельного значения он не имеет. Однако в сочетании с предметом способствует более строгой и точной градации права на отрасли и
институты. Ведь наличие различных видов общественных отношений еще не создает само по себе системы права, не порождает автоматически его отраслей.
Именно предмет прежде всего диктует необходимость выделения той или иной отрасли, а когда отрасль выделяется, появляется и соответствующий метод регулирования, который в значительной мере зависит от воли законодателя. Последний, находясь в рамках необходимости и учитывая характер регулируемых отношений, может избирать тот или иной способ правового воздействия на них. Он может варьировать эти способы, используя их в различных комбинациях. В этом заключается субъективность метода, отличающая его от предмета. Но оба они играют важную роль в построении системы права, тесно взаимодействуют друг с другом.
Следует помнить, что право регулирует не все, а лишь наиболее принципиальные с точки зрения интересов государства отношения. И притом такие, которые объективно нуждаются в правовом оцосредо-вании. Государство не ставит сноси целью тотальную юридическую регламентацию общественной жизни, поэтому многие взаимоотношения между людьми регулируются другими социальными нормами – моралью, обычаями, традициями и т.д. К тому же не всякие отношения право способно урегулировать, а только такие, которые поддаются внешнему контролю. Отношения, подвергнутые правовому регулированию, приобретают правовую форму и выступают как правовые.
Группировка норм по отраслям и институтам зависит прежде всего от видового разнообразия общественных отношений, их качественной специфики. Однако не всегда по одному лишь предметному признаку можно отличить одну отрасль права от другой, так как существуют такие отношения, которые оцосредуются нормами ряда отраслей.
Например, отношения собственности во всех ее формах регулируются гражданским правом, уголовным, административным, конституционным. В таких случаях на помощь приходит метод регулирования, ибо каждая правовая отрасль имеет свой, характерный для нее способ воздействия на поведение субъектов (либо их сочетание).
Словом, одного материального ориентира недостаточно: если руководствоваться только им, то трудно было бы разграничить смежные отрасли и институты. Тем более что в праве не существует абсолютно независимых отраслей, так как они – части единой системы. Если бы . основанием для деления нрава служил только предмет, то отраслей оказалось бы слишком много.
В общее понятие метода правового регулирования (как собирательной категории) входят следующие компоненты, дающие представление о том, каким образом государство с помощью права воздействует на
происходящие социальные процессы: а) установление границ регулируемых отношений, что, в свою очередь, зависит от ряда объективных и субъективных факторов (особенности этих отношений, экономические и иные потребности, государственная заинтересованность и др.);
б) издание соответствующих нормативных актов, предусматривающих права и обязанности субъектов, предписания о должном и возможном их поведении; в) наделение участников общественных отношений (граждан и юридических лиц) правоспособностью и дееспособностью, позволяющих им вступать в разнообразные правоотношения; г) определение мер ответственности (принуждения) на случай нарушения
этих установлений.
В целом правовой метод представляет собой известный набор юридического инструментария, посредством которого государственная власть оказывает необходимое воздействие на волевые общественные отношения в целях придания им желательного развития.
Указанная специфика отличает данный вид социального упорядочения от других форм нормативной регуляции общественной жизни* Значение описанного правового механизма состоит в том, что он во многом определяет эффективность и результативность действия права.
Однако наряду с общим существуют конкретные методы правового регулирования, характерные для тех или иных отраслей права и опос-рсдусмых ими отношений. К ним относятся:
Императивный и диапозитивный методы, используемые главным образом в уголовном и гражданском праве (соответственно). В разной степени они присущи и другим отраслям. Ведь всякая правовая норма – это властное предписание, веление государства; в то же время она даст субъектам известную альтернативную возможность выбора вариантов поведения в рамках закона. Указанные методы в какой-то мере носят универсальный характер.
Такое же сквозное значение имеют дозволения, связывание и запрет, свойственные в различных комбинациях всему правовому регулированию. Разрешая (дозволяя) одни действия, предписывая в обязательном порядке другие, запрещая под угрозой санкции третьи, право тем самым придает поведению субъектов строго целенаправленный характер, вводит общественные отношения в нужное русло.
В административном праве действует метод субординации и властного приказа, позволяющий эффективно регулировать управленческую, служебную, оперативную и иную деятельность государственных органов и должностных лиц. Исполнительская дисциплина, строгая подчиненность одних субъектов другим, обязательность решений и распоряжений вышестоящих звеньев госаппарата для нижестоящих – характерные черты указанного метода.
Поощрения свойственны в основном трудовому праву, где действуют разного рода премиальные системы, направленные на стимулирование моральной и материальной заинтересованности в росте производительности труда, повышении работниками своей квалификации, приобретении новых профессий и т.д. Нормы, устанавливающие порядок награждения граждан орденами и медалями, присвоения почетных званий, также считаются поощрительными, но они относятся к административному праву.
Метод автономии и равенства сторон типичен для процессуальных отраслей права, где истец и ответчик, другие участники судебного разбирательства находятся в одинаковом процессуальном положении друг перед другом, законом и судом, их отношения характеризуются самостоятельностью. Равенством субъектов отличаются также многие гражданские отношения.
В сельскохозяйственном праве применяется метод рекомендаций, обусловленный тем, что крестьянские (фермерские) хозяйства, колхозы – не государственные организации и по отношению к ним властно-императивные средства воздействия неприемлемы. Государство оказывает на них свое влияние лишь путем разрешений, содействия, организационной помощи, рекомендательных актов, советов.
В качестве особых методов правового регулирования используются убеждение и принуждение, характерные как для права в целом, так и отдельных его отраслей, разумеется, в разных сочетаниях.
В последнее время в связи с развитием рыночных отношений и предпринимательства все большее распространение получает индивидуальный метод регулирования (или метод свободного волеизъявления), под которым понимается форма самостоятельной юридической деятельности субъектов, направленной на упорядочение единичных общественных отношений с помощью правовых средств, не обладающих качеством юридической общеобязательности. Например, путем принятия ненормативных актов, заключения различных договоров, соглашений, сделок, добровольного установления обязательств и т.д.
Все рассмотренные выше методы тесно взаимосвязаны, переплетены, действуют не изолированно, а в сочетании друг с другом. Вместе с тем они относительно самостоятельны, имеют свои особенности, что и позволяет их классифицировать.
) Подробнее см.: Кашанина Т.В. Индивидуальное регулирование в правовой сфере // Государство и право. 1992. № 1; Краснояружский С.Г. Индивидуальное правовое регулирование. Общетеоретический аспект // Государство и право. 1993. № 7.
3. ЧАСТНОЕ И ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО
Характеристика системы права была бы неполной без рассмотрения вопроса о делении права на частное и публичное.
Это деление, имеющее принципиальное значение, сложилось в юридической науке и практике давно – его проводили еще римские юристы. Сейчас оно в той или иной форме существует во всех развитых правовых системах. Правда, в некоторых странах деление словесно выражается иначе. Например, в английском праве различаются общее право и право справедливости. Не столь четко оно выражено в юриспруденции США. Однако сама идея двух срезов права сохраняется везде.
Суть указанного разделения состоит в том, что в любом праве есть нормы, призванные обеспечивать прежде всего общезначимые (публичные) интересы, т.е. интересы общества, государства в целом (конституционное право, уголовное, процессуальное, административное, финансовое, военное), и нормы, защищающие интересы частных лиц (гражданское право, трудовое, семейное, торговое, предпринимательское, кооперативное и т.д.).
Публичное право связано с публичной властью, носителем которой является государство. Частное право «обслуживает» в основном потребности частных лиц (физических и юридических), не обладающих властными полномочиями и выступающих в качестве свободных и равноправных собственников.
В основе этой градации лежат две в известной мере самостоятельные сферы социальных отношений, иными словами, – предмета правового регулирования. Широко известно высказывание древнеримско-го юриста Ульпиана (170–228) о том, что публичное право есть то, которое относится к положению Римского государства, тогда как частное относится к пользе отдельных лиц. Публичное право – это область государственных дел, а частное право – область частных дел.
Частное право связано в первую очередь с возникновением и развитием института частной собственности и теми отношениями, которые зарождаются на его основе. Исторически «частное право развивается одновременно с частной собственностью». Частная собственность, экономическая свобода, предпринимательство, равноправие и юридическая защищенность субъектов рыночной системы – неотъемлемые атрибуты гражданского общества, признанные всем цивилизованным
миром.
Частное право – это совокупность правовых норм, охраняющих и
регулирующих отношения частных собственников в процессе производ-
Маркс К„ Энгельс Ф. Соч. Т.З. С. 63.
ства и обмена, их интересы как свободных субъектов рынка. Публичное же право составляют нормы, закрепляющие и регулирующие порядок деятельности органов государственной власти и управления, формирования и работы парламентов, других представительных и правительственных учреждений, осуществления правосудия, борьбу с посягательствами на существующий строй.
Разумеется, указанные функции в конечном счете тоже отвечают интересам всех. Поэтому частное право не может уушествовать без публичного, ибо последнее призвано охранять и защищать первое. Частное право опирается на публичное, без которого оно могло бы быть обесценено. В общей правовой системе они тесно взаимосвязаны и их разграничение до некоторой степени условно.
Различные аспекты соотношения частного и публичного права были обстоятельно рассмотрены еще М.М. Агарковым в обширной статье, опубликованной в 1920 г. и перепечатанной в двух первых номерах журнала «Правоведение» за 1992 г. В ней, в частности, отмечается, что публичное право есть область власти и подчинения, гражданское – область свободы и частной инициативы, Исходя из этого, во всех правоотношениях, где одной из сторон, выступает государство, мы имеем дело с публичным правом.
Частное право есть право лично-свободное. В этих границах субъект может осуществлять его в любом направлении. Частно-правовая мотивация ставит только известный предел действию других мотивов (эгоистических, альтруистических и др.). Наоборот, публично-правовая мотивация сама указывает направление, в котором право должно осуществляться и исключать действие других мотивов.
Основная функция частного права заключается в распределении идеальных и материальных благ, в прикреплении их за определенными субъектами. Руководящую нить надо искать в содержании права и связывать ее с противоположностью частного, индивидуального публичному, общественному. Публичное право регулирует отношения между людьми исключительно велениями, исходящими от одного-единствен-ного центра, каковым выступает государственная власть. Частное же право с его индивидуализмом представляет собой систему юридической децентрализации*.
В то же время М.М. Агарков подчеркивал тесную взаимосвязь двух рассматриваемых пластов права. Он писал, что история права даст нам различные примеры комбинаций публично-правового и частноправового элементов; соотношение того и другого зависит от хозяйственных
/ * См.: Агарков М.М. Ценность частного права//Правоведение. 1992.№ 1. С. 31–41;
№ 2. С. 39.
условий и психологии данной эпохи. В современной литературе также отмечается, что в ходе исторического развития грани между публичным и частным правом в ряде областей стираются, возникают смешанные публично-правовые и частноправовые отношения и институты.
М.М. Агарков пытался ставить вопрос об использовании частного права в новых послереволюционных условиях, указывая, что оно могло бы проявить себя в сфере реализации гражданами своих субъективных прав. Однако это оказалось невозможным. Советская правовая доктрина не только не признавала концепцию частного права, но и всячески критиковала и отвергала ее как несовместимую с природой «социалистического строя», где безраздельно господствует общественная, и прежде всего государственная, собственность, функционирует плановая экономика.
Известна жесткая позиция В.И. Ленина, выраженная им в 1922 г. в письме к Д.И. Курскому в связи с подготовкой первого советского Гражданского кодекса: «Мы ничего «частного» не признаем, для нас все в области хозяйства есть публично-правовое, а не частное... Отсюда – расширить применение государственного вмешательства и «частноправовые» отношения; расширить право государства отменять «частные» договоры; применять к «гражданским правоотношениям» наше революционное правосознание, показывать систематически, упорно, настойчиво на ряде показательных процессов, как это надо делать... Через партию шельмовать и выгонять тех членов ревтрибуналов и нарсудей, кои не учатся этому и по хотят понять этого»2.
В настоящее время, когда признана и законодательно закреплена частная собственность, когда Россия взяла курс на рыночные отношения, легализация частного права стала естественной и неизбежной. Без этого условия невозможно формирование гражданского общества, правового государства, стимулирование частнопредпринимательской деятельности.
Анализ мирового опыта показывает, что рассматриваемый институт играл и играет позитивную роль в налаживании и поддержании разумного баланса социальных интересов, более гибком опосредовании динамично развивающихся общественных отношений, защите и реализации прав и свобод человека. Было бы неправильно отказываться от этого опыта. Частное право – основа предпринимательства, рыночной экономики. При этом современное частное право подразделяется на два вида – договорное и корпоративное3.
* См.: Алексеев С.С. Теория Ирана. М., 1994. С. 109.
2 Ленин Н.И. 11олн. собр. соч. Т. 4/1. С. 398.
3 Подробнее см. Кулагин М.И. Прс/шриниматсльствои право: опыт Запада. М., 1992;
Кашатна Т.Н. Предпринимательство. Правовые вопросы. М., 1994.
По мнению С.С. Алексеева, именно частное право стало главным носителем правового прогресса, на много опередив в этом отношении развитие публично-правовых институтов. Он подчеркивает, что частное право – это в основном «рыночное право» и в данном качестве оно может сыграть важную роль в создании единого правового пространства в рамках СНГ, так как рынок в принципе не знает межгосударственных границ.
В России принят новый Гражданский кодекс, который является «второй конституцией» – экономической. Кодекс сориентирован на рыночные отношения, равенство всех форм собственности, отражает идеи гражданского общества. Государство сознательно ограничивает свое «присутствие» в сфере хозяйственных отношений, оно устанавливает лишь общие основы свободной конкурентной экономики.
В Кодексе получает окончательное признание и законодательное закрепление частное право, без которого невозможны ни стабильный развитый рынок, ни подлинный институт собственности, ни реализация естественных прав и свобод человека.
4. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОТРАСЛЕЙ РОССИЙСКОГО ПРАВА
Правовые отрасли – основные, наиболее крупные структурные подразделения системы права, регулирующие соответственно и наиболее обширные сферы (области) общественных отношений. В данном случае не ставится цель дать их развернутую характеристику, а лишь показать, что каждая отрасль имеет свою специфику, свой предмет и метод, занимает особое положение в общей системе, отличается от других отраслей и тем самым доказывает и оправдывает свое право на самостоятельное существование. Здесь важно провести общие границы между различными группировками норм с учетом их тесной взаимосвязи.
1. Конституционное право. Это первая и ведущая отрасль, определяемая как совокупность юридических норм и институтов, опосредую-ших наиболее важные, исходные государственные отношения. В круг ее «ведения» входят такие вопросы, как формирование и структура представительной, исполнительной и судебной власти, принципы их деятельности; политическая система, экономическая основа, формы собственности, федеративное устройство, административно-территориальное деление, избирательная система, правовое положение (статус) граждан, их права, свободы и обязанности, общественный строй и др.
* См.: Алексеев С.С. Теория права. М., 1994. С. 124.
Главным нормативным актом этой отрасли, естественно, является Конституция (Основной Закон) государства, выступающая основополагающей базой для всего текущего правотворчества. Это предмет данной отрасли. Методом же выступает главным образом учредительно-закрепительный в сочетании с общим (базовым) регулированием без установления конкретных санкций за нарушения, хотя многие конституционные нормы имеют прямое действие.
2. Административное право. Регулирует сферу управленческой, исполнительно-распорядительной деятельности государственных органов, общественных организаций и должностных лиц (правительства, министерств, ведомств, президентских структур, предприятий, учреждений, местных администраций). Для осуществления своих оперативных функций все субъекты указанной деятельности наделяются необходимыми полномочиями, компетенцией. Объектами управления выступают экономика, наука, культура, образование, здравоохранение, оборона, правопорядок, охрана прав граждан и т.д. Основной метод – власть и подчинение, императивные приказы, указания, иерархия и субординация по службе, ответственность за порученный участок.
3. Финансовое право. Предмет данной отрасли – финансовые отношения, формирование и исполнение госбюджета, денежное обращение, банковские операции, кредиты, займы, налоги. Субъектами этих отношений выступают все юридические и физические лица. Нормы финансового права тесно связаны с государственным правом и административным, так как сферы этих трех отраслей во многом переплетаются. Финансовая деятельность в значительной мере носит исполнительно-распорядительный характер. Методы регулирования – контроль, ревизии, властные предписания. Однако в условиях перехода к рынку все более раздвигаются рамки самостоятельности, возникла система коммерческих банков.
4. Земельное право. Отрасль призвана регулировать вопросы землепользования и землеустройства, сохранения и распределения земельного фонда, определения правового режима различных видов земли в соответствии с их административно-хозяйственным назначением (государственные, колхозные, совхозные, фермерские, арендные, городские и т.д.). Подотраслями данной отрасли выступают лесное право, водное и горное. Основной нормативный акт – Земельный кодекс. Методы регулирования – дозволения, разрешения, запреты.
5. Сельскохозяйственное право. Регулирует порядок организации и деятельности крестьянских (фермерских) хозяйств, колхозов, акционерных обществ, арендаторов, их взаимоотношения с другими субъектами (госорганамй, предприятиями, учреждениями, членами самих
этих хозяйств); порядок использования и оплаты труда, распределения доходов; отражает особенности сельскохозяйственного производства.
Колхозные общественные отношения имеют свою специфику, связанную с тем, что колхозы – не государственные организации, многое в них основано на саморегуляции, самоуправлении. Право опосредствует эти отношения не императивными, а главным образом диспози-тивными методами (закреплением, охраной, рекомендациями, содействием, помощью и т.д.). Основные нормативные акты – Примерный устав сельскохозяйственной артели и уставы конкретных колхозов, законодательство о собственности, аренде и др.
6. Трудовое право. Предмет данной отрасли – сфера трудовых отношений (формы рациональной организации труда, его оценка и оплата, определение тарифных ставок, разрядов, окладов, норм выработки;
рабочее время, отпуска; прием на работу и увольнение; порядок заключения трудовых соглашений). Субъектами трудовых отношений выступают рабочие и служащие, государственные, общественные и кооперативные организации, профсоюзы. Метод регулирования – поощрение, стимулирование, придание соответствующим договорам нормативного значения.
7. Гражданское право. Наиболее крупная отрасль, регулирующая обширную область имущественных и личных неимущественных отношений (имя, честь, достоинство, авторство). Весь гражданский оборот, хозяйственная деятельность предприятий, организаций, учреждений и граждан осуществляются на основе норм гражданского права (владение, пользование и распоряжение собственностью, ее приобретение и отчуждение, купля, продажа, дарение, наследование, передача в аренду, на хранение, в залог; пересылка, транспортировка, взаимные поставки сырья и продукции производителями и потребителями).
Однако не все имущественные отношения регулируются гражданским правом, а только такие, в которых стороны юридически равны (истец – ответчик; должник – кредитор; заказчик – подрядчик) и которые не строятся по принципу власти и подчинения, как ото имеет место в административном, финансовом, земельном праве. Последние также регламентируют в известных пределах имущественные отношения, но с помощью иных методов.
В силу своей обширности и комплексности гражданское право как отрасль имеет многочисленные подотрасли: наследственное право, изобретательское, авторское, патентное, жилищное, транспортное и т.д. Основной нормативный акт – Гражданский кодекс РФ. Некоторые подотрасли также кодифицированы (Кодекс торгового мореплавания, Воздушный кодекс, Устав железных дорог). В условиях становления
рыночных отношений роль гражданского права возрастает. Главный метод регулирования – диапозитивный.
8. Семейное право. Примыкает и тесно связано с гражданским правом. Тем не менее это самостоятельная отрасль, регулирующая порядок заключения и расторжения брака, отношения между супругами, родителями и детьми, вопросы патронирования, усыновления, опеки и попечительства, имущественного положения членов семьи, их взаимных прав и обязанностей. Основной нормативный акт – Семейный кодекс. Ведущие методы – равенство сторон и диспозитивный.
9. Уголовное право. Совокупность норм, определяющих, какие общественно опасные (вредные) действия и поступки следует считать уголовно наказуемыми; правомочия компетентных органов по отноше" нию к лицам, совершившим преступления, основания и условия привлечения их к ответственности; принципы карательной политики государства, виды и систему санкций, составы конкретных деяний, формы и степень вины и т.д. Основной нормативный акт – Уголовный кодекс. Метод регулирования – императивно-запретительный.
10. Уголовно-исполнительное право. Включает в себя нормы, регламентирующие порядок отбывания наказания лицами, осужденными судом к лишению свободы, а также деятельность соответствующих государственных органов и учреждений по перевоспитанию правонарушителей в местах заключения. Уголовно-исполнительное право является как бы продолжением уголовного права, что даст основание некоторым ученым считать УИП подотраслью уголовного права. Однако, по мнению большинства специалистов в данной области, это все же самостоятельная отрасль, имеющая свой предмет, своих субъектов и свой специфический метод регулирования – воспитание, поощрение в сочетании с методом власти и подчинения. Основной нормативный акт – Уголовно-исполиительный кодекс.
11. Уголовно-процессуальное право. Отрасль, регулирующая деятельность суда, прокуратуры, органов предварительного следствия и дознания по раскрытию и рассмотрению уголовных дел, определяет процессуальные формы этой деятельности, права и обязанности участвующих в ней субъектов (подследственных, подсудимых, свидетелей, потерпевших, экспертов, представителей обвинения изащиты), их правовое положение. Основополагающий нормативный акт – Уголовно-процессуальный кодекс. Ведущие методы регулирования – императивный и метод равенства сторон, которые тесно взаимосвязаны
между собой.
12. Гражданское процессуальное право. Совокупность норм, регулирующих деятельность органов правосудия и других участников процесса при разрешении споров о праве гражданском, а также по
трудовым, семейным, личным, финансовым и иным делам. В гражданском процессе действуют в основном те же субъекты, что и в уголовном. Различия заключаются в предмете и методах регулирования. В состав данной отрасли входят также нормы, регламентирующие работу арбитражных и нотариальных органов. Главный нормативный акт – Гражданско-процессуальный кодекс. Строгое соблюдение всех процессуальных норм служит важной гарантией реализации матери-* альных,
В литературе выделяются также комплексные отрасли: хозяйственное право, природоохранительное (экологическое), военное, торговое, прокурорско-надзорное и другие, соединяющие в себе разнородные нормы и институты, регулирующие соответственно сложные, «конгло-меративные» отношения. Кроме того, в настоящее время формируются новейшие правовые отрасли, вызванные развитием современного научно-технического прогресса: космическое право, атомное, компьютерное и др.
Международное право не входит ни в одну национальную систему права, поэтому ни одно государство мира не может считать его своим. Оно занимает особое (наднациональное) место, поскольку регулирует не внутригосударственные, а межгосударственные отношения. В нем выражается коллективная воля народов, выступающих субъектами данного права. Его нормы и институты закрепляются в различных международных договорах, соглашениях, уставах, конвенциях, декларациях, документах ООН. Эти акты определяют взаимные права и обязанности государств – участников мирового сообщества, принципы их взаимоотношений, поведение на международной арене.
В международном праве сохраняется деление на публичное и частное. Последнее регулирует имущественные и иные отношения между гражданами и организациями различных стран, их процессуальное положение, юрисдикцию, порядок и условия применения к ним законодательства того государства, на территории которого они временно или постоянно находятся*.
Новая Россия признала приоритет международного права над внутригосударственным, особенно в гуманитарной области (права человека, правосудие, свобода личности, информации и т.д.). В Конституции РФ записано, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора (ч. 4 ст. 15).
Подробнее см.: ЛуицЛ.Л. Международное частное право. М., 1970.
Заметим, что международное право является, как сказано в Конституции, составной частью российской правовой системы, но это не значит, что оно входит в систему права РФ в качестве самостоятельной отрасли. Да и в правовую систему оно включается не в полном своем объеме, а лишь в той мере, в какой выступает источником права страны и не противоречит ее национальным интересам. Речь идет прежде всего о таких нормах, которые направлены на поддержание правопорядка и стабильности в мире.
Россия вступила в Совет Европы, взяв при этом на себя ряд важных обязательств. Она все более интегрируется в мировое сообщество, развивает сотрудничество с другими государствами, участвует в разрешении региональных конфликтов, выполняет по мандату ООН миротворческие миссии. Все это свидетельствует о признании конструктивного влияния России как великой державы на мировые дела и безопасность, активизации ее внешней политики.
С другой стороны, возросла роль международного права и во внутренней жизни России. Теперь граждане РФ могут в случае нарушения их прав и законных интересов обращаться за помощью в международные организации, если на месте они исчерпали все меры защиты.
В соответствии с требованиями Совета Европы Россия должна отменить смертную казнь, пересмотреть пенитенциарную систему в сторону се либерализации, соблюдать права человека, принципы демократии, гуманизма, свободы личности, строить открытое общество.
Только в этом случае и при соблюдении ряда других условий наша страна может претендоцать на равноправное участие во всех международных сообществах, па доверие и уважительное отношение к себе.
Подробнее см.: Тихомиров Ю.А. Международное и внутреннее право: динамика соотношения // Государство и право. 1995. № 3.

Тема 18. ПРАВОТВОРЧЕСТВО И ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО (И.Н. Сенякин)

1. ПРАВОТВОРЧЕСТВО: ПОНЯТИЕ, ПРИНЦИПЫ, ВИДЫ
Одно из важнейших направлений государственной деятельности – правотворчеогво. В его понимании сегодня обозначились два аспекта. В узком смысле под правотворчеством подразумевается непосредственно сам процесс создания правовых норм компетентными органами. В широкой трактовке данный процесс «исчисляется» с момента право-творческого замысла и до практической реализации юридической нормы (подготовка, принятие, опубликование и т.д.).
Несмотря на различие в подходах к пониманию правотворчества, это всегда деятельность управомоченных органов по разработке, переработке и изданию определенных нормативных актов. Правотворчест-во – одно из основных звеньев механизма правового регулирования общественных отношений. Их известная многоплановость предопределяет структурное содержание правотворческого процесса, который складывается из двух частей. Первая – включает в себя организационные вопросы правотворчества, не связанные с юридически значимыми действиями (подготовка проекта нормативного акта, его обсуждение в соответствующей государственной или общественной организации, трудовом коллективе и т.д.); вторая – в своей основе опирается на правовые начала, а точкой отсчета ее функционирования служит решение о подготовке проекта нормативного акта.
Обе эти части неразрывно связаны между собой и в общем контексте представляют целостную процедуру по подготовке, официальному обсуждению, принятию и опубликованию правового документа. Соответственно этому в процессе правотворчества выделяют две основные стадии. Первая – предусматривает предварительное формирование государственной воли при составлении проекта нормативного акта. Все действия на этой стадии носят подготовительный характер и не порождают правовых последствий. Официальное закрепление государственной воли в нормах права – вторая стадия, которая превращает проект нормативного акта в правовой акт, имеющий общеобязательный характер.
Внутри этих стадий осуществляются различные процедурные операции формирования нормативных актов в зависимости от их юридической значимости в правотворческой иерархии. Система органов государственной власти и управления, составляющих ее сердцевину, образует юридическую субординацию издаваемых актов, основанную на всеобщности и дифференцированное™ их властных полномочий. Такая специализация предопределила и нынешний субъектный состав правотворческого механизма в Российском государстве, начиная с высших представительных органов власти и управления Федерации и входящих в нее республик, вплоть до низших его звеньев.
Правотворческий процесс основывается на определенных принципах, к числу которых можно отнести следующие: демократизм и гласность правотворчества; профессионализм; законность; научный характер; связь с правоприменительной практикой.
1. Демократизм и гласность правотворчества. Суть принципа заключается в процедуре разработки и принятия нормативного акта пра-вотворческим органом. Большая роль при этом отводится привлечению граждан, трудовых коллективов к правотворческой деятельности, гласности се осуществления, что выступает своеобразной гарантией от келейности и бюрократизма в реализации такой важнейшей государственной функции. Распространена практика всенародного обсуждения законопроектов при помощи средств массовой информации: печати, радио, телевидения. Поступившие при обсуждении проекта замечания и предложения анализируются правотворческим органом, после чего в подготавливаемый акт вносятся соответствующие изменения. Но высшим проявлением демократизма правотворчества является референдум.
2. Профессионализм правотворчества. Этот принцип прямо и непосредственно связан с качеством правотворчества, эффективностью механизма принятия государственных решений. К такого рода деятельности должны привлекаться компетентные специалисты (юристы, социологи, политологи), которые обладают профессиональными знаниями и опытом в моделировании законопроектов. Между тем нередко депутаты, не являясь специалистами в области юриспруденции, самостоятельно «творят» законы, тогда как они должны работать уже с законопроектами, подготовленными высококвалифицированными юристами. Правотворческий дилетантизм приводит к некорректному обращению с законодательством и оборачивается неуважением к самому законодателю.
Работа по совершенствованию правотворческого процесса должна осуществляться постоянно и по нескольким направлениям.
Во-первых, необходимо долгосрочное и краткосрочное планирование законоподготовительных работ; во-вторых, нужны единые правила разработки и оформления проектов законов и подзаконных актов в виде специального закона; в-третьих, требуется независимая научная экспертиза вносимых на рассмотрение парламента законопроектов. Ее мог бы проводить научно-консультационный совет по законодательству при высшем органе законодательной власти; в-четвертых, необходимо провести юридический всеобуч парламентариев правилам законодательной работы.
3. Законность правотворчества. В основу этого принципа положено правило, согласно которому вся правотворческая работа по подготовке, принятию и опубликованию нормативно-правовых актов должна осуществляться в рамках закона, и прежде всего Конституции РФ. При этом необходимо четкое соблюдение регламентационных процедур обсуждения, порядка опубликования нормативно-правовых актов. Законность правотворчества также предполагает строгое исполнение правил юридической техники, и в первую очередь субординацию правовых актов. Кроме того, содержание правовых актов не должно быть «антиправовым», а призвано отвечать идеалам правового государства, началам демократизма и гуманизма, общепризнанным нормам международного права.
4. Научный характер правотворчества и его связь с правоприме-нительной практикой. Главные требования этого принципа сводятся к тому, что законопроект готовится не просто сам по себе, произвольно, а при тщательном анализе социально-экономической ситуации в стране, политической обстановки, потребностей правового регулирования тех или иных сторон общественной жизни, целесообразности подобного регламентирования и т.д.
Для выявления этих параметров используются различные социально-правовые эксперименты, социологические опросы, анкетирование и т.д. Только с учетом указанных факторов принятые правовые предписания будут обоснованными и эффективными.
Существенное влияние на научный характер правотворчества оказывает планирование законодательных работ.
Вместе с тем без связи с правоприменителем законодательный орган не будет знать результата своего труда, не сможет судить об эффективности принятых правовых решений, корректировать свою работу. Правоприменительная практика, как лакмусовая бумага, выявляет все недостатки и просчеты законодателя, раскрывает правотворчес-кие потребности.
С учетом субъектного состава органов можно выделить три разновидности правотворческой деятельности: правотворчество государст
венных органов (как общефедеральных, так и республиканских); санкционированное правотворчество; народное правотворчество (референдум).
Правотворчество государственных органов представляет собой такую разветвленную деятельность всех органов государственной власти и управления, в результате которой формируется система законодательства. Юридическая сила нормативного акта, принятого тем или иным органом, соизмеряется его компетенцией в иерархической структуре механизма государства. Результатом правотворчества государственных органов могут быть законы и различного рода подзаконные акты (указы Президента, постановления Правительства, инструкции министерств и ведомств, постановления и распоряжения органов власти на местах).
: Санкционированное правотворчество – это разрешенная государством правотворческая деятельность должностных лиц (руководителей предприятий, учреждений, министерств, ведомств и т.д.) и некоторых негосударственных организаций и учреждений, результатом которой являются исключительно подзаконные нормативные акты или правовые предписания, изданные по вопросам, составляющим их компетенцию.
Референдум проводится по наиболее важным вопросам государственной и общественной жизни. С его помощью народ осуществляет свою власть непосредственно. Итоги референдума окончательны, не подлежат никакому утверждению.
Таким образом, правотворчество представляет собой особую форму государственной деятельности по созданию, изменению и отмене правовых норм, основанную на познании объективных социальных потребностей и интересов общества.
2. СТАДИИ ЗАКОНОТВОРЧЕСКОГО ПРОЦЕССА
Законодательный процесс выступает составной частью правотвор-ческого процесса и включает в себя четыре основные стадии:
1) законодательную инициативу; 2) обсуждение законопроекта;
3) принятие закона; 4) обнародование закона. Все эти процедурные моменты нашли свое отражение в новой российской Конституции.
Законодательная инициатива – право компетентных органов, общественных организаций и лиц возбуждать перед законодательной инстанцией вопрос об издании, изменении или отмене закона либо иного акта, поступление которого влечет за собой обязательное рассмотрение его парламентом. Это право выражается в форме предложений или готового законопроекта, которые высший законодательный орган обя-
зан принять к своему производству. Такие предложения должны иметь
необходимые обоснования.
Согласно статье 104 Основного Закона Российской Федерации,
правом: законодательной инициативы обладают: Президент РФ; Совет Федерации; члены Совета Федерации; депутаты Государственной Думы; Правительство РФ; представительные органы субъектов Российской Федерации. Право законодательной инициативы принадлежит также Конституционному Суду РФ; Верховному Суду РФ; Высшему Арбитражному Суду РФ по вопросам их ведения. I» Законопроекты вносятся в Государственную Думу. Законопроекты о введении или отмене налогов, освобождении от их уплаты, о выпуске государственных займов, об изменении финансовых обязательств государства, другие законопроекты, предусматривающие расходы, покрываемые за счет федерального бюджета, могут быть внесены только при наличии заключения Правительства Российской Федерации.
Обсуждение законопроекта происходит на заседании Государственной Думы. На этой стадии допускаются поправки, изменения, дополнения или исключения ненужных положений.
Федеральные законы принимаются Государственной Думой большинством голосов от общего числа се депутатов и в течение пяти дней передаются на рассмотрение Совета Федерации (ст. 105 Конституции
РФ).
Федеральный закон считается одобренным Советом Федерации,
если за него проголосовало более половины от общего числа этой палаты либо если в течение четырнадцати дней он не был рассмотрен Советом Федерации.
В случае отклонения федерального закона Советом Федерации палаты могут создать согласительную комиссию для преодоления возникших разногласий, после чего федеральный закон подлежит повторному рассмотрению Государственной Думой.
При несогласии Государственной Думы с решением Совета Федерации федеральный закон считается принятым, если при повторном голосовании за него проголосовало не менее двух третей от общего
числа депутатов Государственной Думы.
Некоторые законы, принятые Государственной Думой, подлежат
обязательному рассмотрению в Совете Федерации. К их числу статья 106 Конституции РФ относит законы, связанные с вопросами федерального бюджета; федеральных налогов и сборов; финансового, валютного, кредитного права; таможенного регулирования; денежной эмиссии; ратификации и денонсации международных договоров Рос
сийской Федерации; статуса и защиты Государственной границы Российской Федерации; войны и мира.
Принятый федеральный закон в течение пяти дней направляется 11резиденту Российской Федерации для подписания и обнародования. На эту процедуру ему отводится четырнадцать дней (ст. 107 Конституции РФ). Вместе с тем если Президент в течение указанного срока с момента поступления федерального закона отклонит его, то Государственная Дума и Совет Федерации в установленном Конституцией РФ порядке вновь рассматривают данный закон.
Если при повторном рассмотрении федеральный закон будет одобрен в ранее принятой редакции не менее чем двумя третями голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, он подлежит подписанию Президентом РФ в течение семи дней и обнародованию.
Принятие конституционных законов регламентировано статьей 108 Основного Закона РФ. Согласно этой норме, федеральный конституционный закон считается принятым, если он одобрен большинством не менее трех четвертей голосов от общего числа членов Совета Федерации и не менее двух третей голосов от общего числа депутатов Государственной Думы. Принятый федеральный конституционный закон в течение четырнадцати дней подлежит подписанию Президентом и обнародованию.
Предложения о поправках и пересмотре положений Конституции РФ могут вносить Президент РФ, Совет Федерации, Государственная Дума, Правительство РФ, представительные органы субъектов Российской Федерации, а также группа численностью не менее одной пятой членов Совета Федерации и Государственной Думы (ст. 134 Конституции РФ).
Однако положения глав 1, 2 и 9 Конституции РФ не могут быть пересмотрены Федеральным Собранием. Если же такое предложение будет поддержано тремя пятыми голосов от общего числа членов Совета Федерации ц депутатов Государственной Думы, то в данном случае созывается Конституционное Собрание. Оно либо подтверждает неизменность Конституции РФ, либо разрабатывает проект новой Конституции, который принимается Конституционным Собранием двумя третями голосов от общего числа его членов или выносится на всенародное голосование. Конституция РФ в таком случае считается принятой, если за нее проголосовало более половины избирателей, принявших участие в голосовании, при условии, что в нем участвовало более половины избирателей (ст. 135 Конституции РФ).
Согласно статье 2 Федерального закона «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, феде-
ральных законов, актов палат Федерального Собрания» от 25 мая 1994 г., датой принятия конституционного федерального закона счита- ется день, когда он одобрен палатами Федерального Собрания, а датой принятия текущих федеральных законов считается день принятия их Государственной Думой в окончательной редакции.
Все федеральные законы подлежат официальному опубликованию в течение семи дней после их подписания Президентом РФ.
Акты палат Федерального Собрания публикуются не позднее десяти дней после их принятия.
Федеральные законы и акты палат Федерального Собрания вступают в силу одновременно на всей территории Российской Федерации по истечении десяти дней после их официального опубликования, если самими законами или актами палат не установлен другой порядок вступления их в силу.
Источниками официального опубликования федеральных законов и актов палат Федерального Собрания считается первая публикация их полного текста в «Российской газете» или в «Собрании законодательства Российской Федерации».
3. СИСТЕМА ПРАВА И СИСТЕМА ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА: СООТНОШЕНИЕ И ВЗАИМОСВЯЗЬ
Система права и система законодательства есть тесно взаимосвязанные, но самостоятельные категории, представляющие два аспекта одной и той же сущности – права. Они соотносятся между собой как содержание и форма. Система права как его содержание – это внутренняя структура права, соответствующая характеру регулируемых им общественных отношений. Система законодательства – внешняя форма права, выражающая строение его источников, т.е. систему нормативно-правовых актов. Право не существует вне законодательства, а законодательство в широком его понимании и есть право.
Структура права носит объективный характер и обусловлена экономическим базисом общества. Она не может строиться по произволу законодателя. Ее элементами, как известно, являются: норма права, отрасль, подотрасль, институт и субинститут, которые в своей совокупности призваны максимально учитывать многообразие регулируемых общественных отношений, их специфику и динамизм. Обновление системы права связано прежде всего с развитием и совершенствованием общественных процессов, актуальность которых способствует появлению новых правовых институтов и отраслей.
Вместе с тем структура системы права не может быть раскрыта с достаточной полнотой и точностью, если не видеть ее органического
единства с внешней формой права – системой законодательства. Законодательство – это форма существования прежде всего правовых норм, средство придания им определенности и объективности, их организации и объединения в конкретные правовые акты. Но система законодательства – не просто совокупность таких актов, а их дифференцированная система, основанная на принципах субординации и скоорди-нированности ее структурных компонентов. Взаимосвязь между ними обеспечивается за счет различных факторов, главным из которых является предмет регулирования и интерес законодателя в рациональном, комплексном построении источников права.
Отраслевая обособленность венчает систему законодательства. Подобное обособление возможно при условии, если оно отражает особенности содержания правового регулирования. Обособить в законодательстве можно только то, что обособляется в действительности. Строение законодательства понимается как система лишь потому, что оно является внешним выражением объективно существующей структуры права.
Структура права для законодателя выступает как объективная закономерность. Поэтому в его решениях о системе законодательства, строении нормативно-правовых актов неизбежно проявляется реальная, объективно обусловленная потребность существования самостоятельных отраслей права, подотраслей, институтов, юридических норм. В процессе правотворчества законодатель должен исходить из особенностей отдельных подразделений права, своеобразия их соотношения друг с другом.
Однако система права и система законодательства не тождественны. Между ними имеются существенные различия и несовпадения, которые позволяют говорить об их относительной самостоятельности.
Во-первых, это выражается в том, что первичным элементом системы права является норма, а первичным элементом системы законодательства выступает нормативно-правовой акт. Юридические нормы отраслей права – это строительный материал, из которого складывается та или иная конкретная отрасль законодательства. Но при построении каждой законодательной отрасли этот строительный материал может употребляться в разном наборе и в различном сочетании определенного нормативного акта. Вот почему отрасли законодательства не всегда совпадают с отраслями права и такое несовпадение двояко.
В одних случаях мы можем констатировать факт, когда отрасль права есть, а отрасли законодательства нет (финансовое право, право социального обеспечения, сельскохозяйственное право и т.д.). Такие
Алексеев С.С. Структура советского права. М„ 1975. С. 61.
отрасли права не кодифицированы, а действующий в этой сфере нормативный материал разбросан по различным правовым актам, нуждающимся в унификации.
Не исключена и обратная ситуация, при которой отрасль законодательства существует без отрасли права (таможенное законодательство, Воздушный кодекс РСФСР и т.д.). /
Может быть и идеальный вариант, когда отрасль права совпадает с отраслью законодательства (гражданское право, уголовное, трудовое, административное и т.д.). Такой вариант наиболее желателен, ибо сближение двух систем, их гармоничное развитие повышает эффективность функционирования всего правового механизма.
Имеются так называемые комплексные отрасли законодательства, которые возникли из сочетания норм административного, гражданского и некоторых других отраслей права. Важнейшим из них является хозяйственное законодательство.
Во-вторых, система законодательства по объему представленного в нем материала шире системы права, так как включает в свое содержание положения, которые в собственном смысле не могут быть отнесены к праву (различные программные положения, указания на цели и мотивы издания актов и т.п.).
В-третьих, в основе деления права на отрасли и институты лежит предмет и метод правового регулирования. Поэтому нормы отрасли права отличаются высокой степенью однородности. Отрасли же законодательства,, регулируя определенные сферы государственной жизни, выделяются только по предмету регулирования и не имеют единого метода. Кроме того, предмет отрасли законодательства включает в себя весьма различные отношения, в связи с чем и отрасль законодательства не является столь однородной, как отрасль права.
В-четвертых, внутренняя структура системы права не совпадает с внутренней структурой системы законодательства. Вертикальная структура системы законодательства строится в соответствии с юридической силой нормативно-правовых актов, компетенцией издающего их органа в системе субъектов нормотворчества. В этом плане система законодательства непосредственно отражает национально-государственное устройство Российской Федерации, в соответствии с которым ведется федеральное и республиканское законодательство.
Единство принципов распределения правотворческой компетенции между государственными органами на каждом из указанных уровней позволяет выделить два субординационных среза законодательства:
1) акты высших органов государственной власти; 2) акты высших органов государственного управления. Вертикальная же структура права – это его деление на нормы, институты, отрасли и т.д.
В основе горизонтальной структуры законодательства лежат горизонтальные связи между элементами системы законодательства, обычно производные от характера взаимосвязей между составными частями предмета регулирования. При таком структурном раскладе отрасли законодательства не совпадают с отраслями права и их число превышает число отраслей права.
В-пятых, если система права носит объективный характер, то система законодательства в большей степени подвержена субъективному фактору и зависит во многом от воли законодателя Объективность системы права объясняется тем, что она обусловлена различными видами и сторонами общественных отношений. Субъективность законодательства относительна, ибо она тоже в известных пределах детерминирована определенными объективными социально-экономическими процессами.
Необходимость проведения различия между системой права и системой законодательства вызывается, помимо прочего, потребностями систематизации законодательства, т.е. деятельностью государственных органов, направленной на упорядочение законодательства, приведение его в стройную, логичную систему.
Установление правильного соотношения между системой права и системой законодательства – важная теоретическая и практическая задача. Надлежащее ее решение призвано обеспечить доступность, сокращение ненужной множественности актов, их согласованность и правильное применение на практике.
4. СИСТЕМАТИЗАЦИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
В обществе действует множество различных правовых норм и нормативных актов. Чтобы проще было ориентироваться в них, необходимо постоянно приводить их в определенную систему. Такая деятельность выражается в понятии систематизация законодательствам, т.е. упорядочения нормативных актов в целях удобства пользования ими на практике. В юридической науке обозначились в основном три вида систематизации: инкорпорация, кодификация и консолидация.
Инкорпорация – такой процесс объединения правового материала, при котором он полностью или частично размещается в разного рода сборниках в определенном порядке. Нормативное содержание актов при этом не меняется, хотя форма изложения их сути иногда претерпевает изменения. Все операции осуществляются в плоскости внешней обработки правового акта: в первоначальный текст вносятся официальные изменения; исключаются статьи и пункты, потерявшие силу, имев-
шие временное значение, а также содержащие явные противоречия и т.п. Юридическая сила актов, подвергшихся инкорпоративной переработке, сохраняется с момента их принятия.
Вопросами инкорпорации могут заниматься государственные органы, общественные организации и отдельные граждане. Отсюда различают инкорпорацию официальную, официозную (полуофициальную), неофициальную
Официальная инкорпорация предполагает утверждение унифицированных собраний и сборников инкорпорированных актов органами, издавшими эти акты. По своей природе акт официальной инкорпорации – это способ опубликования и переиздания действующих нормативных положений и, следовательно, официальный источник законодательства.
Полномочия инкорпоратора при такой форме систематизации разнообразны. Они обусловлены, во-первых, пределами правотворческих возможностей указанного органа и границами подведомственной ему территории, во-вторых, юридической силой актов, включаемых в сборник, и пространством их действия. Необходимо учитывать и то обстоятельство, что решение всех вопросов, затронутых в инкорпоратиппых документах, должно входить в компетенцию соответствующего органа, а его акты обладать равной или большей юридической силой по сравнению с теми, которые помещены в сборнике. Только при соблюдении этих условий инкорпоратор вправе вносить в ранее принятые акты изменения, вызванные новыми условиями жизни.
Если же инкорпоратор не в состоянии осуществить подобные задачи, то он вправе обратиться с предложениями на сей счет в соответствующие правотворческие органы. Значит, потребность в официальной инкорпорации выражается в том, чтобы правоприменитель мог правильно и оперативно ориентироваться в нормативном материале, быстро отыскивать интересующий его документ, но при этом быть уверенным в его юридической точности. Приемы и способы достижения такой цели могут быть различны, но два их основных вида необходимо отметить – хронологический и предметный.
Хронологическая инкорпорация предполагает приведение нормативных актов в определенный порядок в процессе их официального опубликования. Примером ранее могли служить «Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации», «Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств Российской Федерации» и т.д. Нормативные акты в этих изданиях размещались в хронологическом (временном) порядке с годовой нумерацией выпусков и статей.
Подробнсссм Закоиодатсльпаятсхпика/Подрсд ДЛ Ксримова Л , 1965 С 125
Предметная инкорпорация – более сложный вид систематизации, в результате которой создаются тома Собрания действующих нормативных актов высших органов государственной власти и управления, расположенных по предметному принципу со строго тематической направленностью. Например, объединение нормативных актов, регулирующих государственное устройство, административную ответственность, отношения в той или иной отрасли народного хозяйства. Предметная инкорпорация является результатом более глубокого изучения и анализа объединяемого по отраслевому признаку материала. На этой стадии наиболее полно используются возможности инкорпорационной формы относительно освобождения законодательства от устаревших актов и иной внешней обработки.
Официальная инкорпорация означает подготовку и издание соответствующих систематических собраний и сборников специально уполномоченными на то государственными органами. Такие собрания являются источниками официального опубликования. Например, Своды законов.
Неофициальные систематические собрания формируются отдельными ведомствами, научными и учебными заведениями, частными лицами без специального поручения и контроля правотворческого органа. Поэтому неофициальные инкорпорационные сборники нельзя расценивать в качестве источника законодательства, формы опубликования нормативных актов. На них нельзя ссылаться в процессе право-творчества и применения права. Материал для обработки здесь отбирается исключи! елыю по усмотрению инкорпоратора. Таковы сборники новых законодательных актов Российской Федерации, выпущенные отдельными министерствами, комитетами или ведомствами.
Кодификация – наиболее сложная и совершенная форма систематизации, представляющая собой деятельность, направленную на коренную, как внешнюю так и внутреннюю, переработку действующего законодательства путем подготовки и принятия нового кодификационного акта. Его появление приводит правовые нормы к единой юридической силе, которая сообщается новому акту органом, его утвердившим. Формами кодификации законодательства являются основы, кодексы, уставы, положения и т.д. Они представляют собой органические законы, в которых объединены различные правовые нормы, институты, регламентирующие разнородные общественные отношения определенной правовой отрасли. Целостность, устойчивость придают этим актам особый правовой колорит и юридическую силу. Все текущее законодательство сориентировано на них и им соподчинено.
Кодификация отличается от инкорпорации по следующим основаниям:
во-первых, инкорпорация – функция государственных органов, направленная на поддержание «рабочего состояния» действующего законодательства, не меняющая его содержания. Кодификация же, напротив, осуществляется периодически, в зависимости от накопления нормативного материала и объективной необходимости его всесторонней переработки и объединения в целом или по отдельным отраслям;
во-вторых, у них различен предмет воздействия. При кодификации мы имеем дело с правовыми предписаниями и юридическими институтами, а при инкорпорации – с нормативно-правовыми актами, их технической обработкой;
в-третьих, разнятся они и своими результатами. Процесс инкорпорации венчает собрание или сборник изданных в разное время нормативно-правовых актов, содержание которых дается так, как оно было дано законодателем, а кодификация завершает новый как по форме, так и по содержанию правовой акт. Его текст подлинный, официальный, па него должны ссылаться правоприменительные органы;
в-четвертых, кодификация всегда носит официальный характер и осуществляется исключительно государственными органами, ;1 инкорпорация но придерживается таких жестких рамок и может проявлять себя в разных вариантах.
Несмотря па укапанные различия, кодификация связана с процедурой по обработке (внутренней и внешней) и упорядочению законодательства, его расчистке и ревизии, устранению противоречий и других несогласованностсй, т.е. с операциями технико-систематического характера.
В литературе различают всеобщую, отраслевую и специальную кодификации.
Всеобщая кодификация предполагает образование сводных кодифицированных актов по основным отраслям законодательства.
Отраслевая кодификация представляет собой объединение нормативного материала какой-то определенной отрасли или подотрасли законодательства (Гражданский кодекс РФ, Уголовный кодекс РФ и др.).
• Специальная кодификация объединяет нормы определенного правового института либо нескольких правовых институтов (Водный кодекс РФ, Лесной кодекс РФ и т.д.).
Специфическим видом систематизации законодательства является консолидация. Ее цель – устранение множественности нормативных актов, их унификация и создание в структуре законодательства круп-
См.: Баранов В М., Рахманипа Т.Н., СырыжН М Систематизация нормативно-правовых актов: Лекция по курсу «Общая теория Ирана». И 1 овгород, 1993. С. 25*-26.
ных однородных блоков в качестве важнейшего промежуточного звена между текущим правотворчеством и кодификацией. В структуру вновь образованного консолидированного акта, как правило, входят отдельные однопрофильные статьи, главы, параграфы, расположенные в определенной последовательности. Такие акты в нашей стране сегодня могли бы быть приняты по вопросам налоговой, пенсионной, приватизационной политики государства.
На базе консолидированного законодательства должны проводиться все инкорпорационные операции по формированию тех или иных сводных актов, где в доступной для всех форме дано полное и четкое представление о действующем законодательстве. Избавляя его от чрезмерной раздробленности, консолидация тем самым способствует объединению на этой основе общих положений текущего правотворчества в родственные группы. Особую актуальность эта форма систематизации приобрела в сфере ведомственного правотворчества.
5. ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
Процесс преобразования российского общества находит свое отражение в функционировании многих закономерностей социально-правового характера. Одновременно с формированием новых социально-экономических, политических и духовных предпосылок построения российского правового государства обновляется и содержание нормативного материала, видоизменяются тенденции его совершенствования и развития.
Это необходимость строгого обеспечения верховенства закона во всех сферах жизни общества; специализация, унификация, интенсификация законодательства; противоречивость и конкурентоспособность его структур; увеличение массива технико-юридических предписаний, Указанные тенденции условно можно разделить на три большие группы. К первой группе относятся: всестороннее усиление законодательного приоритета, интенсификация и стремление к стабильности. Ко второй– специализация законодательства с ее различными формами проявления: дифференциацией, конкретизацией, детализацией. В третью группу входят правовая унификация и сопутствующие
1 Вопросы совсршспстионапия и развития российскогозакоподательствапостоянно находятся в поле зрения ученых-юристов, например: С.В. Полечиш: Теоретические проблемы системы сонстского законодательства. М., 1979; Научные основы типологии нор-ма1 ишю-нрановых актои. М., 19Н7; О концепции правовой реформы // Вопросы теории государства и прача. Вып. 9. Саратов, 1991; Качество закона и эффективность законодательства. М., 1993; Законотворчество в Российской Федерации. М., 1996 и др.
ей процессы: интеграция, генерализация, универсализация, издание комплексных нормативных актов.
Центральное место в иерархии этих тенденций принадлежит законодательному приоритету как одному из магистральных путей эффективного обеспечения новой государственной политики в области становления рыночных отношений, всемерной охраны прав и свобод личности.
Проводимое сегодня всестороннее обновление законодательства – своеобразное очищение его от рутины, засоренности и ведомственной урегулированности. Такая реконструкция обусловлена также необходимостью внедрения новых методов в управление народным хозяйством, реформированием государственно-властных структур. Углубление специализации социально-экономических процессов увеличивает фон правовых изменений и способствует принятию важнейших законодательных актов в областях, которые ранее не охватывались правовым воздействием. Ценность закона начинает повышаться прямо пропорционально его истинной роли в жизни общества и выводит тенденцию его верховенства на передний план среди других направлений. Однако уровень социальной отдачи данной тенденции всецело зависит от успешного функционирования всей совокупности «соподчиненных» закономерностей. Именно они наиболее полно раскрывают ее содержание, юридическую природу, формы проявления и т.д.
Кроме того, всеобщее и точное исполнение закона – фундамент прочных государственных взаимосвязей между республиками и центром, приоритета закона в отношении других подзаконных правовых актов. При неукоснительном соблюдении эти акты не смогут формализовать действующее законодательство, обратить его в «бумажное право». Цель их принятия состоит исключительно в конкретизации, дополнении и развитии содержания закона, и поэтому они не должны ни на йоту выходить за рамки его общего смысла.
Интенсификация законодательства как одна из характерных черт его современного развития способствует тому, что юридически правильное, всестороннее урегулирование общественных отношений осуществляется и. за счет издания новых нормативных актов, и путем повышения качества, эффективности действующего законодательства, усиления его научной обоснованности. Процесс интенсификации направлен на максимальное использование внутренних «ресурсов» имеющегося законодательного массива.
Уровень интенсификации в немалой степени зависит и от субъективного фактора. Такая зависимость проявляется, по крайней мере, в двух направлениях. Во-первых, в сфере правотворчества – это издание компетентным органом нормативного акта, соответствующего духу
времени (так называемая правотворческая оперативность). Во-вторых, в сфере правоприменения – это грамотное полновесное использование юридического акта (правоприменительная активность).
С процессом интенсификации законодательства взаимодействует тенденция укрепления его стабильности, без которой оно не может существовать как постоянная система регулирования общественных отношений. Сегодня очень высоко ценится именно это свойство как своеобразная правовая гарантия прочности выбранного государством курса, перспективности регламентируемых отношений. Стабилизация призвана снять напряжение в межреспубликанских взаимосвязях, ослабить внутренние противоречия.
Стабильность законодательства обеспечивается наличием ряда факторов, которые можно условно разделить на материальные и специальные юридические. К материальным факторам относятся: устойчивость социально-экономических, государственно-политических и национальных взаимосвязей; своевременное законодательное реагирование на важЗнейшие социальные процессы с учетом перспективности характера их развития; объективность и обоснованность целей экономических преобразований; прогнозирование необходимости юридического опосредования той или иной общественной сферы в
будущем.
Специальные юридические факторы включают в себя следующие условия: соответствие текущего законодательства Конституции РФ;
издание и функционирование подзаконных нормативных актов на основе и во исполнение закона; высокий уровень правовой интенсификации; совершенство законодательной техники; юридически грамотное, активное использование принятого нормативного акта.
Быстрые темпы социально-экономических преобразований обусловливают динамизм нормативного регулирования общественных отношений, учет своеобразия и специфики их различных сторон и граней. Эти задачи успешно выполняет интенсивно развивающаяся в российском законодательстве тенденция его специализации. Цель ее заключается в том, чтобы юридически полнее охватить всевозможные изменения и новизну общественных процессов, сообразоваться с особенностями их проявления в тех или иных социальных сферах, определить качественней уровень таких преобразований.
Процесс правовой специализации объективно отражает многоплановый ход развития общества и пронизывает различные стороны нашей социальной действительности. Истоками специализации законодательства являются общественное разделение труда, реально легитимированная дифференциация властных структур, национально-государственная суверенизация. Предпосылки же специализации зако-
нодательства можно подразделить на социально-экономические, властно-управленческие и юридические.
Назначение процесса специализации законодательства заключается в том, что как в системе права, так и в системе законодательства происходит и усиливается «разделение труда» между предписаниями, в результате чего отдельные нормы и их комплексы начинают специализироваться на выполнении тех или иных операций. Они отражают своеобразие общественных отношений, специфику конкретных обстоятельств и в своей совокупности составляют правовую основу процесса специализации, именуясь специальными*.
Сегодня специализация охватывает весь правовой массив и воздействует как на форму, так и на содержание законодательства, где обозначились следующие се виды: предметная (отраслевая), функциональная, региональная и смешанная. Каждая разновидность очерчивает определенный срез в системе законодательства, по-своему воздействуя на его содержание и структуру.-И чем точнее получают в юридических предписаниях и нормативных актах отражение процесс
и результат специализации, тем выше их истинность и эффективнее реализация.
Помимо саморазвития и самовыражения специализация законодательства оказывает положительное воздействие и на другие его тенден-ции. Так, процессу стабильности она придаст свойство гибкости, делает его динамичнее. Посредством своей вертикальной направленности специализация обеспечивает интенсификации полновесную «рабочую нагрузку», способствует оптимальной, качественной отдаче содержания определенного нормативно-правового акта. Процесс специализации охватывает своим влиянием весь пласт правовой системы: правотвор-чество, правоотношения, юридическую ответственность, правоприме-нительную практику и т.д.
Унификация законодательства – противоположная специализации тенденция, значение которой состоит в аккумулировании однотипных предписаний и создании юридических актов, которые упрощали бы законодательство, делая его доступным и единообразным. При помощи унификации преодолевается несогласованность в структуре механизма правового воздействия, устраняется его перенасыщенность, ликвидируется неоправданная разобщенность и несогласованность в правоприменении. Вот почему унификация является одним из эффективных путей борьбы с чрезмерной сложностью законодательного урегулирования в различных сферах.
Подробнее см : Сенякип ИИ Специализация и унификация российского законодательства. Проблемы теории и практики. Саратов, 1993
И хотя унификация выступает как антипод специализации, эти два явления тесно взаимосвязаны между собой и образуют главные направления процесса прогрессивного развития всей системы современного законодательства. Подвижность ее границ в известной мере влияет на качественное состояние и эффективность регламентацион-ного механизма, в котором подчас сталкиваются противоположные тенденции. В основе этих противоположностей лежат диалектические противоречия как социально-экономического, так и правового характера.
К первой группе противоречий относятся: несоответствие производственных отношений характеру производительных сил; разрыв между производстлом и потребностями граждан, стоимостью и ценой товаров, между требованием объективных экономических законов и их субъективным осознанием в процессе управления; имущественное неравенство и т.д. Вместе с тем экономические противоречия не изолированы. Они оказывают заметное влияние па внутренние процессы законодательства и обнаруживаются между его сущностью и содержанием, формой и содержанием, внутри самой сущности и т.д.
Таким образом, современные тенденции развития российского законодательства представляют собой сложную и довольно противоречивую систему различных его направлений по урегулированию многогранных общественных отношений.
6. СПЕЦИАЛИЗАЦИЯ И УНИФИКАЦИЯ РОССИЙСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА КАК ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ЕГО РАЗВИТИЯ
Проводимые сегодня ре4)ормы затрагивают узловые проблемы социально-экономического, политического, национально-государственного и правового развития нашего общества. Особая роль в их решении отводится действующему федеративному законодательству, его оптимальному соотношению с республиканскими правовыми системами посредством учета таких тенденций, как специализация и унификация. «Они – отражение реальной жизни, ее сложности, динамичности, разнообразия», а также воплощение различных уровней правовой регламентации многогранных внутрифедеративных взаимосвязей.
Именно этими двумя объективными и не исключающими друг друга закономерностями во многом характеризуется современная социально-юридическая практика. Специализация и унификация пронизывают все ее сферы: экономику и политику, управление и законода-
( Мату зов П.И. Правовая сисгема и личность Саратов, 1987. С. 255.
тельство, по-разному воздействуя на их содержание, структуру, перспективы развития.
Являясь парными категориями, они настолько тесно взаимосвязаны, что их раздельное существование немыслимо. Именно данный фактор мало учитывался государственной законотворческой политикой. Вся семидесятипятилетняя история советского законодательства подтверждает это несоответствие: либо безмерная централизация в жесткой форме административно-командной системы, либо безграничная суверенизация сверху донизу.
Смещение акцентов в соотношении указанных тенденций, как показала практика, не дает желаемых результатов, а лишь нарушает гармоническое развитие всего общественного механизма. Только всесторонний учет диалектики их функционирования будет реально способствовать выравниванию создавшейся ситуации. Именно в новых, научно обоснованных подходах нуждается российское законодательство, так как специализация и унификация дают возможность всесторонне учитывать его федеративный характер.
Специализация как особая форма социальных отношений представляет собой такое единство взаимообусловленных факторов, которое проявляется, с одной стороны, в сужении сферы человеческой деятельности, ограничении функциональных параметров, с другой – в концентрации, мобилизации ее усилий в строго определенном направлении, что в совокупности позволяет быстрее, качественнее и с наименьшими затратами решать многие поставленные задачи. Процесс специализации является объективным результатом развития общественных отношений и образует «генетическую» ткань всего социального организма, создавая его питательную среду и движущую силу.
Истоки правовой специализации: общественное разделение труда, реально легитимированная дифференциация властных структур, национально-государственная суверенизация. Ее цель – наиболее полно и точно охватить многочисленные особенности, новизну и динамику нарастающих социальных преобразований, отразить качественное состояние проводимых реформ. В интересах этого процесса законодательство в целом и каждая его отрасль содержат в себе определенный комплекс юридических предписаний и нормативных актов, выполняющих специализированные функции.
С их Помощью государство получает возможность учитывать многие тонкости, специфику, динамику и разнообразие регулируемых общественных отношений. Специализация сегодня охватывает весь правовой массив и воздействует как на форму, так и на содержание зако нодательства, где обозначились следующие ее виды: предметная (отраслевая), функциональная, региональная и смешанная.
Суть предметной специализации состоит в том, что нормативные акты и правовые установления, регламентируя многообразные стороны общественной жизни, в результате «разделения труда» между ними предопределяют дифференциацию законодательства на различные отрасли. Она – итог выполнения юридическими предписаниями различных нагрузок в регулировании обособившихся групп общественных отношений. И чем множественнее, различнее предмет правового регулирования, тем разнообразнее отраслевая классификация законодательства. Известно, что образование любой новой отрасли не является самопроизвольным процессом. Именно изменения в социально-экономической сфере обусловливают такую необходимость. Происходит постепенное накопление однотипного нормативного материала в зависимости от выполняемых функций.
В последнее время в системе российского законодательства, наряду с традиционными, появился ряд новых отраслей: о здравоохранении, страховании, банковской системе, правовой кибернетике и др. В стадии становления находится налоговое, космическое законодательство и т.д. Все эти отраслевые структуры вобрали в себя многочисленные особенности внутрифедеральных отношений, отразили интересы и своеобразие правового статуса их субъектов. В нормативных актах данных отраслей учтены многие общие тенденции социально-экономического развития России на современном этапе, а в дальнейшем они должны регулярно пополняться новым содержанием, отвечающим практике общественных преобразований. За счет процесса специализации будет активно формироваться обновленная система единого федеративного
законодательства.
Вместе с тем этот вид специализации не означает, что между нормами, относящимися к различным отраслям, не существует никаких связей. Напротив, эти связи весьма разносторонние в силу их функциональной взаимообусловленности, за счет которой и обеспечивается целостность законодательства. Внутриотраслевая дифференциация предписаний осуществляется не только в зависимости от предмета правового регулирования, но и способа регламентации общественных отношений.
Под воздействием функциональной специализации происходит относительное обособление правовых установлений внутри кодификационных актов, за счет чего модифицируется их организационное строение, шлифуется и совершенствуется структура. На пороге такой реконструкции стоит современное трудовое законодательство. Сегодня
1 См. Чердапцев Л.Ф Специализация и структура норм права // Правоведение. 1970. №1. С. 44.
оно призвано регулировать трудовые отношения всех работающих граждан независимо от формы собственности и вида деятельности предприятия. Трудовые полномочия не только рабочих и служащих, но и членов производственных кооперативов, семейных и малых предприятий и т.п. должны быть зафиксированы кодексом в специальных разделах, дифференцированных по формам собственности. Задача трудового законодательства – установить минимум трудовых гарантий для всех работающих, а практическое воплощение этих гарантий, их детализация должны регулироваться в локальном порядке и в индивидуальных контрактах.
Завершающий виток функциональная специализация делает на уровне структурного среза правовых норм, определяя их строение в зависимости от выполняемых функций.
Широкое распространение в последнее время получила региональная специализация законодательства, представляющая собой такой процесс урегулирования общественных отношений, который оптимально учитывает характерные черты федерального устройства Российского государства, географические, природные, местные климатические условия, традиции, особенности развития экономики отдельных регионов.
Правовую основу региональной специализации составляет Конституция РФ и Федеративный договор о разграничении полномочий между федеральными органами государственной власти и органами власти суверенных республик в составе Российской Федерации, органами власти краев, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга, автономной области, автономных округов. В документе дифференцирование закреплен круг вопросов, относящихся к непосредственному ведению названных субъектов: защита прав и свобод человека и гражданина; обеспечение законности, правопорядка и общественной безопасности; административное, административно-процессуальное, трудовое, семейное, земельное, жилищное, водное, лесное законодательство; законодательство о недрах, об охране окружающей среды; правовое регулирование интеллектуальной собственности; установление общих принципов территориального деления и организации местного самоуправления и т.д.
Исходя из предоставленных полномочий, каждый субъект Федерации осуществляет свое правотворчество, создающее юридическую базу их законодательства и отражающее не только своеобразие и самобытность конкретной территории, но и ее самостоятельность. Суверенность республики как раз предполагает свободную юрисдикцию в пределах тех границ, которые определены Федеративным договором. Многие республики в последнее время приняли ключевые законы о земле,
о земельном налоге, о крестьянском (фермерском) хозяйстве и т.п., которые олицетворяют общий курс проводимых в стране экономических реформ сквозь призму их местного осуществления.
Территориальная специализация касается не только государственных образований, но и их внутренних структур (автономий, краев, областей и т.п.) со своими подходами к частным проблемам. Многие из них решаются локальным регулированием, но некоторые требуют вмешательства республиканских или общероссийских законодательных органов. В подобной специализации нуждаются нормы административного и уголовного законодательства районов, на территории которых расположены атомные электростанции.
Это объясняется необходимостью установления иной, нежели в других регионах, ответственности рабочих, служащих, инженерно-технических работников, имеющих отношение к ремонту, профилактике и обслуживанию АЭС. Углубленной специализации требует уголовное законодательство в части усиления ответственности граждан, проживающих в регионах, которые связаны с производством, транспортировкой и хранением растений, обладающих наркотическими свойствами (мак, конопля и т.п.).
Проявление смешанной специализации законодательства многостепенно. Нередко она выступает в форме предметно-территориального направления и отражает не только своеобразие общественных отношений, но и особенности их проявления в местных условиях. В таком качестве она весьма удобна для оформления локального пра-, вотворчества в развитие вышестоящих нормативных актов по общим вопросам социально-экономического характера. Такие акты принимают администрации городов в целях решения местных проблем, связанных с ценовой, налоговой политикой, социальными дотациями, мероприятиями по борьбе с преступностью и др. Смешанная специализация может быть предметно-функциональной и функционально-территориальной.
Формы выражения специализации законодательства разнообразны: дифференциация, конкретизация, детализация. Дифференциация как первоначальная стадия процесса специализации представляет собой «...разветвление, расщепление, приобретение той или иной ветвью все более специфических, своеобразных черт...» в механизме законодательного упорядочения определенных групп общественных отношений. На этом этапе еще не конкретизируются и не уточняются тонкости и специфика. Здесь ставится первоочередная задача: выявить их различие и своеобразие в общей массе социальных явлений. Критерии
Алексеев С.С. Структура советского права. М., 1975. С. 53. 28-1934
весьма подвижны, отсюда – большой выбор ого в(тсренциации в конкретных отраслях законодательства.наоборот, способствует тому, чтобы одно и то же "-Лю регулировалось системой различных правил или нормативногеовых актов. Смысл ее–в формировании правовых предписаний, азвивающих и уточняющих содержание общих положений общефедеративных законодательных актов за счет уменьшения их объема, регулирование отдельных сторон и граней видовых общественных отношений. Если дифференциация в общих чертах определяет границы градации таких отношений, то конкретизация призвана учитывать их особенности и нюансы проявления.
Детализация законодательства как конечный этап процесса специализации в отличие от дифференциации и конкретизации представляет внутреннее «дробление» содержания нормативных предписаний на составные элементы, которые в своей совокупности образуют их сущность. И чем точнее в юридических предписаниях и нормативных актах получают отражение процессы и результаты социальной специализации, тем выше эффективность их реализации.
Позитивный характер процесса специализации законодательства можно обозначить следующими основными параметрами:
. • позволяет охватить правовым воздействием широкий спектр раз-
, нообразных общественных отношений;
-ведет к устранению пробелов в праве;
• способствует логически правильному и более совершенному построению нормативно-правовых актов;
• придает гибкий, динамичный характер системе законодательства;
• создает предпосылки грамотной юридической квалификации в правоприменительном процессе.
Специализация – это объективная тенденция развития законодательства, отражающая идентичный прогрессивный процесс в различных социальных сферах общества, направленный на учет особенностей, специфики и многогранности внутрифедеративных общественных отношений, урегулирование которых осуществляется определенным комплексом юридических предписаний и нормативных актов.
Однако специализация законодательства не самоцель, она должна разумно сочетаться с унификацией. В области теории права данной проблеме необоснованно мало уделяется внимания, хотя необходимость ее общетеоретического анализа очевидна. Это связано, в первую очередь, с тем, что становление Российского государства как единого федеративного образования требует унифицированных подходов к общим целям и задачам правового регулирования общественных отно
шений, упорядочения разобщенного нормативного материала различных отраслей законодательства, согласованности правовых систем суверенных республик по коренным вопросам социально-экономического, политического и правового развития.
Федеративность государства не означает его раздробленности, субъектной самоизоляции и произвольности решения многих общегосударственных вопросов. Напротив, она предполагает разносторонние связи между республиками и другими субъектами Федерации на принципах специализации и кооперирования всего народно-хозяйственного комплекса страны. Важнейшим связующим звеном этих отношений выступает единое правовое пространство на всей территории Российской Федерации. Именно в таком ракурсе проблема унификации законодательства приобретает сегодня первостепенное значение.
Многочисленные определения унификации в отраслевой литературе в целом верно отражают суть данного явления, однако они не лишены недостатков. В частности, не следует сводить понятие унификации лишь к выработке единообразных норм, рассчитанных на сходные отношения. Процесс унификации шире, сложнее, поэтому правильнее, нам представляется, говорить об унификации как о своеобразной науке обобщения и единения структур механизма правовой регламентации. Его содержательные начала формируются в сознании законодателя как потребность выработки унифицированных правовых моделей в определенных отраслях законодательства, в связи с чем анализируются различные их варианты для выбора оптимальных путей типового урегулирования близких отношений с учетом их общих свойств и качеств. И только потом разрабатываются единые правоположения по конкретным проблемам.
В таком подходе заключается сущностная сторона процесса унификации. Но его назначение этим не исчерпывается, так как нередко свое дальнейшее завершение унификация получает в форме технического обрамления: в виде либо отдельного нормативного акта, либо структурного содержания определенных разделов основ, кодексов, положений, уставов и т.д.
Следовательно, унификация имеет двуединую направленность: с одной стороны, выработка общих предписаний по тем или иным сходным проблемам социального развития, а с другой – грамотная техни-ко-формализованная обработка уже принятых унификационных положений, т.е. систематизация. Издание общих норм и правовых актов – лишь часть этого процесса, юридическая основа унификации. Такие нормы могут носить многоплановый характер и функционировать в виде дефиниций, деклараций, норм-принципов, общих дозволений, общих запретов и т.д.
28*
Унификация имеет и еще один нюанс. Дело в том, что единство и унификация не однозначные понятия. Первое выступает как характерный признак и системы права, и системы законодательства, а также отражает общность принципов нормативного регулирования общественных процессов. Унификация же представляет собой совокупность способов единообразного регулирования тех или иных сторон социальных отношений. Ее главное внутреннее свойство составляет единство.
Названные явления неразрывно связаны между собой. Унификация способствует синхронному действию всех структурных элементов системы законодательства, укрепляет их взаимообусловленность. Монолитность же указанной системы выступает юридической основой унификации законодательства, потребность в которой находится в зависимости от интенсивности накопления нормативного материала. Специфика общественных отношен1й не должна ограничивать сферу действия процесса унификации законодательства, так как наличие у них общих свойств и граней, а также их системное единство, одновременно предполагают целостное урегулирование. Эффективность данного подхода усматривается в том, что унификация: во-первых, создает ряд выгод законодательного характера, например, уменьшает объем нормативного материала, исключает его дублирование, а во-вторых, облегчает применение правовых предписаний па практике и устраняет неоправданные случаи специализации.
Неупорядоченность правотворчества, наоборот, создает благоприятные условия для проявления разрозненных, малоэффективных, зачастую противоречащих друг другу предписаний, усложняющих процесс правоприменения. Особенно отчетливо это проявилось в период «борьбы» отдельных регионов России за свою «независимость», когда каждое административное образование в лице своих представительных органов власти считало непременным условием суверенности принятие нормативных актов, которые с их точки зрения являлись наиболее правомерными, целесообразными и юридически всесильными. При этом игнорировался субординационный характер правотворчества, его регламентационная процедура и компетенция. Все это вносило хаос, вседозволенность и беззаконие в решение многих не только локальных, но и общегосударственных вопросов.
Отказ от признания унифицированной структуры российского законодательства привел к грубейшим нарушениям принципа единства законности многими субъектами Федерации, в результате чего прокатилась волна противоправных акций, связанных с вопросами нацио-
* См.: Садиков О.Н. Дифференциация и унификация гражданского законодательства // Сов. государство и право. 1969. № 12. С. 38.
нально-государственного устройства, экономического статуса отдельных регионов. Произошел разрыв единой основы российского законодательства, создалась угроза появления калужской, рязанской, тамбовской и других местнических законностей.
Очевидная бесперспективность и порочность подобных мероприятий все же побудили руководство регионов соблюдать единые правовые основы функционирования государственного механизма, что заметно ослабило напряженность в отношениях центральных и местных структур, позволило согласованно решать многие социально-экономические программы. Юридическим итогом такого согласия стало подписание Федеративного договора. Его принятие позволило снять многие противоречия в действующем законодательстве, создать единую платформу для согласованного функционирования как республиканских, так и федеральных структур.
Не совсем понятна и позиция законодателя, выраженная в статье 5 Конституции РФ о законодательстве краев, областей, автономной области, автономных округов, городов федерального значения. Какие нормативные акты перечисленные субъекты могут издавать и как они должны соотноситься с республиканским и общефедеративным законодательством? Не приведет ли это к перерастанию федеративных отношений в конфедеративные и разрушению единого правового пространства? Весьма важно при этом сохранить системность иерархии нормативных актов в масштабе всей Российской Федерации, в которой главная, приоритетная роль принадлежала бы федеральным законам, а все другие правовые акты строго им соответствовали.
Новеллой в соотношении общефедерального и республиканского законодательства является институт совместного ведения между органами власти Российской Федерации и органами власти субъектов РФ. В области юриспруденции к их совместному ведению относится административное, административно-процессуальное, трудовое, семейное, жилищное, водное, лесное законодательство и т.д. По этим вопросам федеральные органы издают Основы законодательства, в соответствии с которыми органы власти республик осуществляют собственное правовое регулирование, включая конкретизирующие кодексы, положения, уставы и иные правовые акты.
Основы законодательства призваны выполнять двуединую роль:
быть базой республиканского правотворчества и одновременно актами прямого действия, а также затрагивать общие вопросы, принципы правового регулирования и координации правотворческой деятельности всех субъектов Федерации. Основы должны содержать конкретные решения, которые республики смогут корректировать в рамках Федеративного договора и Конституции РФ. Любая республика в составе
России, равно как и другие субъекты Федерации, должна признать для себя Основы законодательства актами прямого действия. Это исключит разнобой в правотворчестве, который может возникнуть в случае издания местными органами актов, выходящих за рамки их полно- ,) мочий*. 1,
Подобной комплексности правового регулирования общественных отношений за счет Основ законодательства на сегодня нет. Их форми- рование и принятие в отдельных отраслях протекает вяло и неплано- , мерно. На уровне СНГ этот процесс идет более активно и плодотворно. С позиций углубленной интеграции между членами содружества принимаются базовые нормативные документы, закрепляющие основные принципы, цели и задачи унифицированного регламентирования различных сторон жизнедеятельности содружества. Одной ид разновидностей таких универсальных правовых актов являются модельные (рекомендательные) кодексы. К настоящее время идет разработка УПК. Создание модельных кодексов важно для всех государств СНГ, и в них найдут свое юридическое закрепление межгосударственные интеграционные процессы в области экономики, пауки, культуры, нрава и т.д.
Остается трудноразрешимой и проблема унификации нормативно-правового материала различных министерств и ведомств как «одной из самых многочисленных и наименее организованных частей иерархической структуры законодательства»2. В отдельных отраслях его объем настолько велик, что практическая ориентация в нем весьма затруднительна, а единое понимание сведено на нет. Возникает настоятельная потребность не столько в техническом упорядочении данного материала, сколько в его переработке по существу и принятии общих, универсальных положений либо российского, либо республиканского значения.
Ведомственная унификация должна носить комплексный характер и учитывать всю систему как отраслевых, так и межотраслевых актов, отражать их органическое единство в общем механизме управления. При этом необходимо соблюдать все требования, предъявляемые к нормативным актам при их подготовке, применении и исполнении. Подобного законодательного оформления, например, ждут гражданско-правовые отношения в сфере капитального строительства. Пестрота их ведомственной регламентации создает определенные трудности как организационного, так и правового характера. Назрела необходимость
) См Ильинский И II, Крылов К С .Михалева И Л 11онос федеративное устройство России//Государство и право 1992 №9 С 35
2 Чоленшш С В, Силъченко II В Научные основы чипологии нормативно-правовых актов в СССР. М , 1987 С 32
унифицировать действующий правовой материал и на его основе издать закон РФ о капитальном строительстве.
Процессы и специализации, и унификации охватывают все структурные звенья системы законодательства, имеют непрерывный характер. Их «приливы» и «отливы» в различных частях законодательного массива во многом предопределены наличием предварительных условий унификации и техникой ее осуществления. К таким условиям, на наш взгляд, следует отнести: высокий уровень специализации законодательства; потребность в унификации правового материала в определенной области социальных отношений; повышенную «плотность» функциональных взаимосвязей между различными структурными элементами системы законодательства; их противоречивость; способность к унификации законодательного материала той или иной отрасли.
С учетом функционального разнообразия законодательства унификация может быть всеобщей, республиканской, локальной, ведомственной и проявляться в таких се формах, как универсализация, интеграция, систематизация. Вместе с тем процесс унификации небеспределен и должен иметь свои границы, ибо при определенных обстоятельствах может возникнуть объективная потребность в дифференцированном урегулировании общественных отношений, и тогда унификация станет не только не эффективной, но даже нежелательной. А это, в свою очередь, вызовет обратную тенденцию – специализацию законодательства. Поэтому при разработке унифицированных нормативных актов нельзя ставить чрезмерно общие задачи, непомерно расширять сферу их действия и тем самым превращать в сложный документ, малопригодный для практического применения.
Следовательно, унификация российского законодательства представляет собой детерминированный практикой общественного развития двуединый процесс в регулировании сходных либо родственных явлений и создание разноуровневых нормативных актов или предписаний, оказывающих существенное влияние на состояние и совершенствование всей системы законодательства. Процессы унификации и специализации законодательства позволяют удерживать разумный ба-I лапе в отношениях между федеральным и региональным правотворче-ством и одновременно наиболее полно и реально отражать весь ход современных преобразований.
1 См." Садиков О.Н. Унификация как средство совершенствовании гражданского законодательства // Правоведение. 1972. № 6. С. 97.

Тема 19. ЮРИДИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС (И.М. Зайцев, А.С. Мордовец)

1. ПОНЯТИЕ И СОДЕРЖАНИЕ ЮРИДИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА (И.М. Зайцев)
Для юридической деятельности характерен определенный порядок, который должен быть – и в большинстве случаев является – оптимальным для совершения тех или иных юридически значимых действий. Он устанавливается соответствующими нормативными предписаниями. Например, регламент работы представительных органов государственной власти, принятия законодательных актов, проведения выборов, защиты диссертаций, процедура выдачи ордера на жилье, получение наследства и т.п.
Оптимальный порядок содержит программу юридический деятельности, он имеет ориентирующее значение для достижения определенной правовой цели, тем самым повышая эффективность правового регулирования юридической деятельности и гарантируя ее правомерность и результативность. Нарушение порядка представляет собой правонарушение, а в отдельных случаях результаты такой неправомерной деятельности признаются юридически ничтожными (недействительными).
Например, обращение гражданина в суд для защиты нарушенного или оспоренного субъективного права без соблюдения установленного гражданским процессуальным законом (Гражданским процессуальным кодексом) порядка не приведет к желаемому результату: судья либо откажет в принятии заявления, либо оставит поданное заявление без движения, либо прекратит производство по делу, либо оставит заявление без рассмотрения.
Юридическая деятельность разнообразна, и в зависимости от ее целей и количества совершаемых актов правовой режим ее может быть простым или развернутым. Так, в принципе не вызывает сложностей порядок установления и регистрации определенных юридических фактов: порядок выдачи актов гражданского состояния (рождения, усыновления, регистрации брака или развода, смерти) органами загса, нотариальное удостоверение бесспорных обстоятельств.
Значительно сложнее установленный законом порядок расследования преступлений или судебного разрешения споров о праве граждан
ском, где многие действия следователя, суда, заинтересованных лиц и других участников упорядочиваются по правилам предшествования и следования (причинно-следственной связи действий и актов юридического процесса).
Нормативно установленные формы упорядочивания юридической деятельности и образуют юридический процесс. Теорию юридического процесса в нашем праве активно разрабатывал профессор В.М. Гор-шенев и его научная школа*. Юридический процесс они определяют как комплексную систему правовых порядков (форм) деятельности уполномоченных органов государства, должностных лиц, а также заинтересованных в разрешении различных юридических дел иных субъектов права. Данный процесс регулируется правовыми (процедурными и процессуальными) нормами, а его результаты закрепляются в соответствующих правовых актах – официальных документах2.
Для характеристики юридического процесса первостепенное значение имеет категория формы деятельности. Форма – это правовая конструкция нормативного упорядочивания деятельности и соответствующих документов. Она представляет собой совокупность требований к действиям участников процесса, направленным на достижение конкретного результата. Определенность данных требований обеспечивается соответствующими санкциями, среди которых наиболее типичны прссекательныс, преследующие цель принудительного прекращения неправомерной юридической деятельности (отказ в принятии заявления, отказ в совершении действий, прекращение соответствующего юридического производства).
Правовая форма – в той или иной степени – присуща любой юридически значимой деятельности (законотворческой, осуществлению властных полномочий административными и судебными органами). Форма служит одной из гарантий точного и неуклонного применения, соблюдения и исполнения юридических норм.
Юридическая 4юрма регламентирует как правовую деятельность граждан, организаций, должностных лиц и компетентных органов, так и официальные документы, в которых закрепляются итоги этой деятельности. Включение в состав формы документов, имеющих юридическое значение, обязательно, коль скоро в современном российском делопроизводстве существует четко выраженная тенденция документирования всех юридических фактов: актов гражданского состояния,
1 См.: Юридическая процессуальная форма. Теория и практика / Под ред. П.Е. Нед-байло и 15 М. Гортснсиа. М., 1976, Теория юридического процесса / Под ред. В.М. Горше-нова. Харьков, 1985; Горшене» В.М., Шахов И.!. Контроль как правовая форма деятельности. М., 1987 и др.
2 См.: Теория юридического процесса С. 8.
абсолютного большинства сделок, правонарушений, актов судебной юрисдикции, волеизъявления государственной власти и т.п. Соответственно следует различать форму деятельности и форму правовых документов. Первая – устанавливает, кто, какие действия, в какой последовательности и в какой срок может или должен совершить. Содержание такой формы сводится к следующим положениям: исчерпывающе точный состав участников юридического процесса; их права и обязанности по совершению правовых действий и поступков; последовательность совершения названных действий. Юридический процесс – это всегда динамичный состав фактов, имеющих правовое значение. Ими являются действия и поступки участников процесса. Определены сроки (время) совершения с()актов; правовые санкции за несоблюдение требований формы.
Правовая форма документов обусловливает их содержание и юри-,дичсскую действительность. Она выражается в требованиях относительно обязательных реквизитов документов; последовательности их расположения; времени составления документа; правовых последствий его вынесения, а также условий юридической ничтожности данного документа, оснований к его отмене и изменению.
2. СТАДИИ ЮРИДИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА (И.М. Зайцев)
Юридический процесс – это всегда определенная совокупность последовательно совершаемых действий и постановляемых актов. И :)га совокупность может быть в известных случаях значительной, включать многие действия различного характера. Например, расследование уголовного дела, правотворчество и др. Поэтому юридический процесс не может не содержать требований, обеспечивающих ритмичность, плановость и строгий правовой порядок при проведении актов, имеющих правовое значение, и – главное – обеспечивающий справедливость, законность, обоснованность как самой деятельности, так и ее результатов (постановляемых юридических актов).
В этой связи представляется целесообразным подразделение юридического процесса на этапы, вычленение в нем стадий. Так, С.С. Алексеев основными этапами правотворческой процедуры считает подготовку проекта нормативного юридического акта, официальное возведение воли народа в закон. По мнению других правоведов, например А. С. Пиголкина, прохождение законопроекта в компетентном представительном органе состоит из следующих стадий: внесение проекта в
См Алексеев С.С. Проблемы теории права: Курс лекции 15 2 т. Свердловск, 1973. Т. 2. С. 14
правотворческий орган и принятие его на рассмотрение этого органа;
обсуждение проекта; принятие проекта.
В судопроизводстве, как уголовном так и гражданском, принято выделять больше стадий. Так, в теории гражданского процесса процессуальная стадия определяется как совокупность последовательно совершаемых процессуальных действий, объединенных ближайшей целью. Традиционно выделяются семь стадий: 1) возбуждение судопроизводства; 2) подготовка дела к судебному разбирательству; 3) судебное разбирательство; 4) пересмотр дела в суде кассационной инстанции; 5) пересмотр дела в судах надзорной инстанции; 6) пересмотр дела по вновь открывшимся обстоятельствам; 7) принудительное исполнение
судебного решения.
Наряду со стадиями в правоприменительном процессе как одном из разновидностей юридического процесса следует различать правопри-менительные циклы (И.Я. Дюрягин), каждый из которых непосредственно направлен на принятие разнохарактерных но своему назначению правоприменительных актов (решений, определений, постановлений).
В гражданском судопроизводстве закон выделяет пять таких циклов: производство в суде первой инстанции; производство в кассационной инстанции; производство в суде надзорной инстанции; производство в суде при пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решений, определений и постановлений; исполнительное производство.
Сходное положение имеет место и в уголовном процессе. Указанные циклы в процессуальном законе регламентированы как процессуальные производства, и каждый из них состоит из стадий: возбуждения деятельности по применению права, подготовки и совершения правопримеиительного акта (действия). Исполнительное производство включает еще одну стадию – обжалование действий судебного
исполнителя.
Значение стадий в характеристике юридического процесса связано прежде всего с тем, что они отражают логическую последовательность его развития. Пока дело не возбуждено, невозможна последующая процессуальная деятельность. Конечно, проверочной деятельности обязательно должно предшествовать решение вопроса (дела) по существу
и т.п.
Стадии не просто следуют одна за другой – в каждой из них при определенных условиях может быть проведена проверка правильности деятельности в предыдущей. Так, в судебном заседании обязательно анализируется законность и обоснованность возбуждения судопроизводства и проведенного расследования (дознания, подготовки дела).
Конкретные юридические процессы могут быть усеченными (например, результаты разрешения вопроса не подвергаются проверке,
далеко не каждое принятое решение нуждается в специальном производстве по его исполнению и др.). Поэтому стадии принято подразделять на обязательные и факультативные. К первым можно отнести возбуждение процесса, подготовительные действия и само разбирательство вопроса (дела) путем осуществления правовых предписаний. Наличие всех стадий в юридическом процессе зависит от конкретных обстоятельств.
В каждой из названных стадий юридического процесса обязательны следующие компоненты:
а) относительно самостоятельная задача, на решение которой направлены действия, объединяемые в той или иной стадии;
б) специфический состав действий, непременно включающий установление или анализ фактических обстоятельств, реализацию соответствующей юридической нормы для решения вопроса, дела и т.п.;
в) юридические документы, в которых отражаются и закрепляются итоги совершенных в данной стадии юридических действий.
3. ОСНОВНЫЕ НАЧАЛА ЮРИДИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА (И.М. Зайцев)
При всем разнообразии производств в составе юридического процесса им присущи некоторые общие начала принципиального характера, которые отражают их сущностное единство. Они либо указаны в действующих законах, либо их можно вывести из содержания правовых актов. Они непременно проявляются в работе компетентных органов как руководящие идеи, образуя главные правила производства.
Сам факт правового регулирования означает, что производства всегда заключают в себе более или менее развитую систему юридических гарантий достижения конечного результата, условий. Так, в Основах лесного законодательства Российской Федерации 1993 г. нормативно закреплены порядок пользования лесным фондом, порядок лесоустройства и лесной мониторинг. В самостоятельный раздел выделены правила о разрешении лесных споров и привлечении к ответственности виновных лиц за нарушения лесного законодательства. Такие нормативы и обеспечивают законность в лесохозяйствен-ной деятельности.
Большинство нормативных актов устанавливают сроки совершения тех или иных юридических действий. Например, по Закону Российской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» 1992 г. заявление о немедленной госпитали-
См.: Горштев В М, Шахов И Б Указ. соч. С. 165-166
.чации больного в психиатрический стационар должно быть подано в суд в течение суток после проведения консилиума врачей (ст. 33) и судья должен санкционировать или не санкционировать госпитализацию в пятидневный срок.
Такая срочность обусловлена тем, что больной может представлять опасность для себя или окружающих, он может быть не способным удовлетворять свои основные жизненные потребности, либо его здоровью может быть причинен существенный вред. В случаях, если срок прямо не указан в российском праве, действует правило (аксиома):
должностное лицо обязано выполнить соответствующее действие в оптимально короткий срок. Эта аксиома должна предупредить волокиту в работе учреждений государства, местного самоуправления и общественных организаций.
Как правило, к работе компетентных органов привлекаются заинтересованные лица, те граждане и организации, на правовом положении которых может отразиться управленческое решение. Им предоставляется возможность для выражения и защиты своих интересов. В частности, при регистрации органами загса гражданского состояния (рождении или смерти гражданина, заключения или расторжения брака, усыновления, изменения имени и др.) обязательно участвуют заинтересованные лица, и они вправе требовать исправления допущенных ошибок.
Заинтересованным лицам, участвующим в юридическом процессе, в большинстве случаев предоставляется и право жалобы, т.е. возможности возбудить контрольно-надзорное производство в вышестоящем органе. Это важнейшее конституционное право граждан, его эффективность обеспечивается нормативными актами, устанавливающими порядок работы с заявлениями и жалобами граждан в государственном аппарате и органах местного самоуправления и общественных организациях.
Для юридического процесса характерно и такое начало, как контрольно-надзорная деятельность, т.е. система наблюдения и проверки работы государственных органов для своевременного устранения нарушений. Без контроля и надзора не может нормально развиваться никакая юридическая деятельность, как и вообще любая жизнедеятельность; она составляет неотъемлемую часть любого юридического производства.
Контрольно-надзорная деятельность имеет свои особенности, она существенно отличается от других видов юридического процесса: пра-вотворчества, правоисполнения, правообеспечения и т.д. Нормы, регламентирующие данную деятельность, оформляются в виде отдельного правового акта либо выделяются в самостоятельный раздел кодекса
(ГПК, УПК, АПК). В нормативных актах устанавливаются сроки и порядок обжалования, юридические последствия принесения жалобы, регламент проверки деятельности либо актов контролируемого органа, критерии такой проверки (основания к отмене, изменению.проверяемого акта или его замене новым) и полномочия контрольно-надзорного органа.
4. ПРАВОВЫЕ ПРОЦЕДУРЫ И СУДЕБНЫЕ ПРОЦЕССЫ (ИМ. Зайцев)
Юридический процесс включает в себя как различные правовые процедуры, так и судебные процессы (судопроизводства). Наличие в праве процедур и судопроизводств не вызывает споров в юридической литературе, сложнее решается вопрос об их сходстве, различии и соотношении. По этому вопросу высказываются диаметрально противоположные суждения.
Данные правовые конструкции имеют немало общего. Как судебный процесс, так и любая правовая процедура представляет собой нормативно установленный порядок осуществления юридической деятельности, т.е. определенную юридическую форму. Но при этом процессуальные формы (уголовпо-процессуальная, гражданско-процессу-альная и др.) регламентируют действия в судопроизводствах, устанавливая порядок отправления правосудия по гражданским, административным, уголовным делам. В процессуальных режимах судопроизводства имеются и некоторые общие черты, определенное сходство.
Процедурный режим в разных органах может быть существенно различным (ср.: процедуру принятия закона Государственной Думой и порядок прохождения гражданами врачебно-трудовой экспертной комиссии, порядок заключения брака и привлечения к административной ответственности шофера, управляющего автомашиной в нетрезвом состоянии).
Для ряда процедур характерна фрагментарность (частичность) правового регулирования той или иной деятельности. Но это необязательный признак – некоторые процедуры могут быть развернутыми (например, обмен жилыми помещениями, оформление пенсии и др.), здесь все зависит от предмета и целей правового регулирования. Неразвернутыми могут быть и судопроизводства в целом (регламент заседания в Конституционном Суде) или в отдельных частях (порядок подготовки гражданского дела к судебному разбирательству).
11а этом основании в юридической науке даже разрабатывается концепция •«судебного процесса». Подробнее см.: Полянский Н.11, Строгович М.С., Савицкий В.М., Мельников А.А. Проблемы судебного права. М., 1983.
Нормативный режим юридических процедур и судебных процессов предполагает их обеспеченность – в той или иной степени – правовыми санкциями. Типичной является юридическая деятельность, совершенная с нарушениями установленного порядка, которая не приводит к желаемым результатам: компетентный орган отказывает в признании результатов такой деятельности, а сама деятельность признается юридически недействительной, ничтожной.
Вместе с тем между юридическое процедурой и судебным процессом есть принципиальные различия. Судопроизводство – это установленный законом порядок деятельности суда и участников процесса, правовая форма судебной юрисдикции по применению санкций соответствующих юридических норм для защиты и охраны субъективных прав граждан и организаций, а также для раскрытия преступления, изобличения и наказания виновных либо осуществления конституционного контроля за нормативными актами и правоприменительной практикой. Через судопроизводства процессуальными средствами осуществляется судебная власть.
Согласно статье 117 Конституции РФ, в России в настоящее время признаны четыре судопроизводства (судебных процессов): гражданский, уголовный, административный и конституционный. Из них реально функционируют гражданский и уголовный процессы. Это традиционные формы осуществления правосудия по гражданским и уголовным делам. Процессуально-правовой регламент их закреплен в Гражданском процессуальном кодексе и Уголовном процессуальном кодексе.
Административное судопроизводство пока еще не выделилось из гражданского процесса, хотя определенные предпосылки для этого есть. В настоящее время административное судопроизводство регулируется главами 22–25 Гражданского процессуального кодекса (ГПК).
Конституционное судопроизводство находится в стадии правового формирования, поисков оптимальных средств и путей осуществления конституционного контроля.
Процедуры применяются во внесудебных неюрисдикционных производствах: в законотворчестве, выборах депутатов, назначении на должность граждан, образовании новых юридических лиц, осуществлении прав и добровольном выполнении обязанностей. В большинстве случаев для этого достаточно реализации только диспозиций, но не санкций соответствующих норм права. Процедурные правила в первую очередь обращены к органам и учреждениям представительной и исполнительной власти.
Если процедура – организующее средство обеспечения нормальной (непринудительной) реализации права, она непременно включает-
ся в материальное право в виде отдельных статей, совокупности статей или даже разделов кодексов. Например, статьи о рассмотрении трудовых споров в Кодексе законов о труде, статьи об обеспечении граждан жилыми помещениями в домах жилищно-строительной кооперации в Жилищном кодексе, статьи о заключении и прекращении брака в Семейном кодексе.
Нередко процедурные правила составляют самостоятельный нормативный акт. Например, Положение о претензионном порядке урегулирования споров, Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, Правила бытового обслуживания населения, Инструкция о порядке приемки продукции (товаров) по количеству и качеству и др.
При всем разнообразии юридических процедур они всегда – составная часть гражданского, семейного, трудового, жилищного и другого права. Они закреплены материально-правовыми нормами в отличие от судебных процессов, каждому из которых должна соответствовать процессуальная отрасль права. Нормативные акты процедурного, характера обязательны в российском законодательстве – без них невозможно нормальное функционирование как отдельных правовых институтов, отраслей права, так и всего права России.
Роль процедурных и процессуальных норм в современном государстве резко возрастает – правовой режим в нашей стране должен прежде всего определяться технологией реализации юридических предписаний. В нашем государстве важнее определиться не в том, что нужно делать, а в том, каким образом это делать (В.М. Горшенев). Ответ на этот вопрос и должна дать конструкция юридического процесса, объединяющая различные правовые процедуры и судопроизводства.
5. ДЕМОКРАТИЯ, ПРАВО, ПРОЦЕДУРА (А. С. Мордовец)
Демократия, право, процедура – универсальные социальные ценности, тесно взаимосвязанные между собой. Демократия как форма правления политической и социальной организации общества, государства и власти не может пользоваться доверием общества, если не будет действовать в рамках права, закона.
Конституция является политико-правовой формой выражения демократии. В ней конкретизируется вся совокупность гражданских, социальных и политических прав и свобод, закрепляется достигнутый в обществе масштаб свободы человеческой личности, систем гарантий
демократии: материальных, политических, культурных, правовых. Конституция составляет важную часть юридического механизма самоорганизации демократического общества. Она определяет пределы компетенции органов власти, управления, правосудия, а также характер демократичности и способы реализации государственной власти.
Демократия, право, процедура – явления динамичные, имеющие как общие, так и специфические черты, закономерности возникновения, развития, функционирования. Общее, характерное для демократии, права и процедуры состоит в объединяющей их природе, которая представляет собой общесоциальную потребность в самоорганизации, самоуправлении и саморегулировании, в необходимости упорядочить взаимоотношения личности и общества.
Особенное реализуется прежде всего в сущности, содержании и социальном назначении.
Сущность демократии – в народовластии; права – в мере свободы, социального компромисса, в достижении на нормативной основе демократической организованности общества; процедуры – в характере основного общественного отношения, которому она служит.
Институты демократии возникают и функционируют не потому и не для того, что нуждаются в юридическом оформлении, а в связи с тем, что отражают потребности и интересы людей в самоорганизации, самоуправлении. Демократия, основанная на духовном творчестве населения, способствует правотворческой инициативе населения (через представительные органы власти, референдум и т.д.), установлению верховенства права, закона в обществе. При таком понимании демократии право перестает быть придатком государственной власти, служит надежной гарантией охраны и защиты прав человека и гражданина.
Демократия более гибкая категория, чем право и процедура. Ее формы и содержание могут претерпевать существенные изменения, в то время как законодательство и процедура остаются относительно постоянными.
Так, реформирование политической системы России после августа 1991 г. привело к образованию новых общественных объединений и политических партий. Однако нормативная база конституционного строительства отставала и пока отстает от веления времени. Соответственно между общественными объединениями и политическими партиями, с одной стороны, и официальными властями, с другой стороны, возникали несогласованности, в том числе процедурного характера» например, при регистрации уставов, определении порядка участия в выборах, создании фракций в органах представительной власти и т.д.
Иными словами, процедуры «обслуживают» демократию, ориентируют ее на достижение конкретного социального результата. Процеду-
ры рождаются там, где возникает потребность нормативного установления не только осуществляемого в действиях социальных субъектов возможного или должного поведения, но и порядка (в том числе принудительного) соответствующих действий.
Речь прежде всего идет о порядке формирования органов всех ветвей власти: законодательной, исполнительной, судебной, а также органов местного самоуправления; о порядке голосования: свободное, всеобщее тайное (открытое, равное); о способах подсчета итогов голосования и о механизме использования их результатов.
Например, решение большинства ограничивает права меньшинства; формы контроля общественностью выборов и характер ее отношения с избранными органами власти: они должны быть взаимными и симметричными, гарантированы законом и реакцией избирателей, ответственностью делегированных им полномочий и т.д.
Самоуправление – наиболее полное воплощение демократии. Всякая процедура реализации отношений самоуправленческой власти есть демократическая процедура. Суть местного самоуправления заключается в самостоятельном решении населением вопросов регионального значения. В частности, местное самоуправление в Российской Федерации обеспечивает самостоятельное владение, пользование и распоря-жение муниципальной собственностью, управление ею (ч. 1 ст. 130 и ч. 1 ст. 132), а также определяет структуру его органов (ч. 1 ст. 131), формирует, утверждает и исполняет местный бюджет, устанавливает местные налоги и сборы, осуществляет охрану общественного порядка, решает и иные вопросы местного значения (ч. 1 ст. 132).
Процедуры, прежде всего политические, юридические, организационные, особенно наглядно проявляют себя во властеотношениях. Демократизм является их важнейшим требованием. «Закон... без ритуала, без процедуры его действия приводит: власть – к произволу, гражданина – к беззащитности».
Процедура есть установление (институт), регулирующее конфликты в демократическом обществе. Особенно важна ее роль в разрешении юридических, конституционных коллизий. Речь, в частности, идет о согласительной процедуре. Так, Президент Российской Федерации может использовать согласительные процедуры для разрешения разногласий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, а также между органами государственной власти субъектов Российской Федерации. В случае недостижения согласованного решения он может передать разрешение спора на рассмотрение соответствующего суда (ст. 85).
Феофанов Ю.В. Власть и право // Известия. 1988. 20 июня.
Процедура, допустим, правотворчества является и критерием оценки конституционности и демократичности правовых актов. Она устанавливает правила законодательной инициативы, порядок разработки, обсуждения, принятия и опубликования законов, внесения в них изменений и дополнений, а также определяет исчерпывающий перечень субъектов и пределы их полномочий при конституционных поправках и пересмотре Конституции. Например, положения глав 1, 2,9 Конституции не могут быть пересмотрены Федеральным Собранием.
Поправки к главам 3–8 Конституции Российской Федерации принимаются в порядке, предусмотренном для принятия федерального конституционного закона, и вступают в силу после их одобрения органами законодательной власти не менее чем двух третей субъектов Федерации (ст. 136).
Процедура правотворчества имеет общие черты и формы с процедурой правоприменения. В обоих процессах предполагается единый порядок подготовки и принятия решений, в основе которых заложены требования науки управления, принципы справедливости, целесообразности и эффективности.
Процедура правоприменения есть разновидность материальных процедур. По признаку связи с правоприменением материальные процедуры делятся на две группы: процедуры позитивного применения права (например, порядок реализации гражданами права на образование), процедуры, не связанные с правоприменением и действия которых проявляются в сфере частного права (порядок заключения сделок, расторжения брака, исполнения обязательств и т.д.). «Однако общий процедурный механизм действия и общие закономерности расположения в системе законодательства объединяют их в один вид материально-правовых процедур, определяют их материально-правовую природу».
Демократия, право, процедура особенно тесно взаимодействуют в сфере прав человека. Конституция провозглашает Россию демократическим федеративным правовым государством, в котором человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Они должны определять смысл содержания и применения законов, деятельность законодательной и исполнительной властей и обеспечиваться правосудием. Известно, например, что судебный порядок обращения и рассмотрения жалоб – надежный способ охраны прав граждан от неправомерных действий должностных лиц, а демократическая процедура судебного разбирательства – наилучшее средство выявления истины.
1 Протасов В.11. Основы общеправовой процессуальной теории. М., 1991. С. 33.
Решительный шаг в расширении судебной защиты прав граждан сделал Закон РСФСР «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан» от 27 апреля 1993 г. Он значительно упростил правила обращения граждан в органы судебной власти, а следовательно, сделал процедуру обращения в суд более доступной для населения. Кроме того, Закон позволяет гражданам обжаловать не только единоличные, но и коллегиальные действия (решения) любых государственных органов, государственных организаций, общественных объединений, а также должностных лиц. В суде могут быть обжалованы коллегиальные и единоначальные действия (решения), которыми: 1) нарушены права и свободы гражданина; 2) созданы препятствия к осуществлению им прав и свобод; 3) на гражданина незаконно возложена обязанность; 4) он привлечен к какой-либо ответственности.
Особенное значение процедура приобретает на стадии контроля за соблюдением законодательства в сфере прав человека. Наряду с традиционными институтами политической системы создаются новые государственные и общественные учреждения по контролю, охране и защите прав человека: избран Конституционный Суд РФ; образована Комиссия по правам человека при Президенте РФ с широким кругом полномочий; на основании Конституции РФ учреждена должность Уполномоченного по правам человека.
В стране возникли и официально действуют многочисленные неправительственные правозащитные организации. Такие, как общество Мемориал», Московская Хельсинкская группа, Центр содействия реформе уголовного правосудия, Проектная группа по правам человека, фонд «Право матери» и другие, которые помогают конкретным лицам заниматься просветительской деятельностью, оказывают большое влияние на формирование общественного мнения в стране и за рубежом, а также на государственную политику в сфере прав человека*.
Иными словами, права человека обеспечиваются там, где функционируют эффективные формы демократии, действует совершенная система законов и процедурных отношений, последовательных актов процедурной деятельности.
* См.: Доклад о соблюдении прав человека и гражданина в Российской Федерации за 1993 г. // Российская газета. 1994. 25 авг.
Тема 20. ПРИМЕНЕНИЕ ПРАВА (Ф.Л. Григорьев, А.Д. Черкасов, Н.И. Матузов)
1. ФОРМЫ РЕАЛИЗАЦИИ ПРАВА (ФА, Григорьев, А.Д. Черкасов)
Социальное назначение права состоит в том, чтобы регулировать поведение людей. Однако установленные государством правовые нормы не могут выполнять регулирующей роли без сложного механизма их реализации.
Без воплощения правовых предписаний в жизнь нормы права мертвы, иначе говоря, они теряют свое социальное назначение. «Право ничто, – замечает Л.С. Явич, – если его положения не находят своей реализации в деятельности людей и их организаций, в общественных отношениях. Нельзя понять право, если отвлечься от механизма его реализации в жизни общества».
Под реализацией права понимают претворение, воплощение предписаний юридических норм в жизнь путем правомерного поведения субъектов общественных отношений (государственных органов, должностных лиц, общественных организаций и граждан).
Реализация права всегда связана только с правомерным поведением людей, т.е. таким поведением, которое соответствует правовым предписаниям. В одном случае это активные положительные действия (использование права или исполнение обязанности); в другом – это бездействие субъектов (воздержание от совершения противоправных действий). Следовательно, правомерное поведение субъектов общественных отношений реализует норму права, неправомерное – нарушает.
Правовые нормы реализуются в различных формах. Это обусловливается рядом обстоятельств: а) разнообразием содержания и характера общественных отношений, регулируемых правом; б) различием средств воздействия права на поведение людей; в) спецификой содержания норм права; г) положением того или иного субъекта в общей системе правового регулирования, его отношением к юридическим предписаниям; д) формой внешнего проявления правомерного поведения.
В литературе классификация форм реализации права проводится по различным основаниям.
ЯвичЛ.С. Общая теория права. Л., 1971. С. 201.
По субъектному составу различают индивидуальную и коллективную формы реализации. Некоторые правовые требования нельзя провести в жизнь иначе, как объединяясь друг с другом, выступая коллективным субъектом права.
По характеру действий субъектов, степени их активности и направленности выделяют соблюдение, исполнение, использование и применение права.
Соблюдение норм права имеет место тогда, когда субъекты воздерживаются от совершения действий, запрещаемых правом. Это пассивная форма поведения субъектов в сфере правового регулирования. В большинстве случаев соблюдение права происходит незаметно, обычно не фиксируется. Именно поэтому его юридический характер ярко не проявляется. В этой форме реализуются запрещающие нормы.
Исполнение норм права происходит, когда субъекты исполняют возложенные на них юридические обязанности. В этих случаях они действуют активно. В данной форме реализуются обязывающие нормы права. Например, пассажир общественного транспорта, компостируя талон, выполняет юридическую обязанность – оплачивает проезд, следовательно, исполняет норму права.
Использование норм права – когда субъекты по своему усмотрению, желанию используют предоставленные им права. В отличие от соблюдения и исполнения, связанных с реализацией запретов и юридических обязанностей, использование представляет собой совершение дозволенных правом действий. Путем использования реализуются управо-мочивающие нормы.
Эти три формы реализации права, в ходе которых юридические нормы претворяются в жизнь непосредственно действиями самих субъектов общественных отношений, принято называть формами непосредственной реализации права. В таких формах реализуются многие нормы права, но не все.
Есть немало случаев, когда соблюдение, исполнение и использование оказываются недостаточными для обеспечения полной реализации юридических норм и требуется вмешательство в этот процесс компетентных органов, наделенных государственно-властными полномочиями. Например, начисление пенсии, зачисление на работу, выполнение обязанности военной службы и др.
2. ПРИМЕНЕНИЕ ПРАВА КАК ОСОБАЯ ФОРМА ЕГО РЕАЛИЗАЦИИ (ФА. Григорьев, А.Д. Черкасов)
Применение права – одна из форм государственной деятельности, направленная на реализацию правовых предписаний в жизнь. Путем
применения права государство продолжает начатый правотворчеством процесс правового регулирования общественных отношений, властно вмешиваясь в разрешение социально значимых для общества и личности индивидуально-конкретных жизненных ситуаций.
Государство в своей деятельности осуществляет две основные функции: а) организацию выполнения предписаний правовых норм, позитивное регулирование посредством индивидуальных актов; б) охрану и защиту права от нарушения.
На этом основании в литературе выделяют две формы применения права: оперативно-исполнительную и правоохранительную.
Оперативно-исполнительная форма применения права – это властная оперативная деятельность государственных органов по реализации предписаний норм права путем создания, изменения или прекращения конкретных правоотношений на основе норм права. Указанная форма деятельности есть основной способ организации исполнения положительных велений права.
Правоохранительная деятельность – это деятельность компетентных органов по охране норм права от каких бы то ни было нарушений. Цель правоохраны – контроль за соответствием деятельности субъектов права юридическим предписаниям, за ее правомерностью, а в случае обнаружения правонарушения – принятия соответствующих мер для восстановления нарушенного правопорядка, применение государственного принуждения к правонарушителям, создание условий, предупреждающих правонарушения.
Применение права как особая форма реализации отличается от соблюдения, исполнения и использования рядом характерных черт.
Во-первых, по своей сущности применение права выступает как организующая властная деятельность государства, посредством которой упорядочивается общественная жизнь путем установления четких организационных начал взаимоотношений между различными субъектами общественных отношений, сосредоточения решения определенных вопросов в руках компетентных органов.
Эта деятельность связана с особыми приемами разрешения жизненных ситуаций, требует профессиональных знаний, навыков. Учитывая это, государство определяет специальных субъектов, наделяя их властными полномочиями для осуществления подобной деятельности. К ним относятся: государственные органы (суд, прокуратура, милиция и т.д.); должностные лица (Президент РФ, глава администрации, прокурор, следователь и т.д.); некоторые общественные организации (товарищеские суды, профсоюзы).
Граждане не являются субъектами правоприменения, поскольку государство не уполномочило их на эту деятельность. Однако это не
умаляет роли граждан в правоприменительной деятельности. Нередко по их инициативе осуществляется применение права (например, заявление гражданина о приеме на работу или назначении пенсии и т.д.).
Следовательно, применить норму права – это не просто осуществить, реализовать ее. Это властная деятельность компетентного органа, которому государство предоставило полномочия на самостоятельную, творческую реализацию права.
Цель применения права – удовлетворение не личных потребностей правоприменителей и не только потребностей лиц, реализующих права и обязанности, а потребностей и интересов всего общества. Поэтому правоприменительная деятельность обладает повышенной социальной значимостью по сравнению с другими формами реализации права.
Во-вторых, применение права осуществляется всегда в рамках конкретных правовых отношений, получивших в специальной литературе название правоприменительных отношений. Правовое положение участников в подобных правоотношениях различно. Активная и определяющая роль принадлежит субъекту, обладающему в данном конкретном отношении властными полномочиями, он обязан использовать их на удовлетворение не своих собственных интересов, а интересов других участников правового отношения в направлении разрешения конкретной жизненной ситуации. «Оказать содействие, принудить к реализации правовых норм, возложить ответственность в случае нарушения правовых норм и т.п. – такова задача субъектов правоприменения»2.
Субъект правоприменения – это наделенный государством соответствующей компетенцией активный участник правоприменительных отношений, которому принадлежит ведущая роль в развитии и движении этих отношений в направлении разрешения конкретной жизненной ситуации при помощи акта применения права.
В-третьих, правоприменительная деятельность осуществляется в особых, установленных процессуальным законом формах. В силу чего правоприменительный процесс становится целенаправленным, в значительной мере огражденным от влияния случайных факторов и непродуманных решений. Это способствует укреплению законности и правопорядка в обществе, обеспечению защиты интересов личности.
В-четвертых, применение права как самостоятельная форма реализации – сложная, поскольку ее осуществление проявляется в сочетании с иными формами реализации (исполнением, соблюдением, использованием) и во взаимном проникновении друг в друга.
1 См . Лазарев В.В. Социально-психологические аспекты применения права. Казань, 1982. С.64
2 Лазарев В.В. Применение советских правовых норм Казань, 1972. С. 38.
В-пятых, применение права – это не одноактное действие, а определенный процесс, имеющий начало и окончание и состоящий из ряда последовательных стадий реализации права (установление фактических обстоятельств дела, юридической основы дела и т.д.).
В - ш е с ты х, применение права сопровождается всегда вынесением индивидуального правового акта (акта применения права), исходящего от субъекта правоприменения.
Необходимость применения права в определенных сферах общественных отношений диктуется природой и характером этих отношений. В частности: а) когда правоотношение не может появиться без властного веления государственного органа или должностного лица (призыв граждан на действительную военную службу, назначение пенсии и т.д.); б) когда возникает спор о праве и стороны сами не могут прийти к согласованному решению (раздел судом имущества) или существует препятствие для реализации субъективных прав и юридических обязанностей; в) когда требуется официально установить наличие или отсутствие конкретных фактов и признать их юридически значимыми. Только в судебном порядке, например, можно признать гражданина умершим или безвестно отсутствующим; г) когда общественное отношение в силу его особой социальной или личной значимости должно пройти контроль со стороны соответствующих органов государства с целью проверки его правильности и законности (регистрация избирательной комиссии кандидата в депутаты, регистрация автотранспорта в органах ГИБДД, нотариальное удостоверение купли-продажи домостроения и т.д.); д) когда совершено правонарушение и лицо привлекается к юридической ответственности.
Все изложенное позволяет сделать вывод, что применение права – важная форма реализации юридических норм, отличающаяся от иных по своей цели, характеру деятельности.
Под применением права следует понимать осуществляемую в специально установленных законом формах государственно-властную, организующую деятельность компетентных органов по реализации норм права в конкретном случае и вынесении индивидуально-правовых актов (актов применения права).
3. СТАДИИ ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОГО ПРОЦЕССА СФ.Л. Григорьев, А.Д. Черкасов)
Применение права – единый и вместе с тем сложный процесс. Он складывается из ряда самостоятельных разнохарактерных и взаимосвязанных действий, имеет начало и окончание. Правоприменительный процесс обусловлен двойственной юридической природой: с одной
стороны, направлен на реализацию норм материального права; с другой – опосредован нормами процедурно-процессуального права. С юридической стороны представляет собой единый правоприменитель-ный комплекс.
В этом комплексе выделяются правоприменительные циклы, каждый из них непосредственно направлен на разрешение конкретной жизненной ситуации (производство обыска, задержания, осмотра, допроса и др. юридических действий) и завершается принятием соответствующего правоприменительного акта (постановления, протокола, определения и т.д.).
В одних ситуациях – разрешение судом спора о праве гражданском или привлечение лица, совершившего преступление, к уголовной ответственности – правоприменительный комплекс может быть предельно сложным, он включает ряд правоприменительных циклов. В других – наложение сотрудником милиции штрафа на водителя, нарушившего правила дорожного движения, и взимание этого штрафа на месте, сопровождаемое выдачей соответствующей квитанции как разновидности акта применения права – сравнительно простым, состоять из одного правоприменительного цикла.
Отдельный правоприменительный цикл, в свою очередь, складывается из нескольких логически связанных друг с другом стадий; в каждой из них разрешаются свои организационные, исследовательские и иные задачи по реализации соответствующей нормы права.
В юридической литературе нет единства мнений о количестве стадий правоприменения. Разные авторы называют неодинаковое число. Наиболее убедительным представляется мнение о трех основных стадиях процесса применения права:
• установление фактической основы дела;
• установление юридической основы дела;
• принятие решения по делу.
Установление фактической основы дела. Применение права связано с конкретными жизненными обстоятельствами, образующими в своей совокупности фактическую основу разрешаемого дела. Поэтому процесс применения права всегда начинается с установления и исследования обстоятельств дела, являющихся его фактической основой, в отношении которой и применяется юридическая норма.
В ходе этой стадии устанавливаются и исследуются только те факты и обстоятельства, которые предусмотрены нормой права и являются юридически значимыми – правомерными либо неправомерны-
См.: Полагал ИА., Василенко А.В. К проблемам теории правоприменительных отношений // Государство и право. 1998. № 3. С. 18.
ми, поскольку право не может применяться к обстоятельствам, не имеющим юридического характера.
Установление и анализ фактических обстоятельств, необходимых в дальнейшем для разрешения дела, осуществляются не любыми доступными средствами, а при помощи юридических доказательств, фактов (предметов, показаний свидетелей и очевидцев, документов, заключений сведущих лиц и т.д.), добытых в установленных законом формах и порядке.
Всестороннее и полное исследование фактических обстоятельств, собранных в соответствии с требованиями закона, способствует достижению объективной истины по делу и принятию правильного решения.
Установление юридической основы дела. На этой стадии правоприменительного процесса дается правовая квалификация (юридическая оценка) установленным фактическим обстоятельствам дела, т,е. решается вопрос, какая норма права распространяется на данный случай, подпадает ли этот факт под ее действие.
Установление юридической основы дела начинается с выбора нормы права, подлежащей применению. При этом полномочный орган вначале определяет отрасль права, регулирующую Подобные отношения, а затем в этой отрасли отыскивает конкретную норму, распространяемую па данный жизненный случай.
После этого осуществляется проверка выбранной нормы па предмет ее действия во времени, пространстве и по кругу лиц. В частности, устанавливают: а) действует ли она на момент разрешения конкретного дела; б) действует ли она на той территории, где решается дело; в) распространяется ли ее действие на субъектов, являющихся участниками возникающего правоотношения. Здесь же необходимо руководствоваться общим положением – «закон обратной силы не имеет», согласно которому нельзя применять норму права, хотя и действующую в данный момент, но которой не было, когда рассматриваемые отношения возникли или прекратились. Нельзя также применять норму, не вступившую в законную силу.
При установлении юридической основы дела иногда обнаруживается, что один и тот же случай регулирует две или более действующие нормы несовпадающего или даже противоречивого характера. Иными словами, налицо коллизия правовых норм, которую необходимо разрешить на этой стадии.
Наконец, осуществляя проверку выбранной нормы, необходимо установить подлинный ее текст. Для этого следует пользоваться официальным текстом нормативного акта, опубликованного в официальных источниках, например в «Собрании законодательства Российской Федерации», «Российской газете», кодексах.
Принятие решения по делу – завершающая и вместе с тем основная стадия процесса применения права, в ходе которой осуществляется применение права в собственном смысле слова, в то время как все предшествующие стадии подготавливают предварительные условия и материалы для окончательного решения по делу. В нем властно распространяется действие применяемой нормы на факт, определяются права и обязанности конкретных субъектов. Именно в решении норма права приобретает индивидуально-властный характер, устанавливается окончательная связь нормы права с фактом, подлежащим разрешению.
Решение по делу сопровождается одновременно совершением полномочным органом (письменно или в иной форме) индивидуально-правового акта (акта применения права), являющегося юридическим фактом и служащим основой для возникновения правоотношения.
Правильно принятое решение обеспечивает законность, укрепляет правопорядок в целом, поддерживает интересы государства и общества, с одной стороны, а с другой – охраняет права граждан, воспитывает уважение к закону.
4. АКТЫ ПРИМЕНЕНИЯ ПРАВА: ПОНЯТИЕ И ВИДЫ (Ф.А. Григорьев, А.Д, Черкасов)
Официальной формой и итогом выражения правоприменительной деятельности выступают акты применения права, посредством которых закрепляются решения компетентных органов по конкретному юридическому делу. Эта разновидность правовых актов характеризуется определенными специфическими чертами, из которых основными, на наш взгляд, можно назвать следующие.
Во-первых, акт применения права – это решение по конкретному делу официального компетентного органа, которого государство уполномочило на реализацию права в определенных сферах общественных отношений.
Во-вторых, акт применения права содержит государственно-властное веление, обязательное для соблюдения и исполнения всеми, кому оно адресовано, и обеспечиваемое силой государства.
В-третьих, акт применения права имеет определенную, установленную законом форму.
В-четвертых, акт применения права нацелен на индивидуальное регулирование общественных отношений. В нем строго индивидуализируются (персонифицируются) субъективные права и юридические обязанности конкретных лиц исходя из определенной жизненной ситуации. Акт применения прав регулирует не вид общественных отношений, а единичное, конкретное отношение.
С учетом изложенного можно сформулировать понятие акта применения права. Акт применения права – это официальное решение компетентного органа по конкретному юридическому делу, содержащее государственно-властное веление, выраженное в определенной форме и направленное на индивидуальное регулирование общественных отношений.
Акты применения права следует отличать от других правовых актов, в частности от нормативно-правовых. Это отличие состоит в следующем.
1. Нормативно-правовой акт носит общий характер, регулирует определенный вид общественных отношений, обращен ко многим лицам, действует до тех пор, пока его не отменят. Акт применения права носит индивидуальный характер, регулирует конкретное общественное отношение, обращен к конкретным лицам, его действие распространяется на конкретный случай.
2. Нормативно-правовой акт устанавливает, изменяет или отменяет нормы права, являясь общей нормативной основой правового регулирования. Акт применения права этого делать не может. Он претворяет, реализует общие предписания нормативного акта в жизнь, выступая необходимым средством перевода общеобязательных нормативных предписаний в сферу конкретных жизненных ситуаций и применительно к конкретным людям. Например, закрепленное в Конституции РФ (нормативный акт) право малоимущих граждан на получение бесплатного жилья превращается в конкретное право, переходит из потенциального права в реальное только посредством акта применения права – решения соответствующего органа о выделении квартиры и выдачи на нее ордера.
Правоприменительные акты принимают практически все органы государства, в различных сферах общественной жизни, в связи с урегулированием различных жизненных ситуаций и т.д., что и обусловливает их разнообразие. Поэтому классификация правоприменительных актов на виды может проводиться по различным основаниям.
1. По субъектам, осуществляющим применение права, акты подразделяются на: а) акты государственных органов и общественных организаций; б) акты главы государства – Президента РФ; в) акты федеральных органов власти и управления; г) акты органов власти и управления субъектов Российской Федерации; д) акты органов правосудия;
е) акты органов прокуратуры; и) акты органов надзора и контроля;
ж) акты коллегиальные и единоличные.
2. По предмету правового регулирования, т.е. по отраслям применяемых норм различают: а) акты конституционно-правовые; б) акты ад-
министративно-правовые; в) акты уголовно-правовые; г) акты применения материального и процессуального права.
3. По форме правоприменительной деятельности можно выделить:
а) акты исполнительные, связанные с применением диспозиции нормы права, имеющей дозволяющее содержание, и призванные наиболее эффективно регулировать многообразные проявления правомерного поведения; б) акты правоохранительные, связанные с реализацией правовых санкций за совершенное правонарушение, а также с применением мер по их предупреждению.
4. По функциональному признаку, т.е. по их месту в механизме правового регулирования, выделяют два вида: а) акты-регламентаторы, определяющие субъектов конкретного отношения; указывающие объем их субъективных прав и юридических обязанностей; предусматривающие моменты возникновения конкретного правоотношения, условия его развития и прекращения; б) правообеспечительные акты, которые также выполняют известную роль в индивидуальном регламентировании общественных отношений. Но это не основное их назначение. Функции актов этого вида состоят главным образом в том, чтобы на основе властных полномочий компетентных органов обеспечить реализацию правоотношений и, следовательно, достижение целей правового регулирования.
5. По форме внешнего выражения акты применения права подразделяются на акты-документы и акты-действия.
Правоприменитсльный акт-документ – это надлежаще оформленное решение компетентного органа, составленное в письменном виде, поскольку требуется строгая определенность в фиксации, например, фактических обстоятельств расследуемого дела, применении мер государственного принуждения и т.д. Все это позволяет точно установить содержание акта, проверить законность и обоснованность его издания.
Акты-документы имеют различную структуру, что обусловлено положением правоприменительного органа и значением рассматриваемых вопросов, а также юридической силой решения и процедурой его принятия.
По структуре их можно разделить на акты-документы: а) включающие все четыре его составные части – вводную, описательную (констатирующую), мотивировочную и резолютивную (приговор или решение суда, другие юрисдикционные акты); б) состоящие из трех частей – вводной, описательной, резолютивной, что характерно для следственных и административных протоколов; в) содержащие две части – вводную и резолютивную (акты-разрешения на совершение определенных действий); г) не имеющие указанных разделов, за исключением резолютивной части (резолюции «утвердить», «оплатить»,
«исполнить» и т.п., наложенные должностным лицом на соответствующих документах).
По наименованию правоприменительные акты-документы подразделяются на указы, постановления, приказы, протоколы, приговоры, решения, предписания и т.д.
Правоприменительные акты-действия делятся на словесные и кон-клюдентные. Словесные акты применения права-действия – это, к примеру, устные распоряжения руководителя органа, отдаваемые подчиненным и т.п.
Конклюдентные правоприменительные акты-действия совершаются посредством сочетания определенных жестов, движений и тому подобных действий, явно и наглядно выражающих решение субъекта применения права (жесты милиционера, осуществляющего регулирование движения транспорта и пешеходов).
Как и письменные, правоприменительные акты-действия обладают властной силой и влекут юридические последствия. Отказ от выполнения или ненадлежащее их выполнение может повлечь дисциплинарную, административную, материальную, уголовную ответственность.
6. По своему юридическому значению акты применения права могут быть подразделены на основные и вспомогательные. Основные – это акты, которые содержат завершенное решение по юридическому делу (приговор, решение суда). Вспомогательными считаются такие акты, которые содержат предписания, подготавливающие издание основных актов (надзора и контроля, процедурно-процессуальные).
7. В зависимости от действия во времени правоприменительные акты делятся на акты однократного действия (наложение штрафа) и длящиеся (регистрация брака, назначение пенсии и др.).
3. ПРОБЕЛЫ В ПРАВЕ И ПУТИ ИХ ПРЕОДОЛЕНИЯ В ПРАКТИКЕ ПРИМЕНЕНИЯ. АНАЛОГИЯ ЗАКОНА И АНАЛОГИЯ ПРАВА (ФА. Григорьев, А.Д. Черкасов)
Ни одно законодательство не в состоянии учесть все многообразие общественных отношений, которые требуют правового регулирования. Поэтому в практике правоприменения может оказаться, что определен- ные обстоятельства, имеющие юридический характер, не находятся в сфере правового регулирования. Налицо пробел в праве.
Под пробелом в праве понимают отсутствие в действующей системе законодательства нормы права, в соответствии с которой должен решаться вопрос, требующий правового регулирования.
Наличие пробелов в праве нежелательно и свидетельствует об определенных недостатках правовой системы. Однако они объективно
возможны, а в некоторых случаях и неизбежны. Пробелы в праве возникают по трем причинам: 1) в силу того, что законодатель не смог охватить формулировками нормативного акта всех жизненных ситуаций, требующих правового регулирования; 2) в результате недостатков юридической техники; 3) вследствие постоянного развития общественных отношений.
Единственным способом устранения пробелов в праве является принятие соответствующим полномочным органом недостающей нормы или группы норм права. Однако быстрое устранение таким спо- ;
собом пробелов не всегда возможно, поскольку связано с процессом ;
нормотворчества. Но органы, применяющие нормы права, не могут отказаться от решения конкретного дела по причине неполноты законодательства. Во избежание этого в праве существует институт аналогий, означающий сходство жизненных ситуаций и правовых норм. Он предусматривает два оперативных метода преодоления, восполнения пробелов – аналогию закона и аналогию права.
Аналогия закона применяется, когда отсутствует норма права, регулирующая рассматриваемый конкретный жизненный случай, но в законодательстве имеется другая норма, регулирующая сходные с ним отношения. Например, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР не предусматривает отвод общественного обвинителя. Однако решение об отводе этого участника уголовного процесса решается на основе статьи того же Кодекса, предусматривающей отвод прокурора.
Аналогия права применяется, когда в закондательстве отсутствует и норма права, регулирующая сходный случай, и дело решается на основе общих принципов права. Речь прежде всего идет о таких принципах права, как справедливость, гуманизм, равенство перед законом и др. Подобные принципы закрепляются в Конституции и других законах.
Аналогия закона и аналогия права – исключительные средства в праве и требуют соблюдения ряда определенных условий, обеспечивающих правильное их применение. Поэтому для того, чтобы использовать аналогию права, необходимо: во-первых, установить, что данная жизненная ситуация имеет юридический характер и требует правового решения; во-вторых, убедиться, что в законодательстве отсутствует конкретная норма права, призванная регулировать подобные случаи; в-третьих, отыскать в законодательстве норму, регулирующую сходный случай, и на ее основе решить дело (аналогия закона), а при отсутствии таковой опереться на общий принцип права и на его " основе решить дело (аналогия права); в-четвертых, в решении по делу дать мотивированное объяснение причин применения к данному случаю аналогии закона или аналогии права. Тем самым обеспечивается возможность проверить правильность решения дела.
Таким образом, применение права по аналогии – это не произвольное разрешение дела. Принятие решения осуществляется в соответствии с государственной волей, выраженной в правовой системе в целом или в отдельных нормах права, регулирующих сходные отношения. Путем аналогии правоприменительный орган пробел в праве не устраняет, а лишь преодолевает. Пробел может быть устранен только компетентным нормотворческим органом.
Институт аналогии имеет ограниченное применение в праве. В области уголовного права аналогия закона и аналогия права не допускаются, поскольку действует непреложный принцип «нет преступления без указания на то в законен, что служит гарантией защиты личности. В других отраслях права аналогия допускается, а в таких, как гражданское и гражданско-процессуальное право, она прямо закреплена.
6. ЮРИДИЧЕСКИЕ КОЛЛИЗИИ И СПОСОБЫ ИХ РАЗРЕШЕНИЯ (Н.И. Матузов)
Под юридическими коллизиями понимаются расхождения или противоречия между отдельными нормативно-правовыми актами, регулирующими одни и те же либо смежные общественные отношения, а также противоречия, возникающие в процессе правоприменения и осуществления компетентными органами и должностными лицами своих полномочий.
Российское законодательство – сложное, многоотраслевое образование, в котором масса всевозможных разночтений, нестыковок, параллелизмов, несогласованностей, конфликтующих или конкурирующих норм и институтов. Будучи по своему характеру территориально обширным и федеральным, оно уже в силу этого содержит в себе возможность различных подходов к решению одних и тех же вопросов, учета национальных и региональных особенностей, интересов центра и мест.
В нем одновременно действуют акты разного уровня и значения, разной юридической силы, направленности, в частности, старые, союзные, и новые, российские; протекают процессы унификации и дифференциации, объединения и обособления, переплетаются вертикальные и горизонтальные связи и тенденции. Это динамически напряженная и во многом изначально противоречивая система.
С другой стороны, в практической жизни постоянно складываются такие ситуации, которые сразу подпадают под действие ряда норм. Возникают нежелательные юридические дилеммы и альтернативы. Различные нормы как бы вступают друг с другом в противоборство, пересекаясь в одной точке правового пространства и «претендуя» на регулирование одного и того же отношения.
Чтобы устранить коллизию, требуются высокий профессионализм правотолкующего и правоприменяющего лица, точный анализ обстоятельств «дела», выбор единственно возможного или по крайней мере наиболее целесообразного варианта решения. Это, как правило, сложная аналитическая задача.
Разумеется, противоречия можно снять (и они снимаются) путем издания новых, так называемых коллизионных норм*. По меткому выражению Ю.А. Тихомирова, это – нормы-«арбитры», они составляют своего рода коллизионное право, которое, впрочем, лишь условно можно считать самостоятельной отраслью, ибо его нормы «вкраплены» в другие акты и не существуют изолированно2.
В Конституции РФ (п. «п» ст. 71) говорится о том, что к ведению Российской Федерации относится «федеральное коллизионное право». Оно и призвано развязывать наиболее тугие узлы противоречий. Однако применение коллизионных норм, т.е. непрерывное законодательное вмешательство во все спорные случаи, попросту невозможно.
Юридические коллизии, безусловно, мешают нормальной, слаженной работе правовой системы, нередко ущемляют права граждан, сказываются на эффективности правового регулирования, состоянии законности и правопорядка, правосознании и правовой культуре общества. Они создают неудобства в правоприменительной практике, затрудняют пользование законодательством рядовыми гражданами, культивируют правовой нигилизм.
Когда на один и тот же случай приходится два, три и более актов, то исполнитель как бы получает легальную возможность (предлог, зацепку) не исполнять ни одного. Поэтому предупреждение, локализация этих аномалий или их устранение является важнейшей задачей юридической науки и практики.
Выступая в мае 1996 г. на Всероссийском конгрессе по правовой реформе, Президент РФ обратил внимание на внутреннюю противоречивость российского законодательства, подчеркнув, что «оно приобрело сегодня особо острый характер. Противоречия существуют не только между отдельными отраслями права, которые в последние годы развивались разными темпами, но даже между конкретными нормами внутри одного закона. Противоречивость законодательства все больше затрудняет реализацию принятых законов. Она служит питательной средой для злоупотреблений и коррупции в системе государственной власти»3.
Подробнее см.: Власенко Н.А. Коллизионные нормы в советском праве. Иркутск, 1984.
2 См : Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия. М., 1994. С. 97.
3 Российская юстиция. 1996. № 5. С. 3.
Коллизионность российского законодательства усугубляется еще и тем, что в стране одновременно действуют законы СССР, законы, принятые Верховным Советом РСФСР, Государственной Думой. В этом же правовом пространстве вращаются указы Президента, правительственные постановления и бесчисленное множество ведомственных и региональных актов. Весь этот огромный «Монблан» весьма далек от гармонии и согласованности. Кроме того, как отмечается в литературе, в ходе проведения реформ (имеется в виду период с 1985 г.) законодательство по некоторым важнейшим вопросам сменилось уже трижды.
Союзные законы полностью не отменены, а новые, российские, в необходимом объеме пока не созданы. Акты этих двух «разных государств», бывших когда-то единым образованием, не всегда стыкуются, на гранях их соприкосновения возникают расхождения и несоответствия. Сложившаяся ситуация создает впечатление, что нынешнее законодательство страны как бы соткано из противоречий, в нем царят анархия, перекосы, неразбериха. Разбалансирована синхронность правовой системы, многие ее составные части плохо согласуются друг с другом, не подчинены общей цели. Запутанность же нормативного материала дает нередко простор для волюнтаристских действий должностных лиц и властных структур.
Расходятся федеральная Конституция и Федеративный договор, Конституция РФ и конституции, уставы субъектов Федерации; законы и указы; законы и подзаконные акты; общие и специальные нормы. Новый Гражданский кодекс вошел в противоречие со многими ранее принятыми законами в области имущественных и хозяйственных отношений. Масса неувязок в ведомственном и местном правотворчест-ве. Двусмысленностями и разночтениями грешит даже сама российская Конституция2.
Конечно, абсолютно совершенного, идеального законодательства нигде в мире нет. Право каждой страны неизбежно содержит в себе определенные коллизии, пробелы, противоречия, но у нас все это приобрело гипертрофированные формы, поскольку Россия проходит этап сложнейших социально-экономических преобразований и общественные отношения находятся в состоянии коренной ломки, нестабильности, хаоса. Юридические нормы не успевают, а подчас и не в состоянии их своевременно оформлять, закреплять, регулировать. Еще только ставится вопрос о создании российского национального Свода законов.
См.: Павлушина Л.Л. \ 1екоторыс проблемы современной систематизации законодательства // «Атриум». Вестник Международной академии бизнеса и банковского дела. Самара, 1996 №5 С. 23.
2 См.: Русских П. Парадоксы Основного Закона// Независимая газета. 1995.26 янв.
После распада Союза в нашем законодательстве стали одновременно развиваться, тесно переплетаясь и противоборствуя, как интеграционные, так и дезинтеграционные процессы. Такое положение характерно и для других постсоветских республик. Не случайно жизнь продиктовала необходимость создания единого правового пространства СНГ. С этой целью уже принят ряд модельных рекомендательных кодексов – своеобразных аналогов Основ бывшего союзного законодательства (гражданский, уголовный, уголовно-процессуальный, таможенный и др.).
В России, как и в любом федеративном государстве, существуют два уровня и две схемы законодательства, входящие в единую правовую систему общества. Это законодательство самой Федерации и законодательство ее субъектов. Их взаимосвязь и согласованность – залог стабильности правовой ситуации в стране, устойчивости всей Федерации. Но этого пока нет.
Причины юридических коллизий носят как объективный, так и субъективный характер. К объективным, в частности, относятся: противоречивость, динамизм и изменчивость самих общественных отношений, их скачкообразное развитие. Немаловажную роль играет также отставание («старение», «консерватизм») права, которое в силу этого обычно не поспевает за течением реальной жизни. Здесь то и дело возникают «нештатные» ситуации, требующие государственного реагирования. Право поэтому постоянно корректируется, приводится в соответствие с новыми условиями.
В результате одни нормы отпадают, другие появляются, но, будучи вновь изданными, не всегда отменяют старые, а действуют как бы наравне с ними. Кроме того, общественные отношения неодинаковы, и разные их виды требуют дифференцированного регулирования с применением различных методов. Свое влияние оказывают несовпадение и подвижность границ между правовой и неправовой сферами, их расширение или сужение. Наконец, любое национальное право должно соответствовать международным стандартам, нравственно-гуманистическим критериям, принципам демократии.
Все это делает юридические коллизии в какой-то мере неизбежными и естественными. Более того, по мнению Ю.А. Тихомирова, было бы упрощением оценивать их только как сугубо негативные явления. «Коллизии нередко несут в себе и положительный заряд, ибо служат свидетельством нормального процесса развития или же выражают законное притязание на новое правовое состояние».
Еще Гегель отмечал, что «возникновение коллизий при применении законов... совершенно необходимо, ибо в противном случае ведение
Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия: власть и правопорядок // Государство и право. 1994. № 1. С. 4.
дела приняло бы механический характер. Если некоторые юристы пришли к мысли, что покончить с коллизиями можно, предоставив многое усмотрению судей, то такой вывод значительно хуже, так как решение, принятое только судом, было бы произволом».
К субъективным причинам коллизий относятся такие, которые зависят от воли и сознания людей – политиков, законодателей, представителей власти. Это, например, низкое качество законов, пробелы в праве, непродуманность или слабая координация нормотворческой деятельности, неупорядоченнбсть правового материала, отсутствие должной правовой культуры, юридический нигилизм, социальная напряженность, политическая борьба и др. Причем одни из них возникают и существуют внутри самой правовой системы – внутрисистемные, другие привносятся извне – внесистемные.
Следует согласиться с мнением, что «было бы неверно списывать на объективные причины ту чехарду в законодательстве, которая является следствием ошибок и просчетов в политике, прямого или косвенного пренебрежения закономерностями правового регулирования»2.
Существует несколько видов юридических коллизий и способов их разрешения.
1. Прежде всего юридические коллизии можно подразделить на четыре группы: 1) коллизии между нормативными актами или отдельными правовыми нормами; 2) коллизии в правотворчестве (бессистемность, дублирование, издание взаимоисключающих актов); 3) коллизии в правоприменении (разнобой в практике реализации одних и тех же предписаний, несогласованность управленческих действий); 4) коллизии полномочий и статусов государственных органов, должностных лиц, других властных структур и образований.
2. Коллизии между законами и подзаконными актами. Разрешаются в пользу законов, поскольку законы обладают верховенством и высшей юридической силой (ч. 2 ст. 4; ч. 3 ст. 90; ч. 1 и 2 ст. 115; ч. 2 ст. 120 Конституции РФ). В новом Гражданском кодексе РФ также записано:
«В случае противоречия указа Президента Российской Федерации или постановления Правительства Российской Федерации настоящему Кодексу или иному закону применяется настоящий Кодекс или соответствующий закон» (ч. 5 ст. 3). Особенность данных противоречий в том, что они носят наиболее распространенный, массовый характер и причиняют интересам государства и граждан наибольший вред.
3. Коллизии между Конституцией и всеми иными актами, в том числе законами. Разрешаются в пользу Конституции. В статье 15 гово-
Гегель. Философия права. М., 1990. С. 2/19.
2 Топорный Б.И. Правовая реформа и развитие высшего юридического образования в России // Государство и право. 1996. № 7. С. 37.
рится, что Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории РФ. В части 3 статьи 76 установлено: «Федеральные законы не могут противоречить федеральным конституционным законам». Конституция – основной закон любого государства, поэтому обладает бесспорным и абсолютным приоритетом. Это закон законов.
4. Коллизии между общефедеральными актами и актами субъектов Федерации, в том числе между конституциями. Приоритет имеют общефедеральные. В статье 76 Конституции РФ говорится, что федеральные конституционные и иные законы, изданные в пределах ее ведения, имеют прямое действие на всей территории Федерации (ч. 1). По предметам совместного ведения издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные акты субъектов РФ (ч. 2). Вне пределов ведения РФ и совместного ведения субъекты Федерации осуществляют собственное правовое регулирование, включая принятие законов и иных нормативных актов.
Далее в указанной статье зафиксировано: «законы и иные нормативные акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам, принятым в соответствии с частями первой и второй настоящей статьи. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон» (ч. 5). «В случае противоречия между федеральным законом и нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации, изданным в соответствии с частью четвертой настоящей статьи, действует акт субъекта Федерации» (ч. 6).
Несмотря на подробную, казалось бы, регламентацию взаимоотношений между Российской Федерацией и ее субъектами, противоречий в данной сфере много и они довольно существенные. Например, Конституция РФ не содержит положения о суверенитете входящих в нее республик, не предусматривает их право на самоопределение и выход из состава России. Тем не менее большинство этих республик провозгласили себя суверенными (Татария, Башкирия, Мордовия, Адыгея, Тува и др.). Так, в Конституции последней записано, что Республика Тува имеет право на самоопределение и выход из состава РФ. По данным Минюста, тысячи нормативных актов субъектов Федерации противоречат Конституции РФ. В 19 из 21 республики конституции не .соответствуют Основному Закону страны.
5. В случае несоответствия Конституции РФ Федеративного договора, а также других договоров между Российской Федерацией и ее субъектами, равно как и договоров между самими субъектами, действуют положения общефедеральной Конституции (разд. 2, ст. 1, п. 4 Конституции РФ).
6. На уровне практического правоприменения соответствующие органы и должностные лица при обнаружении коллизий обычно руководствуются следующими правилами:
а) если противоречат друг другу акты одного и того же органа, но изданные в разное время, то применяется последний по принципу, предложенному еще римскими юристами: позже изданный закон отменяет предыдущий во всем том, в чем он с ним расходится;
б) если коллизионные акты изданы одновременно, но разными органами, то применяется акт, обладающий более высокой юридической силой (например, закон и указ, указ и правительственное постановление, постановление Правительства и акт отраслевого министерства), т.е. за основу берется принцип иерархии нормативных актов;
в) если расходятся общий и специальный акты одного уровня (коллизии по горизонтали), то применяется последний; если разного уровня (коллизии по вертикали), то общий. Подобные акты или нормы иногда называют конкурирующими. Например, в Конституции РФ есть норма о несменяемости судей Конституционного Суда, а в специальном законе об этом Суде установлен 12-летний срок. Действует последний.
В целом способами разрешения коллизий являются: 1) толкование;
2) принятие нового акта; 3) отмена старого; 4) внесение изменений или уточнений в действующие; 5) судебное, административное, арбитражное рассмотрение; 6) систематизация законодательства, гармонизация юридических норм; 7) переговорный процесс, создание согласительных комиссий; 8) конституционное правосудие. Некоторые из этих способов используются одновременно. Существуют также международные процедуры устранения конфликтов.
Конституция предусматривает право Президента РФ приостанавливать действие актов органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, если они противоречат Конституции РФ и федеральным законам, международным обязательствам России или нарушают права и свободы человека, до решения вопроса соответствующим судом (ч. 2 ст. 85). И это тоже способ устранения конфликта.
Особо следует отметить роль Конституционного Суда в разрешении довольно частых и серьезных коллизий, возникающих в сфере федеративных отношений, взаимодействия ветвей власти, реализации прав граждан, осуществления различными органами и должностными лицами своих полномочий, споров о компетенции, соответствия издаваемых нормативных актов Основному Закону страны. Это наиболее авторитетный и высокопрофессиональный уровень рассмотрения конфликтных ситуаций.
При этом в любом случае путь устранения юридических коллизий, даже самых острых, должен быть правовым, а не силовым. Противоре-
чия должны разрешаться законным, цивилизованным методом, ибо сила, как известно, рождает силу – проблема сохраняется. Иными словами, на языке пушек коллизию снять нельзя, ее можно лишь загнать вглубь или временно приглушить.
Это, в частности, показал такой сложнейший конфликт, как чеченский. Президент РФ в одном из своих выступлений с горечью признал, что в Чечне можно было «провести линию тоньше, дальновиднее», что события, которые там развернулись, – «это самое большое его (Президента. – Н.М.) разочарование, самая серьезная ошибка. Можно было избежать насилия» (ТВ-новости. 1996. 12 окт.).
Что касается толкования как способа разрешения коллизий, то оно нередко порождает новые, еще более острые коллизии, так как зачатую одни и те же акты, факты, события интерпретируются различными официальными и нео4)ициальными структурами, общественными группами, лидерами и гражданами по-разному, что, в свою очередь, является выражением их противостояния, а в конечном счете раскола общества.
В связи с этим толкование может быть и предвзятым, зависеть от социально-политических ориентации и пристрастий толкующих лиц, уровня их правосознания, культуры, места в идеологическом спектре. По-разному, например, трактуется современное законодательство о приватизации, выборах, налогах, собственности, предпринимательстве. Сама Конституция вызывает далеко не одинаковые оценки с точки зрения ее общей концепции и лсгитимности. Причем противоречивость трактовок происходящего в правовой сфере наблюдается не только среди населения, рядовых граждан, но и в высших эшелонах власти.
Даже в Конституционном Суде, призванном толковать соответствующие юридические нормы и акты, нет единства мнений, и некоторые его судьи официально заявляют о своей особой позиции по тем или иным вопросам. В широком смысле под сомнение нередко берется определенной частью общества весь курс реформ.,Отсюда разброс в понимании законов, направленных на реализацию этого курса.
В последнее время особую остроту приобрели противоречия между законами и указами (законотворчеством и «указотворчеством»). По данному вопросу идут жаркие общественные и научные дискуссии. Так сложилось, что страна управляется сегодня в основном указами и распоряжениями Президента, в том числе устными. По мнению Ю.А. Тихомирова, мы столкнулись с ситуацией, «когда «указное право» явно вышло на передний край и в известной мере приостановило действие ряда конституционных положений». Верховенство же закона – важнейший признак правового государства.
1 Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия. М., 1994. С. 5; см. также: Лучин В.О. «Указное право» в России. М., 1996.
Наиболее ярким примером такой ненормальности может служить известный Указ Президента РФ «О неотложных мерах по защите населения от бандитизма и иных проявлений организованной преступности» от 14 июня 1994 г., нарушивший ряд статей Конституции и Уголовно-процессуального кодекса, права граждан и вызвавший всплеск политико-юридических страстей.
В результате Госдума вынуждена была принять специальное постановление, в котором обращалось внимание на «стремление решать ключевые проблемы общества не с помощью федеральных законов, а с помощью указов и других подзаконных актов». Далее в постановлении отмечалось, что названный Указ вошел в противоречие со статьями 4, 10, 17, 19, 22, 34, 50, 55 Конституции РФ, а также многими статьями У ПК РСФСР. Госдума рекомендовала Президенту «воздержаться от применения Указа до приведения его в соответствие с Конституцией».
С просьбой к главе государства о приостановлении Указа обратилась Комиссия по правам человека при Президенте РФ. Настороженно-негативно отреагировали на данный акт общественность, печать. Однако на все эти возражения и предостережения гарант Основного Закона ответил – «нет». А ведь закон выше любой должности!
Возникла острейшая коллизия на высшем уровне. А Указ между тем начал действовать, став фактически надзаконным документом. Особенно ненормально и опасно в правовом отношении было то, что в стране на тот период не оказалось структуры (при более чем годичном бездействии Конституционного Суда), которая бы реально противостояла упречным указам Президента.
Тревога общества была вызвана тем, что под предлогом борьбы с преступностью у силовых органов развязывались руки для возможных произвольных действий в отношении законопослушных, но неугодных граждан, политических противников и т.д., что живо напоминало наше печальное прошлое.
Настораживала также «каучуковая» формулировка Указа: «При наличии достаточных оснований полагать...», а также увеличение срока задержания по подозрению с двух (по Конституции) до тридцати суток. Арест же только «по подозрению», без достаточных улик, всегда чреват злоупотреблениями.
Понятно, что экстренные меры по усилению борьбы с преступностью представлялись тогда, как и сейчас, более чем назревшими. Таковым было общее настроение в стране. Но формы и методы, избранные для этого, оказались, мягко говоря, юридически некорректными. Ссыл-
См.: Не полетят ли щепки? // Известия. 1994.17 июня.
ки на то, что Госдума медленно работает, не убедительны, ибо с помощью такого аргумента можно оправдать любой противозаконный указ. Не случайно при вступлении России в Совет Европы нам, помимо прочего, было указано на необходимость исправления рассматриваемого президентского акта, так как он не вписывался и в международные стандарты.
В противостоянии законов и указов нередко берут верх соображения престижа, «игры на опережение», «перехвата инициативы» и другие мотивы в духе популизма и конфронтации ветвей власти. Особенно это касается социальной сферы (кто раньше возьмется за решение той или иной проблемы, кто первым проявит заботу о «благе людей» и т.д.). Сказывается отсутствие четких механизмов принятия ответственных государственных решений. В результате – страдают интересы дела*.
В основе многих юридических коллизий лежат политические коллизии (нарушение принципа разделения властей, выход различных госорганов за пределы своих полномочий, взаимное их вторжение в компетенцию друг друга, амбиции и соперничество лидеров, война компроматов, лоббизм, популизм, конъюнктура и т.д.). В таких условиях принимается множество противоречивых и несогласованных друг с другом актов. Ведь юридический конфликт – это «активное противостояние сторон, вызванное полярностью их интересов или разным отношением к ценностям и нормам общественной жизни»2.
Именно эти причины приводят в конечном счете к войне законов, указов, постановлений. Если Государственная Дума не принимает или отклоняет какой-либо закон, он восполняется, точнее, подменяется указом Президента. Так было, например, с законом о втором этапе приватизации, отказом Госдумы признать день принятия Конституции РФ (12 декабря 1993 г.) государственным праздником, одобрить новую символику России, которая до сих пор не имеет законодательной основы. Не имеют ее и новые российские ордена, награды.
Ученые-правоведы обращают внимание на то, что принимаемые Госдумой законы проходят трудный путь, главным препятствием на котором является двойное вето. Такрго порядка давно уже нет в практике стран Запада3. Законы стопорятся по самым разным причинам:
юридическим, политическим, финансовым, пррцедурным, престижным и другим, а чаще всего в силу несовпадения розиций относительно
Подробнее см.: Драма российского закона / Под ред. В.П. Казимирчука. М., 1996;
«Круглый стол»: Конфликт закона и правовая реформа // Государство и право. 1997. №12.
2 Кудрявцев В.И., Казимирчук В.П. Современная социология права. М., 1995. С. 214;
см. также: Кудрявцев В.П. Юридический конфликт // Государство и право. 1995. № 9.
3 См.: Мицкевич Л.В. Выступление па «круглом столе» по проблеме «Закон в переходный период: опыт современной России» // Государство и право. 1995. № 10. С. 38.
сути предлагаемого закона (к примеру, Земельный кодекс). Есть и третье (предварительное) вето – это когда Правительство в своем заключении накладывает табу на тот или иной проект закона из-за отсутствия средств для его реализации. А поскольку практически любой закон требует определенных затрат для своего осуществления, то при желании его всегда можно остановить.
Многие законы отклоняет Совет Федерации еще на подступах к Президенту. По ним, как правило, создаются согласительные комиссии, призванные снимать противоречия и находить компромисс. Это в принципе нормальный путь разрешения коллизий, но он превращается в систему. Примерно одну треть законов не подписывает Президент, причем некоторе из них он возвращает в Государственную Думу без рассмотрения, по поводу чего законодатели обращались даже в Конституционный Суд. Последний, как ни странно, нашел такую практику вполне приемлемой. Снова коллизия! Законы застревают, не могут пробиться сквозь плотное сито возражений, несогласий, противостояния.
По Конституции указы подзаконны, на практике же, как уже отмечалось, они все чаще возвышаются над законом*. И требуется величайшая осторожность, чтобы это «опережающее указотворчество» не нарушало прав граждан, не вносило сумятицу в нормальный правосози-датсльный процесс, не дестабилизировало общую правовую ситуацию. «Бодание» законов и указов особенно заметно по социальным вопросам: заработной плате, пенсиям, пособиям, компенсациям и другим выплатам.
Глубинная коллизия состоит уже в том, что Президент фактически «законодательствует», хотя по Конституции такой прерогативой не располагает. Он издает акты, являющиеся по своей природе законами, и принимаются они нередко по тем позициям, которые относятся к компетенции Государственной Думы. Законодательный орган становится как бы излишним.
Конечно, законодатели очень часто запаздывают с принятием тех или иных законов, в то время как обстоятельства требуют оперативного реагирования. Поэтому вопрос этот в действительности не простой, Тем не менее в целом указанную практику оправдать нельзя. Недостаточная мобильность – свойство всех парламентов, однако это не дает оснований для подмены их традиционных функций исполнительной властью. К тому же многие основополагающие (базовые) законопроекты, особенно экономического характера, разрабатываются не самой Думой, а Правительством, и от него в конечном счете зависит своевременность их принятия.
См.: Лучин В.О. «Указное право» в России. М., 1996.
В президентском Послании Федеральному Собранию 1995 г. признается, что наиболее важные отношения, в частности экономические, «должны регулироваться не указами, а законами». Подчеркивается, что объем «указотворчества» вообще будет постепенно сокращен. Если так, то перманентная дуэль между законами и указами в конце концов прекратится. Правда, в аналогичном Послании 1996 г. вновь говорится о том, что «нормотворчество с помощью указов будет продолжено по тем вопросам, которые не урегулированы еще действующим законодательством». Та же линия и в последующих посланиях. Между тем даже на официальном уровне не раз признавалось, что под указ к нам инвестор-иностранец не пойдет, он понимает, что это не закон. А любая цивилизованная страна должна прежде всего жить по законам.
Надо сказать, что многие принципиальные политико-юридические коллизии заложены в самой Конституции РФ, в гипертрофированном понимании разделения властей. Лидер движения «Союз народовластия и труда» А. Николаев сравнил нынешнюю систему власти в России с боксерским рингом: в левом углу законодательные органы, в правом – исполнительные, в середине – судебные, а президент – главный рефери, определяющий исход боя, причем отнюдь не всегда объективно. И это противостояние во многом порождает тот кризис власти, который крайне отрицательно сказывается на социальном самочувствии населения страны.
Конституция Российской Федерации такова, что практически любой принятый закон можно при желании признать как соответствующим ей, так и не соответствующим. Все зависит от понимания ситуации, политических и идеологических пристрастий. Ярким примером может служить закон «О свободе совести и религиозных объединениях», который Президент отклонил, посчитав его противоречащим Конституции, а Госдума, независимые эксперты, представители Русской Православной Церкви, напротив, находят его полностью отвечающим основным идеям и положениям Конституции. В конце концов, после длительных согласований и обсуждений, в том числе в печати, многотрудный закон был все же подписан. Выходит, обе стороны были правы, занимая прямо противоположные позиции.
Острейшая юридическая коллизия с трагическими последствиями возникла в связи с чеченским кризисом 1994–1996 гг. Она представляет собой коллизию между принципом территориальной целостности страны, необходимостью установления в ней одинаковой и обязательной для всех конституционной законности и возможной массовой гибелью людей. Как подобные конфликты должны разрешаться? Миром или войной?
См.: Парламентская газета. 1999. 25 марта.
Господствующее мнение большинства государственных и общественно-политических деятелей сводится к тому, что ни Конституция, ни какая-либо другая идея, в том числе идея единства государства, суверенитета, правопорядка, не стоят человеческих жизней. Жертвовать в таких случаях приходится не людьми, а любым другим интересом.
Даже и легитимное применение силы должно исходить из этой посылки, ибо человек – «мера всех вещей». Именно поэтому избранный способ разрешения чеченского конфликта был расценен Комиссией по правам человека ООН, Советом Европы и другими международными организациями как «несоразмерный и неадекватный» или как «невыборочное применение силы, нарушившее принципы международного гуманитарного права».
Кстати, шесть судей Конституционного Суда РФ в своих особых мнениях по «чеченскому делу» отметили, что никто не может произвольно менять общепризнанную в мировом сообществе иерархию ценностей, что человек, его жизнь, права, безопасность имеют бесспорный и абсолютный приоритет. Вообще, особые мнения судей по данной коллизии (Н.В. Витрука, Г.А. Гаджиева, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, В.О. Лучина, Б.С. Эбзеева) оказались более обоснованными и убедительными, чем общее постановление КС. В них нашла отражение гражданская позиция большинства россиян. Речь идет о непомерно высокой цене, заплаченной обществом за «умиротворение» в Чечне. Нарушено соотношение целей и средств их достижения. Возобладала пресловутая целесообразность.
Юридические коллизии, политические неурядицы подрывают основы порядка и стабильности в обществе, деформируют правосознание людей, создают критические ситуации, социальную напряженность. Подобные катаклизмы – признак невысокой правовой культуры, процветающего на всех уровнях юридического нигилизма. Поэтому их необходимо по возможности не допускать, профилактировать, а если они все же возникают – своевременно снимать с помощью выработанных для этого механизмов.
В данной связи следует всячески приветствовать зарождение в рамках правоведения новой важной науки – конфликтологии, которая отныне будет заниматься указанными проблемами. Первые активные шаги в этом направлении уже сделаны2.
См.: Право Сонета Европы и Россия: Сборник документов и материалов / Сост. С.Л. Глотов. Краснодар, 1996. С. 14.
2 См.: Юридический конфликт: сферы и механизмы. Часть 2. / Под ред. В.Н. Кудрявцева. М., 1994; Юридический конфликт: процедуры разрешения. Часть 3. / Под ред. В.Н. Кудрявцева. М., 1995. Первая часть, посвященная общим вопросам конфликтологии, вышла в 1993 г.; Основы конфликтологии / Под ред. В.Н. Кудрявцева. М., 1997; Жере-бинВ.С. Правовая конфликтология. Владимир, 1997.
Тема 21. ТОЛКОВАНИЕ ПРАВА (А.В. Осиное, Б. С. Эбзеев)
1. ПОНЯТИЕ И НЕОБХОДИМОСТЬ ТОЛКОВАНИЯ ПРАВА (А.В. Осипов)
Толкование права – необходимый и важный элемент правореали-зационного процесса, в частности правоприменения. Прежде чем применить ту или иную норму права, надо уяснить ее подлинный смысл, а в некоторых случаях и разъяснить. Толкование права – это сложная и многогранная деятельность различных субъектов, представляющая собой интеллектуальный процесс, направленный на познание и разъяснение смысла правовых норм.
По поводу определения и содержания толкования права в литературе существуют различные мнения. Одни авторы понимают под этим лишь уяснение, другие полагают, что содержание толкования норм права составляет их разъяснение, третьи определяют толкование как единство того и другого. Предпочтительней является третья точка зрения, поскольку в первом и втором мнениях очевиден односторонний подход.
Толкование правовых норм – это сложный волевой процесс, направленный наС установление точного смысла, содержащегося в норме права, предписания, обнародование его для всеобщего сведения. Данный процесс состоит из двух частей (элементов): толкующий субъект (интерпретатор) вначале уясняет содержание правовой нормы для себя, решает, как он будет действовать, а затем в целях установления одинакового понимания и применения разъясняет смысл и содержание правового предписания всем заинтересованным лицам.
Первая часть этой деятельности – уяснение. Оно характеризует гносеологическую природу толкования, направленного на познание права. Толкование-уяснение выступает как внутренний мыслительный процесс, происходящий в сознании субъекта, применяющего норму права. Это уяснение для себя и внутри себя, поэтому оно не имеет внешних форм выражения.
Толкование фактически осуществляется не только по отношению к праву, нормативным актам, но и по отношению к другим юридическим актам, например применению права.
В ходе уяснения интерпретатор использует различные способы и приемы толкования, которые обеспечивают процесс познания. Здесь используются грамматический (филологический), логический, исто-рико-политический и систематический способы толкования.
Уяснение является необходимым условием реализации права во всех формах: при соблюдении, исполнении и использовании. Оно всегда предшествует разъяснению.
Разъяснение – вторая часть единого процесса толкования права. Оно не всегда следует за уяснением, однако является продолжением мыслительной деятельности на первом этапе. Эта сторона деятельности по толкованию адресована уже не себе, как при уяснении, а другим участникам отношений.
При разъяснении объективируются результаты первой части процесса. Такая объективизация находит свое выражение в письменной форме: официальный акт, документ, правовой акт – либо в устной:
совет, рекомендация.
Таким образом, разъяснение норм права есть не что иное, как объяснение и изложение смысла государственной воли, выраженной в нормативно-правовых актах.
Уяснение и разъяснение представляют собой две диалектически взаимосвязанные стороны процесса толкования, в котором используются различные способы и приемы познания (уяснения) и объяснения (разъяснения) правовых норм.
В связи со сказанным возникает вопрос: чем же вызвана необходимость толкования права? На это имеются как объективные, так и субъективные причины.
1. Нормы права, содержащиеся в нормативных актах, выражаются посредством слов, предложений, формулировок; чтобы понять их смысл и значение, логическую связь между ними, необходима мыслительная деятельность.
2. В нормативных актах воля государства выражена через средства и приемы юридической техники: специфическую терминологию, юридические конструкции, систему отсылок. Некоторые термины заимствованы из других отраслей наук. Все это требует специальных (юридических) знаний для объяснения терминов и используется законодателем при изложении государственной воли, содержащейся в нормах права.
3. Правовые нормы как общеобязательные правила поведения имеют особую форму выражения, характеризуются абстрактностью. Они распространяют свое действие на широкий круг субъектов и общественных отношений, а законодатель, как правило, вынужден использовать наиболее краткие формулировки для оформления воли го-
сударства. Это ведет к тому, что возникает необходимость «расшифровать» данные формулировки.
4. Толкование вызывается несовершенством и неадекватным ис- , пользованием законодательной техники, отсутствием ясного, точного, ! понятного языка нормативного акта, поэтому некоторые формулировки получаются расплывчатыми, а иногда и двусмысленными.
5. Нормы права способны регулировать общественные отношения лишь во взаимосвязи друг с другом, в системе – действие одной нормы неизбежно вызывает действие другой. Чтобы понять истинный смысл правовой нормы, необходимо отыскать другие, которые будут применяться вместе с ней.
2. ВИДЫ ТОЛКОВАНИЯ ПРАВА ПО СУБЪЕКТАМ (А.В. Осипов)
Деятельность государственных органов, общественных организаций и отдельных лиц по разъяснению норм права – вторая сторона процесса толкования. В зависимости от юридических последствий, к которым приводит разъяснение, различают: официальное и неофициальное толкование.
Официальное толкование дается уполномоченными на то субъектами – государственными органами, должностными лицами, общественными организациями, оно закрепляется в специальном акте и имеет обязательное значение для других субъектов. Такое толкование является юридически значимым, вызывает правовые последствия. Оно ориентирует правоприменителей на однозначное понимание правовых норм и их единообразное применение.
Неофициальное толкование дается субъектами, не имеющими официального статуса, не обладающими по долгу службы полномочиями толковать правовые нормы. Такими субъектами могут быть общественные организации, научные учреждения, ученые, практические работники. Они осуществляют разъяснение норм права в форме рекомендаций и советов. Этот вид разъяснения не имеет юридически обязательного значения и лишен властной юридической силы.
Официальное толкование различают двух видов – нормативное (общее) и казуальное (индивидуальное).
Нормативное толкование не ведет к созданию новых правовых норм, оно только разъясняет смысл уже действующих. Сущность его состоит в том, что оно имеет общий характер, является общеобязательным. Такое толкование предназначается для общего руководства в процессе применения права, относится к неограниченному числу случаев и распространяется на обширный круг субъектов. Поэтому термин «нормативное толкование» носит условный характер.
Нормативное толкование применяется в случаях, когда нормы недостаточно совершенны по своей форме, имеют неясность текстуального понимания при неправильной и противоречивой практике их применения. Оно призвано обеспечить единообразие в понимании и применении норм права.
Нормативные разъяснения не имеют самостоятельного значения, они полностью разделяют судьбу толкуемой нормы. Отмена или изменение нормы права нередко приводит к отмене или соответствующему изменению акта толкования.
Среди нормативного толкования различают: аутентичное (авторское) и легальное (разрешенное, делегированное).
Аутентичное толкование означает, что разъяснение смысла применяемых норм исходит от принявшего их органа. Оно основано на пра-вотворческих функциях этого органа, поэтому, издав нормативный акт, правотворческий орган вправе в любое время дать необходимые с его точки зрения разъяснения.
Субъектами такого толкования могут быть все правотворческие органы, например Государственная Дума РФ.
Юридическая практика знает и другой вид нормативного разъяснения – легальное толкование. Оно носит подзаконный характер и осуществляется теми субъектами, которым это поручено, разрешено. Так, Верховный Суд, не являясь правотворческим органом, тем не менее имеет право толковать нормативные акты, в том числе и акты, принимаемые высшими законодательными органами.
Казуальное толкование также является официальным, но не имеет общеобязательного значения, а сводится лишь к толкованию правовой нормы с учетом ее применения к конкретному случаю. Оно дается компетентным органом по поводу рассмотрения конкретного дела и обязательно лишь для него. Цель такого разъяснения – правильное разрешение определенного случая, поэтому оно не имеет значения при рассмотрении других дел. ,
Казуальное толкование содержится в специальных указаниях разъясняющего характера, в актах надзора юрисдикционных и административных органов. Например, в постановлениях и определениях судов второй и надзорной инстанции прямо разъясняется смысл применяемых норм права или когда судья в процессе судебного заседания разъясняет участникам процесса статью, предусматривающую уголовную ответственность за дачу ложных показаний.
Неофициальное толкование – это разъяснение норм права, даваемое не уполномоченными на то субъектами. Оно не является юридически значимым. Акты неофициального толкования не принадлежат к числу юридических фактов и не влекут юридических последствий.
Сила и значение неофициального толкования в убедительности, обоснованности, научности, в авторитете тех субъектов, которыми оно дается.
Неофициальное толкование по внешней форме выражения может быть как устным (разъяснение какой-либо формы права адвокатом, судьей, прокурором в ходе приема граждан, на лекциях и т.д.), так и письменным (в периодической печати, в различных комментариях). Хотя такое разъяснение не имеет юридической силы, оно оказывает значительное влияние на правовую жизнь общества, в первую очередь на правотворческий и правореализационный процессы через правосознание соответствующих субъектов.
Неофициальное толкование подразделяется на обыденное, профессиональное и доктриналъное (научное).
Обыденное толкование может осуществляться любым гражданином. В нем выражается уровень правосознания различных субъектов в виде правовых чувств, эмоций, представлений, переживаний в юрис-дикционной сфере жизни общества. Особенно четко это проявляется в ходе всенародного обсуждения каких-либо нормативных актов, референдумов. Такое толкование имеет большое значение для соблюдения гражданами запретов, исполнения юридических обязанностей, а также при осуществлении ими субъективных прав.
Профессиональное толкование исходит от субъектов, сведущих в правовых вопросах (профессионалов, специалистов в области права), хотя такое разъяснение и не является юридически обязательным. Например, разъяснение норм права адвокатами, судьями, прокурорами во время приема граждан.
Среди неофициального толкования особое место занимает доктриналъное (научное) толкование. Оно так же, как и вышеназванные виды неофициального толкования, не имеет юридической силы. Однако более чем другие оказывает влияние на правореализационный процесс в целом и правоприменение в частности. Доктринальное толкование дается специальными научно-исследовательскими учреждениями, отдельными учеными в статьях, монографиях, комментариях, на лекциях, конференциях и т.д. Его значение определяется убедительностью и авторитетом тех субъектов, которые осуществляют это толкование. Основывается оно на знаниц закономерностей воздействия права на общественные отношения, создании законодательства, на обобщении практики применения правовых норм. Такое толкование косвенным путем оказывает значительное влияние на правовую жизнь общества.
3. СПОСОБЫ ТОЛКОВАНИЯ ПРАВА (А.В. Осипов)
Способ толкования представляет собой совокупность приемов и средств, позволяющих уяснить смысл и содержание нормы права и выраженной в ней воли законодателя. Каждый из них отличается от других своими специфическими особенностями и средствами уяснения правовой нормы.
Основные способы толкования: грамматический, логический, систематический, историко-политический и специально-юридический.
Грамматический (филологический, языковой) способ толкования представляет собой уяснение смысла правовой нормы на основе анализа текста какого-либо нормативного акта. Такое толкование предполагает прежде всего выяснение значения отдельных слов как в общеупотребительном, так и в терминологическом смысле (эпидемия, эпизоотия, рецидив и т.д.). Главное – понять тот смысл слова, какой вклады вал в него законодатель.
Устанавливаются грамматические связи слов, определяется семантическая структура предложений. При определении смысла предложений немаловажную роль играют знаки препинания, союзы, вводные слова и т.д. Хрестоматийный пример: 4 Казнить нельзя помиловать».
Языковой способ предшествует всем остальным и во многом предопределяет их результаты. Однако следует учесть, что ни один из приемов немыслим изолированно, вне связи с другим.
При логическом толковании законы логики используются самостоятельно, обособленно от остальных способов. Здесь исследуется логическая связь отдельных положений закона с правилами логики. Анализу подвергаются не сами по себе слова, как при грамматическом толковании, а обозначаемые ими понятия, явления и соотношения их между собой. В данном случае применяются такие приемы, как логическое преобразование, выведение вторичных норм, выводы из понятий, доведение до абсурда.
На логической структуре правовых норм отражаются особенности законодательной техники. Правоприменителю необходимо осуществить мысленное преобразование в процессе участия. Например, статья 105 У К РФ «Убийство, то есть умышленное причинение смерти... наказывается...» Однако наказывается не само убийство, а лицо, совершившее его. Преобразованный текст будет выглядеть следующим образом: «Лицо, совершившее умышленное убийство... наказывается...»
Необходимость логических преобразований объясняется внутренней структурой правовых норм. Иногда внутренняя структура норм права не совпадает с внешней формой, выраженной в статье норматив-
ного акта. Структурные элементы правовой нормы (гипотеза, диспозиция и санкция) могут подразумеваться или находиться в других статьях нормативного акта либо в других нормативных актах. Большинство статей Уголовного кодекса построены таким образом, что имеется гипотеза и санкция, а диспозиция подразумевается и должна быть выражена словами: «Запрещается совершать (не совершать) что-то...» Статьи, предусматривающие ответственность за нарушение Правил дорожного движения, диспозицию содержат в другом нормативном акте.
Используется такой прием, как доведение до абсурда. Например, при анализе понятия «источник повышенной опасности» можно признать таковым не только автомобиль, но и велосипед, гужевой транспорт.
Иногда законодатель в целях лаконичности, экономии места в нормативном акте при формулировании норм права перечисляет какие-либо обстоятельства, имеющие юридическое значение, но не дает их исчерпывающего перечня, а использует обороты: «и другие», в аналогичных случаях».
Поэтому деятельность по уяснению правовых норм требует знаний законов и правил формальной и диалектической логики, правильного их применения.
Систематическое толкование – это уяснение содержания правовых норм в их взаимной связи, с их местом и значением в данном нормативном акте, институте, отрасли права в целом.
Данный способ толкования предопределяется внутренними свойствами права, его системностью, Правовые нормы в общей системе правового регулирования связаны между собой многочисленными отношениями. Поэтому, чтобы полностью уяснить ту или иную норму права, необходимо учитывать целый ряд других норм, регулирующих смежные общественные отношения, установить связь между регулятивными и охранительными нормами. Все это помогает правильно понять сферу действия нормы, круг заинтересованных лиц, смысл того или иного термина.
Систематическое толкование позволяет выявить факты коллизий (противоречий) между правовыми нормами. Такой способ толкования важен при применении нормы права по аналогии, так как помогает найти норму, наиболее близкую по своему содержанию к конкретному случаю. Наиболее четко этот способ проявляется при сопоставлении норм Общей части отрасли права с Особенной частью.
Специально-юридическое толкование основывается на профессиональных знаниях юридической науки и законодательной техники. Такое толкование предусматривает исследование технико-юридичес
ких средств и приемов выражения воли законодателя. Оно раскрывает содержание юридических терминов, конструкций и т.д. Это обусловлен но тем, что в области законодательной стилистики существует свой язык законов как особый стиль речи и в связи с этим имеются термины и конструкции, специфичные для законотворчества. Поэтому, чтобы правильно осуществить правовую квалификацию обстоятельств дела, дать им юридическую оценку, необходимо раскрыть своеобразие языка законов, т.е. уяснить смысл непосредственно юридических понятий, категорий, конструкций и т.д.
Этот способ обусловлен и тем, что наука может формулировать новые юридические понятия и категории, используемые законодате лем. Интерпретатор вынужден обратиться к научным источникам, где находит готовый анализ тех или иных терминов норм права, оценочных понятий (тяжкие последствия, существенный вред, особо крупный размер, неустойка, штраф, залог, поручительство и т.д.), которые влияют на практику решения конкретных дел.
С помощью историко-политического толкования выясняются: во-первых, исторические условия издания нормативного акта; во-вторых, социально-политические цели, которые преследовал законодатель, издавая этот акт. Необходимость этого способа вызывается тем, что с помощью лишь установления правовых связей невозможно уяснить глубоко и всесторонне смысл и содержание нормы права.
Историко-политический способ помогает выявить смысл правовой нормы, обращаясь к истории ее принятия, целям и мотивам, обусловившим введение ее в систему правового регулирования. Этот способ толкования позволяет анализировать также источники, находящиеся вне права: материалы обсуждения и принятия проектов нормативных актов, первоначальные проекты, материалы всенародного обсуждения, различные выступления, мнения и т.д.
Историко-политическое толкование помогает выявить такие правовые нормы, которые хотя формально и не отменены, но фактически уже не действуют, т.е. не существует тех общественных отношений, которые норма регулировала.
Все это способствует более точному установлению смысла правовой нормы.
4. ТОЛКОВАНИЕ ПРАВА ПО ОБЪЕМУ (А.В. Осипов)
Толкование правовых норм преследует цель выяснения действительного смысла нормы, который имел в виду сам законодатель. Свою волю законодатель формулирует средствами языка. Поэтому словес-
ное выражение его воли может не всегда совпадать с ее действительным содержанием.
Результатом толкования должна быть однозначность и полная ясность смысла нормы права. Особенность толкования по объему обусловлена его связью с конечным результатом уяснения и разъяснения смысла правовых норм, от которого зависит практический эффект толкования. В связи с результатом толкования различают буквальное (адекватное), расширительное (распространительное) и ограничительное.
Буквальное толкование – наиболее типичный и часто встречающийся вид толкования, когда «дух» и «буква» закона совпадают, т.е. словесное выражение нормы права и ее действительный смысл идентичны.
Однако так бывает не всегда. В силу объективных или субъективных причин словесное выражение воли законодателя и действительное содержание этой воли, выраженной в правовой норме, могут не совпадать. В таких случаях как исключение может применяться расширительное или ограничительное толкование.
При расширительном толковании действительный смысл и содержание правовой нормы шире, чем ее словесное выражение. Например, законодатель часто использует термин «закон» (судьи независимы и подчиняются только закону). Но истинный смысл слова «закон» состоит в том, что в этом случае имеются в виду все нормативно-правовые акты, а не только акты высших органов власти. То же самое касается и термина «судьи», поскольку имеются в виду и народные заседатели, и
присяжные.
Ограничительное толкование применимо в тех случаях, когда действительный смысл нормы права уже, чем ее словесное выражение. Например, в норме права записано: «Все совершеннолетние дети обязаны содержать нетрудоспособных родителей». Однако не все дети обязаны это делать. От этой обязанности освобождаются нетрудоспособные дети, а также дети, которых родители не содержали и не воспитывали. В данном случае сужается круг субъектов, подпадающих под действие правового предписания.
При расширительном и ограничительном толковании устанавливается действительная воля законодателя, поэтому такое толкование не вносит никаких изменений в истинный смысл и нормы права.
Расширительное и ограничительное толкование следует отличать от аналогии закона, хотя между ними существует внешнее сходство. Аналогия предполагает пробел в праве, отсутствие соответствующей нормы права, где определенные факты не охватываются ни текстом, ни
смыслом законодательства. Здесь происходит распространение закона на новый круг общественных отношений. При расширительном толковании такие факты охватываются смыслом законодательства, хотя в тексте правовой нормы это выражено неточно.
Расширительное и ограничительное толкование применимо во всех отраслях права, хотя в литературе имеется и другое мнение. Однако существуют некоторые изъятия. Не могут толковаться расширительно нормы, содержащие какие-либо ограничения, устанавливающие более строгую юридическую ответственность, санкции правовых норм.
Когда в тексте нормативного акта использованы такие обороты, как «другие», «прочие», «иные», «и так далее», то это предполагает расширительное толкование закона.
5. АКТЫ ТОЛКОВАНИЯ ПРАВА: ПОНЯТИЕ И ВИДЫ (А.В. Осиное)
Акт толкования – это один из видов правовых актов. Вопрос о юридической природе актов толкования тесно связан с проблемой сущности толкования, т.е. является ли это правотворческой деятельностью или это средство уяснения и разъяснения смысла существующей нормы права.
В литературе высказываются на этот счет различные мнения. Одни авторы склонны считать акты толкования одной из форм (источников) права; другие ученые утверждают, что таким актом не устанавливаются, не изменяются и не отменяются нормы права. На наш взгляд, предпочтительнее вторая точка зрения, поскольку многие акты толкования, хотя и являются нормативными (в смысле общеобязательными), исходят от субъектов, которым не предоставлено право нормотворчества (Верховный Суд РФ).
Интерпретационные акты как виды правовых актов имеют свой особенности: они не содержат общеобязательных правил поведения (норм права), не имеют самостоятельного значения и действуют в единстве с теми нормативными актами, в которых содержатся толкуемые юридические нормы. Они находятся в зависимости от нормативных актов, обслуживают и разделяют их судьбу.
Акт толкования необходимо рассматривать и как действие, и как юридический документ, акт уяснения и разъяснения. Последний может быть устным или письменным. Акт толкования – это официальный, юридически значимый документ, направленный на установление действительного смысла и содержания нормы права.
Интерпретационные акты можно классифицировать по различным основаниям:
1. По внешней форме они могут быть письменными и устными. Письменные акты толкования имеют определенную структуру, т.е. в них должны присутствовать реквизиты: кто издал этот акт, когда, к каким нормам права (институту, отрасли, нормативному акту) относится, когда вступил в действие. Они могут облекаться в ту же форму, что и нормативно-правовые акты, издаваемые соответствующими органами (указы, постановления, приказы, инструкции и т.д.).
2. По юридической значимости различают акты нормативного толкования и казуального.
Акты нормативного толкования распространяют свое действие на неопределенный круг субъектов и рассчитаны на применение каждый раз, когда реализуется толкуемая норма, в этом смысле они носят общеобязательный характер.
Казуальные акты относятся к конкретному случаю и касаются конкретных лиц; с этой точки зрения их можно назвать индивидуальными.
3. Юридическая сила акта толкования и сфера его действия определяются местом органа, его издавшего. Это акты органов власти: исполнительно-распорядительных, судебных, прокурорских и т.д.
4. В зависимости от того, кто издал акт толкования и нормативно-правовой акт, они могут быть аутентичными или легальными. Если акт принимает и толкует один и тот же субъект, это авторское толкование (аутентичное).
Если норму права толкует субъект, который на это управомочен, которому это право делегировано (разрешено) законом (например, Верховный Суд РФ толкует законы, принимаемые парламентом), то это легальные акты.
5. Можно выделить акты толкования в различных отраслях права;
уголовно-правовые, административно-правовые и т.д.
Все сказанное позволяет сделать вывод, что толкование права и его результаты играют важную роль в правореализационном процессе. Оно завершает процесс правового регулирования общественных отношений и делает правовые нормы готовыми к реализации различными субъектами.
6. ТОЛКОВАНИЕ КОНСТИТУЦИИ И ИНЫХ ЗАКОНОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ КОНСТИТУЦИОННЫМ СУДОМ (Б.С. Эбзеев)
Переживаемые страной глубокие формационные преобразования и обусловленная ими всесторонняя демократизация общества постепенно приводят к тому, что Конституция из способа закрепления строя абсолютного государства с характерной для него не ограниченной правовыми рамками властью становится законом правового государства,
власть которого ограничена суверенитетом народа и правами человека и гражданина, составляющими сферу индивидуальной автономии личности, свободную от произвольного вторжения государства, его органов и должностных лиц.
Под конституцией, несмотря на различие трактовок этого документа, понимают законодательный акт, которым определяются организация высших органов государства, порядок призвания их к отправлению своих функций, их взаимоотношения и компетенция, а также положение личности по отношению к государственной власти.
С формальной точки зрения конституция может совпадать с другими законами государства, но в практике современного конституционализма она обычно отличается от них по способу издания, внесения в нее изменений и дополнений, а юриспруденцией признается ядром правовой системы соответствующего государства.
Конституция обладает высшей юридической силой и тем самым поставлена над всеми иными законами и нормативными актами, определяет деятельность законодательной, исполнительной и судебной власти. Это основной закон государства, но государство и право не представляют собой изолированную субстанцию, напротив, они являются именно результатом развития социальных связей, способом организации совместной деятельности людей, их взаимодействия во имя индивидуальной и социальной жизни. Конституция формирует основы правового режима общества, его политическое единство, определяет цели, функции, организацию и порядок деятельности государства и его органов, принципы взаимоотношений с гражданами.
Этим и обусловлена значимость толкования Конституции Российской Федерации, которое (ч. 5 ст. 125) отнесено к компетенции Конституционного Суда РФ. Именно Конституционному Суду предоставлено право интерпретировать волю народа, выраженную в принятом всенародным референдумом Основном Законе.
Конституционное закрепление этого права Суда означает, что никакой иной орган государственной власти в России – федеральный или субъекта Федерации – не может давать официального и обязательного для органов государственной власти и местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений толкования Конституции. Это исключительная прерогатива Конституционного Суда. Причем для конституционного права в силу недостаточной конкретности его основного источника и широты конституционных положений, допускающих различные интерпретации, толкование имеет приоритетное значение, чем в иных детализиро-ванно нормированных отраслях права.
Традиционно теория толкования акцентирует внимание на необходимость выяснения либо воли конституционного (и обычного) законо-
дателя, либо воли и смысла самой Конституции. Нет однозначного «рецепта», пригодного на все времена и для каждого случая, и в решениях Конституционного Суда.
В частности, если в Постановлении от 12 апреля 1995 г. по делу о толковании статей 103 (ч. 3), 105 (ч. 2 и 5), 107 (ч. 3), 108 (ч. 2), 117 (ч. З) и 135 (ч. 2) Конституции РФ Суд отдал предпочтение смыслу самой Конституции и признал, что положение об общем числе депутатов Государственной Думы, содержащееся в указанных статьях Основного Закона, следует понимать как число депутатов, установленное для депутатов Государственной Думы частью 3 статьи 95 Конституции, 450 депутатов, то в Постановлении от 20 февраля 1996 г. по делу о проверке конституционности ряда положений Федерального закона «О статусе депутата Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 8 мая 1994 г. предпочтение было отдано изначальному видению объема депутатских иммунитетов, из которого исходили создатели проекта Основного Закона2.
В силу этого толкование Конституции и ее норм требует в каждом конкретном случае тщательного анализа дословного текста толкуемого положения, источника его возникновения, места в системе Конституции, его смысла и цели.
Конституция РФ не содержит определения понятия толкования Конституции РФ, а в Законе 0 Конституционном Суде Российской Федерации» говорится лишь о «неопределенности в понимании положения Конституции», которая преодолевается толкованием Конституционного Суда.
Не обращался специально к этому вопросу и Конституционный Суд, но принятые им решения позволяют сделать вывод, что, по мнению Суда, сложившемуся на основании отечественной правовой доктрины, толкование Конституции и ее норм включает в свое содержание как уяснение, так и разъяснение смысла интерпретируемых норм.
Процесс толкования означает и познание конституционной нормы, т.е. интеллектуальную деятельность, не выходящую за рамки сознания самого интерпретатора, и разъяснение нормы, т.е. предметную деятельность Конституционного Суда по доведению до всеобщего сведения содержания конституционных норм и выраженной в них воли законодателя.
Такая предметная деятельность применительно к статусу Конституционного Суда всегда воплощается в письменных решениях – либо
См.: Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1995. № 2, 3 С. 17-22.
2 См.: Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1996. №2. С. 12-20.
по конкретным делам (и в этом случае речь идет о казуальном толковании), либо в итоговом Постановлении Конституционного Суда о толковании Конституции РФ, ее норм, которое согласно части 2 статьи 71 названного Закона обладает нормативным значением.
Глава XIV Закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» регламентирует только порядок нормативного толкования, которое рассчитано на неоднократное применение и осуществляется в отношении широкого круга общественных отношений, являясь официальным и обязательным.
Таким образом, толкование Конституции РФ состоит в преодолел нии Конституционным Судом неопределенности в понимании ее положений, в выяснении объективного смысла и содержащихся в ней позитивных правовых принципов. По существу, толкование Конституции есть ее конкретизация.
Вопрос об объеме толкования (адекватном, расширительном, ограничительном), способах толкования (систематическом, филологическом, истррико-политическом, логическом), значении цели в толковании конституционной нормы (телеологическое толкование) не получил разрешения ни в Конституции, ни в Законе «О Конституционном Суде Российской Федерации». Однако некоторые требования к осуществляемому Судом толкованию Основного Закона в этих актах, а также в решениях самого Конституционного Суда сформулированы. В частности, согласно ч. 2 ст. 16 Конституции никакие другие положения Конституции не могут противоречить основам конституционного строя России. Интерпретация всех последующих положений Конституции не может расходиться с нормами главы 1 Основного Закона и поэтому должна осуществляться в сопряжении с ними.
В связи с этим возникает требование о системности толкования, выявлении системообразующих связей конституционных норм и права в целом: субординации, координации, происхождении и т.п. В Послании Конституционного Суда Верховному Совету Российской Федерации «О состоянии конституционной законности в Российской Федерации» от 5 марта 1993 г. подчеркивалось, что «нельзя не учитывать, что Конституция есть единый документ и все ее положения должны рассматриваться во взаимосвязи, системно».
Конституционный Суд при толковании положений Основного Закона не должен ограничиваться только дословным изложением нормы, но и обязан оценивать ее контекст, а также место в общей системе конституционных норм. При этом любая конституционная норма должна интерпретироваться таким образом, чтобы избежать противо-
См.: Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1993. № 2. С. 5.
речий с другими нормами Конституции, ибо все элементы Основного Закона находятся во взаимосвязанности и в рамках единой системы выполняют свою роль.
Отсюда следует также требование к Конституционному Суду: в процессе толкования Конституции с уважением относиться к позитивному праву, учитывая иерархию правовых норм и их многообразие. Речь идет о том, что Конституционный Суд в процессе толкования Конституции часто вынужден обращаться к содержанию иных законов – федеральных конституционных и федеральных, а также законов субъектов Российской федерации.
В последнем случае конституционные нормы выступают мерилом конституционности иных законов с точки зрения их содержания и соответствия защищаемым Основным Законом целям и ценностям. При этом закон не должен признаваться ничтожным, если его противоречие Конституции не является явным или его можно интерпретировать в соответствии с Конституцией.
Данное положение не противоречит праву Суда выводить способ объективного разрешения конституционного спора из общих начал и смысла Конституции РФ. Сказанное также означает, что закрепленные в главе 1 Основного Закона РФ принципы конституционного строя, в которых прежде всего выражены общие начала и смысл Конституции, приобретают в определенных ситуациях непосредственное регулирующее значение.
В связи с этим важным требованием к интерпретации конституционных норм Конституционный Суд также считает практическую согласованность и функциональную рациональность даваемого им толкования. Цели Конституции и функции органов государственной власти должны быть обеспечены соответствующими средствами и полномочиями, которые, возможно, не всегда текстуально воспроизведены в Конституции, но вытекают из нее или ею подразумеваются. К примеру, Постановлением Конституционного Суда по делу о проверке конституционности ряда правовых актов, принятых в связи с урегулированием вооруженного конфликта в Чеченской Республике, от 31 июля 1995 г. легализован новый для отечественной правовой доктрины и практики конституционного регулирования институт так называемых скрытых (подразумеваемых) полномочий главы государства, которые, по мнению Суда, вытекают из части 2 статьи 80 и других статей Конституции и которые легли в основу этих актов.
) См.: Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1995. № 5. С. 10. Уместно отметить, что позиция Конституционного Суда, выраженная в указанном постановлении, вызвала резкие возражения некоторых судей, заявивших по данному делу особые мнения. См. там же. С. 25-26,46-47,59-60.
Суд не всегда может рассматривать дословный текст интерпретируемой нормы в качестве той границы толкования, которую невозможно преодолеть. Рациональное применение самой Конституции или принятого на ее основе закона может потребовать от интерпретатора выйти за пределы чисто грамматического толкования текста конституционной нормы.
Тем самым Конституционный Суд выполняет одновременно в известной мере правотворческую функцию, поскольку предлагает такие решения, которые связаны с дословным текстом Конституции весьма тонкими нитями. Данный подход и правотворчёская функция особенно отчетливо проявились в Постановлении Конституционного Суда о толковании статьи 136 Конституции от 31 октября 1995 г.
Как известно, Конституция РФ, регламентируя порядок внесения в нее поправок, в ст. 136 устанавливает, что поправки к главам 3–8 принимаются в порядке, предусмотренном для федерального конституционного закона, и вступают в силу после их одобрения органами законодательной власти не менее чем двух третей субъектов Российской Федерации.
Суд пришел к выводу, что положения статьи 136 Конституции могут быть реализованы только в форме специального правового акта о конституционной поправке, имеющего особый статус и отличающегося как от федерального закона, так и от федерального конституционного закона. Согласно пункту 1 резолютивной части постановления, поправки в смысле статьи 136 Конституции Российской Федерации принимаются в форме особого правового акта – закона о поправке к Конституции Российской Федерации, который, как известно, не упоминается в тексте Основного Закона.
Закон «О Конституционном Суде Российской Федерации» устанавливает также, что его решения о толковании Конституции должны быть совместимы с другими решениями данного органа. Решение по делу о толковании Конституции не должно противоречить ранее принятым актам о толковании или решениям по конкретным делам, в которых дано казуальное толкование конституционных норм.
Если требование о совместимости между собой решений об официальном толковании Конституции является императивным, то требование о совместимости решений по конкретным делам представляется желательным, но не абсолютным. Согласно статье 73 указанного Закона, в случае, если большинство судей, участвующих в заседании одной из палат Конституционного Суда, склоняется к необходимости принять решение, не соответствующее правовой позиции, выраженной в
1 См.: Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1995. № 6.
ранее принятых решениях Конституционного Суда, дело передается на рассмотрение в пленарное заседание.
Конституционный Суд в пленарном заседании может принять решение, не соответствующее ранее выраженной им позиции. Такое решение может быть обусловлено либо «поиском права», либо «превращением» Конституции, т.е. изменением Основного Закона без изменения его текста, либо внесением в Конституцию дополнений и изменений, влекущих к изменениям в нормативном содержании ранее интерпретированных конституционных положений, которые в силу этого нуждаются в новом осмыслении.
Толкование Конституции РФ, отдельных ее норм дается исключительно в пленарных заседаниях Конституционного Суда. Причем решение о толковании Конституции, в отличие от решений по иным делам, принимается большинством не менее двух третей от общего числа судей. Это обусловлено как юридической, так и общесоциальной значимостью таких решений, а также возможными политическими последствиями. По мнению законодателя, данный порядок принятия решения о толковании Конституции и установленное комментируемой статьей большинство служит гарантией от интеграции Суда в текущий политический процесс.
Толкование Конституции РФ, данное Конституционным Судом, является официальным и обязательным для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и объединений.
Официальный характер такого толкования заключается в том, что оно дается Конституционным Судом, уполномоченным на это частью 5 статьи 125 Конституции РФ, содержится в специальном акте (постановлении) и обязательно для всех субъектов права.
С момента провозглашения постановления Суда по делу о толковании неопределенности в понимании положений Конституции, которая стала предметом для обращения в Конституционный Суд, неопределенность считается преодоленной.
В отличие от официального, неофициальное толкование Конституции и ее норм, осуществляемое различными органами и должностными лицами, а также учеными и практическими работниками, гражданами, нередко обладая высоким авторитетом и воздействуя на общественное и индивидуальное правосознание и поведение субъектов конституционного права, юридических последствий не порождает.
Официальное толкование, даваемое Конституционным Судом, признается нормативным, ибо оно распространяется на всех субъектов правовых отношений и весьма широкий круг случаев, обязательно на
всей территории Российской Федерации, для зарубежных органов внешних сношений РФ, а также отечественных юридических и физических лиц, пребывающих за рубежом.
Любой правоприменитель обязан руководствоваться тем пониманием положений Конституции РФ, которое содержится в постановлении Конституционного Суда. Даваемое им толкование Конституции неотделимо от интерпретируемых положений Основного Закона. Толкование Конституции не ограничено временем, может в будущем дополняться или уточняться и разделяет судьбу истолкованной нормы или положения Конституции.
Решение Суда о толковании Конституции не влечет утраты юридической силы какими-либо актами или их отдельными положениями, как это происходит при принятии Судом решений по делам о конституционности нормативных актов, договоров, спорах о компетенции. Однако акты или отдельные их положения, основанные на противоречащей толкованию Конституционным Судом интерпретации конституционных норм, подлежат пересмотру издавшими их органами и должностными лицами.
Решение Суда о толковании Конституции может также являться основанием для судебного обжалования (в судах общей юрисдикции и арбитражных судах) соответствующих решений и действий, если при их вынесении или осуществлении органы и должностные лица руководствовались неправильной интерпретацией своих полномочий, не соответствующими толкованию Конституционным Судом норм о разграничении предметов ведения и полномочий.
Тема 22. ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА (В.Н. Карташов)
1. ПОНЯТИЕ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ .
В правоведении существуют различные мнения о понятии юридической практики. Можно выделить на сегодня три точки зрения. Одни авторы отождествляют практику с юридической деятельностью (И.Я. Дюрягин, А. Гсрлох). Другие, стремясь отграничить юридическую практику от юридической деятельности и представить ее в качестве относительно самостоятельного явления, причисляют к ней лишь определенные итоги, объективированный опыт правовой деятельности (С.С. Алексеев, С.И. Вильнянский и др.).
И, наконец, третья точка зрения, которая представляется наиболее предпочтительной, – когда любой вид юридической практики рассматривается в неразрывном единстве правовой деятельности и сформированного на ее основе социально-правового опыта (В.К. Бабаев, В.И. Ле-ушин, В.П. Реутов и др.).
Ошибочность первых двух позиций, на наш взгляд, состоит в том, что в первом мнении из практики исключается такой важный ее элемент, как юридический опыт, во втором – допускается другая крайность: результаты деятельности, объективированный вовне опыт отрываются, противопоставляются самому процессу деятельности и не учитывается тот факт, что практическое преобразование общественной жизни происходит не только с помощью решений и положений, выражающих итоговую сторону юридической деятельности, но и непосредственно в ходе этой деятельности, при осуществлении организационно-конструктивных правовых действий и операций.
Третья точка зрения позволяет точнее определить природу юридической практики и основные элементы ее структуры, объективнее отразить диалектику прошлой (ретроспективной), настоящей (актуальной) и предстоящей юридической деятельности, понять значение социально-правового опыта в механизме правового регулирования. Этот и опыт как важнейший компонент практики представляет собой коллективную, надындивидуальную социально-правовую память, обеспечивающую накопление, систематизацию, хранение и передачу информации (знаний, умений, оцейок, подходов и т.д.), позволяющую фиксировать и в определенной степени воссоздавать весь процесс деятельности
или отдельные его фрагменты. «Опыт – вот учитель жизни вечной», – писал Гете*. Без социально-правовой памяти невозможно эффективное правотворчество и толкование, конкретизация и правоприменение, систематизация и восполнение пробелов в праве.
Таким образом, юридическая практика – это деятельность по изданию (толкованию, реализации и т.п.) юридических предписаний, взятая в единстве с накопленным социально-правовым опытом.
Юридической практике как одной из основных разновидностей социально-исторической практики свойственны черты, присущие любой практике. Однако вовлеченная в правовую систему общества, в процесс правового регулирования, социальная практика получает некоторые новые, в частности юридические, качества, позволяющие рассматривать ее как относительно самостоятельный тип практики.
Действия и субъектов, и участников юридической практики, использование ими определенных средств и методов, способы оформления вынесенных решений и закрепление накопленного опыта урегулированы, упорядочены правовыми нормами и иными юридическими предписаниями. Тем самым ограничивается субъективизм и волюнтаризм участников, обеспечивается ее стабильность.
Юридическая практика образует существенную часть культуры общества. Изучение, например, материалов юридической практики Древнего Рима (законов, судебных решений и т.д.) дает представление не только о тех или иных конкретных правовых ситуациях, но и об экономике и политике этой страны в разные периоды ее развития, о социальном и правовом положении населения, государственном и общественном устройстве.
Без этого вида социальной практики немыслимо возникновение, развитие и функционирование правовой системы общества. Она играет существенную интегрирующую роль в этой системе, связывая в единое целое нормативно-правовые и индивидуально-конкретные предписания, субъективные права и юридические обязанности, правовые идеи и принимаемые на их основе решения.
Она же способствует целенаправленному юридическому изменению общественной жизни. Это достигается при помощи издания новых или изменения уже существующих нормативно-правовых предписаний, их толкования и конкретизации, использования и применения.
Большинство практических действий и вынесенных решений требуют закрепления в строго определенных официальных актах-документах.
Слово о науке Кн. 1. М , 1976 С 187.
Общественная, коллективная природа юридической практики проявляется в том, что, во-первых, она обусловлена другими типами социальной практики, во-вторых, любая юридическая деятельность предполагает соответствующие формы сотрудничества между ее субъектами и участниками, обмен информацией и результатами, в-третьих, накапливаемый социально-правовой опыт является совокупным продуктом совместной деятельности.
В отличие от теоретической (научной) деятельности, где вырабатываются гипотезы, идеи, понятия, юридическая практика направлена на объективно-реальное изменение окружающей действительности. Сознание, которое опосредует любые практические действия, служит внутренней детерминаитой юридической практики. Здесь оно присутствует во внешне выраженном, опредмеченном виде.
В процессе юридической практики возникают разнообразные материальные, политические, социальные и иные изменения. К ее особенностям следует отнести то, что она всегда порождает и соответствующие юридические последствия.
Юридическая практика в той или иной степени влияет на все стороны жизни общества, способствуя развитию происходящих в нем процессов либо тормозя их. Это методологически важное положение следует иметь в виду при формировании и реализации любых планов и программ экономического, политического, социального и иного переустройства общества.
Анализ отмеченных черт и особенностей юридической практики показывает, что она занимает относительно самостоятельное место в правовой системе общества и играет существенную роль в механизме правового регулирования.
2. СТРУКТУРА ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ
Под структурой юридической практики понимается такое ее строение, расположение основных элементов и связей, которые обеспечивают ей целостность, сохранение объективно необходимых свойств и функций при воздействии на нее разнообразных факторов действительности.
Юридическая практика – образование полиструктурное, включающее, в частности, логический, пространственный, временнбй и иные компоненты.
Рассмотрение логической структуры позволяет отразить взаимосвязи частей и целого, элементов и системы, содержания и формы. Юридическая практика включает в себя два основных слагаемых: юридическую деятельность и социально-правовой опыт. Динамичная сто
рона практики выражена преимущественно в деятельности; статическая – в правовом опыте. Каждый из этих компонентов также структурирован.
Структурный анализ предполагает исследование юридической практики в диалектическом единстве ее содержания и формы. Содержание позволяет раскрыть совокупность образующих такую практику внутренних свойств и элементов, показать способы организации, существования и внешнего выражения ее содержания.
Элементами содержания юридической деятельности выступают ее объекты, субъекты и участники, юридические действия и операции, средства и способы их осуществления, принятые решения и результаты действий.
Объекты практики – это то, на что направлены юридические действия и операции ее субъектов и участников. Ими могут быть материальные и нематериальные блага, общественные отношения и конкретные действия (бездействия) людей, другие предметы и явления, включенные в соответствующий юридический процесс и служащие удовлетворению общественных и личных потребностей и интересов.
В качестве носителей, управляющих «центров» практической деятельности выступают ее субъекты и участники. Субъект – основной, ведущий носитель правовых отношений, без которого немыслимо существование практики (например, суд в судебной практике). Участники юридической практики – это отдельные лица (организации), которые так или иначе содействуют субъектам в выполнении правовых действий и операций. В качестве участников следственной практики выступают, например, свидетели и потерпевшие.
Юридические действия представляют собой внешне выраженные, социально-преобразующие и влекущие определенные правовые последствия акты субъектов и участников (например, подпись документа). Совокупность взаимосвязанных между собой юридических действий, объединенных локальной целью, составляют операцию (например, осмотр места преступления включает самые разнообразные правовые действия).
В качестве средств выступают допускаемые законом предметы и явления, с помощью которьйс обеспечиваются достижение цели и необходимый результат. Они составляют как бы инструментальную часть практической деятельности и используются для установления и фиксации фактов, анализа юридической «материи», вынесения и оформления решений, организации контроля за их исполнением.
Все средства можно подразделить на общественные (например, нравственные и иные социальные нормы), специально-юридические (договоры, нормы и принципы права) и технические (приборы и
инструменты). В своей совокупности они составляют юридическую технику (законодательную, судебную и др.).
Одни и те же средства могут быть использованы по-разному, различными способами. Так, важным средством фиксации материалов осмотра места происшествия является фотосъемка, позволяющая запечатлевать расположение предметов, их специфические черты, состояние, детали.
Способ – это конкретный путь достижения намеченной цели (результата) с помощью конкретных средств и при наличии соответствующих условий и предпосылок деятельности. Способы накладывают отпечаток на выбор средств и характер их использования, в известной степени определяют стиль деятельности субъектов и участников. Интегрированные в единое целое родственные способы образуют тот или иной метод воздействия. Система способов и методов составляет в своей основе юридическую тактику (правотворческую, следственную и т.п.).
Результат воплощает в себе итог юридических операций, позволяющий удовлетворить индивидуальную или общественную потребность.
Особое место в содержании практики занимает юридический опыт, который может отражать как совокупный итог всей практической деятельности, так и отдельные ее моменты. Он формируется в процессе выделения (отбора, селекции) в юридических действиях и операциях, принятых решениях, социально-правовых результатах деятельности наиболее целесообразного, передового, общего и полезного, имеющего важное значение для правового регулирования общественных отношений и дальнейшего совершенствования юридической практики.
Составными элементами социально-правового опыта являются правоположения, т.е. такие достаточно устоявшиеся, выработанные в ходе многолетней практики предписания общего характера, которые аккумулируют социально ценные и стабильные фрагменты (стороны, аспекты) той или иной практической деятельности. Правоположения бывают правотворческими и правоприменительными, распорядительными и разъяснительными, судебными и нотариальными, регулятив- Я ными и охранительными, обязательными рекомендательными.
Формы юридической практики – это способы организации, существования и внешнего выражения последней.
Говоря о форме, целесообразно выделить в ней внутреннюю и внешнюю стороны. Внешней формой здесь выступают разнообразные юридические акты-документы (нормативные и индивидуальные, судебные и следственные, нотариальные и пр.), в которых закрепляются правовые действия, методы и средства их осуществления, вынесенные реше
ния. К внутренней форме, т.е. способу организации, внутренней связи элементов содержания, относится процедурно-процессуальное оформление практики, которое определяет круг ее субъектов и участников, объемы их процессуальных прав и обязанностей, условия вступления в правовой процесс и выбытия из него, порядок оперирования средствами и методами, сроки и время совершения действий и др.
Структура юридической практики – это не только состав определенных элементов содержания и формы. Взаимообусловленность развития всех компонентов практики обеспечивается генетическими и функциональными, внутренними и внешними, прямыми и обратными, правовыми и неправовыми связями и отношениями, с помощью которых совершается перенос энергии, информации, свойств, осуществляется взаимный обмен результатами различных видов деятельности, контроль, помощь в реализации разнообразных полномочий и функций.
3. ВИДЫ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ
Для правовой системы общества характерно одновременное функционирование разнообразных типов, видов и подвидов практики. В зависимости от характера, способов преобразования общественных отношений нужно различать правотворческую, правоприменительную (пра-вореализационную), распорядительную, интерпретационную и другие типы практики.
В процессе правотворческой практики формируются нормативно-правовые способы (нормы, принципы и т.п.) воздействия на общественную жизнь. Правоприменительная практика представляет собой единство властной деятельности компетентных органов, направленной на вынесение индивидуально-конкретных предписаний, и выработанного в ходе такой деятельности правового опыта. Распорядительная практика складывается из распорядительной деятельности управомо-ченных на то субъектов и накопленного в процессе этой деятельности юридического опыта. Суть интерпретационной практики выражается в формулируемых правовых разъяснениях и правоположениях.
В функциональном аспекте можно выделить правоконкретизирую-щую, контрольную, правосистематизирующую и иные типы практики. Особенность этих типов заключается в том, что изменения общественных отношений возможны здесь с помощью правотворческих, право-применительных, распорядительных и праворазъяснительных средств и способов.
Любой вид юридической практики можно подразделить на определенные виды и подвиды. Так, в правоприменительной практике (тип)
различают оперативно-исполнительную и юрисдикционную (виды), а последняя в свою очередь подразделяется на превентивную, карательную и др. (подвиды).
По субъектам юридическая практика разграничивается, как правило, на законодательную, судебную, следственную, нотариальную и др. По этому же критерию возможна и более детальная классификация. Так, к судебной относится практика Верховного Суда РФ, областных, городских, районных судов. А приняв за основание классификации объекты практики и категории разрешаемых дел, можно говорить о судебной практике, например по гражданским и уголовным делам.
4. ФУНКЦИИ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ
Функции юридической практики – это относительно обособленные направления гомогенного (однородного) ее воздействия на объективную и субъективную реальность, в которых проявляются и конкретизируются ее природа, творчески преобразующая роль и социально-правовое назначение в жизни общества.
Функции – это целенаправленное влияние юридической практики на общественную жизнь. Поэтому они непосредственно связаны с задачами (целями) практики.
В функциях выражается сущность юридической практики, особенности ее отдельных сторон и свойств. Вместе с тем изменение функций влияет на структуру практики, определенные элементы ее содержания и формы. Именно в функциях особенно четко проявляется организационно-конструктивный и динамичный характер юридической практики, ее способность связывать воедино разнообразные элементы правовой системы общества, формировать нормативную базу данной системы, объяснять и конкретизировать правовые предписания, обеспечивать их реализацию.
Правоведами выделяются различные функции юридической практики. Одни авторы (С.С. Алексеев) считают, что таких функций три:
правонаправляющая (ориентирующая), правоконкретизирующая и сигнально-информационная. Другие ученые (В.И. Леушин) рассматривают функции формирования права, совершенствования правопри-менительной деятельности, воспитательную и правоконкретизирую-щую. Особенно большое внимание в литературе уделяется правотвор-ческой функции судебной или иных разновидностей практики.
Анализ выделяемых в литературе функций показывает, что принятые подходы не всегда достаточно полно и всесторонне раскрывают творчески преобразующий характер юридической практики, не охватывают многие ее созидательные аспекты и направления, оставляя в
тени важные принципы классификации. Не обращается внимание, скажем, на тот факт, что в каждой из рассмотренных функций можно выделить ряд подфункций. Если функция – это наиболее общее, ведущее направление, в котором прежде всего выражается сущность, природа и роль практики в правовой системе общества, то подфункция обозначает в рамках данного направления некоторые особые, специфические стороны влияния юридической практики на социальную действительность. Например, в правотворческой функции практики можно вычленить правообразующую, правоизменяющую и правопрекращаю-щую подфункции.
Одним из существенных критериев классификации функций является сфера общественной жизни, которая подвергается практическому воздействию. По этому основанию можно выделить экономическую, социальную, воспитательную, экологическую, демографическую и другие функции. Общесоциальные функции предметно раскрывают управленческую природу юридической практики в обществе.
Сущность и правовое назначение практики наиболее ярко проявляются в ее специфических функциях, где за основу классификации приняты способы действий, характер деятельности и осуществляемых юридических преобразований либо полученный результат. К такого рода функциям относятся в первую очередь те, которые определяют конкретный тип практики – правотворческой, правоприменительной, праворазъяснительной и др.
Это, однако, не означает, что та или иная функция присуща только одноименной разновидности практики. Так, правотворческая функция характерна также для правопримеиительной и других типов и видов практики. Судебная практика, например, сигнализирует правотворчес-ким органам о неполноте законодательства, его противоречиях и неэффективности, становясь, таким образом, необходимой основой для создания норм права и даже нормативных актов. «Опыт, полученный от различных действий, создает закон», – говорили древние.
По способам воздействия на реальную действительность можно вы-делить регистрационно-удостоверителъную (закрепительную), регуля-тивно-ориентационную и правоохранительную функции практики.
Регистрационно-удостоверительная функция предполагает юридическое закрепление существующих и вновь появляющихся общественных отношений, конкретных социальных ситуаций, удостоверение прав и законных интересов, договоров и сделок, имеющих правовое значение и т.д. Регулятивно-ориентационная функция выражается в осуществлении централизованного и автономного, нормативного и индивидуального упорядочения общественных отношений.
Содержание правоохранительной функции нагляднее всего можно раскрыть через ее подфункции: правообеспечительную, превентивную, правовосстановительную, компенсационную, карательную. Право-обеспечительная подфункция – одно из важных, но не единственных направлений правоохраны. В данном случае с помощью конкретного типа юридической практики создаются определенные условия, предпосылки, средства и способы, обеспечивающие нормальное функционирование общественных отношений, достижение поставленных целей.
Юридическая практика – важный канал общесоциального, специального криминологического и индивидуального предупреждения правонарушений, осуществляемого с помощью правотворческих, пра-воприменительных, праворазъяснительных, контрольных, распорядительных и других юридических средств и мер. Римские юристы считали, что «правосудие именно предупреждающее предпочтительнее, чем сурово карающее».
Правовосстановительная подфункция связана с разработкой и закреплением в законодательном или ином порядке соответствующих мер правовой защиты, отменой неправомерных действий, решений и актов-документов, факгичсским и юридическим восстановлением правопорядка, прав и законных интересов граждан и организаций.
Значение компенсационной продукции заключается в том, что все разновидности юридической пракчики должны быть нацелены на возмещение любого материального, имущественного или морального вреда (ущерба), который причинен противоправными (а иногда и правомерными) действиями отдельным лицам, социальным группам или обществу в целом.
Суть карательной подфункции юридической практики проявляется в формулировании и закреплении санкций правовых норм, в разъяснении, конкретизации, в применении к правонарушителям таких мер юридического воздействия, которые связаны с лишениями материального, личного, организационного и иного характера.
По времени действия функции юридической практики можно подразделить на постоянные и временные. Имеет определенное значение и классификация ее функций на основные, главные и неосновные. Такое разграничение необходимо, во-первых, для выделения соответствующих подфункций. Во-вторых, в определенные периоды развития общества акцент может быть сделан на одной или нескольких важнейших сторонах юридической практики (например, на экологической функции). В-третьих, в силу специфической природы конкретного типа (вида, подвида) практики одни направления воздействия на общественную жизнь (например, для правоприменения – правообеспечи-тельное и индивидуально-регулятивное) выступают в качестве глав
ных, а другие (влияние на правотворчество правоприменительной практики) являются производными, сопутствующими.
Таким образом, если каждая функция (подфункция) показывает отдельное направление, сторону, аспект социально-преобразующей природы юридической практики, то взятые вместе они дают более или менее цельное представление о месте и роли этой практики в правовой системе общества.
5. ПУТИ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ
Исследование природы, структуры и функций юридической практики дает возможность выделить те ее типы (виды, подвиды), стороны и элементы, которые необходимо совершенствовать и качественно улучшать.
Особую значимость в настоящее время приобретают вопросы совершенствования правотворческой практики, поскольку именно с ее помощью формируется нормативно-правовая база радикального экономического, политического и иного преобразования российского общества, вводятся в правовую систему качественно новые средства, формы и методы юридического воздействия на происходящие в стране процессы. Нельзя, например, серьезно говорить о развитии рыночных отношений без достаточно разработанного и эффективного гражданского, торгового и (финансового законодательства.
Изменения в механизме правового регулирования, расширение договорных отношений между различными субъектами права, сферы правовой саморсгуляции, переход от ограничительно-запретительных способов воздействия на частную жизнь к общедозволительным, а в публичной области – к разрешительному порядку деятельности государственных органов и должностных лиц требуют новых подходов ко всей концепции правотворчсства, пересмотру всего ныне действующего законодательства, приведению его в соответствие с международными нормами о правах человека и другими актами международного права.
Необходимо, чтобы в законах и других нормативно-правовых актах находили наиболее полное отражение идеи свободы и ответственности, гуманизма и справедливости, равенства и безопасности, господства права и солидарности. Качество и эффективность рассматриваемой разновидности практики в значительной мере зависит также от реального воплощения в конкретной деятельности компетентных органов правотворческих принципов научности и демократизма, гласности и законности, целесообразности и экономичности, оперативности и др.
Сложившаяся в России социально-экономическая, политическая и национальная ситуация, обстановка в сфере образования, культуры и духовной среды в целом требуют повышения темпов законодательной деятельности, скорейшего принятия основополагающих законов. Однако это не должно идти в ущерб их качеству. Многие недавно изданные законы, указы Президента и акты Правительства в этом плане подлежат существенной критике. Опыт правотворческой и правопри-менительной деятельности показывает, что некачественные и противоречивые законы подрывают авторитет издавшего их органа и всего законодательства, порождают правовой нигилизм, трудно реализуются, обрастают массой разъяснений, ведомственныхинструкций, которые сводят на нет суть основного акта.
Большую роль в создании гармоничной правовой системы общества призвана играть правосистематизирующая практика, т.е. деятельность (сформированный на ее основе опыт) по сбору, упорядочению и приведению в стройную систему разнообразных правовых актов (нормативных, правоприменитсльных, интерпретационных и др.). Эта практика существенно влияет на качество и эффективность правотвор-ческой и правопримснитсльной деятельности, уровень законности и правопорядка в обществе.
Глубокие преобразования во всех сферах жизни общества, интенсификация правотворческой деятельности государственных органов и хозяйствующих субъектов на федеральном и местном уровнях, обострение криминогенной ситуации в стране требуют издания кодифицированных актов по основным отраслям и институтам права, улучшения методики и результативности обобщений материалов правоприме-нительной и праворазъяснительной практики, скорейшего внедрения в правовую систему компьютерной техники, организации банков разнообразной юридической информации, российской и региональной справоч-но-информационных правовых служб, создания единой схемы учета, инкорпорации, консолидации и кодификации законодательства и т.п.
Если определить главные, стратегические направления в области правоприменительной практики, то они сводятся к тому, чтобы поднять на качественно новый уровень работу всех правоприменительных органов, существенно активизировать их деятельность по охране интересов личности, обеспечению экономической безопасности и общественного порядка, защите потребительского рынка, профилактике правонарушений, борьбе с преступностью.
Важными представляются проблемы укрепления законности и правопорядка, искоренения формализма и бюрократизма в деятельности правоохранительных органов, улучшения их материально-технического и финансового обеспечения, работы с кадрами. Особенно актуальны
вопросы комплектования, правильной расстановки, воспитания, юридического обучения, социальной и правовой защищенности сотрудников.
Дальнейшего углубления требует судебно-правовая реформа. В соответствии с Конституцией РФ (ст. 118), судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства.
Необходимо уточнить компетенцию, задачи и функции прокуратуры, активизировать ее контрольно-надзорную и координирующую роль в системе правоохранительных органов.
Так же, как и в отношении суда, в законе о прокуратуре нужно определить конкретные меры юридической ответственности за вмешательство в деятельность прокуратуры, игнориронапие выносимых ею предостережений, представлений и протестов, изменить методы правового воздействия па нарушителей закона (сейчас прокурор выступает в качестве просителя: «прошу восстановить законность», «устранить имеющиеся недостатки» и т.п.). Повышение авторитета прокуратуры будет способствовать стабильности правопорядка и формированию правового государства в России.
Совершенствование органов внутренних дел связано с тремя основными задачами: профилактикой правонарушений, обеспечением общественной безопасности и порядка, борьбой с преступностью. Отсутствие должной нормативно-правовой (полноценных Уголовного, Уго-ловно-процессуального кодексов и т.п.), материально-технической и финансовой базы, медленные структурные изменения в различных звеньях органов внутренних дел, недостатки в работе с кадрами, слабая социальная и правовая защищенность сотрудников и ряд других субъективных и объективных причин-условий не способствуют эффективному решению поставленных перед этими органами задач.
Пути совершенствования правореализационной практики граждан выражаются в формировании у них осознанного уважения к праву и закону, соблюдению своих обязанностей, законных интересов других лиц и организаций, привычки к законопослушному и активному поведению, элементарных умений и навыков самостоятельно и оперативно находить, уяснять и использовать в своей практической деятельности нужные нормативно-правовые предписания, знать основные формы юридической защиты своих прав.
Рост правовой активности граждан объективно обусловлен их занятостью в производственной деятельности, их ролью в политической, культурной и других областях общественной жизни, конкретными социально-правовыми ситуациями и другими важнейшими факторами. Это следует учитывать при организации и осуществлении правового просвещения и обучения населения.
Тема 23. ПРАВОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ (Н.И. Матузов)
1. ПОНЯТИЕ ПРАВООТНОШЕНИЙ КАК ОСОБОГО ВИДА ОБЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ
В обществе существует множество различных отношений: экономические, политические, юридические, моральные, духовные, культурные и др. Собственно, само человеческое общество есть совокупность отношений, продукт взаимодействия людей. При этом все виды и формы отношений, возникающих и функционирующих в обществе между индивидами и их объединениями, являются (в отличие от взаимосвязей в природе) общественными, или социальными.
Юридическую науку, естественно, интересуют прежде всего юридические, или правовые отношения. В чем их специфика? Кратко говоря, в том, что они органически связаны с правом.
Право – особый, официальный, государственный регулятор общественных отношений. В этом его главное назначение. Регулируя те или иные отношения, оно тем самым придает им правовую форму, в результате чего эти отношения приобретают новое качество и особый вид – становятся правовыми, облекаются в юридическую оболочку.
Именно с помощью такого нормативного воздействия государственная власть переводит определенные отношения под свою юрисдикцию и защиту, придает им упорядоченность, стабильность, устойчивость, желаемую направленность, вводит в нужное русло. Их участники наделяются правосубъектностью, юридическими правами и обязанностями. Эти отношения становятся подконтрольными и управляемыми. Иными словами, перед нами особая форма социального взаимодействия.
Запрещая одни действия, разрешая другие, поощряя третьи, устанавливая ответственность за нарушения своих предписаний, право таким путем указывает необходимые, общественно полезные варианты поведения субъектов, ограничивает или расширяет сферу их личных желаний и устремлений, пресекает вредную деятельность.
По сравнению с другими социальными регуляторами право – наиболее эффективный, властно-принудительный и вместе с тем цивилизованный регулятор. Это неотъемлемый атрибут всякой государственности. Любые отношения приобретают характер правоотношений
лишь в том случае, если они возникают на основе и в соответствии с нормами права и не противоречат воле государства.
Следовательно, правовые отношения можно в самом общем виде определить как общественные отношения, урегулированные правом. При этом регулируемые отношения в принципе не утрачивают своего фактического содержания (экономического, политического, семейного, имущественного и т.д.), а лишь видоизменяются, обретая новое дополнительное свойство. Иначе говоря, правоотношение не отделяется от опосредуемого им реального отношения, не находится где-то рядом или над ним, а существует вместе с ним. Ведь форма и содержание любого явления неразрывны.
Государство не может при помощи правовых средств произвольно менять изначальный характер тех или иных отношений, а тем более создавать новые. Если бы это было возможно, то решение многих проблем жизни общества было бы сравнительно легкой задачей. Государство путем издания законов может в лучшем случае ускорять развитие известных отношений, улавливать тенденции, давать простор для проявления позитивных начал и, напротив, сдерживать, вытеснять негативные и отжившие связи и процессы.
Право – не творец, а лишь регулятор и стабилизатор общественных отношений. «Право само по себе ничего не создает, а только санкционирует общественные отношения. ...Законодательство всего лишь протоколирует, выражает экономические потребности». Например, современные рыночные отношения в России стали складываться не потому, что однажды были приняты юридические нормы на этот счет, а потому, что они вызрели в реальной жизни. Элементы этих отношений появились еще в предперестроечное время в виде теневой, полуофициальной экономики. И только потом были приняты соответствующие акты, которые легализовали эти ростки, формы, ускорили их развитие.
Но есть и такие правоотношения, которые возникают только как правовые и в другом качестве существовать не могут. Например, конституционные, административные, процессуальные, уголовные и др. Именно подобные правоотношения по форме и содержанию, т.е. в «чистом виде», представляют собой действительно самостоятельный вид и тип общественных отношений. Лишь в этом смысле можно сказать, что право создает, «творит» общественные отношения, порождая новые связи.
Правоотношения – следствие действия права как социального и государственного института. В догосударственном (родовом) обществе правоотношений не было, поскольку там не было права. Это значит,
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 2. С. 208; Т. 4. С. 112.
что правоотношения немыслимы вне права или без права. Есть лишь отношения, объективно требующие или не требующие правового опос-редования. Именно связь с правом, урегулиррванность тех или иных отношений правом дает основание называть их правовыми. Не может быть такого положения, чтобы правовые отношения существовали помимо и независимо от юридических норм.
Конечно, правоотношения возникают не просто потому, что есть норма права (хотя это обязательное формальное основание), а потому, что определенные общественные отношения нуждаются в правовой регламентации. Тогда появляется юридическая норма и уже на ее основе – правоотношение. Правоотношения как бы вызревают в недрах общественной жизни, детерминируясь экономическими и иными потребностями. «Юридические мотивы», социальная необходимость, тенденции, интересы должны быть осознаны законодателем, пройти через волю государства, получить объективацию в нормах и в конечном счете воплотиться в соответствующих правоотношениях.
Поэтому следует различать исторический генезис правоотношений, их зародышевое состояние и вполне сложившуюся правовую форму, определяемую законом. Иначе говоря, – материальный и 4юрмальный источники*.
Право регулирует далеко не все, а лишь наиболее важные, принципиальные отношения, имеющие существенное значение для интересов государства, общества, нормальной жизнедеятельности людей. Это прежде всего отношения собственности, власти и управления, социально-экономического устройства, прав и обязанностей граждан, обеспечения порядка, трудовые, имущественные, семейно-брачные отношения и т.п. Остальные либо не регулируются правом вовсе (сферы морали, дружбы, товарищества, обычаев, традиций), либо регулируются лишь отчасти (например, в семье помимо материальных существуют
1 В нашей литературе был высказан взгляд, согласно которому правоотношения могут возникать до и необязательно на основе норм нрава – как «общественные отношения... саморазвивающиеся в правовые и силу естественно-исторической необходимости, а не в результате воздействия на них норм нрава». Иными словами, общественные отношения независимо от юридических норм могут иметь «правовую сущность», быть «но природе свежи правовыми» (си.-.Дудин Л.П. Диалектика правоотношения. Саратов, 1983. С. 5). Представляется, что этот вывод базируется на известном положении о том, что «и наиболее ранние и примитивные эпохи... индивидуальные, фактические отношения в их самом грубом виде и являются непосредственно нравом. С развитием гражданского общества... правовые отношения изменились и получили цивилизованное выражение» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 336–337). Гегель также начинает свою философию права с анализа владения как простейшего правового отношения. Однако в данной главе излагаются сложившиеся в науке традиционные представления о правоотношениях в их современном виде.
сугубо личные, интимные отношения между супругами, между родителями и детьми, не затрагиваемые правом).
С этой точки зрения все общественные отношения можно подразделить на три группы: 1) регулируемые правом и, следовательно, выступающие в качестве правовых (правоотношения); 2) не регулируемые правом и, значит, не имеющие юридической формы; 3) частично регулируемые. В основе такого деления лежат три критерия: социальная необходимость, государственная заинтересованность и возможность внешнего контроля.
В последнем случае надо иметь в виду, что не любое отношение может быть подвергнуто правовому регулированию, да и необходимость в этом во многих случаях не возникает. Государство вовсе не стремится к глобальной регламентации «всего и вся». На целесообразность правового вмешательства в те или иные отношения могут влиять и другие факторы (нравственная оправданность, гуманность, демократичность).
Из сказанного вытекает, что любое правовое отношение есть общественное отношение, но не всякое общественное отношение есть правоотношение. Это определяется границами действия права, которые, однако, не являются абсолютными, раз навсегда данными. Условия меняются, и то, что в одно время регламентируется законом, в другой период может перестать быть его объектом, и наоборот.
Пределы правовой сферы («юридического поля») подвижны, они могут в зависимости от обстоятельств сужаться или расширяться, но в целом отражают объективные потребности развития общества и государства, ход исторического процесса. Иными словами, правоотношения составляют лишь часть общественных отношений, а именно ту, которая опосредуется правом.
Наиболее характерные черты (признаки) правовых отношений как особого вида общественных отношений заключаются в следующем.
1. Они возникают, прекращаются или изменяются только на основе правовых норм, которые непосредственно порождают (вызывают к жизни) правоотношения и реализуются через них. Между этими явлениями существует причинно-следственная связь. Нет нормы – нет и правоотношения. Они представляют собой некоторое единство, целостность.
Именно в правоотношениях достигаются цели правовых норм, проявляется их реальная сила и эффективность, именно в правоотношениях они начинают «работать». Иные общественные отношения опосре-дуются другими (не юридическими) нормами, так как не требуют правового вмешательства.
2. Субъекты правовых отношений взаимно связаны между собой юридическими правами и обязанностями, которые в правовой науке принято называть субъективными. Эта связь, собственно, и есть правоотношение, в рамках которого праву одной стороны корреспондирует (соответствует) обязанность другой, и наоборот. Их можно назвать встречными. Участники правоотношения выступают по отношению друг к другу как управомоченные и правообязанные лица, интересы одного могут быть реализованы лишь через посредство другого.
Правоотношение – это всегда двусторонняя связь. Ведь сама норма права, вызывающая правоотношение, носит предоставитсльно-обязы-вающий характер, она всегда кого-то па что-то управомочивает и кого-то к чему-то обязывает. Мало того, в большинстве правоотношений каждый из их участников одновременно обладает правом и несет обязанность.
3. Правовые отношения носят волевой характер. Во-первых, потому, что через нормы права в них отражается государственная воля;
во-вторых, в силу того, что даже и при наличии юридической нормы правоотношение не может автоматически появиться и затем функционировать без волеизъявления его участников, но крайней мере, одного из них. Необходим волевой акт, дающий начало явлению.
«Товары не могут сами отправляться на рынок и обмениваться... Чтобы данные вещи могли относиться друг к другу как товары, товаровладельцы должны относиться друг к другу как лица, воля которых – распорядиться этими вещами; таким образом, один товаровладелец лишь по воле другого, следовательно, каждый из них лишь при посредстве одного общего им обоим волевого акта может присвоить себе чужой товар, отчуждая свой собственный».
Иначе говоря, правоотношения, прежде чем сложиться, проходят через сознание и волю людей. Лишь в отдельных случаях субъект может не знать, что стал участником правового отношения, например оказавшись наследником по закону после смерти родственника, проживавшего в другом городе. Или, скажем, потерпевший от преступления оказывается затем, помимо своего желания, вовлеченным в уголов-но-процессуальное правоотношение с преступником и судом.
4. Правоотношения, как и право, на базе которого они возникают, охраняются государством. Другие отношения такой защиты не имеют. Конечно, далеко не во всех правовых отношениях государство заинтересовано (например, вытекающих из правонарушений) и, казалось, не должно было бы их защищать, но интерес государства состоит в том, чтобы эти социальные эксцессы правильно разрешались, виновные
Маркс К., Энгельс Ф. Соч Т. 23. С. 94.
несли наказание, поэтому оно держит их в поле своего внимания, обеспечивает соблюдение возникающих по этому поводу юридических форм и процедур, прав граждан. Охрана законности и правопорядка означает и охрану правоотношений, ибо последние в своей совокупности и образуют правовой порядок как результат законности.
5. Правовые отношения отличаются индивидуализированностью субъектов, строгой определенностью их взаимного поведения, персонификацией прав и обязанностей. Это не безличная абстрактная связь, а всегда конкретное отношение «кого-то» с «кем-то». Стороны (физические и юридические лица), как правило, известны и могут быть названы поименно, их действия скоординированы. Этого не наблюдается в других общественных отношениях, например, моральных, политических, эстетических, которые не столь формализованы и управляемы.
Таковы основные особенности правоотношений. Как надстроечные явления, они обусловлены в конечном счете экономическими, политическими, социальными, культурными и иными факторами и причинами.
Виды правовых отношений. Прежде всего правоотношения, как и юридические нормы, можно классифицировать по отраслевому признаку на государственные, административные, финансовые, гражданские, трудовые, семейные и т.д. Различают регулятивные и охранительные правоотношения. Первые возникают из правомерных действий субъектов, вторые – из противоправных, связанных с применением государственного принуждения.
По степени конкретизации и субъектному составу правоотношения делятся на абсолютные, относительные и общерегулятивные. В абсолютных точно определена лишь одна сторона, например собственник вещи, которому противостоят все те, кто с ним соприкасается или может соприкоснуться, и которые обязаны уважать это его право, не чинить никаких препятствий его реализации. В этом смысле, например, право собственности является абсолютным. В относительных – 1 строго определены обе стороны (например, должник – кредитор, продавец – покупатель). Их можно назвать поименно.
Общерегулятивныс, или просто общие, правоотношения в отличие от конкретных выражают юридические связи более высокого уровня между государством и гражданами, а также последних между собой по поводу гарантирования и осуществления основных прав и свобод личности (право на жизнь, честь, достоинство, безопасность, неприкосновенность жилища, свободу слова и т.п.), а равно обязанностей (соблюдать закоцы, правопорядок). Они возникают главным образом на основе норм Конституции, других основополагающих актов и являются базовыми, исходными для отраслевых правоотношений.
По характеру обязанностей правоотношения подразделяются на активные и пассивные. В активных – обязанность заключается в необходимости совершить определенные действия в пользу управомоченного, в пассивных, напротив, она сводится к воздержанию от нежелательного для контрагента поведения. Различают простые правоотношения (между двумя субъектами) и сложные (между несколькими или даже неограниченным числом); кратковременные и долговременные.
Содержание правоотношений. В любом правовом отношении выделяется фактическое, юридическое и волевое содержание. О фактическом (экономическом, политическом и т.д.) уже говорилось выше. Оно не меняется в результате опосредования правом реального, т.е. фактического, отношения. Под юридическим содержанием понимаются субъективные права и обязанности участников правоотношения. Волевое составляют воля государства и воля самих субъектов. Любое правоотношение выступает как единство содержания и формы.
Структура правового отношения. В состав правоотношения входят следующие элементы: 1) субъекты; 2) объект; 3) субъективное право;
4) юридическая обязанность.
В обществе непрерывно действует, пульсирует сложнейшая сеть горизонтальных и вертикальных правоотношений. Люди порой даже не замечают, что являются их участниками – настолько они естественны, привычны, необходимы. Одни из них более или менее постоянны (отношения собственности, гражданства, власти), другие переменны (учеба, работа, семья), третьи возникают и тут же прекращаются (разнообразные мелкие сделки: купля-продажа, пользование транспортом, услугами социально-культурных и хозяйственно-бытовых учреждений, участие в гражданском обороте и т.д.). Ни один человек не может оставаться вне правоотношений, не вступать в них в своей повседневной жизни и деятельности, так как без этого он не мог бы реализовать многие свои права и возможности, удовлетворить интерес, потребности.
Правоотношения составляют основную сферу общественной цивилизованной жизни. Везде, где действует право, его нормы, там постоянно возникают, прекращаются или изменяются правоотношения. Особенно они развиты в гражданском обществе, правовом государстве. Они сопровождают человека на протяжении всей его жизни. Вот почему правоотношения – одна из центральных проблем правовой науки, теории права.
От той или иной ее трактовки зависит решение многих других юридических вопросов, поскольку правовые отношения – один из главных каналов перевода права на социальную действительность, интересы людей и их объединений. При этом анализ данной проблемы предпо
лагает не только юридический, но и философский уровень рассмотрения.
Резюмируя все сказанное, можно кратко определить правоотношения как урегулированные правом и находящиеся под охраной государства общественные отношения, участники которых выступают в качестве носителей взаимно корреспондирующих друг другу юридических прав и обязанностей.
2. ПРЕДПОСЫЛКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯМИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ПРАВООТНОШЕНИЙ. ВЗАИМОСВЯЗЬ НОРМЫ ПРАВА И ПРАВООТНОШЕНИЯ
Правовые отношения могут возникать и функционировать лишь при определенных предпосылках. В науке их принято делить на общие и специальные (или юридические). К первым относятся те, которые необходимы для возникновения и существования любого отношения, а именно: а) не менее двух субъектов, ибо человек не может состоять в каком-либо отношении с самим собой; 6) интересы, потребности людей, под влиянием которых они вступают в разнообразные правоотношения. «Интерес – вот что сцепляет членов гражданского общества. ... Никто не может сделать что-нибудь, не делая этого вместе с тем ради какой-либо из своих потребностей».
Потребности могут быть материальными, духовными или физиологическими. Стремление к удовлетворению названных потребностей и вызывает к жизни соответствующие правоотношения, в этом их первопричина. В более широком плане под материальными предпосылками понимается совокупность экономических, социальных, культурных и иных факторов, обусловливающих объективную необходимость правового регулирования тех или иных общественных отношений.
Однако одних общих предпосылок недостаточно, чтобы в конкретных случаях практически возникали и действовали реальные правовые отношения, для этого нужны еще формально-юридические. К ним относятся: а) норма права; б) праводееспособность субъектов, в) юридический факт.
Взаимосвязь нормы права и правоотношения. Как отмечалось выше, правовая норма и правовое отношение органически взаимосвязаны и представляют собой в известном смысле единое целое. Это небольшая, но четкая динамичная система, в которой два главных компонента жестко предполагают друг друга. Норма вне правоотношения мертва, а правоотношение без нормы вообще немыслимо. Они соотно-
МарксК., Энгельс Ф. Соч. Т. 18. С. 271; Т. 3. С. 245.
сятся как причина и следствие – первое предшествует второму, а не наоборот.
Связь нормы права и правоотношения имеет сложный, многосторонний характер. Конкретно она выражается в следующем.
1. Правовое отношение возникает и функционирует только на основе нормы права. Без юридической нормы не может возникнуть ни одно правоотношение. Иными словами, правоотношение имеется лишь там, где есть предусматривающая его правовая норма. Субъекты не могут сами, помимо этих норм, т.е. вопреки воле государства, устанавливать угодные им правоотношения – такие отношения официальная власть не стала бы охранять.
2. Правоотношение есть форма реализации юридической нормы, способ претворения ее в жизнь. Именно в правовом отношении проявляется реальная сила и эффективность государственного предписания, достигается поставленная цель. Правоотношение – это норма права в действии. Конечные цели их в принципе совпадают, они призваны урегулировать то или иное общественное отношение, скоординировать взаимное поведение соответствующих физических и юридических лиц.
3. Норма права и правоотношение являются составными частями (элементами) единого механизма правового регулирования и выполняют в нем помимо собственных некоторые общие функции. Без этих главных компонентов указанный механизм попросту не мог бы работать. Его четкость, отлаженность в значительной мере зависят от степени синхронизации и гармонизации правовой нормы и правового отношения.
4. Норма права в своей гипотезе указывает на условия возникновения правоотношения, в диспозиции – на права и обязанности его субъектов, в санкции – на возможные отрицательные последствия в случае нарушения данной нормы и возникшего на ее основе правоотношения. Норма права содержит в себе модель реального общественного отношения, а значит, и правоотношения как его юридической формы.
В литературе сложились две концепции взаимосвязи нормы права и правоотношения. Согласно первой из них, разделяемой большинством теоретиков, правовое отношение есть результат регулирующего воздействия правовой нормы на общественное отношение. Последовательность здесь такая: норма права – фактическое отношение – правоотношение. Согласно второй, правоотношения есть не результат, а средство регулирования общественных отношений (Ю.К. Толстой). Последовательность в этом случае уже иная: норма права – правоотношение – общественное отношение.
То есть сначала на основе той или иной нормы права складывается правоотношение и только затем оно направляется на регулирование
соответствующего отношения. Думается, ближе к истине первая точка зрения, точнее отражающая реальность. Однако в обоих случаях ясно одно: нельзя понять сущность правоотношения вне связи с правовой нормой и наоборот.
3. СУБЪЕКТЫ ПРАВООТНОШЕНИЙ. ПРАВОСПОСОБНОСТЬ, ДЕЕСПОСОБНОСТЬ, ПРАВОСУБЪЕКТНОСТЬ
Участниками правоотношений являются субъекты права, под которыми понимаются люди и их объединения, выступающие в качестве носителей предусмотренных законом прав и обязанностей. Круг субъектов права зависит в конечном счете от воли государства.
Понятия «субъекты права» и «субъекты правоотношений» в принципе равнозначны, хотя в литературе на этот счет делаются определенные оговорки. Во-первых, конкретный гражданин как постоянный субъект права не может быть одновременно участником всех правоотношений; во-вторых, новорожденные, малолетние дети, душевнобольные лица, будучи субъектами права, не являются субъектами большинства правоотношений; в-третьих, правоотношения – не единственная форма реализации права. Эти различия, конечно, необходимо иметь в виду.
Из истории мы знаем, что далеко не все люди в прошлом признавались субъектами права, например рабы, которые могли быть лишь объектами права (предметом купли-продажи). В римском праве раб рассматривался как «говорящее орудие», предмет, вещь. Впрочем, там не было равенства и среди свободных,
При феодализме крепостные крестьяне тоже не были полноправными гражданами, а стало быть, и полноценными субъектами права. Они были существенно ограничены в правах. Феодальное право было правом привилегий, оно четко проводило градацию людей в зависимости от социального происхождения, званий, сословий и т.д. В современных цивилизованных странах эти дискриминации устранены. В Международном пакте о гражданских и политических правах (1966) записано: «Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности» (ст. 16). Данное положение закреплено также во Всеобщей декларации прав человека 1948 г. (ст. 6).
В любом правоотношении должно быть не менее двух субъектов (простое правоотношение), поскольку отдельный индивид, как уже говорилось, не может находиться в каком-либо общественном отношении, в том числе правовом, с самим собой. Но в правоотношении возможно несколько или даже неограниченное число субъектов (сложное
правоотношение). Правда, с юридической точки зрения в таких правоотношениях, т.е. с множеством субъектов, легко просматриваются две противостоящие стороны – управомоченная и правообязанная.
Нелишне заметить, что субъектом правоотношения может быть только человек или общность людей. Между тем в дореволюционной юридической литературе (Л. Петражицкий), допускалась мысль, что в качестве участников правовых отношений могут выступать животные, например, лошадь, домашняя собака, от которых их хозяин может требовать послушания и выполнения определенных функций. В свою очередь, животные «вправе притязать» на должное обращение с ними. Однако в настоящее время подобный взгляд никем из отечественных правоведов не разделяется, хотя существуют юридические нормы, определяющие отношение человека к животным (порядок содержания, выгула, прививок и т.д.).
Впрочем, в США, как сообщает печать, животные иногда все же выступают в качестве «субъектов права», «участников» судебных процессов, становятся «наследниками» и т.д. История знает и более курьезные случаи. Так, в 1593 г. в России (в Угличе) был наказан кнутом и сослан в Сибирь церковный колокол, в который звонили в связи с убийством царевича Дмитрия. Выходит, «виновными» могут быть не только животные, но и неодушевленные предметы.
Виды субъектов права. Субъекты права подразделяются прежде всего на индивидуальные (физические лица) и коллективные (юридические лица). К индивидуальным относятся: а) граждане Российской Федерации; 6) иностранцы; в) лица без гражданства (апатриды);

<<

стр. 3
(всего 5)

СОДЕРЖАНИЕ

>>